Chtoby-pomnili.com
28.05.2016, 14:21
http://chtoby-pomnili.com/page.php?id=621
http://chtoby-pomnili.net/page.php?id=621
http://chtoby-pomnili.net/imgs/geo/Russia.jpg
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109167.jpg
Народный артист СССР (1960)
Лауреат Государственных премий СССР (1947, за роль в фильме «Глинка»; 1949, за роль в фильме «Повесть о настоящем человеке»; 1952, за роль в фильме «Донецкие шахтеры»)
Лауреат Государственной премии РСФСР имени К.С.Станиславского (1979, за театральную работу, посмертно)
Кавалер ордена Ленина (1974, за большие заслуги в развитии советского театра и искусства и к 70-летию со дня рождения актёра)
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109162.jpg
Василий Меркурьев родился 6 апреля 1904 года в городе Остров Псковской области.
Василий был одним из шестерых детей в семье Василия Ильича Меркурьева и Анны Ивановны Гроссен. Анна Ивановна была немкой, и приехала в Остров из Швейцарии вместе с братом Генрихом, работала экономкой, а Василий Ильич Меркурьев торговал дегтем и снетком. Старший брат Меркурьева - Леонид, погиб во время Первой мировой войны, другой брат - Александр, был директором хлебозавода в Ленинграде, и умер в блокаду от голода. Еще один из братьев – Петр, был в 1939 году репрессирован, и умер в тюрьме. Умер в 9 лет и младший брат Василия. В живых после войны остались лишь двое братьев Меркурьевых – Василий и Евгений, ставший позже композитором и дирижёром, и уехавший после 1917 года с дядей Генрихом Гроссеном и его семьёй за границу.
Город Остров был построен как приграничная крепость на берегу реки Великая, и именно в театре своего родного города Меркурьев дебютировал в шестнадцать лет. Его первой ученической ролью в театральном кружке стал Варлаам в постановке «Борис Годунов», и после исполнения этой роли Василий Меркурьев сыграл в театральном кружке еще несколько ролей. Но ему хотелось продолжить свое обучение актерскому мастерству, и в 1923 году он приехал в Ленинград, где поступил в Ленинградский институт сценических искусств в класс профессора Леонида Вивьена - ученика Давыдова, работавшего с Мейерхольдом. Меркурьев учился на курсе вместе с Николаем Симоновым, Юрием Толубеевым и Виталием Полицеймако – актерами, ставшими в будущем гордостью ленинградской сцены. Главной студенческой ролью Меркурьева стал Грознов в пьесе Островского «Правда хорошо, а счастье лучше». Меркурьев окончил мастерскую в 1926 году, а в 1928 году Меркурьев пришел к Вивьену в Ленинградский театр актерского мастерства (ТАМ). Параллельно с актерской деятельностью Василий Меркурьев с 1932 года начал преподавать в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии, а много позже - в 1950 году он стал профессором этого института.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109172.jpg
В 1934 году Меркурьев познакомился с Ириной Мейерхольд, дочерью Всеволода Мейерхольда, которая в то время работала ассистентом режиссера на киностудии «Ленфильм». Они познакомились, когда Ирина привезла Меркурьеву сценарий фильма «Земля впереди», и, как позже признавался сам актер, он сразу же в нее влюбился. На съемках этого фильма лошадь сбросила одного из актеров, и не растерявшаяся Ирина вскочила на нее, успокоив животное. Этот случай произвел на Меркурьева еще большее впечатление, и, несмотря на то, что к этому моменту Меркурьев был в гражданском браке, а Ирина дважды побывала замужем – Меркурьев сделал Ирине Мейерхольд предложение. Позже их сын так описывал знакомство Меркурьева с семьей Мейерхольдов: «Первая встреча произошла, когда отец поехал в Чимкент по делам выпускников своей казахской студии. Он должен был ехать туда через Москву, и мама попросила его заехать к Всеволоду Эмильевичу – представиться тестю. Папа хотел отделаться телефонным звонком, но Райх пригласила его к себе, так как еще со времени ее учебы в режиссерских мастерских она дружила с Ириной и хотела посмотреть на ее мужа. Мейерхольд встретил зятя достаточно сухо, познакомился, потом сказал Райх: «Зиночка, покорми Василия Васильевича». И ушел в кабинет. И все. Меркурьев очень расстроился. Он понял, что Мейерхольд им не заинтересовался. Ни как зятем, ни как актером. А дело было в том, что Мейерхольд очень боялся старости. Не хотел, чтобы дочери сделали его дедом. Недаром он ведь и с бабушкой разошелся потому, что они были ровесники. А Зинаида Николаевна была только на два года старше его дочери. С ней он не чувствовал себя стариком. Он дружил с Шостаковичем, который был даже младше моего папы и мамы. Маяковский был на 20 лет его моложе. То есть он все время дружил с людьми моложе себя. А Гольденвейзера, который был его на год младше, Мейерхольд иначе как «стариком» и не называл. Мейерхольд чувствовал себя абсолютно молодым человеком. Отец мой тогда этого не понял и уехал в Казахстан обиженный. Оттуда он позвонил жене и сказал, что больше к тестю не пойдет, но она его упросила на обратном пути хотя бы позвонить Мейерхольду. Отец позвонил, и каково же было его удивление, когда он услышал в телефонной трубке радостный голос Мейерхольда: «Вася! Ты откуда, с вокзала? Подожди меня, я приеду за тобой на машине». Они встретились на вокзале. Мейерхольд обнял зятя, расцеловал его, и когда они проходили мимо огромного плаката фильма «Профессор Мамлок», в котором снимался Меркурьев, Мейерхольд воскликнул: «Я видел эту картину! Ты там здорово жрешь бутерброды!» Все стало ясно. Мейерхольд признал Меркурьева как актера, и теперь он стал ему интересен. Мейерхольд привез зятя домой, по дороге накупил для него всякой еды в гастрономе. Зинаиды Николаевны дома не было, он сам накрыл на стол. Они шутили, разговаривали, потом он стал укладывать его спать, начал искать белье, приговаривая: «Когда Зиночка уезжает, ничего не найдешь. Но ты ложись, я тебя газетами укрою». Заколов газеты спичками, он сделал ему что-то вроде одеяла и на цыпочках ушел к себе в кабинет. Вернувшись домой в Ленинград, Меркурьев только и рассказывал о том, как подружился с тестем. В 1937 году Леонида Сергеевича Вивьена назначили главным режиссером Александринского театра, переименованного в том же году в Ленинградский театр драмы имени А.С.Пушкина. И отец перешел в этот театр за Вивьеном. После закрытия Театра Мейерхольда в 1938 году Всеволод Эмильевич часто приезжал в Ленинград и вскоре в Театре Драмы он приступил к третьему возобновлению «Маскарада», где Меркурьеву была поручена роль Казарина. Мама рассказывала, как они с отцом в это время часто заходили к Мейерхольду и Райх, поселившимся в мрачном темном доме на Карповке. Меркурьев призывал Мейерхольда к какому-то противодействию. Мама говорила, что никогда не забудет задумчивый вид Всеволода Эмильевича, ответившего ему: «Значит, я что-то делал не так, в чем-то ошибался. Нет, Васенька, не к кому мне обращаться». Мама же рассказывала: этот период репетиций «Маскарада» был периодом «влюбленности» Мейерхольда в актера Меркурьева. На репетициях в переполненном зале за режиссерским столом в восьмом ряду рядом с Мастером сидел Меркурьев (естественно, когда он не был нужен на сцене). Очень часто Мейерхольд вбегал на сцену и устраивал актерам блистательные показы, которые всегда прерывались аплодисментами. Сбежав к Меркурьеву, он демонстративно спрашивал его: «Ну, как?» И после похвалы кричал актерам свое знаменитое «хорошо!». А потом они вчетвером – Всеволод Эмильевич с Зинаидой Райх, Василий Васильевич и Ирина Всеволодовна – шли обедать в ресторан «Астория».
В 1937 году Василий Меркурьев перешел в Ленинградский театр драмы имени Пушкина, где им было сыграно много интересных разноплановых ролей. Одной из них была роль Грознова в спектакле «Правда хорошо, а счастье лучше». Кинодебютом Меркурьева на экране стала роль Стася в социальной драме Бориса Шписа и Рашеля Мильмана «Инженер Гофф», сыгранная им в 1935 году. Чуть позже актер сыграл студента-меньшевика в знаменитом фильме Григория Козинцева и Леонида Трауберга «Возвращение Максима».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109154.jpg
Также актер снялся в картине «Танкисты», драме «Член правительства» и многих других фильмах, снятых в СССР до начала войны. Но успехи в творчестве никак не защитили семью Меркурьева от тяжелых испытаний в будущем. Незадолго до войны в 1939 году был арестован и расстрелян брат Василия Меркурьева - Петр Васильевич, у которого осталось трое детей. В том же году был арестован Мейерхольд, и была убита Зинаида Райх. Жена Петра Васильевича тяжело заболела, и Василий Меркурьев взял в свою семью его детей – Виталия, Женю и Наташу. А когда началась война, Меркурьев вывез всю свою огромную семью в составе 11 человек в эвакуацию в Новосибирск, куда был эвакуирован Ленинградский театр.
В эвакуации Василий с Ириной продолжили заниматься творчеством, выступали со спектаклями и организовали в городе Нарым Новосибирской области первый профессиональный театр. Тогда же они решились на рождение еще одного ребенка, и прямо за кулисами, во время репетиции в городе Колпашеве Томской области у супругов родился сын Петр, названный так в честь брата Василия Меркурьева. Петр Меркурьев позже рассказывал: «Меня поражает сила духа моих родителей. Когда у них уже была дочь, а мама была беременна второй дочерью, они взяли троих детей брата моего папы в свою семью. Ведь брат моего отца был репрессирован. Его звали Петр Васильевич Меркурьев. И вдруг моим родителям нестерпимо захотелось иметь сына. Ведь я не случайно родился - я желанный. А тогда еще неизвестно было, как закончится война, где будет Гитлер. И они в это страшное время, имея двух своих дочерей, трех приемных детей, рожают еще одного. Родился я прямо в кулисе. Это было в Колпашеве, в Томской области, на Оби. Мама меня родила на репетиции. Шел сорок третий год - какой уж тут декретный отпуск. У мамы начались схватки. Папы в этот момент не было в театре. С мамой была моя тетушка, мать моих двух двоюродных братьев и сестры. Тетя Лара приняла роды у мамы. И сказала: «Иришенька, у тебя мальчик!». И мама сразу же сказала: «Здравствуй, Петенька!». Она тут же решила назвать меня в честь папиного брата, которого они очень любили. Когда мы возвращались из эвакуации, увидели двоих брошенных детей. Очевидно, какая-то женщина отстала от поезда и потеряла их. Мама моя подобрала этих детей и привезла с нами в Ленинград. Помимо этого, она привезла в Ленинград целиком коллектив самодеятельного театра, который работал у нее в Новосибирске. И весь коллектив поступил на курс в театральный институт. Их не сразу разместили в общежитии, потому что Ленинград только освободили от блокады. И многие жили у нас дома. Словом, это был настоящий табор. Помню один случай. Мне было лет десять-одиннадцать, Мейерхольда еще не реабилитировали. Мы сидели на кухне, когда мама сказала: «Вот вы все тут Меркурьевы, а я одна – Мейерхольд». И я говорю: «Мамочка, а хочешь, я возьму твою фамилию?» Папа как-то напрягся, промолчал, а потом, вставая из-за кухонного стола, сказал: «Тебе еще очень пригодится моя фамилия». И, безусловно, до сих пор эта фамилия меня и ведет, и помогает, и накладывает большую ответственность».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109156.jpg
Вернувшихся в Ленинград Меркурьевых приютила в своей трехкомнатной квартире актриса Ольга Яковлевна Лебзак, несмотря на то, что сама жила в ней с мужем, матерью и дочкой. Петр Меркурьев рассказывал: «Первое время, после того как мы вернулись из эвакуации, мы жили в трехкомнатной квартире - каждая комната где-то по 15 метров. А в соседней квартире, большой - там общая площадь была где-то 80 метров, - жил Александр Александрович Брянцев, основатель ленинградского ТЮЗа. Однажды Брянцев зашел к нам в квартиру, попросил что-то у моей бабушки - лук или что-то в этом роде. Бабушка пригласила его на кухню, и они пошли мимо всех комнат. Брянцев увидел весь наш табор. И, когда бабушка его провожала, он сказал: «Анна Ивановна, скажите Васе: пусть ко мне зайдет, когда вернется из театра». Папа пришел после спектакля, бабушка сказала о просьбе Александра Александровича. Папа сразу пошел к нему, постучал - звонков тогда еще не было. Брянцев открыл дверь, пригласил его и говорит: «Вася, нам со старухой такая большая квартира ни к чему, а тебе с твоим табором - в самый раз. Давай переезжай. А чтобы ты не передумал наутро, переезжай прямо сейчас». И ночью состоялся переезд! Взаимопомощь, сострадание, сочувствие - это было абсолютно естественным в то время. Я думаю, что сейчас папе было бы трудно жить. Папа жил сегодняшним днем, тем, что он должен сделать сейчас, и своими планами. Вся жизнь была в труде и в радости, потому что была любовь. И это - самое главное в жизни моих родителей. Все было согрето любовью. Любовью папы к нам, людей - к папе. Были у нас дни очень тяжелые, много лиха мы пережили. Болезни наши, болезни папы, инфаркты мамы... Жизнь была соткана из труда и любви».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109189.jpg
Дома у Меркурьева часто ночевали его знакомые, и находили приют бывшие узники сталинских лагерей. Ирина и Василий оставляли у себя нуждающихся месяцами, не отказывая в гостеприимстве даже кошкам и собакам. Даже после того, как Ирину Мейерхольд, как дочь врага народа, уволили со всех работ, и двенадцать лет она не работала, Василий Меркурьев не жаловался на судьбу, и один обеспечивал всю семью. В 1947 году нашлась мама детей, подобранных Меркурьевым во время эвакуации. Это случилось после того, как Меркурьев рассказал о них по радио, но семья все равно оставалась огромной, и прокормить всех Меркурьеву было крайне непросто. Однажды у няни, нанятой для помощи в воспитании детей, в магазине украли все карточки на месяц. Вечером того же дня за столик к Меркурьеву сел мужчина и спросил: «Василий Васильевич, что случилось, почему у вас такое грустное лицо?» Меркурьев ему рассказал о краже, мужчина посочувствовал и отошел от столика, а Меркурьев тем временем упаковал еду в салфетки, чтобы отнести домой. Когда он подозвал официанта, чтобы расплатиться, ему ответили, что все оплачено. А когда он пришел домой, то увидел дома четырех огромных коробки с продуктами. Оказалось, что его гость за столиком был директор «Метрополя», бывший фронтовик, лейтенант Михаил Максимов. Позже Меркурьев с ним подружился. Нужно отметить, что Максимов был так же автором слов песни «Синий платочек».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109182.jpg
Петр Меркурьев позже вспоминал о взаимоотношениях его родителей: «Отношения моих родителей - Ирины Всеволодовны Мейерхольд и Василия Васильевича Меркурьева - были уникальны. Это была до последних лет юношеская влюбленность. Они были очень привязаны друг к другу, прожили вместе 44 года, а чувства, тем не менее, оставались свежими. Это не значит, конечно, что все шло гладко. У мамы-то характер папочкин - Всеволода Эмильевича! Мама органически не могла быть не правой. И даже понимая, что совсем не права, все равно доказывала, что права. Мы это воспринимали с юмором. А доброты она была потрясающей. А как мать чувствовала организм папы - это что-то невероятное. Они к врачу ходили всегда вместе. Врач спрашивает: «Василий Васильевич, как у вас болит?». «Вы понимаете, я вздохну, что-то начинает...» Потом он замолкал и спрашивал: «Ириша, как у меня болит?» И мама спокойно рассказывала врачу, а папа только, соглашаясь, кивал головой. Это были сообщающиеся сосуды. Когда они встретились, Меркурьев был женат. Правда, это был гражданский брак, но тогда на это не обращали внимания. А мама за какое-то время до встречи с папой разошлась со своим вторым мужем. Меркурьев - ее третий муж. Очень был забавный случай, когда на вечеринке в большой компании одна воздыхательница по папе спросила у мамы через стол: «Ирина Всеволодовна, а правда, что Василий Васильевич ваш третий муж?» Мама тут же ответила: «Да, третий, не считая мелочей». Папа потом сказал: «Ириша, как ты неделикатно ответила». – «Не менее неделикатно, чем меня спросили».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109180.jpg
В Ленинграде после войны Меркурьев продолжил работу в театре драмы имени Пушкина. Актер одинаково прекрасно справлялся как с комедийными, так и с драматическими ролями. Им замечательно были сыграны роли Фамусова в постановке «Горе от ума» и Мальволио в «Двенадцатой ночи».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109155.jpg
Критиками и зрителями того времени были отмечены сыгранные Меркурьевым драматические роли Василия Бортникова в спектакле «Высокая волна», Павла Михайловича в «Сонете Петрарки» и Прокофьева в спектакле «Сын века».
Меркурьев также проявил себя и в качестве режиссера, показав себя глубоким и бескомпромиссным мастером. Он поставил в театре «Мещан», «Трех сестер» и «Чапаева». Василий Меркурьев щедро передавал свой огромный опыт студентам и молодым актерам, вместе с Ириной Мейерхольд и своими выпускниками он создал в Выборге театр драмы. Так, например, основой труппы драматического театра в Чимкенте стали именно выпускники Меркурьева и Ирины Мейерхольд. В мастерской Василия Меркурьева и Ирины Мейерхольд в Ленинградском институте театра, музыки и кинематографии училась Марина Неелова, которая позже рассказывала: «Он знал законы сцены лучше, чем кто-нибудь другой. Он нам говорил: «Не хватайтесь руками за кулисы, никогда не дотрагивайтесь до кулис». Мы думали: «Причем тут кулисы, когда я так играю?! А тут еще с какой-то кулисой». Но сегодня я понимаю, почему не нужно было хвататься за кулисы. Потому что есть этот мир, есть тот мир, совершенно отдельный, и они соединяются только тогда, когда начинает происходить действие».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109191.jpg
С молодыми актерами Меркурьев держался без какого-либо превосходства. Его сын рассказывал: «Он советовал всем своим ученикам ходить в цирк, поскольку там не выйдешь на арену, не чувствуя партера или плохо запомнив последовательность действий. Он преклонялся перед Мравинским. И тоже советовал своим студентам ходить на концерты Мравинского - какой у него ансамбль, при том, что роль каждого слышна, оркестр в целом звучит потрясающе. Меркурьев был профессором театрального института, а по каким-то идиотским нормам полагалось, что профессор должен писать научные труды. Он говорил: «Я ведь артист, практик, я не пишу!» «Василий Васильевич, тогда вы будете получать половину зарплаты», - отвечали ему. И он задумал сыграть спектакль со студентами профессора Татьяны Григорьевны Сойниковой. У нее на курсе в тот момент ставился спектакль «Правда хорошо, а счастье лучше». Папа роль Грознова играл с 1925 года. Еще в институте у Леонида Сергеевича Вивьена, у которого учился. И вот - спектакль. Учебный театр набит до отказа! Многие недоброжелатели Сойниковой надеялись, что сейчас Меркурьев выйдет и разделает под орех ее учеников, тем самым доказав, что она неправильно их учит. В первом акте Грознов не появляется. А во втором - выходит папа и никак не подавляет студентов, а работает с ними в одном ансамбле, совершенно не «премьерствуя». Чувство ансамбля в нем было заложено до такой степени, что, даже играя со студентами, он не стремился тянуть одеяло на себя».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109190.jpg
Василий Меркурьев никогда не отказывался от работы в других театрах, в том числе и в провинциальных. Петр Меркурьев вспоминал: «Папа приезжал не как гастролер: сразу раз - и впрыгнул в спектакль! Нет. Он приезжал за неделю, репетировал, входил в ансамбль, а потом шли колоссальные триумфы. Он так играл в Комсомольске-на-Амуре, Семипалатинске, Смоленске, Кунгуре, Березниках, Новосибирске, Владимире... Городов, наверное, тридцать». Одной из любимых ролей Василия Меркурьева, воплощенной на сцене и на экране была роль Ивана Ивановича из гоголевской повести. Партнером Меркурьева в театре, игравшим Ивана Никифоровича был друг Меркурьева актер Юрий Толубеев. Дуэту обоих актеров удалось уловить тончайшие нюансы гоголевской прозы. Василий Меркурьев был великим театральным актером, но настоящую популярность и всенародную любовь ему принесло кино. Его триумфальное восхождение началось с роли старшего лейтенанта Тучи в картине Семена Тимошенко «Небесный тихоход», вышедшей на экраны СССР в 1945 году. Эта музыкальная комедия о похождениях трех друзей-летчиков, сыгранных Василием Меркурьевым, Николаем Крючковым и Василием Нещипленко не понравилась критикам, и была с невероятным восторгом принята зрителями. Фильм «Небесный тихоход» стал настоящим кинохитом того времени, и вошел в золотой фонд отечественного кино. За свои работы в кино Меркурьев трижды получал Государственные премии. Первая из них была вручена Меркурьеву за роль Ульяныча в историко-биографическом фильме «Глинка», снятом в 1947 году. Второй раз он получил Государственную премию за роль Степана Ивановича в фильме «Повесть о настоящем человеке», снятом в 1949 году. И в 1952 году Меркурьеву была снова вручена Государственная премия за роль Горового в фильме «Донецкие шахтеры».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109184.jpg
Но зрители принимали с восторгом и многие другие роли Меркурьева, не отмеченные высокими государственными наградами. Кинозрителям запомнился лесничий в сказке «Золушка», академик-архитектор Нестратов в лирической комедии «Верные друзья», Мальволио в экранизации шекспировской «Двенадцатой ночи» и Федор Иванович в драме «Летят журавли». Все эти картины пользуются успехом у российских зрителей и сегодня.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109159.jpg
Олег Табаков вспоминал: «Впервые я увидел его в роли советского мандарина, фамилия у него была Нестратов, занимался он то ли архитектурой, то ли еще чем-то. Суть была не в этом, а в том, как за этим нечто, которое называлось обликом советского человека, жил и удивительно хорошо сохранял себя нормальный человеческий индивидуум со всеми общечеловеческими ценностями. Он был одним из самых любимых киноартистов! Не так часто показывают его фильмы, но всякий раз, когда их показывают, я вижу, как он через эстетику социалистического реализма все равно умудрялся говорить всерьез о человеке».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109153.jpg
Василий Меркурьев всегда к работе относился с огромной ответственностью. Его сын вспоминал: «Мне казалось, что папа все время работает. Он был или в театре, или на съемках, а когда дома - то, сидя в своем кресле или лежа на огромной кровати, обложенный книгами, учил роль. Роль учил всегда тихо - бормотал. А потом, бывало, сидим на кухне - и вдруг он начинает что-то говорить. И это звучало так естественно, что мы не всегда понимали, что это текст роли». Несмотря на то, что актер хотел играть больше драматические роли, режиссеры предпочитали использовать комедийный талант Меркурьева. Меркурьев просил режиссеров: «Дайте мне провалиться! Пусть меня закидают тухлыми помидорами! Докажите мне, что я не прав». Режиссер и актер Игорь Владимиров сказал однажды, что тот, кто знает Василия Васильевича только по его работам в кино, не знает о нем ничего. Одной из самых любимых ролей Меркурьера на сцене была роль Фрола Федулыча Прибыткова в пьесе Островского «Последняя жертва». Сам Меркурьев называл встречу с Островским встречей на всю жизнь.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109185.jpg
Василий Меркурьев был настоящим тружеником, философски относившимся к своей славе. «Слава приходит к нам между делом, если дело достойно ее», - любил повторять Меркурьев фразу Виктора Гусева. А слава его была, действительно - всенародной. И Меркурьев не стеснялся пользовался своей известностью, но не для себя, а для других. Петр Меркурьев рассказывал: «Был такой забавный случай. Звонит ему председатель облисполкома: «Василий Васильевич, я знаю, вы завтра едете в Москву. Вы не могли бы позвонить министру сельского хозяйства?» - «Зачем?» - «Вы знаете, у нас такой конфуз вышел - Ленинградская область осталась без семенного гороха. Нам нужно два вагона семенного гороха». Приехали мы в гостиницу, а он, как всегда, забыл паспорт. И, как обычно, извиняется, что без паспорта. Ему, конечно, отвечают, что это не проблема. Папа сразу позвонил секретарю министра: «Здравствуйте!» - «Ой, не может быть! - отвечает секретарь. - Я не ошибаюсь, это Меркурьев?» - «Да». И он просит пригласить к телефону министра. Секретарь отвечает, что у министра сейчас совещание, но она передаст, что звонил Меркурьев. Вдруг министр хватает трубку и спрашивает, что может сделать для него. Тут же присылает за ним машину, мы приезжаем с папой вместе. Все министерство высыпало из кабинетов. Папа идет, все за ним. И начинает он излагать просьбу. Тот говорит: «Ах, мерзавцы! Знают же, что я вам не смогу отказать!» И в этот же день в Ленинград пошли два вагона с горохом. А как он помогал людям квартиры получать, телефоны, устраивал в больницы. Однажды мама даже сказала: «Вася, ты для чужих все делаешь, а для своих детей - так мало». Он ответил: «Я не вечен. Я хочу умереть, зная, что мои дети без меня справятся». Он ведь за нас никогда нигде не просил. Единственное - в театры или в цирк мы, дети Меркурьева, ходили всегда бесплатно. Ну и, конечно, в больницы он нам помогал устраиваться. В 1959 году меня вдруг пригласили сниматься в кино, не зная, что я - сын Меркурьева. Мне тогда было шестнадцать лет. Папа в это время снимался в Сибири, и я сказал маме, что меня приглашают на роль в кино - кстати, довольно большую. Мама ответила, что папа будет очень недоволен. Но надо было давать ответ, и я согласился. И вот папа приехал, и я ему сказал, что снимаюсь в картине. Услышав это, папа замолчал. А это было для меня самым страшным наказанием. Лучше бы побил! Но такого, конечно, он никогда не делал. Перед премьерой фильма папе позвонил второй режиссер: «Василий Васильевич, мы хотим вас пригласить на премьеру фильма, где играет ваш сын». И папа ему выдал по телефону всю порцию: «Почему вы не спросили родителей?» - «Василий Васильевич, мы не знали, что он ваш сын». – «Хорошо, а если не мой? Он что, сирота? Вы вскружите человеку голову, а ему учиться надо». Папа боялся, что успех на меня отравляюще подействует. И вот, когда я сидел в зале на последнем ряду и трясся от страха, вдруг раздались аплодисменты - это вошел папа, который, как всегда, смущенно улыбался, когда его приветствовали. Ведь любовь к нему была невероятная. Его не разрывали на части, нет, его боялись похлопать по плечу, но отношение к нему было как к родному. Так вот, папа вошел в зал, увидел меня - и помрачнел. После фильма мы шли вместе, он приобнял меня и сказал: «Ты знаешь, у тебя это получается, и от тебя это никуда не уйдет. Пока не завершишь музыкальное образование, лучше не соглашайся сниматься. Самое главное - чтобы у тебя была еще профессия. Потому что наша актерская профессия - зависимая. Ты посмотри, по сколько лет, бывает, я сижу в театре без работы». И судьба показала, что он был прав. Мне удается совмещать съемки со своей работой музыковедом, и у меня нет комплекса невостребованности. А боялся папа этого и, конечно, того, что меня станут сравнивать с ним».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109193.jpg
В жизни Меркурьева трудно было назвать весельчаком. Он часто бывал задумчив и молчалив, переживал и тревожился за жену и детей. Василий Меркурьев не любил пассивный отдых, и в свободное от работы время любил заниматься огородом на даче. Даже в преклонном возрасте, когда ему уже трудно было передвигаться, Василий Васильевич брал фанеру, ложился на нее и обрабатывал грядки. Его сын рассказывал: «Всю жизнь мы жили на даче, которая сначала была сдана папе в аренду, а незадолго до его смерти дачу ему передали. У нас было там свое подсобное хозяйство, с которого мы кормились. А иначе просто не выжили бы. У нас корова была, свиньи, куры. Но это, конечно, в первые послевоенные годы, пока жить было очень тяжело. Родители порой на себе тащили продукты из дачи домой, а путь до станции был неблизкий. Отец очень любил работать на даче. Вообще он терпеть не мог пассивного отдыха. Даже последние годы, когда работать на огороде ему было уже тяжело, он клал на землю фанеру, ложился на нее и вручную потихоньку обрабатывал грядки. И нас порой это, честно говоря, раздражало, потому что мы хотели побездельничать. Но когда он работал, бездельничать было невозможно. Папа никогда не призывал к труду. Проходил мимо нас, видел, что мы сидим без дела, вздыхал - и шел работать. Ну, и мы - за ним. Он любил устраивать на даче какие-то усовершенствования. Провел водопровод, вся дача была опутана какими-то моторчиками, которые качали воду в дом. Их было огромное количество, и они все время горели! Папу с этими делами всегда обманывали. На все эти моторчики и тому подобное уходило дикое количество денег. Потом у него появилась идея - у дома сделать винтовую лестницу. Мы так и не могли понять: куда, зачем? Но кто-то ему посоветовал. Даже привезли ступеньки, которые потом долго лежали, пока из них не сделали что-то совсем другое. Папа сделал паровое отопление, которое без конца лопалось: не сливали воду, когда было надо. Папа провел на дачу телефон. Словом, дача была прорва, в нее вкладывалось немыслимое количество денег. Дача находилась от ближайшего населенного пункта в двух с половиной километрах. Поэтому отдельно стояли столбы для телефона, отдельно - столбы для света. Время от времени ветер эти столбы валил. Рядом была воинская часть, где к папе прекрасно относились, они провели на нашу дачу еще один телефон, по которому можно было звонить напрямую по межгороду. Нужно было только сказать позывной «градусник» - и папу соединяли с Ленинградом. И в свободный день - а таких было очень немного - папа старался вырваться на дачу. Подышать, поудить рыбу. Охотником он не был - жалко было убивать зверей. Я его спрашиваю: «Папа, а рыбу не жалко?» - «А у нее кровь холодная». Папа сажал яблони, цветы, строил баню. Он никогда ничего не коллекционировал, не собирал, не копил. Был очень органичным человеком. Ведь смешно сказать, что, скажем, кошка коллекционирует цветочки? Вот так же и с ним».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109174.jpg
О характере Василия Меркурьева лучше всего рассказывал его сын: «У папы был простой и ясный характер. Какой самый неудобный для музыковедов композитор? Моцарт. Потому что там все ясно, просто и гениально. Вот и у моего папы было все ясно и просто. Он был очень простодушным человеком. Папе было все равно, во что одеться, что съесть. Неприхотлив он был до аскетизма. У него было обостренное чувство справедливости. Игорь Ильинский рассказывал, как однажды, еще до войны, Малый театр был на гастролях в Ленинграде. Фамилия Ильинского, только что перешедшего в Малый, была в самом конце афиши. В конце спектакля всем подарили цветы, и Ильинский остался без букета. Ильинский говорил: «Вообще я несерьезно отношусь ко всем этим подношениям, но тогда было обидно». И вдруг через весь партер идет Меркурьев с каким-то цветочком и преподносит Ильинскому».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109178.jpg
Когда Ирина Мейерхольд поставила для Александринки спектакль «Последняя жертва». Меркурьев сыграл в ней роль Флора Федуловича Прибыткова. А последней ролью актера стала роль доктора Бурцева в пьесе Храбровицкого «Пока бьется сердце». Меркурьев так же репетировал роль Рембрандта в пьесе Дмитрия Кедрина, но болезнь прервала репетиции. 12 апреля 1978 года Василий Меркурьев скончался. Он похоронен на Литераторских мостках Волковского кладбища.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109176.jpg
В 1979 году ему посмертно была присуждена Государственная премия за роль Бурцева. Прощание с Василием Меркурьевым состоялось в Александринке – тогдашнем Ленинградском Театре имени Пушкина.
О Василии Меркурьеве снят документальный фильм «Пока бьется сердце».
Текст подготовил Андрей Гончаров
Использованные материалы:
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109158.jpg
Текст статьи: «Он был так популярен, что его узнавали по голосу, когда он куда-то звонил», автор А. Соломонов
Текст статьи «Мощь актерского таланта», автор А.Замостьянов
Текст статьи «Меркурьев, внук Мейерхольда», автор Г.Степанова
Материалы сайта www.aszamost.narod.ru
Материалы сайта www.sovsekretno.ru
Материалы сайта www.actors.khv.ru
Материалы сайта www.kino-teatr.ru
Материалы сайта www.rusactors.ru
Материалы сайта www.rusakters.ru
Материалы сайта www.tvkultura.ru
Материалы сайта www.pln-pskov.ru
Материалы сайта www.izvestia.ru
Театральные работы:
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109177.jpg
«Двенадцатая ночь» - Мальволио
«Сын века» - Прокофьев
«Правда хорошо, а счастье лучше» А.Н. Островского - Грознов
«Поздняя любовь» А.Н. Островского - Николай
«Горе от ума» А. Грибоедова - Фамусов
«За тех, кто в море» Бориса Лавренева - Максимов
«Высокая волна» Г.Е. Николаевой - Василий Бортников
«Сонет Петрарки» Н.Ф. Погодина - Павел Михайлович
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109165.jpg
Фильмография:
Инженер Гоф (1935) роль: Стась
Подруги (1935) эпизодическая роль: почтальон
Федька (1936) роль: Лука
Тайга золотая (1937) роль: старый золотоискатель
Возвращение Максима (1937) роль: студент-меньшевик
Комсомольск (1938)
Профессор Мамлок (1938) роль: Краузе
Гость (1939) роль: Василий Васильевич
Танкисты (1939) роль: начальник штаба
Хирургия (короткометражный) (1939) роль: бас Измученков
Член правительства (1939) роль: Сташков
Приятели (1940)
Танкер "Дербент" (1940) рольт: боцман Алексей Петрович Догайло
Песнь о дружбе (короткометражный) (1941) роль: тенор
Морской батальон (1944)
Небесный тихоход (1945) роль: старший лейтенант Туча
Сыновья (1946) роль: Карлис. мастер
Клятва (1946) роль: Воронов
Глинка (1946) роль: Ульяныч, крепостной человек
Золушка (1947) роль: лесничий, отец Золушки
Повесть о настоящем человеке (1948) роль: Степан Иванович, старшина
Сталинградская битва (1948, 1949) роль: генерал-полковник Воронов Николай Николаевич
Звезда (1949) роль: старшина Аниканов
Донецкие шахтеры (1950) роль: Горовой Сидор Трофимович, начальник шахты
Незабываемый 1919-й (1951) роль: Брызгалов
Джамбул (1952) эпизод
Навстречу жизни (1952) роль: Василий Никанорович, старший мастер
Лес (1953) роль: Иван Петрович Восмибратов, купец
Честь товарища (1953) роль: старшина Привалов
Верные друзья (1954) главная роль: Нестратов Василий Васильевич, "Индюк", академик архитектуры
Мы с вами где-то встречались... (1954) роль: Верхотуров Анатолий Васильевич, директор театра
Чемпион мира (1954) роль: Федор Иванович Бессонов, тренер по вольной борьбе
Гвоздь программы (короткометражный) (1955) роль: Иван Кузьмич
Двенадцатая ночь (1955) роль: Мальволио, дворецкий графини Оливии
На подмостках сцены (1956) главная роль: Лев Гурыч Синичкин
Обыкновенный человек (1956) главная роль: Ладыгин Дмитрий Романович, известный оперный певец-бас
Летят журавли (1957) главная роль: Федор Иванович Бороздин
День первый (1958)
Пучина (1958) роль: Пуд Кузьмич Боровцов
У тихой пристани (1958) главная роль: Александр Лукич Пушков, пенсионер, бывший куплетист
Горячая душа (1959) роль: Савчук
Люди на мосту (1959) главная роль: Булыгин Иван Денисович, начальник строительства моста
Бессонная ночь (1960) роль: Снегирев, кузнец
Повесть пламенных лет (1960) роль: хирург Богдановский
Сережа (1960) роль: дядя Костя, капитан
Будь счастлива, Ани! | Be Happy, Ani! | Badi shtastliva, Ani! (Болгария) (1961) главная роль: Андрей Петрович
С днём рождения (1961) роль: Громов
Девчонка, с которой я дружил (1961) роль: дядя Коля
Черемушки (1962) роль: Дребеднев Федор Михайлович, начальник стройтреста
Мамочка и два трутня (короткометражный) (1963)
Полустанок (1963) главная роль: Павел Павлович
Принимаю бой (1963-1965) роль: Сергей Сергеевич
Перекличка (1965) роль: генерал Журавлев
Не принесёт счастья (короткометражный) (1966)
Дворянское гнездо (1969) роль: Гедоновский
Экзамен на чин (короткометражный) (1969) главная роль: Ефим Захарович Фендриков, чиновник, приемщик почтового отделения
Поздний ребенок (1970) главная роль: отец
Семь невест ефрейтора Збруева (1970) роль: Лукьянов Василий Васильевич
Прощание с Петербургом (1971) роль: Лейброк
Здесь наш дом (1973) роль: Гаврила Романович Полуэктов
Москва - Кассиопея (1973) роль: Николай Кириллович Благовидов, академик
Великий укротитель (1974) роль: Василий Васильевич, отец Лены
Верный друг Санчо (1974) роль: дедушка Риты, лётчик-генерал
Ксения, любимая жена Федора (1974) роль: начальник отдела кадров
http://chtoby-pomnili.com/preview.php?width=max&dir=621&id=167109165.jpg
6 апреля 1904 года – 12 апреля 1978 года
Похожие статьи и материалы:
Меркурьев Василий (Документальные фильмы)
Меркурьев Василий (Цикл передач «Легенды мирового кино»)
http://chtoby-pomnili.net/page.php?id=621
http://chtoby-pomnili.net/imgs/geo/Russia.jpg
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109167.jpg
Народный артист СССР (1960)
Лауреат Государственных премий СССР (1947, за роль в фильме «Глинка»; 1949, за роль в фильме «Повесть о настоящем человеке»; 1952, за роль в фильме «Донецкие шахтеры»)
Лауреат Государственной премии РСФСР имени К.С.Станиславского (1979, за театральную работу, посмертно)
Кавалер ордена Ленина (1974, за большие заслуги в развитии советского театра и искусства и к 70-летию со дня рождения актёра)
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109162.jpg
Василий Меркурьев родился 6 апреля 1904 года в городе Остров Псковской области.
Василий был одним из шестерых детей в семье Василия Ильича Меркурьева и Анны Ивановны Гроссен. Анна Ивановна была немкой, и приехала в Остров из Швейцарии вместе с братом Генрихом, работала экономкой, а Василий Ильич Меркурьев торговал дегтем и снетком. Старший брат Меркурьева - Леонид, погиб во время Первой мировой войны, другой брат - Александр, был директором хлебозавода в Ленинграде, и умер в блокаду от голода. Еще один из братьев – Петр, был в 1939 году репрессирован, и умер в тюрьме. Умер в 9 лет и младший брат Василия. В живых после войны остались лишь двое братьев Меркурьевых – Василий и Евгений, ставший позже композитором и дирижёром, и уехавший после 1917 года с дядей Генрихом Гроссеном и его семьёй за границу.
Город Остров был построен как приграничная крепость на берегу реки Великая, и именно в театре своего родного города Меркурьев дебютировал в шестнадцать лет. Его первой ученической ролью в театральном кружке стал Варлаам в постановке «Борис Годунов», и после исполнения этой роли Василий Меркурьев сыграл в театральном кружке еще несколько ролей. Но ему хотелось продолжить свое обучение актерскому мастерству, и в 1923 году он приехал в Ленинград, где поступил в Ленинградский институт сценических искусств в класс профессора Леонида Вивьена - ученика Давыдова, работавшего с Мейерхольдом. Меркурьев учился на курсе вместе с Николаем Симоновым, Юрием Толубеевым и Виталием Полицеймако – актерами, ставшими в будущем гордостью ленинградской сцены. Главной студенческой ролью Меркурьева стал Грознов в пьесе Островского «Правда хорошо, а счастье лучше». Меркурьев окончил мастерскую в 1926 году, а в 1928 году Меркурьев пришел к Вивьену в Ленинградский театр актерского мастерства (ТАМ). Параллельно с актерской деятельностью Василий Меркурьев с 1932 года начал преподавать в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии, а много позже - в 1950 году он стал профессором этого института.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109172.jpg
В 1934 году Меркурьев познакомился с Ириной Мейерхольд, дочерью Всеволода Мейерхольда, которая в то время работала ассистентом режиссера на киностудии «Ленфильм». Они познакомились, когда Ирина привезла Меркурьеву сценарий фильма «Земля впереди», и, как позже признавался сам актер, он сразу же в нее влюбился. На съемках этого фильма лошадь сбросила одного из актеров, и не растерявшаяся Ирина вскочила на нее, успокоив животное. Этот случай произвел на Меркурьева еще большее впечатление, и, несмотря на то, что к этому моменту Меркурьев был в гражданском браке, а Ирина дважды побывала замужем – Меркурьев сделал Ирине Мейерхольд предложение. Позже их сын так описывал знакомство Меркурьева с семьей Мейерхольдов: «Первая встреча произошла, когда отец поехал в Чимкент по делам выпускников своей казахской студии. Он должен был ехать туда через Москву, и мама попросила его заехать к Всеволоду Эмильевичу – представиться тестю. Папа хотел отделаться телефонным звонком, но Райх пригласила его к себе, так как еще со времени ее учебы в режиссерских мастерских она дружила с Ириной и хотела посмотреть на ее мужа. Мейерхольд встретил зятя достаточно сухо, познакомился, потом сказал Райх: «Зиночка, покорми Василия Васильевича». И ушел в кабинет. И все. Меркурьев очень расстроился. Он понял, что Мейерхольд им не заинтересовался. Ни как зятем, ни как актером. А дело было в том, что Мейерхольд очень боялся старости. Не хотел, чтобы дочери сделали его дедом. Недаром он ведь и с бабушкой разошелся потому, что они были ровесники. А Зинаида Николаевна была только на два года старше его дочери. С ней он не чувствовал себя стариком. Он дружил с Шостаковичем, который был даже младше моего папы и мамы. Маяковский был на 20 лет его моложе. То есть он все время дружил с людьми моложе себя. А Гольденвейзера, который был его на год младше, Мейерхольд иначе как «стариком» и не называл. Мейерхольд чувствовал себя абсолютно молодым человеком. Отец мой тогда этого не понял и уехал в Казахстан обиженный. Оттуда он позвонил жене и сказал, что больше к тестю не пойдет, но она его упросила на обратном пути хотя бы позвонить Мейерхольду. Отец позвонил, и каково же было его удивление, когда он услышал в телефонной трубке радостный голос Мейерхольда: «Вася! Ты откуда, с вокзала? Подожди меня, я приеду за тобой на машине». Они встретились на вокзале. Мейерхольд обнял зятя, расцеловал его, и когда они проходили мимо огромного плаката фильма «Профессор Мамлок», в котором снимался Меркурьев, Мейерхольд воскликнул: «Я видел эту картину! Ты там здорово жрешь бутерброды!» Все стало ясно. Мейерхольд признал Меркурьева как актера, и теперь он стал ему интересен. Мейерхольд привез зятя домой, по дороге накупил для него всякой еды в гастрономе. Зинаиды Николаевны дома не было, он сам накрыл на стол. Они шутили, разговаривали, потом он стал укладывать его спать, начал искать белье, приговаривая: «Когда Зиночка уезжает, ничего не найдешь. Но ты ложись, я тебя газетами укрою». Заколов газеты спичками, он сделал ему что-то вроде одеяла и на цыпочках ушел к себе в кабинет. Вернувшись домой в Ленинград, Меркурьев только и рассказывал о том, как подружился с тестем. В 1937 году Леонида Сергеевича Вивьена назначили главным режиссером Александринского театра, переименованного в том же году в Ленинградский театр драмы имени А.С.Пушкина. И отец перешел в этот театр за Вивьеном. После закрытия Театра Мейерхольда в 1938 году Всеволод Эмильевич часто приезжал в Ленинград и вскоре в Театре Драмы он приступил к третьему возобновлению «Маскарада», где Меркурьеву была поручена роль Казарина. Мама рассказывала, как они с отцом в это время часто заходили к Мейерхольду и Райх, поселившимся в мрачном темном доме на Карповке. Меркурьев призывал Мейерхольда к какому-то противодействию. Мама говорила, что никогда не забудет задумчивый вид Всеволода Эмильевича, ответившего ему: «Значит, я что-то делал не так, в чем-то ошибался. Нет, Васенька, не к кому мне обращаться». Мама же рассказывала: этот период репетиций «Маскарада» был периодом «влюбленности» Мейерхольда в актера Меркурьева. На репетициях в переполненном зале за режиссерским столом в восьмом ряду рядом с Мастером сидел Меркурьев (естественно, когда он не был нужен на сцене). Очень часто Мейерхольд вбегал на сцену и устраивал актерам блистательные показы, которые всегда прерывались аплодисментами. Сбежав к Меркурьеву, он демонстративно спрашивал его: «Ну, как?» И после похвалы кричал актерам свое знаменитое «хорошо!». А потом они вчетвером – Всеволод Эмильевич с Зинаидой Райх, Василий Васильевич и Ирина Всеволодовна – шли обедать в ресторан «Астория».
В 1937 году Василий Меркурьев перешел в Ленинградский театр драмы имени Пушкина, где им было сыграно много интересных разноплановых ролей. Одной из них была роль Грознова в спектакле «Правда хорошо, а счастье лучше». Кинодебютом Меркурьева на экране стала роль Стася в социальной драме Бориса Шписа и Рашеля Мильмана «Инженер Гофф», сыгранная им в 1935 году. Чуть позже актер сыграл студента-меньшевика в знаменитом фильме Григория Козинцева и Леонида Трауберга «Возвращение Максима».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109154.jpg
Также актер снялся в картине «Танкисты», драме «Член правительства» и многих других фильмах, снятых в СССР до начала войны. Но успехи в творчестве никак не защитили семью Меркурьева от тяжелых испытаний в будущем. Незадолго до войны в 1939 году был арестован и расстрелян брат Василия Меркурьева - Петр Васильевич, у которого осталось трое детей. В том же году был арестован Мейерхольд, и была убита Зинаида Райх. Жена Петра Васильевича тяжело заболела, и Василий Меркурьев взял в свою семью его детей – Виталия, Женю и Наташу. А когда началась война, Меркурьев вывез всю свою огромную семью в составе 11 человек в эвакуацию в Новосибирск, куда был эвакуирован Ленинградский театр.
В эвакуации Василий с Ириной продолжили заниматься творчеством, выступали со спектаклями и организовали в городе Нарым Новосибирской области первый профессиональный театр. Тогда же они решились на рождение еще одного ребенка, и прямо за кулисами, во время репетиции в городе Колпашеве Томской области у супругов родился сын Петр, названный так в честь брата Василия Меркурьева. Петр Меркурьев позже рассказывал: «Меня поражает сила духа моих родителей. Когда у них уже была дочь, а мама была беременна второй дочерью, они взяли троих детей брата моего папы в свою семью. Ведь брат моего отца был репрессирован. Его звали Петр Васильевич Меркурьев. И вдруг моим родителям нестерпимо захотелось иметь сына. Ведь я не случайно родился - я желанный. А тогда еще неизвестно было, как закончится война, где будет Гитлер. И они в это страшное время, имея двух своих дочерей, трех приемных детей, рожают еще одного. Родился я прямо в кулисе. Это было в Колпашеве, в Томской области, на Оби. Мама меня родила на репетиции. Шел сорок третий год - какой уж тут декретный отпуск. У мамы начались схватки. Папы в этот момент не было в театре. С мамой была моя тетушка, мать моих двух двоюродных братьев и сестры. Тетя Лара приняла роды у мамы. И сказала: «Иришенька, у тебя мальчик!». И мама сразу же сказала: «Здравствуй, Петенька!». Она тут же решила назвать меня в честь папиного брата, которого они очень любили. Когда мы возвращались из эвакуации, увидели двоих брошенных детей. Очевидно, какая-то женщина отстала от поезда и потеряла их. Мама моя подобрала этих детей и привезла с нами в Ленинград. Помимо этого, она привезла в Ленинград целиком коллектив самодеятельного театра, который работал у нее в Новосибирске. И весь коллектив поступил на курс в театральный институт. Их не сразу разместили в общежитии, потому что Ленинград только освободили от блокады. И многие жили у нас дома. Словом, это был настоящий табор. Помню один случай. Мне было лет десять-одиннадцать, Мейерхольда еще не реабилитировали. Мы сидели на кухне, когда мама сказала: «Вот вы все тут Меркурьевы, а я одна – Мейерхольд». И я говорю: «Мамочка, а хочешь, я возьму твою фамилию?» Папа как-то напрягся, промолчал, а потом, вставая из-за кухонного стола, сказал: «Тебе еще очень пригодится моя фамилия». И, безусловно, до сих пор эта фамилия меня и ведет, и помогает, и накладывает большую ответственность».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109156.jpg
Вернувшихся в Ленинград Меркурьевых приютила в своей трехкомнатной квартире актриса Ольга Яковлевна Лебзак, несмотря на то, что сама жила в ней с мужем, матерью и дочкой. Петр Меркурьев рассказывал: «Первое время, после того как мы вернулись из эвакуации, мы жили в трехкомнатной квартире - каждая комната где-то по 15 метров. А в соседней квартире, большой - там общая площадь была где-то 80 метров, - жил Александр Александрович Брянцев, основатель ленинградского ТЮЗа. Однажды Брянцев зашел к нам в квартиру, попросил что-то у моей бабушки - лук или что-то в этом роде. Бабушка пригласила его на кухню, и они пошли мимо всех комнат. Брянцев увидел весь наш табор. И, когда бабушка его провожала, он сказал: «Анна Ивановна, скажите Васе: пусть ко мне зайдет, когда вернется из театра». Папа пришел после спектакля, бабушка сказала о просьбе Александра Александровича. Папа сразу пошел к нему, постучал - звонков тогда еще не было. Брянцев открыл дверь, пригласил его и говорит: «Вася, нам со старухой такая большая квартира ни к чему, а тебе с твоим табором - в самый раз. Давай переезжай. А чтобы ты не передумал наутро, переезжай прямо сейчас». И ночью состоялся переезд! Взаимопомощь, сострадание, сочувствие - это было абсолютно естественным в то время. Я думаю, что сейчас папе было бы трудно жить. Папа жил сегодняшним днем, тем, что он должен сделать сейчас, и своими планами. Вся жизнь была в труде и в радости, потому что была любовь. И это - самое главное в жизни моих родителей. Все было согрето любовью. Любовью папы к нам, людей - к папе. Были у нас дни очень тяжелые, много лиха мы пережили. Болезни наши, болезни папы, инфаркты мамы... Жизнь была соткана из труда и любви».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109189.jpg
Дома у Меркурьева часто ночевали его знакомые, и находили приют бывшие узники сталинских лагерей. Ирина и Василий оставляли у себя нуждающихся месяцами, не отказывая в гостеприимстве даже кошкам и собакам. Даже после того, как Ирину Мейерхольд, как дочь врага народа, уволили со всех работ, и двенадцать лет она не работала, Василий Меркурьев не жаловался на судьбу, и один обеспечивал всю семью. В 1947 году нашлась мама детей, подобранных Меркурьевым во время эвакуации. Это случилось после того, как Меркурьев рассказал о них по радио, но семья все равно оставалась огромной, и прокормить всех Меркурьеву было крайне непросто. Однажды у няни, нанятой для помощи в воспитании детей, в магазине украли все карточки на месяц. Вечером того же дня за столик к Меркурьеву сел мужчина и спросил: «Василий Васильевич, что случилось, почему у вас такое грустное лицо?» Меркурьев ему рассказал о краже, мужчина посочувствовал и отошел от столика, а Меркурьев тем временем упаковал еду в салфетки, чтобы отнести домой. Когда он подозвал официанта, чтобы расплатиться, ему ответили, что все оплачено. А когда он пришел домой, то увидел дома четырех огромных коробки с продуктами. Оказалось, что его гость за столиком был директор «Метрополя», бывший фронтовик, лейтенант Михаил Максимов. Позже Меркурьев с ним подружился. Нужно отметить, что Максимов был так же автором слов песни «Синий платочек».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109182.jpg
Петр Меркурьев позже вспоминал о взаимоотношениях его родителей: «Отношения моих родителей - Ирины Всеволодовны Мейерхольд и Василия Васильевича Меркурьева - были уникальны. Это была до последних лет юношеская влюбленность. Они были очень привязаны друг к другу, прожили вместе 44 года, а чувства, тем не менее, оставались свежими. Это не значит, конечно, что все шло гладко. У мамы-то характер папочкин - Всеволода Эмильевича! Мама органически не могла быть не правой. И даже понимая, что совсем не права, все равно доказывала, что права. Мы это воспринимали с юмором. А доброты она была потрясающей. А как мать чувствовала организм папы - это что-то невероятное. Они к врачу ходили всегда вместе. Врач спрашивает: «Василий Васильевич, как у вас болит?». «Вы понимаете, я вздохну, что-то начинает...» Потом он замолкал и спрашивал: «Ириша, как у меня болит?» И мама спокойно рассказывала врачу, а папа только, соглашаясь, кивал головой. Это были сообщающиеся сосуды. Когда они встретились, Меркурьев был женат. Правда, это был гражданский брак, но тогда на это не обращали внимания. А мама за какое-то время до встречи с папой разошлась со своим вторым мужем. Меркурьев - ее третий муж. Очень был забавный случай, когда на вечеринке в большой компании одна воздыхательница по папе спросила у мамы через стол: «Ирина Всеволодовна, а правда, что Василий Васильевич ваш третий муж?» Мама тут же ответила: «Да, третий, не считая мелочей». Папа потом сказал: «Ириша, как ты неделикатно ответила». – «Не менее неделикатно, чем меня спросили».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109180.jpg
В Ленинграде после войны Меркурьев продолжил работу в театре драмы имени Пушкина. Актер одинаково прекрасно справлялся как с комедийными, так и с драматическими ролями. Им замечательно были сыграны роли Фамусова в постановке «Горе от ума» и Мальволио в «Двенадцатой ночи».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109155.jpg
Критиками и зрителями того времени были отмечены сыгранные Меркурьевым драматические роли Василия Бортникова в спектакле «Высокая волна», Павла Михайловича в «Сонете Петрарки» и Прокофьева в спектакле «Сын века».
Меркурьев также проявил себя и в качестве режиссера, показав себя глубоким и бескомпромиссным мастером. Он поставил в театре «Мещан», «Трех сестер» и «Чапаева». Василий Меркурьев щедро передавал свой огромный опыт студентам и молодым актерам, вместе с Ириной Мейерхольд и своими выпускниками он создал в Выборге театр драмы. Так, например, основой труппы драматического театра в Чимкенте стали именно выпускники Меркурьева и Ирины Мейерхольд. В мастерской Василия Меркурьева и Ирины Мейерхольд в Ленинградском институте театра, музыки и кинематографии училась Марина Неелова, которая позже рассказывала: «Он знал законы сцены лучше, чем кто-нибудь другой. Он нам говорил: «Не хватайтесь руками за кулисы, никогда не дотрагивайтесь до кулис». Мы думали: «Причем тут кулисы, когда я так играю?! А тут еще с какой-то кулисой». Но сегодня я понимаю, почему не нужно было хвататься за кулисы. Потому что есть этот мир, есть тот мир, совершенно отдельный, и они соединяются только тогда, когда начинает происходить действие».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109191.jpg
С молодыми актерами Меркурьев держался без какого-либо превосходства. Его сын рассказывал: «Он советовал всем своим ученикам ходить в цирк, поскольку там не выйдешь на арену, не чувствуя партера или плохо запомнив последовательность действий. Он преклонялся перед Мравинским. И тоже советовал своим студентам ходить на концерты Мравинского - какой у него ансамбль, при том, что роль каждого слышна, оркестр в целом звучит потрясающе. Меркурьев был профессором театрального института, а по каким-то идиотским нормам полагалось, что профессор должен писать научные труды. Он говорил: «Я ведь артист, практик, я не пишу!» «Василий Васильевич, тогда вы будете получать половину зарплаты», - отвечали ему. И он задумал сыграть спектакль со студентами профессора Татьяны Григорьевны Сойниковой. У нее на курсе в тот момент ставился спектакль «Правда хорошо, а счастье лучше». Папа роль Грознова играл с 1925 года. Еще в институте у Леонида Сергеевича Вивьена, у которого учился. И вот - спектакль. Учебный театр набит до отказа! Многие недоброжелатели Сойниковой надеялись, что сейчас Меркурьев выйдет и разделает под орех ее учеников, тем самым доказав, что она неправильно их учит. В первом акте Грознов не появляется. А во втором - выходит папа и никак не подавляет студентов, а работает с ними в одном ансамбле, совершенно не «премьерствуя». Чувство ансамбля в нем было заложено до такой степени, что, даже играя со студентами, он не стремился тянуть одеяло на себя».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109190.jpg
Василий Меркурьев никогда не отказывался от работы в других театрах, в том числе и в провинциальных. Петр Меркурьев вспоминал: «Папа приезжал не как гастролер: сразу раз - и впрыгнул в спектакль! Нет. Он приезжал за неделю, репетировал, входил в ансамбль, а потом шли колоссальные триумфы. Он так играл в Комсомольске-на-Амуре, Семипалатинске, Смоленске, Кунгуре, Березниках, Новосибирске, Владимире... Городов, наверное, тридцать». Одной из любимых ролей Василия Меркурьева, воплощенной на сцене и на экране была роль Ивана Ивановича из гоголевской повести. Партнером Меркурьева в театре, игравшим Ивана Никифоровича был друг Меркурьева актер Юрий Толубеев. Дуэту обоих актеров удалось уловить тончайшие нюансы гоголевской прозы. Василий Меркурьев был великим театральным актером, но настоящую популярность и всенародную любовь ему принесло кино. Его триумфальное восхождение началось с роли старшего лейтенанта Тучи в картине Семена Тимошенко «Небесный тихоход», вышедшей на экраны СССР в 1945 году. Эта музыкальная комедия о похождениях трех друзей-летчиков, сыгранных Василием Меркурьевым, Николаем Крючковым и Василием Нещипленко не понравилась критикам, и была с невероятным восторгом принята зрителями. Фильм «Небесный тихоход» стал настоящим кинохитом того времени, и вошел в золотой фонд отечественного кино. За свои работы в кино Меркурьев трижды получал Государственные премии. Первая из них была вручена Меркурьеву за роль Ульяныча в историко-биографическом фильме «Глинка», снятом в 1947 году. Второй раз он получил Государственную премию за роль Степана Ивановича в фильме «Повесть о настоящем человеке», снятом в 1949 году. И в 1952 году Меркурьеву была снова вручена Государственная премия за роль Горового в фильме «Донецкие шахтеры».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109184.jpg
Но зрители принимали с восторгом и многие другие роли Меркурьева, не отмеченные высокими государственными наградами. Кинозрителям запомнился лесничий в сказке «Золушка», академик-архитектор Нестратов в лирической комедии «Верные друзья», Мальволио в экранизации шекспировской «Двенадцатой ночи» и Федор Иванович в драме «Летят журавли». Все эти картины пользуются успехом у российских зрителей и сегодня.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109159.jpg
Олег Табаков вспоминал: «Впервые я увидел его в роли советского мандарина, фамилия у него была Нестратов, занимался он то ли архитектурой, то ли еще чем-то. Суть была не в этом, а в том, как за этим нечто, которое называлось обликом советского человека, жил и удивительно хорошо сохранял себя нормальный человеческий индивидуум со всеми общечеловеческими ценностями. Он был одним из самых любимых киноартистов! Не так часто показывают его фильмы, но всякий раз, когда их показывают, я вижу, как он через эстетику социалистического реализма все равно умудрялся говорить всерьез о человеке».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109153.jpg
Василий Меркурьев всегда к работе относился с огромной ответственностью. Его сын вспоминал: «Мне казалось, что папа все время работает. Он был или в театре, или на съемках, а когда дома - то, сидя в своем кресле или лежа на огромной кровати, обложенный книгами, учил роль. Роль учил всегда тихо - бормотал. А потом, бывало, сидим на кухне - и вдруг он начинает что-то говорить. И это звучало так естественно, что мы не всегда понимали, что это текст роли». Несмотря на то, что актер хотел играть больше драматические роли, режиссеры предпочитали использовать комедийный талант Меркурьева. Меркурьев просил режиссеров: «Дайте мне провалиться! Пусть меня закидают тухлыми помидорами! Докажите мне, что я не прав». Режиссер и актер Игорь Владимиров сказал однажды, что тот, кто знает Василия Васильевича только по его работам в кино, не знает о нем ничего. Одной из самых любимых ролей Меркурьера на сцене была роль Фрола Федулыча Прибыткова в пьесе Островского «Последняя жертва». Сам Меркурьев называл встречу с Островским встречей на всю жизнь.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109185.jpg
Василий Меркурьев был настоящим тружеником, философски относившимся к своей славе. «Слава приходит к нам между делом, если дело достойно ее», - любил повторять Меркурьев фразу Виктора Гусева. А слава его была, действительно - всенародной. И Меркурьев не стеснялся пользовался своей известностью, но не для себя, а для других. Петр Меркурьев рассказывал: «Был такой забавный случай. Звонит ему председатель облисполкома: «Василий Васильевич, я знаю, вы завтра едете в Москву. Вы не могли бы позвонить министру сельского хозяйства?» - «Зачем?» - «Вы знаете, у нас такой конфуз вышел - Ленинградская область осталась без семенного гороха. Нам нужно два вагона семенного гороха». Приехали мы в гостиницу, а он, как всегда, забыл паспорт. И, как обычно, извиняется, что без паспорта. Ему, конечно, отвечают, что это не проблема. Папа сразу позвонил секретарю министра: «Здравствуйте!» - «Ой, не может быть! - отвечает секретарь. - Я не ошибаюсь, это Меркурьев?» - «Да». И он просит пригласить к телефону министра. Секретарь отвечает, что у министра сейчас совещание, но она передаст, что звонил Меркурьев. Вдруг министр хватает трубку и спрашивает, что может сделать для него. Тут же присылает за ним машину, мы приезжаем с папой вместе. Все министерство высыпало из кабинетов. Папа идет, все за ним. И начинает он излагать просьбу. Тот говорит: «Ах, мерзавцы! Знают же, что я вам не смогу отказать!» И в этот же день в Ленинград пошли два вагона с горохом. А как он помогал людям квартиры получать, телефоны, устраивал в больницы. Однажды мама даже сказала: «Вася, ты для чужих все делаешь, а для своих детей - так мало». Он ответил: «Я не вечен. Я хочу умереть, зная, что мои дети без меня справятся». Он ведь за нас никогда нигде не просил. Единственное - в театры или в цирк мы, дети Меркурьева, ходили всегда бесплатно. Ну и, конечно, в больницы он нам помогал устраиваться. В 1959 году меня вдруг пригласили сниматься в кино, не зная, что я - сын Меркурьева. Мне тогда было шестнадцать лет. Папа в это время снимался в Сибири, и я сказал маме, что меня приглашают на роль в кино - кстати, довольно большую. Мама ответила, что папа будет очень недоволен. Но надо было давать ответ, и я согласился. И вот папа приехал, и я ему сказал, что снимаюсь в картине. Услышав это, папа замолчал. А это было для меня самым страшным наказанием. Лучше бы побил! Но такого, конечно, он никогда не делал. Перед премьерой фильма папе позвонил второй режиссер: «Василий Васильевич, мы хотим вас пригласить на премьеру фильма, где играет ваш сын». И папа ему выдал по телефону всю порцию: «Почему вы не спросили родителей?» - «Василий Васильевич, мы не знали, что он ваш сын». – «Хорошо, а если не мой? Он что, сирота? Вы вскружите человеку голову, а ему учиться надо». Папа боялся, что успех на меня отравляюще подействует. И вот, когда я сидел в зале на последнем ряду и трясся от страха, вдруг раздались аплодисменты - это вошел папа, который, как всегда, смущенно улыбался, когда его приветствовали. Ведь любовь к нему была невероятная. Его не разрывали на части, нет, его боялись похлопать по плечу, но отношение к нему было как к родному. Так вот, папа вошел в зал, увидел меня - и помрачнел. После фильма мы шли вместе, он приобнял меня и сказал: «Ты знаешь, у тебя это получается, и от тебя это никуда не уйдет. Пока не завершишь музыкальное образование, лучше не соглашайся сниматься. Самое главное - чтобы у тебя была еще профессия. Потому что наша актерская профессия - зависимая. Ты посмотри, по сколько лет, бывает, я сижу в театре без работы». И судьба показала, что он был прав. Мне удается совмещать съемки со своей работой музыковедом, и у меня нет комплекса невостребованности. А боялся папа этого и, конечно, того, что меня станут сравнивать с ним».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109193.jpg
В жизни Меркурьева трудно было назвать весельчаком. Он часто бывал задумчив и молчалив, переживал и тревожился за жену и детей. Василий Меркурьев не любил пассивный отдых, и в свободное от работы время любил заниматься огородом на даче. Даже в преклонном возрасте, когда ему уже трудно было передвигаться, Василий Васильевич брал фанеру, ложился на нее и обрабатывал грядки. Его сын рассказывал: «Всю жизнь мы жили на даче, которая сначала была сдана папе в аренду, а незадолго до его смерти дачу ему передали. У нас было там свое подсобное хозяйство, с которого мы кормились. А иначе просто не выжили бы. У нас корова была, свиньи, куры. Но это, конечно, в первые послевоенные годы, пока жить было очень тяжело. Родители порой на себе тащили продукты из дачи домой, а путь до станции был неблизкий. Отец очень любил работать на даче. Вообще он терпеть не мог пассивного отдыха. Даже последние годы, когда работать на огороде ему было уже тяжело, он клал на землю фанеру, ложился на нее и вручную потихоньку обрабатывал грядки. И нас порой это, честно говоря, раздражало, потому что мы хотели побездельничать. Но когда он работал, бездельничать было невозможно. Папа никогда не призывал к труду. Проходил мимо нас, видел, что мы сидим без дела, вздыхал - и шел работать. Ну, и мы - за ним. Он любил устраивать на даче какие-то усовершенствования. Провел водопровод, вся дача была опутана какими-то моторчиками, которые качали воду в дом. Их было огромное количество, и они все время горели! Папу с этими делами всегда обманывали. На все эти моторчики и тому подобное уходило дикое количество денег. Потом у него появилась идея - у дома сделать винтовую лестницу. Мы так и не могли понять: куда, зачем? Но кто-то ему посоветовал. Даже привезли ступеньки, которые потом долго лежали, пока из них не сделали что-то совсем другое. Папа сделал паровое отопление, которое без конца лопалось: не сливали воду, когда было надо. Папа провел на дачу телефон. Словом, дача была прорва, в нее вкладывалось немыслимое количество денег. Дача находилась от ближайшего населенного пункта в двух с половиной километрах. Поэтому отдельно стояли столбы для телефона, отдельно - столбы для света. Время от времени ветер эти столбы валил. Рядом была воинская часть, где к папе прекрасно относились, они провели на нашу дачу еще один телефон, по которому можно было звонить напрямую по межгороду. Нужно было только сказать позывной «градусник» - и папу соединяли с Ленинградом. И в свободный день - а таких было очень немного - папа старался вырваться на дачу. Подышать, поудить рыбу. Охотником он не был - жалко было убивать зверей. Я его спрашиваю: «Папа, а рыбу не жалко?» - «А у нее кровь холодная». Папа сажал яблони, цветы, строил баню. Он никогда ничего не коллекционировал, не собирал, не копил. Был очень органичным человеком. Ведь смешно сказать, что, скажем, кошка коллекционирует цветочки? Вот так же и с ним».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109174.jpg
О характере Василия Меркурьева лучше всего рассказывал его сын: «У папы был простой и ясный характер. Какой самый неудобный для музыковедов композитор? Моцарт. Потому что там все ясно, просто и гениально. Вот и у моего папы было все ясно и просто. Он был очень простодушным человеком. Папе было все равно, во что одеться, что съесть. Неприхотлив он был до аскетизма. У него было обостренное чувство справедливости. Игорь Ильинский рассказывал, как однажды, еще до войны, Малый театр был на гастролях в Ленинграде. Фамилия Ильинского, только что перешедшего в Малый, была в самом конце афиши. В конце спектакля всем подарили цветы, и Ильинский остался без букета. Ильинский говорил: «Вообще я несерьезно отношусь ко всем этим подношениям, но тогда было обидно». И вдруг через весь партер идет Меркурьев с каким-то цветочком и преподносит Ильинскому».
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109178.jpg
Когда Ирина Мейерхольд поставила для Александринки спектакль «Последняя жертва». Меркурьев сыграл в ней роль Флора Федуловича Прибыткова. А последней ролью актера стала роль доктора Бурцева в пьесе Храбровицкого «Пока бьется сердце». Меркурьев так же репетировал роль Рембрандта в пьесе Дмитрия Кедрина, но болезнь прервала репетиции. 12 апреля 1978 года Василий Меркурьев скончался. Он похоронен на Литераторских мостках Волковского кладбища.
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109176.jpg
В 1979 году ему посмертно была присуждена Государственная премия за роль Бурцева. Прощание с Василием Меркурьевым состоялось в Александринке – тогдашнем Ленинградском Театре имени Пушкина.
О Василии Меркурьеве снят документальный фильм «Пока бьется сердце».
Текст подготовил Андрей Гончаров
Использованные материалы:
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109158.jpg
Текст статьи: «Он был так популярен, что его узнавали по голосу, когда он куда-то звонил», автор А. Соломонов
Текст статьи «Мощь актерского таланта», автор А.Замостьянов
Текст статьи «Меркурьев, внук Мейерхольда», автор Г.Степанова
Материалы сайта www.aszamost.narod.ru
Материалы сайта www.sovsekretno.ru
Материалы сайта www.actors.khv.ru
Материалы сайта www.kino-teatr.ru
Материалы сайта www.rusactors.ru
Материалы сайта www.rusakters.ru
Материалы сайта www.tvkultura.ru
Материалы сайта www.pln-pskov.ru
Материалы сайта www.izvestia.ru
Театральные работы:
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109177.jpg
«Двенадцатая ночь» - Мальволио
«Сын века» - Прокофьев
«Правда хорошо, а счастье лучше» А.Н. Островского - Грознов
«Поздняя любовь» А.Н. Островского - Николай
«Горе от ума» А. Грибоедова - Фамусов
«За тех, кто в море» Бориса Лавренева - Максимов
«Высокая волна» Г.Е. Николаевой - Василий Бортников
«Сонет Петрарки» Н.Ф. Погодина - Павел Михайлович
http://chtoby-pomnili.net/uploads/images/167109165.jpg
Фильмография:
Инженер Гоф (1935) роль: Стась
Подруги (1935) эпизодическая роль: почтальон
Федька (1936) роль: Лука
Тайга золотая (1937) роль: старый золотоискатель
Возвращение Максима (1937) роль: студент-меньшевик
Комсомольск (1938)
Профессор Мамлок (1938) роль: Краузе
Гость (1939) роль: Василий Васильевич
Танкисты (1939) роль: начальник штаба
Хирургия (короткометражный) (1939) роль: бас Измученков
Член правительства (1939) роль: Сташков
Приятели (1940)
Танкер "Дербент" (1940) рольт: боцман Алексей Петрович Догайло
Песнь о дружбе (короткометражный) (1941) роль: тенор
Морской батальон (1944)
Небесный тихоход (1945) роль: старший лейтенант Туча
Сыновья (1946) роль: Карлис. мастер
Клятва (1946) роль: Воронов
Глинка (1946) роль: Ульяныч, крепостной человек
Золушка (1947) роль: лесничий, отец Золушки
Повесть о настоящем человеке (1948) роль: Степан Иванович, старшина
Сталинградская битва (1948, 1949) роль: генерал-полковник Воронов Николай Николаевич
Звезда (1949) роль: старшина Аниканов
Донецкие шахтеры (1950) роль: Горовой Сидор Трофимович, начальник шахты
Незабываемый 1919-й (1951) роль: Брызгалов
Джамбул (1952) эпизод
Навстречу жизни (1952) роль: Василий Никанорович, старший мастер
Лес (1953) роль: Иван Петрович Восмибратов, купец
Честь товарища (1953) роль: старшина Привалов
Верные друзья (1954) главная роль: Нестратов Василий Васильевич, "Индюк", академик архитектуры
Мы с вами где-то встречались... (1954) роль: Верхотуров Анатолий Васильевич, директор театра
Чемпион мира (1954) роль: Федор Иванович Бессонов, тренер по вольной борьбе
Гвоздь программы (короткометражный) (1955) роль: Иван Кузьмич
Двенадцатая ночь (1955) роль: Мальволио, дворецкий графини Оливии
На подмостках сцены (1956) главная роль: Лев Гурыч Синичкин
Обыкновенный человек (1956) главная роль: Ладыгин Дмитрий Романович, известный оперный певец-бас
Летят журавли (1957) главная роль: Федор Иванович Бороздин
День первый (1958)
Пучина (1958) роль: Пуд Кузьмич Боровцов
У тихой пристани (1958) главная роль: Александр Лукич Пушков, пенсионер, бывший куплетист
Горячая душа (1959) роль: Савчук
Люди на мосту (1959) главная роль: Булыгин Иван Денисович, начальник строительства моста
Бессонная ночь (1960) роль: Снегирев, кузнец
Повесть пламенных лет (1960) роль: хирург Богдановский
Сережа (1960) роль: дядя Костя, капитан
Будь счастлива, Ани! | Be Happy, Ani! | Badi shtastliva, Ani! (Болгария) (1961) главная роль: Андрей Петрович
С днём рождения (1961) роль: Громов
Девчонка, с которой я дружил (1961) роль: дядя Коля
Черемушки (1962) роль: Дребеднев Федор Михайлович, начальник стройтреста
Мамочка и два трутня (короткометражный) (1963)
Полустанок (1963) главная роль: Павел Павлович
Принимаю бой (1963-1965) роль: Сергей Сергеевич
Перекличка (1965) роль: генерал Журавлев
Не принесёт счастья (короткометражный) (1966)
Дворянское гнездо (1969) роль: Гедоновский
Экзамен на чин (короткометражный) (1969) главная роль: Ефим Захарович Фендриков, чиновник, приемщик почтового отделения
Поздний ребенок (1970) главная роль: отец
Семь невест ефрейтора Збруева (1970) роль: Лукьянов Василий Васильевич
Прощание с Петербургом (1971) роль: Лейброк
Здесь наш дом (1973) роль: Гаврила Романович Полуэктов
Москва - Кассиопея (1973) роль: Николай Кириллович Благовидов, академик
Великий укротитель (1974) роль: Василий Васильевич, отец Лены
Верный друг Санчо (1974) роль: дедушка Риты, лётчик-генерал
Ксения, любимая жена Федора (1974) роль: начальник отдела кадров
http://chtoby-pomnili.com/preview.php?width=max&dir=621&id=167109165.jpg
6 апреля 1904 года – 12 апреля 1978 года
Похожие статьи и материалы:
Меркурьев Василий (Документальные фильмы)
Меркурьев Василий (Цикл передач «Легенды мирового кино»)