*310. Вторая мировая война-2 [Архив] - Страница 4?login=1 - Форум "Солнечногорской газеты"-для думающих людей

Бессмертный полк

07.05.2017, 07:31

https://polkrf.ru/news/1640/geroy_dnya_nikolay_gastello
06 мая 2017

https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/10225.jpg?crop
6 мая отметил бы день рождения Николай Францевич Гастелло — военный лётчик, участник трёх войн, Герой Советского Союза.

Родился Николай в 1907 году, семья его происходит из деревни Плужины под Гродно. Его отец — поляк по национальности Франц Павлович Гастелло, или, вернее — Гастыло, как эту фамилию писали по-белорусски, в 1900 году в поисках лучшей доли перебрался в Москву. Здесь его семейное имя и было записано в документах с ошибкой.

Франц Павлович трудился вагранщиком в литейных мастерских на Казанской железной дороге, стал видным мастеровым, женился на москвичке Анастасии Семёновне Кутузовой — тоже дочери мастерового человека. Мать будущего героя всю жизнь проработала швеей, вырастила сыновей Николая и Виктора — и обоих потеряла во время войны...

Семья Гастелло жила в районе Богородское, в двухэтажном бараке по 3-й Мещанской улице . Желая сыновьям лучшей судьбы, чем путь простого мастерового, в 1915 году отец отдал Николая в 3-е Сокольническом городское мужское училище имени А. С. Пушкина. Это была хорошая школа — ее выпускники нередко становились учителями в этом же учебном заведении и в других школах для народа. Потом — революция, Гражданская война. В 1918 году из-за голода в Москве Николай в составе группы школьников-москвичей был эвакуирован в Башкирию, но в следующем году вернулся в Москву и в своё училище, где и проучился до 1921 года. Однако дальнейшее образование педагога получать не стал — надо было помогать семье. Потому в 1923 году Николай поступил на работу в столярную мастерскую.

В 1924 году Франц Павлович принял предложение поработать в Муроме на Паровозостроительном заводе имени Ф. Э. Дзержинского. Семья переехала в Муром, где Николай тоже пошел помощником слесаря на этот завод. Работая, Николай доучивался в вечерней школе рабочей молодежи, вступил в Комсомол, а в 1928 году — в партию. Только в 1930 году, когда закончилась трудовая командировка отца, семья вернулась в Москву.

Николай поступил на работу в Первый государственный механический завод строительных машин имени 1-го Мая. В 1930–1932 годах Н. Ф. Гастелло жил в посёлке Хлебниково, потом, в мае 1932 по специальному целевому набору призван в Красную Армию. Военкому Николай признался, что хотел бы служить в авиации, и был отправлен на учёбу в авиационную школу лётчиков в город Луганск.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10226.jpg
Николай Гастелло

Служа в 82-й тяжелобомбардировочной эскадрилье 21-й тяжелобомбардировочной авиационной бригады, базирующейся в г. Ростов-на-Дону, Николай получил отличную летную практику, и с ноября 1934 года уже самостоятельно пилотировал самолёт Тб-3.

В 1938 году в результате реорганизации части Николай Францевич Гастелло оказался в 1-м тяжелобомбардировочном авиаполку. В мае 1939 года он стал командиром звена, а через год с небольшим — заместителем командира эскадрильи. В 1939 году участвовал в боях на Халхин-Голе в составе 150-го скоростного бомбардировочного авиационного полка, которому была придана эскадрилья 1-го ТБАП.

Участвовал Николай и в советско-финской войне, и в операции по присоединению Бессарабии и Северной Буковины к СССР в июне — июле 1940 года. Осенью 1940 года его авиационная часть перебазировалась к западным границам, в город Великие Луки, а затем — в авиагородок Боровское под Смоленском.

В 1940 году Н. Ф. Гастелло было присвоено воинское звание капитана. Весной 1941 года Николай Гастелло, пройдя соответствующую переподготовку, освоил самолёт Ил-4 (ДБ-3ф), стал командиром эскадрильи.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10227.jpg
Ил-4 (ДБ - 3ф)

Едва началась Великая Отечественная война, 24 июня, Николай прямо на аэродроме пережил налет вражеской авиации. Он не ушел с поля в капонир, а сбил один «Юнкерс-88» с земли — из стрелковой кабины не успевшего взлететь самолета.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10228.jpg
Крупнокалиберный пулемет в стрелковой кабине Ил-4

А дальше начинается рассказ о подвиге. Официальная версия гласит: 26 июня 1941 года на боевой вылет в район Радошковичи — Молодечно вылетело звено под командованием капитана Н. Ф. Гастелло, состоящее из двух тяжёлых бомбардировщиков ДБ-3Ф. Вторым самолётом управлял старший лейтенант Фёдор Воробьёв, в качестве штурмана с ним летел лейтенант Анатолий Рыбас (имена ещё двух членов экипажа Воробьёва не сохранились). Во время атаки скопления немецкой техники самолёт Гастелло был подбит. Согласно рапортам Воробьёва и Рыбаса, горящий самолёт Гастелло совершил таран механизированной колонны вражеской техники. Ночью, якобы, крестьяне из близлежащей деревни Декшняны извлекли трупы лётчиков из самолёта и, обернув тела в парашюты, похоронили их рядом с местом падения бомбардировщика.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10229.jpg
Наградной лист Николая Гастелло

Вскоре подвиг Гастелло получил широкое освещение в прессе. 5 июля 1941 года в вечерней сводке Советского Информбюро впервые был упомянут подвиг Н. Ф. Гастелло:

«Героический подвиг совершил командир эскадрильи капитан Гастелло. Снаряд вражеской зенитки попал в бензиновый бак его самолёта. Бесстрашный командир направил охваченный пламенем самолёт на скопление автомашин и бензиновых цистерн противника. Десятки германских машин и цистерн взорвались вместе с самолётом героя».

На основе сообщения Совинформбюро корреспондентами П. Павленко, П. Крыловым был написан очерк «Капитан Гастелло», который был опубликован в газете «Правда» 10 июля 1941 года.

«На рассвете 6 июля на разных участках фронта лётчики собрались у репродукторов. Говорила московская радиостанция, диктор по голосу был старым знакомым — сразу повеяло домом, Москвой. Передавалась сводка Информбюро. Диктор прочёл краткое сообщение о героическом подвиге капитана Гастелло. Сотни людей — на разных участках фронта — повторили это имя...

Ещё задолго до войны, когда он вместе с отцом работал на одном из московских заводов, о нём говорили: «Куда ни поставь, всюду — пример». Это был человек, упорно воспитывающий себя на трудностях, человек, копивший силы на большое дело. Чувствовалось, Николай Гастелло — стоящий человек.

Когда он стал военным лётчиком, это сразу же подтвердилось. Он не был знаменит, но быстро шёл к известности. В 1939 году он бомбил белофинские военные заводы, мосты и доты, в Бессарабии выбрасывал наши парашютные десанты, чтобы удержать румынских бояр от грабежа страны. С первого же дня Великой Отечественной войны капитан Гастелло во главе своей эскадрильи громил фашистские танковые колонны, разносил в пух и прах военные объекты, в щепу ломал мосты. О капитане Гастелло уже шла слава в лётных частях. Люди воздуха быстро узнают друг друга.

Последний подвиг капитана Гастелло не забудется никогда. 3 июля во главе своей эскадрильи капитан Гастелло сражался в воздухе. Далеко внизу, на земле, тоже шёл бой. Моторизованные части противника прорывались на советскую землю. Огонь нашей артиллерии и авиация сдерживали и останавливали их движение. Ведя свой бой, Гастелло не упускал из виду и бой наземный.

Чёрные пятна танковых скоплений, сгрудившиеся бензиновые цистерны говорили о заминке в боевых действиях врага. И бесстрашный Гастелло продолжал своё дело в воздухе. Но вот снаряд вражеской зенитки разбивает бензиновый бак его самолёта.

Машина в огне. Выхода нет... Что же, так и закончить на этом свой путь? Скользнуть, пока не поздно, на парашюте и, оказавшись на территории, занятой врагом, сдаться в постыдный плен?

Нет, это не выход!

И капитан Гастелло не отстёгивает наплечных ремней, не оставляет пылающей машины. Вниз, к земле, к сгрудившимся цистернам противника мчит он огненный комок своего самолёта. Огонь уже возле лётчика. Но земля близка. Глаза Гастелло, мучимые огнём, ещё видят, опалённые руки твёрды. Умирающий самолёт ещё слушается руки умирающего пилота.

Так вот закончится сейчас жизнь — не аварией, не пленом — подвигом!

Машина Гастелло врезается в «толпу» цистерн и машин — и оглушительный взрыв долгими раскатами сотрясает воздух сражения: взрываются вражеские цистерны.

Мы помним имя героя — капитан Николай Францевич Гастелло. Его семья потеряла сына и мужа, Родина приобрела героя. В памяти навсегда останется подвиг человека, рассчитавшего свою смерть как бесстрашный удар по врагу."

Обращает на себя внимание дата подвига Гастелло, указанная в статье, — 3 июля. Вероятно, авторы очерка, уточнив правильное написание фамилии героя и факты его биографии, вывод о дате гибели Гастелло сделали исходя из даты сообщения Совинформбюро. Статья в «Правде» имела широкий резонанс, подвиг Гастелло широко использовался советской пропагандой.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10230.jpg
Обслуживание бомбардировщика Ил-4 перед вылетом. Погрузка боезапаса

25 июля 1941 года командиром 207-го ДБАП капитаном Лобановым и полковым комиссаром Кузнецовым Н. Ф. Гастелло был представлен к званию Героя Советского Союза. В наградном листе сказано:

«... 26 июня капитан Гастелло с экипажем: Бурденюк, Скоробогатый и Калинин — повёл звено ДБ-3 бомбить зарвавшихся фашистов. По дороге Молодечно — Радошковичи у Радошковичи показалась вереница танков противника. Звено Гастелло, сбросив бомбы на груду скопившихся на заправку горючим танков и расстреливая из пулемёта экипажи фашистских машин, стало уходить от цели. В это время фашистский снаряд догнал машину капитана Гастелло. Получив прямое попадание, объятый пламенем, самолёт не мог уйти на свою базу, но в этот тяжёлый момент капитан Гастелло и его мужественный экипаж были заняты мыслью не допустить врага на родную землю.

По наблюдению старшего лейтенанта Воробьёва и лейтенанта Рыбаса, они видели, как капитан Гастелло развернулся на горящем самолёте и повёл его в самую гущу танков.

Столб огня объял пламенем танки и фашистские экипажи. Такой дорогой ценой заплатили немецкие фашисты за смерть лётчика капитана Гастелло и смерть героического экипажа...»

Уже на следующий день после представления капитану Гастелло Николаю Францевичу было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). Приказом министра обороны СССР капитан Гастелло Н. Ф. навечно зачислен в списки одного из авиационных полков. Члены экипажа Гастелло — Г. Н. Скоробогатый, А. А. Калинин, А. А. Бурденюк — остались в тени подвига командира. Только в 1958 году они были награждены орденами Отечественной войны I степени (посмертно)...
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10232.jpg
Один из уцелевших на войне Ил-4 на музейной стоянке

В 1951 году, в канун десятилетия знаменитого «огненного тарана,» для последующего торжественного захоронения была произведена эксгумация останков из предполагаемой могилы Гастелло.

Однако, оказалось, что в могиле погребены другие героически погибшие летчики. По личным вещам из захоронения были опознаны летчики из соседнего авиаполка — командир 1-й эскадрильи 207-го ДБАП капитан Александр Спиридонович Маслов и стрелок-радист Григорий Васильевич Реутов. Экипаж Маслова считался пропавшим без вести в тот же день, в который Гастелло совершил свой подвиг. По останкам пилотов, носившим следы огнестрельных ранений и пламени, явственно было видно, что парни тоже сложили головы в жарком воздушном бою...

Руководивший перезахоронением подполковник Котельников с санкции партийных органов провёл секретное расследование, в результате которого выяснилось, что на месте предполагаемого тарана Гастелло действительно потерпел крушение и самолёт Маслова.

Экипаж Маслова перезахоронили на кладбище Радошковичей, фрагменты найденного поблизости от могилы бомбардировщика Маслова — отправлены в музей. Кстати, в фонде музея ВВС они долго числились как останки самолета Гастелло... Однако в настоящий момент в минском Музее Великой отечественной войны экспонируется блок цилиндров от двигателя М-88, характерного для Ил-4 ( ДБ-3Ф) с подписью: «Двигатель с самолёта капитана Маслова».

На месте гибели экипажа Маслова был установлен памятник-монумент, посвящённый... подвигу экипажа Н. Ф. Гастелло.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10233.jpg
Тот самый памятник

Подобное перемешивание событий из жизни и смерти двух разных геройских экипажей породили волну слухов и домыслов. Так, в 1990-е годы в СМИ появилась «версия майора Харитонова»:

Майор ВВС Эдуард Харитонов обнародовал данные об эксгумации предполагаемой могилы Гастелло в 1951 году, и сделал «оригинальный» вывод: мол, «на самом деле таранил вражескую колонну вовсе не Гастелло, а Маслов»... В 1996 году указом президента Ельцина Маслов и все члены его экипажа были награждены званием Героя Российской Федерации — посмертно. Безусловно, память героев, честно и доблестно погибших в жестоком воздушном сражении, следовало хотя бы посмертно почтить высокими наградами. Но остается вопрос: Где место в «версии майора Харитонова» самому Николаю Францевичу и его соратникам? Ведь тогда следует искать уже другой «пропавший без вести» экипаж...

Версия ставила под сомнение даже достоверность рапортов Воробьёва и Рыбаса. Во-первых, у Харитонова возникло предположение, что непосредственно сам таран самолётом Гастелло улетавшие от места боя лётчики не видели, связав падение бомбардировщика Гастелло и столб дыма, поднимавшийся возле дороги. Во-вторых, выдвигалось предположение, что рапорты «могли быть переделаны в ходе кампании по героизации Гастелло в июле—августе 1941 года». В-третьих, самих рапортов Воробьёва и Рыбаса не сохранилось, есть только ссылающиеся на них документы. Опросить этих ветеранов после войны возможности не было: очевидцы «огненного тарана» Гастелло — лейтенанты Фёдор Воробьёв и Анатолий Рыбас погибли. Воробьев сбит 23 августа в районе города Орёл при возвращении с боевого задания, а Рыбаса расстреляли в воздухе «мессершмитты» 15 ноября 1941 года. В-четвёртых, Воробьёв и Рыбас служили в 96-м ДБАП, который располагался на том же аэродроме, что и 207-й ДБАП, в котором воевали Маслов и Гастелло. По предположению сторонников альтернативной версии, экипажи из разных полков даже не могли лететь на задание в одном звене...

Последнее легко опровергается тем, что самолет Гастелло все-таки был найден. В сильно разрушенном состоянии, в Мацковском болоте, возле села Мацки. Этот самолет, согласно показаниям местных жителей, тоже упал 26 июня 1941 года на дорогу, где были немцы, вызвал сильный взрыв и взрывной волной был унесен далеко за обочину — в болото. На месте падения самолета найден был мертвым один из летчиков — сильно изувеченным и обгоревшим до неузнаваемости. Но в кармане его гимнастерки сохранился фрагмент полуобгоревшего письма на имя некоей Нины Скоробогатой...

Соратник Гастелло Григорий Скоробогатый был женат, и вполне мог носить в кармане недописанное письмо к супруге. То, что найдены останки именно экипажа Гастелло, подтвердил и извлеченный из обломков солдатский медальон с инициалами А. А. К. — еще одного летчика из экипажа Гастелло звали Алексеем Александровичем Калининым. Но самое главное — следопытам удалось поднять из болота разрушенный мотор самолета. А именно по мотору можно довольно легко идентифицировать конкретную машину: там имеется знак с заводским серийным номером, уникальным у каждого самолета. На двигателе М-87Б присутствовала бирка с серийным номером 87844, что однозначно говорит: это именно самолет Гастелло.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10234.jpg
Ил-4 в полете

Согласно свидетельским показаниям жителя села Мацки, один из сбитых летчиков в этом бою все-таки покинул кабину с парашютом — вылез на крыло и прыгнул. Но его на болоте поймали и убили немцы. Показания подтверждаются документом «Список безвозвратных потерь начальствующего и рядового состава 42-й авиадивизии с 22.06 по 28.06.41 г.» за подписью начальника отдела строевой части старшины Бокова. В конце перечисленных поимённо членов экипажа Гастелло приписка: «Один человек из этого экипажа выпрыгнул с парашютом, кто — неизвестно».

Сторонники «версии Харитонова» уцепились за этот факт и стали с пеной у рта доказывать, что Гастелло — вообще не герой. Дело в том, что эвакуироваться из подбитого ИЛ-4 с парашютом через крыло может только командир экипажа. Получается, что летчик покинул горящий самолет, оставив в нем товарищей и не убедившись в том, что они тоже в состоянии воспользоваться парашютами. А значит, никакого решения летчиков о сознательном таране не было: подбитый «Ил» сам свалился немцам на головы...

Останков, которые можно однозначно опознать как кости Николая Гастелло, на месте падения самолета действительно не обнаружено. Но это могло произойти и потому, что кабина с местом первого пилота полностью разрушена взрывом — в таких условиях покойнику было бы проблематично остаться целым... Да и свидетели боя — а мы с полным правом можем все-таки считать их свидетелями — ни о каких парашютированиях не упоминают.

В рапорте Воробьёва и Рыбаса — ни слова о попытках товарищей покинуть горящий самолет! Да и Боков впоследствии признавал, что, будто бы, не уверен в информации об эвакуировавшемся с парашютом пилоте: местные жители видели несколько сбитых самолетов, и с какого конкретно прыгнул летчик, могли и не разобраться. Зато не вызывает сомнений подтвержденный и рапортами пилотов, и свидетельствами с земли факт: один из подбитых Ил-4 специально повернул вдоль дороги на Мацки, где были немцы, хотя рядом с лесополосой и болотом есть довольно широкое поле, на котором до войны колхозники растили хлеб. При попытке вынужденной посадки, согласитесь, логичнее было бы лететь к полю, а не к лесу и дороге... И, судя по всему, именно этот самолет потом и был найден в Мацковском болоте — с письмом к женщине по фамилии Скоробогатая и медальоном с буквами А.А.К...
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10235.jpg
Ходатайство депутата о награждении летчика Маслова

Косвенным подтверждением того, что для Николая Гастелло не было ничего необычного в в таранном ударе по наземной цели в виде скопления вражеской техники, говорит тот факт, что во время боёв на реке Халхин-Гол в 1939 году он служил в одном полку вместе с батальонным комиссаром М. А. Ююкиным. Этот летчик первым совершил таран наземной цели, направив самолет на японскую колонну 5 мая 1939 года, и Николай не мог об этом не знать.

А теперь предоставим слово сыну героя, тоже военному летчику, полковнику в отставке Виктору Гастелло:

«Показания Воробьёва и Рыбаса являются главным и неопровержимым свидетельством подвига Гастелло, поскольку именно эти участники боя были к самолету отца ближе всего. Это подтверждено и другими участниками сражения, и даже немцами».

Исследование останков самолета Маслова говорят о том, что он не совершал таран, а врезался в землю на «бреющем» полёте в 170 метрах от дороги. Снижение самолета было пологим, и по мнению пилотов и инженеров НИИ ЭРАТ-13, профессионально занимающихся исследованием авиационных аварий, может говорить либо о попытке вынужденной посадки, либо о том, что Маслов тоже попытался таранить вражескую колонну, но промахнулся...

Итак, займемся опровержением мифов и заблуждений о Николае Гастелло:

Предположение: Гастелло совершил первый в истории таран наземной цели

Действительность: Первый таран самолётом наземной цели совершил советский лётчик Михаил Анисимович Ююкин 5 августа 1939 года во время боёв на реке Халхин-Гол; если же брать все «огненные тараны» — как наземных, так и морских целей — то первый такой таран совершил китайский лётчик Шен Чангхай 19 августа 1937 года.

Предположение: Гастелло совершил первый таран в истории Великой Отечественной войны

Действительность: Первый таран в истории Великой Отечественной войны совершил советский лётчик Д. В. Кокорев 22 июня 1941 года приблизительно в 4 часа 15 минут. Десять минут спустя аналогичный подвиг совершил И. И. Иванов.

Предположение: Гастелло совершил первый таран наземной цели в истории Великой Отечественной войны

Действительность: Первый в истории Великой Отечественной войны таран наземной цели совершил советский лётчик П. С. Чиркин 22 июня 1941 года.

Предположение: Гастелло был штурманом в экипаже М. А. Ююкина, совершившего первый в истории таран наземной цели 5 августа 1939 года во время событий на реке Халхин-Гол. Выжил, прыгнув с парашютом.

Действительность: Имя выжившего члена экипажа, покинувшего самолет перед тараном М. А. Ююкина — Александр Морковкин. Гастелло был однополчанином Ююкина.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10236.jpg
Капитан Александр Маслов

Подводя итоги, можно констатировать следующее: 26 июня 1941 года оба экипажа Гастелло и Маслова в разное время вылетели на бомбардировку одной и той же немецкой колонны на одинаковых самолетах Ил-4 (ДБ-3ф). Эти самолеты мало приспособлены для противостояния танкам и зениткам на небольшой высоте. Истребительного прикрытия не было — риск потери экипажей был изначально высоким. Оба экипажа героически погибли при выполнении боевого задания: Гастелло — при таране скопления вражеской техники, Маслов — при бомбардировке колонны и последовавшей попытке тарана или вынужденной посадки. Отсутствие останков Николая Гастелло в кабине самолета, найденного в Мацковском болоте, объясняется полным разрушением пилотского места при таране, во время которого даже у мертвого тела летчика не было возможности уцелеть.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10237.jpg
Памятник Николаю Гастелло

Бессмертный полк

07.05.2017, 07:40

https://polkrf.ru/news/401/voennoistoricheskiy_kalendar_6_maya

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/2902.jpg
Опубликовано Постановление СНК СССР от 06.05.1942 N 640 «О трудовом устройстве инвалидов Отечественной войны»

Иван Зацарин

07.05.2017, 11:10

http://histrf.ru/biblioteka/book/matchi-zhizni-k-74-lietiiu-vozvrashchieniia-futbola-v-blokadnyi-lieninghrad
5 мая 2016
http://histrf.ru/uploads/media/artworks/0001/34/thumb_33957_artworks_full.jpeg
Матчи жизни. К 74-летию возвращения футбола в блокадный Ленинград

Сегодня в прошлом

Все слышали о “матче смерти”. Многие смотрели фильм противостоянии советских футболистов нацистским оккупантам на киевском стадионе, снятый в 2012 году.

Но в Великую Отечественную войну были ещё и матчи жизни. Сегодня, когда мы справляем 74-летие первого из них, об этом стоит поговорить.

Ленинград

Что такое весна 1942 года в Ленинграде? Она пришла после самой страшной блокадной зимы. Время “сытных” норм выдачи хлеба – от 300 до 700 грамм на человека в день (ещё полгода назад нормы были в 1,5-2 раза ниже). Однако всё равно невозможно представить, как в таких условиях можно жить, работать и воевать. Немцы периодически сбрасывали на город листовки, из которых можно было узнать, что Ленинград – мёртвый город, а не взяли его до сих пор потому, что у “сверхчеловеков” есть на это свои причины. Вот на таком фоне начинается серия футбольных матчей в городе.

…Это, конечно же, не современный футбол высоких скоростей и отточенной техники, хотя в играх участвовали футболисты, игравшие за ленинградские клубы до войны. В условиях 1942 года на счёт игры большее влияние часто оказывала не подготовка, а норма питания. Поэтому и смысл игры несколько отличался от привычного нам футбола, смещаясь в сторону кубертеновского “Главное не победа, а участие”. Мы привыкли воспринимать эту фразу как дежурные красивые слова. Однако в блокадном Ленинграде эта фраза зазвучала как нужно, как задумывалась. Футболисты нередко играли таймы безе перерывов – потому что «потом невозможно встать». А после матча - уходили с поля, поддерживая друг друга. Поэтому сегодня нет никакого смысла говорить о том, кто кого в тех матчах победил.

И мы не будем. Там играли сплошь победители.

Прямых трансляций не велось, но репортажи передавали по радио в записи, поэтому футбольные страсти были доступны и на передовой.

Матч 6 мая между “Динамо” (большей частью довоенный состав клуба) и командой Балтийского флотского экипажа был во многом пробным. Как и следующий – между “Динамо” и командой Ленинградского металлического завода (в основном игроки довоенного “Зенита” и “Спартака”), в котором ряд заявленных участников не смогли играть из-за истощения. Тем не менее, количество команд постепенно росло. В 1943 году даже провели первенство города среди 20 команд и разыграли кубок города.
http://cs7004.vk.me/c540106/v540106034/42/kSl-erkhA6U.jpg
Фотография с матча, сыгранного 6 мая 1942 года

Совинформбюро

07.05.2017, 12:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/6/2770/
06.05.1942

УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 6 МАЯ

В течение ночи на 6 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

В ожесточённых уличных боях в одном из населённых пунктов (Калининский фронт)бойцы под командованием тов. Рудакова уничтожили 400 немецких солдат и офицеров,2 орудия, 2 миномёта, один танк и взорвали склад с боеприпасами. На другомучастке фронта наши кавалеристы выбили противника из 3 населённых пунктов.

Ночью разведывательная группа противника пыталась проникнуть в расположение наших частей, действующих на Западном фронте. Обнаружив вражеских разведчиков,наши бойцы открыли ружейно-пулемётный и миномётный огонь и вынудили немцев отойти на исходные позиции. На поле боя осталось 60 убитых гитлеровцев.

Группа наших бойцов, проникнув в тыл врага, минировала железнодорожный мост.Проходивший воинский эшелон противника потерпел крушение. Убито и ранено свыше150 гитлеровцев.

Тринадцать наших снайперов во главе с политруком Сергеевым за три дня истребили 65 немецких солдат и офицеров. Красноармейцы т.т. Ковалёв и Токарев уничтожили по 8 гитлеровцев.

Отряд орловских партизан под командованием тов. С. пустил под откос железнодорожный состав с немецкими солдатами и офицерами. На другой день партизаны сожгли вражеский танк и взорвали железнодорожное полотно на протяжении 200 метров.

Ниже публикуются выписки из дневника немецкого унтер-офицера Карла Кемпера:

«28 марта.

Наконец, мы в Любани. Разгружаемся...Разговаривали с солдатами, уже участвовавшими в боях. Война им всем страшнонадоела.

3 апреля.

Утром русские решительно пошли вперёд. Возле меня один наш солдат был ранен, другой — убит.

4 апреля.

Русские опять продвинулись вперёд. Это простоудивительно, с каким напором они наступают. Мы совсем лишены сна. В отделенииещё несколько убитых.

7 апреля.

Утром всё было спокойно. Вдруг в половине дня начала бить русская артиллерия. Сразу четыре прямых попадания в наши позиции.Много раненых и убитых. Георг Берг ранен осколком. Многие солдаты перепугались насмерть, побросали винтовки и убежали в лес».

Немецкому солдату Генриху Бунде пишет его брат из Петерсдорфа «Весна в этом году запаздывает, но у нас в деревне не торопятся с севом. Сейчас всем предложено сдать картофель. Забирают даже то, что оставлено для посева. Я просто не знаю, что делать».

Наши бойцы, продвигаясь вперёд, обнаружили тяжело раненного красноармейца Стевельбрука. Придя в себя, он рассказал следующее: «Я вместе с группойкрасноармейцев, выполнив боевое задание, возвращался в свою часть. Неожиданнонас обстреляли замаскированные пулемёты противника. Я и ещё четверо моихтоварищей были тяжело ранены. Немцы настигли нас и учинили жестокую расправу.Одному раненому красноармейцу гитлеровцы прикладом размозжили голову, троих бойцов долго пытали, а потом пристрелили из пистолетов. Меня немецкий офицер избил, а затем ранил выстрелом в упор. Я потерял сознание».

Положение в Финляндии обостряется с каждым днём. Надвигающаяся катастрофа вызвала тревогу и растерянность среди финских лакеев и подручных Гитлера. Так,финский министр Пеккала на днях заявил: «Наши экономические затруднения весьма серьёзны, особенно с продовольствием... Посадочного картофеля в Финляндии почтинет. Проведению весеннего сева у нас препятствует больше всего отсутствие рабочей силы. По этой же причине срывается сплав леса». Газета «Вазабладет»признаёт наличие в стране «скрытой оппозиции против правительства». Газета«Сатакуннан канса» мечет гром и молнии против тех, кто говорит о мире, и предлагает «поступать с людьми, сеющими пессимизм, неуверенность и недовольство,как с агентами врага».

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 6 МАЯ

В течение 6 мая на фронте ничего существенного не произошло.

По уточнённым данным, за 4 мая уничтожено не 12 немецких самолётов, как обэтом сообщалось ранее, а 14 немецких самолётов.

За 5 мая уничтожено 6 немецких самолётов. Наши потери — 5 самолётов.

Наш корабль в Баренцевом море потопил транспорт противника водоизмещением в5.000 тонн.

За 5 мая частями нашей авиации уничтожено или повреждено 2 немецких танка, 65автомашин с войсками и грузами, 8 зенитно-пулемётных точек, взорван склад с боеприпасами, разбит железнодорожный состав, рассеяно и частью уничтожено додвух рот пехоты противника.

В упорных двухдневных боях наши части, действующие на одном из участков Калининского фронта, уничтожили более 1.000 немецких солдат и офицеров. На другом участке советские кавалеристы выбили противника из населённого пункта.Немцы потеряли убитыми и ранеными 300 солдат и офицеров. Наши бойцы подбилинемецкий танк и захватили у противника следующие трофеи: 8 станковых, 7 ручных и3 крупнокалиберных пулемёта, 6 миномётов, 1 автоматическую пушку, 105 винтовок и 10.000 патронов. Взято в плен несколько десятков немецких солдат.

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта,уничтожили 500 вражеских солдат и офицеров. Зенитчики подразделения тов.Суворова сбили немецкий истребитель «Мессершмитт-109».

На одном из участков Южного фронта противник пытался атаковать наши передовые подразделения, но огнём артиллерии и пехоты был отброшен на исходные позиции. На поле боя осталось много вражеских трупов.

Во время атаки оборонительного рубежа противника красноармеец Чумаков ворвался во вражеский ДЗОТ. Действуя штыком и гранатой, смелый боец уничтожил 10гитлеровцев. Вооружившись трофейными гранатами, тов. Чумаков затем подполз к дому, в котором засели немецкие автоматчики, и забросал их гранатами.

Партизанский отряд «Ф. Д.», действующий в одном из районов Смоленской области, разгромил штаб немецкого артиллерийского полка. Партизаны уничтожили 2орудия, разрушили телеграфно-телефонную станцию и сожгли склад с боеприпасами.Советские патриоты уничтожили 70 гитлеровцев и захватили 3 пулемёта, миномёт,винтовки, различное военное имущество и документы.

Пленный обер-ефрейтор 9 роты 3 батальона 248 полка 88 немецкой пехотной дивизии Иоганн Гиммельбауэр рассказал: «Наша дивизия находилась во Франции.Когда появились слухи о том, что дивизию перебросят на советско-германский фронт, группа солдат сбежала в Испанию. На фронт наш батальон попал в марте. За две недели боёв мы потеряли половину личного состава. Неподалеку от нас держал оборону батальон, которым командовал капитан Франке. В каждой из рот этого батальона осталось солдат меньше, чем в нормальном взводе. Многие солдаты ходят в рваных сапогах, которые уже невозможно починить. С продовольствием тоже плохо.У населения теперь брать больше нечего. Крестьян уже давно обобрали. Многие части совершенно небоеспособны. Солдаты ждут конца войны и возвращения домой».

Несмотря на жестокие репрессии немецких оккупантов, бельгийские патриоты усиливают борьбу против своих поработителей. Недавно крупный военный завод близ Брюсселя (Бельгия), принадлежавший известной немецкой фирме Круппа, прекратилработу ввиду аварии трансформаторной станции. В Антверпене за последнее время неизвестными выведен из строя ряд портовых кранов, а также совершён ряд и версий, в результате которых нанесены серьёзные разрушения шлюзам и каналам.

Как передаёт Германское информационное бюро, Геббельс обратился к населениюБерлина с призывом принять участие в конкурсе вежливости. «Перед конкурсомпоставлена задача выявить 40 жителей Берлина, которые, несмотря на тяготы войны,всегда остаются вежливыми и не теряют самообладания».

Не от хорошей жизни приходится фашистским правителям объявлять подобный конкурс. Голод, каторжные условия труда, а также огромные потери немецких войск на советско-германском фронте окончательно выбили немцев из равновесия. Разобъявлен конкурс, видимо, очень трудно гитлеровцам отыскать в Берлине, в городе с многомиллионным населением, несколько десятков человек, которые «всегда остаются вежливыми и не теряют самообладания».

ПОМНИ ВОЙНУ

07.05.2017, 12:14

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/6/900/
06.05.1942

В районе Холма обстановка всё улучшается. Стала возможной эвакуация раненых.

На остальном фронте из-за погоды и плохого состояния дорог очень тихо.

ПОМНИ ВОЙНУ

07.05.2017, 12:15

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/6/901/
06.05.1942

6 мая Сталин отдал распоряжение о том, чтобы «войска Крымского фронта прочно закрепились на занимаемых рубежах, совершенствуя их оборонительные сооружения в инженерном отношении и улучшая тактическое положение войск на отдельных участках, в частности путём захвата кой-асановского узла». Фронту ставились задачи одновременно и обороняться, и наступать. Войска на занимаемых рубежах закрепились, но оборону согласно нормативным положениям действовавших тогда уставов подготовить не успели. Ведь вплоть до 6 мая их главной задачей оставалось наступление в целях освобождения Крыма.

Все дивизии были растянуты в одну линию, а их боевые порядки крайне уплотнены. Дивизии занимали для обороны полосы протяжением в среднем до 2 километров. Командование фронта не приняло необходимых мер по созданию глубоко эшелонированной обороны даже тогда, когда стали поступать сведения, что противник готовится к активным действиям. Тыловые оборонительные рубежи его — Турецкий вал и Керченские обводы — существовали лишь на оперативных картах. Противодесантная оборона побережья не была организована. Маскировка войск и командно-наблюдательных пунктов практически отсутствовала. Но главное, перейдя к обороне, фронт продолжал сохранять наступательную группировку. В его первом эшелоне находилось 15 стрелковых дивизий, в резерве — 6,5 расчётных (принимая две бригады за одну дивизию), из которых 4 дивизии располагались в 3—20 км от переднего края и только 2 — в 60—80 км от него. Следовательно, 19 дивизий из 21,5 находились вблизи линии фронта. Всё это сокращало глубину обороны и ограничивало возможности фронта по парированию ударов противника в случае прорыва, создавая опасность преждевременного втягивания резервов в сражение. Самым неудачным оказалось построение 44-й армии, командующим которой был генерал С. И. Черняк. Её второй эшелон располагался в 3—4 км от переднего края, то есть на уровне позиции полковых резервов. При столь малой глубине противник имел возможность нанести огневой удар сразу по двум эшелонам оперативного построения армии.

Евгения Приемская

08.05.2017, 08:46

http://izvestia.ru/news/700556
6 мая 2017, 09:01
Футбол как боевое задание
https://content.izvestia.ru/media/3/news/2017/05/700556/a7b6cc58d533a4ac0d456d0877b1c738.jpg
Сюжет: 72-я годовщина Победы
Фото: ТАСС

6 мая 1942 года в блокадном Ленинграде состоялся футбольный матч, положивший начало целой серии игр в заблокированном городе, — команда, получившая название «Динамо», встретилась на собственном стадионе с моряками-балтийцами.

По просьбе игроков самая первая игра прошла без перерыва — они боялись, что, один раз присев на лавки, они уже не смогут подняться. А для того чтобы сформировать две полноценные команды, многих футболистов пришлось вызывать в город с передовой.

Важнейшее боевое задание

Кому именно принадлежала идея о проведении такой встречи, точно неизвестно. Однако решение было принято на уровне Военного совета фронта.

Ленинград только что пережил тяжелейшую блокадную зиму, немцы называли его «городом мертвых», утверждая, что всё его население обречено. Необходимо было не только поднять дух жителей города, но и продемонстрировать противнику, что город готов не только бороться, но и жить.

По воспоминаниям спортсменов, участвовавших со стороны команды «Динамо» в том самом первом блокадном матче, о решении провести игру им сообщили в военном отделе горкома партии. Футболисты, которые провели осень и зиму в Ленинграде, сами находились в изможденном состоянии. Однако им предложили считать ее своим важнейшим боевым заданием.

Как таковой довоенной команды к этому моменту уже не существовало — несколько игроков погибли зимой 1941–1942 годов, единицы находились в эвакуации, большинство были призваны на фронт. А требовалось не только заново собрать динамовцев, но и набрать еще одну полноценную команду.

Игроки, вызванные с передовой

В довоенном Ленинграде «Динамо» было одной из самых популярных футбольных команд. Сразу после начала войны большинство игроков явились на призывные пункты. Часть стала оперуполномоченными милиции (команда относилась к системе правоохранительных органов) и работала в осажденном городе. Часть — отправилась на передовую.

Виктор Набутов — известный футболист и впоследствии футбольный комментатор, — весной 1942-го командовал бронекатером на Ораниенбаумском плацдарме. Борис Орешкин, также входивший в довоенный состав команды, командовал сторожевым катером, входившим в береговую охрану. Георгий Московцев служил рядовым пехотинцем под Красным Селом. Сразу пять человек — Михаил Атюшин, Валентин Федоров, Аркадий Алов, Константин Сазонов и Виктор Иванов — были оперуполномоченными ленинградской милиции. Все они оказались в составе вновь собранной команды «Динамо», которая вышла на поле 6 мая 1942 года.

Для тренировок, которые накануне встречи проходили по два раза в неделю, тех, кто находился не в Ленинграде, специально вызвали с передовой. Причем зачастую часть пути до стадиона им приходилось преодолевать своими силами.

Если «Динамо» представляли все-таки профессиональные футболисты, то вторая команда была значительно более разнородна. Состав ее впоследствии несколько раз менялся. В первом матче на поле вышла команда Балтийского флотского экипажа.

Игра под прицелом

Сложность заключалась не только в том, чтобы найти людей, способных провести полноценную игру. Стадион на Крестовском острове, на котором она должна была пройти, был разрушен после обстрелов. Часть тренировочных полей была засажены овощами, которые выращивались для жителей города.

Кроме того, проведение такой встречи означало, что большая группа людей будет собрана на открытом, уязвимом для противника пространстве. Нельзя было исключать, что немцы обстреляют стадион, узнав о проведении игры.

Именно поэтому матч, имевший такое значение для осажденного города, не анонсировался заранее. Даже зрителей на него специально не приглашали. Большинство тех, кто следил в тот день за игрой, узнали о ней незадолго до ее начала.

Зато ее радиозапись, вышедшая в эфир на следующий день, произвела фурор — не только на улицах города, но и в окопах на подступах к городу, где солдаты впервые за долгое время услышали настоящий репортаж с футбольного матча.

Отдельная запись, на немецком языке, была сделана для гитлеровских войск, осаждавших город.

Игра без замен и перерыва

Игра проходила на резервном поле. Перед ее началом футболистов предупредили: в аут бить нежелательно, там растет картошка, жизненно необходимая жителям города.

Время каждого тайма, по просьбе игроков, было сокращено с традиционных 45 минут до 30. Замен во время игры, на которую с большим трудом нашли 22 игрока, не предусматривалось. От полноценного перерыва участники отказались сами — они опасались, что, остановившись, уже не смогут возобновить игру.

По воспоминаниям большинства участников, играть было тяжело — удар мяча мог повалить человека на землю, ноги немели. Но футболисты отыграли весь матч и после его завершения покинули поле обнявшись — чтобы поддержать наиболее ослабевших.

«Динамо» выиграло у своих непрофессиональных противников со счетом 7:2, однако в реальности это был один из немногих матчей в истории, когда главная цель у обеих команд была одна — довести игру до конца, показать, что и они, и город живы и готовы к борьбе.

«Матч жизни» и «матч смерти»

Серия ленинградских «матчей жизни» — и в первую очередь два первых, состоявшихся 6 и 31 мая 1942 года, — вошла в число наиболее известных футбольных встреч, состоявшихся за время Великой Отечественной войны.

Еще одну встречу, получившую название «матч смерти», в 1942 году сыграли участники киевского «Динамо» и нескольких других довоенных команд против немецкой команды в оккупированном Киеве. Во время матча, который стал последним в целой серии игр, советские спортсмены (собранные немцами в концентрационных лагерях) одержали верх над противниками со счетом 8:0. Многие из них впоследствии за эту победу заплатили жизнью.

Чистый исторический интернет

08.05.2017, 11:38

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
http://fanstudio.ru/archive/20170508/VG4YvBPP.jpg
7 мая 1942 статья Эренбурга «О ненависти». «Мы говорим не о злобе – о ненависти, не о мести – о справедливости»

Совинформбюро

08.05.2017, 11:52

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/7/2771/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 7 МАЯ

В течение ночи на 7 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

Наша часть под командованием тов. Тимофеева, действующая на Калининском фронте, за один день боевых действий уничтожила немецкий танк, 3 орудия, 16пулемётов и 2 миномёта. Противник потерял убитыми более 300 солдат и офицеров.

Наша танковая часть, действующая на одном из участков Западного фронта, в течение апреля месяца уничтожила 7 немецких самолётов, 5 танков, 34 орудия, 7 крупнокалиберных пулемётов, 23 миномёта, вездеход и зенитную установку. За это же время танкисты разрушили 29 блиндажей, уничтожили 48 огневых точек и истребили не менее 600 гитлеровцев.

Восемь красноармейцев во главе с командиром взвода Токаревым обнаружили отряд гитлеровцев численностью в 80 человек. Бойцы скрытно приблизились к немцам и открыли по ним пулемётный огонь. 25 вражеских солдат были убиты. Остальные в беспорядке отступили.

Несколько немецких солдат окружили разведчика-красноармейца тов. Селезнёва и пытались взять его в плен. Храбрый боец огнём из автомата уничтожил двух немцеви вернулся в свою часть, захватив ручной немецкий пулемёт.

Партизанский отряд под командованием тов. В., действующий в одном из районов Орловской области, оккупированных немцами, уничтожил 3 немецкие грузовые автомашины, 2 подводы с боеприпасами, взорвал железнодорожный мост и захватил вражеский обоз с продовольствием. Партизаны в схватках с врагом истребили 170 немецко-фашистских оккупантов.

Пленный ефрейтор 1 роты 473 полка 253 дивизии Эрвин Дониковский рассказал:

«Я находился на советско-германском фронте с самого начала войны. Я много видел и пережил. Знаю, что германская армия понесла колоссальные потери в людях и вооружении. Но самой крупной из всех потерь является упадок боевого духа солдат. Старых солдат осталось очень мало. В нашей роте их всего лишь несколько человек. У них теперь совсем другие настроения, чем в прошлом году. На место убитых и раненных присылают резервистов. Они плохо обучены и не хотят воевать.Многие солдаты начинают понимать, что русские воюют не против немецкого народа,а против Гитлера и его приближённых».

Батальонный врач 513 полка 294 немецкой пехотной дивизии Гайнц Вернер недавно писал своему знакомому в Германию: «Мы устроили приёмный пункт в сарае. Здесь постоянно находится до 50 больных солдат. Среди них много симулянтов. Каждый симулянт старается продлить своё пребывание в госпитале. Я ничего не могу поделать с ними».

Рабочий Краматорского завода Е. Л. Татаренко, пробравшийся с территории,занятой немцами, в расположение наших войск, сообщил: «В городе Краматорске царит дикий произвол. Каждый день фашистские изверги чинят расправу над мирным населением, убивая и расстреливая сотни ни в чём не повинных людей. Так,например, немцы расстреляли у Меловой горы 250 советских служащих. Население ограблено и голодает. Магазины закрыты. На рынках ничего нет. Крестьяне непривозят никаких продуктов, так как немцы всё отнимают. Гитлеровцы заставляютжителей города безвозмездно работать на немецкую армию. За невыполнение этого приказа люди подвергаются штрафу и аресту. Фашистские палачи ввели телесноенаказание для советских граждан — по 25 и более ударов шомполами».

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 7 МАЯ

В течение 7 мая на фронте ничего существенного не произошло.

За 6 мая уничтожено 7 немецких самолётов. Наши потери — 5 самолётов.

За 6 мая частями нашей авиации уничтожено или повреждено около 35 немецких автомашин с войсками и грузами, несколько полевых орудий, 12 минометов, 5зенитно-пулемётных точек, разбит железнодорожный состав, рассеяно и частью уничтожено до роты пехоты противника.

Наша часть под командованием тов. Белобородова (Северо-Западный фронт) втечение дня заняла населённый пункт и нанесла противнику большой урон в живой силе и технике. На другом участке фронта часть, которой командует тов.Захватаев, захватила у противника одно орудие, 2 миномётные батареи, 4 станковых пулемёта и склад военного имущества. На поле боя осталось 300 вражеских трупов.

Два батальона пехоты противника при поддержке 7 танков атаковали позицию,которую обороняли наши бойцы во главе с лейтенантом Лебедевым. Подпустив танки на близкое расстояние, красноармейцы дали несколько залпов из противотанковых ружей и подбили две немецкие машины. Понеся большие потери, гитлеровцы отступили. На следующий день противник снова пошёл в атаку, но был отброшен сещё большими потерями. В двухдневных боях наши бойцы уничтожили 2 и подбили 3немецких танка. Гитлеровцы потеряли убитыми и ранеными до 500 солдат и офицеров.

Тяжёлый танк младшего лейтенанта Васильева четыре дня действовал в тылу врага. За это время отважные танкисты Васильев, Захарцев, Прошкин и Тараканов уничтожили 5 противотанковых орудий, 8 миномётов с прислугой, разрушили 14 блиндажей и вывели из строя более 200 вражеских солдат и офицеров. Танкисты захватили у противника 50.000 патронов, 8 автоматов, несколько пулемётов и многоценных документов.

Артиллерийская батарея, где командиром тов. Глушин (Западный фронт), за двадня разрушила 2 вражеских блиндажа, уничтожила 2 орудия, 12 подвод с грузами и более ста гитлеровцев.

Рота немецких солдат окружила в лесу 32 советских партизан, действовавших втылу противника на Юго-Западном фронте. Пять часов длился неравный бой. Искусно замаскировавшись, славные советские патриоты метким огнём из винтовок выводили из строя одного гитлеровца за другим. Когда стемнело, немцы отступили, оставив влесу 34 убитых солдата и 2 офицеров.

Пленный врач 2-й роты отдельного итальянского горнолыжного батальона Энрико Реджинато рассказал: «Наш батальон в феврале месяце в первой же перестрелке срусскими потерял свыше 50 человек убитыми и ранеными. Недавно мы наткнулись на русскую засаду и подверглись внезапному обстрелу. Поднялась невообразимаяпаника. Наши солдаты постыдно сбежали, а меня и моего денщика красноармейцы забрали в плен. Мы были крайне удивлены, когда узнали, что против насдействовали всего лишь восемь советских разведчиков».

У немецкого ефрейтора Иозефа Зелигера найдено письмо от жены. В письмеговорится: «С питанием у нас очень тяжело. Получаем ничтожно мало продуктов...На нашей фабрике был большой пожар, сгорело много совершенно новых машин...Здесь говорят, что никто из солдат, находящихся в России, не возвратится домой».

Голод и каторжные условия труда подтачивают здоровье иностранных рабочих,занятых в промышленности Германии. Число больных непрерывно растёт. В марте месяце на военном заводе близ Манхейма 120 тяжело больных итальянцев валялись в бараках без всякой медицинской помощи и присмотра. Иностранные рабочие потребовали от администрации немедленно отправить больных на родину, угрожая в противном случае объявить забастовку. Местные власти сообщили, что требование рабочих будет выполнено. Через несколько дней все больные были отправлены якобы в Италию, но, как теперь выяснилось, никто из них на родину не вернулся.

Бессмертный полк

09.05.2017, 11:55

https://polkrf.ru/news/1733/nepridumannaya_istoriya_arustam_arakelovich_ayrape tyan
08 мая 2017
Краткая информация про одного из ветеранов Великой Отечественной войны, в частности, моего деда — инвалида Великой Отечественной войны Арустама Аракеловича Айрапетяна (1919-1993).

Будучи артиллеристом (командиром орудийного расчета 122 мм пушки), участником Советско-Финляндской и Великой Отечественной войн, он выжил в ходе оборонительных боев за Севастополь, Сталинград и Кавказ, в ходе освобождения городов Крыма, Украины и Польши, но погиб от рук нелюдей, в ходе известных событий в Нагорном Карабахе.

Дед рассказывал о гибели многих бойцов КА в ходе десантирования на крымский берег (в ходе шторма наскакивали на отвесные скалы). Со слов деда, не смотря на то, что был командиром орудийного расчета, он не раз ходил в разведку, в т.ч. за «языком». За ряд удачно проведенных акций, помимо медалей, дважды представлялся к орденам. Судьба этих документов не известна (на сайте «Подвиг народа» наградных листов не выявил).

Мне известно наименование лишь одной из воинских частей, где воевал мой дед: 19-й гвардейский артиллерийский полк РГК. Сохранился военный билет моего деда, выданный 23 февраля 1939 года. Он был призван Гадрутским РВК Нагорно-Карабахской АО.

Дата демобилизации из армии, в связи с очередным ранением и получением инвалидности, — 8 сентября 1944 года (ЭГ-1244)...
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10499.jpg
Вардан Григорян

Совинформбюро

09.05.2017, 11:58

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/8/2772/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 8 МАЯ

В течение ночи на 8 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

Наши части, действующие на отдельных участках Северо-Западного фронта, за двадня боевых действий уничтожили до 500 немецких солдат и офицеров. У противниказахвачены следующие трофеи: 7 орудий, 24 миномёта, 52 пулемёта, 53 автомата, 130 винтовок, 2 радиостанции, 200 гранат, 1.500 мин и свыше 20.000 винтовочных патронов.

Наша часть, действующая на одном из участков Калининского фронта, успешноотразила контратаку противника. Немцы оставили на поле боя более 100 трупов. На другом участке фронта артиллеристы части под командованием тов. Березина уничтожили 3 вражеских танка.

Танковые экипажи младшего лейтенанта Ильюхина и старшины Шувалова за 5 дней боевых действий уничтожили 18 немецких ДЗОТов, 24 пулемётные точки, 3противотанковых орудия, 3 крупнокалиберных пулемёта и взорвали склад с боеприпасами противника.

Красноармеец Погорелов из противотанкового ружья подбил немецкий танк. Ночью тов. Погорелов вместе с бойцами Чекмазовым и Филипповым забрались в подбитуюнемецкую машину. Несколько часов спустя гитлеровцы пошли в атаку. Смелые бойцы,находившиеся в танке, открыли огонь из пушки и пулемётов и уничтожили до взводапехоты противника.

За несколько дней снайперы т.т. Дегтяренко и Овчаренко уничтожили 27 немцев,снайпер тов. Медведев — 10, снайпер тов. Батищев — 6 немцев.

Успешно продолжает громить немецко-фашистских захватчиков партизанский отряд«Дедушка», действующий в Смоленской области. За неделю партизаны этого отряда истребили свыше 300 гитлеровцев. Советские патриоты захватили одно орудие, 3миномёта, несколько пулемётов, 2 радиостанции и другие трофеи.

Пленный ефрейтор 1 роты полка «Дейчланд» дивизии «Рейх» Еурт Спедрикис рассказал: «В начале января 1942 г. я в составе маршевого батальона прибыл нафронт. Большинство солдат прошло шестинедельную военную подготовку. Во времяобучения солдатам говорили, что батальон отправят во Францию. Они были возмущеныотправкой на русский фронт, но боялись открыто выражать свои мысли. Недавнорусские предприняли на нашем участке сильную танковую атаку. Наша рота неустояла и побежала. Я остался в блиндаже и при подходе русских добровольносдался в плен. Что меня толкнуло на такой шаг? Я устал от войны и не хочу больше воевать».

Гитлеровцы продолжают зверски расправляться с попавшими в ним в плен красноармейцами. В освобождённой от немецко-фашистских захватчиков деревнеЧумазово, Смоленской области, в подвале были обнаружены трупы 12 красноармейцев.На трупах видны многочисленные следы зверских пыток. Местные жители рассказали,что гитлеровцы долго издевались над ранеными пленными красноармейцами,подвергали их страшным мучениям, а потом загнали в подвал и расстреляли.

В ряде селений Келецкого воеводства (Польша) произошли восстания крестьян против немецких оккупантов. Поводом к восстаниям послужило массовое выселение местных жителей и конфискация принадлежавших им земли и имущества. Крестьяне перебили фашистских чиновников и сопровождавший их отряд полиции. Прибывшие для подавления восстания гитлеровцы застали опустевшие деревни. Жители ушли влеса.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 8 МАЯ

В течение 8 мая на фронте ничего существенного не произошло.

За 7 мая уничтожено 36 немецких самолётов. Наши потери — 16 самолётов.

За 7 мая частями нашей авиации уничтожено или повреждено 20 немецких автомашин с войсками и грузами, 2 артиллерийские батареи, 3 зенитно-пулемётные точки, взорваны два склада с боеприпасами и склад с горючим, рассеяно и частью уничтожено до роты пехоты противника.

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, за двадня боевых действий уничтожили 400 вражеских солдат и офицеров. Артиллерийским огнём и разведывательными группами разрушены 3 ДЗОТа, 5 блиндажей и землянок,уничтожены 2 полевых орудия, 4 пулемёта и 2 миномёта противника.

Подразделение, которым командует тов. Украинский, в ожесточённом бою спротивником захватило 118 немецких винтовок и автоматов, 21 пулемёт, 2 пушки,3.000 мин, 2 радиостанции, много снарядов и патронов. Враг потерял убитыми более 350 солдат и офицеров.

Противник атаковал наши позиции на одном из участков Западного фронта. Огнём артиллерии и пехоты атака немцев была отбита. На поле боя остались сотни вражеских трупов. На другом участке фронта артиллеристы гвардейской части разрушили 3 вражеских блиндажа, уничтожили несколько станковых пулемётов и 120 немецких солдат и офицеров.

Артиллеристы батареи тов. Медведкина в одном из боёв уничтожили 5 немецких танков.

Красноармеец-минёр тов. Кузнецов в течение нескольких дней извлёк с заминированного немцами участка и обезвредил 700 противотанковых мин.

Партизанский отряд под командованием товарища З., действующий в одном изоккупированных немцами районов Калининской области, совершил внезапный налёт напосёлок Н. и уничтожил около 100 гитлеровцев, 6 автомашин и взорвал склад с боеприпасами.

Пленный санитар 10 роты 151 полка 61 немецкой пехотной дивизии Иосиф Айзель рассказал: «Многие немецкие солдаты выражают недовольство войной. Участились случаи грубого нарушения дисциплины и невыполнения приказов. 19 апреля фельдфебель Фауст приказал солдату вашего полка Гуго Бартеру отправиться в разведку. Биркнер категорически отказался выполнить приказание и заявил: «Не хочу больше рисковать жизнью: у меня жена и дети. Расстреляйте на месте, но я в разведку не пойду».

Пленный солдат 2 роты 11 мотополка Гейнц Ветер сообщил: «Во Франции я служилв составе 81 дивизии, которая сейчас находится на центральном участке советско-германского фронта. Незадолго до отправки в Россию в частях дивизии вспыхнули волнения. Солдаты потребовали, чтобы их отпустили домой. Командование жестоко расправилось с зачинщиками волнений и расстреляло 125 человек. Среди расстрелянных — 25 человек из моей роты».

Жителя ныне освобождённой от немецко-фашистских захватчиков деревни Жуково, Калининской области, рассказали о том, что гитлеровцы во время одного из боёв схватили истекавшего кровью, тяжело раненного красноармейца Третьякова, затащили его в сарай и подвергли чудовищным пыткам. Гитлеровские изверги отрезали у раненого бойца язык, уши и перебили суставы пальцев.

ПОМНИ ВОЙНУ

09.05.2017, 12:05

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/8/4887/
Германское командование начало наступление в Крыму, где советские войска сковывали 11-ю немецкую армию и где, кроме Севастопольского гарнизона, на небольшом пространстве у Керчи было сосредоточено 17 стрелковых дивизий, 3 стрелковые бригады и 4 танковые бригады.

Поставив своей задачей ликвидацию этого скопления советских войск, германское командование, кроме высвобождения своей армии (5 дивизий), лишало еще и советскую армию 4-5 армейских соединений, то есть в сумме ликвидировало бы группировку, эквивалентную целому фронту. Немецкая группировка, которая по численности и мощи почти в 2 раза уступала советским войскам, нанесла удар вдоль побережья Феодосийского залива.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1359112371.jpg
Советские солдаты в Крыму. 1942 год

ПОМНИ ВОЙНУ

09.05.2017, 12:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/8/93/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1321428822.jpg
Утром 8 мая после массированного авиационного удара немецко-фашистские войска перешли в наступление. Для содействия наземным войскам немцы активно использовали свою авиацию. Только в первый день наступления, 8 мая, она совершила около 1000 самолёто-вылетов. Командующий ВВС Крымского фронта генерал Е. М. Николаенко в условиях, когда немецкие истребители блокировали все аэродромы на полуострове, сумел поднять в воздух всего один полк самолётов И-153. Авиация же, базировавшаяся на Северном Кавказе, вылетов в интересах своего фронта не производила, поскольку по приказу главкома Северо-Кавказского направления маршала С. М. Буденного с 7 по 9 мая использовалась для ударов по противнику у Мариуполя и других пунктов в полосе Южного фронта. В такой ситуации за первые два дня операции на Керченском полуострове было потеряно 48 самолётов армейской и фронтовой авиации, а немецких сбито лишь 8. Операция проходила при полном господстве в воздухе авиации врага.

В 5 ч 30 мин 8 мая наземные войска противника начали наступление. Главный удар они нанесли в полосе действий 44-й армии, вдоль побережья Чёрного моря. Одновременно был высажен шлюпочный десант (около двух рот) в районе горы Ас-Чалуле (15 километров северо-восточнее Феодосии). 30-й армейский корпус внезапным ударом на 5-километровом участке вдоль побережья Феодосийского залива преодолел противотанковый ров и, прорвав позиции 63-й горнострелковой дивизии, продвинулся на глубину 7-8 км, достигнув района Арма-Эли. Позади пехоты начали выдвигаться танки. На северном участке к активным сковывающим действиям приступил 42-й армейский корпус.

Усилия советского командования были направлены на то, чтобы контрударом разгромить вклинившегося врага. Вражеская авиация сорвала перегруппировку частей второго эшелона и резерва 44-й армии. Из-за этого генералу Черняку не удалось организовать контрудар. Во второй половине дня командующий Крымским фронтом приказал ему произвести перегруппировку в течение ночи, с тем чтобы на рассвете 9 мая восстановить положение. С этой целью в армию передавалась часть фронтового резерва. Но и данный план оказался невыполнимым. После того как была получена директива от главкома Северо-Западного направления С. М. Буденного с иным планом действий, Д. Т. Козлов был вынужден отменить своё решение и в 20 ч он отдал новый приказ: 51-й армии утром 9 мая ударной группой с рубежа п. Парпач, г. Сюрук-Оба нанести контрулар в направлении балки Песчаной, восстановить положение и развить наступление на п. Дальние Камыши; 44-й армии — упорной обороной удержать рубеж совхоз Арма-Эли, балка Чёрная. Следовательно, усилия советского командования были направлены на то, чтобы контрударом разгромить вклинившегося врага. Тыловые рубежи войсками по-прежнему не занимались. Более того, размещённые у Турецкого вала 72-я кавалерийская дивизия и 54-й мотострелковый полк начали выдвигаться в полосу 44-й армии в целях её усиления. Преждевременное использование фронтового резерва практически перечеркивало возможность задержки противника в случае прорыва его в глубину.

Эрих Манштейн (11-я армия. Крым):

«8 мая армия начала наступление по плану операции „Охота на дроф“. 30 ак удалось преодолеть противотанковый ров и прорвать первую позицию противника. Высадка десанта с моря хорошо помогла войскам, наступавшим на фланге, так как застигла противника врасплох. Но всё же бой был нелегок. Плацдарм, захваченный по ту сторону противотанкового рва, был недостаточным для того, чтобы обеспечить выдвижение танковой дивизии. Начавшееся позже наступление 42 ак продвигалось также только медленными темпами. Но, тем не менее, мы завязали уже бой с 10 дивизиями противника и разгромили его южный фланг. Резервы же противника, по всем признакам, продолжали оставаться позади его северного фланга.»

Чистый исторический интернет

09.05.2017, 12:27

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/C_SYNSkXcAQ6x2U.jpg
8 мая 1942 в скверах и на улицах Минска немцы повесили 28 участников городского антифашистского подполья

Бессмертный полк

10.05.2017, 08:11

https://polkrf.ru/news/412/voennoist...alendar_9_maya
09 мая 2016

https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/2983.jpg
Крымский фронт. На рассвете 9 мая немцы, проведя артиллерийскую подготовку, силами 28-й и 50-й пехотных дивизий с танками нанесли удар в направлении совхоз Арма-Эли, курган Кара-Оба. Одновременно для развития наступления в северо-восточном и восточном направлениях они ввели в сражение 170-ю пехотную дивизию.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/2984.jpg
Мехлис и Козлов, прибывшие на КП 51-й армии, приказали Львову не позднее 18 часов 9 мая нанести контрудар. Однако он опять не состоялся. Противник в 17 ч 30 мин возобновил наступление, введя в сражение около 100 танков. Удар был направлен на север, в сторону п. Огуз-Тобе. На склонах кургана Сюрук-Оба и вокруг него развернулись ожесточённые бои. Продвижение противника было задержано.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/2985.jpg
По-иному сложилась обстановка в полосе 44-й армии. Как записано в оперсводке, её 404-я стрелковая дивизия, «не проявив должной стойкости, начала самовольный отход с занимаемых позиций». Для противника открылся путь на восток. В этот момент хорошо показала себя 72-я кавалерийская дивизия генерала В. И. Книги. Спешенные конники, обороняясь в полосе 11 км на не оборудованной в инженерном отношении местности, мужественно дрались с врагом, которому лишь к исходу дня удалось пробить бреши в обороне дивизии. Но с помощью 12-й и 143-й стрелковых бригад, направленных сюда Козловым из своего резерва, наступление врага удалось приостановить. К этому времени глубина прорыва возросла до 30 км. Почти все армейские и фронтовые резервы были втянуты в сражение и скованы врагом. Последний резерв Козлова — 156-я стрелковая дивизия получила задачу: вместе с фронтовыми курсами младших лейтенантов выдвинуться на Турецкий вал и занять оборону в полосе от Султановки до Узунлара.

Бессмертный полк

10.05.2017, 08:13

https://polkrf.ru/news/1750/nepridumannaya_istoriya_parfen_fedorovich_pechurin
09 мая 2017

https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/10536.jpg?crop
Призван в Красную армию в 1919 году в деревне Поныри Курской области. В 1943 году впервые попал на фронт, в том же году получил ранение в голову. Демобилизован в 1945 году в Гамбурге. Имеет награды за освобождение Праги и Варшавы, а также юбилейные медали «25 лет победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.г.», «60 лет Вооруженных сил Советского Союза». В послевоенное время работал в колхозе.

Парфен Федорович вспоминает:

«Пошли в атаку на город Малоархангельск. Был я в Сивашиской дивизии, 5 рота, третий батальон. осколком миномета меня ранило в голову. Он пробил каску, шапку, но он только поцарапал всю голову. Собаки притащили меня в госпиталь. Мне сделали перевязку, и после перевязки свезли нас в город Ливный. Госпиталь назывался 43-12. В нем пролежал я 3 месяца. После выздоровления меня назначили в свой полк, а наш полк должен был брать Прагу. Там я и получил награду. Потом наш полк перебросили под Варшаву. Когда брали Варшаву, шли очень большие бои. Там погибло много наших солдат. Мы воевали вместе с братом, он там и погиб... После этого половина полка пошла на Берлин, а я шел на Гамбург. На пути встречалось много бендеров. Фашисты не хотели сдавать Германию и за каждый поселок дрались как звери».

Ксения Лексина

Совинформбюро

10.05.2017, 11:04

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/9/2773/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 9 МАЯ

В течение ночи на 9 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

Наши части, действующие на одном участке Западного фронта, за два дня боевых действий уничтожили до 700 солдат и офицеров противника. На другом участкефронта гитлеровцы предприняли контратаку, стремясь вернуть утерянные ими рубежи.Наши бойцы отбили эту контратаку с тяжёлыми для противника потерями. Немцы потеряли убитыми и ранеными более 400 солдат и офицеров.

На одном участке Калининского фронта пехота противника, поддержанная 20танками, пыталась прорваться в расположение советских войск. Под огнём нашихбойцов враг вынужден был отступить. Уничтожено 4 немецких танка и более 100гитлеровцев. В этом бою особенно отличилась артиллерийская батарея, которой командует старший лейтенант Арестов. Огнём своих орудий артиллеристы уничтожили2 немецких танка.

Танковый экипаж в составе младшего лейтенанта Гмирянского, механика-водителя Петрякова, пулемётчика Кучерявого и башенного стрелка Павлова за пять дней боёв уничтожил 2 немецких танка, 7 противотанковых пушек и до 150 гитлеровцев.

Снайпер тов. Гальчук за два месяца уничтожил 72 гитлеровца. Меткий стрелок обучил снайперскому искусству несколько красноармейцев своего подразделения. Егоученики — тов. Шулепов уничтожил 63 немца и тов. Скорик— 38 немцев.

В районе пункта В. большая группа немецких солдат предприняла попытку перейтина нашу сторону. По солдатам, бежавшим к нашим окопам, гитлеровцы открыли пулемётный огонь. Три человека были убиты, а остальным удалось перейти на нашу сторону. Пришедшие добровольно в плен немецкие солдаты заявили командиру нашей части, что они предпочли с риском для жизни перейти к русским, чем воевать заГитлера и его клику, которая втянула немецкий народ в кровавую и безнадежную авантюру.

В одном из районов Ленинградской области, оккупированных немцами, четыре партизанских отряда одновременно напали на немецкие гарнизоны, расположенные в двух соседних деревнях. Партизаны уничтожили 420 немецких солдат и офицеров,взорвали склад с горючим и два склада с боеприпасами.

Немецкий обер-ефрейтор Иозеф Тайнике писал недавно солдату Бертольду: «Мы все ошиблись в оценке русских. Они воюют хорошо и стреляют метко. Особенно нас изводит и мучит артиллерийский огонь.

Мы переживаем очень тяжёлые дни. Сколько их ещё будет впереди?.. Опять оченьмного наших товарищей пало. В последнем бою мы потеряли ещё 12 солдат. К чертулюбые награды, только бы сохранить жизнь. На всё остальное мне наплевать. Думаю,что и у тебя такое же мнение».

Солдат полицейской дивизии «СС» Николаус Григориус писал в середине апреля Эммануилу Шварцу: «Очень немного наших товарищей уцелело. Из 10.000 человекосталось всего несколько сот солдат. Счастливцем будет тот, кто вернётся из этой страны здоровым и невредимым домой. Вы писали, что Пауль ранен. Тем, ктополучает «выстрел на родину», можно только позавидовать. Здесь у нас оттепель.Живём в болотистой местности в палатках и не имеем покоя ни днем, ни ночью.Когда же мы избавимся от всех этих несчастий?».

***

Гитлеровцы обрекли народы оккупированных ими стран на голод и вымирание.Выходящая в Брюсселе газета «Нуво журналь» пишет, что «каждый месяц число туберкулёзных детей в Бельгии увеличивается на 2.000. В настоящее время в Бельгии 200.000 детей находятся под угрозой смерти». Эти данные, приведённые газетой, выходящей под контролем немцев, явно преуменьшены и лишь в малой степени отражают страдания бельгийского народа, изнывающего под игом фашистских оккупантов.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 9 МАЯ

В течение 9 мая на фронте существенных изменений не произошло.

За 8 мая уничтожен 71 немецкий самолёт. Наши потери — 26 самолётов.

За 8 мая частями нашей авиации уничтожено и повреждено 6 немецких танков, 85автомашин с войсками и грузами, 10 подвод с боеприпасами, 10 полевых и зенитных орудий, 5 зенитно-пулемётных точек, 4 миномёта, разбито 27 железнодорожных вагонов, потоплен катер, взорвано 2 склада с боеприпасами и склад с горючим,рассеяно и частью уничтожено до батальона пехоты противника.

Наши части, действующие на отдельных участках Северо-Западного фронта,наносят врагу большой ущерб в живой силе и технике. Подразделение, гдекомандиром тов. Андреев, за один день боевых действий уничтожило 450 немецких солдат и офицеров. У противника захвачено 25 миномётов, 31 пулемёт, 36автоматов, 1.500 мин и другие боеприпасы. На другом участке фронта наши частиблокировали 3 населённых пункта. Попытка гитлеровцев контратаковать наши войска потерпела неудачу. За два дня боёв на этом участке враг потерял только убитыми1.200 человек.

Два наших разведывательных подразделения на одном из участков Южного фронтауничтожили до 200 солдат и офицеров противника. На другом участке наша частьстремительным броском ворвалась в населённый пункт М. и, закрепившись на окраине, ведёт с врагом уличные бои.

Снайперы наших частей, обороняющие Севастополь, за 7 мая уничтожили 97 солдат и офицеров противника.

Пленный санитар 7 роты 10 мотополка 9 немецкой танковой дивизии Леопольд Гельцль рассказал: «В марте я выехал из Вены на советско-германский фронт. Вена,бывшая когда-то очень крупным культурным центром, теперь стала мёртвым городом.Все скорбят об убитых сыновьях, братьях и мужьях. Из дома, где я жил, в армию было призвано 28 человек. 7 из них уже убиты в России. Многие ранены. Одна женщина из соседнего дома, у которой на франте погибли два сына, сошла с ума.Другая женщина из того же дома, потерявшая единственного сына, бегала по улицам Вены и кричала: «Гитлер убил моего сына!» Её арестовали, и с тех пор она бесследно исчезла. Школы, театры и многие другие общественные здания в Вене превращены в лазареты и переполнены ранеными. Самыми различными способами выражает австрийский народ свою ненависть к гитлеровскому режиму. На расклеенных по городу фашистских плакатах можно часто видеть надписи, сделанные карандашом:«Долой войну!», «Гитлер навязал нам войну!» Зимой почти одновременно произошли взрывы на военных заводах во Флоридсдорфе и в Зиммеринге. Гестапо произвело массовые аресты. Многие из арестованных были казнены».

Учительница Ольга Логвиновна Коваленко и работница артели Екатерина Григорьевна Бондаренко, пробравшиеся с территории, занятой немцами, в расположение наших войск, рассказывают: «Как только немецкие захватчики ворвались в город Артёмовск, они устроили повальные грабежи. Гитлеровцы отбирали у жителей буквально всё, что им попадалось на глаза. Вскоре появились пришвы и распоряжения. Первое распоряжение оккупантов обязывало население сдать все продукты питания. Затеи последовали приказы о сдаче тёплой одежды, ценных вещей,ручных и карманных часов, репродукторов. Немецко-фашистские злодеи истребляют мирных жителей, расстреливают и вешают тысячи советских граждан. В течение одного дня на реке Луганке было расстреляно свыше 1.000 человек. Особенно гитлеровцы издеваются над пленными красноармейцами. В лагере от голода и пыток умирает много пленных».

В ночь на 6 мая партизаны Югославии атаковали укреплённый пункт итальянской альпийской дивизии. Стремительным ударом были захвачены вражеские окопы.Действуя штыками и ручными гранатами, партизаны убили 150 оккупантов. Много итальянских солдат ранено. Партизанами захвачены миномёты, ручные пулемёты,гранаты, винтовки и много амуниции.

ПОМНИ ВОЙНУ

10.05.2017, 11:17

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/9/960/
На рассвете 9 мая немцы, проведя артиллерийскую подготовку, силами 28-й и 50-й пехотных дивизий с танками нанесли удар в направлении совхоз Арма-Эли, курган Кара-Оба. Одновременно для развития наступления в северо-восточном и восточном направлениях они ввели в сражение 170-ю пехотную дивизию.

Мехлис и Козлов, прибывшие на КП 51-й армии, приказали Львову не позднее 18 часов 9 мая нанести контрудар. Однако он опять не состоялся. Противник в 17 ч 30 мин возобновил наступление, введя в сражение около 100 танков. Удар был направлен на север, в сторону п. Огуз-Тобе. На склонах кургана Сюрук-Оба и вокруг него развернулись ожесточённые бои. Продвижение противника было задержано.

По-иному сложилась обстановка в полосе 44-й армии. Как записано в оперсводке, её 404-я стрелковая дивизия, «не проявив должной стойкости, начала самовольный отход с занимаемых позиций». Для противника открылся путь на восток. В этот момент хорошо показала себя 72-я кавалерийская дивизия генерала В. И. Книги. Спешенные конники, обороняясь в полосе 11 км на не оборудованной в инженерном отношении местности, мужественно дрались с врагом, которому лишь к исходу дня удалось пробить бреши в обороне дивизии. Но с помощью 12-й и 143-й стрелковых бригад, направленных сюда Козловым из своего резерва, наступление врага удалось приостановить. К этому времени глубина прорыва возросла до 30 км. Почти все армейские и фронтовые резервы были втянуты в сражение и скованы врагом. Последний резерв Козлова — 156-я стрелковая дивизия получила задачу: вместе с фронтовыми курсами младших лейтенантов выдвинуться на Турецкий вал и занять оборону в полосе от Султановки до Узунлара.

ПОМНИ ВОЙНУ

10.05.2017, 11:18

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/9/961/
Керчь. Прорыв на южном фланге удался. Наступление развивается успешно.

На остальном фронте — спокойно.

ПОМНИ ВОЙНУ

10.05.2017, 11:19

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/9/962/
Эрих Манштейн (11-я армия. Крым.) :

«9 мая мы уже смогли подтянуть 22 тд, и она заняла исходное положение для наступления. Когда же она собиралась повернуть на север, ей пришлось сначала отбить сильную атаку танков противника..»

Чистый исторический интернет

10.05.2017, 11:22

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/C_aWNHEXsAAoG9d.jpg
Братская могила детей, погибших при артиллерийском обстреле. Петербург, наб. р.Смоленки, 27
https://pbs.twimg.com/media/C_aOGW_XYAMq_uP.jpg
9 мая 1942 в 12 часов 40 минут в Ленинграде на Васильевском острове одним немецким снарядом убило сразу 12 детей

Бессмертный полк

11.05.2017, 10:58

https://polkrf.ru/news/1762/nepridumannaya_istoriya_mihail_leonidovich_livshit s
https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/10569.jpg?crop
Мой дедушка, Михаил Леонидович Лившиц, родился на Украине в крестьянской семье в 1918 году. В 18 лет был призван на военную службу. Проходил службу в Царском селе (ныне город Пушкин Ленинградской области), оттуда прямиком попал на финскую войну. Дедушка всегда с благодарностью вспоминал своего командира. Потому что, когда они оказались на линии Маннергейма, а это зимние окопы противником были залиты холодной водой, командир приказал вынимать солдатам ноги из сапог. Так благодаря мудрости командира солдаты не примёрзли насмерть к окопам. Великую Отечественную войну мой дедушка встретил там же, в Ленинградской области. К сожалению, не знаю, в какой дивизии. Он защищал Ленинград с первого дня войны и до января 1943 года, до тяжёлого ранения (а до него несметное количество ранений). После госпиталя прошёл курсы и уже офицером вернулся на 3 Белорусский фронт.

31 гвардейская стрелковая Витебская дивизия 99 стрелковый полк. В страшных боях при взятии Кенигсберга дедушка получил тяжелейшую контузию, в результате которой после войны он ослеп. Дедушка прожил долгую жизнь, рано овдовев, поднял детей, внуков. Был начальником снабжения в крупной строительной организации. На прощании с ним было много его коллег, его всегда уважали и любили, знали, что он ветеран, инвалид войны I группы, но только после его смерти они узнали о том, что он участник двух войн. Сам он никогда о войне не рассказывал.

Для нас, родных, он бесконечно любимый папа, дедушка. Навсегда пример мужества, порядочности, мудрости, справедливости и принципиальности. Пример того, как не сгибаться под тяжестью обстоятельств, оставаться при этом всегда настоящим человеком, как любить свою семью, беречь её, как хранить верность любимому человеку.

Сима Вадовская

Совинформбюро

11.05.2017, 11:01

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/10/2774/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 10 МАЯ

В течение ночи на 10 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

Наша часть, действующая на Калининском фронте, за два дня боевых действий уничтожила более 600 немецких солдат и офицеров, подбила 2 танка и разрушила 8блиндажей.

К военному объекту, который охраняют зенитчики части т. Курбатова,приближалось звено немецких самолётов. Батарея немедленно открыла огонь. Один немецкий самолёт был сбит, а остальные повернули обратно. Через два часа ввоздухе появился немецкий разведчик. После нескольких выстрелов самолёт загорелся и рухнул на землю. Всего за этот день зенитчики части т. Курбатова уничтожили четыре немецких самолёта.

За истекший день одна наша гвардейская артиллерийская часть (Западный фронт)разрушила 5 немецких ДЗОТов, подавила огонь двух миномётных батарей, одной артиллерийской батареи и нескольких пулемётов.

Политрук тов. Мартынов метким огнём из самозарядной винтовки сбил немецкийсамолёт «Фокке-Вульф».

Группа гвардейцев под командованием младшего лейтенанта Абрамова во время разведки в тылу у врага встретила отделение немецких солдат. Все гитлеровцы были уничтожены. Возвращаясь обратно, разведчики обстреляли низко летевший немецкий самолёт «Ю-52». Самолёт загорелся и упал на землю.

Пленный ефрейтор 1 роты сапёрного батальона 1 танковой дивизии Эрих Бок рассказал: «1 танковая дивизия понесла колоссальные потери в людях и вооружении.После нескольких упорных боёв в дивизии осталось менее половины личного состава,8 танков и 8 автомашин. В настоящее время дивизия получила пополнение из Франции. Дисциплина резко понизилась. Солдаты часто вступают в пререкания с командирами, нередко отказываются выполнять их приказы. Среди офицеров много трусов. Накануне боя они прикидываются больными».

Ниже публикуются выдержки из письма немецкого обер-ефрейтора Карла Вельблинга обер-ефрейтору Штюрмеру: «...Теперь уже ясно, что силы России неистощимы. Мыпережили ужасные дни. Позади зима, которой ни один солдат никогда не забудет...Война на Востоке ужасна и многим из наших стоила жизни. Гросс тяжело ранен,Циммера мы потеряли при первом наступлении, Ланг поплатился жизнью, Штумфа я ужедавно не видел. Мы с нетерпением ждём того дня, который возвратит намродину».

В начале мая произошло новое вооружённое столкновение между румынскими и венгерскими пограничными войсками. Ночью отряд румын перешёл границу недалеко от Брецку и внезапно напал на казармы венгерских пограничников. В кровавой схватке,длившейся около двух часов, было убито более 20 венгерских солдат. Возвращаясь на свою территорию, румыны унесли с собой трупы убитых венгерцев.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 10 МАЯ

В течение 10 мая на фронте существенных изменений не произошло.

За 9 мая уничтожено 25 немецких самолётов. Наши потери — 18 самолётов.

За 9 мая частями нашей авиации уничтожено или повреждено 13 немецких танков,около 60 автомашин с войсками и грузами, 5 подвод с боеприпасами, 14 полевых и зенитных орудий, один прожектор, разбит железнодорожный состав, рассеяно и частью уничтожено до батальона пехоты противника.

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, за два дня боевых действий уничтожили несколько артиллерийских орудий, миномётов,пулемётов и до 500 солдат и офицеров противника.

Наша часть под командованием младшего лейтенанта Муратикова (Западный фронт),действуя в тылу противника, организовала крушение двух воинских эшелонов.Разбиты паровоз и свыше 30 железнодорожных вагонов. В результате крушений противник потерял только убитыми свыше 1.000 солдат и офицеров.

На днях 11 советских самолётов под командованием тов. Зуба (Южный фронт)атаковали аэродром противника, на котором находилось до 40 самолётов. Аэродром охранялся четырьмя вражескими истребителями. Наши истребители завязали воздушный бой с немецкими истребителями и отвлекли их в сторону от аэродрома. Тем временем наши штурмовики на бреющем полёте атаковали немецкие самолёты, находившиеся наземле. Сожжено 12 и повреждено 9 машин противника.

Наше подразделение под командованием тов. Карпова (Калининский фронт)отразило три контратаки немецкой пехоты, поддержанной шестью танками. Уничтоженоболее 150 гитлеровцев и подбит немецкий танк.

Орудийный расчёт тов. Богданова прямой наводкой уничтожил 3 немецких танка.

Пленный солдат 1 роты 188 сапёрного батальона 88 немецкой пехотной дивизии Франц Иле рассказал: «Многие солдаты враждебно относятся к офицерам. Особенно солдаты ненавидят военных врачей за то, что последние видят в каждом солдате симулянта и признают годными к строевой службе заведомых инвалидов и полукалек.В январе в Киеве партизанами было взорвано большое здание, которое занимали немецкие штабные учреждения. Там погибло много офицеров, в том числе несколько полковников. Солдаты сапёрного батальона узнали об этом в поезде, по дороге в Киев. Выслушав рассказ о взрыве, многие засмеялись, а некоторые даже отпускали разные шутки. Кто-то пытался их унять, заявив, что нельзя смеяться над гибелью своих людей. Тогда один солдат сказал: «Но ведь это же были офицеры!».

У убитого немецкого обер-ефрейтора Хойнека найдено неотправленное письмо на родину. В нём он писал: «Ты не можешь себе представить, что происходит при атаках в лесу. За неделю нашу роту уничтожили, осталось в живых только 10человек. Никого из товарищей уже нет. Все либо убиты, либо ранены. Сейчас греет солнце и на дворе тает. Всё покрыто водой. Мы находимся посредине большого болота. Сидим и ждём, что будет дальше, так как с такой кучкой людей воевать больше нельзя. Хоть бы скорей конец! Лишь бы выбраться отсюда».

В селе Грузино, Ленинградской области, обнаружены трупы семи красноармейцев,зверски замученных гитлеровцами. Местные жители рассказали, что немцы привязали раненых пленных красноармейцев к изгороди, подвергли их жестоким истязаниям, а потом закололи штыками.

ПОМНИ ВОЙНУ

11.05.2017, 11:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/10/973/
Группа армий «Юг». Немецкое командование для создания более благоприятных условий для летнего наступления готовилось к операции по ликвидации барвенковского выступа. 10 мая Паулюс представил фон Боку план «Фридрихус». Он должен был осуществляться наступлением его 6-й армии из района севернее Балаклеи и армейской группы Клейста (1-я танковая, 17-я полевая армии) из районов Славянска, Краматорска в общем направлении через Барвенково на Изюм. Цель операции — «срезать» барвенковский выступ, восстановить линию фронта по Северскому Донцу и овладеть плацдармами на восточном берегу в районе Изюма. Немецкие части пополнялись личным составом и техникой, из Франции перебрасывались новые пехотные и танковые дивизии.

На Харьковском направлении главная полоса немецкой обороны имела две-три позиции общей глубиной 6-7 км. Основу каждой из них составляли опорные пункты и узлы сопротивления, созданные вокруг населённых пунктов. Вторая оборонительная полоса была построена в 10-15 км от переднего края, тыловая — в 20-25 км по рубежу населённых пунктов Змиев, Чугуев, Липцы, Черемошное. Хорошо развитая система обороны и огневого взаимодействия позволяла Паулюсу держать весь фронт предстоящего советского наступления шестью пехотными дивизиями, остальные части находились на тыловых рубежах, готовые оказать поддержку на любом участке.

ПОМНИ ВОЙНУ

11.05.2017, 11:09

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/10/974/
Ставка в ночь на 10 мая потребовала быстро отвести войска на Турецкий вал, проходивший в 20-25 км западнее Керчи, и упорно оборонять последний. Ставка также указывала, что в первую очередь должны быть отведены войска правого крыла. Москва заключила своё послание следующими словами: «Торопитесь с исполнением указания. Время дорого, а вы всегда запаздываете».

Начался проливной дождь, который шёл всю ночь и первую половину дня 10 мая, сделав дороги почти непроходимыми не только для автотранспорта, но и для танков. Это, по-видимому, породило у Козлова какие-то надежды на исправление ситуации. Командование фронта, стремясь осуществить свой прежний замысел, планировало с утра 10 мая нанести контрудар силами 51-й армии, а также переместить КП фронта из Ленинска в Аджимушкай. Сталин, поддержав решение командования фронта, вместе с тем потребовал начать немедленный отвод всей 47-й и остатков 44-й армии, тяжёлой и противотанковой артиллерии за Турецкий вал.

Не поняв замысла противника, стремившегося охватить, а затем окружить войска правого крыла Крымского фронта и потому не проявлявшего в первые дни особой активности на этом участке, Козлов не принял необходимых мер к планомерному и быстрому отводу северной группы войск из «мешка», который вырисовывался в районе Киет, Корпечь, Ак-Монай. Отход частью сил начался лишь в ночь на 11 мая, однако и он должным образом организован не был.

10 мая из-за бездорожья противник активности в северном направлении не проявлял. Его внимание было обращено на восток. Во второй половине дня у Марфовки и Хаджи-Бие он сбросил воздушные десанты. Овладев аэродромами, они обеспечили условия для последующей высадки второго эшелона десанта силой до батальона с танкетками. К исходу дня передовые немецкие части подошли к Турецкому валу. Неприятель оказался в 33 км от Керчи, в то время как части 47-й армии — в 85 км. И только в этот момент командарм-47 генерал К. С. Колганов и командарм-51 генерал В. Н. Львов получили приказ на отвод армий. Из-за потери управления войсками приказ был получен на сутки позже, а сам отход начался с опозданием на двое суток.

ПОМНИ ВОЙНУ

11.05.2017, 11:10

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/10/975/
Эрих Манштейн (11-я армия. Крым.) :

«Начался дождь, продолжавшийся и всю следующую ночь, почти исключавший действия ближних бомбардировщиков и сделавший почти невозможным продвижение танков 10 мая утром. Только во второй половине дня 10 мая погода прояснилась, и продвижение возобновилось. Но всё же из-за того, что вся операция зависела от темпов продвижения, эта 24-часовая задержка могла оказаться роковой. Утешало нас то, что бригада Гроддека быстро продвинулась ещё до начала дождя, благодаря чему ей удалось сорвать все попытки противника закрепиться на тыловых позициях. По-видимому, противник не ожидал такого смелого прорыва в глубину его тылового района.»

ПОМНИ ВОЙНУ

11.05.2017, 11:11

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/10/976/
Франц Гальдер:

"Успешно начавшееся наступление на Керчь сильно затормозилось из-за плохой погоды.

На остальном фронте — спокойно.

Оборонительные позиции дивизии Ванделя (121-я пехотная) на Волхове снова восстановлены…"

Бессмертный полк

12.05.2017, 10:13

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3039.jpg
Карельский фронт. По приказу Ставки войска фронта завершили Мурманскую наступательную операцию и перешли к обороне. Несмотря на неудачу, активные действия Карельского фронта и Северного флота сковали значительные силы врага, сорвали готовившееся им наступление и вынудили его перейти к обороне на мурманском направлении. Положение на северном участке советско-германского фронта от Баренцева моря до Онежского озера на длительное время стабилизировалось.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3040.jpg
Юго-западный фронт (Костенко Фёдор Яковлевич). «В ночь на 12 мая мы в штабе фронта имели исчерпывающую информацию о том, что после получения боевых приказов и обращения Военного совета фронта к личному составу войск во всех частях и подразделениях армий фронта поздно вечером 11 мая были проведены митинги, партийные и комсомольские собрания, на которых боевые задачи войск были доведены до сознания каждого бойца. Приказ о переходе к активным боевым действиям был встречен с большим воодушевлением.»
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3041.jpg
Крымский фронт (Козлов Дмитрий Тимофеевич). Утром 11 мая, немцы приступили к расширению прорыва в Северном направлении, перейдя в наступление из района Парпач на Огуз-Тобе. Части 51-й армии, прикрывавшие отход, бросались в отчаянные контратаки. Особенно мужественно сражались воины 77-й горнострелковой дивизии полковника П. Я. Циндзеневского и 55-й танковой бригады полковника П. П. Лебеденко, подбив 30 вражеских танков и потеряв 45 (из 47) своих. К исходу дня 22-я танковая вышла к Азовскому морю; в созданном ею котле оказались 8 советских дивизий. Остальные войска Крымского фронта беспорядочно откатывались на восток. В результате немцы перехватили почти все пути отхода из образовавшегося мешка. Незанятой осталась узкая прибрежная полоса шириной около 1 км. По ней, находясь под огнём неприятеля с юга и ударами пехоты с запада, отступали части восьми дивизий 47-й и 51-й армий. Особенно сильное воздействие на них оказывала авиация. Гитлеровские асы с предельно малых высот безнаказанно расстреливали отходившие войска. Потери в этот день были огромные. Погиб командующий 51-й армией генерал В. Н. Львов. Все попытки организовать оборону на Турецком валу частями отходившей южной группы успеха не имели, так как распоряжения Козлова и его штаба до войск не доходили.

Бессмертный полк

12.05.2017, 10:15

https://polkrf.ru/news/1789/nepridumannaya_istoriya_vladimir_mihaylovich_zyiko v
Мой дед Зыков Владимир Михайлович.

Зыков Владимир Михайлович, 1913 года рождения, уроженец Миллеровского района Ростовской области. В сентябре 1930 года (в 17 лет) поступил в Новочеркасский педагогический техникум, который окончил в 1933 году по специальности преподаватель математики. Предположительно в 1934-1935 годах женился на Борисовой Александре Алексеевне(1913 г.р.). В 1936 году 17 марта в г. Шахты Ростовской области у них родился сын Анатолий (мой отец). Весной 1936 года дед был призван в РККА, начало службы проходило в 148 отдельном саперном батальоне, имеется его характеристика. В мае 1937 года закончил службу в 70 З.С.П. Осенью 1937 года Зыков В. М. поступает в Сталинградский педагогический институт. До осени 1941 года работал на преподавательских должностях в различных средних учебных заведениях.

В октябре 1941 года (28 лет) был призван и мобилизован в Советскую Армию Песчанокопским объединённым районным военным комиссариатом Ростовской области. Долгое время считался без вести пропавшим. Гораздо позже, после окончания Великой Отечественной Войны, в 1948 году было получено извещение о его смерти, в котором было сказано, что Зыков Владимир Михайлович погиб 19 августа 1942 года и захоронен в г. Белореченске Краснодарского края.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10679.jpg
Владимир Зыков

Чистый исторический интернет

12.05.2017, 11:25

http://fanstudio.ru/archive/20170512/kuY6Do5Z.jpg
11 мая 1942 в жестоких боях на Крымском фр. бригада Лебеденко подбила 30 немецких танков, потеряв 45 (из 47) своих
https://pbs.twimg.com/media/C_e_Tq8XsAAxzpr.jpg
10 мая 1942 Совинформбюро: в с.Грузино немцы привязали к изгороди 7 раненных пленных и кололи штыками, замучив до смерти
http://fanstudio.ru/archive/20170512/zzwqB5nB.jpg
10 мая 1942 Паулюс представил план «Фридрихус»: наступлением из района Славянска «срезать» барвенковский выступ

Совинформбюро

12.05.2017, 11:31

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/11/2775/

УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 11 МАЯ

В течение ночи на 11 мая на фронте ничего существенного не произошло.

Наши части, действующие на одном из участков Западного фронта, захватили 5немецких орудий, 13 пулемётов, несколько миномётов и противотанковых ружей,много винтовок, противотанковых мин, снарядов и патронов. На другом участке фронта наша артиллерия подбила 2 немецких танка.

На Севере одна наша часть атаковала укреплённый пункт противника. Окружив врага, наши бойцы уничтожили до 200 солдат и офицеров. Значительная группа солдат противника сдалась в плен. В результате боя захвачены следующие трофеи: 3 миномёта, 10 пулемётов, 160 винтовок, 1.000 гранат, много патронов, противогазы и другое военное имущество.

На одном из участков Калининского фронта противник пытался зайти в тыл нашим войскам. Контрударами советской пехоты и артиллерии немцы были отброшены. На поле боя осталось свыше 400 вражеских трупов. Наши бойцы захватили 4 орудия, 4 радиостанции, 7 пулемётов и другое вооружение.

Несколько немецких самолётов пыталось бомбить расположение одной нашей части. Расчёт зенитного орудия старшего сержанта Чепченко открыл огонь. После нескольких выстрелов самолёт «Хейнкель-111» загорелся и рухнул на землю. На следующий день зенитчики сбили ещё 2 немецких бомбардировщика «Юнкерс-87».

Наблюдая за передним краем обороны противника, младший сержант Козырев заметил группу немецких солдат, собравшуюся около одного из блиндажей. Тов.Козырев дал несколько очередей из пулемёта и уничтожил 10 гитлеровцев.

Пленный солдат 5 роты 442 полка 168 немецкой пехотной дивизии Гергарт Каснер рассказал: «...Только в одном бою 5 рота потеряла 52 человека ранеными и убитыми, а 7 рота почти вся уничтожена. В марте и апреле в полк прибыли рабочие,мобилизованные с военных заводов. Они не имеют никакой военной подготовки. В ротах много серьёзно больных, но их не лечат и не отпускают домой. Солдат 5 роты Ванске болен ревматизмом. В плохую погоду он не может ходить и ползает на четвереньках. Одна врачебная комиссия подтвердила, что он болен, и освободила его. Ванске собирался уже ехать домой, но последующая медицинская комиссия отменила решение первой. Его оставили в строю, так как нахватает людей».

Постоянные мобилизации рабочих на фронт привели к огромной нехватке рабочей силы на германских предприятиях. Гитлеровцы всеми возможными способами пытаются привлечь рабочую силу из оккупированных ими стран. Однако никто из рабочих добровольно не едет. На днях в знак протеста против принудительной отправки в Германию произошли забастовки рабочих на судостроительном заводе в Амстердаме ина многих других предприятиях Голландии.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 11 МАЯ

В течение 11 мая на Керченском полуострове наши войска вели упорные бои с перешедшими в наступление немецко-фашистскими войсками. На других участках фронта чего-либо существенного не произошло.

За 10 мая уничтожено 38 немецких самолётов. Наши потери — 12 самолётов.

За 10 мая частями нашей авиации уничтожено или повреждено около 40 автомашин с войсками и грузами, свыше 10 подвод с боеприпасами, 10 полевых и зенитных орудий, 13 миномётов, 2 прожектора, разбито 2 паровоза, подавлен огонь 3артиллерийских и 18 миномётных батарей, рассеяно и частью уничтожено до 4 рот пехоты противника.

За истекшую неделю с 3 по 9 мая немецкая авиация потеряла 171 самолёт. Наши потери за этот же период — 86 самолетов.

Наши части, действующие на одном из участков Северо-Западного фронта, ведут упорные бои с противником. Немцы несут большие потери в живой силе и технике.Только одна наша часть уничтожила до 1.300 вражеских солдат и офицеров и захватила у противника 6 танков, 12 миномётов, 10 пулемётов, 24 автомата, много винтовок и боеприпасов.

***

На одном из участков Южного фронта рота немецких автоматчиков безуспешно пыталась атаковать наш оборонительный рубеж. Оставив на поле боя свыше 40 солдат убитыми, гитлеровцы отошли на исходные позиции. Наши бойцы захватили станковый пулемёт, 2 автомашины и несколько десятков автоматов. Взяты пленные.

Группа разведчиков под командованием старшего лейтенанта Лариошина ночью пробралась в тыл противника. Скрыто подойдя к вражеским блиндажам, бойцы забросали их гранатами. Оставшиеся в живых немцы выскочили из блиндажей и были уничтожены разведчиками. Наши бойцы забрали пулемёт, 15 ящиков с пулемётными лентами, стереотрубу, 30 винтовок и без потерь вернулись в своё подразделение.

Пленный ефрейтор 3 роты 317 полка 211 немецкой пехотной дивизии Лоренс Баумане рассказал: «Наша 3 рота в составе 180 человек прибыла из Франции в январе. Несколько раз получали пополнение, но три месяца военных действий опустошили и обескровили роту. От неё осталась жалкая горстка истощённых,издёрганных и отупевших от ужаса людей. Такова краткая, но печальная история моей роты. Начиная с марта 1942 года, в ротах введена специальная должность «фельдфебеля службы по обеспечению боя». Во время боя этот фельдфебель находится позади наступающей или обороняющейся роты и расстреливает из пулемёта каждого,кто вздумает отступить или сдаться в плен».

Жители ныне освобождённой от немецко-фашистских захватчиков деревни Арефино,Ленинградской области, рассказывают: «Как только гитлеровцы ворвались в деревню,они приступили к массовым грабежам: перерезали весь скот, домашнюю птицу, отняли у колхозников продовольствие и одежду. Гитлеровцы избили 78-лёт-него старика Александра Васильевича Андреева, сняли с его ног валенки и заставили бежать разутым два километра по снегу. Немецкие бандиты замучили и убили Евдокимова —72 лет, Прасковью Попову — 53 лет, её сына Павла — 18 лет, дочь Надежду — 21года и других жителей. Отступая из деревни, гитлеровские мерзавцы из 23 домов колхозников сожгли 20 домов, взорвали школу, детские ясли и сожгли все колхозные постройки».

ПОМНИ ВОЙНУ

12.05.2017, 11:37

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/11/983/
По приказу Ставки войска Карельского фронта завершили Мурманскую наступательную операцию и перешли к обороне. Несмотря на неудачу, активные действия Карельского фронта и Северного флота сковали значительные силы врага, сорвали готовившееся им наступление и вынудили его перейти к обороне на мурманском направлении.

Положение на северном участке советско-германского фронта от Баренцева моря до Онежского озера на длительное время стабилизировалось

ПОМНИ ВОЙНУ

12.05.2017, 11:37

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/11/984/
Костенко Фёдор Яковлевич (Юго-западный фронт):

«В ночь на 12 мая мы в штабе фронта имели исчерпывающую информацию о том, что после получения боевых приказов и обращения Военного совета фронта к личному составу войск во всех частях и подразделениях армий фронта поздно вечером 11 мая были проведены митинги, партийные и комсомольские собрания, на которых боевые задачи войск были доведены до сознания каждого бойца. Приказ о переходе к активным боевым действиям был встречен с большим воодушевлением.»

ПОМНИ ВОЙНУ

12.05.2017, 11:38

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/11/985/
Утром 11 мая, немцы приступили к расширению прорыва в Северном направлении Крымского фронта, перейдя в наступление из района Парпач на Огуз-Тобе. Части 51-й армии, прикрывавшие отход, бросались в отчаянные контратаки. Особенно мужественно сражались воины 77-й горнострелковой дивизии полковника П. Я. Циндзеневского и 55-й танковой бригады полковника П. П. Лебеденко, подбив 30 вражеских танков и потеряв 45 (из 47) своих. К исходу дня 22-я танковая вышла к Азовскому морю; в созданном ею котле оказались 8 советских дивизий. Остальные войска Крымского фронта беспорядочно откатывались на восток. В результате немцы перехватили почти все пути отхода из образовавшегося мешка. Незанятой осталась узкая прибрежная полоса шириной около 1 км. По ней, находясь под огнём неприятеля с юга и ударами пехоты с запада, отступали части восьми дивизий 47-й и 51-й армий.

Особенно сильное воздействие на них оказывала авиация. Гитлеровские асы с предельно малых высот безнаказанно расстреливали отходившие войска.

Потери в этот день были огромные. Погиб командующий 51-й армией генерал В. Н. Львов. Все попытки организовать оборону на Турецком валу частями отходившей южной группы успеха не имели, так как распоряжения Козлова и его штаба до войск не доходили.

ПОМНИ ВОЙНУ

12.05.2017, 11:39

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/11/986/
Эрих Манштейн (11-я армия. Крым.):

«Начиная с 11 мая операция протекала уже без существенных задержек. 22 тд броском вышла на северное побережье. Примерно 8 дивизий противника оказалось в созданном ею котле. Командование армии могло теперь отдать приказ преследовать противника. Преследование проводилось всеми частями, в том-числе румынскими, с максимальным напряжением сил.»

Бессмертный полк

13.05.2017, 13:37

https://polkrf.ru/news/421/voennoistoricheskiy_kalendar_12_maya
1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3163.jpg
Во время Великой Отечественной войны войска Юго-Западного фронта (Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко) перешли в наступление на Харьковском направлении. Это наступление было встречено контрнаступлением противника, который нанес удары из района Краматорска и севернее Харькова

Бессмертный полк

13.05.2017, 13:53

https://polkrf.ru/news/1779/geroy_dnya_ivan_sokol
12 мая 2017

https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/10639.jpg?crop
12 мая отметил бы день рождения Иван Григорьевич Сокол, командир пулемётного отделения 25-го гвардейского стрелкового полка, гвардии сержант. Герой Советского Союза.

Иван родился 12 мая 1925 года в селе Старый Чарторийск Маневичского района Волынской области, в большой семье украинского крестьянина. Учился в сельской школе, увлекался техникой, рано начал трудовую деятельность, помогая отцу в колхозе.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10640.jpg
Иван Сокол

Когда началась война, отец уехал на фронт, а в село вскоре пришли немцы. Переписали всю молодежь — для отправки в качестве батраков в Германию. Ване удалось сбежать к партизанам, и до самого освобождения Волыни в 1944 году он воевал в составе партизанского отряда имени Щорса.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10641.jpg
Партизанский отряд на марше

В мае 1944 года Иван был призван в Красную Армию и, как опытный уже боец-пулеметчик, направлен в 25-й гвардейский стрелковый полк 6-й гвардейской стрелковой дивизии. В составе 13-й армии 1-го Украинского фронта участвовал в уничтожении вражеской группировки под Бродами, форсировании рек Западный Буг, Сан и Висла, боях на сандомирском плацдарме.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10642.jpg
Пулеметчики форсируют Западный Буг

Командир пулемётного отделения гвардии сержант Сокол отличился во время Висло-Одерской операции.

12 января 1945 года при прорыве вражеской линии обороны он первым ворвался в расположение противника и шквальным пулемётным огнём уничтожил более 70 противников. 15 января в боях в районе реки Чарна-Нида, отбивая вражескую контратаку, И. Г. Сокол подпустил врага на близкое расстояние и внезапным огнём уничтожил из пулемёта более 100 немецких солдат и офицеров.

В числе первых 26 января переправился с пулемётом на левый берег Одера у города Штейнау и занял рубеж. Отражая вражеские атаки, уничтожил около 60 противников и удержал занятый рубеж, чем обеспечил форсирование реки другими подразделениями полка.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 апреля 1945 года за мужество, отвагу и героизм гвардии сержанту Соколу Ивану Григорьевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10643.jpg
Пулеметчик прикрывает огнем стрелков, форсирующих Одер

В 1950 году демобилизован. Жил в родном селе, работал финансовым агентом. Скончался ветеран 2 февраля 1974 года. В родном селе установлен бюст, его имя носит улица.

Совинформбюро

13.05.2017, 13:56

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/12/2776/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 12 МАЯ

В течение ночи на 12 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

В боях за пункт М. (Южный фронт) наши танкисты уничтожили свыше 200 вражескихсолдат, один немецкий танк, 3 орудия, 4 миномёта, 5 пулемётов и взорвали склад с минами. На другом участке группа наших танков атаковала узлы сопротивления противника и разрушила 11 ДЗОТов с немецкой пехотой.

Наше подразделение, действующее на одном из участков Калининского фронта, втечение дня отбило две контратаки противника. Немцы оставили на поле боя более100 трупов.

Наши бойцы заминировали дорогу на подступах к важному оборонительному рубежу.Утром на дороге показалось 8 немецких танков. Первый танк подорвался на мине иостановился. Красноармейцы, находившиеся в укрытиях, забросали остальные танки гранатами и бутылками с горючей жидкостью. 4 немецких танка были подожжены, а ихэкипажи взяты в плен.

Группа автоматчиков под командованием старшего сержанта т. Орлова ночью подползла к двум немецким блиндажам и уничтожила 20 гитлеровцев. Захватив 2 вражеских пулемёта и несколько автоматов, наши бойцы без потерь вернулись в свою часть.

Получены сообщения о крупном успехе украинских партизан. 27 апреля три объединённых отряда под командованием тт. С., К. и В. нанесли большой урон 32 и46 венгерским пехотным полкам, посланным немцами на подавление партизанского движения. Через несколько дней эти же партизанские отряды уничтожили крупный карательный отряд гитлеровцев. Партизаны освободили от оккупантов несколько населённых пунктов, взяли в плен свыше 100 солдат противника и захватили 24пулемёта, 3 орудия, 5 миномётов, 60 ящиков с минами, 138 винтовок и 600.000 патронов.

Пленный обер-ефрейтор 11 роты 6 полка 30 немецкой пехотной дивизии Арнольд Гейш рассказал: «Некоторое время я лежал в госпитале в Риге. В городе очень много лазаретов. Все они переполнены ранеными и обмороженными. Недавно явозвратился на фронт. Настроение у солдат очень подавленное. Все хотят скорее вернуться на родину любой ценой. Постепенно рассеивается легенда о том, что русские, не берут немецких солдат в плен. Однако сдаваться в плен очень трудно.Офицеры зорко следят за солдатами, и, как только кто-нибудь удаляется от переднего края, по нему открывают огонь из пулемётов. Я тоже подвергся обстрелу,но всё же благополучно добрался до русских позиций и был очень тепло принят красноармейцами».

Специальная комиссия составила подробный акт об убийствах и грабежах, о насилиях и разрушениях, совершённых гитлеровцами за время их пребывания в городе Лозовая. В акте говорится: «Немецко-румынскими бандитами было замучено,расстреляно и повешено 876 мирных граждан и пленных красноармейцев. Фашистские вандалы разграбили и разрушили культурно-просветительные и бытовые учреждения города — школы, клубы, библиотеки, больницы, парки, театры, памятники, а также лучшие жилые здания. За время своего хозяйничанья в Лозовой немецко-румынские бандиты разграбили и уничтожили ценностей на 26.346.364 рубля. В эту сумму не включена стоимость имущества, разграбленного фашистскими бандитами у местных жителей».

Недовольство германского народа преступной гитлеровской кликой принимает всё более острые формы. В Мюнхене недавно взорван большой завод военного снаряжения.Основные цехи этого завода надолго вышли из строя. На стенах и заборах в Мюнхене часто появляются антивоенные надписи: «Долой преступную войну!», «Да здравствует Советский Союз!».

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 12 МАЯ

В течение 12 мая на Керченском полуострове продолжались упорные бои с противником. На других участках фронта ничего существенного не произошло.

По уточнённым данным, за 10 мая уничтожено не 38 немецких самолётов, как об этом сообщалось ранее, а 60 немецких самолётов.

За 11 мая уничтожено 42 немецких самолёта. Наши потери —16 самолётов.

За 11 мая частями нашей авиации уничтожено или повреждено 4 немецких танка,25 автомашин с войсками и боеприпасами, 3 полевых орудия и гаубичная батарея, 18 миномётов, 14 зенитно-пулемётных точек, взорвано 2 склада с боеприпасами,потоплена шхуна с горючим, разбит железнодорожный состав и 2 паровоза, рассеяны и частью уничтожены эскадрон всадников и до 3 рот пехоты противника.

Противник неоднократно пытался завладеть позициями, которые обороняли бойцыпод командованием тов. Гуменюка (Калининский фронт). Все атаки немцев были отбиты с большими для них потерями. Получив подкрепление, противник вновь попытался продвинуться вперёд. Наши бойцы решительным контрударом отбросили гитлеровцев к болоту и почти полностью их уничтожили.

Группа наших штурмовиков и истребителей под командованием старшего лейтенантатов. Моспанова (Южный фронт) совершила успешный налёт на вражеский аэродром.Наши лётчики сожгли 19 и повредили 22 немецких самолёта.

Расчёт противотанкового ружья сержанта Тюленева подпустил вражеский танк наблизкое расстояние и обстрелял его. Танк сгорел. Весь экипаж погиб.

Заметив в воздухе немецкий транспортный самолёт, бойцы отделения сержанта Бердзенишвили открыли огонь из винтовок. После нескольких залпов самолёт был повреждён и сделал вынужденную посадку. Экипаж самолёта в составе четырёх человек взят в плен.

Сапёр-сержант Лахов, расчищая проходы для нашей пехоты, в течение двух дней извлёк с заминированного противником участка и обезвредил 167 противотанковых и40 противопехотных мин.

От вражеской мины загорелся сарай с боеприпасами. Политрук Чернышев, сержант Александров и красноармеец Зайкин, рискуя жизнью, под обстрелом противника предотвратили взрыв боеприпасов.

Крупный партизанский отряд под командованием тов. К., действующий в одном изоккупированных немцами районов Украины, за последнее время нанёс гитлеровцам ряд тяжёлых ударов. Партизаны уничтожили более 1.000 гитлеровцев, заняли нескольконаселённых пунктов и захватили много винтовок, пулемётов, 200.000 патронов и радиостанцию. Отряд сжёг 2 продовольственных склада, взорвал склад с боеприпасами и железнодорожный мост. Советские патриоты разгромили 3 батальон 33венгерского пехотного полка. В числе документов, захваченных в штабе, найден рапорт командира батальона от 26 апреля, адресованный командиру полка. Указывая на трудности борьбы с партизанами, командир батальона пишет: «Солдаты отказываются воевать. Кушать нечего. Лошадей кормить нечем. Партизаны сильно нас обстреливают. Была пушка и много снарядов. Из пушки не стреляли, а снаряды исчезли. Мадьярским солдатам воевать здесь нельзя, так как они не знают местности и дорог. Партизаны хорошо знают и местность и дороги. Мадьярских солдат много убито и ранено, а партизан убитых и раненых нет».

Ниже публикуются выписки из дневника немецкого фельдфебеля Карла Шенкмана:

«17 февраля 1942 года.

Кровавая ночь. У нас колоссальные потери. Многие мои товарищи убиты. Среди них: унтер-офицер Верцель,обер-ефрейтор Шмидт и ефрейтор Баумгерн.

7 марта.

Неспокойные день и ночь. Огонь противника невыносим. С трудом добрались до колхоза. Насильно выселяем жителей из домов.Нет фуража. Критическое положение.

10 марта.

Мы очень устали. Наступление снова не удалось.Третий взвод выбыл из строя. Убиты: ефрейтор Апфель, унтер-офицеры Бумст, Шонер.Пришлось оставить высоту. Русские танки всё время атакуют с флангов.

17 марта.

Роковой для нас день. В 13 часов русские насобошли. Лишь теперь мы ощущаем войну во всех её ужасах. Почти каждый деньрусские танки и авиация безжалостно обстреливают и бомбардируют нас. Ночьюполучили приказ отступить. Очень много убитых и раненых...»

В посёлке Невля, Сумской области, гитлеровские изверги, зацепив железнымикрючками за челюсти, повесили 18 мирных жителей.

ПОМНИ ВОЙНУ

13.05.2017, 14:03

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/12/4889/
Леопольд Треппер, руководитель "Красной капеллы"(общее наименование самостоятельных групп Сопротивления и разведывательных сетей во время Второй мировой войны, действовавших в европейских странах таких как Германия, Бельгия, Франция и других), отправил в Москву одного из своих курьеров с полной информацией о весенне-летних планах германской армии - захватить Кавказ, чтобы добраться до бакинской нефти. Но главной целью немецкого наступления был Сталинград - ключ к Кавказу, подчеркивал Треппер.

ПОМНИ ВОЙНУ

13.05.2017, 14:04

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/12/113/
Началась Харьковская операция (или Вторая битва за Харьков). Северная ударная группировка перед переходом в атаку в 6 часов 30 минут утра начала артиллерийскую подготовку, которая продолжалась ровно час. В конце артподготовки в течение 15—20 минут наша авиация совершила удар по районам огневых позиций артиллерии и опорным пунктам, узлам сопротивления противника. На северном участке были брошены в бой в первом эшелоне 11 стрелковых дивизий при поддержке 7 танковых бригад и 20 артиллерийских полков РГК.

21-я армия (В. Н. Гордов). В ночь на 12 мая 76-я стрелковая дивизия полковника Г. Г. Воронина специально выделенными отрядами форсировала Северский Донец и на его левом берегу захватила два небольших плацдарма, с которых главные силы дивизии и начали с утра атаку обороны противника. В результате упорных боёв частям 76-й стрелковой удалось к исходу дня на участке шириной 5 километров вклиниться в расположение противника на глубину до 4 километров. Наступавшие южнее 293-я стрелковая дивизия генерал-майора П. Ф. Лагутина и 227-я стрелковая дивизия полковника Г. А. Тер-Гаспаряна успешно форсировали с утра 12 мая реку и, прорвав оборону противника, к исходу дня продвинулись на 6—10 километров.

28-я армия (Д. И. Рябышев). Войска 28-й армии в ходе успешно начавшегося наступления захватили сильно укреплённые немцами опорные пункты Байрак, Купьеваха, Драгуновка и окружили неприятельский гарнизон в Варваровке. Дальше продвинуться, однако, им не удалось.

Войскам трёх советских армий противостояли в этот день 79-я и 294-я пехотные дивизии и один пехотный полк 71-й дивизии противника.

Южная ударная группировка. В 7 часов 30 минут 12 мая 1942 года после часовой артиллерийской и авиационной подготовки войска генералов А. М. Городнянского и Л. В. Бобкина перешли в наступление против частей 8-го и 51-го армейских корпусов противника на участке от Верхнего Бишкина до Мироновки. Шесть советских дивизий при поддержке 200 танков и 14 полков РГК к полудню сломили сопротивление двух немецких пехотных дивизий и бригады венгров. Во второй половине дня на Красноградском направлении в прорыв был введён 6-й кавкорпус с приданной ему танковой бригадой. К вечеру войска на 40-километровом участке вклинились вглубь немецкой обороны на 12-15 км, достигнув второго оборонительного рубежа, созданного на возвышенном западном берегу реки Орель. Немцы бросили сюда всё, что было под рукой, в том числе трофейные команды и строительные подразделения, а генерал Городнянский начал выдвижение двух дивизий второго эшелона. Танковые корпуса оставались на месте, хотя находились уже в 35 км от линии фронта.

Генерал Паулюс, оценив обстановку, начал перегруппировку своих сил. На южный участок он направил один пехотный полк 113-й дивизии, одновременно из Харькова против 38-й армии начали выдвижение 3-я и 23-я танковые дивизии и три полка пехоты. Из Крыма под Харьков началась переброска воздушных эскадр Рихтгофена.

ПОМНИ ВОЙНУ

13.05.2017, 14:05

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/12/10353/
Командир 1-го дивизиона подводных лодок Северного флота погиб во время боевого похода на подводной лодке «К-23».

С начала войны Магомет Имадутдинович Гаджиев участвовал в 12 боевых походах на подводных лодках дивизиона. На личном боевом счету Гаджиева к лету 1942 года числилось 10 потопленных транспортов противника. Магомед Гаджиев ввёл в практику потопление транспортов противника из мощного артиллерийского вооружения, которым были оснащены подлодки типа К. Именно Магомед Гаджиев ввёл в традицию салют из орудия подводной лодки, как символ одержанной во время похода победы.

12 мая 1942 года подводная лодка «К-23», на которой находился Гаджиев, была атакована немецким самолётом и потоплена.

Магомет Имадутдинович Гаджиев посмертно удостоен звания «Герой Советского Союза». Его имя носит посёлок подводников на берегу Баренцева моря.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1482143765.jpg
Магомет Имадутдинович Гаджиев.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1482143924.jpg
К-23
Подводная лодка «К-23».

ПОМНИ ВОЙНУ

13.05.2017, 14:06

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/12/993/
Противник продолжал преследование отходивших войск Крымского фронта, а на левом крыле фронта вёл бои в 8—12 км восточнее Турецкого вала.

Ставка приказывает :

«Маршалу Буденому срочно выехать в Керчь… Организовать оборону на линии Турецкого вала… Всю авиацию фронта, флота и Северо-Кавказского направления временно подчинить заместителю командующего авиацией дальнего действия генералу Н. С. Скрипко»

ПОМНИ ВОЙНУ

13.05.2017, 14:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/12/994/
Гальдер Франц:

"Наступление на Керченском полуострове развивается успешно. Взято 29 000 пленных, 220 орудий и 170 танков. Противник ведёт сильные атаки под Волчанском и против 8-го армейского корпуса 6-й армии; его цель — Харьков. Противник наступает при поддержке нескольких сот танков (в обоих районах) и имеет значительные первоначальные успехи. Против этого наступления должна быть использована авиация из Крыма. 23-я танковая дивизия будет выведена в резерв…"

Чистый исторический интернет

13.05.2017, 14:10

https://pbs.twimg.com/media/C_my3s3XkAAWew_.jpg
https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
12 мая 1942 ударные группы войск Юго-Западного фронта Тимошенко перешли в наступление на харьковском направлении

Waralbum.Ru

13.05.2017, 14:25

http://waralbum.ru/40624/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/sev_bt.5a9kn0j04pcsckkgwck4kssg.ejcuplo1l0oo0sk8c4 0s8osc4.th.jpeg
19 марта 2011

Атака советских солдат Юго-Западного фронта при поддержке танков БТ-7.

Waralbum.Ru

13.05.2017, 14:27

http://waralbum.ru/17022/
9 июня 2010
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/starboard_view_of_superstructure_of_uss_massachuse tts_bb_59_during_refueling.ejka1hfs7pc0sosgk084sc0 w.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Вид на надстройки линкора «Массачусетс» (ВВ-59, класса «Южная Дакота») с борта танкера «Kaskaskia» (AO-27) класса T3-S2-A 17 октября 1944 года. Хорошо видна система ПВО линкора и антенны радара Мк.8.

Юлия Попова

13.05.2017, 20:40

https://russian.rt.com/science/article/389021-75-let-tanya-savicheva-blokadnyi-dnevnik
12:22
Блокада Ленинграда длилась с 8 сентября 1941 по 27 января 1944 года. В осаждённом городе от голода погибли более шестисот тысяч человек. Символом этих 872 дней стала небольшая записная книжка. На каждом её листе крупным детским почерком — всего по одному предложению: констатация смерти близких. 13 мая 1942 года была сделана последняя запись: «Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня». О трагедии одной семьи как трагедии нации — в материале RT.
https://cdn.rt.com/russian/images/2017.05/original/5915d6d4c36188bc0a8b45c9.jpg
РИА Новости

В семье Николая Родионовича и Марии Игнатьевны Савичевых было восемь детей, Таня — самая младшая. В её скорбный дневник попали только сестра Женя и брат Леонид. Двое других детей, Нина и Михаил, считались пропавшими, а ещё трое погибли в младенчестве.

Отец Тани, Николай Родионович, умер незадолго до войны, в 1936 году. Ещё до революции он открыл пекарню, булочную и кинотеатр, которые приносили неплохой доход. После того как советская власть свернула новую экономическую политику, Николай Савичев лишился своих предприятий и был выслан из Ленинграда. Однако, на свою беду, через некоторое время семья всё-таки смогла вернуться в родной город.

«Женя умерла 28 дек. в 12.30 час. утра 1941 г.»

Первой жертвой войны в семье Савичевых стала Женя — самый старший ребёнок Николая Родионовича и Марии Игнатьевны. Она родилась в 1909 году, успела выйти замуж и развестись. После замужества Женя покинула отчий дом на 2-й линии Васильевского острова и переехала на Моховую. Она осталась жить в новой квартире и после развода. Здесь же Евгения Николаевна Савичева скончалась 28 декабря 1941 года.

Женя работала в архиве Невского машиностроительного завода. Она, как и сотни тысяч других работников тыла, каждый день совершала настоящий подвиг: в это тяжёлое, голодное время не только трудилась сверхурочно (иногда — по две смены подряд), но и сдавала кровь для бойцов Красной Армии.

Это и стало одной из причин её гибели зимой 1941 года. В Ленинграде ударили сильные морозы, которые горожанам пришлось переживать без отопления, электричества и общественного транспорта. Женя, обессилевшая от работы и постоянной сдачи крови, два раза в день преодолевала путь длиной 7 км — от дома до завода. Она шла и в страшный мороз, и в метель, неизменно проваливаясь в глубокие сугробы, которые никто не убирал. Иногда Женя оставалась на ночь на заводе, но отдыха ей это не приносило: старшая из детей Савичевых брала дополнительную смену.
https://cdn.rt.com/russian/images/2017.05/original/5915da9bc36188fe408b46a1.jpg
© Wikimedia

Женя не пришла на работу лишь однажды, в самом конце декабря 1941 года. Её сестра Нина, работавшая на том же заводе конструктором, начала беспокоиться. Воскресным утром 28 декабря она, отпросившись со смены, побежала на Моховую. Нина Савичева нашла свою сестру уже при смерти.

Женя очень боялась, что ей в глаза попадёт земля, если её станут хоронить без гроба, поэтому Савичевы отдали две буханки хлеба и папиросы из своих скудных запасов, чтобы найти гроб и похоронить Женю на Смоленском кладбище.

В день похорон Мария Игнатьевна Савичева сказала над могилой дочери: «Вот мы тебя хороним, Женечка. А кто и как нас хоронить будет?» В день смерти Жени её сестра Таня начала свой скорбный дневник. Она взяла блокнот Нины и перелистнула страницы, где старшая сестра описывала строение паровых котлов. На каждом листе блокнота стояла буква алфавита. Таня нашла в пустой половине книжечки букву «ж» и синим карандашом написала: «Женя умерла 28 дек. в 12.30 час. утра 1941 г.». Короткое предложение заняло всю страницу: девочка писала крупным неровным почерком, помещая на строчке по одному-два слова.

«Бабушка умерла 25 янв. 3 ч. дня 1942 г.»

22 июня 1941 года исполнилось 74 года матери Марии Игнатьевны — Евдокии Григорьевне Фёдоровой. В начале января Таниной бабушке поставили диагноз — последняя степень алиментарной дистрофии. Это означало, что недостаток веса у Евдокии Григорьевны превышал 30%, и без срочной госпитализации шансов выжить у неё не было. Но от больницы она отказалась, сказав, что все палаты и так забиты. Евдокия Григорьевна умерла 25 января 1942 года — через два дня после 12-летия Тани. Точное место захоронения Евдокии Григорьевны неизвестно — к этому моменту умерших уже редко хоронили отдельно, чаще всего они попадали в братские могилы. Вероятнее всего, Евдокия Григорьевна оказалась в одной из таких могил на Пискарёвском кладбище.

Перед смертью бабушка попросила не хоронить её до начала февраля — таким образом, у Савичевых сохранялась январская продовольственная карточка Евдокии Григорьевны, по которой можно было получать продукты ещё несколько оставшихся в январе дней.

Умирающие в ленинградской блокаде люди часто завещали свои карточки родственникам. Чтобы остановить раздачу продуктов мертвецам, власти города ввели дополнительную регистрацию в середине каждого месяца.
https://cdn.rt.com/russian/images/2017.05/original/5915d9f8c36188bd0a8b45b4.jpg
© Wikimedia

25 января в дневнике Тани появилась ещё одна запись: «Бабушка умерла 25 янв. 3 ч. дня 1942 г.». Официальной датой смерти Евдокии Григорьевны Фёдоровой стало 1 февраля 1942 года — день, когда закончился срок действия её продовольственной карточки.

«Лёка умер 17 марта в 5 часутра в 1942 г.»

Старший брат Тани Леонид (или Лёка, как называли его родные) был ровесником революции и характер имел соответствующий. В военкомат он помчался сразу после того, как узнал о начале войны, но на фронт его не взяли — слишком сильная близорукость. Да и в тылу Леонид был куда полезнее: старший сын в семье Савичевых был талантливым инженером. Если бы не ссылка отца, он мог бы получить высшее образование и достичь успеха на выбранном поприще, но сыну «лишенца» позволили закончить только фабрично-заводское училище. По воспоминаниям Нины Савичевой, Леонид однажды смастерил приёмник и пообещал сестре, что когда-нибудь она сможет сидеть дома и смотреть спектакли из любого театра в мире. Нина действительно дожила до этого времени.

Кроме того, юноша был музыкально одарён. В семье Савичевых поощряли занятия музыкой, поэтому у Леонида и его друзей даже был собственный струнный оркестр. Возможно, и это увлечение переросло бы в нечто большее, если бы не блокада Ленинграда.
http://fanstudio.ru/archive/20170513/d1xRClcq.jpg
© Wikimedia

Судьба Леонида во многом повторяет судьбу Жени Савичевой. Тоже завод, тоже изнурительная работа, не кончающаяся ни днём ни ночью. На родном Адмиралтейском заводе молодого Савичева очень ценили: юноша был не только способным, но и старательным, исполнительным. Как и сестра Женя, он не пришёл на работу лишь однажды — в тот день, когда оказался в заводском стационаре с дистрофией. Младшая сестра, от горя и слабости делая ошибки в дневнике, напишет: «Лёка умер 17 марта в 5 часутра в 1942 г.». Леониду Савичеву было всего 24 года.

«Дядя Вася умер в 13 апр 2 ч ночь 1942 г.»

У отца Тани, Николая Родионовича, было пятеро братьев и сестра. Три брата жили в том же доме на 2-й линии Васильевского острова, но этажом выше. Двое из них — Василий и Алексей — дожили до войны. В тяжёлое блокадное время все Савичевы решили жить в одной квартире, чтобы помогать друг другу.

В 1941 году Василию Савичеву было 56 лет. В годы Первой мировой он воевал и получил боевую награду, потом вместе с братьями содержал булочную. После того как предприятие Савичевых закрыли, он стал директором магазина «Букинист», где и проработал до конца своих дней.

Василий Савичев, как и его племянник Леонид, стремился попасть на фронт, но, несмотря на боевой опыт, добровольцем его не взяли — по возрасту.

Дядя Вася, как и другие члены семьи, обожал маленькую Таню. Страшной зимой 1941—1942 годов он растапливал печку своей библиотекой, но одну книгу, «Мифы Древней Греции», не тронул — подарил племяннице. «Дядя Вася умер в 13 апр 2 ч ночь 1942 г.», — напишет Таня, путаясь в предлогах и падежах. По злой иронии судьбы именно в это время в душах ленинградцев затеплилась надежда: была увеличена норма хлеба, открывались бани, начали ходить трамваи.

«Дядя Лёша 10 мая в 4 ч дня 1942 г.»

Алексей Савичев был гораздо старше своих братьев Николая и Василия — к началу войны ему исполнился 71 год. Несмотря на преклонный возраст, Алексей Родионович хотел оказаться в боевом строю. Разумеется, добровольцем на фронт его не взяли.

Алексей Савичев выполнял ту же работу, что и остальные, гораздо более молодые члены семьи. Строил баррикады, рыл траншеи, дежурил на крышах. Как и тысячи других ленинградцев, он умер от последней стадии дистрофии. В записи о смерти дяди Лёши измученная, тяжело больная и совершенно обессиленная Таня пропустила слово «умер». Вероятно, оно стало невыносимым для измученного страданиями ребёнка.

«Мама в 13 мая в 7.30 час утра 1942 г.»

Весной 1942 года Мария Игнатьевна уже была тяжело больна цингой. Таня бегала на рынок, пыталась достать для матери лук, — девочка не верила, что неизменно добрая, сильная и выносливая мама может умереть и оставить её одну. Но сама Мария Игнатьевна понимала, что скоро это произойдёт, и наказала дочери после её смерти идти к дальней родственнице, тёте Дусе.
http://fanstudio.ru/archive/20170513/H5M0pGGQ.jpg
РИА Новости

Мария Игнатьевна после краха предприятий мужа начала работать в швейной Артели имени 1 мая, где вскоре стала лучшей вышивальщицей. Она очень любила музыку. В доме было множество самых разнообразных инструментов, от банджо до пианино, и Савичевы устраивали домашние концерты. Мальчики, Михаил и Леонид, играли, девочки, Нина и Таня, пели. С войной все развлечения закончились: Мария Игнатьевна стала шить форму для фронтовиков и выходить на оборонительные дежурства.

Запись о смерти горячо любимой мамы — самая сбивчивая в дневнике. Таня снова пропускает слово «умерла» и путается в предлогах. 13 мая 1942 года разбитая цингой, дистрофией и туберкулёзом Таня Савичева покинула родной дом. На один день её приютили соседи — семья Николаенко. Они и похоронили Марию Игнатьевну.

«Савичевы умерли. Умерли все»

Таня ничего не знала о судьбах сестры Нины и брата Михаила. Нина пропала в последний день зимы 1942 года. Она работала вместе с Женей, и путь от завода до дома был для неё так же труден. Нина всё чаще оставалась ночевать на работе, а 28 февраля пропала. В тот день в городе был сильный обстрел, и родные посчитали Нину погибшей. На самом деле девушка оказалась в эвакуации: весь завод в срочном порядке отправили за Ладожское озеро, и она не успела послать весточку родным. Нина долго болела, потом работала в Калининской области и ничего не могла узнать о своей семье — в блокадный Ленинград письма не доходили. Но девушка не переставала писать и ждать, что в один прекрасный день ответ всё же придёт.
https://cdn.rt.com/russian/images/2017.05/original/5915dac8c361888d0a8b45e4.jpg
РИА Новости

Нина Николаевна Савичева вернулась в Ленинград в августе 1945 года. Война уже закончилась, но легально попасть в город всё ещё было очень сложно, поэтому Нину провезли «контрабандой» в грузовике. Только тогда она узнала, что случилось с её семьёй.

Михаил был единственным членом семьи Савичевых, не попавшим в блокаду. За день до начала войны он уехал в Кингисепп. Михаил оказался на оккупированной немцами территории и ушёл в лес к партизанам. Воевал долго, до января 1944 года. После тяжёлого ранения его отправили в освобождённый Ленинград. Война сделала его инвалидом, он передвигался на костылях. Вернувшись в родной город, Михаил начал наводить справки о родных. Ему удалось узнать всё о судьбе своей семьи раньше, чем Нине. Узнав, что никого из родных в Ленинграде больше нет, он навсегда покинул город и переехал в Сланцы, в Ленинградской области. Он устроился на почту, где проработал всю жизнь.

«Осталась одна Таня»

Таня не смогла похоронить маму — была слишком слаба. Дочь соседей Вера так вспоминает последний путь Марии Игнатьевны:

«За мостом через Смоленку находился огромный ангар. Туда свозили трупы со всего Васильевского острова. Мы занесли туда тело и оставили. Помню, там была гора трупов. Когда туда вошли, раздался жуткий стон. Это из горла кого-то из мёртвых выходил воздух… Мне стало очень страшно».

На следующее утро Таня, взяв из дома все ценные вещи, пошла к тёте Дусе. Евдокия Петровна Арсеньева была племянницей Таниной бабушки. Тяжёлое детство сделало её замкнутой и нелюдимой, но Таню она взяла к себе. Евдокия Петровна перевезла на сохранение многие вещи Савичевых и пыталась выходить Таню. Но тщетно. Единственным шансом на спасение для девочки стала эвакуация и срочная медицинская помощь. Евдокия Петровна сняла с себя опекунство и определила Таню в детский дом №48.

До Горьковской области поезд с едва живыми детьми ехал несколько дней. Люди нередко вскрикивали, заглядывая в вагоны, настолько истощёнными, больными и измученными выглядели юные ленинградцы. Самые сердобольные несли к поезду последнюю еду, лишь бы поделиться чем-то с несчастными детьми, но делать это строго запрещалось: даже маленький кусок хлеба мог убить больных дистрофией пассажиров.

В Горьковской области детей выходили. В посёлок Красный Бор приехали 125 юных пассажиров, 124 из них пережили войну. Умерла только Таня Савичева.
https://cdn.rt.com/russian/images/2017.05/original/5915d8a5c36188991c8b458e.jpg
РИА Новости

Практически все дети страдали от последствий тяжёлой голодовки, но не страдали инфекционными заболеваниями. Из 125 человек трое болели чесоткой, один — стоматитом, но эти недуги не входили в разряд смертельно опасных. Тяжело больным ребёнком оказалась только Таня Савичева: в детстве у неё был туберкулёз позвоночника, который вновь дал о себе знать.

Девочку изолировали от других детей, рядом с ней мог находиться только один человек — медсестра Нина Михайловна Серёдкина. Со стороны могло показаться, что Таня выздоравливает — постепенно она начинала ходить с костылями, а потом и вовсе стала обходиться без них, держась за стену. Но на самом деле, болезнь только прогрессировала. В мае 1944 года Таню Савичеву перевели в Шатковскую районную больницу, откуда ей уже не суждено было выйти.

«Я хорошо помню эту девочку, — вспоминает медсестра Шатковской больницы Анна Журкина. — Худенькое личико, широко открытые глаза. День и ночь я не отходила от Танечки, но болезнь была неумолима, и она вырвала её из моих рук. Я не могу без слез вспоминать это...»

Это случилось 1 июля 1944 года. Короткая запись, «Савичева Т.Н. Понетаевка. Туберкулез кишок. Умерла 01.07.44», и заброшенная могилка — вот и всё, что осталось после смерти Тани Савичевой. Лишь много лет спустя её дневник прогремит на весь мир, её образ воссоздадут в памятниках, и её могилу обнаружат.
Она так и не стала взрослой

Существует легенда, что дневник Тани Савичевой был использован во время Нюрнбергского процесса в качестве одного из главных документов обвинения, но вряд ли это так: все документы Нюрнбергского процесса хранятся в специальном архиве, а дневник Тани Савичевой выставлен в Музее истории Ленинграда. Но неофициально он действительно стал одним из главных обвинительных документов Второй мировой войны. Его со слезами на глазах вспоминают так же, как дневник Анны Франк или журавликов Садако Сасаки. Память о дневнике Тани Савичевой увековечивают, чтобы никто не забыл о сотнях тысяч детей, у которых отобрали право стать взрослыми.

Чистый исторический интернет

14.05.2017, 11:33

https://pbs.twimg.com/media/C_rX5qPXsAEyicq.jpg
Блокадный дневник Тани Савичевой: «Мама в 13 мая в 7.30 утра 1942 Савичевы умерли Умерли все Осталась одна Таня»

Бессмертный полк

14.05.2017, 12:01

https://polkrf.ru/news/422/voennoist...lendar_13_maya
1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3222.jpg
Юго-западный фронт (Костенко Фёдор Яковлевич). Прибывшая 3-я истребительная эскадра генерала Рихтгофена с утра 14 мая захватила господство в воздухе. В дальнейшем немцы довели количество самолётов до 580 (в том числе 180 истребителей, 310 бомбардировщиков, 90 разведчиков). Им противостояли 889 советских самолётов (350 истребителей, 85 штурмовиков, 444 бомбардировщика, 10 разведчиков).
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3223.jpg
21-я армия (В. Н. Гордов). Войска 21-й армии штурмовали укреплённые пункты и высотки, обороняемые 79-й пехотной дивизией. Главкому пришлось объяснять генералу Гордову, что узлы сопротивления противника не надо брать в лоб, их необходимо блокировать и обходить, всеми силами форсируя наступление.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3224.jpg
28-я армия (Д. И. Рябышев). Дивизии Рябышева продвинулись ещё на 6-8 км и вышли к тыловому рубежу немецкой обороны, проходившему по рекам Харьков и Муром. По плану операции наступил момент ввода в прорыв подвижной группы, состоявшей из 3-го кавкорпуса и 38-й стрелковой дивизии. Но из-за плохой организации управления эти соединения не успели сосредоточиться на исходном рубеже.

38-я армия (К. С. Москаленко). С утра 14 мая обстановка на стыке 28-й и 38-й армии ещё более осложнилась. Здесь стремились развить свой первоначальный успех 3-я и 23-я вражеские танковые дивизии. Из доклада штаба 38-й армии выяснилось, что в ночь на 14 мая части А. В. Горбатова с танкистами Т. И. Танасчшина вновь выбили гитлеровцев из Непокрытого, стремясь двигаться на Михайловку-1. Но в 10 часов утра обоими своими танковыми кулаками Паулюс нанёс удар в направлениях, сходящихся на Перемогу. Генерал Горбатов, избегая излишних потерь, оттянул к реке Большая Бабка части, занявшие перед этим Непокрытую.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3225.jpg
К исходу дня в полосе северной группы общий фронт прорыва составил 56 километров. Войска, действовавшие в центре этой группы, продвинулись в глубину обороны гитлеровцев на 20—25 километров. 6-я армия (А. М. Городнянский) в течение дня вела упорнейшие бои за Верхний Бишкин и Верхнюю Береку. Вечером сопротивление гарнизонов обоих опорных пунктов сломлено. Под угрозой полного окружения остатки их поспешно отошли на запад. Войска армии, очистив от противника местность, прилегавшую к этим сокрушенным ими узлам сопротивления, продолжали продвижение на Тарановку и к концу дня вышли на рубеж, отстоявший не более чем на 35—40 километров от южных предместий Харькова.

Соединения 6-го кавкорпуса генерала Носкова имели наибольшее продвижение сравнительно со всеми другими частями южной группы. Враг, пытаясь прикрыть красноградское направление, ввёл в бой ещё один полк. Теперь уже конников контратаковали два пехотных полка. Но все их наскоки были отбиты, и корпус в упорных боях овладел районом Казачий Майдан, Росоховатовка, Ново-Львовка, расположенным в удалении 20—25 километров от Краснограда.

К исходу дня от генерала Бобкина поступило донесение, в котором сообщалось, что 393-я и 270-я дивизии разгромили 454-ю охранную дивизию врага, расширили фронт прорыва в юго-западном направлении, освободили до десятка населённых пунктов и своим правым флангом почти вышли на соединение с вырвавшимися вперёд конниками генерала А. А. Носкова. К вечеру 14 мая южная ударная группировка расширила прорыв до 55 километров, а глубина его достигла 25—40 километров.
Южный фронт (Р. Я. Малиновский) 9-я армия за счёт армейского и фронтового резервов проводит частную наступательную операциие в районе Маяков. Из-за все возрастающего сопротивления противника войска 9-й армии не достигли существенного успеха. Тем не менее решение продолжать в ближайшие дни наступление на Маяки не отменено, так как Военный совет Южного фронта считает этот пункт очень важным.

Крымский фронт (Козлов Дмитрий Тимофеевич). К исходу 14 мая передовые части 170-й пехотной дивизии генерала Зандера прорвались к южной и западной окраинам города, а также вышли в районы Катерлез и Эльтиген на побережье Керченского пролива.

Распоряжение Сталина, переданное в 3 ч 40 мин: «Начать отвод войск Крымского фронта на Таманский полуостров…»
«Товарищу Сталину. Бои идут на окраине Керчи, а севернее город обходится противником… Части стихийно отходят… Командный пункт переходит Еникале. Мы опозорили страну и должны быть прокляты… Авиация врага решила исход боя. Мехлис».

Из донесения начальнику управления особых отделов НКВД: «Положение Керчи критическое… Сопротивляются лишь отдельные отряды и уцелевшие части 72-й кавалерийской дивизии… Никем не управляемые бойцы отходят назад…»

Совинформбюро

14.05.2017, 12:04

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/13/2777/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 13 МАЯ

В течение ночи на 13 мая на фронте чего-либо существенного не произошло.

Наша часть, действующая на одном из участков Южного фронта, овладела оборонительным пунктом противника. В бою уничтожено более 150 гитлеровцев. Взятав плен значительная группа немецких солдат. Наши бойцы захватили у противника 3орудия, 2 крупнокалиберных пулемёта, 32 автомата, 13 пулемётов, 150 винтовок,радиостанцию и боеприпасы.

Бойцы нашей части, действующей на одном из участков Калининского фронта, за два дня боевых действий уничтожили 5 немецких орудий, 5 станковых пулемётов и 4миномёта. Противник потерял убитыми и ранеными 700 солдат и офицеров.

Во время налёта немецких бомбардировщиков зенитчики части командира Полосухина сбили три самолёта «Юнкерс-87». Лётчик ефрейтор Эрих Борман,выбросившийся с парашютом, взят в плен.

Миномётчики батареи старшего лейтенанта Шеретнева за последние дни боёв уничтожили 12 немецких пулемётных точек, 2 миномётные батареи, 4 автомашины с боеприпасами, разрушили 30 ДЗОТов и подожгли 5 складов с боеприпасами.

Красноармеец-автоматчик Грузев Алексей Павлович был дважды ранен, но продолжал героически сражаться с врагом. Он пробрался к немецкому блиндажу,огнём из автомата и гранатами уничтожил 20 гитлеровцев и захватил ручной пулемёт.

Партизанский отряд под командованием тов. Л., действующий в тылу у немцев, врайонах Ленинградской и Калининской областей, за два месяца уничтожил более 900 немецких солдат и офицеров. Партизаны пустили под откос железнодорожный эшелон,две автодрезины, взорвали несколько мостов и захватили 2 продовольственные базы немецко-фашистских оккупантов.

Пленный ефрейтор 3 батальона 217 полка 57 немецкой пехотной дивизии ИоганнМайер рассказал: «...Настроение населения в Германии очень подавленное. Многие считают войну, затеянную Гитлером, безумием. До марта этого года я работал на мотоциклетном заводе в Мюнхене. В течение всего дня рабочие ни о чём не говорят между собой. Каждый боится тайных агентов гестапо. На паровозо-вагоностроительном заводе, на котором работает несколько тысяч рабочих,произошла забастовка. Администрация вызвала полицию, которая дубинками загналарабочих в цехи и заставила их приступить к работе. Многих затем арестовали».

У убитого унтер-офицера полицейской дивизии СС Иозефа Маршмана найдено неотправленное письмо унтер-офицеру Вилли Грун. В письме говорится: «Эту зиму я настрадался в достаточной степени, но надеюсь, что дотяну. Ведь меня причисляют к последней пятёрке, оставшейся от старой роты. Много хлопот и мук доставляютвши.

Я их ненавижу не меньше, чем осколки. Питаю легковерную надежду, что нассменят, хотя надежды делают многих дураками...»

Немецко-фашистские мерзавцы истребляют население оккупированных ими советских районов. Гитлеровцы арестовали 150 рабочих шахты имени Карла Маркса, Сталинской области, и расстреляли их из пулеметов.

Попытки гитлеровцев завербовать в Парижском округе рабочих для германской промышленности потерпели крах. Ни щедрые обещания, ни угрозы не помогли. В настоящее время немецкие оккупанты прибегают к новым репрессиям, чтобы сломить сопротивление французов. В начале мая у многих парижан, отказавшихся ехать в Германию, были отобраны продовольственные карточки. Тысячи французов, таким образом, лишены даже того скудного пайка, который они до сих пор получали, и обречены на голодную смерть.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 13 МАЯ

B течение 13 мая на Керченском полуострове наши войска, ввиду превосходства сил противника, отошли на новые позиции. Сообщение немецкого командования о том,что бои на Керченском полуострове закончились в пользу немцев и что немецкие войска захватили большое количество пленных, танков и орудий, является лживым.Наши войска отходят в порядке и наносят наступающим немецко-фашистским войскам огромные потери.

На Харьковском направлении наши войска перешли в наступление и успешнопродвигаются вперёд.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

За 12 мая уничтожено 43 немецких самолёта. Наши потери — 17 самолётов.

Советский корабль в Баренцевом море потопил транспорт противника водоизмещением в 12 тысяч тонн.

За 12 мая частями нашей авиации уничтожено 32 немецких танка, 220 автомашин с войсками и грузами, 105 подвод с боеприпасами, 48 полевых и зенитных орудий, 10 миномётов, 8 зенитно-пулемётных точек, разбит железнодорожный состав и 6платформ с автомашинами, рассеяно и частью уничтожено до полка пехоты противника.

На одном из участков Ленинградского фронта наши части в течение дня заняли 20 вражеских блиндажей и захватили 2 немецких танка, 7 бронемашин, 4 пушки, гаубицуи отдельно одну артиллерийскую батарею, 5 автомашин, авто-кухню и разное военное имущество. На поле боя осталось свыше 400 трупов вражеских солдат иофицеров.

В результате упорного боя наши бойцы под командованием т.т. Шевчука и Перепелюкова (Северо-Западный фронт) овладели двумя опорными пунктами и нанесли противнику большой урон в технике и живой силе. На другом участке фронта взорвано много пулемётных точек и 28 вражеских ДЗОТов.

В одном из боёв гитлеровцы неоднократно пытались окружить и уничтожить взвод,которым командует лейтенант Гвоздев. Пять раз наши бойцы ходили в штыковую атакуи отбрасывали наседавших немцев. Лейтенант Гвоздев личным примером воодушевлял бойцов. Он метко разил врага из винтовки, а в рукопашных схватках показал себя мастером штыкового боя. В этом бою тов. Гвоздев уничтожил 20 гитлеровцев.

Группа бойцов под командованием лейтенанта Бурдакова ружейно-пулемётным огнёмсбила немецкий самолёт «Юнкерс-87».

В течение десяти дней мая партизанские отряды Ленинградской области, по неполным данным, уничтожили 480 немецких солдат и офицеров. Партизаны уничтожилинемецкий самолёт, пустили под откос 4 воинских эшелона противника с живой силой,боеприпасами и продовольствием. Партизанские отряды, объединённые под командованием т.т. Б. и К., произвели в ночь с 3 на 4 мая налёт на населённый пункт, занятый гитлеровцами. В десятичасовом бою немцы потеряли убитыми и ранеными до 100 солдат и офицеров. Бойцы этих отрядов организовали крушение двухвоинских эшелонов: одного в составе 40 вагонов с войсками противника, другого всоставе 35 вагонов с боеприпасами и продовольствием.

Пленный ефрейтор 10 роты 557 полка 331 немецкой пехотной дивизии Карл Лейтнер рассказал: «За последнее время 10 рота потеряла убитыми и ранеными 160 человек.Командование смотрит на раненых, как на обузу, и не заботится об их судьбе.Раненые часто по нескольку дней валяются в землянках в ожидании транспорта,поэтому число умерших от ран очень велико. Многие солдаты считают, что гитлеровский режим, основанный на терроре и насилии, долго не удержится. Разными путями на фронт проникают сведения об актах саботажа в тылу. Солдаты знают, чтов Вене на автомобильном заводе неизвестные сожгли большую партию новых автомашин, предназначавшихся для перевозки войск. Обер-фельдфебель Лянгер недавно получил от жены из Саарской области письмо, в котором она ему сообщает,что на многих шахтах иностранные рабочие портят механизмы и устраивают аварии».

Гитлеровские бандиты сожгли в селениях Голубовка и Большая Берёзка, Сумской области, 500 дворов. Палачи замучили, сожгли живьём и расстреляли 200 мирных жителей.

ПОМНИ ВОЙНУ

14.05.2017, 12:09

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/13/1001/
Карельский фронт. Корабли Северного флота провели успешную операцию по снятию и эвакуации морского десанта в Мотовском заливе.

Этот день также считается днем завершения Мурманской наступательной операции.

ПОМНИ ВОЙНУ

14.05.2017, 12:10

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/13/1002/
Юго-западный фронт (Костенко Фёдор Яковлевич).

На рассвете войска северной группировки при активной поддержке ВВС продолжили атаки на прежних направлениях.

21-я армия (В. Н. Гордов). В этот день в полосе действий 21-й армии генерала В. Н. Гордова 76-я и 293-я дивизии соединились на западном берегу Северского Донца. Здесь образовался довольно большой плацдарм, достаточный по площади для накапливания сил и средств, способных прорваться в глубину фашистской обороны. Главком приказал Гордову усилить продвижение войск на запад и овладеть опорными пунктами врага в Графовке и Муроме. Однако организация наступления в полосе действий дивизий не была достаточно чёткой. Им не удалось преодолеть упорное сопротивление противника. Зато 227-я дивизия, действовавшая на левом фланге 21-й армии, обойдя Муром с юга, продвинулась на 12 километров и овладела важной высотой у посёлка Высокий.

28-я армия (Д. И. Рябышев). На направлении главного удара войска генерала Д. И. Рябышева утром сломили сопротивление гарнизона врага в Варваровке, но выбить гитлеровцев из Терновой не сумели. Командарм 28-й, форсируя по указанию главкома продвижение своих левофланговых соединений на юго-запад, приказал 224-й и 13-й гвардейской дивизиям овладеть Покровским. Эти соединения при поддержке 57-й и 90-й танковых бригад с упорными боями продвинулись на 6 километров в вышли к окраинам села Покровское. Здесь вновь доблестно сражались гвардейцы А. И. Родимцева. К исходу дня войска 28-й армии вышли на подступы к Харькову, на линию высот, обступающих город с востока.

38-я армия (К. С. Москаленко). Войска генерала К. С. Москаленко 13 мая продолжали наступать и в первой половине дня продвинулись на 6 километров. На своём правом фланге и в центре они овладели несколькими населёнными пунктами, в том числе селом Ново-Александровка, и завязали бои за Червону Роганку.

В 13 часов немцы, сосредоточив в течение ночи и первой половины дня две подвижные группировки, нанесли удар с двух сторон по стыку 38-й армии с её правым соседом. В одну группу вошли 3-я танковая дивизия и два полка пехоты, вторую составили 23-я танковая дивизия и один полк пехоты. Такого сильного удара массы танков с пехотой при мощной поддержке авиации ударная группа 38-й армии не выдержала и оказалась отброшенной на восточный берег реки Большая Бабка. Исходя из того, что выход танковых дивизий противника в район Старого Салтова угрожал отсечением выдвинувшихся вперёд главных сил нашей северной ударной группировки, а также потерей очень выгодного для нас плацдарма на западном берегу Северского Донца, главком немедленно приказал передать в распоряжение генерала К. С. Москаленко полнокровную 162-ю стрелковую дивизию полковника М. И. Матвеева и 6-ю гвардейскую танковую бригаду подполковника М. К. Скубы, находившиеся к этому времени в резерве 28-й армии. В итоге «ударная группа» одной только 38-й армии составила 5 стрелковых дивизий, 4 танковые и 1 мотострелковую бригады, около 200 танков, свыше 500 орудий и миномётов, прикрываемых с воздуха 100 самолётами. Одновременно маршал С. К. Тимошенко приказал командующему 38-й армией прочно закрепиться на восточном берегу Большой Бабки и ни в коем случае не терять локтевой связи с соседней 28-й армией.

Наступление южной ударной группировки продолжалось довольно успешно. Армия А. М. Городнянского вела упорные бои за Верхний Бишкин и Верхнюю Береку. Ещё утром 411-я и 266-я стрелковые дивизии опрокинули оборону гитлеровцев на восточном берегу реки Орель и, отбив несколько ожесточённых контратак, форсировали её. Закрепившись на плацдарме, вечером они завязали бой за опорные пункты противника на правобережье.

В итоге двух дней напряжённой борьбы войска генералов А. М. Городнянского и Л. В. Бобкина, обтекая фланги особо прочных опорных пунктов врага в Верхнем Бишкине и Верхней Береке, прорвали в своих полосах наступления тактическую оборону противника на всю глубину. Ширина участка прорыва достигла 50 километров. В полосе действий главных сил А. М. Городнянского глубина прорыва составила 16 километров, а группы Л. В. Бобкина — 20 километров. Этот успех был достигнут благодаря своевременному вводу в сражение 6-го кавалерийского корпуса. В боях южнее Харькова были разбиты основные силы 108-й венгерской легкопехотной дивизии и 62-й пехотной дивизии гитлеровцев. Серьёзно были потрепаны и некоторые части 113-й пехотной дивизии.

ПОМНИ ВОЙНУ

14.05.2017, 12:11

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/13/1003/
На Крымском фронте немцы вышли к Турецкому валу 13 мая — раньше 156-й стрелковой дивизии из фронтового резерва — и с ходу прорвались на его центральном участке. Фронт рухнул. Его командующий окончательно потерял всякую способность в той или иной мере влиять на обстановку.

Из распоряжений Буденного, отданных им командованию фронта в районе Керчи:

«Войскам драться везде… добиться перелома, восстановить положение на левом фланге 44-й армии… Полевое управление 47-й армии перебросить на Таманский полуостров… 51-ю армию подчинить генералу Черевиченко (заместителю Козлова) … Паникеров и дезертиров расстреливать на месте…»

ПОМНИ ВОЙНУ

14.05.2017, 12:12

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/13/1004/

На Керченском полуострове скоро все решится в нашу пользу (захвачено свыше 40000 пленных). Какое сопротивление противник сможет оказать в восточной части полуострова, определить пока нельзя.

На фронте 6-й армии сильные атаки противника южнее и северо-восточнее Харькова при поддержке нескольких сот танков. Глубокие прорывы. 23-я и 3-я танковые дивизии ведут контратаки восточнее Харькова. Южнее Харькова (в полосе 131-й пехотной дивизии) положение весьма критическое.

На остальных участках фронта существенных изменений не произошло…

Бессмертный полк

15.05.2017, 09:58

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3275.jpg
Юго-западный фронт (Костенко Фёдор Яковлевич). Войска 21-й армии штурмовали укреплённые пункты и высотки, обороняемые 79-й пехотной дивизией. Дивизии Рябышева продвинулись ещё на 6-8 км и вышли к тыловому рубежу немецкой обороны, проходившему по рекам Харьков и Муром. С утра 14 мая обстановка на стыке 28-й и 38-й армии ещё более осложнилась. Здесь стремились развить свой первоначальный успех 3-я и 23-я вражеские танковые дивизии. К исходу дня 14 мая в полосе северной группы общий фронт прорыва составил 56 километров. Войска, действовавшие в центре этой группы, продвинулись в глубину обороны гитлеровцев на 20—25 километров.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3276.jpg
Южный фронт (Р. Я. Малиновский) 9-я армия за счёт армейского и фронтового резервов проводит частную наступательную операциие в районе Маяков. Из-за все возрастающего сопротивления противника войска 9-й армии не достигли существенного успеха. Тем не менее решение продолжать в ближайшие дни наступление на Маяки не отменено, так как Военный совет Южного фронта считает этот пункт очень важным.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3277.jpg
Крымский фронт (Козлов Дмитрий Тимофеевич). К исходу 14 мая передовые части 170-й пехотной дивизии генерала Зандера прорвались к южной и западной окраинам города, а также вышли в районы Катерлез и Эльтиген на побережье Керченского пролива.

Чистый исторический интернет

15.05.2017, 10:29

http://fanstudio.ru/archive/20170515/LRnMQ59F.jpg
14 мая 1942 третий таран летчика Хлобыстова: направил свой горящий самолет на Me-109, а сам выбросился с парашютом

Совинформбюро

15.05.2017, 10:35

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/14/2778/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 14 МАЯ

В течение ночи на 14 мая на Керченском полуострове продолжались ожесточённыебои. На остальных участках фронта чего-либо существенного не произошло.

На одном из участков Калининского фронта батальон пехоты противника при поддержке танков атаковал наши позиции. Подпустив врага на близкое расстояние,бойцы части, где командиром тов. Кудряшёв, открыли сосредоточенный огонь из винтовок, пулемётов и автоматов. Орудийные расчёты прямой наводкой уничтожали атакующего врага. Когда наши бойцы перешли в контратаку, гитлеровцы отступили,оставив на поле боя убитыми и ранеными до 400 солдат и офицеров. Подбито несколько вражеских танков. Взяты пленные.

Наша часть, действующая на одном из участков Северо-Западного фронта, за двадня боевых действий уничтожила 350 немецких солдат и офицеров, 10 орудий, 25пулемётов, 3 автомашины и взорвала склад с боеприпасами.

Танковый экипаж лейтенанта Бондаренко подбил немецкий танк, уничтожил миномёт и до 50 немецких солдат и офицеров.

Во время боя был ранен командир одного нашего взвода. Командование принял на себя красноармеец-автоматчик Елфишев. Три раза он водил взвод в атаку. Наши бойцы под руководством т. Елфишева уничтожили 75 гитлеровцев и захватили 2 ручных пулемёта, миномёт, 13 винтовок и несколько тысяч патронов.

Красноармеец-снайпер тов. Доценко за два дня уничтожил 19 гитлеровцев.

Партизанский отряд тов. X., действующий в тылу немецко-фашистских войск в Смоленской области, за последние три дня вёл упорные бои с немецко-фашистскими оккупантами. Два батальона немецкой пехоты пытались окружить и уничтожить партизанский отряд. Партизаны смело атаковали превосходящие силы противника и в ожесточённых атаках, доходивших до рукопашных схваток, уничтожили свыше 500 немецких солдат и офицеров. Партизаны захватили у противника следующие трофеи:17 миномётов, 10 станковых и 6 ручных пулемётов, противотанковое ружьё, 247винтовок, 12 револьверов, 20.000 патронов, 400 гранат, 3 радиостанции, 54лошади, большое количество обмундирования и другое военное имущество.

Пленный фельдфебель 2 полка полицейской дивизии СС Франц Бройер рассказал:«Полицейская дивизия «СС» получила приказ любой ценой занять деревню М. В течение целого месяца дивизия предпринимала одну за другой атаки на этот пункт,но безуспешно. В этих боях 3 полк дивизии потерял три четверти личного состава,2 полк потерял около 900 человек. Большие потери понесли штрафной батальон и группа Фриче. Огромные потери удручают солдат. Они говорят, что если так будет продолжаться дальше, то никто из участников восточного похода не останется в живых».

7 мая в городе Гамбурге (Германия) казнены 19 человек «за высказывание антивоенных, пораженческих взглядов». В городах Ганновер, Шверин, Брауншвейг и других гестапо производит многочисленные аресты людей, которые высказывают недовольство войной.

Партизаны Югославии каждый день наносят тяжёлый урон итальянским оккупантам.На днях итальянская часть предприняла наступление в направлении Боснии.Партизаны атаковали фашистских захватчиков и отбросили их обратно. В результате боя итальянцы потеряли 150 солдат убитыми и много ранеными. Партизаны захватили пулемёты, винтовки, патроны и другие военные материалы. Население активно поддерживает партизанские отряды в их борьбе с оккупантами.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 14 МАЯ

В течение 14 мая на Керченском полуострове наши войска под давлением превосходящих сил противника с упорными боями отошли на новые позиции.

На Харьковском направлении наши войска продолжали успешно продвигаться вперёд. За два дня боёв уничтожено и подбито не менее 150 немецких танков.Захвачено много трофеев и пленные.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

По уточнённым данным, за 12 мая сбито не 43 немецких самолёта, как об этом сообщалось ранее, а 51 немецкий самолёт.

За 13 мая уничтожено 40 немецких самолётов. Наши потери — 23 самолёта.

За 13 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 120 немецких танков, свыше 200 автомашин с войсками и грузами,автоцистерна с горючим, 30 подвод с боеприпасами, 16 полевых и зенитных орудий,8 пулемётов, взорваны склад с боеприпасами и склад с горючим, разбит железнодорожный эшелон, рассеяно и частью уничтожено 2 батальона пехоты противника.

Наши части, действующие на одном из участков Северо-Западного фронта, наносят немецко-фашистским войскам большой урон в людях и технике. Одна наша часть за 10дней боёв вывела из строя более 4.000 немецких солдат и офицеров. Другая наша часть за это же время захватила 12 пушек, 38 станковых пулемётов, 5 зенитных пулемётов, 23 автомата, 5 радиостанций, много винтовок, снарядов, мин и патронов.

На одном из участков Калининского фронта пехота противника, поддержаннаятанками, несколько раз пыталась захватить один населённый пункт. Бойцы части под командованием тов. Маргиросова отбили атаки гитлеровцев. На поле боя осталосьболее 150 убитых немецких солдат и офицеров. Подбито несколько вражеских танков.

Танковый экипаж старшего лейтенанта Селиванова за один день уничтожил немецкий танк, противотанковую пушку и захватил исправное орудие. Экипаж другого танка под командованием лейтенанта Моисеева уничтожил 2 немецких орудия,разгромил штаб немецкого истребительного отряда и захватил 20 пулемётов и автоматов и важные оперативные документы.

Четыре наших бойца во главе с политруком тов. Савенковым открыли огонь из винтовок по вражескому самолёту. После нескольких залпов немецкий самолёт загорелся и упал на землю. Три лётчика сгорели, четвёртый взят в плен.

Отряд орловских партизан под командованием тов. Н. внезапным налётом выбил немецких оккупантов из двух населённых пунктов. В ожесточённой схватке партизаны уничтожили 250 гитлеровцев и захватили 8 станковых и 18 ручных пулемётов, 2орудия, 4 миномёта, огнемёт, 300 ящиков с патронами, 14 ящиков с минами и много винтовок.

Пленный солдат 7 роты 181 падка 52 немецкой пехотной дивизии Антон Кревольд сообщил: «1 марта нашу запасную роту в количестве 170 человек погрузили в вагоныи отправили на фронт. Когда мы прибыли в Рославль, нас предупредили, что здесь в любую минуту можно подвергнуться нападению русских партизан, и поэтому надо всегда быть наготове. И действительно, едва мы отъехали от Рославля, партизаны обстреляли нашу автоколонну. 18 солдат было убито, а несколько тяжело ранено.Прибыв на фронт, рота в первом же бою потеряла убитыми и ранеными свыше 60человек. Особенно велики потери от артиллерийского и миномётного огня. На каждый выстрел немецкой артиллерии русские отвечали тремя выстрелами из своих орудий и при этом били очень метко».

Во многих городах Румынии состоялись анти венгерские демонстрации с требованиями силой оружия возвратить захваченную венграми Трансильванию.Румынские власти приступили к спешному ремонту стратегических дорог. У границ с Венгрией сооружаются укрепления, создаются склады боеприпасов. В свою очередь венгерская полиция производит массовые аресты и расстрелы румын в Клуже,Тыргу-Муреше и других городах.

ПОМНИ ВОЙНУ

15.05.2017, 11:05

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/14/1009/

Прибывшая 3-я истребительная эскадра генерала Рихтгофена с утра 14 мая захватила господство в воздухе. В дальнейшем немцы довели количество самолётов до 580 (в том числе 180 истребителей, 310 бомбардировщиков, 90 разведчиков). Им противостояли 889 советских самолётов (350 истребителей, 85 штурмовиков, 444 бомбардировщика, 10 разведчиков) .

21-я армия (В. Н. Гордов). Войска 21-й армии штурмовали укреплённые пункты и высотки, обороняемые 79-й пехотной дивизией. Главкому пришлось объяснять генералу Гордову, что узлы сопротивления противника не надо брать в лоб, их необходимо блокировать и обходить, всеми силами форсируя наступление.

28-я армия (Д. И. Рябышев). Дивизии Рябышева продвинулись ещё на 6-8 км и вышли к тыловому рубежу немецкой обороны, проходившему по рекам Харьков и Муром. По плану операции наступил момент ввода в прорыв подвижной группы, состоявшей из 3-го кавкорпуса и 38-й стрелковой дивизии. Но из-за плохой организации управления эти соединения не успели сосредоточиться на исходном рубеже.

38-я армия (К. С. Москаленко). С утра 14 мая обстановка на стыке 28-й и 38-й армии ещё более осложнилась. Здесь стремились развить свой первоначальный успех 3-я и 23-я вражеские танковые дивизии. Из доклада штаба 38-й армии выяснилось, что в ночь на 14 мая части А. В. Горбатова с танкистами Т. И. Танасчшина вновь выбили гитлеровцев из Непокрытого, стремясь двигаться на Михайловку-1. Но в 10 часов утра обоими своими танковыми кулаками Паулюс нанёс удар в направлениях, сходящихся на Перемогу. Генерал Горбатов, избегая излишних потерь, оттянул к реке Большая Бабка части, занявшие перед этим Непокрытую.

К исходу дня 14 мая в полосе северной группы общий фронт прорыва составил 56 километров. Войска, действовавшие в центре этой группы, продвинулись в глубину обороны гитлеровцев на 20—25 километров.

6-я армия (А. М. Городнянский) в течение дня вела упорнейшие бои за Верхний Бишкин и Верхнюю Береку. Вечером сопротивление гарнизонов обоих опорных пунктов сломлено. Под угрозой полного окружения остатки их поспешно отошли на запад. Войска армии, очистив от противника местность, прилегавшую к этим сокрушенным ими узлам сопротивления, продолжали продвижение на Тарановку и к концу дня вышли на рубеж, отстоявший не более чем на 35—40 километров от южных предместий Харькова.

Соединения 6-го кавкорпуса генерала Носкова имели наибольшее продвижение сравнительно со всеми другими частями южной группы. Враг, пытаясь прикрыть красноградское направление, ввёл в бой ещё один полк. Теперь уже конников контратаковали два пехотных полка. Но все их наскоки были отбиты, и корпус в упорных боях овладел районом Казачий Майдан, Росоховатовка, Ново-Львовка, расположенным в удалении 20—25 километров от Краснограда.

К исходу дня от генерала Бобкина поступило донесение, в котором сообщалось, что 393-я и 270-я дивизии разгромили 454-ю охранную дивизию врага, расширили фронт прорыва в юго-западном направлении, освободили до десятка населённых пунктов и своим правым флангом почти вышли на соединение с вырвавшимися вперёд конниками генерала А. А. Носкова. К вечеру 14 мая южная ударная группировка расширила прорыв до 55 километров, а глубина его достигла 25—40 километров.

ПОМНИ ВОЙНУ

15.05.2017, 11:05

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/14/1010/
9-я армия Южного фронта за счёт армейского и фронтового резервов провела частную наступательную операцию в районе Маяков. Из-за все возрастающего сопротивления противника войска 9-й армии не достигли существенного успеха. Тем не менее решение продолжать в ближайшие дни наступление на Маяки не отменено, так как Военный совет Южного фронта считает этот пункт очень важным.

ПОМНИ ВОЙНУ

15.05.2017, 11:06

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/14/1011/
К исходу 14 мая передовые части 170-й пехотной дивизии генерала Зандера прорвались к южной и западной окраинам города, а также вышли в районы Катерлез и Эльтиген на побережье Керченского пролива.

Распоряжение Сталина, переданное в 3 ч 40 мин: «Начать отвод войск Крымского фронта на Таманский полуостров…»

«Товарищу Сталину. Бои идут на окраине Керчи, а севернее город обходится противником… Части стихийно отходят… Командный пункт переходит Еникале. Мы опозорили страну и должны быть прокляты… Авиация врага решила исход боя. Мехлис».

Из донесения начальнику управления особых отделов НКВД: «Положение Керчи критическое… Сопротивляются лишь отдельные отряды и уцелевшие части 72-й кавалерийской дивизии… Никем не управляемые бойцы отходят назад…»

Эрих Манштейн (11-я армия. Крым.) : «Все дороги были забиты брошенными машинами, танками и орудиями противника. На каждом шагу навстречу попадались длинные колонны пленных. Незабываемое зрелище открывалось с высоты вблизи города Керчь, где мы встретились с генералом фон Рихтгофеном. Перед нами в лучах сияющего солнца лежало море, Керченский пролив и противоположный берег. Цель, о которой мы так долго мечтали, была достигнута. Перед нами был берег, на котором стояло несметное количество разных машин. Советские катера предпринимали все новые попытки подойти к берегу, чтобы взять на борт хотя бы людей, но наши отгоняли их огнём. Чтобы добиться капитуляции последних остатков сил противника, отчаянно оборонявшихся на берегу, и избежать ненужных жертв со стороны нашей пехоты, огонь всей артиллерии был сосредоточен на этих последних опорных пунктах.»

ПОМНИ ВОЙНУ

15.05.2017, 11:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/14/1012/
В Крыму наши войска, преследуя противника, приближаются к городу Керчь. Южнее и восточное Харькова — сильные атаки противника при поддержке большого количества танков.

На остальном фронте существенных изменений не произошло.

Фон Бок звонил по телефону и предлагал снять с фронта Клейста 3-4 дивизии, использовав их для ликвидации бреши южнее Харькова. Предложение отклонено. Положение может быть улучшено только путём наступления с юга в ходе операции «Фридерикус».

Waralbum.Ru

15.05.2017, 11:15

http://waralbum.ru/37676/
2 февраля 2011
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/2011_02_02_coral_sea_neosho_burning.cumjiba5mlcg44 c8gs8ssc8sk.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Горящий американский танкер «Неошо» тонет во время Битвы в Коралловом море

Горящий американский танкер «Неошо» (USS Neosho (AO-23)), поврежденный атаками японских пикирующих бомбардировщиков, медленно тонет. Битва в Коралловом море.

Бессмертный полк

16.05.2017, 11:06

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3288.jpg
Совершен первый полет первого отечественного опытного реактивного самолета-истребителя, пилотируемого летчиком-испытателем Г.Я. Бахчиванджи.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3289.jpg
Юго-западный фронт (Тимошенко, Семён Константинович). 21-я армия (В. Н. Гордов). В район Зиборовка, Бочковка,Черемошное начали прибывать на автомашинах и бронетранспортерах передовые части 168-й пехотной дивизии немцев из-под Белгорода. Они с ходу бросались в контратаки в направлении Мурома.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3290.jpg
38-я армия (К. С. Москаленко). 3-я и 23-я танковые дивизии противника и примерно до трёх полков пехоты возобновили контрудар в северо-восточном направлении. Одновременно из района Борщевая, Черкасские Тишки до 80 танков во взаимодействии с пехотой стремительно атаковали наши позиции у села Петровское и продвинулись на 3—5 километров к востоку от этого пункта. Ещё одна группа противника в составе нескольких батальонов и четырёх десятков танков двинулась из окрестностей деревни Непокрытое, стремясь вклиниться в стык 28-й и 38-й армий в направлении на Перемогу и далее на Терновую. Задачей этой группы было соединение с окружённой в Терновой группировкой гитлеровцев. Авиаразведка в 15 часов сообщила, что над боевыми порядками 38-й армии пролетело до десятка транспортных самолётов «физилер-шторх», они выбросили в окрестностях Терновой парашютный десант до 300 человек, как видно для усиления терновского гарнизона. В то же время противником была предпринята попытка форсировать реку Большая Бабка в районе Песчаного. Главком приказал временно прекратить наступательные действия, закрепиться на достигнутых рубежах для надёжного обеспечения фланга нашей ударной группировки.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3291.jpg
28-я армия (Д. И. Рябышев) отражает атаки противника на стыке с 38-я армией. Потеряв в общей сложности несколько батальонов пехоты, более полусотни танков, гитлеровцы вынуждены были прекратить свой контрудар. На ряде участков они были отброшены на исходные рубежи. Эти бои поглотили все тактические резервы, а для ликвидации парашютистов пришлось снять с фронта несколько подразделений 175-й стрелковой дивизии 28-й армии. Продвижение танкового клина из Непокрытой в стык между армиями Д. И. Рябышева и К. С. Москаленко было остановлено на рубеже Красное, Драгуновка. Критическим оставалось положение на участке левофланговых дивизий 28-й армии (244-й и 13-й гвардейской). Один из полков 244-й вынужден был отойти на 10 километров к северо-востоку и закрепиться юго-западнее Терновой, второй полк этого соединения оставил Весёлое и остановился на линии высот севернее него, третий остался в окружении юго-западнее Весёлого. 13-я гвардейская заняла оборону на рубеже населённого пункта Гордиенко.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3292.jpg
6-я армия (А. М. Городнянский). Главной задачей этого дня для нашей 6-й армии был выход к реке Берестовая, на вновь указанный главкомом рубеж ввода в прорыв подвижной группы. Передовой полк 411-й дивизии овладел приречным селом Охочее, правофланговая 47-я дивизия вышла к Северскому Донцу на участке Гнилище, Коропово, а 253-я дивизия на реке Сухая Гомольша завязала бои за опорный пункт врага в селе Большая Гомольша.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3293.jpg
Армейская группа Л. В. Бобкина. 6-й кавкорпус дрался на ближних восточных подступах к Краснограду, а 393-я и 270-я стрелковые дивизии продвинулись ещё на 10 километров в западном и юго-западном направлениях, перерезали железную дорогу Красноград — Лозовая и овладели несколькими крупными населёнными пунктами.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3294.jpg
Командование 6-й немецкой армии, чтобы удержать за собой рубеж по реке Берестовая и для усиления 454-й охранной дивизии в район Кегичевки были брошены части 113-й пехотной дивизии. Но конники Пескова лихой кавалерийской атакой тут же оттеснили их в Красноград. После упорных боёв 113-я пехотная дивизия поспешно отошла на западный берег Берестовой и заняла там оборону совместно с остатками разбитой ранее 62-й пехотной дивизии. Тогда Паулюс предпринял поистине крайние меры: не ожидая окончания сосредоточения в Харькове всех частей 305-й пехотной дивизии, он переменил станцию назначения эшелонам этой дивизии, ещё находившимся в пути. Один её полк из Полтавы был переброшен в Красноград, а остальные два срочно из Харькова направились в Тарановку. К исходу дня гитлеровцы организовали мощную контратаку силами частей 305-й пехотной дивизии.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3295.jpg
Южный фронт (Р. Я. Малиновский) 9-я армия (Ф. М. Харитонов). По инициативе генерала Ф. М. Харитонова, одобренной командующим фронтом в период с 7 по 15 мая была проведена частная операция в полосе 9-й армии, целью которой было овладение сильно укреплённым узлом сопротивления в районе Маяков. Для её осуществления были привлечены значительные силы, в том числе почти все армейские резервы и 5-й кавалерийский корпус, составлявший резерв фронта. Все эти резервы прежде всего предназначались для отражения возможного прорыва противником обороны 9-й армии на барвенковском направлении. Боевые действия в течение второй половины дня 14 мая и ночи на 15 мая положительных результатов не дали. Сломить сопротивление противника в районе Маяков не удалось. Операция в районе Маяков оказалась безуспешной, привлечённые для её проведения резервы понесли большие потери и не успели перегруппироваться и занять место в оперативном построении армии для обороны.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3296.jpg
Крымский фронт (Козлов Дмитрий Тимофеевич). Противник к концу дня овладел Керчью и начал обстрел переправ дальнобойной артиллерией. Советские войска оставили город и начали эвакуацию на Таманский полуостров, через пролив удалось переправить 116,5 тыс. военнослужащих, 25 орудий, 27 миномётов и 47 установок РС.

Бессмертный полк

16.05.2017, 11:10

https://polkrf.ru/news/1782/geroy_dnya_karp_kovtun
15 мая 2017

https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/10656.jpg?crop
15 мая отметил бы день рождения советский военный летчик Карп Иванович Ковтун, лейтенант, командир звена 109-й истребительной авиационной эскадрильи 36-й авиационной бригады. Первый из уроженцев Воронежской области, удостоенный звания Героя Советского Союза.

Родился Карп в посёлке Шарко-Бакумовка Панинского района Воронежской области в семье крестьянина. окончил 4 класса сельской школы. Батрачил, в годы становления колхозов стал сельским активистом, был членом и председателем сельсовета. Член КПСС с 1931 года.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10657.jpg
Карп Ковтун

В Красной Армии с 1930 года. В 1933 году окончил Ворошиловградскую военную авиационную школу лётчиков, в 1934 — курсы командиров звеньев.

Участвовал в национально-революционной войне в Испании с 13 октября 1933 года по 13 ноября 1933 года. Прибыл в Испанию на пароходе «Карл Лепин» в составе группы советских лётчиков под командованием капитана Рычагова.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10658.jpg
Советские летчики в Испании у самолета И-15

Командовал отрядом истребителей «И-15» на Центральном фронте, прикрывал Мадрид от налётов авиации противника. В воздушных боях сбил 5 самолётов противника.

13 ноября 1936 года он был сбит при отражении воздушного налёта на Мадрид. Совершил вынужденную посадку на территории франкистов, отбивался до последнего патрона и был раненым взят в плен.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10659.jpg
Севший на вынужденную посадку истребитель И-16

Фашисты замучили отважного пилота, а затем сбросили его изувеченное тело в ящике из-под бомб на аэродром его авиаполка — с запиской «Подарок от Франко».

Похоронен на деревенском кладбище в 12 км от аэродрома Алькала-де-Энарас. Звание Героя Советского Союза присвоено посмертно.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/10660.jpg
Монумент советским добровольцам, погибшим в Испании

Совинформбюро

16.05.2017, 11:14

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/15/2779/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 15 МАЯ

В течение ночи на 15 мая продолжались упорные бои на Керченском полуострове.

На Харьковском направлении наши части продолжали вести наступательные бои. На других участках фронта чего-либо существенного не произошло.

На Харьковском направлении наши войска продолжают вести успешные наступательные бои. Одна наша часть за день уничтожила более 1.500 гитлеровцев и захватила 150 пленных. Трофеи подсчитываются. Другая наша часть уничтожила 260 немецких солдат и офицеров и захватила 8 немецких орудий, 6 пулемётов, 2миномёта, радиостанцию и другое военное имущество.

Советские танкисты, действующие на одном из участков Южного фронта, внезапно атаковали село, занятое немцами. Отважные бойцы уничтожили 135 гитлеровцев и захватили миномёт, 2 крупнокалиберных пулемёта, большое количество мин и взорвали склад противника с боеприпасами.

Наша часть под командованием тов. Юдинцева (Калининский фронт) за пять дней уничтожила более 500 гитлеровцев. Подразделение старшего лейтенанта Шутова отбило три вражеские контратаки и уничтожило свыше 100 немецких солдат и офицеров. Захвачены пленные. Мужественно сражался в этом бою младший политрук Чвырёв. Он лично уничтожил 16 немцев. Лейтенант Рыскаль уничтожил в этом же бою12 гитлеровцев.

Артиллеристы подразделения командира Тирашёва за два дня уничтожали немецкую батарею, 10 повозок с военными грузами, станковый пулемёт и разрушили 17 блиндажей с вражеской пехотой.

Партизанские отряды под командованием тов. В., действующие в тылу у врага на Северо-Западном фронте, за последнее время уничтожили свыше 600 немецко-фашистских оккупантов. Партизаны взорвали склад противника сбоеприпасами и захватили многочисленные трофеи.

Солдат 11 роты 212 полка 79 немецкой пехотной дивизии Франт, взятый в плен 12 мая на Харьковском направлении, сообщил: «Когда началось наступление русских,группа солдат нашей роты отказалась пойти в контратаку. Офицер тут же застрелил шесть солдат».

Ниже публикуются отрывки из записной книжки немецкого унтер-офицера, фамилию которого установить не удалось:

«Батальон был вынужден отойти, так как русские прорвали фронт между 431 и 432полками. Утром русские с танками при поддержке артиллерийского огня заняли деревню. У нас опять много убитых.

В батальоне осталось всего 40 человек. К нам на место Горна прибыл унтер-офицер Корнер — 39 лет. Горн прострелил себе руку из пистолета.

На грузовиках прибыло новое пополнение. Полку дали лишь 100 человек. Все почти необученные. Смешно! Это только пушечное мясо.

Отступили ещё на 10 километров. Рассказывают, что леса и деревни вокруг кишат партизанами. Их около 10 тысяч человек. У них новые миномёты.

В соседней деревне один дом взлетел на воздух. Предполагают, что в нём была заложена адская машина. 76 человек (целая рота!) убито или ранено».

Нашими частями захвачен секретный приказ по 3 немецкой танковой армии за №1603. В приказе говорится, что в ряде районов Германии свирепствуют эпидемии сыпного тифа, дифтерита, скарлатины и других болезней. В параграфе № 6 приказа перечисляются 23 округа, где эпидемия тифа и других болезней приняла особенно угрожающие размеры. Въезд солдат в эти округа воспрещён.

На одном из военных заводов близ Берлина произошло массовое отравление иностранных рабочих недоброкачественной пищей. Возмущённые рабочие объявили забастовку и потребовали отпустить их на родину. Прибывшие на завод отряды полиции и штурмовиков произвели многочисленные аресты. Через несколько дней на заводе возник пожар. Огнём уничтожено несколько цехов.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 15 МАЯ

В течение 15 мая на Керченском полуострове наши войска продолжали вести упорные бои с превосходящими силами противника.

На Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои и продвигались вперёд. За 3 дня боёв захвачено 255 орудий, уничтожено и подбито свыше 250танков, сбито 40 самолётов противника.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

За 14 мая уничтожено 25 немецких самолётов. Наши потери — 11 самолётов.

Советский корабль в Баренцевом море потопил один транспорт и два сторожевых корабля противника.

За 14 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено до 100 немецких танков, 3 бронемашины, 300 автомашин с войсками и грузами, 25 подвод с боеприпасами, 5 автоцистерн с горючим, 9 полевых и зенитных орудий, 13 зенитно-пулемётных точек, разбит железнодорожный состав, рассеяно и частью уничтожено до 3 рот пехоты противника.

Наша часть, действующая на одном из участков Калининского фронта, уничтожила несколько немецких орудий, более 30 автомашин и повозок с грузом, 8 ДЗОТов спехотой противника. Немцы потеряли на этом участке убитыми 300 солдат и офицеров.

Лётчики части, которой командует тов. Борисенко, за день боевых действий уничтожили 7 немецких танков, 90 автомашин с пехотой и грузами, несколько полевых и зенитных орудий, взорвали мост и большой склад с боеприпасами.

Артиллеристы батареи старшего лейтенанта Самодурова за один день уничтожили 2 немецких танка, противотанковое орудие и более 100 немецких солдат и офицеров.

Красноармейцы Гущенко, Румянцев, Винокуров, Белоусов, Горобец и командир Пешков за два дня гранатами и бутылками с горючей жидкостью вывели из строя 6немецких танков.

Отряд белорусских партизан под командованием тов. В. разрушил железнодорожный мост и пустил под откос 2 эшелона с войсками противника. Под обломками вагоновпогибло свыше 600 немецких солдат и офицеров.

Пленный ефрейтор 2 батареи 87 артполка Вилли Фридляйн рассказал: «Я пролежал месяц в госпитале в Знаменке. Там находилось около 1.000 раненых солдат,прибывших, главным образом, с Крымского фронта. В палатах было необычайно тесно.Каждый день прибывали всё новые и новые раненые. Еженедельно из госпиталя в глубокий тыл отправляли три санитарных поезда. Меня из Знаменки направили в Днепропетровск. В этом городе очень много госпиталей и лазаретов. Я попал в 91 армейский госпиталь. Здесь в палатах устроены двухэтажные койки, но мест всё равно не хватает».

Немецкому солдату Матиасу Уль его жена пишет: «Сегодня утром произошёл трагический случай. Жена Филиппа Германа пыталась убить своих детей и покончить с собой. Старший ребёнок умер, второй в тяжёлом состоянии отправлен вместе с матерью в больницу. Она не могла перенести тяжёлые лишения и нужду».

Пленный солдат 9 немецкой пехотной дивизии Пауль Шредер заявил: «Война против Советского Союза — это бандитская война. Во многих случаях это даже не война, а подлое истребление безоружных мирных жителей. В Киеве немецкие военные власти расстреляли 85 тысяч советских граждан, во Львове — 50 тысяч. В Запорожье эсэсовцы убивали стариков, женщин, детей, грудных младенцев и даже новорождённых. Я убедился, что массовые убийства ни в чём не повинных людей совершаются по приказу сверху».

В Штуттгарте (Германия) произошёл большой пожар на товарной станции. Сгорели пакгаузы. Все иностранцы, работавшие на товарной станции,арестованы.

ПОМНИ ВОЙНУ

16.05.2017, 11:20

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/15/4892/
В агонизирующий Крым ушла последняя телеграмма Сталина:
"Командующему Крымских фронтов генерал-лейтенанту Козлову. Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1.Керчь не сдавать, организовать оборону по типу Севастополя.
2.Перебросить к войскам, ведущим бой на западе, группу мужественных командиров с рациями с задаче взять войска в руки, организовать ударную группу с тем, чтобы ликвидировать прорвавшегося в Керчь противника и восстановить оборону по одному из керченских обводов...
3. Командуете фронтом Вы, а не Мехлис. Мехлис должен Вам помочь. Если не помогает, сообщите".

16 мая 1942 года началась эвакуация частей Крымского фронта.

ПОМНИ ВОЙНУ

16.05.2017, 11:21

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/15/1015/
21-я армия (В. Н. Гордов). В район Зиборовка, Бочковка, Черемошное начали прибывать на автомашинах и бронетранспортерах передовые части 168-й пехотной дивизии немцев из-под Белгорода. Они с ходу бросались в контратаки в направлении Мурома.

38-я армия (К. С. Москаленко). 3-я и 23-я танковые дивизии противника и примерно до трёх полков пехоты возобновили контрудар в северо-восточном направлении. Одновременно из района Борщевая, Черкасские Тишки до 80 танков во взаимодействии с пехотой стремительно атаковали наши позиции у села Петровское и продвинулись на 3—5 километров к востоку от этого пункта. Ещё одна группа противника в составе нескольких батальонов и четырёх десятков танков двинулась из окрестностей деревни Непокрытое, стремясь вклиниться в стык 28-й и 38-й армий в направлении на Перемогу и далее на Терновую. Задачей этой группы было соединение с окружённой в Терновой группировкой гитлеровцев. Авиаразведка в 15 часов сообщила, что над боевыми порядками 38-й армии пролетело до десятка транспортных самолётов «физилер-шторх», они выбросили в окрестностях Терновой парашютный десант до 300 человек, как видно для усиления терновского гарнизона. В то же время противником была предпринята попытка форсировать реку Большая Бабка в районе Песчаного. Главком приказал временно прекратить наступательные действия, закрепиться на достигнутых рубежах для надёжного обеспечения фланга нашей ударной группировки.

28-я армия (Д. И. Рябышев) отражает атаки противника на стыке с 38-я армией. Потеряв в общей сложности несколько батальонов пехоты, более полусотни танков, гитлеровцы вынуждены были прекратить свой контрудар. На ряде участков они были отброшены на исходные рубежи. Эти бои поглотили все тактические резервы, а для ликвидации парашютистов пришлось снять с фронта несколько подразделений 175-й стрелковой дивизии 28-й армии. Продвижение танкового клина из Непокрытой в стык между армиями Д. И. Рябышева и К. С. Москаленко было остановлено на рубеже Красное, Драгуновка. Критическим оставалось положение на участке левофланговых дивизий 28-й армии (244-й и 13-й гвардейской). Один из полков 244-й вынужден был отойти на 10 километров к северо-востоку и закрепиться юго-западнее Терновой, второй полк этого соединения оставил Весёлое и остановился на линии высот севернее него, третий остался в окружении юго-западнее Весёлого. 13-я гвардейская заняла оборону на рубеже населённого пункта Гордиенко.

6-я армия (А. М. Городнянский). Главной задачей этого дня для нашей 6-й армии был выход к реке Берестовая, на вновь указанный главкомом рубеж ввода в прорыв подвижной группы. Передовой полк 411-й дивизии овладел приречным селом Охочее, правофланговая 47-я дивизия вышла к Северскому Донцу на участке Гнилище, Коропово, а 253-я дивизия на реке Сухая Гомольша завязала бои за опорный пункт врага в селе Большая Гомольша.

Армейская группа Л. В. Бобкина. 6-й кавкорпус дрался на ближних восточных подступах к Краснограду, а 393-я и 270-я стрелковые дивизии продвинулись ещё на 10 километров в западном и юго-западном направлениях, перерезали железную дорогу Красноград — Лозовая и овладели несколькими крупными населёнными пунктами.

Командование 6-й немецкой армии, чтобы удержать за собой рубеж по реке Берестовая и для усиления 454-й охранной дивизии в район Кегичевки были брошены части 113-й пехотной дивизии. Но конники Пескова лихой кавалерийской атакой тут же оттеснили их в Красноград. После упорных боёв 113-я пехотная дивизия поспешно отошла на западный берег Берестовой и заняла там оборону совместно с остатками разбитой ранее 62-й пехотной дивизии. Тогда Паулюс предпринял поистине крайние меры: не ожидая окончания сосредоточения в Харькове всех частей 305-й пехотной дивизии, он переменил станцию назначения эшелонам этой дивизии, ещё находившимся в пути. Один её полк из Полтавы был переброшен в Красноград, а остальные два срочно из Харькова направились в Тарановку. К исходу дня гитлеровцы организовали мощную контратаку силами частей 305-й пехотной дивизии.

ПОМНИ ВОЙНУ

16.05.2017, 11:22

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/15/1016/

По инициативе генерала Ф. М. Харитонова, одобренной командующим фронтом в период с 7 по 15 мая была проведена частная операция в полосе 9-й армии Южного фронта, целью которой было овладение сильно укреплённым узлом сопротивления в районе Маяков. Для её осуществления были привлечены значительные силы, в том числе почти все армейские резервы и 5-й кавалерийский корпус, составлявший резерв фронта. Все эти резервы прежде всего предназначались для отражения возможного прорыва противником обороны 9-й армии на барвенковском направлении.

Боевые действия в течение второй половины дня 14 мая и ночи на 15 мая положительных результатов не дали. Сломить сопротивление противника в районе Маяков не удалось.

Операция в районе Маяков оказалась безуспешной, привлечённые для её проведения резервы понесли большие потери и не успели перегруппироваться и занять место в оперативном построении армии для обороны.

ПОМНИ ВОЙНУ

16.05.2017, 11:23

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/15/1017/
Противник к концу дня овладел Керчью и начал обстрел переправ дальнобойной артиллерией.

Советские войска оставили город и начали эвакуацию на Таманский полуостров, через пролив удалось переправить 116,5 тыс. военнослужащих, 25 орудий, 27 миномётов и 47 установок РС.

ПОМНИ ВОЙНУ

16.05.2017, 11:23

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/15/1018/
Керченскую операцию можно считать законченной. Город и порт в наших руках. Очистить косу севернее города.

Южнее Харькова противник лишь несколько расширил свой прорыв. Наших сил здесь оказалось достаточно, чтобы контратаками отбросить противника, который понёс большие потери. Правда, севернее полосы 454-й охранной дивизии ещё зияет брешь, которая была кое-как закрыта заградительным отрядом под Красноградом. Здесь следует считаться с возможностью дальнейшего продвижения противника. Однако в целом с помощью авиации наступательный порыв противника, кажется, удалось сломить. На участке прорыва под Волчанском наша контратака не имела ожидаемого успеха. Но наступление противника на Харьков, кажется, приостановлено. Некоторая угроза существует севернее Терновой, где у нас мало сил.

На остальном фронте осуществляется смена и перегруппировка войск без крупных боевых действий.

Чистый исторический интернет

16.05.2017, 11:27

https://pbs.twimg.com/media/C_7VNUKUQAA0K77.jpg
16 мая 1942 начало Аджимушкайской эпопеи. Часть сил отступающего Крымского фронта спускается в каменоломни

Бессмертный полк

17.05.2017, 11:54

https://polkrf.ru/news/1425/muzyika_pobedyi_pesn_o_ladoge
16 мая 2017
https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/9612.jpg?crop
В начале апреля 1942 года в связи с подтаиванием ледового покрова и угрозой ледохода на Ладоге была прекращена работа уникальной автомобильно-гужевой магистрали, проложенной по Ладожскому льду. Трассы, связывающей блокированный фашистами Ленинград с «большой землей». Этот ледовый путь с сопутствующими коммуникациями носил в народе название Дорога Жизни...

Еще 17 декабря 1942 г. в ленинградской газете «Фронтовой дорожник» был впервые опубликован текст «Песни о Ладоге» — с нотами. Авторы этой песни не были профессиональными композиторами и поэтами. И уж подавно, создавая эту песню, не думали они о том, что она переживёт года. Всё, что связывало их — общее место службы, Ленинградский фронт, 526 отдельная рота связи (позже — 544 отдельный батальон связи 123 стрелкового корпуса 1 ударной армии).
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9613.jpg
Дорога жизни. Рисунок Зензинова Славы, г. Санкт-Петербург

Когда над Ленинградом нависла угроза полного окружения, продовольствия в городе было катастрофически мало, взоры руководства всех рангов обратились к Ладоге. Дорога Жизни — была единственной связью блокадного Ленинграда с Ладогой, а Ладога связывала ленинградцев со всей обороняющейся страной. Ладога была основной составляющей всего коммуникационного комплекса, в который входили водная, ледовая, воздушная трассы через Ладожское озеро, а также железнодорожные и шоссейные дороги, ее значение для обороны Ленинграда переоценить невозможно.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9614.jpg
Первый обоз отправляется в Ленинград по льду Ладожского озера

Корабли с трудом пробирались через льды, а в городе продукты стали выдавать по карточкам... В частях, особенно в тех, которые находились во втором эшелоне, многие бойцы, как и горожане, болели алиментарной дистрофией — голодным истощением.

«На 1 декабря 1941 г. в войсках Ленинградского фронта, действовавших на блокированной территории, болели тяжёлой формой дистрофии 6 061 человек, на 1 января 1942 г. количество больных возросло до 12 604, на 1 февраля — до 13 719. За три месяца части потеряли более 11 тысяч командиров и рядовых бойцов, то есть фактически полную дивизию. С февраля 1942 г. количество больных дистрофией начало постепенно сокращаться, и к лету случаи заболеваний уже почти не встречались» (ЛПА — Ленинградский партийный архив — ф. И-43, ед. хр. 313, стр.83-84).

Крылатыми в городе стали слова старых рабочих Кировского завода: «Камни есть будем, а Ленинград не сдадим!». Но камни могут защитить, силу даёт только хлеб, а его-то и не было. Спасти могла только Ладога. Корабли встали, и предстояло осваивать ледовую дорогу.

Зима 1942 года началась крайне поздно. С одной стороны, лёд Ладожского озера уже не давал возможности осуществлять судоходство, но, в то же время, для открытия автодороги он был слишком хрупким. Тем не менее, важность перевозок по этому пути для выживания блокадного Ленинграда — города-фронта, ни у кого не вызывала сомнений.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9615.jpg
Ладога. Постройка моста через трещину во льду

Но не только природа противодействовала личному составу Дороги жизни. Враг понимал её значение для осаждённого Ленинграда и принимал все меры к для того, чтобы уничтожить связь города с «большой землей».

Дорога жизни была под личным контролем А.А. Жданова, который говорил: «Ладога — не учебный плац. Ладога — поле боя. Каждая ошибка — это удар по снабжению Ленинграда, это гибель людей, это... кость в горле врага!».

Значение Дороги Жизни отлично понимал и начальник генерального штаба германских сухопутных сил генерал-полковник Ф. Гальдер, о чем свидетельствуют его записи в дневнике: «...Противник организовал движение колонн войск и транспорта по льду Ладожского озера к устью Волхова». Ф. Гальдер уже тогда понял, что Дорога жизни — это крушение блокадных замыслов немцев, но ничего противопоставить ей, кроме воздушных налетов, не мог.

Да, гитлеровское командование хорошо понимало важность ледовой трассы, ее значение для Ленинграда и войск фронта. Фашисты сразу же обрушили на дорогу значительные силы авиации, а через некоторое время стали обстреливать ее из Шлиссельбурга. «Юнкерсы», «хейнкели», «мессершмиты», «дорнье» днем и ночью бомбили, обстреливали трассу из пушек и пулеметов, охотились не только за колоннами, но и за отдельными машинами. Но господство авиации противника над Ладогой было недолгим. За период действия Дороги было сбито свыше 500 самолетов противника.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9616.jpg
Эта опасная Дорога Жизни... Через неделю лед тронется. Март 1942 года

За пять месяцев зимы и весны (1941/42 годов) по ледовой дороге было доставлено в Ленинград более 360 тысяч тонн грузов, вывезено из блокадного города свыше полумиллиона человек нетрудоспособного населения и около 3 700 железнодорожных вагонов промышленного оборудования и культурных ценностей, хранение которых в блокадном городе не соответствовало нормам. Вопрос о сдаче города уже не стоял на повестке дня.

Сквозь огонь и стужу вывозили шоферы «Дороги жизни» самый бесценный груз, будущее Родины — детей. Ладожский коварный лед таил постоянную смертельную опасность, сверху нависали вражеские бомбардировщики, а вокруг рвались снаряды. Фронтовики знают: война пахнет порохом и кровью. Здесь, на Ладоге, к этому запаху примешивалось дыхание ледяной воды...

На единственной 35-километровой ниточке, связывающей Ленинград со всей страной, которая ежеминутно подвергалась боевому воздействию со стороны противника, круглосуточно работали ладожские водители, ремонтники, регулировщики, медработники, бойцы. За ними был Ленинград, и они с честью выполняли задачи, поставленные перед ними в письме-обращении к «Водителям автомашин, командирам, комиссарам и политработникам и всему личному составу фронтовой автомобильной дороги». Текст обращения был опубликован в газете трассы «Фронтовой дорожник» 19 января 1942 года: «...От лица Ленинграда и фронта прошу вас учесть, что вы поставлены на большое и ответственное дело и выполняете задачу первостепенной государственной и военной важности...».
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9617.jpg
. «Кто сказал, что надо бросить песни на войне?»

Но даже несмотря на блокаду, в городе, и в частности в боевых частях, продолжала развиваться культурная жизнь. Концерты давали возможность почувствовать друг друга, сплотиться, думать о том, что война — явление временное, враг скоро будет изгнан с нашей земли, и воцарится мир.

Капитан Богданов — политрук 526-й отдельной фронтовой роты связи — с группой работников политотдела управления дороги отправляется в воинские части, чтобы посмотреть программу художественной самодеятельности...

Солдатские концерты всегда проходили с неизменным успехом, но капитана не покидали беспокойные мысли: почему у героев Ладоги нет своей песни — песни, с которой бы они шли вперед по этому нелегкому, даже страшному и суровому Ладожскому озеру?

В итоге эти мысли постепенно начали перерастать в стихи: слово за словом, строка за строкой — и в итоге родился первый куплет и припев знаменитой песни о Ладоге. Политрук никогда не был поэтом, до войны он работал в конструкторском бюро, а потом ополчение, бои на Невском пятачке, служба здесь, на Ладоге... Эти слова Богданов написал сердцем, которое не могла не затронуть Ладожская эпопея.

Итак, первый куплет и припев готовы. Не дожидаясь, пока появятся остальные, Богданов вызвал сержанта Льва Шенберга, протянул стихи: «Сможешь написать к ним музыку?» Почему политрук обратился за помощью именно к нему? Потому, что сержант был музыкальным человеком: пел, играл на банджо, гитаре — и все самоучкой, на слух... Вот и сейчас, только пробежав глазами по строчкам, почувствовал: музыка получится! Мелодия уже жила в стихах, ее нельзя было не услышать, не ощутить. И разве думал в те минуты сержант, бывший лекальщиком по образованию, и уже на второй день войны ушедший добровольцем в бой за родной город, о том, что станет сопричастным к рождению легенды?..

Скорее взял гитару. Мелодия родилась быстро. Попробовали дуэтом с баянистом — хорошо! Друзья услышали, подхватили: «Эх, Ладога, родная Ладога!..»

Тем временем политрук дописал остальные куплеты, и через несколько дней солдатский хор в сопровождении оркестра (баян, две гитары и две балалайки) впервые исполнил этот мужественный марш:

Пусть ветер Ладоги поведает народу,

Как летом баржу за баржой

Грузили мы и в шторм, и в непогоду,

Забыв про отдых и покой...

Песня имела успех, и от политрука последовало новое задание: «Немедленно сделать нотную запись музыки, размножить ее и разослать по близлежащим частям». Для этого в помощь сержанту был придан старшина Павел Краубнер, который хорошо разбирался в нотной грамоте: до войны, работая на Петродворцовом часовом заводе, этот, что называется, душа-парень играл в местном оркестре.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9618.jpg
Радиотелеграфист Павел Петрович Краубнер

Поручение было выполнено, и 17 декабря песню напечатал «Фронтовой дорожник». Она имела такой отклик, что уже следующий номер газеты открывался передовой «Оружием искусства», где, в частности, говорилось: «Мы наблюдаем первые удачные ростки подлинного массового творчества. В наших частях родилась «Песня о Ладоге», написанная бойцами и командирами части тов. Лебедева...»

Песню приняли! И скоро счастливые авторы услышали, как из кузова грузовика, следовавшего к Кобоне, рванулось в свинцовое небо:

Когда пройдут года войны суровой,

Залечит раны город мой,

Народ вздохнет и песню с силой новой

Споет о Ладоге родной...

А теперь дадим слово авторам этой легендарной песни...

Петр Леонидович Богданов: «Осенью 1942 года на Ленинградском фронте создалась сложная обстановка: зима опаздывала, Ладога не замерзала. Мы с нетерпением ждали, когда же, наконец, удастся вновь открыть ледовую дорогу. В эти напряженные дни у меня и возникла мысль попробовать сложить песню о ладожцах, о величии их подвига, о «Дороге жизни». Написав первое четверостишие и припев, я попросил участников армейской художественной самодеятельности — старшину Павла Краубнера и сержанта Льва Шенберга — попробовать подобрать к ним музыку. Мы не были специалистами по созданию песен. Я — не поэт, Шенберг — не композитор, — говорит Богданов, — но мы счастливы, что единственная созданная нами песня помогла победить фашизм. И, откровенно говоря, никогда не думали, что она доживет до наших дней. Но песня дожила и продолжает жить! Жаль, что Павел Краубнер не узнает этого. Он погиб в конце войны. А вот он-то как раз и мог бы стать композитором, как мечтал. «Песня о Ладоге» — вечный музыкальный памятник ему!»
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9619.jpg
Петр Леонидович Богданов — автор текста песни о Ладоге

Лев Романович Шенберг: «Слова песни мне и Павлу Краубнеру (он погиб в конце войны) понравились. Они были очень правдивы, и, главное — в них чувствовалась большая вера в нашу победу. Может быть, поэтому мелодия родилась сразу. В одной землянке Богданов писал следующие строфы, а в другой мы со своей самодеятельностью — у нас был небольшой струнный оркестр и хор — разучивали мелодию».
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9620.jpg
Могила Шенберга Л.Р. на Большеохтинском кладбище

И сегодня эта песня звучит с неиссякаемой силой. А тогда ею неизменно начинался каждый из почти трех тысяч концертов Ладожского Краснознаменного ансамбля. Впрочем, ее слышали не только под нашим северным небом. Вместе с воинами песня улетела в Вену, Прагу, Берлин, в иные дали как девиз, как символ веры в Победу над врагом, в несокрушимость духа храбрых защитников Ленинграда...

Из воспоминаний Поминовой Валентины Даниловны, труженицы тыла одного из сел Воронежской области: «Помню, что новый одна тысяча девятьсот сорок четвертый год мы встречали со слезами на глазах. Моя соседка получила письмо от сына, который служил шофером на Ладоге, и в этом письме был текст песни о легендарной Дороге Жизни. Мы не знали мотива, пели так, как легло на душу, а оказалось, что у этой песни другого мотива и быть не может... Лишь спустя десяток лет я услышала эту песню по радио в исполнении какого-то ансамбля, и вспомнился тот момент, когда мы читали письмо Ванечки — героя, который погиб при бомбардировке фашистами Ладожского озера через три месяца после написания письма. В годы войны я работала на фабрике, которая огромными партиями поставляла валенки для наших солдат, да и для тыла — тоже. После того, как мы впервые спели песню о Ладоге, захотелось работать с утроенной силой, было огромное желание согреть тех ребят, которые ценой невероятных усилий, а иногда и ценой своей жизни спасали город от голода, от фашистских захватчиков, спасали нас всех...»
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9621.jpg
А. Соколов «Дорога жизни».

В самые последние дни войны погиб Павел Краубнер, а Петр Леонидович Богданов и Лев Романович Шенберг еще долго жили в городе, который они мужественно защищали от врага и в честь которого суровой порой счастливо сложили свою единственную песню...

В Музее истории Ленинграда находится блокадный дневник ленинградской школьницы Майи Бубновой, и там есть такие строки: «У нас в Ленинграде — все герои. Но когда я вижу человека с Ладоги, мне хочется поклониться ему, как доблестному среди доблестных!»

Песнь о Ладоге.mp3

Музыка: П. Краубнер и Л. Шенберг Слова: П. Богданов 1942г. Исполняет: Н. Охотников, хор Лен. телевидения и радио

Редакция сайта благодарит за содействие в подготовке материала Марину Заварзину

Совинформбюро

17.05.2017, 12:05

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/2780/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 16 МАЯ

В течение ночи на 16 мая на Керченском полуострове продолжались упорные бои.

На Харьковском направлении наши войска продолжали наступательные бои. На других участках фронта чего-либо существенного не произошло.

На Харьковском направлении наши части, успешно продвигаясь вперёд, освободили от немецких оккупантов много населенных пунктов. Противник несёт огромные потери. Взято большое число пленных. Нашими войсками захвачены танки, орудия,автомашины, склады с боеприпасами, военным имуществом и продовольствием. Только одна наша часть за день боевых действий захватила у противника 14 орудий, 64 пулемёта, 93 миномёта, много автоматов и противотанковых ружей, более 550.000 патронов, 205 ящиков с минами и, кроме того, несколько складов с боеприпасами.

За три дня боёв наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, уничтожили до 1.200 вражеских солдат и офицеров. Огнём артиллерии и разведывательными группами разрушено 6 вражеских ДЗОТов, уничтожено 2 орудия, 4 станковых пулемёта и катер противника.

Одно наше подразделение под командованием тов. К., действующее в тылу противника (Западный фронт), организовало крушение 4 воинских эшелонов. Уничтожено более 300 немецко-фашистских оккупантов.

Артиллерийская батарея лейтенанта Юсикова за один день уничтожила 105-миллиметровое немецкое орудие, миномёт и свыше 50 гитлеровцев.

Десять красноармейцев-снайперов батальона, где командиром тов. Серебряков, за последние дни уничтожили 104 гитлеровца.

Сапёрное отделение сержанта Д. М. Шлёнкина в течение двух дней обнаружило и обезвредило 480 немецких мин.

У убитого немецкого ефрейтора Альфреда найдено неотправленное письмо к брату.
Вот что он писал за несколько дней до смерти: «...Партизаны не дают нам покоя ни днём, ни ночью. Около деревни, где мы стоим, тянется лес, в котором скрываются партизаны. Когда хочешь вечером выйти на двор, необходимо брать с собой пистолет. Когда мы были в городе Н., партизаны каждую ночь обстреливали нас из миномётов. Из нашего подразделения уже многие убиты партизанами».

Пленный финский солдат Айхио Пявлус сообщает о росте дезертирства в финской армии. «Не так давно, — говорит Пявлус,— в местечке Коккола военно-полевой суд разбирал дело по обвинению семи финских солдат в дезертирстве. Суд приговорил их всех к расстрелу».

Перебежчик солдат 5 немецкой пехотной дивизии Ганс Э. рассказал:
«Меня недавно призвали в немецкую армию. До этого я жил в Чехии. Там за последнее время участились случаи убийства немецких офицеров и эсэсовцев. Рабочие стараются работать как можно медленнее, чтобы сократить выпуск военной продукции, портят станки, агрегаты. Среди чехов популярен лозунг: «Если любишь Чехословакию, работай медленно». Гестапо преследует чешских патриотов,расстреливает сотни людей, но это не помогает. Саботаж не прекращается, а напротив, принимает всё более широкие размеры».

Группа жителей деревни Пуговка, Смоленской области, составила акт о чудовищных зверствах немецко-фашистских оккупантов. Акт устанавливает, что гитлеровцы подвергли пыткам и затем расстреляли много жителей деревни.Фашистские изверги обрезали у В. И. Пугачёва ухо и изуродовали всё его тело. 17-летнему Н. В. Авдееву гитлеровские мерзавцы отрезали губы, половые органы,вырезали на груди пятиконечную звезду. В числе замученных — пятилетний мальчик Захаров,60-летние старики Василий Замараев, Сергей Жильцов, Михаил Яковлев, 80-летний Влас Пугачёв и другие старики, женщины и подростки.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 16 МАЯ

В течение 16 мая на Керченском полуострове наши войска вели напряжённые бои в районе города Керчь.

Па Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои и, успешно продвигаясь вперёд, захватили трофеи и пленных. За день боёв противник оставил на поле боя до 70 подбитых танков.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

За 15 мая уничтожено 56 немецких самолётов. Наши потери — 13 самолётов.

Советскими кораблями и авиацией в Баренцевом море потоплены транспорт водоизмещением в 8.000 тонн и миноносец противника. Нанесены тяжёлые повреждения другому миноносцу противника, который также, вероятно, затонул.

За 15 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено до 60 немецких танков, 110 автомашин с войсками и грузами, 30 подвод с боеприпасами, 3 автоцистерны с горючим, 6 полевых и зенитных орудий, 8 зенитно-пулемётных точек, 13 миномётов, разбит железнодорожный состав, взорвано 3 склада с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до батальона пехоты противника.

На Харьковском направлении пять наших истребителей под командованием капитана Гусарова вступили в бой с семью вражескими самолетами и сбили четыре«Хейнкеля-113» и один «Мессершмитт-109». Все наши истребители благополучно вернулись на свой аэродром.

Бойцы подразделения тов. Львова огнём из пехотного оружия сбили 2 вражеских самолёта.

На одном из участков Северо-Западного фронта наши части наносят врагу непрерывные удары и уничтожают его живую силу и технику. За десять дней боевых действий взорвано 20 немецких ДЗОТов, уничтожено 47 пулемётов и 33 артиллерийских и миномётных батареи. Нашими бойцами захвачено у противника 102 пулемёта, 4 орудия, 3 радиостанции и другие трофеи. Над передовыми линиями огнём из винтовок и пулемётов сбито 3 немецких самолёта.

На одном из участков Калининского фронта наша разведка донесла, что на крупный аэродром вблизи фронта приземлился 21 немецкий транспортный самолёт. Артиллерийские батареи старшего лейтенанта Бартняка и старшего лейтенанта Рыковского открыли мощный огонь по аэродрому противника. В результате пяти огневых налётов на аэродроме вспыхнуло много очагов пожара и начались сильные взрывы. Нескольким немецким самолётам удалось подняться с аэродрома. Остальные были уничтожены.

Танк младшего лейтенанта Зотова находился в засаде на опушке леса близ переднего края вражеской обороны. Когда немцы пошли в атаку, танкисты подпустили их на близкое расстояние и открыли огонь. Противник отступил, оставив на поле боя 150 убитых.

Немецкий ефрейтор. Герберт В. заявил:
«257 пехотная дивизия уже была основательно разгромлена. После этого несколько раз прибывало пополнение, но полки дивизии опять обескровлены. Бои за пункт М. совершенно измотали солдат.Последние четверо суток мы совершенно не спали. 7 мая, когда пункт М. подвергся сильному артиллерийскому обстрелу, солдаты стали разбегаться. Я укрылся в погребе, дождался прихода русских и о оружием сдался в плен».

Немецкому обер-ефрейтору Гансу Гельмуту Вейриху пишут из Мейнингена:
«...Вас должны, наконец, вывести оттуда... Второй Нейланд тоже убит — тяжёлый удар для родителей. В госпиталь прибыл новый транспорт тяжело раненных солдат, в стрелковом тире лежит 80 раненых. Школа имени принца Фридриха тоже превращена в лазарет».

Немецко-фашистские мерзавцы разрушают советские сёла, уничтожают мирных жителей. Гитлеровские изверги сожгли деревни Абрамово, Никулкино, Филипповичи,Абрамов Клин, Ленинградской области. На телефонных столбах от деревни Куболоводо деревни Поддубье висят трупы колхозников и колхозниц.

Многие французы, чехи, итальянцы, поляки, насильно посланные на работу в Германию, тайком покидают предприятия и пытаются пробраться на родину. Бегства иностранных рабочих из германской промышленности вызывает у гитлеровцев сильное беспокойство. Фашистские власти выделили отряды штурмовиков и гестаповцев для ловли бежавших рабочих и подвергают их суровым репрессиям. Однако все эти драконовские меры не дают результатов. Один француз, перешедший швейцарскую границу, заявил: «Лучше погибнуть в борьбе, чем переносить гитлеровскую каторгу».

В ПОСЛЕДНИЙ ЧАС

УСПЕШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НАШИХ ВОЙСК

НА ХАРЬКОВСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

12 мая наши войска, перейдя в наступление на Харьковском направлении,прорвали оборону немецких войск и, отразив контратаки крупных танковых соединений и мотопехоты, продвигаются на Запад.

За время с 12 по 16 мая наши части продвинулись на глубину 20—60 километров и освободили свыше 300 населённых пунктов.

За названный период нашими войсками, по предварительным данным, ЗАХВАЧЕНЫ у противника следующие трофеи: орудий — 365, танков — 25, миномётов — 188,пулеметов — 379, снарядов — 46.413 и отдельно 89 ящиков со снарядами, мин —23.284, патронов — около 1.000.000 штук, гранат — 13.000, автомашин — 90,радиостанций — 29, артиллерийских, продовольственных и вещевых складов — 38.

Захвачено в плен свыше 1.200 солдат и офицеров противника.

За это же время УНИЧТОЖЕНО: 400 немецких танков, 210 орудий, 33 миномета, 217 пулемётов, около 700 автомашин, более 100 подвод с грузами, 12 разных складов,147 самолётов.

Уничтожено около 12 тысяч немецких солдат и офицеров.

Наступление продолжается.

ПОМНИ ВОЙНУ

17.05.2017, 12:09

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/4891/
Началась эвакуация частей Крымского фронта с Керченского на Таманский полуостров. 3 армии стояли на фронте 16 километров, сгрудившись, с едва обозначенной мелкой обороной, выдвинутыми чуть ли не на передний край штабами армии и тяжелой артиллерией, и стали жертвой сокрушительного немецкого удара.

Лев Захарович Мехлис запретил рыть глубокие окопы, а робко возражавшим заявлял: "Окопы - это оборонная психология. В ближайшие дни идем в наступление. Товарищ Сталин поставил задачу в кратчайшее время освободить Крым".

ПОМНИ ВОЙНУ

17.05.2017, 12:10

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/2368/
16 мая, когда дороги и колонные пути подсохли, из «мешка», образовавшегося в ходе Любанской операции, были выведены 13-й кавалерийский корпус, 24-я и 58-я стрелковые бригады, 4-я и 24-я гвардейские, 378-я стрелковая дивизии, 7-я гвардейская и 29-я танковые бригады Волховского фронта.

ПОМНИ ВОЙНУ

17.05.2017, 12:11

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/2369/
Бои северной ударной группировки в этот день в основном носили оборонительный характер.

21-я армия (В. Н. Гордов). Противник оказал сильное сопротивление войскам генерала В. Н. Гордова, предприняв несколько контратак. Все они были отбиты, но войска 21-й армии не смогли продвинуться вперёд. На левом фланге (против 227-й дивизии) наша разведка обнаружила, что ночью противник отвёл свои главные силы на рубеж реки Харьков. Командир 227-й дивизии полковник Г. А. Тер-Гаспарян и его сосед командир 175-й дивизии 28-й армии генерал А. Д. Кулешов, воспользовавшись этим, продвинули свои части на западный берег реки Липец.

28-я армия (Д. И. Рябышев). В течение 15 и 16 мая гитлеровцы бросали на позиции 13-й гвардейской всё новые и новые танковые части. Атаки врага на левофланговые дивизии 28-й армии отрицательно сказались и на действиях войск её правого фланга: 175-я и 169-я стрелковые дивизии продвинулись за день на запад лишь на 5 километров. Тем не менее они вышли на выгодный рубеж — реку Липец. В течение дня гитлеровцы несколько раз пытались в районе Терновой прорвать фронт армии Д. И. Рябышева силами мотопехоты, поддержанной танками, но метким артиллерийским огнём и ударами авиации эти наскоки были отбиты.

Таким образом, в этот день на участке северной ударной группы обе стороны не вели решительных действий, ограничиваясь боями местного значения и перегруппировкой сил. Гитлеровское командование заметно нарастило мощь своей авиации. За три дня (с 14 по 16 мая) из Крыма на авиабазы Артёмовска, Константиновки и Запорожья были переброшены 3-я истребительная, 55-я и 76-я бомбардировочные эскадры .

Южная ударная группировка. 6-я армия (А. М. Городнянский). В течение всего дня 16 мая гитлеровцы по всему фронту, используя танки и авиацию, оказывали упорнейшее сопротивление. В ночь на 16 мая гитлеровские саперы взорвали все мосты через Берестовую. Одновременно ими были приняты экстреннейшие меры по укреплению обороны на западном берегу реки, которая и сама по себе здесь была серьёзным препятствием для наступающих. Из-за, позднего паводка Берестовая от Охочего до Медведовки сильно разлилась, а широкая заболоченная пойма, вязкие берега и дно делали её особенно серьёзным препятствием для танков. Возможность ввести в прорыв подвижную группу возникла только к вечеру, когда 266-я стрелковая дивизия переправилась через реку Берестовая в районе Парасковеи. Но и здесь нужно было ещё восстановить мосты, поэтому генерал А. М. Городнянский отложил ввод 23-го и 21-го танковых корпусов до следующего утра.

Армейская группа Л. В. Бобкина. Войска генерала Л. В. Бобкина захватили переправы через Берестовую ещё на рассвете. К вечеру конники генерала А. А. Носкова охватили город Красноград с трёх сторон, завязав бои на его северной, восточной и южной окраинах. 393-я дивизия к исходу дня вышла на рубеж Шкварово, Можарка. Ширина полосы наступления армейской группы превосходила 50 километров.

К исходу дня войска Юго-Западного фронта взломали немецкую оборону на всю её глубину и прорвались в расположение противника на 20—50 километров. В кровопролитных боях были нанесены чувствительные потери 3-й и 23-й танковым дивизиям противника, выведена из строя этих соединений половина танков, разгромлены 79, 294, 62, 454 и 113-я пехотные, сильно потрепаны 108-я венгерская и 4-я румынская пехотная, а также новые резервы врага — 71-я и 305-я немецкие пехотные дивизии. Однако войска Юго-Западного фронта не полностью выполнили свои задачи. Это было связано с тем, что противник располагал гораздо большими силами, чем мы предполагали. Вводом оперативных резервов — двух танковых и до трёх пехотных дивизий — на северном участке Паулюс добился превосходства на флангах нашей ударной группировки и навязал ей тяжёлые оборонительные бои. На южном участке, бросив в бой до трёх резервных пехотных дивизий, он продолжал оказывать упорное сопротивление наступлению 6-й армии и благодаря этому удержал свой последний оборонительный рубеж на реке Берестовая. Большую роль при этом играло значительное наращивание сил вражеской авиации.

Командование и штаб Южного фронта в эти дни в своих докладах и донесениях не делали никаких тревожных сообщений, дающих основание допустить возможность перехода противника в наступление против правофланговых армий. С учётом того, что нет реальной угрозы со стороны противника в полосе действий правого крыла Южного фронта на барвенковском направлении, войскам Юго-Западного фронта было приказано продолжить с утра 17 мая наступление на Харьков.

ПОМНИ ВОЙНУ

17.05.2017, 12:12

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/2370/
По мнению командования 57-й и 9-й армий, разделяемому штабом фронта и направления, нельзя было ожидать со стороны краматорской группировки противника активных действий в ближайшее время, тем более в направлении на север.

57-я армия. 16 мая перешла в наступление правофланговая 150-я дивизия 57-й армии Южного фронта, непосредственный сосед 270-й дивизии группы генерала Бобкина. К сожалению, она продвинулась всего на 6 километров и была остановлена.

Армейская группа «Клейст». Гальдер убедил Гитлера, что армейская группа Клейста может нанести русским контрудар и тем самым превратить оборонительное сражение в победу германского оружия. Фюрер приказал Клейсту выдвинуть свою танковую армию на ударные позиции против южного фаса барвенковского выступа. С 13 по 16 мая в полосу действий 57-й и 9-й советских армий были выдвинуты крупные силы, сведённые на этом участке в два армейских и один моторизованный корпус. 3-й мотокорпус имел в своём составе 5 дивизий, в том числе 14-ю танковую и 60-ю моторизованную. Главные силы этого соединения сосредоточились на 20-километровом участке Петровка, Хромовая Балка. 44-й армейский корпус в составе четырёх пехотных и 16-й танковой дивизии занял позиции в районе Былбасовка, Соболевка. Западнее разместился 52-й корпус, из двух пехотных дивизий и 500-го штрафного батальона.

ПОМНИ ВОЙНУ

17.05.2017, 12:12

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/2371/
16 мая Керчь была взята немецкими 170 пд и 213 пп. К эвакуации войск Крымского фронта привлечено 158 плавсредств: катеров, сейнеров, баркасов и других судов. В районе Аджимушкая стойко оборонялся отряд под командованием начальника отдела штаба фронта полковника П. М. Ягунова.

ПОМНИ ВОЙНУ

17.05.2017, 12:13

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/16/2372/
Потери с 22.6.1941 года по 10.5.1942 года. Всего потеряно 36 078 офицеров, 1 146 657 унтер-офицеров и рядовых. Общие потери сухопутных войск (без больных) на Востоке составили 1 182 735 человек, или 36,96 % от 3,2 млн человек.

Обстановка.

Преследование противника на Керченском полуострове завершается.

Южнее Харькова противник силами кавалерии наносит удар в направлении Краснограда. Его пытается остановить прибывающий полк 305-й пехотной дивизии. К сожалению, наступление противника в северном направлении, на участке обороны венгров (108-я лёгкая бригада), имело некоторый успех. Приходится сожалеть, что 8-й армейский корпус под впечатлением этого факта отвёл свои войска по всему фронту. Один полк 305-й пехотной дивизии и ещё несколько частей, среди них танковые, выдвигаются из района восточнее Харькова, но этот манёвр имеет чисто тактическое значение. Восточнее Харькова в результате танковой атаки наши войска захватили Терновую. Но и здесь значение боевых действий снизилось до тактического. Перед 2-й танковой и 2-й армиями по-прежнему неспокойно.

На остальном фронте никаких существенных событий.

Waralbum.Ru

17.05.2017, 12:21

http://waralbum.ru/90231/
7 мая 2012
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/tumblr_m1a3pr56sv1qk6uvyo1_1280.85dmc5lit1c04kw0s8 s88sg4w.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Солдат и фельдфебель крымской группировки вермахта, отличившиеся в боях за Керчь

Солдат и фельдфебель крымской группировки вермахта, отличившиеся в боях за Керчь, награждённые железными крестами 2-го класса. Они вооружены пистолетами-пулеметами MP-38.

Чистый исторический интернет

17.05.2017, 14:07

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/C_7VNUKUQAA0K77.jpg
16 мая 1942 начало Аджимушкайской эпопеи. Часть сил отступающего Крымского фронта спускается в каменоломни

War20.ru

17.05.2017, 14:11

http://war20.ru/article/53/lubanskaya-nastupatelnaya-operaciya
15.05.2015 Вторая мировая война >> Операции и сражения

О Любанской наступательной операции, происходившей под Ленинградом зимой 1941/42 гг., почти не вспоминают. Может быть, потому что им, воинам Ленинградского и Волховского фронтов, на втором году войны не удалось выполнить поставленную задачу – ра*зомкнуть вражеское кольцо вокруг северной столицы. Но тогда, в 1942-м, в непроходи*мых лесах и гиблых болотах они не щадили себя, совершали беспримерные подвиги... ОБСТАНОВКА НА ФРОНТЕ И ЗАМЫСЕЛ ОПЕРАЦИИ Зима 1941/42 гг. Ленинград цепенеет в тисках блокады. Еще с осени, стремясь любой ценой спасти город, войска Ле*нинградского фронта почти непрерывно атако*вали. Но прорвать окружение ударом изнутри не удалось - противник оперативно выстроил укрепленную линию. В декабре части Ленин*градского и Волховского фронтов в оборонительных боях за города Волхов и Тихвин нанес*ли врагу тяжелое поражение и сами перешли в контрнаступление. Разгромленные дивизии Вермахта отступили. В результате немцам не удалось соединиться с финнами на реке Свирь и замкнуть «большое» блокадное кольцо вок*руг Ладожского озера. Наступление войск Ленинградского и Волховского фронтов зимой-весной 1942 г. Наступление войск Ленинградского и Волховского фронтов зимой-весной 1942 г. Ладожская коммуникация осталась в наших руках. Успешные действия заронили надежду на скорый прорыв блокады Ленинграда со сто*роны Волхова. По плану Ставки Верховного Главнокомандования 4-я, 2-я ударная и 52-я армии Волховского фронта должны были стре*мительным ударом рассечь немецкую группи*ровку, которая осаждала город. Если бы совет*ским войскам удалось выйти к Сиверскому, Волосову и Луге, то пути отхода для врага были бы отрезаны. Трем армиям Волховского фронта отводи*лась главная роль в предстоящей операции. Их должны были поддержать 42-я и 55-я армии Ленинградского фронта - активным наступлением изнутри блокадного кольца, 8-я и 54-я армии - со стороны Волхова, Приморская оперативная группа - с Ораниенбаумского плацдарма. В случае успеха, немецкая 18-я армия из осаждающей превращалась в осажденную, ее ожидала катастрофа, масштабы которой впос*ледствии сопоставляли бы со сталинградской. Но в Москве переоценили возможности фрон*тов. Войска только-только оправились от тяже*лых боев лета-осени 1941 г., промышленность еще не могла дать нужного количества оружия и боеприпасов... На стыке Ленинградского и Волховского фронтов находилась 54-я армия генерал-майо*ра Ивана Ивановича Федюнинского. Коман*дарм имел богатый боевой опыт: участвовал в конфликте на КВЖД, отличился на Халхин-Голе. Федюнинского высоко ценил Г.К. Жуков. По первоначальному замыслу части 54-й армии должны были нанести удар в районе станции Погостье. Здесь противник закрепился на железнодорожной насыпи, которая возвы*шалась над болотистой местностью. Немецкие саперы организовали мощную линию: перед насыпью были выставлены минные загражде*ния и ряды колючей проволоки, в самой насы*пи вырыты окопы, устроены дерево-земляные огневые точки (ДЗОТы) и блиндажи. Оборона опиралась на два узла - погостьевский и шальский укрепленные районы. Со стороны Мги по советским позициям била артиллерия бронепоезда, в небе активно действовала авиация. По обе стороны от железной дороги - глу*хие леса и обширные болота. Однако немецкие войска получили здесь выгодную позицию. К основной линии обороны на железнодорож*ном полотне подходила сеть дорог, что сущест*венно облегчало снабжение и быструю пере*броску резервов с одного участка на другой. В ближайшем тылу оказались несколько дере*вень. Их заняли тыловые службы: в суровую зиму 1941/1942 гг. каждый сохранившийся дом имел огромную ценность. Погостье, Жарок и Шалы удерживала 269-я пехотная дивизия, усиленная частями 333-го полка 225-й пехотной дивизии и батальонами 96-й. Основные силы этой дивизии находились левее, в районе Погостье - Малукса. Правее, в районе Посадников Остров - Кириши, держа*ла оборону 11-я пехотная дивизия. Советские войска находились в более тяже*лом положении - в местности, где практически не было ни дорог, ни населенных пунктов. На пути колонн и обозов лежало болото Соко*линый Мох. Ночью температура опускалась ниже -30°С, а солдаты спали на снегу под открытым небом, не разжигая костров (огонь могли заметить не*мецкие корректировщики). На передовой не было горячей пищи, хлеб каменел на морозе. В таких условиях человек балансирует на грани физического выживания, но нашим воинам нужно было атаковать врага. НАЧАЛО НАСТУПЛЕНИЯ Наперекор всем трудностям в декабре 1941 г. после непродол*жительной подготовки начался штурм немец*ких укреплений. Первая попытка овладеть вражескими по*зициями закончились неудачей. Артиллерия не смогла подавить огневые точки на гребне на*сыпи - сказался снарядный голод. Не хватало боеприпасов и для эффективной контрбата*рейной борьбы. Враг безнаказанно обстрели*вал наши войска, выходившие на исходные по*зиции. Пехотинцам негде было укрыться от ос*колков. Рыть окопы невозможно: под снегом - вода незамерзшего болота. Снежную фортифи*кацию стали поливать болотной водой, превра*щая снег в лед. Замерзали и немцы, у них не было соответ*ствующей зимней одежды. Не выдерживало германское вооружение и техника. В декабре 1941-го и в январе 1942 г. ситуация у Погостья напоминала позиционный тупик времен Пер*вой мировой войны. Пулеметы и ряды колючей проволоки делали немецкую оборону непри*ступной. Но атаки продолжались. Несмотря на тяже*лые потери, удалось постепенно приблизиться к насыпи, и уже в январе на некоторых участках советская пехота закрепилась в 8-10 метрах от немецких траншей. Противники забрасывали друг друга гранатами, стреляли в упор. Ясно, что без бронетехники в такой ситуации не обойтись. На помощь 54-й армии пришла 122-я танковая бригада (в октябре 1941 г. в бригаде было три KB, 11 Т-34 и 20 легких Т-40). 1-й батальон капитана Вербицкого состоял предположительно из трех тяжелых танков и нескольких Т-34. Но в каком они были состо*янии? Так, экипаж младшего лейтенанта Карявко получил «тридцатьчетверку» с номером 125, вернувшуюся с передовой. Башня пробита в трех местах, орудие и пулемет выведены из строя, на дне машины - тела погибших танки*стов... Но скоро наступление, и новый экипаж подготовил машину к бою. День 17 января 1942 г. стал переломным. В 23.00 3-я гвардейская дивизия, поддержан*ная 122-й бригадой, после жестокого рукопаш*ного боя овладела станцией Погостье. 18 янва*ря прорвала оборону врага соседняя 11-я стрелковая дивизия, в бою ее тоже поддержа*ли танки. Дивизия была переброшена по льду Ладожского озера из Ленинграда, у многих солдат и офицеров в городе остались умираю*щие от голода семьи. Воины сражались не ща*дя себя. Командир 11-й дивизии генерал-майор В.И. Щербаков действовал не по шаблону, уме*ло применил элементы подземной войны. Но*чью бойцы 26-го саперного полка скрытно вы*рыли шурф в железнодорожной насыпи под не*мецким блиндажом и заложили взрывчатку. После взрыва в насыпи образовался проход, в который устремились солдаты 163-го, 320-го и 219-го стрелковых полков. В результате уда*лось захватить участок 2,5 км по фронту и 3 км в глубину. Также саперам удалось проделать проходы для танков - утром они вступили в бой. Экипаж Корявко атаковал артиллерийскую батарею, слева и справа от которой находились пулемет*ные точки. Т-34 подбил противотанковое ору*дие, но от ответного огня у машины заклинило башню. Удачно маневрируя, танк смог уничто*жить еще три орудия, а один расчет - расстре*лять из пулемета. Немецкие пулеметные точки были раздавлены гусеницами. К концу дня 20 января от 11-й дивизии пра*ктически ничего не осталось. 163-й полк: в строю - 60 человек. 320-й - 32 человека. 122-я бригада потеряла 11 танков, ее 1-й батальон лишился половины своего состава. Со*седи по фронту не смогли поспособствовать действиям 11-й дивизии, но ее солдаты удер*жали захваченные позиции. БОИ ЗА ПОГОСТЬЕ И ВИНЯГОЛОВО Немцам удалось остановить наступление наших войск, позиционные бои затянулись на две недели. Тем временем 2-й ударная армия на своем участке фронта глубоко вклинились во вражеские порядки. Требовалось поддер*жать этот успех. Во что бы то ни стало. Действия советских танковых бригад под Погостьем. 54-я армия, февраль-май 1942 г. Действия советских танковых бригад под Погостьем. 54-я армия, февраль-май 1942 г. Сформировали новый «кулак». К штурму приготовилась 311-я стрелковая дивизия: 1071-й полк должен был атаковать немцев ле*вее станции Погостье, а 1069-й полк - правее. Пехоту вновь сопровождала 122-я танковая бригада, то есть то, что от нее осталось - два тяжелых танка, несколько средних и легких. В наступлении также участвовали 281-я и 80-я стрелковые дивизии. Противник (333-й полк 225-й пехотной ди*визии) укрылся за второй линией укреплений, которая проходила по южной окраине деревни Погостье и опушке леса за железнодорожным полотном. На километр фронта - 10-12 проти*вотанковых орудий, через каждые 20-50 м - пулеметный расчет или автоматчик. Линию усиливали ДЗОТы и блиндажи. 10 февраля со*ветские пехотинцы и танкисты несколько раз ходили на приступ, но безуспешно. 122-я бри*гада потеряла три танка. Скорее всего, именно в тот день КВ-1 старше*го лейтенанта Смирнова вступил в единоборство с вражеским бронепоездом. После неудачных атак восемь танков отправились вдоль железно*дорожного полотна в обход немецких укрепле*ний, чтобы поддержать пехоту с фланга. В ходе боя танк Смирнова застрял в незамерзшем боло*те в паре километров от Погостья. Экипаж до но*чи выстилал бревнами гать, чтобы вывести ма*шину. При этом танк продолжал вести огонь. Когда машина выбралась из болота, на пу*тях показался немецкий бронепоезд (на дан*ном участке полотно не было разобрано). Ко*мандир танка приказал открыть огонь. Но сна*рядов уже не было. Бронепоезд неумолимо приближался, и Смирнов выбрал таран. Меха*ник-водитель Дмитрий Некрасов направил KB точно в цель. Страшный удар сбросил с мест и оглушил всех танкистов. Но враг был повер*жен: паровоз и платформы с орудиями полете*ли под откос... По данным из немецких архивов в тот пери*од группу армий «Север» поддерживали три бронепоезда - №№ 6, 26 и 30 германских же*лезнодорожных войск. 18-ю армию обслужи*вал № 30. Он действовал на линии Тосно - Любань - Чудово. Возможно, что, кроме «номер*ных», в боях участвовали и другие бронепоез*да, вспомогательные. Известно, что немцы охотно использовали советские броневагоны и товарные вагоны, обшитые листами брони. На крышах возвышались башни от захвачен*ных танков БТ-7, Т-26, Т-34. На открытых плат*формах стояли зенитные орудия. Чтобы не воз*никало путаницы, импровизированным броне*поездам присваивали звучные названия. Таран немецкого бронепоезда танком КВ-1 ст. лейтенанта Смирнова Таран немецкого бронепоезда танком КВ-1 ст. лейтенанта Смирнова Один бронепоезд курсировал по одноко*лейной дороге Мга - Будогощь и вел губитель*ный огонь по нашей пехоте в районе Погостья. В немецких документах отмечено, что в марте 1942 г. был потерян один бронепоезд, окру*женный советскими войсками в районе Любани. Но к железнодорожному полотну у Любани наши войска тогда так и не прорвались. Воз*можно, что речь идет о бронепоезде, который таранили наши танкисты. Три месяца пролежал механик-водитель Дмитрий Некрасов в госпитале. За подвиг, со*вершенный у Погостья, его наградили орденом Красного знамени (в конце войны гвардии лей*тенанта Некрасова удостоят звания Героя Со*ветского Союза). 12 февраля 1942 г. после часовой артподго*товки наша пехота во взаимодействии с танка*ми вновь пошла в атаку. Полки 311-й дивизии вклинились в немецкую оборону, но были при*жаты к земле шквальным огнем. Тогда комдив Бияков приказал танками подтащить полковые пушки на 200-300 метров к немецким ДЗОТам. На практике это выглядело так. Т-34 или КВ-1 брал на прицеп пушку, расчет взбирался на броню. За танком двигалась пехота. Прибли*зившись к немецкому ДЗОТу или блиндажу, танк открывал огонь, чтобы прикрыть артиллери*стов, а они тем временем разворачивали пушку и били прямой наводкой. Дело довершали пе*хотинцы, которые забрасывали врага гранатами через амбразуры, двери и дымовые трубы. Немцев явно застали врасплох: 311-я диви*зия прорвала их оборону и методично уничто*жала вражеские ДЗОТы внутри укрепрайона. Опыт переняли на соседних участках фронта - стали формировать штурмовые группы. Однако успех развить не удалось - силы атакующих были на исходе. Конечно, по доку*ментам одной немецкой 296-й пехотной диви*зии противостояли до восьми советских диви*зий и две танковые бригады. Но почти все они количественно уменьшились до полка, баталь*она, а то и роты. Так, в 177-й стрелковой диви*зии к 12 февраля 1942 г. оставалось всего 80 штыков. Бойцы удерживали отвоеванную се*верную часть деревни Погостье, одноименную станцию и близлежащий участок железнодо*рожной насыпи. Командование пополнило дивизии послед*ними резервами. На передовую ушли солдаты из тыловых частей и прибывшие по ладожско*му льду ленинградцы, которых буквально шата*ло от голода. На помощь сильно поредевшей 122-й прислали 124-ю танковую бригаду пол*ковника А.Г. Родина - 31 КВ-1. Их перебросили из Ленинграда скрытно и быстро. Чтобы 47-тонные машины прошли по замерзшей Ла*доге, сняли башни, частично демонтировали броню и оборудование. Танки тащили башни за собой на специальных санях. К решительной атаке готовились два ба*тальона - 23 танка КВ-1,16 бронеавтомобилей БА-10, четыре самоходные артиллерийские ус*тановки, 124-й мотострелково-пулеметный ба*тальон. Требовалось открыть дорогу на Любань - тогда единственную в здешних краях доброт*ную грунтовую трассу. А для этого - разгро*мить укрепрайон, освободить Виняголово и продвигаться на Костово. Утром 16 февраля 1942 г. после мощной ар*тиллерийской подготовки началось наступле*ние. Главный удар наносила 124-я бригада. Вы*крашенные в белый цвет танки шли двумя эше*лонами: 1-й батальон майора Н.М. Рыбакова, 2-й батальон майора Е.Г. Пайкина (10 машин). Вместе с ними атаковали 3-й и 1029-й полки 198-й стрелковой дивизии. Им противостояли части 333-го полка полковника Тима 225-й пе*хотной дивизии, «панцеры» 12-й танковой ди*визии и самоходные орудия. Следует отметить, что в составе 12-й немец*кой танковой дивизии воевал Курт Книспель, в дальнейшем - самый результативный ас Вто*рой мировой войны (подбил 168 танков). В ян*варе 1942 г. Книспель был наводчиком в экипаже Pz.IV унтер-офицера Рубеля из 29-го пол*ка (боевая группа Кауфмана). 17 апреля танк был подбит, а половина экипажа выведена из строя. На правом фланге февральского наступле*ния советских войск были 122-я танковая бри*гада и части 311-й стрелковой дивизии, кото*рые должны были расширить полосу прорыва и обезопасить основные силы от возможного флангового удара. Их противник: 283-й полк 96-й пехотной дивизии Вермахта. Под непрерывным обстрелом 1-й батальон 124-й танковой бригады вместе с пехотой пре*одолели железнодорожную насыпь и обошли Погостье с запада. Такого количества совет*ских тяжелых танков здесь не ждали, немцы не выдержали натиска и в панике бежали. На юж*ной окраине деревни они потеряли несколько сотен убитыми. Первый эшелон атакующих ушел вперед, второй расчищал местность южнее Погостья. Разгромив противника, засевшего в деревне, KB 1-го батальона занялись укрепленным тыловым лагерем. Здесь пехота попыталась самостоя*тельно уничтожить ДЗОТы и землянки, но была остановлена шквальным огнем. Танки же без труда разделались с вражеской фортификацией и прошлись по ней своими гусеницами. Разгромив «лесной лагерь» советские танки к четырем часам дня вышли на дорогу Погостье - Костово - Любань и устремились на Виняголово. Им пытались помешать одиночные танки из 12-й дивизии. Но напрасно - три вра*жеские машины были захвачены. В общем, наступление развивалось вполне удачно. Но зи*мой 1941/42 гг. снег лег рано, болота не успели промерзнуть. Тяжелые машины забуксовали... СУ-Т-26 - 76-мм самоходная установка на базе танка Т-26. СУ-Т-26 - 76-мм самоходная установка на базе танка Т-26. Противник, получив передышку, организо*вал в своем тылу эффективную оборону. Опре*делив направление главного удара советских войск, немецкое командование стянуло к доро*ге Погостье - Виняголово противотанковые ба*тареи и саперные подразделения. Зная, что броню KB не берут снаряды 37-мм пушек, при*менили новую тактику. Воспользовались тем, что в лесистой местности обзор из танков огра*ничен, а дистанция боя коротка. Огонь откры*вали со 100-150 м, били в борт, по гусеницам, по приборам наблюдения и антеннам радио*станций. 13 наших танков получили поврежде*ния, но их ходовая часть не пострадала. Кроме 37-мм калибра, немцы применили в том бою и более тяжелые системы и боепри*пасы. У моста через Мгу им удалось подбить не*сколько советских танков, у одного KB взрывом сорвало башню. На пути наступавшей 124-й танковой бригады спешно ставились мины. Од*нако все это лишь замедляло продвижение со*ветских танков. К 16.30 KB ворвались в деревню Виняголо*во. Казалось, победа близка. Но противнику удалось подтянуть резервы и отсечь пехоту. В этот момент по нашим танкам ударила из за*сады самоходка (по немецким данным, одна из четырех, действовавших в районе Погостья). Три танка были подбиты. Поняв, что без пехоты Виняголово не удер*жать, танкисты отступили. Теперь линия фронта проходила в паре километров от деревни. В 18.48 по Виняголово дали залп «Катюши»... На правом фланге 122-я танковая бригада и 311-я стрелковая дивизия вышли к реке Мга. Дальше они продвинуться не смогли. Тяжелый бой закончился. Наши войска разгромили погостьевский укрепрайон - выбили основную опору обороны противника, создали предпо*сылки для дальнейшего наступления. В бою 16 февраля 1942 г. 124-я танковая бригада уничтожила (по отечественным источ*никам) три пехотных батальона и множество огневых точек, захватила три танка, бронема*шину, пять пушек, пять мотоциклов, 1600 мин и 1400 ручных гранат. Собственные потери в тот день: убитыми - 10 человек, подбито шесть КВ-1 (один сгорел), не установлено мес*тонахождение четырех танков, застряли в реке и воронках пять танков. После дня передышки войска возобновили наступление. 18 февраля 124-я танковая бри*гада, 198-я стрелковая дивизия и 6-я бригада морской пехоты вновь атаковали Виняголово. Но и в этих жестоких боях (до 20 февраля) взять деревню не удалось. Под Виняголово танки и пехоту поддержи*вали самоходные установки СУ-Т- 26 (две такие из 124-й танковой бригады были потеряны в бою). Эти боевые машины - большая ред*кость. Их изготовили в ограниченном количе*стве в блокадном Ленинграде. База - легкий Т-26. Его 45-мм пушка не годилась для борьбы с полевыми укреплениями, поэтому ленинград*ские специалисты предложили установить вме*сто башни 76-мм полковую пушку под массив*ным щитом. Огневую мощь усилили двумя пуле*метами ДТ. Тем временем противник, подтянув резер*вы, закрепился на новом рубеже. Наступать вглубь немецкой обороны по единственной лесной дороге опасно: с левого фланга над нашим танковым клином «висел» шальский узел обороны. Враг мог в любой момент отсечь авангард от основных сил. В связи с этим командование изменило направление главного удара, 124-ю и 122-ю танковые бри*гады и стрелковые дивизии перенацелили на восток - громить немецкую оборону под Ша*лой. ШТУРМ ШАЛЬСКОГО УКРЕПРАЙОНА 28 февраля 1942 г. Ставка скорректировала задачи 2-й ударной и 54-й армиям. Теперь они наступали навстречу друг другу, чтобы окружить любань-чудовскую группировку противника. Кольцо должно было замкнуться в Любани. С этого времени наступательная операция стала именоваться Любанской. Немцы тоже планировали окружение, пере*резав место прорыва 2-й ударной армии в рай*оне Мясного Бора. В волховских лесах и боло*тах развернулось «соревнование»: кто кого первым возьмет в кольцо. Бой за Шальский укрепрайон. 54-я армия, 20 февраля - 12 марта 1942 г. Бой за Шальский укрепрайон. 54-я армия, 20 февраля - 12 марта 1942 г. Вермахт обладал здесь значительным пре*имуществом: дивизии снабжались по желез*ной дороге (линия Мга - Тосно - Любань). Со*ветским войскам все необходимое доставля*лось по плохим лесным дорогам. Весной, в па*водок, снабжение и вовсе должно было пре*кратиться... В конце февраля 2-й ударной армии остава*лось всего 5 км до Любани. Советская артилле*рия стреляла по станции, линия фронта при*близилась к немецким штабам. Две недели наши танкисты и пехотинцы расшатывали оборо*ну шальского укрепрайона. Танки продвига*лись по лесным дорогам и узким просекам. И опять казалось, что победа близка... Советским войскам противостояли 283-й и 284-й полки 96-й пехотной дивизии и 333-й полк 225-й пехотной дивизии. Для более эф*фективной обороны формировались группы истребителей танков. В каждую входили три солдата под командой унтер-офицера, воору*женные противотанковыми минами, ручными и магнитными противотанковыми гранатами. Как правило, такую группу прикрывало пехот*ное отделение. Немецкие солдаты старались вплотную приблизиться к танку, чтобы нанести ему максимальный ущерб. Поединок советских танкистов и немецких истребителей танков был беспощадным, пленных не брали. 37-мм снаряды пушек Pak-35/36 оказались слабы для брони КВ. В марте 1942 г. в полосе обороны 284-го полка 96-й пехотной дивизии Вермахта против наших танков, наступавших на Шалу, применили новинку - надкалиберная кумулятивная оперенная мина 3,7 cm StieL.Gr.41. Она устанавливалась на срезе ство*ла и выстреливалась холостым зарядом, могла вывести из строя тяжелый танк. Дальность бы*ла невелика - всего 300 м, но именно у Погостья немецкие артиллеристы вели огонь с ко*ротких дистанций. Несмотря ни на что советские танки двига*лись к развилке дорог в тылу шальского укре*прайона, перекрывая основным силам врага путь к отступлению. Эта дорожная развилка получила у немцев название «Звезда Мерсе*дес» (по форме она напоминала знаменитую автомобильную эмблему). Самые тяжелые бои шли здесь с 20 по 23 февраля. Натиск наших KB пытался задержать 1-й батальон 284-го полка с 88-мм зенитным орудием, пробивав*шим броню тяжелых танков. Но немецкий ба*тальон вскоре сам оказался в безвыходном положении... С 16 по 25 февраля 1942 г. советская 124-я танковая бригада потеряла убитыми 121 сол*дата и офицера, 26 пропали без вести. Подби*ты 13 КВ-1, четыре танка пропали. Сгорели две самоходки СУ-Т-26, выведены из строя броне*машина БА-10 и шесть автомобилей. Но брига*да не утратила боеспособности. Только 9 марта ее 1-й батальон уничтожил полковой штаб, не*сколько ДЗОТов, подбил шесть танков 12-й ди*визии противника, 2-й батальон уничтожил ба*тальон пехоты, разрушил несколько блинда*жей, подбил танк и самоходное орудие, захва*тил минометную батарею, 20 пулеметов и 15 автоматов. Чтобы ускорить развязку, командование ввело в бой 16-ю танковую бригаду (семь KB, 17 БТ-7, шесть Т-26, одна самоходка). За не*сколько дней саперы проложили в густом лесу просеку к железнодорожной насыпи. В ночь с 10 на 11 марта танки преодолели трехметро*вую преграду с фронта и двинулись вдоль нее на юго-восток. Бригада атаковала там, где ее не ждали. Немцы стянули основные силы в район перекрестка «Звезда Мерседес» (про*тив 122-й и 124-й бригад) и пропустили удар 16-й. 12 марта после ожесточенного боя Шаль*ский узел пал, враг понес тяжелые потери. По немецким данным, был практически полно*стью уничтожен 1-й батальон 284-го полка 96-й дивизии, в строю остались четыре офице*ра и 29 солдат. Был сильно потрепан и 1-й ба*тальон 283-го полка. Остатки разбитых немецких частей отходи*ли через перекресток «Звезда Мерседес», мно*гочисленные группы блуждали по лесам, пыта*ясь выйти к своим. От 1-й роты 1-го батальона 333-го пехотного полка осталось всего 30 чело*век, стрелять по советским танкам могла только 88-мм зенитка единственная сохранившаяся в строю. БОИ ЗА ДЕРЕВНИ ДУБОВИК И ЛИПОВИК Разгромив немцев под Шалой, советские дивизии шли навстречу 2-й ударной армии. Не имея возможности наступать на Любань че*рез Виняголово, наши войска прорывались че*рез Кондую. И здесь удачно действовали тан*кисты 124-й бригады. Они зашли в тыл против*ника и перерезали дорогу Макрьевская Пус*тынь - Кондуя. Опасаясь окружения, противник оставил Кондую и отошел к Макарьевской Пустыни. Ка*менные здания монастыря (основанного в се*редине XVI в.) немцы превратили в оборони*тельный узел. 1 и 2 апреля танки и пехота без*успешно атаковали врага, сидевшего за креп*кими стенами. 9 апреля 124-я бригада и 80-я стрелковая дивизия вновь пошли на штурм... В это время 107-й отдельный танковый ба*тальон вместе с 1-й горнострелковой бригадой и 6-й бригадой морской пехоты двинулся к Виняголово. Шли в тяжелейших условиях. Снег быстро таял, солдаты проваливались в ле*дяную жижу по пояс, а когда нужно было за*лечь под обстрелом, погружались целиком. 1-я бригада сумела форсировать реку Мга и закре*питься на противоположном берегу. Неболь*шие отряды пробились в немецкий тыл. Эки*паж Н.И. Барышева на трофейном танке Pz.III вме*сте с горнострелковым батальоном несколько дней громили вражеские тылы, после чего вы*шли к своим. Противник подтянул резервы и оттеснил со*ветские войска на исходные позиции. Не уда*лось выбить врага и из Макарьевской Пустыни. После нескольких попыток наше командование прекратило наступление. 2-я ударная армия не дошла до Любани 5 км, 54-я армия - 15 км. Любаньская операция не достигла своей цели. 2-я ударная потеряла много людей и техники, и те*перь 54-я армия была вынуждена действовать в одиночестве. Немецкие войска тоже были обескровлены и могли удерживать только отдельные опорные пункты. Сплошной линии фронта не было. В болотистой местности вырыть нормальный окоп невозможно, и солдаты возводили укреп*ления из бревен, заполняя простенки землей. Ставка ВГК еще раз скорректировала зада*чу: нанести основной удар в юго-восточном на*правлении; развивая наступление на деревни Дубовик и Липовик, отрезать немецкие войска, оборонявшиеся на киришском плацдарме. С этого плацдарма противник мог вновь устре*миться от реки Волхов к реке Свирь, соединить*ся с финскими войсками, уничтожив «Дорогу жизни» и образовав непроницаемое «большое кольцо» блокады Ленинграда. Советская 16-я танковая бригада вела на*ступление с конца марта. KB с трудом шли по раскисшей дороге Зенино - Дубовик. Но наши танкисты, сбивая вражеские заслоны, упорно продвигались вперед. На подходе к деревне Дубовик их пыталась задержать 6-я танковая рота 29-го полка 12-й танковой дивизии - шесть Pz.IV и семь Pz.III. Согласно немецким документам, удалось подбить четыре советских танка. Но KB все же прорвались. В Дубовик во*шли, опять же, по немецким данным, 10 совет*ских танков и пехота. Завязался тяжелый бой, деревня несколько раз переходила из рук в ру*ки. Немцы смогли удержать Дубовик, но от их батальона (26-го пехотного полка) осталось лишь несколько человек. 26 марта погиб герой 16-й танковой брига*ды лейтенант Александр Мартынов. Он отли*чился 8 ноября 1941 г., когда на подступах к го*роду Волхов в районе деревни Жупково его экипаж отразил атаку 14 вражеских танков. При этом KB Мартынова подбил пять и захватил три немецких танка, вытащив их с поля боя. Трофейные машины перекрасили и включили в состав танковой бригады. В бою за Дубовик совершил подвиг экипаж КВ-1 старшего лейтенанта П.П. Бачилова. Танк прорвался на единственную дорогу, которая связывала деревни Дубовик и Липовик. У ма*шины была повреждено орудие, но она не ушла в тыл, а стала курсировать по дороге, уничто*жая немецкие обозы. После боя KB, направляв*шийся на сборный пункт, нарвался на немец*кую противотанковая группу, которая смогла повредить гусеницу. Танкисты в обездвижен*ном танке отбивались от наседавшего врага. На выручку пришли другие экипажи. Освободить деревни Дубовик и Липовик с ходу не удалось, советским войскам пришлось остановиться на этом рубеже. В апреле-мае 1942 г. стрелковые дивизии, 16-я и 122-я танковые бригады неоднократно пытались прорвать вражеский фронт. Противник, пони*мая стратегическое значение этих деревень, не жалел здесь ни сил, ни средств. Деревню Дубовик удерживал 176-й полк 61-й пехотной дивизии, а Липовик - 24-й полк 21-й пехотной дивизии. Их поддерживали машины 29-го пол*ка 12-й танковой дивизии, большое количество отдельных подразделений. Командование бы*ло вынуждено перебрасывать сюда войска с других участков фронта. Так, под Липовиком оказался 2-й парашютно-десантный полк - элита германской армии. 7 мая 1942 г. немецкую линию обороны прорвала 16-я танковая бригада, поддержанная 32-й от*дельной стрелковой бригадой 4-го гвардейско*го стрелкового корпуса. В условиях весеннего разлива танкисты смогли найти брод на реке Чагода. Но противник устроил ловушку: саперы установили на дне мины и фугасы большой мощности, обнаружить которые было очень сложно. И все-таки советские танки прошли. Первым форсировал реку КВ-1 старшего лейте*нанта П.П. Митовосяна. Уничтожил несколько орудий и до 30 вражеских солдат. Благодаря героизму танкистов войска вклинились во вра*жескую оборону на несколько километров, но освободить Дубовик и Липовик и на этот раз не удалось. Тем не менее, погостьевский выступ на ли*нии советско-германского фронта улучшил по*ложение наших войск. Теперь под угрозой ока*зались железнодорожные перевозки против*ника на участке Мга - Кириши. К тому же со*ветские дивизии «нависали» над киришским плацдармом противника, угрожая ему с тыла. ИТОГИ ЛЮБАНСКОЙ НАСТУПАТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ Наступление на Любань выдохлось, так и не увенчавшись успехом. Немцы окружили вклинившиеся в их оборону войска 2-й ударной армии, могли окружить и 54-ю в погостьевском «мешке». В ходе боев в конце марта – начале апреля 1942 г. советские войска пытались пробить «горловину» в мешке, а немецкие – ликвидировать прорыв. В итоге удалось расширить «горловину», восстановив коммуникации 2-й ударной армии, но ее положение все равно оставалось отчаянным. Не хватало боеприпасов, продовольствия, медикаментов и перевязочных средств. Ситуация усугублялась весенней распутицей. Поэтому военным советом Ленинградского фронта был отдан приказ о выводе 2-й ударной армии из «мешка». 20 апреля командующим армии был назначен генерал-лейтенант А.А. Власов, сменив тяжело больного генерала Клыкова. В мае-июне 2-я ударная армия отчаянно пробивалась из «мешка». Ее бойцы и командиры выходили из окружения небольшими разрозненными группами, а сам командующий армией генерал Власов попал в плен, и впоследствии встал на путь сотрудничества с гитлеровцами. 54-я армия, которая так и не сумела соединиться со 2-й ударной армией в Любани, перешла к обороне. Любанская наступательная операция завершилась. В целом, данная операция считается неудачной, так как ни одна из ее целей не была выполнена: не был деблокирован Ленинград, не разгромлена группа армий «Север», ни даже выполнена минимальная задача в виде разгрома группировки немецких войск на Волхове. Удалось лишь вклиниться в немецкую оборону в районе Погостья и захватить несколько плацдармов на Волхове. Причинами неудачи операции стали ошибочное стратегическое планирование, недооценка противника, который, хотя и уступал в живой силе, но имел большое превосходство в вооружении и обеспечении боеприпасами, невысокий профессиональный уровень высшего и среднего командного звена, недочеты в управлении войсками, недостаточное снабжение и обеспечение боеприпасами советских войск. Что касается 2-й ударной армии, то причинами ее гибели стали как слабое взаимодействие с 54-й армией, так и чрезмерное промедление ставки с приказом о выводе ее из окружения. К положительным моментам можно отнести то, что Любанская наступательная операция оттянула на себя значительные силы немецких войск (15 дивизий, из них 6 – из западной Европы), облегчив тем самым положение защитников Ленинграда. Также в результате операции появилась возможность нанести из-под Погостья удар в тыл синявинской группи*ровки противника (что и было сделано в фев*рале 1943 г.). Планируя прорыв блокады Ле*нинграда в районе Синявинских высот, совет*ское командование вывело в тыл танковые бригады, чтобы подготовить их к новым сраже*ниям. Последние бои под Погостьем закончились в январе 1944 г., когда враг был разгромлен и отброшен от Ленинграда. По статье Д.Базуева, журнал «Броня». При копировании контента, пожалуйста, не забудьте поставить ссылку на страницу-первоисточник сайта http://war20.ru

Источник: http://war20.ru/article/53/lubanskaya-nastupatelnaya-operaciya © Портал "Войны XX века"

Википедия

17.05.2017, 14:16

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9B%D1%8E%D0%B1%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B0%D 1%8F_%D0%BD%D0%B0%D1%81%D1%82%D1%83%D0%BF%D0%B0%D1 %82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D0%BE%D0% BF%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Основной конфликт: Вторая мировая война
Великая Отечественная война
Дата

7 января — 30 апреля 1942 года
Место

Ленинградская область
Итог

Победа Германии
Противники
Flag of the Soviet Union.svg СССР Flag of the German Reich (1935–1945).svg Третий рейх
Командующие
К. А. Мерецков
М. С. Хозин
И. И. Федюнинский Вильгельм фон Лееб
Георг фон Кюхлер
Силы сторон
325 700 человек[1] неизвестно
Потери
308 367 человек[1] неизвестно
[скрыть]

Битва за Ленинград
Сольцы • Ленинград (1941) • Лужский оборонительный рубеж • Старая Русса (1941) • Блокада Ленинграда • Петергоф-Стрельна • Синявино 1 • Синявино 2 • Тихвин 1 • Тихвин 2 • Демянский котёл • Любань • «Айсштосс» • Разгром 2-й ударной армии • Усть-Тосно • Синявино 3 • «Искра» • «Полярная Звезда» • Демянск (1943) • Старая Русса (1943) • Красный Бор • Мга • Ленинград-Новгород • «Январский гром» • Новгород - Луга

Люба́нская наступа́тельная опера́ция (7 января — 30 апреля 1942 года), в немецкой историографии Битва за Волхов (нем. Wolchow-Schlacht) — наименование[2] наступательной операции советской армии в период блокады Ленинграда.

Содержание

1 Территория и период, охваченные операцией
1.1 Территория
1.2 Период
2 Предпосылки и планы сторон на операцию
2.1 Планы СССР
2.2 Планы Германии
3 Силы сторон
3.1 СССР
3.2 Германия
4 Ход операции
4.1 Волховский фронт
4.1.1 Начало операции
4.1.2 Форсирование Волхова, борьба за плацдармы и прорыв обороны
4.1.3 Развитие наступления и образование котла
4.1.3.1 Наступление на Любань
4.1.4 Окружение и окончание операции
4.2 Ленинградский фронт
4.2.1 Бои в районе Погостья. Первые попытки наступления 4 — 11 января.
4.2.2 Попытки наступления 13 — 17 января
4.2.3 Затяжные бои в конце января — начале марта
4.2.4 Наступление на Любань
5 Итоги операции
6 Причины неудачи операции
7 Потери
7.1 СССР
7.2 Германия
8 Примечания
9 Литература
9.1 Мемуары
9.2 Исторические исследования
9.3 Художественная литература
10 Фотоматериалы
11 Ссылки
11.1 Видео

Территория и период, охваченные операцией
Территория

Боевые действия сторонами в ходе операции велись на сравнительно небольшом участке Ленинградской области (в настоящее время частично Новгородской области), ограниченном с востока рекой Волхов. От Волхова граница операции начиная с южного фланга в конечном итоге проходила приблизительно от деревни Любцы на запад от реки, минуя населённые пункты Глухая Кересть, Пятилипы, Волосково, затем поворачивала на север минуя Донец, Остров, Еглино, затем на восток до Вороньего Острова, и затем ломаной линией спускалась на юго-восток через Апраксин Бор, Кривино, Приютино, возвращаясь практически вновь к Любцам. Таким образом, основные события операции разворачивались практически в «мешке», с небольшой горловиной у Мясного Бора. Оттуда на север линия фронта проходила по реке Волхов (за небольшими отклонениями в виде немецких плацдармов на восточном берегу и советских — на западном), и в обход Киришей — где в частности был один из немецких плацдармов — с востока, выходила на железнодорожную ветку Кириши — Мга, где советские войска также осуществили небольшое вклинение между станциями Погостье и Посадников Остров.
Период

Операция проводилась с 7 января по 30 апреля 1942 года. Дата начала операции определена по началу активного, сравнительно массированного, наступления с форсированием Волхова и с плацдармов, к тому времени уже захваченных на западном берегу реки. При этом, 54-я армия перешла в наступление уже 4 января и для неё Тихвинская наступательная операция безо всякой перегруппировки перешла в Любанскую.

Дата окончания операции определена по моменту отдачи приказания о переходе войск 2-й ударной армии к обороне (30 апреля), утверждённого Ставкой ВГК 2 мая[3].

Операции во времени и пространстве предшествовала Тихвинская наступательная операция (операция, впоследствии получившая название Любанской, явилась продолжением Тихвинской наступательной операции).

Следующей операцией в том же районе со стороны советских войск стала проведённая в мае-июле 1942 года Операция по выводу из окружения 2-й ударной армии.
Предпосылки и планы сторон на операцию
Планы СССР
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст директивы Ставки ВГК № 005826 от 17 декабря 1941 года
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст директивы Ставки ВГК № 005822 от 17 декабря 1941 года
План операции согласно Директиве ВГК от 17 декабря 1941 года

План широкомасштабных действий Красной Армии в районе к юго-востоку от Ленинграда был озвучен Б. М. Шапошниковым 12 декабря 1941 года. 17 декабря этот план воплотился в директивах Ставки Верховного Главнокомандования № 005826 для вновь созданного Волховского фронта и № 005822 для Ленинградского фронта, на который, исключая 54-ю армию, возлагались исключительно вспомогательные функции[4].

Планы советского командования были действительно глобальными, и удачное проведение операции означало полное снятие блокады Ленинграда, освобождение Новгорода, уничтожение всех немецких войск восточнее Ленинграда, а в перспективе — крах всего северного фланга (не считая Карелии и ещё более северного участка) немецких вооружённых сил. Линия фронта по замыслу операции должна была быть стабилизирована на рубеже, правый край которого упирался бы в Финский залив, а левый (судя по задачам, которые ставились перед 52-й армией) выйти в район Сольцов вместе с Северо-Западным фронтом. Фактически речь шла о восстановлении линии фронта на начало августа 1941 года.

В этих целях Волховский фронт усиливался дополнительно двумя армиями: 59-й армией и 26-й армией, впоследствии ставшей печально известной 2-й ударной армией.

С юга на север перед армиями, выходившими к Волхову, ставились следующие задачи:

52-й армии: взять Новгород и наступать на Сольцы, тем самым перерезая коммуникации противника, ведущие к Волхову и способствуя в наступлении Северо-Западному фронту;
2-й ударной армии: наступать на станцию Чаща, разъезд Низовская с дальнейшим ударом на Лугу;
59-й армии: наступать на Грузино, Сиверскую, Волосово;
4-й армии: наступать на Кириши и затем Тосно, окружая группировку противника у Мги, а затем наступать на Красногвардейск, Ропшу;
54-й армии, входившей в состав Ленинградского фронта и располагавшейся к северо-востоку от реки Волхов, ставилась задача взаимодействия с 4-й армией;

При этом овладение Любанью, по названию которой впоследствии получила название и операция, было не более чем частным промежуточным этапом наступления. По некоторым сведениям (в тексте директивы пропущена дата[5]) город (так же как и Новгород) должен был быть взят 12 января 1942 года[3].

Наступление советских войск на Волхове являлось составной частью советской стратегии начала 1942 года, заключавшейся в общем наступлении на всех фронтах, чему способствовали вполне удачно проведённые операции под Москвой, Ростовом и, как в этом случае, Тихвином, с задачей, сформулированной решением Ставки ВГК от 5 января 1942 года «гнать немецкие войска на запад без остановки, заставить их израсходовать резервы ещё до весны, когда у нас будут новые большие резервы, а у немцев их не будет, и обеспечить таким образом полный разгром гитлеровских войск в 1942 году»[6].
Планы Германии

Ещё 23 ноября 1941 года немецкое командование определило, что задача соединения с финскими войсками на реке Свирь является задачей на 1942 год[7]. 9 декабря 1941 года фон Лееб отдал приказ о выравнивании линии фронта, что по существу означало отвод немецких войск за Волхов, с сохранением плацдармов и организацией обороны по рубежу реки. Таким образом, на тот момент времени, немецкое командование рассчитывало провести зиму за рекой, а весной возобновить наступление на Тихвин и соединиться с финскими войсками.

Однако командование Группы армий «Север» обнаружило очевидные приготовления советских войск к наступлению, как севернее озера Ильмень, так и южнее его. Командующий группой фон Лееб предложил отвести немецкие войска с Волхова в Прибалтику. Это не согласовывалось с позицией А. Гитлера, который, незадолго до этого приняв на себя командование вооружёнными силами, на совещании 20 декабря озвучил, что немецкие войска должны в жёсткой обороне удерживать оборонительные рубежи, а для Группы армий «Север» более того, запланировал переход в контрнаступление приблизительно через две недели после совещания[7], что, по-видимому, было совершенно невозможно, перешли бы советские войска в наступление или нет. Как бы то ни было, немецкое командование в любом случае рассчитывало оставить за собой оборонительные рубежи по Волхову.
Силы сторон
Основная статья: Силы сторон в Любанской наступательной операции
СССР

Со стороны СССР в операции принимали участие четыре армии Волховского фронта: 52-я — с включённой в её состав Новгородской оперативной группой, 2-я ударная, 59-я и 4-я армии, а также 54-я армия Ленинградского фронта. Кроме того, опосредованное участие в операции принимали другие соединения Ленинградского фронта: 55-я армия, проводившая частное наступление на Красный Бор, и 8-я армия, осуществлявшая давление в районе Синявино, однако последние в историографии не рассматриваются, как задействованные в операции.

На 1 января 1942 года в Волховский фронт входили: 23 стрелковые дивизии, 8 стрелковых бригад, 1 гренадерская бригада, которая из-за нехватки стрелкового оружия была вооружена ручными гранатами, 18 отдельных лыжных батальонов, 4 кавалерийские дивизии, 1 танковая дивизия, 8 отдельных танковых бригад. Фронт превосходил противника в живой силе в 1,5 раза, в орудиях и миномётах в 1,3 раза. Но все это превосходство сводилось на нет нехваткой боеприпасов, которых имелось всего четверть боекомплекта. Кроме того, соединения 4-й и 52-й армий после тяжёлых боев насчитывали по 3,5 — 4 тысячи человек вместо штатных 10 — 12 тысяч. Лишь 2-я ударная и 59-я армии имели полный комплект личного состава. Но у них почти совсем отсутствовали прицелы для орудий, а также телефонный кабель и радиостанции, что затрудняло управление войсками.

Перед началом операции советские силы занимали следующие позиции:

52-я армия — по Волхову от Новгорода до Засоболье, станции Бурга, Руссы;
2-я ударная армия — от разграничения с 52-й армией до Наротово, Бахарихи, Ефремово;
59-я армия — от разграничения со 2-й ударной армией до Грузино, включая плацдарм у Грузино;
4-я армия — от разграничения со 59-й армией затем по Волхову, в обход плацдарма у Киришей и вновь до Волхова у деревни Холм;
54-я армия — от разграничения с 4-й армией до станции Погостье и далее.

Германия

С немецкой стороны в операции участвовали 18-я полевая армия и некоторые части 16-й полевой армии; воздушную поддержку оказывали части 1-го воздушного флота. C юга от Новгорода на север на начало операции советским войскам в первой линии противостояли 250-я, 126-я, 215-я, 61-я и 254-я пехотные дивизии, а от Киришей по направлению к Мге — 21-я, 11-я и 291-я пехотные дивизии[8].
Ход операции
Волховский фронт
Начало операции
Схема операции. Чёрными стрелками отмечен контрудар немецких войск

Волховский фронт начал проведение операции 7 января 1942 года, несмотря на тот факт, что к этому времени войска не сосредоточились в полной мере (так, в 59-й армии к означенной дате успели развернуться пять дивизий, ещё три находились в пути, во 2-й ударной развернулись несколько более половины соединений), а те войска, что имелись в распоряжении 52-й армии и 4-й армии понесли потери и были изнурены предыдущими боями в ходе Тихвинской наступательной операции. Во 2-ю ударную армию не прибыла армейская артиллерия[4], не сосредоточилась даже та авиация, что была в наличии на фронте (118 боевых самолётов, из них подавляющее большинство истребители, не считая ещё почти сотни У-2 и Р-5), не были накоплены запасы боеприпасов. Мало того, те соединения, которые прибыли, испытывали значительный недостаток в оружии, средствах связи, транспорте, продовольствии и фураже.

Тем не менее, наступление началось во всей 150-километровой полосе фронта, и везде безуспешно, развиваясь практически по одному и тому же сценарию.

Из воспоминаний ветеранов 215-й пехотной дивизии:

Батальоны ожесточённо сражались за свои шкуры. Скрюченные от холода пехотинцы лежали в своих снежных окопах, канониры стояли у своих орудий. Час за часом проходили в высшей боевой готовности. В коротких паузах между боями ухаживали за ранеными, пополняли боеприпасы, восстанавливали порванные линии связи. Потом с криком «Ура!» приходила новая волна атакующих через широкий Волхов. МГ молотили нападающих, артиллерия и миномёты расстреливали их заградительным огнём, нападающие залегали. Но комиссары криками поднимали оставшихся в живых, те опять поднимались и бежали к западному берегу реки. На них опять обрушивался огонь. Убитых и раненых становилось все больше, они покрывали речной лед.

Из воспоминаний ветерана А. С. Доброва[9]:

Наши тридцать замерзших человек поднялись из оврага и цепью побежали в Теремец. Руки у бойцов были сомкнуты впереди и спрятаны в рукава, а винтовки висели у них на ремнях. Мы тоже все по команде комбата: «Вперед!» бросились на лед Волхова и побежали к Теремцу. На Волхове весь снег был исчерчен полосами от пуль перекрестного огня пулемётов, образуя квадраты по 40-50 см. Такой плотный огонь не оставлял никакой надежды на выживание.

В полосе 52-й армии удалось занять небольшой плацдарм только двумя батальонами из состава 305-й стрелковой дивизии, который даже удерживался до 10 января. В полосе 2-й ударной армии вообще не удалось форсировать Волхов, при этом армия только за первые полчаса боя потеряла убитыми и ранеными около 3000 человек[4]. Две дивизии из состава 59-й армии (376-я и 378-я) также сумели захватить небольшие плацдармы, первая оставила плацдарм севернее деревни Пертечно после нескольких дней боёв по приказу, вторая была отброшена, но 8 января вновь захватила небольшой кусок берега[10]. 4-я армия, прочно завязшая в боях за Кириши, не достигла никаких успехов. В полосе этой армии имелись плацдармы на западном берегу Волхова в районе Лезно, захваченные в декабре 1941 года, но и с них развить наступление не удалось.

Немецкое командование эту попытку широкомасштабного наступления оценило всего лишь как разведку боем[11].

После вмешательства И. В. Сталина, которому К. А. Мерецков доложил о неудаче наступления, дата нового наступления была перенесена с учётом времени, необходимого для сосредоточения войск и подхода артиллерии. Был снят командующий 2-й ударной армией Г. Г. Соколов, на его место назначен Н. К. Клыков, а на освободившееся в результате переназначения Н. К. Клыкова место командующего 52-й армией был назначен В. Ф. Яковлев[4].
Форсирование Волхова, борьба за плацдармы и прорыв обороны

Наступление возобновилось 13 января 1942 года после полуторачасовой артиллерийской подготовки. «Четыре армии под сплошным пулемётным огнём, устилая Волхов трупами, рванулись к западному берегу»[10].

4-я армия вновь атаковала Кириши и пыталась расширить свои плацдармы, но вновь безуспешно; более того, у Киришей соединения армии были отброшены назад на 1,5-2 километра[6] и 14 января перешли к обороне[4].

59-я армия, в полосе которой находился плацдарм в Грузино, также была вынуждена вести бои с войсками противника за этот плацдарм и в том числе поэтому не достигла более или менее значительных успехов при форсировании реки. Неудача была обусловлена, в частности, недостаточностью артиллерийской поддержки. Так, в 59-й армии в наличии имелось только 0,25 боекомплекта.

Успех обозначился на участке 2-й ударной армии, фронт которой был достаточно насыщен артиллерией. Армия также получила авиационную поддержку[4]. 327-я стрелковая дивизия вместе с приданным ей 44-м отдельным лыжным батальоном при поддержке 839-го гаубичного полка к вечеру 13 января полностью форсировала Волхов и закрепилась на плацдарме в районе деревень Красный посёлок, Бор, Костылево. Также, к вечеру первого дня наступления у Новой Быстрицы успеха добилась 24-я стрелковая бригада. 14 января реку на своих участках форсировали 23-я и 58-я стрелковые бригады, которые не сумели занять плацдармы в первый день наступления и сразу начали бои за опорные пункты противника, в частности, в Ямно.

Ранним утром 15 января на участке 327-й стрелковой дивизии в бой была введена 59-я стрелковая бригада, но она понесла потери на марше, утратила управление, и несколько сумев потеснить противника в направлении Мясного Бора, форсировать наступление не сумела. Вместе с ней были введены в бой ещё две бригады из второго эшелона: 22-я и 53-я. Но 327-я стрелковая дивизия оставалась главной действующей силой и 15-16 января разорвала оборону противника на стыке 126-й и 215-й пехотных дивизий[12], освободив деревни Бор, Костылево, Арефино и Красный Посёлок и расширив плацдарм по берегу реки. Однако в глубину наступление не развивалось, и введённые в бой стрелковые бригады были вынуждены сражаться за расширение плацдарма и опорные пункты первой линии обороны противника до начала третьей декады января.

На участке 52-я армии также удалось форсирование. В первый же день сначала 305-я, а вслед за ней 46-я и 267-я стрелковые дивизии форсировали Волхов и завязали бои за опорные пункты Горка и Лелявино. 15 января части 305-й и 46-й дивизий захватили деревню Заполье и завязали бои за деревни Лелявино и Теремец, выйдя ко второму рубежу обороны противника, а затем начали наступление на деревню Тютицы. Соседняя 267-я стрелковая дивизия в этот же день завязала бои за деревню Копцы. Перед этим рубежом обороны наступление войск 52-й армии в глубину застопорилось. Наряду с попытками прорвать оборону противника по второму рубежу, проходящему по шоссе Новгород — Чудово, войска армии расширяли плацдарм по западному берегу Волхова.

Сравнительно успешные действия 52-й и 2-й ударной армий позволили войскам 59-й армии осуществить форсирование Волхова. Четырьмя дивизиями (111-й, 372-й, 376-й, 378-й) армия форсировала реку севернее Грузино и южнее Лезно и захватила там плацдармы с целью продвижения на деревни Водосье и Пертечно и перспективой обойти Чудово с севера и северо-запада, тем самым отрезав противнику отход, но продвинуться далее не смогла. Однако на южном фланге, граничившем с войсками 2-й ударной армии, 17 января Волхов был форсирован южнее Селищенского посёлка силами двух полков 382-й стрелковой дивизии (впоследствии полки были переданы во 2-ю ударную), которые начали продвижение к Спасской Полисти. В то же время севернее Селищенского посёлка 59-я армия так и не смогла форсировать реку до конца января.

В связи с тем, что 59-я и 4-я армии существенных успехов в наступлении не имели, командование перенесло основные усилия в полосу 2-й ударной армии. Для этого полоса наступления 59-й армии была смещена южнее, а часть её соединений были переданы во 2-ю ударную армию. При этом расширился на юг фронт 4-й армии, которой стала отводиться лишь вспомогательная роль. Замысел операции кардинально изменился, сама операция стала менее масштабной. Теперь советские войска (52-я, 2-я ударная и 59-я армии) должны были прорвать оборону противника на участке южнее Чудово и почти до Новгорода, а затем наступать на Любань, тем самым отрезав все войска противника в Чудово, Киришах, в близкой перспективе — во Мге и побережье Ладоги и сняв блокаду Ленинграда.

В составе 59-й армии была создана Группа генерала Коровникова в составе 327-й стрелковой дивизии, усиленной 44-м лыжным батальоном, 59-й стрелковой бригады, усиленной 39-м и 43-м лыжными батальонами, и двух полков 382-й стрелковой дивизии с 40-м лыжным батальоном. Перед группой была поставлена задача: прорвать вторую полосу обороны, 19 января выйти на рубеж реки Полисть, 20 января пробиться к реке Кересть и взять деревни Сенная Кересть и Ольховка, а также начать наступление с севера на Спасскую Полисть. В перспективе в задачу группы входило продвижение к Любани с обеспечением северного фланга 2-й ударной армии. Однако в ходе выполнения задачи она завязла в долгих боях на рубеже дороги Новгород — Чудово в районе Трегубово — Михалево.

19 января на западный берег Волхова, в район деревни Ямно, где продолжались бои за расширение плацдарма, переправилась 366-я стрелковая дивизия, усиленная танками 160-го и 162-го батальонов. Немецкие войска оставили Ямно, и дивизия начала продвижение к Мясному Бору. Остальные войска армии также продолжали наступление и к 20 января расширили плацдарм до 25 километров по фронту и 5 километров в глубину. На плацдарм переправились часть соединений 59-й армии. 20-24 января 366-я стрелковая дивизия вела тяжелейшие бои, продвигаясь к Мясному Бору, несколько раз прорывала оборону севернее деревни и откатывалась назад под контратаками. Между тем, в 2,5 километрах южнее Мясного Бора 23-я, 24-я и 58-я стрелковые бригады вели бои за деревню Любцы. Ещё южнее пытались прорвать вторую полосу обороны части 52-й армии. 24 января Мясной Бор и Теремец-Курляндский были взяты. Таким образом прорыв главной полосы обороны состоялся.
Развитие наступления и образование котла

После прорыва обороны наступление в глубину развивалось быстро: если прорыв двух рубежей обороны глубиной около 10 километров занял две недели, то затем соединения 2-й ударной армии в течение пяти дней углубились на расстояние более 30 километров, до села Вдицко[13].

Наступление развивалось вдоль дороги, ведущей на северо-запад. Первой в прорыв вошла 59-я стрелковая бригада, которую вскоре обогнал введённый в прорыв 25 января 13-й кавалерийский корпус. Они и составили ударную передовую группу 2-й ударной армии, которая сбивала заслоны и уничтожала гарнизоны противника в крупных населённых пунктах.

Вместе с тем, советское командование отдавало себе отчёт в опасности, которую представлял собой слишком узкий коридор прорыва, поэтому одновременно с продвижением вглубь велись бои за расширение горловины прорыва как с юга, так и с севера от Мясного Бора. Они были далеко не такими успешными, как продвижение в глубину, где немецких войск было гораздо меньше. 25 января 23-я, 24-я и 58-я стрелковые бригады атаковали деревню Любцы — крупный опорный пункт южнее Мясного Бора, находящийся на стыке 2-й ударной и 52-й армии, однако бои, продолжавшиеся до 27 января оказались безуспешными. Некоторое изменение направления наступления бригад (в обход Любцов на Земтицы с целью удара с тыла) и их усиление ещё тремя (48-м, 50-м и 95-м) лыжными батальонами, принесли только частные успехи: Земтицы продолжали удерживаться противником. Бои продолжались до 4 февраля, после чего 23-я, 58-я и присоединившаяся 22-я были введены в прорыв для закрепления достигнутых ударной группой рубежей, расширения зоны прорыва и обеспечения флангов ударной группы.

Севернее Мясного Бора прорыв расширяли 22-я и 53-я стрелковые бригада, а затем 111-я и 382-я стрелковые дивизии, наступавшие на опорные пункты Любино Поле и Мостки. Уже 23 января эти населённые пункты были окружены, но бои за них велись вплоть до 12 февраля, когда наконец они были взяты, и горловина расширилась до 12 километров. В ходе операции большей ширины горловины достигнуто не было. Как писал полковник Хольман:

Очевидно, советское командование не воспринимало достаточно серьёзно немецкое сопротивление, но рассчитывало на эффективность своего удара в тылу, вместо того чтобы по обеим сторонам шоссе продвигаться на север и юг.

Соседи 2-й ударной армии не могли похвастаться успехами. 24 января в прорыв, на его южный фас, вошла 305-я стрелковая дивизия из состава 52-й армии и в этот же день усилиями дивизии 250-я пехотная дивизия была выбита из села Теремец. Тогда же 46-я стрелковая дивизия взяла Тютицы, но была впоследствии выбита из деревни. В целом, войска 52-й армии в течение конца января — февраля 1942 года атаковали участок от Подберезье до южного фаса прорыва у Мясного Бора как с востока, так и с севера, но опорные пункты Тютицы, Копцы, Крутик, Любцы, Земтицы держались — немецкое командование отдавало себе отчёт в их ценности. В конце февраля 305-я стрелковая дивизия, пройдя в коридор и углубившись в зону прорыва, прошла через Замошское болото, находящееся в тылу рубежа обороны противника по линии опорных пунктов, и, в перспективе имея продвижение к Новгороду с севера, атаковала населённый пункт Осия. Однако к тому времени дивизия была ослаблена, и её атаки также оказались безуспешными. 52-я армия в то же самое время силами 225-й стрелковой дивизии вела бои непосредственно у Новгорода, захватив там небольшой плацдарм на Волхове.

Действовавшая севернее 59-я армия продолжала безуспешные попытки взять с юга Спасскую Полисть. К ней первой подошло соединение 2-й ударной армии — 327-я стрелковая дивизия, которая с 22 января приступила к атакам хорошо укреплённого села, однако успеха не достигла. С 1 февраля обескровленную дивизию сменили два полка 382-й стрелковой дивизии, чьи атаки в целом закончились с тем же результатом; 17 февраля они также ушли с позиций у села. В то же время на Волхове восточнее Спасской Полисти 59-я армия достигла скромных успехов: 28 января перешли в наступление между Селищенским Посёлком и Кипрово 92-я, 372-я и 377-я стрелковые дивизии. У деревни Прилуки, восточнее Спасской Полисти 377-я стрелковая дивизия прорвала оборону, но далее к Спасской Полисти с востока продвинуться не сумела. 372-я стрелковая дивизия в тяжелейших боях взяла Кипрово. Ещё севернее 25-я стрелковая бригада взяла деревню Вергежа, а 59-я стрелковая бригада — Дымно. 92-я стрелковая дивизия, прорвав оборону, сумела углубиться и, взяв деревни Овинец и Михалево, выйти ко второй полосе обороны противника севернее Спасской Полисти. Однако никакого оперативного успеха войсками армии достигнуто не было: Чудово, главная задача армии, оставалось в руках противника и не было окружено; правый фланг 2-й ударной армии также не был обеспечен.

Тем не менее, наступление от Мясного Бора на северо-запад продолжало развиваться, причём зона прорыва расширялась как в направлении наступления, так и в стороны от него: на юг и на север. 26 января 25-я кавалерийская дивизия взяла Новую Кересть в 14 километрах на северо-запад от Мясного Бора, на следующий день вместе с 23-й стрелковой бригадой — Глухую Кересть, и вместе с 57-й стрелковой бригадой — станцию Финев Луг, развив наступление и перерезав железную дорогу Новгород — Батецкая — Ленинград. 57-я стрелковая бригада затем развила наступление на юг, вдоль железной дороги, и освободила дорогу на участке до деревни Горенка. 87-я кавалерийская дивизия 27 января взяла деревню Ольховка в 6 километрах северо-западнее Спасской Полисти, а 28 января — Вдицко. В прорыв также была введена 366-я стрелковая дивизия. Войска 2-й ударной армии в течение февраля 1942 года постепенно расширяли зону прорыва в глубину, вводя через узкую горловину прорыва всё новые и новые части, при этом ширина горловины, несмотря на отчаянные бои, по существу оставалась прежней. Если наступление на северо-запад, где было немного войск противника, развивалось сравнительно удачно, то расширить занятую территорию на юг, к Новгороду, и северо-восток было тяжелее, так как противник оказывал там серьёзное сопротивление. 59-я стрелковая бригада действуя на острие наступления на северо-запад, заняв Радофинниково, 6 февраля взяла село Дубовик, а 10 февраля — сёла Большое и Малое Еглино. Это стало конечной точкой наступления на северо-запад. 23-я стрелковая бригада была к 10 февраля переброшена в район восточнее села Донец, и ввязалась там в тяжёлые бои с частями 285-й охранной дивизии, продвинувшись на расстояние около 10 километров, к 19 февраля сформировав юго-западный фронт вклинения несколько западнее и юго-западнее сёл Донец и Волосково. Между 23-й и 59-й стрелковыми бригадами заняла позиции 25-я стрелковая бригада, сформировав западную часть котла. Таким образом левый фланг армии вышел на реку Оредеж и даже в одном месте захватил плацдарм. На север продолжала продвигаться 87-я кавалерийская дивизия и с вместе 45-м, 46-м и 49-м лыжными батальонами 30 января освободила деревни Кривино и Новая, затем с 53-й стрелковой бригадой, 169-м, 170-м и 171-м лыжными батальонами — Тигодский завод и Червино. Группировка продолжила наступление на север, но упёрлась в оборону у Червинской Луки и, несмотря на пополнение в виде 25-й кавдивизии и 57-й стрелковой бригады, дальнейших успехов не имела. Таким образом, продвижение на Любань застопорилось.

Википедия

17.05.2017, 14:17

Однако Ставка ВГК с таким положением дел мириться не хотела и потребовала от командования армией к 1 марта 1942 года взять Любань. С инспекцией на фронт 17 февраля прибыл К. Е. Ворошилов[13].

С 18 февраля группировка в виде 87-й и 25-й кавалерийских дивизий, 53-й и 57-й стрелковых бригад, усиленная лыжными батальонами, получила подкрепление в виде 80-й кавалерийской дивизии, а также39-го и 42-го лыжных батальонов. За ними следовали стрелковые части 2-й ударной армии. В результате инспекции задачи на операцию стали ещё более ограниченными: теперь войскам 2-й ударной армии и 54-й армии предписывалось наступать на Любань и соединиться там. Это нашло отражение в директивах Ставки от 26-го и 28 февраля. Именно с этого времени операция стала именоваться «Любанской»[13].

По мнению командующего Ленинградским фронтом М. С. Хозина это по существу означало[14]:

… отказ Ставки от своего первоначального замысла, изложенного в директиве от 17 декабря. Поняв, что для его выполнения не хватает ни сил, ни средств, Ставка предложила последовательно разгромить вначале любань-чудовскую, а затем уже мгинскую группировки. Будь такое решение принято вначале, то есть при организации операции, возможно, и исход её был бы другой.

Однако директива, которая могла бы позволить координацию действий армий двух фронтов: 2-й ударной Волховского и 54-й Ленинградского, запоздала, и в результате наступление на Любань началось только силами 2-й ударной армии.
Наступление на Любань

Во второй половине февраля 1942 года советское командование продолжало концентрацию сил для наступления на Любань, на пути к которой лежало село Красная Горка, расположенное на высоте. Первыми в бои за Красную горку вступили 80-я кавалерийская дивизия, 39-й и 42-й лыжные батальоны, подошедший 1100-й стрелковый полк 327-й стрелковой дивизии и рота танков 7-й гвардейской танковой бригады. Утром 19 февраля в бой вступила 254-я пехотная дивизия. 20 февраля советские войска овладели селом и продвинулись к реке Сычева. 23 февраля к реке подошли 22-я стрелковая бригада и 46-я стрелковая дивизия.

С 25 февраля советские войска продолжили наступление на Любань, но подверглись сильнейшему авиационному налёту, от которого пострадали не только войска ударной группировки, но и остававшиеся у основания прорыва части 13-го кавкорпуса. 27 февраля немецкие войска части 254-й, 225-й и переброшенной из-под Ленинграда 212-й пехотных дивизий ударом в правый фланг советской группировки восстановили прорванную в районе Красной Горки оборону, тем самым отрезав части передового отряда. Тем не менее, советские войска продолжали наступление на Любань и 28 февраля сумели выйти на юго-восточные окраины города, но контрударом были отброшены на три километра. Остатки 80-й кавдивизии, 1100-го полка и лыжных батальонов, подвергаясь постоянному обстрелу и артиллерийскому огню, вели бои в окружении до 8 марта и в ночь на 9 марта вырвались из окружения, уничтожив остававшееся тяжёлое вооружение. 14 марта ценой тяжёлых потерь Красная Горка была вновь взята, но продолжить наступление 2-я ударная армия уже не была способна.

В то время, как захлебнулось наступление 2-й ударной армии, в наступление перешла 54-я армия. Она также сумела прорвать оборону и приблизиться к Любани, взяв ряд опорных деревень. Однако отсутствие координации в действиях армий не позволило достичь оперативного успеха.

9 марта на Волховский фронт в том числе для координации деятельности фронтов, прибыла делегация, в которую вошли К. Е. Ворошилов, Г. М. Маленков, А. А. Власов, А. А. Новиков, А. Е. Голованов, С. И. Руденко. Однако момент был уже упущен: ещё 2 марта на совещании у А. Гитлера было принято решение о переходе в наступление на Волхове до 7 марта[15].

Ко второй половине февраля 1942 года котёл, в котором впоследствии была уничтожена 2-я ударная армия, практически сложился. Имелась узкая горловина прорыва, после прохождения которой территория, занятая советскими войсками, распространялась на запад, север и в меньшей степени на юг. Особенно угрожающим было положение с северной горловины прорыва. Благодаря тому, что немецкие войска прочно удерживали Спасскую Полисть и цепь опорных пунктов по дороге на север от неё, образовался так называемый «Ванделевский язык» — узкое (до 20 километров, местами в 3 — 4 километра в ширину[16]) и длинное (до 40 километров) вклинение в советские позиции с севера на юг, где в полуокружении находились части 20-й моторизованной, 121-й и 212-й пехотных дивизий, под командованием генерала артиллерии Мартина Ванделя. С востока полосу опорных пунктов безуспешно атаковали части 59-й армии. С юга, заканчиваясь в Спасской Полисти, располагалась собственно горловина прорыва. С запада уже с конца января 1942 года была занятая войсками 2-й ударной армии территория.

Боевые действия войсками 2-й ударной армии велись не только в направлении непосредственно на Любань. Так, 191-я стрелковая дивизия была задействована в так называемой Померанской операции, целью которой было овладение станцией Померанье юго-восточнее Любани, организация прочной круговой обороны и прекращение движения противника по шоссе и железной дороге Чудово — Ленинград. Эта операция, проводимая с 21-го по 27 февраля, окончилась практически полным разгромом дивизии, и опять же за счёт воздействия артиллерии и окружения.

В начале февраля 1942 года советское командование предприняло ещё одну попытку срезания «ванделевского языка»: на его западный фас в прорыв была введена 4-я гвардейская стрелковая дивизия, переданная из 4-й армии, и она вместе со 172-м лыжным батальоном (этот из 52-й армии, и переброшенной 24-й стрелковой бригадой приступила к атакам рубежа обороны противника «с тыла», с запада, тогда как этот же рубеж с фронта атаковала 59-я армия. Все попытки оказались безуспешными. В полосу 4-й гвардейской была переброшена 267-я стрелковая дивизия (её позиции на южной горловине коридора у Любцов и Копцов заняла заимствованная в 4-й армии 65-я стрелковая дивизия), и с 25 февраля дивизия сумела несколько вклиниться в позиции противника, обойдя Спасскую Полисть с севера, и завязала бои за деревни Трегубово и Приютино, которые продолжались с 3-го по 15 марта. На место 267-й дивизии была поставлена 377-я стрелковая дивизия, но и она успеха не достигла. С 11 марта выступ срезает с запада и 378-я стрелковая дивизия, и тоже безрезультатно — срезать «язык», который сыграл свою роль в последующем окружении, так и не удалось.

В целом, в течение февраля — первой половины марта 1942 года по всему периметру прорыва 2-й ударной армии и в зоне действия 52-й и 59-й армий продолжались бои за опорные пункты: советские войска, испытывая недостаток в снабжении (особенно внутри зоны прорыва) отчаянно штурмовали их, пытаясь осуществить прорыв, немецкие же войска так же отчаянно оборонялись, осознавая ценность опорных пунктов, удачно маневрируя и осуществляя авиационную и артиллерийскую поддержку. Наступающим нигде не удалось добиться каких-либо значимых успехов.
Окружение и окончание операции

Дождавшись погоды, при которой было возможно задействовать авиацию[6], 15 марта 1942 года немецкие войска приступили к окружению войск 2-й ударной. Первой с рубежа севернее Тютиц и Копцов, с южной части горловины атаковала подошедшая 58-я пехотная дивизия, которая сумела в первый день отбросить части 225-й стрелковой дивизии. К 58-й пехотной дивизии присоединились 81-я и 126-я дивизии. Советские войска — 225-я, 65-я, 305-я стрелковые дивизии ожесточённо оборонялись, постоянно контратакуя противника, что отметил и Франц Гальдер в своём дневнике. С северной части горловины, с «ванделевского языка», из района несколько западнее Спасской Полисти атаковали полицейская дивизия СС, 215-я пехотная дивизия и два легиона СС: голландский — «Недерланд» и бельгийский — «Фландрия». На этом участке держала оборону только 372-я и два отряда бойцов 305-й стрелковой дивизии, а также отряды, собранные с ближайших тылов. 376-я стрелковая дивизия, начавшая переброску в район Мясного Бора, опоздала, и 19 марта в 16:45[17], северная и южная группы 18-й армии соединились, окружив 2-ю ударную армию в четырёх километрах от Мясного Бора, между реками Полисть и Глушица.

Несмотря на то, что силами 372-й стрелковой дивизии, 24-й и 53-й стрелковых бригад, наступавших с востока, с внешней части кольца, и частей 4-й и 24-й гвардейских стрелковых дивизий с танками 7-й гвардейской танковой бригады изнутри, кольцо было прорвано, оно в тот же день вновь замкнулось.

До 22 марта 1942 года немецкие войска вели бои за расширение зоны прорыва, в основном в южной части, где сражалась 65-я стрелковая дивизия. 23 марта ударная группа в составе 1218-го стрелкового полка 19-й гвардейской дивизии, 1256-го стрелкового полка 378-й стрелковой дивизии, сапёров 4-го инженерного батальона, усиленная двумя танками КВ и шестью танками Т-34, пошла в атаку и пробила кольцо до реки Полисть. На следующий день в наступление перешла 376-я стрелковая дивизия с танками 193-го батальона, которые сумели прорвать позиции эсэсовцев и соединиться с войсками 2-й ударной армии, однако вскоре коридор вновь был ликвидирован.

25 марта 376-я, 372-я, 65-я дивизии вновь поднялись в атаку и вновь пробили коридор шириной до полукилометра, но на следующий день противник снова закрыл горловину.

К боям были привлечены части 305-й дивизии, а с внутреннего фронта — 382-я стрелковая дивизия. В течение двух дней велись тяжелейшие для обеих сторон бои, и 28 марта был пробит коридор шириной до 800 метров. К 30 марта советские войска окончательно закрепились в коридоре, расширив его до 2,5 километра ко 2 апреля. Бои за коридор продолжались до 8 апреля — лишь тогда в Ставку поступил доклад о том, что коммуникации 2-й ударной армии свободны.

Между тем, в течение второй половины марта — начала апреля 1942 года войска 2-й ударной армии, находящиеся в котле, не прекращали боёв по периметру. Так, тяжёлые бои с 23 марта вела 23-я стрелковая бригада на юго-западе мешка, в районе деревни Никулино, где немецкие войска предприняли наступление с целью рассечения 2-й ударной армии. Более того, в условиях совершенно недостаточного снабжения и весенней распутицы, особенно ярко проявлявшейся в болотистой местности, 3-5 апреля 2-я ударная армия вновь предприняла отчаянное наступление на Любань через Апраксин Бор, но после прорыва первой полосы обороны наступление захлебнулось.

После неудачи апрельского наступления последовали кадровые перестановки. Н. К. Клыков был освобождён от командования армией, и её возглавил прилетевший с инспекцией заместитель командующего Волховским фронтом А. А. Власов.

К концу марта 1942 года немецкое наступление в полосе действий 52-й армии (южная часть горловины и южнее) выдохлось, и со 2 по 8 апреля войска армии провели операцию по восстановлению собственных позиций, с первостепенной задачей взять опорный пункт Копцы, затем наступать на Тютицы и Подберезье. Однако части армии, потеряв за время этих боёв более 1800 человек, так и не выполнили этой задачи. С северной же части горловины весь март советские 267-я, 377-я, 378-я дивизии вели бои, отражая постоянные атаки 61-й и 215-й дивизий. В конце марта — начале апреля, напротив, немецкие части у Трегубово на реке Полисть отбивали мощное наступление 377-й стрелковой дивизии. Контратакуя, немецкие войска сумели 31 марта окружить соседнюю 378-ю стрелковую дивизию — её остатки вышли из этого частного окружения только 24 апреля.

В целом, после восстановления коммуникаций, продолжались такие же бои, что и ранее: 52-я армия пыталась прорвать оборону южнее прорыва, вела бои за Копцы, Любцы и другие опорные пункты, 59-я армия продолжала атаки выступа у Спасской Полисти. Однако при этом советским войскам уже пришлось отбивать атаки противника, направленные на ликвидацию горловины.

Положение войск 2-й ударной армии после того, как она была окружена, стремительно ухудшилось, а когда в конце марта — начале апреля началась распутица, по Волхову прошёл ледоход, войска армии получали уже крайне скудное снабжение. Оно осуществлялось либо посредством самолётов, либо по почти непроходимому для транспорта коридору; таким образом всё приходилось носить на руках по проложенным гатям, а затем и по проложенной узкоколейке, пропускная способность которой была крайне ограниченной, тем более, что почти ежедневно она повреждалась авиацией.

Уже в марте 1942 года начал ощущаться недостаток продовольствия. До этого времени, положение с продуктами было если не удовлетворительное, то сносное, тем более что было много лошадей, которых нечем было кормить, и они шли в пищу личному составу.

Из дневника П. П. Лопатина, командира взвода связи 632-го артиллерийского полка 4-й гвардейской стрелковой дивизии (запись от 1 апреля 1942 года)[18]:

С питанием стало совсем плохо. Утром суп из крошек сухарей, вечером то же.

Фуража практически совсем не доставляли, и лошадей кормили подножным кормом: распаривали ветки, доставали из под снега траву и мох.

Из воспоминаний И. И. Калабина, шофёра 839-го артиллерийского полка[19]:

Ведь 90 % нашего транспорта — кони. Чем их кормить? Ни овса, ни сена…Остановится повозочный на ночлег, наломает в сани хвои, уснёт. Пока спит, пара его коней так искусно оглобли обглодает, как ни одному токарю не обработать. А бывало, что оба коня околеют с голодухи.

Санитарное состояние личного состава было весьма неудовлетворительным, был распространён педикулёз. Эвакуация раненых через коридор была затруднена по тем же причинам, что и доставка необходимого. Не имелось медикаментов и перевязочных средств.

Из воспоминаний E.И. Кузнецовой, фельдшера 19-й гвардейской стрелковой дивизии[20]:

Перевязочного материала не хватало. Разденешь убитого, порвёшь его нижнее бельё — перевяжешь раненого. Жгутом служил ремень солдата, шиной — сук дерева. Тёплым одеялом — шинель убитого.

Вести боевые действия войскам армии было крайне затруднительно: невозможно было построить укрепления и землянки, не хватало боеприпасов.

Из воспоминаний П. П. Дмитриева, командира взвода управления 894-го артиллерийского полка 327-й стрелковой дивизии[18]:

До тыловых складов было более 50 км, путь туда и обратно занимал 5-6 дней. А много ли принесёт человек, если каждый снаряд с зарядом весил 30 кг?

Наступление советских войск застопорилось. Ставка ВГК не без оснований полагала, что одной из весомых причин неудачи операции явилась несогласованность действий сил Волховского фронта и 54-й армии Ленинградского фронта. Другими словами, фронты начинали свои наступления не одновременно, а напротив, в разные периоды времени, что позволяло противнику успешно маневрировать войсками, поочерёдно отбивая атаки советских войск. 21 апреля Ставка ВГК приняла решение объединить с 23 апреля Волховский и Ленинградский фронты в составе Ленинградского фронта. Это решение оценивалось и оценивается сейчас, как неверное, поскольку по словам А. М. Василевского «Очень скоро выяснилось, что руководить девятью армиями, тремя отдельными корпусами и двумя группами войск, разделёнными занятой врагом зоной, не только трудно, но и невозможно»[21].

Командование объединёнными войсками было поручено командующему Ленинградским фронтом М. С. Хозину и ему же 21 апреля 1942 года устно было поручено разработать план вывода 2-й ударной армии из котла. 30 апреля 1942 года военным советом Ленинградского фронта и Группы войск Волховского направления был отдан приказ о переходе 2-й ударной армии к обороне в связи с тем, что с армией фактически отсутствовали коммуникации и «всякое развитие её операции на Любань будет сдерживаться оглядкой на узкий проход между Спасской Полистью и Мясным Бором»[14]. Приказом предусматривался постепенный вывод войск 2-й ударной армии и продолжение атак 59-й армии на Спасскую Полисть.

Таким образом, наступательная операция советских войск закончилась.
Ленинградский фронт
Бои в районе Погостья. Первые попытки наступления 4 — 11 января.

Ленинградский фронт перешёл в наступление силами 54-й армии 4 января 1942 года. Таким образом, несогласованность действий фронтов имела место с первых дней операции. Армия наступала, как ей и предписывалось декабрьской директивой Ставки в общем направлении на Тосно с рубежа, которого она достигла в ходе Тихвинской наступательной операции: Вороново — Малукса — южный берег болота Соколий Мох. На пути армии оборону на станции Погостье, железнодорожной насыпи на станции и близ неё держали 11-я и 269-я пехотные дивизии[4]. В промёрзшей насыпи были оборудованы укрепления, пулемётные гнёзда и дзоты; подходы к насыпи были минированы и насыщены заграждениями.

Уже с середины декабря 1941 года 54-я армия вела бои в районе Погостья с переменным успехом. Так, с 15 декабря Погостье атакует 281-я стрелковая дивизия. И если в первый день наступления успеха она не добилась, то на следующий день один из полков сумел перерезать железную дорогу рядом со станцией. 17 декабря дивизии удалось взять Погостье, но ненадолго: уже на следующий день немецкие войска контратакой выбили части дивизии из станции. 27 декабря 281-я стрелковая дивизия вновь перерезала дорогу в 2 километрах северо-восточнее Погостья, 80-я стрелковая дивизия также перерезала дорогу у разъезда Жарок, а 311-я стрелковая дивизия у Посадникова Острова и у Ларионова Острова не только перерезала дорогу, но и с ходу прорвалась дальше к югу, за железную дорогу, и продвинулась в немецкий тыл[22].

Таким образом, наступление, предпринятое армией 4 января, явилось лишь очередным наступлением в ряду предшествующих. Армии удалось продвинуться в отдельных местах на расстояние до 4-5 километров, но подошедшей 12-й танковой дивизией она была отброшена на исходные позиции.

Бои в полосе армии не прекращались до даты общего наступления. Так, 10 — 11 января 281-я стрелковая дивизия и 3-я гвардейская стрелковая дивизия штурмовали Погостье и прорвались на станцию, но были отброшены обратно.
Попытки наступления 13 — 17 января

54-я армия вновь перешла в наступление одновременно с войсками Волховского фронта 13 января на основании нового плана наступательной операции, в соответствии с которым через пять дней необходимо было овладеть Октябрьской железной дорогой и взять Тосно[23], однако не достигла успеха. В частности, бои армии характеризуют данные из журнала боевых действий 13-го гвардейского стрелкового полка[22]:

13 января — три неудавшиеся атаки; 14 января — удалось просочиться за линию ж/д, вступили в рукопашный бой, но были отброшены; 15 января — из трёх батальонов скомплектован один с наличием активных штыков — 8 (!) человек; 16 января — полк получил пополнение — 170 человек.

Из журнала действий 54-й армии[22]:

Соединения армии вели бои с противником по всему фронту. Прорвать оборону не смогли и фактически занимают прежнее положение. 285-я сд 14 января передовыми подразделениями овладела разъездом Жарок, но была выбита и отошла. (…) 281, 3 гв., 11, 285 сд понесли значительные потери. (…) Планы операции не были разработаны, разведка осветила район недостаточно, рекогносцировки проведено не было в связи с малым временем на подготовку операции.

Затяжные бои в конце января — начале марта

17 января наступление армии вообще прекратилось, как ввиду потерь, так и ввиду того, что попросту закончились боеприпасы.

Из штаба, по карте командовал армией генерал Федюнинский, давая дивизиям приблизительное направление наступления. Связь часто рвалась, разведка работала плохо. Полки теряли ориентировку в глухом лесу, выходили не туда, куда надо. Винтовки и автоматы нередко не стреляли из-за мороза, артиллерия била по пустому месту, а иногда и по своим. Снарядов не хватало…

— Н. Н. Никулин. Воспоминания о войне

На тот момент времени армия занимала позиции по рубежу: гора Пушечная, Лодва, станция Малукса, станция Погостье, Посадников Остров, посёлок Новые Кириши. 311-я стрелковая дивизия действовала в тылу, за железной дорогой. До 11 февраля армия ведёт сравнительно частные бои, беспрерывно атакуя Погостье, Виняголово, осуществляя попытки перебраться через Мгу. Станция Погостье была освобождена, по-видимому, в конце января; более точную дату установить сложно.

Работая с воспоминаниями участников боев за Погостье, я ни разу не встречал даты полного освобождения ст. Погостье от немцев[22].

С 11 февраля армия, имея главной ударной силой вышедшую из окружения и пополненную 311-ю дивизию, при поддержке танков 122-й, а затем и 124-й танковых бригад, переходит в наступление. Весь оставшийся февраль и первую декаду марта 1942 года 54-я армия прогрызает оборону противника у Погостья и на юго-восток от него, а также западнее, 8 февраля прорвашись[24] через железную дорогу к Виняголово. Бои велись за каждый опорный пункт, которые были оборудованы в деревнях, таких как Дубок, Шала, разъезде Жарок.
Наступление на Любань

26 февраля Ставка приказала усилить армию и не позднее 1 марта перейти в наступление, но уже не на Тосно, а согласно изменившимся в более реальную сторону планам — на Любань, где армия должна была соединиться с войсками 2-й ударной армии. 28 февраля в армию был передан 4-й гвардейский стрелковый корпус, усиленный 98-й танковой бригадой[25].

10 марта были достигнуты некоторые успехи: 285-я стрелковая дивизия преодолевает железную дорогу у разъезда Жарок; также сопротивление противника было сломлено в полосе 281-й, 198-й и 11-й дивизий. 12 марта введённая в бой свежая 294-я стрелковая дивизия с танками 16-й танковой бригады берёт деревню Шала, 14 марта 115-я и 285-я стрелковые дивизии наконец берут разъезд Жарок. Это наступление войск армии сорвало план немецкого наступления против Волховского фронта, запланированного на 13 марта, поскольку немецкое командование было вынуждено перебросить войска.

16 марта в бой был введён 4-й гвардейский стрелковый корпус, и армия продолжила наступление в направлении Любани на населённые пункты Кондуя, Смердыня, Кородыня, освободив которые, к концу марта сумела выйти к реке Тигода, что приблизительно в 15 километрах от Любани и в 30 километрах от войск 2-й ударной армии. Там противник, используя резервы, остановил войска армии. Все дальнейшие попытки прорвать немецкую оборону остались безуспешными, равно как и попытки расширения зоны прорыва по флангам.

Таким образом, 54-я армия не смогла соединиться в Любани с войсками Волховского фронта, и операция в целом была обречена; в середине апреля армия перешла к обороне. Результатом действий армии в течение 4 месяцев стал прорыв обороны по железной дороге и захват территории в глубину до 20 километров, по фронту до 22 километров. Горловина прорыва по железной дороге составляла всего 15 километров, из них 8 — болота[22].
Итоги операции

Операция 2-й ударной, 52-й, 59-й и 54-й армий оказала заметную поддержку защитникам Ленинграда, которые могли не выдержать нового штурма, оттянула на себя более 15-ти дивизий противника (в том числе 6 дивизий и одна бригада были переброшены из Западной Европы), позволила советским войскам под Ленинградом захватить инициативу. При этом следует отметить, что немецкое командование не планировало на начало 1942 года какие-либо действия по штурму Ленинграда. В этом смысле более объективной представляется версия о том, что советское наступление сорвало планируемое на весну — лето повторное наступление немецких войск на Тихвин с целью их соединения с финскими войсками на Свири[4]. По-видимому, это стало единственным оперативным достижением советских войск.

Командование 18-й немецкой армии отмечало[26][27], что «если бы этот прорыв сочетался с фронтальным ударом Ленинградского фронта, то значительная часть 18-й армии была бы потеряна, а остатки её были бы отброшены на запад». Однако Ленинградский фронт не мог тогда нанести встречный удар.

С точки зрения достижения целей, которые советское командование наметило для операции, она окончилась провалом на всех направлениях. Территориальные приобретения свелись к нескольким плацдармам на Волхове и небольшом вклинении в районе Погостья[28]. Не были выполнены ни минимальная задача в виде разгрома группировки немецких войск на Волхове, ни деблокада Ленинграда, ни тем более глобальная задача в виде разгрома Группы армий «Север» и выхода на фронт у Луги[4].
Причины неудачи операции

Неудачное завершение Любанской операции явилось результатом как объективных, так и субъективных причин. К объективным причинам относятся, прежде всего, значительный перевес врага в технических средствах и обеспеченности боеприпасами, несмотря на многократное преимущество советской армии в личном составе, а также ошибки советского командования в организации боевых действий, причём на всех уровнях. В связи с этим участник боёв у Мясного Бора маршал авиации А. П. Силантьев отмечал[26]:

Когда 2-я ударная армия гибла в волховских болотах, мы видели, что это результат просчета и Верховного Главнокомандования. Я полгода висел над этой армией и потерял там много боевых товарищей. Гибель армии была величайшей трагедией тысяч солдат и офицеров, всю вину за которую потом свалили на изменника генерала Власова. Нелепо оправдывать предателя, но истина в том, что армия ему досталась уже в катастрофическом состоянии.

По мнению историка Б. И. Гаврилова, судьбу 2-й ударной армии во многом определили просчёты в планировании всей зимней кампании 1942 году, допущенные Ставкой и лично И. В. Сталиным: выдвигались нереальные сроки проведения важнейших операций, а необеспеченные материальными и людскими ресурсами стратегические резервы распылялись по нескольким фронтам и направлениям. Это привело к катастрофам под Вязьмой, в Крыму, под Харьковом, в Мясном Бору, а затем завершилось прорывом немцев к Сталинграду и Кавказу. В частности[26]:

Невысокий уровень стратегического руководства применительно к Волховскому фронту проявился в приказе Ставки ввести 2-ю ударную армию в узкую щель, едва пробитую в обороне врага. Глубоко ошибочными оказались и дальнейшие распоряжения Сталина, когда неосмотрительная поспешность сменилась чрезмерным промедлением с приказом о выводе армии из окружения. Может быть, Сталин сознательно жертвовал окруженной армией, рассчитывая до последней возможности отвлекать на неё вражеские войска непосредственно из-под Ленинграда? Отрицательную роль в проведении Любанской операции сыграла также неспособность Ставки наладить взаимодействие Волховского фронта с 54-й армией Ленинградского фронта, между тем как именно обеспечение взаимодействия фронтов и составляет одну из прямых функций Ставки. План общего наступления 54-й и 2-й ударной армий Ставка разработала только к 28 февраля, когда наступление волховцев на Любань уже выдохлось. Другим крупным просчётом Сталина явилось решение ликвидировать Волховский фронт, что в свою очередь имело тяжёлые последствия.

К субъективно-объективным факторам относится слабая профессиональная подготовка представителей высшего и среднего командного состава, что усугубило все прочие недостатки в осуществлении Любанской и других операций 1942 года.

К субъективному фактору относится негативное воздействие на руководство волховских армий со стороны представителей Ставки в штабе Волховского фронта Л. З. Мехлиса, К. Е. Ворошилова и Г. М. Маленкова. Подчеркивается, что их задача заключалась не в координации действий Волховского и Ленинградского фронтов, а в оказании давления на К. А. Мерецкова и командующих армиями, чтобы «любой ценой» выполнить приказы И. В. Сталина. Это приводило к неоправданным потерям в людях и средствах. По мнению Б. И. Гаврилова[26]:

Представители Ставки ничем не улучшили положение Волховского фронта и 2-й ударной армии. Мехлис, Ворошилов и Маленков по своим способностям могли выполнять лишь задачи партийных комиссаров, но непосредственное руководство войсками было выше их сил.

Историк Н. Б. Олейник выделяет следующие причины неудачи операции: ошибочная оценка ситуации на советско-германском фронте в целом, реорганизация Волховского фронта, неподготовленность как командования и личного состава, так и экономики страны к операции, слишком сжатые сроки, отсутствие согласованности фронтов, крупные недочёты в управлении войсками, отсутствие внимания к подготовке и контрдействиям противника, отсутствие надлежащей дорожной сети[29].

Командующий Ленинградским фронтом и группой войск волховского направления Ленинградского фронта (расформированного Волховского фронта) Михаил Семёнович Хозин[30] видит причины поражения в действиях всех уровней управления войсками (Ставки и командного состава армий), кроме уровня фронта[31]:
Потери
СССР

Согласно исследованию «Россия и СССР в войнах XX века» безвозвратные потери Волховского фронта и 54-я армия Ленинградского фронта во время Любанской операции с 7 января по 30 апреля 1942 года составили 95 064 человек, санитарные — 213 303 человек, всего — 308 367 человек (94,67 %). Таким образом, за время операции не погиб, не попал в плен или не был ранен только один из двадцати человек (5,33 %).

Официальная цифра оспаривается. Так, некоторые историки оценивают потери советских войск в 156—158 тысяч человек погибших (с учётом последовавшей Операции по выводу из окружения 2-й ударной армии)[29].
Германия

Немецкие потери были существенно меньше, но установить их не удалось. Можно судить об общих немецких потерях по данным о потерях отдельных частей и подразделений. Так, 215-я пехотная дивизия, которая находилась на острие прорыва 2-й ударной армии, за период с 23 ноября 1941 года (принимала участие в боях против 52-й армии в ходе обороны в районе Малой Вишеры) до 18 июля 1942 года (то есть принимала участие в боях по уничтожению остатков 2-й ударной армии) потеряла всего 961 человека убитыми (среди них 20 офицеров), 3119 ранеными (из них 64 офицера), 180 пропавшими без вести (унтер-офицеры и солдаты)[32]. Для сравнения, прибывшая несколько позднее на Волхов 376-я стрелковая дивизия, имевшая к началу операции 10 530 человек личного состава, на 1 июня 1942 года насчитывала только 4580 человек, при этом за время операции дивизия четырежды пополнялась (если исходить из того, что 1248-й стрелковый полк получил 3947 человек пополнения, то можно говорить о том, что три полка и иные подразделения получили по самым скромным оценкам не менее 10 000 человек). Также о потерях немецких войск можно судить по потерям всей группы армий «Север» с января по апрель 1942 года, которые составили 103 773 человека убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Но при этом следует иметь в виду, что помимо боёв в ходе Любанской операции, группа армий «Север» в тот период вела тяжёлые и кровопролитные бои под Демянском и Холмом, отражая наступление советских войск, а также удерживала кольцо вокруг Ленинграда и вокруг Ораниенбаумского плацдарма.
Примечания

↑ Показывать компактно

Кривошеев, 2001.
↑ Barbarossa to Berlin: A Chronology of the Campaigns on the Eastern Front 1941 to 1945 (Том 1), Brian Taylor, Spellmount, 2002 ISBN 1862272069
Бешанов, 2005.
Исаев, 2005.
↑ Шигин, 2005, с. 112.
Шигин, 2005, с. 115.
Гальдер, с. 421.
↑ Хаупт, 2005, с. 121.
↑ Добров А. С. Попытки захватить плацдарм на берегу Волхова. world-war.ru — Непридуманные рассказы о войне (13 июля 2011 года). Проверено 17 мая 2012. Архивировано из первоисточника на WebCite 27 июня 2012 года.
Гаврилов, 1999.
↑ Рапопорт В. Н. Война. Пропади она пропадом! — М.: Яуза-Пресс, 2009. — 416 с. — ISBN 978-5-9955-0115-2
↑ Хаупт, 2005, с. 140.
Иванова, 2009, с. 512.
Хозин М. С.Об одной малоисследованной операции // Военно-исторический журнал. — 1966. — № 2.
↑ Гальдер, 2001, с. 622.
↑ Хаупт, 2005, с. 150.
↑ Хаупт, 2005, с. 147.
Иванова, 2009, с. 229.
↑ Иванова, 2009, с. 178.
↑ Иванова, 2009, с. 237.
↑ Василевский, 1978, с. 183—184.
Прокофьев И. Г. Огромным погостом отважной пехоты в безвестных болотах случилось Погостье. soldat.ru. Проверено 17 мая 2012. Архивировано из первоисточника на WebCite 27 июня 2012 года.
↑ Шигин, 2005, с. 132.
↑ Стахов, 2001, с. 161.
↑ Шигин, 2205, с. 113.
Гаврилов, 1999.
↑ История ордена Ленина Ленинградского военного округа. — М., 1974. — С. 280—281.
↑ Шигин, 2005, с. 145.

Олейник Н. Б. Битва за Ленинград: исследование событий и анализ потерь в Любанской наступательной операции (январь — июль 1942 года). — СПб., 2006. — 188 с.
↑ Был снят с должности командующего Ленинградского фронта 8 июня 1942 года с формулировкой «За невыполнение приказа Ставки о своевременном и быстром отводе войск 2-й ударной армии, за бумажно-бюрократические методы управления войсками, за отрыв от войск, в результате чего противник перерезал коммуникации 2-й ударной армии и последняя была поставлена в исключительно тяжёлое положение» ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА -[ Военная история ]- Исаев А. Краткий курс истории ВОВ. Наступление маршала Шапошникова
↑ Хозин М. С. Об одной малоисследованной операции
↑ Шельм В., Мерле Х. Мемуары о боях 215-й Вюртемберг-Баденской пехотной дивизии / Пер. В. Н. Папешин. — Штутгарт: Союз ветеранов 215-й дивизии.

Литература
Мемуары

Трагедия Мясного Бора: Сборник воспоминаний участников и очевидцев Любанской операции / Сост. Иванова И. А.. — СПб., 2005. — 463 с. — ISBN 5-7325-0849-X.
Василевский А. М. Дело всей жизни. — М: Политиздат, 1978. — 552 с.
Гальдер Ф. От Бреста до Сталинграда. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск 1941—1942 годов. — Смоленск: Русич, 2001. — 656 с. — (Мир в войнах). — ISBN 5-313-00026-8.
Стахов Х. Г. Трагедия на Неве. Шокирующая правда о блокаде Ленинграда. 1941-1944 / Пер. Ю. Лебедева. — М.: Центрполиграф, 2008. — 416 с. — (За линией фронта. Мемуары). — ISBN 978-5-9524-3660-2.
Хаупт В. Группа армий «Север». Бои за Ленинград. 1941 - 1944. / Пер. Е. Захарова. — М.: Центрполиграф, 2005. — 384 с. — (За линией фронта. Мемуары). — ISBN 5-9524-1672-1.

Исторические исследования

Агапов М. М. Любанская операция (ход боевых действий и мужество воинов). Часть 1 Наступательная операция (07.01.1942 г.- 30.04.1942 г.) М.2005 −294с.; Часть 2 Оборонительная операция и операция по выводу войск 2-й ударной армии из окружения (30.04.1942 г.-10.07.1942 г.) М:Комтехпринт 2010 — 311с; Часть 3 Документы Ставки ВГК, Генерального штаба Красной Армии и фронтов (имеющие отношение к Любанской операции) М:Комтехпринт 2009—156 с.
Бешанов В.В. Ленинградская оборона. — М.: АСТ, 2005. — 480 с. — ISBN 5-17-013603-X.
Гаврилов Б. И. «Долина смерти». Трагедия и подвиг 2-й ударной армии. — М.: ИРИ РАН, 1999. — 304 с. — ISBN 5-8055-0057-4.
Гаврилов Б. И. Через «Долину смерти»: подвиг и трагедия воинов Волховского фронта, январь — июнь 1942 года. — М.: ИРИ РАН, 2002. — Т. 1. Воспоминания и материалы. — 298 с.
Исаев А. В. Краткий курс истории ВОВ. Наступление маршала Шапошникова. — М.: Эксмо, 2005. — 384 с. — ISBN 5-699-10769-X.
Кривошеев Г. Ф. Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооружённых сил: Статистическое исследование. — М.: Олма-Пресс, 2001. — 320 с. — ISBN 5-17-024092-9.
Шигин Г. А. Битва за Ленинград: крупные операции, «белые пятна», потери / Под ред. Н. Л. Волковского. — СПб.: Полигон, 2004. — 320 с. — ISBN 5-17-024092-9.

Художественная литература

Гагарин С. С. Мясной Бор. — СПб.: Воениздат, 1991. — 607 с. — ISBN 5-203-00936-8.
Николай Никулин Воспоминания о войне.-СПб.: Информационно издательский центр ОАО "Петроцентр" 2015.-240с.

Фотоматериалы

Георг Гундлах. Волховская битва. Документы ужаса: 1941—1942 год. Фотоальбом. 1942.

Ссылки

Любанская наступательная операция, 7 января — 30 апреля 1942 г.
Любанская операция
Любанская наступательная операция, 7 января — 30 апреля 1942 г. Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооружённых сил. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001
Воспоминания Н. И. Орлова о Долине смерти. 1980-е годы.
Вальтер Шельм, Ханс Мэрле. Мемуары о боях 215-й Вюртемберг-Баденской пехотной дивизии = ERINNERUGSBUCH DER 215. I.D. Штутгарт: Союз ветеранов 215-й дивизии. Перевод: В. Н. Папешин.

Видео

Logo YouTube por Hernando.svg Вторая Ударная. Преданная армия Власова Документально-публицистический фильм А. Пивоварова (2011).

НТВ

17.05.2017, 14:19

AAQd7ivEylQ
https://www.youtube.com/watch?v=AAQd7ivEylQ

Бессмертный полк

18.05.2017, 08:26

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3326.jpg
Юго-западный фронт (Тимошенко, Семён Константинович). Северная ударная группа. Для отражения продолжавшегося натиска на 28-ю армию генерал Д. И. Рябышев вынужден был ввести в сражение основные силы 3-го гвардейского кавалерийского корпуса. Теперь северная группа израсходовала все свои резервы и 17 советских дивизий и 8 танковых бригад отражали атаки пяти пехотных и двух танковых дивизий противника.

Южная ударная группировка. На левом ударном крыле фронта войска 6-й армии в ночь на 17 мая восстановили на Берестовой разрушенные мосты. С утра 17 мая командующий ввёл 21-й и 23-й танковые корпуса в действие, стремясь развить удар на Харьков с юга. Ломая вражеское сопротивление, танкисты вклинились на 12-15 километров в оборону противника и перерезали в районе станции Власовка железную дорогу Харьков — Красноград. Благодаря их успехам войска 6-й армии продвинулись на 6-10 километров. Армейская группа генерала Л. В. Бобкина в этот день вела тяжёлые затяжные бои за Красноград. Но она далеко оторвалась от тыловых баз и ощущала острый недостаток в боеприпасах.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3328.jpg
Южный фронт (Р. Я. Малиновский) 9-я армия (Ф. М. Харитонов). На рассвете этого дня началась артиллерийская и авиационная подготовка в полосе обороны 9-й армии. Она длилась полтора-два часа. После этого пехота и танки противника ринулись в атаку при поддержке 400 самолётов на двух направлениях: из района Андреевки на Барвенково и со стороны Славянска на Долгенькую. Обходя опорные пункты и заграждения, вражеские подвижные группы устремились на фланги и тылы частей и соединений 9-й армии. К 8 часам утра её оборона на обоих направлениях была прорвана: на барвенковском на глубину 6-10 километров, на славянском — на 4-6 километров. Непрекращавшиеся в течение дня налеты авиации серьёзно нарушили управление войсками. Вражеские войска уже к полудню продвинулись вглубь нашей обороны на изюмском и барвенковском направлениях на 20 километров, проникнув на южную окраину Барвенкова и в район Голой Долины. В этих условиях части и соединения 9-й армии вынуждены были вести бои изолированно, без взаимодействия между собой и с резервами армии и фронта.

К 17 часам противник, смяв подразделения 1118-го полка 333-й стрелковой дивизии и 34-й кавалерийской дивизии, захватил Барвенково, за исключением северо-западной части города, находящейся на противоположном берегу реки Сухой Торец. Встретив здесь отпор частей 341-й дивизии, гитлеровцы стали продвигаться на восток вдоль реки. 34-я кавдивизия полковника Алексея Николаевича Инаури начала отход к северу и к исходу дня вместе с подразделениями 106-й дивизии заняла оборону по рубежу Ильичовка, Краснозоревка, Григоровка, преградив немецким войскам путь на Изюм. На левом фланге 9-й армии танковые части врага к 14 часам вышли в район Долгенькая, Голая Долина. Группы немецких танков и пехоты, посаженной на броню и автомашины, стали распространяться в западном и восточном направлениях, охватывая части 5-го кавкорпуса генерал-майора И. А. Плиева в районе Ильичовка, Курулька,Дубровка. Они стремились выйти к переправам через Северский Донец у Богородичного и Банновского, но эти намерения гитлеровцам не удались.

Командование Южного фронта, потеряв связь с подчинёнными войсками, более или менее разобралось в обстановке и сообщило о ней главкому только к исходу дня. К этому времени своим танковым кулаком Клейст не только завершил прорыв нашей тактической обороны, но и добился успехов оперативного значения. На стыке двух армий Южного фронта между Новопригожим и Барвенково образовался второй разрыв шириной 20 километров. Сразу же после получения тревожных сообщений маршал С. К. Тимошенко известил о сложившейся обстановке Ставку Верховного Главнокомандования и просил основательно укрепить Южный фронт резервами. С. К. Тимошенко приказал перебросить из полосы 6-й армии генерала А. М. Городнянского дополнительно ещё и 21-й танковый корпус, а вслед за ним 248-ю стрелковую дивизию. При этом он подтвердил свой первоначальный приказ войскам Юго-Западного фронта о продолжении на следующий день наступления на Харьков.

Бессмертный полк

18.05.2017, 08:44

https://polkrf.ru/news/1347/orujie_pobedyi_mohnatyie_soldatyi
https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/9361.jpg?crop
17 мая 2017

Они шли с человеком, бок о бок, а в трудные времена выходили вперед. Они делили с человеком окоп и паек...

Собаки на войне — герои, которые наряду с техникой и боевыми частями Красной Армии прошли торжественной колонной на историческом Параде Победы 24 июля 1945 года. Мягко ступая упругими сильными лапами, они шагали рядом со своими проводниками-солдатами, у левой ноги, четко держа равнение, будто понимая всю значимость момента. А может быть действительно понимали... Красная площадь видела много парадов, но только один раз, на Параде Победы, по ней прошел целый сводный батальон собак.

Собаки уже долгое время наравне с людьми выполняют боевые задачи по охране нашей Родины. С появлением огнестрельного оружия роль четвероногих бойцов значительно снизилась, однако, несмотря на это, собаки были и остаются незаменимыми в своем деле. Известно, что, например, в годы русско-японской войны 1904-1905 гг. в некоторых частях российской армии собак использовали в санитарных и сторожевых целях.

Родоначальником служебного собаководства в Советском Союзе считают кинолога Всеволода Языкова. Он написал множество книг по дрессировке и использованию собак на фронте. Позже разработанные им методы использовались в качестве основ теоретических и практических занятий с псами в армии.

Еще в 1919 году именно Языков впервые обратился в Штаб Красной Армии с предложениями о принципах организации служебного собаководства в РККА. Но только спустя пять лет, 23 августа 1924 года, вышел приказ Реввоенсовета СССР № 1089, согласно которому в Москве при Высшей стрелково-тактической школе «Выстрел» организуется Центральный учебно-опытный питомник-школа военных и спортивных собак. Первым начальником школы был назначен Никита Евтушенко.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9362.jpg
Памятник «Военный инструктор с собакой» скульптора С. Щербакова, расположенный в Москве, в Терлецкой дубраве, где в годы войны располагался питомник служебного собаководства.

Питомник получил название «Красная звезда». Центр дал толчок к созданию клубов служебного собаководства в системе ОСОАВИАХИМА, предшественника ДОСААФ и РОСТО. В специалистах поначалу был огромный дефицит, привлекались охотники, работники уголовного розыска и даже цирковые дрессировщики. Для популяризации этого благого дела осенью 1925-го года была организована Всесоюзная выставка сторожевых пород, широко освещенная прессой.

Курсанты питомника продемонстрировали с участием собак очень эффектный постановочный бой со стрельбой и дымовой завесой. Вскоре после этого по всей стране в системе ОСОАВИАХИМа стали появляться клубы и секции служебного собаководства. Изначально четвероногих друзей тренировали для разведки, сторожевых, связных и санитарных нужд. Начиная с тридцатых годов, собак стали обучать подрыву танков. А в начале 1935-го года собаки уже проходили испытания на пригодность к диверсионной деятельности.

Псов сбрасывали в специальных коробах с парашютом. На спине у них были закреплены седла со взрывчаткой, которую они должны были доставить к предполагаемым объектам противника. Гибель собаки при этом не подразумевалась, поскольку она могла легко освободиться от седла благодаря особому механизму. Проведенные испытания показали, что собаки вполне могут выполнять такие акты диверсионной деятельности, как подрыв автобронетанковых средств, железнодорожных мостов и различных сооружений.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9363.jpg
Советские военные собаководы отдельного батальона связи со связными собаками

К сожалению, в 1938 году Языков погиб в горниле сталинских репрессий. Уже к началу 1941 года эта школа готовила собак по 11 видам служб. Немцы с завистью констатировали, что «нигде военные собаки не применялись столь эффективно, как в России».

Первое боевое крещение наши псы прошли в 1939-ом году, приняв участие в уничтожении японских войск на Халхин-Голе. Там они использовались в основном для сторожевых и связных целей. Потом была Финская война, где собаки успешно находили спрятавшихся на деревьях снайперов-«кукушек».

Когда началась Великая Отечественная война, на учете Осоавиахима по всей стране стояло более сорока тысяч служебных собак. Только клубы Московской области сразу отправили на фронт более четырнадцати тысяч своих питомцев. Специалисты клубов проделали огромную работу по подготовке специального снаряжения для собак. Многие из псов в качестве вожатых-санитаров ездовых подразделений отправились на передовую. Помогали и остальные клубы служебного собаководства, а также простые граждане.

Для обучения необходимой воинской профессии принимались среднеазиатские, немецкие, южнорусские, кавказские овчарки, лайки любых разновидностей, гончие и метисы этих пород. На территории Украины и Северного Кавказа сражались и другие породы: короткошерстные и жесткошерстные континентальные легавые, доги, сеттеры, борзые и их метисы. В годы войны пополнение в собачьих войсках проходило в большинстве случаев прямо на месте за счет изъятия псов у населения или захвата у противника.

По некоторым оценкам всего в Великой Отечественной войне с нашей стороны приняло участие около семидесяти тысяч четвероногих друзей человека, из которых было сформировано 168 отдельных отрядов. Породистые и не очень, большие и малые, гладкие и лохматые собаки внесли свой вклад в Победу. От Москвы и до самого Берлина они прошагали бок о бок вместе с русскими солдатами...
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9364.jpg
Советские солдаты-вожатые ведут собак-истребителей танков

На всех военных фронтах было обучено и сформировано в специальные боевые подразделения: 17 батальонов собак-минеров; 14 отрядов собак — истребителей бронетехники; 37 батальонов ездовых собак; 2 специализированных отряда; 4 батальона связных отрядов.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9365.jpg
Война - войной, а обед по расписанию...

Рассказать про всех собак, проявивших героизм на поле боя, невозможно, но среди них есть те, о которых необходимо упомянуть обязательно...

Джульбарс — немецкая овчарка, служившая в 14-й штурмовой инженерно-саперной бригаде. Собака была отлично обучена всем видам службы, однако, обладая феноменальным чутьем, особо отличилась в поиске мин. В военных архивах хранится справка, в которой говорится о том, что с сентября 1944-го по август 1945-го, принимая участие в разминировании зданий и сооружений на территории Румынии, Чехословакии, Венгрии и Австрии, Джульбарс обнаружил 468 мин и 150 снарядов!

В конце войны Джульбарс был ранен, но все же попал в числе других четвероногих бойцов в список участников Парада Победы. 24 июня 1945 года главный кинолог страны подполковник Александр Мазовер нес героическую овчарку с перебинтованными лапами на руках мимо трибун, получив разрешение от командования не чеканить шаг по брусчатке и не отдавать честь. Джульбарс стал единственной собакой, удостоенной за свои фронтовые подвиги и верную службу медали «За боевые заслуги».

Джульбарс был личной собакой старшего лейтенанта Дины Соломоновны Волкац, жены командира 37-го ОБР. Обученный своей хозяйкой всем видам служб, которые тогда только существовали, «Жулик», как его называла Дина Соломоновна, особенно хорошо владел искусством поиска мин. А еще после войны Джульбарс снялся в фильме «Белый Клык».
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9366.jpg
Михаил Лусто (слева) и Евгений Мариинский с собакой Джульбарсом. 1945 г.

Дина — первая собака диверсант. В Центральной школе военного собаководства Дина прошла курс обучения истребителя танков. Затем в батальоне собак-миноискателей Дина приобрела вторую специальность — минера, а затем освоила третью профессию — диверсанта.

Овчарка Дина, принимая участие в «рельсовой войне» в Белоруссии, осенью 1943 года успешно выполнила боевую задачу: выскочила на рельсы перед приближающимся немецким воинским эшелоном, сбросила вьюк с зарядом, зубами выдернула чеку капсюля-воспламенителя, скатилась с насыпи и умчалась в лес. Дина была уже рядом с минерами, когда прогремел взрыв, взорвавший эшелон.

В краткой сводке говорилось: «19 августа 1943 года на перегоне Полоцк—Дрисса подорван эшелон с живой силой противника. Уничтожены 10 вагонов, выведен из строя большой участок железной дороги, от взорвавшихся цистерн с горючим на всем участке распространился пожар. С нашей стороны потерь нет».

Так успешно закончилась уникальная и пока единственная в боевой практике операция с применением собаки-диверсанта. В конце войны Дина еще дважды отличалась при разминировании города Полоцка, где в одном из случаев нашла в кроватном матрасе в немецком госпитале мину-сюрприз.

После войны Дину прикомандировали к музею боевой славы. Здесь она и дожила до глубокой старости. В музее военной славы школы военного собаководства на специальном стенде, посвященном операции 19 августа 1943 года, висят фотографии всех участников операции, включая Дину.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9367.jpg
Сержант Филатов и Дина (справа) с друзьями

Тысячи раненых солдат обязаны своим спасением собакам-санитарам. Чуткие, верные и выносливые псы с прикрепленными на спинах медицинскими сумками находили истекающих кровью бойцов в воронках и развороченных окопах. Они по-пластунски подползали к раненому, ждали, когда тот достанет перевязочный пакет и перевяжет рану, а потом отправлялись к другому.

Санитарная собака Мухтар, проводником которой был ефрейтор Зорин, за годы войны вытащила с полей сражений более 400 раненых воинов. Спас Мухтар и своего проводника, когда того контузило от разорвавшейся вблизи бомбы. Собаки-санитары умели отличить живого человека от погибшего, находили того, кто был без сознания, и лизали ему лицо до тех пор, пока боец не приходил в себя, согревали в холода тех, кто замерзал и был без сил.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9368.jpg
Мухтар и вожатый Зорин

Знаменит ленинградский рыже-белый колли Дик. В личном деле записано: «Родился 8 июля 1939 года, призван на службу из Ленинграда и обучен минно-розыскному делу. За годы войны обнаружил более 12 тысяч мин, принимал участие в разминировании Сталинграда, Лисичанска, Праги и других городов. Главный подвиг Дик совершил в Павловске». Это было так. За час до взрыва Дик обнаружил в фундаменте дворца фугас в две с половиной тонны с часовым механизмом. После Великой Победы легендарный пес, несмотря на множественные ранения, был неоднократным победителем выставок собак. Пес-ветеран дожил до глубокой старости и был похоронен с воинскими почестями, как и подобает герою.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9369.jpg
Дик - заслуженный сапер

Обладая отменным чутьем, слухом и зрением, собаки помогали разведчикам находить в тылу противника безопасные проходы, скрытые огневые точки и засады.

Начальник штаба 2-го отдельного полка специальной службы (до марта сорок третьего — 23-й отряд собак истребителей танков) майор Федор Михайлович Лужков вспоминал о собаке по кличке Джек из Свердловского клуба служебного собаководства, с которой работал ефрейтор Новелла Хайбуллович Кисагулов. Со своим питомцем он 12 раз выходил в тыл немцев, на его счету было более 20 «языков» (пленных офицеров, обладающих оперативной информацией и важными сведениями). Однажды Джек помог ефрейтору взять в плен ценного «языка» прямо из Глогау — старинной крепости на Одере, считавшейся важнейшим опорным пунктом гитлеровцев.

Стоит отметить, что разведчики и их собаки всегда пользовались особым вниманием и уважением у бойцов, которые справедливо полагали, что вылазка в тыл врага будет результативнее, если с группой разведчиков идет проводник с собакой.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9370.jpg
Разведчики

Пес по кличке Бульба работал связным на фронте. За все время войны передал более 1,5 тысяч депеш и положил сотни километров кабеля. А научил его этому ремеслу лагерный вожатый Терентьев. Нередко он вместо документов доставлял на передовую боеприпасы.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9371.jpg
Бульба: патроны, вода и депеши для передовой.

Хочется особенно отметить ездовых собак, которые во время Великой Отечественной войны были очень важной частью транспортного соединения между армейскими подразделениями как в зимний, так и в летний период. С помощью ездовых упряжек вывозили раненых с поля боя, доставляли подкрепление и боеприпасы на огневые позиции.

Особенно эффективными упряжки были зимой в условиях бездорожья и снежных сугробов. Ездовые подразделения собак, а это около 15 тыс. упряжек, за время войны вывезли из поля боя более 6500 тыс. раненых, привезли на позиции более 3,5 тонн боеприпасов и амуниции, а также доставили несчетное количество продуктов питания.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9372.jpg
Собаки на волокуше доставили раненого, которого уже забирают в госпиталь, Германия 1945

В связи с этим сразу же вспоминается имя рядового Дмитрия Трохова. За три года на собачьей упряжке во главе с лайкой Бобиком он вывез с передовой 1580 раненых. Он был награжден орденом Красной Звезды, тремя медалями «За отвагу». Стоит отметить, что санитару за 80 человек, вынесенных с поля боя, присваивали звание Героя Советского Союза.

Начальник санитарной службы 855-го стрелкового полка отмечал: «Санитарные упряжки имеют большую возможность маскироваться. Каждая упряжка заменяет минимум 3-4 санитара. Эвакуация при помощи санупряжек осуществляется быстро и безболезненно для раненых».

29 августа 1944 года начальник Главного военно-санитарного управления Красной Армии сообщал в приветственном письме по случаю двадцатилетия Центральной школы: «За истекший период Великой Отечественной войны на собаках было вывезено 500 тысяч тяжело раненных офицеров и бойцов, и теперь этот вид транспорта получил общее признание».

Благодаря сообразительности и выучке собачьи команды могли действовать поразительно слаженно, инициативно и эффективно.

Вот как описала работу такого «подразделения» во время снятия блокады в 1944 году Тамара Родионовна Овсянникова, служившая связисткой в 268-й стрелковой дивизии: «...Я взяла катушку, и побежала по этому полю около железной дороги... И вдруг смотрю — вроде как волки, две собаки. Смотрю — волокуша, раненый лежит, и они вокруг раненого вертятся, вертятся. Я волокушу подтащила им. Собака легла рядом с раненым, а у нее на боку санитарная сумка — раненый себе ногу перевязал, я им помогла его на волокушу погрузить, они впряглись, и потащили его. Вот так я в первый раз увидела собак-санитаров. Это меня поразило очень. С тех пор я собак очень уважаю...». За всю войну с помощью ездово-нартовых отрядов было спасено свыше 600 тыс. человеческих жизней. Вдумайтесь в эту цифру...
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9373.jpg
Они спасли сотни тысяч людей...

А еще собаки служили живыми талисманами, помогали солдатам преодолевать тяготы войны, а иногда и просто воевали вместе с ними.Среди отступавших порядков Красной армии был отдельный батальон Коломенского пограничного отряда, располагавший 250 служебными собаками.

В ходе затяжных боев майору Лопатину было предложено распустить хвостатых бойцов — овчарок. Их нечем было кормить. Командир нарушил приказ и оставил четвероногих бойцов в отряде.

В самый критический момент нескончаемых немецких атак близ села Легедзино, когда он почувствовал, что больше не устоять... послал в атаку собак. Старожилы села вспоминали истошные крики, лай собак, звучавшие окрест. Даже смертельно раненные четвероногие бойцы не отпускали врага. Не ожидавшие такого оборота, немцы отступили.

Прошли годы и благодарные потомки 9 мая 2003 года на окраине села установили памятник в честь пограничников и их четвероногих помощников.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9374.png
«Остановись и поклонись. Тут в июле 1941 года поднялись в последнюю атаку на врага бойцы отдельной Коломыйской пограничной комендатуры. 500 пограничников и 150 их служебных собак полегли смертью храбрых в том бою. Они остались навсегда верными присяге, родане.

Долгое время почему-то ошибочно считалось, что во время Великой Отечественной войны, люди только и делали, что воевали и совершали трудовые подвиги в тылу, а собак готовили исключительно для фронта — бросали на передовую, чтобы искать мины и подрывать танки и эшелоны, делали из них «камикадзе». Но это далеко не так. Собакам выдавались пайки, проводились выставки и полевые испытания охотничьих собак. Четвероногие друзья были для бойцов защитниками, опорой, поддержкой и спасением, они отвечали людям верностью, преданностью — теми качествами, которых, к сожалению, очень мало в нашей современности среди людей.

Будем помнить их подвиг!
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/9375.jpg
Саперы-кинологи на параде Победы

Редакция сайта благодарит М. Заварзину за предоставленные материалы

Чистый исторический интернет

18.05.2017, 14:39

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DABVoPeXcAAajAb.jpg
17 мая 1942 подставляя под огонь лобовую броню КВ, танкист Фокин вплотную подошел к 11 нем.танкам и подбил 8 из них

Совинформбюро

18.05.2017, 14:43

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/17/2781/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 17 МАЯ

В течение ночи на 17 мая на Керченском полуострове продолжались бои в районе города Керчь. На Харьковском направлении ваши войска вели наступательные бои. Надругих участках фронта чего-либо существенного не произошло.

На Харьковском направлении наши войска успешно развивают наступление.Немецкие войска несут огромные потери в живой силе и технике. Гвардейцы под командованием тов. Родимцева уничтожила около 500 гитлеровцев, захватили у противника 35 орудий, из них 15 тяжёлых, подбили и уничтожили 15 танков. Другая наша часть заняла ряд населённых пунктов и уничтожила 900 немецких солдат и офицеров. Взяты пленные. Захвачены трофеи: 28 орудий, 20 миномётов, 45пулемётов, несколько складов с боеприпасами и продовольствием. На другом участкенаши гвардейцы и танкисты отбили контратаку немцев и подбили в бою 42 танка противника.

На одном из участков Калининского фронта пехота противника атаковала одно наше подразделение. Наши бойцы под командованием тов. Момыш-Улы встретили немцев огнём из миномётов и пулемётов, затем перешли в контратаку и отбросилигитлеровцев. На поле боя осталось более 120 вражеских трупов. Выведены из строя2 немецких танка.

Зенитчики под командованием тов. Кириченко на днях рассеяли две группынемецких бомбардировщиков и метким огнём сбили 6 самолётов противника.

За истекшую неделю над передней линией Южного фронта ружейно-пулемётным огнём наших бойцов сбито 7 немецких самолётов.

Пленный солдат 9 роты 56 полка 6 немецкой пехотной дивизии Август Лер рассказал: «В одном бою 9 рота потеряла около 100 человек убитыми и ранеными.Другие роты понесли также крупные потери. Убито много офицеров, в том числеобер-лейтенант Зауэр. Каждую ночь нас бомбила русская авиация. Недавно полк получил пополнение из дивизионного резерва и опять был брошен в наступление. Всенаши атаки кончились плачевно. После этих боев в ротах осталось по 20—30человек. Выбыло из строя много офицеров. Командир роты убит, а заменивший его лейтенант ранен».

Пленный солдат испанской «Голубой дивизии» Висенте Монтес де ля Россарассказал: «Три года я просидел в тюрьме. Чтобы вырваться оттуда, я записался добровольцем в «Голубую дивизию». То, что я увидел на фронте, меня крайне поразило. От «Голубой дивизии» уцелели жалкие остатки. Солдаты опустились: не мылись по нескольку месяцев. Все обросли бородами. Шинели, брюки совсем изорвались. Настроение у всех подавленное».

Немецкому унтер-офицеру Геллеру пишут: «В Гамбурге вспыхнула эпидемия дифтерита. Здесь опасаются широкого распространения этой ужасной болезни».

Многие предприятия Бельгии, работающие на германскую армию, за последнее время значительно уменьшили выпуск продукции в связи с острым недостатком сырья.Заводы Ренниентала и Аскония в Брюсселе из-за нехватки меди и стали работают только одну смену.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 17 МАЯ

В течение 17 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательныебои и продвигались вперёд.

На Керченском полуострове в районе города Керчь наши войска вели напряжённыебои.

На других участках фронта чего-либо существенного не произошло.

За 16 мая уничтожено 65 немецких самолётов. Наши потери — 20 самолётов.

Советский корабль в Баренцевом море потопил транспорт противника водоизмещением в 6.000 тонн.

За 16 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено илиповреждено 46 немецких танков, 90 автомашин с войсками и грузами, 2 автоцистерны с горючим, 3 полевых орудия, 13 зенитно-пулемётных точек, 17 миномётов, разбито 45 железнодорожных вагонов, взорван склад с горючим, подавлен огонь 3артиллерийских и 2 миномётных батарей, рассеяно и частью уничтожено до трёх рот пехоты противника.

Наши войска, действующие на Харьковском направлении, продолжают успешнопродвигаться вперёд. Гитлеровцы несут большие потери в людях и боевой технике.Только на отдельных участках за истекший день уничтожено 1.500 немецких солдат и офицеров, 13 танков, 12 орудий, 22 пулемёта, склад с боеприпасами и вещевой склад. Захвачены трофеи. Взято большое количество пленных.

Лётчики Запрягаев, Соломатин и Скотный во главе с командиром Ерёминым за одиндень боёв с противником сбили два «Мессершмитта-109» и один «Юнкерс-88». Кроме того, они совместно с лётчиками подразделения, которым командует тов. Алферов,сбили ещё три вражеских самолёта.

На одном из участков Северо-Западного фронта гитлеровцы пытались вернутьтолько что занятый нашими бойцами опорный пункт. Контратака была отбита стяжёлыми для врага потерями. Наши бойцы под командованием тов. Анищенкоуничтожили в этом бою до 300 немецких солдат и офицеров.

Орудийный расчёт под командованием старшего лейтенанта тов. Кораблина в одном бою уничтожил 2 вражеские батареи, противотанковое орудие, разрушил блиндаж и рассеял большую группу пехоты противника.

Танк старшего лейтенанта Шепельнова уничтожил вражеский танк, 5 пулемётов,

3 противотанковых орудия и до 30 гитлеровцев.

Командир подразделения тов. Данилевский подпустил группу немецких танков на близкое расстояние и метким огнём из противотанкового ружья подбил две вражеские машины. Остальные танки противника повернули обратно.

Пленный солдат 61 немецкой пехотной дивизии австриец Иосиф Ф. рассказал:«Немцы презрительно относятся к австрийцам, называют их «мармеладными братьями»и другими кличками. Я решительный противник гитлеровского режима и поэтому делалвсё возможное, чтобы ослабить немецкую армию. Как пулемётчик, я по но там неоднократно начинал беспорядочную стрельбу вверх, стараясь израсходовать в пустую как можно больше патронов. Уговаривал других пулемётчиков делать то же самое. Я всё время выжидал случая, чтобы сдаться в плен. Однако это сделать не так легко. Недалеко от нашей передовой линии находилось минное поле. В середине февраля один солдат, который хотел сдаться в плен, подорвался на минах. Недавно я выбрал удобный момент. Немецкие солдаты отправились в разведку. Я учёл, что в направлении своей разведки немцы стрелять не будут, вышел из блиндажа, сказав товарищам, что иду набрать воды, добрался до русских постов и сдался в плен».

В Голландии гитлеровцы приступили к массовой насильственной отправке рабочихв Германию. Оккупационные власти получили задание любыми средствами мобилизовать голландцев для работы в германской промышленности и сельском хозяйстве. В виду того, что рабочие отказываются ехать на верную смерть в фашистскую Германию,оккупанты прибегают к жестоким репрессиям. Специальные вооружённые отряды гитлеровцев насильно сажают голландцев в вагоны и под охраной отправляют в Германию.

ПОМНИ ВОЙНУ

18.05.2017, 14:51

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/17/4893/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1463473744.jpg
Молодой советский физик, Георгий Николаевич Флёров, в то время лейтенант авиации, послал Иосифу Виссарионовичу Сталину письмо:"Очень важно не потерять времени и создать урановую бомбу".

Просматривая американские и английские научные журналы, Флёров обратил внимание на то, что из них исчезли статьи по ядерному распаду, а имена ведущих в той области ученых больше не встречаются. Он пришел к правильному выводу, что ядерные исследования засекречены и Соединенные Штаты создают атомную бомбу.

ПОМНИ ВОЙНУ

18.05.2017, 14:52

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/17/2375/
Северная ударная группа. Для отражения продолжавшегося натиска на 28-ю армию генерал Д. И. Рябышев вынужден был ввести в сражение основные силы 3-го гвардейского кавалерийского корпуса. Теперь северная группа израсходовала все свои резервы и 17 советских дивизий и 8 танковых бригад отражали атаки пяти пехотных и двух танковых дивизий противника.

Южная ударная группировка. На левом ударном крыле фронта войска 6-й армии в ночь на 17 мая восстановили на Берестовой разрушенные мосты. С утра 17 мая командующий ввёл 21-й и 23-й танковые корпуса в действие, стремясь развить удар на Харьков с юга. Ломая вражеское сопротивление, танкисты вклинились на 12-15 километров в оборону противника и перерезали в районе станции Власовка железную дорогу Харьков — Красноград. Благодаря их успехам войска 6-й армии продвинулись на 6-10 километров.

Армейская группа генерала Л. В. Бобкина в этот день вела тяжёлые затяжные бои за Красноград. Но она далеко оторвалась от тыловых баз и ощущала острый недостаток в боеприпасах.

ПОМНИ ВОЙНУ

18.05.2017, 14:53

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/17/2376/
На рассвете этого дня началась артиллерийская и авиационная подготовка в полосе обороны 9-й армии Южного фронта. Она длилась полтора-два часа. После этого пехота и танки противника ринулись в атаку при поддержке 400 самолётов на двух направлениях: из района Андреевки на Барвенково и со стороны Славянска на Долгенькую. Обходя опорные пункты и заграждения, вражеские подвижные группы устремились на фланги и тылы частей и соединений 9-й армии. К 8 часам утра её оборона на обоих направлениях была прорвана: на барвенковском на глубину 6-10 километров, на славянском — на 4-6 километров. Непрекращавшиеся в течение дня налеты авиации серьёзно нарушили управление войсками. Вражеские войска уже к полудню продвинулись вглубь нашей обороны на изюмском и барвенковском направлениях на 20 километров, проникнув на южную окраину Барвенкова и в район Голой Долины. В этих условиях части и соединения 9-й армии вынуждены были вести бои изолированно, без взаимодействия между собой и с резервами армии и фронта.

К 17 часам противник, смяв подразделения 1118-го полка 333-й стрелковой дивизии и 34-й кавалерийской дивизии, захватил Барвенково, за исключением северо-западной части города, находящейся на противоположном берегу реки Сухой Торец. Встретив здесь отпор частей 341-й дивизии, гитлеровцы стали продвигаться на восток вдоль реки. 34-я кавдивизия полковника Алексея Николаевича Инаури начала отход к северу и к исходу дня вместе с подразделениями 106-й дивизии заняла оборону по рубежу Ильичовка, Краснозоревка, Григоровка, преградив немецким войскам путь на Изюм.

На левом фланге 9-й армии танковые части врага к 14 часам вышли в район Долгенькая, Голая Долина. Группы немецких танков и пехоты, посаженной на броню и автомашины, стали распространяться в западном и восточном направлениях, охватывая части 5-го кавкорпуса генерал-майора И. А. Плиева в районе Ильичовка, Курулька, Дубровка. Они стремились выйти к переправам через Северский Донец у Богородичного и Банновского, но эти намерения гитлеровцам не удались.

Командование Южного фронта, потеряв связь с подчинёнными войсками, более или менее разобралось в обстановке и сообщило о ней главкому только к исходу дня. К этому времени своим танковым кулаком Клейст не только завершил прорыв нашей тактической обороны, но и добился успехов оперативного значения. На стыке двух армий Южного фронта между Новопригожим и Барвенково образовался второй разрыв шириной 20 километров.

Сразу же после получения тревожных сообщений маршал С. К. Тимошенко известил о сложившейся обстановке Ставку Верховного Главнокомандования и просил основательно укрепить Южный фронт резервами. С. К. Тимошенко приказал перебросить из полосы 6-й армии генерала А. М. Городнянского дополнительно ещё и 21-й танковый корпус, а вслед за ним 248-ю стрелковую дивизию. При этом он подтвердил свой первоначальный приказ войскам Юго-Западного фронта о продолжении на следующий день наступления на Харьков.

ПОМНИ ВОЙНУ

18.05.2017, 14:54

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/17/2377/
Командный пункт Крымского фронта перемещён на Таманский полуостров в поселок Кордон Ильича.

ПОМНИ ВОЙНУ

18.05.2017, 14:55

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/17/2378/
На Керченском полуострове остатки противника продолжают оказывать ожесточённое сопротивление северо-восточнее Керчи. Наступление группы Клейста (операция «Фридерикус») началось успешно.

Противник в ходе наступления южнее Харькова занял лишь незначительную территорию. Можно считать, что кризис хотя и не окончательно, но уже почти миновал. Восточнее Харькова отражено крупное наступление противника с участием большого количества новых танков. Несмотря на это, нашим войскам удалось продвинуться на север в районе Терновой. На стыке между 2-й и 3-й танковыми армиями передвижение, перегруппировка и развёртывание противника, по всей вероятности, ещё не закончены. Следует ожидать нового наступления противника.

На остальном фронте существенных изменений в обстановке не произошло.

Waralbum.Ru

18.05.2017, 14:59

http://waralbum.ru/638/
17 июня 2009
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/20090616_t34.2lth4mjlh9wkc8w08ggowsc40.ejcuplo1l0o o0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Захваченный под Харьковом танк Т-34 130-й танковой бригады

Танк Т-34-76 130-й танковой бригады, захвачен немцами в конце мая 1942 года, в ходе окружения советских войск под Харьковом. Танк произведен на СТЗ (Сталинградском тракторном заводе). Танк имеет маркировку Л2-КС, но не имеет камуфляжа, так как получен в начале мая 1942 года.

Маркировка Л2-КС — 23-го танкового корпуса Юго-Западного фронта, командир корпуса в период Харьковской операции — генерал-майор танковых войск Ефим Григорьевич Пушкин.

Интересная деталь: у этого Т-34 отсутствует резиновый бандаж катков.

«… К сожалению, пришли сталинградские „тридцатьчетверки“, у которых опорные катки были без бандажей. Они грохотали страшно», — вспоминает А. В. Боднарь. Это были так называемые катки с внутренней амортизацией. Первым катки этого типа, называвшиеся иногда «паровозными» стал выпускать Сталинградский завод (СТЗ), причем еще до того, как начались действительно серьезные перебои с поставками резины. Раннее наступление холодов осенью 1941 года привело к простою на скованных льдом реках барж с катками, которые отправлялись по Волге из Сталинграда на Ярославский шинный завод. Технология предусматривала изготовление бандажа на специальном оборудовании уже на готовом катке. Крупные партии готовых катков из Ярославля застряли в пути, что вынудило инженеров СТЗ искать им замену, которой стал сплошной литой каток с небольшим амортизирующим кольцом внутри него, ближе к ступице. Когда начались перебои с поставками резины, этим опытом воспользовались другие заводы, и с зимы 1941 — 1942 г. до осени 1943 года с конвейеров сходили танки Т-34, ходовая часть которых полностью или большей частью состояла из катков с внутренней амортизацией. С осени 1943 г. проблема нехватки резины окончательно ушла в прошлое, и танки Т-34-76 полностью вернулись к каткам с резиновыми бандажами.
Артем Драбкин «Я был на «тридцатьчетверке»...»

Благодарим пользователей Dean и slot за ценные дополнения к описанию фотографии.

Бессмертный полк

19.05.2017, 12:39

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3358.jpg
Неудачей для РККА закончилось открытое противоборство на Керченском полуострове; остатки разбитых немцами советских войск ушли в подземные Аджимушкайские каменоломни, чтобы ещё два месяца вести борьбу с захватчиками. В разгроме Красной Армии на Керченском полуострове, помимо действий войск Манштейна, была также огромная «заслуга» уполномоченного Ставки Л. Мехлиса, который запретил нашим войскам, численно превосходившим немцев, какие-либо попытки подготовки к обороне. За рытьё окопов и блиндажей по приказу Мехлиса расстреливали — «за пораженческие настроения и отсутствие наступательного духа»…

Чистый исторический интернет

19.05.2017, 13:22

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAF0KrbUIAAnVrV.jpg
18 мая 1942 «Сражение на Керченском п-ве закончено» – Манштейн. Наши держались в каменоломнях Аджимушкая до октября

Совинформбюро

19.05.2017, 13:25

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/18/2782/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 18 МАЯ

В течение ночи на 18 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои. На Керченском полуострове наши войска вели напряжённые бои врайоне города Керчь. На других участках фронта ничего существенного не произошло.

На Харьковском направлении наши войска, ломая сопротивление немецко-фашистских войск, продолжали продвигаться вперёд. Одна наша часть в боях с противником захватила 30 орудий, 18 пулемётов, 477 винтовок, 38 автоматов,204.000 винтовочных патронов, 12.900 снарядов, 6.000 мин, 700 гранат,продовольственный оклад и другое имущество. На поле боя осталось 800 вражеских трупов. Захвачено в плен свыше 100 немецких солдат. На другом участке наши бойцы выбили гитлеровцев из сильно укреплённого пункта и захватили 80 миномётов, 3 пушки, 2 ручных пулемёта, 150 винтовок и 40.000 противотанковых патронов.

На участке одного нашего соединения групповым огнём из винтовок сбито 2 немецких самолёта. Орудийным расчётом т.т. Тутова и Скобелева части, где командиром т. Песочин, уничтожено 5 самолётов противника.

На одном из участков Калининского фронта гитлеровцы пытались атаковать наши части, но были отброшены с большими для них потерями. На поле боя осталось 230 вражеских трупов. Уничтожено 2 миномётные батареи и 3 огневые точки противника.

Наша часть, действующая на одном из участков Ленинградского фронта, захватила у немцев 11 орудий, 30 станковых пулемётов, 11 миномётов, продовольственный и вещевой склады, много повозок и другое военное имущество.

17 немецких бомбардировщиков пытались бомбить наши наступающие войска.Зенитная батарея старшего лейтенанта Бурбы встретила противника меткими залпами.Два немецких самолёта были сбиты. Остальные сбросили бомбы вне расположения наших войск. На другой день зенитчики батареи сбили ещё два «Юнкерса-88».

Объединённый партизанский отряд под командованием тов. Ж., действующий в тылу немецко-фашистских захватчиков на территории Смоленской области, за последние три месяца уничтожил 2.000 немецких солдат и офицеров. Партизаны сожгли 3 склада с боеприпасами, продовольственный склад и склад с горючим, организовали крушение четырёх поездов с боеприпасами и военным имуществом, подбили 3 вражеских танка,уничтожили 25 автомашин, 35 подвод с продовольствием и боеприпасами. Огнём пехотного оружия партизаны сбили 3 немецких самолёта. За три месяца отряд захватил у противника многочисленные трофеи, в числе которых 5 орудий, 7 станковых и 37 ручных пулемётов, 55 автоматов, 340 винтовок, свыше 1.000 мин,50.000 патронов, большое количество гранат, обмундирования и другого военного имущества.

Немецкий обер-ефрейтор Ганс Геллер недавно писал Л. Геллер в Германию: «...Мывсе уже до некоторой степени стали душевнобольными. Чтобы мы окончательно не сошли с ума, нас нужно сменить. Россия требует величайшего напряжения нервов.Каждый стремится на родину. Солдаты всё чаще предаются грустным размышлениям».

Получено сообщение о боевых действиях отряда известного норвежского партизана X. Ларсена. За последние два месяца отряд Ларсена нанёс белофиннам ряд новых ударов. В конце апреля партизаны ночью произвели налёт на одну железнодорожную станцию и захватили её. К станции приближался эшелон с немецкими войсками.Партизаны пустили навстречу эшелону паровоз. Произошло крушение, в результате которого погибло несколько сот гитлеровцев. За последние два месяца партизаны Ларсена, кроме того, уничтожили 285 гитлеровцев и белофиннов, 38 автомашин с военными грузами, 4 орудия, 16 пулемётов и взорвали склад с боеприпасами.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 18 МАЯ

В течение 18 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои и продвигались вперёд.

На Керченском полуострове, в районе города Керчь, продолжались напряжённые бои.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

За 17 мая уничтожено 64 немецких самолёта. Наши потери — 21 самолёт.

Советские самолёты в Баренцевом море потопили миноносец противника.

За 17 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено илиповреждено 6 немецких танков, более 100 автомашин с войсками и боеприпасами, 8полевых и зенитных орудий, взорван склад с боеприпасами, разбит железнодорожный состав рассеяно и частью уничтожено до трёх рот пехоты противника.

На Харьковском направлении наши части, ломая сопротивление противника,продвигаются вперёд. На одном из участков гитлеровцы предприняли несколькотанковых контратак. Бойцы и командиры части, которой командует тов. Ротко,самоотверженно боролись с врагом и уничтожили 30 немецких танков. Танкисты одного из подразделений части, которой командует тов. Бунтман, уничтожили несколько немецких танков, 6 полевых орудий, 7 противотанковых пушек, 10 пулемётных гнёзд и не менее 300 гитлеровцев. На другом участке наша часть выбила противника из сильно укреплённого населённого пункта и захватила 2 склада снарядов, 4 орудия, 11 пулемётов, 350 ящиков мин, 10 автомашин, 10 радиостанций,25 мотоциклов, 130 велосипедов и много другого военного имущества.

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, за двадня боевых действий уничтожили до 800 немецких солдат и офицеров. Артиллерией иразведывательными группами уничтожено несколько немецких орудий, миномётов истанковых пулемётов.

Наши разведчики обнаружили на опушке леса два замаскированных вражеских танкаи сообщили об этом командиру артиллерийской батареи старшему лейтенанту Подуст.Батарея открыла огонь и уничтожила один танк. Другой танк был уничтожен огнёмсоседней батареи.

Артиллерийский дивизион под командованием тов. Скоробогатова совершил огневойналёт на вражеский прифронтовой аэродром. Разведка установила, что артиллеристы уничтожили 10 немецких трёхмоторных самолётов «Юнкерс-52».

Партизанский отряд «Мороз», действующий в тылу немецких войск в Смоленскойобласти, за два месяца в многочисленных схватках с оккупантами, по неполным данным, уничтожил не менее 500 немецких солдат и офицеров и захватил 3 орудия,119 автомашин, 37 мотоциклов и другое военное имущество.

Пленный унтер-офицер 54 полка 100 немецкой лёгко-пехотной дивизии ГергартВудик сделал следующее заявление: «Наша дивизия понесла большие потери. К началуапреля в ротах оставалось по 30— 40 человек. Некоторое время я сидел в военной тюрьме в городе Сталине. В тюрьме было очень много солдат 100 дивизии, преданныхвоенному суду за проявление трусости в бою. В тюрьме находилось 65 хорватов-дезертиров».

Греческие патриоты ведут самоотверженную борьбу против фашистских оккупантов.В начале мая недалеко от города Фивы произошло крушение железнодорожного эшелона с итальянскими солдатами. На днях на вышедшем из Пирейского порта итальянском транспорте произошёл взрыв. Судно затонуло. Предполагают, что в тюки с табаком была заложена адская машина. Среди портовых рабочих и служащих произведены аресты.

ПОМНИ ВОЙНУ

19.05.2017, 13:41

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/18/2379/
С. К. Тимошенко в первой половине дня 18 мая заверил Верховного Главнокомандующего в том, что нет никакой необходимости отвлекать основные силы 6-й армии и группы генерала Бобкина для отражения удара Клейста. Генерал А. М. Василевский дважды вносил в Ставку предложение о немедленном прекращении наступления на Харьков и привлечении всех сил объединений генералов А. М. Городнянского, Л. В. Бобкина и К. П. Подласа для ликвидации нараставшей опасности. Сталин, видимо учтя личные заверения С. К. Тимошенко в том, что и без привлечения основных сил 6-й армии и группы Бобкина он ликвидирует угрозу, создавшуюся в районе Барвенково, отклонил сделанное предложение.

ПОМНИ ВОЙНУ

19.05.2017, 13:41

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/18/2380/
18 мая кризис в полосе обороны 9-й армии продолжал обостряться. Приказ главкома — нанести совместными усилиями 2-го и 5-го кавалерийских корпусов и 14-й гвардейской стрелковой дивизии контрудар по прорвавшейся в район Барвенково группировке противника — не был выполнен. Ко времени получения его 5-й кавалерийский корпус уже втянулся в оборонительные бои с превосходящими силами противника на широком фронте. Командование 9-й армии полностью потеряло управление подчинёнными войсками.

С утра 18 мая гитлеровцы нарастили удар из Барвенково в направлении Великой Камышевахи, а из Долгенького на Изюм. На этом направлении у них действовало до 150 танков. Используя свой громадный перевес в силах, враг сломил сопротивление героически сражавшихся конников 5-го кавкорпуса генерала И. А. Плиева и частей 51-й дивизии подполковника Б. К. Алиева и уже к 10 часам овладел Каменкой, Малой Камышевахой и южной частью Изюма.

В районе Студенки части 51-й стрелковой и 30-й кавалерийской дивизий сумели удержать небольшой плацдарм на правом берегу Северского Донца, отражая непрерывные атаки врага. Не сумев сломить сопротивление оборонявшихся здесь частей и форсировать Северский Донец в районе Студенки, Изюм, фашистское командование изменило направление усилий своих танковых частей. Они стали выдвигаться на запад вдоль правого берега Северского Донца.

ПОМНИ ВОЙНУ

19.05.2017, 13:42

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/18/2381/
Эрих Манштейн (11-я армия. Крым.):

«18 мая „Сражение на Керченском полуострове“ было закончено. Только небольшие отряды противника под давлением нескольких фанатичных комиссаров ещё несколько недель держались в подземных пещерах в скалах вблизи Керчи. По имеющимся данным, мы захватили около 170000 пленных, 1133 орудия и 258 танков. Пять немецких пехотных дивизий и одна танковая дивизия, а также две румынские пехотные дивизии и одна кавалерийская бригада уничтожили две армии, в состав которых входило 26 крупных соединений. Только ничтожное количество войск противника сумело уйти через пролив на Таманский полуостров.»

ПОМНИ ВОЙНУ

19.05.2017, 13:42

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/18/2382/
На Керченском полуострове остались лишь незначительные, но отчаянно сопротивляющиеся остатки частей противника.

В сражении за Харьков группа Клейста успешно наступает в направлении Изюма и юго-западнее. 8-й армейский корпус попал в затруднительное положение южнее Харькова, хотя фронтальные атаки противника он отбил. Количество подтянутых противником танковых бригад вызывает удивление. Фон Бок рассчитывает встретить южнее Харькова 8-9 танковых бригад, а перед 52-м армейским корпусом — 7-8 танковых бригад противника.

В районе Волчанска общая обстановка, по-видимому, складывается благоприятно. Наши танки, окружённые в районе Терновой, ещё не вырвались, но скоро будут освобождены. Далее к северу положение стабилизировалось. На границе 2-й и 2-й танковой армий по-прежнему ожидается наступление противника.

На остальном фронте никаких существенных перемен…

Бессмертный полк

20.05.2017, 11:44

https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3370.jpg
Юго-западное направление. 19 мая наступавшая вражеская группировка, нанеся тяжёлое поражение 9-й армии Южного фронта, образовала в полосе её обороны широкую 80-километровую брешь и вышла на основные коммуникации советских войск, находившихся на барвенковском плацдарме. Убедившись, что сил, направленных для разгрома барвенковской группировки противника, недостаточно, главком Юго-Западного направления только во второй половине дня 19 мая принял запоздалое решение приостановить наступление в полосе 6-й армии, закрепиться частью сил на достигнутых рубежах, вывести основную группировку войск из боя и концентрическим ударом 6, 57, 9-й армий разгромить прорвавшегося в их тылы противника. Группе генерала Ф. Я. Костенко в составе пяти стрелковых, трёх кавалерийских дивизий и трёх танковых бригад была поставлена задача прочной обороной достигнутых рубежей обеспечить с запада наступление войск 6-й и 57-й армий.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3371.jpg
Юго-западный фронт (Тимошенко, Семён Константинович). 6-я армия (А. М. Городнянский). 6-й армии в составе пяти стрелковых дивизий, двух танковых корпусов и одной отдельной танковой бригады надлежало, прикрывшись по реке Северский Донец с севера, главные силы скрытно развернуть к утру 21 мая на рубеже Большая Андреевка, Петровка и нанести удар в общем направлении на восток.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3372.jpg
38-я армия (К. С. Москаленко). Навстречу войскам, выходящим из окружения, предстояло нанести удар группе, созданной по приказу главкома, которую возглавил генерал-майор Г. И. Шерстюк, заместитель командующего 38-й армией. В составе одной стрелковой дивизии и трёх танковых бригад она должна была наступать с востока в направлении Чепель, Лозовенька, а четыре левофланговые дивизии 38-й — нанести удар в направлении Волхов Яр, Змиев.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3373.jpg
Южный фронт (Р. Я. Малиновский) 9-я армия (Ф. М. Харитонов). К исходу 19 мая почти все части 9-й армии отошли на левый берег Северского Донца и начали готовить оборону на стыке с 57-й армией, в полосе которой войска противника вели себя пассивно. Пользуясь этим, дивизии 2-го кавкорпуса с утра 19 мая перешли в решительную контратаку. Сломив сильное сопротивление врага, конники корпуса вышли на рубеж Золотивка, Грушеватский. Однако их попытки развить наступление дальше натолкнулись на ожесточённое сопротивление 60-й моторизованной дивизии врага. 9-й армии предписывалось, сдерживая противника на рубеже реки Северский Донец, наступать основными силами из района Студенки в западном направлении.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3374.jpg
57-я армия получила задачу, прикрываясь частью сил с запада, тремя стрелковыми дивизиями и 2-м кавалерийским корпусом ударить по флангу прорвавшейся группировки противника в обход Барвенкова с юга. Армия с 19 мая переходила в подчинение Юго-Западному фронту.

Крымский фронт (Козлов Дмитрий Тимофеевич). На небольшом плацдарме у Еникале вели последние бои сводные отряды бойцов численностью около 3,5 тыс. человек, которыми командовали полковники М. В. Волков, М. К. Зубков, Н. И. Людвигов. Они обеспечили эвакуацию войск. Получена директива Ставки Верховного Главнокомандования о преобразовании Северо-Кавказского направления в Северо-Кавказский фронт и расформировании Крымского фронта.

Чистый исторический интернет

20.05.2017, 13:02

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAK5RcjV0AIXX28.jpg
19 мая 1942 нарком иностранных дел Молотов на ТБ-7 вылетел в Лондон на переговоры. Полет над оккупир. территорией

Waralbum.Ru

20.05.2017, 15:20

http://waralbum.ru/65383/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/3c31720u.a10kgp66m0owogw00ocooc4co.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
5 марта 2012
Фото: Генерал Макартур беседует с генералом Уэйнрайтом на Батаане

Генерал Дуглас Макартур (Douglas MacArthur) (справа) беседует с генерал-майором Джонатаном Уэйнрайтом (Jonathan Wainwright) на Батаане в момент передачи последнему командования в марте 1942 года.

Источник: Библиотека конгресса США.
Источник информации о фото:

1. en.wikipedia.org

Waralbum.Ru

20.05.2017, 15:23

http://waralbum.ru/71687/
11 марта 2012
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/mcarthur_brisben.2chl2yep11wkoc4ww08ko4084.ejcuplo 1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Генерал Дуглас Макартур здоровается с журналистом Льюисом Себрингом

Главнокомандующий войсками союзников в юго-западной части Тихого океана генерал Дуглас Макартур (Douglas MacArthur, справа) здоровается с журналистом Льюисом Себрингом младшим (Lewis Beck Sebring Jr.). Л. Себринг (1901—1978) был военным корреспондентом газеты «New York Herald-Tribune», освещал военные операции в Новой Гвинее и Новой Британии в 1942—1944 годах.

Источник информации о фото:

1. www.auspostalhistory.com

Waralbum.Ru

20.05.2017, 15:25

http://waralbum.ru/55827/
4 ноября 2011
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/anglplen.e1tsgbi0q5cgc0ocgo0s0o8ko.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Раненный британский военнопленный Том Маккормак, попавший к немцам во время рейда на Сен-Назер

Раненный рядовой Том Маккормак (Tom McCormack), попавший в плен к немцам во время рейда на Сен-Назер (St. Nazaire). Его личный номер 2930404, он из 1-го шотландского батальона Королевского полка горцев Кэмерона (Queen's Own Cameron Highlanders), одет в шотландский килт. Умер от ран 11 апреля 1942 года в немецком флотском госпитале в Сен-Назере. Ему было 25 лет.

Рейд на Сен-Назер, или операция «Колесница» (Operation Chariot) — спецоперация сил британских коммандос и флота в конце марта 1942 года, во время которой англичане вывели из строя до конца войны единственный сухой док на побережье Атлантики (Louis Joubert Lock), способный принимать самый мощный корабль в составе немецкого флота (после потопления «Бисмарка») — линкор «Тирпиц». Из 622 участников рейда 169 погибли, 215 попали в плен.

Фото добавлено пользователем, но описание заменено редактором проекта.
Источники информации о фото:

1. ru.wikipedia.org
2. en.wikipedia.org
3. www.commandoveterans.org

Waralbum.Ru

20.05.2017, 15:51

http://waralbum.ru/13071/

16 апреля 2010
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/112.37ynsypco6ck0c4ok4o8084cs.ejcuplo1l0oo0sk8c40s 8osc4.th.jpeg
Фото: Пленные американцы и их филиппинские союзники, идущие в «Батаанский марш смерти»

Пленные американцы и их филиппинские союзники под конвоем японцев идут в 97-километровый путь по разбитым дорогам с щебеночным покрытием в густой пыли. Этот марш был назван «Батаанский марш смерти» из-за того, что тысячи пленных погибли от голода, жажды, ран или были убиты конвоирами без каких-либо причин.

Waralbum.Ru

20.05.2017, 15:54

http://waralbum.ru/11376/
7 марта 2010
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/41.dp7jcxftdc840o040s0o8kocs.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8 osc4.th.jpeg
Фото: Бомбардировщики В-25 на палубе авианосца «Хорнет» на пути в Японию [1]

Американские бомбардировщики В-25, принимающие участие в рейде Дулиттла, на палубе авианосца «Хорнет» (USS Hornet (CV-8) на пути в Японию. На фото также виден эсминец «Гвин» (USS Gwin (DD-433) и (вдалеке) легкий крейсер «Нэшвилл» (USS Nashville (CL-43) класса «Бруклин».

Фото добавлено пользователем, но описание заменено редактором проекта.

Источник: Национальный музей ВВС США.

Благодарим пользователя Topper Harley за ценные дополнения к описанию фотографии.

Waralbum.Ru

20.05.2017, 15:58

http://waralbum.ru/49401/
9 августа 2011
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/4d4d589adc860.6b7kxcah5jk8gwswcos0ogo8s.ejcuplo1l0 oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Немецкие солдаты работают в траншее рядом с подбитым советским танком КВ

Немецкие солдаты работают в траншее на позициях в районе Демянска весной 1942 г. На заднем плане подбитый советский танк КВ-1.

Кадет Биглер

21.05.2017, 12:19

20 мая 1942 года

Учрежден орден "Отечественной войны" - первая награда, появившаяся в годы Великой Отечественной войны. Также это первый советский орден, имевший разделение на степени. В течение 35 лет орден Отечественной войны оставался единственным советским орденом, передававшимся семье как память после смерти награжденного (остальные ордена необходимо было возвращать государству).

Бессмертный полк

21.05.2017, 12:27

https://polkrf.ru/news/436/voennoist...lendar_20_maya
20 мая 2016
1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3387.jpg
Учрежден Орден Отечественной войны — военный орден СССР, первый советский орден, имевший разделение на степени. В течение 35 лет орден Отечественной войны оставался единственным советским орденом, передававшимся семье как память после смерти награждённого (остальные ордена необходимо было возвращать государству). Лишь в 1977 году порядок оставления в семье распространили на остальные ордена и медали.

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3388.jpg
На Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои и, отбивая контратаки противника, продвинулись вперед. На Изюм-Барвенковском направлении наши войска отбили несколько атак немецко-фашистских войск. На Керченском полуострове продолжались бои в восточной части полуострова.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3389.jpg
Керченская оборонительная операция началась 7 и закончилась 20 мая 1942 года полным разгромом Крымского фронта. В ночь на 20 мая, подвергаясь миномётному и пулемётному огню, погрузились на суда для эвакуации последние подразделения советских войск. Директивой Ставки Крымский фронт и Северо-Кавказское направление ликвидированы. Остатки войск направлялись на формирование нового Северо-Кавказского фронта. На базе управления Крымского фронта 20 мая был сформирован Северо-Кавказский фронт под командованием маршала С. М. Буденного. В оперативном отношении ему были подчинены весь Черноморский флот и Азовская флотилия. Фронт получил задачу оборонять восточный берег Азовского моря, Керченский пролив и побережье Чёрного моря до Лазоревской.

Чистый исторический интернет

21.05.2017, 13:41

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
http://fanstudio.ru/archive/20170521/0EGShPz4.jpg
20 мая 1942 учрежден орден Отечественной войны – первая награда, появившаяся в годы Великой Отечественной

Совинформбюро

21.05.2017, 13:54

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/2784/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 20 МАЯ

В течение ночи на 20 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои.

На Керченском полуострове продолжались напряжённые бои в районе города Керчь.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

В Баренцевом море потоплен транспорт противника.

Наши части, действующие на отдельных участках Харьковского направления, вбоях с гитлеровцами уничтожили 1.650 немецких солдат и офицеров. Уничтожено 27танков, склад боеприпасов и склад горючего, пехотным оружием сбито 3 немецких самолёта. Наши бойцы захватили у противника следующие трофеи: 37 орудий, 57 миномётов, 19 пулемётов, 340 винтовок, 10.000 снарядов, 40.000 патронов, 60километров кабеля, 5 вагонов колючей проволоки, 3 радиостанции и другое военное имущество. Взяты пленные.

Наша кавалерийская часть, действующая в тылу противника (Калининский фронт),освободила от немецких захватчиков несколько населённых пунктов. В боях с гитлеровцами кавалеристы уничтожили 700 немецких солдат и офицеров, 25пулемётов, автоматическую пушку, 2 крупнокалиберных пулемёта и взорвали склад с боеприпасами противника. Захвачены трофеи: 12 пулемётов, 2 автоматические пушки,15 автоматов, снаряды, патроны и ручные гранаты. Взяты пленные.

На одном из участков Западного фронта наша артиллерия разрушила 10 немецких блиндажей, уничтожила 3 артиллерийские и 2 миномётные батареи и рассеяла до батальона пехоты противника.

Пленный солдат 5 роты 92 полка 18 румынской пехотной дивизии Николае Драговичи рассказал: «Наши солдаты очень боятся русских атак. Одна такая атака окончательно деморализовала наш полк. Солдаты бежали, оставив на поле боя всё вооружение и личное снаряжение. Приказаний и угроз офицеров никто не слушал.Полк понёс очень крупные потери убитыми, ранеными и пленными. Только через три дня румынской и немецкой полевой жандармерии удалось задержать и собрать разбежавшихся солдат. После этого боя 3 батальон совсем пересталсуществовать».

Отступая под натиском наших частей, немцы расстреляли и замучили более 300 мирных жителей в селе Большая Гомольша. В соседнем селе гитлеровцы сожгли хаты,забрали у колхозников всё имущество и продукты и расстреляли 25 стариков и подростков.

Продовольственное положение Финляндии ухудшается с каждым днём. Жители Хельсинки и других городов голодают. Правящая клика Финляндии, стремясь отсрочить надвигающуюся катастрофу, насильственно отбирает у крестьян последние остатки зерна. В Нюландской губернии полиция реквизирует у крестьян даже зерно,предназначенное для посева. Возмущенные крестьяне оказывают сопротивление изакапывают зерно. В ряде волостей произошли стычки крестьян с полицией.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 20 МАЯ

В течение 20 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои и, отбивая контратаки противника, продвинулись вперёд.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска отбили несколько атак немецко-фашистских войск.

На Керченском полуострове продолжались бои в восточной части полуострова.

За 19 мая уничтожено 27 немецких самолётов. Наши потери — 12 самолётов.

В Баренцевом море советский корабль потопил три транспорта противника общим водоизмещением в 26.000 тонн.

За 19 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 42 немецких танка, 285 автомашин с войсками и грузами, 75 подвод с боеприпасами, 30 полевых и зенитных орудий, 12 зенитно-пулемётных точек, 33 миномёта, разбит железнодорожный состав и паровоз, рассеяно и частью уничтожено до двух рот пехоты противника.

Наша часть, действующая на одном из участков Харьковского направления,отразила контратаку противника. В результате боя подбито 8 немецких танков иуничтожено 250 гитлеровцев. На другом участке наши бойцы под командованием тов.Микинина за день боевых действий уничтожили 350 немецких солдат и офицеров.Захвачены трофеи.

На отдельных участках Калининского фронта пехота противника, поддержанная танками, пыталась атаковать расположение советских войск. Контратакой наших частей враг отброшен на исходные позиции. В течение дня немцы потеряли только убитыми свыше 400 солдат и офицеров. Подбито 2 немецких танка и взорван склад с боеприпасами. Взяты трофеи и пленные,

Семь лётчиков-истребителей подразделения тов. Курбатова (Южный фронт),возвращаясь на свою базу после выполнения боевого задания, встретились с девятью вражескими истребителями. Завязался воздушный бой. Старший лейтенант Приказчиков, старшина Егоров и старшина Штукин сбили по одному самолёту противника. Остальные немецкие машины повернули обратно. Преследуя противника,лётчики Павлов, Калугин и Штукин сбили ещё 3 немецких самолёта. Все советские самолёты благополучно вернулись на свой аэродром.

Двадцать семь разведчиков под командованием лейтенанта Потахина встретили группу немцев, насчитывавшую до 50 человек. Несмотря на численное превосходство,разведчики атаковали противника. В завязавшейся схватке гитлеровцы потеряли 11человек убитыми, 15 ранеными и быстро отступили. Наши бойцы захватили пленных,оружие и без потерь вернулись в свою часть.

Лейтенант тов. Криндач, стреляя прямой наводкой из орудия, подбил 5 вражеских танков. Наводчики товарищи Максимов, Белоусов и Кутаев уничтожили 6 немецкихтанков.

Младший лейтенант Павел Гущин из ручного пулемёта открыл огонь по итальянскому самолёту «Макки-200» и ранил лётчика. Итальянский лётчик совершил посадку на нашей территории и взят в плен.

Отряд калининских партизан под командованием тов. О. за несколько дней истребил 80 немецких солдат и офицеров и взорвал склад с боеприпасами противника.

Пленный обер-ефрейтор 8 пехотной дивизии Цинтмайер рассказал: «Война окончательно разорила многих немецких крестьян. У крестьян забирают почти весь урожай. Это я знаю по хозяйству моего отца. Отец собрал осенью прошлого года 10 центнеров пшеницы, но 9 центнеров у него реквизировали. Ни один крестьянин неможет распоряжаться по своему усмотрению молоком от своей коровы. 80 процентов молока у него забирают. В деревнях расплодилось очень много контролёров иинспекторов, которые ходят по домам и амбарам, устраивают обыски и реквизируют последние остатки продуктов.

Отступая под ударами наших частей из села Зайцево, Орловской области,немецко-фашистские мерзавцы сожгли и разрушили 600 домов колхозников. Гитлеровцы засыпали колодцы и вырубили сады. На улицах села красноармейцы обнаружили десятки трупов истерзанных немецкими бандитами мирных жителей — стариков, женщин и детей. На окраине найдено восемь трупов замученных пленных красноармейцев. У них отрезаны уши, носы, выколоты глаза, вывернуты руки и ноги. Часть жителей села Зайцево гитлеровцы под угрозой расстрела увели с собой.

Немецкие и итальянские оккупанты зверскими убийствами мирных жителей пытаются сломить сопротивление югославских патриотов, борющихся за свою родину. Недавно в Санджаке и в г. Плевле итальянцы расстреляли 100 городских жителей. Эти зверские убийства вызывают огромное возмущение в стране, и каждый день всё больше крестьян, особенно молодёжи, вступает в партизанские отряды. Партизаны беспощадно мстят итальянским захватчикам. Неделю тому назад около г. В.пулемётным огнём партизаны убили и ранили 160 оккупантов. Другой крупный отряд партизан у города Н. в течение пяти дней вёл бои с итальянскими войсками. Оккупанты потеряли 300 человек убитыми и ещё больше ранеными.

Совинформбюро

21.05.2017, 14:00

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/4894/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1359121090.jpg
В районе деревни Ступино Великолукского района Псковской области командир отделения 63-го отдельного лыжного батальона, сержант Головин Алексей Степанович участвуя в отражении атаки, подпустив атакующих гитлеровцев на близкое расстояние, огнём из пулемета обратил их в бегство. Противник оставил на поле боя 70 трупов своих солдат и офицеров.

30 января 1943 года Головину Алексею Степановичу присвоено звание Героя Советского Союза.

ПОМНИ ВОЙНУ

21.05.2017, 14:02

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/6715/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1395736362.jpg
Учрежден орден "Отечественной войны".

Военный орден СССР, учреждённый Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об учреждении Ордена Отечественной Войны I и II степени» от 20 мая 1942 года - первая награда, появившаяся в годы Великой Отечественной войны.
Это первый советский орден, имевший разделение на степени.
В течение 35 лет орден Отечественной войны оставался единственным советским орденом, передававшимся семье как память после смерти награжденного (остальные ордена необходимо было возвращать государству).

Первыми кавалерами ордена Отечественной войны стали советские артиллеристы.
В орденском статуте говорилось, что I степенью ордена награждается тот, кто артиллерийским огнём лично уничтожит 1 тяжёлый (или средний) или 2 лёгких танка (бронемашины), либо в составе орудийного расчёта 2 тяжёлых (или средних) танка или 3 лёгких танка (бронемашины) противника.

Но артиллеристы 32-го гвардейского полка, прикрывавшие фланг 42-го гвардейского стрелкового полка в боях на Харьковском направлении, под командованием капитана Ивана Ильича Криклия перекрыли установленные «нормы».

Когда в мае 1942 года на советские позиции двинулось 200 фашистских танков, артиллеристы и бронебойщики встретили их достойно и метко били по врагу, нанося ему весьма ощутимые потери. За два дня непрерывных боев артиллерийский дивизион уничтожил 32 вражеских танка.

Капитан Иван Ильич Криклий лично подбил 5 фашистских машин, но сам был тяжело ранен. Когда погибли несколько номеров боевого расчета, старший сержант А. В. Смирнов продолжал вести огонь даже после того, как осколком снаряда ему оторвало кисть руки.
Капитан Криклий стал первым кавалером ордена Отечественной войны I степени, этой же награды удостоились старший сержант А. В. Смирнов и политрук соседнего дивизиона 776-го артиллерийского полка И. К. Стеценко. Остальные бойцы артиллерийского расчета — рядовые Н. И. Григорьев, А. И. Кулинец, И. П. Петрош и старшие сержанты С. Т. Жарко, М. Г. Немфира и П. В. Нестеренко — были удостоены ордена Отечественной войны II степени.

http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1353330555.jpg

ПОМНИ ВОЙНУ

21.05.2017, 14:03

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/2391/
В ночь на 20 мая погрузились последние подразделения, подвергаясь миномётному и пулемётному огню. Директивой Ставки Крымский фронт и Северо-Кавказское направление ликвидированы. Остатки войск направлялись на формирование нового Северо-Кавказского фронта.

Таким образом, Крымский фронт потерпел жестокое поражение. С 8 мая фронт потерял свыше 150 тыс. человек, 4646 орудий и миномётов, 496 танков, 417 самолётов, 10,4 тыс. автомашин, 860 тракторов и т. д. На Таманский полуостров удалось эвакуировать около 140 тыс. человек, 157 самолётов, 22 орудия и 29 «катюш».

Германские источники утверждают, что в ходе операции немцы захватили 170 тыс. военнопленных, 258 танков, 1100 орудий, потеряв при этом убитыми 7588 солдат и офицеров. Захваченное вооружение и боевую технику впоследствии противник частично использовал против защитников Севастополя.

ПОМНИ ВОЙНУ

21.05.2017, 14:04

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/2392/
На базе управления Крымского фронта 20 мая был сформирован Северо-Кавказский фронт под командованием маршала С. М. Буденного. В оперативном отношении ему были подчинены весь Черноморский флот и Азовская флотилия.

Фронт получил задачу оборонять восточный берег Азовского моря, Керченский пролив и побережье Чёрного моря до Лазоревской.

ПОМНИ ВОЙНУ

21.05.2017, 14:06

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/2393/
Эрих Манштейн (11-я армия. Крым.):

«Сразу же после завершения боёв под Керчью командование армии приступило к перегруппировке сил для наступления на Севастополь. На 42 ак было возложено охранение Керченского полуострова и южного берега. Для выполнения этой задачи в его распоряжении оставалась из немецких войск только 46 пд, а также7 румынский ак в составе 10 и 19 пд, 4 горной дивизии и 8 кавалерийской бригады. Все остальные силы немедленно были направлены к Севастополю.»

ПОМНИ ВОЙНУ

21.05.2017, 14:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/20/2394/

Гальдер Франц:

"Операция «Фридерикус» южнее Изюма протекает успешно, хотя только что начавшие наступать румыны продвинулись незначительно. В ответ на наше наступление на южном участке фронта противник быстро и решительно бросает в сражение прежде всего танки, а также подтягивает войска на автомашинах. Благодаря этому 8-й армейский корпус в своей полосе получил значительное облегчение и частично даже смог предпринять контратаки. Командование группы армий сообщает о своём решении наносить главный удар в операции «Фридерикус» на северном фланге и, перегруппировав 8-й армейский корпус, осуществить встречный удар из района юго-восточнее Харькова.

На фронте группы армий «Север» — атаки против Молвотицы и восточнее. Атаки позиций дивизии СС «Мёртвая голова» и стыка между 2-м и 10-м армейскими корпусами с юга. Атаки проведены при плохой погоде, чтобы избежать действий авиации. Прорыв отдельных танков. Атаки крупных сил пехоты противника отбиты с большими для неё потерями. На остальном фронте значительных боевых действий не было…"

Waralbum.Ru

21.05.2017, 14:13

http://waralbum.ru/22073/
26 августа 2010
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/wwii0219.4wt6fg84wjacc84ksow8cowog.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: После боя на Керченском полуострове немцы у входа в землянку ждут выхода оставшихся красноармейцев

После боя на Керченском полуострове немцы у входа в землянку ждут выхода оставшихся красноармейцев.

Бессмертный полк

21.05.2017, 14:17

https://polkrf.ru/memory/war_chronicle/80
8 мая 1942 г. — 19 мая 1942 г.

Операция войск Крымского фронта, поведенная с целью отразить агрессию немецко-румынских войск. Немецко-румынские войска имели задачу, согласно плану операции под кодовым наименованием «Охота на дроф», очистить от советских войск Керченский полуостров. Советским войскам, численностью 249800 человек, противостояла 11-я немецкая армия, имевшая в подчинении румынские соединения. Численность группировки противника составляла около 165000 человек.
Атака на Керчь

8 мая 1942 г., создавая видимость наступления по всему фронту, 11-я немецкая армия нанесла главный удар тремя дивизиями по 63-й стрелковой дивизии 44-й армии на шестикилометровом фронте. Уже в первый день части противника образовали брешь до 6 км по фронту и 10 км в глубину. Одновременно противником был высажен десант в тылу советских войск, в 15 км северо-восточнее Феодосии. Ударами вражеской авиации система управления Крымского фронта, его объединений и соединений была выведена из строя. Взаимодействие между армиями и внутри них было нарушено. Командующий Крымским фронтом генерал Д. Т. Козлов не мог управлять войсками, которые беспорядочно отходили на восток.
Гибель советского солдата

Несмотря на требования Ставки немедленно организовать фронтовой контрудар, командование фронта не сумело осуществить его из-за отсутствия связи с войсками. Враг продолжал развивать успех. Главнокомандующий Северо-Кавказским направлением маршал С. М. Будённый принял вынужденное решение об эвакуации советских войск. Она началась 15 мая и продолжалась пять суток. Отход советских войск прикрывали части и соединения 51-й армии, объединенные в сводный отряд. Подразделения, оставшиеся в районе Керчи после эвакуации основных сил, укрылись в Аджимушкайских каменоломнях. По некоторым данным, численность гарнизона составляла около 12–15 тысяч человек. Боевая деятельность подземного гарнизона, начавшаяся 21 мая, не прекращалась до самого последнего дня — 31 октября 1942 г. (около 170 дней обороны).
Катакомбы в Керчи. Май 1942г.
Керчь под огнем немецкой артиллерии. Май 1942г.
Немецкие пикирующие бомбардировщики Ю-87D летят в сопровождении истребителей Bf.109
Советские медсестры вытаскивают раненых с поля боя. Керчь, апрель-май 1942г.

Оборона Аджимушкайских катакомб продемонстрировала высокий моральный дух советских людей, до последнего дыхания боровшихся за свободу.

Потеря Керченского полуострова поставила в исключительно тяжелое положение советские войска, защищавшие Севастопольский оборонительный район. Теперь против них были повернуты все силы 11-й немецкой армии. Кроме того, немецкое командование теперь могло использовать высвободившиеся силы на любом участке советско-германского фронта. В результате Керченской оборонительной операции потери советской стороны составили 162282 человек. Потери противника −7500 человек.
Схема Керченской оборонительной операции

В статье были использованы материалы из следующих источников:

Гриф секретности снят: Потери Вооруженных Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах. М., 1993.
По исследованиям А.В.Неменко.
Великая Отечественная война 1941-1945 годов. В 12 томах. М., 2013. Т.3.
Россия и СССР в войнах XX века. Книга потерь. М., 2010.

Ублюдочный пиздорик пЫсаев

21.05.2017, 14:33

http://militera.lib.ru/h/isaev_av4/11.html
Керченская оборонительная операция (8—19 мая 1942 г.)

Если деблокирование демянского «котла» было именно пощечиной, не изменившей принципиально оперативной обстановки в полосе Северо-Западного фронта, то боевые действия в Крыму стали первой из цепочки катастроф весны 1942 г. Сценарий развития событий во всех случаях примерно одинаковый. Накопившие силы и получившие пополнение немецкие войска переходили в контрнаступление против достигнувших позиционного тупика и понесших большие потери советских войск. Наличие эффективного эшелона развития успеха или удержанные зимой 1942 г. позиции позволяли им наносить сокрушительные удары и почти полностью сводить на нет достижения зимней кампании 1942 г. [267]

Как и на других участках советско-германского фронта, боевые действия в Крыму к весне 1942 г. перешли в фазу позиционной войны. Первые попытки перейти в решительное контрнаступление были предприняты немцами в Крыму в марте 1942 г., почти синхронно с началом операции по деблокированию Демянска. Перейти в наступление позволило прибытие в Крым в состав 11-й армии Э. фон Манштейна двух свежих соединений, 28-й егерской и 22-й танковой дивизии. Обе уже успели участвовать в боях в конце марта 1942 г. Также в Крым прибыло пополнение для румынских войск — 4-я румынская горнострелковая дивизия.

Задача нанести поражение советским войскам в Крыму впервые была поставлена еще 12 февраля в «Распоряжении о ведении боевых действий на Восточном фронте по окончании зимнего периода» главного командования сухопутных войск Германии. В нем было сказано следующее

«Наряду с ликвидацией прорыва противника западнее Изюма, ближайшая задача группы армий («Юг». — А.И.) — возможно быстрое возвращение Керченского полуострова и овладение Севастополем с тем, чтобы высвободить силы для дальнейшего наступления» (Дашичев В.И. Указ. соч., с.317).

С завершением периода распутицы вермахт начал переходить к реализации этого плана активными действиями на всем фронте от Черного моря до Ладожского озера. Основным руководящим документом для трех групп армий являлась директива № 41 от 5 апреля 1942 г. В ней были определены основные цели кампании 1942 г. — Кавказ и Ленинград. Для того чтобы перейти к выполнению этого плана, требовалось ликвидировать последствия советского зимнего наступления:

«Первоочередной задачей сухопутных сил и авиации после окончания периода распутицы является создание условий для осуществления главной операции. Для этого необходимы стабилизация и укрепление всего Восточного фронта и тыловых районов с задачей высвободить [268] благодаря этому по возможности больше сил для главной операции, одновременно на остальных фронтах быть в состоянии небольшими силами отразить наступление противника» (Дашичев В.И. Указ. соч., с.321).

Для высвобождения крупных сил 11-й армии, завязших в позиционных боях на изолированном участке фронта, в директиве № 41 ставилась задача:

«очистить от противника в Крыму Керченский полуостров и овладеть Севастополем» (там же).

Вскоре общий замысел директивы № 41 стал превращаться в планы операций различных масштабов. На совещании у Гитлера в апреле 1942 г. Зондерштерн и Манштейн представили план операции по разгрому советских войск на Керченском полуострове. Советские войска были довольно плотно построены на Парпачском перешейке (так называемых Ак-Монайских позициях), однако эта плотность не везде была одинаковой. Примыкавший к Черному морю фланг Крымского фронта был слабее, и прорыв на этом направлении позволял выйти в тыл более сильной группировке 47-й и 51-й армий. Выполнение этой задачи возлагалось на XXX армейский корпус генерал-лейтенанта Фреттер-Пико в составе 28-й егерской, 50, 132 и 170-й пехотных дивизий и 22-й танковой дивизии. Кроме того, немцы собирались использовать открытый по морю фланг Крымского фронта и высадить в тылу атакуемой полосы усиленный батальон 426-го пехотного полка. XLII армейский корпус в составе 46-й пехотной дивизии и VII румынский корпус должны были провести отвлекающее наступление против правого крыла Крымского фронта. Операция получила кодовое наименование «Охота на дроф» (Trappenjagd).

Поскольку благие пожелания сами по себе не могли обеспечить необходимого результата, директива № 41 предписывала «обеспечить во всех случаях использование всех имеющихся в распоряжении наступательных средств сухопутных сил и авиации для [269] достижения быстрых и решительных успехов превосходящими силами». Наиболее сильным средством, которое получил в свои руки командующий 11-й армией, был VIII авиакорпус Вольфрама фон Рихтгоффена, самое сильное авиационное соединение Люфтваффе для поддержки сухопутных войск. Была усилена также танковая дивизия, полученная Манштейном ранее. К началу наступления в 22-ю танковую дивизию прибыл третий батальон танкового полка в составе 15 Pz.II и 37 Pz.38(t). В истории дивизии также приводятся данные, что в апреле в дивизию поступили в качестве пополнения 15—20 Pz.III и Pz.IV с длинноствольными орудиями, которые дали немецким танкистам возможность противостоять в танковом бою Т-34 и КВ. Однако, как мы знаем, не танки были сильной стороной немецких танковых дивизий, а моторизованная пехота и артиллерия. В этом отношении 22-я танковая дивизия была выше всяких похвал: два из четырех ее мотопехотных батальона были оснащены БТР «Ганомаг». Противотанковый дивизион вооружался САУ с 76,2-мм пушками. В сущности, главным преимуществом Манштейна было наличие сильного эшелона развития успеха в лице самостоятельного танкового соединения. Это соединение могло после прорыва фронта быстро продвигаться вперед и сокрушать советские резервы, перехватывать коммуникации. Располагавшее только танковыми подразделениями непосредственной поддержки пехоты, советское командование фактически не имело средств противодействия глубокому прорыву немцев. Передвигавшаяся на грузовиках и «Ганомагах» немецкая мотопехота могла в любом случае обогнать отступающие пешим порядком стрелковые части в выходе на тыловые рубежи обороны. Всего в операции «Охота на дроф» приняли участие пять немецких пехотных и одна танковая дивизии, две румынские дивизии и кавалерийская бригада, а также моторизованная бригада «Гродек». Последняя была составлена из [270] моторизованных подразделений участвовавших в операции соединений и предназначалась, как и 22-я танковая дивизия, на роль эшелона развития успеха. В состав бригады, например, входил разведывательный батальон 22-й пехотной дивизии, находившейся во время описываемых событий в районе Севастополя.

Несмотря на то что задачи зимнего наступления не были выполнены, советское командование не хотело упускать инициативу и не теряло надежду на изменение ситуации в свою пользу. 21 апреля 1942 г. было образовано Главное командование Северо-Кавказского направления во главе с маршалом С.М.Буденным. Ему подчинялись Крымский фронт, Севастопольский оборонительный район, Северо-Кавказский военный [271] округ и Черноморский флот вместе с Азовской военной флотилией.

Крымский фронт занимал позиции на сравнительно узком Ак-Монайском перешейке шириной всего 18—20 км. Командующим фронтом был генерал-лейтенант Д.Т. Козлов, членами Военного совета — дивизионный комиссар Ф.А.Шаманин и секретарь Крымского обкома ВКП (б) B.C. Булатов, начальником штаба — генерал-майор П.П. Вечный, представителем Ставки ВГК — Л.З.Мехлис. В состав фронта к тому моменту входило три армии: 44-я С.И.Черняка, 47-я К.С.Колганова и 51-я В.Н.Львова.

Всего в подчинении штаба Крымского фронта к началу мая 1942 г. числились 16 стрелковых и 1 кавалерийская дивизия, 3 стрелковые и 4 танковые бригады, 3 танковых батальона, 9 артиллерийских полков РГК. Танковые войска Крымского фронта частично восполнили потери зимы и начала весны 1942 г. и состояли из 39-й (2 KB, 1 Т-34, 18 Т-60), 40-й (11 KB, 6 Т-34, 25 Т-60), 55-й (10 KB, 20 Т-26 и 16 Т-60) и 56-й (7 KB, 20 Т-26 и 20 Т-60) танковых бригад, 229-го (11 KB), 124-го (20 Т-26) и 126-го (51 Т-26) отдельных танковых батальонов. Все данные приведены на 8 мая 1942 г. Хуже было с восполнением потерь авиации. На 1 мая 1942 г. вся штурмовая авиация Крымского фронта состояла из 11 Ил-2.

Еще хуже было с восполнением потерь в людях. За февраль — апрель 1942 г. потери Крымского фронта составили 226 370 человек. Это привело к тому, что, несмотря на большее число соединений (16 стрелковых дивизий и 3 бригады против 5 пехотных, 1 танковой дивизий и 2 румынских пехотных дивизий), Крымский фронт качественно все же уступал получившему три свежих соединения противнику. Существенно ухудшало обстановку прибытие в Крым крупного авиационного соединения противника — 8-го авиакорпуса.

Еще больше уравнивало возможности сторон асимметричное построение войск. Боевые порядки немецкой [272] 11-й армии и Крымского фронта делились на два неравномерно заполненных войсками участка. Южный участок от Кой-Асана до берега Черного моря (протяженностью 8 км) представлял собой оборудованные еще в январе 1942 г. советские оборонительные позиции. Их занимали 276-я стрелковая и 63-я горнострелковая дивизии 44-й армии. Во втором эшелоне 44-й армии на этом направлении были 396-я и 404-я стрелковые дивизии, 13-й мотострелковый полк и танковые части и соединения. Северный участок от Кой-Асана до Киета (16 км) выгибался на запад, нависая над Феодосией, которая по советским планам являлась первой целью наступления. В этом выступе и непосредственной близости к нему были собраны основные силы Крымского фронта.

Таким образом, Д.Т.Козлов собрал сильную ударную группировку на своем правом фланге, но, увязнув в позиционных боях, медлил с переходом в новое наступление. Директива Ставки ВГК №170357 командованию Крымского фронта на переход к обороне уже не дала времени на демонтаж ударной группировки в пользу усиления левого фланга 44-й армии. Напротив, немецкое командование, собрав ударную группировку против южного участка фронта, не стало медлить с началом наступления.

По первоначальному замыслу командования группы армий «Юг» операция «Охота на дроф» должна была начаться 5 мая. Вследствие задержки с сосредоточением авиации начало наступления было перенесено на 8 мая. Нельзя сказать, что наступление стало для войск Крымского фронта полной неожиданностью. Незадолго до начала «Охоты на дроф» на советскую сторону перелетел хорватский летчик, сообщивший о предстоящем наступлении немцев. К исходу дня 7 мая был издан приказ по войскам фронта, в котором указывалось, что 8—15 мая ожидается переход противника в [273] наступление. Однако времени на адекватную реакцию уже не было.

Авиакорпус Рихтгоффена должен был вскоре вернуться в район Харькова для операции по ликвидации барвенковского выступа. Поэтому авиационное наступление немцев началось на день раньше перехода в наступление 11 -й армии. День 7 мая прошел в ударах с воздуха по командным пунктам и узлам связи советских войск на Керченском полуострове. 8 мая в 4.45 началась артиллерийская и авиационная подготовка наступления XXX армейского корпуса. В 7.00 пошли в атаку части 8-й егерской и 132-й пехотных дивизий. Основной удар пришелся по боевым порядкам 63-й горнострелковой дивизии и частично 276-й стрелковой дивизии 44-й армии. К концу дня оборона войск Крымского фронта была прорвана на фронте 5 км и на глубину 8 км.

Представитель Ставки ВГК Л.З.Мехлис, находившийся в Крыму с 20 января, был недоволен командующим фронтом и буквально за день до начала немецкого наступления требовал заменить Д.Т.Козлова кем-либо другим. После того как наступление началось, Л.З.Мехлис напомнил об этом Верховному Главнокомандующему. В ответ последовала жесткая отповедь от И.В.Сталина:

«Вы держитесь странной позиции постороннего наблюдателя, не отвечающего за дела Крымфронта. Эта позиция очень удобна, но она насквозь гнилая. На Крымском фронте вы — не посторонний наблюдатель, а ответственный представитель Ставки, отвечающий за все успехи и неуспехи фронта и обязанный исправлять на месте ошибки командования. [...] Вы требуете, чтобы мы заменили Козлова кем-либо вроде Гинденбурга. Но вы не можете не знать, что у нас нет в резерве Гинденбургов. Дела у вас в Крыму несложные, и вы могли бы сами справиться с ними. Если бы вы использовали штурмовую авиацию не на побочные дела, а [274] против танков и живой силы противника, противник не прорвал бы фронта и танки не прошли бы. Не нужно быть Гинденбургом, чтобы понять эту простую вещь, сидя два месяца на Крымфронте» (Рубцов Ю. Alter ego Сталина. M: Звонница-МГ, 1999, с.226—227).

Л.З.Мехлис в свое время просил прислать в Крым вместо Д.Т.Козлова либо Н.К.Клыкова, либо К.К.Рокоссовского. Однако первый был занят в Любаньской операции, а второй — боями под Сухиничами на Западном фронте. Кроме того, в марте К.К.Рокоссовский был ранен, а Н.К.Клыков в апреле временно оставил свою должность по болезни. Реальным кандидатом на пост командующего фронтом был командующий 51-й армией В.Н.Львов, но смены Д.Т.Козлова Мехлис так и не успел добиться. Одновременно никак нельзя согласиться с оценкой И.В.Сталина дел в Крыму как «несложных». Крымскому фронту требовалось прорывать прочную оборону противника на узком фронте без каких-либо возможностей для охвата и обхода. В марте, когда в 11-ю армию прибыла танковая дивизия, «несложность» была окончательно утрачена. Кроме того, роковую роль сыграла неверная оценка планов немецкого командования на 1942 г. Операции в Крыму и на Керченском полуострове были важнейшим элементом подготовки к летнему наступлению на Кавказ. Перехват советскими войсками инициативы в Крыму мог сыграть важную роль во всей кампании 1942 г.

В 20.00 8 мая Д.Т.Козлов отдал приказ на нанесение флангового контрудара по прорвавшемуся противнику. Соответственно 51-я армия должна была утром 9 мая ударной группой с рубежа п. Парпач — г. Сюрук-Оба нанести контрудар в направлении балки Песчаной, восстановить положение и развить наступление на п. Дальние Камыши, отрезая прорвавшиеся в глубь Керченского полуострова немецкие дивизии. Сдерживать продвижение противника с фронта поручалось [275] 44-й армии. Армия получила задачу упорной обороной удержать рубеж совхоз «Арма-Эли» — балка Черная. Об отходе на тыловые оборонительные рубежи в первый день немецкого наступления никто еще не помышлял. Во всяком случае приказов на их занятие подчиненным Крымскому фронту соединениям от Д.Т.Козлова не поступало. Более того, размещенные у Турецкого вала 72-я кавалерийская дивизия и 54-й мотострелковый полк начали выдвигаться в полосу 44-й армии в целях усиления ее обороны.

В состав ударной группировки вошли четыре стрелковые дивизии, одна стрелковая и две танковые бригады, два танковых батальона. Это были 303-я и 138-я стрелковые дивизии 51-й армии, 236-я стрелковая дивизия из 47-й армии, 390-я стрелковая дивизия и 83-я стрелковая бригада, 229-й и 124-й отдельные танковые батальоны из 44-й армии, 40-я и 56-я танковые бригады из резерва фронта. [276]

Тем временем немецкое командование готовилось ввести в образовавшийся прорыв свой эшелон развития успеха — 22-ю танковую дивизию. Она начала наступление 9 мая, но начавшиеся дожди существенно замедлили продвижение вперед. К 10 мая 22-я танковая дивизия прорвалась в глубину обороны Крымского фронта и развернулась на север, выходя на коммуникации 47-й и 51-й армий. За танкистами двигалась 28-я егерская дивизия. На восток продвигалась 132-я пехотная дивизия. На восток также был выброшен моторизованный отряд Гродека, который уже 10 мая достиг Татарского Вала и пересек его.

Ночью 10 мая в ходе переговоров между Д.Т.Козловым и И.В.Сталиным было принято решение отводить войска фронта на Татарский вал и организовать на его линии оборону. Но получить приказ на отход на Татарский вал 51 -я армия уже не смогла. В результате удара по командному пункту армии был убит командующий В.Н.Львов и ранен заместитель командующего К.И.Баранов. Исполняющим обязанности командующего стал начальник штаба армии полковник Г.П.Котов.

Управляемая полковником армия судорожно пыталась избежать катастрофы. В районе исходного рубежа для контрудара кипело встречное сражение между танковыми бригадами, танковыми батальонами, 77-й горнострелковой дивизией полковника П.Я.Циндзеневского 51-й армии и 22-й танковой и 28-й егерской дивизиями XXX армейского корпуса армии Э. фон Манштейна. На 9 мая 1942 г. 55-я танковая бригада полковника П.П.Лебеденко насчитывала 10 KB, 1 Т-34, 20 Т-26 и 15 Т-60. После тяжелого встречного боя 10 мая в бригаде остался всего один танк. Сдержать наступление немецкой танковой дивизии танковые соединения поддержки пехоты были не в состоянии. Днем 11 мая 22-я танковая дивизия вышла к Азовскому морю, отрезав пути отхода на Татарский вал значительной части 47-й и 51-й армий. В распоряжении восьми [277] дивизий двух армий осталась узкая прибрежная полоса шириной около 1 км, непрерывно простреливавшаяся противником и подвергавшаяся ударам с воздуха.

Судя по всему, крушение Крымского фронта стало большим ударом для начальника Генерального штаба Красной Армии Б.М.Шапошникова. Еще ночью 11 мая он подписывает директивы Ставки ВГК, а уже вечером того же дня под очередной директивой стоят подписи И.В.Сталина и А.М.Василевского. Последний стал исполняющим обязанности начальника Генерального штаба. 11 мая тем самым стало поворотным пунктом от общего наступления Красной Армии к тяжелым оборонительным боям по всему фронту.

Вечером 11 мая советское командование еще питало надежды на стабилизацию обстановки на Керченском полуострове путем восстановления целостности фронта на Турецком валу. И.В.Сталин и А.М.Василевский приказывают С.М.Буденному лично организовать оборону войск Крымского фронта на этом рубеже:

«ввиду того что Козлов и Мехлис, несмотря на приказ Ставки, не решаются выехать на Турецкий вал и организовать там оборону, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает: главкому СКН маршалу Буденному в срочном порядке выехать в район штаба Крымского фронта (г. Керчь), навести порядок в Военном совете фронта, [...] организовать устойчивую оборону на линии Турецкого вала, разбив оборонительную линию на участки во главе с ответственными командирами» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1942 г...., с.201).

Однако немецкое командование прилагало все усилия, чтобы не допустить отхода советских войск на тыловые рубежи обороны. В попытках предотвратить окружение своих товарищей левофланговые дивизии 51-й армии потеряли еще сутки и окончательно проиграли гонку к тыловому оборонительному рубежу на Турецком валу. Как было сказано выше, уже к исходу дня [278] 10 мая передовые части XXX армейского корпуса вышли к Татарскому валу. 12 мая немцами был высажен парашютный десант на аэродром Марфовки, в тылу 44-й армии. Десант позволил начать борьбу за Татарский вал до выхода на его рубеж выдвигавшейся из резерва фронта 156-й стрелковой дивизии. 13 мая оборона в центре Турецкого вала была прорвана.

В ночь на 14 мая Верховное командование признает свое поражение на Керченском полуострове. С.М.Буденный с санкции Ставки ВГК в 3.40 приказывает: «Начать отвод войск Крымского фронта на Таманский полуостров». Очевидно, не питая иллюзий относительно организованности отхода, А.М.Василевский приказывает выдвинуться в распоряжение С.М.Буденного 2-й и 3-й воздушно-десантные корпуса и 4-ю воздушно-десантную бригаду. Видимо, предполагалось, что высадкой десанта удастся остановить продвижение немецких войск и организовать оборону на подступах к Керчи.

В 18.10 того же дня Л.З.Мехлис отвечает на приказ И.В.Сталина начать эвакуацию телеграммой:

«Бои идут на окраинах Керчи, с севера город обходится противником. Напрягаем последние усилия, чтобы задержать [его] к западу от Булганак. Части стихийно отходят. Эвакуация техники и людей будет незначительной. Командный пункт переходит [в] Еникале. Мы опозорили страну и должны быть прокляты. Будем биться до последнего. Авиация врага решила исход боя» (Рубцов Ю. Указ. соч., с.222).

Интересно отметить признание результативности авиакорпуса Рихтгоффена из уст армейского комиссара Мехлиса. Бои на окраинах Керчи завязала, судя по всему, моторизованная бригада Гродека. Обороняли город части 72-й кавалерийской дивизии.

Сдавать Керчь и тем самым похоронить результаты Керченско-Феодосийской десантной операции и продолжавшейся несколько месяцев борьбы за Крым [279] советское командование не собиралось. В 1.10 15 мая А.М.Василевский приказывает:

«Керчь не сдавать, организовать оборону по типу Севастополя» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1942 г.....с.205).

Но все эти меры уже запоздали. Своеобразие боев на Керченском полуострове заключалось в том, что они проходили в своего рода коридоре, ограниченном с севера Азовским, а с юга Черным морями. Наступающие немецкие дивизии стремились обогнать отходящие в беспорядке части 44, 47 и 51 -й армий и ударами в направлении моря отрезать им пути отхода на восток. Наиболее сильным ходом в этом направлении был поворот на север 22-й танковой дивизии, сразу отрезавший значительную часть войск Крымского фронта. Упорным сопротивлением советских войск танковая дивизия была скована довольно долго. В это же время гремели бои под Харьковом, и еще 15 мая единственной танковой дивизии в Крыму было приказано выдвигаться в группу Клейста. Но этим планам не суждено было сбыться. Фон Бок писал в своем дневнике:

«Продолжающееся русское сопротивление в Крыму задерживает отправление 22-й танковой дивизии» (Воск Fedor von Op. cit., p.480).

Соединение так и не успело принять участие в боях за Харьков.

Маневры, подобные рывку к Азовскому морю 22-й танковой дивизии, совершались и далее. 132-я пехотная и 28-я егерская дивизии после прорыва линии обороны на Татарском валу повернули на северо-восток и вышли к берегу Азовского моря. Тем самым был построен заслон на пути отступавших к Керчи с Татарского вала частей и соединений Крымского фронта. Такие заслоны собирали обильную кровавую жатву и многочисленных пленных.

Пока другие дивизии отсекали отходившие на Керчь советские войска, введенная в прорыв 170-я пехотная дивизия последовала за бригадой Гродека. Уже 16 мая [280] после 80-километрового перемежающегося боями марша 213-й полк 170-й пехотной дивизии подошел к Керчи и завязал уличные бои в городе. За передовым полком вскоре последовали основные силы дивизии, и над городом взвился флаг со свастикой. С этим мероприятием они несколько поторопились: бои в Керчи в районе горы Митридат, железнодорожной станции, завода имени Войкова продолжались до 20 мая. После исчерпания возможностей к сопротивлению в городе защитники Керчи ушли в Аджимушкайские каменоломни. В центральных каменоломнях обороной руководил бывший командир 138-й стрелковой дивизии П.М.Ягунов, работники управления фронта И.П.Парахин и Е.Малых. Борьба в изолированных противником пещерах продолжалась 170 дней. Аджимушкай впоследствии назвали «Керченским Брестом».

Эвакуация с Керченского полуострова продолжалась с 15 по 20 мая. По приказу вице-адмирала Октябрьского в район Керчи с ближайших баз и портов собрали баржи, сейнеры, тральщики, боты, баркасы и буксиры, торпедные и сторожевые катера. Всего удалось эвакуировать около 140 тыс. человек. Л.З.Мехлис эвакуировался одним из последних, вечером 19 мая. В последние дни керченской драмы он, казалось, искал смерти. Человек несомненной личной храбрости, он носился на «газике» под огнем, пытаясь остановить отходящие войска, фанатично рвался вперед. Небритый, с запекшейся кровью от легкого ранения на лбу — таким предстал всемогущий Л.З.Мехлис перед солдатами и командирами рухнувшего фронта. Но ему не суждено было погибнуть от пули или осколка и тем самым разделить судьбу многих из тех, чьи жизни были ему доверены зимой 1942 г. Как бы самому Льву Захаровичу этого ни хотелось. В памяти людской он навсегда останется зловещей, а не героической фигурой и одним из главных виновников катастрофы Крымского фронта в мае 1942 г. [281]

В ночь на 20 мая на корабли под огнем минометов и пулеметов погрузились последние подразделения, прикрывавшие эвакуацию остатков войск Крымского фронта на Таманский полуостров. Директивой Ставки Крымский фронт и северо-кавказское направление ликвидированы. Остатки войск направлялись на формирование нового Северо-Кавказского фронта. Его командующим был назначен маршал С.М. Буденный.

Уже 4 июня 1942 г. за подписями И.В.Сталина и А.М.Василевского вышла директива Ставки ВГК №155452, озаглавленная «О причинах поражения Крымского фронта в Керченской операции». В ней указывалось на «непонимание природы современной войны» командованием Крымского фронта и его армиями и выдвигались обвинения в «бюрократическом и бумажном методе руководства». В директиве Ставки также были озвучены наказания для тех людей, которые «опозорили страну и должны быть прокляты». Представитель Ставки ВГК армейский комиссар 1-го ранга Л.З.Мехлис был снят с постов замнаркома обороны и начальника Главного политуправления Красной Армии и понижен в звании до корпусного комиссара. Сразу после катастрофы в Крыму он стал членом Военного совета 6-й армии, впоследствии был членом Военного совета Воронежского, Волховского и ряда других фронтов. Участвовал в оборонительных боях летом и осенью 1942 г., в прорыве блокады Ленинграда и сражении на Курской дуге. Генерал-лейтенант Д.Т.Козлов был снят с поста командующего фронтом и понижен в звании до генерал-майора. Дивизионный комиссар Ф.А.Шаманин снят с поста члена Военного совета фронта и понижен в звании до бригадного комиссара. Генерал-майор П.П.Вечный снят с должности начальника штаба фронта (единственный, кто расстался со своей должностью без понижения в звании). Генерал-лейтенант С.И. Черняк и генерал-майор К.С.Колганов были сняты с постов командующих уже не существующими армиями и [282] понижены в звании до полковников. С.И.Черняк вернул себе звание 3 июля 1944 и до конца войны не поднимался выше командира дивизии. К.С.Колганов осенью 1943 г. стал генерал-лейтенантом и до конца войны командовал стрелковым корпусом. Генерал-майор Е.М.Николаенко был снят с поста командующего ВВС фронта и понижен в звании до полковника.

Итоги и уроки

Керченская оборонительная операция мая 1942 г. — это хороший пример сражения, в котором промедление оказывалось «смерти подобно». Асимметричное построение войск способствовало успеху той стороны, которая делает первый ход. Общая обстановка (прибытие трех свежих соединений) благоприятствовало первому ходу Манштейна. Огромное преимущество давало немецкому командованию наличие эффективного эшелона развития успеха в лице танковой дивизии.

Вместе с тем катастрофу нельзя считать неизбежной. В специфических условиях удержания узкого фронта, который невозможно было обойти, Крымский фронт мог длительное время удерживать Парпачский перешеек и не позволять противнику выйти на оперативный простор своими подвижными соединениями. Сил для выполнения этой задачи у него было более чем достаточно. Однако у командования Крымского фронта был скудный выбор. С одной стороны, переход к обороне гарантировал устойчивость положения войск. С другой стороны, переход к пассивному ожиданию мог привести к смене целей немецкого командования в Крыму и изменению последовательности выполнения задач по очистке полуострова от советских войск. Первой целью наступления мог стать Севастополь. Затем высвободившиеся под Севастополем соединения рокируются [283] на Керченский полуостров, и катастрофа повторяется по схожему с реальными событиями сценарию. В сущности советские и немецкие войска в первый год войны находились в неравных условиях: у немцев был ключик к преодолению позиционного кризиса в лице тактики штурмовых групп. Красная Армия только училась новым технологиям ведения войны. Поэтому Парпачский перешеек мог быть пройден только в одну сторону, с запада на восток. Наступление Крымского фронта 11-я армия могла остановить и остановила в феврале — марте 1942 г. Наступление крупных сил немецкой пехоты при поддержке авиации, танков и штурмовых орудий было очень трудно остановить даже плотно построенными войсками.

Так или иначе, первый выпад пришедшего в себя вермахта состоялся. Для удержания стратегической инициативы Красной Армии требовалось громить немецкие дивизии с большим темпом, чем поступало пополнение людьми и техникой с запада. В Крыму же на смену бросившей технику 46-й пехотной дивизии прибыли одна егерская и одна танковая дивизия. Введенные советским командованием свежие соединения были в значительной мере ослаблены неудачными наступательными боями февраля — марта 1942 г. Результат не заставил себя ждать. С 8 мая Крымский фронт потерял 162 282 человек, 4646 орудий и минометов, 196 танков, 417 самолетов, 10,4 тыс. автомашин, 860 тракторов и другое имущество. На Таманский полуостров удалось эвакуировать около 140 тыс. человек, 157 самолетов, 22 орудия и 29 установок PC. Немцами в качестве результата операции «Охота на дроф» было заявлено о 170 тыс. пленных, захвате и уничтожении 258 танков и 1100 орудий. Советские войска были вынуждены эвакуироваться с Керченского полуострова, и в этих условиях изолированный Севастополь был обречен. [284]

Ублюдочный пиздорик пЫсаев

21.05.2017, 14:34

http://militera.lib.ru/h/isaev_av4/12.html
В послевоенный период Севастополь стали часто приводить как пример идеального варианта пассивной, оборонительной стратегии. Писатель В.В.Карпов вложил в уста героя своего романа «Полководец» слова, возвеличивающие оборону на примере действий Приморской армии:

«Да и наш одесский и севастопольский опыт показал — против хорошей обороны гитлеровцы ничего не могли сделать, даже имея превосходство в силах. Будь у нас боеприпасы и нормальное снабжение, не видать бы фашистам ни Севастополя, ни Одессы. Фашистов дальше Днепра можно было не пустить. Упустили эту возможность» (Карпов В. В. Избранные произведения. В 3-х т. Т. 3. М.: Художественная литература, 1990, с.38).

Главным героем «Полководца» стал генерал И.Е.Петров, руководивший обороной Одессы и Севастополя в 1941—1942 гг.

Однако перед нами не что иное, как субъективный взгляд изнутри периметра обороны. Положение изолированной крепости с неустойчивым снабжением в войне миллионных армий XX столетия на самом деле является весьма шатким. Противник всегда может собрать против крепости превосходящие силы и сокрушить ее артиллерию и систему обороны. Падение крепости в этом случае является вопросом времени. Бонусом за необходимость одномоментного выделения крупных сил является практически полное уничтожение изолированного гарнизона, который уже не сможет быть использован противником как воинское объединение на другом участке фронта. У гарнизона просто нет технической возможности отступить, в отличие от ведущей боевые действия на участке большого фронта армии.

Севастополь продержался 250 дней в первую очередь потому, что на 11-ю армию Э. фон Манштейна по [285] стоянно оказывалось внешнее воздействие наступательными операциями советских войск. В сентябре 1941 г. наступление Южного фронта под Мелитополем предотвратило появление в Крыму немецкой элитной пехоты в лице XLIX горного корпуса Людвига Кюблера. В декабре 1941 г. штурм Севастополя был прерван Керченско-Феодосийской десантной операцией. Зимой — весной 1942 г. основные силы 11-й армии были задействованы в борьбе против наступающего Крымского фронта. Именно необходимость постоянного прессинга на 11-ю армию привела к растерянности и непоследовательности Д.Т.Козлова и катастрофе мая 1942 г. Обстановка позиционного кризиса и появления свежих сил у противника требовала от Д.Т.Козлова перехода к обороне, а удержание Севастополя — наступления. Собственно задачей защитников Севастополя было удержаться в промежутках между подобного рода мероприятиями. После того как Крымский фронт был разгромлен и возможности внешнего воздействия [286] на 11-ю армию немцев исчерпаны, падение Севастополя стало уже делом времени. После того как Керченский полуостров был очищен от советских войск, XXX армейский корпус Фреттер-Пико начал перегруппировку на подступы к Севастополю.

Пока 11 -я армия Манштейна была занята борьбой с Крымским фронтом, защитники Севастополя воспользовались предоставленной передышкой для улучшения своих позиций. В январе — марте 1942 г. войска Севастопольского оборонительного района (СОРа) на отдельных участках отбросили противника и вновь заняли пункты и рубежи, оставленные в декабре 1941 г. Например, на участке 4-го сектора наши войска овладели северными скатами Мекензиевых гор и выдвинулись на рубеж Камышлы — Бальбек — выс. 79, 4, улучшив тем самым свои позиции и лишив противника выгодных наблюдательных пунктов на северо-восточных подступах к Севастополю.

Пауза в боевых действиях у стен города позволила накопить силы. За период с 1 января по 1 июня 1942 г. боевые корабли и транспортные суда перевезли 77,5 тыс. т различных грузов, главным образом боеприпасов и продовольствия. Обратными рейсами корабли и транспорты эвакуировали раненых и население Севастополя. Помимо этого, в течение зимы и весны 1942 г. части Севастопольского оборонительного района получили 34 маршевые роты общей численностью около 12 тыс. человек. Не обошла Севастополь также волна вливания в войска детищ «перманентной мобилизации»: в город перебросили 386-ю стрелковую дивизию. Также в Севастополь прибыла 9-я бригада морской пехоты. Проводилась реорганизация внутри гарнизона. Из прибывшего пополнения и отдельных подразделений бывшего Севастопольского гарнизона была сформирована 109-я стрелковая дивизия.

Оборонявшие Севастополь войска к концу мая [287] 1942 г. объединялись в Приморскую армию. Командовал армией генерал-майор И.Е.Петров, начальником штаба был полковник Н.И.Крылов. В состав армии входили семь стрелковых дивизий, четыре стрелковые бригады, два полка морской пехоты, два танковых батальона (38 танков Т-26) и один бронепоезд. Артиллерия состояла из семи полков дивизионной артиллерии, трех армейских артиллерийских полков, одного армейского минометного дивизиона и одного гвардейского минометного, дивизиона (М-8). Всего насчитывалось 606 орудий и 1061 миномет. Обеспеченность этих орудий и минометов боеприпасами составляла для различных калибров от 2 до 7 боекомплектов. Исключение [288] составляли мины, которых было очень мало. Авиация Приморской армии насчитывала 53 самолета.

Периметр обороны Севастополя был разбит на четыре сектора. Первый сектор от Балаклавы до р. Черной (фронт — 7,5 км) обороняли 109-я и 388-я стрелковые дивизии. Второй сектор от р. Черной до Мекензии (фронт — 12 км) удерживали части 386-й стрелковой дивизии, 7-й и 8-й бригад морской пехоты. Третий сектор от Мекензии до р. Бельбек (фронт — 8,5 км) обороняли части 25-й стрелковой дивизии, 79-я морская стрелковая бригада, 2-й и 3-й полки морской пехоты. Оборона четвертого сектора (фронт — 6 км) возлагалась на 95-ю и 172-ю стрелковые дивизии. В резерве И.Е.Петрова находились 345-я стрелковая дивизия, один полк 308-й стрелковой дивизии, два отдельных танковых батальона и бронепоезд «Железняков».

Вытеснение советских войск из Крыма дало Манштейну известную свободу действий. Для охраны Керченского полуострова им были оставлены две пехотные, одна кавалерийская румынские дивизии, одна немецкая пехотная дивизия (все та же злосчастная 46-я пехотная) и моторизованная бригада «Гродек». После завершения «Охоты на Дроф» основные силы 22-й немецкой танковой дивизии были переброшены в Донбасс, но III батальон 204-го танкового полка дивизии остался в подчинении 11-й армии и использовался в качестве средства непосредственной поддержки пехоты. Также в операции участвовали 190-й и 249-й батальоны штурмовых орудий. Организационно назначенные для штурма соединения армии Манштейна объединялись в два армейских корпуса — LIV (22, 24, 50 и 132-я пехотные дивизии) генерала кавалерии Хансена и XXX (28-я егерская, 72-я и 170-я пехотные дивизии) генерал-лейтенанта Фреттер-Пико. На стыке немецких корпусов в штурме Севастополя участвовал румынский горный корпус в составе двух дивизий.

Если в операции по сокрушению Крымского фронта [289] самым сильным аргументом Манштейна была 22-я танковая дивизия, то в штурме Севастополя им стала тяжелая артиллерия. К городу были подтянуты сверхтяжелые орудия: 420-мм «Гамма», 600-мм близнецы «Один» и «Тор» и 800-мм монстр «Дора». Достаточно сказать, что только расчет «Гаммы» составлял 235 человек, а «Доры» — более 4 тысяч. Всего в распоряжении LIV и XXX корпусов было 80 тяжелых и сверхтяжелых батарей, 60 легких и 24 батареи реактивных минометов. Последние объединялись в 1-й тяжелый полк реактивных минометов (21 батарея с 576 пусковыми установками калибра 280—320 мм), 70-й полк и 1-й и 4-й дивизионы реактивных пусковых установок. Самыми крупными орудиями, которые защитники Севастополя могли противопоставить штурмующим, были четыре башни с двумя 305-мм орудиями в каждой в составе 30-й и 35-й батарей береговой артиллерии. Э. фон Манштейн позднее отмечал в своих мемуарах: «В целом во Второй мировой войне немцы никогда не [290] достигали такого массированного применения артиллерии, как в наступлении на Севастополь» (Манштейн Э. фон Указ. соч., с.273). В Крым также вновь был возвращен VIII авиакорпус фон Рихтгоффена. В сочетании с тактикой штурмовых групп все это означало медленный, но верный взлом обороны города. Операция по захвату Севастополя получила кодовое наименование «Лов осетра» (Störfang).

Уже с 20 мая, на следующий день после завершения «Охоты на Дроф», немцы начали пристреливать позиции оборонявших Севастополь войск. 2 июня 1942 г. началась артиллерийская и авиационная подготовка, которая продолжалась целых пять дней. Немцы могли себе это позволить. Если на фронте еще со времен Первой мировой войны такая длительная артиллерийская подготовка указывала обороняющемуся точку прорыва фронта и он перебрасывал на этот участок резервы, то осажденный Севастополь такой возможностью не обладал и был вынужден под бомбами продолжать совершенствовать свою разрушаемую оборону. Основной целью тяжелых орудий немцев в этот период стала 30-я батарея (четыре 305-мм орудия). В конце мая 600-мм «Один» и «Тор» были подтянуты на расстояние 3,5 км к батарее. В первые пять дней артиллерийской подготовки они выпустили 18 снарядов. 5 июня 1942 года по форту были выпущены 7 снарядов 800-мм «Доры», но ни один из них не попал в цель.

Утром 7 июня в 4.00 началась артиллерийская подготовка немецкого наступления. Об интенсивности подготовки красноречиво свидетельствует тот факт, что только 600-мм «Один» и «Тор» выпустили 7 июня 54 снаряда. Всего на позициях 172-й стрелковой дивизии и 79-й морской стрелковой бригады разорвалось около 14,5 тыс. снарядов. Поддержка VIII авиакорпуса фон Рихтгоффена выразилась не только в ударах авиации, но и в насыщении боевых порядков пехоты зенитной артиллерией. Для поддержки наступления LIV корпуса [291] была создана боевая группа зенитной артиллерии майора Миттлера в составе двенадцати 88-мм зениток, девяти 37-мм и тридцати 20-мм зенитных автоматов. Они участвовали в артиллерийской подготовке атаки, а затем вели огонь по ДЗОТам, ДОТам и позициям советской артиллерии.

После сильной авиационной и артиллерийской подготовки, плотно прижимаясь к огневому валу, немецкие штурмовые группы пошли в атаку. Оборону города условно делила пополам Северная бухта. Замысел немецкого командования заключался в том, чтобы сначала сокрушить оборону на северной стороне, выйти к бухте, а затем рокировать высвободившиеся соединения в южный сектор. Поэтому первым перешел в наступление LIV армейский корпус силами 132, 22, 50 и 24-й пехотных дивизий. Задачей корпуса было сокрушение советской обороны на северном берегу бухты и [292] создание плацдарма на ее южном берегу, в тылу у первого и второго секторов обороны.

В первый день наступления противнику удалось лишь в одном месте — на стыке 3-го и 4-го секторов — вклиниться в расположение нашей обороны. Одним из главных препятствий на пути штурмующих стал артиллерийский огонь севастопольских батарей, как морских, так и сухопутных. Ценой больших потерь наступающим удалось в течение 7 и 8 июня выйти на рубеж Мекензиевых гор. На третий день наступления в бой был введен второй эшелон LIV корпуса — 24-я пехотная дивизия.

10 июня к наступлению присоединился XXX армейский корпус. В его полосе действовали танки III батальона танкового полка 22-й танковой дивизии. Они применялись небольшими группами по 3—10 машин в качестве средства непосредственной поддержки пехоты. Помимо своих танков немцы использовали на этом направлении четыре трофейных танка КВ. Однако здесь немцам к 18 июня удалось только оттеснить части первого и второго секторов на вторую линию обороны.

С началом штурма советское командование начало переброску в Севастополь морем маршевого пополнения и отдельных соединений. В ночь на 10 июня прибыл транспорт «Абхазия» в сопровождении эскадренного миноносца «Свободный». Однако наличие в Крыму VIII авиакорпуса фон Рихтгоффена делало любые попытки прорыва блокады смертельно опасными. Уже днем 10 июня и «Абхазия», и «Свободный» были потоплены.

Поздним вечером 12 июня из Новороссийска в Севастополь прибыл крейсер «Молотов» в сопровождении эсминца «Бдительный». Кораблями была доставлена 138-я стрелковая бригада майора П.П.Зелинского (2655 человек, шестнадцать 76-мм и двенадцать 45-мм орудий, восемь 120-мм минометов). Бригада была выдвинута для прикрытия стыка между 3-я и 4-м секторами и сразу перешла в контратаку. Днем 13 июня [293] «Молотов» и «Бдительный» вели огонь из Северной бухты по наступающим немецким войскам. Защитникам Севастополя удалось на короткое время восстановить положение и вернуть Мекензиевы горы. Крейсер и эсминец ушли в Новороссийск. 12 и 13 июня противник производил перегруппировку войск, и 14 июня наступление возобновилось. 14 июня пикировщиками корпуса Рихтгоффена был потоплен транспорт «Грузия» с 526 т боеприпасов и маршевым пополнением численностью 708 человек. Гарантированно прорывать блокаду Севастополя могли только подводные лодки и быстроходные боевые корабли с сильным зенитным вооружением. 15 июня в Севастополь вновь прибыл «Молотов» с боеприпасами и пополнением. Каждый день в город приходили подводные лодки. [294]

Еще 12 июня Манштейн затребовал у группы армий «Юг» пополнение в размере трех пехотных полков. 14 июня командующий повысил запросы до 4 полков. Первый из запрошенных полков был направлен в 11-ю армию 16 июня. 18 июня части противника прорвались к Северной бухте. Батарея №30 (305-мм орудия в башнях) была окружена. До этого батарея вела огонь 305-мм снарядами почти в упор, на дальность около одного километра по наступающим немецким войскам. Манштейн опять запросил у командующего группы армий «Юг» фон Бока пополнения в пехоте. Для пополнения войск в Крыму было решено раздергать прибывшую для участия в летнем наступлении на Кавказ 371-ю пехотную дивизию.

Очередная попытка прорвать блокаду 18 июня транспортом вновь завершилась трагически. Транспорт «Белосток» на обратном пути из Севастополя был атакован и потоплен торпедным катером противника. В этих условиях снабжение гарнизона Севастополя морем в течение 13—20 июня обеспечило только восполнение 20% потерь личного состава и около трети расхода боеприпасов. Всего в июне Черноморским флотом было доставлено в Севастополь более 21 тыс. человек, а также 5512 т боеприпасов и вывезено из Севастополя около 19 тыс. человек раненых и 15 тыс. эвакуируемых местных жителей. Подводными лодками в Севастополь было доставлено 2263 т боеприпасов, 1038 т продовольствия и 534 т бензина и вывезено из города 1303 раненых и жителей города.

Однако, понимая критическое положение города и трудности его снабжения под ударами с воздуха, советское командование попробовало еще раз использовать тот же прием, что принес успех в декабре 1941 г. Вечером 19 июня директивой Ставки ВГК Северо-Кавказскому фронту предписывается подготовить десантную [295] операцию с целью захвата Керченского полуострова:

«В состав десантной группы включить: в первом эшелоне — 32 гв сд и три батальона морской пехоты Черноморского флота; во втором эшелоне — 66, 154-ю морские сбр и 103 сбр. Перевозка 66-й морской сбр с Карельского фронта и 154-й морской сбр с Северо-Западного фронта будет начата 20.06.1942 г.» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1942 г.....с.254).

Предполагалась высадка как морского, так и воздушного десанта в районе Керчи. 32-я гвардейская стрелковая дивизия полковника М.Ф.Тихонова была в мае 1942 г. переформирована из 2-го воздушно-десантного корпуса. Она была переброшена на Таманский полуостров в мае 1942 г., еще будучи десантным корпусом, и вскоре стала стрелковым соединением.

Но времени на организацию высадки да и сил для ее проведения после катастрофы Крымского фронта мая 1942 г. уже не осталось. В дневнике фон Бока в записи от 26 июня 1942 г. отмечается: «Новые слабые попытки высадки рядом с Керчью».

23 июня по приказу командования оборонительного района остатки войск четвертого сектора отошли на южный берег Северной бухты. Теперь оборона Севастополя сузилась до обороны Инкерманской долины. В тот же день в город прорвались «Ташкент» и эсминец «Безупречный», которые привезли первые части и вооружение перебрасываемой в город 142-й стрелковой бригады.

Вечером 26 июня в Севастополь последний раз пришел «голубой крейсер» — лидер «Ташкент». Корабль выгрузил людей и технику 142-й стрелковой бригады и взял на борт 2300 раненых и эвакуируемых жителей города. На обратном пути ночью 27 июня лидер «Ташкент» подвергся нескольким атакам с воздуха, [296] в результате близких попаданий заклинило руль, корабль принял 1900 т забортной воды и с трудом добрался до Новороссийска. Поход «Ташкента» стал последней попыткой прорыва блокады Севастополя крупными надводными кораблями.

В ночь на 29 июня под прикрытием дымовой завесы два полка 22-й и 24-й пехотных дивизий форсировали Северную бухту на резиновых лодках и закрепились на ее южном берегу. Утром того же дня после мощной полуторачасовой артиллерийской и авиационной подготовки противник нанес сильный удар из района Федюхиных высот и Нов. Шули в северо-западном направлении и на Сапун-гору и прорвал оборону войск 2-го сектора.

Ранним утром 30 июня командующий Черноморским флотом адмирал Ф.С.Октябрьский обратился к С.М.Буденному с донесением, прогнозирующим исчерпание возможностей обороны в течение двух-трех дней. Как вывод из этого тезиса адмирал запрашивал разрешение на эвакуацию самолетами командиров и ответственных работников. Буденный препроводил это донесение в Москву, дополнив его предложением эвакуировать все, что возможно, из Севастополя, прекратить подвоз пополнения. Не дожидаясь ответа Ставки, командование СОРа подготовило список эвакуируемых, в котором от Черноморского флота значилось 77 человек и от Приморской армии — 78 человек. Эвакуации подлежал командный состав от командира полка и выше, ответственные работники города. После получения из Ставки ВГК ответа за подписью А.М.Василевского с разрешением на эвакуацию в каземате батареи №35 состоялось последнее заседание Военных советов флота и армии. Было решено оставить в Севастополе для координации действий последних защитников города генерал-майора П.Г.Новикова — командира 109-й стрелковой дивизии, обороняющейся на мысе Херсонес. [297]

Тем временем система обороны Севастополя постепенно распадалась. Днем 30-го июня был свернут командный пункт ПВО Черноморского флота. Оборудование двух радиолокационных станций РУС-2 было сброшено в море у мыса Фиолент. К вечеру все исправные самолеты СОРа (6 Як-1, 7 Ил-2, 1 И-15бис, 2 И-153, 1 ЛаГГ-3) перелетели с Херсонесского аэродрома в Анапу.

Покидание командующим обреченного гарнизона является сложной морально-этической проблемой. В истории войны мы можем найти немало примеров, когда командующие армиями и фронтами оставались со своими войсками и разделяли судьбу своих подчиненных. Так поступали И.Н.Музыченко, П.Г.Понеделин, М.П.Кирпонос, М.И.Потапов, М.Ф.Лукин, М.Г.Ефремов. Однако следует заметить, что любой командующий армией или фронтом не является хозяином своей судьбы. Он является высококвалифицированным госслужащим, за обучение которого страна платит большие деньги, а иногда — человеческие жизни. С этой точки зрения И.Е.Петров был обязан сесть в подводную лодку и уйти из Севастополя. Как справедливо заметил процитированный выше И.В.Сталин, «у нас нет в резерве Гинденбургов». Если бы И.Е.Петров остался в Севастополе и попал бы в плен или погиб, то во главе 2-го Белорусского и 4-го Украинского фронтов в 1944 г. пришлось бы поставить кого-либо другого, в частности показавшего себя «не-Гинденбургом» Д.Т.Козлова.

Однако не следует думать, что в последние дни и часы обороны Севастополя имело место некое тайное бегство с переодеванием. Процесс эвакуации проходил публично, на глазах сотен людей, и собственно получение посадочного талона в самолет не гарантировало спасения. Вечером 30 июня на аэродроме Херсонес стали приземляться транспортные ПС-84 («Дугласы»). На аэродроме к тому моменту находилась масса неорганизованных солдат и командиров с оружием и [298] без него. Самолеты брали штурмом, часто оттесняя тех, для кого они предназначались. Всего 30 июня вылетели 13 ПС-84, которые вывезли 232 человека и 349 кг важного груза. На 14-м самолете вылетел адмирал Ф.С.Октябрьский.

Посадка на подводные лодки Л-23 и Щ-209 командования Приморской армии, штабов СОРа и армии проходила более организованно, но также не обошлась без эксцессов. Из толпы прозвучали не только ругательства в адрес командования, но и автоматная очередь, попавшая в шедшего перед И.Е.Петровым начальника отдела укомплектования Приморской армии. Не выдержав взгляда сотен людей, начальник штаба береговой обороны И.Ф.Кобалюк вернулся назад и передал, что никуда не пойдет и погибнет вместе с батареей. Подводная лодка Щ-209 приняла на борт 63 человека из состава Военного совета Приморской армии и штаба армии и в 2.59 вышла в Новороссийск. Утром вышла в Новороссийск подводная лодка Л-23, имея на борту 117 человек руководящего состава СОРа и города. Эвакуация командования произвела тяжелое впечатление на оставшихся защитников Севастополя. Люди почувствовали себя не только обреченными, но и преданными. Впереди их ждали смерть или плен.

Страшнее всего была судьба раненых. По данным послевоенного отчета по обороне Севастополя, потери ранеными с 21 мая по 3 июля составили 55 289 человек. Эвакуировано за тот же период было 18 734 человека. Таким образом, в городе находилось более 35 тысяч раненых. Те, кто мог передвигаться самостоятельно, собрались вечером 30 июня в бухтах Камышовой и Казачьей в тщетной надежде на эвакуацию.

Самолеты и подводные лодки были, разумеется, самым надежным средством эвакуации. Но помимо них вывозом людей занимались тральщики, сторожевые корабли и торпедные катера. Попытка эвакуировать [299] этими средствами 2000 человек командного состава армии и флота в ночь на 2 июля в целом провалилась: на подошедшие к берегу корабли попали те, кто смог до них добраться. На Кавказ в итоге прибыли 559 человек комсостава и 1116 человек младшего начсостава и рядовых. Также в ночь на 2 июля 1942 года была подорвана 35-я батарея. Первая башня была взорвана в 0.35, вторая в 1.13 ночи.

Предоставленные себе люди искали выход из создавшегося положения самостоятельно. В ход шли рыбацкие лодки, катера, импровизированные плоты из покрышек и кузовов машин и другие плавсредства. Среди неисправных кораблей в Стрелецкой бухте был обнаружен буксир «Таймыр» с исправными двигателями. На буксир были установлены два пулемета ДШК, и он прорвался на Кавказ. На сбор людей с плотов из Новороссийска до 5—7 июля выходили сторожевые корабли.

На море советские корабли и плоты поджидали удары с воздуха и торпедные катера немцев. Уже в море 2 июля 1942 г. «Шнельботами» были перехвачены сторожевики СКА-0112 и СКА-0124. Их экипажи и эвакуировавшиеся на борту солдаты и командиры попали в плен. Часть защитников Севастополя прорвалась в горы и присоединилась к партизанам. Последний командующий обороны Севастополя генерал П.Г.Новиков был взят в плен и погиб в 1944 г. в лагере Флессенбург.

4 июля 1942 г. разыгрался последний акт севастопольской драмы: после артиллерийской подготовки на мыс Херсонес ворвались поддержанные танками немецкие пехотинцы, и началось массовое пленение оставшихся в живых защитников Севастополя. К 14.15 основная масса наших бойцов и командиров была пленена. Город оборонялся 250 дней и ночей. [300]

Итоги и уроки

Штурм Севастополя Э. фон Манштейном показал, что статичная оборона не может служить надежной защитой от подготовленной армии XX столетия. Поставленная Гитлером в директиве ОКВ №41 задача захвата Севастополя была решена «в лоб» концентрацией против города-крепости крупной массы артиллерии с соответствующими запасами боеприпасов. Шквал артиллерийских снарядов постепенно разрушил систему обороны Приморской армии. О мощи артиллерийского огня свидетельствует такой факт: 22-й артиллерийский полк 22-й пехотной дивизии 29 июня выпустил свой стотысячный снаряд за время штурма. Сыграли определенную роль доставленные под Севастополь немецкие орудия-монстры. Несколькими прямыми попаданиями из 600-мм мортир была, в конце концов, выведена из строя батарея №30 в 4-м секторе обороны.

Помимо тяжелых орудий навесного огня были широко использованы зенитные орудия, прежде всего 88-мм калибра. Показательный факт: на дюжину 88-мм зениток боевой группой зенитной артиллерии в ходе июньского сражения за Севастополь было израсходовано 18 тыс. гранат с дистанционной трубкой, 27 тыс. с ударным взрывателем и 3500 бронебойных снарядов. Для сравнения: 20-мм снарядов из зенитных автоматов (!!!) той же группой было израсходовано 21 500 штук. Под такими ударами Севастополь в итоге пал, несмотря на то что в январе — мае получил в качестве усиления две свежие стрелковые дивизии, стрелковую бригаду, а в ходе штурма были доставлены кораблями еще две стрелковые бригады с вооружением и боеприпасами. Единственное, что могло дать мастерство обороняющегося, — это увеличение сроков взлома обороны крепости. Упорная оборона Севастополя не позволяла [301] немцам начать раньше запланированное еще в апреле наступление на Волгу и Кавказ.

Немцами было заявлено о захвате 97 тыс. пленных, 631 неисправного орудия и 26 танков. Собственные потери в ходе штурма города составили 4337 человек убитыми, 1591 пропавшими без вести и 18 183 человека ранеными. Согласно советским данным, потери Приморской армии с 1 января 1942 г. до падения Севастополя составили 5139 человек убитыми, 62 871 пропавшими без вести (в данном случае это автоматически означает плен; в это же число попали оставшиеся в Севастополе раненые) и 1108 человек небоевых [302] потерь. Об учтенных санитарных потерях было сказано выше.

Много споров вызывает вопрос эвакуации Приморской армии. Объективно предпосылки для принятия решения об эвакуации сложились примерно к 20 июня. Однако к тому моменту VIII авиакорпус Рихтгоффена настолько плотно контролировал подходы к Севастополю, что эвакуация неизбежно превратилась бы в избиение кораблей всех классов и размеров. В отличие от операции «Динамо» (эвакуации союзников из Дюнкерка в 1940 г.), эвакуируемый Севастополь отделяло от Новороссийска значительное расстояние. Это расстояние было невозможно покрыть на мелких судах, как это часто делалось в ходе эвакуации из Дюнкерка. Также вследствие больших расстояний было невозможно прикрыть с воздуха истребителями боевые и транспортные корабли у Севастополя. Флот и армия также не располагали достаточным количеством транспортных самолетов для эвакуации по воздуху. Все это привело к тому, что после разрушения системы обороны города защитники Севастополя были обречены на гибель и плен.

С точки зрения оперативной и стратегической обстановки на советско-германском фронте падение Севастополя означало ликвидацию крупного советского плацдарма в Крыму. Этот плацдарм в течение длительного времени приковывал к себе крупные силы войск противника, которые теперь могли быть им брошены на весы в любой точке фронта. XXX армейский корпус Фреттер-Пико был вскоре направлен под Ленинград, а в дальнейшем стал «пожарной» командой советско-германского фронта. LIV корпус предполагалось использовать для содействия операциям на Кавказе высадкой на Таманском полуострове. [303]

Ублюдочный пиздорик пЫсаев

21.05.2017, 14:36

http://militera.lib.ru/h/isaev_av4/13.html
Барвенковско-Лозовская операция Юго-Западного и Южного фронтов была единственным зимним наступлением Красной Армии, которое получило развитие сразу после окончания периода весенней распутицы. На Волховском фронте наступление сдерживала постоянная угроза коммуникациям 2-й ударной армии, на Калининском фронте в сходном положении была 39-я армия, на Западном фронте прорвавшиеся в глубину обороны соединения 33-й армии были уничтожены, в Крыму был «не-Гинденбург» Д.Т.Козлов. На этом фоне положение барвенковского выступа и состояние армий двух фронтов в южном секторе советско-германского фронта было относительно устойчивым и дающим надежду на выход из позиционного тупика.

Планы и силы сторон

В начале марта Ставка ВГК потребовала от Военного совета Юго-Западного направления представить доклад об оперативно-стратегической обстановке и соображения о возможных действиях войск в предстоящую летнюю кампанию. Обсуждение разработанного оперативным отделом штаба С.К.Тимошенко плана состоялось вечером 27 марта в Кремле. На совещании присутствовали И.В.Сталин, В.М.Молотов, Г.М.Маленков, С.К.Тимошенко, Н.С.Хрущев, Б.М.Шапошников, А.М.Василевский и заместитель командующего ВВС КА Ф.Я.Фалалеев. Первым разделом любого грамотно составленного плана является оценка противника и его планов. Командование Юго-Западного направления считало, что «враг, несмотря на крупную неудачу осеннего наступления на Москву, весной будет вновь стремиться к захвату нашей столицы». Одновременно [304] не отрицались наступательные операции вермахта в южном секторе советско-германского фронта, в частности удар из района Брянска и Орла в обход Москвы. В отношении южного сектора советско-германского фронта оценка возможных планов противника была сделана следующая:

«На юге следует ожидать наступления крупных сил противника между р. Сев[ерский] Донец и Таганрогским заливом с целью овладения низовьем Дона и последующим устремлением на Кавказ к источникам нефти. Этот удар, вероятно, будет сопровождаться наступлением вспомогательной группировки войск на Сталинград и десантными операциями из Крыма на Кавказское побережье Черного моря» (ВИЖ, №12, 1989, С.15).

Как мы видим, штаб С.К.Тимошенко предполагал, что вермахт продолжит проведение операций, которые были прерваны контрнаступлениями Красной Армии в ноябре и декабре 1941 г. Соответственно район Харькова представлялся в докладе островком спокойствия в бушующем море глубоких ударов. Возможность проведения немцами частной операции против образовавшегося в результате зимнего наступления выступа в явном виде не рассматривалась. Этот тезис выглядел довольно странно особенно на фоне того, что ожидались активные наступательные действия донбасской группировки противника. Последней вполне явственно угрожал барвенковский выступ, и проведение наступления под угрозой удара в тыл было бы со стороны группы армий «Юг» очевидной авантюрой. Одновременно давалась весьма оптимистичная оценка состояния войск противника:

«Противник доведен активными действиями наших войск до такого состояния, что без притока крупных стратегических резервов и значительного пополнения людьми и материальной частью не способен предпринять операцию с решительной целью».

Верным это предположение было только частично. [305]

В отношении собственных планов командование Юго-Западного направления проявило последовательность и предложило план, в общих чертах представляющий собой развитие Барвенковско-Лозовской операции. По-прежнему основные усилия нацеливались на освобождение Донбасса и Харькова. Плацдармом для наступления должен был стать вбитый в расположение немецких войск барвенковский выступ, занимающий нависающее положение как над Харьковом, так и над всей донбасской группировкой противника. [306]

Основной идеей плана было удержание стратегической инициативы в условиях ожидаемого перехода противника в наступление:

«По всем признакам весна должна ознаменоваться возобновлением широких наступательных действий со стороны противника.

Независимо от этого войска Юго-Западного направления в период весенне-летней кампании должны стремиться к достижению основной стратегической цели — разгромить противостоящие силы противника и выйти на Средний Днепр (Гомель, Киев, Черкассы) и далее на фронт Черкассы, Первомайск, Николаев» (ВИЖ, №12, 1989, С.15).

Для проведения нового масштабного наступления «Военный совет просил Ставку выделить из ресурсов центра: стрелковых дивизий — 32—34; танковых бригад — 27—28; артиллерийских полков — 19—24; боевых самолетов — 756» (Баграмян И.Х. Так шли мы к победе. М.: Воениздат, 1977, с.54). Однако вливание большого числа новых соединений, произведенное зимой 1941/42 г., возможно было провести только один раз. В выделении столь крупных резервов Юго-Западному направлению было отказано. В результате вместо наступления с целью сотрясения всего фронта группы армий «Юг» было решено ограничиться более скромной по своему размаху операцией. Ее задачей должно было стать освобождение силами Юго-Западного фронта города Харькова ударами по сходящимся направлениям к югу и северу от города, с перспективой выхода к Днепру. Уточненный план был доложен С.К.Тимошенко и Н.С.Хрущевым Верховному Главнокомандующему и начальнику Генерального штаба в понедельник 30 марта 1942 г. Согласно воспоминаниям А.М.Василевского, против проведения операции выступил Б.М.Шапошников, мотивируя свою позицию рискованностью наступления из оперативного мешка барвенковского выступа. В итоге разрешение на ее [307] проведение дал лично И.В.Сталин. Одновременно Сталин приказал Генштабу «считать операцию внутренним делом направления и ни в какие вопросы по ней не вмешиваться». 8 апреля директивой Ставки ВГК №170225 маршал С.К.Тимошенко назначался командующим Юго-Западным фронтом по совместительству с руководством Юго-Западным направлением. Ранее командовавший фронтом генерал-лейтенант Ф.Я.Костенко назначался его заместителем.

Запрошенные С.К.Тимошенко на усиление фронта резервы Ставки были уменьшены до 10 стрелковых дивизий, 26 танковых бригад и 10 артиллерийских полков. Предполагалось, что этого хватит для выполнения урезанного варианта плана наступления. Задачей Юго-Западного направления согласно доработанному варианту плана было «овладеть г. Харьков, а затем произвести перегруппировку войск, ударом с северо-востока захватить Днепропетровск и Синельниково и лишить этим противника важнейшей переправы через р. Днепр и железнодорожного узла Синельниково» (Баграмян И.Х. Указ. соч. С. 65). Захват Синельникова означал нарушение коммуникаций донбасской группировки противника и тем самым создавал предпосылки для освобождения Донбасса.

Пополнение, обещанное Ставкой ВГК, поступило в форме 28-й армии, которой была поручена ответственная задача обхода Харькова с севера. Управление армии прибыло на фронт 14 апреля 1942 г. Армия была сформирована заново, получив номер в наследство от 28-й армии В.Я.Качалова 1941 г., сгинувшей в ходе Смоленского сражения. В отличие от зимнего наступления 1942 г. новая армия была смешанного состава, из старых и новых соединений. Ядром армии стала 13-я гвардейская стрелковая дивизия А.И.Родимцева. Еще одним опытным соединением была 169-я стрелковая дивизия. Обе дивизии передавались из состава 38-й армии. Напротив, прибывшие с управлением армии [308] 38, 162, 175 и 244-я стрелковые дивизии были, несмотря на уже использовавшиеся номера, свежесформированными соединениями. Номера дивизии получили по наследству от сгинувших в вяземском (38, 162 и 244-я) и киевском (175-я) «котлах» соединений РККА. Соответственно 38-я дивизия формировалась в Алма-Ате, 162-я — в Челябинске, 175-я — в Тюмени и 244-я — в Сталинграде в декабре 1941 г. — январе 1942 г. Состав дивизий был довольно пестрый. Если командир 38-й стрелковой дивизии полковник Н.П.Доценко был опытным командиром нового соединения, то командир 162-й стрелковой дивизии полковник М.И.Матвеев был таким же новичком, как и его подчиненные. В 244-й дивизии 10% составляли ранее участвовавшие в боях солдаты, а 90 % — 40-летние призывники старших возрастов. Из четырех танковых бригад 28-й армии одна была старым соединением, а четыре — в первый раз пошли в бой под Харьковом. Возглавил 28-ю армию являвшийся штатным «генералом Наступление» Юго-Западного направления генерал-лейтенант Д.И.Рябышев. Он уже выполнял аналогичную миссию во главе 57-й армии в Барвенковско-Лозовской операции. Теперь ему вновь предстояло вести в бой новичков, на этот раз частично разбавленных профессионалами.

Поскольку, в отличие от Барвенковско-Лозовской операции, Южный фронт не получал активных задач по выходу на коммуникации немцев в Донбассе, ему 6 апреля 1942 г. были поставлены оборонительные задачи:

«Армии фронта прочно закрепляются на занимаемых рубежах, обеспечивая своим правым крылом наступление войск ЮЗФ на харьковском направлении и левым крылом прикрывая ворошиловградское и ростовское направления» (ВИЖ, №1, 1990, с.12).

В целом в плане, разработанном штабом С.К.Тимошенко, просматривается вполне здравая идея не упускать стратегической инициативы и попытаться нарушить наступательные планы противника своими активными действиями. Довольно рискованным [309] было решение наступать с вынесенного вперед и сравнительно узкого плацдарма. Но политый кровью плацдарм нужно было или эвакуировать (а объективных предпосылок к этому командование направления не видело), или расширять. Успех операции по овладению Харьковом сам по себе существенно расширял барвенковский выступ, снижая его уязвимость.

По сравнению с зимой 1942 г. в руках у командующих фронтами появились более совершенные инструменты ведения операций. Одним из мероприятий, проведенных в Красной Армии по итогам зимнего наступления, стало формирование танковых корпусов, которые должны были стать более эффективным средством развития успеха, чем усиленные танковыми бригадами кавалерийские корпуса. Первые четыре танковых корпуса были сформированы в апреле 1942 г. по директиве НКО от 31 марта. Они должны были состоять из двух танковых и одной мотострелковой бригад. 1-й танковый корпус возглавил М.Е.Катуков, формировались первые корпуса в центральном секторе фронта. Однако уже в апреле 1942 г. штат был пересмотрен, и в корпусе стало четыре бригады — три танковые и одна мотострелковая. По этому штату на Юго-Западном направлении были сформированы 21, 22, 23 и 24-й танковые корпуса. Первоначально эти корпуса были названы по старой памяти «механизированными», во всяком случае, так они именуются в плане Харьковской операции от 10 апреля 1942 г. Во главе танковых корпусов становились хорошо себя показавшие командиры танковых бригад, многие из которых в 1941 г. командовали функциональными аналогами новых соединений — танковыми дивизиями. Так, например, 23-й танковый корпус возглавил Е.Г.Пушкин, командовавший в 1941 г. 32-й танковой дивизией.

Всего в 1942 г. было сформировано 28 танковых [310] корпусов. Их формирование было важным этапом в совершенствовании советской военной машины. Массирование танков как сбор большого числа машин в одном соединении уже было в 1941 г. Весной 1942 г. массирование уже было обеспечено соответствующими вспомогательными службами и делением танкового соединения на готовые боевые группы — танковые бригады. От немецких танковых соединений корпус весны 1942 г. отличался более слабым артиллерийским звеном. Введение корпусного управления (а не дивизионного, как в 1941 г.) также повышало уровень техники связи самостоятельного механизированного соединения. Вообще наименование «корпус» для соединения формата танковой дивизии было связано [311] именно со стремлением повысить уровень управления, к которому в подвижных соединениях предъявлялись повышенные требования.

Если командование Юго-Западного направления не уделяло достаточно внимания устойчивости барвенковского выступа, то командование группы армий «Юг» своей первой задачей в начинающейся весенне-летней кампании 1942 г. видело его уничтожение. Еще 12 февраля 1942 г. в «Распоряжении о ведении боевых действий на Восточном фронте по окончании зимнего периода» оперативного отдела ОКВ было приказано ликвидировать барвенковский выступ. Так же было настроено командование группой армий «Юг». Федор фон Бок 10 марта 1942 г. сделал в своем дневнике запись:

«Верховному командованию была представлена оценка ситуации: она завершалась утверждением, что изюмский выступ должен быть ликвидирован наступательными действиями сразу после окончания периода распутицы» (Воск F. von. Op.cit., р.443).

Одновременно фон Бок указывал на активное движение в советских тылах в районе Ростова и Воронежа. Общим выводом из оценки ситуации было предположение о грядущих активных действиях Красной Армии:

«Все говорит о том, что противник не даст нам спокойно подготовиться к проведению главной операции» (Ibidem).

25 марта 1942 г. фон Бок издал директиву на операцию по срезанию барвенковского выступа двумя ударами по сходящимся направлениям. 6-я армия Паулюса должна была наступать на юг, прикрываясь с фланга р. Северский Донец.

Навстречу 6-й армии из района Славянска должны были ударить собравшиеся там зимой 1942 г. пехотные и танковые соединения. Для проведения операции в распоряжение группы армий «Юг» была направлена свежесформированная 23-я танковая дивизия, которая сосредоточивалась в районе Харькова. Здесь же собирались части 3-й танковой дивизии, ранее действовавшей в составе группы армий «Центр». [312] Теперь ее судьба была надолго связана с группой армий «Юг». Операция против барвенковского выступа получила кодовое наименование «Фридерикус».

В целом обе стороны в марте — апреле 1942 г. начали гонку по подготовке направленных друг против друга наступательных операций в районе Харькова. Теперь многое зависело от того, кто успеет начать первым и будет ли его наступление иметь успех. Окажется ли собираемая для «Фридерикуса» группировка в окружении или, напротив, замкнется кольцо окружения за идущими в обход Харькова дивизиями и корпусами Юго-Западного фронта?

Окончательно задачи были распределены между армиями Юго-Западного фронта в директиве С.К.Тимошенко от 28 апреля 1942 г. Готовность к наступлению ожидалась к исходу 4 мая. Замысел операции предусматривал удары по сходящимся направлениям из района северо-восточнее Харькова и из барвенковского выступа.

К северо-востоку от Харькова была собрана «птица-тройка» из трех армий — 38, 28 и 21-й. «Коренной» была прибывшая из резерва Ставки ВГК 28-я армия Д.И.Рябышева в составе 13-й гвардейской, 244, 175, 169, 162 и 38-й стрелковых дивизий, 3-го гвардейского кавалерийского корпуса (5, 6-я гвардейские, 32-я кавалерийская дивизии, 34-я мотострелковая бригада), 6-й гвардейской, 84, 90 и 57-й танковых бригад, усиленная девятью артиллерийскими полками РГК. Она должна была прорвать оборону противника на фронте 15 км и обеспечить ввод в прорыв 3-го гвардейского кавалерийского корпуса. 3-й гвардейский кавалерийский корпус В.Д.Крюченкина (ранее 5-й кавалерийский корпус) был одним из старейших соединений Юго-Западного направления, прошедшим всю кампанию 1941 г. и заслужившим звание гвардейского. Четыре танковые бригады непосредственной поддержки пехоты 28-й армии насчитывали 181 танк. Артиллерийская группировка [313] 28-й армии была самой сильной из «тройки» — 893 орудия и миномета, 59,5 ствола на километр фронта.

«Пристяжными» у армии Д.И.Рябышева были ударные группировки, создаваемые на левом и правом флангах 21-й армии В.Н.Гордова и 38-й армии К.С.Москаленко соответственно. 21-я армия в составе 8-й мотострелковой, 297, 301, 76, 293 и 227-й стрелковых дивизий, 1-й мотострелковой, 10-й танковой бригад и 8-го отдельного танкового батальона с четырьмя артиллерийскими полками РГК, должна была силами левофланговых 76, 293 и 297-й стрелковых дивизий, 10-й танковой бригады прорвать оборону противника на участке 14 км и обеспечить правый фланг 28-й армии от возможных контрударов противника с севера и северо-запада. 10-я танковая бригада и 8-й отдельный танковый батальон армии насчитывали 48 танков. В армии насчитывалась 331 орудие и миномет.

38-я армия в составе 226, 300, 199, 304, 81 и 124-й стрелковых дивизий, 133-й (12 Т-34, 11 БТ), 36-й [314] (12 МkII «Матильда», 20 MkIII «Валентайн», 18 T-60) и 13-й (12 МkII и MkIII, 14 БТ и 6 Т-26) танковых бригад, усиленная шестью артиллерийскими полками РГК, на большей части своего 74-километрового фронта должна была обороняться. На своем правом фланге армия силами четырех дивизий и трех танковых бригад должна была нанести удар на 25-километровом участке и продвигаться вперед, обеспечивая войска 28-й армии от контрударов противника с юга и юго-запада. Далее во взаимодействии с 6-й армией она должна была окружить и разгромить войска немецкого LI армейского корпуса к юго-востоку от Харькова в районе Чугуева. Три указанные танковые бригады находились в процессе переформирования в 22-й танковый корпус. Однако к началу операции формирование не было завершено, и бригады использовались в качестве средства непосредственной поддержки пехоты. Артиллерия армии насчитывала 485 орудий и минометов.

В барвенковском выступе собиралась ударная группировка 6-й армии и армейской группы Л.В.Бобкина. Главный удар должна была наносить 6-я армия генерал-лейтенанта А.М.Городнянского в составе 337, 47, 253, 41, 411, 266, 103 и 248-й стрелковых дивизий, 5-й гвардейской, 37, 38, 48-й танковых бригад, 21-го и 23-го танковых корпусов, усиленная четырнадцатью артиллерийскими полками РГК. Она должна была наступать своим левым флангом, прорвать оборону противника на 26-километровом участке и обеспечить ввод в прорыв двух танковых корпусов. В дальнейшем армия, взаимодействуя с подвижными соединениями, должна была развивать удар в общем направлении на Мерефу, Харьков. С выходом войск армии в район Мерефы (город южнее Харькова) три усиленных полка должны были нанести удар из района Змиева в тыл группировке немцев, действующей юго-восточнее Харькова, навстречу 38-й армии.

Эшелоном развития успеха 6-й армии были 21-й и [315] 23-й танковые корпуса (269 танков). После ввода их в прорыв они должны были к исходу пятого дня операции перерезать все пути из Харькова на запад. В дальнейшем эти корпуса, соединившись с частями 3-го гвардейского кавалерийского корпуса 28-й армии, завершали глубокое окружение харьковской группировки немцев.

Армейская группа Л.В.Бобкина в составе 393-й и 270-й стрелковых дивизий, 7-й танковой бригады (40 танков), 6-го кавалерийского корпуса (49, 26 и 28-я кавалерийские дивизии) прорывала оборону немцев на 10-километровом участке фронта и обеспечивала ввод в прорыв 6-го кавалерийского корпуса. В свою очередь 6-й кавалерийский корпус, войдя в прорыв, должен был к исходу пятого дня операции овладеть Красноградом и обеспечить войска 6-й армии от контрударов с запада. Всего в 6-й армии и армейской группе насчитывалось 1151 орудие и миномет.

В резерве командующего Юго-Западным фронтом находились две стрелковые дивизии (277-я и 343-я), 2-й кавалерийский корпус и три отдельных танковых батальона (96 танков). Штаб фронта располагался в Сватове, примерно на равном расстоянии от обеих ударных группировок фронта.

К проведению операции привлекались 32 авиационных полка Юго-Западного и Южного фронтов, имевших в своем составе 654 боевых самолета, в том числе 243 истребителя (106 ЛаГГ-3, 87 Як-1, 39 И-16, 11 МиГ-3), 83 дневных бомбардировщика (27 Су-2, 26 СБ, 2 Ар-2, 28 Пе-2), 71 штурмовик (63 Ил-2 и 8 И-153), а также 142 ночных бомбардировщика (104 У-2, 31 Р-5, 7 Ил-4). Из этого числа самолетов для поддержки 6-й армии выделялся один бомбардировочный (11 Су-2), два штурмовых авиаполка (19 Ил-2) и четыре полка ночных бомбардировщиков. «Птицу-тройку» 21, 28 и 38-й армий севернее Харькова поддерживали два бомбардировочных (10 Су-2 и 15 Пе-2), один штурмовой [316] (16 Ил-2) и три ночных бомбардировочных полка. В резерве фронта были один штурмовой (20 Ил-2) и один бомбардировочный (26 СБ и Ар-2 и 1 Пе-2) авиаполки. Хорошо видно, что значительную долю ВВС Красной Армии в Харьковской операции составляли ночные легкомоторные самолеты. К сожалению, к моменту начала Харьковской операции на юго-западном направлении не успели создать воздушные армии. Точнее, Южный фронт начал формировать 4-ю воздушную армию 7 мая, а на Юго-Западном фронте авиационное объединение (8-я ВА) начало создаваться только в июне 1942 г. В связи с этим возможности немногочисленных ВВС фронтов не были в полной мере использованы для массирования усилий авиации на направлении главного удара.

План Харьковской операции был, с одной стороны, довольно простым, с другой стороны — хорошо продуманным. Замысел командования Юго-Западного направления представлял собой классические «канны»: удар по сходящимся направлениям с целью окружения и разгрома противника. Окружение должно было стать многослойным: на юго-восточных подступах к Харькову должны были сомкнуться «пехотные» клещи 38-й и 6-й армий, а к западу от Харькова — «клещи» подвижных соединений, 21-го и 23-го танковых корпусов и 3-го гвардейского кавалерийского корпуса. Кавалерийская группа Л.В.Бобкина должна была нанести удар в глубину, обеспечивая внешний фронт окружения и создавая рубеж развертывания для продолжения наступления в направлении Днепра.

Однако, несмотря на то что Красная Армия весной 1942 г. находилась на подъеме, улучшая свои ударные возможности и организацию, она все еще оставалась армией страны с эвакуированной промышленностью. Рассмотрим состояние 41-й стрелковой дивизии, входившей в ударную группировку 6-й армии. Соединение с тем же номером под руководством Г.Н.Микушева [317] встречало немцев у границы. Та дивизия сгорела в киевском «котле», а под Харьковом должна была наступать 41-я стрелковая дивизия второго формирования. Она была сформирована в Куйбышевской области зимой 1942 г. Дивизия насчитывала 11 487 человек красноармейцев, командиров и политработников. Из этого числа 1500 человек имели опыт боев, а 2735 — опыт пребывания за решеткой. На вооружении дивизии было шестьдесят 45-мм и 76-мм орудий, 270 противотанковых ружей, 76 ручных пулеметов, 180 пистолетов-пулеметов, 6855 винтовок. В частях дивизии отсутствовали станковые пулеметы, зенитные пушки и снайперские винтовки. Наличие значительного числа людей с тюремным «стажем» вскоре привело к многочисленным нарушениям дисциплины. Командование было вынуждено прибегнуть к нескольким показательным расстрелам перед строем наиболее отличившихся «фартовых людей» для восстановления порядка.

Юго-Западному и Южному фронтам противостояли войска группы армий «Юг». Если на советской стороне фронта барвенковский выступ делила пополам разграничительная линия между двумя фронтами, то на немецкой стороне такая же разделительная линия проходила между армейской группой Эвальда фон Клейста и 6-й армией Фридриха Паулюса. «Птице-тройке» наступления 21, 28 и 38-й армий противостоял XVII армейский корпус (294-я и 79-я пехотные дивизии). На направлении главного удара 6-й армии занимал оборону VIII армейский корпус (62-я пехотная дивизия, 454-я охранная дивизия и 108-я венгерская дивизия). В основном острие советского наступления нацеливалось на боевые порядки 62-й пехотной дивизии. В качестве средства усиления дивизии был придан 194-й батальон штурмовых орудий StuGIII (30 САУ). В советское окружение к юго-востоку от Харькова должны были попасть соединения LI армейского корпуса (44, 297 и 71-я пехотные дивизии). Паулюс предлагал отвести [318] находившуюся в полуокружении 44-ю пехотную дивизию из района удержанной зимой Балаклеи, но фон Бок отклонил это предложение.

Наиболее опасным резервом немцев были 3-я и 23-я танковые дивизии, находившиеся в подчинении штаба группы армий «Юг» в районе Харькова. В 3-й танковой дивизии на 5 мая 1942 г. было 5 Pz.II, 25 Pz.III с 50-мм короткоствольной пушкой, 9 Pz.III длинноствольной пушкой и 6 Pz.IV (все с 24-калиберным 75-мм орудием). В 23-й танковой дивизии в марте 1942 г. насчитывалось 34 Pz.II, 112 Pz.III (с 50-мм короткоствольными и длинноствольными орудиями), 32 Pz.IV (все с 24-калиберной 75-мм пушкой) и 3 командирских танка. Обе дивизии не занимали полосы фронта и могли быть переброшены в любую точку построения 6-й армии с целью парирования советского наступления.

На южном фасе барвенковского выступа наиболее опасным был III моторизованный корпус Э. фон Маккензена (100-я легкопехотная дивизия, 1-я горно-егерская дивизия, 14-я танковая дивизия, треть 60-й моторизованной дивизии, валлонский батальон и хорватский полк). Корпус фон Маккензена находился в первой линии, занимая с зимы 1942 г. участок фронта южнее Барвенкова. Это ограничивало его возможности в рокировке для парирования кризисов. Стык между III моторизованным корпусом и VIII корпусом армии Ф.Паулюса обеспечивала так называемая группа Корцфлейша в составе VI румынского корпуса (1-я и 4-я румынские пехотные дивизии), 2-й румынской пехотной дивизии, 298-й и двух третей 68-й пехотных дивизий.

Не следует думать, что новыми формированиями занималась только Красная Армия. В Германии также было осознан промах с отказом от формирования второлинейных дивизий. В начале мая в распоряжение штата группы армий «Юг» поступала целая пачка пехотных дивизий недавнего формирования — 305, 323, 383 и 387-я. Последние [319] две были сформированы только зимой 1942 г.

Начало наступления Юго-Западного фронта было первоначально назначено на 5 мая. Однако, в связи с незавершенностью подготовки, срок начала операции сместился на 12 мая 1942 г. Надо сказать, что к этой дате еще не были накоплены боеприпасы, но медлить [320] уже было нельзя. Мы помним, к чему привело промедление с началом наступления на Крымском фронте в том же мае 1942 г. К исходу 11 мая войска Юго-Западного фронта в основном заняли исходное положение для наступления. Войска фронта насчитывали к этому времени в своем составе двадцать девять стрелковых, девять кавалерийских, одну мотострелковую дивизию; четыре мотострелковые, девятнадцать танковых бригад и четыре отдельных танковых батальона (925 танков). Из 925 танков больше половины (560 машин) должны были действовать в качестве средства непосредственной поддержки пехоты. Из выделенных для проведения операции 32 артиллерийских полков на позициях к 11 мая было только 17, еще 11 находились в районах сосредоточения в 12—15 км от назначенных позиций и 4 полка просто не прибыли.

Прорыв главной полосы обороны противника (12—14 мая)

Наступление северной ударной группировки Юго-Западного фронта началось 12 мая 1942 г. в 6.30 артиллерийской подготовкой продолжительностью 60 минут. В конце артиллерийской подготовки последовал 15—20-минутный авиационный налет по позициям артиллерии и опорным пунктам обороны.

Вопреки ожиданиям командования, в первый день операции наступление 28-й армии было наименее успешным. Несмотря на то, что армия нацеливалась в стык полос обороны 79-й и 294-й пехотных дивизий, имела большое количество артиллерии и танков непосредственной поддержки, она продвинулась на 2—4 км. Напротив, 21-я и 38-я армии продвинулись на 6—10 км. Лучше всего в 38-й армии наступала 226-я стрелковая дивизия генерал-майора А.В.Горбатова, усиленная 36-й танковой бригадой полковника Т.И.Танасчишина. Эта дивизия и бригада продвинулись за день на 10 км. Вскоре [321] А.В.Горбатов станет командующим армией, а Т.И.Танасчишин — одним из наиболее ярких командиров танковых корпусов. Наступление 28-й армии было остановлено упорным сопротивлением противника в населенных пунктах Варваровка и Терновая.

Синхронно с наступлением северной ударной группировки, в 7.30 утра 12 мая после 60-минутной артиллерийской подготовки началось наступление южной ударной группировки. Плотное построение войск, поддержанных танками, принесло успех в первый же день наступления. Войска 6-й армии и армейской группы Л.В.Бобкина взломали построение VIII армейского корпуса немцев на фронте 42 км и продвинулись в глубь немецкой обороны на 12—15 км. В ночь на 13 мая начали выдвижение части второго эшелона 6-й армии — 103-я и 248-я стрелковые дивизии. Эшелон развития успеха — 21-й и 23-й танковые корпуса — пока ожидал своего часа в районах сосредоточения.

Для парирования советского наступления командование группы армий «Юг» было вынуждено использовать накопленные для проведения «Фридерикуса» резервы. В разговоре с начальником Генерального штаба Ф.Гальдером фон Бок сказал, что «само наше существование поставлено на карту» и что «о проведении «Фридерикуса» не может быть и речи». Таким образом, первым успехом Юго-Западного фронта стало упреждение противника в начале наступления с решительными целями.

Однако для успешного завершения операции требовалось выдержать удар резервов немцев. Фон Бок выделил для отражения советского наступления 23-ю танковую дивизию, 71-ю и 113-ю пехотные дивизии. Сдерживающим фактором, тормозящим начало контрудара, была авиация. 8-й авиакорпус Рихтгоффена все еще вел бои в Крыму с окружаемой группировкой советских войск на Керченском полуострове. Командующий группой армий «Юг» приказал прибывшему в [322] штаб-квартиру группы армий в Полтаве Ф.Паулюсу не начинать контратаки до прибытия авиации.

Тем временем северная и южная группировки Юго-Западного фронта продолжили наступление. Левофланговая 277-я стрелковая дивизия 38-й армии смогла продвинуться на 12 км. В полосе наступления был ликвидирован опорный пункт противника в Варваровке. Опорный пункт противника в деревне Терновая пока держался, но был в течение дня окружен наступающими войсками 28-й армии.

Во второй половине дня обстановка резко ухудшилась. Под Харьков начали прибывать самолеты 77-й эскадры пикирующих бомбардировщиков StG77 и 52-й истребительной эскадры JG52. Прибытие авиации позволило Паулюсу провести контратаку силами двух ударных групп. Одну из них составляли 3-я танковая дивизия и два полка 71-й пехотной дивизий, а вторую — 23-я танковая и один полк 44-й пехотной дивизии. [323] Этими силами был нанесен удар в направлении Старого Салтова по правофланговым соединениям 38-й армии. Они были вынуждены отойти, открыв левый фланг 28-й армии.

Таким образом, был достигнут второй успех наступления под Харьковом — оковывание прибывших в группу армий «Юг» из резерва (23-я танковая дивизия) и с другого участка фронта (3-я танковая дивизия) соединений, первоначально предназначавшихся для проведения операции «Фридерикус». Таким образом, успешное наступление само обеспечивало свою безопасность. Вместо срезающего барвенковский выступ удара зарезервированные для него соединения втягивались в бои с выделенной для прикрытия левого фланга 28-й армии Д.И.Рябышева 38-й армией К.С.Москаленко.

Намного увереннее, чем в подвергшейся контратаке северной группе, 13 мая развивалось наступление в барвенковском выступе. 6-я армия и армейская группа Бобкина расширили фронт прорыва до 50 км и продвинулись в глубь обороны противника на 16 км, а 6-й кавалерийский корпус — на 20 км. Успех наступления привел в движение эшелон развития успеха. 23-й танковый корпус выдвигался ближе к фронту. 21-й танковый корпус пока оставался на месте.

Отход 38-й армии заставил командующего 28-й армией принять срочные меры для прикрытия своего левого фланга. Во фланговый заслон была выделена 13-я гвардейская стрелковая дивизия, усиленная 90-й и 57-й танковыми бригадами. Одновременно части армии Д.И.Рябышева продолжали удерживать периметр окружения гарнизона немцев в Терновой. В итоге темп продвижения несколько снизился, и за 14 мая части 28-й армии продвинулись на 5—6 км. 14 мая 28-й армией был достигнут рубеж р. Муром, который предполагалось использовать для ввода в прорыв подвижной группы армии в лице 3-го гвардейского кавалерийского корпуса и 38-й стрелковой дивизии. Однако эти [324] соединения еще не завершили сосредоточения для ввода в прорыв.

В результате боев 12—14 мая северная ударная группировка прорвала оборону противника на фронте 56 км. Продвижение «коренной» 28-й армии составило 20—25 км. Если бы не контрудар двух танковых дивизий, наступление могло бы считаться проходящим практически по плану. Советское командование ожидало ввода резервов противника только на 5—6-й день наступления. Контрудар 3-й и 23-й танковых дивизий удалось сдержать, но за это пришлось заплатить дорогую цену. Из восьми танковых бригад, обеспечивавших непосредственную поддержку пехоты в северной ударной группировке, шесть (57, 90, 36, 13, 133 и 6-я гвардейская) были задействованы на прикрытии левого фланга. 84-я танковая бригада, назначенная для действий совместно с 3-м гвардейским кавалерийским корпусом, понесла большие потери в ходе наступления и насчитывала всего 13 танков.

Южная ударная группировка пока обходилась без сюрпризов. В полосе наступления 6-й армии в качестве резерва был введен в бой только 268-й полк 113-й пехотной дивизии, не оказавший существенного влияния на развитие событий. К исходу 14 мая глубина прорыва составляла 25—40 км на фронте 55 км. Здесь было принято одно из роковых для общего хода операции решений: А.М.Городнянский отсрочил ввод в бой 21-го и 23-го танковых корпусов. Более того, корпуса оказались удалены от возможного рубежа ввода в прорыв на 20 км (23-й танковый корпус) и 42 км (21-й танковый корпус).

Состояние командования группы армий «Юг» к 14 мая можно было охарактеризовать как паническое. Фон Бок звонил Гальдеру и высказывал сомнения в возможности остановить советское наступление ударом группы Клейста с юга:

«атака Клейста с имеющимися силами вряд ли принесет ожидаемый успех. Клейст, с которым я разговаривал только что, думает, что атака [325] будет удачной, если противник не атакует первым. [...] Я не могу принять на себя это решение» (Воск F. von. Op.cit. P.477).

Как альтернативу удару по южному фасу барвенковского выступа фон Бок предлагал снять с фронта Клейста 3—4 дивизии и использовать их для ликвидации бреши южнее Харькова. Фактически наступление Юго-Западного фронта поставило «Фридерикус» на грань полного фиаско. Но Гальдер принял на себя рискованное решение и убедил в его правильности Гитлера. Атака на южный фас барвенковского выступа должна была начаться как запланировано.

Таким образом, по итогам боевых действий 12—14 мая можно сделать следующие выводы. Немецкое верховное командование, несмотря на некоторую растерянность командующего группой армий «Юг», приняло верное решение не отказываться от контрудара группы Клейста по южному фасу барвенковского выступа. Напротив, советское командование помимо спорного решения в полосе действий северной ударной группировки (выстраивание в заслон шести танковых бригад) допустило непростительную ошибку в использовании эшелона развития успеха. Несмотря на явно благоприятные условия ввода, 21-й и 23-й танковые корпуса не были даже придвинуты ближе к передовым частям 6-й армии. Причиной отказа от ввода корпусов в бой, очевидно, было медленное развитие наступления к северу от выступа, не позволявшее ввести в бой эшелон развития успеха. Эффект от всех этих решений окажет воздействие на развитие событий уже через несколько дней.

Ублюдочный пиздорик пЫсаев

21.05.2017, 14:36

По плану операции с достигнутых на 14 мая рубежей 28-я армия должна была наступать в обход Харькова с севера и северо-запада с последующим [326] соединением с эшелоном развития успеха 6-й армии. 38-я армия должна была наступать в тыл чугуевской группировке противника навстречу стрелковым соединениям 6-й армии.

Однако к 15 мая наступление Юго-Западного фронта вступило в одну из самых сложных фаз любой операции. Для успешного наступления мало взломать фронт обороны. В подготовительный период операции противник распределяет свои силы по фронту относительно равномерно, делая акценты на особо важных участках. Точное направление возможного удара еще неизвестно, и прикрывать нужно сразу несколько направлений. После того как наступление началось, оказывается возможным снять полки и дивизии с неатакованных, но готовивших оборону участков и перебросить их для восстановления фронта или контрударов. Успех наступления зависит от быстроты прорыва фронта (сокращающего время на переброску резервов) и энергии наступающего в их разгроме по прибытии на фронт. У немцев эта технология была отработана, а Красной Армии предстояло еще выучить несколько горьких уроков, прежде чем освоить все тонкости развития тактического успеха взлома фронта в оперативный успех прорыва в глубину. Харьковская операция стала важной вехой на этом тернистом пути.

Вследствие ввода в бой резервов в лице двух танковых дивизий и трех пехотных полков наступательную задачу на 15 мая получили 21-я армия и правофланговые соединения 38-й армии. Две левофланговые дивизии 28-й армии и вся 38-я армия получили приказ закрепиться на достигнутых рубежах с задачей выстроить заслон на фланге северной ударной группировки фронта. Ударные возможности северного крыла наступления существенно понизились.

Костью в горле для наступления 28-й армии оставался немецкий гарнизон деревни Терновой, оборонявшийся в окружении в ближнем тылу 28-й армии. Как [327] это уже было в Холме, Демянске, Сухиничах и Оленине, гарнизон получил своего рода «воздушный мост»: в контейнерах на парашютах ему сбрасывались продукты и боеприпасы. Предназначавшаяся для ввода в прорыв 38-я стрелковая дивизия была задействована против гарнизона Терновой.

Именно Терновая стала целью контрудара 3-й и 23-й танковых дивизий, поддержанных тремя вышеупомянутыми полками пехоты. Наступающим не удалось прорвать фронт, но на участке 244-й и 13-й гвардейской стрелковых дивизий положение было напряженным. Один из полков 244-й стрелковой дивизии отошел под нажимом 3-й танковой дивизии на 10 км и закрепился всего в 2—3 км юго-западнее Терновой. Отход левого фланга 28-й армии оказал негативное влияние на продвижение вперед получивших наступательную задачу 175-й и 169-й дивизий. Они продвинулись вперед только на 5 км к р. Липец и здесь наступление прекратили. [328]

На участок наступления 21-й армии постепенно перебрасывалась с севера 168-я пехотная дивизия, которая по мере сосредоточения начала атаки на Муром. Одновременно 14—15 мая была начата переброска с курского направления 88-й пехотной дивизии неполного состава, так называемой «группы Гольвитцера». Однако советское командование не теряло надежды на успех. 3-му гвардейскому кавалерийскому корпусу было приказано сосредоточиться за смежными флангами 21-й и 28-й армий.

На следующий день, 16 мая 1942 г., стороны продолжили наступательные действия. Северная ударная группировка Юго-Западного фронта продолжала пробиваться вперед, обороняясь своим левым флангом. Собранные для контрудара силы 6-й армии Паулюса продолжили атаки в направлении Терновой. В течение дня все атаки с целью деблокировать окруженный немецкий гарнизон были отбиты.

Нанесенный немцами контрудар существенно мешал развитию наступления северной ударной группировки фронта. К вечеру 16 мая командование Юго-Западного фронта решило сосредоточить свои силы на разгроме пробивавшихся в направлении Терновой частей противника. Немецкий танковый клин предполагалось срезать ударами по сходящимся направлениям. Для этого назначались три стрелковые дивизии 28-й армии — 244, 162-я и 13-я гвардейская. Тем временем 38-я армия должна была попытаться наказать немцев за снятие резервов с чугуевского направления. Армия К.С.Москаленко переносила острие удара на несколько километров к левому флангу и продолжала наступление в тыл чугуевской группировке немцев.

Все больше неприятностей стала доставлять наступающим советским войскам переброшенная из Крыма и с запада авиация противника. На фронт прибыли отдельные группы 55-й («Хейнкель-111») и 76-й (Ю-88) бомбардировочных эскадр. С запада в Чугуев прибыла [329] I группа 3-й истребительной эскадры JG3 «Удет». В ответ на усиление активности авиации противника в состав ВВС Юго-Западного фронта поступила 220-я истребительная авиадивизия (два полка ЛаГГ-3 и два полка МиГ-3), получившая задачу прикрыть наступление 28-й армии.

В полосе наступления 6-й армии основным лейтмотивом событий стала резко возросшая активность немецкой авиации. В течение всего дня 15 мая немецкие бомбардировщики, действуя большими группами, наносили значительный урон наступающим советским частям. Это существенно снизило темп их продвижения вперед. Также в расположение VIII армейского корпуса начали прибывать резервы. Эшелоны с войсками 305-й пехотной дивизии были развернуты для выгрузки в районе Краснограда и уже 15 мая мелкими подразделениями вступили в бой совместно с частями 113-й пехотной дивизии. Один полк 113-й пехотной дивизии пытался безуспешно сдержать наступление оперативной группы Л.В.Бобкина. Группа продвинулась за день на 10 км и перехватила в районе Краснограда железнодорожную рокаду между 17-й и 6-й армиями немцев.

В целом воздействие переброшенных из резерва частей пока не оказало существенного влияния на продвижение южной ударной группы Юго-Западного фронта. 15 мая командующий Юго-Западным направлением, наконец, решился ввести в бой 21-й и 23-й танковые корпуса. Их предполагалось ввести в прорыв на рассвете 16 мая. Однако вследствие удаленности от линии фронта занять исходное положение для наступления 21-й и 23-й танковые корпуса не успели.

В течение 16 мая 6-я армия форсировала р. Берестовая и готовилась к введению в прорыв 21-го и 23-го танковых корпусов. В условиях позднего весеннего паводка река имела ширину от 10 до 20 м. В сочетании с вязким дном и заболоченной поймой форсирование ее [330] танками требовало инженерной подготовки переправ. Ввод в прорыв двух танковых корпусов был отложен на 17 мая. Продолжавшая вести обеспечивающее фланг 6-й армии наступление армейская группа Л.В.Бобкина силами 6-го кавалерийского корпуса полуокружила Красноград.

Оценивая общее развитие событий 15—16 мая 1942 г., следует отметить крайнюю осторожность в проведении операции со стороны командования Юго-Западного направления. Приказ на ввод в прорыв эшелона развития успеха не последовал вплоть до третьего дня наступления 6-й армии. Для Юго-Западного направления это была первая попытка скрестить шпаги с противником в обычных условиях ведения боевых действий: сухие дороги, летная погода, восстановившие свои ударные возможности танковые соединения немцев. Поражения лета 1941 г. были еще слишком свежи в памяти, чтобы действовать быстро и дерзко. Для уверенности в себе нужен был хотя бы один опыт успешного наступления в летних условиях.

Оборонительные бои в барвенковском выступе (17—23 мая 1942 г.)

Пока командование Юго-Западного фронта медлило с введением в прорыв своего главного козыря — танковых корпусов, немецкое командование продолжало готовить операцию «Фридерикус», которая должна была проводиться в усеченном виде.

За южный фас барвенковского выступа несли ответственность войска 9-й и 57-й армий Южного фронта генерал-полковника Р.Я.Малиновского. Активных задач в рамках Харьковской операции фронт не получил, задача на оборону была поставлена в общем виде и, по большому счету, фронт был предоставлен сам себе.

Дальний угол барвенковского выступа прикрывала 57-я армия генерал-лейтенанта К.П.Подласа. Она имела [331] в первом эшелоне 150, 317, 99 и 351-ю стрелковые дивизии, усиленные тремя артиллерийскими полками РГК. В резерве армии находилась 14-я гвардейская стрелковая дивизия. Средняя оперативная плотность войск первого эшелона в полосе обороны 57-й армии, ширина которой равнялась 80 км, составляла одну дивизию на 20 км фронта.

Наиболее важное барвенковское направление прикрывала 9-я армия генерал-майора Ф.М.Харитонова в составе 341, 106. 349, 335, 51 и 333-й стрелковых дивизий, 78-й стрелковой, 121-й и 15-й танковых бригад и пяти артиллерийских полков. Общий фронт обороны 9-й армии равнялся 96 км. При наличии в составе первого эшелона армии пяти стрелковых дивизий, одной стрелковой бригады и пяти артиллерийских полков РГК средняя плотность войск первого эшелона армии равнялась стрелковой дивизии на 19 км фронта.

Кроме того, в полосе армии располагался 5-й кавалерийский корпус И.А.Плиева в составе 60, 34, 30-й кавалерийских дивизий и 12-й танковой бригады, составлявший резерв командующего Южным фронтом. Корпус не имел никакого отношения к довоенному 5-му кавалерийскому корпусу (ставшему 3-м гвардейским), но в целом был уже обстрелянным и получившим боевой опыт соединением.

Таким образом, плотность войск Южного фронта на южном фасе барвенковского выступа была на грани допустимого для устойчивой обороны. Кроме того, предоставленный сам себе фронт с 7 по 15 мая 1942 г. проводил частную операцию левым флангом 9-й армии по овладению районом Маяков (северо-восточнее Славянска). В принципе ничего из ряда вон выходящего эти действия не представляли. В течение всей весны 1942 г. в дневнике фон Бока рефреном идут записи о то возобновляющихся, то затухающих атаках советских войск восточнее Славянска. Операция в районе Маяков была их логическим продолжением. В атаках [332] на Маяки принимали участие 15-я (1 KB, 2 Т-34, 5 Т-60) и 121-я (4 KB, 8 Т-34, 20 Т-60, 2 Pz.III) танковые бригады. Успеха атаки на Маяки, как и предыдущие попытки сломать оборону вокруг Славянска, не имели и были прекращены. После завершения атак Маяков командующий 9-й армией намечал провести перегруппировку сил на своем левом фланге и образовать танковые резервы в глубине барвенковского плацдарма, как этого требовали интересы устойчивой обороны. Эти мероприятия к 17 мая 1942 г. не были закончены.

Тем временем командование группы армий «Юг» собирало силы на юге барвенковского выступа. Замысел первой фазы модернизированного «фридерикуса» заключался в ударе по сходящимся направлениям. Один удар намечался строго на север на Барвенково, а второй — из района Славянска на северо-запад, на Долгенькую (20 км южнее Изюма). Далее предполагалось форсировать Северский Донец в районе Изюма.

Для контрудара, который должен был спасти армию Паулюса от разгрома, немецкое командование задействовало прибывающие с запада резервы. Это были 20-я румынская пехотная дивизия и детища немецкой «перманентной мобилизации» — 384-я и 389-я пехотные дивизии.

Прибывающие дивизии должны были уплотнить фронт уже существующих соединений. В наступлении на Барвенково задействовался III моторизованный корпус Э. фон Маккензена (14-я танковая, 1-я горно-егерская, 100-я легкопехотная дивизии, итальянская боевая группа Барбо и прибывшая 20-я румынская дивизия). Корпус Маккензена попал в этот район еще зимой 1942 г. в ходе отражения наступления на Красноармейское в ходе Барвенковско-Лозовской операции. Практически лишенная тогда танков, 14-я танковая дивизия в течение весны получала машины из ремонта и пополнение. Но качественно обстановку изменило прибытие 20-й румынской дивизии и группы Барбо, которым дали ши [333] рокий фронт и максимально уплотнили ударную группировку «старых» дивизий корпуса Маккензена.

На Долгенькую должен был наступать XLIV армейский корпус в составе 68-й пехотной, 97-й легкопехотной и прибывающих 384-й, 389-й пехотных дивизий и 16-й танковой дивизии. Корпус в незначительно изменявшемся составе находился в районе Славянска еще с зимы 1942 г. и подчинялся штабу 17-й армии. 16-я танковая дивизия генерала Хубе к моменту начала боев за Харьков была еще не в лучшем состоянии. Танковый [334] полк состоял из двух батальонов, насчитывавший 18 танков Pz.II, 36 Pz.III и 17 Pz.IV. Мотопехота соединения была сведена в один полк из пяти рот. Поступление новой техники позволило сформировать отдельный батальон двухротного состава на БТР «Ганомаг».

Однако всего вместо штатных 16 рот мотопехоты в наличии было только 7 рот. Артиллерийский полк состоял из четырех дивизионов (вместо девяти штатных). Дивизия дислоцировалась в районе Сталино и Артемовска. 14 мая 16-я танковая дивизия получила приказ на выдвижение в новый район. Перегруппировка корпуса на наступление осуществлялась обычным способом. 68-я пехотная дивизия получила широкий фронт (она образовывала слабый центр «канн» III и XLIV корпусов), а 16-я танковая, 384-я пехотная, 97-я легкопехотная и полк 389-й пехотной дивизии составляли ударную группировку. Два полка 389-й дивизии составляли резерв. Вспомогательный удар должен был наносить LII корпус (101-я легкопехотная, два полка 257-й пехотной дивизии). Все три корпуса объединялись в так называемую группу Клейста. В резерве группы Клейста была 60-я моторизованная дивизия. Всего в составе группы Клейста было 166 танков и 17 штурмовых орудий.

В результате перегруппировки и усиления войск группа Клейста на 20-километровом участке фронта против стыка 341-й и 106-й стрелковых дивизий 9-й армии сосредоточила в первой линии пять пехотных полков и танковую дивизию. На 21-километровом участке на стыке 335-й и 51-й стрелковых дивизий было сосредоточено двенадцать пехотных полков и 16-я танковая дивизия. Немцами было достигнуто примерно двукратное превосходство в силах.

В ночь на 17 мая немецкие войска закончили перегруппировку, и в 4.00 утра началась артиллерийская подготовка, продолжавшаяся полтора часа. К 8.00 фронт обороны 9-й армии на обоих направлениях был прорван. Уже в первые 2,5 часа наступления на барвенковском [335] направлении III моторизованный корпус Э. фон Маккензена продвинулся на 6—10 км, a XLIV и LH в направлении на Долгенькую — на 4—6 км. Уже к полудню немецкие войска продвинулись на 20 км и завязали бой на окраинах Барвенкова. Вскоре, сломив сопротивление полка 333-й стрелковой дивизии, 1-я горно-егерская дивизия заняла большую часть Барвенкова. В район Долгенькой наступающие соединения XLIV армейского корпуса вышли уже к 14.00 первого дня наступления. Показательно, что наступление одна из немецких ударных группировок начала из района удержанного немцами зимой 1942 г. Славянска. Город был из тех пунктов, которые требовалось брать «в лоб» и бесполезно обходить. В Долгенькой наступающие немцы разрушили узел связи. В результате связь штаба Южного фронта с 9-й армией отсутствовала до 24.00 17 мая.

Штаб Южного фронта узнал о начавшемся наступлении противника только во второй половине дня 17 мая. В штаб Юго-Западного направления о произошедшем было доложено только к исходу дня. К этому моменту оборона 9-й армии была прорвана на всю глубину, и группа Клейста вела бои уже с оперативными резервами Южного фронта. Отсутствие информации о прорыве привело к тому, что находившийся поблизости от прорыва 2-й кавалерийский корпус (резерв направления) и 14-я гвардейская стрелковая дивизия (резерв 57-й армии) весь день простояли на месте, не зная о случившемся и не имея приказов на противодействие прорвавшемуся противнику. По итогам первых дней оборонительных боев командующий 9-й армией генерал-майор Ф.М.Харитонов был отстранен, и его место занял генерал-майор П.М.Козлов.

В конце дня С.К.Тимошенко задействовал эти резервы и приказал Р.М.Малиновскому восстановить положение силами 2-го и 5-го кавалерийских корпусов и 14-й гвардейской стрелковой дивизии. Кроме того, по [336] приказу командующего Южным фронтом по железной дороге и автотранспортом перевозилась к прорыву 296-я стрелковая дивизия и 3-я танковая бригада.

Пока на южном фланге наступления назревала катастрофа, в полосе наступления южной ударной группировки фронта были введены в бой 21-й и 23-й танковые корпуса. Первый начал наступление в 5.00, второй потратил время на форсирование р. Берестовой и начал наступать в 8.00. Поскольку авиация корпуса Рихтгоффена была задействована в полосе наступления группы Клейста, продвижение вперед шло довольно быстро. 21 -й и 23-й танковые корпуса продвинулись на 15 км, а наступающие стрелковые соединения 6-й армии — на 6—10 км.

Наступление северной ударной группы 17 мая фактически прекратилось. Командующий 38-й армией не закончил перегруппировку и попросил отложить наступление на сутки. Наступление 28-й армии было упреждено противником, и вместо наступления армия Д.И.Рябышева вела тяжелые оборонительные бои. Наступление 3-й танковой дивизии привело к деблокированию гарнизона Терновой. Одновременно противник перешел в наступление против 21-й армии силами прибывшей 168-й пехотной дивизии. К исходу дня 17 мая 21-я армия перешла к обороне. В целом можно сделать вывод, что переброской резервов с других участков фронта и из заготовленных для «Фридерикуса» сил командованию 6-й армии удалось остановить наступление «птицы-тройки» Юго-Западного фронта.

К исходу 17 мая в штабе Юго-Западного фронта поступили сведения о захваченных разведкой 38-й армии документах, свидетельствующих о том, что с 11 мая немецкое командование планировало перейти в наступление из района Балаклеи. Очевидно, это были планы первоначального варианта «Фридерикуса». Ознакомившись с документами, С.К.Тимошенко сопоставил их текст с наступлением против Южного фронта и сделал [337] вывод о намерениях противника срезать барвенковский выступ. Было решено прекратить наступление и предпринять ряд срочных мер по парированию. В 00.35 18 мая по радио командующему 6-й армией было приказано вывести из боя 23-й танковый корпус и выдвинуть его на рубеж р. Берека. Река протекала с запада на восток к северу от Барвенкова и представляла собой удобный рубеж обороны. В район Изюма также была направлена 343-я стрелковая дивизия вместе с батальонами танков и противотанковых ружей.

Одновременно С.К.Тимошенко на основе анализа захваченных документов отдавал себе отчет, что прекращение наступления северной ударной группировки приведет к высвобождению 3-й и 23-й танковых дивизий противника. Это автоматически означало их рокировку в Балаклею и наступление на юг согласно захваченных разведчиками планов. Поэтому 28-я и 38-я армии получили приказы на проведение наступления с целью разгрома наносивших контрудар соединений противника.

Однако, пока С.К.Тимошенко выстраивал оборону фронтом на юг, немецкое командование решило... развернуть ударную группировку Клейста на запад. Основным ожидавшимся немецким командованием эффектом было ослабление давления на VIII армейский корпус. Одновременно это позволяло очистить изюмский выступ. Объективным эффектом такого решения был обвал обороны на всем фронте 9-й армии, на фоне становящегося бесполезным заслона по р. Берека.

Приказ на вывод 23-го танкового корпуса из боя запоздал, и к моменту его получения корпус Е.Г.Пушкина продолжал наступление во взаимодействии с частями 266-й стрелковой дивизии. Только в 12.00 18 мая командир корпуса начал вывод из боя двух танковых бригад. 21-й танковый корпус 18 мая также продолжал ставшее уже бессмысленным наступление. Во второй половине дня С.К.Тимошенко приказал вывести 21-й [338] танковый корпус из боя и вместе с 248-й стрелковой дивизией выдвинуть на рубеж р. Берека.

День 19 мая был потрачен сторонами на перегруппировку сил. Наконец-то выведенный из боя 23-й танковый корпус вместо выхода на рубеж р. Берека к исходу 18 мая вышел на этот рубеж к исходу дня 19 мая. Одновременно к исходу дня остатки 9-й армии отошли на левый берег Северского Донца и заняли оборону. 21-й танковый корпус был выведен из боя только в 10.00 19 мая. В 17.20 19 мая последовал приказ командующего Юго-Западным направлением о прекращении наступления 6-й армии и переходе к обороне на достигнутых рубежах. Для обороны на достигнутом 6-й армией рубеже создавалась армейская группа Ф.Я.Костенко. Ей подчинялись 253, 41, 266, 393 и 270-я стрелковые дивизии, 57-я и 48-я танковые бригады, оставляемые на достигнутом наступлением рубеже. Штаб А.М.Городнянского должен был взять под свое управление 21-й и 23-й танковые корпуса, 337, 47, 103, 248 и 411-ю стрелковые дивизии и пытаться разгромить группу Клейста.

Немецкое командование тем временем собирало ударную группировку для наступления в западном направлении. В III моторизованный корпус Э. фон Маккензена были собраны все подвижные соединения группы Клейста: помимо 14-й танковой, корпусу подчинили 16-ю танковую и 60-ю моторизованную дивизии. Одновременно были подтянуты к рубежу Береки 68, 384 и 389-я пехотные дивизии. Советское командование готовилось отражать удар в северном направлении, на Балаклею, навстречу 6-й армии. Однако немецкое командование развернуло свою ударную группировку на 90 градусов и начало наступление в западном направлении, прикрывшись пехотными дивизиями. Последние также заняли оборону вдоль Береки, фронтом на север, напротив прибывающих советских резервов. Практически все запланированные С.К.Тимошенко [339] мероприятия тем самым сводились к нулю. Вообще маневры немцев в процессе образования «котла» под Харьковом следует признать одними из наиболее замысловатых за всю войну.

20 мая началось наступление III моторизованного корпуса на запад, почти параллельно занимаемому резервами Юго-Западного направления фронту. Переданные Маккензену 16-я танковая и 60-я моторизованная дивизия наступали на Лозовую, выходя в тыл оборонявшимся южнее города левофланговым соединениям 57-й армии. Наступавшая на правом фланге III моторизованного корпуса 14-я танковая дивизия в ходе наступления на восток столкнулась с выдвигавшимся с фронта 6-й армии 23-м танковым корпусом Е.Г.Пушкина. Состоялось сражение, оставшееся в истории как «танковая битва у Протопоповки». [340]

Дезорганизовав левый фланг 57-й армии, ударная группировка Клейста разворачивается едва ли не на 180 градусов и возвращается к р. Береке. На этот раз следует наступление в северном направлении, и 22 мая 14-я танковая дивизия устанавливает контакт с частями 44-й пехотной дивизии. Кольцо окружения замыкается. Фронтом на восток встали 14-я танковая и 384-я пехотная дивизия III моторизованного корпуса. Фронтом на запад на пути прорывов из окружения — 16-я танковая, 60-я моторизованная и 1-я горно-егерская дивизии. Вскоре на них обрушились удары изнутри и снаружи «котла».

Бои в окружении

В окружение под Харьковом попали: пять стрелковых дивизий 57-й армии (14-я гвардейская, 99, 150, 317 и 351-я), восемь стрелковых дивизий 6-й армии (41, 47, 103, 248, 253, 266, 337 и 411-я), две стрелковые дивизии армейской группы Л.В.Бобкина (270-я и 293-я), шесть кавалерийских дивизий 2-го и 6-го кавалерийских корпусов (38, 62, 70, 26, 28 и 49-я), два танковых корпуса, пять отдельных танковых бригад, артиллерийские, инженерные части и различные вспомогательные подразделения.

Для деблокирования окруженных в составе Южного фронта был создан сводный танковый корпус под руководством заместителя командующего фронтом по автобронетанковым войскам И.Штевнева. Первоначально в состав корпуса включались 3-я (8 KB, 9 Т-34 и 16 Т-60) и 15-я (20 Т-34 и 9 Т-60) танковые бригады. К вечеру 23 мая в район сосредоточения для деблокирующего удара прибывают 17 Т-34, 7 Т-60 15-й и 2 Т-34, 13 Т-60 3-й танковых бригад. Остальные танки отстали вследствие поломок, а для KB отсутствовала переправа нужной грузоподъемности. По прибытии на место корпус переформировывают, исключив из его [341] состава слабую 3-ю танковую бригаду. Вместо этого в корпусе оставляют 15-ю танковую бригаду и включают дополнительно: оказавшуюся вне кольца окружения 64-ю танковую бригаду (11 МkII «Матильда», 1 MkIII «Валентайн» и 21 Т-60) 23-го танкового корпуса, 114-ю танковую бригаду (2 МkII, 2 MkIII и 21 Т-60) и 92-й отдельный танковый батальон (8 Т-34, 12 Т-60). Что характерно, временное соединение нескольких танковых бригад именовали именно корпусом, хотя он не имел корпусных частей и соответствующей артиллерии и мотопехоты. Само название «корпус» становилось магическим.

Помимо деблокирующих ударов сквозь занявшие оборону немецкие подвижные соединения, в штабе Юго-Западного направления появлялись и более интересные варианты. Например, была идея пробиться через ослабленный фронт чугуевского выступа. 21 мая К.С.Москаленко был даже дан приказ перегруппироваться и начать наступление к северу от Чугуева. Однако из-за невозможности в срок сосредоточить ударную группировку от этого плана пришлось отказаться.

Поскольку от идеи пробить наиболее слабый участок фронта силами 38-й армии пришлось отказаться, 25 мая сводный танковый корпус начал атаки на внешний фронт окружения. Тем временем внутри кольца окружения были собраны две ударные группировки для прорыва фронта изнутри. Первая группа должна была прорываться всеми оставшимися на ходу танками 6-й армии под командованием генерал-майора Кузьмина (командира 21-го танкового корпуса). На острие прорыва поставили 5-ю гвардейскую танковую бригаду (1 KB, 7 Т-34 и 6 Т-60). Наступать группа должна была из района Лозовеньки навстречу ударам сводного танкового корпуса у Чепеля. Из 22 тыс. человек, которые пошли на прорыв, вышли 5 тыс. и 5 танков 5-й гвардейской танковой бригады (4 Т-34 и 1 Т-60).

Командир гвардейской танковой бригады был ранен и попал в плен. Вторую группу составили бойцы и командиры [342] 6-й и 57-й армий, выведенные из окружения частями 23-го танкового корпуса, возглавлявшимися Е.Г.Пушкиным.

Тем временем позиции оборонявшихся фронтом на восток и запад соединений корпуса Э. фон Маккензена были усилены частями 22-й, 23-й танковых дивизий, а позднее 68-й и 125-й пехотных дивизий. Кольцо окружения становилось все плотнее, боеприпасы у окруженных заканчивались. Всего к 30 мая из окружения вышли в полосу 38-й армии и сводного танкового корпуса около 27 тыс. человек. Спастись удалось немногим. Из 11 487 человек, с которыми 41-я стрелковая дивизия начинала Харьковскую операцию, из «котла» вырвались всего 700—800 человек.

Солдаты армии Паулюса рассматривали брошенные и сожженные автомашины, повозки и танки с буквами «КС» на башне. Они еще не знали, что Германия утратила прерогативу на использование танков в самостоятельных подвижных соединениях. Буквенным кодом с «КС» обозначались машины создававшихся в [343] Красной Армии весной 1942 г. танковых корпусов. Несколько месяцев спустя именно глубокие удары танковых корпусов окружат 6-ю армию в Сталинграде.

Постскриптум. «Вильгельм» и «Фридерикус II»

Вскоре после окончания боев с окруженными под Харьковом советскими войсками группа армий «Юг» провела еще одну наступательную операцию в рамках подготовки к летней кампании. Ее цели впоследствии (уже в плену) были описаны Ф.Паулюсом следующим образом:

«1) заблаговременно, еще до начала главного наступления, форсировать р. Донец;

2) занять выгодную позицию, с которой можно было бы нанести удар по южному флангу русских войск, находящихся в холмистой местности восточнее Белгород;

3) достичь на южном фланге р. Бурлук, тем самым обеспечить защиту фланга 3-го танкового корпуса 1-й танковой армии, который через Купянск должен был повернуть на юго-восток».

С оперативной точки зрения задуманное немцами наступление было попыткой разгрома северной ударной группировки после успешного окружения южной в барвенковском выступе. Проведение этой операции было возложено на 6-ю армию Ф.Паулюса. Операция получила кодовое наименование «Вильгельм».

Время для проведения операции было выбрано весьма подходящее. В связи с неудачей на харьковском направлении командование поставило перед войсками Юго-Западного направления оборонительные задачи. Войска Юго-Западного фронта в составе 21, 28, 38 и 9-й армий должны были прочно закрепиться на рубеже Марино, Терновая (25 км юго-западнее Волчанска), Чепеля (15 км южнее Балаклеи) и далее по левому берегу р. Северский Донец до Красного Лимана и [344] не допустить развития наступления войск противника из района Харькова на восток.

Для проведения «Вильгельма» в подчинение 6-й армии прибыл III моторизованный корпус Э. фон Маккензена, сосредоточившийся в районе Чугуева. Корпусу был подчинен LI армейский корпус и тем самым воссоздана группа фон Маккензена. К 3 июня 14, 22 и 16-я танковые дивизии, а также 60-я мотопехотная дивизия прибыли в их новый район сосредоточения к югу от Чугуева. Южную клешню «канн» образовывала группа Маккензена, а северную должны были обеспечить пехотные дивизии, собранные в районе Волчанска.

Появление сильной ударной группировки на этом направлении легко объяснимо: ликвидация барвенковского плацдарма привела к высвобождению VIII армейского корпуса 6-й армии. После завершения ликвидации окруженных советских войск VIII армейский корпус рокировался к северу от Харькова и должен был наступать в обход окружаемой «птицы-тройки» с севера. Здесь же сосредоточивались пехотные дивизии, собранные немцами с разных участков фронта в процессе отражения майского наступления (так называемая группа Гольвитцера).

Северная ударная группировка советских войск в Харьковской операции, «птица-тройка» соединений 21, 28 и 38-й армий, находилась на так называемом салтовском плацдарме, вдавленном в построение 6-й армии Паулюса в ходе майских боев. Ударами по сходящимся направлениям к северу и югу от салтовского плацдарма немецкое командование хотело окружить и уничтожить еще недавно наступавшие в обход Харькова советские соединения.

Тем временем командование Юго-Западного фронта постепенно демонтировало северную ударную группировку Харьковской операции. Из 28-й армии был выведен 3-й гвардейский кавалерийский корпус с 6-й гвардейской танковой бригадой, выводились артиллерийские [345] полки, 57-я и 84-я танковые бригады. Оборону 28-й армии составили четыре стрелковые дивизии (13-я гвардейская, 169, 175 и 226-я) в первом эшелоне и четыре (38, 244, 162 и 300-я) — во втором. Вскоре из второго эшелона армии Д.И.Рябышева сняли 38-ю и 162-ю дивизии. В полосе 38-й армии сохранили плотное построение войск на правом фланге и закопали по башню в землю танки 22-го танкового корпуса. В распоряжение К.С.Москаленко с центрального участка фронта прибыла одна из «спасительниц Москвы» — 9-я гвардейская стрелковая дивизия А.П.Белобородова.

Немецкое наступление началось 10 июня в 4.00 утра после 45-минутной артиллерийской подготовки и ударов авиации. Главный удар наносился вдоль дороги на Купянск в полосе 38-й армии. Он пришелся на стыке правофланговых 277-й и 278-й стрелковых дивизий. В полосе 28-й армии удар пришелся по правофланговым 169-й и 175-й стрелковым дивизиям. На участках дивизий А.И.Родимцева и А.В.Горбатова было спокойно. Превосходящие силы VIII армейского корпуса не без усилий, но взломали оборону 28-й армии. В ночь на 13 июня Д.И.Рябышев два часа убеждал по телефону И.Х.Баграмяна разрешить отвести войска 28-й армии назад. Наконец в 2.00 13 июня необходимые распоряжения были получены, и армия начала отход. Окружение всей армии командованию Юго-Западного фронта удалось предотвратить выдвижением в районе села Великий Бурлук 13-го танкового корпуса генерал-майора танковых войск П.Е.Шурова. Корпус Шурова смог остановить 16-ю танковую дивизию. Однако время уже было упущено, и 12 июня 22-я танковая дивизия группы Маккензена и 305-я пехотная дивизия VIII корпуса соединились и замкнули кольцо окружения. За промедление с отходом 28-я армия заплатила окружением 244-й стрелковой дивизии. Вырвалась дивизия из кольца только через неделю совершенно обескровленной. Всего немцами было заявлено в качестве [346] результата операции «Вильгельм» 10 тыс. пленных, около 100 орудий и 150 танков.

Контрударом фронтовых резервов — 23-го и 24-го танковых и 3-го гвардейского кавалерийского корпусов и двух стрелковых дивизий — продвижение противника 14 июня было остановлено на рубеже Купино (30 км юго-восточнее Белгорода), Ольховатка (30 км юго-восточнее Волчанска), р. Бурлук (20 км севернее Балаклеи).

Столкнувшись с выдвижением советских танковых резервов, командование группы армий «Юг» решило перегруппировать силы и нанести удар южнее. Новая операция получила наименование «Фридерикус II». К этому наступлению подключались войска 1-й танковой армии Э. фон Клейста, а «группа Маккензена» возвращалась назад в район Чугуева. Перегруппировки проходили довольно медленно вследствие раскисших из-за прошедших ливней дорог. Все же с 15 по 21 июня необходимые перемещения были завершены. Из 6-й армии в 1-ю танковую армию были переданы один моторизованный и один армейский корпуса. К 21 июня командование 1-й танковой армии на участке фронта от Чугуева до Славянска создало три ударные группировки: главную ударную группировку в районе Чугуева в составе трех пехотных, трех танковых и одной моторизованной дивизий (группа Маккензена), вторую — в районе Балаклеи в составе трех пехотных дивизий и третью — в районе южнее Изюма в составе также трех пехотных дивизий. Сокрушив изюмский выступ и захватив инициативу, немецкие войска получили возможность маневрировать силами и постепенно размягчать фронт советских войск на харьковском направлении последовательными частными операциями, вырывавшими из рядов Юго-Западного фронта то дивизию, то две, то просто тяжелое вооружение армий.

Задачей «Фридерикуса II» было окружение войск 9-й армии генерал-майора Д.Н.Никишева и 38-й армии [347] генерал-майора К.С.Москаленко ударами по сходящимся направлениям, уничтожение их на западном берегу р. Оскол. В конечном итоге фронт группы армий «Юг» на этом направлении должен был сместиться на р. Оскол, с образованием плацдарма на левом берегу реки, восточнее города Купянска.

«Фридерикус II» начался 22 июня. Однако прорвавшиеся к Купянску части группы Маккензена встретила 1 -я истребительная дивизия. Это было довольно своеобразное артиллерийское соединение, организационно напоминавшее противотанковую артиллерийскую бригаду 1941 г. На вооружении дивизии было сорок восемь 76-мм пушек, тридцать шесть 45-мм пушек, 324 (!!! — А.И.) противотанковых ружья и двенадцать 37-мм зенитных пушек (которые могли использоваться как противотанковые). Дивизия была намного слабее вооруженной куда более мощными 85-мм пушками бригады, но все равно обладала высокой огневой мощью как противотанковое средство РГК.

Задержка у Купянска существенно снизила для немцев эффект от проведения операции. С целью упреждения противника в форсировании р. Оскол командующий Юго-Западным фронтом в период с 23 по 26 июня отвел 38-ю армию и войска правого фланга 9-й армии на восточный берег Оскола. Отход был в основном закончен к тому моменту, как танковые дивизии Клейста разошлись на север и юг вдоль Оскола с целью отсечения отходящих советских войск от переправ. Советские войска, организовав оборону, отразили попытки противника форсировать Оскол и захватить плацдарм на его восточном берегу. Отметим, что в этой оборонительной операции 9-й и 38-й армиями командовали бывшие командиры артиллерийских противотанковых бригад Киевского особого военного округа, организационных предшественников истребительной дивизии.

В качестве результатов «Фридерикуса II» немцами были заявлены 21 тыс. пленных, 100 танков и 250 орудий. [348] По существу это был организованный отход 38-й и 9-й армий на р. Оскол, приведший к потере тяжелого вооружения, но не ставший для двух армий катастрофой. Серия мелких окружений и отходов Юго-Западного фронта в июне 1942 г. переполнила чашу терпения И.В.Сталина. После «Вильгельма» и «Фридерикуса II» И.Х.Баграмян был отстранен от должности начальника оперативного отдела штаба Юго-Западного направления и поставлен начальником штаба в 28-ю армию. Юго-Западное направление было упразднено, его фронты подчинены Ставке, и тем самым маршал С.К.Тимошенко был понижен до командующего Юго-Западным фронтом.

Итоги и уроки

Харьковская наступательная операция была в двух шагах от успеха, когда она была обращена ударами противника в оглушительную катастрофу. Грань между успехом и поражением Юго-Западного фронта была очень тонкой. Харьков мая 1942 г. — это хороший пример операции, ведущейся наперегонки, в которой выигрывает более быстрый и решительный. Своевременный ввод в бой 21 -го и 23-го танковых корпусов мог заставить немецкое командование отказаться от «Фридерикуса» и бросить все силы на отражение удара обходящих Харьков танков. Командующий группой армий «Юг» фон Бок был на грани этого решения, и только твердость Гальдера позволила в конце концов провести урезанный «Фридерикус», принесший успех немецкой стороне. В случае прорыва к западу от Харькова двух крупных механизированных соединений мог уже дрогнуть Гальдер или фон Бок мог начать принимать самостоятельные решения по раздергиванию ударной группы Клейста. Маршал С.К.Тимошенко медлил с вводом в бой танковых корпусов, поскольку не был достигнут решительный результат наступления северной [349] ударной группировки. Однако глубокий прорыв в обход Харькова мог сам по себе вызвать вскрытие фронта в полосе армии Д.И.Рябышева. Хотя бы вследствие отвлечения на отражение удара корпусов одной из двух танковых дивизий, 3-й или 23-й. Советским командующим еще предстояло выучить тонкости ведения наступлений и взаимного влияния обходов и ударов.

За начало Харьковской операции часто критикуют как командование Юго-Западного направления, так и высшее советское руководство. Однако критики упускают такой важный момент, как альтернативы проведению этого наступления. Попробуем их рассмотреть.

Альтернатива первая: простой переход к обороне. Результат: беспрепятственное проведение немцами «Фридерикуса» в той или иной форме со срезанием барвенковского выступа и окружением советских войск в нем. Определить точку немецкого удара и защититься было почти невозможно, а накачка «прочной обороной» периметра выступа увеличила бы численность войск в нем и масштабы катастрофы до размеров случившейся в реальности, если не больше (в случае ввода на плацдарм 28-й армии). Альтернатива вторая: эвакуация выступа. Несмотря на то что этот вариант представляется почти невероятным из политических соображений, он тоже заслуживает внимания с военной точки зрения. Результатом таких действий было бы вскрытие немцами отхода 6-й, 57 и 9-й армий и срезание выступа в пожарном порядке. Тем более что 3-я и 23-я танковые дивизии были боеготовы уже к началу реального советского наступления. Провести эвакуацию до окончания периода распутицы будет проблематично из-за состояния дорог. Этот вариант был «прокручен» 2-й ударной армией А.А.Власова на Волховском фронте с хорошо известными катастрофическими последствиями. Поэтому у командования Юго-Западного направления был один вариант действий: попытка [350] провести успешное наступление. В случае его успеха Юго-Западный фронт получал все, в случае провала — известные результаты реальной харьковской драмы. Вариант накрыться камуфляжной простыней и ползти к ближайшей братской могиле по понятным причинам не рассматривался.

Глобально неудача наступления под Харьковом связана со смещением на юг точки приложения немцами основных усилий. Две танковые дивизии, которые остановили наступление «птицы-тройки» Юго-Западного фронта севернее Харькова, оказались там в результате [351] подготовки наступления на Кавказ. Поэтому наступавшая осенью 1941 г. на Тулу 3-я танковая дивизия и свежесформированная 23-я танковая дивизия оказались в доселе тихом месте советско-германского фронта, радикально изменив баланс сил.

Основную причину неуспеха операции Военный совет Юго-Западного направления указал первым пунктом в докладе Сталину от 30 мая 1942 г.:

«Хорошо задуманное и организованное наступление на Харьков оказалось не вполне обеспеченным от ударов противника на барвенковском направлении».

В этом отношении оперативным просчетом командования направления была передача жизненно важной задачи обороны фланга наступления не задействованному в этом наступлении Южному фронту. Видимо, это являлось наследием первоначального плана наступления, по которому фронты должны были наступать совместно, аналогично Барвенковско-Лозовской операции. В мае 1942 г. у командования Южного фронта было вполне достаточно забот в Донбассе. Достаточно сказать, что 18-я армия занимала в апреле фронт 80 км тремя дивизиями. Именно для ее усиления командующий фронтом Р.Я.Малиновский был вынужден снять 216-ю стрелковую дивизию с барвенковского направления и включить ее в состав 18-й армии. Передача 9-й и 57-й армий в состав Юго-Западного фронта не привела бы к его перегрузке армейскими управлениями. В июне 1942 г. штабу фронта были подчинены 21, 28, 38, 57 и 9-я армии, то есть всего на одну армию (сгинувшую 6-ю) меньше. В этом случае Юго-Западный фронт получил бы возможность оперативно парировать удары противника крупными силами, прибегая в крайнем случае к демонтажу ударной группировки.

Потери войск Юго-Западного направления с 10 по 31 мая 1942 г. составили 266 927 человек. Из них убитые и захороненные на не захваченной противником территории — 13 556 человек, раненые и больные, эвакуированные [352] в госпитали — 46 314 человек. Попали в окружение и там погибли или были взяты в плен 270 476 человек. По немецким данным, во время боев за Харьков было взято 239 036 пленных, уничтожено и захвачено 2026 орудий, 1249 танков и 540 самолетов. Были среди пленных и «паршивые овцы». Так, командир 41-й стрелковой дивизии В.Г.Баерский, попав в плен, примкнул к власовскому движению, впоследствии командовал 2-й дивизией РОА.

Одним из самых печальных последствий харьковской драмы были большие безвозвратные потери среди командного состава высокого уровня. Погибли опытные командиры, многие из которых сумели вырваться из ада киевского «котла» сентября 1941 г. В окружении погибли: заместитель командующего войсками Юго-Западного фронта генерал-лейтенант Ф.Я.Костенко [353] (он сумел с кавалерийской группой вырваться из окружения сентября 1941 г.), командующий 6-й армии генерал-лейтенант А.М.Городнянский и член Военного совета бригадный комиссар И.А.Власов, командующий, член Военного совета и начальник штаба 57-й армии генерал-лейтенант К. П. Подлас, бригадный комиссар А. И. Попенко и генерал-майор А.Ф.Анисов, командующий армейской группой генерал-майор Л.В.Бобкин и многие другие. Вместе с Леонидом Васильевичем Бобкиным трагически погиб его 15-летний сын. Отец и сын, не расставаясь, колесили по дорогам войны и вместе поехали на барвенковский плацдарм. Командующий оперативной группой был, видимо, настолько уверен в успехе операции, что без опасения взял сына с собой. Вместе они и погибли, когда кольцо окружения замкнулось.

Ублюдочный пиздорик пЫсаев

21.05.2017, 14:37

http://militera.lib.ru/h/isaev_av4/14.html
Сражение за любаньский выступ, который занимала с января 2-я ударная армия, должно было стать главным событием весны 1942 г. в северном секторе советско-германского фронта. Еще 5 апреля 1942 г. Гитлером была подписана директива ОКВ №41, в которой в разделе «Общий замысел» звучали слова о необходимости взять Ленинград и установить связь с финнами на суше. От выполнения этой задачи группа армий «Север» была дальше, чем в начале осени 1941 г. Наступление на Ленинград было невозможно без ликвидации вклинения 2-й ударной армии. Штаб фон Кюхлера был перенесен из Пскова в Сольцы: командующий группы армий «Север» хотел быть ближе к сражению.

Одновременно серьезные организационные изменения произошли в управлении войсками на Волхове и под Ленинградом. 19 апреля Н.К.Клыков был освобожден от должности командующего 2-й ударной армии по болезни (ему предстоит вернуться на этот пост [354] вскоре после катастрофы — 24 июля 1942 г.). На следующий день, 20 апреля, во главе армии был поставлен генерал-лейтенант А.А.Власов, по совместительству оставшийся заместителем командующего Волховского фронта. Однако уже 21 апреля директивой Ставки ВГК №170301 Ленинградский и Волховский фронты были объединены в Ленинградский фронт, разделенный на два направления — Ленинградское и Волховское. Ленинградское направление (23, 42 и 55-я армии, Приморская и Невская группы) возглавил присланный с Западного фронта генерал-лейтенант А.В.Говоров, ранее командовавший 5-й армией. Волховское направление и собственно Ленинградский фронт возглавил генерал-лейтенант М.С.Хозин. В состав Волховского направления включались 2-я ударная, 8, 54, 4, 59 и 52-я армии, 4-й и 6-й гвардейский стрелковые корпуса, 13-й кавалерийский корпус. К.А.Мерецков назначался заместителем командующего Западным направлением (то есть становился заместителем Г.К.Жукова) и вскоре возглавил воссоздававшуюся 33-ю армию.

Первые несколько дней М.С.Хозин продолжал вести разработку дальнейших шагов по завершению начатой в январе Любаньской операции. Он планировал вывести из состава 2-й ударной армии и передать 59-й армии 191-ю и 259-ю стрелковые дивизии для наступления на Спасскую Полисть. Для продолжения наступления формировался 6-й гвардейский стрелковый корпус и восстанавливался 13-й кавалерийский корпус. Завершение подготовки двух корпусов для их использования в составе 2-й ударной армии планировалось к 15 мая.

Вскоре М.С.Хозин начал сомневаться в целесообразности развития операции в этом направлении. В 22.00 11 мая командующий Ленинградским фронтом направил Верховному Командующему доклад, в котором сделал рискованное предложение вообще отказаться от достигнутого зимой продвижения 2-й ударной армии и отвести ее назад:

«Поэтому я ставлю вопрос [355] прямо — либо мы создаем группировку, достаточно сильную для разгрома противника в районе юго-западнее Спасская Полисть и тем самым сохраняем выгодное оперативное положение 2-й ударной армии для последующего проведения Любаньской операции, либо мы вынужденно уступаем противнику захваченную территорию и, сохраняя войска, отводим 2-ю ударную армию и часть сил 52-й и 59-й армий на фронт Ольховка, Новая Кересть, Большое Замошье и, сократив линию фронта, выделяем дополнительно силы для наступления с рубежа р. Глушица на восток (на Спасская Полисть). Прочно обеспечив позиции, прикрывающие коммуникации 2-й ударной армии [с] севера, выделяем часть сил для усиления 52-й армии. При таком вынужденном развитии операции часть сил 2-й ударной армии и 59-й армии будет выведена восточнее рубежа р. Полисть» (ЦАМО, Ф.204, оп.97, д.91, л.9).

Заметим, что М.С.Хозин осторожно попросил разрешения отвести 2-ю ударную армию примерно на середину любаньского выступа.

Однако 11 мая произошло важное изменение в высшем руководстве Красной Армии. Утреннюю [356] директиву Ставки ВГК № 170372 подписал Б.М.Шапошников, а уже вечером того же дня на директиве Ставки ВГК № 170375 стояли подписи И.В.Сталина и А.М.Василевского. Поэтому пришедший из Москвы ответ был, скорее всего, неожиданным для самого М.С.Хозина. Он получил устное указание готовить отвод 2-й ударной армии.

Уже вечером 12 мая командующий Ленинградским фронтом отдал предварительные распоряжения по отводу 2-й ударной армии на предложенный им в докладе Верховному Главнокомандующему рубеж.

Документально распоряжение об отводе армии А.А.Власова с занимаемых рубежей было подтверждено и даже усилено 14 мая директивой Ставки ВГК № 170379, предписывавшей полностью эвакуировать 2-ю ударную армию и оставить из захваченной территории только плацдарм на р. Волхов:

Отвод 2-й ударной армии на рубеж Ольховские, оз. Тигода не дает нам больших выгод, так как для удержания этого рубежа потребуется не менее четырех — пяти сд, и, кроме того, с отводом армии на рубеж Ольховские, оз. Тигода не устраняется угроза армейским коммуникациям в районе Мясного Бора.

В силу этого Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Отвести 2-ю уд. армию из занимаемого ею района и организовать уничтожение противника в выступе Приютино, Спасская Полисть одновременным ударом 2-й ударной армии с запада на восток и ударом 59-й армии с востока на запад.

2. По выполнении этой операции войска 2-й ударной армии сосредоточить в районе (иск.) Спасская Полисть, Мясной Бор, с тем чтобы прочно закрепить за собой совместно с 59-й и 52-й армиями Ленинградскую железную дорогу и шоссе и плацдарм на западном берегу р. Волхов» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1942 г..., с.202).[357]

15 мая М.С.Хозин уже докладывал И.В.Сталину план последовательного отвода 2-й ударной армии с рубежа на рубеж. Тем временем А.А.Власов информировал командующего фронтом о тех трудностях, с которыми столкнется отвод войск его армии. Как основную проблему отхода он называл нехватку дорожных батальонов, которые были заняты подготовкой рубежа обороны и приведением дорог в тылу армии в проезжее состояние. Горючее для автомашин, подготовка дорог стали основными факторами, лимитировавшими скорость отвода войск 2-й ударной из любаньского выступа. Готовность войск армии к отводу на промежуточный рубеж по оценке командующего могла быть достигнута не раньше 23 мая. Кроме того, дороги были заняты выводом из армии 13-го кавалерийского корпуса и трех стрелковых дивизий.

Тем временем войсками 18-й армии генерал-полковника Линдемана была начата вторая операция по окружению 2-й ударной армии. Отвод войск из любаньского выступа был замечен, и задачей 18-й армии стало не дать советскому командованию отвести войска из почти закрытого «мешка». Наступление началось 22 мая. С севера на «росчисти» в районе Мясного Бора двигались 121-я и 61-я пехотные дивизии I армейского корпуса, усиленные частями 20-й моторизованной дивизии. Соответственно 126-я и 58-я пехотные дивизии и 2-я пехотная бригада СС XXXVIII армейского корпуса наступали с юга. Помимо этого с запада обжимали готовящийся «котел» 254, 291-я пехотные дивизии, дивизия СС «Полицай» и 285-я охранная дивизия. «Бутылочное горло» обороняли 65-я и 372-я стрелковые дивизии. 65-я стрелковая дивизия полковника П.К.Кошевого, насчитывавшая к тому времени 3708 человек, занимала фронт обороны шириной 14 км к югу от узкоколейки. 372-я стрелковая дивизия полковника Д.С.Сорокина численностью 2796 человек занимала участок шириной 12 км в 2 км севернее от [358] узкоколейки. Плотность обороны важнейшего участка фронта была на грани допустимого. М.С.Хозин, сосредоточившись на операции против Спасской Полисти, в изменившихся условиях не перегруппировал войска на защиту коммуникаций отводившейся назад 2-й ударной армии. Было очевидно, что противник отреагирует на отвод армии А.А.Власова попыткой перехватить ее коммуникации. Однако выводившиеся из любаньского выступа части не были задействованы на уплотнении фронта 65-й и 372-й стрелковых дивизий. Последствия такого решения были катастрофическими. В ночь с 30 на 31 мая части 126-й и 58-й пехотных дивизий соединились с боевой группой Ванделя (20-я моторизованная дивизия и части 1-й пехотной дивизии). 31 мая «пробка» на коммуникациях 2-й ударной была расширена на 1,5 км на запад. В окружение попали 19-я гвардейская стрелковая, 46, 92, 259, 267, 327 и 382-я стрелковые дивизии, 22, 23, 25, 53, 57 и 59-я стрелковые бригады, входившие в состав 2-й ударной, 52-й и 59-й армий. Вскоре все эти соединения были объединены под управлением 2-й ударной армии.

Реакция советского командования последовала практически немедленно. Уже в 18.00 31 мая было проведено наступление сводного отряда 59-й армии в составе 372-й стрелковой дивизии, полка 191-й стрелковой дивизии, 24-й стрелковой бригадой и 7-й танковой бригадой, но восстановления коммуникаций достигнуто не было. Неудачей закончился также удар изнутри «котла». К 3 июня на западный берег р. Полисть выдвинулись 57-я стрелковая бригада и 166-й отдельный танковый батальон (9 танков Т-60). Однако артиллерия 57-й бригады подтянута не была, а используя только пехотное оружие, бригада продвижения не добилась. Половина танков 166-го батальона была подбита.

На 5 июня было назначено совместное наступление 59-й и 2-й ударной армий навстречу друг другу. Со стороны 59-й армии в наступлении участвовал [359] вышеуказанный сводный отряд, усиленный артиллерией при поддержке двух истребительных авиаполков. Со стороны 2-й ударной армии пытались пробиваться на соединение с 59-й армией силами так называемой «восточной группы» армии в составе 46-й и 382-й стрелковых дивизий, 22, 25, 53 и 59-й стрелковых бригад. Перегруппировка войск А.А.Власова была замечена противником, и они подверглись интенсивной бомбардировке с воздуха, особенно пострадала 46-я стрелковая дивизия. Наступление 5 июня не принесло успеха ни 2-й ударной, ни 59-й армии. В назначенных для прорыва соединениях 2-й ударной армии не было запасов боеприпасов, соответственно система обороны противника подавлена не была, и части продвинулись всего на 100—150 м. Следующее наступление было назначено на 10 июня.

По данным на 1 июня 1942 г. в окружении находилось [360] более 40 тыс. бойцов и командиров Красной Армии. Они располагали 300 орудиями разных калибров, 545 минометами, 28 зенитными орудиями, 409 противотанковыми ружьями, 60 тракторами ЧТЗ, 31 трактором СТЗ, 36 автомашинами ЗИС-5, 75 автомашинами ГАЗ-A и АА. Запасов продовольствия в армии хватало по сокращенным нормам до 10—12 июня.

За промахи в обеспечении обороны коммуникаций 2-й ударной армии после неудачной попытки восстановить положение командующий Ленинградского фронта М.С.Хозин был снят с должности 8 июня 1942 г. Формулировка была довольно жесткой:

«За невыполнение приказа Ставки о своевременном и быстром отводе войск 2-й ударной армии, за бумажно-бюрократические методы управления войсками, за отрыв от войск, в результате чего противник перерезал коммуникации 2-й ударной армии и последняя была поставлена в исключительно тяжелое положение» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1942 г...., с.244).

Волховский фронт был восстановлен, и во главе его был снова поставлен К.А.Мерецков. М.С.Хозин был понижен в должности и поставлен вместо К.А.Мерецкова во главе 33-й армии. Ленинградский фронт возглавил А.В.Говоров.

Вступив в командование Волховским фронтом 9 июня, К.А.Мерецков боевым приказом №00332 назначил на 2.00 10 июня начало операции по освобождению коммуникаций 2-й ударной армии. Со стороны 59-й армии в прорыве участвовали 24-я стрелковая бригада, 546-й стрелковый полк 191-й стрелковой дивизии, 2, 374, 165 и 372-я стрелковые дивизии, 58-я стрелковая и 7-я танковая бригада. Для подавления системы огня противника были задействованы орудия четырех артиллерийских полков. Однако начатое в назначенное время наступление успеха не принесло. В последующих попытках были задействованы 29-я танковая [361] бригада (с 18 июня) и 25-я кавалерийская дивизия (с 19 июня).

В 17.00 19 июня 11 танков Т-34 29-й танковой бригады с небольшим десантом пехоты вышли на восточный берег р. Полисть и соединились с частями 46-й стрелковой дивизии 2-й ударной армии. Эти танки стали ядром, вокруг которого собралась прорывающая группа из 46-й стрелковой дивизии, 22, 25, 57, 53 и 59-й стрелковых бригад 2-й ударной армии. Со стороны 59-й армии важную роль в прорыве сыграли спешенные кавалеристы 25-й кавдивизии корпуса Н.И.Гусева. Кавалеристы были элитой Красной Армии, заметно превосходя многие части по физической подготовке и боевому духу. [362]

К 22 июня в результате совместных действий войск 59-й и 2-й ударной армий был пробит коридор шириной 300—400 м. Воспользовавшись этим коридором, из окружения вышли свыше 2000 раненых бойцов и командиров армии А.А.Власова. Далее была допущена роковая ошибка. Вместо закрепления «стенок» коридора пробивавшие его соединения 2-й ударной армии продолжили движение на восток, увлекая за собой части 59-й армии. По существу, коридор оборонялся только несколькими танками. На рассвете 23 июня после массированного налета авиации немецкие войска вновь перешли в наступление и вновь закрыли «котел» 2-й ударной армии.

Пока так называемая «восточная группа» армии А.А.Власова пыталась пробить коридор к своим, «западная группа» 2-й ударной армии оборонялась против наседавших с запада соединений немецкой 18-й армии. Фронт армии с запада прикрывали 92-я и 327-я стрелковые дивизии и 23-я стрелковая бригада. К 15 июня наступающие с запада овладели районом Финев Луг и тем самым лишили 2-ю ударную армию единственного аэродрома, на который могли садиться самолеты. К 23 июня район, занимаемый 2-й ударной армией, сократился до таких размеров, что уже простреливался артиллерией противника на всю глубину.

Здесь необходимо отметить один весьма важный момент. Одной из причин быстрого крушения окружений Красной Армии в 1941—1942 гг. была невозможность организации «воздушного моста» для блокированных войск подобно тому, как это было сделано немцами для XXIII корпуса под Оленином и II корпуса под Демянском. Положение войск окруженной 2-й ударной армии было очень схожим с положением II армейского корпуса, окруженного в районе Демянска. Сходной была численность окруженных войск — около 100 тысяч человек. Армию генерал-лейтенанта Власова и корпус генерал-лейтенанта Брокдорф-Алефельда отделяло от [363] своих войск небольшое расстояние, фронт был статичен, перспектив его смещения не было. Площадь, занимаемая войсками 2-й ударной армии и II армейского корпуса, была достаточно большой, чтобы построить не подверженный огню противника аэродром.

Разница была лишь в численности транспортной авиации. В период с 2 июня по 29 июня 1942 г. было произведено самолетовылетов на снабжение войск 2-й ударной армии: самолетами У-2—141, «Дуглас» — 129, СБ — 4, Р-5—4. В большинстве случаев грузы сбрасывались с самолетов в мешках, а не выгружались на аэродроме. Самолетами было переброшено: 228 тонн продовольствия, 11 тонн бензина, 823 тыс. штук патронов к ППШ, 812,4 тыс. винтовочных патронов, 9,5 тыс. патронов к ПТР, 1650 выстрелов к 37-мм зенитной пушке, 1929 — к 76,2-мм полковой пушке, 1250 — к 76,2-мм дивизионной пушке, 188—122-мм выстрелов. Однако на фоне 5 тыс. т, доставлявшихся ежемесячно в демянский «котел», эти цифры выглядят довольно бледно.

В ночь с 23 на 24 июня штабом 2-й ударной армии был отдан последний приказ на прорыв через р. Полисть на Мясной Бор. Согласно этому приказу вдоль настила должны были наступать 22-я и 59-я стрелковые бригады, вдоль жердевой дороги — 57-я и 25-я стрелковые бригады, а вдоль узкоколейки 46-я и 382-я стрелковые дивизии и 53-я стрелковая бригада. В пробитый этими соединениями коридор вслед за ними должны были выходить войска западной группировки армии, все еще сдерживавшие наступление 291-й и 254-й пехотных дивизий на западном фронте «котла». Атака была назначена на 22.30 24.06.42, артиллерийской подготовки не было из-за отсутствия снарядов. Еще к 15 июня основная масса артиллерии армии была вытянута на обочины дорог, оставшись без средств тяги. К этому моменту снарядов 107 мм, 122 мм и 152 мм уже не было, остались в небольших количествах 76-мм выстрелы и снаряды к зенитным пушкам, в избытке [364] было 45-мм выстрелов. Все обочины дорог от Новой Керести до р. Глушица были забиты автомашинами, которых скопилось более 600 штук. Все они стояли, имея примерно по полбака горючего.

А.А.Власов предупредил своих подчиненных, что атака 24 июня будет последним шансом на спасение, и требовал смело и решительно двигаться вперед, не считаясь с потерями. В соединения были влиты все артиллеристы, саперы, танкисты, водители, оставшиеся «безлошадными» в результате уничтожения техники. К 23 июня уничтожение вооружения и техники 2-й ударной армии приняло стихийный характер. Понимая, что до трагического финала остаются дни и даже часы, 23 июня А.А.Власов отдал устное распоряжение всем начальникам родов войск и командирам соединений [365] уничтожить всю технику армии. С получением этого распоряжения началось массовое уничтожение и вывод из строя вооружения, автотранспорта, средств связи и другого имущества. В течение 23 и 24 июня по всему занимаемому войсками 2-й ударной армии пространству гремели взрывы и поднимался дым пожаров. 23 июня также было потеряно управление соединениями «западной группы» войск армии. Многие солдаты и командиры в беспорядке отходили в расположение «восточной группы», к р. Полисть, надеясь так или иначе вырваться из окружения.

Последняя атака потерявших устойчивое управление соединений 2-й ударной армии, в которой отдельные группы уже действовали по своему усмотрению, продолжалась с 22.30 24 июня до 4.00 25 июня. Прорыв обеспечивался окаймляющим огнем артиллерии 52-й и 59-й армий. Несмотря на огонь артиллерии, прорыв от р. Полисть до Мясного Бора проходил под перекрестным огнем пулеметов и пушек противника. Какие-то группы, невзирая на потери, пробивались по коридору. Проходившая по развороченной артиллерийским огнем гати, настилу и узкоколейке дорога получила красноречивое название «долина смерти». Какие-то группы залегли под огнем и до рассвета 25 июня оставались без движения. В 9.30 25 июня ненадолго открывшийся коридор был в очередной раз заблокирован немцами, теперь уже окончательно. «Западная группа» 2-й ударной армии к тому моменту перестала существовать, и наступающие с запада немецкие части вышли к р. Полисть. 25—26 июня «котел» окончательно схлопнулся и разбился на отдельные группы сопротивления, оборонявшиеся до последнего патрона и пытавшиеся просочиться в разных направлениях.

После последней попытки прорыва в ночь на 25 июня 2-я ударная перестала существовать как организованная вооруженная сила. Управление армии превратилось просто в группу вооруженных людей. В ходе последнего [366] прорыва штаб армии был разбит на три группы, которые должны были выходить с частями и штабами атакующих войск. Однако в ходе прорыва ночью 25 июня из окружения вышел только начальник разведывательного отдела армии А.С.Рогов. Три группы штаба были рассеяны минометным и артиллерийским огнем противника. Несмотря на ряд мер, принятых командованием Волховского фронта с целью найти и эвакуировать из окружения Военный совет 2-й ударной армии, удалось вывезти только вышедшего к партизанам заместителя командующего армией П.Ф.Алферьева. Спустя две недели после ликвидации «котла», 11 июля 1942 г., командующий 2-й ударной армией генерал-лейтенант А.А.Власов был взят в плен немцами в деревне Туховежи Ленинградской области. Позднее, уже в лагере военнопленных в Виннице, А.А.Власов пошел на сотрудничество с оккупантами и стал руководителем военной организации коллаборационистов из советских военнопленных — Русской освободительной армии (РОА). Из-за этого события история 2-й ударной армии обросла множеством слухов и домыслов. Во-первых, не А.А.Власов «загнал армию в болота» — она действовала в этом районе с января 1941 г., задолго до вступления в должность командующего А.А.Власова. Во-вторых, не может идти речи об организованной А.А.Власовым сдаче армии немцам. До самого последнего момента, когда сохранялась управляемость войск армии, А.А.Власов отдавал приказы на прорыв из окружения и уничтожения вооружения и техники с целью предотвратить использование этой техники противником. По крайней мере до его пленения генерал-лейтенант А.А.Власов действовал сообразно обстановке, и даже прерывание коммуникаций 2-й ударной нельзя поставить ему в вину, поскольку формально они находились в полосах 52-й и 59-й армий фронта. Неприятная история с изменой последнего командующего 2-й ударной армии первого формирования привела [367] к слабому освещению советскими историками событий на Волховском фронте в первой половине 1942 г. К своим вышли из окружения к 29 июня 9462 человека, в том числе 5494 человека раненых и больных. К 10 июля вышли еще 146 человек. Выход просачивавшихся по лесам и болотам солдат и командиров 2-й ударной армии продолжался довольно долго, многие отходили не на запад, а на юг, в направлении Старой Руссы. Но принципиальных изменений цифры вышедших из окружения уже не претерпели. По немецким данным, в ходе боев с окруженной 2-й ударной армией было захвачено 32 759 пленных, 649 орудий, 171 танк и другое оружие, боевая и вспомогательная техника.

Итоги и уроки

Как и любое окружение, катастрофа 2-й ударной армии привела к потере опытных командиров и получивших боевой опыт частей и соединений. 26 июня в плен попал командир прошедшей со 2-й ударной от Волхова до Любани 327-й стрелковой дивизии полковник И.М.Антюфеев (25 мая 1942 г. он получил звание генерал-майора). С самого начала Любаньской операции он сумел заслужить славу грамотного командира. Подобно тому как 312-я стрелковая дивизия неофициально называлась «Панфиловской», 327-я стрелковая дивизия получила наименование «Антюфеевской». Командование также оценило действия И.М.Антюфеева, и он был 25 мая назначен командиром 24-й гвардейской стрелковой дивизии, но вступить в должность уже не успел. И.М.Антюфеев был освобожден из плена в мае 1945 г., а с мая 1947 г. возглавлял военную кафедру Томского университета. Умер он в сентябре 1980 г. В плен также попали командир 92-й стрелковой дивизии Ф.М.Жильцов, 57-й стрелковой бригады майор И.Евстифеев и командир 25-й стрелковой бригады полковник П.Г.Шелудько. [368]

Общие потери Волховского фронта (2-й ударной и 59-й армий) за весь период оборонительного сражения с 13 мая по 10 июля 1942 г. составили 94 751 человек. Из этого числа 54 774 человека составили безвозвратные потери, а 39 977 — санитарные.

С оперативной точки зрения окружение 2-й ударной армии не изменило радикально положения Волховского фронта. Армия А.А.Власова была связана с основными силами коридором шириной всего 6—12 км, что давало возможность безболезненно закрыть образовавшийся после окружения разрыв одним соединением. Волховский фронт не утратил боеспособности и уже в середине августа смог начать Синявинскую наступательную операцию. Вплоть до начала июля главные силы немецкой 18-й армии были задействованы в сражениях фронтом на восток и не имели возможности выполнять поставленную Гитлером в директиве № 41 задачу по захвату Ленинграда.

Ублюдочный пиздорик пЫсаев

21.05.2017, 14:39

http://militera.lib.ru/h/isaev_av4/15.html
Последней операцией по ликвидации вклинений, образовавшихся в результате зимнего наступления Красной Армии, стала операция «Зейдлиц». Операция была проведена группой армий «Центр» в июле 1942 г. Целью операции были войска 39-й армии генерал-лейтенанта И.И.Масленникова и 11-го кавалерийского корпуса полковника С.В.Соколова, занимавшие обширное пространство в районе Холм-Жирковского. Еще 12 февраля 1942 г. было издано «Распоряжение о ведении боевых действий на Восточном фронте по окончании зимнего периода» на восстановление сплошной линии фронта, в котором особо указывалось:

«При выборе рубежей, где пройдет линия фронта, решающее значение приобретает обеспечение безопасности путей подвоза снабжения для фронтовых частей и важных рокадных коммуникаций (железных дорог и шоссе) от [369] воздействия противника, а также от различного рода диверсий» (Дашичев В.И. Указ. соч., с.317).

Войска И.И.Масленникова и С.В.Соколова находились в опасной близости сразу к нескольким важным коммуникациям: шоссе и железной дороге Смоленск — Вязьма и железной дороге Ржев — Сычевка. К началу лета 1942 г. советские войска занимали изобиловавший лесами, болотами, реками и речушками район на стыке Калининской и Смоленской областей площадью почти 5 тыс. квадратных километров. На 2 июня в состав 39-й армии входили 21-я гвардейская стрелковая, 252, 256, 357, 373-я и 381-я стрелковые дивизии. В состав 11-го кавалерийского корпуса входили 18, 24, 36 и 82-я кавалерийские дивизии. Кавалерийский корпус занимал оборону на широком фронте на южном фасе холм-жирковского выступа.

Положение армии И.И.Масленникова и кавалерийского корпуса С.В.Соколова было во многом сходным с положением 2-й ударной армии в любаньском выступе. Контрнаступление 9-й армии Моделя зимой 1942 г. прервало основные коммуникации 39-й армии. Однако успешное наступление 4-й ударной армии на Торопец позволило снабжать 39-ю армию через район Нелидова в коридоре между удерживавшимися немецкими войсками городами Оленино и Белый. В самом узком месте ширина коридора составляла 27—28 км. Точно так же, как в случае 2-й ударной армии, за коммуникации войск Масленникова и Соколова несли ответственность командующие двух разных армий. Северную и южную «стенки» коридора обороняли соответственно 22-я и 41-я армии Калининского фронта. Первая нам уже хорошо известна, она участвовала в боях с июля 1941 г. Вторая была новичком в летних боях 1942 г. 41-я армия была сформирована 15 мая по директиве Ставки ВГК на базе оперативных групп генерал-майора Г.Ф.Тарасова и генерал-майора Берзарина. Возглавил армию хорошо себя зарекомендовавший в Торопецко-Холмской [370] операции 4-й ударной армии командир 249-й стрелковой дивизии Г.Ф.Тарасов.

Удержание периметра вклинения 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса требовало выделения значительных сил 9-й армии. Немецкое командование оценивало численность находившихся в тылах группы армий «Центр» советских войск в 60 тыс. человек. Такая крупная группировка, занимавшая плацдарм в непосредственной близости от основных коммуникаций группы армий, не могла не вызывать беспокойство немецкого командования. С весны 1942 г. велась разработка крупномасштабной операции по очистке холм-жирковского выступа. Операция получила кодовое наименование «Зейдлиц».

Однако операции «Зейдлиц» не суждено было запятнать репутацию Вальтера Моделя как «гения обороны» успешным наступлением больших масштабов. 23 мая 1942 г. во время очередного полета в войска в районе Белого его Физилер «Шторх» был обстрелян с земли, и командующий 9-й армией был ранен в легкое. Пилот «Шторха» также был ранен, но смог посадить самолет. План операции «Зейдлиц» Модель докладывал командующему группой армий «Центр» в смоленском госпитале. 2 июня командование 9-й армией временно принял генерал танковых войск фон Фитингоф. Позднее командование 9-й армией по указанию генерала фон Фитингофа принял командующий XLVI танковым корпусом генерал Шеель.

Несмотря на сравнительно небольшую ширину коридора между Оленином и Белым, ничтожную по меркам маневренного «блицкрига», операция не обещала быть легкой. Северная «стенка» коридора пролегала по окруженной густыми лесами долине р. Лучеса. Предвидя бои в бедных дорогами лесистых районах, командование 9-й армии организовало специальное подразделение — кавалерийскую бригаду фон дер Медена. Полковник Карл Фридрих фон дер Меден был [371] старым кавалеристом, пришедшим в танковые войска в середине 30-х. В период описываемых событий он командовал мотопехотным полком 1-й танковой дивизии. В 1942 г. ему пришлось вспомнить молодость и возглавить соединение, называвшееся официально Kavallerie Brigade zbV beim Armeeoberkommando 9 (кавалерийская бригада особого назначения командования 9-й армии). Бригада состояла из трех полков по четыре-пять эскадронов в каждом. Эскадроны были [372] смешанного состава: из тринадцати эскадронов шесть были на велосипедах, а остальные — на лошадях. Бригада была насыщена автоматическим оружием: в трех полках было более 30 станковых и 72 ручных пулемета, рядовые в максимально возможных количествах вооружались пистолетами-пулеметами. Тылы бригады были моторизованы, саперы передвигались на велосипедах, части связи были частично моторизованы. Каждому полку были приданы по шесть легких полевых гаубиц. Полки прошли подготовку в течение четырех-шести недель и в конце июня 1942 г. сосредоточились к югу от Оленина в районе долины Лучесы. Кавалерийской бригаде также были приданы 14 танков.

Помимо кавалерийской бригады в операции «Зейдлиц» было задействовано десять пехотных и четыре танковых дивизии (1, 2, 5-я и 20-я). Танковые полки трех из этих четырех дивизий (1, 2 и 20-й) остались в однобатальонном составе, так как из них были изъяты первые танковые батальоны для усиления танковых и моторизованных дивизий, задействованных в летнем наступлении 1942 г. Во 2-й танковой дивизии на 20 июня насчитывалось 22 Pz.II, 33 Pz.38(t), 20 Pz.III, 5 Pz.IV и 2 командирских танка, в 20-й на 30 июня — 8 Pz.II, 39 Pz.38(t), 20 Pz.III, 13 Pz.IV и 7 командирских танков. По 1-й танковой дивизии имеются данные на 15 июля: 2 Pz.II, 10 Pz.38(t), 26 Pz.III, 7 Pz.IV и 4 командирских танка. Единственной танковой дивизией с двумя танковыми батальонами в танковом полку была 5-я танковая дивизия, насчитывавшая на 25 июня 26 Pz.II, 55 Pz.III, 13 Pz.IV и 9 командирских танков. Все танки Pz.III и Pz.IV в этих четырех дивизиях были старых типов, они не получили ни одного танка этих типов с длинноствольными орудиями.

О тщательности подготовки операции говорит тот факт, что немецкие самолеты-разведчики провели аэрофотосъемку территории площадью 3300 кв. км. Командный [373] пункт 9-й армии был перенесен в Оленино, поближе к месту предстоящего сражения.

Нельзя сказать, что немецкое наступление было для командования Калининским фронтом полной неожиданностью. Еще 29 и 30 июня в разговоре по прямому проводу с И.И.Масленниковым и С.В.Соколовым командующий фронтом И.С.Конев указывал, что «не исключено в ближайшие дни наступление противника из района Белый в северном и северо-восточном направлении» (ВИА, №8(23), с.26). Командующий 39-й армией говорил:

«Я готовлюсь к борьбе в самой неблагоприятной обстановке, то есть к боям в окружении без права вывода армии. Для этого нужны только боеприпасы и продовольствие» (там же, с. 26—27).

С такими самурайскими настроениями советское командование 39-й армии встретило начало «Зейдлица».

Немецкое наступление началось в 3.00 2 июля 1942 г. после короткой артиллерийской подготовки и удара с воздуха бомбардировщиками Ю-87. С севера из района Оленино наступал двумя группами XXIII армейский корпус генерала Шуберта. Западную группу составляли части 1-й танковой, 110 и 102-й пехотных дивизий, восточную — 5-я танковая дивизия и кавалерийская бригада фон дер Медена. Противостояли им части 185-й и 380-й стрелковых дивизий 22-й армии и 21-й гвардейской стрелковой дивизии 39-й армии. Из района Белого на восток начала наступление группа Эзебека в составе 2-й танковой и 246-й пехотной дивизий. В дальнейшем они. должны были повернуть на север навстречу XXIII корпусу. Противостояла двум немецким дивизиям 17-я гвардейская стрелковая дивизия 41-й армии.

Наибольшее сопротивление встретила 1-я танковая дивизия в районе населенного пункта Старухи на берегу Лучесы. Для оказания содействия ей 102-я пехотная дивизия получила приказ атаковать советские войска с фланга. Из резерва 9-й армии на это направление [374] также выдвигался полк 14-й моторизованной дивизии. Довольно медленно продвигалась вдоль дороги Оленино — Белый 5-я танковая дивизия. Выбор этого шоссе как оси наступления был вполне предсказуем, и советскими войсками были воздвигнуты противотанковые препятствия и бетонированные укрепления. Если [375] на северном участке наступления немецкие войска встретили упорную оборону, то в районе Белого маневр с ударом вначале на восток с последующим поворотом на север поначалу принес успех. Однако здесь советские войска быстро перешли к активному противодействию наступающим. Уже вечером первого дня операции последовал контрудар с участием 21-й танковой бригады во фланг 2-й танковой дивизии. Отражение контрудара продолжилось 3 июля.

Важную роль в успехе «Зейдлица» сыграла кавалерия фон дер Медена. Продвигаясь параллельно 5-й танковой дивизии по лесам, кавалерийская бригада 3 июля вышла в тыл оборонявшимся на шоссе частям 256-й стрелковой дивизии. Фронт на этом направлении был прорван, и 5-я танковая дивизия вышла к деревне Шиздерево на р. Обша. Усиленная 102-й пехотной дивизией и получившая поддержку с воздуха 1-я танковая дивизия также стала увереннее пробиваться вперед. Тяжелые бои постепенно истощали силы обороняющихся. Например, оборонявшаяся фронтом на север 355-я стрелковая дивизия к 4 июля имела до 40% потерь в личном составе и вынуждена была отойти. Окончательно успех немецкого наступления был достигнут в воскресенье 5 июля 1942 г., когда 1-я и 2-я танковые дивизии встретились в районе деревни Пушкари на шоссе Белый — Оленино. В окружение попали все части и соединения 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса, а также соединения 41-й (17-я гв. стрелковая, 135-я стрелковая дивизии, 21-я танковая бригада) и 22-й (355-я, части 380-й и 185-й стрелковых дивизий) армий.

Здесь вновь следует в очередной раз отметить слабость советской военно-транспортной авиации, которая не позволяла организовать эффективное снабжение по воздуху даже сравнительно небольшой группы войск. Внешний и внутренний фронты окружения 39-й армии и 11-го кавкорпуса разделяла узкая полоска занятой [376] противником территории вдоль железной дороги Белый — Смоленск. Занимавшаяся советскими войсками в холм-жирковском выступе территория была достаточно большой для организации нескольких посадочных площадок. В случае организации «воздушного моста» армия И.И.Масленникова могла продержаться до начала Погорело-Городищенской операции в августе 1942 г., дававшей шанс на деблокирование ударом с востока. Без снабжения по воздуху окруженные быстро оставались без боеприпасов и продовольствия и «котел» терял способность оказывать организованное сопротивление.

Одновременно с замыканием окружения по шоссе Оленино — Белый немцами был нанесен рассекающий «котел» пополам удар с восточного фаса холм-жирковского выступа. 4 июля в 1.45 XLVI танковый корпус силами 20-й танковой, 328-й и 86-й пехотных дивизий перешел в наступление в западном направлении. 5 июля командованием 39-й армии принимается решение о выводе войск из холм-жирковского выступа. Решение это было уже безнадежно запоздавшим. Буквально в течение двух дней «котел» был рассечен на северную и южную части, каждая из которых могла пробиваться из окружения через узкий участок шоссе Оленино — Белый. Ситуация усугублялась раскисанием грунтовых дорог после сильных дождей, замедлявшим марши войск И.И.Масленникова и С.В.Соколова. Отходившие к горловине выступа дивизии также были вынуждены бросать и уничтожать застрявшую технику. Снявшиеся с позиций и вытянувшиеся вдоль дорог войска превратились в отличную цель для авиации противника. 8 июля 11-й кавалерийский корпус был подчинен 39-й армии. Отступление и удары с воздуха привели к потере средств связи. Уже поздно вечером 8 июля радиостанции 39-й армии и 11 -го кавалерийского корпуса перестали отвечать на вызовы из штаба фронта. Направленные на [377] самолетах делегаты штаба фронта не вернулись. Связь удалось восстановить только спустя несколько дней.

Один из участников событий, офицер связи 17-й гвардейской стрелковой дивизии В.Поляков, описывал обстановку тех дней так:

«В штабе царила атмосфера спокойной обреченности. Чувствовалось, что люди сделали все возможное, что в их силах, и теперь по инерции, по укоренившейся привычке долга, дотягивают свою ношу до конца, до исчерпания последних сил...»

В течение 7—9 июля из окружения пробились части 41-й армии. Из 135-й стрелковой дивизии вышло около 1000 человек, из 17-й гвардейской — 1759 человек и 21-я танковая бригада (без танков). В этот же период вышли отдельные люди и подразделения 24-й и 46-й кавалерийских дивизий, 357, 355 и 262-й стрелковых дивизий.

Успешные попытки прорыва и усиливавшийся нажим [378] извне вынуждают немецкое командование подтянуть к захваченному коридору все резервы. Выход из южного «котла» перекрывает 427-й полк 129-й пехотной дивизии, на который сразу же обрушиваются согласованные атаки изнутри и снаружи «котла».

12 июля считается немцами официальной датой завершения «Зейдлица». Официальное сообщение немецкого командования от 13 июля 1942 года гласило:

«Начавшееся 2 июля юго-западнее Ржева широкое наступление немецких частей, эффективно поддержанное авиационными частями, привело после прорыва системы вражеских позиций в тяжелых лесных боях к окружению и уничтожению нескольких стрелковых и кавалерийских дивизий, а также одной танковой бригады. В этой 11-дневной битве взято свыше 30 тыс. военнопленных, захвачено или уничтожено 218 танков, 591 орудие, 1301 пулемет и миномет, а также большое количество другого оружия и военного имущества всех видов. Потери врага серьезны. Число военнопленных и трофеев продолжает расти».

Однако организованное сопротивление и попытки прорыва 12 июля не закончились. К 17 июля в северном «котле» собралась группа численностью около 1500 человек под руководством командира 18-й кавалерийской дивизии генерал-майора П.С.Иванова. В южном котле собрались примерно 8000 человек, возглавлявшиеся штабом 39-й армии. Член Военного совета армии бригадный комиссар Юсим и начальник штаба генерал-майор П.П.Мирошниченко погибли.

В ночь с 18 на 19 июля в «котле» приземлились девять самолетов У-2, которые должны были забрать командование 39-й армии. Легко раненный командующий 39-й армией генерал-лейтенант И.И.Масленников улетел на одном из этих самолетов, а заместитель командующего генерал-лейтенант И.А.Богданов остался с войсками. Иногда этот эпизод ставится в упрек И.И.Масленникову. Однако, как уже было сказано выше, [379] генерал в данном случае не является хозяином своей судьбы. Он человек, находящийся на государственной службе, и он обязан воспользоваться направленными за ним самолетами. Остаться со своими войсками до конца — это объяснимое, но не всегда целесообразное с точки зрения дальней перспективы решение. Точно так же, например, К.К.Рокоссовский мог остаться вместе с управлением 16-й армии в вяземском «котле» в октябре 1941 г. вместо организации обороны на волоколамском направлении.

Последняя крупная попытка деблокировать окруженную 39-ю армию была предпринята вечером 21 июля. Навстречу группе войск 39-й армии под командованием И.А.Богданова был нанесен удар 185-й стрелковой дивизией 22-й армии. Уже к 23.00 21 июня на участке дивизии вышли из окружения 3500 человек. В ходе боев по обеспечению коридора для выхода войск генерал Богданов был ранен, вывезен на самолете в госпиталь, где скончался 24 июля 1942 г. На поле боя вечером 21 июля погиб командир 18-й кавалерийской дивизии П.С.Иванов, он был 22 июля похоронен немцами с воинскими почестями. Заместитель командующего 22-й армией А.Д.Березин погиб в попытке пробиться из окружения.

23 июля 1942 г. сообщения о состоянии 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса исчезают из журнала боевых действий Калининского фронта. Этот день можно считать действительной датой завершения операции «Зейдлиц» по ликвидации вклинения советских войск в районе Холм-Жирковского. В начале августа 1942 г. 11-й кавалерийский корпус расформировывается. Сохранившие боевые знамена остатки 373, 381, 256 и 252-й стрелковых дивизий были выведены на переформирование. 39-я армия была сформирована заново путем переименования созданного в июне 1942 г. управления 58-й армии. Возглавил армию генерал-лейтенант А.И.Зыгин. [380]

Итоги и уроки

В ходе операции «Зейдлиц» было нанесено крупное поражение войскам Калининского фронта. Образовавшееся в результате Ржевско-Вяземской операции зимы 1942 г. вклинение советских войск в районе севернее Вязьмы было окружено и уничтожено. Тем самым был ликвидирован выгодный плацдарм для наступления против группы армий «Центр», сокращена линия фронта и восстановлено движение по шоссе из Смоленска в Оленино, что улучшило снабжение 9-й армии в целом.

Окружение 39-й армии и 11-го кавалерийского корпуса было проведено по типичной для весенне-летнего контрнаступления вермахта на Восточном фронте схеме. [381] Удержанные в ходе зимних боев опорные пункты в основании советского прорыва не позволяли расширять прорыв и делали его уязвимым для ударов по сходящимся направлениям. Такими «шверпунктами» стали в приложении к 9-й армии город Белый и район Оленино. Даже прочная оборона стенок «коридора», по которому снабжались прорвавшиеся в глубину обороны противника советские войска, не обеспечивала успешного удержания коммуникаций.

Потери армий Калининского фронта, действовавших в районе Холм-Жирковского выступа в июле 1942 г:

Армия или корпус Убито Ранено Пропало без вести По другим причинам Заболело, эвакуация в госпитали Всего
22 А 1433 3279 3905 27 699 9343
39 А 582 269 22 749 33 14 23 647
41 А 2000 4156 6347 868 531 13 902
11 кк 371 316 14 071 42 30 14 830
Таблица приведена из Военно-исторического архива, №8(23). С.49

Невозможность эффективного снабжения по воздуху вследствие слабости транспортной авиации Красной Армии способствовала быстрой дезорганизации окруженных войск.

Однако, как и в случае с окружением армии А.А.Власова, крупной бреши в построении советских войск пробито не было. Коридор шириной менее 30 км было закрыть несложно.

Список иллюстраций
http://militera.lib.ru/h/isaev_av4/ill.html
Контрнаступление советских войск под Москвой. Декабрь 1941 г.

Общий замысел Клинско-Солнечногорской операции

Елецкая операция

Керченско-Феодосийская десантная операция

Наступление Западного и Калининского фронтов на московском направлении зимой 1942 г.

Наступление 3-й ударной армии в Торопецко-Холмской операции

Первая фаза наступления 4-й ударной армии в Торопецко-Холмской операции

Вторая фаза наступления 4-й ударной армии в Торопецко-Холмской операции

Наступление Северо-Западного фронта под Демянском

Любаньская операция

Барвенковско-Лозовская операция

Образование «рамушевского коридора»

Оборонительные бои на Керченском полуострове, май 1942 г.

Обстановка в районе Севастополя в мае 1942 г.

Штурм Севастополя

Наступление советских войск под Харьковом, май 1942 г.

Контрудар группы армий «Юг», май 1942 г.

Операция «Зейдлиц»

Waralbum.Ru

21.05.2017, 15:01

http://waralbum.ru/16436/
26 апреля 2010
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/t26_nevskaya_dubrovka_1942.6t6o341gyvgo8wkcow40gow sc.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Советский танк Т-26 в районе Невской Дубровки. Ленинградский фронт, 1942 год.

Waralbum.Ru

21.05.2017, 15:14

Бессмертный полк

22.05.2017, 11:00

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3401.jpg
Начата прокладка магистрального трубопровода по дну Ладожского озера для доставки горючего в осаждённый Ленинград.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3402.jpg
Измотав и обескровив северную советскую группировку, немецкий фельдмаршал Фридрих Паулюс перебросил 3-ю и 23-ю танковые дивизии на северный фас барвенковского выступа.

Бессмертный полк

22.05.2017, 11:05

https://polkrf.ru/news/1796/geroy_dnya_konstantin_nedorubov

21 мая отметил бы день рождения казак Константин Иосифович Недорубов, герой трех войн.

Константин родился на хуторе Рубежный станицы Березовской Усть-Медведицкого округа области войска Донского. Станица Березовская была показательной в казачьем краю — в ней проживало 2524 человека, входило в неё 426 дворов. Здесь был и мировой судья, и церковно-приходская школа, и медицинские пункты, и два завода: седельно-кожевенный и кирпичный. Были даже телеграф и сберкасса.

Константин Недорубов получил начальное образование в церковно-приходской школе, обучился грамоте, счету, слушал уроки Закона Божия. А еще, как все казачьи дети, учился воевать: с пяти лет ездил верхом, в семь получил от отца в подарок первую сабельку и ружье. Это наука ему пригодилась по жизни больше, чем школьные уроки...

На службу Константин Недорубов был призван в январе 1911 года, попал в 6-ю сотню 15-го кавалерийского полка 1-й Донской казачьей дивизии. Полк его квартировал в Томашове Люблинской губернии. К началу Первой мировой Недорубов был младшим урядником и командовал полувзводом полковых разведчиков.

Константин Недорубов в Первую Мировую войну

Своего первого Георгия 25-летний казак заслужил уже через месяц после начала войны — Недорубов вместе со своими разведчиками, которых было-то всего 15 сабель, ворвался в расположение немецкой батареи, добыл пленных и шесть орудий.

Второй Георгий украсил грудь казака в феврале 1915 года. Совершая одиночную разведку недалеко от Перемышля, урядник наткнулся на небольшой хутор, где застал спящих австрийцев. Недорубов решил не затягивать, ожидая подкрепления, бросил во двор гранату и принялся имитировать голосом и выстрелами отчаянный бой. Из немецкого языка он ничего кроме «Хенде хох!» не знал, но австрийцам хватило и этого.

Полуодетые, сонные австрияки начали выскакивать из домов... и сдаваться! Пленных оказалось 52 солдата и один обер-лейтенант. Недорубов отконвоировал их в расположение части в одиночку: срезал пленным пуговицы со штанов и отобрал ремни. Поддерживая столь важную деталь обмундирования руками на ходу, сбежать не удастся!..

Третьего Георгия казак Недорубов получил «за беспримерную храбрость и отвагу» во время Брусиловского прорыва. Наконец, полным Георгиевским кавалером Константин Недорубов стал, когда вместе со своими казаками-разведчиками захватил штаб немецкой дивизии, добыл важные документы и взял в плен немецкого пехотного генерала — её командира.

Казаки в атаке, 1915 год

Кроме Георгиевских крестов Константин Недорубов в ходе Первой мировой был также награжден двумя Георгиевскими медалями за отвагу. Эту войну он закончил в звании подхорунжего.

К революции Константин Иосифович поначалу отнесся с недоверием: в Гражданскую до лета 1918 года не присоединялся ни к белым, ни к красным. 1 июня все-таки вошел вместе с другими казаками станицы в состав 18-го казачьего полка атамана Петра Краснова. Однако война «за белых» шла для Недорубова недолго. Уже 12 июля он был взят в плен.

— И чего же тебе, герой, делать на одной стороне с теми, кто твоего батьку без вины на базу сек? — спросил комиссар.

Казак ничего не ответил.

— Ступай домой, казаче!

— И не расстреляете?

— А за что? За то, что барин тебе голову задурил? Так за это надо барина...

Казак Недорубов не только не отправился домой — он стал командиром эскадрона в кавалерийской дивизии Михаила Блинова, где бок о бок с ним сражались другие казаки, перешедшие на сторону красных. Блиновская кавдивизия проявляла себя на самых сложных участках фронта.

За знаменитую оборону Царицына Буденный лично вручил Недорубову именную шашку. За бои с Врангелем казак был награжден красными революционными шароварами, хотя был представлен к Ордену Красного знамени, но не получил его из-за своей слишком героической биографии в царской армии.

Получил Недорубов в Гражданскую и ранение, пулеметное, в Крыму. Застрявшую в легком пулю казак проносил до конца жизни.

Казак-герой в госпитале

После Гражданской войны Константин Недорубов стал бригадиром колхоза в хуторе Бобров. Спокойного житья ему не было и тут. Осенью 1933 года он был осужден по 109 статье «за потерю зерна в поле». Под раздачу попали Недорубов и его помощник Василий Сутчев. Их «до кучи» обвинили не только в краже зерна, но и в порче сельхозинвентаря, дали 10 лет лагерей. В Дмитровлаге на стройке канала Москва-Волга Недорубов и Сутчев работали как умели, а умели хорошо, иначе и не могли. Стройку сдали досрочно —15 июля 1937 года.

Принимал работу лично Николай Ежов. Передовики получили амнистию. После лагеря Константин Недорубов работал начальником конно-почтовой станции, перед самой войной — завхозом машинно-испытательной станции.

Стройка в Дмитровлаге

Когда началась Великая Отечественная война, Недорубову было 52 года, и призыву по возрасту он уже не подлежал. Но герой-казак не мог остаться дома. Когда в Сталинградской области начала формироваться сводная Донская кавалерийская казачья дивизия, кандидатуру Недорубова отставил НКВД — вспомнили и заслуги в царской армии, и судимость. Тогда казак пошел к Первому секретарю Березовского райкома ВКП(б) Ивану Шляпкину.

— Кабы я у вас корову или коня просил — тут уж воля ваша, отказывайте! А я прошу меня к воинскому делу приставить, в чем отказать вы, товарищ дорогой, прав не имеете: война идет, молодежь на ней кровь льет и гинет тысячами, потому что неопытные они, парни-то! А я четыре Георгиевских креста в войне с немцами завоевал, я знаю, как с ними воевать, и других научить могу...

Иван понял: казак дело говорит. Настоял на том, чтобы Недорубова взяли в ополчение — под его, Ивана Шляпкина, личную ответственность.

В середине июля казачий полк, в котором воевала сотня Недорубова, четверо суток отражал попытки немцев форсировать реку Кагальник в районе Пешково. После этого казаки выбили неприятеля из хуторов Задонский и Александровка, уничтожив полторы сотни немцев.

Особо отличился Недорубов в знаменитой Кущевской атаке. В его наградном листе указано: «Попав в окружение под станицей Кущёвской, огнём из автоматов и ручными гранатами, вместе со своим сыном уничтожил до 70 фашистских солдат и офицеров».

Казаки в боевом походе, 1942 г

За бои в районе станицы Кущевская 26 октября 1943 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Константину Иосифовичу Недорубову было присвоено звание Героя Советского Союза.

В этом бою сын Константина Недорубова Николай получил при минометном обстреле 13 ран и трое суток пролежал засыпанный землей. Совершенно случайно на него наткнулись жители станицы, хоронившие казаков в братских могилах. Казачки Матрена Тушканова и Серафима Сапельняк ночью перенесли Николая в хату, обмыли и перевязали раны и выходили. О том, что его сын остался жив, Константин Недорубов узнал много позже...

В конце августа 1942-го сотня Недорубова уничтожила 20 машин тыловой колонны с военным имуществом и около 300 фашистов. 5 сентября в бою за высоту 374,2 у села Куринского Апшеронского района Краснодарского края казак Недорубов в одиночку подобрался к минометной батарее, закидал ее гранатами и уничтожил из ППШ весь минометный расчет. Сам был ранен, но расположение полка не покинул.

16 октября под селением Мартуки, сотня Недорубова за день отразила четыре атаки эсэсовцев и практически вся полегла на поле боя. Лейтенант Недорубов получил 8 пулевых ранений и оказался в сочинском госпитале, затем в Тбилиси, где комиссия вынесла решение о негодности казака к дальнейшей службе по состоянию здоровья.

Тогда, вернувшись в родную станицу, он узнал о награждении Звездой Героя и о том, что его сын Николай жив.

Дома он, конечно, не остался. Вернулся на фронт и в мае 1943 принял командование эскадроном 41-го гвардейского полка 11-й гвардейской кавдивизии 5-го гвардейского Донского казачьего корпуса. Воевал на Украине и в Молдавии, в Румынии и Венгрии.

Казачья разведка, вооруженная автоматами ППШ

В декабре 1944-го в Карпатах, уже в звании гвардии капитана, Константин Иосифович Недорубов снова был ранен. На этот раз его комиссовали уже окончательно.

Константин Недорубов в послевоенные годы

После войны старый казак вернулся в родную станицу. На 80-летие ему построили новый дом, у него у первого в станице появился телевизор, но роль «обласканного почестями» Константина Недорубова тяготила, он продолжал вести простой образ жизни, сам рубил дрова, вел с семьей хозяйство, до конца жизни продолжал упражняться с тяжелой кочергой, орудуя ею как пикой. Умер казак в декабре 1978 года, не дожив полгода до своего 90-летия. У него остались — кроме Николая — сын Георгий и дочь Мария.

Казак Недорубов с семьей

Кадет Биглер

22.05.2017, 11:18

21 мая 1942 года

Учрежден нагрудный знак "Гвардия" (художник С.И. Дмитриев) для личного состава гвардейских частей и соединений Красной Армии и ВМФ, а также нагрудные знаки "Снайпер", "Отличный артиллерист", "Отличный танкист", "Отличный подводник", "Отличный торпедист". Для ВМФ в качестве гвардейского знака утверждена прямоугольная пластина с георгиевской лентой.
В ВС РФ знак "Гвардия" заменен безвкусным и аляповатым знаком "Гвардия России".

Павел Коротич

22.05.2017, 12:38

http://rusplt.ru/wins/ladojskiy-truboprovod-25204.html
20 мая 2016, 00:00
Русские победы, История

http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/2105_ladozhsky_truboprovod_620.jpg
Схема прокладки трубопровода по дну Ладожского озера. Фото:blokada.otrok.ru
21 мая 1942 года началась уникальная операция по прокладке по дну Ладожского озера трубопровода для доставки горючего в осажденный город

Уже в начале сентября 1941 года гитлеровские войска подступили к Ленинграду. Четвертого сентября начались регулярные артобстрелы и бомбардировки города, а 8 сентября северная столица оказалась в кольце блокады. К другим тяжелейшим испытаниям, выпавшим на долю жителей и защитников Ленинграда, добавилась острая нехватка топлива. Сначала горючее доставляли в город на баржах через Ладожское озеро, но суда топила немецкая авиация, и топлива постоянно не хватало. Первой блокадной зимой по льду Ладожского озера была организована «Дорога жизни», по которой, вместе с другими материалами, завозилось горючее. Но частое разрушение дороги вражеской авиацией и недостаточное количество грузовиков не позволяли обеспечить бесперебойное обеспечение топливом, которое в больших количествах, кроме города, было необходимо войскам Ленинградского фронта и кораблям Балтийского флота. Поэтому в апреле 1942 года возникла идея проложить топливопровод по дну Ладожского озера.

25 апреля 1942 года вышло постановление Государственного комитета обороны о создании на Ладоге трубопровода протяженностью 30 километров, причем из них более 20 километров — по дну озера. В самой нижней точке труба должна была проходить на глубине двенадцати с половиной метров под водой. Создание такого трубопровода была очень сложным. В то время в мире не было примеров создания подобных технических сооружений. Кроме того, работы приходилось вести с риском для жизни, буквально под обстрелом, поскольку трасса трубопровода в некоторых местах пролегала всего в двух километрах от линии фронта. Тем не менее, согласно постановлению ГКО, трубопровод должен был быть построен в кратчайшие сроки — к 20 июня.

Контроль за строительством был возложен на уполномоченного ГКО по Ленинграду Алексея Николаевича Косыгина (будущего Председателя Совета Министров СССР в 1964-1980 годах). Обороняли строительство корабли Ладожской флотилии и военная авиация.

21 мая 1941 года начался первый этап работ. Сначала водолазы и моряки Экспедиции подводных работ Балтийского флота обследовали дно, определили место прохождения трассы. Затем уже начался непосредственный монтаж и укладка трубопровода. Часть труб доставляли до озера с Ижорского завода, который находится в городе Колпино.

Как выбрать правильную бутилированную воду?

Вода в бутылке может быть из природного источника и отфильтрованная из-под крана. ГОСТ разрешает производителю упаковывать в бутылки воду из системы городского водоснабжения, но только после доочистки и при условии, что она соответствует...

Трубопровод был сборно-разборным, трубы с толстыми стенками соединялись резьбовым соединением, усиленным сваркой, тонкие трубы состыковывались между собой только сваркой. Сначала на берегу трубы собирали и испытывали на стойкость к давлению, затем покрывали слоем битума, и лишь затем опускали на дно.

Работы велись в режиме строжайшей секретности, по ночам — без освещения, чтобы не привлекать внимание врага. Действительно, германские войска не узнали о трубопроводе, сооружавшемся в непосредственной близости от места боевых действий и, соответственно, не проводили специальных операций для его захвата или уничтожения.

19 июня правительственная комиссия подписала акт приемки трубопровода и 20 мая, по плану, по нему стало подаваться топливо.

В 1943 году уровень Ладожского озера поднялся так, что вода могла бы затопить наземные сооружения и насосную станцию, которые пришлось перенести дальше от берега. Из-за этого трубопровод стал длиннее: его длина составила 34 километра, из которых он 26 километров проходил по дну. По трубопроводу в Ленинград, войскам Ленинградского фронта и на Балтийский флот поступали бензин, керосин и солярка, которые перекачивались последовательно. Всего по подводному трубопроводу в осажденный город поступило 40 000 тонн топлива.

Подводный трубопровод на Ладожском озере был первым в мире опытом практического воплощения сложного технического проекта. Он сыграл выдающуюся роль в обороне и жизнеобеспечении Ленинграда и помог городу выстоять в годы блокады.

Чистый исторический интернет

22.05.2017, 13:32

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAU1umaXkAAb_wK.jpg
21 мая 1942 учрежден нагрудный знак «Гвардия»

Совинформбюро

22.05.2017, 13:34

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/21/2785/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 21 МАЯ

В течение ночи на 21 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои.

На Керченском полуострове продолжались бои в восточной части полуострова.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

На Харьковском направлении немцы, не считаясь с огромными потерями,предпринимают контратаки, стремясь задержать наступление наших частей. Эти попытки противника терпят неудачу. Гитлеровцы несут большие потери в живой силе и технике. Только на одном участке наши бойцы уничтожили свыше 700 гитлеровцев изахватили танк, 8 орудий, 15 пулемётов, 22 миномёта и много боеприпасов. Взяты пленные.

На одном из участков Ленинградского фронта наши войска перерезали дорогу между двумя вражескими узлами сопротивления. Немцы, пытаясь восстановить положение, предприняли несколько безуспешных контратак и потеряли только убитыми600 солдат и офицеров.

Артиллеристы и миномётчики одной нашей части (Северо-Западный фронт)уничтожили до 300 немецких солдат и офицеров, 9 станковых пулемётов и значительное число автомашин с военными грузами.

Группа бойцов под командованием старшего лейтенанта тов. Трофимова залпом из винтовок надбила вражеский самолёт. Бомбардировщик загорелся и упал на землю.Один лётчик сгорел, второй взят в плен.

• * *

Красноармеец Хафиз Кримулин за 16 дней мая уничтожил 45 немецких солдат иофицеров.

Группа ленинградских партизан из отрядов товарищей В. и О. в тылу у врага взорвала полотно железной дороги. В другом месте партизаны открыли из засады внезапный огонь по вражескому поезду, вывели из строя паровоз и уничтожили свыше50 гитлеровцев. Через несколько дней партизаны напали на немецкий гарнизон в населённом пункте П. и в бою уничтожили 74 оккупанта и сожгли немецкий танк.

Пленный командир роты обер-лейтенант Густав Ф. заявил: «В моей роте было 180 солдат. Затем получили пополнение в количестве 40 человек. К началу последнегобоя в роте оставалось 25 солдат. Мне придали ещё один взвод из другого подразделения и приказали любой ценой удержать пункт А. У меня было одно орудие и одна противотанковая пушка. Ночью русские проникли в наш тыл. Потом в деревню ворвались танки и раздавили орудия. Я увидел, что сопротивляться бессмысленно, и предложил солдатам сдаться в плен».

Ниже публикуются выдержки из неотправленного письма немецкого солдата Германа Шварца своему зятю Августу Варре: «...Мы отступаем. Русские самолёты прилетают ежедневно и бомбят... Каждый день дохнет несколько лошадей, но я не тужу: пусть себе околевают — тогда у нас будет мясо. Картофеля больше нет, а хлеба дают совсем немного. Всё бы это ещё ничего, если бы не было партизан!».

Во время стоянки воинского эшелона на товарной станции в Варшаве разбежалось около 300 немецких солдат, следовавших на советско-германский фронт. Оставшиеся солдаты отказались ехать дальше, и офицеры силой оружия загоняли их в вагоны.Это уже не первый случай отказа солдат маршевых батальонов ехать на фронт.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 21 МАЯ

В течение 21 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои.

На Изюм-Барвенковском направлении атаки противника отбиты.

В восточной части Керченского полуострова продолжались бои.

По уточнённым данным, за 19 мая уничтожено не 27 немецких самолётов, как обэтом сообщалось ранее, а 40 немецких самолётов.

За 20 мая уничтожено 65 самолётов противника. Наши потери — 23 самолёта.

За 20 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено и повреждено 74 немецких танка, 272 автомашины с войсками и грузами, 55 подвод с боеприпасами, 31 полевое и зенитное орудие, 15 миномётов и пулемётов,бензозаправщик, 5 тракторов-тягачей, прожектор, потоплено 5 катеров, рассеяно и частью уничтожено до семи рот пехоты противника.

На Харьковском направлении одна наша часть заняла несколько населённых пунктов и захватила многочисленные трофеи и пленных. Подразделение тов. Склярова в течение дня отразило четыре контратаки противника. Немцы потеряли убитыми до 800 солдат и офицеров. На другом участке наши бойцы захватили 7 орудий, 12пулемётов, 8 миномётов, 4 автомашины с боеприпасами и радиостанцию.

На одном из участков Западного фронта огнем нашей артиллерии уничтожено 2артиллерийские и 4 миномётные батареи противника, разрушено 15 ДЗОТов и уничтожено не менее 120 немецких солдат и офицеров.

Расчёты противотанковых ружей под командованием т.т. Федоренко и Пузнова подбили 4 немецких танка.

Разведчики — командир отделения тов. Бодров, бойцы Хлюстов, Тупаков и Петров— устроили засаду недалеко от немецких ДЗОТов. Вскоре у ДЗОТов появилось около40 гитлеровцев. Гранатами и огнём ручных пулемётов разведчики уничтожили 30 немцев и без потерь вернулись в свою часть.

Лейтенант тов. Геля и заместитель политрука тов. Долгин огнём из ручного пулемёта и автомата сбили вражеский самолёт «Хеншель-126».

Партизанский отряд им. 24-й годовщины РККА, действующий в захваченных немцами районах Смоленской области, нанёс оккупантам большой урон. Партизаны за время своей боевой деятельности уничтожили свыше 3.000 гитлеровцев и взяли в плен 125немецких солдат и офицеров. Разгромлено 12 штабов немецких частей и подразделений, уничтожено 3 танка, 4 орудия, 18 миномётов, 43 пулемёта, 3радиостанции, 11 складов с боеприпасами, 9 складов с продовольствием. Отряд партизан захватил у немецко-фашистских оккупантов 6 орудий, 25 миномётов, 42пулемёта, 650 винтовок, 29 автоматов, 60 пистолетов, 2.500 гранат, 2 радиостанции, 5 мотоциклов, 30 велосипедов, 172 лошади, 250 повозок, 3 кухни и другое военное имущество.

Ниже публикуются выдержки из записной книжки убитого немецкого унтер-офицера,фамилию которого установить не удалось: «Отправляемся на фронт. В нашей роте только несколько старых солдат. Рекруты волнуются... Русские нарушают наш маршрут. Стоим подолгу, ждём, пока освободится путь. Чем ближе к фронту, тем медленнее мы двигаемся вперёд. Вчера на нас налетели русские самолёты. Никто из солдат, оставшихся в живых, не забудет вчерашнего дня. Мы ещё не дошли до противника, а земля уже впитала в себя кровь многих солдат. Число убитых и раненых очень велико. Скоро от воскрешённого в Ульме 56 пехотного полка останется только одно название. Я ненавижу эту войну. Военное счастье стало очень изменчивым...»

У убитого немецкого солдата найдено письмо к отцу. В письме говорится:

«... Теперь о нашем мрачном положении. Мы не знаем покоя. Сюда уже прибыли новые дивизии из Франции. Несмотря на это, вас не сменяют. Сердце сжимается до боли. Ты прав: этот русский поход превратился в злополучную авантюру».

Немецкие оккупационные власти в Норвегии произвели массовые аресты учителей и бросили их в концентрационные лагеря. 40 учителей округа Осло были увезены на небольшом судне в открытое море. К судну приблизился военный катер, снял с него команду, охрану и потопил судно вместе со всеми арестованными. Только одному учителю случайно удалось спастись. Его подобрали норвежские рыбаки.

ПОМНИ ВОЙНУ

22.05.2017, 13:45

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/21/4895/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1361952410.jpg
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1361952421.jpg
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1361952431.jpg
Президиум Верховного Совета СССР принял указ "Об утверждении грудных знаков отличия "Отличный снайпер", "Отличный пулеметчик", "Отличный минометчик", "Отличный артиллерист", "Отличный танкист"."
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1361952442.gif
В тот же день Президиумом Верховного Совета СССР был также принят указ об учреждении для военнослужащих гвардейских частей и соединений Красной Армии нагрудного знака "Гвардия".
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1361952455.jpg
Для гвардейцев Военно-Морского Флота - прямоугольной пластинки с муаровой лентой оранжевого цвета с черными продольными полосками; были также введены гвардейские воинские звания.

ПОМНИ ВОЙНУ

22.05.2017, 13:46

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/21/2396/
Гальдер Франц:

"Керченская операция закончена. Ведётся перегруппировка сил для операции в районе Севастополя, где противник, по всей вероятности, проводит соответствующую подготовку, ожидая скорого наступления наших войск.

В районе Изюма обстановка складывается весьма благоприятно. Группа Клейста успешно продвигается на север.

На остальном фронте инициатива повсюду начинает переходить в наши руки.

В районе Харькова обстановка по-прежнему благоприятная. Восстановлена связь с нашими окружёнными войсками в Терновой. Фронт становится сплошным. Теперь отсюда можно снять силы и подготовить их для наступления с севера навстречу Клейсту.

На остальном фронте спокойно, за исключением 2-го армейского корпуса, на который противник продолжает оказывать нажим."

ПОМНИ ВОЙНУ

22.05.2017, 13:47

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/21/2397/
6-я армия (Паулюс).

21 мая, измотав и обескровив северную советскую группировку, Паулюс перебросил 3-ю и 23-ю танковые дивизии на северный фас барвенковского выступа.

Waralbum.Ru

22.05.2017, 13:50

http://waralbum.ru/61988/
16 декабря 2011
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/4690.9gppv5ub0u0wo4gwgsgokkog4.ejcuplo1l0oo0sk8c40 s8osc4.th.jpeg
Фото: Парткомиссия гвардейского полка

Парткомиссия неизвестного гвардейского полка. В центре сидит председатель парткомиссии Константин Сазыкин.

Источник: Северодвинский городской краеведческий музей.

Бессмертный полк

23.05.2017, 12:28

1942 г.

https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3413.jpg
Группа Клейста продолжает наступать в сторону Чепеля. Одновременно с чугуевского выступа Паулюс бросил в бой обе свои танковые дивизии. Они форсировали Северский Донец и начали движение к югу. К исходу дня германские ударные группы соединились в 10 км южнее Балаклеи и перерезали последние коммуникации, связывавшие войска 6-й и 57-й армий с тылом. В окружении оказалось более четверти миллиона советских солдат и офицеров. Исходя из сложившейся обстановки, главком С. К. Тимошенко решил ударную группировку 38-й армии, предназначавшуюся ранее для наступления из Волхова Яра на Змиёв, использовать для восстановления коммуникаций войск барвенковского выступа в районе Савинцы.

Чистый исторический интернет

23.05.2017, 14:50

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAaUUUUXYAEqYa_.jpg
22 мая 1942 в Горьковской обл. начат сбор средств на постройку эскадрильи боевых самолетов им. Зои Космодемьянской

Совинформбюро

23.05.2017, 15:06

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/22/2786/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 22 МАЯ

В течение ночи на 22 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои.

На Керченском полуострове продолжались бои в восточной части полуострова.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

На одном из участков Харьковского направления враг предпринял контратаку.Стремительным ударом наши бойцы опрокинули немцев и на плечах отступающего противника ворвались в населённый пункт. На поле боя немцы оставили 370 трупов.Захвачены 4 орудия, 12 пулемётов, 5 миномётов, склад с боеприпасами, 2 тягача и12 подвод с продовольствием. На другом участке наша часть, продвигаясь вперёд,уничтожила 3 немецких танка, 2 орудия и 8 станковых пулемётов. Противник потерял убитыми свыше 200 солдат и офицеров.

На одном из участков Калининского фронта противник пытался атаковатьрасположение советских войск. Наши части контрударами отбросили немцев наисходные позиции. За два дня боевых действий гитлеровцы потеряли более 1.000солдат и офицеров, 6 танков, 2 миномётные батареи и 7 автомашин. Взорвано 2склада противника с боеприпасами. На другом участке фронта нашими бойцами уничтожены 2 немецких танка, бронемашина, орудие и 7 миномётов. На поле бояосталось свыше 300 убитых гитлеровцев.

Пять наших бойцов во главе с красноармейцем Степаном Петровичем Ямутковым ворвались во вражеский блиндаж и в рукопашной схватке уничтожили 18 немецких солдат.

Партизанский отряд под командованием тов. Т., действующий в одном из районов Смоленской области, ведёт упорные бои с противником. Немецко-фашистские оккупанты бросили против партизан батальон пехоты с 5 танками. Партизаны,успешно отражая атаки гитлеровцев, подбили 2 немецких танка.

Пленный немецкий фельдфебель Леопольд Штеффан рассказал: «Я работал вэкспедиции воздушной почты. Мне приходилось бывать в различных районах Украины.12 мая я вылетел в Харьков. Это был мой последний полёт. Мы сбились с маршрута и очутились над территорией, занятой русскими. Советская зенитная артиллерия сбила наш транспортный самолёт «Юнкерс-52». Вместе с экипажем в машине находилось 15 человек. В занятых немецкими войсками районах Украины крестьяне саботируют все мероприятия немецких властей и засевают лишь небольшие участки земли для удовлетворения своих собственных нужд».

Немецкие изверги закопали в землю живым учителя Воробьёва из деревни Кривило,Ленинградской области.

В Берлине, Кельне, Ганновере, Франкфурте, Дрездене и других городах Германиигестапо арестовало группу судебных чиновников. Как сообщают, арестованным предъявлено обвинение в том, что они выносили мягкие приговоры людям, которыенедовольны войной и гитлеровским режимом.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 22 МАЯ

В течение 22 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялись на занятых рубежах и вели наступательные бои.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска отбили атаки противника и нанесли ему большие потери. Только за 3 дня боёв на этом участке фронта уничтожено более 15 тысяч немецких солдат и офицеров.

В восточной части Керченского полуострова продолжались бои.

За 21 мая уничтожено 37 немецких самолётов. Наши потери — 19 самолётов.

За 21 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено илиповреждено 85 немецких танков и танкеток, более 200 автомашин с войсками и грузами, 4 автоцистерны, 50 подвод с боеприпасами, 3 полевых орудия, 6миномётов, взорвано 4 склада с боеприпасами и 2 склада с горючим, разбит железнодорожный эшелон, рассеяно и частью уничтожено до 4 рот пехоты противника.

На Харьковском направлении немецко-фашистские войска несут большие потери в живой силе и технике. Только на одном участке уничтожено до 700 гитлеровцев, 6орудий, 10 пулемётов, 11 автомашин с военным грузом и другое военное имущество.На другом участке наши бойцы, заняв населённый пункт, захватали 8 орудий, 17пулемётов, 6 миномётов и склад с боеприпасами. На поле боя осталось 200 вражеских трупов.

Одна наша дивизия, действующая на Изюм-Барвенковском направлении, за одиндень боёв отразила одиннадцать атак противника и уничтожила свыше 3.000 ненецкихсолдат и офицеров.

Наша часть, действующая на одном из участков Северо-Западного фронта,внезапным ударом выбила немцев из населённого пункта. Противник потерял убитыми свыше 200 солдат и офицеров. Захвачены 4 орудия, 5 миномётов, 20 автоматов,много винтовок и боеприпасов.

Танковый экипаж лейтенанта тов. Карпенко встретился с шестью вражескими танками. Смело приняв неравный бой, наши танкисты уничтожили 3 и подбили одиннемецкий танк.

Отряд ленинградских партизан под командованием товарища С. взорвал железнодорожное полотно и пустил под откос воинский эшелон противника. Разбито28 вагонов с солдатами и 12 платформ с автомашинами и танками.

На одном из участков Ленинградского фронта сдался в плен солдат 2 роты норвежского легиона Виорн Баст. Пленный заявил: «Как только мне представился удобный случай, я без колебаний перешёл на сторону Красной Армии. Немцев я считаю злейшими врагами норвежского народа: они поработили мою родину. Норвежцы уважают тех, кто борется против немецких оккупантов». Далее Виорн Баст сообщил,что за два месяца пребывания на фронте норвежский легион понёс большие потери. Из 800 солдат осталось не более 400—450 человек.

Ниже публикуются выдержки из письма, найденного у убитого немецкого унтер-офицера Альберта Доринга: «...За всю свою жизнь я никогда ещё не ждал стаким нетерпением весны и лета, как в этом году. Теперь, когда долгожданноевремя наступило, оказывается, мы остаёмся здесь. Ни о какой смене не может быть и речи. На нашем участке идут ожесточённые бои. Русские прорвали нашу оборону и захватили наши орудия. Многие простаки ещё недавно укладывали свои пожитки и собирались ехать на родину. Они говорили: «Наш главный пароль — смена, домой».Но им навязали другой пароль— смерть. За несколько дней наш полк уменьшился на400 человек. Это целое кладбище».

Дезертирство из финской армии принимает всё большие размеры. Правительство и командование вынуждены принимать чрезвычайные меры для борьбы с дезертирами. На магистралях и просёлочных дорогах патрулируют шюцкоровцы. Особые отряды шющкоровцев охотятся за дезертирами, устраивают облавы в городах, сёлах и настанциях железных дорог. Однако население сочувствует дезертирам и помогает им укрыться от преследования.

ПОМНИ ВОЙНУ

23.05.2017, 15:12

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/22/2400/
Группа Клейста продолжает наступать в сторону Чепеля. Одновременно с чугуевского выступа Паулюс бросил в бой обе свои танковые дивизии. Они форсировали Северский Донец и начали движение к югу. К исходу дня германские ударные группы соединились в 10 км южнее Балаклеи и перерезали последние коммуникации, связывавшие войска 6-й и 57-й армий с тылом. В окружении оказалось более четверти миллиона советских солдат и офицеров.

Исходя из сложившейся обстановки, главком С. К. Тимошенко решил ударную группировку 38-й армии, предназначавшуюся ранее для наступления из Волхова Яра на Змиёв, использовать для восстановления коммуникаций войск барвенковского выступа в районе Савинцы.

ПОМНИ ВОЙНУ

23.05.2017, 15:13

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/22/2401/
Изюмский котел на восточной стороне закрыт кое-как. На возможность уплотнения этого участка, который в ближайшее время может подвергнуться значительному вражескому натиску, командование группы армий «Юг» почти не надеется. Оно намерено силами 3-й и 23-й танковых дивизий нанести встречный удар с плацдарма у Андреевки. Я считаю это полумерой и полагаю возможным и целесообразным ввод в бой высвобождающихся восточнее Харькова танковых соединений в направлении Савинцы, севернее Донца.

В районе Харькова противник оборудует исходные позиции для наступления через Донец.

На остальном фронте продолжаются безуспешные атаки против южного и северо-восточного участков 2-го армейского корпуса…

Бессмертный полк

24.05.2017, 12:55

https://polkrf.ru/news/1809/geroy_dnya_anna_morozova
23 мая 2017

23 мая отметила бы день рождения Анна Морозова, брянская партизанка-подпольщица и разведчица, Герой Советского Союза.

Анна Морозова родилась 23 мая 1921 года в деревне Поляны Мосальского уезда под Калугой. Когда Анечка была еще мала, семья перебралась под Брянск, в небольшой городок Сеща. Здесь Аня пошла в школу, а после 8 класса — на бухгалтерские курсы. Детская мечта получить высшее образование и стать учительницей была отложена на потом: у Ани подрастало четверо младших братьев и сестер, и девочка в 16 лет уже начала работать, чтобы помочь родителям прокормить большую семью.

Аня Морозова

С середины тридцатых годов скромная Сеща, затерянная в лесу, внезапно стала стремительно отстраиваться. Причиной тому был военный аэродром, прикрывающий стратегически важную магистраль. На аэродром перебазировалась из-под столицы авиационная воинская часть с бомбардировщиками ТБ-3 на вооружении. Для обслуживания их в лесу вырос целый военный городок — со школой, столовой, ремонтными мастерскими, летными казармами, учебными корпусами... В этой части перед войной и работала Анна Морозова — по своей специальности, бухгалтером.

Война накатила внезапно — громом молотовской речи из черного репродуктора посреди сещинской центральной площади. Почти все мужское население ушло на фронт. Авиаполк тяжелых бомбардировщиков дружно снялся со стоянок и улетел в сторону линии фронта. А обратно уже не вернулся: немецкое наступление развивалось молниеносно, и после выполнения боевого задания самолеты ушли на запасной аэродром.

Поселок Сеща в годы войны

Сещу несколько дней бомбили — в основном, жилую ее часть. Аэродром немцы почти не трогали, рассчитывая использовать после захвата городка. А в сентябре 1941 года на практически целую полосу сещинской авиабазы перелетело два полка 2-го воздушного флота фашистских ВВС, взаимодействующего с войсками группы «Центр»... Три сотни немецких бомбардировщиков, регулярно совершавшие налеты на Москву.

Оккупировав городок, немцы установили вокруг него пятикилометровую «карантинную зону» — чтобы обезопасить аэродром от вероятных атак партизан. Местное население допускалось в эту зону при единственном условии — если подписало с оккупантами договор о сотрудничестве и нанялось на аэродром работать. Однажды и Аня Морозова, двадцатилетняя скромная бухгалтерша, пришла наниматься в немецкую комендатуру...

Немецкая аэрофотосъемка Сещинской базы

В том, что молодая девушка хочет трудиться, чтобы обеспечить прокорм большой семье, немцы не нашли ничего удивительного. Тщательная проверка биографии Ани через полицаев не выявила ничего подозрительного, и Морозова была принята на аэродром. Правда, не в бухгалтерию, а в солдатскую прачечную — постирухой. Там уже работало несколько сещинских девушек — Паша Бакутина, Люся Сенчилина, Таня Васенкова, Лида Корнеева...

Полицаи, а вместе с ними и их немецкие хозяева, до поры понятия не имели, что девичья бригада прачек, каждое утро развешивающая на задах казармы отмытое фашистское исподнее — готовое комсомольско-молодежное подполье, крепко связанное с брянским партизанским штабом Первой Клетнянской партизанской бригады, известной еще как «отряд Дяди Коли»...

Работа в Сещинской солдатской прачечной

Впрочем, сам партизанский командир, получавший от девчат сведения о немцах в Сеще, даже не знал, как на самом деле зовут юную командиршу его разведгруппы, известную лишь по псевдониму Резеда.

Курировал Аню-Резеду Костя Поваров — по мундиру полицай, по факту руководитель городского комсомольского подполья. Именно Костя предложил девчатам вариант — завести с бойцами батальона наземного обслуживания Сещинского аэродрома что-то вроде флирта. Мол, война — войной, а дело-то молодое, девушкам хочется романтики... А когда завяжутся более-менее устойчивые отношения, привлечь «женихов» из аэродромной обслуги к сбору сведений для партизан, и может быть, чем черт не шутит, к диверсионной работе. В наземном батальоне на аэродроме техниками служили не немцы, а поляки и чехи, должны же среди покоренных Гитлером народов быть убежденные антифашисты!

Сещинские девушки-подпольщицы. В центре - Аня

В этом методе работы был двойной риск: мало, что немцы могли раскрыть группу, так еще и у своих односельчан в два счета прослывешь коллаборационисткой, «фашистской подстилкой» и так далее... Свои же братья-партизаны потом повесят за сотрудничество, дружбу и любовь с врагом — и правды не спросят! Было дело, самого Костю едва не расстреляли бойцы из соседнего партизанского соединения, не знавшие, что он — тоже партизан, только под прикрытием, еле остался тогда живым.

Польские "женихи" для "невест"-подпольщиц.Четверо из этих парней стали партизанами

Четырем подпольщицам и в самом деле удалось подружиться с аэродромными техниками. Для всей Сещи у четырех прачек появились польские женихи — Ян Маньковский, Стефан Горкевич, Вацлав Мессьяш и Ян Тыма. Поляки оказались партизанам чрезвычайно полезны: они тайком читали приказы немецкого командования, вытаскивая их из планшетов своих пилотов. Ян Маньковский, обладая хорошей памятью, запоминал их наизусть. Потом бумаги так же незаметно клались обратно в офицерский планшет, а Ян спешил к «невесте». Что удивительного, если парень с девчонкой ночь напролет шепчутся в саду на скамейке — любовь она и в войну любовь! И невдомек было сещинским обывателям, что Аня не комплименты от Яна слушает, а переводит на русский язык немецкий приказ, чтобы наутро к партизанам ушла связная с готовым донесением.

Ян и Анна

Вацлаву и Яну Тыме удалось даже создать на аэродроме пост наведения для советских самолётов, которые наносили удары по немецкой авиабазе. А девушки передали через линию фронта по партизанскому каналу таблицу условных сигналов бомбардировщикам. Например, если среди сушащегося возле казармы солдатского белья вывешена будет синяя скатерть, хорошо заметная с воздуха, — значит, немцы в казарме, а не на вылете. Зеленый платок — зенитная опасность. А по количеству болтающихся на тех или иных веревках сушильни немецких порток и рубах летчики могли узнать время и дату прибытия на аэродром каравана с топливом и боезапасом...

Эта бомба до Москвы не долетит...

К осени 1942 года советские лётчики бомбили аэродром почти каждую лётную ночь. Всего было сброшено на базу около 2,5 тысяч авиабомб, уничтожены десятки самолётов противника, разрушены взлётные полосы, разгромлен заправочный парк, взлетел на воздух один их складов с бомбовым запасом, отчего сгорел и ремонтный ангар.

Вскоре к интернациональному подполью присоединились чехи. Их привел антифашист Венделин Робличка, служивший ефрейтором в немецком штабе, и его соотечественник Герн Руберт, сигнальщик на аэродроме. Первый передавал полякам пароли, благодаря которым они могли проникать в любые части аэродрома, второй сообщал информацию о том, куда вылетают немецкие самолёты и сколько их не возвращается с задания. С помощью чехов партизаны начали организовывать еще и самостоятельные диверсии — из партизанского отряда Ане передавали малоразмерные магнитные мины с часовым механизмом. В корзинах со стираным бельем девушки приносили «магнитки» в казарму, где поляки и чехи разбирали боезапас. Потом эти мины волшебным образом оказывались прилепленными «Юнкерсам» к хвосту или помещенными прямо в бомбовый отсек при вооружении самолета перед вылетом. Самолет улетал на бомбежку, а через сорок минут — часто уже над полем боя — срабатывал часовой механизм. Бомбардировщику — каюк! И никто из немцев ничего не мог заподозрить — мало ли, может с земли зенитка выстрелила...

Венделин Робличка

Этим способом были уничтожены 26 самолётов противника. Только после обнаружения не задействованным в подполье механиком одной из мин, уже прикрепленной к самолету, до немцев дошло, что партизаны орудуют непосредственно на аэродроме...

Некоторых поляков и чехов гитлеровцам удалось схватить. Их зверски замучили в гестапо, но ребята не выдали девушек.

Польские техники и русские "невесты"

Погиб и Костя Поваров. Его смерть была не связана с диверсиями на аэродроме: ночью партизаны из отряда Данченкова заминировали дорогу на деревню Деньгубовку. Это были ребята «Дяди Коли», которым было поручено сорвать вывоз немцами запасов картофеля, изъятого у жителей, в Сещу — на прокорм германским авиаторам.

Рано утром из деревни Сергеевки шла крытая немецкая машина и подорвалась на партизанском минном поле. Немцы выгнали все население на поиски других мин, в том числе и работавших под видом полицаев партизан Полукова с Поваровым. Костя предложил пустить по дороге лошадь с бороной — на длинных вожжах, чтобы от взрыва не пострадал правящий ею человек. Миноискатель на почти сотню народу немцы дали всего один.

В это время из Деньгубовки шел обоз с картошкой. Совсем недалеко от передней лошади миноискатель показал, что здесь заложена мина. Надо было осторожно отвести лошадь от опасного места, чтобы снять найденную мину. Крестьяне боялись подходить, а немцы толкали их прикладами в спину.

Поваров и Полуков, видя, что могут быть большие жертвы, остановили немцев и сказали, что сами выведут лошадь. Поваров встал с одной стороны, Полуков — с другой. Но посреди дороги оказалась зарыта вторая мина. И едва лошадь, которую Полуков взял под уздцы, сделала шаг, как эта мина взорвалась.

Лошадь убило и отшвырнуло с дороги метров на восемь. А оба коногона были смертельно ранены взрывом: Косте перебило позвоночник, Полукову оторвало обе ноги. Через несколько минут парни в муках умерли от потери крови — немцы и не думали оказывать «полицаям» медицинскую помощь, а крестьянам просто не дали подойти. Похоронили ребят в одной могиле — уже после разминирования дороги...

После казни части группы подполье продолжало действовать, немного затаившись: диверсии были прекращены, но разведданные от Резеды продолжали поступать к партизанам и через фронт.

Костя Поваров. Под личиной полицая скрывался партизан, кадровый офицер Красной армии

В сентябре 1943 года советские войска освободили Сещу. Анне Морозовой, фактически возглавившей интернациональное подполье после гибели Кости Поварова, удалось избежать наветов в сотрудничестве с врагом — во многом способствовало тому собрание жителей в Сеще, на котором командир из 10-й армии вручил партизанке медаль «За отвагу».

Аню и ее подруг хотели отослать в тыл — учиться, ведь командование было в курсе ее довоенной мечты. Но она добровольцем пошла в школу радистов, чтобы продолжить борьбу с врагом — педагогический институт подождет до конца войны!

Через четыре месяца во вражеский тыл ушла диверсионно-разведывательная группа «Джек», в которой в качестве радистки состояла двадцатидвухлетняя комсомолка под псевдонимом Лебедь. Аня Морозова...

Группа работала в лесах Восточной Пруссии. Шел 1944 год. Красная армия наступала, а впереди нее по немецким тылам шел неуловимый «Джек», снабжая войска развединформацией, взрывая мосты, уничтожая немецких офицеров. Положение группы было сложным — в прусских лесах нельзя было рассчитывать на помощь местного населения, это вам не брянский партизанский край. Антифашистское подполье в городах было практически разгромлено гестаповцами. Живя фактически под открытым небом, разведчики оголодали, их уже шатало от усталости. В ноябре сорок четвертого командование разрешило выход группы домой — через территорию Польши. Для Лебедя были переданы каналы связи с польскими партизанами.

Радистка диверсионной команды

Но прорываться в Польшу пришлось с боем, после чего уцелело всего пятеро диверсантов и радистка Лебедь. Фактически, Аня оказалась главой группы. Именно ей удалось выйти на польских партизан — от дружбы с Яном Маньковским ей в наследство досталось неплохое знание разговорного польского языка.

Однако после первой же диверсии на след «Джека» напали каратели. 27 декабря 1944 года разведчикам пришлось принять бой. Из радиограммы Анны Морозовой от 30 декабря 1944 года: «Центру от Лебедя. Три дня тому назад на землянку внезапно напали эсэсовцы. По сведениям поляков, немцы захватили Павла Лукманова, он не выдержал пыток и выдал нас. Француз умер молча. Сойка сразу была ранена в грудь. Она сказала мне: «Если сможешь, скажи маме, что я сделала всё, что смогла, умерла хорошо». И застрелилась. Гладиатор и Крот тоже были ранены и уходили, отстреливаясь, в одну сторону, я — в другую. Оторвавшись от эсэсовцев, пошла в деревню к полякам, но все деревни заняты немцами. Трое суток блуждала по лесу, пока не наткнулась на разведчиков из спецгруппы капитана Черных. Судьбу Гладиатора и Крота установить не удалось».

Группа капитана Черных — это разведчики 2-го Белорусского фронта, перешедшие линию фронта в ноябре 1944 года. Встреча их с Аней была счастливой случайностью. Гвардейцы не отказались от помощи еще одного квалифицированного радиста — 30 декабря Аня начала передачи в Центр разведсведений от группы Черных.

Однако сутки спустя разведгруппа вместе с польскими партизанами из отряда поручика Игнация Седлиха у хутора Новая Весь вынуждена была принять бой с эсесовскими карателями. В бою Анна получила тяжелую рану — пуля перебила левую руку. Партизаны перевязали девушку и довели до речушки Вкры, которую намерены были форсировать. Но река оказалась еще не схвачена льдом. И перебраться на другой берег оказалось возможным только вплавь.

Вплавь — морозной зимней ночью, в обжигающе-ледяной воде... и без шансов потом высушиться и согреться раньше, чем после долгого ночного перехода к запасной партизанской базе? Огонь и лед неразличимы при мгновенном касании, а фатальное переохлаждение в таких условиях наступает уже через 10 минут...

— Ты не поплывешь, — сказал Ане Игнаций. — А коли и поплывешь — сгинешь!

В словах польского поручика была жестокая правда. Поляки предложили отвести радистку в соседнее сельцо и спрятать у своей родни. Но каратели шли по следу. Если вычислят, где укрылись партизаны — пожалуй, и все село сожгут, и жителей не пожалеют...

— В село нельзя, — слабея от кровопотери, строго сказала Аня, — и меня, и себя погубите, а то и селян с детишками. Ведите на юг по тропе — там через пару километров будет землянка смолокуров, в ней и спрячемся.

Смолокуры, двое стариков-поляков, приняли партизан с радостью. Пообещали укрыть девушку от преследования. Оставив у них Аню, Игнаций повел отряд дальше, увлекая погоню за собой.

Однако у эсесовцев были в составе отряда кинологи с собаками. Натасканные на охоту за человеком псы учуяли, что отряд разделился. Сначала был схвачен и застрелен смолокур, провожавший партизан — Мечислав Новицкий. Потом собаки обнаружили и земляночку Ани.

У девушки был пистолет и гранаты. Но с недействующей вследствие ранения левой рукой она не смогла бы перезарядить оружие, когда кончится первая обойма. Такой бой бывает только последним...

Памятник интернациональному подполью в Сеще

Выживший второй смолокур — Павло Янковский — рассказал потом партизанам, что расстреляв обойму и навеки уложив в снег двоих карателей, Аня бросила ему короткое «Уходи, отец, я с ними сама!». И поднялась в полный рост.

— Неужели, сдается? — Оторопели немцы, уже привыкшие в эту войну к отчаянному сопротивлению партизан. Но навстречу им тут же полетела первая граната.

Два пса и еще один немецкий солдат, сраженные вихрем осколков, остались на окровавленном снегу. Следующую гранату Аня взорвала на своей груди, когда эсесовцы, решив, что больше у девушки оружия нет, кинулись вязать ее в плен. От этого взрыва погибло не менее десятка эсесовцев.

Смолокур Павло Янковский выжил. И рассказал потом о последних минутах Ани и о ее посмертной судьбе Овидию Горчакову — разведчику, ставшему после войны известным писателем.

По словам старика-смолокура, командир карательного отряда, офицер СС, велел уцелевшим немцам подобрать на поле боя не только своих убитых и раненых, но и растерзанное взрывом тело разведчицы. Останки девушки на конной подводе отвезли в ближайшее захваченное польское село Радзаново и выставили на всеобщее обозрение у крыльца костела. Причем, немецкий полковник велел своим солдатам, проходя мимо подводы с покойницей, отдавать ей честь, как воину, погибшему геройски. Похоронили Аню Морозову на окраине Радзаново, в 12 километрах восточнее польского города Плоцка.

Овидий Горчаков в 1959 году написал сначала газетную статью об Ане, а потом, в соавторстве с польским писателем Янушем Пшимановским, и целую книгу, ставшую основой киносценария. Фильм «Вызываем огонь на себя», вышедший на экраны в начале шестидесятых, породил целую волну отзывов. Писателю приходили письма от ветеранов брянского партизанского движения, от уцелевших бойцов интернационального сещинского подполья, от друзей Ани по разведшколе, от польских партизан, от сыновей разведчика Черных... Было даже письмо от немецкого летчика, закончившего войну в советском плену. Все эти люди делились воспоминаниями об Ане. В конце концов, по инициативе бывших партизан в Верховный совет СССР ушло ходатайство о присвоении Анне Афанасьевне Морозовой звания Героя Советского Союза — посмертно.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные мужество и героизм в боях с немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной войны Морозовой Анне было присвоено звание Героя Советского Союза. Польская Народная Республика наградила Анну Морозову орденом «Крест Грюнвальда» II степени.

Сеща - поселок партизанской славы

28 апреля 2011 года Сеща была удостоена почётного звания «Посёлок партизанской славы». А военный аэродром цел до сих пор. Сегодня на нем базируется авиаполк военно-транспортной авиации, пилоты которого летают на самолетах Ан-124 «Руслан» и Ил-76. Один из Илов — именной, в честь партизанки Ани Морозовой.

Сеща в наши дни

Чистый исторический интернет

24.05.2017, 14:20

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAfbBvPW0AA5xew.jpg
23 мая 1942 пять истребителей Петра Лихолетова вступили в бой с 50 Ju-88 – сбили 6 и не дали бомбить «Дорогу жизни»

Совинформбюро

24.05.2017, 14:24

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/23/2787/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 23 МАЯ

В течение ночи на 23 мая на Харьковском направлении наши войска, закрепляязанятые рубежи, вели наступательные бои.

На Керченском полуострове продолжались бои в восточной части полуострова.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

На Харьковском направлении фронта наша часть выбила противника из сильно укреплённого населённого пункта. Отступая, немцы бросили 5 полевых орудий, 12пулемётов, склад с минами и радиостанцию. На другом участке наше подразделение отбило контратаку противника и уничтожило до 200 гитлеровцев. Наши бойцы захватили 2 противотанковых орудия, 4 миномёта, 60 винтовок и пленных. Огнём артиллерия подавлена батарея противника.

На одном из участков Южного фронта наши войска ликвидировали попытку противника переправиться через реку. Немцы отступили, потеряв убитыми более 200солдат и офицеров.

За восемь дней боевых действий наше танковое подразделение (Северо-Западный фронт) уничтожило 14 немецких миномётов с прислугой, 18 огневых точек, 28 ДЗОТов и блиндажей, 6 автомашин, 4 орудия, штабной автобус и легковую машину. За это же время танкисты истребили 250 гитлеровцев.

На отдельных участках Калининского фронта наши части уничтожили 700 солдат и офицеров противника, 5 танков и 4 артиллерийские батареи. Огнём зенитного пулемёта сбит немецкий самолёт.

Старшина тов. Шевчук огнем из винтовки сбил «Мессершмитт-109». Немецкий самолёт упал в расположении нашей части.

Лейтенант Вородеев с небольшой труппой красноармейцев подобрался к вражескому ДЗОТу и забросал его гранатами.

Наши бойцы ворвались в ДЗ0Т и уничтожили находившихся в нём 7гитлеровцев.

Немецкое командование послало крупную карательную экспедицию против партизанских отрядов, действующих в ряде районов Ленинградской области,оккупированных гитлеровцами. Отряды партизан не были застигнуты в расплох. В течение последних пяти дней объединёнными силами нескольких отрядов партизаны уничтожили 517 немецких солдат и офицеров, пустили под откос восстановительный поезд, взорвали склад с боеприпасами, железнодорожный мост и два моста на шоссейных дорогах, уничтожили 2 орудия, 2 миномёта, несколько пулемётов и автомашин. Партизаны вывели из строя 3 немецких танка, бронемашину и захватили много винтовок, пистолетов и боеприпасов.

Пленный обер-ефрейтор Арнольд К. заявил: «По пути на фронт, на стоянках,раненые солдаты рассказывали нам о Красной Армии. Они говорили, что у русских много авиации, артиллерии и танков. Среди солдат нашей роты начались разговоры о том, что надо покончить с войной и сохранить себе жизнь. Целое отделение сговорилось сдаться в плен. Переход на сторону Красной Армии намечалось осуществить двумя группами. Первая группа была захвачена при попытке перейти фронт и расстреляна перед строем на глазах у всех солдат. После этого мы решили переходить по одному. Из этой группы мне первому удалось сдаться в плен. В нашемвзводе в настоящее время имеется 15 солдат, которые твёрдо решили перейти на сторону Красной Армии».

На станции Замостье немецко-фашистские мерзавцы повесили 6 советских мирныхжителей.

Югославские партизаны нанесли крупное поражение оккупационным войскам.Партизаны окружили и уничтожили 7 батальон итальянских чернорубашечников. Лишь нескольким десяткам фашистских солдат удалось, пользуясь наступившей темнотой,вырваться из окружения.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 23 МАЯ

В течение 23 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялись на занимаемых рубежах, отбивали контратаки пехоты и танков противника и нанекоторых участках вели наступательные бои.

На Изюм-Барвенковском направлении происходили упорные бои, в ходе которых наши войска отбивали атаки противника и наносили контрудары по войскам противника.

По приказу Советского Главного Командования наши войска оставили Керченский полуостров. Войска и материальная часть эвакуированы. Эвакуация проведена вполном порядке.

За 22 мая уничтожено 50 немецких самолётов. Наши потери — 14 самолётов.

За 22 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 12 немецких танков, несколько бронемашин, 170 автомашин с войсками и грузами, 70 повозок с боеприпасами, 4 автоцистерны с горючим, несколько полевых орудий, 16 миномётов, взорвано два склада и три железнодорожных эшелона с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до шести рот пехоты противника.

Наша часть, действующая на одном из участков Харьковского направления, отбила многочисленные атаки противника и нанесла ему значительный урон. Немцы потеряли только убитыми 850 солдат и офицеров. Уничтожено много боевой техники врага.Нашими бойцами захвачены 2 продовольственных склада, 13 пулемётов, несколько миномётов, много автоматов, винтовок и патронов.

На одном из участков Северо-Западного фронта наша часть выбила гитлеровцев из населённого пункта. На другом участке наша пехота под прикрытием артиллерийского огня прорвала передний край обороны противника и заняла важную высоту. Враг несёт большие потери. На этом участке наши артиллеристы за один день уничтожили20 немецких ДЗОТов, 2 артиллерийские батареи, 11 наблюдательных пунктов и подавили огонь 5 миномётных батарей противника.

* * •

Наша кавалерийская часть (Калининский фронт), действующая в глубоком тылу противника, внезапным налётом разгромила немецкий гарнизон в населённом пункте К. На поле боя осталось до 200 гитлеровцев. Кавалеристы взорвали 2 склада с боеприпасами, 6 мостов и разрушили линию железной дороги. Группа бойцов этой же части выследила место вынужденной посадки немецкого транспортного самолёта.Самолёт противника сожжён.

Группа истребителей подразделения Курбатова (Южный фронт) 21 мая встретилась с пятью вражескими самолётами. В завязавшемся бою лётчик Штукин сбил два«Мессершмитта-109», а лётчик Егоров— один «Мессершмитт-109». Остальные немецкие машины быстро скрылись. Через некоторое время вступила в бой с шестью вражескими самолётами группа лётчиков подразделения тов. Локтева. Отважные истребители сбили три немецких самолёта и без потерь вернулись на свой аэродром.

На одном из участков Ленинградского фронта 300 гитлеровцев пытались зайти в тыл нашим частям. Взвод сапёр под командованием младшего лейтенанта Сухалова подпустил немцев на близкое расстояние и открыл по ним огонь из автоматов.Расстроив боевые порядки противника, сапёры атаковали гитлеровцев. На поле боя осталось 90 трупов немецких солдат и офицеров.

Партизанский отряд «За Родину», действующий в одном из районов Калининской области, внезапно атаковал немецкий гарнизон в населённом пункте и уничтожил до 200 немецко-фашистских оккупантов. Партизаны взорвали 2 железнодорожных моста и захватили трофеи.

Пленный солдат 312 немецкой пехотной дивизии Герберт Шмидт рассказал: «Я прибыл на фронт из Вены в конце апреля в составе запасного батальона. Проезжая через Верхнюю Силезию и Польшу, мы видели ужасающую нищету. На всех станциях наш поезд окружали голодные дети в лохмотьях и выпрашивали кусок хлеба. На оккупированной советской территории мы всюду видели сожжённые товарные поезда,исковерканные и сошедшие с рельсов паровозы. Как оказалось, это результат работы советской авиации и партизан. Между Смоленском и Вязьмой неожиданно была объявлена тревога. Напали партизаны. Они сделали своё дело. Водокачка и железнодорожные мастерские были разрушены».

Гитлеровская шайка преступников проявляет всё большее беспокойство в связи срастущим освободительным движением в Голландии, Бельгии и других оккупированных странах. Недавно германское информационное бюро опубликовало следующее заявление: «Некоторая часть населения Голландии до сих пор с готовностью усваивает антиевропейские (читай: антигитлеровские) лозунги. Для того, чтобы положить конец подобным заговорщическим настроениям, многие лица взяты вкачестве заложников. Эти лица выражали симпатии зачинщикам и участникам выступлений против германских оккупационных войск».

Очень показательным является и предупреждение германского министерства внутренних дел, опубликованное в антверпенской газете «Фолькэн стаат» (Бельгия).В нём говорится: «За последние дни распространяются слухи о том, что некоторые политические группы попытаются захватить власть... Население может быть уверено в том, что приняты все нужные меры для того, чтобы предотвратить всякую попытку нарушить порядок».

Кровавый террор и угрозы гитлеровцев как нельзя лучше говорят о непрочности германского тыла. Фашистским насильникам не удалось и не удастся сломить волю народов оккупированных стран, борющихся против гитлеровского рабства за свою свободу и независимость.

ПОМНИ ВОЙНУ

24.05.2017, 14:31

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/23/2404/
Поскольку на действия наших частей и соединений отрицательно влияло отсутствие единого командования, маршал С. К. Тимошенко принял решение войска 6-й, 57-й армий и армейской группы генерала Л. В. Бобкина свести воедино под общим командованием генерал-лейтенанта Ф. Я. Костенко. Главной задачей этой южной группы войск, как её назвали, было ударом в направлении Савинцы прорвать кольцо окружения и выйти на левый берег Северского Донца.

Одновременно с этим войска левого крыла 38-й армии, усиленные сводным танковым корпусом, получили приказ наступать навстречу частям, прорывавшимся из окружения.

ПОМНИ ВОЙНУ

24.05.2017, 14:32

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/23/2405/
Изюмский котел почти закрыт. С востока, на внешнем фронте окружения, противник начал сильные контратаки. Готовятся также попытки прорваться изнутри. По-видимому, атаки начнутся здесь 24 мая или в последующие дни.

В районе Харькова (восточнее города) противник отвёл свои танки за Донец, однако удерживает западный берег крупными силами. На фронте 2-й и 3-й танковых армий, а также на северном участке фронта 9-й армии противник ведёт атаки местного значения, по всей вероятности, только для уточнения данных о наших силах. Атаки против 2-го армейского корпуса прекратились.

В районе волховского и погостьенского котлов противник отводит с фронта свои силы. Сокращение фронта!

Ведомости

25.05.2017, 02:58

https://www.vedomosti.ru/politics/galleries/2017/05/24/690488-tragicheskii-mai-1942-goda
На исходе первого года войны Красная армия потерпела ряд тяжелых поражений
24 мая 16:01
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/3y/1en95m/default-1tmy.jpg
8 мая 1942 г. войска 11-й немецкой армии начали операцию «Охота на дроф» против советских войск Крымского фронта. Операция проходила при поддержке румынских соединений (на фото)
allworldwars.com

Бессмертный полк

25.05.2017, 12:58

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3435.jpg
Волховский фронт (Мерецков Кирилл Афанасьевич). 2-я ударная армия во исполнение директивы фронта 24 мая начала отход на первый рубеж: среднее течение реки Тигода, Дубовик, Остров.

Юго-западное направление. (С. К. Тимошенко). В течение 23—24 мая бои на плацдарме продолжали оставаться предельно ожесточёнными. Враг изо всех сил стремился расширить коридор, отсекавший советские войска от переправ через Северский Донец, а они делали всё возможное, чтобы прорвать кольцо окружения и отойти на левый берег реки. В ночь на 24 мая спешно производились перегруппировка и сосредоточение частей и соединений для выполнения поставленной задачи. Но утром к выполнению задачи удалось приступить лишь частично, так как с рассветом враг возобновил наступление на широком фронте, стремясь расчленить окружённую группировку на отдельные, изолированные друг от друга части.

Чистый исторический интернет

25.05.2017, 14:29

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAke2KrWAAEr5ae.jpg
24 мая 1942 девять истребителей Бирюкова атаковали 70 немецких самолетов. Сбили 15, но командир эскадрильи погиб

Совинформбюро

25.05.2017, 14:50

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/24/2788/

УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 24 МАЯ

В течение ночи на 24 мая на Харьковском направлении наши войска на некоторых участках вели наступательные бои.

На Изюм-Барвенковском направлении в ходе упорных боёв наши войска нанесли противнику большие потери.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

На одном из участков Харьковского направления противник, пытаясь задержать продвижение советских войск, предпринял несколько контратак. Потеряв 7 танков,гитлеровцы под напором наших бойцов были вынуждены отойти. На поле боя осталось до 300 вражеских трупов. Захвачено 2 немецких орудия, 5 пулемётов, 30 автоматов и другие трофеи. На другом участке наше подразделение ночью атаковало и захватило вражеский опорный пункт. Немцы потеряли убитыми 200 солдат и офицеров.

Наши части, действующие на одном из участков Северо-Западного фронта, за десять дней боевых действий уничтожили свыше 2.500 солдат и офицеров противника, 4 немецких танка, несколько танкеток, 8 орудий, 71 автомашину и 39 пулемётов. Захвачены трофеи: 31 пулемёт, 6 миномётов и 20.000 патронов. Наши бойцы и командиры ружейно-пулемётным огнём уничтожили 4 немецких самолёта.

Группа сапёр во главе с сержантом Анохиным обезвредила за одну ночь свыше 400 вражеских мин.

Разведчик Павел Иванович Хлопкин уничтожил из автомата 17 гитлеровцев и вывел из строя гусеничный трактор и автомашину. Несколько дней тому назад тов. Хлопкин из пулемёта сбил немецкий транспортный самолёт.

Несколько партизанских отрядов, действующих в одном из оккупированных немцами районов Ленинградской области, в течение последних пяти дней вели упорные бои с противником. Партизаны уничтожили 440 немецких солдат и офицеров, вывели из строя 3 орудия, 4 пулемёта, 2 миномёта, 2 радиостанции и взорвали склад с боеприпасами.

Немецкий солдат Велинг писал недавно Гертруде Земан в Лейпциг: «... Быть может, это уже последнее моё письмо. Здесь опять началась адская пляска. Я нахожусь на передовых позициях. Ночью внезапно русские пошли в атаку. Мощный уничтожающий огонь. Утром русские появились вновь. Кровопролитный бой продолжался до полудня. Они обстреливали нас из всех видов оружия, какие можно только себе представить. Особенно страшны миномёты. У нас очень много убитых и раненых. Кругом меня люди истекали кровью. Нужно было им помочь, но у меня дрожали руки. Да, мы теперь знаем, что такое воевать с русскими. Им сам черт нестрашен».

У убитого неизвестного немецкого солдата найдено письмо из Вены. В письме говорится: «...Каждый день узнаёшь, что тот или другой знакомый убит. На улицах много калек — безруких и безногих. Они голодные и злые... Дитрик вчера заплакал от голода. Ему приходится много и тяжело работать, а кушать нечего. Можешь себе представить, что это значит сидеть без хлеба...»

Немецко-фашистские мерзавцы учинили зверскую расправу над мирными жителями деревни Фомино, Смоленской области. Отступая из деревни, гитлеровцы схватили колхозников Жаворонкова Николая Степановича, Лосева Алексея, Подшивалова Василия и Сидоренко Василия, загнали их в дом и бросили туда несколько гранат. Позднее бандиты подожгли дом. Колхозники Лосев, Жаворонков и Подшивалов сгорели.Раненому Сидоренко удалось спастись.

Среди крестьянства Германии растёт недовольство гитлеровским режимом. В начале мая в ряде деревень Саксонии гитлеровцы предприняли реквизицию остатков продовольствия у крестьян. В одной из деревень местные жители избили фашистских чиновников, производивших обыски. Вызванный отряд гестаповцев арестовал многих крестьян.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 24 МАЯ

В течение 24 мая на Харьковском направлении наши войска вели наступательные бои и продвинулись вперёд.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели ожесточённые оборонительные бои с танками и пехотой противника. В ходе боёв немецко-фашистским войскам нанесены большие потери.

На остальных участках фронта чего-либо существенного не произошло.

За 23 мая уничтожено 24 немецких самолёта. Наши потери — 11 самолётов.

За 23 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 35 немецких танков, 175 автомашин с войсками и грузами, 18 полевых и зенитных орудий, 15 зенитно-пулемётных точек, 8 миномётов, взорван железнодорожный состав, три склада с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до четырёх рот пехоты противника.

На одном из участков Харьковского направления наша часть отразила атаки немцев и, продвигаясь вперёд, заняла важный населённый пункт. На поле боя осталось более 400 вражеских трупов. На другом участке бойцы стрелкового подразделения под командованием тов. Лаврова отбили контратаку противника с большими для него потерями. Захвачены трофеи: 3 орудия, 2 миномёта, 6 станковых пулемётов, 180 винтовок, 2 противотанковых ружья и две радиостанции.

Наша танковая часть, действующая на Изюм-Барвенковском направлении, за два дня боёв уничтожила 40 танков противника.

***

Подразделения т.т. Фролова и Телкова (Северо-Западный фронт) форсировали реку и вклинились в немецкую оборону. Пытавшаяся перейти в контратаку рота гитлеровцев почти полностью уничтожена нашими бойцами.

На Северо-Западном фронте наши бойцы в течение трёх дней сбили ружейно-пулемётным огнём 5 немецких самолётов. Два самолёта сбила группа бойцов лейтенанта тов. Матонина. Один самолёт сбил сержант Матицын, и два самолёта уничтожили красноармейцы Выводцев и Стовбуха.

Во время наступления нашей части (Ленинградский фронт) партизанский отряд тов. Григория Б., действующий в немецком тылу, взорвал железнодорожный путь. Немецкому бронепоезду, направлявшемуся к месту боя, дорога была отрезана.

В числе документов, захваченных нашими частями, найдена докладная записка командира 9 роты 519 полка 296 немецкой пехотной дивизии командиру батальона. В этой записке командир роты пишет, что «большинство солдат из прибывающего пополнения... не умеет даже обращаться с винтовкой. Такое же положение и в отношении знания других видов пехотного оружия, как-то: ручной гранаты,гранатомёта и противотанкового ружья».

Ниже публикуются выписки из неотправленного письма немецкого солдата Франца Будера к Эдит Герман в Лейпциг: «...Русские стремительно наступают. За три дня мы ни разу не сомкнули глаз, ни разу не прилегли. Неприятель обстреливает наши позиции из артиллерии. Самолёты беспрерывно сбрасывают бомбы на наши позиции. Мы несём большие потери. Мы уже давно воюем без отдыха, без передышки. Никакие нервы не выдержат. На родине никто себе даже не представляет, что значит воевать с Россией. В кино показывают совсем не то, что есть на самом деле... Мы все поражены мужеством и бесстрашием русских людей. Они делают удивительные вещи. Да, русские не боятся ничего...»

Более шести месяцев находилось село Архангельское, Курской области, в руках немецких захватчиков. Гитлеровцы разорили колхоз, превратили цветущее село в груду развалин. Бандиты сожгли школу, молочную, свинотоварную фермы, образцовые племенные конюшни, зернохранилища и другие колхозные постройки. Немецко-фашистские изверги повесили врача Веронина и его жену, мастера сахарного завода Мошенко, расстреляли колхозников, Кушнарёва, Верещагина, Шаповалову, Северинову и многих других жителей села. Десять пленных раненых красноармейцев были замучены насмерть. Немцы ограбили всех жителей, отняли у них скот, продовольствие, одежду, бельё, домашнюю утварь. Отступая из села под ударами частей Красной Армии, гитлеровцы сожгли более 60 домов колхозников.

ПОМНИ ВОЙНУ

25.05.2017, 15:12

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/24/2407/
2-я ударная армия Волховского фронта во исполнение директивы фронта 24 мая начала отход на первый рубеж: среднее течение реки Тигода, Дубовик, Остров.

ПОМНИ ВОЙНУ

25.05.2017, 15:13

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/24/2408/
В течение 23—24 мая бои на плацдарме продолжали оставаться предельно ожесточёнными. Враг изо всех сил стремился расширить коридор, отсекавший советские войска от переправ через Северский Донец, а они делали всё возможное, чтобы прорвать кольцо окружения и отойти на левый берег реки.

В ночь на 24 мая спешно производились перегруппировка и сосредоточение частей и соединений для выполнения поставленной задачи. Но утром к выполнению задачи удалось приступить лишь частично, так как с рассветом враг возобновил наступление на широком фронте, стремясь расчленить окружённую группировку на отдельные, изолированные друг от друга части.

ПОМНИ ВОЙНУ

25.05.2017, 15:14

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/24/2409/
Противник безуспешно пытается прорваться на восток из окончательно и прочно замкнутого котла западнее Изюма. Попытки противника вскрыть котел снаружи, предпринимаемые им с востока через Изюм и Савинцы, терпят неудачу.

Восточнее Харькова противник ведёт атаки местного значения, по всей вероятности, с целью сковать наши силы. Атаки отбиваются.

На стыке групп армий «Юг» и «Центр» противник, по-видимому, перейдёт в наступление (силами 8-12 дивизий). Он ввёл радиомолчание.

Наступление группы армий «Центр» против русского кавалерийского корпуса генерала Белова привело к хорошим результатам (даже без авиации и танков, которые из-за плохой погоды, по всей вероятности, вообще нельзя было бы использовать). Противник упорно обороняется. Усилилась деятельность его артиллерии. В районе Белого отмечается сосредоточение сил противника, вероятно, для наступления.

На фронте группы армий «Север» день прошёл в общем спокойно. Атаки против 2-го армейского корпуса прекратились.

Бессмертный полк

26.05.2017, 09:26

1942 г.

В течение 25 мая на Харьковском направлении продолжались бои. На Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели ожесточённые бои с танками и пехотой противника.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3449.jpg
В мае 1942 года немецкие войска взяли город Керчь. Но в Аджимушкайских каменоломнях оставались более 10000 советских бойцов и командиров. Чтобы быстро и окончательно уничтожить эту небольшую, но досаждавшую ночными вылазками группировку, немецкое командование приказало взорвать все выходы из каменоломен и закачать в них ядовитый газ.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3450.jpg
Первая атака началась 24 мая 1942 года и убедила нацистов в эффективности избранной тактики. Автоматчики расстреливали выбегавших из каменоломен отравленных красноармейцев. За этот день погибли около 5000 человек. В некоторых источниках говорится, что командовавший бойцами в катакомбах полковник Павел Ягунов приказал передать по радио: «Всем, всем, всем! Всем народам Советского Союза! Мы, защитники Керчи, задыхаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся! Ягунов» . Но маломощную радиостанцию за линией фронта не слышали, и информация о применении отравляющих газов дошла до Москвы с большим опозданием.

Бессмертный полк

26.05.2017, 09:30

https://polkrf.ru/news/1826/odin_v_pole_voin_podvig_artillerista_ildara_manano va
25 мая 2017
https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/11383.jpg?crop
Ильдар Мананович Мананов — участник Великой Отечественной войны, орудийный номер (заряжающий 2 артиллерийской батареи 127 артиллерийского полка 65 стрелковой дивизии 4 отдельной армии).

В первый же год войны в 1941-ом — был удостоен звания Герой Советского Союза и награждён орденом Ленина, а в 1943 — получил медаль «За отвагу».

Родился Ильдар Мананов 10 марта 1921 года в селе Буляк в крестьянской семье. Окончил 7 классов, курсы комбайнёров, работал на машинно-строительной станции. 3 октября 1940 года Ильдара Мананова призвали на срочную службу в ряды Красной Армии. Его определили в 65-ую стрелковую дивизию, а позже перевели в артиллерийскую часть на границу с Монголией.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/11387.jpg
На фото: Ильдар Мананов

— В начале войны нашу часть отправили в Москву. Командованию было уже ясно, что главный удар Гитлер обрушит на неё. В Куйбышеве наш эшелон встречали Калинин и Ворошилов. На митинге они говорили о тяжёлом положении на фронтах, о том, что маршрут эшелона придется изменить, направив его на Ленинградский фронт, — вспоминал Ильдар Мананов.

В августе 1941 года дивизия прибыла на Ленинградский фронт. Осенью на Северо-Западном фронте была напряжённая обстановка. 8 ноября немецко-фашистским войскам удалось захватить город Тихвин. Последняя железнодорожная магистраль, по которой шли грузы в осаждённый Ленинград, была перерезана. Начались ожесточённые бои за освобождение города. Бойцы отлично понимали, что судьба Ленинграда зависит от них.

— Осенью 41-го под Ленинградом ситуация была катастрофическая. За Тихвин развернулись тяжёлые бои, в которые бросили нашу дивизию. Ночевали на снегу — поблизости не было ни одного строения, где можно было бы обогреться между атаками. Лишь иногда удавалось подсушить обмотки на танках, — вспоминал Ильдар Мананов. — 29 ноября — этот день я никогда не забуду. С рассвета пехота пошла в наступление. Поддерживая её, наш оружейный расчёт открыл огонь по фашистам, засевшим в совхозе «Первое Мая». В один момент на батарею вышли 14 немецких танков. Вражеские самолёты не давали нам поднять головы. Наша 2-я батарея 127-го артиллерийского полка оказалась на острие атаки немецких танков. В тяжёлом бою все немецкие танки были уничтожены, а совхоз перешёл в наши руки. Но не успела батарея укрепиться, как немцы начали контратаку. Снова завязался бой, вокруг рвались снаряды и бомбы. Не было ни клочка уцелевшей земли. Это был самый настоящий огнедышащий ад. Бойцы стояли в нём насмерть. Много погибло боевых товарищей, близких друзей.

В тот день из двенадцати человек орудийного расчёта раненый сержант Мананов остался один.

— Мы продолжали стрелять по позициям врага, хотя при разрывах бомб артиллерии сшибало с ног взрывной волной. Вдруг закончились снаряды. Я быстро подполз к ящикам, погрузил один на сани, приволок к пушке. Так я сделал несколько ходок. Последний раз приполз, смотрю — все ребята лежат, в живых никого не осталось. Тут опять разорвалась бомба, и я почувствовал, как по спине побежала горячая струя. Но об этом пришлось забыть: из леса прямо на окоп двигались шесть танков и под их прикрытием — до роты солдат. Сначала я открыл огонь по бронетехнике, потом перешёл на шрапнель и стал поливать ею пехоту. В общей сложности сделал более ста выстрелов. На какое-то время наступила тишина. Но длилась она недолго. Опять начался воздушный налёт, меня снова ранило. Теряя сознание, услышал далёкое «Ура!», — делился ветеран воспоминаниями о том страшном осеннем дне.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/11384.jpg
В том бою сержант Мананов уничтожил пять танков и порядка ста немецких солдат.

Вскоре политрук сообщил о том, что подвиг сержанта был высоко оценён Родиной. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 декабря 1941 года, Ильдару Мананову было присвоено звание Героя Советского Союза. Награду ему вручил маршал Советского Союза Кирилл Мерецков, лично прибывший в госпиталь.

После выписки Ильдар Мананович был направлен в 29 гвардейский артиллерийский полк на Карельский фронт. Здесь он воевал до конца войны. За смелость при выполнении боевых заданий был награждён боевыми наградами.

После демобилизации окончил техникум советской торговли, работал в системе потребительской кооперации «Центросоюз».

С 1963 года жил в городе Набережные Челны. В 1981 году вышел на пенсию.

Ильдар Мананович ушёл из жизни 18 мая 2010 года, на 89-ом году жизни.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/11385.jpg
Звания и награды

Герой Советского Союза (17.12.1941); орден Ленина (17.12.1941); медаль «За отвагу» (26.01.1943); орден Отечественной войны I степени (06.04.1985), почётный гражданин города Тихвина, а также Муслюмовского района Татарстана.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/11386.jpg
Историю о герое Великой Отечественной войны Ильдаре Мананове Общероссийскому общественному движению «Бессмертный полк России» рассказал Михаил Мунин.

В материале использованы отрывки из интервью Ильдара Мананова газете «Республика Татарстан» от 12 марта 2001 года.

Кадет Биглер

26.05.2017, 09:43

25 мая 1942 года

Приказом наркома ВМФ № 108 создана Соловецкая школа юнг со штатной численностью 1,5 тыс. учащихся из числа юношей 15-16 лет с образованием 6-7 классов. Школа осуществила 3 выпуска, подготовив свыше 4 тыс. квалифицированных морских специалистов.

Чистый исторический интернет

26.05.2017, 12:38

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DApQPKIXcAAZR95.jpg
25 мая 1942 приказ о создании школы юнг на Соловецких островах. Среди выпускников – Валентин Пикуль

Совинформбюро

26.05.2017, 12:41

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/25/2789/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 25 МАЯ

В течение ночи на 25 мая на Харьковском направлении наши войска, закрепляя занятые рубежи, вели наступательные бои.

На Изюм-Барвенковском (направлении наши войска вели оборонительные бои станками и пехотой противника.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

На Харьковском направлении немецкой пехоте ценой больших жертв удалось на одном из участков вклиниться в расположение советских войск. Контрударами с флангов наши бойцы отбросили противника с большими: для него потерями.
Гитлеровцы потеряли 750 человек убитыми. Взяты трофеи: 5 противотанковых орудий, 11 станковых пулемётов, 3 крупнокалиберных пулемёта, 2 миномёта и много винтовок.

Наша часть, действующая на Изюм-Барвенковском направлении, отбила ожесточённую атаку пехоты и танков противника. Немцы понесли большие потери. Нашими бойцами подбито 8 танков противника.

На одном из участков Ленинградского фронта два батальона противника приподдержке 5 танков атаковали нашу часть. В упорном бою наши бойцы уничтожили 3 немецких танка и до 300 гитлеровцев.

На одном из участков Северо-Западного фронта наша часть выбила немцев из населённого пункта В. и продолжает продвигаться вперёд. Противник потерял убитыми 400 солдат и офицеров. Уничтожено 11 вражеских ДЗОТов, 5 станковых пулемётов и взорвано 2 склада с боеприпасами.

Зенитная батарея старшего лейтенанта тов. Вялкина за шесть дней подбила 5 немецких самолётов.

Отряд калининских партизан под командованием тов. Ш. взорвал железнодорожный мост и пустил под откос воинский эшелон противника. Уничтожено свыше 100 немецких солдат и офицеров.

Пленный солдат 2 роты 1 батальона 408 полка 121 немецкой пехотной дивизии Петер Росс рассказал: «...Командование бросило наш батальон на помощь полицейской дивизии «СС». Вечером советские танки прорвали наши укрепления, а следовавшая за танками пехота начала атаку. Наш батальон понёс колоссальные потери и отступил. В нашей части солдатам запретили говорить о том, когда кончится война. Несмотря на все запреты, солдаты между собой очень много говорят на эту тему. Все считают, что Германия долго не выдержит. За последнее время военно-полевой суд приговорил несколько солдат к расстрелу за антивоенные и пораженческие настроения».

Немецкий ефрейтор Фукс недавно писал: родным: «...Мы ведём кровопролитные бои. Дел у нас по горло. Против нашей части действует свыше 500 русских. Это очень хорошо обученные и чертовски выносливые солдаты. Уже пять суток мы всё время на ногах. Стрельба не прекращается ни на минуту. Повсюду лежат убитые и очень много раненых, но подбирать их нет возможности».

Немецко-фашистские изверги в деревне Новая, Ленинградской области, долго пытали, а затем повесили колхозника Евдокимова на пороге его дома на глазах жены и трёх малолетних детей. Подлые бандиты не разрешали снимать повешенного в течение семи дней. Жена Евдокимова сошла с ума.

Югославские патриоты ведут самоотверженную борьбу против оккупантов. 16 мая партизаны организовали крушение воинского эшелона. Под обломками вагонов погибло более 150 итальянских солдат. В районе Крушеваца произошёл бой между оккупантами и партизанским отрядом. Партизаны истребили 165 солдат и несколько офицеров противника. Югославские патриоты захватили много оружия и боеприпасов.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 25 МАЯ

В течение 25 мая на Харьковском направлении продолжались бои.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели ожесточённые бои с танками и пехотой противника.

На остальных участках фронта ничего существенного не произошло.

За 24 мая уничтожено 10 немецких самолётов. Наши потери — 7 самолётов.

За 24 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 19 немецких танков, 160 автомашин с войсками и грузами, 5 бензозаправщиков, железнодорожный состав цистерн с горючим, рассеяно и частью уничтожено до пяти рот пехоты противника.

Наша часть, отбивая атаки противника на одном из участков Изюм-Бравенковского направления, за три дня боёв уничтожила 11 немецких танков, 3 бронемашины, 8 орудий противотанковой обороны, 170 автомашин с войсками и грузами, склад с боеприпасами и более 500 немецких солдат и офицеров. Вчера на этом же участке бойцы под командованием старшего лейтенанта Мариненко отбили контратаку противника и уничтожили 80 гитлеровцев. Отважно дрались с врагом наши танкисты. Экипаж танка лейтенанта Беляева метким огнём сжёг три немецких танка и уничтожил до 100 немцев. Экипаж танка младшего лейтенанта Николаева уничтожил 4 ДЗОТа, несколько орудий и 28 автомашин с пехотой противника.

В течение дня на Южном фронте произошло несколько воздушных боёв. Старший лейтенант Лапушкин сбил два немецких самолёта. Сержант Свитков уничтожил фашистский бомбардировщик. Младший лейтенант Утянский сбил «Юнкерс-88». Во время боя на него напал немецкий истребитель. Удачным манёвром Утянский зашёл врагу в хвост и пропеллером отрубил хвостовое оперение немецкой машины. «Мессершмитт»рухнул на землю. Тов. Утянский благополучно совершил посадку на своём аэродроме.

Лейтенант-орденоносец тов. Шамахов, командир орудия тов. Свинаренко, наводчик Трибунов и 6 красноармейцев незаметно подобрались к трём немецким танкам и открыли огонь по экипажам, вышедшим из машин. Гитлеровцы в панике разбежались.Наши бойцы захватили немецкие танки и доставили их в свою часть.

Наша часть под командованием тов. Рябухина (Калининский фронт) отбила контратаку немцев с большими для них потерями. На поле боя осталось более 250 трупов солдат и офицеров противника. На другом участке артиллеристы части, где командиром тов. Гришин, уничтожили артиллерийскую и несколько миномётных батарей противника, 7 автомашин и до 100 гитлеровцев.

В течение мая партизаны отрядов под командованием т.т. В., Л. и И., действующие в оккупированных немцами районах Ленинградской области, истребили 1.200 немецко-фашистских захватчиков. Партизаны сожгли 12 танков противника, пустили под откос 4 воинских эшелона и один бронепоезд, взорвали 8 складов с боеприпасами и 4 склада с горючим.

Пленный ефрейтор 13 роты 208 немецкого пехотного полка Иоганн Кнопп рассказал: «Накануне последнего боя, в котором я участвовал, два взвода 13 роты были приданы второму батальону 208 полка. Вскоре батальон попал в окружение, и началась паника. Бросили орудия, снаряжение и раненых, но почти никому убежать не удалось. Такого стремительного и мощного наступления русских никто из нас не ожидал».

Пленный финский солдат Вейкко Юнтунен рассказал: «Война принесла Финляндии неисчислимые бедствия. Чтобы не умереть с голоду, многие крестьяне вынуждены были съесть семенной хлеб. У моего отца забрали весь хлеб, всё сено и даже картофель, оставленный на семена. В нашей деревне Койсила осталось всего 3 лошади, остальные взяты в армию. Семян нет, лошадей нет. При всём желании голодающие крестьяне не могут засеять свои поля».

ПОМНИ ВОЙНУ

26.05.2017, 12:44

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/25/2411/
Потери с 22.6.1941 года по 20.5.1942 года. Общие потери сухопутных войск в операциях на Восточном фронте составили 1 214 827 человек, или 37,96 % сухопутной армии на Востоке, насчитывающей 3,2 млн человек.

Обстановка. Сражение вокруг котла западнее Изюма развивается явно в нашу пользу. Отдельные отчаянные попытки противника прорваться крупными силами на восток были сорваны. Слабые атаки при поддержке танков через Савинцы на внешнем фронте с востока отражены. Восточнее Харькова противник опять перешёл в наступление и на некоторых участках незначительно продвинулся вперёд.

В полосе группы армий «Центр» из-за плохой погоды и вызванных ею транспортных затруднений операции против партизан южнее Вязьмы дали лишь незначительные результаты. На остальных участках фронта — полное затишье…

Чистый исторический интернет

27.05.2017, 12:15

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAuT9PnWAAALfRy.jpg
26 мая 1942 в Лондоне Молотов подписал договор между СССР и Британией «О союзе в войне»

Бессмертный полк

27.05.2017, 12:37

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3488.jpg
Волховская группа войск Ленинградского фронта (Хозин, Михаил Семенович). 28 мая 92-я, 327-я стрелковые дивизии, 22-я и 23-я стрелковые бригады вышли и заняли основной рубеж обороны Ручьи, река Равань, Вдицко, станция Рогавка, оз. Тигода. Остальные силы 2-й ударной армии продолжали выходить в исходный район севернее Новой Керести для удара навстречу 59-й армии.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3489.jpg
Юго-западное направление. (С. К. Тимошенко). В ночь на 26 мая части 266-й стрелковой дивизии полковника А. И. Таванцева, составлявшие ядро ударной группы, прорвали кольцо окружения врага и к утру 28 мая вышли в район Волвенково, Волобуевка. С ними вместе пробились сюда и остальные части и подразделения, находившиеся западнее Лозовеньки.

Совинформбюро

27.05.2017, 14:43

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/26/2790/

УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 26 МАЯ

В течение ночи на 26 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялись на занимаемых рубежах.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели оборонительные бои станками и пехотой противника.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

Отражая атаки немецко-фашистских войск на Изюм-Барвенковском направлении,наши бойцы наносят тяжёлый урон танковым частям противника. На одном из участков расчёты противотанковых ружей тов. Нестерова метким огнём уничтожили 4 немецких танка. Бойцы под командованием тов. Полякова подорвали на минах 7 немецких танков. Несколько танков противника уничтожили зенитчики части тов. Шевелёва.Особенно большой урон наносят врагу наши танкисты. Одна наша танковая часть задва дня боевых действий уничтожила 27 немецких танков.

Бойцы части под командованием тов. Горбунова (Калининский фронт) успешно отбили атаку немцев. Противник потерял убитыми более 200 солдат и офицеров.

Артиллеристы нашей части (Северо-Западный фронт) за один день разрушили 12 немецких ДЗОТов, 14 блиндажей, подавили огонь 9 артиллерийских и 16 миномётных батарей.

* * •

Подразделение лейтенанта тов. Ховалкина артиллерийским огнём вывело из строярасчёты 6 немецких орудий. Неоднократные попытки гитлеровцев увезти эти орудияне увенчались успехом. С наступлением темноты наши бойцы все 6 орудий доставили в свою часть.

Красноармейцы подразделения младшего политрука тов. Глаголева заметили два вражеских самолёта и открыли по ним групповой огонь из винтовок. Один немецкий самолёт загорелся и разбился на нашей территории.

Партизанский отряд, действующий в Смоленской области, 16 мая разгромилкрупный карательный отряд немецко-фашистских оккупантов. Гитлеровцы потерялиубитыми до 200 солдат и офицеров.

Пленный ефрейтор 1 роты 211 полка 71 немецкой пехотной дивизии Ульрих Вальтер рассказал: «Несколько дней назад русские неожиданно прорвали нашу линию обороны.Советские танки и следовавшая за ними пехота наводили ужас на наших солдат. Мы понесли очень большие потери. Первый батальон потерял три четверти своего состава. На другой день наш взвод находился в обороне. В нашем блиндаже было 8человек. Мы решили сдаться. Обер-ефрейтор Лампель привязал белый платок к тесаку и поднял его высоко над головой. Русские заметили сигнал и взяли нас в плен».

Пленный солдат 4 роты 78 полка 26 немецкой пехотной дивизии Юлиус Зайтерле сообщил: «26 апреля ефрейтор Ганс Майер и солдат Карл Вернер читали советскую листовку. В это время мимо проходил командир роты лейтенант Роммельскирхнер. Он выхватил листовку и разорвал её в клочья. Затем Роммельскирхнер приказал выстроить роту и перед строем застрелил Майера и Вернера. Несмотря на свирепый террор, солдаты с большим интересом читают советские листовки и хранят их у себя».

Гитлеровцы насильно увозят рабочих прибалтийских республик в Германию ипревращают их в своих рабов. Оккупанты бросают в концлагери и тюрьмы всех, к топытается уклониться от поездки на принудительные работы. В городе Таллин немногие малолетние дети остались беспризорными, так как их родители насильно увезены на принудительные работы в Германию.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 26 МАЯ

В течение 26 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялись на занимаемых рубежах.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска отражали ожесточённые атакитанков и пехоты противника.

На других участках фронта ничего существенного не произошло.

За 25 мая уничтожено 11 немецких самолётов. Наши потери — 8 самолётов.

За 25 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 25 немецких танков, 150 автомашин с войсками и грузами, 20 повозок с боеприпасами, 12 полевых и зенитных орудий, разбит железнодорожный эшелон,рассеяно и частью уничтожено до семи рот пехоты противника.

За истекшую неделю с 17 по 23 мая уничтожено 332 немецких самолёта. Нашипотери за это же время — 127 самолётов.

Наша часть, действующая на одном из участков Харьковского направления,разгромила батальон немецкой пехоты. Противник потерял только убитыми более 250человек. Артиллеристы подразделения части, которой командует тов. Ганиев,уничтожили до двух рот пехоты противника, 2 миномётные батареи и 2 автомашины с военным грузом. На другом участке наши бойцы отразили контратаку немцев и,преследуя противника, заняли один населённый пункт. Гитлеровцы потеряли убитыми350 солдат и офицеров. Сожжено 4 немецких танка, захвачено 6 орудий, 11пулемётов, 7 миномётов и склад с боеприпасами.

На одном из участков Северо-Западного фронта наши бойцы атаковали сильно укреплённый пункт. После непродолжительного уличного боя противник был вынужденотступить, оставив сотни трупов и вооружение. На другом участке танкисты под командованием тов. Охрименко уничтожили 4 противотанковых орудия и несколько вражеских ДЗОТов. Под развалинами только одного ДЗОТа обнаружено 30 трупов немецких солдат.

Получено сообщение о боях между нашими частями, действующими в тылупротивника совместно с партизанскими отрядами, с одной стороны, и значительными силами немцев — с другой стороны. Полк немецкой пехоты, поддержанный танками,перешёл в наступление на позиции одной нашей части. К исходу дня немецким оккупантам удалось потеснить наши войска и овладеть одним населённым пунктом.Однако, перейдя в контратаку, наши бойцы вскоре выбили немцев из деревни.Противник предпринял после этого много ожесточённых атак, но все они былиотбиты. По предварительным данным, наши бойцы вместе с партизанами в двухдневных боях уничтожили 38 немецких танков, 2 бронемашины, 15 автомашин и не менее 3.000 немецких солдат и офицеров.

Наводчик тов. Овчаренко подпустил немецкие танки на близкое расстояние и первым же выстрелом из пушки вывел из строя головную машину. В течениенескольких минут метким огнём был подбит второй немецкий танк. Остальные танки противника быстро повернули обратно.

Группа наших разведчиков во главе со старшим лейтенантом Дробининым, выполняя боевое задание, вступила в бой с превосходящими силами противника. В короткой и ожесточённой схватке бойцы уничтожили до 40 белофинских солдат и офицеров и захватили трофеи.

Пленный солдат 207 немецкой пехотной дивизии Фридрих М. заявил: «Я пробыл на фронте всего пять дней, а на шестой добровольно сдался в плен. За это не продолжительное время я убедился, что многие солдаты пускаются на самые различные уловки, чтобы вырваться в тыл. Солдаты выпивают большие дозы сыройводы, чтобы заболеть дизентерией и попасть в госпиталь. В роте много больных.Несколько солдат заболело сыпным тифом. Медицинского персонала в полку очень мало, в нашей роте не было даже фельдшера. В первый же день пребывания на фронте нам зачитали приказ о том, что дезертировавший солдат 12 роты заочно приговорён в расстрелу».

В Германии производятся массовые аресты и расстрелы лиц, недовольных войной и гитлеровским режимом. В Эссене в ночь на 19 мая было расстреляно без суда свыше100 человек. В Хамме гестапо арестовало 40 человек. Многие из них также расстреляны. Несмотря на кровавые расправы, антивоенные настроения в стране усиливаются. 21 мая фашистская газета «Националь цейтунг» была вынуждена сделать ценное признание: «В нашем народе,— пишет эта газета,— раздаются голоса, которыепозволяют сделать вывод о существовании сомнений в возможности повторения нашей армией в этом году таких же ударов, какие были нанесены в прошлом году. Думают,что боевой дух нашей армии оказался подорванным...» В этих строках фашистского листка проглядывает животный страх гитлеровской шайки, которая видит, что тыл Германии трещит по всем швам.

ПОМНИ ВОЙНУ

27.05.2017, 15:02

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/26/2413/
26 мая 1942 г. в Лондоне подписан договор между СССР и Великобританией о союзе в войне против фашистской Германии и её сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны. В договоре подчеркивалось, что обе стороны «обязуются не вступать ни в какие переговоры с гитлеровским правительством или любым другим правительством в Германии, которое ясно не откажется от всех агрессивных намерений, и не вести переговоров или не заключать перемирия или мирного договора с Германией или любым другим государством, связанным с ней в актах агрессии в Европе, иначе, как по взаимному согласию».

ПОМНИ ВОЙНУ

27.05.2017, 15:03

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/26/2414/
С утра 26 мая на Западном направлении войска южной группы начали наступление с целью прорыва кольца окружения. В первый эшелон ударной группы были включены 103-я стрелковая дивизия комдива Я. Д. Чанышева, 150-я дивизия генерал-майора Д. Г. Егорова, 317-я дивизия полковника Д. П. Яковлева и танковые части 23-го танкового корпуса.

В итоге ожесточённых боёв, в ходе которых противнику был нанесён немалый урон, вырваться удалось лишь немногим. Кольцо окружения разрывалось лишь на краткий срок, а затем, в силу огромного превосходства врага и возможностей маневра, которые у него имелись, пробитые с громадными усилиями нашими воинами бреши вновь закрывались.

ПОМНИ ВОЙНУ

27.05.2017, 15:04

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/26/2415/
В изюмском котле противник настойчиво пытается вырваться на восток. В результате наступления наших войск котел разрезан на две части. Отмечаются слабые атаки противника на внешнем фронте. Восточнее Харькова атаки затихли. Противник рассредоточивается. Танки отводятся на восток.

В полосе группы армий «Центр» наступление против войск Белова из-за метеорологических условий развивается весьма медленно. Противник подтягивает сюда силы из Дорогобужа. В районе Белого противник выдвигает к фронту крупные танковые силы. По-видимому, он готовится к наступлению. В полосе группы армий «Север» активных боевых действий не отмечалось. Противник выводит силы из волховского и погостьенского котлов…

Сергей Антонов

28.05.2017, 11:10

http://rusplt.ru/wins/teplohod-voyna-podvig-istoriya-25341.html
26 мая 2016, 00:00
Русские победы, История

Непотопляемый «Старый большевик»
http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/2705_stariy_bolshevik_620.jpg
Пароход «Старый большевик». Фото: weaponscollection.com

В истории Великой Отечественной войны арктические конвои, которыми в СССР поставлялась немалая часть военного снаряжения из стран — союзников по антигитлеровской коалиции, занимают особое место. На их долю пришлось около четверти всех перевезенных ленд-лизовских грузов, ведь это был самый быстрый путь переброски так необходимого нашей воевавшей стране снаряжения. Но и самый опасный: он занимал около 14 дней, однако далеко не все корабли доходили до конца маршрута: всего с 1941 по 1945 год его прошли 42 конвоя, то есть в общей сложности 722 транспорта, и 58 транспортов не сумели прийти в порты назначения. Насколько тяжелым был этот маршрут, можно судить по истории одного-единственного советского парохода — «Старый большевик». Это судно в течение одного только дня 27 мая 1942 года пережило 47 атак немецких самолетов — и все-таки даже после прямого попадания бомбы сумело дойти до Мурманска.

Первые поставки в СССР по программе союзнической помощи, которую теперь всю скопом называют ленд-лизом (хотя первоначально это слово касалось только американской военной помощи), начались во второй половине лета 1941 года. В качестве самого быстрого и достаточно безопасного на тот момент маршрута был выбран арктический. Финишной точкой арктических конвоев стали незамерзающие советские порты Северного Ледовитого океана — Мурманск, а также Архангельск. Именно этот город 31 августа 1941 года принял первый союзнический конвой, именовавшийся «Дервишем» и состоявший из 7 грузовых судов и 15 кораблей охранения. Следующий конвой, которому уже присвоили ставший вскоре знаменитым индекс PQ — PQ-1, — прибыл в СССР 11 октября. А первый конвой, который дошел до Мурманска — PQ-6, — прибыл в место назначения 20 декабря 1941 года.

Самыми знаменитыми среди полярных конвоев стали два шедших подряд — PQ-16 и PQ-17. Первый прославился тем, что оказался самым успешным с точки зрения соотношения затрат на его проводку и ценности доставленных грузов. Второй, увы, печально известен тем, что его подготовка шла под плотным контролем германских спецслужб, и потому по пути он был буквально разгромлен немецкой авиацией и военно-морским флотом, прежде всего подводными лодками. Причем этот разгром стал своего рода местью Германии за успешную проводку PQ-16. Хотя и судьбу «шестнадцатого» не назовешь простой, чему служит примером подвиг теплохода «Старый большевик».

Это судно попало в полярные конвои с сугубо мирной работы — перевозки леса Северным морским путем. «Старый большевик» был построен в 1933 году на Северной верфи в Ленинграде и относился к разряду крупнотоннажных лесовозов (длина около 111 м, водоизмещение — 8780 т, грузоподъемность — 5700 т генеральных грузов или 5100 т лесных материалов). Проект оказался настолько удачным, что в течение пяти лет — с 1930 по 1935 годы — построили очень крупную серию из 15 судов. Девять лесовозов сдал Адмиралтейский завод, еще шесть — Северная верфь. Эти суда отличались палубой повышенной прочности, поскольку, по проекту, до трети лесного груза размещалось именно на ней. Причем такой груз мог иметь высоту до 4 м, и потому лесовозы типа «Старого большевика», которые еще называли «большими лесовозами», славились своей отличной остойчивостью, то есть способностью плыть, не теряя равновесия. Наконец, поскольку основным районом плавания для больших лесовозов были определены северные моря, они получили усиленный корпус и ледовые подкрепления. Одним словом, для своего времени это были отличные суда, высокоманевренные, с хорошими мореходными качествами.

Все это и стало причиной, по которой большие лесовозы с началом войны призвали на службу. Немалая часть из них трудилась на Дальнем Востоке, доставляя в Советский Союз из США жизненно необходимые нашей стране паровозы — и весьма в этом преуспела. А «Старый большевик», работавший в Мурманском морском пароходстве, вошел в состав полярных конвоев. Чтобы обеспечить защиту теплохода от атак вражеской авиации, на нем смонтировали два зенитных орудия и несколько зенитных пулеметов — и лесовоз превратился в транспорт.

В конце марта 1942 года «Старый большевик» пришел в Нью-Йорк, где на его борт погрузили свыше 4000 т снарядов и взрывчатки, а также полтора десятка самолетов. В начале мая судно вышло в открытое море и взяло курс на Рейкьявик, где в то время формировалось большинство полярных конвоев. А поздним вечером 19 мая 1942 года сформированный караван PQ-16 взял курс на Мурманск. В его составе шли 35 грузовых судов под прикрытием 17 эскортных кораблей, а также сопровождавших караван до острова Медвежий 4 крейсеров и 3 эсминцев.

Первые пять дней пути прошли спокойно: гитлеровские самолеты или подводные лодки не добирались до каравана. Но утром 25 мая, когда конвой достиг острова Ян-Майен, его атаковали два десятка бомбардировщиков и торпедоносцев. И начался ад. Атаки следовали одна за другой, а короткие майские ночи не приносили судам и кораблям конвоя большого облегчения. Самым тяжелым для PQ-16 стал день 27 мая — тот самый, который навсегда изменил судьбу «Старого большевика» и его экипажа.

Волею судеб советский транспорт оказался в хвосте ордера, и потому подвергался особенно яростным атакам немецких самолетов. До поры до времени от крупных неприятностей его спасал плотный огонь собственных зенитных орудий и пулеметов, а также очень активное и точное маневрирование. Судно буквально уворачивалось от пикировавших на него «Юнкерсов», и главная заслуга в этом принадлежала его капитану — моряку с 20-летним стажем, опытному северному мореходу Ивану Афанасьеву, и рулевому — бывшему военному моряку-балтийцу Борису Аказенку. Именно стараниями рулевого «Старый большевик» трижды сумел увернуться от близких торпед, сброшенных торпедоносцами врага.

Иван Афанасьев. Фото: sea-man.org

Однако как ни маневрировал транспорт, как ни ставили огневой заслон на пути атакующих самолетов его зенитчики, одна из 47 воздушных атак закончилась успехом гитлеровцев. Одновременно «Старый большевик» атаковали девять вражеских самолетов, и одному из них удалось попасть прямо в полубак судна, непосредственно перед настройкой. Взрывом был убит расчет переднего зенитного орудия, а само оно разбито; взрывной волной задело и капитанский мостик, контузив Ивана Афанасьева. Но самое страшное, что та же бомба вызвала пожар в трюме, где располагался груз боеприпасов. Чтобы не допустить немедленного взрыва, Борис Аказенок и первый помощник капитана по политчасти, настоящий старый большевик (балтийским матросом он участвовал в Октябрьской революции) Константин Петровский выстроили людской конвейер, по которому снаряды вручную переправили из горящего отсека в безопасное место.

Заметив, что на «Старом большевике» разгорается пожар, и хорошо представляя себе, какой именно груз находится у него на борту, командование конвоя PQ-16 предложило советским морякам покинуть ежеминутно грозящее взорваться судно. К нему уже подошел английский эсминец, чтобы забрать экипаж русского транспорта, а затем потопить пароход: такой была обычная практика конвоев. Но экипаж «Старого большевика» на это предложение ответил одной фразой: «Мы не собираемся хоронить судно». И тогда конвой, огрызаясь на продолжающие атаки самолетов, пошел дальше, а горящий транспорт остался один на один с холодным морем и обжигающим пламенем.

Восемь часов экипаж «Старого большевика» боролся за спасение своего корабля — и в конце концов победил! Пожар удалось погасить, на пробоины поставили пластырь, и транспорт двинулся вдогонку за конвоем. Он нагнал его на следующий день, когда его возвращения уже никто не ожидал. Увидев, как израненный, с пробоиной в борту, фактически снесенной трубой и обгоревшей палубой лесовоз подходит к ордеру и занимает свое место в нем, командир конвоя приказал поднять на леерах флагманского корабля охранения сигнал «Сделано хорошо». На скупом на эмоции языке морских сигналов это означает восхищение действиями экипажа корабля, которому адресована эта фраза.

Вечером 30 мая, когда основная часть конвоя PQ-16 вошла в Кольский залив, дымивший изуродованной трубой «Старый большевик» встретил артиллерийский салют стоявших на рейде кораблей. Старший офицер эскорта передал командованию флотом следующую телеграмму: «Разрешите передать вам мое личное восхищение, восхищение всего нашего офицерского состава и всех английских моряков героическими действиями вашего теплохода "Старый большевик". Так могли поступить только русские». А вскоре в адрес командования советского ВМФ пришла новая телеграмма — из британского Адмиралтейства: «От имени Королевского военно-морского флота хочется поздравить ваши суда по поводу прекрасной дисциплины, храбрости и решимости, проявленных во время боя в течение шести дней. Поведение команды "Старого большевика" было великолепным».

В Советском Союзе подвиг экипажа «Старого большевика» оценили не менее высоко. Капитан лесовоза Иван Афанасьев, помполит Константин Петровский и рулевой Борис Аказенок 28 июня 1942 года были удостоены звания Героя Советского Союза, орденами и медалями наградили и всех остальных членов экипажа — как живых, так и погибших (после сражения в море похоронили четверых моряков). Сам «Старый большевик» тоже был награжден — орденом Ленина: его изображение с тех пор украшало флаг судна. С этим орденоносным флагом «Старый большевик» в июне 1942 года в составе очередного конвоя ушел в Англию, откуда перешел на Тихий океан и до ноября 1945 года, действуя в составе Дальневосточного морского пароходства, продолжал заниматься доставкой военных грузов из США. Судно оставалось в рабочем строю до 1969 года, пока наконец годы не взяли свое…

Память о «Старом большевике» и его героическом экипаже жива и поныне. В 2011 году Окская судоверфь сдала азовским морякам универсальный сухогруз «Капитан Афанасьев» (тип RSD44 «Герои Сталинграда», серия из десяти судов). А в Мурманске с 1960 года трудится спасательное судно-буксир «Капитан Афанасьев», проведшее не одну спасательную операцию в Арктике.

Бессмертный полк

28.05.2017, 12:37

1942 г.

Войска Юго-западного направления восстановили наступление в ночь на 27 мая. Ударная группа прорывавшихся войск выбила ночной атакой гитлеровцев из Лозовеньки и продвинулась к востоку на 5-6 километров. Но с рассветом противник вновь занял этот населённый пункт.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3512.jpg
В это же время западнее Лозовеньки сосредоточивались силы, прикрывавшие до этого войска 6-й армии от ударов с запада. Сюда же к утру 27 мая вышла и 266-я стрелковая дивизия полковника А. И. Таванцева, которая полностью сохранила свою боеспособность.

Совинформбюро

28.05.2017, 14:36

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/27/2791/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 27 МАЯ

В течение ночи на 27 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялись на занимаемых рубежах.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели упорные бои с танками ипехотой противника.

На других участках фронта существенных изменений, не произошло.

Кавалерийская часть под командованием тов. Носкова (Южный фронт) совершила60-километровый рейд по вражеским тылам. Наши кавалеристы в ожесточённых боях с противником уничтожили 2.100 немецких солдат и офицеров.

Наша часть, действующая на одном из участков Северо-Западного фронта врезультате двухдневного сражения за безымянную высоту уничтожила 300 солдат и офицеров немецкой дивизии СС.

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, за двадня боевых действий уничтожили более 250 вражеских солдат и офицеров, 14пулемётов, разрушили 2 ДЗОТа и несколько блиндажей.

На наши позиции в районе Н. пытались совершить налёт немецкие самолёты.Гвардейцы-зенитчики части тов. Бузынина открыли огонь и несколькими залпами сбили три немецких бомбардировщика.

Партизанский отряд товарища Николая Ш. (Ленинградская область) ночью внезапно напал на немецкий гарнизон, состоящий из 400 солдат и офицеров. Партизаны бесшумно сняли часовых и забросали гранатами дома, в которых спали гитлеровцы.Выбежавшие из домов немецко-фашистские оккупанты попали под огонь автоматов. Вовремя этой операции партизаны уничтожили 200 гитлеровцев.

Пленный солдат 15 мотострелкового полка 29 немецкой мотодивизии Бруно М.рассказал: «В декабре 1941 года меня в составе маршевого батальона отправили на Восточный фронт. Мы ехали через Польшу. На вокзалах бродили измождённые женщиныи дети, одетые в лохмотья. Они дрожали от холода и умоляли - дать хлеба. Солдаты пинками отгоняли их от вагонов. В январе я попал в Мценск. Ночью 3 февраля военные власти выгнали всех оставшихся в городе жителей, в том числе женщин идетей, на улицу и под конвоем отправили в тыл. Тех, кто не мог итти, сразу же расстреливали.

Наш полк за последнее время несёт большие потери. Настроение у многих подавленное. Участились случаи дезертирства. Я присутствовал при расстреле двух немецких солдат за дезертирство. Два солдата и два унтер-офицера отказались выполнить приказание офицера. Их в тот же день увезли, и больше мы их не видели».

Немецко-фашистские мерзавцы разорили село Старица, Харьковской области,замучили и убили многих жителей — стариков, женщин и детей. Гитлеровские палачи повесили колхозников Мазину, Балакиреву с сыном, Дильнина, Саратова и других.Они ограбили поголовно всех жителей села, отняли у них всё продовольствие, весь скот и птицу, одежду, посуду и домашнюю утварь. Отступая под ударами наших войск, немецкие оккупанты сожгли 200 колхозных домов, разрушили здание школы,больницу и ряд других общественных построек.

Преступность в Финляндии принимает огромные размеры. За последний год числозаключённых в тюрьмы за воровство, по явно преуменьшенным данным министерства юстиции, возросло на 70 процентов. Газета «Кансалис сосиалисти» 16 мая пишет:«Преступность приняла невиданные размеры. Воруют всюду и всё, что только можно». Газета «Або ундерретельсер» заявляет: «Преступность в стране неуклонно растёт.Чуть ли не каждый день в магазинах происходят кражи. Кражи продуктов становятся ежедневным явлением. Воров почти никогда нельзя поймать. Среди граждан начинает распространяться чувство общей неуверенности». Газета «Аян суунта» признаёт, что«тюрьмы Финляндии переполнены». Все эти вопли финской печати лишний раз показывают, до какой степени обнищания и голода довела Финляндию преступная шайка гитлеровских холопов Рюти - Таннера - Маннергейма.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 27 МАЯ

В течение 27 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялись назанимаемых рубежах и продолжали вести бои.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска отражали ожесточённые атакипротивника.

На остальных участках фронта ничего существенного не произошло.

За 26 мая уничтожено 82 немецких самолёта. Наши потери — 23 самолёта.

За 26 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 43 немецких танка, 2 бронемашины, 185 автомашин с войсками и грузами,несколько автоцистерн с горючим, 10 полевых и зенитных орудий, 8 миномётов,разбит железнодорожный состав, взорван склад с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до восьми рот пехоты противника.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска, отражая атаки противника,наносят ему огромный урон в живой силе и технике. Бойцы одной стрелковой части уничтожили 6 немецких танков и до 1.400 гитлеровцев. На другом участке крупные силы противника пытались форсировать реку. Гвардейцы-артиллеристы тов. Кротовича подпустили врага на близкое расстояние и открыли огонь из орудий. Немцы были вынуждены отступить. По показаниям захваченных в плен солдат и офицеров,противник потерял в этом бою более 1.000 человек убитыми и много вооружения.

Наша часть, действующая на одном из участков Харьковского направления, в бояхс противником уничтожила не менее 300 гитлеровцев. В этих боях особенно отличились старшие лейтенанты Иванов и Казаков, командир танка старшина Махонини лейтенант Джагур, уничтожившие 9 орудий и 14 немецких танков.

На один наш объект на Севере 26 мая пыталось произвести налёт несколько десятков вражеских самолётов. Противника встретили наши истребители. В завязавшемся воздушном бою наши лётчики, по предварительным данным, сбили 5 немецких самолётов. Батальонный комиссар тов. Дягин на самолёте «Харрикейн»таранил шестой немецкий самолёт. Последний упал и взорвался на своих бомбах.Тов. Дягин благополучно вернулся на свой аэродром.

Артиллеристы частей тов. Берзарина (Северо-Западный фронт) за один день разрушили 26 немецких ДЗОТов и блиндажей, подавили 24 артиллерийские и минометные батареи, уничтожили 48 огневых точек и 2 миномёта.

Двадцать два снайпера части, где командиром тов. Беззубов, за два месяца уничтожили 736 немецких солдат и офицеров. Снайпер тов. Чухряев истребил за этот срок 160 гитлеровцев, тов. Прохоров — 80, тов. Афанасьев - 64, тов. Гуляев — 73и тов. Гребенков — 57 гитлеровцев.

Группа наших разведчиков под командой старшего лейтенанта тов. Барабанчикова внезапно ворвалась в занятую противником деревню К., уничтожила до 50немецко-фашистских оккупантов и сожгла два склада с боеприпасами.

Партизанский отряд тов. Г., действующий в одном из районов Смоленской области, за последние три дня сжёг 2 немецких склада с зерном и 600 тонн горючего. Партизаны произвели налёт на немецкий пост, охранявший мост. Уничтожив9 гитлеровцев, советские патриоты взорвали проходивший железнодорожный состав с боеприпасами и военным имуществом.

Пленный унтер-офицер 294 артполка 294 немецкой пехотной дивизии Этвиль К. рассказал: «Наши батареи находились в селе П. Ночью части Красной Армии начали наступление. Вскоре командир нашей батареи и командир взвода лейтенант Байер были убиты. Остальные офицеры бежали. Часть солдат начала беспорядочно отступать по направлению к лесу. Все остальные решили сохранить себе жизнь и добровольно сдались в плен».

На военном заводе Хеншель в гор. Кacсель (Германия) работает несколько тысяч поляков, чехов, бельгийцев и французов. Они размещены в бараках, обнесённых колючей проволокой. Рабочих заставляют работать 12—14 часов в сутки. В лагере ежедневно умирают от голода и непосильного каторжного труда десятки иностранцев.В начале мая группа рабочих потребовала от администрации улучшить условия жизни.В этот же день гестапо арестовало 25 человек. Как выяснилось, все арестованные были замучены насмерть.

ПОМНИ ВОЙНУ

28.05.2017, 14:43

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/27/2417/

Наступление возобновилось в ночь на 27 мая. Ударная группа прорывавшихся войск выбила ночной атакой гитлеровцев из Лозовеньки и продвинулась к востоку на 5-6 километров. Но с рассветом противник вновь занял этот населённый пункт.

В это же время западнее Лозовеньки сосредоточивались силы, прикрывавшие до этого войска 6-й армии от ударов с запада. Сюда же к утру 27 мая вышла и 266-я стрелковая дивизия п

ПОМНИ ВОЙНУ

28.05.2017, 14:44

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/27/2418/
В районе Изюма наступление противника на внешнем фронте окружения отбито. Положение в котле улучшилось; все сейчас свелось к борьбе с отдельными группами противника, которые все уменьшаются.

Противодействие войскам Белова приносит успехи. Здесь противник также расчленён на разрозненные группы, которые частично оказывают упорное сопротивление.

На остальном фронте достойной упоминания боевой деятельности не наблюдается.

Командование решило воспользоваться успехами западнее Изюма, восточнее Харькова и у Донца, чтобы ещё до начала операции «Блау» добиться определённого успеха…

ПОМНИ ВОЙНУ

28.05.2017, 14:46

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/27/10354/
«Старый большевик» был построен в 1933 году в Ленинграде и относился к разряду крупнотоннажных лесовозов (длина около 111 метров, водоизмещение - 8780 тонн, грузоподъемность - 5700 тонн).

В марте 1942 года «Старый большевик» пришел в США, где взял груз снарядов и взрывчатки (более 6000 тон) и 15 самолётов. После перехода в Исландию судно вошло в состав конвоя PQ-16.

27 мая 1942 года после попадания авиабомбы на «Старом большевике» возник пожар. К судну подошёл подошел английский эсминец, чтобы забрать экипаж и потопить пароход. Экипаж «Старого большевика» ответил одной фразой: «Мы не собираемся хоронить судно».

Экипаж «Старого большевика» боролся с огнём более 8 часов. Удалось заделать и многочисленные пробоины. На следующий день судно догнало конвой.

30 мая «Старый большевик» в составе конвоя подошёл к Мурманску и был встречен артиллерийским салютом.

Командир английского эскорта передал командованию ВМФ СССР сообщение:
«Разрешите передать вам мое личное восхищение, восхищение всего нашего офицерского состава и всех английских моряков героическими действиями вашего теплохода "Старый большевик". Так могли поступить только русские».
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1482148088.jpg
Затем последовала телеграмма от Адмиралтейства: «От имени Королевского военно-морского флота хочется поздравить ваши суда по поводу прекрасной дисциплины, храбрости и решимости, проявленных во время боя в течение шести дней. Поведение команды «Старого большевика» было великолепным».

Капитан лесовоза Иван Иванович Афанасьев, первый помошник капитана по политической части Константин Максимович Петровский и рулевой Борис Иванович Аказенок (кроме всего прочего, сбил немецкий самолёт) были удостоены звания Героя Советского Союза, орденами и медалями наградили и всех членов экипажа. «Старый большевик» так же был награждён орденом Ленина. Прослужив всю войну, судно оставалось в рабочем строю до 1969 года.

Waralbum.Ru

28.05.2017, 14:51

http://waralbum.ru/58512/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/bismark1.aigxl0iqhb4gsco4kcw400oso.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
Выжившие немецкие моряки с линкора «Бисмарк» поднимаются на борт английского крейсера «Дорсетшир».

В ходе операции «Рейнские учения» (нем. Rheinübung) немецкие линкор «Бисмарк» (Bismarck) и крейсер «Принц Ойген» (Prinz Eugen) вышли в Атлантику. 24 мая 1941 года в Датском проливе линкором «Бисмарк» был потоплен британский линейный крейсер «Худ» (HMS Hood) и поврежден новейший линкор «Принц Уэльский» (HMS Prince of Wales). Сам «Бисмарк» так же был поврежден снарядами с линкора «Принц Уэльский», а затем 26 мая и торпедами с бипланов-торпедоносцев «Суордфиш» с авианосца «Арк Ройял» (HMS Ark Royal). У «Бисмарка» заклинило рули, он потерял возможность маневрировать и начал описывать циркуляции. Утром 27 мая подошли британские линкоры «Родней» (HMS Rodney) и «Кинг Джордж V» (HMS King George V) и огнем своих орудий быстро превратили описывающий круги «Бисмарк» в пылающую развалину. Однако «Бисмарк» не спускал боевого флага и английские крейсера добили «Бисмарк» торпедами. Из 2200 человек его экипажа гибнущий линкор покинуло порядка 800 моряков. Через час после того, как линкор затонул, крейсер «Дорсетшир» (HMS Dorsetshire) подобрал 86 моряков, эсминец «Маори» – еще 25, но из-за тревоги, сыгранной с появлением немецкой субмарины, покинули место битвы и бросив остатки команды в воде.
Подошедшая подводная лодка U-74 спасла трех моряков, а на следующий день ещё двоих моряков с «Бисмарка» подобрало германское гидрометереологическое судно «Сашенвальд». Больше спасенных не было.

Источники информации о фото:

1. humus.livejournal.com
2. historius.narod.ru
3. waffen.jino.ru

Чистый исторический интернет

28.05.2017, 14:54

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DAz_3e9XkAAMumS.jpg
27 мая 1942 в ходе рейда на Сумщину отряд Ковпака вошел в Путивль. Партизаны освободили родной город

Бессмертный полк

29.05.2017, 11:42

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3502.jpg
На Волховском фронте, при попытке деблокады Ленинграда, окружена советская 2-я ударная армия, которой командовал генерал А. Власов. Генерал Власов вместе со штабом сдался немцам. Вопреки упорным слухам, сама армия не капитулировала, а сражалась до конца. Почти все попавшие в окружение погибли при прорыве кольца.

Чистый исторический интернет

29.05.2017, 13:38

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DA5F0jhWsAA0BBU.jpg
28 мая 1942 шесть наших истребителей атаковали 70 самолетов врага в р-не Мга – Пустынька. Сбили 3, ушли без потерь

Совинформбюро

29.05.2017, 14:04

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/28/2792/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 28 МАЯ

В течение ночи на 28 мая на Харьковском направлении наши войска закреплялисьна занимаемых рубежах.

На Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели упорные бои с танками ипехотой противника.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

На Харьковском направлении части под командованием тов. Терехова за три дня боевых действий сожгли 26 и подбили более 20 немецких танков. Противник потерял убитыми свыше 200 солдат и офицеров. В бою отличился экипаж танка капитана тов. Кулиша, уничтоживший 6 немецких танков. На другом участке гвардейское подразделение выбило противника с занимаемых им позиций и уничтожило 450 гитлеровцев.

На одном из участков Калининского фронта немцы предприняли атаку позицийодной нашей части. Наши бойцы успешно отбили атаку противника и продвинулись вперёд. Немцы потеряли только убитыми 600 солдат и офицеров. На другом участке гитлеровцы трижды безуспешно атаковали подразделение командира Юдинцева. Потеряв свыше 200 человек убитыми, противник отошёл на исходные позиции.

Наша часть, действующая на одном из участков Северо-Западного фронта, за два дня боевых действий уничтожила 400 немецких солдат и офицеров. Нашими бойцами подбито 3 немецких танка.

Отделение наших бойцов под командованием сержанта тов. Устинова ночью пробралось в тыл противника. Бесшумно сняв двух немецких часовых, красноармейцы подползли к блиндажу и гранатами уничтожили 10 немецких солдат. Захватив 2 ручных пулемёта, винтовки и автоматы, бойцы вернулись в свою часть.

Партизанский отряд «Бати», действующий в оккупированных немцами районах Смоленской области, с 5 по 20 мая истребил 480 немецких солдат и офицеров. Партизаны уничтожили 4 автомашины с боеприпасами, 2 легковые машины, один танк и пустили под откос железнодорожный состав немецко-фашистских оккупантов.

Пленный унтер-офицер 217 полка 57 немецкой пехотной дивизии Гейнц Менцель рассказал: «Врач Рингельц мне говорил, что потери 57 дивизии составляют половину всего личного состава. Больше других пострадал 179 полк, в котором осталась одна пятая часть солдат. Среди солдат растут антивоенные настроения. В апреле и мае командование дивизии издало несколько приказов, в которых говорилось об имевшихместо попытках дезертирства и перехода на сторону Красной Армии. Многие солдаты ненавидят офицеров. Глухая затаённая вражда к офицерам всё чаще прорывается наружу. Обер-лейтенант Георг Шиндлер, командир 10 роты, гнал солдат в атаку,угрожая расстрелом. Через три дня он был убит выстрелом в спину. Все розыски виновников не дали никаких результатов. Не помогли ни угрозы, ни обещания отпуска на родину тем, кто укажет причастных к убийству».

Добровольно сдавшийся в плен солдат 558 полка 331 немецкой пехотной дивизии Иосиф К. сообщил: «Я был свидетелем и очевидцем зверской расправы немецкихвоенных властей над мирным советским населением. В деревне Крюково было расстреляно около 200 стариков, женщин и детей. В деревне Бельня немцы расстреляли свыше 50 жителей».

Патриоты Польши самоотверженно ведут борьбу с немецко-фашистскими оккупантами. За последнее время в Краковском воеводстве произошло много пожаров,в результате которых уничтожено большое количество фуража, заготовленного для немецкой армии. Поляки разбрасывают на шоссейных дорогах острые шипы, которые прокалывают покрышки автомашин. Они подсыпают песок в буксы вагонов, на перегонах отвинчивают гайки у рельсов и т. д. 18 мая недалеко от Сохачёва произошло крушение воинского эшелона, направлявшегося на Восток. В результате крушения уничтожено и повреждено 8 немецких танков.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 28 МАЯ

В течение 28 мая па Изюм-Барвенковском направлении наши войска отражали ожесточённые атаки танков и пехоты противника.

На остальных участках фронта ничего существенного не произошло.

За 27 мая уничтожено 28 немецких самолётов. Наши потери — 18 самолётов.

За 27 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено илиповреждено 32 немецких танка, 235 автомашин с войсками и грузами, 35 подвод с боеприпасами, 7 полевых и зенитных орудий, 6 миномётов, разбито 4 железнодорожных состава, рассеяно и частью уничтожено до одиннадцати рот пехоты противника.

На одном участке Северо-Западного фронта происходили упорные бои. Подразделения т.т. Коцюбинского и Мирошниченко взорвали 93 вражеских ДЗОТа и блиндажа, уничтожили один немецкий танк, 7 орудий, 16 пулемётов, 2 миномёта
и 6 автомашин с пехотой. Противник потерял свыше 500 солдат и офицеров. На другом участке артиллеристы части тов. Стоякова, действуя с дальних позиций, произвели мощный огневой налёт на крупную железнодорожную станцию, которая находится в руках немцев. Прямыми попаданиями разбито 10 вагонов с боеприпасами.

Наши части, действующие на одном из участков Калининского фронта, выбили немцев из двух населённых пунктов. На поле боя остались сотни вражеских трупов.Захвачены трофеи: 4 пулемета, 4 миномёта, 100.000 патронов, радиостанция и другое военное имущество. На другом участке часть, где командиром тов. Горбунов,отбила атаку врага и уничтожила 300 немецких солдат и офицеров.

Сержанты Пугачёв и Баринов огнём из пулемёта сбили немецкий бомбардировщик.Охваченный пламенем самолёт рухнул на землю. Экипаж сгорел.

В начале 1942 года учащийся одной из немецких офицерских школ Вольфганг Френтцель написал в своей записной книжке: «Завтра отправляемся на Восточный фронт. Наконец! Наконец! Наконец! Всё прекрасно...» Ниже публикуются выдержки из записей фашистского офицера Френтцеля после того, как он пробыл три месяца на фронте: «Уже третью ночь я не сплю. Солдаты выглядят, как звери. Все унылы,разочарованы, нервны, циничны. У них нет ничего святого: ни родины, ни семьи.Они изранены физически и духовно, ибо очень многие уже лежат мёртвыми в русской земле. Нам здесь приходится переносить что-то невероятное. Совершенно теряешь рассудок. Русские почти беспрерывно атакуют наши позиции. Это самое ужасное, чтомне до сих пор довелось пережить. Ежедневно много убитых и раненых, стоны и крики о помощи. Кажется, я научился думать и судить иначе. То, что я раньшеписал о войне, мне сегодня кажется смешным и нелепым. Всё это было ужасно глупо..."

Пленный обер-ефрейтор 5 роты 191 полка 71 немецкой пехотной дивизии Эрвин Пипе рассказал: «Я попал в плен 17 мая утром, вскоре после нашей неудачной контратаки. Результаты этого боя меня ужаснули. Кругом лежали убитые и раненые немецкие солдаты и офицеры. Среди убитых командир роты лейтенант Шна, командир первого взвода фельдфебель Гольц, командир 2 взвода лейтенант Эльтен, командир 3взвода фельдфебель Гойер. Из всей нашей роты в живых осталось лишь несколько человек, которые были захвачены в плен».

В одном из кинотеатров гор. Мюнхена (Германия) во время демонстрации кинообзора с советско-германского фронта произошла стихийная демонстрация женщин. В зале раздались крики: «Верните домой наших мужей, им незачем погибать на Востоке, верните их домой!». Полиция пыталась арестовать нескольких женщин.Однако находившиеся в зале солдаты-фронтовики помешали этому. Когда удалось очистить кинотеатр от зрителей, на улице произошло столкновение между полицией и населением. Ранено много женщин и несколько солдат. В городе произведены многочисленные аресты.

В пункте П. (Югославия) произошёл ожесточённый бой партизанского отряда с превосходящими во много раз силами итальянских захватчиков. Оттеснив оккупантов на равнину, партизаны начали их косить ружейно-пулемётным огнём. Итальянцы в панике бросились к мосту через реку. В это время группа смельчаков-партизан,рискуя жизнью, прорвалась к мосту с пулемётами и преградила врагу дорогу. 300 итальянских солдат бросились через реку вплавь. Только нескольким из них удалось спастись, все остальные погибли.

ПОМНИ ВОЙНУ

29.05.2017, 14:17

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/28/2420/

28 мая 92-я, 327-я стрелковые дивизии, 22-я и 23-я стрелковые бригады вышли и заняли основной рубеж обороны Ручьи, река Равань, Вдицко, станция Рогавка, оз. Тигода.

Остальные силы 2-й ударной армии продолжали выходить в исходный район севернее Новой Керести для удара навстречу 59-й армии.

ПОМНИ ВОЙНУ

29.05.2017, 14:17

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/28/2421/
В ночь на 28 мая части 266-й стрелковой дивизии полковника А. И. Таванцева, составлявшие ядро ударной группы, прорвали кольцо окружения врага и к утру 28 мая вышли в район Волвенково, Волобуевка. С ними вместе пробились сюда и остальные части и подразделения, находившиеся западнее Лозовеньки.

ПОМНИ ВОЙНУ

29.05.2017, 14:18

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/28/2422/
Сражение у Харькова и на Донце закончилось захватом большого количества пленных и трофейного имущества. Командование группы армий «Юг» отдало приказы на проведение в дальнейшем наступательных операций «Волчанск» и «Изюм».

Кольцо вокруг основных сил кавалерийского корпуса Белова замкнуто войсками 4-й армии.

Группа армий «Север» заканчивает отвод войск из котлов на Волхове и в районе Погостья.

На остальном фронте — ничего существенного.

Бессмертный полк

30.05.2017, 09:33

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3527.jpg
Юго-западное направление. (С. К. Тимошенко). В ночь на 29 мая группа А. И. Таванцева ударом с тыла прорвала при содействии войск 38-й армии линию фронта противника по правому берегу Северского Донца и успешно вышла в расположение основных сил у Чепеля.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3528.jpg
До 29 мая советские соединения вели борьбу в окружении при полном господстве противника в воздухе, нехватке горючего, боеприпасов и продовольствия. Лишь небольшим группам удалось просочиться на восточный берег Донца — из окружения вышли всего около 22 тыс. человек. В боях погибли заместитель командующего войсками Юго-Западного фронта генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко, командующий 57-й армией генерал-лейтенантК. П. Подлас, А. Ф. Анисов, командующий 6-й армией генерал-лейтенант А. М. Городнянский, А. И. Власов, командующий армейской группой генерал-майор Л. В. Бобкин, З. Ю. Кутлин и др. Основные силы 20 стрелковых, 7 кавалерийских дивизий и 14 танковых бригад оказались либо уничтожены, либо пленены. Потери на конец мая, по неполным советским данным, составили почти 280 тыс. человек (из них 171 тыс. — безвозвратно), 652 танка, 1646 орудий, 3278 миномётов. Немцы раструбили о захвате 240 тыс. пленных, 2026 орудий, 1249 танков, сами потеряв при этом не более 20 тысяч убитыми и ранеными. Фюрер наградил Паулюса Рыцарским крестом и послал поздравление, в котором выражал «восхищение успехом 6-й армии, сумевшей разгромить численно превосходящего противника».
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3529.jpg
Одновременно с ликвидацией барвенковского выступа северо-восточнее Харькова на Волчанском направлении немцы окончательно обескровили войска Рябышева и Москаленко. Разбитые дивизии 28-й и правого фланга 38-й армий вернулись в те же окопы, откуда 12 мая начинали своё наступление. При этом, по утверждению генерала армии С. М. Штеменко, 28-й армии «угрожало окружение, и она отходила, можно сказать, неорганизованно, так как управление войсками было потеряно».

Чистый исторический интернет

30.05.2017, 12:56

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DA-KLGjXYAAwujq.jpg
29 мая 1942 тяжелое поражение под Харьковом, за Северский Донец прорвались лишь разрозненные части – 22 тыс.

Совинформбюро

30.05.2017, 13:33

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/29/2793/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 29 МАЯ

В течение ночи на 29 мая на Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели упорные бои с танками и пехотой противника.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

Наша часть, действующая на одном из участков Западного фронта, отбила атаку немецкой пехоты, наступавшей при поддержке танков. Огнём нашей артиллерии уничтожено 5 немецких танков и одна бронемашина. На поле боя остались сотни вражеских трупов. На другом участке над расположением наших частей сбит немецкий бомбардировщик «Ю-88».

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, за один день боевых действий уничтожили несколько огневых точек и миномётных батарей и до 500 солдат и офицеров противника.

Наш разведывательный отряд внезапно напал на гарнизоны противника в двух населённых пунктах. Наши бойцы в короткой схватке с врагом уничтожили 135 немецких солдат и офицеров. Взяты пленные. Захвачены трофеи: 3 миномёта,несколько пулемётов, 30.000 винтовочных патронов, 40 винтовок и штабные документы

Снайперы стрелкового полка, действующего на Северо-Западном фронте, уничтожили 745 немецких солдат и офицеров. Из них 102 гитлеровца уничтожил снайпер-красноармеец т-ов. Номоканов 47 - лейтенант Самодуров и 30 гитлеровцев истребил красноармеец Санжеев.

Партизанский отряд под командованием тов. А., действующий в одном из оккупированных районов Курской области, в течение последних дней уничтожил 3 немецких танка и 13 автомашин. В другом районе партизаны отряда под командованием тов. В. истребили 27 гитлеровцев и захватили ценные документы.

У убитого немецкого солдата, фамилию которого установить не удалось, найдено письмо, в котором говорится:
«...Брат Эльзы Лальхендорф находился в Югославии.Он там служил в полиции. 14 дней тому назад получено известие, что он вместе с другими полицейскими попал в руки партизан и был убит».

Партизанский отряд, действующий в одном из оккупированных немцами районов Смоленской области, захватил в плен врача-хирурга, лейтенанта 7 мотоциклетного батальона 7 немецкой танковой дивизии Пауля Пансгена. Доставленный в штаб Энской части, пленный рассказал:
«За время войны против СССР наша танковая дивизия потеряла 15—16 тысяч человек. Из 300 танков осталось не больше десяти. Солдаты чрезвычайно устали. Многие доведены до состояния полной апатии. Им совершенно безразлично, как закончится война и кто победит. Они желают лишь одного, чтобы она кончилась как можно скорее. Медицинское обслуживание в армии поставлено плохо. Военные врачи, как правило, малоквалифицированные. Больных, ещё не оправившихся от ран или болезней солдат гонят на передовые позиции. Многие раненые умирают в пути». В заключение пленный заявил:
«Партизаны обращались со мною хорошо. У них я беседовал с одним немецким солдатом, бежавшим из своей части. Он ярый противник гитлеровского режима. Этот солдат вместе с партизанами совершает нападения на немецкие обозы и воинские части».

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 29 МАЯ

В течение 29 мая на Изюм-Барвенковском направлении наши войска продолжали вести оборонительные бои и отражали атаки танков и пехоты противника.

На остальных участках фронта ничего существенного не произошло.

По уточнённым данным, за 27 мая уничтожено не 28 немецких самолётов, как об этом сообщалось ранее, а 60.

За 28 мая уничтожено 53 немецких самолёта. Наши потери — 21 самолёт.

В Баренцевом море потоплены немецкий тральщик водоизмещением в 800 тонн и транспорт противника водоизмещением в 12 тысяч тонн.

За 28 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 15 немецких танков, 100 автомашин с войсками и грузами, 35 подвод с боеприпасами, 7 полевых и зенитных орудий, 10 зенитно-пулемётных точек, разбито два железнодорожных эшелона, взорвано 2 склада с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до трёх рот пехоты противника.

Немецкая авиация 28 мая дважды пыталась совершить налёт на гор. Мурманск. К городу прорвались только отдельные самолёты противника. Сброшенные бомбы упали в залив. Жертв и разрушений нет. Огнём зенитной артиллерии и нашими истребителями сбито 6 немецких самолётов.

Наша танковая часть, действующая на Изюм-Барвенковском направлении, ведя оборонительные бои, уничтожила 12 немецких танков, 10 орудий, 28 пулемётов и 4 миномёта. Противник потерял убитыми 300 солдат и офицеров.

На одном из участков Калининского фронта наши части заняли несколько населённых пунктов. На поле боя осталось 700 убитых немецких солдат и офицеров. Уничтожено 2 немецких танка, 6 миномётов, 3 орудия, 2 артиллерийские и 2 миномётные батареи, взорваны два склада с боеприпасами и склад горючего. На другом участке пьяные гитлеровцы предприняли атаку. Подразделение во главе со старшим политруком Батенковым встретило врага ружейно-пулемётным огнём. Оставив на поле боя более 700 трупов, немцы в беспорядке отступили.

Группа наших автоматчиков во главе с заместителем политрука Найда произвела налёт на деревню С, занятую немцами. Автоматчики уничтожили в деревне до 50 гитлеровцев.

Снайперское отделение тов. Кудели за два дня уничтожило 17 гитлеровцев. 8 из них уничтожил тов. Куделя. На его счету числится уже 60 уничтоженных немцев.

В течение десяти дней несколько партизанских отрядов, действующих в Орловской области, вели ожесточённые бои против немецко-фашистских частей. Оккупанты потеряли в этих боях более 2.000 солдат и офицеров. Партизаны сбили три немецких самолёта, уничтожили 2 бронемашины и захватили трофеи и пленных.

Добровольно перешедший на сторону наших войск ефрейтор 61 немецкой пехотной дивизии Роберт К. рассказал:
«Я мобилизован в армию в январе 1942 года. До этого проживал в гор. Тильзите. В восьми километрах от города находился лагерь для русских военнопленных. Зимой многие военнопленные ночевали под открытым не бомили в нетопленных сараях. Ежедневно там от холода и голода умирало по 30—40 человек. Пленных используют на тяжёлых работах, и вид у них ужасный. Истощённые и измождённые, они с трудом держатся на ногах. За малейшие проступки и за отказ от работы пленных расстреливают».

Пленный лётчик-радист обер-ефрейтор Герман Кайзер рассказал:
«На Восточном фронте я нахожусь с 14 апреля. Имею три боевых вылета. Четвёртый был последним. Самолёт сбила русская зенитная артиллерия. Из экипажа уцелел только я один, остальные погибли. Крестьяне меня задержали и доставили в штаб. За последнее время наш отряд терял в среднем по три самолёта в неделю. Советские лётчики несколько раз бомбили наш аэродром. Во время последней бомбёжки было подожжено 5 самолётов, находившихся на земле. В немецкой авиации ощущается острая нехватка опытных пилотов. Старых лётчиков становится всё меньше, а новые не имеют ни знаний, ни боевого опыта».

ПОМНИ ВОЙНУ

30.05.2017, 13:39

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/29/4899/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1359127660.jpg
Завершилось разгромом трех советских армий, предпринявших неудачное наступление на Харьков. В плен были взяты, по немецким данным 240 тысяч человек, захвачено 2 026 орудий и 1 249 танков. Сколько погибло под Харьковым советских солдат и офицеров - неизвестно по сей день. Из окружения вышло лишь 22 тысячи человек, прорываясь небольшими группами по всему фронту.

ПОМНИ ВОЙНУ

30.05.2017, 13:41

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/29/4900/

http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1359128277.jpg
Рябок Владимир Самсонович – один из организаторов и руководителей партизанского движения на временно оккупированной территории Брянщины; секретарь Дятьковского райкома комсомола, политический руководитель и начальник разведки молодежного партизанского отряда.

Родился 5 мая 1914 года в городе Брянске, в семье рабочего. Окончил в городе Дятьково стекольно-керамический техникум, работал на стекольном заводе.

В начале Великой Отечественной войны Владимир Рябок - секретарь Дятьковского районного комитета комсомола. После оккупации района немецко-фашистскими захватчиками участвовал в создании молодёжного партизанского отряда, был его политруком и начальником разведки. Вёл агитационную работу среди населения, участвовал в боевых операциях. За короткий срок было восстановлено семнадцать комсомольских ячеек и организаций, объединивших более восьмисот молодых патриотов.

8 ноября 1941 года Владимир Рябок руководил взрывом моста через реку Болва.

28 декабря 1941 года возглавляемая Владимиром Рябком партизанская группа атаковала вражескую автоколонну, уничтожила пять машин, истребила десятки гитлеровцев, захватила оружие и штабные документы.

В феврале 1942 года группа Владимира Рябка принимала участие в освобождении Дятькова, а к концу месяца весь район был очищен он захватчиков.

Отважный партизанский политрук пал смертью храбрых в бою 29 мая 1942 года близ деревни Верхи. Похоронен в городе Дятьково, где ему установлен памятник.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 сентября 1942 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистским захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм Рябку Владимиру Самсоновичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Награждён орденом Ленина, медалью.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1359128683.jpg
Памятник Герою Советского Союза Владимиру Самсоновичу Рябку перед Дятьковским индустриальным техникумом

ПОМНИ ВОЙНУ

30.05.2017, 13:42

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/29/2423/
В ночь на 29 мая группа А. И. Таванцева ударом с тыла прорвала при содействии войск 38-й армии линию фронта противника по правому берегу Северского Донца и успешно вышла в расположение основных сил у Чепеля.

До 29 мая советские соединения вели борьбу в окружении при полном господстве противника в воздухе, нехватке горючего, боеприпасов и продовольствия. Лишь небольшим группам удалось просочиться на восточный берег Донца — из окружения вышли всего около 22 тыс. человек. В боях погибли заместитель командующего войсками Юго-Западного фронта генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко, командующий 57-й армией генерал-лейтенант К. П. Подлас, А. Ф. Анисов, командующий 6-й армией генерал-лейтенант А. М. Городнянский, А. И. Власов, командующий армейской группой генерал-майор Л. В. Бобкин, З. Ю. Кутлин и др. Основные силы 20 стрелковых, 7 кавалерийских дивизий и 14 танковых бригад оказались либо уничтожены, либо пленены.

Потери на конец мая, по неполным советским данным, составили почти 280 тыс. человек (из них 171 тыс. — безвозвратно), 652 танка, 1646 орудий, 3278 миномётов. Немцы раструбили о захвате 240 тыс. пленных, 2026 орудий, 1249 танков, сами потеряв при этом не более 20 тысяч убитыми и ранеными. Фюрер наградил Паулюса Рыцарским крестом и послал поздравление, в котором выражал «восхищение успехом 6-й армии, сумевшей разгромить численно превосходящего противника».

Новомосковск

31.05.2017, 09:07

http://www.nmosktoday.ru/u_images/Koeln.jpg
30 мая 1942 года случилась бомбардировка Кёльна британской авиацией. В авианалёте участвовало более тысячи самолётов. Всего во время Второй мировой войны на Кёльн было совершено 262 воздушных атаки.

Бессмертный полк

31.05.2017, 11:04

https://polkrf.ru/news/1831/igor_glazkov_budem_jit
29 мая 2017

https://files.polkrf.ru/pic_news/914x434/11477.jpg?crop
Игорь Глазков — советский военный лётчик, служил в 5-й гвардейском истребительном авиационном полку.

Историю о боевом и жизненном пути своего прадеда рассказала Ольга Маркова.

Как больно и горько за то, что героев Великой Отечественной Войны, которые ценой своей жизни добывали для нас Победу, тех, благодаря кому мы сейчас можем жить, учиться, мечтать, любить вспоминают всего лишь один раз в году — 9 Мая! Но мы, их внуки и правнуки, будем помнить их всегда! Ведь пока они в наших сердцах — они живы!

Сегодня я расскажу о своём прадедушке — Игоре Семёновиче Глазкове.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/11476.jpg
Игорь Глазков

Родился он в Таганроге в 1921 году. Был худеньким и болезненным мальчиком. Но его любовь к небу и мечта стать летчиком были сильнее и он начал работал над собой: подъём в 6 утра, пробежка, холодный душ, школа, занятия в авиамодельном, планерном кружке, затем аэроклуб.

Свой первый полёт мой прадедушка совершил в день своего шестнадцатилетния на самолёте У-2. После окончания аэроклуба он окончил Херсонскую авиашколу лётчиков — инструкторов. В 1940 году авиашкола меняет свой профиль и начинает выпускать летчиков-истребителей, одним из которых и стал мой прадед.

Когда началась война, молодой лейтенант, обладая отличной техникой пилотирования, готовил лётчиков для фронта. Шли бои за Ростов, было очень страшно за Москву, а в блокадном Ленинграде у него остались мать и сестра.

Лётчик-инструктор Игорь Глазков писал один рапорт за другим с просьбой отправить его на фронт. Желание воевать было сильнее желания учить других. Самолёты поизносились, и поэтому вышел приказ о запрете высшего пилотажа и ведения воздушного боя на них. Но молодой инструктор сознательно шёл на нарушение приказа и продолжал учить курсантов высшему пилотажу. За нарушение дисциплины он был строго наказан и отправлен ... на фронт. Но не летать, а в штрафной батальон пехоты. Теперь нужно было учиться воевать на земле.

Из рассказов и фильмов о войне мы знаем, что солдатам штрафных батальонов воевать было особенно трудно! Штрафники...

Огонь немцев безжалостный и плотный. Сноп искр, сильный удар по каске, острая боль пронзила тело, и все звуки перестали существовать для лейтенанта Игоря Глазкова. Когда он очнулся — очень хотелось пить. Снег был какой-то кислый, то ли от пороховой гари, то ли от того, что смешался с кровью. Лицо разбито, пробита левая нога. Под шквалом пуль он прополз метров сто и приблизился к пулемёту врага. Вскочив во весь рост, бросил в немецких пулемётчиков одну за другой две лимонки. Стало тихо. В рассветной мгле на белизне снега печально темнели неподвижные тела штрафников. Бой закончился. В живых остался только один — мой прадедушка.

Находясь на лечении в госпитале, он получил приказ о восстановлении в офицерском звании и направление в 5-й гвардейский истребительный полк 1-ого Украинского фронта, где с 1943 года воевал сначала рядовым лётчиком истребителем, а затем стал командиром звена. Этот полк прошёл большой героический путь: Москва, Курск, Сталинград, принимал участие в освобождении Польши, Чехословакии, во взятии Берлина. В полку воевали 22 Героя Советского Союза. Лётчиками было сбито 729 самолётов противника.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/11478.jpg
Леонид Утёсов (эстрадный джазовый певец, актёр театра и кино) подарил два самолёта-истребителя Ла-5 полку лётчиков, и один из них был передан моему прадеду.

От вылета к вылету крепче становились боевые крылья нового истребителя. Много было боевых вылетов, жёстких схваток с фашистами. Порой бой мог длиться всего от семи до десяти минут, но за этими минутами стояла жизнь человека. Надо было за это время не только уничтожить врага, но и суметь помочь товарищу по крылу. Умение, характер и жажда победы над врагом помогли лётчику Глазкову сбить 5 самолётов противника лично и 9 самолётов в группе с товарищами.

Майским утром 1945 года на рассвете пели соловьи. Они пели тем, кто не вернётся на порог родного дома, и тем, кто остался жить.

На книжной полке среди красивых переплётов стоят скромные с виду книги. Это книги, рассказывающие о героическом пути полка, в котором служил мой прадедушка Глазков Игорь Семёнович во время войны: «Гвардейцы в воздухе», «Встать на крыло», «Испытатели ВВС». В этих книгах есть главы, посвящённые ему.

Снят и художественный фильм о 5-м гвардейском. Мы всегда его смотрим в канун Дня Победы по телевидению. Называется он «В бой идут одни старики».

«Будем жить!» — часто говорит герой фильма, и так же называется книга, которую написал мой прадедушка. Она о войне, о боевых товарищах, о лётчиках-испытателях — его товарищах по работе после войны. Написана она душой и сердцем для тех, кто помнит войну, и для тех, кто будет сохранять память о ней, а значит и для меня, его правнучки. Я горжусь своим героическим прадедом, который вместе с однополчанами приближал нашу победу! Будем жить!

Бессмертный полк

31.05.2017, 11:21

1942 г.

В целях объединения руководства партизанским движением в тылу противника при Ставке Верховного главнокомандования создан Центральный штаб партизанского движения во главе с П.К.Пономаренко, первым секретарем ЦК КП(б) Белоруссии. Образован Постановлением ГКО СССР № ГОКО-1837сс от 30 мая 1942 года.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3581.jpg
Погиб летчик, подполковник Борис Феоктистович Сафонов (р. 1915). Сафонов, будучи командиром 2-го Гвардейского Краснознамённого авиаполка, вылетел во главе звена истребителей на прикрытие каравана судов PQ-16, идущих к городу Мурманску. Во время боя с превосходящими силами противника звено распалось, и Борис Феоктистович Сафонов остался в одиночестве. Он передал по радио, что сбил три бомбардировщика Ju 88, после чего связь с ним оборвалась. Последними его словами были: «Мотор подбит, иду на вынужденную». Точная причина гибели Бориса Феоктистовича Сафонова неизвестна. Возможно, что самолёт Сафонова был сбит оборонительным огнём бомбардировщиков, о чём была сделана запись в оперативной сводке 2-го Гвардейского Краснознаменного Авиаполка за 30 мая 1941 года. Моряки с одного из кораблей видели, как одиночный истребитель перешёл в крутое пике, врезался в воду и быстро затонул.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3582.jpg
Всего за время боевых действий Борис Сафонов совершил 234 боевых вылета, сбил лично 18 вражеских самолётов и 4 в группе. Он — первый из тех, кому дважды было присвоено звание Героя Советского Союза за подвиги в Великой Отечественной войне.Принимал активное участие в операции «Бенедикт» по оснащению советских ВВС британской авиатехникой, за что глава британской миссии генерал-лейтенант Макфорлан вручил высший авиационный орден Великобритании — Крест «За выдающиеся лётные заслуги».

Дмитрий Зелов

31.05.2017, 14:16

29 мая 2016, 00:00
http://rusplt.ru/wins/partizanyi-voyna-istoriya-25578.html
Русские победы, История
http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/3005_partizany_620.jpg
Начальник Центрального штаба партизанского движения П.К.Пономаренко (в центре) среди представителей витебских и могилевских партизан. Москва, июль 1942 года. Фото: topwar.ru

Начальник Центрального штаба партизанского движения П.К.Пономаренко (в центре) среди представителей витебских и могилевских партизан. Москва, июль 1942 года. Фото: topwar.ru
30 мая 1942 года был создан Центральный штаб партизанского движения при Ставке. В годы ВОВ партизаны оказали неоценимую помощь Красной армии, нанося противнику в его тылу множество ощутимых болезненных ударов, и даже проводили настоящие войсковые операции

В начальный период Великой Отечественной войны немецко-фашистским войскам удалось захватить значительную часть западных регионов СССР. На территории большинства оккупированных вермахтом советских районов активное вооруженное сопротивление агрессору оказывали отряды партизан, которые формировались как из числа воинов Красной армии, оказавшихся в окружении в связи со стремительным продвижением на восток войск противника, так и из числа вливавшихся в партизанские соединения местных жителей. В среднем партизанский отряд насчитывал от нескольких десятков до 200 и более бойцов, однако численность крупных отрядов могла доходить порой до десятков тысяч человек. Группы партизан базировались, как правило, в труднодоступной лесной и/или болотистой местности, периодически прибегая к помощи местного населения. Основные отряды народных мстителей действовали в глубоком тылу противника на территориях Белорусской, Украинской ССР и РСФСР.

В первые месяцы войны народное движение сопротивления гитлеровцам носило во многом стихийный характер, хотя органы партийной и советской власти небезуспешно пытались координировать действия оказавшихся во вражеском тылу разрозненных отрядов партизан. Для создания системы общего руководства все более расширявшегося на оккупированных просторах СССР партизанского движения 30 мая 1942 г. постановлением Государственного комитета обороны (ГКО) был создан Центральный штаб партизанского движения. Его руководителем был назначен глава компартии Белоруссии П.К. Пономаренко. Новой структуре подчинялись все республиканские и областные штабы партизанских движений, что обеспечивало более структурированную организацию сопротивления врагу, лучшую связь c Большой землей, большую согласованность действий партизан между собой и c регулярными частями Красной армии. На момент создания штаба количество подобных отрядов было свыше 600, их общая численность достигала более 80 тыс. человек. Кроме того, у руководства Центрального штаба были сведения о том, что на оккупированных территориях сражались с врагом в 2,5 раза больше партизанских объединений.

Основной задачей партизанских отрядов, действовавших в тылу противника, стало разрушение системы обеспечения вражеского фронта, связи и коммуникаций, функционирования автомобильного и железнодорожного сообщения. Необходимо отметить, что в связи с общей неразвитостью в СССР полноценной системы автомобильных дорог накануне войны особое значение в деятельности партизанских отрядов приобрела «рельсовая война» ― подрыв и минирование мостов, путей сообщения, нападения на железнодорожные станции, вражеские грузовые и пассажирские эшелоны и т.п.

В начале 1944 г., когда ход войны уже окончательно и бесповоротно переломился в пользу СССР, а Советский Союз методично освобождал захваченные врагом территории, Центральный штаб был расформирован. Причиной ликвидации существовавшей полтора года структуры стало и то обстоятельство, что большинство из действовавших на территории Украины и Белоруссии партизанских отрядов имели свои эффективно работавшие республиканские штабы.

Деятельность партизанских отрядов наносила противнику огромный урон. По сути, партизаны (что подтверждалось многократно и немцами) открыли против оккупантов «второй фронт», функционирования которого советское руководство никак не могло дождаться на начальном этапе войны от союзников. Из-за массового партизанского движения врагу приходилось месяцами и даже годами (!) держать в своем глубоко эшелонированном тылу значительные людские и материальные ресурсы, постоянно ожидая внезапного нападения со стороны советских диверсантов. Оттягивая на себя существенную часть вражеских соединений, партизаны сдерживали в итоге продвижение противника по родной земле. Объединенные партизанские отряды контролировали в тылу врага значительные территории. Так, например, в Брянской области летом 1942 г. они образовали даже партизанскую республику площадью свыше 14 тыс. кв. км. Не сталкивавшиеся с подобной ситуацией ни в одной из завоеванных ими стран, гитлеровцы не могли в полной мере чувствовать себя хозяевами захваченных советских регионов. Партизанское движение в годы Великой Отечественной войны нанесло фашистам огромной урон и в немалой степени способствовало приближению Победы. В заключение стоить упомянуть, что почти 130 тыс. граждан Страны Советов были награждены медалью «Партизану Отечественной войны».

Степан Чаушьян

31.05.2017, 18:08

http://www.aif.ru/sport/football/zhivye_igrali_v_gorode_mertvyh?utm_source=aif&utm_medium=free&utm_campaign=main
14:21 27/01/2014

АиФ.ru вспоминает футбольный матч 31 мая 1942 года в Ленинграде, доказавший, что «город мёртвых» жив и даже играет в футбол.
http://images.aif.ru/007/919/6b80911a1d7e15ee06895f9fc8ad1ecc.jpg
Команды ленинградского «Динамо» и ЛМЗ (Ленинградского металлического завода) в выстовочном матче в блокадном Ленинграде. © / ФК "Шинник"

Число погибших в результате блокады Ленинграда идёт на сотни тысяч, выжить в том городе было большим чудом. И если бы не надежда, которую всеми силами поддерживали в себе жители города, умерших от голода и холода было бы гораздо больше. Но надежда жила, её поддерживали всеми возможными способами. Даже футболом.
Футбол в блокадном Ленинграде. Кинохроника, 1942 год. Футбол как оружие. 6 мая 1942 года блокадный Ленинград напомнил, что он жив

Когда почти невозможно было стоять на ногах, под бесконечную канонаду бомбардировок, несмотря на листовки немецкой пропаганды, говорящие о том, что Ленинград — это город мёртвых, который сравняли с землей, ленинградцы играли в футбол. Именно в футбол.

Матч

Идея самой игры возникла в самый разгар блокады Ленинграда фашистскими войсками — в апреле 1942 года. Уже 6 мая 1942 года Ленгорисполком принял решение о проведении футбольного матча на стадионе «Динамо». Когда пришло время начинать игру (31 мая 1942 года), стало понятно, что на самом стадионе «Динамо», поле которого было усеяно воронками разорвавшихся снарядов, играть было невозможно. Очень кстати рядом оказалось запасное поле, вполне пригодное для проведения матча.
BWrvMMnWMz4
https://youtu.be/BWrvMMnWMz4
В матче участвовали команды ленинградского «Динамо» и ЛМЗ — команда Ленинградского металлического завода, которая тогда во всех хрониках была зашифрована, как «Команда Н-ского завода». Всего в игре принимали участие 22 футболиста.

За «Динамо» играли футболисты этой команды: кого забрали с передовой и тем самым, возможно, спасли жизнь, кого выписали из госпиталя... У ЛМЗ своего сосоявшегося коллектива не было, поэтому в команду вошли все, кто просто умел играть в футбол и к тому моменту мог стоять на ногах. Многим даже это давалось с большим трудом. Известна история Анатолия Мишука, выступавшего до блокады за ленинградский «Зенит». Его ради игры выписали из госпиталя с диагнозом «дистрофия». Он всё-таки смог выйти на поле и даже попытался в первые минуты забить гол, сыграв в штрафной головой. По привычке некогда могучий высокий форвард выпрыгнул в борьбе за подачу, выиграл её и попытался пробить по воротам. Но после соприкосновения головы с мячом он упал. Встать удалось лишь с помощью товарищей по команде.

За игрой наблюдали пациенты госпиталя и ученики военной академии. Из-за общего истощения было принято решение играть не полный матч (два тайма по 45 минут с 15-минутным перерывом), а сокращённый — два тайма по полчаса с небольшим перерывом, чтобы перевести дух. Но даже в таком формате матч мог и не завершиться. По ходу второго тайма в районе запасного поля стадиона «Динамо» начались бомбёжки и артиллерийские обстрелы. Судья вынужден был прервать игру и увести всех зрителей (более 300 человек) и футболистов в бомбоубежище.

Но волю ленинградцев в тот день, как и ни в один из последующих, было не сломить ни листовками, ни пулями, ни бомбами... Матч продолжился.

В итоге «Динамо» выиграло у ЛМЗ с крупным счетом 6:0. Тогда не старались соорудить никому не нужной искусственной ничьей, играли по-настоящему, даже в этом, показательном матче. Да, именно показательном. Ленинград показал фашистам, советским людям за пределами города, а главное — самим себе, что «город мёртвых» — это не более чем миф. Город живых — вот реальность.

С поля все футболисты уходили, обнявшись. Они понимали, что эти шесть голов принадлежали не футболистам «Динамо», они принадлежали всем им, всему Ленинграду. Да и идти истощённым футболистам, которые в критический момент ещё и всех себя оставили на поле, так было легче.
Зенитчики на страже Ленинградского неба. «Слепая ярость». Блокадный Ленинград от налётов защищали незрячие

Память

С тех пор прошло более 70-ти лет. Последний участник матча, форвард ленинградского «Динамо» Евгений Улитин ушёл из жизни в 2002 году. И, несмотря на ставшее популярным высказывание «один город — одна команда», память о той игре жива. Все мы помним, что в Ленинграде, в нынешнем Санкт-Петербурге, есть ещё как минимум две команды, «Динамо» и ЛМЗ. Что бы не происходило, они навсегда останутся в истории, в сердцах болельщиков и даже людей, далёких от спорта.

В 1991 году на стадионе «Динамо» была открыта мемориальная доска с перечнем участников блокадного матча. Снимал покрывало именно Евгений Аркадьевич Улитин — последний на тот момент оставшийся в живых участник памятного матча. Надпись на мемориале гласит: «Здесь, на стадионе "Динамо", в самые тяжёлые дни блокады 31 мая 1942 года ленинградские динамовцы провели исторический блокадный матч с командой Металлического завода». В 2012 году, в память о 70-й годовщине той игры, на стадионе «Динамо» был открыт памятник.

Есть информация о целой серии подобных игр в блокадном Ленинграде, но достоверных данных ни об одном из них, кроме матча, состоявшегося 31 мая 1942 года, нет.

Мария Позднякова

31.05.2017, 18:16

http://www.aif.ru/society/people/dnevnik_drugoy_tani_v_blokadnom_leningrade_sluchal is_chudesa
00:02 27/01/2014

Статья из газеты: АиФ №4 22/01/2014

О том, какую цену заплатил Ленинград за то, чтобы выжить в блокаде, которая окончилась 70 лет назад 27 января, стоит судить прежде всего по письменным свидетельствам самих блокадников, среди которых было немало детей.
http://images.aif.ru/007/919/7050ae14ae67ee792f556f07bed37127.jpg
Таня Вассоевич. © / Фото из архива профессора Андрея Вассоевича / АиФ

На всю страну известен лишь дневник Тани Савичевой, который содержит девять страшных строк. Каждая посвящена смерти одного из близких. Последняя запись: «Осталась одна Таня». «АиФ» разыскал блокадный дневник другой ленинградской школьницы, Тани Вассоевич. Они обе жили на Васильевском острове. Таня Савичева сначала ослепла, потом сошла с ума от пережитого и умерла в эвакуации. Скупые строки её дневника стали обвинительным документом на Нюрнбергском процессе. Таня Вассоевич выжила и ушла из жизни два года назад — в январе 2012 г.

Дневники двух Тань — как две стороны медали. Тёмная сторона — трагическая смерть, светлая — победа выживших.

Подвиг Тани

Дневник Тани Вассоевич хранится в доме её сына, профессора Санкт-Петербургского государственного университета Андрея Вассоевича. Таня начала делать записи 22 июня 1941 г. Здесь и первые бомбардировки Ленинграда, и 18 июля 1941 г., когда кольцо вокруг города ещё не сомкнулось, но уже были введены карточки на продукты. В сентябре — первое занятие в художественной школе, которое не состоялось: «Наш преподаватель, сложив мольберт, сказал, что идёт добровольцем на фронт». Занятия в средней школе начались в ноябре: «Наш класс был почти в полном составе» (потом в классе их останется двое мальчиков и девять девочек из сорока). Таня описывает бесконечное стояние в очередях за порцией хлеба, которая для детей и неработающих за несколько месяцев ужалась с 400 г в день до 125. Они варили столярный клей и ели его.
http://static1.repo.aif.ru/1/36/69855/173e3fa92de6488edc68ef7ca34b7ae8.jpg
Страница из дневника Тани Вассоевич. Фото из архива профессора Андрея Вассоевича

Как великое счастье Таня описывает случай, когда они стояли в очереди за продуктами вместе с одноклассником и им досталась дуранда (спресcованная плитка из шелухи подсолнуха. — Ред.). Для покупки продуктов по карточкам были нужны деньги, а в их семье средств катастрофически не хватало. И старший брат, вместо того чтобы съесть свою порцию хлеба, продавал её на рынке, а деньги отдавал маме, чтобы она могла отоварить новые карточки. Он делал это, пока мама не догадалась и не запретила так поступать.

Старший брат девочки, 15-летний Володя, умер от голода 23 января 1942 г. в 6.28 — записано в дневнике. А Таниной мамы, Ксении Платоновны, не стало 17 февраля 1942 г. в 11.45. «Той зимой в городе умирало более 4 тысяч человек в день. Трупы собирали и хоронили в братских могилах. На Пискарёвском кладбище в братских могилах похоронено более полумиллиона человек, — говорит профессор Вассоевич. — Таня, будучи 13-летней девочкой, на оставшиеся деньги купила для брата гроб. Её мама этим заниматься уже не могла, она от слабости не вставала». Смоленское кладбище города было закрыто, там не принимали покойников, однако Таня уговорила сторожа вырыть могилы. Из дневника: «На похоронах брата была тётя Люся, я и Толя Таквелин — Вовин лучший друг и одноклассник. Толя плакал — это растрогало меня больше всего. На похоронах мамы была я и Люся. Вова и мама похоронены в настоящих гробах, которые я покупала на Среднем проспекте у второй линии. Худяков (сторож на кладбище. — Ред.) вырыл могилы за крупу и хлеб. Он хороший и был добр ко мне».

Когда умерла Танина мама, её тело лежало в квартире 9 дней, прежде чем девочка смогла организовать новые похороны. В дневнике она нарисовала план участка (см. рисунок Тани. — Ред.) и отметила места захоронения близких в надежде, что, если выживет, обязательно установит на могилах памятники. Так и произошло. На рисунке с кладбищем Таня, обозначая даты смерти брата и мамы и их похороны, использовала придуманный ею шифр: она понимала, что родственников на закрытом Смоленском кладбище похоронила полулегально. Лишь потому, что сторож Худяков был тронут её детской заботой и пошёл навстречу просьбе ребёнка. Измождённый не меньше других, он рыл могилы в почти сорокаградусный мороз, подкрепившись кусочком хлеба, который Таня получила по карточке умершего брата. Потом она рассказывала сыну, профессору Андрею Вассоевичу, что по-настоящему страшно ей стало, когда она оформляла свидетельство о смерти брата: «Регистратор в поликлинике достала карточку Вассоевича Владимира Николаевича и крупным почерком написала слово «умер».
http://static1.repo.aif.ru/1/2b/69856/8e0f294f3f9413c969041496236e520f.jpg
Страница из дневника Тани Вассоевич. Фото из архива профессора Андрея Вассоевича

Золотая рыбка

«Мама и её погибший старший брат были очень близки, — рассказывает Андрей Вассоевич. — Владимир увлекался биологией, вся их квартира была уставлена цветами, а для сестры он устроил аквариум с рыбками. В 1941-1942 гг. в Ленинграде была небывало холодная и снежная зима. Люди ставили в квартирах буржуйки, топили их мебелью. Мама с братом кутались в одеяло и чертили планы дворцов с бассейнами, рисовали оранжереи. Недаром мама после войны поступила в институт на архитектурный факультет. В блокадную пору в их районе на Васильевском острове продолжала работать библиотека, куда они ходили за книгами. Мама говорила, что никогда не читала столько, как во время блокады. А её мама, пока были силы, каждый день дежурила на крыше — караулила зажигательные бомбы. Артобстрелы и бомбардировки были каждодневными. Ленинград не просто был в кольце блокады, за него все эти почти 900 дней шли бои. Ленинградская битва была самой длинной за всю историю войны. В директиве Гитлера № 1601 от 22 сентября 1941 г. о Ленинграде чёрным по белому сказано: «стереть город с лица земли», а про его жителей: «мы не заинтересованы в сохранении населения».

После потери мамы и брата весной 1942 г. с Таней произошло чудо. В её опустевшей квартире стояла глыба льда — подарок брата, замёрзший аквариум с застывшими во льду рыбками. Когда лёд растаял, с ним оттаяла и одна золотая рыбка и вновь начала плавать. Эта история — метафора всей блокады: врагу казалось, что город должен быть мёртв, выжить в нём невозможно. Но он выжил.

Память сердца

«В 90-х годах стало модным говорить о том, что в Ленинграде процветал каннибализм, а люди потеряли человеческий облик, — маму это страшно возмущало. Вопиющие единичные случаи пытались представить массовым явлением. Мама вспоминала, как к ним пришла учительница музыки и сказала, что её муж умер от голода, а Володя воскликнул, что если бы он знал, то отдал бы ему свой хлеб. А через несколько дней не стало его самого. Мама часто вспоминала благородные поступки блокадников. Её дневник перекликается с тем, что писала пережившая блокаду поэт Ольга Берггольц: «... мы счастье страшное открыли — /Достойно не воспетое пока,- /Когда последней коркою делились, /Последнею щепоткой табака». «Город выжил, потому что люди думали не о себе, а о других», — говорит профессор Вассоевич.

«Чувство долга», «дружба» — это слова из Таниного дневника. Когда она узнала, что умер папа её лучшей подруги, которая была в эвакуации, она похоронила его рядом со своим братом: «Я не могла, чтобы он остался на улице». На похороны голодная девочка потратила последние крохи продуктов.

Весной 1942 г. Таню эвакуировали из Ленинграда. Несколько недель на разных эшелонах она добиралась до Алма-Аты, храня как зеницу ока дневник и фотографии близких. В эвакуации Таня наконец встретилась с отцом — известным геологом-нефтяником. Когда сомкнулось блокадное кольцо, он был в командировке и оказался оторванным от семьи. Оба после войны вернулись в Ленинград. В родном городе Таня сразу же пошла к лучшему другу своего покойного брата, Толе, тому самому, что плакал на похоронах. От его мамы она узнала, что юноша умер вскоре после её брата. Таня пыталась найти ещё четырёх друзей Володи — все они умерли в блокаду. Татьяна Николаевна много лет своей жизни посвятила преподаванию детям живописи. И всегда говорила им: «Ведите дневник, потому что дневник — это история!

Ленинград не был стёрт с лица земли. Можем ли мы сегодня сказать то же самое о нашей памяти о войне? Не стирается ли она в нашем сердце? Горько, что 95 страниц дневника 13-летней школьницы-блокадницы не изданы. Из него современные подростки могли бы узнать о войне больше, чем из некоторых учебников и современных фильмов.

Чистый исторический интернет

31.05.2017, 18:21

https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_bigger.jpg
https://pbs.twimg.com/media/DBDLCV7XgAEQ_Gb.jpg
30 мая 1942 при Ставке Верховного Главнокомандования создан Центральный штаб партизанского движения

ПОМНИ ВОЙНУ

31.05.2017, 18:32

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/30/2425/
Центральный штаб партизанского движения при Ставке Верховного Главнокомандования (ЦШПД) — центральный орган управления партизанским движением в СССР в годы Великой Отечественной войны. Создан в целях объединения руководства партизанским движением в тылу противника и для дальнейшего развития этого движения. Образован Постановлением ГКО СССР № ГОКО-1837сс от 30 мая 1942 года.

ПОМНИ ВОЙНУ

31.05.2017, 18:33

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/30/2426/
30 мая гитлеровцы, заметив отход советских частей Волховского фронта, перешли в наступление, нанося удары вдоль железной дороги и шоссе Новгород—Чудово с севера и с юга. Оно поддерживалось массированными действиями авиации.

ПОМНИ ВОЙНУ

31.05.2017, 18:34

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/30/4751/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1354661466.jpg
Подполковник Борис Феоктистович Сафонов, будучи уже командиром 2-го Гвардейского Краснознамённого авиаполка, вылетел во главе звена истребителей на прикрытие каравана судов PQ-16, идущих к городу Мурманску.
Во время боя с превосходящими силами противника звено распалось, и Борис Феоктистович Сафонов остался в одиночестве. Он передал по радио, что сбил три бомбардировщика Ju 88, после чего связь с ним оборвалась. Последними его словами были: «Мотор подбит, иду на вынужденную». Точная причина гибели Бориса Феоклистовича Сафонова неизвестна.

По одной из версий (позже объявленной официальной), его «Киттихаук» потерпел катастрофу из-за неполадок в моторе. Также возможно, что самолёт Сафонова был сбит оборонительным огнём бомбардировщиков, о чём была сделана запись в оперативной сводке 2-го Гвардейского Краснознаменного Авиаполка за 30 мая 1941 года. Моряки с одного из кораблей видели, как одиночный «Киттихаук» перешёл в крутое пике, врезался в воду и быстро затонул.

Всего за время боевых действий Борис Сафонов совершил 234 боевых вылета, сбил лично 18 вражеских самолётов и 4 в группе.

Он первый из тех, кому дважды было присвоено звание Героя Советского Союза за подвиги в Великой Отечественной войне.

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:38

http://waralbum.ru/43822/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/imstalengrades_192.8541j923bv4scc04448os00o4.ejcup lo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Колонна советских военнопленных в поле под Харьковом.

Источник информации о фото:
1. Документальная экспозиция: Война Германии против Советского Союза 1941—1945, под редакцией Рейнгарда Рюрупа

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:39

http://waralbum.ru/category/war/east/kharkov_1942/

Харьковская наступательная операция

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:40

http://waralbum.ru/category/war/east/kharkov_1942/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/________________________5_2.cgjbc4r9yl4c8ggskc80ks c84.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Харьковская наступательная операция

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:41

Харьковская наступательная операция

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:42

http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/ru_a7400_31.59jg5p4o5g0ss40cksk88gww8.ejcuplo1l0oo 0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Харьковская наступательная операция
Советский тяжелый танк КВ-1 образца 1941 года с корпусом поздних серий с прямыми листами в задней части, брошенный из-за неисправности. Этот же танк запечатлен горящим на другом фото.

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:44

http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/p1010578.4dklxuwtlqm8gk8g0kwg4k0k0.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
12 апреля 2017 Добавил Pazifist Комментариев нет
Фото: Колонны немецкой 6-ой армии в селе в Харьковской области

Грузовики и бронетехника немецкой 6-й армии в селе в Харьковской области. Этот же населенный пункт на другой фотографии. Предположительно май 1942 г.

Источник: «Der Überfall». Hoffmann und Campe. Hamburg, 1984.

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:45

http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/ch1942.2pq0v55ary4g808s4s4cgckkg.ejcuplo1l0oo0sk8c 40s8osc4.th.jpeg
9 марта 2017 Добавил Timon Комментариев нет
Фото: Немецкий офицер поднимает в атаку солдат под Харьковом

Немецкий офицер поднимает в атаку солдат под Харьковом.

Источник информации о фото:

1. audiovis.nac.gov.pl

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:46

http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/gaubica_sig33_boi_za_harkov_1942.96oat1ia2vwg0gcgo oo440g48.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
28 января 2017 Прислал Pazifist Добавил ridalaw Комментариев нет
Фото: Расчет немецкой гаубицы sIG33 ведет огонь в населенном пункте во время боев за Харьков

Расчет немецкой 150-мм полевой гаубицы sIG 33 (15 cm schweres Infanterie Geschütz 33) ведет огонь в населенном пункте во время боев за Харьков. Фотография сделана в оперативном секторе 6-й немецкой армии.

Источник: «Der Überfall». Hoffmann und Campe. Hamburg, 1984.

Waralbum.Ru

31.05.2017, 18:47

http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/116538.1ry2mxcphrms0scgoo04k8w48.ejcuplo1l0oo0sk8c 40s8osc4.th.jpeg
23 января 2017 Прислал Илья Кудрявцев Добавил Evgeniy Комментариев нет
Фото: Советские разведчики докладывают о выполненном задании [2]

Советские разведчики докладывают о выполненном задании. В центре, с компасом и картой стоит разведчик Саморалов.

Бессмертный полк

31.05.2017, 18:58

https://polkrf.ru/memory/war_chronicle/81
12 мая 1942 г. — 29 мая 1942 г.


Харьковское сражение или Вторая Битва за Харьков, главными целями советских войск в которой являлись: разгром харьковской группировки противника, освобождение Харькова, упреждение и срыв готовящегося германским командованием наступления на харьковском направлении, известного как «операция Фредерикус». В сражении приняли участие войска Юго-Западного и Южного фронтов, общей численностью 765000 человек. Советским войскам противостояли войска немецкой группы армий «Юг», в составе 6-й и 17-й полевых и 1-й танковой армии. Численность немецкой группировки составила около 800000 человек.
Боевые действия на Харьковском направлении 1942г

На этапе планирования Харьковской операции в апреле 1942 г. советское командование получило сведения о возможности наступления противника. В ходе операции предполагалось оборонительными действиями на заранее подготовленных рубежах сорвать наступление врага, нанести ему поражение и создать условия для овладения стратегической инициативой. Замысел Харьковской операции заключался в нанесении двух ударов по сходящимся направлениям: одного — из района Волчанска, а другого — с барвенковского плацдарма в общем направлении на Харьков с последующим освобождением города. Успех операции позволял выровнять фронт и улучшить оперативное положение войск Юго-Западного направления.
Бои за Харьков, май 1942г. 2
Бои за Харьков, май 1942г. 3
Бои за Харьков, май 1942г.

Наступательная операция войск Юго-Западного фронта началась 12 мая. Были нанесены два удара: главный — силами 6-й армии и армейской группы генерала Л. В. Бобкина с барвенковского выступа в обход Харькова с юго-запада; вспомогательный — из района Волчанска силами 28-й армии и смежных с ней флангов 21-й и 38-й армий. Вначале обе ударные группировки наступали успешно. Советские войска, наращивая натиск, с боями продвигались в глубину обороны противника. Вторые эшелоны 28-й и 6-й армий, танковые корпуса еще не были использованы, а противник уже ввел в бой для проведения контратак почти все тактические резервы.
Красноармеец В.Федоров на огневой позиции с захваченным в бою немецким пулеметом MG-34

В результате двухдневных напряженных боев северная ударная группа отбросила противника на 12–15 км, а южная — на 12–16 км. 6-й кавалерийский корпус прорвал армейскую полосу обороны противника, захватил в тылу врага важные объекты и перерезал некоторые коммуникации. Наступление войск левого крыла Юго-Западного фронта поставило в тяжелое положение соединения 6-й немецкой армии. В результате ожесточенных пятидневных боев советские соединения преодолели 25–50 км.
Май 1942г. (авторские права Bundesarchiv)
Майское наступление Красной Армии 1942г.
Майское наступление Красной Армии 1942г. 3
Майское наступление Красной Армии 1942г.

Советское наступление вынудило немецкое командование изменить план действий. 17 мая войска 1-й танковой армии Клейста нанесли мощные удары севернее Славянска и южнее Барвенкова по соединениям 9-й армии. Уже в первый день наступления немцы прорвали оборону 9-й армии, соединения и части которой стали отходить на север и северо-восток. Переход противника в наступление явился полной неожиданностью для советского командования. За двое суток противник продвинулся до 50 км и вышел во фланг Юго-Западному фронту, создав непосредственную угрозу тылам его ударной группировки.
Практическое занятие расчетов бронебойщиков в полевых условиях. Расчеты вооружены противотанковыми однозарядными ружьями образца 1941г. системы Дегтярева (ПТРД-41)
Прибытие пополнения танков Т-3476 в 5-й гвардейскую танковую бригаду

19 мая Генеральный штаб высказался за прекращение наступления, предложив основные силы ударной группировки фронта повернуть для ликвидации угрозы окружения. Однако предложение было отклонено Ставкой. Юго-Западный фронт еще раз попытался прорвать оборону 8-го немецкого армейского корпуса, но безуспешно. Командующий фронтом вынужден был отдать приказ всем соединениям 6-й армии и армейской группе перейти к обороне. К этому времени глубина продвижения составляла 60 км, а общий фронт обороны — 145 км. Предполагалось, что часть войск займет оборону, а основные силы 6-й армии и два ее танковых корпуса совместно с 57-й армией нанесут контрудар и разгромят прорвавшегося в тыл врага. Враг на время был остановлен.
Советская реактивная установка БМ-8-36 образца 1941г. на шасси трехосного грузовика ЗиС-6, уничтоженная в районе Харькова.
Советские войска оставляют г.Ирмино Харьковской области. Июль 1942г.
Советские танки Т-34-76 Юго-Западного фронта ведут наступление

К исходу 20 мая противнику удалось выйти в район Петровская — Красный Лиман. 23 мая немцы, перерезав коммуникации барвенковской группировки советских войск, соединились в районе Глазуновки. В окружении оказались восемь стрелковых дивизий 6-й армии, пять стрелковых дивизий 57-й армии, две стрелковые дивизии армейской группы генерала Л. В. Бобкина, шесть кавалерийских дивизий 2-го и 6-го кавалерийских корпусов, два танковых корпуса, пять отдельных танковых бригад и тыловые части. Их состояние было крайне тяжелым. Попытка советских войск нанести контрудар и прорвать окружение не удалась. Окруженная группировка была расчленена и дезорганизована.
Техники обслуживают немецкий штурмовик Хеншель Hs. 123B из 8-й эскадрильи 1-й эскадры непосредственной поддержки войск 8.Sch.G.1
Харьков, май 1942г.
Харьков, май 1942г.
Харьков, май 1942г.

Всего из окружения вышли около 27000 человек. В результате катастрофы под Харьковом резко ухудшилась обстановка на южном крыле советско-германского фронта. Вина за трагедию была возложена на военное руководство, в первую очередь на начальника штаба фронта генерала И. Х. Баграмяна, а также на других членов Военного совета. Замыслы советского командования по развитию успеха зимней кампании оказались невыполненными. Значительная часть резервов Ставки ВГК, предназначавшихся для летнего наступления, была израсходована. В результате Харьковского сражения потери советской стороны составили: 277190 человек, из них безвозвратные — 170958 человек. Потери противника — около 20000 человек.

В статье были использованы материалы из следующих источников:

Великая Отечественная война 1941-1945 годов. В 12 томах. М., 2012. Т.3.

Википедия

31.05.2017, 19:06

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D0%B0%D1%80%D1%8C%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D1%81%D 0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1 %86%D0%B8%D1%8F_(1942)
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Харьковская операция 1942
(операция «Фредерикус»)
Основной конфликт: Вторая мировая война,
Великая Отечественная война
Пленные красноармейцы под Харьковом в 1942
Пленные красноармейцы. Район Харькова, 1942
Дата

12 — 28 мая 1942
Место

Харьков, СССР
Итог

Стратегическая победа Германии
Противники
Flag of the Soviet Union (1923-1955).svg СССР Flag of the German Reich (1935–1945).svg Третий рейх

Flag of Romania.svg Королевство Румыния
Flag of Italy (1861-1946).svg Королевство Италия
Flag of Independent State of Croatia.svg Хорватия[1]
Командующие
Флаг СССР С. К. Тимошенко

Флаг СССР И. Х. Баграмян
Флаг СССР Н. С. Хрущёв член Военного совета
Флаг СССР Р. Я. Малиновский
Третий рейх Фёдор фон Бок

Третий рейх Фридрих Паулюс
Третий рейх Герман Гот
Третий рейх Эвальд фон Клейст
Силы сторон
765 300 человек[2]. 640 000
Потери
270 190 человек, из них 170 958 — безвозвратно.[3] Согласно немецким данным — взято 240 000 пленных. Уничтожено 1240 танков.[4] 6, 17 и 1 танк. армии в период 10-31.05.42.:

5 048 убито, 22 127 ранено, 2 269 без вести,[5], румынские потери около 3 000 всего около 32 000
Commons-logo.svg Аудио, фото, видео на Викискладе
[скрыть]

Великая Отечественная война

Вторжение в СССР • Карелия • Заполярье • Ленинград • Донбасс—Ростов • Москва • Горький • Севастополь • Барвенково-Лозовая • Демянск • Ржев • Харьков • Воронеж-Ворошиловград • Сталинград • Кавказ • Великие Луки • Острогожск-Россошь • Воронеж-Касторное • Курск • Смоленск • Донбасс • Днепр • Правобережная Украина • Крым • Белоруссия • Львов-Сандомир • Яссы-Кишинёв • Восточные Карпаты • Прибалтика • Курляндия • Бухарест-Арад • Болгария • Белград • Дебрецен • Гумбиннен-Гольдап • Будапешт • Апатин-Капошвар • Польша • Западные Карпаты • Восточная Пруссия • Нижняя Силезия • Восточная Померания • Моравска-Острава • Верхняя Силезия • Балатон • Вена • Берлин • Прага

Харьковская операция 1942 года или Вторая харьковская битва — крупное сражение Великой Отечественной войны. Наступление советских войск началось как попытка стратегического наступления, но завершилось окружением и практически полным уничтожением наступающих сил Красной армии («операция Fredericus»). Из-за катастрофы под Харьковом стало возможным стремительное продвижение немцев на южном участке фронта на Воронеж и Ростов-на-Дону с последующим выходом к Волге и продвижением на Кавказ (см. Операция «Блау»).

Содержание

1 Предшествующие события
2 Расстановка сил
2.1 Барвенковский плацдарм
3 Майское наступление Красной Армии
4 Контрнаступление немцев
4.1 Барвенковская западня
5 Последствия
6 См. также
7 Примечания
8 Литература
9 Ссылки

Предшествующие события

После успешного отражения немецкого наступления в битве за Москву, советское верховное командование сочло возможным начать активные действия на других участках фронта. Военная промышленность, развёрнутая за Уралом, поставляла всё больше вооружений. РККА была пополнена очередным призывом. Всё это позволило не только пополнить действующие части РККА, но и создать 9 резервных армий Ставки.

Стратегический план 1942 состоял в том, чтобы «последовательно осуществить ряд стратегических операций на разных направлениях, чтобы заставить противника распылить свои резервы, не дать создать ему сильную группировку для отражения наступления ни в одном из пунктов»[6]. В приказе Верховного Главнокомандующего № 130 от 1 мая 1942 года говорилось:

Приказываю всей Красной Армии добиться того, чтобы 1942 год стал годом окончательного разгрома немецко-фашистских войск и освобождения советской земли от гитлеровских мерзавцев.

Одной из таких наступательных операций и была харьковская. В случае успеха, наступление под Харьковом позволило бы отсечь группу армий «Юг», прижать её к Азовскому морю и уничтожить.
Расстановка сил

В операции принимали участие войска Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов. Юго-Западный фронт имел в своём составе четыре общевойсковых армии (6-ю, 21-ю, 28-ю и 38-ю) и 5 танковых корпусов, 3 из которых ещё не участвовали в боях, а также 13 отдельных танковых бригад. Брянский фронт включал пять общевойсковых армий — 3-ю, 13-ю, 48-ю, 40-ю и 61-ю (всего 29 стрелковых, 7 кавалерийских дивизий (6 КК (26 кд, 28 кд, 49 кд, 106 кд), 5КК (60 кд, 34 кд, 30 кд)) , 11 стрелковых бригад); 2 танковых корпуса и 9 отдельных танковых бригад. В полосе фронта находился резерв Ставки: 5-я танковая армия (480 танков) и 17-й танковый корпус[7]. На момент начала майского наступления силы Красной Армии на харьковском участке составляли 640 тыс. солдат и офицеров и 1200 танков[8].

Руководство с советской стороны осуществляли: Главнокомандующий войсками Юго-Западного направления маршал Советского Союза С. К. Тимошенко, начальник штаба — генерал-лейтенант И. X. Баграмян, член Военного совета — Н. С. Хрущёв. Южным фронтом командовал генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский.

С немецкой стороны им противостояли силы группы армий «Юг», в составе: 6-я армия (Паулюс), 17-я армия (Гот) и 1-я танковая армия (Клейст) под общим командованием фельдмаршала Бока. Немецкий план окружения группировки войск Красной Армии под Харьковом в 1942 получил название «Операция „Фредерикус“».
Барвенковский плацдарм

В январе 1942 войска Юго-Западного фронта успешно провели наступление в районе Изюма, в результате которого был создан плацдарм на западном берегу реки Северский Донец в районе Барвенково, открывавший возможность дальнейшего наступления на Харьков и Днепропетровск. Была захвачена главная база снабжения 17-й армии в Лозовой и перерезана железнодорожная линия Днепропетровск-Сталино, по которой проходило снабжение 1-й танковой армии вермахта. С началом весенней распутицы наступление было остановлено.
Майское наступление Красной Армии
Боевые действия с декабря 1941 по 7 мая 1942

Командование вермахта планировало ликвидировать барвенковский плацдарм, начав наступление 18 мая. Однако Красная Армия начала наступать раньше, 12 мая, одновременным ударом по немецким войскам на севере с рубежа Белгород-Волчанск, а на юге — с северной части выступа линии фронта, проходившего в районе Лозовенька и Балаклея. Общей задачей наступающих советских войск было окружение 6-й армии вермахта в районе Харькова. Вначале удача сопутствовала Красной Армии. К 17 мая ей удалось потеснить части 6-й армии немцев и почти вплотную подойти к Харькову.

Южнее Харькова, продвигаясь по обоим берегам реки Северский Донец, советские 6-я (командующий — генерал-лейтенант А. М. Городнянский), 57-я (командующий — генерал-лейтенант К. П. Подлас) и 9-я армии (генерал-майор Ф. М. Харитонов) прорвали немецкую оборону, выйдя к Чугуеву и Мерефе, где завязались упорные бои.

На северном фланге операции советские войска силами 28-й армии генерал-лейтенанта Д. И. Рябышева (6 стрелковых и кавалерийских дивизий, 3 танковые и 2 механизированные бригады) в районе Волчанска создали прорыв глубиной 65 км и значительно продвинулось в районе Белгорода.

Пассивность войск правого фланга Юго-Западного фронта позволила немецкому командованию выводить часть сил с этого участка и перебрасывать их на угрожаемое направление. А бездействие всего Южного фронта дало возможность 17-й немецкой армии и всей армейской группе Клейста 13 мая без всяких помех начать перегруппировку войск и подготовку к контрудару на изюм-барвенковском направлении.

К исходу 16 мая стрелковые соединения обеих ударных группировок продвинулись на 20 — 35 км и вели бои на рубежах, овладение которыми планировалось на 3-й день операции. Подвижные войска вместо предусмотренного планом операции глубокого вклинения в глубину обороны противника находились ещё в прифронтовой полосе и на северном участке втягивались в оборонительные бои, а на южном готовились к вводу в прорыв. Во время боев 12—16 мая основная идея наступательной операции Юго-Западного фронта — уничтожение харьковской группировки противника путём охвата её главными силами северной и южной группировок — проводилась непоследовательно и недостаточно энергично. Наступление Юго-Западного фронта по-прежнему проводилось изолированно от Южного фронта.

На всем фронте 57 и 9-й армий, занимавших южную сторону барвенковского выступа, оборона строилась по системе опорных пунктов и узлов сопротивления. Боевые порядки дивизий не эшелонировались. Вторые эшелоны и резервы в дивизиях и армиях отсутствовали. Поэтому глубина тактической обороны не превышала 3-4 км. При всем этом, несмотря на полуторамесячный срок пребывания в обороне, работы по созданию оборонительных сооружений и инженерных заграждений проводились неудовлетворительно.

На всем 180-километровом фронте армий было построено всего 11 км проволочных заграждений. Таким образом, как оказалось, ни оперативное построение войск 57 и 9-й армий Южного фронта в обороне, ни инженерное оборудование местности не обеспечивали жесткой обороны южной стороны барвенковского выступа. Кроме того, действия немцев расценивались как оборонительные. Возможность наступления противника против барвенковского плацдарма в ближайшее время исключалась.
Контрнаступление немцев

План контрудара немцев состоял в том, чтобы, обороняясь ограниченными силами на ростовском и ворошиловградском направлениях, нанести два удара по сходящимся направлениям на южной стороне барвенковского плацдарма. Один удар намечался из района Андреевки на Барвенково и второй из района Славянска на Долгенькую с последующим развитием наступления обеих группировок в направлении на Изюм. Этими ударами немецкое командование рассчитывало рассечь оборону 9-й армии, окружить и уничтожить части этой армии восточнее Барвенково. В дальнейшем предполагалось выйти к реке Сев. Донец, форсировать её на участке Изюм-Петровское и, развивая наступление в направлении на Балаклею, соединиться с частями 6-й армии, оборонявшими Чугуевский выступ, и завершить окружение всей барвенковской группировки войск Юго-Западного направления. План получил кодовое название «операция Fredericus».

17 мая 1-я танковая армия вермахта Клейста нанесла удар в тыл наступающим частям Красной Армии. Частям Клейста уже в первый день наступления удалось прорвать оборону 9-й армии Южного фронта и к 23 мая отрезать советским войскам пути отхода на восток. С. К. Тимошенко доложил о произошедшем в Москву, прося подкреплений. Только что вступивший в должность начальника Генерального штаба Василевский предложил отвести войска с барвенковского выступа, однако Сталин разрешения на отступление не дал[9].

Уже к 18 мая ситуация резко ухудшилась. Начальник Генштаба А. М. Василевский ещё раз предложил прекратить наступление и вывести 6-ю, 9-ю, 57-ю армии и армейскую группу генерала Л. В. Бобкина с барвенковского выступа. Однако С. К. Тимошенко и Н. С. Хрущёв доложили, что угроза со стороны южной группировки вермахта преувеличена, и И. В. Сталин вновь отказался дать приказ на отвод войск[10]. В результате к 23 мая значительная часть войск ударной группировки Красной Армии оказалась в окружении в треугольнике Мерефа-Лозовая-Балаклея.
Барвенковская западня
Развитие событий с 25 мая по 15 июня 1942

С 25 мая начались отчаянные попытки попавших в окружение частей Красной Армии вырваться из окружения. Командующий 1-й горно-стрелковой дивизией генерал Г.Ланц (нем. Hubert Lanz) вспоминал о чудовищных атаках большими массами пехоты. К 26 мая окруженные части Красной Армии оказались заперты на небольшом пространстве площадью примерно 15 кв. км. в районе Барвенково. Попытки прорвать окружение с востока блокировались упорной обороной немцев при активной поддержке авиации. 28 мая последовал приказ маршала С. К. Тимошенко о прекращении наступательной операции, но усилия по выходу из окружения попавших в него частей Красной Армии продолжались вплоть до 31 мая.

Остатки частей 6-й и 57-й армий, при поддержке сводной танковой группы генерал-майора Кузьмина, состоявшей из остатков 5-й гвардей*ской, 7-й, 37-й, 38-й и 43-й танковых бригад, а также ос*татков 21-го и 23-го танковых корпусов, с огромными потерями сумели прорваться к своим в районе села Лозовенька[11].

Несмотря на все усилия наших войск, вырваться из «барвенковской западни» удалось не более десятой части окружённых[12]. Советские потери составили 270 тыс. человек, из них 171 тыс. — безвозвратно[3]. В окружении погибли или пропали без вести: заместитель командующего Юго-Западным фронтом генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко, командующий 6-й армией генерал-лейтенант А. М. Городнянский, командующий 57-й армией генерал-лейтенант К. П. Подлас, командующий армейской группой генерал-майор Л. В. Бобкин[13] и ряд генералов, командовавших попавшими в окружение дивизиями.

Один из авторов харьковской наступательной операции начальник штаба Юго-Западного фронта генерал-лейтенант И. Х. Баграмян в своих мемуарах пытался объяснить её провал ошибочными действиями других военачальников [14].
Последствия
Основная статья: Воронежско-Ворошиловградская операция
Боевые действия с 7 мая по 23 июля 1942

В результате поражения крупных сил Красной Армии под Харьковом оборона советских войск в полосе Южного и Юго-Западного фронтов оказалась кардинально ослабленной. Пользуясь этим, немецкое командование начинает успешно развивать заранее намеченное стратегическое наступление по двум направлениям — на Кавказ и на Волгу («Вариант Блау»).

28 июня 4-я танковая армия под командованием Германа Гота прорвала фронт между Курском и Харьковом и устремилась к Дону. 7 июля немцы заняли правобережье города Воронеж. 4-я ТА вермахта повернула на юг и стремительно двинулась на Ростов между Донцом и Доном, громя по дороге отступающие части Юго-Западного фронта. Только пленными РККА потеряла на данном участке более 200 тыс. человек[15]. По другим данным — только 80 тыс.[16]

23 июля пал Ростов-на-Дону — путь на Кавказ был открыт.

6-я армия вермахта к началу августа вышла на подступы к Сталинграду.

28 июля 1942 года издается знаменитый приказ № 227 «Ни шагу назад!».
См. также

Великая Отечественная война
Первая битва за Харьков (октябрь 1941)
Третья битва за Харьков (февраль-март 1943)
Белгородско-Харьковская стратегическая наступательная операция «Румянцев» (август 1943)
Немецкая оккупация Харькова

Примечания

↑ 369- й хорватский усиленный пехотный полк - Последний триумф Вермахта. Харьковский «котел»
↑ Россия и СССР в войнах XX века — Потери вооруженных сил

Россия и СССР в войнах XX века — Потери вооруженных сил
↑ Im Kessel von Demjansk
↑ 1942 со ссылкой на BA/MA RW 6/556, 6/558.
↑ Борис Соколов «Неизвестный Жуков». Мн., 2000, стр. 358
↑ Владимир Бешанов. Год 1942 — «учебный»
↑ Митчем, стр. 218
↑ Zhukov, Memoires, Moscow, Olma-Press, 2002, p. 63
↑ Zhukov, p.64
↑ Бои за Харьков, май 1942 года
↑ Glants, David M., Kharkov 1942: Anatomy of a Military Disaster.
↑ ОБД «Мемориал»
↑ Баграмян.
↑ Ф. Мелентин «Бронированный кулак Вермахта» — Смоленск: Русич, 1999, стр. 236
↑ ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА -[ Военная история ]- Дёрр Г. Поход на Сталинград

Литература

Абатуров, Валерий. Харьков — проклятое место Красной Армии. М.: Яуза; ЭКСМО, 2008. 539 с.
Баграмян И. Х. Так мы шли к победе. — М.: Воениздат, 1977.
Быков К.В. Последний триумф вермахта: Харьковский «котел». — 2-е. — М: Яуза-Пресс, 2009. — P. 480. — (Солдат Третьего Рейха). — 3000 экз. — ISBN 978-5-9955-0064-3.
Исаев А. В. — Краткий курс истории ВОВ. Наступление маршала Шапошникова. — М.: Яуза, ЭКСМО, 2005.
Жаркой Ф. М. Танковый марш. Под ред. М. Ф. Жаркого. Танковый марш.. — СПб. : Издательство Михайловской военной артиллерийской академии, 2015. Изд. 4-е, перераб. и доп.. — 212 с.

Ссылки
П: Портал «Великая Отечественная война»
П: Портал «Вооружённые силы»
commons: Вторая битва за Харьков на Викискладе

Фронтовая Иллюстрация. Бои за Харьков в мае 1942 года
Die Deutsche Wochenschau Nr. 614. Видео 2-й битвы за Харьков

Кадет Биглер

01.06.2017, 11:22

31 мая 1942 года

В Праге совершено покушение на имперского заместителя протектора Богемии и Моравии, обергруппенфюрера СС Рейнхарда Гейдриха, одного из главных инициаторов создания системы концентрационных лагерей. В 1932 г. Гейдрих вступил в СС, в 1934 г. он назначен шефом центральной службы гестапо. В 1934 г. во время событий "Ночи длинных ножей" Гейдрих сыграл решающую роль в уничтожении берлинской организации штурмовиков. 17 июня 1936 г. он был назначен руководителем тайной полиции (зипо) и СД. В 1940 г. Гейдрих стал президентом Международной комиссии криминальной полиции и в этой должности приступил к организации системы немецкого шпионажа в других странах. В 1941 г. ему было присвоено звание обергруппенфюрера СС (генерал). К этому времени Гейдрих стал главным управляющим системы концентрационных лагерей; им было создано первое гетто для евреев. 27 сентября 1941 г. Гитлер назначил его заместителем рейхспротектора Богемии и Моравии. 4 июня 1942 г. Гейдрих скончался. В траурной речи Гитлер назвал Гейдриха "человеком с железным сердцем". Смерть Гейдриха послужила сигналом к массовым кровавым репрессиям в отношении мирного населения Чехословакии.

31 мая 1942 года

В осаждённом Ленинграде состоялся футбольный матч на стадионе "Динамо". Матч прерывался на время обстрела и бомбёжок. Его транслировали по радио, в том числе и в сторону позиций врага.

Бессмертный полк

01.06.2017, 11:37

1942 г.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/3596.jpg
Некоторое время назад Советскому Главному Командованию стали известны планы немецкого командования о предстоящем крупном наступлении немецко-фашистских войск на одном из участков Ростовского фронта. На этом участке фронта немецкое командование сосредоточило не менее 30 пехотных дивизий, 6 танковых дивизий и большое количество артиллерии и самолётов. Чтобы предупредить и сорвать удар немецко-фашистских войск, Советское Командование начало наступление на Харьковском направлении, при этом в данной операции захват Харькова не входил в планы Командования. В течение двух недель на этом участке фронта происходили ожесточённые бои.

Основная задача, поставленная Советским Командованием, — предупредить и сорвать удар немецко-фашистских войск — выполнена. В ходе боёв немецко-фашистские войска потеряли убитыми и пленными не менее 90 тысяч солдат и офицеров, 540 танков, не менее 1.500 орудий, до 200 самолётов. Наши войска в этих боях потеряли убитыми до 5 тысяч человек, пропавшими без вести 70 тысяч человек, 300 танков, 832 орудия и 124 самолёта.

Чистый исторический интернет

01.06.2017, 14:14

https://pbs.twimg.com/media/DBIN6ykXUAEUDSm.jpg

Пусть фашисты знают, как «мертвые играют в футбол». Вратарь «Динамо» Набутов был защитником Невского пятачка
https://pbs.twimg.com/media/DBIKDGbXUAEjQnk.jpg
31 мая 1942 легендарный «матч жизни» в блокадном Ленинграде на стадионе «Динамо». Уйти с поля не было сил…
https://pbs.twimg.com/profile_images/815401572402397184/VuNgmWdr_400x400.jpg

Совинформбюро

01.06.2017, 14:37

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/31/2794/
УТРЕННЕЕ СООБЩЕНИЕ 31 МАЯ

В течение ночи на 31 мая на Изюм-Барвенковском направлении наши войска вели оборонительные бои с танками и пехотой противника.

На других участках фронта существенных изменений не произошло.

На одном из участков Калининского фронта наши части заняли важные рубежи противника. Стремясь вернуть потерянные позиции, немцы подтянули крупные резервыи в течение трёх дней неоднократно предпринимали контратаки, которые были отбиты с большими для них потерями. На поле боя осталось до 1.100 вражеских трупов.Взяты пленные. Сбиты два немецких самолёта. На другом участке фронта в результате двухдневного ожесточённого боя гитлеровцы потеряли убитыми более 500 солдат и офицеров. На этом же участке подбито 2 немецких танка.

Наши части, действующие на отдельных участках Ленинградского фронта, разрушили несколько вражеских ДЗОТов и блиндажей, уничтожили 12 станковых пулемётов и 2 миномёта. Противник потерял убитыми свыше 200 солдат и офицеров.

Звено советских истребителей под командованием майора И. Гейба прикрывало боевые порядки наших войск. Неожиданно в воздухе появилась группа немецких самолётов. Наши лётчики смело атаковали и рассеяли самолёты противника. Майор Гейба сбил немецкий истребитель «Мессер-шмит-109» и бомбардировщик «Юн-керс-88». Наши лётчики потерь не имели.

Танковый экипаж тов. Абашкина на днях в бою с противником уничтожил 4 немецких танка.

Группа снайперов подразделения тов. Белова за последние 2 месяца истребила170 немецких солдат и офицеров. Руководитель этой группы т. Хохлов и снайпер т.Христиченко уничтожили по 31 гитлеровцу, снайпер т. Бычков — 23, т. Серёгин— 21,т. Воронцов — 19 гитлеровцев.

Партизанский отряд «Лазо», действующий в одном из оккупированных немцами районов Смоленской области, в течение трёх дней вёл бой с крупными силами противника. Партизаны отбили несколько атак немецких частей и нанесли врагу серьёзный урон. Немецко-фашистские оккупанты потеряли убитыми 300 солдат и офицеров.

Добровольно сдавшийся в плен финский капрал Лайне рассказал: «В Финляндии многие тюрьмы переполнены дезертирами с фронта. Солдаты не хотят воевать. В некоторых частях были случаи коллективного отказа итти в бой. Финская армия испытывает острый недостаток в обмундировании. Всем мобилизованным в армию приказано явиться на сборные пункты со своей одеждой и обувью. Призванный получает только френч и ремень. Немцы постепенно прибирают всё к своим рукам. В Хельсинки имеется даже специальная немецкая полиция. Это вызывает еще большее возмущение финского населения и финских солдат».

Немецко-фашистские мерзавцы превращают мирных жителей оккупированных советских районов в бесправных рабов. В селе Задонецкое, Харьковской области,гитлеровцы заставляют колхозников пахать землю, запрягая в плуг по 10—12 мужчин и женщин. Работа длится с раннего утра до поздней ночи. За невыход в поле немцы накладывают штраф в 300 рублей и подвергают публичной порке.

Продовольственное положение Германии продолжает ухудшаться. Фашистская печать подготовляет население к новому сокращению продовольственных норм. Газета«Националь социалистише ландпост» сообщает, что «урожай этого года не улучшит продовольственного положения Германии. Вследствие необычайно больших холодов,нынешней зимой погибло значительно больше посевов, чем в прошлые годы». Огромныеплощади земель остались незасеянными. Скудные продовольственные запасы в стране иссякают. Во многих городах население не получает даже и половины установленной нормы выдачи хлеба.

Трудящиеся Казахской республики coбрали и отправили бойцам и трудящимся Ленинграда 135 вагонов продовольственных подарков. В числе подарков 310 тоннмяса, 400 тонн муки, 60 тонн крупы, 47 тонн риса, 30 тонн сушёных фруктов, масло, сало, яйца, сухари и другие продукты.

ВЕЧЕРНЕЕ СООБЩЕНИЕ 31 МАЯ

В течение 31 мая на фронте ничего существенного не произошло.

По уточнённым данным, за 29 мая уничтожено не 94 немецких самолёта, как обэтом сообщалось ранее, а 143.

Нашими кораблями и авиацией в Чёрном море потоплен транспорт противника водоизмещением в 8.000 тонн и в Финском заливе потоплены тральщик и транспорт противника.

За 30 мая частями нашей авиации на разных участках фронта уничтожено или повреждено 11 немецких танков, 70 автомашин с войскам и грузами, 45 повозок с боеприпасами, 12 автоцистерн с горючим, радиостанция, 16 полевых и зенитных орудий, 11 зенитно-пулемётных точек, разбито 32 железнодорожных вагона и паровоз, взорвано 2 склада с боеприпасами, рассеяно и частью уничтожено до восьми рот пехоты противника.

На одном из участков Ленинградского фронта батальон немецких автоматчиков пытался обойти наши подразделения, которыми командуют тт. Педа и Варанов. Нанеся врагу большой урон ружейно-пулемётным огнём, наши бойцы перешли в контратаку. В рукопашной схватке противник был отброшен с большими для него потерями. Только у переднего края обороны наши бойцы насчитали 160 вражеских трупов.

Артиллеристы подразделения, действующего на Южном фронте, уничтожили 6немецких танков, несколько миномётов и пулемётов и не менее 150 немецких солда ти офицеров.

Группа наших бойцов под командованием лейтенанта Дежкова заминировала дорогу, соединяющую два опорных пункта немецкой обороны. На следующий день на минах взорвался проходивший по дороге немецкий танк.

Отряд смоленских партизан «Смерть фашизму» под командованием тов. С. уничтожил немецкий танк, 5 автомашин, трактор-тягач и 35 гитлеровцев.

Пленный ефрейтор 4 немецкой танковой дивизии Иозеф С. рассказал: «В конце1940 года меня, в числе тысячи поляков, послали на принудительные работы в Германию, на строительство фабрики в Дудерштадте. Жили мы в лагере, обнесенном проволокой, кормили нас отбросами и гнилью. За 3 месяца от голода и болезней в лагере умерло около 90 человек. Через некоторое время я был призван в германскую армию. У меня не было никакого желания служить немцам, поработившим мою родину.Недавно, когда солдаты, строившие блиндажи, пошли обедать, я лесом направился в сторону русских. По дороге встретил красноармейца, отдал ему свой карабин и предъявил советскую листовку».

У немецкого обер-ефрейтора Гимпела найдено неотправленное письмо к жене. В нём он писал: «...Вчера я присутствовал на похоронах 24 товарищей нашего полка.Среди них было три офицера. Когда мы сюда пришли, то похоронили 6 солдат, а.через несколько дней число убитых солдат выросло до сотни. Больно и страшно сознавать, что всё больше и больше товарищей никогда не вернётся на родину...».

Из немецкого лагеря военнопленных, расположенного близ города Луги, бежало 5красноармейцев. Они рассказали о чудовищных издевательствах гитлеровцев над пленными красноармейцами. Немцы морят пленных голодом. Многие из них настолько ослабли, что не в состоянии передвигаться. За малейший проступок фашистские людоеды подвергают красноармейцев неслыханным мучениям и казни. Однажды за пропажу доски был наказан весь лагерь. Пленных заставили лечь в болото и долгое время не разрешали подниматься. Одного из красноармейцев немецкие изверги повесили челюстями на крючок и не снимали в течение нескольких дней.

ПОМНИ ВОЙНУ

01.06.2017, 14:46

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/5/31/2427/
На фронте группы армий «Юг» — только местные атаки. Развёртывание проходит планомерно. Передвижениям войск мешает плохая погода.

Войска группы армий «Центр» ведут успешное наступление против кавалерийского корпуса Белова.

Действия партизан на железных дорогах принимают более широкие масштабы.

На севере в результате наступления с севера и юга закрыт коридор «Эрика» (коридор, проходивший западнее Волхова к русским 2-й ударной и 52-й армиям), вероятно, не без потерь. Намерение противника очистить волховский мешок установлено совершенно точно. Замыслы противника в отношении погостьенского мешка ещё не выяснены.

Москаленко Кирилл Семёнович

01.06.2017, 15:03

http://militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-1/05.html
Глава V.

I

Сложившаяся в результате зимней кампании 1942 г. конфигурация фронта в районе Харькова, казалось, подсказывала необходимость проведения новой наступательной операции с целью освобождения города и прилегающего к нему промышленного района. К югу от Харькова образовался так называемый изюмский выступ глубиной до 90—100 км, а к северо-востоку, в районе г. Волчанок, советские войска владели плацдармом на западном берегу реки Северный Донец. Это значило, что для войск Юго-Западного фронта появились предпосылки к тому, чтобы посредством двухстороннего охвата освободить важный индустриальный центр. Таким образом, обстановка требовала проведения наступательной операции крупными силами.

События, развернувшиеся на этом участке фронта в мае 1942 г., так и именуются — Харьковская наступательная операция. Операция привела к крупному неуспеху Красной Армии. Поэтому во всей военно-исторической литературе на нее указывают как на характерный пример неудачной наступательной операции.

Я — один из ее участников. Помню, как она готовилась и осуществлялась. Более того, мне хорошо знакомы обстоятельства, при которых возникла идея операции. Вспоминая сейчас обо всем этом, тешу себя надеждой, что мой рассказ дополнит существующее представление о боевых действиях в районе Харькова в мае 1942 г.

Идея освобождения Харьковского промышленного района зародилась, как уже отмечалось, еще в декабре 1941 г. Тогда она была лишь одним из элементов плана зимней кампании, разработанного Военным советом Юго-Западного направления. Именно эту часть плана одобрила Ставка Верховного Главнокомандования, после чего и были подготовлены и осуществлены одна за другой в январе и марте 1942 г. две описанные выше наступательные операции советских войск на юге.

Читатель уже знает, что ни первая, ни вторая не привели к желаемому результату. Они показали, что на этом участке фронта [173] сложилось неблагоприятное для нас соотношение сил и средств, в особенности таких решающих, как танки, артиллерия, авиация. Изменить его в нашу пользу — вот что было необходимо для освобождения Харьковского промышленного района. Другим, не менее существенным, являлось устранение недостатков в организации и управлении боевыми действиями, отрицательно сказавшихся на ходе и исходе наших зимних наступательных операций.

Имелась ли у командования Юго-Западного направления и фронта реальная возможность выполнить эти два условия при подготовке и осуществлении Харьковской наступательной операции?

Расскажу о том, какого мнения на этот счет придерживался Военный совет направления. Представление об этом я получил, присутствуя вместе с бригадным комиссаром Н. Г. Кудиновым на заседании Военного совета в двадцатых числах марта 1942 г. Ныли здесь командующие и члены Военных советов и других армий Юго-Западного фронта.

Открывая заседание, маршал С. К. Тимошенко подчеркнул, что в результате поражений, нанесенных немецко-фашистским войскам в ходе зимней кампании, инициатива боевых действий захвачена Красной Армией. Далее он обратился к ситуации на юге и охарактеризовал ее как выгодную для Красной Армии. В течение зимы, говорил он, главное командование Юго-Западного направления навязывало свою волю противнику, выбирало место и время нанесения ударов. Главнокомандующий отметил, что хотя наступление на стыке Юго-Западного и Южного фронтов в январе-феврале и в марте не достигло поставленных целей, так как проводилось ограниченными силами, тем не менее врагу нанесен чувствительный урон. Кроме того, эти операции способствовали занятию выгодных исходных рубежей для ликвидации харьковской группировки противника. Затем маршал Тимошенко сказал, что уже в ближайшее время мы сможем привлечь для разгрома врага значительные силы, и в связи с этим предложил подвести итоги зимней кампании и наметить план боевых действий на весенне-летний период 1942 г.

Начальник штаба генерал И. X. Баграмян посвятил свой доклад анализу сложившейся обстановки.

Прежде чем коснуться содержания доклада, должен сказать, что вполне согласен со следующими строками из воспоминаний маршала А. М. Василевского: «Одной из причин крупного поражения наших войск на юге весной 1942 г. был просчет Ставки и Генштаба в определении замысла противника и основных направлений его действий летом 1942 г.»{60}.

Следует лишь добавить, что определенную роль в этом сыграли и доклады Военного совета Юго-Западного направления Ставке Верховного Главнокомандования об обстановке на юге страны. [174]

Так, в одном из них сообщалось, что противник сосредоточивает восточное Гомеля и в районах Кременчуга, Кировограда, Днепропетровска крупные резервы со значительным количеством танков. Основная часть личного состава немецких танковых дивизий, как отмечалось далее, находилась в тылах в ожидании получения новых боевых машин. В докладе было сказано, что, в частности, в Полтаве сосредоточено до 3500 танкистов, т. е. экипажи на 1000—1200 боевых машин. Считалось также вероятным, что вражеское командование перебросит на советско-германский фронт с Запада до 45 пехотных дивизий, из которых примерно 15 будут направлены на юг, кроме того, ожидалось прибытие туда же до двадцати румынских, венгерских и итальянских дивизий.

Эти данные наводили на мысль, что противник готовился нанести сильный удар и на южном крыле советско-германского фронта. Там благоприятствовали такому замыслу и условия погоды, и характер местности, предоставлявший широкий простор для массового применения всех родов войск и всех видов боевой техники. Более того, как рассказывал мне уже после войны маршал И. X, Баграмян, весной 1942 г. ему как начальнику штаба Юго-Западного направления было доверительно сообщено, что, по оценке разведывательного управления Генерального штаба, сделанной на основе поступавших разведывательных данных, немецко-фашистские войска намеревались наносить удар летом 1942 г. не на московском, а на юго-западном направлении.

Факты показывают, что командование и штаб Юго-Западного направления, как и Ставка, не согласились с выводом разведывательного управления, хотя он подтверждался разведывательными данными, имевшимися в их распоряжении. 22 марта 1942 г. Военный совет направления в докладе Верховному Главнокомандующему о перспективах боевых действий на юге в весенне-летний период доносил следующее: «... Мы считаем, что враг, несмотря на крупную неудачу осеннего наступления на Москву, весной будет вновь стремиться к захвату нашей столицы.

С этой целью его главная группировка упорно стремится сохранить свое положение на московском направлении, а его резервы сосредоточиваются против левого крыла Западного фронта (восточное Гомель и в районе Брянск)...

На юге следует ожидать наступления крупных сил противника между течением р. Сев. Донец и Таганрогским заливом с целью овладения нижним течением р. Дон и последующего устремления на Кавказ к источникам нефти...»{61}

Таким образом, предполагалось, что немецко-фашистские войска нанесут два удара. И хотя отмечалось, что на южном участке фронта противник сосредоточивал крупные силы, но почему-то главным направлением считалось московское. [175]

Подобный характер носил и доклад И. X. Баграмяна на вышеупомянутом заседании Военного совета Юго-Западного направления в конце марта 1942 г.

На фронте от Белгорода до Лозовой, гласил доклад, оперативное построение войск 6-й немецкой армии в ходе наших активных действий приведено в сильное расстройство. Нет ни одной пехотной или танковой дивизии, которая бы компактно занимала оборону на определенном участке фронта. Израсходованы оперативные резервы. В ходе боевых действий в районе Харькова противник вынужден перебрасывать на это направление отдельные полки, батальоны и даже роты с менее активных участков фронта, формировать из них боевые группы и затыкать ими образовавшиеся бреши в линии фронта.

Докладчик привел ряд примеров. Так, сказал он, части и отдельные подразделения 158-й пехотной дивизии действовали на курском, белгородском и харьковском направлениях, а части 79-й пехотной дивизии — на белгородском, харьковском и красноградском. Отдельные части и подразделения указанных дивизий вошли в две дивизионные боевые группы, из которых одна обороняла южные подступы к Харькову, а другая — красноградское направление. Из десяти пехотных дивизий, противостоящих войскам Юго-Западного фронта, восемь раздерганы по полкам и батальонам. Это настолько затруднило управление и снабжение всей группировки противника в целом, что ее командование даже при непродолжительном затишье, вероятно, предпримет меры для устранения перемешивания частей.

Вывод из всего этого был следующий: харьковская группировка противника не могла начать активных боевых действий до прибытия значительного пополнения личным составом и материальной частью, восстановления оперативного построения войск и подхода крупных оперативных резервов.

Далее генерал Баграмян детализировал высказанное перед этим маршалом Тимошенко убеждение в том, что лишь с наступлением тепла противник начнет активные действия. Начальник штаба сообщил, что, по данным, поступившим из различных источников, противник начал сосредоточение резервов, в том числе значительного числа танков. Речь шла об уже упоминавшихся районах восточное Гомеля, а также Кременчуга, Кировограда и Днепропетровска. Это со всей очевидностью раскрывало его намеренно предпринять весной решительные наступательные действия. Тот факт, что враг готовил наступление с решительными целями, явствовал также из показаний пленных, причем последние держались теперь, в отличие от зимнего периода, так же нагло и самоуверенно, как в начале войны, когда им обещали «блицкриг».

Замечу, что в те последние дни марта, когда происходило описываемое заседание Военного совета Юго-Западного направления, немецко-фашистское командование уже разработало оперативно-стратегические планы летней кампании. Они были окончательно [176] одобрены Гитлером в подписанной им несколько дней спустя, 5 апреля, директиве № 41. В ней говорилось: «...Мы должны снова овладеть инициативой и навязать свою волю противнику, как только это позволят условия погоды и местности....»{62}.

Правильно предугадывая наступательный характер планов немецко-фашистского командования на лето, штаб Юго-Западного направления менее успешно определил направление и масштабы ближайших действий врага. Предполагалось, что противник будет наступать на двух важнейших стратегических направлениях.

Первым из них, как и прежде, считалось московское. Там, как ожидалось, немецко-фашистское командование, несмотря на поражение своих войск зимой 1941/42 г., могло нанести новый удар с целью захвата столицы нашей Родины. Наряду с фронтальными ударами по войскам Западного фронта ожидались обходные маневры крупных танковых и механизированных сил с юга и юго-востока для выхода на Волгу в районе Горького с целью изоляции Центрального промышленного района от Среднего Поволжья и Урала.

Вторым направлением, согласно тем же предположениям, должно было стать южное. Здесь намерения противника определялись так: овладение низовьями Дона с последующим ударом на Кавказ, к источникам нефти. На этом направлении считались вероятными вспомогательные удары на Сталинград и из Крыма на Кавказское побережье Черного моря. Предусматривалась и возможность появления третьего вспомогательного направления — из Курска на Воронеж. Цель — перерезать железнодорожные магистрали, связывающие центр страны с югом.

Изложив все это, генерал Баграмян сделал вывод, что вражеское командование может начать активные действия в середине мая. Затем он охарактеризовал противостоящие друг другу силы на юге советско-германского фронта, их состояние и возможное усиление в ближайшее время. В заключение докладчик сказал, что наши войска располагают большими преимуществами и поэтому должны упредить намерения противостоящего врага, разгромить его силы и выйти на рубеж среднего течения реки Днепр{63}.

Основываясь на опыте наступления 6-й армии в январе и 38-й армии в марте, я высказал сомнение в возможности осуществления таких широких планов, напомнил о неукомплектованности дивизий личным составом и вооружением, слабой обученности прибывшего пополнения, отсутствии подвижных ударных соединений. О том же говорили другие командармы. Отмечались также недостаточная подготовка командного состава низшего и среднего звена, отсутствие необходимого количества танков непосредственной поддержки пехоты, слабость вторых эшелонов и резервов в проводимых наступательных операциях. [177]

Члены Военного совета, настроенные оптимистически, постарались рассеять сомнения командармов. Они заверили, что операций на намечаемую большую глубину будут планироваться последовательно, дивизии получат недостающее пополнение и вооружение, для обучения личного состава отводится необходимое время. Нам обещали, что танков будет достаточно не только для непосредственной поддержки пехоты, но и для создания подвижных ударных групп с целью развития успеха наступления. Наконец, член Военного совета Н. С. Хрущев заявил, что Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин сам поставил перед войсками фронта эту задачу и что уже одно это является гарантией успеха.

Должен сказать, что это сообщение, впоследствии, впрочем, не подтвердившееся, прозвучало тогда весьма обнадеживающе. Мы сочли, что возложенная на нас задача связана с широкими планами Ставки и, возможно, имеет особо важное значение для всей предстоящей весенне-летней кампании Красной Армии. В этом случае, как мы понимали. Ставка должна была позаботиться о необходимом усилении армий, выделенных для участия в наступательной операции в районе Харькова.

II

Успокоенные относительно предстоящих операций, мы с Н. Г. Кудиновым сразу же после заседания поспешили возвратиться на командный пункт армии.

Там нас ждал бурный водоворот событий. Ведь в те дни 38-я армия продолжала вести напряженные бои, не дававшие, к нашей величайшей досаде, ожидаемого результата. Дивизии наступали, но осуществить прорыв не могли. Более того, вновь подтвердилась истина, что выталкивание противника никогда не приводит к решительной победе, а чаще всего таит в себе неприятные сюрпризы. Горькую пилюлю пришлось проглотить и нам. Я имею в виду уже упоминавшийся контрудар, который фашистские войска нанесли по правому флангу 38-й армии, поставив под угрозу все территориальные успехи, которых мы добились в ходе наступления. Ликвидация последствий этого контрудара потребовала немалых усилий и заставила ввести в бой резервы.

На этом, собственно, и окончилась наступательная операция, начатая в марте. Однако бои местного значения продолжались и впоследствии, вплоть до 9 апреля, когда противнику удалось оттеснить наши войска за р. Большая Бабка и закрепиться в населенном пункте Песчаное, который до этого несколько раз переходил из рук в руки.

Бои местного значения доставляли нам серьезные неприятности. Противник, подтянувший на наш участок фронта часть сил пяти пехотных и одной танковой дивизий, не хотел примириться [178] с захватом плацдарма на западном берегу Северного Донца. Враг прилагал максимум усилий, чтобы сбросить нас с этого клочка земли. Днем и ночью предпринимались контратаки пехоты при поддержке танков, причем в самых неожиданных направлениях. Мы их успешно отражали, причиняли врагу серьезный урон, но и сами несли немалые потери.

Так обстояло дело на нашем участке фронта. На других же царило затишье, прерываемое отдельными огневыми налетами. Поэтому там можно было заниматься обучением красноармейцев и командиров, их подготовкой к предстоявшей новой наступательной операции. Нам же вместо этого приходилось держать войска на переднем крае.

Тем не менее мы тоже делали все возможное. И вдруг выяснилось, что 38-й армии ставилась задача на оборону.

10 апреля, на следующий же день после того как утихли бои на правом фланге армии, была издана директива войскам Юго-Западного фронта. Она, в частности, предписывала армии передать вновь сформированному полевому управлению 28-й армии четыре стрелковые дивизии с их полосами обороны, мотострелковую бригаду, кавалерийский корпус и почти все имевшиеся у нас средства усиления. Это значило, что мы лишались как раз того участка фронта, расположенного между населенными пунктами Огурцово и Печенеги, где наша армия в марте наступала и, преодолев упорное сопротивление противника, овладела так называемым Старосалтовским плацдармом в междуречье Северного Донца и Большой Бабки.

Взамен этого 38-й армии передавались из 6-й армии две стрелковые дивизии с их полосами обороны (Бригадировка, Щуровка, Меловая, Нижний Бишкин) и ставились следующие задачи: «Прочно оборонять занимаемый рубеж и особенно направление Чугуев — Купянск и Балаклея — Изюм. С начала наступления 28-й и 6-й армий активизировать оборону с целью сковывания противостоящих сил противника»{64}.

Я был в полнейшем недоумении. Ведь командование и штаб 38-й армии за месяц наступательных боев не только хорошо узнали сильные и слабые стороны своих войск, но и изучили противостоящего врага и его систему обороны. Мы приобрели некоторый опыт организации наступательных действий на этом участке фронта, блокировки опорных пунктов противника. Ни одним из этих преимуществ не обладал штаб 28-й армии. Между тем именно ему предстояло руководить нанесением главного удара в этой полосе и осуществлением прорыва вражеской обороны на широком фронте. На мой взгляд, это не облегчало, а затрудняло выполнение общей задачи. Представлялось целесообразным использовать 38-ю армию не только для сковывания войск противника [179] на Чугуевском плацдарме, но и для нанесения удара частью сил в тыл чугуевско-балаклеевской группировки противника. Свои соображения я изложил в донесении штабу фронта.

Тем временем согласно той же директиве от 10 апреля в полосе фронта начались перегруппировка и сосредоточение сил для предстоящей наступательной операции. 38-я же армия, передав 28-й значительную часть своих войск с их участками, приступила к основательному переоборудованию переднего края и созданию промежуточного рубежа обороны. Первое необходимо было для того, чтобы к моменту, когда растает снег и спадет талая вода, войска на переднем крае не остались бы по существу на открытой необорудованной местности, второе — для придания обороне должной глубины. На переднем крае войска спешно зарывались в землю, укрепляли позиции. Усилиями 81-й дивизии, находившейся в резерве армии на рубеже Нов. Бурлук — Юрченково — Лелюковно, не по дням, а по часам вырастала промежуточная позиция для прикрытия важнейшего в обороне армии направления Чугуев, Купянск.

Неоценимую помощь в строительстве оборонительных рубежей оказало нам местное население. Женщины, старики, подростки выходили на окопные работы целыми селами и трудились от зари до зари. Мы поддерживали тесную связь с местными органами власти и в свою очередь оказывали им всевозможную помощь, например в полевых работах, а затем в эвакуации на восток населения, промышленного оборудования, колхозного скота и другого имущества.

В Купянске тогда находились харьковские обком партии и облисполком. Помню, они расположились рядом с командным пунктом армии. Здесь я вновь встретился с первым секретарем обкома партии А. А. Епишевым, с которым познакомился еще в марте 1942 г. Мне было известно, что в свое время он состоял в кадрах Красной Армии и окончил Бронетанковую академию. Будучи направлен на Харьковский тракторный завод, он работал там парторгом ЦК партии, а затем был избран секретарем обкома. На этом посту его и застала война.

Осенью 1941 г. он руководил эвакуацией крупнейших заводов, учреждений и материальных ценностей Харькова и области. Одновременно возглавил народное ополчение, участвовавшее в обороне города, создал подпольные обком и райкомы партии для развертывания партизанского движения в тылу врага. Они вели активную борьбу с оккупантами, о чем свидетельствовали сводки Совинформбюро, часто сообщавшие о действиях партизан Харьковщины.

То обстоятельство, что секретарем обкома был не только весьма деятельный, но и разносторонне подготовленный, растущий руководитель, в немалой степени помогло в налаживании наших контактов с местными органами власти в Купянске. Забегая вперед, отмечу также, что работники обкома и облисполкома оставались [180] на своем посту до последнего момента и отходили на восток с последними частями Красной Армии. Председатель облисполкома П. Г. Свинаренко погиб в Купянске во время налета вражеской авиации.

Штаб армии в эти дни работал с не меньшим напряжением, чем в период наступления. Он руководил оборонительными мероприятиями, обучением войск, изучал и обобщал опыт проведенной операции. Надо отдать должное организаторским способностям начальника штаба полковника С. П. Иванова, его неиссякаемой энергии и умению проникать в существо происходящих событий и явлений, находить главное звено и видеть перспективу развития. Изо дня в день сколачиваемый им штаб постепенно становился действенным органом управления, руководившим всей многогранной жизнью и деятельностью войск.

Мы уже почти смирились с переходом армии к обороне, как все вновь переменилось.

Началось с того, что к нам прибыл Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко. Считалось, что цель его приезда — проверка состояния обороны на участке армии и ознакомление с поведением противника. Но вот мы с ним проехали вдоль переднего края от Базалеевки до Балаклеи. Позади остался и осмотр промежуточного рубежа. Уже Семен Константинович одобрил проделанную войсками армии оборонительную работу, а все казалось, что главное, из-за чего он приехал, еще не сказано.

Так оно и было. Это выяснилось перед самым его отъездом.

— Не надоело сидеть в обороне? — улыбаясь, спросил он, когда мы вернулись на командный пункт армии. И, не дав мне ответить, продолжал: — Знаю, надоело, и не одному тебе. Все мы предпочитаем наступление...

Я полагал, что Семен Константинович собирается объяснить значение поставленной 38-й армии задачи на оборону, и уже приготовился сказать, что оно мне вполне понятно. Но маршал Тимошенко предостерегающе поднял руку:

— Помолчи. Не перебивай, слушай внимательно. — Откинувшись на спинку стула, он говорил медленно, как бы взвешивая каждое слово.— Все время думаю о предстоящем наступлении. Беспокоит меня ударная группировка на Старосалтовском плацдарме, руководимая штабом 28-й армии. Ударная группировка должна стремиться только вперед, не оглядываясь на свои фланги. Сможет ли? Справа ее действия прикроет Гордов. Фронт у 28-й армии широкий, штаб молодой, не сколочен, не имеет опыта руководства войсками в наступлении. Кто-то другой должен обеспечивать ее слева. Он же должен нанести удар в южном направлении и отрезать Чугуевскую группу врага от Харькова.

По мере того, как он говорил, становилось все яснее, что речь идет о привлечении 38-й армии к участию в наступательной операции. Мелькнула догадка: произведенная только что [181] главнокомандующим проверка, вероятно, и имела целью выявить состояние армии и возможность использования ее в предстоящем наступлении.

— Кто же будет слева? — продолжал маршал С. К. Тимошенко,—Ясно, 38-я армия. Решено, принимай у 28-й армии часть полосы наступления и подготавливай войска. Участок фронта от Балаклеи на запад передай Городнянскому.

Как бы сбросив тяжкий груз с плеч, главнокомандующий повеселел. Почти сразу же после этого он уехал на свой командный пункт. На следующий день, 28 апреля, я получил оперативную директиву, согласно которой нам передавалась половина Старосалтовского плацдарма. 38-я армия получила три стрелковые дивизии с полосами обороны, три танковые бригады и артиллерийские полки РГК на усиление.

Работа в штабе армии закипела. Оставалось мало дней, а забот было много. Оперативное управление фронта оказывало повседневную помощь.

Директива фронта от 28 апреля содержала уточненный план операции. Прорыв обороны противника намечался, как и раньше, на двух участках. Но северная ударная группировка, наступавшая в районе Волчанск, Большая Бабка, была расширена. В ее состав теперь входили не только вновь сформированная 28-я армия под командованием генерал-лейтенанта Д. И. Рябышева и часть сил 21-й армии, но и соединения 38-й армии. [182]

В районе Верхний Бишкин, Мироновка должна была наступать южная ударная группировка. Она включала 6-ю армию под командованием генерал-лейтенанта А. М. Городнянского и выделенную из ее состава армейскую группу. Последнюю возглавил генерал-майор Л. В. Бобкин, который, как я отмечал, командовал оперативной группой 38-й армии в мартовском наступлении.

III

Насколько реальным, осуществимым был на этот раз план наступательной операции войск Юго-Западного фронта? Позволю себе подробнее коснуться этого вопроса.

Известно, что все члены Ставки Верховного Главнокомандования придерживались единого взгляда относительно действий Красной Армии весной и в начале лета 1942 г. Это должна была быть активная стратегическая оборона, вытекающая из острой нехватки подготовленных резервов войск и материально-технических средств. Однако в отношении методов осуществления стратегической обороны имелось несколько мнений. С одной стороны, предлагалось ограничиться обороной, измотать и обескровить врага, а затем, после накопления резервов, перейти в наступление. Другая точка зрения сводилась к тому, что наряду с обороной следует провести ряд частных наступательных операций под Ленинградом, у Демянска, на смоленском и льговско-курском направлениях, а также под Харьковом и в Крыму. [183]

В то же время в Военном совете Юго-Западного фронта рассматривался план действий войск весной и летом 1942 г. Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко, Н. С. Хрущев, генерал И. X. Баграмян считали, что наши войска на юге в состоянии разгромить противостоящую группировку врага, освободить Харьков и этим создать условия для изгнания захватчиков из Донбасса. После совещания, о котором уже шла речь, мы, командармы, тоже прониклись таким же убеждением.

Несколько забегая вперед, перечислю силы, которые участвовали в Харьковской наступательной операции.

Для прорыва обороны противника на участках, общая протяженность которых составляла 91 км, предназначались 22 стрелковые дивизии, поддерживаемые 2860 орудиями и минометами, 560 танками. Это значило, что на стрелковую дивизию приходилось примерно 4 км участка прорыва и что на каждый километр мы имели 31 орудие и миномет, а также 6 танков непосредственной поддержки пехоты.

Кроме того, в прорыв должны были вводиться два танковых корпуса, три кавалерийские дивизии и мотострелковая бригада. Наконец, еще две стрелковые дивизии — 277-я и 343-я, а также 2-й кавалерийский корпус и три отдельных танковых батальона (в каждом 32 танка) оставались в резерве командующего Юго-Западным фронтом.

Южному фронту не ставились задачи на активные действия. Он должен был организовать прочную оборону и обеспечить наступательные действия Юго-Западного фронта, а также выделить из своего состава на усиление последнего три стрелковые дивизий, пять танковых бригад, четырнадцать артиллерийских полков РГК и 233 самолета.

Задача наступающих войск состояла в нанесении противнику двустороннего удара по сходящимся направлениям из районов севернее и южнее Харькова с последующим соединением ударных группировок западнее города. Предусматривалось, что на первом, трехдневном этапе мы прорвем оборону врага на глубину 20— 30 км, разгромим ближайшие резервы и обеспечим ввод в прорыв подвижных групп. На втором этапе, продолжительность которого не должна была превышать трех-четырех, суток, требовалось разгромить оперативные резервы и завершить окружение группировки противника. Одновременно часть этой группировки в районе городов Чугуев, Балаклея намечалось отсечь и уничтожить силами 38-й армии и правого фланга 6-й армии.

Главный удар наносила 6-я армия на 26-километровом фронте. Восемь стрелковых дивизий и четыре танковые бригады при поддержке 14 артиллерийских полков РГК должны были прорвать оборону и обеспечить ввод в прорыв двух танковых корпусов, составлявших подвижную группу. В дальнейшем армия во взаимодействии с подвижной группой должна была развить удар [184] на Харьков с юга навстречу войскам 28-й армии для окружения всей группировки врага (см. схему на стр. 143).

Слева от 6-й армии находилась полоса наступления армейской группы генерала Бобкина, состоявшей из двух стрелковых дивизий и одной танковой бригады. На эту группу возлагалась задача прорвать оборону и обеспечить ввод в прорыв 6-го кавалерийского корпуса. Последний же к исходу пятого дня операции должен был овладеть Красноградом и обеспечить войска 6-й армии от контрударов с запада.

Второй удар наносила на 15-километровом фронте 28-я армия силами шести стрелковых дивизий и четырех танковых бригад при поддержке девяти артиллерийских полков РГК. Ей надлежало прорвать оборону противника и к исходу третьего дня обеспечить ввод в прорыв 3-го гвардейского кавалерийского корпуса и мотострелковой бригады. Этим двум соединениям в свою очередь предстояло обойти Харьков с севера и соединиться западнее города с танковыми корпусами 6-й армии.

Наступление 28-й армии от возможных контрударов противника обеспечивали с севера и северо-запада—21-я армия, с юга и юго-запада — 38-я. Первой из них была поставлена задача прорвать оборону противника на 14-километровом участке. К исходу третьего дня наступления войска обеих армий должны были закрепиться на достигнутых рубежах и надежно обеспечить маневр соединений, окружающих Харьков.

38-я армия тогда имела в своем составе 81, 124, 199, 226, 300-ю я 304-ю стрелковые дивизии, 13, 36-ю и 133-ю танковые бригады. Она была усилена шестью артиллерийскими полками РГК и шестью инженерными батальонами. В прорыве обороны противника участвовали четыре стрелковые дивизии и все три танковые бригады. Нам предстояло нанести удар на 26-километровом участке Драгуновка, Большая Бабка. К исходу третьего дня нужно было овладеть рубежом Лебединка — Зарожное — Пятницкое. В дальнейшем, при развитии наступления на Рогань, Терновая и с выходом ударной группировки в район Введенка, Чугуев войскам 38-й армии вместе с тремя усиленными полками 6-й армии надлежало завершить окружение, разгромить чугуевскую группировку противника и подготовиться к наступлению на Харьков с востока.

Ознакомившись с этими данными о составе сил и средств, Привлекаемых к наступлению, я испытал чувство огромной радости. Впервые с начала Великой Отечественной войны мне предстояло участвовать в наступательной операции, в которой мы превосходили противника по численности в живой силе, по количеству артиллерии и танков, не уступали ему в авиации. Например, никогда раньше не было на нашем фронте такого количества танков непосредственной поддержки пехоты. 560 — шутка ли? И мы имели не только это, но еще и во втором эшелоне два [185] танковых корпуса (269 танков), предназначенных для развития наступления после прорыва тактической зоны обороны противника. Да в резерве фронта — около сотни одних лишь танков.

Словом, в руках Военного совета Юго-Западного фронта действительно была сосредоточена большая сила. Об этом говорят данные, приведенные выше. Но достаточно ли наличия таких сил, чтобы считать обоснованной точку зрения Военного совета фронта по вопросу о плане военных действий на юге?

Напомню о силах, которые там противостояли нашим войскам, о намерениях противника.

То был период, когда немецко-фашистское командование в широких масштабах и с весьма решительными целями подготовляло летнее наступление. Отсутствие второго фронта на Западе позволило военному руководству фашистской Германии перебросить весной 1942 г. на Восточный фронт крупное пополнение. Оно не только восполнило огромные потери, понесенные здесь германской армией в минувшую зиму, но и значительно увеличило ее силы.

Даже при наличии этих новых сил гитлеровское командование было уже не в состоянии организовать наступление на всем советско-германском фронте, а потому и планировало провести его лишь на юге и с этой целью концентрировало там большое количество сил и средств.

План подготовки летнего наступления фашистских войск предусматривал и проведение ряда частных наступательных операций, которым придавалось большое значение. В своих воспоминаниях, опубликованных после войны, бывший гитлеровский генерал З. Вестфаль перечислил три такие операции, считавшиеся германским командованием «наиболее важными... в это время», т. е. весной 1942 г. Среди них была и «ликвидация выступа русских войск в направлении Изюма (южнее Харькова)»{65}.

Речь шла о том самом барвенковском выступе или плацдарме, который образовался в ходе январского наступления войск Юго-Западного и Южного фронтов, когда мы продвинулись на 80— 90 км на участке Балаклея, Красный Лиман. Теперь противник стремился ликвидировать этот выступ и захватить выгодные позиции для летнего наступления.

Такова и была цель подготовлявшейся операции, получившей кодовое название «Фридерикус I». Враг предполагал осуществить ее наступлением двух группировок в общем направлении на г. Изюм— из района Славянска на север и из района Балаклеи на юг. Ф. Паулюс писал: «Эта операция должна была в первую очередь устранить непосредственную опасность коммуникациям немецкого южного фланга в районе Днепропетровска (имелась в виду железная дорога Днепропетровск — Сталине, по которой [186] доставлялось снабжение 1-й танковой и 17-й немецким армиям.—К. М.) и обеспечить удержание Харькова с разместившимися там большими складами и лазаретами 6-й армии. Далее, необходимо было овладеть местностью западнее реки Сев. Донец юго-восточнее Харькова для последующего наступления через эту реку на восток. Для этого нужно было концентрическими ударами с юга и севера уничтожить продвинувшиеся через Донец в направлении Барвенково советские войска»{66}.

Штаб фронта, да и мы, командармы, не знали планов противника, и в этом была наша слабость. Но не только в этом.

Перегруппировка войск фронта, начавшаяся в конце марта, была связана с большими трудностями. Многие соединения и части находились на большом удалении от отведенных им участков прорыва, поэтому приходилось перемещать их вдоль фронта. Одновременно нужно было формировать 28-ю армию и размещать соединения, прибывавшие из резерва Ставки Верховного Главнокомандования. Все это осложнялось весенней распутицей и связанным с ней плохим состоянием дорог, разливом рек и отсутствием достаточного количества переправ, особенно через Северный Донец.

Ограниченное время на подготовку операции и переброска сил и средств на большие расстояния требовали от войск высокого физического и морального напряжения, от штабов — не менее напряженной работы по организации и непрерывному контролю за ходом перегруппировки и сосредоточения. Но штаб фронта, а вслед за ним и мы, командующие и штабы армий, не взяли это дело в свои руки. Мы не составили единого плана перегруппировки, не дали четких указаний о порядке и очередности переправ по мостам и движения по маршрутам, об организации ПВО на марше И в районах сосредоточения, наконец, о соблюдении маскировки.

Одним из следствий всего этого были медленные темпы перегруппировки войск. В подавляющем большинстве случаев не удалось обеспечить своевременный выход частей и соединений в назначенные им районы. Кроме того, чрезмерная затрата времени на перегруппировку привела к тому, что значительная часть мероприятий по боевой подготовке войск и штабов к наступлению осталась невыполненной.

Еще хуже было то, что передвижение больших войсковых масс к намеченным участкам прорыва происходило без должной организованности и скрытности. Поэтому нет ничего удивительного в том, что немецко-фашистское командование разгадало наши замыслы. А разгадав их, спешно провело мероприятия по укреплению обороны на угрожаемых направлениях.

К 11 мая плотность гитлеровских войск в полосе обороны на участках ударных группировок Юго-Западного фронта и в [187] полосах 57-й и 9-й армий Южного фронта резко увеличилась. Боевые группы и смешанные части противника были организационно объединены в пехотные и легкопехотные дивизии. В оперативной глубине враг разместил сильные резервы.

Итак, подготовляемое наступление не являлось неожиданным, внезапным для противника. Уже одно это не могло гарантировать успешного исхода операции.

IV

Большой вред делу нанесла также недооценка сил врага. Эта особенность в деятельности военных советов Юго-Западного направления и фронта, наложившая еще зимой заметный отпечаток на принимаемые ими решения, теперь проявилась еще резче. Мне довелось с ней столкнуться незадолго до начала наступления.

В этот день я приехал на командный пункт фронта, чтобы доложить о замеченных признаках уплотнения боевых порядков врага и значительном укреплении переднего края его обороны.

Дело в том, что, принимая обратно часть плацдарма за Северным Донцом, я увидел там большие перемены на переднем крае противника. Две недели назад, когда мы передавали 21-й армии этот участок, враг располагал здесь лишь опорными пунктами в селах. Теперь же, кроме ранее существовавших, появилось много новых, причем оборудованы они были не только в населенных пунктах, но и вне их, на тактически выгодных рубежах.

Эти наблюдения дополнили данные разведки. Из них явствовало, что, например, на участок 294-й пехотной дивизии, оборонявшейся в полосе предстоящего наступления 38-й армии, был выдвинут еще один пехотный полк. Он принадлежал к 71-й пехотной дивизии, основные силы которой совместно с 3-й и 23-й танковыми дивизиями сосредоточились к тому времени в Харькове.

С одной из этих танковых дивизий — 3-й — части 38-й армии уже сталкивались во время мартовских боев за расширение Старосалтовского плацдарма на западном берегу Северного Донца. Тогда она нанесла нам неожиданный и чрезвычайно опасный удар. Как уже отмечалось, для ликвидации его последствий нам пришлось приложить немало усилий. И теперь — у меня не было сомнений в этом — не спроста сосредоточилась 3-я танковая да еще вместе с 23-й танковой и 71-й пехотной дивизиями в Харькове, в непосредственной близости от арены боев, на направлении предстоящего удара 38-й армии.

В свете всех этих выводов и предположений поутихли мои недавние восторги по поводу нашего превосходства. Оно представилось мне незначительным в полосе наступления в целом и явно сомнительным на ряде участков. Если подтвердятся, полагал я, [188] мои наблюдения относительно значительного укрепления обороны противника и предназначения 3-й и 23-й танковых дивизий, то, например, в полосе 38-й армии перевес сил мог оказаться не на нашей стороне.

Такое опасение основывалось на том, что мы имели сил и средств значительно меньше, чем другие объединения Юго-Западного фронта, предназначенные для прорыва обороны противника. Это подтверждают ставшие мне позднее известными следующие данные о том, как распределил штаб фронта силы и средства к началу мая 1942 г.{67}
Таблица
Армия Число сд,
предназначенных
для прорыва Участок прорыва, км Число орудий и минометов Число танков непосредственной поддержки пехоты
Всего на одну сд всего на 1 км фронта прорыва всего на 1 км фронта прорыва
21-я 3 14 4,7 331 23,6 43 3,5
28-я 6* 15 2,5 893 59,5 181 12
38-я 4 26 6,5 485 18,7 125 5
6-я 7 26 3,7 832 32,0 166** 6,4
Армейская группа 2 10 5 319 31,9 40 4
* Кроме того, в полосе 28-й армия намечалось ввести в прорыв три кавалерийские дивизии и мотострелковую бригаду.
** Во втором эшелоне 6-й армии находились также 21-й и 23-й танковые корпуса, имевшие 269 танков.

Из таблицы видно, что 38-я армия находилась в самых невыгодных условиях. Каждая дивизия армии имела наибольший участок прорыва и наименьшую артиллерийскую плотность, а также всего лишь пять танков на 1 км. Количество противотанковых и противовоздушных средств, которыми располагала армия (один артиллерийский полк противотанковой обороны и два зенитных артиллерийских дивизиона), было ниже всяких норм. Наконец, не было накоплено достаточных материальных средств. Например, боеприпасов было в среднем только 1,5 боекомплекта, а горючего — 2,6 заправки.

Таким образом, армия имела минимальные возможности для успешного прорыва обороны противника. Между тем после выполнения этой ближайшей задачи она должна была по существу одними лишь собственными силами окружить и уничтожить [189] чугуевско-балаклеевскую группировку противника и одновременно частью сил наступать на Харьков с востока. Было очевидно, что необходимыми для этого силами и средствами армия не располагала. Такой вывод подсказывался опытом мартовской операции, воспоминания о которой были еще свежи. Тогда армия имела значительно большие силы и средства, но так и не смогла добиться решительного успеха. Та же задача была ей поставлена по плану предстоящей операции, однако выполнять ее надо было меньшими силами и в более сложной обстановке.

Изложив командующему фронтом все перечисленные аргументы, я предложил усилить армию. Но просьба моя была отклонена.

Дух оптимизма, к сожалению, оказавшегося неоправданным, витал на командном пункте фронта. Как это ни странно, Военный совет фронта уже не считал противника опасным. Мое сообщение о мероприятиях командования неприятеля в полосе предстоящего наступления 38-й армии не привлекло внимания. Напротив, меня усиленно уверяли, что противостоящий враг слаб и что мы имеем все необходимое для его разгрома.

Военный совет Юго-Западного направления был убежден в непогрешимости своей оценки сил противостоящего врага. Настолько убежден, что упорно отстаивал ее и в конце концов отстоял на вышеупомянутом заседании Ставки Верховного Главнокомандования, на котором присутствовали Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко и генерал И. X. Баграмян.

Ставка Верховного Главнокомандования согласилась с тем, что Военный совет Юго-Западного направления разгромит имевшимися в его распоряжении силами и средствами харьковскую группировку противника и освободит весь промышленный район. Поскольку, по мнению Военного совета направления, противник там был слаб, то и вопрос о значительном усилении наших войск на юге не обсуждался.

Правильная оценка Военным советом Юго-Западного направления обстановки на юге к началу мая 1942 г., на мой взгляд, вообще могла бы решающим образом изменить дальнейший ход событий. И не только потому, что в таком случае летнее наступление врага с самого начала встретило бы несравнимо более сильный отпор. Я имею в виду еще и сильное влияние оценки Военного совета Юго-Западного направления на оперативно-стратегические взгляды Верховного Главнокомандования, согласно которым главным оставалось московское направление.

Доклады Военного совета Юго-Западного направления об обстановке на юге весной 1942 г. играли существенную роль в формировании указанных взглядов. Большое значение при этом, как уже отмечалось, придавалось принципу «на месте виднее». Полагаю, что не меньший вес имели высокий авторитет маршала Тимощенко и доверие, оказываемое военно-политическим [190] руководством страны члену Военного совета Юго-Западного направления Н. С. Хрущеву.

Однако более реалистическая оценка обстановки могла бы привести к тому, что Ставка иначе бы распределила ресурсы и упреждающий удар, задуманный в форме Харьковской наступательной операции, мог быть осуществлен в более широких масштабах и с привлечением значительно больших сил, а возможно и с постановкой активных задач войскам не только Юго-Западного, но также Южного и Брянского фронтов.

Конечно, в то время Красная Армия еще не располагала достаточным количеством сил и средств для полного разгрома врага. Кстати, должен заметить, что на войне их всегда не хватает. Что же касается рассматриваемого периода, то на 12 мая 1942 г. общее соотношение в живой силе, танках, артиллерии и даже авиации было в пользу войск Юго-Западного направления. Следовательно, наступательная операция на южном крыле советскогерманского фронта более крупными силами и с более решительными целями, чем Харьковская, была не так уж неосуществима. И она могла по крайней мере расстроить и истощить силы врага, предназначавшиеся для наступления на Сталинград и Кавказ.

Все это вовсе не означает, что решающим для исхода Харьковской наступательной операции был недостаток сил и средств. Он дал себя знать в известной степени и на некоторых участках. Еще больше сказались на этой операции и связанных с ней событиях серьезные недостатки в руководстве ее подготовкой и ведением со стороны Военного совета Юго-Западного направления, фронта и командующих армиями.

Таким образом, в поисках ответа на вопрос о реальности замысла Харьковской наступательной операции в мае 1942 г. я нахожу две группы фактов. Это, с одной стороны, соотношение сил и средств на участках прорыва, сложившееся в целом в пользу войск фронта, и высокий наступательный дух, царивший в наших войсках. Нечего и говорить, насколько существенными были эти факторы. Именно благодаря им, в особенности героизму и отваге советских воинов, в первые дни наступления возникла чрезвычайно опасная для врага ситуация, грозившая сорвать его планы. Вышеупомянутый З. Вестфаль по существу признал это, заявив относительно боев под Харьковом в те дни: «...Победа досталась нам только после серьезных усилий»{68}.

К сожалению, факторы, делавшие реальным осуществление целей операции, сводились к нулю отмеченными выше недостатками в руководстве организацией и ведением операции. Наиболее пагубной оказалась недооценка сил противостоящего врага в целом и отдельных его группировок в частности. Короче говоря, резко дало себя знать то, что в советской военно-исторической [191] литературе справедливо называют отсутствием у нас тогда должного опыта организации и ведения больших наступательных операций.

Это стало очевидным с первого дня наступления.

V

Наступление северной ударной группировки началось 12 мая в 6 час. 30 мин. артиллерийской подготовкой. Она продолжалась ровно час. В 7 час. 30 мин. пошла в атаку пехота с танками непосредственной поддержки. В это же время авиация начала длившийся 15—20 минут налет по районам артиллерийских позиций и опорным пунктам противника в его главной полосе обороны.

Значительное число огневых точек подавить не удалось. Кроме того, их оказалось намного больше, чем предполагалось, и это была первая неожиданность для наших войск. В результате стрелковые подразделения и танки первых эшелонов 21, 28-й и 38-й армий были встречены плотным огнем. За этим последовали контратаки тактических резервов противника. В первой половине дня атакующие части смогли продвинуться на глубину от 1 до 3 км.

Второй неожиданностью было то, что, вопреки надеждам, меньше всех продвинулась 28-я армия. Она имела, как показано выше, сил и средств больше, чем 21-я и 38-я армии. Однако в ходе боев выяснилось, что и враг создал в полосе наступления 28-й армии большую тактическую плотность обороны. Это в свою очередь показало, что немецко-фашистское командование знало о нашем наступлении. Внезапность как важнейший элемент всякого боя была потеряна нашими войсками. Предстояло вести тяжелые, кровопролитные бои.

К концу первого дня наступления лучших результатов в бою добились 21-я и 38-я армии. Войска этих армий, имея плотность артиллерии и танков на 1 км фронта меньшую, чем 28-я армия, достигли больших успехов.

Я уже говорил здесь о наступательном духе, царившем в войсках фронта. В 38-й армии, в частности, его проявления можно было увидеть во всем. Бывая почти каждый день в ротах, батареях, батальонах и дивизионах и беседуя с бойцами и командирами, я убеждался в том, что вся армия живет ожиданием приказа о наступлении, стремлением обрушить на врага уничтожающий удар. И когда наконец в частях и подразделениях было зачитано обращение Военного совета фронта о переходе в наступление, оно было встречено с восторгом и воодушевлением.

Результаты огромного духовного подъема войск сказались уже в первый день операции.

Лучше всех действовала 226-я стрелковая дивизия генерал-майора А. В. Горбатова, усиленная 36-й танковой бригадой [192] (командир полковник Т. И. Танасчишин). Она в короткий срок прорвала тактическую глубину обороны гитлеровцев и перешла затем к преследованию разбитых подразделений 294-й и 211-го полка 71-й пехотных дивизий. После короткого, стремительного боя 226-я стрелковая дивизия овладела важным узлом сопротивления противника в населенном пункте Непокрытое, продвинувшись за день на 10 км.

Успех сопутствовал и 124-й стрелковой дивизии полковника А. К. Берестова, совместно с которой действовала 13-я танковая бригада (командир подполковник И. Т. Клименчук). Эта дивизия форсировала р. Большая Бабка и двумя ударами — с востока и (используя успех соседа справа) с севера — овладела уже знакомым читателю селом Песчаное, где противник создал крупный опорный пункт на своем переднем крае.

В это время и попал в наши руки упоминавшийся выше дневник командира оборонявшегося в Песчаном батальона 294-й пехотной дивизии. Последние записи в этом любопытном документе подтверждают, что немецко-фашистское командование заранее знало о предстоящем наступлении и в связи с этим бросило крупные резервы на усиление обороны. Даже автор дневника выражал удивление по поводу того, что его батальон в течение нескольких дней получил пополнение и был усилен стрелковой ротой, тяжелой минометной группой, инженерным взводом и взводом ПТО. Кроме того, его теперь поддерживала артиллерия. Далее отмечалось, что в ожидании наступления советских войск батальон перенес свои оборонительные позиции подальше от села, основательно укрепил их и зарылся в землю. Наконец, командир батальона писал, что сумел внушить своим офицерам «чувство уверенности в неприступность позиции, основанное на условиях местности, наличии оружия и моральном состоянии части». Он подчеркивал: «Мы уверенно ждем приближающееся наступление русских»{69}.

Эта уверенность не спасла автора дневника от гибели. 124-я стрелковая дивизия наступала стремительно, и Песчаное вновь было освобождено, по и на этот раз ненадолго.

Еще большими силами оборонялся противник в населенных пунктах Большая Бабка и Пятницкое. Оба они были памятны нам по мартовской операции. 300-й стрелковой дивизии тогда так и не удалось овладеть Большой Бабкой. Теперь она столь же безрезультатно вела бой за Пятницкое, а Большую Бабку атаковал один из полков 81-й стрелковой дивизии. Он форсировал одноименную реку и завязал бой на северо-восточной окраине села. Но одному ему оказалось не под силу сломить сопротивление крупного фашистского гарнизона.

Внимательно глядя с наблюдательного пункта 124-й стрелковой [193] дивизии за ходом боевых действий, я решил ввести в бой резерв армии — два других полка 81-й стрелковой дивизии — для овладения Большой Бабкой. Это решило судьбу названного населенного пункта. Во второй половине дня он был освобожден.

Итак, резерв армии был введен в бой в первый же день операции. Это был вынужденный шаг, вызванный потерей внезапности наступления. Компенсировать этот недостаток можно было только решительным, стремительным движением с целью быстрейшего прорыва тактической глубины обороны противника.

Немецко-фашистское командование, направлявшее основные усилия войск на удержание главной оборонительной полосы, надеялось использовать для контратак лишь дивизионные резервы, с тем чтобы приберечь корпусные для обороны ближних подступов к Харькову. Прорыв соединений 38-й армии нарушил эти планы. Сложившееся для врага напряженное положение вынудило его усилить противодействие нашим наступающим войскам путем переброски и ввода в бой не только корпусных, но и армейских резервов.

К началу советского наступления, как уже отмечалось, на участок против 38-й армии был переброшен один полк 71-й пехотной дивизии. Сюда же в самом начале боя прибыл и полк 297-й пехотной дивизии. Он входил в состав резерва 51-го армейского корпуса, оборонявшего Чугуевский плацдарм.

Командование 6-й немецкой армии было встревожено. Оно полагало, что здесь, а не к югу от Харькова, наносился главный удар. Это направление было признано угрожающим, поэтому сюда были переброшены еще два полка — из 71-й и 44-й пехотных дивизий. Кроме того, к исходу дня в полосе наступления армии начали сосредоточение 3-я и 23-я танковые дивизии, находившиеся в армейском резерве и предназначенные, как мы очень скоро убедились, для выполнения активных задач.

Итоги первого дня наступления в целом не оправдали надежд командования фронта. Я считал необходимым для достижения успеха перенести направление главного удара в полосу нашей армии. То обстоятельство, что 226-я стрелковая дивизия прорвала тактическую глубину обороны противника, должно было значительно облегчить разгром 3-й и 23-й танковых дивизий, а затем окружение и ликвидацию всей харьковской группировки противника.

Эти соображения были доложены командующему фронтом. Однако он не согласился с ними, заявив, что на прежнем направлении успех будет значительнее, так ник там оба фланга надежно прикрыты. Опасения же относительно сосредоточения противником крупных сил танков командующий счел недостаточно обоснованными. Эту угрозу, по его мнению, должен был ликвидировать успех войск на направлении главного удара, т. е. на участке нашей 6-й армии. [194] [195]

Военный совет фронта пришел к выводу, что операцию и в дальнейшем необходимо продолжать согласно ранее принятому решению и в прежней группировке. Он считал, что решительным наступлением 28-й армии будет обеспечен разгром противостоящих войск врага к утру следующего дня. Когда же сопротивление противника таким образом будет сломлено, полагали в штабе фронта, наши войска устремятся на запад и окружат вражескую группировку. Что касается двух танковых дивизий, сосредоточенных в полосе наступления 38-й армии, то не были предусмотрены меры по их разгрому или хотя бы парированию возможных контрударов. Мне было лишь приказано вывести танковые бригады из боя и сосредоточить их к утру следующего дня для прикрытия старосалтовского направления, что нельзя было считать достаточно эффективной мерой. Тем более, что в этом же районе противник заканчивал сосредоточение трех свежих пехотных полков, о которых мы узнали лишь на следующий день.

На рассвете 13 мая наши войска возобновили наступление на прежних направлениях при поддержке авиации, господствовавшей в воздухе. На этот раз и 21-я армия достигла успеха на своем левом фланге. 28-й же армии на правом фланге удалось в первой половине дня лишь окружить крупный опорный пункт в деревне Терновая. Тогда командующий 28-й армией принял решение развить наступление силами двух стрелковых дивизий и двух танковых бригад на своем левом фланге, используя успех нашей армии.

Дивизии 38-й армии продолжали наступать на своем участке. К 13 часам они продвинулись на правом фланге и в центре на 6 км. К этому времени ими были освобождены населенные пункты Михайловка 1-я, Ново-Александровка и др. Там же войска армии завязали бои за Червону Роганку, а левее вышли к дороге, ведущей от этого населенного пункта к Бол. Бабке. На этот рубеж выдвинулись также 13-я и 133-я танковые бригады.

Москаленко Кирилл Семёнович

01.06.2017, 15:04

Во второй половине дня обстановка резко изменилась.

Противник закончил сосредоточение двух ударных групп. Одну из них составляли 3-я танковая и два полка 71-й пехотной дивизий, расположившиеся в районе Приволье; Во вторую — в районе Зарожное — вошли 23-я танковая и один полк 44-й пехотной дивизии. Этими силами враг одновременно нанес контрудар в направлении Старого Салтова. Сильный удар 370 танков с пехотой и при поддержке авиации пришелся по войскам правого фланга армии. Они вынуждены были отойти на восточный берег реки Большая Бабка, открыв левый фланг 28-й армии.

Командующий фронтом, оценив обстановку, приказал мне занять оборону на восточном берегу реки Большая Бабка. Он поставил задачу не допустить прорыва танков врага на Старый Салтов, грозившего окружением всей северной ударной [196] группировки и ликвидацией плацдарма за р. Северный Донец. Соответственно этому армия была усилена 162-й стрелковой дивизией (командир полковник М. И. Матвеев) и 6-й гвардейской танковой бригадой (командир подполковник М. К. Скуба), выведенными из резерва 28-й армии.

Танковые бригады немедленно вступили в единоборство с танками врага. Подбили до 40 из них и подожгли 35. Но и сами понесли большие потери.

14 мая обстановка в полоса наступления северной группировки еще больше осложнилась. Противник в течение всего дня пытался развить удар танковой группой в стык 28-й и 38-й армий, а в районе Песчаное форсировать р. Большая Бабка. Однако стык был укреплен, и это обеспечило успех оборонительных боев.

Командующий войсками фронта в свою очередь переключил авиацию 6-й армии для поддержки северной ударной группировки. В результате 28-я армия в течение дня продвинулась на 6—8 км. Она вышла к тыловому рубежу врага на правом берегу реки Харьков, но ввести в прорыв 3-й гвардейский кавалерийский корпус и 38-ю стрелковую дивизию не смогла: они лишь в ночь на 15 мая закончили сосредоточение северо-восточнее Терновая.

Войска 38-й армии продолжали отражать многочисленные атаки пехоты и танков. К концу дня мы прочно закрепились на восточном берегу реки Большая Бабка.

В полосе наступления южной ударной группировки, наносившей главный удар, события поначалу развивались более спокойно. Войска 6-й армии и группы генерала Бобкина начали атаку одновременно с соединениями северной группировки. Наступлению предшествовала артиллерийская и авиационная подготовка. Последовали трехдневные бои, в ходе которых оборона противника была прорвана до 55 км по фронту и на 25—40 км в глубину.

И здесь наибольший успех был достигнут на вспомогательном направлении. Это произошло благодаря вводу в прорыв в первый день операции второго эшелона. Он не дал противнику возможности задержаться на промежуточных оборонительных рубежах. Меньше продвинулась в глубину 6-я армия на направлении главного удара. Что касается ввода в бой 21-го и 23-го танковых корпусов, то он был перенесен на более поздний срок в связи с тем, что авиация, поддерживавшая нашу 6-ю армию, как уже отмечено, переключилась по приказу командующего фронтом на поддержку северной группировки.

15 и 16 мая 1942 г. войска последней вели упорные бои с резервами противника. Продвижения не имели, так как враг непрерывно подбрасывал подкрепления с белгородского, обояньского и курского направлений. Войска южной группировки в эти дни [197] медленно продвигались вперед и готовились к вводу в прорыв танковых корпусов.

В итоге пятидневных наступательных боев обе ударные группировки продвинулись в глубину обороны противника на 20— 35 км и вели бои на рубежах, достижение которых планировалось на третий день операции. Подвижные войска находились в прифронтовой полосе. На севере они втягивались в оборонительные бои, а на юге готовились к вводу в прорыв.

На этом закончился первый этап операции. Он показал, что штаб Юго-Западного фронта и командующие армиями к началу операции допустили крупную ошибку в оценке сил противника. Мы считали, что к 11 мая вражеское командование располагало двенадцатью пехотными и одной танковой дивизией. В действительности же в полосе фронта в районе Харькова находилось пятнадцать пехотных и две танковые дивизии. Кроме того, прибыла и начала выгружаться еще одна пехотная дивизия, а две другие были на подходе.

Затянувшиеся бои по прорыву главной полосы обороны позволили противнику выиграть время. Он подтянул резервы из глубины, а также с неатакованных участков фронта, уплотнил боевые порядки. В итоге это дало ему возможность изменить в свою пользу первоначальное соотношение сил.

Недооценивая противостоящие силы, их подвижность, маневренность, считая, что враг чуть ли не на грани истощения, штаб фронта наряду с этим переоценивал возможности наших войск. Он полагал, что соединения первых эшелонов легко разгромят противостоящие дивизии врага. Отсюда вытекали и ошибочные установки при планировании наступательной операции, о которых уже шла речь.

Ошибочные оценки не были изменены в ходе боевых действий даже тогда, когда наши войска по существу потеряли инициативу. В полосе наступления северной ударной группировки уже на второй день вражеское командование фактически начало навязывать нам свою волю. В результате последовательность действий войск была нарушена, и вместо решительного наступления мы вели борьбу с танковой группировкой противника.

Подобная ситуация сложилась и в южной ударной группировке войск. Там уже в пределах тактической зоны обороны противника завязались упорные бои с оперативными резервами врага. И лишь на шестой день наступления были созданы условия для ввода в прорыв подвижной танковой группы.

Действительно, в течение всех первых пяти дней операции по существу шла борьба за захват инициативы. Кульминационным пунктом этой борьбы явились события 17 мая. Чаша весов склонилась в сторону противника. Инициатива вновь перешла в его руки. Характерно, что в войсках сразу почувствовали эту перемену. [198]

— Ожил проклятый фашист, перезимовал,— говорили бойцы.

И это была, пожалуй, самая точная оценка противника. Она. как бы подчеркивала, что удары по врагу в ходе зимней кампании нанесли ему тяжелый урон, но не сокрушили, что в результате. этих ударов он лишь «обмер», а вот теперь снова «ожил». И, следовательно, нужно бить основательнее, крепче, чтобы окончательно разбить противника.

Да, враг был еще очень силен. Несколько дней назад мы узнали о неблагоприятном ходе боев за Керчь. А теперь и из наших рук ускользал, казалось, уже почти достигнутый успех.

К сожалению, штаб фронта недостаточно реагировал на изменение обстановки. А она заключалась не только в усилившемся сопротивлении нашим наступающим соединениям, но и в появлении угрозы со стороны сильной группировки войск противника, сосредоточившейся к тому времени в районе Славянска, Краматорска.

Линия фронта на Юго-Западном направлении к началу наступления проходила восточное Орла, Курска, Белгорода, Харькова и далее по рекам Северный Донец и Миус, с плацдармом в районе Лозовой и Барвенково. С этого плацдарма, известного под названием барвенковского выступа, и наносили удар 6-я армия и группа генерала Бобкина.

У северного фаса выступа был расположен плацдарм противника в районе г. Чугуева, занятый 44-й и 297-й пехотными дивизиями. Им противостояли 199-я и 304-я стрелковые дивизии 38-й армии. Еще севернее наступали основные силы 38-й, а также 28-я и 21-я армии. На южном фасе Барвенковского плацдарма занимали оборону 57-я и 9-я армии Южного фронта.

Таким образом, план операции, имевшей целью охват флангов и последующее окружение харьковской группировки противника, учитывал в основном лишь силы самой этой группировки. Да и то, как мы видели, преуменьшал их. Что касается действовавшей против Южного фронта армейской группы Клейста (17-я полевая и 1-я танковая армии), то она при планировании Харьковской наступательной операции по существу не принималась во внимание. С ее стороны, по мнению командования 57-й и 9-й армий{70}, разделяемому штабом фронта и направления, нельзя было ожидать активных действий в ближайшее время, тем более в направлении на север.

Это была ошибка, за которую пришлось дорого заплатить. Уже 13 мая, буквально на следующий день после начала [199] наступления, крупные силы из состава армейской группы Клейста начали перегруппировку в полосу обороны 9-й армии для нанесения удара в северном направлении.

Выше говорилось о том, как важна не только умелая организация наступления, но и способность видеть в ходе проведения операции те или иные тенденции ее развития, распознавать первые же признаки возникающей угрозы и вовремя предотвращать ее. К сожалению, в описываемый период войны мы еще далеко не всегда обладали таким уменьем и еще только накапливали тот драгоценный опыт, который впоследствии сыграл огромную роль в разгроме врага.

Недешево достался нам этот опыт. И одним из уроков, полученных Красной Армией в первый период войны, были события, связанные с Харьковской наступательной операцией.

Четыре дня длилось сосредоточение войск армейской группы Клейста в названном районе. Нашими войсками были замечены, передвижения у противника, но сведения поступали отрывочные и в высшие штабы не передавались. Им просто не придавалось должного значения, как и показаниям пленных или данным авиаразведки. Командование Юго-Западного направления не знало о готовящемся ударе Клейста, но и узнав, не предприняло сразу мер по ликвидации угрозы.

Вот что пишет об этом Маршал Советского Союза Г. К. Жуков: «В середине мая я присутствовал при разговоре Сталина и Тимошенко и хорошо запомнил, что Сталин высказал серьезное опасение в отношении краматорской группировки противника.

Тимошенко доложил, что Военный совет считает опасность со стороны краматорской группы преувеличенной и не находит оснований для прекращения операции. Вечером того же дня у И. В. Сталина состоялся разговор на эту тему с членом Военного совета фронта Н. С. Хрущевым, который высказал те же соображения, что и командующий»{71}.

Считаю нужным со своей стороны рассказать о последствиях такой оценки обстановки.

VI

К 17 мая в полосе обороны 9-й армии Южного фронта противник сосредоточил для наступления: 3-й моторизованный корпус (14-я танковая дивизия и боевая группа Барбо, 60-я моторизованная, 1-я горнострелковая, 100-я легкопехотная и 20-я румынская пехотная дивизии); 44-й армейский корпус (16-я танковая, 68, 389, 384-я пехотные и 97-я легкопехотная дивизии); 52-й армейский корпус (101-я легкопехотная, два полка 257-й пехотной дивизии и 500-й штрафной батальон). [200]

Всего, таким образом, здесь сосредоточилось около 11 дивизий. Они были полностью укомплектованы личным составом и вооружением, в том числе танками. На участке прорыва они имели следующее превосходство: но числу батальонов—1 :1,7, по орудиям—1:7,4, в том числе противотанковым—1:4,7, по минометам —1: 2,1, танкам —1 : 6,5.

Располагая такими крупными силами перед южным фасом Барвенковского плацдарма, немецко-фашистское командование предназначило их для нанесения двух ударов — на Барвенково и в направлении Долгенькая, где разместился вспомогательный пункт управления 9-й армии. Противник намеревался рассечь оборону этой армии, окружить и уничтожить ее части восточное Барвенково. В дальнейшем он рассчитывал выйти на р. Северный Донец в районе Изюм — Петровская, форсировать ее и нанести удар в направлении Балаклеи. Там наступающие должны были соединиться с войсками 6-й немецкой армии, оборонявшими Чугуевский плацдарм, и завершить окружение всей группировки советских: войск внутри барвенковского выступа.

В 5 час. 30 мин. 17 мая после артиллерийской и авиационной подготовки пехота и танки противника перешли в атаку. С воздуха наступление поддерживали силы авиации. Обходя наши опорные пункты и заграждения, подвижные группы врага уже к 8 часам прорвали оборону 9-й армии на обоих направлениях и продвинулись на север до 10 км. Авиация к тому времени разрушила вспомогательный пункт управления и узел связи армии в Долгенькой. Командующий и штаб, начальник которого был ранен, переехали на командный пункт в Каменке, а оттуда на левый берег реки Северный Донец, потеряв управление войсками. Поскольку через Долгенькую проходила линия связи Южного фронта не только с 9-й армией, но и с 57-й, то и сообщение по ней с потерей этого населенного пункта полностью прекратилось.

В таких условиях командиры соединений и частей вели бои изолированно, без увязки своих действий с соседями и резервами. Штаб же Южного фронта, которым командовал генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский, узнал о начавшемся наступлении только во второй половине дня, когда враг уже завершал прорыв тактической зоны обороны. А к исходу дня, когда о случившемся был информирован штаб Юго-Западного направления, противник прорвался уже в оперативную глубину и вступил в бой с резервами армии и фронта.

Наступление вражеских войск являлось самой большой угрозой; какую только можно было представить. Удар был нацелен в глубокий тыл южной ударной группировки Юго-Западного фронта и 57-й армии Южного фронта. В случае удачи немецко-фашистские войска не только сводили на нет все успехи, достигнутые войсками Юго-Западного направления в течение зимней кампании и срывали операцию по овладению Харьковским [210] промышленным районом, но и угрожали окружением крупной группировки наших войск, в том числе и 6-й армии — самой сильной и боеспособной в составе Юго-Западного фронта.

Видели ли эту опасность Военные советы направления, Юго-Западного и Южного фронтов? Судя по всему, нет. Не следует забывать, что командование 9-й и 57-й армий, в полосах которых противник нанес удар, расценивало действия противостоящих вражеских сил как оборонительные и исключало возможность перехода их в ближайшее время в наступление на южном фасе барвенковского выступа. Из этого и следует, что и штаб Южного фронта, а тем более Юго-Западного направления не видели ни угрозы, ни ее масштабов. Иначе они не ограничились бы явно недостаточными для локализации прорыва мерами.

Командующий войсками Южного фронта, узнав о прорыве, передал 5-й кавалерийский корпус под командованием генерал-майора И. А. Плиева из своего резерва в подчинение 9-й армии. Одновременно он приказал перебросить из района Лисичанска и также подчинить ей же стрелковую дивизию и танковую бригаду. В свою очередь главнокомандующий Юго-Западным направлением передал Южному фронту 2-й кавалерийский корпус из своего резерва. При этом он потребовал организовать разгром прорвавшейся группировки противника и восстановить прежнее положение силами 2-го и 5-го кавалерийских корпусов, а также 14-й гвардейской стрелковой дивизии из резерва 57-й армии.

Из этого видно, что к исходу дня 17 мая штаб Юго-Западного направления не имел представления о силах противника, наступавшего в полосе 9-й армии. Неясным оставались для него и цели наступления.

Все это может показаться странным, особенно если знаешь, что Ставка, как уже говорилось, не раз обращала внимание Военного совета Юго-Западного направления на славянско-краматорскую группировку противника. Невольно напрашивается вопрос: почему же командование Юго-Западного направления сначала вообще не прислушалось к этим сигналам, а после удара врага в полосе 9-й армии не предприняло действенных мер против названной группировки?

Причина была все в той же недооценке сил противника. Мы еще вернемся к этому вопросу. Пока же скажу, что именно в результате такой недооценки наступающей с юга группировке врага были противопоставлены сравнительно малочисленные войска, причем это была кавалерия, которая должна была действовать против танков. Основные же силы Юго-Западного фронта продолжали наступательную операцию, стремясь на запад.

На рассвете того же 17 мая наша южная ударная группировка начала вводить в прорыв 21-й и 23-й танковые корпуса. Ломая сопротивление врага, они продвинулись в северо-западном направлении на 15 км. На 6—10 км продвинулись в тот день все [202] соединения 6-й армии. Группа генерал-майора Л. В. Бобкина вела бои за Красноград. Иначе говоря, наши войска сами лезли в мешок, в пасть врагу.

Согласно плану и боевому приказу, должна была наступать и 28-я армия. Но не успела. На полтора часа упредил ее противник. Главный удар он нанес на Веселое и Муром, вспомогательный — также на Муром, но с северо-запада. В составе вражеской группировки на этом участке были две танковые и одна пехотная дивизии.

Их удар оказался настолько сильным и неожиданным, что одна из стрелковых дивизий 28-й армии, изготовившаяся для наступления, вынуждена была начать отход, открыв тыл своего правого соседа. Все же наступление врага было остановлено, и он понес большие потери. Но для этого пришлось использовать всю артиллерию и одну из кавалерийских дивизий подвижной группы, предназначенной для действий в оперативной глубине. Она должна была соединиться западнее Харькова с танковыми корпусами 6-й армий. Однако обстановка потребовала гораздо раньше ввести в бой часть сил этой группы, и она закрыла образовавшийся разрыв.

В тот день и дивизиям правого фланга 38-й армии было приказано упорной обороной не допустить прорыва врага на Стар. Салтов. Противник неоднократно стремился преодолеть рубеж р. Большая Бабка в районе Непокрытая и Песчаное. Но все его попытки были отражены.

А !вечером в разведывательный отдел армии были доставлены захваченные у противника секретные документы. Из них явствовало, что немецко-фашистское командование еще 11 мая, накануне начала наступления, приступило к подготовке удара силами 3-й и 23-й танковых и 71-й пехотной дивизий. Они должны были наступать в юго-восточном направлении на населенный пункт Савинцы и далее на Изюм. Иначе говоря, враг намеревался нанести удар по тылам 6-й армии и группы генерала Бобкина, захватить мосты на р. Северный Донец и таким образом перерезать коммуникации наших войск на Изюмском плацдарме. Приступить к осуществлению этого плана намечалось в период между 15 и 20 мая.

Командование 38-й армии ещё ничего не знало об ударе противника в полосе 9-й армии, поэтому мы посчитали правильным, что упредили врага. Действительно, выходило, что 38-я армия отвлекла на себя силы вражеской группировки: сначала решительным наступлением, а теперь, после контрудара по правофланговым дивизиям армии, сковыванием этой группировки. И то, и другое отвлекало последнюю от выполнения запланированного для нее удара по тылам наступающей 6-й армии.

Обменявшись мнениями по этому поводу с членом Военного совета Н. Г. Кудиновым и начальником штаба С. П. Ивановым, [203] я решил активизировать действия войск армии с целью дальнейшего сковывания группировки противника. А поскольку боевой приказ на 18 мая был уже отдан, то приказал разработать дополнительные мероприятия и соответствующие распоряжения всем дивизиям.

Иванов тотчас же приступил к этому делу, а я связался по прямому проводу с командным пунктом фронта. Меня соединили с командующим, но вместо него к аппарату подошел начальник штаба; Он сказал, что командующий занят и не может сейчас вести: переговоры. Когда же я кратко сообщил содержание захваченных документов врага, начальник штаба попросил срочно доставить их на командный пункт фронта.

Из дальнейших его слов я и узнал наконец о событиях, происходивших в тот день в полосе Южного фронта. Он сказал, что там противник еще утром перешел в наступление крупными танковыми массами и уже успел добиться серьезного успеха на изюмском и барвенковском направлениях. Начальник штаба фронта выразил предположение, что захваченные нами документы раскрывают еще одно звено в общей цепи событий этого дня.

В самом деле, не трудно было догадаться, что мы имели дело с намерением гитлеровского командования нанести двухсторонний удар под основание барвенковского выступа. Стало очевидным и то, что цель противника состояла не только в срыве наступления армий Юго-Западного фронта, но и в ликвидации плацдарма вместе с находящимися на нем войсками. Позже с гало известно, что это и была тщательно подготовленная наступательная операция под кодовым наименованием «Фридерикус I».

Штабу Юго-Западного направления не удалось своевременно разгадать замысел врага. Он имел в своем распоряжении сведения о концентрации танковых соединений противника к северу от барвенковского выступа и еще более крупных сил — к югу. Но не придавал, как показано выше, большого значения ни одной из этих группировок в отдельности. И тем более не видел опасной взаимосвязи между ними.

К вечеру 17 мая все, казалось, прояснилось. Резко осложнилась обстановка в полосе 9-й армии, а это таило в себе угрозу не только для 57-й, но и для 6-й армий. К тому же окончательно выявились намерения противника нанести встречный удар с севера.

Предпринятое в тот день усиление 9-й армии ближайшими резерв вами оказалось явно недостаточной мерой против широкого замысла врага.. Нужны были иные, более действенные решения.

Главнокомандующий Юго-Западного направления в ночь на 19 мая приказал: 6-й армии вывести из боя 23-й танковый корпус, перебросить его на рубеж р. Берека и подчинить командующему 57-й армии; 38-й армии срочно подготовить прочную оборону на левом фланге, в районе Савинцы; 343-й стрелковой дивизии, 92-му танковому. батальону и батальону противотанковых ружей, располагавшимся [204] в резерве за левым флангом 38-й армии севернее Изюма, сосредоточиться за р. Северный Донец и занять оборону на южных подступах к г. Изюм. Кроме того, Ставка Верховного Главнокомандования выделила из своего резерва стрелковую дивизию и две танковые бригады. Она также разрешила усилить правое крыло Южного фронта переброской одной дивизии с ворошиловградского направления.

С утра 18 мая противник возобновил наступление на правом крыле Южного фронта. Из районов Барвенково и Долгенькая он наносил удар на север. Главные силы танковых дивизий врага наступали на Изюм. 343-я стрелковая дивизия не успела сосредоточиться в указанном ей районе. 5-й же кавалерийский корпус уступал врагу в оснащении боевой техникой. В итоге войска противника прорвали оборону кавалеристов и к 10 часам овладели южной частью г. Изюм. Наши части отошли. В течение всего дня они вели оборонительные бои, отразив попытки врага прорваться на левый берег реки Северный Донец. Не сумев с ходу осуществить это намерение, немецкие танковые дивизии повернули на запад.

Там, на рубеже р. Берека, им должен был преградить путь 23-й танковый корпус. Это вытекало из вышеизложенного приказа, изданного главнокомандующим Юго-Западным направлением в ночь на 18 мая. Но 6-я армия с большим опозданием получила распоряжение о выводе из боя 23-го танкового корпуса. Поэтому он до полудня наступал в боевых порядках армии. А когда командир корпуса начал выводить из боя свои бригады, они уже не могли вовремя сосредоточиться на рубеже Береки и воспрепятствовать танковому корпусу противника форсировать эту реку.

Тем не менее наступление южной группировки Юго-Западного фронта не было приостановлено. 6-я армия должна была продолжать продвижение на г. Мерефа, а группа генерала Бобкина— овладеть Красноградом. Наступательные задачи были поставлены и войскам северной ударной группировки.

Было ясно, что немецко-фашистское командование попытается ускорить окончание операции против нашей северной группировки с целью высвобождения и переброски на изюмское направление 3-й и 23-й танковых дивизий. Поэтому командующий фронтом приказал разгромить вражеские танковые дивизии наступлением 28-й армии в юго-западном направлении, а силами правого фланга 38-й армии овладеть опорными пунктами врага в Непокрытой, Песчаном, Большой Бабке.

Получив приказ, я принял решение уменьшить полосу наступления армии. Это позволило передвинуть к левому флангу 28-й армии 226, 124-ю и 81-ю стрелковые дивизии и уплотнить их боевые порядки. Им предстояло во взаимодействии с танковыми бригадами наступать в направлении населенного пункта Червона Роганка. Одновременно было решено сковать силы противника на левом фланге, где на 60-километровом фронте оборонялись 199-я [205] и 304-я стрелковые дивизии. Каждая из них получила задачу нанести удар двумя усиленными полками и не допустить переброски сил противника на активные участки фронта. Одна дивизия наносила удар на Чугуев, другая — на Балаклею.

План этот мы пытались осуществить в течение 18 мая, однако успеха не имели. Наши войска несколько раз переходили в наступление, продвигались на 1,5—2 км вперед, но подвергались массированным атакам танков и авиации и вынуждены были отходить в исходное положение.

Наступление на Чугуевском плацдарме также не достигло цели. Оно было отражено 44-й и 297-й пехотными дивизиями. Немецко-фашистское командование стремилось любой ценой удержать этот плацдарм, намереваясь, как показали дальнейшие события, воспользоваться выгодными позициями для подготовлявшегося летнего наступления.

Что касается 38-й армии, то среди причин ее неуспеха в первую очередь надо отметить допущенные нами ошибки и просчеты. Решение наступать в 26-километровой полосе было недостаточно обоснованным. Хотя мы располагали некоторыми сведениями о противнике на переднем крае и в ближайшем тылу, все же должного вывода из факта усиления вражеской обороны не сделали. Не учли те силы и средства, которые мог подбросить противник в район прорыва из глубины и с неатакованных участков фронта. Участок прорыва фронта противника не обеспечили необходимым количеством сил и средств, не создали решительного превосходства на важнейшем направлении,

Ко всему этому оперативное построение армии было неглубоким, одноэшелонным при слабом резерве и наличии всего лишь около 19 орудий и 5 танков на километр фронта наступления. При таких условиях вряд ли можно было рассчитывать, что мы сумеем не только прорвать вражескую оборону, но и осуществить глубокую операцию. Мы же, веря в успех наступления, вероятно, при планировании операции самообольщались, желаемое принимали за действительность. И хотя прорыв войск в первые дни наступления был высокий, нам удалось прорвать лишь тактическую зону обороны. Разгромить же подходившие резервы врага было нечем. Сказалось и то, что вражеские пехотные части были усилены большими группами танков, особенно активно действовала фашистская авиация. В течение светлого времени дня противник наносил один за другим удары с воздуха силами по 20—35 самолетов. Наша же авиация почти не появлялась над полем боя.

Из сказанного видно, что наступательные возможности дивизий 38-й армии были подорваны. Несмотря на это, было решено и 19 мая продолжать наступление силами северной ударной группировки. Это объяснялось тем, что обстановка требовала облегчить положение наших войск на барвенковском выступе.

Дело в том, что оно продолжало ухудшаться. В течение 18 мая [206] войска 9-й армии, ведя тяжелые оборонительные бой, отходили на восточный берег реки Северный Донец. Противник стремительно наступал в северном направлении. Становилась явной угроза коммуникациям наших войск на плацдарме. В связи с этим главнокомандующий Юго-Западного направления тогда же приказал вывести из состава 6-й армии в свой резерв также 21-й танковый корпус и одну стрелковую дивизию, сосредоточив их к исходу 19 мая в центре плацдарма.

Таким образом, основные подвижные силы южной ударной группировки были нацелены на ликвидацию прорыва противника в полосе 9-й армии и восстановление положения. Для выполнения этой задачи привлекались и резервы, прибывшие в район г. Изюм, и часть сил 57-й армии.

Положение войск на плацдарме, однако, становилось все хуже. При этом 6-я армия лишилась большей части оперативных резервов и не могла обеспечить решительного наступления на Мерефу. Группа генерала Бобкина не овладела Красноградом. Поэтому после тщательной оценки обстановки главнокомандующий и принял решение, изложенное в приказе от 19 мая.

Этим приказом соединениям 28-й, левого фланга 21-й и правого фланга 38-й армий ставилась задача разгромить танковую группировку в составе 3-й и 23-й танковых дивизий и других танковых частей противника. Согласно замыслу, эту группировку предполагалось окончательно вывести из игры, тем самым исключив в дальнейшем всякую угрозу для наших войск с ее стороны. В частности, считалось, что после удара она уже не сможет наступать из района Балаклеи в южном направлении и тем самым угрожать коммуникациям 6-й армии.

Оперативная группа в составе левофланговых дивизий 38-й армии под командованием генерала Шерстюка и одна дивизия из созданной тогда же фронтовой группы во главе с генерал-лейтенантом Ф. Я. Костенко (в состав последней вошли группа генерала Бобкина и часть сил 6-й армии — от ее левого фланга до Змиева включительно) должны были встречными ударами нанести поражение группировке врага на Чугуевском плацдарме. Это позволило бы им сомкнуть свои фланги и тем самым высвободить две дивизии 6-й армии, оборонявшие западный берег реки Северный Донец между Балаклеей и Змиевым. Главным силам той же группы генерала Костенко, состоявшим из четырех стрелковых дивизий, усиленных двумя танковыми бригадами, и правофланговым соединениям 57-й армии предстояло обороняться на фронте Змиев — Караван — Красноград — Сахновщина — Благодатное — Верх. Самара.

Наконец, приказ требовал разгромить танковую группу Клейста. Эта задача ставилась группировке войск в составе трех стрелковых дивизий и 2-го кавалерийского корпуса 57-й армии, трех стрелковых дивизий, 21-го и 23-го танковых корпусов 6-й армии и [207] соединений 9-й армии. Войска последней должны были нанести удар с востока, остальные соединения — с запада и севера.

Из содержания приказа видно, что Военный совет Юго-Западного направления стремился: концентрическими ударами возглавляемых им войск нанести поражение вражеской группировке и восстановить положение на южном фасе Барвенковского плацдарма; разгромить 3-ю и 23-ю танковые дивизии силами северной ударной группировки; очистить от чугуевской группы врага занятый ею плацдарм на р. Северный Донец, а заодно срезать балаклеевский выступ и расширить фланг изюмского выступа. Одновременно Военный совет не намеревался прекращать наступательную операцию по разгрому харьковской группировки противника.

Ничего не скажешь, замысел был смелый, и представлялся он авторам простым и реальным. На деле все обстояло далеко не так просто. Прежде всего необходимо было в ограниченное время произвести перегруппировку больших масс войск, разбросанных на обширном пространстве. А мы, как я уже рассказывал, тогда еще не умели делать это должным образом. Кроме того, в предшествующие восемь дней наступательных и оборонительных боев войска понесли большие потери, были сильно измотаны. Наконец, главной группировке угрожало окружение.

Таким образом, в приказе не были учтены реальные условия, в которых проходила борьба с противником. Силы врага, увы, по-прежнему преуменьшались, а наши собственные преувеличивались. Противостоявшие нам гитлеровские войска располагали крупными силами танков и авиации и обладали высокой мобильностью, маневренностью. Они бешено рвались вперед. А мы словно рассчитывали, что они останутся на уже занятых ими позициях на период перегруппировки наших войск.

Судьба этого боевого приказа сложилась соответственно его содержанию: не был осуществлен ни один пункт. Противник оказался в выигрыше. Войска Юго-Западного фронта потерпели в майских боях крупное поражение. Его последствия тяжело сказывались в течение всей летне-осенней кампании 1942 г.

Вот краткая хроника событий тех дней.

19 и 20 мая. Северная ударная группировка пытается продолжать наступление, но безуспешно, так. как враг сильнее, чем предполагалось. Зато танковая группа противника наносит контрудар, в результате которого наши войска со значительными потерями вынуждены отойти в исходное положение — почти на те самые рубежи, с которых мы начали наступление 12 мая.

В эти же два дня не менее стремительно развиваются события на Барвенковском плацдарме. Недостаточная оперативность в работе штабов и нечеткая постановка задач приводят к тому, что войска 6-й армии опаздывают сосредоточиться на рубеже Большая Андреевка — Петровское. Тем временем немецко-фашистское командование, усмотрев в активных действиях 2-го кавалерийского [208] корпуса угрозу своему флангу южнее Барвенково, перебрасывает туда ночью танковую дивизию. Последняя, прорвав оборону кавалерийского корпуса, овладевает Большой Андреевной до сосредоточения там частей 6-й армии. Что касается Петровское, то противник захватывает, а затем расширяет плацдарм у этого населенного пункта прежде, чем 23-й танковый корпус успевает прочно закрепиться на левом берегу реки Берека. После этого и войска 9-й армии отходят на восточный берег реки Северный Донец, перейдя к активной обороне.

21 мая. Противник начинает выводить из боя 3-ю и 23-ю танковые дивизии для переброски их на северный фас Барвенковского плацдарма. Наша же северная ударная группировка, понесшая довольно значительные потери, не располагает достаточными силами, чтобы воспрепятствовать этому. В то время как немецко-фашистское командование перебрасывает две названные дивизии в район западнее Балаклеи, группа Клейста прорывается на север. Ее танковые дивизии завязывают бои за населенный пункт Протопоповка.

Командование Юго-Западного фронта констатирует дальнейшее ухудшение обстановки. В связи с этим принимается решение отвести группу генерала Костенко, тем самым сократив линию фронта и одновременно создав крупные резервы.

22 мая. Танковая группа Клейста овладевает населенными пунктами Чепель, Волобуевка, Гусаровка. Устремившись ей навстречу, во второй половине дня форсируют р. Северный Донец, захватывают плацдармы и начинают движение к югу 3-я и 23-я танковые дивизии. Коммуникации наших войск на Барвенковском плацдарме перерезаны.

В поисках путей к восстановлению коммуникаций командование Юго-Западного фронта решает перенацелить главные силы 38-й армии. Ранее они предназначались для наступления из района Волохов Яр на Андреевку, Змиев. Приказом от 21 мая Военный совет фронта приказывает разгромить этими силами рвущуюся в район Савинцы танковую группировку врага.

Хотя этот приказ вскоре был отменен, он касался целиком предполагаемых действий войск 38-й, и потому мне представляется целесообразным привести его текст.

«1. Противник, удерживая фронт Печенеги, Балаклея, продолжает угрожать коммуникациям 6 А. Особое значение приобрел этот участок фронта в связи с наступлением противника в изюмском направлении.

2. Справа 28 А продолжает выполнять прежнюю задачу. Разгранлиния с ней прежняя. Слева 6 А ведет упорные бои на всем фронте с наступающим противником, стремящимся перерезать ее коммуникации.

3. С целью высвобождения 6 А из полуокружения и обеспечения [209] беспрепятственного питания, 38 А своим левым флангом в составе 199, 304, 242, 277 и 278 сд; 114 и 156тбр; 22 тк (13, 36 и 168 тбр, 51 мотоцикл, батальон) с утра 24.5.42 г. перейти в наступление на фронте Печенеги, Балаклея и, нанося главный удар на участке Василецково, Семеновка, иметь задачу: прорвать оборону противника и стремительным ударом 199, 277 и 278 сд, 156 тбр, 22 тк и другими частями усиления в направлении Граково к исходу первого дня выйти на рубеж 133,8, 129,2, Граково, 148,8,150,3, 149,8, Вербовка.

В дальнейшем, развивая наступление на запад и юго-запад, к исходу третьего дня правым флангом ударной группы выйти на р. Сев. Донец на фронте Анновка, Чугуев, Мохначи. Левофланговыми дивизиями (304, 242 сд, 114 тбр) во взаимодействии с 337 и 47 сд 6 А окружить и уничтожить противника на северном берегу р. Сев. Донец.

4. 22 танковому корпусу (13, 36 и 168 тбр, 51 мотоцикл, батальоном и батальоном мотопехоты) к исходу 23.5.42 г. занять исходное положение в районе Гетмановка, Сумское, Шевченково с задачей: с выходом атакующей пехоты на рубеж х. Николаевка, 162,0, 163,6 войти в прорыв на участке х. Николаевка, Михайловка. Одним броском овладеть Малиновка и разрушить переправы на р. Сев. Донец у Чугуев. В дальнейшем, повернув на юг, смять боевые порядки сопротивляющегося противника в районе Лиман, Андреевка, Волчий Яр и разрушить переправы на р. Сев. Донец восточное Змиев.

5. Штарм на период операции расположить в Волосская Балаклея.

6. 242 сд и 114 тбр оставить в резерве в занимаемых районах в готовности к удару на запад и без разрешения главкома в бой не вводить.

С. Тимошенко
Н. Хрущев
И. Баграмян»{72}

Уже после издания приказа в штабе фронта пришли к выводу, что войска 38-й армии не успеют выйти в назначенные районы. По этой причине он и был отменен. Приказ и его история представляют определенный интерес для исследователя, так как помогут ему лучше понять остроту и сложность обстановки в период описываемых событий.

Вернемся к хронике этих событий.

22 мая. Кольцо окружения вокруг войск 6-й и 57-й армий и армейской группы замкнулось. Окруженные войска были объединены в группу «Юг» («Южная группа») под командованием генерал-лейтенанта Ф. Я. Костенко, а приказ, о котором шла речь [210] выше, отменен. Тем не менее командование 38-й армии решает предпринять попытку оказать помощь окруженным.

В середине дня вместе с членом Военного совета армии бригадным комиссаром В. М. Лайоком приезжаю в штаб группы генерала Шерстюка. В нее входят 242-я стрелковая дивизия, 114-я танковая бригада и другие части. Ставлю группе задачу: переправиться через Северный Донец у населенного пункта Савинцы и, во взаимодействии с резервами фронта, разгромив танковую группировку врага в районе Чепеля, восстановить перерезанные ею коммуникации 6-й и 57-й армий.

Генерал-майор Г. И. Шерстюк немедленно приступает к выполнению задачи. Группа успешно переправляется через реку в указанном месте. На противоположном берегу вбирает в себя остатки 64-й танковой бригады 23-го танкового корпуса и другие части. Стремительной атакой овладевает Чепелем.

Начало хорошее. Но дальше все идет из рук вон плохо. Резервы фронта (3-я и 15-я танковые бригады) не выходят к назначенному времени в район Савинцы. Сравнительно слабой по составу группе генерала Шерстюка не удается одними лишь собственными силами преодолеть сопротивление двух вражеских дивизий — 14-й танковой и 384-й пехотной. Эти дивизии были повернуты фронтом на восток с целью ликвидировать плацдарм наших войск в районе Шуровка, Чепель и отбросить группу генерала Шерстюка за Северный Донец. Их атаки были отражены, но и наступление деблокирующей группы 38-й армии успеха не имело.

В результате задача по разгрому танковой группировки противника и восстановлению коммуникаций наших войск не выполнена. Не имея возможности развить удачно начатое наступление, группа генерала Шерстюка занимает оборону поперек излучины Северного Донца.

Все последующие действия войск 38-й армии в районе Савинцы и Чепель, как и оказавшихся во вражеском кольце частей 6-й и 57-й армий, были нацелены на прорыв фронта окружения. В течение четырех дней ни одна такая попытка не увенчалась успехом. Окруженным не давали возможности сосредоточить силы и осуществить прорыв непрекращающееся воздействие наземных войск противника и в еще большей степени массированные налеты авиации.

По-прежнему не удавалось и оперативной группе нашей 38-й армии прорваться на запад из района Чепель. Здесь ожесточенные атаки и контратаки вражеских танков также сопровождались непрекращающимися ударами авиации. Группы самолетов противника, сменяя в воздухе одна другую, бомбили боевые порядки наших войск.

Удары авиации были буквально непрерывными. Об этом можно судить по эпизоду, рассказанному мне маршалом С. К. Тимошенко. 25 мая он с группой офицеров ехал на мой наблюдательный [211] пункт в полосе группы Шерстюка. В районе Савинцы, у моста через Северный Донец, они попали под бомбежку. Пришлось оставить машины и перейти в укрытие, чтобы дождаться окончания налета авиации. Но так и не дождались. Весь день без перерыва фашистские самолеты бомбили и обстреливали мост, переправу, подступы к ним и войска. Только в сумерки машины штаба фронта смогли уйти, так и не добравшись до наблюдательного пункта 38-й армии.

Противник силами пехоты, танков и авиации бешено сопротивлялся малейшим попыткам изнутри или снаружи прорвать окружение. В этих боях погибла значительная часть попавших во вражеское кольцо. Из «мешка» выходили лишь отдельные группы. И хотя постепенно их число росло, все же многие еще оставались в окружении. Они упорно, героически сражались с врагом, стремясь выйти к своим.

С такой же настойчивостью, изо дня в день, части 38-й армии пытались извне прорвать кольцо окружения. От успеха наших усилий зависело очень многое, так как противник создал и внутренний и внешний фронты окружения. Первый из них удавалось прорвать отдельным группам войск 6-й и 57-й армий. Но для того чтобы выбраться из кольца, им нужно было после этого преодолеть еще и 25-километровый путь под воздействием наземных и воздушных сил врага. А на это у окруженных не хватало сил. Вот почему так важно было снаружи прорвать хотя бы внешний фронт окружения.

Многие воины 38-й армии отдали жизнь, стремясь выполнить эту задачу. Но сил оказалось недостаточно. Враг по-прежнему имел превосходство в танках и еще большее в авиации. Это и решало исход каждого боя.

Более удачным для нас был день 28 мая. На этот раз наш удар извне совпал с одновременным организованным натиском изнутри вражеского кольца.

Произошло это так.

Накануне, 27 мая, в районе западнее Лозовеньки сосредоточились наиболее боеспособные части окруженных войск. Они и составили ядро ударной группы, которая в ночь на 27 мая прорвала внутренний фронт окружения и к утру вышла в район Волвенково и Волобуевки. Вместе с ними сюда добрались многочисленные другие части и подразделения, присоединившиеся к ним во время боя.

Как я уже отмечал, такие группы делали и до этого попытки прорваться, но безуспешно. Если даже они преодолевали внутренний фронт окружения, то внешний оказывался им не под силу. Возможно, такая же судьба ждала и ту группу, которая к утру 28 мая достигла района Волвенково и Волобуевки. Но именно в это время войска 38-й армии сделали во внешнем фронте окружения как бы прокол шириной в километр. И как раз в направлении [212] Волобуевки. Враг оказал ожесточенное сопротивление. Стягивая к месту прорыва войска, он поливал узкий коридор шквальным огнем из всех видов оружия с земли, а его авиация непрерывно наносила удары с воздуха. Гитлеровское командование приложило большие усилия к тому, чтобы ликвидировать прорыв и не выпустить окруженных из смертельного кольца. Но не добилось успеха. 38-я армия нанесла удар снаружи в условиях, когда окруженные делали то же самое изнутри. Благодаря этому нам удалось вывести из окружения около 22 тыс. красноармейцев, командиров, политработников.

Помню, первыми подошли шесть танков Т-34. Из одного вышел член Военного совета Юго-Западного фронта дивизионный комиссар К. А. Гуров. За танками волнами шли тысячи советских воинов во главе с генерал-майором А. Г. Батюня. На их лицах сквозь тяжкую боль и усталость светилась непомерная радость возвращения к своим.

Общее число выбравшихся из окружения было вместе с этой группой довольно значительным. Но еще больше бойцов, командиров и политработников погибло во вражеском кольце. Среди них были заместитель командующего войсками Юго-Западного фронта генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко, командующий и член Военного совета 6-й армии генерал-лейтенант А. М. Городнянский и бригадный комиссар И. А. Власов, командующий, член Военного совета и начальник штаба 57-й армии генерал-лейтенант К. П. Подлас, бригадный комиссар А. И. Попенко и генерал-майор А. Ф. Анисов, командующий армейской группой генерал-майор Л. В. Бобкин и многие другие.

Большинство из них я хорошо знал и глубоко уважал. Они были в расцвете сил и могли бы еще принести много пользы делу борьбы с врагом. И потому особенно горько было сознавать, что их уже нет с нами.

Думая о павших товарищах, я то и дело возвращался мысленно к одному из них — Леониду Васильевичу Бобкину. Мы очень сблизились в то короткое время, когда он был моим заместителем. Человек больших способностей и чуткой души, он обладал и величайшей энергией. Как-то не верилось, что больше не встречусь с ним, не увижу его умной и доброй улыбки.

Вместе с Леонидом Васильевичем трагически погиб и его сын. Мальчику было лет 12—13, и он не разлучался с отцом. Когда Л. В. Бобкин был назначен командующим армейской группой и ему предстояло выехать к месту ее расположения на Барвенковский плацдарм, он задумался: как быть с сыном. Я настойчиво советовал ему оставить мальчика на попечение Военного совета 38-й армии. Но Леонид Васильевич решил по-иному: он не пожелал расставаться с сыном, да и тот усиленно просил взять его с собой.

Вместе они и погибли. [213]

В рядах 6-й армии и 6-го кавалерийского корпуса героически сражались и пали многие из моих друзей и боевых товарищей по Лозовской наступательной операции, которую мы провели в январе 1942 г.

VII

Так трагически закончилась в последних числах мая 1942 г. Харьковская наступательная операция. Эта неудача была очень чувствительной для войск Юго-Западного направления. Потеря большого числа людей, техники и вооружения была тяжелым ударом накануне событий, развернувшихся летом 1942 г. на южном крыле советско-германского фронта.

Не приходится сомневаться и в том, что Ставка допустила ошибку, согласившись на проведение этой операции. Но, как я уже отмечал, она это сделала по настоянию Военного совета Юго-Западного направления.

Каковы же были принципиальные соображения, которыми руководствовался Военный совет Юго-Западного направления, так настойчиво добиваясь утверждения своих широких наступательных планов на апрель-май 1942 г.? В поисках ответа на этот вопрос пришлось перебрать в памяти все, что мне довелось в тот период услышать от членов Военного совета направления и фронта об их оценке обстановки. Эти же мысли встретились мне в ряде документов того времени. Чтобы не повторяться, ограничусь приведением одного из них. [214]

С наступлением весны все мы тогда задумывались над перспективами дальнейшей борьбы против вторгшегося на советскую землю врага. В войсках и в штабах горячо обсуждался этот вопрос. Военные советы организовали чтение специальных докладов на партийных собраниях, с тем чтобы довести до всех командиров свою оценку обстановки и перспектив ее развития.

Состоялось такое собрание и в штабе Юго-Западного фронта. На нем заместитель начальника штаба фронта полковник И. Н. Рухле выступил с докладом «Задачи партийной организации штаба в обеспечении действий войск фронта на весенний период». Доклад, бесспорно, отражал точку зрения военного и политического руководства фронта, а также направления. По этой причине представляют немалый интерес его тезисы, которые удалось найти в архиве.

Вот как в них оценивалась общая обстановка на советско-германском фронте: «...Зимний период знаменателен тем, что инициатива действий была вырвана у немцев и перешла в руки Красной Армии. Красная Армия от обороны перешла к наступлению, сняла непосредственную опасность Москве и отбросила противника далеко на запад.

Следовательно, с началом зимы война вступила в новый этап своей динамики со всеми преимуществами Красной Армии как наступающей стороны».

Затем ставился вопрос: «Что дала нам зимняя кампания?» Ответ гласил: «Разгром немцев под Москвой и отход их на ряде участков других фронтов, а также переход противника к обороне на всем театре войны». И далее: «Это значит, что германская армия была вынуждена отказаться от наступления, понесла большие потери от контрударов, потеряла былую веру в успех ведущейся войны... К началу зимней кампании германская армия достигла предела напряжения сил (нуждалась в оборонительной передышке). Контрнаступление Красной Армии сломило материальные силы и моральную устойчивость врага и тем положило начало разложению германской военной машины».

Из всего этого в докладе был сделан следующий вывод: «Фашистская Германия до конца израсходовала свое преимущество стратегической внезапности (привходящий фактор). Превосходство материальных и моральных сил Красной Армии (постоянно действующие факторы) обеспечило нам успех в течение зимы. Все же к весенней кампании мы имеем еще перед собой большую (армию), технически оснащенную, но с надломленной верой в победу, потерявшую лучшие свои кадры и массу техники, что восстановить в былых размерах в ходе войны фашистской армии не удастся»{73}. [215]

Признаюсь, с глубоким волнением читал я эти строки теперь, более четверти века спустя. Ведь они отражают нашу великую веру в руководство Коммунистической партии и Советского правительства, глубокую убежденность в конечной победе над врагом.

Но, вчитываясь в содержание цитируемого документа, нельзя не заметить налета преувеличения во всем, что касалось трудностей, испытываемых противником, а также имевшихся у нас преимуществ. Естественно, что это больше всего отразилось на той части тезисов, которые касались перспектив весенней кампании.

Так, вполне обоснованно заявлялось, что «с наступлением теплого периода, позволяющего оживить мобильность всех родов войск», между воюющими сторонами развернется «борьба за инициативу» и «подготовка плацдарма развертывания новых сил для развития решительных операций». А далее утверждалось, что одной из особенностей приближающегося нового этапа войны явятся «наступательные операции (на решающих направлениях) обеих сторон». Более того, был сделан вывод, что «с наступлением весны следует ожидать активности операций с обеих сторон на всем фронте борьбы»{74}.

Дальнейший ход событий показал, что именно этот вывод не соответствовал обстановке. Что касается противника, то он развернул наступление не на всем советско-германском фронте, а лишь на юге, причем сосредоточил там свои главные силы. С другой стороны, Советские Вооруженные Силы еще не были обеспечены резервами и вооружением в том огромном количестве, которое требовалось для ведения активных операций по всему фронту.

После всего сказанного, надо полагать, нет необходимости доказывать, что отказ от Харьковской наступательной операции был бы наиболее целесообразным в обстановке весны 1942 г. Переход к прочной обороне на хорошо подготовленных позициях позволил бы избежать крупного поражения, нанести врагу после начала его наступления более значительный урон, сорвать в какой-то мере его планы летнего наступления и приблизить час развертывания активных боевых действий Красной Армии.

Если же Харьковская наступательная операция, вопреки здравому смыслу, началась, то проводить ее надо было решительнее, с предельным напряжением сил и стремительностью. К сожалению, отсутствие этих важнейших элементов всякой наступательной операции и явилось одной из первостепенных причин постигшего нас поражения. Операция планировалась без полной гарантии на благоприятный исход, проводилась как-то неуверенно и нерешительно, в особенности после получения сведений о прорыве группы Клейста. [216]

Когда противник нанес удар в полосе 9-й армии, у основания барвенковского выступа, т. е. в глубокий тыл 6-й армии, то следовало прежде всего определить масштабы угрозы. Сделав это, командование, несомненно, пришло бы к выводу: приостановить наступление 6-й армии и группы генерала Бобкина, повернуть их главные силы на восток и во взаимодействии с 9-й и 57-й армиями Южного фронта разгромить прорвавшуюся группу Клейста. Иначе говоря, следовало прежде всего предотвратить возникшую опасность с юга.

Этого не произошло. Командование и штаб Юго-Западного направления вначале недооценили угрозу и не решились сразу приостановить наступление на Мерефу и Красноград. Приказы о переброске танковых корпусов против прорвавшейся группировки противника были отданы с опозданием и неодновременно. К тому же и вывод их из боя затянулся на 10—12 часов.

Кстати, и поныне продолжаются разговоры по поводу ввода в прорыв этих танковых корпусов утром 17 мая. Целесообразен ли он был? Ответ на этот вопрос неразрывно связан с оценкой неудачного замысла Харьковской операции в целом. Как уже отмечалось, командование Юго-Западного направления допустило ошибку в оценке сил и возможностей противника, преуменьшив их. И это наложило отпечаток на все его решения. Так, не сомневаясь в благоприятном исходе операции, оно запланировало нанесение главного удара 6-й армией из оперативного «мешка», при этом операция в целом была начата при наличии явно недостаточных сил и средств, без обеспечения глубоких флангов южной ударной группировки.

Наряду с такими ошибками в планировании и организации наступления был допущен и ряд других, касавшихся ее проведения. Одной из них и являлся ввод танковых корпусов в прорыв 17 мая. Это было основной причиной разгрома войск на Барвенковском плацдарме.

Была ли другая возможность использовать эту внушительную силу, свыше двух с половиной сотен танков? Да, была. Речь идет об имевшейся возможности ввести 21-й и 23-й танковые корпуса в прорыв значительно раньше, чем это было осуществлено. Ввод в бой второго эшелона и эшелона развития успеха в полосе 6-й армии 14 мая, как это было предусмотрено планом, несомненно, мог дать операции иное развитие.

Отказ от их использования тогда был связан с тем, что успешные действия северной ударной группировки фронта создали у противника представление, будто она наносила главный удар. Это привело к переброске против нее вражеских резервов, в том числе 3-й и 23-й танковых дивизий. В результате резко за тормозилось наступление нашей северной группировки. Командующий фронтом отсрочил ввод в прорыв танковых корпусов, а авиацию, поддерживающую наступление южной ударной группировки, [217] перенацелил для отражения контрудара гитлеровских танковых дивизий в полосе северной ударной группировки. Тем самым противник в полосе 6-й армии получил возможность осуществить частичную перегруппировку сил и организовать сопротивление на промежуточных рубежах.

В той обстановке ввод в сражение 14 мая двух танковых корпусов в полосе южной ударной группировки являлся наиболее эффективной помощью войскам северной ударной группировки. Он также лишая противника выигрыша времени для организации обороны против нашей 6-й армии. Как стало известно после войны, положение именно здесь вызывало особое беспокойство командующего группой армий «Юг» фельдмаршала фон Бока. 14 мая он звонил в штаб сухопутных войск и предложил перебросить 3—4 дивизии из группы Клейста для ликвидации бреши южнее Харькова. Возможно, что ввод в сражение 21-го и 23-го танковых корпусов в тот день и их успешное продвижение вперед могли заставить немецко-фашистское верховное командование принять иное решение, а это влекло за собой ослабление группы Клейста и, следовательно, силы ее контрудара.

Думается, что строгое выполнение командованием Юго-Западного направления намеченного плана могло повернуть ход событий в нашу пользу. Нерешительность и колебания привели к тому, что танковые корпуса были введены в бой только на шестой день операции. Это сыграло отрицательную роль. Своевременные и стремительные действия корпусов могли вывести наши войска на глубокие тылы харьковской группировки противника, т. е. поставить вражеские войска в такое положение, в каком оказались мы в результате контрудара группы Клейста.

В подтверждение приведу два примера, относящиеся к этой же операции. Один из них относится к действиям группы генерал-майора Л. В. Бобкина. 12 мая ее командующий с целью более стремительного прорыва обороны противника ввел в бой свой второй эшелон в составе 6-го кавалерийского корпуса и 7-й танковой бригады. Решительное наращивание сил в первый день операции сорвало попытки противника задержаться на промежуточных оборонительных рубежах и обеспечило выход войск группы к Краснограду.

Другим примером, полагаю, может служить показанный выше ввод в бой второго эшелона 38-й армии через несколько часов после начала наступления. В данном случае это позволило прорвать тактическую зону вражеской обороны в первый же день операции.

Как видим, оба приведенных примера относятся к вспомогательным направлениям. На участках прорыва, где действовали войска, наносившие главный удар, не были приняты меры для ускорения темпов наступления. Между тем ввод танковых корпусов в прорыв на третий день операции в полосе наступления 6-й армии, [218] где противник не имел танковых частей, позволял развить стремительные темпы. Неприятеля это должно было лишить возможности держаться за каждый промежуточный рубеж с целью выигрыша времени для подтягивания резервов.

Напомним еще раз, что группа Клейста 13 мая, т. е. на второй день наступления Юго-Западного фронта, начала сосредоточение своих сил в полосе 9-й армии. Вот почему ввод в прорыв 21-го и 23-го танковых корпусов согласно плану мог создать ситуацию, при которой план противника (операция «Фридерикус I») мог стать невыполнимым.

Следовательно, если вообще существовала возможность успешного проведения Харьковской наступательной операции, то она заключалась в решительности и стремительности действий. К сожалению, стремительность действий командование и штаб фронта почему-то отождествляли с неоправданным риском. Это и привело к тому, что мы почти повсюду запаздывали.

А ведь был момент, когда мы стояли уже на пути к успеху. Этого не могут скрыть в своих воспоминаниях и немецкие участники боев, происходивших в мае 1942 г. Например, один из них, Вильгельм Адам, в книге «Трудное решение» признал: «Для нас создалось угрожающее положение. Наносящим удар советским войскам удалось на ряде участков прорвать нашу оборону. Советские танки стояли в 20 километрах от Харькова... В боях за Харьков 6-я армия (немецкая.—К. М.) понесла весьма ощутительный урон, потеряв 20 тыс. человек убитыми и ранеными»{75}.
* * *

Боевые действия в районе Харькова характеризовали острую борьбу за инициативу в развертывании крупных наступательных операций и улучшение оперативного положения войск воюющими сторонами. Потерпев поражение в мае, советские войска потеряли важный оперативный плацдарм и вынуждены были перейти к обороне в невыгодных условиях.

Это послужило суровым уроком. И главный из них состоял и том, что мы отрешились от преувеличенного представления о своих успехах в накоплении опыта ведения современной войны. Слов пет, к тому времени советские войска, штабы и командование всех степеней многому научились за год войны. Но далеко не всему тому, что должны были знать и уметь. Понимание этого, сознание необходимости еще многому учиться, доставшееся нам дорогой ценой в мае 1942 г., я и считаю одним из главных уроков Харьковской наступательной операции. [219]

Москаленко Кирилл Семёнович

01.06.2017, 15:06

http://militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-1/06.html

I

В результате неудачной Харьковской наступательной операции ослабленные войска Юго-Западного фронта перешли к обороне. Линия фронта проходила по руслу р. Северный Донец. Только в трех местах она не совпадала с течением реки. В районе юго-западнее Волчанска и южнее Балаклеи у населенного пункта Савинцы войска 38-й армии занимали плацдарм на правом берегу реки Северный Донец. Восточное Чугуева, от населенного пункта Печенеги до г. Балаклея, на левом берегу реки был обширный плацдарм у противника.

В последней декаде мая здесь было отмечено резкое оживление в расположении противника. Данные разведки и показания пленных подтвердили сосредоточение вражеских войск на Чугуевском плацдарме. Очевидно, враг придавал важное значение удержанию плацдарма и поэтому зимой и весной 1942 г. ценой огромных потерь упорно цеплялся за свои позиции. Для их защиты он бросал в бой не только тыловые части, но и учебные команды, в том числе и танковые в пешем строю.

Ожесточенность майских боев на Старосалтовском и Барвенково-Лозовском плацдармах не оставляла сомнений в намерениях врага. Вероятно, он стремился вытеснить советские войска с плацдармов на правом берегу реки Северный Донец и занять выгодные позиции для развертывания дальнейших активных действий.

Опасаясь удара в направлении г. Купянск, главнокомандующий Юго-Западного направления Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко приказал участок фронта на Старосалтовском плацдарме передать 28-й армии. Усилия 38-й армии должны были быть сосредоточены на обороне 60-километрового участка фронта против Чугуевского плацдарма противника. Оборона 199-й и 304-й стрелковых дивизий на этом участке фронта уплотнялась частями [220] 277-й и 278-й стрелковых дивизий. По обе стороны железной дороги и шоссе Харьков — Купянск создавались оборонительные рубежи, промежуточные и отсечные позиции.

Местность, которая лежала перед 38-й армией, представляла собой широкие степные просторы, где можно было применить в больших масштабах все роды войск с их многочисленной техникой, особенно танки и авиацию. И не вызывало сомнения, что враг постарается использовать эти преимущества для осуществления своих планов. Такое предположение о намерениях вражеского командования подкреплялось данными разведки.

Командование фронта на основании данных разведки о сосредоточении вражеских войск и показаний пленных пришло к аналогичному выводу. Поэтому решение об укреплении обороны не было неожиданным для меня. Все явственнее вырисовывалось и то, что противник готовился нанести удар в направлении Купянска, т. е. опять-таки в полосах 28-й и 38-й армий. Прибытие под Харьков свежих соединений из Западной Европы, подтягивание из глубины пополненных танковых дивизий, сосредоточение и активизация авиации, а также создание громадных запасов материальных средств — все это говорило само за себя. Потому-то командующий фронтом и отдал приказ об усилении войск на самом угрожаемом участке.

Это решение командующего являлось существенной частью мероприятий, намеченных в то время Военным советом Юго-Западного направления. Они вытекали из новой оценки обстановки, сложившейся на юге Советской страны к 29 мая 1942 г.

Согласно имевшимся данным, войска противника были сосредоточены в следующих полосах: от Обояни до Харькова — семь пехотных дивизий; восточнее Харькова от населенного пункта Печенеги до р. Изюм — четырнадцать пехотных, шесть танковых и одна-две моторизованные дивизии; от Изюма до Лисичанска — семь пехотных дивизий; от Лисичанска до Таганрога — шестнадцать пехотных дивизий. Сюда же намечалось перебросить из Крыма пять-шесть пехотных и две танковые дивизии.

Соотношение сил в трех из этих полос не было угрожающим, и советские армии находящимися в обороне дивизиями могли предотвратить прорыв немецко-фашистских войск на восток. В четвертой же, на фронте Печенеги — Изюм, было явное превосходство на стороне противника, особенно в танках. Даже фронтовые резервы не вносили существенных коррективов. Это и была полоса 38-й армии.

Исходя из группировки вражеских войск, соотношения сил и стремления противника прорваться на Кавказ и завладеть источниками нефти, командование Юго-Западного направления пришло к выводу, что немецко-фашистские войска могут предпринять наступление в ближайшие 5—10 дней. Наиболее вероятным считался главный удар с Чугуевского плацдарма на Купянск [221] и вспомогательный из района Изюм на Старобельск. В случае успешного исхода крупная группировка противника выходила на правое крыло и в тыл Южного фронта. Непосредственная угроза возникла также на левом крыле Юго-Западного фронта.

Для противодействия намерениям вражеского командования было решено организовать за счет внутренней перегруппировки прочную оборону на стыке двух фронтов в полосах 38, 9-й и 37-й армий. В то же время Военный совет направления считал, что имеющихся сил было недостаточно для успешного отражения главного удара противника. Поэтому оп просил Ставку усилить войска не менее чем тремя стрелковыми дивизиями, танковым корпусом, артиллерией п иметь на этом важнейшем направлении свои резервы.

Из сказанного видно, что участок фронта, обороняемый 38-й армией, считался одним из наиболее угрожаемых на юго-западном направлении. Предполагалось также, что он находится на направлении предстоящего главного удара противника. Ход событий подтвердил это.

Вообще оценка обстановки Военным советом Юго-Западного направления, сделанная в конце мая 1942 г., и выводы по ней{76} выгодно отличались от ряда предшествующих подобных оценок и выводов своей реалистичностью. И все же эта оценка касалась лишь ближайшего будущего. Она не распространялась на всю летнюю кампанию. Произошло же это потому, что командование и штаб Юго-Западного направления и фронта продолжали придерживаться прежней точки зрения относительно немецко-фашистских планов на лето. Вследствие этого, указав на сосредоточение крупных сил противника на юге, они не сделали вывода о том, что именно здесь, а не на московском направлении, развернется летнее наступление врага.

Такой вывод в сущности и должен был исходить прежде всего от Военного совета Юго-Западного направления. К сожалению, он не был им сделан ни до неудачной Харьковской наступательной операции, ни после нее. Иначе говоря, по-прежнему ожидались два удара главных сил немецко-фашистских войск: один — в обход Москвы с юго-востока с целью выхода на Волгу в районе Горького и изоляции столицы от важнейших промышленных и экономических центров Поволжья и Урала; второй — на Кавказ, к источникам нефти.

Оценка обстановки, сделанная к 29 мая, фактически соответствовала точке зрения о том, что противник готовится нанести на юге не главный, а вспомогательный удар и что наступать основными силами оп намеревается на московском направлении.

Таким образом, сложившаяся на юге к концу мая 1942 г. неблагоприятная для нас обстановка усугублялась тем, что войска [222] здесь не готовились к отражению наступления главных сил противника. Вместо этого Военный совет Юго-Западного направления проводил меры, направленные на парирование предполагаемого вспомогательного удара. Это и оказало глубоко отрицательное влияние на весь ход событий лета 1942 г.

II

Начались эти события, впрочем, примерно так, как предполагалось в оценке обстановки Военным советом Юго-Западного направления от 29 мая. Я имею в виду удар противника в направлении Купянска и Старобельска.

Нанесенный противником в мае удар на барвенковском выступе не исчерпал задач операции «Фридерикус I». Теперь известно, что одна из ее целей, в частности, заключалась в том, чтобы полностью овладеть правым берегом Северного Донца. Но именно этого противнику и не удалось добиться. В руках 38-й армии, как уже отмечено, оставались два плацдарма на правом берегу реки — Старосалтовский и в районе населенного пункта Савинцьг.

Такая конфигурация фронта не устраивала командование группы армий «Юг». Кроме того, на очереди у него была следующая операция, получившая кодовое название «Вильгельм». Цели ее, как говорил впоследствии Ф. Паулюс, состояли в том, чтобы «1) заблаговременно, еще до начала главного наступления, форсировать р. Донец; 2) занять выгодную позицию, с которой можно было бы нанести удар по южному флангу русских войск, находящихся в холмистой местности восточное Белгород; 3) достичь на южном фланге р. Бурлук, тем самым обеспечить защиту фланга 3-го танкового корпуса 1-й танковой армии, который через Купянск должен был повернуть на юго-восток»{77}.

Таким образом, это была лишь еще одна частная операция, осуществлявшаяся в интересах подготовки «главного наступления». Главный удар, нацеленный на Купянск, должны были отразить прежде всего 28-я и 38-я армии.

Здесь, на фронте от Волчанска до Изюма, противник обладал большим превосходством в силах и средствах, особенно в танках. Он имел 14 пехотных, шесть танковых и одну-две моторизованные дивизии. Им противостояли войска 28, 38-й, правого фланга 9-й{78} армий и фронтовые резервы — всего 10 стрелковых, шесть кавалерийских дивизий, танковый корпус и семь отдельных танковых бригад. Все они имели неполный состав. Особенно ослаблены [223] были три стрелковые и три кавалерийские дивизии, а также пять танковых бригад.

В описываемое время в целом на советско-германском фронте превосходство в силах и особенно в технических средствах ведения вооруженной борьбы было на стороне противника. И Красной Армии предстояло выдержать еще немало суровых испытаний, прежде чем Советский Союз превзошел врага в этом отношении и окончательно повернул в свою пользу ход войны.

Но вернемся к обстановке, которая сложилась к тому времени. Уже в конце мая и особенно в самом начале июня появились все признаки подготовки врага к наступлению. На всем фронте нашей армии сосредоточивались его пехота и танки. Артиллерия производила пристрелку целей, авиация непрерывно дежурила в воздухе. Из глубокого тыла противника прибывали крупные подкрепления и резервы.

Убедившись в том, что на участке 38-й армии враг будет наступать крупными силами, мы стремились всесторонне подготовиться к отражению его удара. Однако в нашем распоряжении оказалось всего лишь несколько дней.

Как уже отмечалось, и декабре 1941 г; в связи с переходом от обороны к наступлению все командиры и красноармейцы внутренне перестроились, воодушевились. И теперь, после нескольких месяцев наступательных действий, было еще труднее видеть, что советские войска вновь вынуждены обороняться. Ведь зимой, да и весной, казалось, что инициатива окончательно перешла в руки Красной Армии. Хотя можно было ожидать новых попыток врага опять захватить ее, однако верили, что ему это не удастся.

Более того, многие из нас полагали, что Красная Армия уже в состоянии немедленно выбросить захватчиков с советской земли. Проявлением этого и являлись, в частности, планы наступательных действий, разработанные Военным советом Юго-Западного направления. Предусматриваемая ими серия ударов по врагу с целью оттеснить его до Днепра была, несомненно, задумана как начало изгнания оккупантов с территории нашей Родины.

Между тем противнику удалось тогда нанести Красный Армии тяжелые поражения на Керченском полуострове и на барвенковском выступе. В те дни враг крупными силами перешел в наступление на Севастополь. А теперь и на берегах Северного Донца советские войска стояли лицом к лицу с превосходящими силами врага, изготовившимися для нанесения нового удара. Иными словами, обстановка резко изменилась и предстояла длительная, упорная оборона.

Я уже говорил, что соединения 38-й армии в основном выполняли наступательные задачи всю зиму, всю весну и даже в дни, когда противник окружил на Барвенковском выступе часть войск Юго-Западного и Южного фронтов. Тогда каждый воин армии жил одной мыслью: вперед! [224]

Иной стала задача теперь. Враг готовился к наступлению, и надо было в короткие сроки создать прочную, глубоко эшелонированную оборону. Настолько прочную, чтобы она стала непреодолимой и для пехоты, и для танков противника. Требовалось укрыть личный состав от поражения артиллерийско-минометным огнем и особенно авиации. Штаб армии должен был предусмотреть различные варианты действий противника, спланировать эффективные мероприятия своих войск по каждому из них и организовать взаимодействие родов войск на различных этапах предстоящих боев.

Одна из важнейших задач в те дни состояла в том, чтобы подготовить бойцов к упорной обороне.

Принцип обороны прост: стоять насмерть. Так должен был стоять стрелок, пулеметчик, минометчик, каждый воин. За его спиной Родина, семья, дети. Погибли его товарищи, убит командир, но он должен по-прежнему сделать все, чтобы уничтожить врага. Он не должен отступать ни на шаг. Таков приказ. Он может отступить только по приказу своего командира.

Да, нам предстояло стоять насмерть. Необходимо было не только подготовить личный состав к пониманию изменившейся обстановки, но и разъяснить, что успех ныне зависит исключительно от стойкости в обороне. Оборудованная местность всегда была верным союзником воинов в бою, поэтому требовалось создать глубоко эшелонированную оборону.

Бойцы зарылись в землю. Даже танкисты приданного армии 22-го танкового корпуса (командир генерал-майор А. А. Шамшин) закопали в землю танки по башни. Корпус входил во второй эшелон армии, который был сосредоточен, как и все ее главные силы, на правом фланге — у шоссе и железной дороги Харьков — Купянск. Враг пытался ввести нас в заблуждение относительно направления своего главного удара, но мы разгадали смысл ложного маневра в районе Балаклеи, где противник имитировал сосредоточение войск, и резервов туда не перебросили.

Полностью осуществить все намеченные мероприятия 38-я армия не успела. Не хватило времени. Это обстоятельство, а главное — значительное превосходство сил противника и предопределило исход вскоре начавшихся боев.

III

10 июня в 4 часа утра после 45-минутной артиллерийской подготовки танки и мотопехота противника, поддержанные мощной авиацией, перешли в наступление. Они атаковали наши позиции на многих участках фронта армии, в том числе из района Балаклеи в направлении Савинцы (см. схему на стр. 258). [225]

Но к 11 часам дня окончательно определилось, что и там, и у населенных пунктов Волохов Яр, Яковенково вражеское наступление носило чисто демонстративный характер. Как мы и ожидали, главный удар наносился вдоль дорог на Купянск. Он пришелся на стыке правофланговой 277-й и 278-й стрелковых дивизий.

Еще в 6 час. 30 мин. пехота и танки врага нанесли удар по правому флангу 852-го стрелкового полка 277-й стрелковой дивизии. Вытеснив его из Худоярово и из рощи восточное Николаевки, противник спустя еще час овладел населенным пунктом Малые Крынки. К 10 часам он занял и Гетмановку.

278-я стрелковая дивизия в то утро отбила все атаки. Но после того как противник захватил Малые Крынки, он смог оттуда ударить во фланг этой дивизии на Ново-Степановку и овладеть ею. Дальнейшее его наступление на восток было остановлено огнем танков 22-го танкового корпуса на рубеже Мостовое — Татьяновка — Богодаровка.

В этот момент мне (я находился на наблюдательном пункте) доложили: вызывает для переговоров по прямому проводу заместитель начальника Генерального штаба генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин. Я поспешил к аппарату Бодо, на ходу обдумывая краткий доклад. Но докладывать пришлось не заместителю начальника Генерального штаба.

— С вами сейчас будет говорить товарищ Сталин,— сказал Н. Ф. Ватутин после обмена приветствиями.

Верховный Главнокомандующий, поздоровавшись, попросил доложить обстановку. Отвечая, я начал прямо с того, что противник потеснил войска армии, нанеся превосходящими силами удар по ее правому флангу. Далее доложил, что главные усилия врага сосредоточены на купянском направлении, однако там ему пока удалось продвинуться лишь на 3—4 км. Выслушав, И. В. Сталин заметил:

— Немецко-фашистские войска на советско-германском фронте проявляют в настоящее время активность только в районе Волчанска и восточное Чугуева, т. е. против вас. Это облегчает отражение ударов противника.

Далее он спросил, какие меры принимаются для того, чтобы не допустить прорыва вражеских войск к Купянску.

В момент, когда происходил этот разговор, войска армии сдерживали наступление врага ценою больших усилий. Противник продолжал осуществлять массированные атаки танков. Его артиллерия и минометы вели ураганный огонь. В воздушных налетах участвовало 150—200 фашистских самолетов. Они действовали группами по 12—15 машин, непрерывно наносивших бомбовые удары по нашим боевым порядкам.

Но ничто не могло сломить сопротивление обороняющихся войск. Противник потерял до 60 танков, но так и не смог пробиться вдоль шоссе на Купянск. [226]

Обо всем этом я и доложил Верховному Главнокомандующему. Рассказал о закопанных в землю танках 22-го танкового корпуса, преградивших своим огнем путь врагу. Доложил о подготовляемом контрударе, который мы намечали нанести на рассвете следующего дня. Наконец, сказал, что войска армии приложат все силы для отражения удара и срыва наступления врага. Выполнили ли мы это обещание? Не сумев сломить сопротивление войск 38-й армии вдоль шоссе на Кунянск, противник во второй половине дня 10 июня повернул на северо-восток. Там, на участке 277-й стрелковой дивизии в районе населенного пункта Отрадное, расположенного на северном берегу р. Большой Бурлук, к 17 часам действовало до 150 вражеских танков. Превосходящие силы противника продолжали теснить 277-ю стрелковую дивизию. Понеся большие потери в личном составе и вооружении, она к исходу дня вынуждена была начать отход. В течение ночи части дивизии отошли в район населенных пунктов Орошимовка, Крейдянка, расположенных на той же реке, только в ее верхнем течении, на западном берегу.

После этого почти весь район, ограниченный с запада Северным Донцом, а с юга и востока Большим Бурлуком, оказался в руках у противника. Исключение составили лишь его восточная часть, на которую отошла 277-я стрелковая дивизия, а также северная.

Той же ночью в образовавшийся прорыв в междуречье Северного Донца и Большого Бурлука вошли две вражеские дивизии — пехотная и танковая. В то время как части 277-й стрелковой дивизии отступали к востоку, колонны войск противника двинулись к северу, в направлении населенного пункта Великие Хутора. Что влекло их туда? Можно было предположить, что эта группировка имела задачу продвинуться еще дальше к северу. Там она могла ударом в направлении г. Белый Колодезь соединиться с другой активизировавшейся группировкой немецко-фашистских войск — волчанской. Одновременно это грозило окружением 28-й армии. Но было вполне вероятно, что продвигавшиеся к северу две дивизии противника имели и другую цель — обойти правый фланг 38-й армии и с северо-запада прорваться к Купянску.

Сорвать любое из этих намерений и должен был подготовляемый нами контрудар. Намечалось нанести его 11 июня в 3 часа утра в направлении Шевченково, Худоярово. Цель — уничтожить прорвавшуюся вражескую группировку и восстановить положение на правом фланге 38-й армии. Для нанесения контрудара были выделены 22-й танковый корпус, 162-я и 278-я стрелковые дивизии, 3-я и 156-я танковые бригады. Командование танковой группой было возложено на генерал-майора Н. А. Новикова, бывшего командира 3-й танковой бригады, а с 7 июня — моего заместителя по бронетанковым войскам. [227]

Ночью, когда соединения контратакующей группы готовились к нанесению контрудара, потел сильный дождь. Ливень сразу сделал непроезжими все грунтовые дороги. В результате горючее и боезапас для танков были доставлены с опозданием. Это в свою очередь привело к тому, что, например, части 22-го танкового корпуса начали атаку не одновременно. А на участке 162-й стрелковой дивизии по той же причине пехота наступала без танков непосредственной поддержки. Что касается 133-й танковой бригады (командир полковник Н. М. Бубнов), то она пошла в наступление только в 11 часов. Произошло это потому, что бригада до 4 часов утра вела бой с танками противника, прорвавшимися, как уже говорилось, на участке 277-й стрелковой дивизии.

Кстати, танкисты полковника Бубнова нанесли большой урон противнику, но и сами лишились значительной части своих боевых машин. В строю осталось только 12 танков. В той или иной море были ослаблены в недавних боях и другие соединения, участвовавшие в нанесении контрудара.

Во много раз усложнили задачу 38-й армии и действия вновь активизировавшейся авиации противника. Она, как и накануне, безраздельно господствовала в воздухе. Фашистские летчики [228] наблюдали за передвижениями советских войск, и это помогало вражескому командованию раскрывать наши намерения. Тесно взаимодействуя с тапками, авиация врага наносила непрерывные удары по огневым позициям артиллерии и скоплениям войск. Только против танков, участвовавших в контрударе 38-й армии, она совершила около 1200 самолето-вылетов.

Наконец, контратакующая группа генерала Н. А. Новикова сразу же натолкнулась на сильное противотанковое прикрытие противника.

Конечно, никто не. ожидал легкого успеха. Было ясно, что противник не мог не учитывать возможности контрудара, а следовательно, и принял соответствующие меры. В этих условиях успех зависел от стремительности действий контратакующей группы, от одновременности ее удара всеми силами, собранными в кулак. К сожалению, такого удара не получилось.

Когда наконец все входившие в группу соединения пошли в атаку, то оказалось что в это же время враг возобновил наступление силами 62-й и 297-й пехотных, 14-й и 23-й танковых дивизий.

В результате всего этого 22-й танковый корпус не смог выполнить поставленную задачу. Но в то же время своим ударом он остановил дальнейшее продвижение противника на восток. Тем самым была сорвана попытка врага форсировать р. Большой Бурлук и наступать на Купянск. Одновременно танкисты 36-й и 168-й танковых бригад (командиры полковник Т. И. Танасчишин и подполковник В. Г. Королев), входивших в состав 22-го танкового корпуса, обеспечили занятие 242-й и 9-й гвардейской стрелковыми дивизиями рубежа Крейдянка — Аркадьевка — Огурцовка. Эти две дивизии были переданы нам из фронтового резерва, и командование армии усилило ими оборону на направлении главного удара противника.

Большего успеха добились 3-я (командир подполковник В. И. Красноголовый) и 156-я (командир полковник Г. И. Соколов) танковые бригады. Во взаимодействии с правофланговыми частями 278-й стрелковой дивизии они завязали бои за Ново-Степановку и Новый Лиман. Вскоре первый из этих населенных пунктов был ими освобожден.

Враг же одновременно с отражением нашего контрудара предпринял наступление в районе Средний Бурлук, Красноармейское, Орошимовка. Здесь в полдень 9-я гвардейская стрелковая дивизия отразила натиск пехоты и 45 танков. Пять часов спустя противник бросил в атаку до 100 танков. Часть из них прорвалась в северном направлении — на Ново-Александровку. Это дорого обошлось врагу: было подбито и сожжено 42 фашистских танка.

Но и такой ценой противник не достиг своей цели — прорыва на Купянск. [229]

Не сумев добиться этого ударом с запада, немецко-фашистское командование решило взять город обходным маневром. Для этого удар из района Средний Бурлук был нацелен на ст. Гусинка. Таким путем предполагалось перерезать железную дорогу Волчанок — Купянск. Далее намечалось наступлением с северо-запада, обходя главные силы 38-й армии, овладеть Купянском. Вероятно, гитлеровскому командованию этот замысел казался весьма удачным.

Удары противника нарастали. Обстановка все время осложнялась. Обменявшись мнениями с членами Военного совета бригадными комиссарами Н. Г. Кудиновым и В. М. Лайоком и начальником штаба полковником С. П. Ивановым, мы пришли к выводу, что вышеупомянутыми действиями вражеские войска у Базалеевки подставляют под удар свое самое чувствительное место — фланг и тыл. Мы считали, что, повторив контрудар в направлении этого населенного пункта, могли бы выйти к Северному Донцу и сомкнуть свой правый фланг с войсками 28-й армии. В случае успеха коммуникации прорвавшихся вражеских дивизий в полосе 38-й армии оказались бы перерезаны.

Этому намерению не суждено было осуществиться. В связи с тем, что волчанская группировка противника продвигалась в юго-восточном направлении, командование фронта приняло решение, более соответствующее обстановке в полосе фронта. Нам было приказано перейти к обороне у шоссе Харьков —Купянск, передислоцировать 22-й танковый корпус в район ст. Гусинка и, отразив наступление противника, ударом в направлении Новый Бурлук, Юрченково, Василенково разгромить его.

Впрочем, и это решение не было реализовано. Мы отразили наступление противника, но войска 38-й армии к тому времени понесли большие потери и для перехода в наступление нуждались в пополнении людьми и вооружением.

Не в лучшем положении находился противник. Его потери были весьма значительны, особенно в танках. Поэтому в течение последующих двух дней он смог действовать небольшими силами на отдельных участках. И при этом потерял еще 31 танк, после чего начал переходить к обороне, закреплять достигнутые рубежи. Только его авиация продолжала действовать активно.

IV

Кончался первый год Великой Отечественной войны. Он был самым долгим и трудным в жизни советского народа, всей страны. Сколько тяжких утрат принес нам каждый его день. Начиная с первого, полыхавшего на границе огнем сражения против вероломно вторгшегося врага и кончая этими днями, когда мы еще ожесточеннее бились с противником, но теперь уже в глубине страны. [230]

Там, к западу от линии фронта, на советской земле хозяйничали захватчики. Они не только не выдохлись, как казалось зимой и весной многим из нас, но по-прежнему обладали превосходством в силах и средствах, по крайней мере на юге.

Правда, не это определяло главный итог первого года войны. Он состоял в том, что расчеты гитлеровского командования потерпели крах. «Блицкрига» не получилось. Разбить Красную Армию в полтора-два месяца не удалось. Война вместо «молниеносной» оказалась длительной, затяжной.

Внезапное и вероломное нападение на Советский Союз дало фашистской Германии временные преимущества. Заранее готовясь к войне, она перевела свое хозяйство на производство продукции для фронта, создала количественное превосходство в танках и авиации. Одновременно была полностью отмобилизована ее армия, имевшая к тому же опыт ведения современной войны с использованием крупных масс танков, авиации и автоматического оружия. Поэтому Красная Армия в первые месяцы войны вынуждена была отступать. Но, отступая, она наносила врагу невосполнимый урон.

Временные неудачи не деморализовали Красную Армию, не сломили ее тыл. Наоборот, они сплотили весь советский народ, поднявшийся на борьбу с оккупантами. Рабочие, колхозники и интеллигенция и в мыслях не допускали возможности жить под немецко-фашистским игом. Каждый советский человек был убежден, что неуспехи на фронтах имели временный характер, знал, что война завершится поражением врага.

Промышленные предприятия эвакуировались в восточные районы страны и постепенно развертывали военное производство. Командиры, политработники и красноармейцы закалялись в жестоких боях, приобретали опыт и вырабатывали приемы борьбы с вооруженной до зубов немецко-фашистской армией. Первые результаты этих перемен сказались в битве под Москвой. Измотав и обескровив врага, Красная Армия остановила его на подступах к столице и в начале декабря перешла в контрнаступление. Разгромив десятки гитлеровских дивизий, она отбросила захватчиков далеко на запад. Это явилось поворотным событием в ходе войны. И не только в военном, но в политическом и дипломатическом отношении.

Правители гитлеровской Германии, напав на Советский Союз, рассчитывали сколотить против него коалицию всех капиталистических стран, включая Великобританию и США. Эти планы рухнули, так как свободолюбивые народы мира не позволили своим буржуазным парламентам и правительствам вступить в сделку с фашизмом. Вероломная гитлеровская политика бить поодиночке свободолюбивые народы провалилась.

В битве под Москвой народы мира увидели луч надежды, предвестник неминуемого разгрома гитлеровской Германии. [231]

И хотя к лету 1942 г. перед Красной Армией стояли вновь рвущиеся на восток немецко-фашистские войска, они были уже иными, чем в начале войны. Они уже были не в состоянии проводить наступательные операции в масштабах, подобных прошлогодним. Кадровые части гитлеровской армии в основном были перебиты Красной Армией. Это подтверждают и немецкие документы того времени. Не могу не привести один из них, имеющий прямое отношение к описываемым событиям на юге советско-германского фронта.

Этот документ—справка штаба оперативного руководства (ОКВ) от 6 июня 1942 г. В ней указывалось, что на 1 мая 1942 г. сухопутные войска на советско-германском фронте имели некомплект в 625 тыс. человек, хотя с 22 июня 1941 г. по 1 мая 1942 г. они получили 1 млн. человек пополнения. В соединениях группы армий «Юг» было около 50%, а групп армий «Центр» и «Север» — около 35% первоначальной боевой численности пехоты. К началу летней кампании предполагалось довести пехотные соединения группы армий «Юг» до штатной боевой численности, а в группах армий «Центр» и «Север» лишь до 55% их первоначального боевого состава.

Далее в справке отмечалось:

«Танковые дивизии групп армий «Центр» и «Север» будут иметь только по одному танковому батальону (т. е. примерно по 40—50 танков). В августе следует ожидать трудностей в снабжении боеприпасами, что может отразиться на ведении боевых действий. Придется выходить из положения за счет запасов командования Западного фронта. Маневренность войск значительно снизилась из-за высоких потерь в автомашинах и лошадях, которые не могут быть восполнены. В связи с этим не обойтись без изъятия подвижных средств из штатов частей. В настоящее время в Германии нет больше резервов этих средств. ВВС: количество боеготовых самолетов снизилось в среднем на 50—60% от уровня, существовавшего на 1 мая 1941 г. В зенитной артиллерии сильно возросла материальная часть, но недостает людей». Вывод гласил: «Боеспособность вооруженных сил в целом ниже, чем весной 1941 г., что обусловлено невозможностью в полной мере, обеспечить их пополнение людьми и материальными средствами»{79}.

Советскому командованию этот документ стал известен после войны. Но суть его не составляла для нас секрета и летом 1942 г. Помню, в войсках с большим вниманием перечитывали сообщение Совинформбюро от 21 июня 1942 г., содержавшее общую оценку состояния немецко-фашистских вооруженных сил. Она лишь отсутствием ряда деталей отличалась от вышеприведенного документа. [232]

Но знали мы и другое, а именно, что немецко-фашистское командование еще в состоянии сосредоточивать значительные войска с танками и авиацией на ограниченных участках фронта и добиваться там известных успехов. Именно так было в мае под Харьковом и на Керченском полуострове. Но такие успехи ни в какой мере не решали судьбу войны. Они были временны и преходящи.

Москаленко Кирилл Семёнович

01.06.2017, 15:06

То же самое происходило и сейчас, в июне. Затишье продолжалось на всем огромном советско-германском фронте, кроме небольшого участка на юге. Здесь, в полосе Юго-Западного фронта, противник вновь наступал.

Впрочем, 14 июня немецко-фашистское командование приостановило активные действия против правого фланга 38-й армии. На этом собственно и закончилась операция «Вильгельм». Цели ее не были достигнуты. Противнику удалось лишь оттеснить правофланговые соединения армии к р. Большой Бурлук. На остальном фронте, проходившем по линии Нов. Лиман — Волохов Яр — Яковенково — Шуровка — Чепель, все атаки врага были отбиты. Оборонявшиеся здесь 199, 304, 81-я стрелковые дивизии и к 14 июня занимали свои прежние рубежи.

Но мы хорошо понимали, что командование 6-й немецкой армии, не добившись цели, приостановило наступление лишь для того, чтобы пополнить дивизии личным составом, доукомплектовать их техникой, особенно танками, и, перегруппировав войска, возобновить его. Так и было. Более того, на этот раз готовились наступать войска не только 6-й полевой армии, но и 1-й танковой.

Как теперь известно, им предстояло осуществить последнюю из трех частных операций на юге, предшествовавших, согласно планам немецко-фашистского командования, летнему наступлению. Новой операции было присвоено кодовое наименование «Фридерикус II». Ее замысел состоял в том, чтобы прежде всего ударами по сходящимся направлениям расчленить войска 38-й и 9-й армий Юго-Западного фронта и уничтожить их на западном берегу реки Оскол. Затем предполагалось форсировать эту реку, захватить плацдармы на ее восточном берегу. Этим противник хотел занять исходные позиции для запланированного большого наступления на южном крыле советско-германского фронта.

Главный удар, согласно плану операции, наносился по правому флангу и центру 38-й армии. Здесь, на купянском направлении, должна была наступать группировка в составе трех пехотных, трех танковых и моторизованной дивизий. Все эти силы уже к 21 июня были сосредоточены восточное Чугуева, в треугольнике Вел. Хутора, Худояров, Юрченково.

Вторая вражеская группировка насчитывала три пехотные дивизии с танками. Она изготовилась в районе Балаклеи. Отсюда ей предстояло нанести вспомогательный удар в направлении Савинцы, Кунье, т.е. также в полосе 38-й армии. [233]

Для действий против 9-й армии предназначалась третья группировка. В нее входили три пехотные дивизии. К началу наступления они были сосредоточены южнее Изюма.

В дни, предшествовавшие этому удару врага, мы знали, что готовится новое наступление. Об этом свидетельствовали данные разведки, в особенности авиационной, и показания пленных. На основе этих сведений мы установили и направление главного удара, подготовляемого врагом.

Немецко-фашистское командование вновь пыталось ввести нас в заблуждение. Для этого усиленно демонстрировалось сосредоточение сил в районе Балаклеи. Но довольно скоро стало ясно, что здесь может быть нанесен лишь вспомогательный удар. Ведь уже было известно, что противник проявляет наибольший интерес к купянскому направлению. И именно на этом направлении, по данным разведки, концентрировалась крупнейшая из трех вражеских группировок.

Войска армии продолжали укреплять оборону. Ее фронт в это время проходил от населенного пункта Средний Бурлук на севере до Чепеля на юге. Иными словами, он тянулся сначала по правому берегу реки Большой Бурлук, потом уходил от него к Савинцам, пересекал Северный Донец и здесь заканчивался. Нами был создан и промежуточный рубеж обороны, расположенный на линии населенных пунктов Нижний Бурлук, Ново-Николаевка, Михайловка, Шевченково, Ново-Степановка. Несколько восточное находился купянский обвод, непосредственно прикрывавший город и переправы через р. Оскол. Начинался он севернее ст. Гусинка на железнодорожной линии Волчанок — Купянск. Далее обвод тянулся к югу, проходя в районе Самборовки, Комиссаровки, Березовки, Барановки.

Войска строили оборонительные рубежи, зарывались в землю, готовясь оказать упорное сопротивление врагу. Но надо сказать, что это лишь отчасти облегчало положение 38-й армии, резко ухудшившееся за последние дни.

Полоса армии увеличилась на 30—35 км, а состав войск уменьшился на две стрелковые дивизии: 277-я была выведена в резерв фронта, а 81-я передана 9-й армии. Кроме того, не были восполнены большие потери, которые армия понесла в боях 10—14 июня.

V

При столь неблагоприятных для армии условиях противник 22 июня 1942 г. в 4 часа 10 мин. снова перешел в наступление. Так начался второй год войны, мой 366-й день на фронте.

Стремясь разгромить наши войска, противник и на этот раз нанес удар с двух направлений: из района севернее железной дороги Купянск — Чугуев на юго-восток и из района г. Изюм на северо-восток и восток. Он планировал прорвать оборону, окружить [234] и разгромить войска 38-й и 9-й армий между реками Северный Донец и Оскол (см. схему на стр. 258).

После часовой артиллерийской подготовки и мощных авиационных ударов главная группировка врага начала наступление в полосе 9-й гвардейской, 162-й стрелковых дивизий и 22-й мотострелковой бригады. На позиции этих трех соединений ринулась лавина пьяных, дико орущих гитлеровцев. Вместе с пехотой в атаку и большом числе шли танки. В воздух одна за другой поднимались группы фашистских самолетов. Они непрерывно бомбили боевые порядки, штабы и тылы 38-й армии.

Правофланговые соединения стойко отражали яростный натиск многократно превосходящих сил врага. В этих боях особенно отличились воины 9-й гвардейской стрелковой дивизии.

Эта дивизия, преобразованная из 78-й стрелковой дивизии и руководимая генерал-майором А. П. Белобородовым, начала свой славный боевой путь на полях Подмосковья. Ее воины громили фашистские полчища у стен нашей столицы, а затем гнали их по заснеженным полям на запад. Немалая заслуга в высоких боевых качествах соединения принадлежала ее командиру. Коммунист, высокообразованный генерал, он уже в то время был примером личной дисциплинированности, собранности. Эти замечательные качества позволили ему сколотить многотысячный коллектив в первоклассный воинский организм, отвечающий всем требованиям современной войны. Дивизия доказала это осенью и зимой 1941 г. под Москвой и теперь, 22 июня 1942 г., вновь проявила себя с самой лучшей стороны.

Гвардейцев атаковали до двух пехотных дивизий с сотней танков. Наступление поддерживали массированные удары авиации. Однако врагу не удалось с ходу прорвать оборону. Встретив упорное сопротивление и стремясь сломить его, противник предпринимал многочисленные ожесточенные атаки. Ценою тяжелых потерь, буквально устилая свой путь трупами и подбитыми танками, наступающие к полудню смогли форсировать р. Большой Бурлук.

Это произошло в районе населенных пунктов Средний Бурлук, Денинка, Аркадьевка. Продолжая нести большие потери, противник рвался вперед. Но на восточном берегу реки ему удалось продвинуться не более чем на 1—4 км.

В этих боях гвардейцы показали пример беззаветного мужества. Весь день части дивизии стойко отражали натиск противника. Теснимые его превосходящими силами, они дрались за каждую пядь родной земли. Гвардейцы не раз предпринимали контратаки, нередко переходившие в рукопашные схватки. Наиболее успешно была проведена контратака на правом фланге дивизии. Командир соседнего (справа) 3-го гвардейского кавалерийского корпуса генерал-майор В. Д. Крюченкин направил сюда 6-ю гвардейскую танковую бригаду подполковника М. К. Скубы. Совместно с этой бригадой правофланговый 22-й гвардейский стрелковый полк и [235] осуществил контратаку в направлении Ивановки, Шевченко и Анновки.

Она имела полный успех. Гвардейцы отбросили за реку части двух полков 297-й пехотной дивизии, нанесли им большой урон, взяли пленных. В результате положение на правом фланге 9-й гвардейской дивизии было восстановлено.

Храбро сражались также воины 162-й стрелковой дивизии и 22-й мотострелковой бригады. Первая из них вместе с 168-й танковой бригадой почти семь часов самоотверженно сдерживала натиск врага. Она отражала одну за другой атаки фашистов, нанося им большой урон в живой силе и боевой технике. Не менее упорно держала на своем участке оборону соседняя 22-я мотострелковая бригада. Под воздействием массированных танковых атак, поддержанных беспрерывно налетавшей авиацией противника, она, как и сражавшаяся на этом участке фронта 156-я танковая бригада, начала отходить на следующий рубеж обороны. За этим последовал прорыв противника на стыке 162-й стрелковой дивизии и 168-й танковой бригады. Под его воздействием и они вынуждены были начать отход.

В результате ухудшилось положение и на участке 9-й гвардейской дивизии. Будучи к тому же крайне ослабленной в предыдущих боях, она не смогла удержать свои позиции; Кроме того, ее частям совместно с 13-й танковой бригадой подполковника И. Т. Клименчука не удалось контратакой отбросить противника [236] в районе с. Ленинка. В целом все это вынудило генерал-майора Белобородова начать отвод дивизии. Гвардейцы отходили, ведя тяжелые сдерживающие бои с бешено рвущимся вперед противником.

Отмечу, что значительное превосходство в живой силе (в полтора раза) и еще большее в танках (в три-четыре раза) враг имел на всех этих направлениях. Наибольшим оно было, разумеется, на направлении главного удара — на правом фланге 38-й армии. Здесь против ослабленных двух стрелковых дивизий, одной мотострелковой и трех танковых бригад действовало семь дивизий врага — три пехотные, моторизованная и три танковые.

До заката солнца не утихали ожесточенные бои. Ценою тяжелых потерь враг к исходу дня оттеснил к востоку все правофланговые соединения армии.

Тяжелая обстановка сложилась в центре и на левом фланге армии. Здесь силы сторон также были неравны, противник обладал превосходством и в личном составе, и в вооружении. Тем не менее он встретил решительный отпор.

Показательны в этом отношении действия 278-й стрелковой дивизии. Ею командовал генерал-майор Д. П. Монахов. «Части дивизии, уничтожая живую силу противника и вынуждая его вводить в бой все новые и новые резервы, в течение всего дня оказывали упорное сопротивление, выдерживали чрезвычайно сильное воздействие авиации и танков, местами вели бои в окружении (был окружен 1-й батальон 851-го стрелкового полка и 2-й батальон 853-го стрелкового полка) и причинили противнику значительный урон, уничтожив 57 танков, 23 автомашины, 4 минометные батареи и отдельно 56 минометов, 18 орудий, истребив около 5000 солдат и офицеров. Даже с наступлением темноты, под проливным дождем на участке 855-го стрелкового полка продолжался бой. Первый батальон, перейдя в контратаку, штыками переколол свыше 500 человек вражеской пехоты и удержал свои позиции»{80}.

К исходу дня, однако, стало очевидно, что своим наступлением на Купянск и к переправам через р. Оскол противник угрожал перерезать пути отхода 278-й, левофланговым 199-й и 304-й стрелковым дивизиям. Поэтому командующий фронтом после моего доклада разрешил отвести их на промежуточный рубеж обороны.

Еще более трудным был для нас следующий день.

Ранним утром 23 июня противник возобновил наступление, нанося удары на Купянск, Староверовку и Волосскую Балаклею. На левом фланге 9-й гвардейской стрелковой дивизии, которая с боями отходила в северо-восточном направлении, он прорвался к ст. Гусинка и овладел ею. В обороне армии образовалась брешь: [238] был оголен правый фланг 1-й истребительной дивизии, оборонявшейся на купянском обводе.

Одновременно враг силами до трех пехотных полков с танками начал обходить с севера и юга с. Самборовку, куда отошла 22-я мотострелковая бригада. А она к этому времени понесла большие потери и не могла сдержать натиск превосходящих сил противника. Поэтому бригада получила распоряжение на отход за р. Оскол. Вечером было приказано отойти туда же 162-й и 242-й стрелковым дивизиям. Перед этим первая из них частью сил вела весь день 23 июня ожесточенный бой с противником в районе Новониколаевки. На вторую же, оборонявшуюся на рубеже Староверовка, разъезд Щенячье, высота 187, обрушили удар до двух пехотных дивизий противника с большим количеством танков. Наступление и здесь поддерживалось массированными воздушными бомбардировками.

В условиях, когда вражеские войска обошли оба фланга 242-й стрелковой дивизии (командир полковник А. М. Кашкин), ее воины не отступили ни на шаг. В этом многочасовом бою они стояли насмерть. И только по моему приказу отошли за р. Оскол.

Что касается 199, 278-й и 304-й стрелковых дивизий, то приказ об отходе на промежуточный рубеж они получили с большим опозданием — в ночь на 23 июня. Поэтому отход был начат лишь утром и, конечно, проходил под воздействием авиации и авангардных частей противника. Задержка привела к тому, что три дивизии только к 16 часам достигли предусмотренного рубежа [238] Березовка — Барановка — Сподобовка — Безмятежное — Чизвин — Александровна.

Но уже три часа спустя враг 80—100 танками занял Бугаевку. Другая его группа, наступавшая из районов Савинцы и Изюм, одновременно вышла к населенному пункту Чистоводовка. Этим была создана угроза окружения 278, 199-й и 304-й дивизий. Избежать ее можно было только отходом на восточный берег реки Оскол. Такой приказ и получили все три дивизии.

Таким образом, к исходу дня 23 июня распоряжение на отход за р. Оскол не получила лишь 1-я истребительная дивизия, входившая в состав армии. Ей, а также вновь переданной в 38-ю армию из фронтового резерва 277-й стрелковой дивизии была поставлена задача обеспечить отвод войск.

Обе дивизии с честью выполнили приказ. Сдерживая яростный натиск врага на купянском оборонительном обводе, они обеспечили отвод войск правого фланга армии за реку, но удержать Купянск в своих руках не смогли. Наступая многократно превосходящими силами, причем в воздухе все время висела его авиация, противник утром 24 июня прорвался в город. Весь день шли ожесточенные уличные бод. Однако к 18 часам обе дивизии вынуждены были оставить город и переправиться на левый берег реки Оскол.

К этому времени туда добрались и левофланговые дивизии. На их долю выпали наибольшие трудности при переправе через реку. Части этих дивизий в условиях угрозы окружения отходили разрозненно. Лишь некоторые из них затемно успели переправиться беспрепятственно. Остальные же достигли реки, когда уже рассвело. Они застали разрушенные бомбежкой переправы. Попытались их восстановить. Но это оказалось невозможно, так как вражеская авиация тут же уничтожала наведенные переправы. Оставалось одно: под непрерывными ударами с воздуха вплавь и на подручных средствах добираться на левый берег. Вполне понятно, что при этом все три дивизии потеряли значительную часть тяжелого вооружения.

Переправившись через р. Оскол, войска армии заняли оборону. Последовавшие за этим попытки противника захватить плацдармы на восточном берегу не имели успеха. Наши части успешно отбивали все атаки. Получив отпор, немецко-фашистское командование к 26 июня прекратило активные действия в полосе 38-й армии.

VI

Перебирая в памяти ход боев, происходивших 22—26 июня 1942 г. западнее р. Оскол, я попробовал сопоставить свои воспоминания с документами и свидетельствами противника. Это дало очень интересный результат, о котором мне хотелось бы здесь рассказать. Тем более, что он опровергает измышления некоторых [239] западных историков и мемуаристов, утверждающих ныне, будто в период, о котором здесь идет речь, развитие военных действий шло по планам немецко-фашистского командования.

Факты показывают, что это было не так.

Напомню, что фактор времени являлся тогда чрезвычайно важным для гитлеровского командования, подготовлявшего летнее наступление на юге. Оно должно было начаться, согласно директиве № 41, как только «позволят условия погоды и местности». А так как речь идет о южной части Советского Союза, то можно считать, что условия погоды и местности не препятствовали началу наступления даже в мае.

Но ни в мае, ни в течение большей части июня враг не смог начать свое летнее наступление. Ибо, помимо наличия перечисленных условий, а также готовности войск, нужны были и хорошие исходные позиции.

Первое крупное мероприятие по улучшению исходного положения было осуществлено немецко-фашистским командованием в мае. Имеется в виду операция «Фридерикус I», о которой говорилось в предыдущей главе. В ходе ее противнику удалось достичь определенных тактических успехов, нанести большой урон войскам Юго-Западного направления и ликвидировать барвенковский выступ. Но в части улучшения исходных позиций для главного наступления эта операция не оправдала всех возлагавшихся на нее надежд.

Тогда была подготовлена и осуществлена 6-й немецкой армией операция «Вильгельм». Когда же и ее итоги оказались незначительными, немецко-фашистское командование вынуждено было провести третью частную операцию — «Фридерикус II», причем уже силами 6-й и 1-й танковой армий. Но и теперь конечная цель операции не была достигнута.

Какова была эта цель? Ф. Паулюс охарактеризовал ее следующим образом:

«... г) Наступление 1-й танковой армии и 6-й армии на Купянск — операция «Фридерикус II» с 22 по 26 июня.

Цель этого наступления заключалась в том, чтобы, достигнув р. Оскол и захватив плацдарм на ее восточном берегу, улучшить исходное положение для наступления:

1) На северном фланге 6-й армии—для наступления 40-го танкового корпуса на северо-восток в направлении южнее Воронежа (совместно с 4-й танковой армией, наступающей с северо-запада на Воронеж);

2) Для предстоящего наступления 1-й танковой армии из района Купянск на восток и юго-восток...»{81}

Сопоставление этих намерений с ходом событий, описанным выше, показывает, что основная цель операции [240] «Фридерикус II» — захват плацдармов на восточном берегу реки Оскол — не была достигнута. И помешала тому стойкость советских войск в обороне, перечеркнувшая расчеты немецко-фашистского командования.

Надо сказать и о другой недостигнутой цели операции «Фридерикус II», как, впрочем, и предшествующей («Вильгельм»). Она состояла, по словам того же Паулюса, в том, чтобы в ходе этих операций «уничтожить как можно больше русских войск». Выполнить эту задачу врагу не удалось. Конечно, 38-я армия понесла немалые потери в боях 10—14 и особенно 22—26 июня. Но, несмотря на ожесточенный характер боев, происходивших между Северным Донцом и Осколом, она сохранила свои основные силы, которые и заняли оборону на новых рубежах.

Эхо описываемых упорных боев долетело до начальника штаба сухопутных сил гитлеровской Германии генерал-полковника Гальдера. В своем дневнике он записал: «Второй год войны против Советского Союза. 22. 6. 42 г. ...Наступательная операция «Фридерикус II» (Изюм, Купянск) благодаря внезапности вначале развивалась успешно, но впоследствии замедлилась из-за ожесточенного сопротивления к западу от Купянска»{82}.

Как уже отмечено, в операции «Фридерикус II» участвовали 6-я полевая и 1-я танковая армии. Располагая огромным превосходством в силах и средствах, фашисты упорно стремились окружить и уничтожить наши войска. Тем не менее ни одно соединение 38-й армии не попало во вражеское кольцо. Это следует отнести за счет возросшего воинского мастерства наших бойцов, командиров и политработников.

Однако необходимо констатировать не только срыв основных замыслов каждой из трех упомянутых операций в деле улучшения исходных позиций. Есть и другое немаловажное обстоятельство. Оно заключается в том, что на подготовку и проведение этих частных операций на сравнительно небольшом участке фронта немецко-фашистское командование вынуждено было потратить в общей сложности почти полтора месяца — с 13 мая (начало подготовки к операции «Фридерикус I») по 26 июня (окончание операции «Фридерикус II»).

Интересно, что из этих 45 дней на проведение операций ушло 22 дня, а на их подготовку — 23. Мы не случайно отмечаем этот факт. Дело в том, что в боях на барвенковском выступе 6-я немецкая армия и танковая группа Клейста понесли такие крупные потери, что им потребовалось 12 дней на пополнение и довооружение, прежде чем они смогли начать операцию «Вильгельм».

Это еще одно свидетельство мужества и героизма бойцов, командиров и политработников войск Юго-Западного направления: они и в окружении наносили врагу мощные удары. [241]

Операция «Вильгельм» также дорого обошлась противнику. Только через 7 дней после ее окончания 6-я немецкая армия смогла вместе с 1-й танковой армией вновь начать наступление. Еще большие потери понес противник в операции «Фридерикус II». С 22 по 26 июня только воины 38-й армии уничтожили тысячи фашистских солдат и офицеров, 218 вражеских танков, большое число орудий, пулеметов и минометов и сбили пять самолетов.

Таким образом, в частных операциях противник нес чувствительные потери в живой силе, технике и, как уже отмечено, во времени. Последнее и привело к тому, что начало основной операции фашистских войск в 1942 г. было оттянуто до конца июня. А это, надо сказать, был предельный срок для развертывания боевых действий в широких масштабах соответственно замыслам немецко-фашистского командования.

Нет смысла гадать о том, что выиграл бы противник, начав свое летнее наступление, скажем, на месяц раньше. Но есть все основания сказать, что каждый потерянный им день очень многое значил для 38-й армии, для всей Красной Армии, неустанно накапливавшей новые силы для борьбы с врагом, для ее тыла, где весь советский народ ни на минуту не прекращал ковать оружие для победы.

Таково, на мой взгляд, значение боев, которые велись войсками Юго-Западного фронта в период, предшествовавший летнему наступлению противника.

Это, разумеется, не меняет того факта, что в самом начале указанного периода были допущены ошибки, приведшие к тяжелым потерям на барвенковском выступе в мае. Более того, следствием этих ошибок явилось и июньское отступление за р. Оскол. Ибо ослабленные в майских боях войска фронта смогли только отчасти сдерживать натиск превосходящих сил врага в ходе проводимых им частных операций и этим вынуждать его лишь к отсрочке осуществления основных наступательных планов.

Превосходство в силах и средствах, принадлежавшее противнику, явилось главным фактором, определившим исход июньских боев. Чтобы не быть голословным, проиллюстрирую эту мысль примерами из боевого опыта 38-й армии.

Этот опыт показывает, что противник только там прорывал оборону войск армии, где он применял массированные атаки танков в тесном взаимодействии с авиацией и пехотой. Следовательно, нужны были средства отражения таких атак. Самыми эффективными средствами являлись противотанковая артиллерия, авиация и танки, особенно когда они закапывались в землю. Но их у нас было недостаточно: в танках и авиации противник имел двух—четырехкратное превосходство.

Танки и авиация являлись ударной силой наступавшего противника. Авиация концентрировалась на узких участках фронта [242] и применялась массированно, подвергая одновременной бомбежке боевые порядки пехоты и танков, огневые позиции артиллерии, штабы, узлы и линии связи, дороги, мосты, переправы. Ему удавалось при помощи бомбежки расчищать путь для танков, подавлять на отдельных участках оборону 38-й армии и нарушать связь. Вражеская авиация господствовала в воздухе. Потери нашего вооружения от ее действий составляли 50% общих потерь, а потери боеприпасов от бомбежки в несколько раз превосходили потери от действий артиллерии противника.

38-я армия имела лишь один авиаполк, а слабая 8-я воздушная армия не в силах была изменить обстановки в воздухе. Имеющаяся же зенитная артиллерия не могла надежно прикрыть действия наземных войск от воздушного противника. Эта проблема была наиболее острой в то время.

Что касается противотанковых средств, то, например, батальоны стрелковых полков, т. е. собственно пехота, имели только гранаты и бутылки с горючей смесью. В лучшем случае они могли получить из полка еще не более 9 противотанковых ружей (их было у нас очень мало — по 27 на стрелковый полк). Но применяя эти средства, батальон выходил победителем в борьбе лишь с несколькими танками. Против большого их количества он был бессилен.

При всей храбрости и самоотверженности воинов стрелковых дивизий в боях с превосходящими силами врага в июне 1942 г. основную тяжесть борьбы с танками противника вынесли на себе артиллерия и особенно танки. Как уже отмечалось, закопанные в землю танки отразили 10 июня вражеское наступление на купянском направлении. Это сделали 22-й танковый корпус, 133-я, 156-я и 168-я танковые бригады. Действуя под непрерывными ударами авиации противника, они с величайшей стойкостью отбили все атаки с фронта, не допустили обхода с флангов. С их помощью отразили натиск врага и правофланговые части 278-й стрелковой дивизии.

Хочется отметить и умелое руководство действиями этих бригад со стороны их командиров. Особенно хорошо проявили себя командиры 156-й и 133-й танковых бригад полковники Г. И. Соколов и Н. М. Бубнов. Полковник Соколов пал смертью храбрых в бою за Ново-Степановку.

Немало героических подвигов совершили танкисты в июньских боях к западу от р. Оскол. Чтобы дать представление о них, приведу несколько примеров, которые запомнились мне больше других.

Командир 2-го батальона 156-й танковой бригады старший лейтенант И. Ф. Селедцов не только руководил боем батальона, но и возглавил экипаж танка в составе старших сержантов А. П. Ивченко (механик-водитель), П. И. Смирягина (командир орудия) и Н. В. Шарого (радист-пулеметчик). В бою они подбили восемь [243] танков и два орудия ПТО. Ими было уничтожено до роты солдат и офицеров противника.

Отважно действовал экипаж танка KB во главе с командиром роты лейтенантом Бороздиным в составе лейтенанта Н. Ф. Федорова, старшего механика-водителя старшины В. Е. Никулина, командира орудия старшины П. И. Шахова, младшего механика-водителя сержанта К. С. Пыжьянова. Экипаж уничтожил в боях четыре танка, два полевых орудия, две бронемашины, четыре пулеметные точки, три орудия ПТО и до взвода солдат и офицеров. Только когда заклинило башню, экипаж вывел машину из боя, сам отремонтировал ее.

11 июня во время наступления на Ново-Степановку механик-водитель 1-го батальона 3-й танковой бригады старший сержант С. Ф. Галузин на своем танке первым ворвался в эту деревню. Здесь он сначала раздавил вражеское противотанковое орудие с прислугой и 10 пехотинцами. Затем в непродолжительном бою экипаж танка пушечным и пулеметным огнем уничтожил минометную батарею, два противотанковых орудия и до 35 солдат противника. В ходе боя снарядом противника был пробит левый борт танка. Галузин получил тяжелые ранения в голову, руки и левую ногу. Лицо его было обожжено. И все же он вывел танк в безопасное место.

Наши танкисты совершали поистине чудеса храбрости в боях с врагом. Но, к сожалению, все шесть танковых бригад насчитывали всего лишь 194 танка, из них KB — 34, а Т-34 еще меньше —26. Остальные — легкие, не отвечавшие требованиям боя. Они имели слабые броню и вооружение. У противника же было 450—500 танков, или в два — два с половиной раза больше, чем у нас.

Армия не имела и достаточного количества противотанковой артиллерии. Мы располагали лишь тремя приданными артиллерийскими противотанковыми полками. Иначе говоря — 60 орудиями.

Несколько большие возможности появились у нас во время боев на купянском оборонительном обводе. Здесь удар танков приняла на себя приданная армии 1-я истребительная дивизия. Ее личный состав показал образцы стойкой обороны. Обеспечивая отход правофланговых дивизий армии за р. Оскол, он нанес противнику большой урон, хотя остановить наступление вражеской танковой группировки на смог.

В те дни невольно вспоминалась 1-я артиллерийская противотанковая бригада, которой я командовал в первые месяцы войны. И, как это ни странно, сравнение противотанковых средств, которыми она тогда располагала, с имевшимися теперь у 1-й истребительной дивизии, оказалось не в пользу последней. У дивизии было 96 артиллерийских орудий, в том числе 12 зенитных, а у 1-й артиллерийской противотанковой бригады — соответственно 120 [244] и 16. Причем вместо 48 пушек 85 мм и 24 пушек 107 мм, имевшихся на вооружении бригады, дивизия располагала лишь 36 пушками 45 мм.

Год войны подтвердил, что противотанковые средства должны обладать большой огневой мощью, подвижностью и маневренностью. Только при таком условии они были в состоянии выполнить свою задачу — преграждать путь танкам и уничтожать их. Противотанковая бригада 1941 г. обладала такими качествами.

Артиллерийская противотанковая бригада являлась в руках высшего командования сильным оперативным средством борьбы с вражескими танками, она не только имела более мощные огневые артиллерийские средства, но и была механизированным и потому высокоподвижным соединением, огневым щитом, которым можно было надежно прикрывать наиболее угрожаемые направления. Истребительная же дивизия 1942 г. имела слабую огневую мощь и была малоподвижна. [245]

Таким образом, формирование истребительных дивизий вместо противотанковых бригад было шагом назад в общем развитии оперативных средств борьбы с танками противника. Конечно, шагом вынужденным, связанным, с одной стороны, с огромными потребностями войны, а с другой,— с состоянием промышленности, еще не развернувшей к середине 1942 г. всех производственных мощностей заводов, перебазированных на восток.

А в те дни, о которых здесь рассказывается, нужно было сражаться имеющимися средствами. И мы сражались. Но далеко не с теми результатами, каких хотели. Много лишений предстояло еще перенести, прежде чем достигли желаемых результатов.

Итак, при недостаточном количестве противотанковых средств в полосе обороны 38-й армии не могло не быть слабо прикрытых [246] участков. Нащупав хотя бы один из них, противник вводил в бой крупные массы танков и авиации, которые являлись его ударной силой. Как правило, возникала угроза охвата флангов. Чтобы не попасть в окружение, наши части были вынуждены отступать.

Хочу еще раз подчеркнуть, что это было прежде всего результатом принадлежавшего противнику огромного превосходства в силах и средствах. Но существовало еще одно обстоятельство, дававшее себя знать в тактическом отношении. Это — недостатки в ведении оборонительных боев частями, соединениями и армией в целом. Я уже упоминал о них, да и в дальнейшем не раз придется к ним возвращаться, ибо только таким путем, представляется мне, можно показать, как постепенно уменьшалось число таких недостатков. Процесс этот происходил по мере роста боевого опыта командиров, повышения их уменья правильно оценивать обстановку и не только намечать хорошие планы, но и искусно осуществлять их.

В этом отношении были поучительны и уроки июньских боев. О них тем более нужно рассказать, что в советской литературе о войне по существу нет описания действий 38-й армии, как и в целом войск Юго-Западного фронта в мае-июне 1942 г.

Одним из таких уроков был безуспешный контрудар 38-й армии 11 июня. Исход его, как я уже говорил, в значительной мере был предопределен недостаточностью участвовавших в нем сил и неблагоприятно сложившимися условиями. Но следует признать и то, что при подготовке контрудара были использованы не все имевшиеся возможности. Так, слабо было увязано взаимодействие пехоты, артиллерии, танков и тех небольших сил авиации, которые нас тогда поддерживали. Танковые бригады нанесли свой удар по противнику в лоб. Между тем были вполне возможны и обходные маневры, которые, несомненно, дали бы лучший результат. Но они не были нами заранее спланированы.

В сущности тем же в значительной мере объяснялась и неодновременность наступления танковых бригад. Надо сказать, что они находились не в глубине обороны, откуда по идеальному варианту, предусмотренному уставом, должны были нанести удар во фланг определившейся ударной группировке врага, а в боевых порядках пехоты. Такое решение было принято для увеличения стойкости обороны. И эта цель была достигнута. Использование бригад в боевых порядках пехоты оправдало себя. Благодаря ему оборона выдержала мощный удар врага. Но в таком случае нужно было заранее спланировать и порядок вывода танков из боя и сосредоточения для нанесения контрудара и подготовку исходных позиций в инженерном отношении. А этого мы и не сделали. В результате к невыгодному для нас соотношению сил и неблагоприятным условиям добавилась еще и неудовлетворительная подготовка контрудара.

Все это стало ясно еще в ходе боев и, естественно, явилось предметом серьезных размышлений для всех, кто имел причастность [247] к организации и руководству танковыми соединениями армии. Как и следовало ожидать, хорошо усвоил урок боев 10—14 июня заместитель командующего армией по бронетанковым войскам генерал-майор Н. А. Новиков. В дальнейшем он стал самым горячим сторонником заблаговременного и детального планирования всех действий танковых бригад.

Да, многому научились мы в ходе майско-июньских боев в 1942 г. Стали глубже видеть и предугадывать замыслы противника, лучше планировать и управлять боевыми действиями, особенно организацией взаимодействия родов войск.

Вражеские войска быстро ощутили это на себе. 10 июня они нанесли удар по самому сильному участку обороны 38-й армии, понесли большие потери в живой силе и танках, но преодолеть ее не смогли. 22 июня они применили танки также массированно — по 20—30, 60 и даже 100 машин, выбрав слабый участок нашей обороны и на местности, малопригодной для действия танков.

Но и на этот раз противник потерял много танков. Причина заключалась в том, что в обоих случаях мы разгадали вражеские замыслы и изготовились для отражения наступления. Хотя Гальдер и писал, что операции «Вильгельм» и «Фридерикус II» начались внезапно и явились неожиданными для советского командования, в действительности все было наоборот. Командование, штаб и войска 38-й армии заранее знали время и место, откуда последуют атаки. Забегая вперед, скажу, что начало следующей операции, «Блау», воины армии встретили во всеоружии. Высокий процент потерь танков и организованный отпор вынудили немецко-фашистское командование отказаться от действий напролом и изменить тактику использования танков.

Там, где фашистские танки встречали сокрушительный отпор наших противотанковых средств, они останавливались и отходили в укрытия. Вражеская пехота выдвигалась вперед и нащупывала слабые места в обороне армии. Только после установления пехотой отсутствия или слабости противотанковых средств противник снова пропускал вперед танки.

Итак, теперь они действовали осторожно, осмотрительно, и это замедляло темпы прорыва нашей обороны, приводило к увеличению потерь в пехоте и давало нам выигрыш времени для маневра средствами НТО.

По-видимому, большие потери танков и пехоты в июньских боях явились одной из причин изменения тактики использования авиации противником. Отличие от 1941 г. заключалось в том, что центр тяжести применения авиации переместился на поле боя для непосредственного взаимодействия с наземными войсками. Удельный вес использования авиации для бомбежки глубоких тылов, железных дорог и городов уменьшился.

В боях мы росли, мужали. По крупицам пополнялся боевой опыт советских, воинов. Это был опыт оборонительных боев, который очень скоро понадобился вновь. [248]

Тopwar.ru

01.06.2017, 15:11

https://topwar.ru/14330-bitva-za-harkov-k-70-letiyu-vtoroy-harkovskoy-bitvy-12-25-maya-1942-goda.html
12 мая 2012

12 мая 1942 года началась Вторая харьковская битва. Попытка стратегического наступления провалилась и завершилась окружением и почти полным уничтожением наступающих советских войск. Это была одна из военных катастроф 1942 года. Победа под Харьковом позволила немецкому командованию осуществить стремительное продвижение на южном участке советско-германского фронта на Воронеж и Ростов-на-Дону с последующим выходом к важнейшему водному пути - Волге и продвижением на Северный Кавказ.

Предыстория Харьковской операции мая 1942 года

После поражения немецких войск в битве за Москву советское верховное командование решило не упускать из рук инициативу и начать активные боевые действия на других участках советско-германского фронта. Военная промышленность, которую большей частью вывезли на восток во время уникальной эвакуационной операции, была развёрнута и стала снабжать войска военной продукцией. Красная Армия, понесшая в 1941 году серьёзные потери, была пополнена людьми и вооружениями. Это позволило не только пополнить уже воюющие части Красной Армии, но и сформировать 9 резервных армий Ставки.

В январе 1942 года войска Юго-Западного фронта нанесли успешный удар в районе Изюма. В результате наступления был создан плацдарм на западном берегу реки Северский Донец в районе Барвенково (Барвенковский выступ). Была открыта возможность дальнейшего наступления советских войск на Харьков и Днепропетровск. Красная Армия перерезала железнодорожную линию Днепропетровск-Сталино, по которой шло снабжение 1-й танковой армии вермахта. С началом весенней распутицы наступление советских войск было остановлено.

Планы и силы советского командования

В начале марте 1942 года Ставка ВКГ потребовала от Военного совета Юго-Западного направления (главнокомандующий войсками маршал Советского Союза С. К. Тимошенко, начальник штаба — генерал-лейтенант И. X. Баграмян, член Военного совета — Н. С. Хрущёв) представить доклад об оперативно-стратегической обстановке и соображениях на предстоящую весенне-летнюю кампанию. Вечером 27 марта в Кремле состоялось обсуждение разработанного оперативным отделом штаба Тимошенко плана военных действий. На совещании присутствовали Сталин, Молотов, Маленков, Хрущёв, Тимошенко, Шапошников, Василевский и заместитель командующего ВВС РККА Фалалеев. Командование Юго-Западного направления считало, что весной немцы опять попытаются ударить по Москве. Но не отрицало и того факта, что возможны наступательные действия вермахта и на южном направлении. В частности возможен удар из района Брянска и Орла в обход Москвы. На юге, по мнению командования Юго-Западного направления (ЮЗН), крупное наступление немецких войск ожидалось между рекой Северский Донец и Таганрогским заливом, с целью захвата низовьев Дона и последующего выхода на Кавказ. Кроме того, вспомогательного удара ожидали в направлении на Сталинград. Была возможность проведения немцами десантных операций из Крыма на кавказском побережье.

В результате харьковское направление должно было остаться своего рода «островком спокойствия». Возможность отдельной немецкой операции против Барвенковского выступа не предусмотрели. Хотя это было странно на фоне того, что ожидались активные действия донбасской группировки вермахта. Этой группировке немецких войск явно угрожал барвенковский выступ, и наступать, находясь под угрозой удара в тыл, было явно неосмотрительно. Кроме того, командование ЮЗН явно переоценивало истощение сил вермахта. Считалось, что вермахт из-за активных действий Красной Армии, без притока значительных людских резервов и вооружений, не способен к серьёзной операции.

Командование ЮЗН предлагало по-прежнему направить основные усилия на освобождение Донбасса и Харькова, используя для наступления советских войск барвенковский выступ. Советское командование хотело удержать в своих руках стратегическую инициативу и в период весенне-летней кампании 1942 года достичь основной стратегической цели – разгромить противостоящие Красной Армии немецкие войска и выйти на Средний Днепр (рубеж Гомель, Киев, Черкассы) и развивать наступление дальше. Для решения столь масштабной задачи Военный совет ЮЗН попросил у Ставки: 32-34 стрелковых дивизии, 27-28 танковых бригад, 19-24 атрполков РГК, более 700 самолётов. Ставка отказала в выделении столь крупных резервов.

Поэтому командование ЮЗН решило ограничиться более скромной наступательной операцией. Юго-Западный фронт (ЮЗФ) должен был с помощью сходящихся ударов к югу и северу от Харькова освободить город. После этого появлялась перспектива выхода к Днепру. 30 марта уточнённый план был доложен Верховному Главнокомандующему и главе Генштаба. Его приняли, хотя Шапошников отметил рискованность наступления из барвенковского выступа. 8 апреля директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 170225 маршал Семён Константинович Тимошенко был назначен командующим ЮЗФ, оставшись руководителем ЮЗН. Ранее командовавший ЮЗФ генерал-лейтенант Фёдор Яковлевич Костенко был назначен его заместителем. Фронт был усилен 10 стрелковыми дивизиями, 26 танковыми бригадами, 10 артиллерийскими полкоми. Считалось, что этих сил будет достаточно для урезанного варианта наступательной операции. Войска ЮЗН должны были отбить Харьков, уничтожить окружённые немецкие войска в районе этого города, произвести перегруппировку сил и наступлением с северо-востока захватить Днепропетровск и Синельниково. Это было должно лишить немцев переправы через Днепр и важного железнодорожного узла – Синельникова. В результате коммуникации донбасской группировки нарушались и появлялись предпосылки для освобождения Донбасса.

Пополнение прибыло в форме созданной заново 28-й армии (первый состав армии большей часть погиб под Смоленском), она получила задачу обойти Харьков с севера. Армия состояла из старых и новых воинских соединений. Ядром армии была 13-я гвардейская дивизия А. И. Родимцева. Боевой опыт имела и 169-я дивизия. Остальные дивизии были вновь сформированными: 38-я, 162-я, 175-я и 244-я стрелковые дивизии. Кроме того, в армию входило 4 танковые бригады. Армию поручили генерал-лейтенанту Д. И. Рябышеву.

Южный фронт (ЮФ) под командованием генерал-лейтенанта Родиона Яковлевича Малиновского не получил задач по активному наступлению. 6 апреля ЮФ получил оборонительную задачу: хорошо укрепиться на занимаемых рубежах, обеспечив своим правым крылом наступление войск ЮЗФ на харьковском направлении и левым крылом прикрыть ворошиловградское и ростовское направления.

Таким образом, план штаба Тимошенко был вполне здравым в плане необходимости сохранения стратегической инициативы в руках командования Красной Армии, нарушения планов противника своими активными действиями. Рискованным было решение наносить удар с барвенковского выступа. С другой стороны плацдарм надо было эвакуировать (а объективных предпосылок для этого советское командование не видело), или расширять. Успех наступательной операции должен был решить проблему этого плацдарма.

По сравнению с зимой 1942 года в руках командования ЮЗН были более совершенные инструменты для ведения наступательных действий – танковые корпуса (тк). Первые четыре танковых корпуса были созданы в апреле 1942 года по директиве Народного комиссариата обороны (НКО) от 31 марта. Танковый корпус должен был состоять из двух танковых бригад и одной мотострелковой бригады. Уже в апреле штат пересмотрели в сторону усиления корпуса – численность танковых бригад довели до трёх. 1-й танковый корпус возглавил прославленный и опытный командир, один из героев Битвы за Москву - Михаил Ефимович Катуков. По этому штату на ЮЗН были сформированы 21-й, 22-й, 23-й и 24-й танковые корпуса (часть из них не успели полностью сформировать к началу майского наступления). Всего в 1942 году в советских ВС создали 28 танковых корпусов. Правда, от немецких танковых групп и армий, советские тк отличались более слабой артиллерийской составляющей.

28 апреля 1942 года была издана директива Тимошенко, которая окончательно распределила задачи между армиями ЮЗФ. Считалось, что армии будут готовы к наступлению к концу 4 мая. Замысел операции предусматривал сходящиеся удары из барвенковского плацдарма и района северо-восточнее Харькова. В барвенковском выступе главную роль должны были выполнить 6-я армия генерал-лейтенанта Авксентия Михайловича Городнянского и армейская группа помощника командующего ЮЗФ по кавалерии, генерал-майора Леонида Васильевича Бобкина. 6-я армия имела в своём составе 8 стрелковых дивизий (337-я, 47-я, 253-я, 41-я, 411-я, 266-я, 103-я и 248-я), 21-й и 23-й тк (имели 269 танков), 5-ю гвардейскую танковую бригаду, три танковых бригады, 14 артиллерийских полков РГК. Армия была должна наступать своим левым флангом, прорвать оборону немцев на 26 км участке фронта и обеспечить ввод в прорыв двух танковых корпусов. В дальнейшем она получила задачу развивать наступление в направлении Мерефа - Харьков. После выхода на рубеж Мерефы, три усиленных полка должны были ударить в тыл немецким силам, которые действовали в полосе 38-й советской армии. Танковые корпуса на 5-й день наступления должны были перерезать все пути из Харькова на запад и соединиться с частями 28-й армии, завершив глубокое окружение харьковской группировки немцев. Армейская группа Бобкина в составе двух стрелковых дивизий (393-я и 270-я), 6-го кавкорпуса (49-я, 26-я, 28-я кавдивизии), одной танковой бригады (40 танков) должна была прорвать линию фронта на 10 км участке и обеспечить ввод в прорыв кавкорпуса. На 5-й день кавалеристы должны были взять Красноград и прикрыть 6-ю армию с правого фланга. 6-я армия и армейская группа Бобкина имели в своём составе 1151 орудие и миномёт.

С севера удар наносили три армии ЮЗФ – 38-я, 28-я и 21-я. Главная роль возлагалась на 28-ю армию под командованием Дмитрия Ивановича Рябышева. В её состав входила 13-я гвардейская стрелковая дивизия, пять стрелковых дивизий, 3-й гвардейский кавкорпус (три кавдивизии и одна мотострелковая бригада), четыре танковых бригады (имели 181 танк), девять артполков РГК. Артиллерия армии насчитывала 893 орудия и миномёта. 6-я армия должна была прорвать участок фронта в 15 км и ввести в прорыв 3-й кавалерийский кавкорпус В. Д. Крючёнкина. 21-я армия В. Н. Гордова обеспечивала правый фланг 28-й армии и должна была прорвать фронт на участке в 14 км. В её составе была одна мотострелковая, пять стрелковых дивизий, одна мотострелковая и одна танковая бригады, отдельный танковый батальон (в бригаде и батальоне было 48 танков), четыре артиллерийских полка РГК. У армии было 331 орудие и миномет. 38-я армия под командованием К. С. Москаленко обеспечивала левый фланг 28-й армии и должна была прорвать фронт на участке в 25 км. Кроме того, она во взаимодействии с 6-й армией должна была разгромить силы 51-го немецкого армейского корпуса в районе Чугуева. В состав 38-й армии входило 6 стрелковых дивизий, 3 танковые бригады (имели в своём составе 105 танков), 6 артполков РКГ. Артиллерия армии насчитывала 485 орудий и миномётов.

В резерве командующего ЮЗФ было две стрелковые дивизии, 2-й кавалерийский корпус, три отдельных танковых батальона (96 танков). К операции привлекались 32 авиационных полка ЮЗФ и ЮФ, которые имели в своём составе 654 самолёта (из них 243 истребителя)

План операции был прост и хорошо продуман. Кольцо окружения должно было стать многослойным: на юго-востоке «котёл» замыкали части 38-й и 6-й армий, а западнее Харькова соединения 21-го и 23-го танковых корпусов и 3-го гвардейского кавкорпуса. Группа Бобкина наносила удар в глубину, обеспечивала внешний фронт окружения и создавала плацдарм для наступления в направлении реки Днепр.

Битва за Харьков. К 70-летию Второй харьковской битвы (12-25 мая 1942 года)

Семён Константинович Тимошенко.

Планы и силы немецкого командования

Командование немецкой группы армий «Юг» своей главной задачей в начале весенне-летней кампании 1942 года видело уничтожение барвенковского плацдарма. В «Распоряжении о ведении боевых действий на Восточном фронте по окончании зимнего периода» оперативного отдела ОКВ от 12 февраля 1942 года было приказано ликвидировать барвенковский (немцы его называли изюмским) выступ. Командующий группы армий «Юг» генерал-фельдмаршал Федoр фон Бок представил верховному командованию документ с оценкой обстановки, где также предлагал уничтожить изюмский выступ сразу после завершения периода весенней распутицы. Кроме того, командование группы армий «Юг» отметило высокую активность в советских тылах в области Воронежа и Ростова. Был сделан вывод о предстоящем наступлении Красной Армии.

25 марта 1942 года командующий группы армий «Юг» издал директиву об операции по ликвидации изюмского выступа двумя ударами по сходящимся направлениям. 6-я немецкая армия под командованием Фридриха Паулюса должна была наступать с севера на юг, прикрывая свой фланг р. Северский Донец. С юга на север из района Славянск – Краматорск должны были наступать части 1-й танковой армии под командованием Эвальда фон Клейста и 17-й армии во главе с Германом Готом. Войска начали сосредотачивать ещё зимой 1942 года. Для проведения операции была направлена сформированная во Франции в конце 1941 года 23-я танковая дивизия. Её в марте 1942 года перебросили в район Харькова. В марте же из состава группы армий «Центр» передали в состав 6-й армии 3-ю танковую дивизию. Операция по ликвидации изюмского выступа получила название «Фредерикус». Всего в распоряжении немецкого командования было до 640 тыс. солдат и офицеров.

6-я армия Паулюса занимала участок фронта, на который приходился запланированный советским командованием удар. 17-й армейский корпус (АК) в составе двух пехотных дивизий занимал оборону в полосе наступления 21-й, 28-й и 38-й армий. 8-й АК в составе пехотной (была усилена батальоном штурмовых орудий – 30 единиц), охранной и венгерской дивизий, занимал полосу в направлении главного удара 6-й армии ЮГФ. 51-й АК в составе трёх пехотных дивизий защищал позиции юго-восточнее Харькова. Этот корпус по планам советского командования должен был попасть в окружение. Наиболее мощным резервом командования группы армий «Юг» в районе Харькова были 3-я и 23-я танковые дивизии. В дивизиях было более 220 танков, они не занимали рубежи обороны и их могли перебросить в любую точку линии фронта для парирования советского наступления. Южный фас барвенковского выступа занимал 3-й моторизованный корпус фон Макензена в составе легкопехотной, горно-егерской, танковой, части моторизованной дивизий, хорватского полка и др. соединений. Стык между 8-м АК и 3-м моторизованным корпусом обеспечивала группа Корцфлейша в составе трёх румынских дивизий, 298-й и части 68-й пехотных дивизий.

В результате в марте-апреле 1942 года шла настоящая гонка по подготовке направленных друг против друга наступательных операций. Вопрос был в том, кто начнёт первым и сможет переиграть противника.

Битва за Харьков. К 70-летию Второй харьковской битвы (12-25 мая 1942 года)

Фёдор фон Бок.

Наступление Красной Армии (12-14 мая)

Первоначально наступление ЮЗФ было назначено на 5 мая. Но, в связи незавершённостью подготовительных действий, срок начала операции перенесли на 12 мая. Надо отметить, что и к этому дню не был завершён процесс накопления нужного количества боеприпасов, но медлить было уже нельзя и наступление началось. К концу 11 мая войска в основном заняли исходные позиции. В операции были готовы принять участие 29 стрелковых, 9 кавалерийских, одна мотострелковая дивизии, 4 мотострелковые, 19 танковых бригад, 4 отдельных танковых батальона (всего более 900 танков). Правда, из выделенных для операции 32 артполков, на позициях 11 мая было 17-ть, ещё 11 сосредотачивались и 4 ещё не прибыли.

12 мая 1942 года в 6.30 началась артподготовка продолжительностью в 1 час в районе северной советской группировки. В конце артиллерийской подготовки последовал авианалёт на позиции немцев. Вопреки ожиданиям советского командования, в первый день наступления успехи 28-й армии были небольшими. Она продвинулась на 2-4 км. 21-я и 38-я армии действовали более успешно, пройдя 6-10 км.

Одновременно ударила южная ударная группировка. Наступление началось в 7.30 утра после часовой артиллерийской подготовки. Южная группировка действовала более успешно. В первый же день части 6-й армии и группы Бобкина прорвали оборонительные рубежи 8-го АК на фронте в 42 км и продвинулись вглубь на 12-15 км.

Битва за Харьков. К 70-летию Второй харьковской битвы (12-25 мая 1942 года)

Атака советских солдат Юго-Западного фронта при поддержке танков БТ-7.

Командование группы армий «Юг» выделило для парирования удара северной группировки 23-ю танковую дивизию и две пехотных дивизии, а затем и 3-ю танковую дивизию. Немецкое командование не успело начать своё наступление, ожидая авиационный корпус Рихтгофена, который участвовал в боях на территории Крыма. Паулюс получил приказ не начинать наступление до прибытия авиации. Немецкое командование организует контратаки силами двух ударных групп: 3-я танковая дивизия и части 71- пехотной дивизии, 23-й танковой дивизии и соединений 44-й пехотной дивизии. Они вынудили отойти части 38-й армии, открыв фланг 28-й армии. В результате, немецкое командование было вынуждено бросить в бой главные резервы – две танковые дивизии. Их первоначально планировали использовать для наступления, а не контратак.

13 мая 6-я армия и армейская группа Бобкина расширила фронт прорыва на 50 км и продвинулась вглубь на 16 км. 6-й кавкорпус продвинулся на 20 км. 23-й танковый корпус стали выдвигать к линии фронта.

На севере 28-я армия, из-за отхода частей 38-й армии, была вынуждена усилить прикрытие своего левого фланга, перебросив на него 13-ю гвардейскую стрелковую дивизию и две танковые бригады. Темп наступления упал. За 14 мая войска 28-й армии прошли 5-6 км и достигли рубежа реки Муром. На этом рубеже планировали ввести в бой подвижную группу армии – 3-й гвардейский кавкорпус и 38-ю стрелковую дивизию, но они не успели завершить сосредоточение. В результате в ходе боёв 12-14 мая северная группировка пробила оборону врага на фронте в 56 км, 28-я армия продвинулась на 20-25 км. Фактически наступление шло по плану, если не считать контрудара немецких войск. Командование ЮЗН ожидало ввода в бой немецких резервов на 5-6 день наступления. Немецкий контрудар удалось парировать, но большой ценой – на левом фланге пришлось держать 6 танковых бригад из 8-ми, которые имелись в северной группировке. Они не смогли принять участие в боях на направлении прорыва и понесли большие потери.

Южная группировка наступала в более благоприятных условиях. К концу 14 мая фронт был прорван на 55 км при глубине в 25-40 км. Но здесь было принято одно из роковых решений: командующий 6-й армией Авксентий Городнянский отсрочил ввод в прорыв 21-го и 23-го танковых корпусов. Кроме того, оба корпуса были отдалены от места ввода на 20-42 км.

Надо сказать, что немецкое командование в это время и не думало о наступлении. Руководство группы армий «Юг» было растеряно. Фон Бок звонил начальнику штаба Верховного командования сухопутных войск вермахта Францу Гальдеру и высказывал сомнение в возможности остановить наступление Красной Армии ударом войск 1-й танковой армии под руководством Эвальда фон Клейста и 17-й армии во главе с Германом Готом. Фон Бок предлагал взять у Клейста 3-4 дивизии и попробовать ликвидировать прорыв южнее Харькова. План операции «Фридерикус» был на грани провала. Гальдер принял рискованное решение всё же ударить силами Клейста по южной части изюмского выступа и убедил в правильности этого решения Гитлера.

В.А.Семидетко

01.06.2017, 15:20

http://www.historia.ru/2008/01/kharkov.htm

Наступление Юго-Западного фронта в районе Харькова занимает особое место в системе операций весны и лета 1942 г. Начавшееся с успешного прорыва вражеской обороны, оно завершилось, в конечном счёте, крупным поражением наступавших войск. В силу этого наступление на харьковском направлении относится к числу тех сражений, где были упущены реальные возможности достижения победы.

1. Обстановка и планы сторон

Апрель 1942 года, конец первой декады... Земля медленно оттаивала после необычайно холодной зимы 1941/42 г. Вскрылся лёд на Северском Донце. Активные боевые действия советских войск на южном крыле советско-германского фронта по существу прекратились. Несколько наступательных операций, предпринятых армиями Юго-Западного и Южного фронтов в феврале — марте 1942 г., в частности, с целью освобождения Харькова, существенных результатов не принесли. В ходе изнурительных боёв удалось лишь захватить плацдарм на западном берегу р. Северский Донец в районе Стар. Салтов и улучшить положение 6-й, 57-й и 9-й армий на плацдарме в районе Барвенково. Армии Юго-Западного (21, 38 и 6 А) и Южного (57, 9 А) фронтов закрепились на рубеже Марьино, Стар. Салтов, Балаклея, Нижн.- Рус. Бишкин, Царедаровка, Красный Лиман. Севернее Марьино, прикрывая орловско-тульское и воронежское направления, оборонялся Брянский фронт. Южнее Красного Лимана занимали оборону 37-я, 12-я, 18-я и 56-я армии Южного фронта.

Противник в ходе весенних боёв укрепил оборону на подступах к Харькову, Краматорску, Славянску. На склонах освободившихся от снега высот, по окраинам населённых пунктов, берегам рек тёмными брустверами окопов и траншей обозначился передний край его главной полосы обороны. Она включала две — три позиции, общая глубина которых достигала 8 — 12 км. Все населённые пункты, расположенные в пределах этой полосы, были подготовлены к круговой обороне. От Мурома на юг до Балаклеи на удалении 10 — 15 км от переднего края главной полосы проходила вторая полоса обороны. В 20 — 25 км от переднего края преимущественно силами местного населения создавалась третья оборонительная полоса. Наиболее прочной была оборона чугуевского плацдарма и участка к северу от него. К апрелю 1942 г. перед Юго-Западным фронтом оборонялись войска 6-й немецкой армии (29, 17, 51 и 8 армейские корпуса) и части 6-го армейского румынского корпуса 17-й немецкой армии. Группировка противника перед Южным фронтом состояла из двадцати шести дивизий и пяти боевых групп. Все эти соединения организационно входили в армейскую группу «Клейста» (1 танковая армия, 17 А).

Неудачное завершение мартовских и апрельских боев не обескуражило командование Юго-Западного направления (главком — Маршал Советского Союза С.К.Тимошенко, член военного совета генерал-лейтенант Н.С.Хрущёв, начальник штаба генерал-лейтенант И.Х.Баграмян). Представлялось, что при должном усилении направления резервами Ставки Верховного Главнокомандования можно будет не только овладеть Харьковом, но и решить более крупные задачи. Это мнение было изложено в докладе об обстановке, сложившейся к середине марта на фронтах Юго-Западного направления1 и перспективах боевых действий в весенне-летний период 1942 г., представленном в Ставку 22 марта. «Войска Юго-Западного направления, — говорилось в докладе, — в период весенне-летней кампании должны стремиться к достижению основной стратегической цели — разгромить противостоящие силы противника и выйти на средний Днепр (Гомель, Киев, Черкассы) и далее на фронт Черкассы, Первомайск, Николаев»2.

Для развёртывания наступательных действий военный совет направления просил Ставку ВГК выделить из ресурсов центра три армии, 34 стрелковые дивизии, 28 танковых бригад, 16 — 20 артиллерийских полков РГК и 767 самолётов3.

Генеральный штаб, рассмотрев это предложение, сделал вывод о невозможности проведения такой операции весной 1942 г. Об этом было доложено Верховному Главнокомандующему. Ставка, не имея возможности усилить Юго-Западное направление своими резервами, согласилась с мнением Генерального штаба. Маршалу С.К.Тимошенко было предложено разработать план операции лишь с целью разгрома группировки врага в районе Харькова и освобождения города имеющимися силами. План был переработан, и 28 апреля войскам была направлена оперативная директива Юго-Западного фронта4. В ней говорилось: «С целью овладения районом Харькова ЮЗФ переходит в наступление с задачей прорвать оборону противника и концентрическими ударами 6 и 28 А окружить и уничтожить его харьковскую группировку в районе: Харьков, Змиев, Балаклея, Печенеги. На 15 — 18 день операции перейти к обороне на рубеже Захачев, Будановка, Сковородовка, ст. Водолага. Готовность наступления к исходу 04.05.1942 г.»5 Таким образом, операция ограничивалась лишь районом Харькова, и к наступлению привлекались только силы Юго-Западного направления.

Планом операции предусматривалось нанесение двух ударов: одного из района Волчанска и другого с Барвенковского плацдарма. Целью этих ударов являлся разгром харьковской группировки, овладение Харьковом и создание условий для развития наступления на днепропетровском направлении совместно с Южным фронтом.

Главный удар намечалось нанести с Барвенковского плацдарма силами 6-й армии и армейской оперативной группы генерала Л.В.Бобкина. 6-я армия под командованием генерал-лейтенанта А.М.Городнянского (восемь стрелковых дивизий, четыре танковых бригады и два танковых корпуса) получила задачу наступать на Харьков с юга навстречу группировке войск, наступавшей из района Волчанска. Оперативная группа Бобкина (две стрелковые дивизии, кавалерийский корпус и танковая бригада) ударом на Красноград должна была обеспечить левый фланг 6-й армии.

Из района Волчанска планировался второй удар силами 28-й армии и примыкавших к её полосе дивизий 21-й и 38-й армий, 28-я армия во главе с генерал-лейтенантом Д.И.Рябышевым (шесть стрелковых дивизий, кавалерийский корпус и четыре танковые бригады) должна была нанести удар в обход Харькова с севера и северо-запада навстречу 6-й армии. Ударные группировки 21 и 38-й армий (командующие армиями генерал-майоры В.Н.Гордов и К.С.Москаленко) получили задачу наступать, соответственно, на северо-запад и юго-запад, прикрывая фланги 28-й армии.

Обеспечение Харьковской операции с юга было возложено на войска Южного фронта (командующий генерал-лейтенант Р.Я.Малиновский, член военного совета дивизионный комиссар И.И.Ларин, начальник штаба генерал-лейтенант А.И.Антонов). Этому фронту было приказано создать прочную оборону на южном фасе Барвенковского выступа силами 57 и 9-й армий, которыми командовали генералы К.П.Подлас и Ф.М.Харитонов.

В резерв фронта были выделены две стрелковые дивизии и кавалерийский корпус. Стрелковые дивизии должны были подготовить оборонительные рубежи в 20 — 25 км от переднего края своих войск и контрудары в четырёх направлениях, а кавалерийский корпус готовил контрудары в трёх направлениях. Такие задачи резервов характерны лишь для оборонительных операций. Необычная задача свидетельствует о предусмотрительности командования фронтом в связи с ожидавшимся наступлением противника.

В то время как советское командование готовило Харьковскую наступательную операцию, немецкое руководство разрабатывало операцию под кодовым наименованием «Фридерикус-I». Её цель заключалась в ликвидации нашего Барвенковского выступа и захвате плацдарма на левом берегу Северского Донца, с которого затем планировалось начать «главную операцию» согласно директиве № 41. Кроме того, в результате этой операции противник намеревался устранить непосредственную угрозу коммуникациям своего южного фланга в районе Днепропетровска и обеспечить удержание Харькова с разместившимися там большими складами и лазаретами.

Ликвидацию Барвенковского выступа противник планировал осуществить путём нанесения двух ударов по сходящимся направлениям: из района Балаклеи на юг силами 6-й армии и из района Славянска, Краматорска в северо-западном направлении силами армейской группы «Клейста». Начало операции было назначено на 18 мая.

К 12 мая, т.е. к началу Харьковской операции, вражеская группировка на этом направлении была значительно усилена. Юго-Западному фронту противостояло 17 дивизий, а Южному — 34 (из них непосредственно 57 и 9-й армиям — 13 дивизий)6. Противник превосходил эти армии по пехоте в 1,3, по ганкам — в 4,4, по артиллерии — в 1,7 раза7.

Значительное место в подготовке Харьковской операций занимали вопросы огневого поражения противника. Артиллерийское наступление планировалось в соответствии с требованиями директивного письма Ставки ВГК 1 03 от 10 января 1942 г. Во всех армиях намечалось провести 60-минутную артиллерийскую подготовку на глубину до 5 — 6 км. Пять первых и 10 — 20 последних минут были отведены на огневые налёты. С наивысшей плотностью должна была подавляться первая позиция главной полосы обороны противника. Артиллерийская поддержка атаки пехоты и танков намечалась методом последовательного сосредоточения огня на глубину 1,5 — 2 км, а сопровождение — сосредоточенным огнём и огнём по отдельным целям по вызову общевойсковых командиров8. К сожалению, не определялся порядок артиллерийского обеспечения ввода в прорыв эшелонов развития успеха 28-й и 6-й армий. Средние плотности орудий и миномётов из-за незавершённости сосредоточения артиллерийских частей были крайне недостаточными: 23,6 — в 21-й армии, 59,5 — в 28-й, 18,7 — в 38-й, 32 — в 6-й и группе генерала Л.В.Бобкина.

Много внимания было уделено и авиации. Однако задачи ей были поставлены без достаточного учёта возможностей. Во фронте имелось 659 самолётов, причём не объединённых в воздушную армию, а находившихся как во фронтовом, так и в армейском подчинении.

Авиация должна была в ночь перед наступлением нанести удары по опорным пунктам и узлам связи, тыловым объектам и инженерным сооружениям обороняющегося противника и в течение всей ночи изнурять его живую силу. Затем ей предстояло провести 20-минутную авиационную подготовку, разрушал опорные пункты, подавляя артиллерию и уничтожая пункты управления на участках прорыва. С началом атаки ВВС переключались на подавление резервов противника и основных пунктов его сопротивления, обеспечение действий танковых и кавалерийских корпусов. На авиацию возлагалась также задача воспретить подход резервов врага со стороны Белгорода, Ахтырки, Полтавы и Кременчуга. Непрерывными ударами по отходящим войскам противника бомбардировщики и штурмовики должны были обеспечить наступление подвижных соединений. Кроме того, авиации предстояло уничтожить переправы в районах Кременчуга и Днепропетровска, вести борьбу с авиацией противника в воздухе и на аэродромах, прикрыть выдвижение и сосредоточение ударных группировок9.

Много было сделано в армиях для насыщения атакующей пехоты танками. В качестве танков непосредственной поддержки пехоты должны были действовать 560 машин. Придавались они всем дивизиям, которым предстояло наступать на направлениях главных ударов армий. По существу, распределение танков велось по пословице — «всем сёстрам по серьгам»: тринадцать дивизий, в том числе две резервные, получили на усиление по танковой бригаде. В результате, на участках прорыва трёх армии и армейской группы средние плотности танков НЛП оказались низкими (от 3,5 до 6,4 на 1 км участка прорыва). Лишь в 28-й армии их было 12 на 1 км участка прорыва. Таким образом на направлении главного удара фронта танков непосредственной поддержки пехоты оказалось меньше, чем на второстепенном. Боевые порядки танковых батальонов планировалось строить в две линий. В первой линии — тяжёлые танки в боевых порядках стрелковых рот, во второй — лёгкие и средние танки вместе с ротами вторых эшелонов стрелковых батальонов. Равномерное распределение танков и глубокое построение боевых порядков танковых подразделений не обеспечивали их массированного и одновременного применения на направлениях главных ударов армий. При этом следовало ожидать, что манёвр танков будет скован, а эффективность применения танкового оружия значительно снижена.

Опасаясь упреждающих ударов противника, советское командование, наряду с подготовкой исходного положения для наступления, предпринимало меры для организации обороны в глубине расположения своих войск. Кроме тылового оборонительного рубежа, который возводился по линии Донская Нечаевка — Землянск — Алексеевка — Новопавловка, по указанию Генерального штаба, а затем и по приказу начальника инженерных войск Юго-Западного направления от 20 апреля 1942 г., силами 7-й сапёрной армии и местного населения создавалась полоса заграждений глубиной 30 — 45 км. Три её линии должны были прикрыть важнейшие направления в полосах обороны Брянского, а также Юго-Западного фронтов (Курск, Касторное, Воронеж; Курск, Горшечное, Воронеж; Белгород, Новый Оскол, Свобода; Купянск, Ровеньки, Россошь)10.

Крайне недостаточно внимания было уделено организации взаимодействия войск. Маршал С.К.Тимошенко касался этого вопроса при личных встречах с командующими войсками фронтов и командующими армий, а также на совещаниях, которые были проведены им 18 и 20 апреля, 4 и 5 мая. Каких-либо других специальных мероприятий по детальному согласованию усилий войск не проводилось. На проводимых совещаниях присутствовал руководящий состав штабов армий, родов войск и авиации. Ни на одно из них не были приглашены представители 57-й и 9-й армий. Все основные вопросы взаимодействия решались в армиях и дивизиях. Однако разработанные штабами армий таблицы взаимодействия были доставлены в штабы соединений за сутки — двое до начала наступления. Данные этих таблиц были в какой-то мере учтены в планах боя соединений я доведены до частей, но практически на местности вопросы взаимодействия в большинстве дивизий не отрабатывались11.

В период подготовки наступления была проведена значительная перегруппировка войск. Она началась в конце марта I942 г. и проходила с большими трудностями. Во-первых, в штабе фронта и в штабах армий отсутствовал единый план перегруппировки войск. Соединения и части перемещались на основании отдельных распоряжений, которыми определялись только районы сосредоточения и время движения. Лишь 10 апреля директивой штаба Юго-Западного направления был определён порядок перегруппировки войск на период до 22 апреля 1942 г.12 Во-вторых, многие соединения совершали марши пешим порядком в условиях весенней распутицы, разливов рек и отсутствия достаточного количества дорог с твёрдым покрытием или хорошо оборудованных маршрутов движения. Низкой оказалась пропускная способность переправ через реки Оскол и Северский Донец. В-третьих, одновременно с руководством перегруппировкой войск штабам приходилось заниматься размещением вновь прибывающих соединений из резерва Ставки ВГК или с Южного фронта, а также продолжать формирование новой, 28-й армии. Управление этой армии прибыло из резерва Ставки 13 апреля в Белый Колодезь, две дивизии были переданы из 38-й армии, ещё четыре вошли в состав армии в период с 17 по 24 апреля из резерва Ставки ВГК13.

Затруднения, возникшие при перегруппировке войск, отрицательно сказались на полноте и качестве проведения других подготовительных мероприятий. Особенно пострадала подготовка войск и штабов. В частности, сорвалось выполнение плана проведения занятий одновременно во всех соединениях и объединениях в период с 1 по 15 апреля. К тому же командиры частей и подразделений основное внимание вынуждены были переключить на обучение вновь прибывающего пополнения, так как многие солдаты никогда не держали в руках ни винтовки, ни гранаты, ни какого-либо другого оружия. Например, в 300-ю стрелковую дивизию 38-й армии во второй половине апреля прибыло 5717 человек, из которых около половины не владели русским языком и не могли обращаться с оружием. В 169-ю стрелковую дивизию 28-й армии в период с 20 апреля по 5 мая прибыло 13 маршевых рот — 2023 человека14. Никто из прибывших в боях не участвовал. Считалось, что они прошли обучение и владеют оружием, однако проверка показала, что большая часть солдат совершенно необучена15. Примерно такое же положение было и в других дивизиях. Увлекшись одиночной подготовкой солдат, командиры и штабы упустили вопросы «сколачивания» штабов. Не проводились и совместные занятия родов войск на местности.

Большие трудности испытывал фронт с подвозом материальных средств. Согласно принятому 8 апреля плану организации тыла и материального обеспечения армий Юго-Западного фронта, в объединениях намечалось иметь 4 боекомплекта боеприпасов, 7 заправок горючего и 15 сутодач продовольствия16. Накопить таких запасов не удалось. Особенно тяжёлое положение складывалось с обеспечением продовольствием и фуражом. Запасы продовольствия и фуража исчислялись одной — двенадцатью сутодачами. Некоторые соединения какое-то время вообще не имели продовольствия17. Так, 103-я стрелковая дивизия с 28 апреля по 2 мая не имела ни продовольствия, ни фуража. Солдаты по существу голодали. Начался падёж лошадей. Махорки не выдавалось в течении 15 дней18.

Трудности подготовительного периода требовали неординарных действий со стороны командиров, штабов, политорганов, партийных и комсомольских организаций. В основу своей работы они положили приказ наркома обороны № 130 от 1 мая 1942 г., в котором ставилась задача «... добиться того, чтобы 1942 год стал годом окончательного разгрома немецко-фашистских войск и освобождения советской земли от гитлеровских мерзавцев». При разъяснении требований приказа Сталина и стоящих перед войсками задач акцент был сделан на разъяснении той части приказа, где говорилось о необходимости «... изучить в совершенстве своё оружие, бить врага наверняка»19. Командиры и политработники понимали, что собраниями, митингами и беседами высокой выучки и боеспособности не добиться, поэтому концентрировали внимание на практических мероприятиях.

В частности, производились перестановки личного состава с целью усиления разведывательных, противотанковых, пулемётных, миномётных расчётов; умелые и опытные бойцы помогали слабо обученным. В войсках воспитывали наступательный порыв, ненависть к немецко-фашистским захватчикам, большое внимание уделяли укреплению воинской дисциплины и морального духа личного состава, повышению бдительности. При этом применялись нестандартные формы воздействия на сознание людей: встречи со свидетелями фашистских зверств, распространение информации о рабской жизни советских людей на оккупированной территории. Например, на основании опроса перешедших линию фронта была разработана листовка, в которой говорилось о том, что 9 мая в Змиеве гитлеровские солдаты окружили рынок, схватили нахоившихся там людей и направили на оборонительные работы к Люботину. Там же приводились цены змиевского рынка; 300 рублей — кошёлка картошки, 120 рублей — литр молока, 25 рублей — пара стаканов ржи20. Говорилось и о том, что на сельскохозяйственных работах немцы впрягают в плуг по 10 — 12 человек и др.21

Для работы в партизанских отрядах и среди населения временно оккупированной территории с 15 марта по май 1942 г.за линию фронта было направлено 16 политработников в качестве представителей политуправления фронта. С каждыми них был оперативный работник и два радиста с радиостанцией22.

К исходу 12 мая подготовка операции в целом завершилась. В результате перегруппировок советскому командованию удалось добиться некоторого превосходства над противником в силах и средствах в полосе Юго-Западного фронта при примерно равном соотношении в полосе всего Юго-Западного направления. Фронт превосходил противника: по людям и артиллерии — в 1,5 раза, по танкам — в 2,5 раза. В авиации силы были примерно равны.

На участках прорыва армий превосходство над противником было более существенным (см. Таблицу 1).

Соотношение сил и средств на участках прорыва
армий Юго-Западного фронта к 12 мая 1942 г.23
Армия
Соотношение по пехоте
Соотношение по орудиям и миномётам
Соотношение по танкам

21 А
2,3 : 1
1,5 : 1
1 : 1,4

28 А
2,8 : 1
2,2 : 1
2,1 : 1

38 А
2,6 : 1
1,4 : 1
1 : 1,3

6 А и арм. группа
1,6 : 1
2,0 : 1
11,8 : 1

Анализируя подготовку операции, следует отметить, что план наступления характеризовался решительностью цели, так как группировку противника намечалось разгромить путём двойного охвата с одновременным рассечением её на две части. Ставка ВГК и командование Юго-Западного направления смогли восполнить потери и создать мощные ударные группировки. На направлении главного удара фронта было достигнуто существенное превосходство над противником в танках, в войсках удалось создать высокий наступательный дух.

Вместе с тем, в подготовке операции было много существенных недостатков и досадных просчётов. Прежде всего это относится к плану наступления. Так, решительная по своей сути цель операции должна была выполняться осторожными действиями войск, о чём свидетельствуют и намеченные средние темпы наступления (6 — 8 км в сутки), и недостаточно решительное наращивание сил и средств на направлении главного удара фронта, и поздние сроки ввода в сражение танковых корпусов (использование их предусматривалось лишь на третий день наступления). Просчётом явилось и то, что наступление главной ударной группировки планировалось осуществить из оперативного мешка, слабо защищённого от ударов противника с юга.

Одиннадцати дивизий, имевшихся в составе 57 и 9-й армий Южного фронта было крайне недостаточно для создания непреодолимой обороны в занимаемой ими 176-километровой полосе на южном фасе Барвенковского выступа. Более того, из этих армий были изъяты и переданы в состав Юго-Западного фронта одна стрелковая дивизия, две стрелковых и три танковых бригады, восемь артиллерийских полков и по 500 человек из остальных дивизий. И это делалось несмотря на то, что имелись сведения о сосредоточении танковых соединений армейской группы «Клейст» перед войсками этих армий. Для отражения возможных ударов крупных танковых группировок врага предлагалось создать мощные противотанковые резервы, однако этого не было сделано. Задачи 57 и 9-й армий были пассивными. Лишь одна дивизия 57-й армии должна была наступать и обеспечивать левый фланг оперативной группы генерала Л.В.Бобкина. Всё это позволяло войскам группы «Клейст» свободно маневрировать.

К недостаткам плана следует отнести и то, что не было отдано безоговорочного приоритета наступлению. Часть сил фронта была явно нацелена на ведение обороны. Резервные соединения вместо активных наступательных задач получили указание готовить оборону и контратаки. В то время, когда фронту крайне не хватало дорог, когда срывались сроки сосредоточения войск, возводились оборонительные рубежи и полосы заграждении далеко в тылу наступательных группировок. К другим недостаткам в подготовке операций следует отнести: низкие темпы перегруппировки войск и её незавершённость, пренебрежение штабов и войск оперативной маскировкой, низкий уровень организации управления и взаимодействия, недостаточную сколоченность соединений, объединений и их штабов. Весьма отрицательно повлияла на подготовку операция недооценка как оборонительных, так и наступательных возможностей противника.

2. Наступление Юго-Западного фронта на харьковском направлении

Наступило 12 мая. Едва забрезжил рассвет, как в рощах, балках, лощинах, просто на позициях начались митинги личного состава. На них был доведён приказ Маршала Советского Союза С.К.Тимошенко № 3 о переходе Юго-Западного фронта в решающее наступление. В 6 часов 30 минут, после часовой пристрелки целей, началась артиллерийская подготовка атаки. Через сорок минут после её начала оборона противника подверглась бомбовым и штурмовым ударам авиации. В 7 часов 30 минут ударные группировки Юго-Западного Фронта перешли в наступление одновременно с Барвенковского и Старо-Салтовского плацдармов.

Соединения 6-й армии и армейской группы генерала Л.В.Бобкина 12 мая, преодолев сопротивление подразделений 62-й пехотной и 454-й охранной дивизий, продвинулись на глубину 12 — 15 км и на 36-километровом фронте вышли ко второй полосе обороны, проходившей по западному берегу р. Орель. Форсировав её передовыми частями, они захватили на правом берегу три плацдарма24. Наибольшего успеха в 6-й армии достигла 266-я стрелковая дивизия полковника А.И.Таванцева, которая продвинулась на глубину до 15 км. Отличилась в первый день наступления и армейская группа генерал-майора Л.В.Бобкина. К середине дня, когда стрелковые дивизии прорвали главную полосу и продвинулись на глубину 4 — 6 км, командующий группой, будучи отличным знатоком кавалерийской тактики, решительно внёс коррективы в ранее разработанный план и ввёл в сражение 6-й кавалерийский корпус для своевременного развития тактического успеха в оперативный (по плану корпус должен был вводиться I8 мая). Стремительные действия кавалеристов, которыми командовал генерал-майор А.А.Носков, лишили противника возможности закрепиться на промежуточных рубежах.

Вечером 12 мая и в ночь на 13 мая противник, стремясь ликвидировать захваченный армейской группой плацдарм на р. Орель, ввёл в бой дополнительные силы. Темп наступления кавалерийского корпуса несколько снизился. 13 мая войска южной ударной группировки продвинулись ещё на 4 — 8 км и завершили прорыв второй полосы обороны противника. Таким образом, за двое суток наступления тактическая зона обороны противника была прорвана. Фронт прорыва был расширен до 50 км. Согласно плану операции, 14 мая следовало вводить в сражение 21-й и 23-й танковые корпуса 6-й армии. Обстановка в целом способствовала этому: командующий группой армий «Юг» фельдмаршал фон Бок, не надеясь на сопротивление своих войск, устойчивость которых из-за понесённых потерь снизилась, обратился к Гитлеру с просьбой перебросить из группы «Клейст» 3 — 4 дивизии для ликвидации бреши южнее Харькова; на командном пункте 6-й немецкой армии царило тяжёлое настроение и была начата подготовка к обороне города. Словом, противник находился в критическом состоянии. Нарастив силу удара путём ввода в сражение танковых корпусов и резервов, фронт имел возможность стремительно развить достигнутый успех. К сожалению, это сделано не было.

Причин отказа от разработанного ранее плана операции несколько. Во-первых, к намеченному сроку рубеж ввода танковых корпусов (В. Берека, Ефремовна) полностью захвачен не был. Во-вторых, командующий войсками фронта вынужден был перенацелить авиацию 6-й армии (около 100 самолётов) на поддержку северной ударной группировки, во фланг которой противник нанёс контрудар силами двух танковых и одной пехотной дивизий. Следовательно, при вводе танковых корпусов они могли оказаться без авиационной поддержки. В-третьих, после ввода в прорыв эшелону развития успеха пришлось бы самостоятельно форсировать р. Берестовая, не имея к тому же переправочных средств25. Вязкое дно и широкая пойма не представляли возможности танковым частям переправляться без мостов и переправ. Ощущалась также нехватка горючего26. Однако главной причиной следует считать то, что командование фронта под влиянием сравнительно легко достигнутых в первые дни успехов переоценило возможности своих войск и недооценило способность противника к сопротивлению. Об этом говорит, в частности, содержание боевого донесения штаба фронта от 15 мая. «Для нас теперь совершенно ясно, — сообщалось в донесении, — что противник, сосредоточив в Харькове две полнокровные танковые дивизии, вероятно, готовился к наступлению в направлении Купянск и что нам удалось сорвать это наступление в процессе его подготовки. Очевидно также» что сейчас противник в районе Харькова не располагает такими силами, чтобы развернуть против нас встречное наступление»27. В этом же донесении предлагалось также более активно использовать войска Брянского фронта. «У нас создается впечатление, — докладывал маршал С.К.Тимошенко, — что в настоящее время противник не только не готов к активным действиям в направлении Куpcк-Воронеж или Обоянь-Оскол, но даже не имеет солидных сил для прочного удержания за собой фронта Курск, Обоянь»28.

В этой критической для врага обстановке немецкое командование проявило завидную решительность и сделало всё возможное для укрепления обороны, в частности, резко активизировало действия авиации. Командующий 6-й армией генерал Паулюс, не дожидаясь окончательного сосредоточения в Харькове 305-и пехотной дивизии, изменил станции назначения эшелонам с войсками этой дивизии. Одни были направлены в Красноград, другие — в Тарановку. И уже на исходе 15 мая части 305-й дивизии контратаковали части 6-го кавалерийского корпуса в районе Краснограда. Гитлер потребовал отразить наступление войск Юго-Западного фронта наличными силами и не трогать дивизии из армий группы «Клейста», а начало наступления последней перенести с 16 на 17 мая29.

Нет сомнения, что ввод в сражение танковых корпусов мог бы сорвать все мероприятия противника и коренным образом изменить оперативную обстановку на харьковском направлении. Однако корпуса не были введены ни 14, ни 15, ни 16 мая, хотя к исходу 15 мая, благодаря успешным действиям 411-й и 266-й стрелковых дивизий, которые продвинулись на 7 — 11 км, удалось выйти к р. Берестовая и форсировать её в районе Охочае. Танковые корпуса находились в это время в 25 — 35 км от линии соприкосновения войск и не смогли к 3 часам 16 мая войти в сражение, как того требовал маршал С.К.Тимошенко. Приказ не был выполнен, потому что танковые корпуса не были подготовлены к ночным действиям. Кроме того, саперные подразделения не успевали навести переправы на р. Берестовая.

В эти дни соединения 6-го кавалерийского корпуса полуокружили Красноград и завязали бои на его окраинах. Фронт наступления армейской группы превышал уже 50 км. Обеспечивая левый фланг группы, 16 мая в наступление перешла 150-я стрелковая дивизия 57-й армии.

Ввод эшелона развития успеха был отложен до утра 17 мая. В ночь на 17 мая на р. Берестовая сапёры восстановили три моста. Закончили приготовления к вводу в сражение и танковые корпуса. В 5 часов 17 мая в направлении Тарановки начал выдвижение 21-й танковый корпус. 23-й танковый корпус, переправившись через р. Берестовая, в 8 часов перешёл в наступление в направлении Нов. Водолага. За день боевых действий оба корпуса продвинулись в северо-западном направлении на 14 — 15 км, а стрелковые дивизии — на 6 — 10 км.

Части 6-го кавалерийского корпуса, не овладев Красноградом с ходу, были вынуждены перейти к осаде города в тяжёлых условиях. Из-за большого удаления от тыловых баз срывалась доставка боеприпасов, поэтому корпусу пришлось прекратить атаки до накопления снарядов и мин. Для немцев такой проблемы не существовало, так как Красноград являлся их опорной тыловой базой.

17 мая наступление велось в обстановке, когда на южном фасе Барвенковского выступа соединения 57-й и 9-й армий Южного фронта вели тяжёлые оборонительные бои с перешедшей в наступление армейской группой Клейста. Чтобы усилить войска Южного фронта, маршал С.К.Тимошенко приказал вывести из боя 23-й танковый корпус и направить его против наступающего противника. Из-за плохой работы штаба 6-й армии приказ корпусу был доведён с опозданием на 12 часов, поэтому до полудня 18 мая наступление продолжалось в прежней группировке и с прежними задачами. 23-й танковый корпус овладел Караван, 21-й танковый корпус к исходу дня завязал бои за Борки. Армейская группа, окружив Красноград, вела бои в городе. Продолжавшееся наступление армейской группы Клейста вынудило командующего Юго-Западным фронтом направить против неё и 21-й танковый корпус. Но распоряжение о его выводе из боя запоздало на 10 часов. В силу этого, до 10 часов 19 мая части корпуса наступали вместе со стрелковыми дивизиями 6-й армии, что позволило им достичь южной окраины г. Змиев. Это был последний успех южной ударной группировки. В связи с резким ухудшением обстановки в полосах 57-й и 9-й армий маршал С.К.Тимошенко приказал 6-й армии в 17 часов 20 минут 19 мая перейти к обороне.

Как же проходили боевые действия северной ударной группировки? Наибольшего успеха в первый день наступления добились войска 21 и 38-й армий. Им удалось прорвать главную полосу обороны и продвинуться на глубину 6 — 10 км. Менее успешно наступала 28-я армия, на которую однако возлагалась основная задача по разгрому врага на этом направлении. Она вклинилась в оборону противника лишь на 2 км. Это объяснялось не только прочностью обороны противника в её полосе, но и просчётами в управлении войсками.

Успешные действия войск северной ударной группировки Юго-Западного фронта заставили Паулюса принимать срочные меры для укрепления обороны на ближних подступах к Харькову. Для этого использовались тыловые части, различные сводные подразделения, перебрасывались силы с других направлений. Главной же реакцией на прорыв советских войск стала подготовка мощного контрудара по левому флангу ударной группировки (38-й армии). С этой целью из Харькова начали выдвижение 3 и 23-я танковые дивизии и один пехотный полк30.

Разведка фронта обнаружила выдвижение этих дивизий. Командование сделало правильный вывод о намерениях противника. Однако обстановка в целом оценивалась недостаточно глубоко. Последовавшие меры были направлены лишь на отражение возможного контрудара и ничего не было сделано для наращивания силы удара наступающих войск. Более того, изъятие танков из боевых порядков соединений 38-й армии и сосредоточение их за левым флангом армии ослабило стрелковые дивизии. Командование фронтом не попыталось развить успех 21 и 38-й армий, не уточнило задачи войскам не привлекло к активным действиям дополнительные силы из резерва. Не использовало оно и благоприятную воздушную обстановку. В это время авиация фронта полностью господствовала в воздухе. За весь день противник совершил всего лишь 21 самолёто-пролёт над войсками 21, 28 и 38-й армий31. В целом командование фронтом действовало пассивно и по существу уступило инициативу противнику.

В.А.Семидетко

01.06.2017, 15:21

На следующий день 21-я армия продвинулась ещё на 8 — 14 км. Тактическая зона обороны в её полосе была прорвана, соединения вышли на рубеж М. Пристань, Муром, Высокий32. В полосе наступления 28-й армии удалось окружить противника в Терновой. 38-я армия продвинулась в юго-западном направлении на 5 км. Однако во второй половине дня обстановка в её полосе резко изменилась. Противник силами 3 и 23-й танковых дивизий и трёх полков при поддержке авиации нанёс контрудар из района Приволье и Зарожное в общем направлении на Стар. Салтов33. 38-я армия вынуждена была отойти за реку Бол. Бабка, открыв левый фланг 28-й армии. Генералу К.С.Москаленко было приказано перейти к обороне по восточному берегу р. Бол. Бабка. Одновременно командующий фронтом усилил 38-ю армию 162-й стрелковой дивизией (командир — полковник М.И.Матвеев) и 6-й гвардейской танковой бригадой, изъяв их из 28-й армии. Вместо них в распоряжение командующего 28-й армией передавалась 277-я стрелковая дивизия, прибытие которой можно было ожидать не ранее 17 мая.

14 мая боевые действия приняли исключительно острый характер. Соединения 21-й и 28-й армий продвинулись в своих полосах наступления ещё на 6 — 8 км. Фронт прорыва расширился до 56 км. В центре прорыва войска продвинулись на глубину 20 — 25 км 34. Были созданы условия для ввода в сражение эшелона развития успеха 28-й армии, но сделано это не было. Таким образом, не был использован шанс для наращивания усилий и противодействия, таким образом контрудару противника. Развитие успеха на направлении обозначившегося успеха могло оказать существенную помощь 38-й армии, соединения которой с большим напряжением отражали атаки противника на р. Бол. Бабка. В развернувшихся оборонительных боях воины армии проявили исключительное мужество, стойкость. Особенно отличился наводчик орудия сержант И.П.Кавун. Под селом Петровское он уничтожил 3 танка, пушку, три пулемёта, большое количество гитлеровцев. В этот день отважный артиллерист погиб 35.

Вражеское командование продолжало укреплять оборону: уплотнялись боевые порядки подразделений, активизировались действия авиации, в район северо-западнее Мурома выходили части перебрасываемой из-под Белгорода 168-й пехотной дивизии. Возросшая активность вражеской авиации была в некоторой мере ослаблена действиями авиации 6-й армии, перенацеленной на это направление, однако почти ничего не было сделано для того, чтобы воспрепятствовать перегруппировке 168-й дивизии.

На следующий день, следуя указаниям командующего войсками фронта36, основные силы северной ударной группировки перешли к обороне. Попытка наступать частью сил 21-й и 28-й армий была сорвана контратаками противника. В 15 часов до 300 вражеских парашютистов, приземлившись северо-западнее Терновая, с боем пробились к своему окружённому гарнизону, усилив его. Ещё более изменилась воздушная обстановка. Немецкое командование перебросило из Крыма, из состава 4-го воздушного флота три бомбардировочные эскадры37. Авиация Юго-Западного фронта делала всё возможное, чтобы вернуть господство в воздухе, прикрыть свои войска и нанести поражение контратакующим соединениям противника. В небе шли яростные схватки. Лётчик-истребитель, секретарь комсомольского президиума 2-й авиаэскадрильи 6-го авиационного полка лейтенант Ф.Бобылкин в этих и последующих боях (до 5 июня) сбил лично 8 вражеских самолётов, а 4 уничтожил в составе группы38.

Упорное сопротивление советских войск не позволило противнику достичь существенных результатов. Более того, 175-я и 169-я стрелковые дивизии 28-й армии снова перешли в наступление и продвинулись на 3 — 5 км. Командующий фронтом, уловив изменения в обстановке, приказал войскам возобновить наступление. 21-я и 28-я армия должны были выполнить ранее поставленную задачу. 3-й гвардейский кавалерийский корпус получил задачу подготовиться к вводу в сражение на стыке 21-й и 28-й армий. 38-й армии следовало прочно оборонять занимаемые рубежи.

В то время как противник, вводя новые силы и смело маневрируя с менее опасных направлений на угрожаемые участки, принимал решительные меры для противодействия наступлению советских войск, командование Юго-Западного фронта пыталось достичь цели операций по существу прежними силами. Не вводились в сражение даже имевшиеся в его распоряжении резервы. Попытка возобновить наступление без ввода кавалерийского корпуса оказалась неудачной. Противник сам перешёл к наступательным действиям и вынудил войска северной ударной группировки вести тяжёлые оборонительные бои и даже отойти к Мурому. Был деблокирован гарнизон в Терновой.

В 22 часа 17 мая штабу Юго-Западного фронта стало известно о готовящемся ударе противника из района Балаклеи в юго-западном направлении силами 3-й и 23-й танковых дивизий. Документы, в которых раскрывался этот план, были захвачены разведчиками 38-й армии ещё 13 мая, однако в штаб армии они поступили лишь 17 числа. Командующий войсками фронта принял решение с утра 18 мая возобновить наступление в западном направлении силами восьми дивизий и четырёх танковых бригад 28-й и 38-й армий с тем, чтобы сковать танковые дивизии противника. В район Изюма планировалось выдвинуть 343-ю стрелковую дивизию из фронтового резерва. Однако это наступление, вследствие недостаточной его организации39 и массированных ударов вражеской авиации, успеха не имело. Удалось лишь вновь окружить противника в Терновой.

Последующие попытки наступать также закончились безрезультатно. 19 мая командующий фронтом потребовал ускорить разгром немецкой танковой группировки. Отдавая такое распоряжение, он исходил из того, что командующие армиями докладывали об огромных потерях и истощении противника, его неспособности продолжать наступление. В действительности же немецкое командование решило, перегруппировав силы, огнём артиллерии, танков и ударами авиации отразить очередное наступление советских войск, а затем разгромить их контрударом двух танковых дивизий (до 140 танков) и шести пехотных полков. Таким образом, на сей раз командование противника изменило тактику, предоставив советским войскам начать наступление первыми.

Как показал ход боевых действий, это была ловко подстроенная ловушка. 20 мая на рассвете 28-я армия возобновила наступление. 21-я армия, не получив указаний о наступлении, приводила себя в порядок, в ротах шла замена зимнего обмундирования на летнее. Наступление соединений 28-й армии вначале шло успешно. С выходом же в район Нескучное они были остановлены мощным огнём артиллерии и танков 23-й танковой дивизии. С воздуха на них обрушились удары авиации. В 12 часов противник нанёс контрудар по правофланговым соединениям армии, которые стали отходить в восточном направлении, оголяя, тем самым, тылы 21-й армии. К исходу 20 мая все соединения смежных флангов 21-й и 28-й армий с большими потерями отошли на 10 — 15 км. Вражеское командование, приостановив наступление, с 21 мая начало выводить из боя 3-ю и 23-ю танковые дивизии для последующей их переброски в район северо-западнее Балаклеи. Так 20 мая закончилось наступление и северной группировки Юго-западного фронта.

Таким образом, наступление на Харьков потерпело полный провал. Важнейшей причиной этого явилось то, что наступление Юго-Западного фронта оказалось изолированным, не обеспеченным активными действиями соседних фронтов. Это позволило противнику перебрасывать на харьковское направление силы с других участков. Крупные просчёты были допущены в оценке сил и намерений врага. Его группировка к началу операции оказалась значительно мощнее, чем предполагало командование Юго-Западного направления. Не могло оно вскрыть и план немецкого командования по ликвидации Барвенковского плацдарма. Да и в ходе наступления разведка часто несвоевременно вскрывала выдвижение резервов, перегруппировки войск, в результате чего контрудары противника, оказывались, как правило, неожиданными.

Военный совет и штаб фронта во многих случаях действовали непрофессионально. В частности, ударные группировки не только своевременно не усиливались, но даже ослаблялись, и вместо стремительного и глубокого проникновения в оборону противника войска медленно прогрызали один оборонительный рубеж за другим, позволяя вражескому командованию маневрировать резервами и усиливать оборону своих войск. В самом начале операции противнику удалось навязать свою волю командованию фронта. Посчитав удар северной группировки наиболее опасным40, вражеское командование бросило против неё по существу все имевшиеся в его распоряжении танки и авиацию. Вместо того, чтобы воспользоваться этим и прорваться к Харькову с юга, командующий войсками фронта стал усиливать северную ударную группировку за счёт южной.

Не позволили успешно завершить наступление крупные недостатки в управлении войсками. Они проявлялись главным образом в низкой исполнительской дисциплине подчинённых войск и штабов. Недостаточно чётко работал также тыл, в результате ряд соединений остался без боеприпасов. На действиях соединений сказались плохая их сколоченность и недостаток боевого опыта, В силу этого, наступление в глубине обороны противника нередко разбивалось на отдельные слабо согласованные друг с другом бои частей и подразделений. Взаимодействие пехоты с танками, артиллерией и особенно с авиацией часто нарушалось.

3. Оборонительные действия и отход советских войск за р. Оскол

В то время как советские войска вели наступление, противник завершал подготовку операции «Фридерикус-I». Замысел вражеского командования состоял в том, чтобы, обороняясь ограниченными силами на ворошиловградском и ростовском направлениях, нанести два удара по сходящимся направлениям: Андреевка, Барвенково и Славянок, Долгенькая. В последующем развить его в общем направлении на Изюм, В ходе наступления предусматривало рассечь 9-ю армию, окружить и уничтожить её войска восточнее Барвенково, в дальнейшем выйти к р. Северский Донец, форсировать её на участке Изюм, Петровская и, развивая наступление в общем направлении на Балаклею, соединиться с оборонявшимися на Чугуевском плацдарме частями 6-й армий и завершить окружение всей Барвенковской группировки Юго-западного направления41. К проведению операции немецкое командование привлекло главные силы 3-го моторизованного корпуса, 44-й армейский корпус, часть сил 52-го армейского корпуса. На направлении главного удара (Андреевка, Барвенково) вражеские войска имели 1,7-кратное превосходство в пехотных батальонах, 3,8-кратное — в орудиях и миномётах и 6,5-кратное — в танках42.

В 5 часов 3O минут 17 мая после полуторачасовой артиллерийской подготовки ударные группировки противника при поддержке 400 самолётов перешли в наступление. К 8 часам они продвинулись в направлении Барвенково на 6 — 10 км и в направлений Долгенькая на 4 — 6 км. Вражеская авиация разрушила вспомогательный пункт управления и узел связи 9-й армии в Долгенькой. К 13 часам командующий армией вместе со штабом переместился на основной командный пункт, а оттуда — на левый берег Северского Донца. Последнее перемещение было сделано без ведома командующего войсками Южного фронта43. Командование 9-й армии полностью потеряло связь с войсками. Штаб Южного фронта не имел проводной связи ни с 57-й, ни с 9-й армиями. Командованию Юго-Западного направления о событиях в полосе Южного фронта стало известно только к исходу дня44.

Вражеские соединения, преодолевая сопротивление разрозненных частей, вышли на подступы к Барвенково. Здесь противник был задержан упорной обороной 106-й, 333-й стрелковых и 34-й кавалерийской дивизий. В боях под городом героически действовала 8-я рота 442-го стрелкового полка 106-й стрелковой дивизии под командованием лейтенанта Минаевского. Огнём противотанковых ружей и двух 45-мм орудий она вывела из строя 8 вражеских танков45. К 17 часам противнику всё же удалось овладеть Барвенково, исключая его северо-западную часть.

Чтобы ликвидировать прорывы противника и восстановить положение, командующий войсками Южного фронта решил усилить 9-ю армию 5-м кавалерийским корпусом, 296-й стрелковой дивизией и 3-й танковой бригадой. Маршал С.К.Тимошенко, в свою очередь, передал Южному фронту 2-й кавалерийский корпус, 343-ю стрелковую дивизию, отдельный танковый батальон и батальон противотанковых ружей, а также 80 танков. Главком направления, полагая, что сил выделено достаточно, приказал разгромить противостоящего противника и восстановит положение. Однако приказ этот остался невыполненным, так как связь со штабом 9-й армии была восстановлена лишь к 24 часам 18 мая, а к этому времени 5-й кавалерийский корпус оказался уже связан боем46.

Продолжая активные действия против Барвенковской группировки советских войск, противник к 10 часам 18 мая овладел южной частью г. Изюм47. 343-я стрелковая дивизия в район Изюма выйти не успела. Не сумев форсировать с ходу р. Сев. Донец, гитлеровцы резко изменили направление наступления и стали продвигаться вдоль правого берега реки, отбрасывая основные силы 9-й армии на левый берег. Обстановка продолжала обостряться. Приказ Главкома нанести контрудар по прорвавшемуся в район Барвенково противнику силами 2 и 5-го кавалерийских корпусов и 14-й гвардейской стрелковой дивизий не был выполнен, так как не представлялось возможным создать этими силами контрударную группировку.

Опасность со стороны армейской группы «Клейст» час от часу нарастала. Однако до второй половины 19 мая С.К.Тимошенко считал возможным решать одновременно две задачи: продолжать наступление на Харьков и вести ликвидацию прорвавшегося в район Барвенково противника. Военный совет и в первую очередь Маршал Советского Союза С.К.Тимошенко не проявляли большого беспокойства по поводу наступления противника на южном фасе Барвенковского выступа. Более того, когда временно исполнявший обязанности начальника Генерального штаба генерал-полковник А.М.Василевский 17 и 18 мая предлагал Верховному Главнокомандующему прекратить наступление Юго-Западного фронта и направить все силы на разгром группы Клейста», С.К.Тимошенко смог убедить И.В.Сталина в том, что опасность со стороны краматорской группировки врага сильно преувеличена и нет основания прекращать наступление48.

И только во второй половине 19 мая Тимошенко принял запаздалое, как оказалось, решение остановить наступление 6-й армии, частью её сил закрепиться на достигнутых рубежах, а основную группировку вывести из боя и концентрическими ударами 6, 57 и 9-й армий разгромить прорвавшуюся группировку врага. В 19 часов 19 мая в ходе переговоров с генералом А.М.Василевским маршал С.К.Тимошенко сообщил: «Мы решили, не оттягивал времени, взять для удара с целью разгрома группировки противника, распространившейся на Изюм, всё, что только можно, исходя из наших соображений»49. Конкретные задачи войскам были определены в боевом приказе, отданном войскам в 19 часов 30 минут 19 мая. Вновь созданная армейская группа генерал-лейтенанта Ф.Я.Костенко50 должна была перейти к обороне, а передовыми отрядами овладеть районом Змиев и захватить переправы через Северский Донец у Черемошное. Она должна была обеспечить с запада наступление 6-й и 57-й армий.

6-й армии51 предстояло, удерживая переправы на р. Берека и южный берег Северского Донца, скрытно развернуть к утру 21 мая на рубеже Бол. Андреевка, Петровская главные силы армии, нанести ими контрудар севернее Барвенково и, наступая в восточном направлении», во взаимодействии с 57-й армиейразгромить группировку противника. 57-я армия должна была частью сил прикрыться с запада, а тремя стрелковыми дивизиями и 2-м кавалерийским корпусом нанести удар по флангу прорвавшейся группировки в обход Барвенково с юга. Армия переподчинялась Юго-Западному фронту. 9-я армия получила задачу наступать из района Студёнок в западном направлении.

Два дня прошли в напряжённых боях с прорвавшимися в тыл южной ударной группировки войсками противника. 22 мая наступила кульминация. Группа «Клейст», продвигавшаяся в северном направлении, перерезала пути сообщения армейской группы генерала Ф.Я.Костенко и 6-й армии. 23 мая она соединилась с 3-й и 23-й танковыми дивизиями Паулюса, наносившими удар в южном направлении с Чугуевского плацдарма. Войска группы генерала Ф.Я.Костенко, 6-й и 57-й армий оказались в окружении.

В этих условиях маршал С.К.Тимошенко объединил окружённые советские войска в группу армий «Юг» под командованием генерал-лейтенанта Ф.Я.Костенко и приказал ей нанести удар в направлении Савинцы, прорвать кольцо окружения и выйти на левый берег Северского Донца. Одновременно с этим левофланговые соединения 38-й армии и сводный танковый корпус во главе с заместителем командующего армией генерал-майором Г.И.Шерстюком должны были наступать навстречу группе Ф.Я.Костенко. Осуществить этот план не удалось, так как противник, упредив советские войска, с утра 24 мая возобновил наступление на широком фронте, стремясь расчленить окружённую группировку. Генерал Ф.Я.Костенко 25 мая решил нанести удар в направлении Чепеля силами трёх стрелковых, двух кавалерийских дивизий, трёх танковых бригад, остатков танковых корпусов и прорваться к главным силам фронта. Осуществлению этого замысла способствовали метеоусловия: моросил дождь, над полями низко плыли облака, и в небе не было ни одного вражеского самолёта52.

Воспользоваться благоприятной возможностью не позволила недисциплинированность войск. Произошло непредвиденное: в район развёртывания ударной группировки, оставив без приказа свои позиции, вышли неуправляемые части 337-й, 47-й и 253-й стрелковых дивизий, которые должны были обеспечивать прорыв. Здесь же оказались части 2-го кавалерийского корпуса, 341-й стрелковой дивизии и тыловые учреждения 57-й армия53. Образовалось беспорядочное скопление большой массы людей, боевой техники, транспорта. На фронте обеспечения ударной группы остались разрозненные подразделения и части нескольких дивизии. Со второй половины дня образовавшееся скопление окружённых войск стало обстреливаться артиллерией противника и подвергаться ударам его авиации. Прорыв не удался.

С большими трудностями был организовал новый удар, и в 22 — 23 часа 25 мая окружённые соединения возобновили наступление. Атаки велись в плотных боевых порядках. Так, основные силы 57-й армии были построены в некое подобие каре по фронту 200 м и в глубину 1000 м из различных машин, размещённых в 8 рядов. Впереди и на флангах шли машины с автоматчиками. Внутри каре находился командующий армией со штабом. Прорвав в таком построении внутренний фронт окружения, колонна в 2 часа 26 мая остановилась перед балкой Копани, а затем стала обходить её с запада. Легковые автомобили, однако, легко преодолели балку и в темноте оторвались от войск, На рассвете стало ясно, что общего управления армией нет. По инициативе отдельных командиров были созданы отряды для выхода из окружения54. Наспех сформированные группы не смогли осуществить прорыв из-за сильного противодействия противника. Такая же картина наблюдалась и в других соединениях группы «Юг».

В сложной обстановке генерал Ф.Я.Костенко и его штаб делали почти невозможное, чтобы наладить управление и организовать новое наступление. Но при почти полной дезорганизации связи добиться этого было очень трудно. Неустойчивой была связь окружённых войск и со штабом Юго-Западного фронта. Это не позволило организовать взаимодействие главных сил с группой «Юг»55.

Наступление возобновилось в 20 часов 30 минут 26 мая. Развернулись ожесточённые бои с превосходящими силами противника. Далеко не всем удалось пробиться. Немцы мощными ударами авиации рассеяли прорывавшиеся войска.

Выход из окружения осуществлялся небольшими группами и отрядами. Исключение составила 266-я стрелковая дивизия. Её части, проявив высокую организованность, вместе с присоединившимися к ним подразделениями других соединений к утру 28 мая прорвались в район Волковенково, а затем ударом в направлении на Чепель пробились в расположение советских войск. Из окружения вышло около 7 тыс. человек. Всего же по данным на 1 июня I942 г. из Барвенковского выступа вырвалось 21 910 человек с 6 танками, 4 орудиями, 16 миномётами, 20 пулемётами и 1939 лошадьми56.

Оставшиеся в кольце советские воины продолжали сражаться до 30 мая. Многие из них в последующем переправились на левый берег Северского Донца.

Одновременно с ликвидацией Барвенковского плацдарма, немецкое командование усилило удары по северной группировке Юго-Западного фронта и окончательно остановило их наступление.

Так завершился оборонительный этап боевых действий под Харьковом. Страшную картину уничтожения увидели иностранные корреспонденты через 36 часов после окончания боев в Барвенковском выступе: «У реки Берека и на далеко протянувшихся холмах восточнее реки вместе с тысячами убитых лежала техника... Каждый отрезок реки, каждая воронка, каждая яма были до краев наполнены грузовиками и обозными повозками, танками, мёртвыми людьми и лошадьми. Насколько хватало глаз, в степи была видна та же картина: орудия, танки, грузовики, повозки, лежащие в мёртвой неподвижности, в которой их остановил ураган. Тысячи измождённых худых лошадей тихо бродили по долинам и бесконечным колхозным полям»57. В Барвенковском выступе осталось более 207 тыс. человек, 1 298 орудий, 2 997 миномётов, 1294 автомашины и трактора58. В «котле» погибли генералы Ф.Я.Костенко, Д.М.Городнянский, К.П.Подлас, А.Ф.Анисов, Л.В.Бобкин, бригадные комиссары А.И.Власов, А.И.Попенко, многие командиры соединений и частей.

Одной из важнейших причин катастрофы явилась внезапность наступления противника. В боевом донесении штаба Южного фронта от 16 мая, т.е. за день до наступления, о противнике было сказано лишь то, что он «активности не проявлял, ограничиваясь ведением редкого артиллерийского огня»59. Внезапность удара противника была усугублена потерей управления войсками со стороны командующего и штаба 9-й армии. Созданная на южном фасе барвенковского выступа оборона не обеспечивала необходимой устойчивости. Оперативное построение и боевые порядки большинства соединений были одноэшелонным. Оборонительная полоса представляла собой систему опорных пунктов и узлов сопротивления, что не отвечало требованиям того времени. Минные поля и другие заграждения по существу отсутствовали. Основу противотанковой обороны хотя и составляли противотанковые опорные пункты, однако артиллерии в них было явно недостаточно. Средние плотности противотанковой артиллерии были менее 3 орудий на 1 км фронта.

Одной из существенных причин слабости обороны являлось проведение в полосе 9-й армии в период с 7 по 15 мая частной наступательной операции с целью овладения сильно укреплённым узлом сопротивления противника в районе Маяки. Для проведения этой операции были привлечены крупные силы, в том числе почти все резервы 9-й армия и 5-й кавалерийский корпус — резерв Южного фронта60. Операция оказалось безуспешной. Резервы понесли большие потери и не успели к началу наступления противника перегруппироваться в предназначенные им районы и подготовить оборону.

Неудачные действия советских войск в окружении объясняются существенными промахами командующих и штабов в организации управления соединениями, отсутствием эффективной помощи окружённым войскам со стороны главных сил Юго-Западного направления, а также безраздельным господством в воздухе авиации врага.

Боевые действия в районе Харькова за 18 дней завершились полным поражением советских войск. Войска Юго-Западного фронта, 9-я и 57-я армии Южного фронта лишились важного в оперативном отношении Барвенковского плацдарма. Их потери за 18 дней составили 277190 человек,в т.ч. 170958 — безвозвратные (22,3%),106232 — санитарные, 46314 — ранеными,13556 — убитыми и 207047 — пропавшими без вести61.

Кроме того было потеряно: 143226 винтовок, 9053 автомата,3659 пулемётов62. Вышли из строя и были захвачены противником 1100 танков63, 1646 орудия и 3278 миномётов64. Войска Юго-Западного направления потеряли 57626 лошадей65. Вражеские войска, достигнув цели операции «Фридерикус-I» и, отбросив на исходные позиции соединения северной ударной группировки Юго-Западного фронта, заняли выгодное положение для развёртывания нового наступления.

Кроме недостатков, обусловивших неудачи советских войск в наступлении и обороне, были и общие причины провала Харьковской операции. Главная заключалась в том, что Юго-Западному направлению уделялось неоправданно меньше внимания, чем московскому. Поэтому для проведения Харьковской операции было выделено недостаточно сил и средств. Отрицательно сказалось на ходе и исходе наступления то, что советскому командованию не удалось достичь внезапности удара. Существенной причиной поражения советских войск на харьковском направления явилось то, что в критический момент наступления, когда для достижения перелома в боевых действиях требовалась помощь со стороны соседних фронтов, такая помощь оказана не была. Войска Юго-Западного фронта дрались, по существу, в изоляции. Это позволяло вражескому командованию осуществлять широкий манёвр авиацией, перебрасывать в район Харькова силы с пассивных участков. Поражение войск Юго-Западного направления было обусловлено недостаточной выучкой войск и штабов, их слабой сколоченностью. Многие командиры соединений и частей, а также некоторые командующие армиями и штабы всех степеней не обладали ещё необходимым боевым опытом, который позволял бы им правильно и быстро оценивать складывающуюся обстановку и адекватно реагировать на неё.

Опыт Харьковской операции показал, что очаговая неглубокая оборона не способна отразить массированные удары танковых группировок противника. На повестку дня встал вопрос создания глубоко эшелонированной обороны с высокими плотностями, прежде всего, средств борьбы с танками врага. Опыт этой операции ещё раз продемонстрировал, что успех боевых действий не мыслим без твёрдого и непрерывного управления войсками в течение всей операции, а также без чёткого согласования усилий всех сил и средств накануне и в ходе операции.

События под Харьковом послужили суровым и горьким уроком для командования и штабов действующей армии. Опыт боевых действий на харьковском направлении был тщательно проанализирован, обобщён и учитывался в последующих операциях. Важным мероприятием в изучении и обобщении этого опыта явилась военно-научная конференция, проведённая летом 1942 г. в военной академии им. М.В.Фрунзе.

В конце мая Ставка ВГК поставила Юго-Западному фронту задачу перейти к обороне и не допустить развития наступления противника из района Харькова на восток. Линия Фронта проходила в основном по Северскому Донцу.

Руководство вермахта, стремясь развить достигнутый в борьбе за Барвенковский плацдарм успех, в конце мая приступило к подготовке двух запланированных частных наступательных операций с целью создания выгодного исходного положения для проведения генерального наступления. Первая из них под кодовым наименованием «Вильгельм» должна была проводиться на волчанском направлении с целью захвата плацдармов на р. Оскол. Планировалось нанести два удара: один — на стыке 21-й и 28-й армий в общем направлении Волчанск, Валуйки, другой (главный) — вдоль железной дороги Харьков — Купянск. Наступлением части сил в направлениях Муром, Сурково и Печенеги, Вел. Бурлук предусматривалось обеспечить действия главных сил и осуществить обход 28-й армия с юга. На волчанском направлении противник создал полуторное превосходство в силах и средствах над оборонявшимися здесь войсками Юго-Западного фронта. Ещё более неблагоприятное соотношение сил сложилось на купянском направления.

В ходе второй операции под кодовым наименованием «Фридерикус-II» гитлеровское командование рассчитывало уничтожить войска 38-й и 9-й армий на правом берегу р. Оскол и захватить на левом берегу реки плацдарм в районе Купянска.

Ставка ВГК усилила Юго-Западный фронт семью стрелковыми дивизиями, двумя танковыми корпусами и четырьмя танковыми бригадами», что лишь частично восполнило потери, понесённые в боях под Харьковом. К началу наступления противника фронт имел в своем составе 30 стрелковых дивизий, 2 кавалерийских корпуса, 4 танковых корпуса и 8 танковых бригад. Наименьшие оперативные плотности войск оказались на волчанском направлении, чем и воспользовался противник.

10 июня немецкие войска начали операцию «Вильгельм». Прорвав оборону на стыке 21-й и 28-й армий, они устремились на Волчанск. Одновременно главная ударная группировка в составе семи пехотных, двух танковых и двух моторизованных дивизий нанесла удар в стык 28-й и 38-й армий. Прорвав и здесь оборону, вражеские танки развернули наступление в сторону Купянска и Вел. Бурлука. Действия наземных войск поддерживались крупными силами авиации. Только в течение 10 июня она совершила до 1800 самолето-пролётов66.

Противник был остановлен лишь 14 июня, благодаря активным действиям левофланговых соединений 21-й армии, упорству войск 28-й армии и сильным контратакам соединений 38-й армии.

С 15 по 21 июня вражеские войска произвели перегруппировку, готовясь к операции «Фридерикус-II». Замыслом предусматривалось нанесение трёх ударов силами тринадцати дивизий 6-й армии Паулюса и 1-й танковой армия с целью захвата плацдармов на р. Оскол.

Главный удар семью дивизиями, в том числе тремя танковыми и одной моторизованной, планировалось нанести в полосе 38-й армии на купянском направлении. Два других удара — в полосах 28-й и 9-й армий. В 3 часа 22 июня часовой артиллерийской подготовкой началась операция «Фридерикус-I». В 4 часа вражеские войска перешли в атаку против соединений 38-й армии, форсируя одновременно р. Северский Донец в полосе 9-и армии67. На следующий день перешли в наступление дивизии 6-й армии против 28-й армии на волчанском направлении. В течение 22 — 26 июня противник оттеснил соединения армий Юго-Западного фронта на восточный берег р. Оскол. Отход советских войск был произведён организованно, без паники, поэтому гитлеровцам не удалось захватить плацдарм на восточном берегу.

Таким образом, за 17 июньских дней войска Юго-западного фронта вынуждены были отойти на 45 — 100 км за р. Оскол, оставив Волчанск и Купянск.

Очередная неудача Юго-Западного фронта дала повод И.В. Сталину вновь вернуться к харьковской катастрофе и поискать, наконец, виновных. В письме военному совету Фронта, составленному ночью 26 июня, кроме обвинений, высказанных в адрес руководства фронтом о его неспособности извлечь урок из харьковской катастрофы, объявлялось о снятии с должности начальника штаба фронта генерала И.Х.Баграмяна. Перед войсками Юго-Западного фронта была поставлена задача во что бы то ни стало удержать восточный берег рек Северский Донец и Оскол68.

Разгром советских войск в районе Харькова и последующий отход их за р. Оскол явился крупным успехом противника. Однако следует учесть, что для преодоления сопротивления войск Юго-Западного фронта с целью выхода на р. Оскол врагу потребовался почти месяц.

Приложение 1

Схема ведения боевых действий советскими войсками, окружёнными под Харьковом.
Май 1942 г.

Архив МИ

Приложение 2

Карта боевых действий на Харьковском направлении.
Май — июнь 1942 г.

Архив МИ

Примечания

В состав направления в это время входили войска Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов, оборонявшихся в 1073-километровой полосе от Волхова до Таганрогского залива. С I апреля Брянский фронт был выведен яз подчинения главкома направления.

Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (далее — ЦАМО). Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 41.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 91, 94.

С 8 апреля но приказу Ставки Маршал Советского Союза С.К.Тимошенко, оставаясь Главнокомандующим направления, стал командовать и войсками Юго-Западного фронта. Двойную нагрузку нёс и начальник штаба направления.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 190.

История второй мировой войны 1939 — 1945. Т. 5. С. 128.

Там же. С. 129.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 170. Д. 43. Л. 321.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 161. Д. 800. Л. 287 — 288; Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 194 — 196.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 161. Д. 794. Л.62; Ф. 382. Оп. 8452. Д. 17. Л. 45; Д. 23. Л. 84.

ЦАМО. Ф. 229. Оп.161. Д. 794. Л. 62; Ф. 382. Оп. 8452. Д. 17. Л. 45; Д. 23. Л. 84.

ЦАМО. Ф. 229. Oп. I6I. Д. 800. Л. 384 — 388.

Там же. Оп. 213. Д. 47. Л. 116.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 62. Л. 428.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 52. Л. 96.

ЦАМО. Ф. 220. Оп. 220. Д. 1. Л. 74 — 78.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 178. Д. 11З. Л. 17 — 18.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 47. Л. 334 — 335.

И.Сталин.О Великой Отечественной войне Советского Союза. М., 1951. С. 57 — 58.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 47. Л. I69. До войны 1 кг серого пшеничного хлеба стоил 1,5 рубля.

Там же.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 62. Л. 256.

Военно-исторический журнал, 1987. № 10. С. 48.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 248.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 164. Д. 88. Л. 26, 28.

Там же.

ЦАМО. Ф. 220. Оп. 226. Д. 17. Л. З11 — 317.

Там же.

Гальдер Ф. Военный дневник. T. 3. Кн. 2. М., 1971.

ЦАМО. Ф. 382. Оп. 8452. Д. 45. Д. 18.

Сборник военно-исторических материалов Великой Отечественной войны. Выпуск 5. M., 1951. С.36.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 164. Д. 120. Л. 184 — 186.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 247.

Баграмян И.Х. Так мы шли к победе. М., 1977. С. 96

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 48. Л. 507 — 508.

Командующий войсками фронта приказал 21-й армии активизировать действия на правом фланге армии. Однако это распоряжение не было выполнено из-за недостатка сил. Наступление выделенного для этой цели отряда 301-й стрелковой дивизии в районе Мясоедово (15 км восточнее Белгорода) никакого изменения в обстановке не внесли (См. Сборник военно-исторических материалов Великой Отечественной войны. Выпуск 5. М., 1951. С. 39).

Немецкая авиационная эскадра примерно равнялась нашей авиационной дивизии.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 48. Л. 497.

Это выразилось в неодновременном начале наступления соединений 28-и и 38-й армий, в несвоевременном прибытии к району боевых действий 36-й и 58-й танковых бригад и 277-й стрелковой дивизии.

Расстояние с этого плацдарма до Харькова равнялось 35 км, а с Барвенковского — 65 км.

Сборник военно-исторических материалов Великой Отечественной войны. Вып. 5. М., 1951. С. 54 — 55.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 189. Л. 9 — 11.

ЦАМО. Ф.251. Оп. 646. Д. 189. Л. I2.

ЦАМО. Ф. 228. Оп. 754. Д. 88. Л. 251; Ф. 251. Оп. 646. Д. 263. Л. 3I — 32; Ф. 425. Oп. I0350. Д. 33. Л. 386.

ЦАМО. Ф. 228. Оп. 710. Д. 92. Л. 37 — 39.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 145. Л. 251.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 189. Л. 14 — 15.

См.: Василевский A.M. Дело всей жизни. Кн.1. 6-е изд. М., 1989. С. 212 — 213; Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Т. 2. 2-е изд. М., 1974. С. 69.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 161. Д. 809"а". Л. 529.

Генерал-лейтенант Ф.Я.Костенко являлся заместителем командующего войсками Юго-Западного фронта. В армейскую группу вошли 253-я, 41-я, 266-я, 393-я и 270-я стрелковые дивизии, 6-й кавалерийский корпус, 5-я, 7-я л 48-я танковые бригады.

В ней остались 337-я, 47-я, 103-я и 248-я стрелковые дивизии, 21-й и 23-й танковые корпуса, 37-я танковая бригада.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 63. Л. 489.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 63. Л. 492.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 63. Л. 494.

ЦАМО. Ф. 103. Оп. 164. Д. 122. Л. 367, 392.

ЦАМО. Ф. 103. Оп. 161. Д. 843. Л. 238.

«Фолькишер беобахтер». 1 июня 1942 г.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 63. Л. 465 — 466.

ЦАМО. Ф. 228. Оп. 701. Д. 981. Л. 317.

ЦАМО. Ф. 228. Оп. 754. Д. 123. Л. 384.

Россия и ССР в войнах ХХ века. Потери Вооружённых Сил: Статистическое исследование. М., 2001. С. 311.

Военно-исторический журнал. 1990. № 2. С. 40.

ЦАМО. Ф. 251. Оп. 646. Д. 355. Л. 19.

ЦАМО. Ф. 229. Оп. 213. Д. 63, Л. 465 — 466.

Военно-исторический журнал. 1990. № 2. С. 40.

Артиллерия в оборонительных операциях Великой Отечественной войны. Кн. I. М., 1958. С. 248.

ЦАМО. Ф. 96-А. Оп. 20II Д. 26. Л. 94 — 95.

См.: Военно-исторический журнал, 1990. № 2. С. 45.

© «Мир истории». 2000 — 2008, оформление.

Reallystory.com

01.06.2017, 15:26

http://reallystory.com/post/189
Краткое описание боевых действий, развернувшихся на Харьковском направлении в мае 1942 года

Дата материала
С 12 мая 1942 по 30 мая 1942
Место
Украина, Харьковская область, Балаклейский район
Упомянутые люди
Сталин Иосиф ВиссарионовичБаграмян Иван ХристофоровичТимошенко Семен КонстантиновичПаулюс Фридрих-Вильельм Рихтгофен Вольфрам

Не подлежит сомнению тот факт, что Великая отечественная война оказала огромное влияние на жизнь следующих поколений и устройство послевоенного мира. Однако к настоящему моменту стали забываться некоторые из ее наиболее значимых событий. Современный человек вряд ли сможет назвать больше пяти военных операций, проводившихся на всех фронтах в период с 1941 по 1945 год. К числу наиболее часто упоминаемых относится Сталинградская битва, оборона Москвы, операция по деблокаде и сам период блокады Ленинграда, битва на Курской дуге, и, конечно же, битва за Берлин (Берлинская операция). Все названные битвы относятся к числу побед советского оружия. Однако очень малое количество людей могут назвать другие, не менее важные сражения. Особенно актуален этот факт для поражений, которые терпела РККА в начальный период боевых действий. Необходимо помнить, что путь к Победе вовсе не был легким, что, прежде чем был взят Рейхстаг, война прокатилась по огромным пространствам, унося жизни миллионов людей.

В нашем сознании прочно укрепился факт, что переломным моментом в ходе ведения боевых действий на Восточном фронте являются события 1942 года, в частности, Сталинградская битва, где была окружена и разгромлена 6-я армия группа армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса. Однако при этом часто забывают, что 1942 год отнюдь не был весьма удачным для советской армии. Именно в этом году наша армия потерпела несколько крупных поражений. Несмотря на победоносное начало этого года (победа под Москвой), высшее руководство РККА, вопреки оптимистичным словам Сталина о том, что «1942 год должен стать годом окончательного разгрома немецких войск», еще не успело приобрести достаточного опыта и допустило ряд крупных ошибок, которые привели к потере множества людей и территорий. В частности, одним из крупнейших поражений войны является Харьковская операция 1942 года. Рассмотрим основные моменты хода боев на Харьковском направлении.

Город Харьков занимает стратегически важное направление и четыре раза являлся ареной боев в ходе всей войны. Еще в конце 1941 года на Харьковском направлении образовался многообещающий в стратегическом отношении так называемый Барвенковский выступ. В случае удачного развития обстановки на юго-западном фронте этот выступ мог оказаться удобнейшим плацдармом для наступления Красной Армии на город Харьков. Однако этот же плацдарм мог оказаться и опаснейшей западней – к маю 1942 года наметилась опасность окружения выступа войсками Вермахта. Разумеется, окружение территории, на которой было сосредоточено 640 тысяч солдат и офицеров, 1200 танков, влекло за собой катастрофические последствия. Немецкое командование намечало начало наступательной операции по ликвидации Харьковского выступа на 18 мая 1942 года. Однако руководство Юго-Западным фронтом вовремя предусмотрело такой вариант развития событий. Уже 10 апреля в ставку верховного главнокомандования был предоставлен план наступления, имевший целью освобождение Харькова и Донбасса.

Атака советской пехоты при поддержке танка БТ-7 Подробнее

12 мая началось полномасштабное наступление РККА с Барвенковского плацдарма. В ходе первых трех дней операции советские войска достигли значительных успехов. В первый же день войска ударной группировки Юго-Западного фронта прорвали главную полосу обороны противника и углубились на территорию в 6-10 километров (21-я и 38-я армия). Значительный успех имели и действия советской авиации. Наступление велось с двух направлений – в боях приняли участие северные и южные ударные группировки фронта. Таким образом, планировалось окружение харьковской группировки немецких войск. Об успешности наступления свидетельствует срочная переброска немецким командованием на угрожающее направление советского наступления крупных сил для создания контрудара.

Второй день во многом являлся решающим в ходе сражения. Войска Северной ударной группы продолжали наступление на прежних направлениях (Белгород – Волчанск). К исходу второго дня войска 28-й армии вышли на ближние подступы к Харькову, захватили ряда важных высот, обступающих город с востока.

Второй день сражения ознаменовался также и мощным контрударом двух вражеских группировок по наступавшей 38-й армии. В каждой из немецких группировок насчитывалось около 150-200 танков. Кроме того, немецкие ударные части имели в своем составе три пехотных полка и были обеспечены мощной поддержкой авиации. Такого наступления массы танков и пехоты при поддержке авиации ударная группа 38-й армии не смогла сдержать и вынуждена была отступить и закрепиться на рубеже реки Большая Бабка.

Однако если на северо-восточном направлении положение осложнилось в результате контратаки немецких войск, на южном направлении наступление советских войск продолжалось довольно успешно.

14 мая, на третий день наступления, крайне возросла активность действий вражеской авиации. Это объяснялось тем, что на Харьковское направление был переброшен весь 4-й воздушный флот Рихтгофена. Переброска значительной части авиации, задействованной в Керченско-феодосийской операции, свидетельствует о чрезвычайной опасности, которые наступавшие советские войска создали для немецкой армии. Впоследствии, вспоминая о неудачной Харьковской операции, маршал И.Х. Баграмян напишет: «Вражеская авиация с утра 14 мая захватила господство в воздухе. Это было первейшим признаком того, что немецко-фашистское командование осознало степень опасности, которая над ним нависла. Количественное и качественное усиление авиации противника на харьковском направлении, как мы узнали потом, было достигнуто привлечением ее со всего южного крыла советско-германского фронта, то есть целиком 4-го воздушного флота генерала Рихтгофена».

Значительную помощь в наступлении войск Юго-Западного фронта на Харьков могли оказать соединения соседнего Брянского фронта, однако Ставка ВГК не отдала приказа командованию Брянским фронтом о поддержке наступающих подразделений на харьковском направлении.

Однако, несмотря на значительно усилившееся сопротивление немецких войск, контрнаступления вражеской группировки противника и переброску в район боевых действий авиаподразделений Рихтгофена, положение складывалось удачно для наступающей Советской Армии. Так, некоторым подразделениям северной ударной группировки удалось углубиться в оборону противника на 20-25 километров, а общий фронт прорыва составил 56 километров.

Успешно действовала и южная ударная группировка, расширившая фронт прорыва до 55 километров, и углубившаяся в оборону немецких войск на 20-25 километров.

15 мая немецкое командование предприняло еще одну попытку мощного наступления. В этот день наступательные задачи получили только 21-я армия и две дивизии из состава 28-й армии. Завязались упорнейшие бои за город Красноград, крупный железнодорожный узел, который играл ключевую роль в обеспечении коммуникаций двух немецких армий (6-й и 17-й)

16-е мая оказалось последним днем наступления советских войск. Сопротивление гитлеровских войск все нарастало, на харьковское направление были переброшены дополнительные воздушные силы. В этот день на северном направлении не было предпринято попыток решительного, крупного наступления, стороны ограничились боями местного значения и перегруппировкой сил.

Подведем итоги первому этапу сражения, наступлению советских войск с двух направлений (северная и южная ударные группировки) в течение первых пяти дней битвы. К исходу дня 16-го мая советские войска взломали оборону противника по всей линии фронта и углубились на вражескую территорию на расстояние в 20-50 километров. Был разгромлен ряд воинских соединений (79, 294, 62, 454 и 113-я пехотные дивизии, одна румынская и одна венгерская дивизия), выбыла из строя почти половина танков, имевшихся в распоряжении германского командования.

Однако войска Юго-Западного фронта не полностью выполнили свои задачи. Это было связано с тем, что противник располагал гораздо большими силами, чем предполагало советское командование. Вводом оперативных резервов — двух танковых и до трех пехотных дивизий — на северном участке Паулюс добился превосходства на флангах ударной группировки и навязал ей тяжелые оборонительные бои.

С 17 мая усилился натиск войск Паулюса, командующего 6-й армией вермахта, на 28-ю армию. Советское командование, для отражения наступления немецких войск, вынуждено было ввести в бой основные силы 3-гогвардейского кавалерийского корпуса. С утра 17 мая немецким командованием в бой были брошены два танковых корпуса, которым удалось прорвать оборону советских войск на левом фланге и вклиниться на территорию, удерживаемую советскими войсками, на глубину в 12-15 километров. В процессе прорыва ударная группировка противника сумела перерезать железную дорогу Харьков – Красноград, благодаря чему войска 6-й армии продвинулись на 6-10 километров.

Группировка советских войск, ведущая бои за город Красноград, оторвалась от тыловых линий снабжения и оказалась перед проблемой нехваткой боеприпасов и снаряжения.

Значительный успех, достигнутый позднее немецкими войсками в ходе осуществления окружения и разгрома советских войск, во многом объясняется недостаточной укрепленностью обороны на занятых рубежах. Так, общая глубина обороны не превышала 3-4 километров, слабо была организована и противотанковая оборона. Все это позволило противнику относительно быстро сломать сопротивление советской обороны и легко проникнуть в ее оперативную глубину.

Кроме того, без разрешения высшего командования, в период с 7 по 15 мая в полосе 9-й армии была проведена не отвечающая обстановке частная операция, целью которой было овладение сильно укрепленным узлом сопротивления в районе Маяков. Для ее осуществления были привлечены значительные силы, в том числе почти все армейские резервы и 5-й кавалерийский корпус, составлявший резерв фронта.

Обратимся теперь ко второму этапу Харьковской операции – наступлению немецких войск, имевшему столь тяжкие последствия.

Главный удар был нанесен немецкими войсками 17 мая с южного фаса Барвенковского выступа, где держала оборону ослабленная 9-я армия, 57-я и 6-яармия советских войск, а уже 22 мая выступ был ликвидирован и множество армейских подразделений оказались в окружении.

Немецкая мотопехота Подробнее

На рассвете 17 мая началась мощная артподготовка, которая продолжалась 1,5-2 часа. Затем в атаку пошли немецкие пехотные и танковые соединения при поддержке около 400 самолетов. Необходимо отметить, что в немецкой армии огромное внимание уделялось взаимодействию разных родов войск, совместные операции были отточены до совершенства. Наступающая группировка противника, обходя укрепленные пункты, нанесла удар по флангам и тылам 9-й армии, и без того ослабленной и практически не имевшей резервов. В воздухе авиация противника также сумела достичь решающего перевеса. В ответ на 200 вылетов немецкой авиации, летчики Южного фронта смогли сделать лишь 67 боевых вылетов. Авиация противника сумела практически лишить советское руководство возможностью руководить войсками 9-й армии. Был разбомблен узел связи, вспомогательный командный пункт управления, штаб армии вынужден был передислоцироваться на левый берег Северского Донца, где возможность управления войсками была крайне ограничена. Штаб армии остался, фактически, без управления, так как радиосредств не хватало.

Уже к 17 часам противник захватил Барвенково. К вечеру 17 мая танковая группировка завершила прорыв сквозь линии обороны и вышла на оперативный простор.

Однако советскими войсками был захвачен документ, который во многом прояснил намерение немецкого командования ликвидировать Барвенковский выступ. Маршал И.Х. Баграмян в своих мемуарах упоминает, что попытался уговорить маршала С.К. Тимошенко прекратить наступление на Харьковском направлении и перебросить высвободившиеся силы на ликвидацию прорвавшейся группировки противника, однако маршал не принял его аргументов. Более того, С.К. Тимошенко в телефонном разговоре со Сталиным убедил верховного главнокомандующего, что нет никакой необходимости прерывать операцию по захвату Харькова.

18 мая еще более ухудшилось и без того тяжелое положение 9-й армии. Враг ввел в бой дополнительные войска, а командование 9-й армии практически не имело связи с оборонявшимися силами. К исходу 19 мая почти все части 9-й армии отошли на левый берег Северского Донца, таким образом, избежав окружения.

В течение нескольких дней после прорыва обороны противника немецкие войска продолжали активное наступление. Большую роль сыграла мобильность немецких войск и стремительные танковые удары. Немецкие ударные группы стремились отсечь советские воинские формирования от реки Северский Донец, которая являлась как бы «основанием» Харьковского выступа.

Господствующая в небе вражеская авиация также препятствовала прорыву советских войск из смыкавшегося окружения. Позже в своих воспоминаниях маршал И.Х.Баграмян напишет: «Днем буквально все было прижато к земле, и только наступление ночи позволяло подразделениям без тяжелого вооружения просачиваться через кольцо окружения за реку Северский Донец и соединяться с основными силами».

Разбитая авианалетом советская автоколонна Подробнее

Однако и находясь в окружении подавляющих сил противника, бойцы советской армии продолжали оказывать ожесточенное сопротивление. Удар войск 38-й армии, сумевшей избежать «котла», ненадолго разорвал боевые порядки противника и позволил выйти из окружения приблизительно 22 тысячам красноармейцев и командиров. Оставшиеся в кольце советские воины продолжали героически сражаться вплоть до 30 мая. Многие из них в последующем отдельными отрядами и группами пробивались через позиции врага и переправлялись на левый берег Северского Донца.

Таким образом, успешно начатая войсками Юго-Западного направления Харьковская операция к концу мая закончилась крупной неудачей. В ходе этой операции, согласно данным генерал-полковника Кривошеина, было безвозвратно потеряно около 170 тысяч человек, ранено же было около 106 тысяч. Эта неудачная операция имела далеко идущие последствия. Немецкие войска, уничтожив угрожающий выступ и значительные силы противника, получили возможность начать наступление на Кавказ и в район Волги, где имело возможность окружения советских войск в излучине Волги. В начале августа 6-я армия вермахта вышла к Сталинграду.