*5692. Татаро-монгольское иго

[Кирилл Брагин]

http://rusplt.ru/wins/noyabrya-1480-goda-28688.html

13.04.2014, 03:31
11 ноября 2016, 00:00
Русские победы, История

11 ноября 1480 года завершилось стояние на Угре
http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/Stoyanie_na_Ugre.jpg
«Великое стояние на Угре»
П. Рыженко «Стояние на Угре», фрагмент экспозиции музея-диорамы
Победа на Угре означала восстановление национального суверенитета Русской земли

Почти 250 лет русские княжества находились в зависимости от Золотой Орды и практически все время выплачивали ей дань. Одно из главных победных сражений средневековой Руси битва на Куликовском поле, явила силу русского войска, но окончательно монголо-татарское иго удалось сбросить лишь при Иване III.

В 1470-е годы он прекратил выплачивать дань ордынскому хану Ахмату. Ахмат возглавлял самый крупный осколок империи Чингисхана – Большую Орду, он прикладывал всю энергию для консолидации распавшихся татарских ханств, стремясь утвердить над ними свое верховенство. Ахмат заключил союзы с Литвой и Польшей, наладил дружественные отношения с Османской империей. Отказ московского князя платить дань Ахматом был воспринят как попытка Руси выйти из орбиты ордынского влияния. Для восстановления вассальной зависимости ордынский хан собрал большое войско и, заручившись поддержкой польского короля Казимира IV, пошел на Москву.

Время для похода Ахмат выбрал подходящее, на севере на Русь нажимал Ливонский орден, на западе угрожал Казимир IV, внутри самой Руси возникли неурядицы и распри. Ивану III заключил союз с крымским ханом Менгли-Гиреем, его войско, напав на южные земли Великого княжества Литовского, отвлекло Казимира IV от помощи Ахмату.

Предупрежденное Русское войско развернуло свои позиции на пути ордынского хана. Основная группировка дислоцировалась в районе Калуги, у устья Угры. В местах возможной переправы возводились укрепления, в которых располагались пехотинцы, лучники и артиллеристы. Участки между заставами регулярно объезжал конный патруль.

Подошедшие ордынские войска несколько раз пытались форсировать Угру, но все атаки пресекались огнем с противоположного берега. Ахмат был вынужден отступить и встать у села Лузы. Началось знаменитое стояние. Хан требовал в свою ставку Великого князя и выплаты дани, но его требования, естественно, выполнены не были.

Великого князя поддерживал Вассиан, архиепископ Ростовский, он направил Ивану III пламенное и убедительное послание, в котором призывал мужественно стоять против врага.

Но враг скоро отступил, отсутствие провианта и фуража, начавшиеся болезни, вынудили ханское войско свернуть лагерь и вернуться в Орду. Для русских такой исход бескровного противостояния означал победу, для татар – поражение.

Русские, в стан которых была привезена Владимирская икона Божией Матери, считали такой удачный исход результатом божественного вмешательства. Ранее, в 1395 году Богородица отвернула от Москвы Тамерлана. В память о стоянии на Угре Русская Церковь установила праздник в честь Владимирской иконы Божией Матери.

Содержание темы:
01 страница
#01. Кирилл Брагин.11 ноября 1480 года завершилось стояние на Угре
#02. Историк. РФ. 11 ноября 1480 года Стоянием на реке Угре завершилось освобождение Руси от ига
#03. CALEND.RU. Окончание стояния на Угре - конец Татаро-монгольского владычества на Руси
#04. Russia Today. Татаро-монгольское иго
#05. CALEND.RU. После долгой осады монголо-татарские войска ворвались в Киев
#06. Eвразия Daily. Этот день в истории: 16 декабря 1237 года началась оборона Рязани
#07. Кирилл Брагин. Монголы осадили Рязань
#08. Историческая правда. 21 Декабря 1237 - хан Батый осадил Рязань - началось нашествие монголов на Русь
#09. Кирилл Брагин. 22 декабря 1317 года произошла Бортеневская битва
#10. Правда.ру Монголо-татарское иго: кто князь, кто гауляйтер
02 страница
#11. Игорь Буккер. Золотая Орда: оккупанты или союзники?
#12 Кирилл Брагин. 7 февраля 1238 года, героически оборонявшийся русский город Владимир, был взят монголами
#13. Полит. ру. Момент истины: стояние на Угре
#14. Полит. ру. Момент истины: стояние на Угре
#15. Gorban. Шаги истории: 25 марта, 1238 года
#16. Историк. РФ. 25 марта 1238 года началась героическая оборона Козельска
#17. Алексей Волынец. 25 марта 1238 года началась длившаяся семь недель оборона Козельска, его героические защитники дольше всех русских городов сопротивлялся татаро-монгольским захватчикам
#18. А. Ю. Карпов. "Глухое царство": русские в ставке Батыя. Часть 1
#19. А. Ю. Карпов. "Глухое царство": русские в ставке Батыя. Часть 2
#20. А. Ю. Карпов. "Глухое царство": русские в ставке Батыя. Часть 3
03 страница
#21. Андрей Сидорчик. Накануне ига. Исход битвы на Калке приблизил монгольское нашествие
#22. Eвразия Daily. Этот день в истории: 1382 год — хан Тохтамыш сжег Москву
#23. Shatff. В этот день… 11 августа
#24. Новомосковск. 11 августа. День в истории
#25. Петр Мультатули. Битва на реке Воже
#26. История. РФ. День в российской истории: 15 августа
#27. Русская семерка. Монголо-татарское иго: шокирующие факты
#28. Евгений Сухарников. Краткий курс истории. Первая русская артиллерия
#29. Историк. РФ. 23 августа 1382 года впервые в русской истории применена артиллерия
#30. Новомосковск. 26 августа. День в истории
04 страница
#31. Eвразия Daily. Этот день в истории: 1382 год — хан Тохтамыш сжег Москву
#32. Shatff. В этот день… 26 августа
#33. Константин Кудряшов. Унижение Батыя. Почему монголы не могли взять Козельск целых семь недель
#34. Shatff. В этот день… 8 сентября
#35. Eвразия Daily. Этот день в истории: 1380 год — Куликовская битва
#36. Историк. РФ 8 сентября 1380 года — Куликовская битва
#37. Илья Полонский. Куликовская битва – день русской славы и крах Мамая
#38. Известия. История в датах: 21 сентября
#39. Кадет Биглер. Военно-исторический календарь на 21 сентября
#40. История. РФ. День в российской истории: 08 октября
05 страница
#41. Историческая правда. 11 Августа 1378 - русское войско впервые разбивает золотоордынцев в Битве на реке Воже
#42. Историческая правда. 26 Августа 1382 - хан Тохтамыш захватил и сжег Москву
#43. Алексей Заквасин, Святослав Петров, Анастасия Ксенофонтова. «Брал мечи татарские и сёк ими»: кем на самом деле был легендарный защитник Руси от монголов Евпатий Коловрат
#44. Андрей Сидорчик. Реванш Орды. Как хан Тохтамыш заставил Москву платить и каяться
#45. Историческая правда. 20 Октября 1480 - Началось «стояние на Угре» между русскими и монголо-татарскими войсками
#46. Константин Кудряшов. Гениальный план Ивана Великого. Как стояние на Угре положило конец игу
#47. Историческая правда. 23 Ноября 1318 - в Орде убит князь Тверской Михаил II Ярославич
#48. Историческая правда. 06 Декабря 1240 - монголо-татарские войска ворвались в Киев
#49. Историческая правда. 21 Декабря 1237 - хан Батый осадил Рязань - началось нашествие монголов на Русь
#50. Shatff. О «Стоянии на Угре»
06 страница
#51. Gorban. Шаги истории: 21 декабря 1237 года
#52. Ганнибал.
#53. Геродиан. Миф о ТМИ
#54. Donbassrus. Монгольское нашествие. ч. 1
#55. Donbassrus. Монгольское нашествие. ч. 2
#56. Donbassrus. Монгольское нашествие. ч. 3
#57. ABC-people.com.
#58. Новомосковск. 11 ноября. День в истории
#59. Кирилл Брагин. 11 ноября 1480 года завершилось стояние на Угре
#60. Историк. РФ. 11 НОЯБРЯ 1480 ГОДА СТОЯНИЕМ НА РЕКЕ УГРЕ ЗАВЕРШИЛОСЬ ОСВОБОЖДЕНИЕ РУСИ ОТ ИГА
07 страница
#61. История. РФ. День в российской истории: 11 ноября
#62. Историческая правда. 07 Февраля 1238 - монголо-татарские войска приступом взяли столицу Северо-Восточной Руси город Владимир
#63. World-history.ru. Этот день в истории. Воскресенье, 7 февраля 2016 года
#64. Shatff. В этот день… 26 ноября
#65. Историк. РФ. 25 марта 1238 года — начало героической обороны Козельска
#66. Tunnel.ru. 1 декабря - Календарь Истории
#67. Константин Кудряшов. Унижение Батыя. Почему монголы не могли взять Козельск целых семь недель
#68. Istoriia.Ru. День в истории - 4 декабря
#69. Ymorno. Евпатий Коловрат: русские не сдаются
#70.

08 страница

#71.
#72
#73.
#74.
#75.
#76.
#77.
#78.
#79.
#80.

[Историк. РФ]

http://историк.рф/history_day/11-%d0%bd%d0%be%d1%8f%d0%b1%d1%80%d1%8f-1480-%d0%b3%d0%be%d0%b4%d0%b0-%d1%81%d1%82%d0%be%d1%8f%d0%bd%d0%b8%d0%b5-%d0%bd%d0%b0-%d1%80%d0%b5%d0%ba%d0%b5-%d1%83%d0%b3%d1%80%d0%b5-%d0%b7%d0%b0%d0%b2%d0%b5/
http://fanstudio.ru/archive/20170312/G9p4Mwuy.jpg
Стояние двух войск по разным берегам Угры продолжалось больше месяца. Запасы продовольствия и фуража у ордынцев таяли. Снабжение русской армии было отлажено. Иван III выделил боеспособный отряд под командованием звенигородского воеводы князя Василия Ноздроватого, который должен был на челнах спуститься по Оке, затем по Волге до её низовий и совершить опустошительный набег по владениям Ахмата.
http://историк.рф/wp-content/uploads/2015/10/%D0%94%D0%92%D0%98-111.jpg
Узнав, что в его глубоком тылу действует диверсионный отряд, который может занять и его столицу, Ахмат принял решение отправиться назад в Орду, разграбив на обратном пути принадлежавший Литве Козельск. Войска Ахмата начали отход 11 ноября. Этот день впоследствии и стал считаться датой освобождения Руси от ордынского ига. Москва больше не платила дань Орде.

[CALEND.RU]

http://www.calend.ru/event/5436/
Окончание стояния на Угре - конец Татаро-монгольского владычества на Руси
20 ноября 1480 г.
536 лет назад
http://www.calend.ru/img/content_events/i5/5436.jpg
«Стояние на Угре»
«Стояние на Угре» – военные действия в 1480 году между ханом Большой Орды Ахматом и великим князем московским Иваном III, вызванные отказом Москвы платить Орде ежегодную дань. Это событие положило конец монголо-татарскому игу. Московское государство стало полностью независимым. Это происходило в районе пятикилометрового участка реки Угры вверх от устья до впадения в нее реки Росвянки. Несколько дней продолжались попытки ордынцев переправиться, пресекаемые огнем русской артиллерии; попытки не принесли ордынцам желаемого успеха; они отступили на две версты от Угры и встали в Лузе. Войска Ивана III заняли оборонительные позиции на противоположном берегу реки. Началось знаменитое «стояние на Угре». Периодически вспыхивали перестрелки, но на серьезную атаку ни одна из сторон не решалась. В таком положении начались переговоры. Ахмат потребовал, чтобы к нему с изъявлением покорности явился сам великий князь, или его сын, или по крайней мере его брат, а также чтобы русские выплатили дань, которую задолжали за семь лет. В качестве посольства Иван III отправил боярского сына Товаркова с подарками. Требования дани были отклонены, подарки не приняты, переговоры прервались. Вполне возможно, что Иван пошёл на них, стремясь выиграть время, поскольку ситуация менялась в его пользу. На подходе были силы Андрея Большого и Бориса Волоцкого.
В октябре 1480 года Иван III решил отводить войска к Кременцу и далее сосредоточиться к Боровску, чтобы там в благоприятной обстановке дать сражение, если ордынцы форсируют реку. Ахмат, узнав, что в его глубоком тылу действует войско Ивана III, а также испытывая недостаток продовольствия, не решился преследовать русские войска и в конце октября – первых числах ноября также начал отводить свои войска. Для тех, кто наблюдал со стороны, как обе армии почти одновременно повернули вспять, не доведя дело до сражения, это событие казалось либо странным, мистическим, либо получало упрощенное объяснение: противники испугались друг друга, струсили принять сражение. (11) 20 ноября Ахмат принял решение отправиться назад в Орду. Современники приписывали это чудесному заступничеству Богородицы, которая спасла русскую землю от разорения. Видимо поэтому, Угру стали называть «поясом Богородицы». «Стояние» положило конец татаро-монгольскому игу. Московское государство стало суверенным не только фактически, но и формально. На место полунезависимых, враждующих друг с другом княжеств пришло сильное, хотя ещё и не совсем окрепшее внутренне, Московское государство. Через 22 года после Стояния на Угре в 1502 году войско ослабленной Орды было разгромлено ханом Крыма Менгли I Гиреем, а сама Орда прекратила своё существование.

© Calend.ru

[Russia Today]

https://russian.rt.com/nopolitics/article/334194-test-rt-tataro-mongolskoe-igo
20 ноября 2016, 12:17
20 ноября 536 лет назад завершилось Стояние на реке Угре — событие, положившее конец многолетней оккупации Руси Золотой Ордой. Проверьте, что вы помните об этом периоде русской истории.
https://rus.rt.com/russian/images/2016.11/article/583169cbc3618883678b46af.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/6bff7b0f-a63c-4d06-9c57-8550f059c0b5.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/cb8213b1-7c50-4b42-8983-9fd88878365c.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/2ff38cd7-018b-47ba-89fe-28992704fedc.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/9c1da573-c8b4-4d3b-88b3-996f2b960230.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/79c30b10-1384-4702-8572-94a5a8b52ca2.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/d087e744-659e-4ecc-8244-3ea529bf1e32.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/4c15df8e-5aea-45e0-8e6b-e4aebae7ff6e.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/985993b0-a5e6-4bab-875e-74499405e469.jpg
https://cdn.playbuzz.com/cdn/aa9e0562-7aee-436f-8085-521d5e15c682/fec0b720-eac7-4294-8f94-c9bcd4811a29.jpg

[CALEND.RU]

http://www.calend.ru/event/4334/
6 декабря 1240 г.
http://www.calend.ru/img/content_events/i4/4334.jpg
Картина О.Сапрыкина "Нашествие Батыя"
В 1239 году армия хана Батыя предприняла новый поход на Русь. До этого монголы разбили основные силы Владимиро-Суздальской земли, взяли и разграбили четырнадцать городов Северо-Восточной Руси. Батый мечтал об империи, протянувшейся от Тихого океана до Атлантики. Теперь его путь лежал в южные и западные земли. Однако легкой победы добиться не удалось. Все города русичей приходилось брать штурмом. Первым захваченным городом стал пограничный Переславль, затем Чернигов. В декабре 1240 года Батый подошел к Киеву. Хан не хотел разрушать красивый город и предложил горожанам сдаться без боя. Однако киевляне решили биться насмерть. Осада Киева длилась долго. На защиту города вышли все его жители от мала до велика. По свидетельству летописца «один бился с тысячей, а двое – с тьмою». Татарам пришлось использовать стенобитные орудия. Через провалы в стенах монголы ворвались в город. Последний оплот защищавшихся - Десятинная церковь - пал (согласно ряду исторических документов) 6 декабря 1240 года. Разъяренные татаро-монголы перебили более половины мирного населения. Из 50 тысяч человек после Батыева погрома в городе осталось не более двух тысяч жителей. Были разрушены Успенский, Софийский собор, Троицкая надвратная церковь (сейчас главный вход в Лавру). Захватчики стерли с лица земли церковь Спаса на Берестове, Ирининскую церковь и практически все киевские ворота. Батыево нашествие нанесло чудовищный удар по культурному и государственном

© Calend.ru

[Eвразия Daily]

https://eadaily.com/ru/news/2016/12/16/etot-den-v-istorii-16-dekabrya-1237-goda-nachalas-oborona-ryazani
16 декабря 2016
07:31
https://img6.eadaily.com/r650x400/o/595/4964cfdc8bda2691ebf466d8820d1.jpg
16 декабря 1237 года монгольское войско хана Батыя начало штурм Рязани. Защитники города оказали упорное и ожесточенное сопротивление, четыре дня отбивая атаки. Однако после подхода к монголам стенобитных машин, Рязань пала, после чего была стерта захватчиками с лица земли.

После разрушения монгольскими войсками столицы Волжской Булгарии города Булгар, победы над половцами и поволжскими народам и монголы стали готовиться к вторжению в Северо-Восточную Русь. Пограничным со степью, известной на Руси как Дикое поле, было Рязанское княжество.

Осенью 1237 года послы Батыя прибыли к рязанскому князю Юрию Игоревичу и потребовали дани (десятины во всём). Не имея намерения подчиняться монголам, рязанский князь начал готовиться к войне с врагом. Он обратился за военной помощью к владимирскому великому князю Юрию Всеволодовичу и к черниговскому князю Михаилу (послом в Чернигов был послан Евпатий Коловрат).

Для того, чтобы выиграть время, Юрий Рязанский решил вступить в переговоры с Батыем, для чего послал к нему в Воронеж посольство во главе со своим сыном Фёдором и другими представителями знати. Однако монголы, разгадав замыслы князя всех их убили. Из всего посольства уцелел только пестун князя Фёдора Апоница, принесший в Рязань весть о гибели посланников.

После гибели посольства Юрий Игоревич с племянниками Олегом и Романом Ингваревичами, муромскими князьями Юрием Давыдовичем и Олегом Юрьевичем вывел войска на Воронеж, где они потерпели поражение, хотя и нанесли существенные потери монгольскому войску.

Юрий Игоревич начал готовиться к обороне столицы, а Роман Ингваревич отвёл войска на север на соединение с армией владимирского князя.

16 декабря 1237 года монголы подступили к рязанским стенам. Первые приступы обороняющиеся отбили, но их ряды стремительно редели, а к монголам подходили все новые и новые отряды, вернувшиеся из-под ранее взятого Пронска, Ижеславля и других городов. Пять дней героически сражались защитники Рязани, обрушивали на головы монголов стрелы и камни, лили смолу и кипяток, рубились в рукопашных схватках. В городе бушевали пожары.

Но после сосредоточения монгольского войска и появления стенобитных машин Рязань все же была взята. В ночь с 20-го на 21-е декабря, под светом факелов и с помощью этих катапульт и таранов монголы пробили бреши и устремились в последний штурм. После упорного боя в этих проломах захватчики сломили сопротивление защитников города, ворвались в него и устроили резню. Сам рязанский князь Юрий Игоревич в этом последнем бою погиб.

Укрепления города были разрушены, Рязань более не восстанавливалась, и культурного слоя после 1237 года не обнаружено. Только в одной части города найдены остатки усадеб XVII века, а современная Рязань находится совсем в другом месте. Дело в том, что следующие рязанские князья сделали своей столицей город Переяславль Рязанский, который с середины XIV века и стал именоваться Рязанью.

После падения столицы княжества части рязанцев удалось скрыться в лесах или отойти на север и соединиться с владимирскими войсками. В их составе они вновь сражались с монголами в битве у Коломны, а также под началом вернувшегося из Чернигова Евпатия Коловрата — в Суздальской земле. В некоторых редакциях «Повести о разорении Рязани Батыем» рассказывается о торжественных похоронах этого знаменитого героя в Рязанском соборе 11 января 1238 года.

[Кирилл Брагин]

http://rusplt.ru/wins/mongolyi-osadili-ryazan-28911.html
16 декабря 2016, 13:15
Русские победы, История
https://342031.selcdn.ru/rusplt/517/936/Razorenie_Ryazani.jpg
Диорама «Героическая оборона Старой Рязани от монголо-татарских войск в 1237 году». Фрагмент. Рязанский историко-культурный музей-заповедник «Рязанский кремль».

Диорама «Героическая оборона Старой Рязани от монголо-татарских войск в 1237 году». Фрагмент. Рязанский историко-культурный музей-заповедник «Рязанский кремль».
Русские воины стояли насмерть, но монголы, численно превосходившие силы обороняющихся, город стерли с лица земли

Первый удар монгольского нашествия на Русь, начавшееся в 1237 году, приняло Рязанское княжество.

Монголы не случайно для похода выбрали зиму, «Генерал Зима», как впоследствии назовут это время года французы и немцы, был надежным союзником степного народа – реки скованы льдом и больше не являются препятствием, а к холоду кочевники были привычны.

По мнению Гумилёва конечная цель завоевательного похода монголов находилась западнее, в Венгрии, где укрылся со своей 40-тысячной армией половецкий хан Котян, а русские княжества должны были сыграть роль тыла, обеспечивающего большую монгольскую армию провиантом, поэтому предводитель похода Батый требовал с русских десятину.

Русским князьям было хорошо известно, что монголы обладают мощной армией, 14 лет назад на реке Калке объединенное русско-половецкое войско было разбито, накануне вторжения в пределы Руси монголы разгромили Великий Булгар, и об этом русские тоже знали, и могли оценить масштабы и последствия монгольского нашествия. Но не все князья были готовы присягать монголам и платить им дань, отказался и Рязанский князь Юрий Игоревич.

Княжич Фёдор Юрьевич, который с посольством находился в ставке хана Батыя, был убит, сражение рязанско-муромского войска с монголами проиграно, и 16 декабря 1237 года Рязань взята в осаду.

Пять дней держали рязанцы оборону хорошо укрепленного города, но силы были слишком не равны, на штурм крепости монголы каждый день бросали новых людей, в то время как у обороняющихся человеческие ресурсы были ограничены. Значительно ускорили взятие крепости стенобитные машины, в ночь на 21 декабря город пал.

Воины «безбожного царя» Батыя ворвались в последний оплот рязанцев храм Пресвятой Богородицы, здесь порубили княгиню Агриппину Ростиславну со всем княжеским семейством. Сам князь Юрий погиб во время обороны города. «И не было, — говорит летописец, — ни стонущего, ни плачущего». Все жители города были вырезаны.
Объявление скрыто.

О гибели города повествует древнерусское произведение «Повести о разорении Рязани Батыем» и оно «заканчивается восторженной похвалой защитникам Русской земли.... вселяющей веру в конечное торжество над врагами», которое в итоге произошло спустя два с лишним столетия, в 1480 году.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/1330/
http://www.istpravda.ru/upload/medialibrary/8ab/8ab572a398227e82b9137a6b1c7c973f.jpg
Поначалу монголы предложили рязанскому князю Юрию Игоревичу откупиться данью. "Когда никого из нас не останется, тогда все будет ваше", - ответил князь. Батыю понадобится пять дней, чтобы взять Рязань штурмом и полностью разорить ее. Монголы вырежут не только княжескую семью и защитников города - они не пощадят даже беременных женщин и истребят всех домашних животных за исключением лошадей. Город перестанет существовать (нынешняя Рязань расположена в 60 километрах от старого места).

[Кирилл Брагин]

22 декабря 2016, 13:40
Русские победы, История

«И была битва великая и сеча злая…»
http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/Bortenevskoe.jpg
Николай Белов. «Бортеневская битва». Тверь, музей боевой славы им. Лизы Чайкиной

Церковные писатели XIII века называли монголо-татарское нашествие наказанием Божиим за междоусобные войны русских князей. В то же время ряд историков считает, что монгольское иго способствовало сплочению русских княжеств. Но процесс объединения княжеств проходил далеко не мирным путем, кровавые междоусобицы происходили и во время монголо-татарского ига. История соперничества Москвы и Твери, особенно Юрия Даниловича, князя Московского и Михаила Ярославича, князя Тверского яркое тому подтверждение.

Борьба между ними велась за уделы Переславль-Залесский, Кострому, Городец, Нижний Новгород, за влияние в Новгороде. В 1305 году, в Орде Михаил Тверской сумел перебить цену московского князя Юрия, который также участвовал в аукционе по продаже ярлыка на великое княжение, и получил его.

Вернувшись на Русь, он пошел с войском на Москву, но взять ее не сумел. Во втором походе в 1308 году Михаил «наделал много зла», но города также не взял.

После повторного получения в 1315 году ярлыка от нового хана Узбека Михаил пошел вместе с татарами на Новгород, который решил отказаться от Михаила и пригласил на княжение Юрия Даниловича. Совместно с татарами Михаил разгромил новгородцев, «которые потеряли много мужей добрых, бояр и купцов, и потерпели совершенное поражение».

Юрий, князь Московский в это время находился в Орде, здесь он породнился с ханом, вступив в брак с его сестрой Кончакой, принявшей крещение. Сарай, золотоордынская столица являлся центром Сарайской епархии, здесь уже полвека находилась епископская кафедра, которую на тот момент возглавлял епископ Варсонофий, вероятно, он и крестил сестру хана с именем Агафья.

Правитель Орды Узбек, хоть и взошел на Ордынский престол при помощи происламских сил, ислам принял спустя семь лет. Поэтому, в этом вопросе он еще руководствовался предписаниями индифферентной Ясы Чингисхана. Для укрепления своего влияния на Руси, он избрал такой способ – выдал сестру замуж за князя Московского, а князю вручил ярлык на княжение во Владимире.

По возвращении из Орды Юрий Данилович решил восстановить утраченные позиции и сразу же двинул свое войско против Михаила Ярославича. Тверского князя сопровождало войско монгольского темника Кавгадыя, отряды хивинцев и мордвы. Иноземцы, как пишет Костомаров, «вступивши в тверскую землю… без разбора жгли всякое жилье, попадавшееся на пути, и мучили разными муками людей, которых захватывали в свои руки».

Михаил Тверской, узнав о приближении противника, выступил против объединенного войска москвичей и татар. 22 декабря 1317 года у села Бортенева произошла битва. Из нее победителем вышли тверичане, в плен попала молодая жена московского князя Кончака и его брат Борис. Юрию Даниловичу удалось ускользнуть в Новгород, а Кавгадый на следующий день сам сдался в плен.

Сложившуюся ситуацию надо было объяснять хану, и Юрий совместно с новгородцами, князьями Суздальско-Ростовской земли, боярами от русских городов выехали в Орду, где выдвинули против Михаила Тверского целый ряд обвинений, среди которых обвинение в умерщвлении сестры хана, которая умерла в плену. Есть предположение, что ее отравили противники Михаила.

Михаил Ярославич был вызван для разбирательств в ставку хана. Князь понимал, что поездка туда равнозначна смерти. Но все равно поехал, т.к. прекрасно знал, что отказ приведет к очередному набегу кочевников и разорению Тверского княжества. После несправедливого ханского суда Михаил Тверской был умерщвлен. Князя убили за Тереком, у перевала, названного впоследствии Крестовым, во время похода Узбека в Персию.

Ценой собственной жизни князь Михаил сохранил жизни тысяч русских людей, он умер достойной христианской смертью. Спустя два столетия Русская Церковь причислит Михаила Тверского к лику святых.

В противостоянии Твери и Москвы, в итоге победила последняя, но методы Юрия Даниловича по укреплению власти и возвышению Москвы не могут вызывать ни понимания, ни оправдания.

[Правда.ру]

http://www.pravda.ru/society/fashion/couture/09-01-2015/1241514-petruhin-0/
09 янв 2015 в 11:34

Общество » Наследие » Россия
http://pravda-team.ru/pravda/image/article/4/5/7/307457.jpeg
Границы России: от Египта до Парижа. Михаил Авилов. Поединок Пересвета с Челубеем на Куликовом поле

История отвечает на вопросы прошлого и настоящего. Кто мы, россияне? Какие мы и откуда? Какой путь нам ближе? Что мы делали в истории правильно или неправильно? Об этом Pravda. Ru в беседе с ее главным редактором Инной Новиковой рассказал историк, археолог, доктор исторических наук и специалист по истории Средних веков Владимир Петрухин.

— Владимир Яковлевич, я сегодня прочла одну замечательную статью. Ну, вот просто цитата: "На русскую историю и современную ситуацию есть русско-ордынская точка зрения. Мы полагаем, что мы не славяне, или, правильнее сказать, далеко не совсем славяне, а мы один сплав финнов, славян и ордынцев. Славяне как глина, мягкие, хлебосольные, открытые люди, славяне сами без степняков (без ордынцев) мало чего добились бы. К моменту прихода Батыя на Русь Киевская Русь уже умерла и стала полем для разборок местных князей. Современную Россию организовал внук Чингисхана великий хан Батый, а историческую судьбу России определил союз Бату-хана и Александра Невского". Все-таки, чьи мы потомки и какой же у нас исторический путь?

— То, что написал мне неведомый автор, — это не его мысли, это мысли известных евразийских мыслителей. Среди них был замечательный филолог и историк культуры Трубецкой, эмигрант, его работы стали доступны, естественно, только после перестройки.

Эмигранты-евразийцы считали, что история России не кончилась с большевистским переворотом, все впереди, поскольку сильна власть большевиков. Она действительно создала мощное государство, создается мощная экономика. Одного только не хватает, с точки зрения евразийцев, — истинной веры. Коммунизм — конечно, не истинная вера. Как только большевистская власть воспримет православную веру, вот тут будет …

— Это было невозможно.

— С современной точки зрения, это, конечно, невозможно. Это была романтическая концепция, которая основывалась на этой самой евразийской струе в русской истории. Это теория о том, что все идет оттуда, с Востока, из Евразии, с мощными кочевыми империями, которые дают мощную власть, которые заставляют платить налоги, устанавливают жесткий порядок: кто не подчиняется порядку, того казнят без особых церемоний.

Так что, с точки зрения евразийцев, действительно, власть русских царей наследовала власть Чингисхана. А Россия есть не просто Улус Джучи (Великое государство. — Ред.), империя, которую возглавлял Бату-хан, а это вообще империя Чингисхана. Так что, по идее, должно было произойти то, на что рассчитывал Чингисхан: наши границы должны были кончаться где-то возле Египта, на Ближнем Востоке, и где-то там поближе к Риму и Парижу, на Западе.

Это была бы Всемирная империя, о которой мечтал Чингисхан, о которой, слава Богу, не мечтали правители Российской империи, признавая, что Западная Европа не может быть ареной той кровавой разборки, которую устроили здесь монголы в Средние века.
Реклама

Но, тем не менее, те идеи, которые существовали в Российской империи (о том, что мы наследники Рима, мы Третий Рим, "Четвертому не бывать, что крест на Святую Софию мы должны водрузить", после того как вещий Олег прибивал свой щит к их Золотым воротам), — эти идеи имеют место до сих пор. В общем, эта одна из традиционных идей — идея всемирной миссии России — она совпадает с той идеей экспансии, которую должны были провозглашать так называемые кочевые империи. Последняя из них — это империя Чингисхана.

— Я в последнее время все чаще слышу такую теорию: вообще не было никакого монголо-татарского ига, это все фантазии. Все эти теории про монголо-татарское иго существуют одновременно. Так что было-то?

— Я, как археолог, свидетель того, что завоевания были страшные, разрушения были страшные. Я заканчивал кафедру археологии, мне приходилось принимать участие в раскопках. Я не понаслышке знаю о тех городах, которые были уничтожены Чингисханом, остались городищами навсегда. Но самое знаменитое, наверное, — это старая Рязань. Вот Москве повезло, она была разорена, восстановилась. Рязани не повезло, так и осталось городище старая Рязань, до сих пор археологи и черные копатели соревнуются, находя клады, которые зарывали местные жители…

— Вы говорите "свидетельства разрушений"… А какие через столько лет могут быть свидетельства?

— Разрушенные города, заваленные трупами, сохранившиеся сокровища, которые некому было доставать. Наследников у этих кладов не было. Там потрясающие клады, мы ими гордимся. Они выставлены сейчас в Историческом музее, в Эрмитаже. Например, клады драгоценных древнерусских уборов.

Не только эти клады свидетельствуют о том, что нашествие было разрушительным. Об этом говорит и тот факт, что потом древнерусские ювелиры не были способны воспроизводить такие тонкие вещи. Ремесленные навыки исчезли, исчезла древнерусская культура в целом. Она изменилась. Культура Древней Руси XIV века отличается от культуры Руси домонгольской. Это период с X до половины XIII века. Середина XIII века — это нашествие.

— Что же получается, приходили, все сжигали? Они же должны были грабить, везти к себе сокровища… Цель у них была другая?

— Они были довольно хитроумны, конечно. Они разграбляли все что можно. У них были свои представления о праве, праве войны. Если им оказывали вооруженное сопротивление, город и народ должны были быть уничтожены. Выжившие становились навсегда рабами. Прочих вырезали, включая женщин и детей, не оставляли наследников, которые могли бы отмстить.

Это действительно было страшное нашествие, но они были хитры: они понимали, что на месте им нужны какие-то силы, которые будут с ними сотрудничать.

— Свои гауляйтеры?

— Во-первых, они поняли, что князья, которые дерутся бесконечно друг с другом, не надежны. Более надежны те, кто призывает к миру, кто понимает, что нашествие этих страшных монголо-татар — это результат божьего гнева. Вот, князья не любят себя как братья — пожалуйста, Господь наслал татар. Их царь — это ваш царь теперь. Он неправедный царь, нехристианский царь, но он ваш царь. За ваши грехи.

Князья признали царем монгольского хана, и Церковь, Православная церковь, с которой монголы сотрудничали, с которой они не брали дани, тоже признала монгольскую власть. Причем не только на Руси. Византийская церковь тоже благосклонно смотрела на это нашествие. Это чудо было такое, с точки зрения Византии, потому что восточно-римская империя была разгромлена крестоносцами, уже после схизмы, разделения церквей на восточную православную и западную католическую. В Константинополе (святая святых, втором Риме, нашем всем) император был изгнан, вместо него пришел другой царь — царь монгольский.

Казалось бы, всему конец. С одной стороны крестоносцы с Запада уничтожают православие. С другой — идут тюрки, турки-сельджуки, которые наседают на остатки империи. В общем, империи должен был прийти конец до начала османского турецкого нашествия. До сих пор Турция владеет большей частью Византии в Малой Азии и Константинополе.

Вдруг случилось чудо! Сначала по этим сельджукам был нанесен страшный удар монголами на Великом шелковом пути. Они шли на Ближний Восток. А потом досталось и крестоносцам.

— От них же?

— От них же. Сквозь разоренную Русь они прошли на Запад. Попытался Римский папа создать коалицию. Коалиция была разгромлена. Остановить эту машину, которая пользовалась новой технологией, современной китайской, было невозможно. Так что монголы, по сути, спасли Византию. И с ней они спасли православие, которое было уже раздавлено, потому что была уничтожена империя и была уничтожена Церковь.

— И много городов поддержали монголов? Мы-то учили, что много городов сражалось, Козельск там до последнего человека, Рязань…

— Была уничтожена.

— Так большинство городов признали новую власть?

— Это были не города, это были князья, которые вынуждены были как-то договариваться с монголами о том, что они не будут разорять их города, потому что государство невозможно без сети городов. Князья опирались, конечно, на города.

Были восстановлены более-менее Суздаль, Владимир, Ростов Великий, северо-восточная Русь. Была восстановлена Москва, князья договаривались с монголами, подчинялись их законам, писали доносы на своих соперников. Вся эта грызня между князьями продолжалась, феодализм не закончился с приходом монголов. Монголы не могли установить того порядка, о котором говорят иногда романтики, видящие в этой евразийской силе, монгольской власти, панацею от всех бед.

Монголы, когда не могли справиться с князьями, пытались натравливать одного на другого, пытались поставить того, кто послабее, на место сильного. Политика "разделяй и властвуй", имперская политика, была им свойственна. Никакой любви между монголами и Русью не было, не было вместе с тем и прямой вражды, призывов борьбы против ига — всего этого не было до Куликовской битвы.

Русская литература, русская книжность, — это была православная, религиозная книжность, другой книжности у нас не было, книжниками были в основном клирики православные. Никто из них не призывал к борьбе против монголов, поскольку это был божий гнев и навязанный нам нехристанский царь являлся все же царем, всякая власть от Бога, цари эти были от Бога, им должны были молиться и православные иерархи.

Ситуация, можно сказать, была парадоксальной. Она изменилась, только когда к власти пришел незаконный правитель — Мамай, который не был потомком Чингисхана. Когда он стал менять законных царей, тогда к нему стали относиться как узурпатору, к нему стали относиться как к незаконному правителю: он не был царем, учитывая, что началась грызня и в Орде, такая же, какая была и на Руси.

Тогда и можно было нанести первый удар, который имеет такое большое значение для всей нашей, как принято говорить, современной идентификации. Вот тогда мы и стали противостоять этому самому игу.

Полная видеоверсия беседы с Владимиром Петрухиным: История России. Не учатся только двоечники

Беседовала Инна Новиков

[Игорь Буккер]

http://www.pravda.ru/society/fashion/03-02-2014/1190142-mongolskoe_igo-0/
03 фев 2014 в 13:30

Общество » Наследие

Что было для раздробленных русских княжеств XIII века монгольское нашествие? Начало объединения в великое российское государство или мрачные столетия угнетения и неволи, отбросившие Русь в арьерград цивилизационного развития? Споры на эту тему не утихают до сих пор, определяя, какое направление органичнее для России — европейское или азиатское.

2 февраля 1238 года войска хана Батыя взяли город Москву. Москва тогда была небольшим поселением на стыке Киевской и Суздальско-Владимирской Руси, хотя по новейшим археологическим данным, и стала накануне монголо-татарского нашествия не только развитым экономически и благоустроенным городом, но и достаточно сильно укрепленным пунктом, Но не было среди защитников Москвы богатырей-героев, подобных легендарному рязанскому боярину Евпатию Коловрату, которого враги смогли убить лишь из стенобитных машин и подвигом которого якобы восторгался сам Батый. А про саму оборону сохранилось всего лишь несколько предложений в Лаврентьевской летописи: "Той же зимой взяли Москву татары, и воеводу убили Филиппа Нянька (встречается в разных вариантах: Нянко, Нанко, Няньско, Нянскин и т. д. — Ред.) за правоверную христианскую веру, а князя Володимера, сына Юрьева, в полон взяли, а людей избили от старца и до сущего младенца, а град и церкви святыя огню предали, и монастыри все и села пожгли, и, много добра захватив, отошли".

Прочие русские летописи либо своими словами передают этот рассказ, либо вовсе молчат о взятии Москвы татарами. Поэтому такой интерес вызывают любые подробности об этом событии. В частности, выписка из неизвестной современным специалистам летописи, сделанной в первой трети 18-го века немецким историком Иоганном-Вернером Паузе (Johann Werner Pause): "Татарове приидоша оттуды под град Москву и нача в него бити непрестанно. Воевода же Филипъ Нянскинъ всяде на конь свои и все воинство его с нимъ, и тако прекрепи лице свое знаменьем крестным, оттвориша у града Москвы врата и воскрича вси единогласно на Татаръ. Татарове же, мняще велику силу, убояшася, нача бежати и много у них побито. Царь же Батый паче того с великою силою наступи на воеводу и жива его взяша, разсече его по частемъ и расбросаша по полю, град же Москву созже и весь до конца разорил, людей же всехъ и до младенецъ посекоша". Источник и степень достоверности этого сообщения пока остаются до конца невыясненными. О героической обороне Москвы на протяжении пяти дней — не так уж мало, учитывая, что у города стояло объединенное монгольское войско, например, Рязань штурмовали три дня — сообщает арабский хронист Рашид-ад-Дин.
http://pravda-team.ru/pravda/image/article/4/7/4/288474.jpeg
Скудость письменных источников позволяет историкам прибегать к разного рода спекуляциям, кое-что выхватывать и утверждать, что татаро-монгольского ига на Руси не было. Если не брать в расчет совсем уж завиральные концепции, вроде той, что изложена создателями "новой хронологии" Носовским Г. В. и Фоменко А. Т., которые считают Орду не иноплеменниками, захватившими Русь, а восточным русским регулярным войском, бывшим неотъемлемой частью древнерусского государства. Таким образом, "татаро-монгольское иго" представлено как период военного управления государством, когда верховным правителем был полководец-хан. Своего рода разновидность японского сёгуната на русский лад. Впрочем, их версия устроит не только правоверных фоменковцев, но и квасных патриотов. Запад по-прежнему видит в России ту Орду, которая чуть не сокрушила Западную Европу в средневековье, поэтому зоологическая ненависть и страх одновременно до сих пор на подсознательном уровне отрицательно сказывается на некоторых европейцах.

Отчасти предшественником "новых хронологов" и в этой части ревизии истории был Николай Александрович Морозов, одним из первых покусившихся на устоявшуюся точку зрения на Русь и Орду. Большую популярность концепции отрицания ордынского ига придали труды Льва Гумилева, утверждавшего, что "русские княжества, принявшие союз с Ордой, полностью сохранили свою идеологическую независимость и политическую самостоятельность, а Русь была не провинцией Монгольского улуса, а страной, союзной великому хану". Эта далеко не бесспорная концепция Льва Николаевича не раз подвергалась критике.

Некоторые историки, не отрицая факта завоевания Руси, оспаривают татаро-монгольское иго, ссылаясь на то, что слово "иго" впервые появилось в Киевском синопсисе (подобии учебника истории для церковно-приходских школ 17-го века), как перевод латинского термина jugum, который употребил относительно системы властвования ордынских ханов над Русью польский историк Ян Длугош. Именно с легкой руки этого пана о стоянии на реке Угре в 1480 году заговорили как об "освобождении" от владычества-ига Орды. Николай Карамзин лишь позаимствовал это слово из Синопсиса.

Безусловно, проводить голосование на тему было или не было иго на Руси — затея изначально гиблая, поскольку прошлое никак не зависит от количества проголосовавших за ту или иную концепцию. Такой способ хорош, чтобы полюбопытствовать, сколько народу желает верить в то, что русские и прежде всегда и всех бивали, а сами битыми никогда не были. Таких "патриотов" не устраивает рациональное объяснение, что сражаясь на два фронта — на Востоке против кочевников, а на Западе — против рыцарей, наши предки преклонили колени перед сильнейшими ордынцами и не позволили заполонить себя европейцам, которые лишили бы русских национальной идентичности. Выбор в пользу монголо-татар оказался правильным. Переварив ордынцев, Россия смогла создать собственную государственность и, между прочим, не позволила степнякам сокрушить европейскую цивилизацию.

Зачем пытаться "улучшать" историю родной страны? Пусть этим занимаются народы, предки которых не смогли создать собственное сильное государство. Им только и остается, чтобы придумывать героических предков, поскольку на поверку оказывается, что все их прошлое — труха. Мы же можем себе позволить отказаться от местечковой легенды про витязя Коловрата, как бы ни тешила она рязанцев, потому что Русская земля сильна своим единством и общей историей, всех входящих в нее больших народов и малых народностей.

Трудно удержаться от сравнения татаро-монгольского ига с завоеванием Российской империей Кавказа. В обоих случаях, несмотря на насильственное принуждение непокорных народов, отстаивавших свою свободу, завоеватели сыграли положительную роль в дальнейшем развитии покоренных народов. Благодаря ордынскому игу Русь смогла превратиться в единое государство. То, что Бисмарк "железом и кровью" проделал с немецкими княжествами в 19-м веке, создав Второй германский рейх, при всей относительности такого сравнения, то монголо-татары проделали с раздробленной на княжества Русью, пособив возвышению Москвы, а следовательно и всей России.

[Кирилл Брагин]

http://rusplt.ru/wins/oboronyatsya-poslednego-29173.html
07 февраля 2017, 13:20
Русские победы, История

Обороняться до последнего
https://342031.selcdn.ru/rusplt/517/936/Mongoly_u_sten_Vladimira.jpg
Василий Максимов «Монголы у стен Владимира»

В 1223 год «пришли народы, о которых никто точно не знает, кто они, и откуда появились, и каков их язык, и какого они племени, и какой веры. И называют их татары…», - так описывает первую встречу русских с монголо-татарами Лаврентьевская летопись.

Для объединенного русского войска эта встреча закончилась поражением – битву на реке Калке русские проиграли. Сражение на Калке стало прологом к монголо-татарскому нашествию и длительному, в два с половиной столетия, игу.

Решение о походе в западные страны монголами было принято на курултае в 1235 году. Русские княжества не являлись конечной целью похода, как считает Лев Гумилёв, они должны были обеспечивать многочисленную армию монголов провиантом и платить дань.

Первый удар монголы обрушили на Рязанское княжество, Рязань в декабре 1237 года была взята за пять дней. В сражении под Коломной войска Владимиро-Суздальского княжества и остатки рязанских войск нанесли существенный урон монголам, был убит сын Чингисхана Кюльхан, но переломить ситуацию не удалось, сражение под Коломной было проиграно.

В январе 1238 года была разграблена Москва, а 3 февраля кочевники появились у стен Владимира. Великий князь Владимирский Юрий Всеволодович отправился на Волгу собирать рать, обороной города руководили его сыновья Всеволод и Мстислав, а также воевода Пётр Ослядюкович.

Монголы разбили стан напротив Золотых ворот города, очень быстро обнесли Владимир тыном и подтянули осадные орудия, заимствованные у покоренных китайцев.

В воскресенье, 7 февраля завоеватели начали штурм крепости, его они вели с пяти сторон, через несколько часов монголы прорвались в «Новый град». Защитники отступили во внутренний Печорный город. В Успенском соборе укрылись уцелевшие жители, семья великого князя Юрия и епископ Митрофан.

Собор был подожжен, многие погибли от дыма, другие были добиты монголами, сам храм подвергся разграблению.

Всего во Владимирско-Суздальском княжестве было разорено 14 городов. Сам великий князь Юрий погиб 4 марта 1238 года в битве на реке Сить. Для русских княжеств наступала эпоха ордынской зависимости, окончательное освобождение от которой произошло лишь в 1480 году.

[Полит. ру]

http://www.polit.ru/analytics/2010/12/02/ugra.html
13.04.2014, 03:31
530 лет одному из концов татарского ига. Часть 1. Катастрофа

9 ноября 1480 года простоявшее с середины лета на правом берегу пограничной (между Литовским и Московским Великими княжествами) реки Угры войско хана Большой (Золотой ) Орды Ахмада начало отход на юг.

В принципе, в тот момент татары могли двигаться и на север – вглубь московских земель: река, наконец, встала подо льдом, а русское войско на левом берегу отступило еще несколькими днями ранее. Переправа теперь не представляла проблемы, можно было идти вперед и, настигнув московские силы, вступить с ними в генеральное сражение в поле – то есть сделать то, к чему Ахмад и стремился с самого начала кампании.

И, тем не менее, хан принял решение завершить поход по совокупности неблагоприятных обстоятельств. Помимо неготовности к зимней войне и изначальной неуверенности в исходе битвы с войском Ивана Великого, к доводам против похода добавились и новые обстоятельства: за время "стояния на Угре" татарское войско (и особенно – его лошади) подверглось ударам жестокой бескормицы, ибо, в отличие от своего противника, имело плохое снабжение. Кроме того, как водится в подобных случаях, у татар начались эпидемии – которые, слава Богу, форсировать Угру не смогли. А еще сработал отвлекающий маневр русских – посланная вниз по Оке судовая рать под началом князя Василия Звенигородского и т.н. "служилого татарского царевича" Нур-Довлата Городецкого вышла в Волгу и, спустившись вниз, разорила оставленную беззащитной столицу хана Ахмада.

Но главным было даже не это – к ноябрю Ахмад в полной мере осознал, что подмоги от основного союзника – польско-литовского короля Казимира IV – не будет. А ведь именно ожидание похода литовцев в значительной степени заставляло хана тянуть время на Угре. Увы, оказалось, что время работало на его противника.

Это была катастрофа – оставшееся без военной добычи, обозленное и измотанное огромное войско, наспех сколоченное и столь же наспех воодушевленное, двинулось восвояси, попутно разоряя верхнеокские города – шесть недель татары опустошали Мценск, Одоев, Белев, Воротынск, Козельск, Перемышль. Это были в то время владения Великого Княжества Литовского, и Ахмад как бы наказывал тем самым своего союзника за провал совместной операции. Формально, впрочем, он как бы даже помогал Казимиру – ибо эти мелкие, управляемые потомками Михаила Черниговского, княжества подняли в то время мятеж против своего литовского сюзерена. Пройдет всего полтора десятилетия, и верхнеокские князья начнут в массовом порядке переходить на службу к Ивану III, прихватив с собой, разумеется, и собственные владения….

Эти восстания, кстати говоря, стали одной из причин пассивности Казимира. Другой причиной в этом ряду явился набег союзника Московского князя – крымского хана Менгли-Гирея – на Подолию. Союз с Крымом, похоже, был едва ли не самой трудной и самой значительной победой дипломатии Ивана Великого – обмен посольствами, начавшийся в 1473 г., привел к 1480 г. к заключению союзного договора: за это время много чего произошло в Крыму, в частности, ханство попало в зависимость от турецкого султана – но линия на союз с Москвой все-таки восторжествовала. Таким образом, для набегов за пленниками крымским татарам оставались лишь Польша и Молдавия – что Москву более чем устраивало.

Впрочем, и без Крыма прослеживается нежелание Казимира воевать с Москвой – внешняя политика польско-литовского короля была обращена на запад, он активно участвовал во всевозможных восточноевропейских политических пасьянсах – где, однако, Иван Великий тоже прикладывал свою тяжелую руку, поддерживая, в частности, довольно интенсивные отношения с Венгрией. (Отец Ивана Великого – Василий Темный – некогда оказал Казимиру существенную помощь в его борьбе за престол.)

Как бы то ни было, литовцы не появились ни на Угре, ни в другом каком месте – и незадачливое воинство ордынского хана откатилось обратно в степь, где вскоре было распущено: оплачивать армию было нечем, да и держать рядом с собой такую прорву озлобленных неудачей разноплеменных людей было весьма опасно.

Впрочем, Ахмад отправил одного из своих сыновей – Муртазу – в набег на московские земли – завершившийся, однако, также без особого результата.

Это был фактический конец Золотой Орды – оставшийся лишь с небольшим отрядом телохранителей, деморализованный Ахмад едва ли способен был теперь защитить даже себя самого. 6 января 1481 г. его становище подверглось нападению отряда в 1000 воинов, ведомых сибирским ханом Ибаком и ногайскими ханами Мусой и Ямгурчи (еще недавно – союзниками и вассалами Ахмада). Ворвавшись в белый шатер золотоордынского властителя, нападавшие вырезали охрану и убили самого Ахмада. И лишь чудом спасшийся близкий подручный Ахмада – Тимур Мангыт – сумел собрать в степи ахмадовых сыновей и вместе с ними отдаться под покровительство Менгли-Гирея. Золотая Орда кончилась – точнее, превратилась в довольно слабое Астраханское ханство, ни шатко ни валко прожившее еще 70 лет.

В нашем усредненном представлении "стояние на Угре", ознаменовавшее конец монголо-татарского ига (которому, почему-то в школе, да и вне школы уделяют многократно меньше внимания, чем ничего подобного не ознаменовавшей Куликовской битве), размещено в следующем компактном шаблоне:

Итак, окрепшее государство Ивана III в какой-то момент перестало платить ордынскую дань (т.н. "выход"), решив, что больше не считает хана своим сюзереном. Ахмад прислал разгневанных послов, которые были с позором прогнаны Великим князем – демонстративно разорвавшим (все помнят эту картину?) ханский ярлык и растоптавшему пайцзу (басму) с ханским портретом. После этого Ахмад, как и следовало ожидать, двинул все свои силы в поход на Москву – а дальше имело место то самое "стояние". В итоге, русские возвратились домой с победой и с тех пор считали себя полностью независимым государством, не платя никому дань и не имея властителя над собой выше Великого Князя.

Действительность, понятно, как всегда богаче этой грубоватой схемы – с одной стороны. И не во всем нам сегодня понятна – с другой.

Начать, наверное, стоит с самого хана Ахмада. Этот – последний - великий правитель Золотой орды действительно был неординарным властителем. Приняв свое государство в весьма плачевном состоянии, он действительно сумел консолидировать силы на значительных территориях Поволжья ценой отказа от интересов в Средней Азии и Сибири. Иначе говоря, стоило расстаться с мечтой об объединении под властью Сарая прежнего улуса Джучи, как все само собой начинало устраиваться – и вместо журавля в небе появлялась вполне-таки упитанная синица в руках.

Так или иначе, Ахмад оказался способен мобилизовать довольно большие воинские контингенты – чуть ли не превышавшие сто тысяч всадников. Надо отметить, что и внешняя политика Ахмада имела, в сравнении с таковой его предшественников, необычайно длинные радиусы действия. (В этом он, пожалуй, был таким же новатором, как и Иван Великий.) Так, Ахмад вел серьезные переговоры с Венецией о совместной борьбе… с Османской империей. С самим же султаном Ахмад тоже вел довольно насыщенную переписку, временами (при подходящей конъюнктуре) отправляя ему весьма задорные письма, в которых выставлял себя властителем более высокого ранга, чем султан, и даже делал вид, что последний правит согласно его, ахмадову, ярлыку! Впрочем, в конце концов переписка Ахмада с Мехмедом Завоевателем (взявшим, между прочем, Константинополь!) пришла к более адекватным реальному соотношению сил формам. И, тем не менее, Орда одно время действительно рассматривала вариант участия в боевых действиях против Стамбула – видимо, нацеливаясь на молдавские княжества и вообще Причерноморье. Основным же приложением экспансии Орды были во времена Ахмада Крым и, в какой-то мере, Казань - ее же прежние части, обретшие независимость от Большой Орды в первой половине пятнадцатого века. Отметим заодно, что эти страны, по не вполне случайному совпадению, были самыми богатыми частями Орды… короче говоря, даже консолидированная Ахмадом Орда была весьма бедным государством и, имея внешнеполитические амбиции, отчаянно нуждалась в средствах. В переводе на более конкретный язык, это значило следующее: имея, в принципе, довольно значительный мобилизационный ресурс, хан не обладал способностью использовать его непрерывно в течение продолжительного времени. Особенно в условиях отсутствия значительной военной добычи. Или, в еще одной формулировке: власть ордынского хана витально зависела от успешности военных походов на богатых соседей – либо от выплаты этими соседями дани.

Вот об этой татарской дани мы и поговорим во второй части нашего рассказа.

[Полит. ру]

http://www.polit.ru/analytics/2010/12/09/ugra.html

Достоверно известно, что дань Орде русские княжества платили. Но вот, когда именно и какую – это по большей части скрыто от нас и вряд ли когда будет выяснено полностью. Похоже, что в начале периода ига эти платежи действительно носили значительный характер, ощущаемый всем населением Руси. В дальнейшем же объемы этих выплат – во всяком случае, относительно масштаба русской экономики в целом, – скорее всего, снижались. Понятно, что никакой финансовой отчетности ни с русской, ни с татарской стороны до нас не дошло – а потому говорить о цифрах мы здесь можем в редчайших случаях. Кроме того, следует иметь в виду целый ряд нюансов. Так, дань может иметь разные формы, в летописях именуемые "выходом", "дарами", "поминками" и т.д. Лишь первое слово означает регулярный, обусловленный договором платеж. Тогда как третье – некий разовый взнос, размер которого определяет дающий на свое усмотрение. Второе же и вовсе часто подразумевает получение встречных даров. Кроме того, эти самые татарские дани русскими князьями когда платились, а когда – нет. Вплоть до начала правления Ивана Великого в случае возникновения в Орде "замятни", то есть двоевластия, либо прихода к власти правителя–не Чингизида (Мамая, скажем), выплаты обычно приостанавливались до исправления ситуации. Когда же правильная власть в Орде восстанавливалась, новый хан-чингизид ("царь", согласно русской терминологии) получал обычно деньги, причитающиеся с момента его прихода к власти (а не прекращения прежних платежей). Причем такие расклады воспринимались как вполне типовые: скажем, в договорах ("докончаниях") Великого Князя Московского с другими князьями обычно имелась клаузула о том, что в случае замятни в Орде стороны солидарно прекращают платежи. Примечательно, что уже ко времени конца правления Василия Темного формулировка этой статьи несколько изменяется: условием неплатежей всех младших князей теперь называется не замятня в Орде, а неплатеж московского князя. ("А коли яз, князь велики, выхода в Орду не дам, и мне у тебе не взяти".) Иначе говоря, внешняя причина сменилась внутренней – а значит, мысль о выходе из-под ордынского сюзеренитета по своей инициативе допускалась как опцион.

Итак, в середине пятнадцатого века ежегодный выход Москвы, похоже, был где-то около 7000 рублей – что-то порядка 1400 кг серебра. Много это или мало? Выкуп за попавшего в плен в битве при Пуатье (1357 г.) французского короля Иоанна Доброго составлял в пересчете на серебро порядка 160 тонн металла. А фантастический по московским меркам гонорар строителя Успенского собора Кремля – итальянца Аристотеля Фиорованти – самого высокооплачиваемого экспата в Москве того времени – составлял, согласно контракту 1474 г., 10 руб. в месяц. В общем, 7000 рублей в ХV веке – сумма довольно большая, но не смертельная для московского государства, не способная как-то существенно повлиять на его экономическое состояние. Надо, однако, понимать, что факт регулярных выплат еще не синоним политической зависимости или, допустим, военного поражения. Платили во многих случаях, порой самой различной природы. Вот, скажем, знаменитый фрагмент из духовной грамоты (завещания) Ивана Великого, составленной в 1504 г., когда и следа татарского ига вроде бы уже не наблюдалось:

А дети мои, Юрьи с братьею, дают сыну моему Василью с своих уделов в выходы в ординские, и в Крым, и в Азтарахань, и в Казань, и во Царевичев городок, и в иные цари и во царевичи, которые будут у сына моего у Василья в земле, и в послы в татарские, которые придут к Москве, и ко Твери, и к Новугороду к Нижнему, и к Ярославлю, и к Торусе, и к Рязани к Старой, и к Перевитску ко княж Федоровскому жеребью рязанского, и во все татарские проторы, в тысячю рублев. Сын мой Юрьи дает с своего удела со всего и с Кашина восмьдесят рублев и два рубля без гривны. А сын мой Дмитрей дает с своего удела со всего, и с Зупцова, и с Опок, пятьдесят рублев и восмь рублев с полтиною и семь денег. А сын мой Семен дает с своего удела сo всего шестьдесят рублев и пять рублев без десяти денег. А сын мой Андрей дает с своего удела со всего, и с Старици, и с Холмских вотчины, с Xoлму, и с Нового городка, и с Олешни, и с Синие, и с иных волостей с Тверских, что ему дано, сорок рублев с полтиною и полчетверты денги. А сын мой Василей дает в ту ж тысячю рублев с Москвы, и со всего великого княженья Московские земли, и со Тфери, и со всее Тферские земли, что ему дано, и с Рязани с Старые, и с Перевитска, семьсот рублев и полосманатцата рубля и полтретьи денги. А Борисов сын братень Феодор дает сыну моему Василью в ту же тысячю рублев с своей отчины, и с Колпи, и с Буягорода, тритьцать рублев и полосма рубля. А будет того боле или менши татарской протор, и сын мой Василей, и мои дети, Юрьи с братьею, и братанич мой Феодор, дают по розочту.

Интерпретаций этой раскладки у ученых имеется несколько – кто-то предполагает, что Иван не был уверен в сохранении его преемниками независимости от Орды, кто-то считает, что это просто ставшая традиционной форма налогообложения уделов Москвой, лишь формально обусловленная татарскими платежами. Всего же вернее, здесь под "выходами ордынскими" понимаются просто всевозможные расходы, связанные с татарами – включая представительские подарки и пособие собственным вассалам – "служилым татарским царевичам", обосновавшимся в Царевичевом городке (ныне Касимов Рязанской обл.) При этом, 1000 руб. – это никак не 7000 руб.

Как бы то ни было, но Русское государство еще долго выплачивало "поминки" (чаще всего – мехами, "мягкой рухлядью") татарам – в Крым они шли практически весь семнадцатый век: лишь в 1685 удалось через турецкого султана добиться отмены этой "дани безопасности", что подтверждалось позднее подписанным в Стамбуле в 1700 г. мирным договором., но, однако, в 1711 после очередной войны, проигранной Россией, "поминки" возобновились. Да что там: Новгород долгое время регулярно платил определенные суммы Литовским Великим Князьям, а, напротив, невыплата Ливонским орденом т.н. "юрьевской дани" стала поводом к Ливонской войне 1558-1583 г.г., при этом ни о какой политической зависимости Ливонии от Москвы или Новгорода от Литвы в контексте этих выплат речи не велось! Или, скажем, Великая Северная Война 1700-1721 – побежденная Швеция получила, в рамках подписанных с победителями мирных договоров, от них довольно существенные трансферты – одна Россия только заплатила ей 2 миллиона талеров!

Впрочем, есть мнение, что ко времени Ивана III размер ордынской дани серьезно понизился и не превышал 4500 руб. Но, повторим, выплата дани была лишь частью того, что называется политической зависимостью Москвы от Золотой Орды.

Другими компонентами, по идее, должны были быть:

1. символическая – признание легитимности верховенства хана как верховного правителя, по отношению к Московскому Князю.

2. политическая – то есть, готовность двигаться в фарватере ордынской политики, в частности принимать участие в ее военных затеях.

Надо сказать, что второе не имело места уже очень давно, а вот первое еще было довольно крепко во времена Ивана Великого. Сформированное на Руси в самом начале ига представление о ранговом верховенстве ордынского хана над русскими князьями никуда не делось – еще долго на Руси Чингизидов называли "царями" и "царевичами" – как бы преемниками этого титула от поверженной Византии. Пусть в писаниях третьих лиц нередко московские властители и называются царями, но сами они в официальных грамотах смиренно величали себя Великими князьями вплоть до 1547 г. – при том, что царями титуловали и Крымского хана, и Казанского, и даже собственного верного вассала – Касимовского, не говоря уж о ханах Большой Орды. Определял все род – царский род Чингизхана.

Подводя итог, скажем, что политическая зависимость Москвы от Золотой Орды к началу 70 годов пятнадцатого века хоть и осознавалась всеми явным образом, но не была для Руси всерьез обременительной: Орда к этому времени фактически утратила возможность контролировать, кто персонально занимает московский трон, имела крайне слабые инструменты влияния на внутреннюю жизнь Московской Руси, с трудом могла препятствовать ей проводить самостоятельную внешнюю политику (а равно – и не в силах была ее защитить от внешнего врага), тогда как исходы карательных экспедиций ордынских формирований на Русь, даже если ими лично руководил "царь", были теперь далеко не столь очевидны, как двести или даже сто лет назад.

И, тем не менее, освобождение от этой зависимости стояло на повестке дня, Иван III явным образом понимал это как одну из своих задач, и не удивительно, что этот наш величайший политик ее в конце концов и решил – однако, реальное изложение событий, приведших к такому решению весьма далеко от залихватского рассказа про героев, решительно и безоглядно гнущих свою линию, не считаясь с потерями и рисками.

На самом же деле, история наполнена главным образом сонмом крайне осторожных и неоднозначных шагов, половинчатых, компромиссных, каждый из которых меняет ситуацию ненамного и лишь в совокупности с другими такими же, да и то – по прошествии изрядного времени. И делают эти шаги люди, вовсе не склонные доверять серьезные вопросы переменчивому божеству военной удачи: уж больно велики риски, уж больно сильна зависимость легитимности правителя от боевого счастья… Таким образом, коли случилось, что в поле встречаются лицом к лицу две противоборствующие армии – то налицо эксцесс, экзотика, вынужденное и ненормальное развитие политического противостояния. По крайней мере, так относился к своему делу Иван Великий – создатель Русского государства.

225+48+67=340

[Gorban]

25 марта, 1238 года
http://ic.pics.livejournal.com/qorban/53204749/186607/186607_original.jpg
...началась оборона Козéльска.

В XII веке единое Древнерусское государство разделилось на небольшие княжества, враждовавшие друг с другом. В 1237 году на русские земли, ослабленные междоусобицей, пришло многотысячное войско хана Баты́я. На протяжении нескольких месяцев татаро-монголы опустошали Русь: взяли и разграбили Рязань, Владимир, Москву, Ярославль, Тверь, Торжóк. На обратном пути в степь орда напала на приграничный город Козельск.

Козельск стоял на холме в месте слияния рек Жи́здра и Другусна (ныне Другуска). Обрывистые берега рек мешали подобраться к толстым деревянным стенам.

Князь Козельска был ещё ребёнком и не мог возглавить войско. Но на совете горожане решили обороняться: «Аще князь нашь млад есть, но положимъ животъ свой за нь, и сде славоу сего свѣта приимше. И тамъ небесныя вѣнца от Христа бога приимемь».

Жители Козельска семь недель отражали натиск врага. Они не только отбивались за стенами, но и делали вылазки: «...Исшедше изъ града... нападше на полъкы ихъ, и оубиша от татаръ 4 тысящи». Войска Батыя несли большие потери.

После почти двухмесячной осады враг ворвался в город и истребил всех жителей, включая грудных младенцев: «Батый же взя городъ, изби вси, и не пощадѣ от отрочать до сосоущих млеко».

Осада оказалась неожиданно длинной и кровопролитной для Батыя, привыкшего к более лёгким победам. Он повелел назвать Козельск «злым городом»: «Оттоудоу же воу татарѣхъ не смѣють его нарещи град Козлескъ, но град злый, понеже бишася по семь недѣль».

Больше 200 лет продлится тяжёлое и унизительное для Руси татаро-монгольское иго. Князья будут выплачивать дань и ездить в Орду за ярлыками на княжение. Лишь в XV веке, объединившись, русские княжества смогут отстоять свою независимость.

[Историк. РФ]

http://историк.рф/history_day/25-%d0%bc%d0%b0%d1%80%d1%82%d0%b0-1238-%d0%b3%d0%be%d0%b4%d0%b0-%d0%bd%d0%b0%d1%87%d0%b0%d0%bb%d0%b0%d1%81%d1%8c-%d0%b3%d0%b5%d1%80%d0%be%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d 0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%be%d0%b1%d0%be/
http://fanstudio.ru/archive/20170326/58hdKY1q.jpg
Монголо-татарские войска начали осаду Козельска — небольшого русского города на реке Жиздре в Черниговском княжестве. Жители Козельска решили на совете: «Наш Князь младенец, но мы, как правоверные, должны за него умереть, чтобы в мире оставить по себе добрую славу, а за гробом принять венец бессмертия». И началась беспримерная по накалу осада.

Весенняя распутица превратила город в островную крепость, и храбрые козельчане умело этим пользовались. Когда захватчики стенобитными машинами разрушили часть крепостных стен и ворвались на вал, небольшая козельская дружина сумела оказать им яростное сопротивление. Козельчанам удалось уничтожить стенобитные машины. Тысячи воинов Батыя остались под стенами города. Только, дождавшись подкрепления, кочевники сумели уничтожить защитников города и жестоко расправились над непокорным городом. Малолетний князь Василий, по сведениям летописца, утонул в крови. Козельск отнял у Батыя семь недель. Разъярённый хан запретил само наименование города и приказал называть Козельск «злым городом».
http://историк.рф/wp-content/uploads/2017/02/2503-1.jpg

[Алексей Волынец]

http://rusplt.ru/wins/geroicheskaya-oborona-kozelska-22432.html
24 марта 2016, 00:00
Русские победы, История

Героическая оборона Козельска
http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/2503_oborona_kozelska_620.jpg
Оборона Козельска. Миниатюра 16 века из Никоновской летописи

Монголы вторглись на Русь в самом конце осени 1237 года. Уже в декабре пала Рязань, в январе 1238 года захватчики разорили Коломну и Москву. Раздробленность древнерусских княжеств не позволила отразить нашествие кочевой империи соединёнными силами — сопротивление монголам в первом походе на Русь оказали лишь дружины и ополчения северо-востока.

В феврале 1238 года войска хана Батыя захватили Владимир, в следующем месяце — Переславль-Залесский, Тверь и Торжок. Начавшаяся весна с приближавшейся распутицей и вскрытием рек ото льда не позволила монголам идти на Новгород, они повернули на юг, в степи, разделившись на несколько отрядов.

Так в конце марта 1238 года основные силы захватчиков, во главе с самим ханом Батыем и лучшим полководцем Чингисхана нойоном Субэдэем, оказались на реке Жиздре у стен города Козельска (ныне райцентр в Калужской области). Восемь веков назад этот небольшой город с населением всего в 4 тысячи человек был столицей отдельного княжества, которым на момент монгольского вторжения номинально правил 12-летний князь Василий Титович.

По оценкам историков монгольские войска вышли к стенам Козельска 25 марта 1238 года. В тот момент захватчики не предполагали, что осада небольшого городка затянется почти на два месяца, до мая.

Рязань монголы штурмовали 6 дней, Владимир и Москву — 5 дней, Торжок они осаждали 2 недели. И лишь Козельск надолго задержал основные силы батыевой армии. Подойдя к стенам города с 10-тысячным отрядом, Батый предложил горожанам сдаться, те ответили отказом. Древнерусский летописец так говорит об этом: «Козляне же совет сътворише — не вдатися Батыю, рекше, яко аще князь наш млад есть, но положим живот свои за него и здесь славу сего света приимше, и там небесные венца от Христа бога приимем».

Началась упорная осада — 10 тысячам опытных монгольских воинов противостояли все горожане, вставшие на укрепления города. Используя осадные машины и камнемёты (русские летописцы их именуют «пращами»), захватчики сумели сделать проломы в стенах, но, как пишут летописцы, «бысть брань велика и сеча зла», монголам не удалось ворваться в горд — «Козляне же ножи резахуся с ними».

В жестоких рукопашных схватках, когда дело дошло даже до засапожных ножей, жители Козельска не только отбили штурм, но и провели успешную вылазку. Им удалось уничтожить часть осадных машин Батыя, как пишет древнерусский летописец: «И исшедше изъ града, исѣкоша праща ихъ, нападше на полъкы ихъ…»

[А. Ю. Карпов]

http://www.portal-slovo.ru/history/44454.php
25.06.2011

«О глухое царство осквернённое!» — такими словами, по летописи, обличал владычество татар князь-мученик Василько Константинович в 1238 году (1). Слова эти несли в себе вполне ясный смысл для древнерусского книжника, имея в виду прежде всего идолопоклонство татар: осквернённое жестокими убийствами и пролитием христианской крови, татарское «царство» оставалось глухо не только к Слову Божию и божественным законам и установлениям, но и к людским мольбам («глухота», невосприимчивость к молитвенному обращению, — таково, по убеждению христианских апологетов, первейшее свойство языческих «кумиров»). В нашем же сегодняшнем понимании к этому прибавляется ещё одно значение летописного выражения: «глухота» татарского «царства» выражалась и в том, что победители и побеждённые изначально не способны были расслышать и понять друг друга, ибо не просто говорили на разных языках, но и мыслили принципиально разными, даже противоположными категориями. И если татарам, особенно на первых порах, вовсе не обязательно было понимать своих «улусников» и «служебников» — довольно было того, что они диктовали им свою волю и требовали от них беспрекословного повиновения во всём, то русским князьям и правителям других подвластных татарам стран приходилось приспосабливаться к новым для себя условиям существования под пятой жестоких завоевателей, принимать их условия, учиться понимать те требования, которые предъявлялись ими, и исполнять эти требования таким образом, чтобы не вызвать гнева и раздражения татарских «царей» и вместе с тем по возможности облегчить собственную участь и участь людей своих княжеств. А для этого в первую очередь надо было научиться правильно вести себя в Орде. Рассказы о пребывании русских в ставке Батыя позволяют не только глубже понять существо ордынского ига, но и увидеть правителя Орды глазами его новых подданных — русских князей и сопровождавших их лиц, со слов которых и записывалось то, что попадало затем в летопись.

Всего в русских летописях сохранились упоминания о шестнадцати поездках русских князей в Орду за время правления Батыя и его ближайших преемников — Сартака и Улагчи (1242—1258); большинство из них были коллективными — в них принимали участие двое или больше князей. При этом в пяти случаях князьям приходилось ехать ещё дальше — в ставку великих ханов в Монголии. Из русских источников известно о пребывании в Орде за это время пятнадцати князей; некоторые из них ездили на поклон к ханам не по одному разу. Так, ростовский князь Борис Василькович совершил шесть таких поездок (в 1244, 1246, 1250, 1256, 1257 и 1258 годах; он и скончается в Орде, но позже — в 1277 году); сын Ярослава Всеволодовича великий князь Александр Невский — четыре поездки (в 1247—1249 годах в Монголию и в 1252, 1257 и 1258 годах; в 1262 году он снова отправится в Орду, к хану Берке, и вернётся на Русь осенью следующего года смертельно больным); его брат Андрей Ярославич ездил в Орду трижды (в 1247—1249, 1257 и 1258 годах); ростовский князь Глеб Василькович — тоже трижды (в 1244, 1249 и 1256—1257 годах; из последней поездки в Монголию, к великому хану Менгу, он привезёт жену — принявшую православие монгольскую княжну); дважды ездили в Орду великий князь Ярослав Всеволодович (первым из русских князей в 1243 году и в 1245—1246 годах; во время последней поездки в Монголию он будет отравлен, и из Каракорума на Русь в 1247 году привезут его бездыханное тело) и его брат великий князь Святослав Всеволодович (в 1245 и 1250 годах); по одному разу — сыновья Ярослава Всеволодовича Константин (в 1243 году совершивший поездку в Каракорум и оставшийся затем в Орде у Батыя в качестве заложника) и Ярослав (1258), Владимир Константинович Угличский и Василий Всеволодович Ярославский (1244), Иван Всеволодович Стародубский (1245), сын Святослава Всеволодовича Дмитрий (1250, вместе с отцом), Даниил Романович Галицкий (1245/46) и Михаил Всеволодович Черниговский (убит в Орде в 1246 году). Ещё один князь, Олег Игоревич Рязанский, пребывал в Орде в качестве пленника в течение пятнадцати лет (с 1237/38 до 1252 года) и в 1242 году был послан Батыем в Каракорум (вернулся в следующем, 1243 году). Мы привели здесь сведения только за указанные годы; впоследствии число поездок русских князей в Орду увеличится: так, например, тот же Глеб Василькович ещё трижды ездил в Орду (в 1268, 1271 и 1277—1278 годах), не отставая в этом от старшего брата Бориса. Ростовским князьям, сыновьям убитого татарами князя Василька Константиновича, вообще приходилось чаще других иметь дело с новыми хозяевами Руси, и они старались обратить эту «дружбу» с «погаными» во благо своих подданных. «Сей [Глеб] от юности своей, с самого нашествия поганых татар и пленения ими Русской земли, начал служить им и многих христиан, обидимых от них, избавил (надо полагать, выкупил из неволи. — А. К.)», — писал о Глебе Васильковиче ростовский летописец. Но служение татарам и «дружба» с ними имели и оборотную сторону. Ростов при Васильковичах превратится в едва ли не «татарский» город, в котором татары будут чувствовать себя весьма вольготно, почти как у себя дома. Стоит сказать и о другом. В числе прочих ростовские князья, и в частности Глеб Василькович, будут участвовать в войнах, которые внук Батыя хан Менгу-Темир вёл на Северном Кавказе против своих врагов — правителей монгольского Ирана, причём участвовать не только по обязанности «улусников» татарского «царя», но и по собственной воле. В этой совершенно чужой для русских внутренней монгольской войне обильно лилась и русская кровь, и кровь враждебных монголам ясов (алан) и других кавказских народов.

Иным русским князьям удавалось сделать в Орде головокружительную карьеру. Так произошло, например, с ярославским князем Фёдором Ростиславичем, прозванным Чёрным, из рода смоленских князей (впоследствии он будет причтён на Руси к лику святых). Правда, и его история относится ко временам более поздним, чем времена Батыя. Как и его сват Глеб Василькович, Фёдор принимал самое деятельное участие в войнах ордынского хана Менгу-Темира на Северном Кавказе. В 1277 году в составе объединённой русско-татарской рати он ходил на ясский город Дедяков: русские тогда «полон и корысть велику взяша, а супротивных без числа оружием избиша, а град их огнём пожгоша», за что удостоились «похвалы» ордынского «царя»; годом позже Фёдор опять воевал вместе с татарами в Болгарской земле. Менгу-Темир, а особенно его «царица» «вельми полюбили» русского князя «мужества ради и красоты лица его»; «он же всегда у царя предстояше и чашу подаваше ему», — рассказывает Житие князя, составленное в XV веке в Ярославле. Должность чашника считалась в Орде весьма почётной. Изгнанный из Ярославля своей тёщей, княгиней Ксенией, и боярами (посадившими на престол после смерти его первой жены сына от этого брака Михаила), Фёдор надолго обосновался в Орде. Здесь он женился вторым браком на принявшей православие татарской царевне, дочери Менгу-Темира, на что было получено благословение от самого константинопольского патриарха. Этот брак, устроенный стараниями татарской «царицы», ещё больше упрочил его положение: хан приказал прислуживать на его свадьбе «князьям и боярам русским», сам «одарил златом и сребром и бисера множеством» и держал всегда при себе: «повеле ему садиться противу себе, потом паки повеле ему дом устроити и вся вдати ему на потребу домовную, елико довлеет (подобает. — А. К.) его господству». В Орде у Фёдора родились сыновья Давыд и Константин (также впоследствии причтённые к лику святых). При поддержке нового хана Туда-Менгу он вернул себе княжение в Ярославле, причём его возвращение в город сопровождалось жестокими расправами над теми, кто прежде отказывался принять его: «…И царёва двора прииде с ним множество татар; и кои быша были ему обиды от гражан, и он же царёвым повелением мьсти обиду свою, а татар отпусти в свою землю в Орду с честию великою к царю». Не раз вместе с другими князьями ходил Фёдор в Орду, не раз наводил на Русь татарские рати, принимавшие участие в жестоких междоусобных войнах, — и вновь горели русские города и сёла, гибли сотни, если не тысячи людей, а князья делили власть над истерзанной и разорённой Русской землёй… Биография Фёдора Чёрного всё же уникальна — хотя бы потому, что через много лет после его смерти, в последние годы существования независимого Ярославского княжества (60-е годы XV века), его обретённые мощи неожиданно для всех проявили дар чудотворения. Но путь, избранный им в глухие годы татарского владычества, — путь раболепного «служения», угодничества правителям Орды, вовлечения их в свои счёты и междоусобные брани, — избирали тогда многие…

Насколько полными можно признать сведения летописей о поездках русских в Орду? Книжники Северо-Восточной Руси писали почти исключительно о своих князьях; их путешествия, по крайней мере за указанный период, фиксировались весьма тщательно, и здесь пропуски маловероятны. Но вот относительно князей, правивших другими областями Руси, этого сказать нельзя. Так, например, ни в Лаврентьевской, ни в какой-либо другой северорусской летописи нет упоминаний о поездке к Батыю галицкого князя Даниила Романовича (о чём подробно рассказывается в Ипатьевской летописи). Ещё более показательно сравнение русских летописей с теми данными, которые приводит Плано Карпини. Итальянский монах-францисканец, посол к монголам римского папы Иннокентия IV, побывал в ставке Батыя дважды: покинув Киев 4 февраля 1246 года, он со своими спутниками прибыл к Батыю 4 апреля, а уже 8 апреля, в самый день Пасхи, вынужден был отправиться дальше, в Каракорум; на обратном пути, выехав из ставки Гуюка 13 ноября того же 1246 года, он достиг ставки Батыя 9 мая 1247 года и вскоре, после повторной аудиенции, поехал домой и окончательно покинул страну татар 9 июня, когда благополучно добрался до Киева. В своей «Истории монгалов» он счёл нужным назвать поимённо всех, с кем встречался в ставках Батыя и великого хана Гуюка и по пути к ним; его сведения точны, поскольку Плано Карпини важно было подтвердить достоверность своих слов, «чтобы не возникло у кого-нибудь сомнения, что мы были в земле татар». Он называет не только князей, но и купцов, воевод и вельмож, отдельных священников и слуг. Так вот Плано Карпини упоминает девять русских князей, встреченных им или его спутниками «в Татарах» за год с небольшим (февраль 1246 — июнь 1247 года), и в отношении пяти или шести из них по летописям также известно, что они в это время находились в Орде (2); о путешествиях к Батыю троих или четверых (3) летописи не сообщают. Наверное, примерно таким же было соотношение известных и не известных нам поездок в Орду русских князей и за другие годы.

Надо сказать, что уже при Батые в его ставке и ставках других монгольских правителей образовались целые русские колонии из людей, более или менее постоянно здесь проживавших. Конечно, в первую очередь, это были пленники и пленницы, насильно вывезенные из русских земель, — рабы, слуги и служанки, рядовые воины, женщины, отданные на потребу проезжающим на многочисленных ямах и постоялых дворах, а также ремесленники. Подавляющее большинство жило в ужасающих условиях. «…Их бьют, как ослов, — писал о пленниках татар Плано Карпини. — …Они мало что едят, мало пьют и очень скверно одеваются, если только они не могут что-нибудь заработать в качестве золотых дел мастеров и других хороших ремесленников… Другие же, которых держат дома в качестве рабов, достойны всякой жалости: мы видели, как они весьма часто ходят в меховых штанах, а прочее тело у них всё нагое, несмотря на сильнейший солнечный зной, зимою же они испытывают сильнейший холод. Мы видели также, что иные от сильной стужи теряли пальцы на ногах и руках; слышали мы также, что другие умирали или также от сильной стужи все члены тела их становились, так сказать, непригодными». Лишь немногим ремесленникам, особо выдающимся мастерам своего дела, удавалось добиться лучшей доли. Тот же Плано Карпини рассказывал о русском мастере золотых дел Косьме, которого он встретил в ставке Гуюка в Монголии: тот жил при дворе великого хана и был очень любим им. Косьма по существу спас Плано Карпини и его спутников, которым без его помощи пришлось бы совсем худо: в ставке Гуюка они провели месяц «среди такого голода и жажды, что едва могли жить, так как продовольствия, выдаваемого на четверых, едва хватало одному», и если бы не Косьма, писал Плано Карпини, «мы, как полагаем, умерли бы». Этот русский мастер изготовил драгоценный трон для великого хана Гуюка, а также печать — и то, и другое он показал Плано Карпини, причём разъяснил и надпись, вырезанную им на печати. Помимо Косьмы, в ставке Гуюка пребывали также другие русские и венгры, в том числе знающие «по-латыни и по-французски»; иные из них знали и монгольский язык, так как «неотлучно пребывали с ними (монголами. — А. К.) некоторые двадцать лет (то есть ещё со времени битвы при Калке. — А. К.), некоторые десять, некоторые больше, некоторые меньше». Гильом Рубрук, проведший зиму, весну и часть лета 1254 года в ставке великого хана Менгу, близ Каракорума, упоминает об одном молодом русском, который «умел строить дома, что считается у них (монголов. — А. К.) выгодным занятием». Он женился на некой пленнице-венгерке, принадлежавшей ко двору одной из жён Менгу; эта венгерская женщина рассказывала Рубруку «про неслыханные лишения, которые вынесла раньше, чем попасть ко двору; но теперь она жила вполне хорошо».

Поскольку русским князьям приходилось часто ездить в Орду и подолгу жить там, они старались окружить себя своими людьми — по большей части русскими и половцами, которые в их отсутствие оставались среди татар, были в курсе всего, что происходило, и могли предупредить своего князя о грозящей опасности или, наоборот, представить выгоды того или иного предприятия. Далеко не всегда они жили дружно; вражда между князьями распространялась и на их слуг, и порой приближённые одного князя чинили козни другому (со случаями такого рода мы ещё встретимся в дальнейшем повествовании). Значительную часть русской колонии и в Сарае, и в кочевых ставках татарских «царей» и «царевичей» составляли купцы, а также православные священники, которые совершали необходимые службы и требы. «Русских клириков» неоднократно упоминает тот же Плано Карпини; именно они, как правило, были посредниками в его общении с татарами, передавали ему важные сведения об их истории (иногда, правда, совершенно фантастические) и рассказывали о том, что происходило в Орде. Порой они оказывались даже в привилегированном положении, входили в окружение как самого Батыя и его сына Сартака (благоволившего к христианам), так и Гуюка. При Батые русский язык стал одним из официальных, дипломатических языков Орды, а потому на службе у монгольских правителей состояли русские секретари, писцы и переводчики, толмачи. Когда Плано Карпини предъявил Батыю буллу папы Иннокентия IV, то она была тут же переведена «на письмена русские и сарацинские (здесь: персидские. — А. К.) и на письмена татар (то есть на уйгурицу, которую использовали монголы. — А. К.)». Точно так же когда монахам-францисканцам в ставке Гуюка была передана ответная грамота великого хана, то их прежде всего спросили, «есть ли у господина папы лица, понимающие грамоту русских или сарацинов или также татар». Очевидно, что в случае положительного ответа на этот вопрос переговоры с папой могли бы проходить легче, с меньшим числом посредников (другое дело, что эти переговоры изначально были обречены на неудачу). И Батый, и Гуюк вполне доверяли своим русским секретарям и полагались на их умение составлять официальные документы. Но подобное доверие было подтверждено многократно доказанной на деле преданностью, услужливостью, готовностью неукоснительно исполнить любое повеление хана.

Доказывать же это приходилось постоянно, и всем без исключения. История общения русских, да и не только русских князей с татарами наполнена многочисленными примерами унижений и обид, лести и раболепства, а также жестоких расправ и казней, на которые хозяева Улуса Джучи никогда не скупились. В этой череде драм и трагедий, мелких интриг и постоянного угодничества, а порой отчаянного мужества и даже безрассудства проступает и личность самого Батыя — то милующего (но, разумеется, на свой лад — так что порой милость эта оборачивалась ещё большим унижением), то карающего тех, кто приезжал к нему на поклон. Ещё и поэтому свидетельства источников на сей счёт представляют для нас особый интерес.

Когда Ярослав, первым из русских князей, добровольно явился к Батыю, он столкнулся с необходимостью исполнения многочисленных и весьма унизительных обрядов, которые полагались по монгольским законам. Для самих монголов эти обряды были наполнены глубоким сакральным смыслом, но в глазах русских они выглядели лишь данью проклятому идолослужению, недопустимым отступлением от норм православной веры. «Обычай же имели хан и Батый, — писал об этом автор древнерусского Жития князя Михаила Черниговского, — если приедет кто поклониться им, то не велели сразу приводить его к себе, но приказывали волхвам вести его сквозь огонь и кланяться кусту и идолам. А из того, что приносили с собой в дар царю, от всего того брали волхвы часть и бросали сначала в огонь и тогда уже пускали к царю их самих и дары. Многие же князья с боярами своими проходили сквозь огонь и поклонялись солнцу, и кусту, и идолам славы ради света сего, и просил каждый себе владений. Они же (хан и Батый. — А. К.) беспрепятственно давали каждому те владения, которые кто хотел…» Пришлось выполнять все эти унизительные обряды и гордому Ярославу Всеволодовичу. О том, что это было именно так, рассказывал позднее один из его приближённых, половец Сонгур, князю Даниилу Романовичу, причём рассказывал с явным злорадством, предвкушая подобные же унижения галицкого князя:

— Брат твой Ярослав кланялся кусту, и тебе кланяться!

— Дьявол глаголет из уст твоих, — отвечал на это Даниил. — Да заградит Бог уста твои, и не слышно будет слово твоё!

Но исполнять обычаи татарские пришлось и ему, как и всем прочим русским князьям, за очень небольшим исключением. Однако смысл того, что происходило, сами русские далеко не всегда понимали правильно.

О подобных обрядах в ставке татарских ханов (за исключением разве что поклонения загадочному «кусту» (4)) сообщают и другие авторы, побывавшие в Орде, — как христиане, так и мусульмане. Из их свидетельств, вкупе со свидетельствами русских источников, и может быть сложена более или менее ясная картина. Сначала о прохождении сквозь огонь, или о «поклонении огню», как иногда ошибочно трактовали это действо русские.

Известно, что монголы приписывали огню очистительную силу. Они почитают «огненную природу» «превыше всего, ибо они верят, что через огонь всё очищается», — рассказывал побывавший у монголов Бенедикт Поляк. Именно по этой причине «каким бы то ни было послам с дарами, которые они приносят их владыкам, надлежит пройти между двух огней, чтобы яд, если они его принесли, или же дурное намерение очистились». Бенедикту Поляку и Джиовании дель Плано Карпини «в силу некоторых соображений» очень не хотелось исполнять эту унизительную процедуру, однако их заверили в том, что обряд этот совершается «не по какой другой причине, а только ради того, чтобы если вы умышляете какое-нибудь зло против нашего господина или если случайно приносите яд, огонь унёс всё зло». Так что и францисканцам, как позднее послу французского короля Людовика IX Андре Лонжюмо (побывавшему у монголов в 1249—1250 годах), послам алеппского султана (в начале 1259 года), египетским послам ко двору ильхана Абаги, сына Хулагу (в 1271—1272 годах), и всем прочим, тоже пришлось пройти между двух огней, прежде чем они сами и привезённые ими подарки были предъявлены хану. «…Они развели с двух сторон костры и прошли через них с нами, при этом колотя нас палками, — вспоминал о своей первой встрече с монгольскими шаманами посол алеппского султана Ибн Шаддад. — Осмотрев ткани (привезённые в качестве даров. — А. К.), они взяли штуку золочёной китайской материи и отрезали от неё кусок длиной в локоть. От него они отрезали более мелкие куски, бросили их на землю и сожгли в костре».

Но точно так же очистительному действию огня подвергались и сами монголы — в том случае, если кто-то из них, пусть и не по своей воле, нарушал какой-либо из многочисленных запретов, установленных монгольскими законами. Например, «после того, как кто-либо умер, — разъяснял Бенедикт Поляк, — необходимо очистить всё, что относится к его стойбищу». А далее он описал саму процедуру, которая, очевидно, применялась одинаково и в отношении своих, и в отношении чужеземцев: «…Разводят два костра, рядом с которыми вертикально воздвигаются два шеста, на верхушках связанные поясом, к которому прикрепляются несколько кусков букерана (5). Под этим поясом между шестами и кострами надлежит пройти людям, животным и провести юрту. Как с той, так и с другой стороны шестов стоят две заклинательницы (в случае с русскими князьями, вероятно, мужчины-«заклинатели», или «волхвы», как их называли русские. — А. К.), которые брызгают водой и произносят заклинания. А если же повозка, проезжая между огней сломается или если какие-либо вещи с неё упадут, то заклинательницы сразу же берут их по своему праву». Точно так же юрта и всё, что находилось в ней, включая людей, подвергались очищению в том случае, если в юрте, например, кто-либо помочился (что было строжайше запрещено), и т. п. Собственно религиозного смысла этот обряд не имел. Упомянутый выше Андре Лонжюмо попал, например, в весьма непростое положение по той причине, что вёз дары для великого хана Гуюка, но к тому времени когда он въехал в землю монголов, Гуюка уже не было в живых; следовательно, в глазах монголов его дары представляли особую опасность — и потому, что были привезены из чужих краёв, и потому, что предназначались мёртвому человеку. «Отсюда брату Андрею и его товарищам надлежало пройти между огнями», — объяснял Гильом Рубрук. Сам же Рубрук всячески отрицал перед монголами, что выполняет посольскую миссию, подчёркивал свою принадлежность к монашескому ордену, своё нестяжание богатств, а потому был освобождён от процедуры «огненного очищения»: «От меня ничего подобного не требовали, так как я ничего не принёс».

Не имел религиозного смысла в глазах монголов и обряд преклонения перед великим ханом, также упомянутый в Житии Михаила Черниговского и других русских источниках. Этот обряд был обязателен для всех, кто желал видеть хана или его наместника, правителя той или иной области Монгольской империи (применительно к русским князьям — Батыя или его преемников, правителей Золотой Орды). Введённый в 1230 году по образцу китайской церемонии коленопреклонения перед императором, он заключался в том, что явившийся ко двору хана должен был стать на оба колена и коснуться земли лбом, опершись о землю ладонями рук. При этом поклонение совершалось как перед живым ханом (или его заместителем), так и перед изображением великого основателя Монгольской империи. Священное изображение Чингисхана находилось в ставке великого хана в Монголии, а потому и поклонение ему носило символический характер — поклоны обращались в сторону юга («на полдень») или на восток. «Этому… идолу кланяются на юг, словно Богу, — рассказывал поляк Бенедикт, — и этому же многих принуждают, в особенности покорённую знать». По свидетельству западных путешественников, в ставке Батыя также имелось изображение Чингисхана — по одной из версий, чуть ли не его золотая статуя. Если так, то от прибывших к Батыю иноземных послов и князей завоёванных стран должны были требовать поклонения и этому истукану. Но для христиан подобная церемония — в какой бы форме она ни проводилась и в какую сторону ни обращались поклоны — была неприемлема, поскольку в христианской традиции преклонение на оба колена воспринималось прежде всего (или даже исключительно) как поклонение Богу. Тем более неприемлемо было поклонение рукотворному изображению Чингисхана, что могло быть воспринято не иначе, как идолопоклонство. С точки же зрения самих монголов, как разъясняет современный исследователь, «ситуация выглядела иначе. Поклоняясь фигуре Чингисхана, знатные чужеземцы приобщались к новой социальной среде “Великого монгольского государства”», занимали в ней своё определённое место. А значит, конфликт, «связанный с различным пониманием одного и того же жеста — преклонения колен — в монгольском и европейском (христианском) придворном этикете… был неизбежен» (6). Иными словами, то, что русские и латиняне принимали за идолопоклонство, в глазах монголов было не более чем изъявлением покорности. Но в том-то и дело, что если в религиозной сфере монголы готовы были идти на уступки, позволяя каждому поклоняться своему богу, то во всём, что относилось к сфере власти, к сфере их господства над другими народами, они не признавали никаких компромиссов.

Веротерпимость действительно была отличительной чертой монголов и одной из основ созданного ими государства. Это соответствовало установлениям Чингисхана, сформулированным в его знаменитой ясе — своде утверждённых им правовых норм. «Поскольку Чингис не принадлежал какой-либо религии и не следовал какой-либо вере, он избегал фанатизма и не предпочитал одну веру другой или не превозносил одних над другими», — писал об этом Джувейни. «Он (Чингисхан) приказал уважать все религии и не выказывать предпочтения какой-либо из них», — вторил ему арабский историк первой половины XV века ал-Макризи. Вообще, свидетельств на этот счёт немало, и принадлежат они как мусульманским, так и христианским авторам. Язычники-монголы с почтением относились ко всем богам, требуя от служителей культа — будь то христиане, мусульмане, буддисты или идолопоклонники — лишь одного: дабы те «правым сердцем (то есть искренне. — А. К.) молились Богу за нас и за племя наше и благословляли нас» (как было сформулировано это требование в ярлыке, выданном русскому духовенству в 1267 году внуком Батыя Менгу-Темиром). За это священнослужители всех конфессий освобождались от даней и податей. Но преувеличивать религиозную терпимость монголов и идеализировать их в этом отношении (как это зачастую делают современные исследователи) было бы неверно. Свобода вероисповедания и отправления различных религиозных обрядов допускалась лишь в тех рамках, в каких она не входила в противоречие с собственно монгольскими обычаями. Последние же соблюдались, как правило, с подчёркнутой суровостью (7). Действительно, монголы «никого не принуждают оставлять свою веру, только бы повиновался во всём их приказам», — констатировал поляк Бенедикт. Но в противном случае, то есть тогда, когда религиозные предписания становились помехой исполнению этих приказов, «они принуждают к подчинению насильно или убивают». Того же мнения держался и глава францисканской миссии Плано Карпини. «…Так как они не соблюдают никакого закона о богопочитании, то никого ещё, насколько мы знаем, не заставили отказаться от своей веры или закона», — писал он, но тут же сам указывал на исключение из этого правила. Этим исключением стала трагическая история русского князя Михаила Всеволодовича, убитого в Орде, и именно по религиозным мотивам, — во всяком случае, как это представлялось русским. Всё происходило в ставке Батыя осенью 1246 года, как раз тогда, когда сам Плано Карпини со своими спутниками, покинув владения Батыя, пребывал в Монголии, в ставке нового властителя Монгольской империи великого хана Гуюка. С особой силой и исключительной остротой история Михаила Черниговского иллюстрирует ту трагедию непонимания, которая характеризует отношения, сложившиеся между завоевателями и завоёванными, прежде всего русскими и татарами.

Примечания

1. Статья представляет собой сокращённый фрагмент из книги: Карпов А. Ю. Батый. М., 2011 (серия «ЖЗЛ»). Там же можно найти полный перечень сссылок на источники и литературу.

2. Ярослав Всеволодович, его сын Константин (не назван Плано Карпини по имени), Даниил Галицкий, Михаил Черниговский (убитый в Орде), предположительно рязанский князь Олег Игоревич (у Плано Карпини — Aloha, без указания на город) и, возможно, князь Святослав Всеволодович (см. след. прим.).

3. Это Роман (скорее всего, сын Олега Рязанского), который «въезжал в землю татар» со своими товарищами; «некто из Русии по имени Святополк» (Santopolicus; может быть Святослав Всеволодович?), встретившийся со спутниками Плано Карпини у Мауци (Могучея); казнённый татарами черниговский князь Андрей (вероятно, Андрей Мстиславич, о убиении которого «от Батыя» сообщают и некоторые русские летописи — но без указания на его путешествие в Орду) и его не названный по имени младший брат.

4. По всей вероятности, под словом «куст» летописцы имели в виду шест, ставившийся вблизи ритуальных костров и украшенный кустами ткани (см. ниже).

5. Букеран, или букаран — вид ткани.

6. См.: Юрченко А. Г. Князь Михаил Черниговский и Бату-хан (К вопросу о времени создания агиографической легенды) // Опыты по источниковедению. Древнерусская книжность. Сб. ст. в честь В. К. Зиборова. СПб., 1997; он же. Золотая статуя Чингис-хана (Русские и латинские известия) // Тюркологический сборник. 2001: Золотая Орда и её наследие. М., 2002. С. 250. Описания обряда коленопреклонения имеется во многих источниках, как восточных, так и западных.

7. Особенно тяжело при первых монгольских ханах приходилось мусульманам. Так, например, в подвластных монголам областях под страхом смерти запрещалось совершать омовения в проточной воде, резать баранов в соответствии с предписаниями шариата и т. д. Это делало жизнь мусульман во многих отношениях невыносимой. Крайне неприязненно относился к мусульманам великий хан Гуюк: ходили даже слухи (очевидно, неправдоподобные), будто он намеревался оскопить всех последователей ислама в своих владениях. Вопиющие примеры насилия над религиозными чувствами мусульман приводил армянский историк XIII века Григор Акнерци, расказывая о правлении Хулагу, основателя династии ильханов в Иране. По его словам, Хулагу «отправил во все города мусульманские по две тысячи свиней, приказав назначить к ним пастухов из магометан, мыть их каждую субботу мылом и кроме травы кормить их миндалём и финиками. Сверх того, он приказал казнить всякого таджика (здесь: мусульманина. — А. К.), без различия состояния, если тот отказывался есть свинину». Это также всего лишь слухи, распространявшиеся среди армян, но, как и в предыдущем примере, слухи весьма симптоматичные.

[А. Ю. Карпов]

http://www.portal-slovo.ru/history/44455.php
25.06.2011

Судьба Михаила Всеволодовича, одного из самых деятельных русских князей домонгольского времени, складывалась после нашествия особенно трудно. Вынужденнный бежать от татар из Галицкой Руси (где, напомню, его на время приютил князь Даниил Романович), Михаил с семьёй вновь устремился в Польшу, к своему дяде Конраду Мазовецкому. Это случилось зимой 1240/41 года, сразу же после того, как Михаил получил известие о взятии Киева и наступлении татар на Галицко-Волынскую землю. Но именно в эти зимние месяцы 1241 года татары начали вторжение и на территорию Польши. Узнав об их приближении, Михаил в страхе решает бежать в «землю Вроцлавскую», к сильнейшему из польских князей того времени Генриху II Благочестивому, правителю Силезии (в русской летописи его называли «Индриховичем», то есть «Генриховичем», — по имени его отца Генриха I Бородатого, тоже князя Силезского). Однако в пути, близ некоего «места немецкого, именем Середа» (возможно, имеется в виду польский город Серадз на реке Варте, притоке Одера), он подвергся нападению живших там немцев: «увидели же немцы, что добра много у него, перебили его людей, и добра много отняли, и внучку его убили». Михаил повернул назад; он был в «печали великой», особенно после того, как узнал, что татары уже начали военные действия против того самого Генриха, к которому он направлялся (и которому, напомню, суждено было погибнуть в несчастной для поляков битве у Легницы 9 апреля 1241 года). Не дожидаясь трагической развязки, Михаил возвратился опять к Конраду, а оттуда, через разорённые земли Галицкой Руси, — в сожжённый татарами Киев, где поселился «во острове», близ города, а его сын Ростислав занял Чернигов. Михаил не стал подтверждать мир с Даниилом («не показа правды», несмотря на все добродеяния его, по выражению летописца), а вскоре его сын Ростислав начал войну против галицкого князя и даже занял Галич, но был разбит и бежал в Венгрию. Как пережил Михаил возвращение орд Батыя через Русь на Волгу, мы не знаем. Но претендовать на Киев, переданный Батыем князю Ярославу Всеволодовичу Суздальскому, он не посмел и перебрался в родной Чернигов. Вскоре, узнав о том, что король Бела отдал-таки свою дочь за его сына, Михаил отправился «в Угры», однако ни его сын Ростислав, ни венгерский король не оказали ему достойной чести, а попросту говоря, выгнали его из страны. Оскорблённый в лучших чувствах, князь вынужден был вновь вернуться на Русь.

На этом метания Михаила Всеволодовича как будто закончились. Теперь выбора у него не оставалось; предстояло жить на Руси, а значит, устраивать свои дела с татарами, получать от них ярлык, дававший право на обладание той землёй, которая принадлежала ему по праву рождения, по праву принадлежности к роду черниговских князей. После того как князь вернулся в Чернигов, продолжает свой рассказ летописец, он «оттуда поехал к Батыю, прося волости своей у него». В этой поездке его сопровождали пятнадцатилетний внук Борис (сын его дочери Марии, вдовы убитого татарами ростовского князя Василька Константиновича) и боярин Фёдор (названный в некоторых редакциях Жития «первым воеводой княжения его»), а также приближённые, свита. Шёл сентябрь 1246 года; следовательно, Михаил направлялся к Батыю по пути, проторенному до него другими князьями — и не только князьями Северо-Восточной Руси, но и его давним недругом, а затем и покровителем, шурином Даниилом Романовичем Галицким, побывавшим у Батыя раньше.

Различные редакции Жития князя Михаила Черниговского рассказывают, что перед тем, как отправиться на поклон к Батыю, князь вместе с боярином Фёдором пришёл за благословением к своему духовнику (в некоторых поздних редакциях он назван по имени — епископ Иоанн), и тот стал наставлять его:

— Многие поехавшие (к Батыю. — А. К.) исполнили волю поганого, прельстившись славою света сего: прошли сквозь огонь, и поклонились кусту и идолам, и погубили души свои. Но ты, Михаиле, если хочешь ехать, не сотвори так: не проходи сквозь огонь, не поклоняйся кусту и идолам их, ни брашна, ни питья их не принимай в уста свои. Но исповедай веру христианскую, ибо не достойно христианам кланяться никакой твари, но только Господу Богу Иисусу Христу!

В этих словах изложена программа полного неприятия татар, неприятия их законов, их «правил игры», их господства над Русью. Запрещалось даже общаться с ними, вкушать одну пищу! Надо полагать, что эта программа отражала взгляды многих — как простых людей, так и князей и иерархов Церкви. Но она обрекала князя Михаила — равно как и любого, кто готов был последовать наставлениям черниговского духовника, — на верную гибель.

(Впрочем, само появление эпизода с духовником князя может объясняться и данью агиографической традиции. Показательно, что в тех редакциях Жития, в которых имеется этот эпизод, полностью затушёвана политическая составляющая поездки Михаила в Орду: его решение ехать к Батыю объясняется исключительно желанием князя «обличити прелесть его», что конечно же весьма далеко от действительности.)

О том, как развивались события в ставке Батыя, куда в сентябре 1246 года прибыл Михаил, мы знаем из разных источников — как русских (летописи, различные версии княжеского Жития), так и иностранных (рассказы Плано Карпини и поляка Бенедикта).

Когда Батыю доложили о приезде русского князя, он повелел привести его к себе. Но сначала Михаилу предстояло исполнить те обычаи, о которых мы говорили выше и о которых предупреждал князя его духовник. «Царь же (Батый. — А. К.) призвал волхвов своих, и когда те пришли к нему, сказал им: “Всё, что полагается по обычаю вашему, сотворите князю Михаилу, а потом приведите его ко мне”», — так рассказывает об этом автор княжеского Жития. Волхвы явились за Михаилом: «Батый зовёт тебя»; и тот в сопровождении Фёдора направился к «месту, где был разложен огонь по обе стороны; многие же (прежде Михаила. — А. К.) проходили через огонь, поклонялись солнцу и идолам». «Послал Батый к Михаилу князю, веля ему поклониться огню и болванам их (то есть идолам. — А. К.)» — так, не вполне точно, передано повеление Батыя в Лаврентьевской летописи. По свидетельству русских источников, Михаил отказался от прохождения через костры: «Не творю аз сего: не иду сквозь огонь и не кланяюсь твари». Однако Плано Карпини, знавший обо всём со слов очевидцев, опровергает это. По его словам, «Михаила, который был одним из великих князей русских, когда он отправился на поклон к Бату, они (татары. — А. К.) заставили раньше пройти между двух огней». Получается, что эту крайне неприятную для себя процедуру русский князь всё же вытерпел. Но «после они сказали ему, чтобы он поклонился на полдень Чингисхану», — и вот здесь Михаил оказался непреклонен. Он «ответил, что охотно поклонится Бату и даже его рабам, — продолжает свой рассказ Плано Карпини, — но не поклонится изображению мёртвого человека, так как христианам этого делать не подобает». «Михаил же князь не повиновался велению их, но укорил его и глухие его кумиры» — так изложено это в Лаврентьевской летописи. Житийное же Сказание об убиении в Орде князя Михаила Черниговского и боярина Фёдора дополняет летописный рассказ целым рядом подробностей, причём некоторые из них находят подтверждение в других источниках.

Волхвы оставили Михаила на том месте, до которого они его довели, а сами направились к Батыю и поведали ему, что «Михаил-де повеления твоего не слушает, сквозь огонь не идёт и богам твоим не кланяется». Батый пришёл в великую ярость («взъярився велми») и послал к Михаилу «одного из вельмож своих, по имени Елдега». Этот Елдега, или Ельдеке (из монгольского племени джурьят), принадлежал к числу наиболее доверенных его лиц; Плано Карпини неоднократно упоминает его в «Истории монгалов» и называет «управляющим» Бату. Именно через Елдегу велись переговоры правителя Орды с лицами, прибывавшими в его ставку. Елдега и передал Михаилу слова Батыя:

— Почему повелением моим пренебрегаешь, богам моим не поклонился? Теперь выбирай себе живот или смерть! Если повеление моё исполнишь, жив будешь и всё княжение своё получишь. Если же не пройдёшь сквозь огонь, не поклонишься кусту, ни идолам, то злой смертью умрёшь!

И Михаил сознательно избрал для себя крестный путь, смертную муку, отвечав Батыю через того же Елдегу:

— Тебе, царю, кланяюсь, поскольку тебе Бог поручил царство света сего. А тому, кому поклоняются (то есть идолам. — А. К.), не поклонюсь!

(Или, как переданы слова князя в Ипатьевской летописи: «Раз уж Бог предал нас и волость нашу за наши грехи в руки ваши, тебе кланяемся и почести приносим тебе. А закону отцев ваших и твоему богонечестивому повелению не кланяемся!»)

И сказал на это Елдега:

— Знай, Михаиле, что уже мёртв ты!

Решение князя всецело поддержал только боярин Фёдор. Прочие же, бывшие с Михаилом, всячески отговаривали его и умоляли подчиниться требованиям татар. С «плачем многим» обращался к деду его внук, юный ростовский князь Борис:

— Господине отче! Створи волю царёву!

Также и другие бояре уговаривали князя, обещая все вместе, всею Черниговскою землёй, принять на себя епитимию за невольное его согрешение. Но князь оставался твёрд:

— Не хочу только по имени зваться христианином, а дела поганых творить!

Собралось же на месте том множество людей — как христиан, так и «поганых» (язычников), рассказывает Житие, — и все они слышали то, что отвечал русский князь посланнику Батыя. Михаил сбросил со своих плеч княжеский плащ — зримый символ его земной власти. Вдвоём с боярином Фёдором они причастились Святых даров, которые вручил им перед поездкой в Орду их духовник, и начали петь молитвы. Тут и появились убийцы, посланные от Батыя. «И когда, приехав, убийцы соскочили с коней, они схватили святого Михаила за руки и за ноги и начали бить его руками по сердцу. А потом повергли его ниц на землю и били его пятками». Избиение продолжалось в течение долгого времени, пока один из убийц — заметим, русский, а не татарин, некий «законопреступник, отвергший христианскую веру», по имени Доман, родом путивлец, то есть выходец из Северской земли (принадлежавшей князьям Черниговского дома!), — не довершил начатое злодейство и не прикончил князя: «сий отрезал святому мученику Михаилу честную его главу и отбросил её прочь». Затем убийцы приступили к Фёдору, предлагая ему — если он исполнит их волю — «всё княжение» убитого ими Михаила. Фёдор отказался, предпочёл разделить участь своего князя. Его подвергли тем же мучениям, что и Михаила, а затем, так же, как и Михаилу, отрезали ему голову. Именно отрезали ножом, а не отрубили: это особо оговорил в отношении обоих казнённых Плано Карпини. Такая смерть, как мы знаем, считалась у монголов особенно позорной. Но в глазах русских она уподобляла Михаила многим великим мученикам за веру прежних времён, в частности святому Борису, русскому князю-страстотерпцу, принявшему такую же мученическую смерть в начаале XI столетия.

Смерть Михаила Черниговского и боярина Фёдора случилась 20 сентября, и этот день почитается ныне как день их памяти. Церковное прославление Михаила и Фёдора началось с Ростова — города, в котором правили внуки князя Михаила Всеволодовича Борис и Глеб и мать их Мария Михайловна. Ещё при жизни княгини Марии (умершей в декабре 1271 года) в Ростове была сооружена первая деревянная церковь во имя святого Михаила Черниговского и установлено празднование святым, вскоре распространившееся по всей Русской земле.

Внук Михаила Борис, по всей вероятности, не присутствовал при страшной сцене убийства. Ростовский книжник, автор соответствующей части Лаврентьевской летописи, сообщает о том, что Батый «отпустил князя Бориса к Сартаку, сыну своему», и тот, известный своим благожелательным отношением к христианам, оказал ему «честь» — то есть поступил с ним так, как это было принято в отношении проявивших покорность русских князей: взял у него дары и отправил домой, в Ростов.

Стоит отметить, что русские источники отнюдь не сразу стали открыто обвинять в расправе над Михаилом самого Батыя. В Ростовской (Лаврентьевской) летописи о гибели князя говорится в общей форме, без упоминания о тогдашнем правителе Орды: «…тако без милости от нечестивых заколен бысть и конец житью прият». Это понятно: имя Батыя названо здесь чуть ниже, в сообщении о благополучном «отпуске» им ростовского князя Бориса Васильковича. Нет прямых обвинений в адрес Батыя и в ростовской же по происхождению редакции Жития князя Михаила Черниговского, составленной при жизни его внуков, в 70-е годы XIII века. Там убийцей князя назван Елдега, действующий как бы от собственного имени: «Некто же от вельмож царя того, глаголемый Елдега, повеле мучити его (Михаила. — А. К.) различными муками и посем повеле честную его главу отрезати». И лишь в тех текстах, которые не были связаны происхождением с Ростовом — местом первоначального церковного прославления князя Михаила и боярина Фёдора, — обвинения в адрес Батыя звучат в полную силу. Так в Галицко-Волынской (Ипатьевской) летописи: «Батый же, яко свирепый зверь, разъярившись, повеле заклати [князя Михаила], и заклан (убит. — А. К.) бысть беззаконным Доманом Путивльцем нечестивым…» Слова о «великой ярости» Батыя повторены и в тех редакциях Жития князя Михаила и боярина Фёдора, которые также имеют не ростовский, а общерусский характер.

Современные исследователи ещё больше усложняют картину. Дело в том, что какую-то роль во всём произошедшем сыграли люди суздальского князя Ярослава Всеволодовича (к тому времени находившегося в Монголии, куда он был послан Батыем для участия в избрании великого хана Гуюка). Но какова была их роль, сказать трудно. Известно, что Михаил и Ярослав были непримиримыми врагами; вражда эта началась ещё с их соперничества за Новгород в 20-е годы XIII века и продолжалось до самой их смерти. Именно Ярослав получил от Батыя ярлык на Киев — а на этот город, напомню, претендовал и Михаил Черниговский. Понятно, что для Ярослава черниговский князь оставался опасным конкурентом. Батый же в русских делах поставил на Ярослава, но, поддерживая суздальского князя, он, наверное, был не прочь сыграть на противоречиях, существовавших между ним и другими русскими князьями. Плано Карпини, описывая гибель Михаила в целом весьма схоже с летописью (что и неудивительно, ибо его информаторами были, главным образом, русские), сообщает, однако, ряд удивительных подробностей. Он тоже утверждает, что Михаилу неоднократно предлагали исполнить положенные обряды. Но оказывается, что в роли посредника выступил сын суздальского князя. Речь идёт о Константине, который находился в ставке Батыя на положении заложника, обеспечивая безусловную лояльность отца. (Это было обычной практикой монголов: у тех князей, «которым они позволяют вернуться, — объяснял Плано Карпини в другом месте, — они требуют их сыновей или братьев, которых больше никогда не отпускают, как было сделано с сыном Ярослава, неким вождём аланов и весьма многими другими».) По всей вероятности, Константин сумел заслужить доверие Батыя, поскольку именно ему было поручено сообщить Михаилу, «что он будет убит, если не поклонится». Но и Константину черниговский князь отвечал то же, что и другим, — «что лучше желает умереть, чем сделать то, чего не подобает». Само убийство Плано Карпини описывает схоже с летописью: князя били «пяткой в живот (или, по версии Бенедикта Поляка, в грудь. — А. К.) так долго, пока тот не скончался». Но при этом убийцей он называет какого-то «приближённого» (или, в другом переводе, «телохранителя»), который, как выясняется, убивал черниговского князя «вопреки своему желанию». Более того, латинский текст «Истории монгалов» можно понять в том смысле, что речь идёт о «приближённом» не Батыя, но князя Ярослава Всеволодовича!

Насколько верно такое понимание текста? И что оно меняет в наших представлениях о судьбе несчастного Михаила?

Сначала о самой возможности участия людей Ярослава в убийстве черниговского князя. Какие-то «приближённые» Ярослава, несомненно, оставались в ставке Батыя и после того, как их князь уехал в Монголию. Они входили в окружение совсем ещё молодого Константина Ярославича (ко времени описываемых событий ему было около двадцати лет или едва за двадцать). Одним из них был известный нам Сонгур (или Сангор), «воин из Руссии… родом коман (половец. — А. К.), но теперь христианин», как характеризует его Плано Карпини. Это тот самый Сонгур, «человек Ярослава», который несколькими месяцами раньше позволил себе с дерзостью говорить с князем Даниилом Галицким. По свидетельству Плано Карпини, он был приставлен к сыну Ярослава, «как и другой русский, бывший нашим толмачом у Бату, из земли Суздальской». Кроме того, у нас имеются сведения, что в Орде в это время находилась жена Ярослава Всеволодовича, и эта женщина тоже была близка ко двору Батыя и пользовалась его доверием (1). Рядом с ней должны были находиться лица, вполне преданные Ярославу. С одним из таких людей — неким Угнеем (судя по имени, также половцем), выехавшим из Орды той же осенью 1246 года и направлявшимся в ставку Гуюка в Каракорум, — Плано Карпини встретился на обратном пути; этот Угней отправился в Монголию «по приказу жены Ярослава и Бату». Наверное, нельзя исключать, что кто-то из приближённых Ярослава, его сына или жены — вместе с людьми Батыя или того же Елдеги — мог участвовать в расправе над Михаилом и Фёдором. В принципе, ничего нового здесь нет: ведь из русских источников мы и без того знаем, что одним из убийц Михаила (и даже главным его убийцей!) был русский — некий Доман «Путивлец». Если же учесть, что версии русского летописца и итальянского автора восходят к одному источнику — рассказам русских очевидцев ордынской трагедии, — то нет ничего невероятного и в предположении, что Плано Карпини, говоря об убийце Михаила — каком-то «приближённом» князя Ярослава Всеволодовича, — имеет в виду того самого Домана, которого в той же связи называет Галицко-Волынская летопись. Правда, этот Доман был выходцем из Северской земли — но мало ли таких выходцев из разорённых черниговских и северских земель в первые десятилетия после нашествия вынуждены были покинуть свои дома? Многие переселялись в Суздальскую землю (раньше других оправившуюся от татарского погрома); некоторые оказались на службе у суздальских или галицких князей, другие были уведены в Орду, а кое-кто, наверное, отправился туда добровольно. Важно и другое. Независимо от того, как понимать фразу Плано Карпини и чьим «приближённым» или «телохранителем» был убийца князя Михаила, приказ об убийстве отдал Батый. Иначе быть просто не могло: убийство в ставке правителя Орды без его на то воли само по себе являлось тягчайшим преступлением. Да и совершил своё чёрное дело этот палач, исполнитель чужой воли, «вопреки своему желанию» — во всяком случае, если верить тому же Плано Карпини.

Между тем современные исследователи, опираясь в том числе на свидетельство итальянского монаха, а также на соображения отвлечённого характера и разного рода логические допущения, всё чаще склоняются к полному пересмотру традиционной версии убийства князя Михаила Черниговского. «Отказ от тех или иных требований посольского церемониала не мог повлечь за собой позорную смерть князя, — утверждает, например, А. Г. Юрченко, автор одного из наиболее глубоких исследований этой истории. — …Если мы примем мотивировку события в соответствии с агиографической легендой, то должны признать случай с Михаилом единственным в своём роде фактом религиозного принуждения… Скорее всего, русская версия трагической истории князя Михаила является от начала до конца вымышленной; в противном случае она имела бы повторы» (2). В поисках истинных причин случившегося историки обращаются к различным сторонам жизни самого Михаила и его взаимоотношениям с татарами и русскими князьями. Убийство князя связывают то с его мнимыми тайными переговорами с папской курией, о чём будто бы стало известно Батыю, то с местью за убийство татарских послов во время его княжения в Киеве, то, наконец, с его давней ссорой с князем Ярославом Всеволодовичем, которого решительно поддержал Батый, позволивший людям суздальского князя расправиться с их врагом, — но только не с его отказом поклониться идолу Чингисхана. Но можно ли согласиться с такой резко негативной оценкой русской версии (подтверждённой к тому же свидетельством монахов-францисканцев)? Мне представляется, что нет.

Как видно из приведённой выше цитаты, историки в подтверждение своих слов ссылаются прежде всего на исключительность расправы над Михаилом (что, между прочим, отмечал ещё Плано Карпини!). Однако поведение Михаила в ставке Батыя стоит сравнить не только с поведением там же других русских князей — например, Ярослава Всеволодовича, Даниила Галицкого или Александра Невского, которые сумели сохранить жизнь и добиться благорасположения правителя Орды. Случалось и по-другому. В нашем распоряжении имеется подробный рассказ об очень похожем инциденте, произошедшем менее чем через год после убийства князя Михаила, в конце весны — летом 1247 года, в Армении, в ставке предводителя монгольских войск в этой части их державы Бачу-нойона. Рассказ этот принадлежит монаху Симону де Сент-Квентину, участнику посольства монахов-доминиканцев во главе с братом Асцелином, отправленных папой Иннокентием IV в очередной попытке наладить контакты с завоевателями-татарами. Когда Асцелин со своими спутниками прибыл в ставку Бачу-нойона (а случилось это 24 мая, в самый день памяти святого Доминика, основателя ордена), ему было заявлено буквально следующее:

— Если вы хотите видеть лицо нашего государя (Бачу-нойона. — А. К.) и вручить ему грамоту вашего государя (папы. — А. К.), то должны поклониться ему как сыну Божию, царствующему на земле, преклоня пред ним три раза колено; ибо хан, сын Божий, царствующий на земле, повелел нам, чтобы все, сюда приходящие, поклонялись князьям его, [Бачу]-нойону и Батыю (отметим это упоминание имени правителя Улуса Джучи. — А. К.), как самому ему, что мы до сих пор исполняем и навсегда твёрдо соблюдать намерены.

У доминиканцев возникло вполне резонное опасение: не является ли то, что им предлагают, идолопоклонством? Сомнения развеял брат Гвихард Кремонский, который хорошо знал нравы и обычаи татар, поскольку до этого семь лет провёл в Тифлисе, под властью татар, в одном из тамошних доминиканских монастырей, и присоединился к посольству позже остальных, уже в пути. «Не бойтесь, чтобы поклонение, требуемое… по повелению хана от всех приходящих сюда послов, было идолопоклонство, — объяснил он братьям. — Но оно означает только покорность святейшего отца (папы. — А. К.) и всей Римской церкви хану». После таких слов члены посольства единодушно отказались совершать поклонение, даже под угрозой смерти, — «как для сохранения чести православной (католической. — А. К.) церкви, так и для того, чтобы не подать соблазна грузинам, армянам, грекам, персам, туркам и всем восточным народам, кои таковое поклонение приняв за знак подданства и долженствуемой некогда платиться от христиан татарам дани, не подали бы тем случая врагам церкви нашей расславить о том с надменностию по всему востоку; также и для того, чтобы христиане, находящиеся у них в плену или в подданстве, не потеряли совсем надежды освободиться от них… и чтобы сим изъявлением покорности… не принести православной церкви посрамления и не показать вида малодушия и страха смерти». Отказ от преклонения колен сильно осложнил положение доминиканцев в ставке нойона. Их всё же не стали лишать жизни, но к Бачу-нойону так и не допустили.

Ситуация с посольством Асцелина выглядит как бы зеркальным отражением того, что произошло с князем Михаилом Черниговским и боярином Фёдором. В самом деле, если черниговский князь и его воевода согласны были признать власть ордынского «царя» и поклониться ему, но решительно воспротивились исполнить кажущиеся им языческими обряды, то монахи-доминиканцы, напротив, рассудили, что к идолопоклонству обряд этот не имеет отношения, но отказались совершать его именно потому, что увидели в нём форму изъявления покорности монголам. Итог же для тех и других едва не оказался одинаковым. Симон де Сент-Квентин сообщает, что Бачу-нойон трижды принимал решение о казни строптивых доминиканцев, то собираясь убить всех, то лишь двоих, а двоих отослать домой, то угрожая содрать с Асцелина кожу и, набив её соломой, послать в назидание папе. Спасло Асцелина и его спутников лишь то, что они были послами, а монголы никогда не убивали послов (3). (Ибо в случае такого убийства любой монгольский военачальник, какого бы высокого ранга он ни был, сам заслуживал наказания со стороны верховной власти — о чём, собственно, и напомнил Бачу-нойону один из его приближённых.) Михаил послом не являлся, а потому принцип неприкосновенности в отношении к нему, увы, был неприменим (4). И отказ от выполнения требуемого обряда не мог закончиться для него так же бескровно, как для братьев-доминиканцев. Нюансы же в понимании сути происходящего, сколь существенными ни кажутся они современным историкам, в случае с черниговским князем были не так уж важны. То, что в глазах русских являлось мученической гибелью за веру, в понимании монголов было казнью за нежелание признать власть великого хана и её божественное происхождение. Но на деле это означало одно и то же.

Справедливости ради отметим, что поведение самого Батыя в этой кровавой истории выглядит отнюдь не столь однозначным, как это обыкновенно представляется. «Разъярившийся», «яко свирепый зверь» (по словам автора Галицко-Волынской летописи), он далеко не сразу отдал приказ убить Михаила. В традициях монголов вообще было тщательно расследовать любое преступление. Виновного обычно наказывали смертью лишь после того, как убеждались, что он совершил преступление намеренно, а не по незнанию или случайно, — в противном случае наказание было более мягким или же его не было вовсе. Характерный пример, подтверждающий это, можно отыскать в записках Гильома Рубрука. Ему, как и всем, кто являлся в ставку хана, было известно о строжайшем запрете касаться при входе в юрту и при выходе из неё порога или верёвок, на которых она держалась; нарушение этого запрета грозило смертью. Между тем, когда Рубрук пребывал в ставке великого хана Менгу, один из его спутников, пятясь назад и кланяясь великому хану, споткнулся о порог. Стражники, зорко наблюдавшие за порогом, немедленно «наложили на него руки и приказали ему остановиться». Было проведено расследование, в ходе которого выяснялось, предупреждал ли кто-нибудь монахов «остерегаться от прикосновения к порогу» или нет. И хотя подобные предупреждения имели место, Рубрук сумел отговориться тем, что у них не было хорошего толмача и потому понять суть предостережений они не смогли. Этого оказалось достаточно: виновного простили, хотя впоследствии «ему никогда не позволяли входить ни в один дом хана». Вот и черниговского князя неоднократно от имени самого Батыя предупреждали о тех последствиях, которые будет иметь отказ от совершения обряда. К нему посылали то Елдегу, то Константина Ярославича — очевидно, желая удостовериться, что Михаил всё правильно понял и его правильно поняли, и речь идёт не о каком-то недоразумении или ошибке, а об осознанном проступке. Так что Батый — если взглянуть на произошедшее глазами татар — вовсе не проявлял в отношении русского князя какой-то особой свирепости; напротив, он тянул с роковым решением, давал возможность Михаилу оправдаться. И лишь после того, как выяснилось, что черниговский князь действует вполне сознательно и упорствует в своём неприятии воли правителя Орды, участь его решилась. В этой ситуации Батый, всегда строго следовавший монгольским законам, просто не мог оставить его в живых. Как говорится, «ничего личного»…

Наверное, можно сказать, что смерть черниговского князя оказалась на руку Ярославу Всеволодовичу. Но даже если так, воспользоваться ею Ярослав не успел. В том же злосчастном сентябре 1246 года он и сам принял смерть — и тоже от рук монголов, отравленный в ставке тогдашней правительницы Монгольской державы, матери великого хана Гуюка Туракины-хатун, недоброжелательницы Батыя. Случилось это 30 сентября. Так смерть с разницей всего в десять дней соединила двух русских князей, жестоко враждовавших друг с другом при жизни.

В истории России два этих князя олицетворяют собой две линии, две политики во взаимоотношениях с Ордой. Во многом эти линии были противоположны. Ярослав избрал путь беспрекословного подчинения татарам, сотрудничества с ними; в дальнейшем путь этот продолжат его сын Александр Невский, а затем и князья Московского дома. В конечном же итоге этот путь приведёт к тому, что накопившая силы, избавившаяся от разорительных татарских ратей, окрепшая Русь сбросит-таки ненавистное ордынское иго. Путь Михаила был иным — этот путь привёл его к гибели, как должен был привести к неминуемой гибели любого, кто последовал бы за ним. Но для поколений русских людей два эти пути оказались в неразрывном единстве. Подвиг Михаила Черниговского, как и подвиг других мучеников за веру и великих праведников, оправдывал ту далеко не праведную жизнь, которую по большей части приходилось вести в годы татарской неволи русским людям, — оправдывал и давал надежду на то, что Бог помилует Русскую землю и освободит её от жестокого рабства. Наверное, можно сказать и так: без подвига Михаила, без осознания его смерти в Орде как отказа от принятия «поганских» обычаев татар, как подвига во имя веры — великой Куликовской победы не случилось бы точно так же, как и без благоразумной, осторожной, выжидательной политики суздальских, а затем и московских князей. И не случайно, что церковное прославление Михаила Черниговского и боярина Фёдора началось именно с Ростова — города, чьи князья более иных погрязли в угодничестве «поганым» татарам. Как оказалось очень скоро, не только им, но всей Русской земле жизненно необходимо было небесное заступничество новых мучеников за веру.

Смерть Михаила Черниговского оказалась, увы, не единственной смертью русского князя в ставке Батыя. В том же 1246 году здесь произошла ещё одна трагедия, о которой поведал Плано Карпини. «Случилось также в недавнюю бытность нашу в их земле, — писал он, — что Андрей, князь Чернигова… был обвинён пред Бату в том, что уводил лошадей татар из земли и продавал их в другое место; и хотя это не было доказано, он всё-таки был убит». Об убиении «от Батыя» некоего князя Андрея Мстиславича сообщают под тем же 1246 годом и отдельные русские летописи. Правда, Андрей не был черниговским князем. Слова Плано Карпини, по-видимому, надо понимать в том смысле, что он княжил где-то в Черниговской земле, владея одним из небольших уделов. Обвинение, предъявленное ему, было очень серьёзным: по монгольским законам кража лошадей безусловно каралась смертью. Однако Плано Карпини, видимо, не случайно поясняет, что вина русского князя не была доказана: он был вызван в Орду и казнён там без должного расследования. Почему так произошло, мы не знаем. Возможно, что как раз в этом случае сказались «свирепость» Батыя и его личное чувство обиды и раздражения или были задеты какие-то его личные интересы. Отчасти это подтверждается тем, какое развитие получила история с казнённым русским князем.

О её не менее драматичном продолжении рассказывает тот же Плано Карпини. Узнав о гибели старшего брата, к Батыю прибыли младший брат и вдова убитого. Юный русский князь, ещё отрок, намеревался просить правителя Орды «не отнимать у них земли», то есть подтвердить ярлыком его право на удел брата. Батый согласился, но поставил перед ним немыслимое условие: «Бату сказал отроку, чтобы он взял себе в жёны жену вышеупомянутого родного брата своего, а женщине приказал поять его в мужья, согласно обычаю татар. Тот сказал в ответ, что лучше желает быть убитым, чем поступить вопреки закону христианскому. А Бату тем не менее передал её ему, хотя оба отказывались, насколько могли, и их обоих повели на ложе, и плачущего и кричащего отрока положили на неё, и принудили их одинаково совокупиться сочетанием не условным, а полным».

Сцена поистине ужасная! То, что заставили сделать юного русского князя (возможно, ещё даже и не знавшего женщин!), было для монголов обычным делом. Младшему брату в обязательном порядке доставались жёны его умершего старшего брата, а часто — ещё и жёны отца (за исключением его собственной матери). Но с точки зрения русских, с точки зрения христиан, это было неслыханное кощунство, прелюбодеяние, кровосмешение, похабство — к тому же совершённое против воли, насильно, на виду у всех, наверное, под хохот и улюлюканье окружающих татар!

В этой сцене, описанной итальянским монахом, личность Батыя просматривается вполне отчётливо, являя свои наиболее отвратительные черты. Да, он и в самом деле исполнил желание приехавшего к нему княжича, заодно приобщив юношу к монгольским обычаям супружества (как мы увидим, Батый и в других случаях был не прочь хотя бы слегка, в насмешку, «отатарить» своих русских «гостей»). Но при этом он не мог не понимать, какую чудовищную травму наносит юному русскому князю и насколько задевает его религиозные чувства. Все его действия исполнены ничем не прикрытым желанием унизить княжича, надругаться над ним, притом сделать так, чтобы о случившемся стало известно и на Руси. Уж коли об этом пишет Плано Карпини, то русские — можно не сомневаться — знали о произошедшем в деталях! Летописи, разумеется, умалчивают об этой постыдной истории. Что и понятно: неслыханному унижению подвергся не только юный черниговский княжич, но и весь княжеский род, и писать о таком было немыслимо.

Перечень князей, казнённых в Орде, не исчерпывается именами Михаила Черниговского и Андрея Мстиславича. Напомню, что ещё раньше, в 1242-м или 1243 году, был казнён князь Мстислав Рыльский — но где это произошло, на Руси или в Орде, неизвестно. Справедливости ради, отметим, что за годы пребывания Батыя на Волге других случаев кровавых расправ над русскими князьями в его ставке, кажется, не было; во всяком случае, источники о них не сообщают. По всей вероятности, до подобных крайностей Батый всё же старался не доводить дело. А вот при его преемниках жестокие убийства в Орде возобновятся. Следующей жертвой станет сын Олега Рязанского князь Роман Ольгович, казнённый 19 июля 1270 года, при внуке Батыя Менгу-Темире. Его убийство описано в летописях с леденящими кровь подробностями: татары «заткоша уста его убрусом (полотнищем. — А. К.), и начаша резати его по суставам и метати разно, и, яко разоимаша его, остася труп един, они же одравше главу ему, взоткоша на копие». Ну а потом придёт черёд тверских князей, один за другим принимавших смерть в Орде. Но это уже совсем другая страница в истории русско-ордынских отношений…

Примечания

1. Речь идёт о последней, третьей или четвёртой по счёту, супруге князя, на которой он женился после того, как в мае 1244 года в Новгороде умерла княгиня Феодосия (в постриге Евфросиния), мать всех его сыновей. Кем была эта женщина, неизвестно. Летописи не сообщают о новом браке Ярослава Всеволодовича. Однако Плано Карпини, возвращавшийся из Каракорума в ставку Батыя на Волге зимой 1246/47 г., встретил в «земле бесерменов» (в долине Сырдарьи) некоего Угнея, «который по приказу жены Ярослава и Бату ехал к вышеупомянутому Ярославу», к тому времени уже покойному.

2. Юрченко А. Г. Золотая статуя Чингис-хана… С. 253. В более ранней работе позиция автора выглядит противоречивой: с одной стороны, нежелание Михаила «кланяться изображению Чингис-хана… не могло повлечь за собой мученическую смерть князя»; с другой: «Причиной убийства князя вполне мог послужить его отказ от преклонения колен перед идолом Чингис-хана» (он же. Князь Михаил Черниговский и Бату-хан… С. 118, 119).

3. Это было хорошо известно в Европе, в том числе и от русских. «Послов они благосклонно принимают, расспрашивают и отпускают», — рассказывал русский архиепископ Пётр участникам Лионского собора 1245 года. По всей вероятности, доминиканцы были знакомы с его рассказом, что, между прочим, может отчасти объяснять их стойкость.

4. А потому слова А. Г. Юрченко о «посольском церемониале» применительно к Михаилу (см. выше) представляются неправомерными.

[А. Ю. Карпов]

http://www.portal-slovo.ru/history/44456.php
25.06.2011

Личность Батыя вполне отчётливо проявляется и в другой, менее трагической, но также весьма тягостной для русского сердца истории, отражённой в летописи, — истории его общения с галицким князем Даниилом Романовичем, сильнейшим из правителей тогдашней Руси.

Как мы помним, Даниил дольше других русских князей сопротивлялся власти татар. Ещё в те годы, когда татары ушли в Польшу и Венгрию, он подверг жесточайшему разорению землю болоховских князей, союзников татар: «города их огню предал и гребли (оборонительные валы. — А. К.) их раскопал»; Даниил потому испытывал к ним ненависть, объясняет галицкий летописец, что болоховцы «на татар большую надежду имели». Как и князья Северо-Восточной Руси, Даниил прилагал много усилий к тому, чтобы возродить жизнь в разорённых и обезлюдевших городах своего княжества (тем более, что некоторые его города так и не были взяты татарами). Он много способствовал возвращению жителей, бежавших из своей земли во время нашествия, принимал беженцев из иных областей, в том числе и беглецов от самих татар, приглашал иноземцев. «Князь Даниил… начал призывать немцев и русь, иноязычников и ляхов (поляков. — А. К.), — пишет галицкий книжник о возрождении Холма, стольного города княжества. — Шли [к нему] изо дня в день и юные, и мастера всякие, бежавшие из Татар: седельники, и лучники, и тульники (колчанщики. — А. К.), и кузнецы по железу и меди и серебру. И всё ожило, и наполнились дворы вокруг града, и поле, и сёла». В Холм свозили и святыни, спасённые во время разорения Киева и других южнорусских городов: летописец упоминает киевские иконы Спаса и Пресвятой Богородицы из Фёдоровского монастыря, киевские колокола, икону из Овруча (в Древлянской земле). Правда, почти всё это богатство сгорело во время великого пожара, уничтожившего город, так что Холму так и не удалось стать «вторым Киевом» — к чему, вероятно, стремился князь. Отстраивались и другие города Галицкой и Волынской земли. Даниилу и его брату и соправителю Васильку очень много приходилось воевать — то с поляками (в 1243 и 1244 годах они дважды подступали к Люблину и добились заключения выгодного для себя мира), то с венграми, то с язычниками литовцами и ятвягами. Именно в годы после нашествия окончательно сломлена была боярская оппозиция, и власть Даниила утвердилась во всей Галицко-Волынской земле. Последним аккордом этой борьбы стало сражение войск Даниила и Василька Романовичей с объединённым венгерско-польско-русским войском, посланным на Галич венгерским королём Белой IV. Во главе этого войска стояли зять короля русский князь Ростислав Михайлович — главный противник Романовичей и претендент на галицкий стол, — а также старый венгерский воевода бан Фильний («Филя гордый», как именовали его на Руси) и польский пан Флориан Войцехович. 17 августа 1245 года у города Ярослава, в западной Галичине, войска галицких князей нанесли врагам сокрушительное поражение. Множество венгров и поляков были убиты или попали в плен. В числе последних оказался и «гордый» Фильний, казнённый по приказу Даниила. Ростислав же бежал, и с этого момента его имя исчезает из русской истории (он перешёл на службу королю, получил от него земли в Сербии, между Дунаем, Савой и Дравой, и превратился в одного из банов — феодальных магнатов).

Победа у Ярослава стала несомненным триумфом Даниила Галицкого. Но радоваться ему довелось недолго. Той же осенью 1245 года к князьям Романовичам явился посол от Могучея (Мауци), владетеля одного из улусов в державе Батыя. Его требование к Даниилу выражено в летописи очень ёмко, всего одной короткой фразой:

— Дай Галич!

И «был [Даниил] в печали великой, ибо не укрепил городов земли своей, — рассказывает летописец, — и, посовещававшись с братом своим, поехал к Батыю, так сказав: “Не дам половины отчины своей, но еду к Батыю сам”» (1).

Смысл требования татар ясен не до конца. Судя по размышлениям самого Даниила, Мауци претендовал на половину его княжества — то есть, скорее всего, на одну только Галицкую землю, не трогая Волыни. Если так, то и Мауци, и Батый (который, несомненно, санкционировал его действия) неплохо разбирались в междукняжеских отношениях. Волынь действительно была «отчиной» Даниила Романовича, а вот на Галич претендовали и другие русские князья, и венгры, и спор за него только-только завершился битвой у Ярослава. Обосновать же эти претензии татар можно было одним: Даниил до сих пор не признал власть Батыя, а, как мы помним, не подобало «жить на земле хановой и Батыевой, не поклонившись им». Теперь Даниил должен был выбирать: либо вступать в войну с татарами, либо признать зависимость от них и получить Галич и Волынь уже из рук Батыя. Кажется, он всерьёз раздумывал о первом варианте (сетуя, однако, что «не утвердил» своих городов). Но в итоге избрал второй.

Несмотря на откровенно враждебные отношения с татарами, Даниилу удалось наладить кое-какие контакты с ними. Известно, что его брат Василько предварительно посылал в Орду за охранной грамотой для проезда Даниила к Батыю, и такая грамота была привезена. 26 октября, на память святого великомученика Димитрия Солунского, Даниил выступил в путь. Ехал он с тяжёлым сердцем, и предчувствия его были недобрыми. В Киев, где хозяйничал наместник князя Ярослава Всеволодовича Дмитр Ейкович, Даниил не стал даже заезжать, остановившись в пригородном Выдубицком Михайловском монастыре. «И созвал священников и монашеский чин, и сказал игумену и всей братии, чтобы сотворили молитву о нём, и помолились, чтобы получил он милость от Бога, и исполнилось это. И поклонившись Архистратигу Михаилу, выехал из монастыря в ладье, чуя беду страшную и грозную». В Переяславле князя встретили татары. Оттуда, сопровождаемый ими, он двинулся в ставку Куремсы, «и увидел, что нет в них добра. С той поры начал ещё больше скорбеть душою, видя их во власти дьявола: скверные их кудесничьи блядения, и Чингисхановы мечтания, скверные его кровопития, многие его волошбы. Приходящих [к ним] царей, и князей, и вельмож, водя вокруг куста, [заставляли] поклоняться солнцу, и луне, и земле, дьяволу, и умершим в аду отцам их, и дедам, и матерям. О скверная прелесть их!». Эти слова, по всей вероятности, написаны человеком, который находился при князе Данииле в его поездке. В них переданы личные ощущения автора, его личное восприятие нечестивых обычаев татар как богомерзкого и гнусного «кудесничанья» — но вместе с тем это и выражение общей боли русских людей, общей ненависти к завоевателям. Несомненно, испытывал все эти чувства и князь Даниил. Но ему приходилось скрывать их под маской почтительности и покорности. От Куремсы Даниил направился к Батыю, на Волгу, продолжает летописец. И Батый на удивление милостиво принял его.

Здесь нужно принять во внимание один немаловажный нюанс, касавшийся прежде всего географического положения Галицко-Волынской земли. Не до конца ещё покорённая татарами, она соседствовала с враждебными им странами Запада. Галицкие князья находились в постоянном контакте с венгерскими, польскими и немецкими королями и князьями. Между тем ещё Плано Карпини отмечал определённую гибкость татар во взаимоотношениях с разными народами — в зависимости от их удалённости и степени подчинения. «Они берут дань также с тех народов, — писал он, — которые находятся далеко от них и смежны с другими народами, которых до известной степени они боятся и которые им не подчинены, и поступают с ними, так сказать, участливо, чтобы те не привели на них войска, или также чтобы другие не страшились предаться им». Конкретно Плано Карпини имел в виду абхазов и грузин, но отчасти его слова могут быть отнесены и к Галицкой Руси. Притом Даниил только что нанёс поражение венграм и полякам, а и тех, и других Батый по-прежнему воспринимал как своих врагов. Это тоже способствовало его благосклонному отношению к русскому князю.

Даниил был вполне подготовлен к встрече с Батыем. О чём-то он знал понаслышке, что-то со злорадством рассказал ему Сонгур, «человек Ярослава». Можно даже полагать, что половец намеренно был послан к князю, ибо сразу же после разговора с ним Даниила позвали к Батыю. «Избавлен был Богом от злого их бешения (беснования. — А. К.) и кудесничанья», — сообщает о Данииле летописец. Что он имел в виду? О том, что галицкий князь совершил положенные обряды («поклонился по обычаю их»), сказано тут же, следом. Может быть, Даниил и его люди ждали чего-то ещё более страшного — каких-то «волшб» и «кудесничаний» в прямом смысле этого слова — и радовались тому, что остались живы?

Свидание с Батыем князя Даниила Галицкого описано в летописи весьма подробно — и, повторюсь, скорее всего, очевидцем. Совершив положенный обряд поклонения (а мы уже знаем, в чём он заключался: в троекратном преклонении колен и касании лбом земли) и, очевидно, предупреждённый относительно неприкосновенности порога и других татарских обычаев и запретов, Даниил вошёл в шатёр. Батый заговорил с ним сам. Такое случалось не всегда и не со всеми. В отношении Даниила с самого начала был задействован не посольский, а именно придворный церемониал. Батый разговаривал с ним не как с чужим, но как со «своим»:

— Данило, почему давно не пришёл? А ныне пришёл — это хорошо. Пьёшь ли чёрное молоко, наше питьё, кобылий кумыс?

Слова Батыя (звучавшие конечно же через переводчика) на редкость весомы, наполнены смыслом, который должен был угадывать Даниил. В первой фразе можно расслышать осуждение, даже угрозу. Но угроза эта лишь обозначена, она скрыта общим благодушным, покровительственным тоном, который сквозит во всём строе речи. Самим фактом своего приезда, исполнением положенных обрядов Даниил уже поставил себя в положение «улусника» и «служебника» татарского «царя», занял вполне определённое, по-своему даже почётное место в ордынской иерархии, и Батый даёт понять это. Но в его словах нельзя не уловить и очевидной насмешки. В таком тоне монгольские правители и разговаривали обычно с покорившимися им князьями (2).

И сама беседа с Батыем, и, особенно, предложение отведать кумыса — «татарского питья», — свидетельство немалой чести, оказанной Даниилу. «Они считают очень важным, когда кто-нибудь пьёт с ним кумыс в его доме», — писал о татарах Гильом Рубрук, сам удостоившийся подобной чести в ставке Батыя. Причём речь идёт о так называемом «чёрном кумысе» — питье высшей монгольской знати. Чужеземцам его предлагали нечасто. Китайский посол к монголам Сюй Тин попробовал его, например, лишь однажды — когда был приглашён в «золотой шатёр» Угедея. «Если сравнивать его с тем кумысом, который обычного белого цвета, притом мутный, прокисший и вонючий, то они вообще не имеют никакого сходства», — сообщал он. Этот кумыс назывался «чёрным» по той причине, что он был совершенно прозрачен, «а значит, кажется чёрным, как дно и стенки сосуда». Прозрачный цвет и сладкий вкус достигались благодаря тому, что кумыс взбалтывали в течение длительного времени — не менее семи-восьми дней, нанося по кожаному бурдюку особым пестом иногда до десяти тысяч ударов, «и чем сильнее колотят, тем более чистым становится кумыс, а когда кумыс становится прозрачным, то запах его перестаёт быть вонючим». Рубрук тоже оценил вкусовые свойства этого напитка и даже предпочитал его вину. Но «честь», оказанная Даниилу, была весьма специфического свойства и для русского князя граничила с откровенным унижением. Дело в том, что питьё кумыса считалось у православных тягчайшим грехом. Жившие в Орде «христиане, русские, греки и аланы, которые хотят крепко хранить свой закон, не пьют его, — писал Рубрук, — и даже не считают себя христианами, когда выпьют, и их священники примиряют их тогда [со Христом], как будто они отказались от христианской веры». Это мнение, которое сам Рубрук отнюдь не разделял, «укрепилось среди них» именно благодаря русским, «количество которых среди них весьма велико».

При этом надо было ещё правильно пить предложенный напиток и ни в коем случае не пролить и не выплюнуть на землю ни капли (что считалось весьма тяжким преступлением и каралось смертью). Надо было и правильно вести себя во время угощения. «…Так как я, сидя, смотрел в землю, — писал Рубрук о своём пребывании у Батыя, когда ему было предложено выпить «чёрное молоко», — то он (Батый. — А. К.) приказал мне поднять лицо, желая ещё больше рассмотреть нас или, может быть, от суеверия, потому что они считают за дурное знамение… когда кто-нибудь сидит перед ними, наклонив лицо, как бы печальный, особенно если он опирается на руку щекой или подбородком». Случалось и так, что в знак особенного уважения, «когда они хотят побудить кого-нибудь к питью, то хватают его за уши и сильно тянут, чтобы расширить ему горло». В ставке Батыя нужно было следить и за тем, чтобы не нарушить многочисленные запреты, принятые у монголов. Большинство из них должны были казаться русским нелепыми и смешными — если бы они не грозили жестоким наказанием в случае нарушения. Понятно, что ни одному русскому князю не пришло бы в голову, например, мочиться в ставке хана — что каралось смертью. Никто из русских не смог бы во время угощения «вонзать нож в огонь, или также каким бы то ни было образом касаться огня ножом, или извлекать ножом мясо из котла» (что также по монгольским законам каралось смертью), — поскольку всякого, кто являлся в ставку, тщательно обыскивали на предмет оружия, отбирая любые острые предметы. Но запрещалось ещё и опираться на плеть, касаться бичом стрел, убивать птенцов, ударять лошадь уздой, ломать кость о другую кость, проливать на землю молоко или другой напиток. «Точно так же, если кому положат в рот кусочек (пищи) и он не может проглотить его и выбросит изо рта, то под ставкой делают отверстие, вытаскивают его через это отверстие и без всякого сожаления убивают», — сообщал Плано Карпини. А вот этого надо было уже по-настоящему опасаться, тем более что пища монголов была в глазах христиан по большей части «нечистой», а порой могла вызвать физическое отвращение. Можно было отказаться от неё, сославшись на предписания веры (как это сделал, например, грузинский князь Аваг в ставке монгольского военачальника Чармагуна). Но приняв угощение из рук татар, надлежало съесть его целиком.

Несомненно. Даниил разделял взгляды русских священников на питьё «кобыльего кумыса» и другие «нечистые» обычаи татар. А потому, соглашась принять из рук Батыя чашу с кумысом, он должен был в очередной раз переступить через себя, подавить свою гордость и христианское чувство. Но что делать — пришлось пойти и на это.

— Доселе не пил, — отвечал он Батыю. — Ныне же ты велишь — пью.

И сказал ему на это Батый:

— Ты уже наш, татарин! Пей наше питьё!

«Он же, испив, поклонился по обычаю их, произнёс положенные слова и сказал:

— Пойду поклониться великой княгине Боракчине (старшей из жён Батыевых. — А. К.).

Батый же сказал:

— Иди!»

Даниил явился к Батыевой жене, и вновь совершил поклон «по обычаю их» — уже адресованный ханше. После чего Батый прислал ему ковш вина с такими словами:

«Не привыкли вы пить кумыс. Пей вино!»

Нельзя не оценить своеобразое чувство юмора Батыя. Как и в случае с несчастным братом черниговского князя Андрея, он примеряет на Даниила татарский обычай — и явно доволен получившимся результатом. «Ты уже наш, татарин!» — в этих словах одновременно звучат и похвала в адрес русского князя, и неприкрытая насмешка над ним. Уязвлённое же самолюбие, попранные религиозные чувства — всё это Батыя, по-видимому, совершенно не интересовало. А может быть, наоборот, он получал удовольствие, видя нравственные мучения своих собеседников. Но, с другой стороны, он ведь действительно оказал честь Даниилу. Более того, посылка им чары с вином — это и явный знак благоволения, и в общем-то проявление искреннего добродушия, даже заботы о князе, не привыкшем к татарским обычаям, — ещё не до конца «татарине»! Многие современники Батыя, особенно армянские и персидские авторы, писали о его щедрости и великодушии, милостивом отношении к подданным. Пожалуй, в его общении с Даниилом можно увидеть проявление этих качеств. Но для самого Даниила подобное было сродни самому тяжкому унижению. Галицкий книжник, автор летописного рассказа о поездке князя в Орду, очень верно выразил это: «О, злее зла честь татарская! Даниил Романович был князем великим, владел вместе с братом Русскою землёю: Киевом, и Владимиром (Волынским. — А. К.), и Галичем, и другими областями, — ныне же стоит на коленях и холопом себя называет! [Татары] дани хотят, [а он] жизни не чает и грозы приходящей [ожидает]. О злая честь татарская!..»

Оказанная князю милость и в самом деле казалась «злее зла». Речь не только о его личном унижении. Выслуженное Даниилом и другими русскими князьями место в иерархии татарского общества, место «служебников» и «улусников» татарского «царя», обозначено галицким книжником с предельной откровенностью, именно так, как это и было в действительности: Даниил признавал себя «холопом» Батыя — а это слово не предполагало никакой двусмысленности или неясности. И ни Даниилу, ни другим русским князьям не было дела до того, что точно таким же «холопским» являлось положение всех вообще подданных великого хана. «Император… этих татар имеет изумительную власть над всеми, — писал хорошо разобравшийся в структуре монгольского общества Плано Карпини. — …Ту же власть имеют во всём вожди над своими людьми… Личностью их они располагают во всём, как им будет благоугодно». С тех пор и Руси придётся жить и выживать в условиях всеподавляющей, абсолютной власти сначала ордынских, а потом и своих правителей. Ордынская модель во взаимоотношениях правителя и подданных, высших и низших, господ и холопов перейдёт к нам как бы по наследству, так что иностранцы будут описывать структуру московского общества почти в тех же выражениях, в каких описывал власть татарского хана Плано Карпини. «Властью, которую он имеет над своими подданными, он далеко превосходит всех монархов целого мира... Всех одинаково гнетёт он жестоким рабством…» — это сказано не о Батые и не о его преемниках на троне Золотой Орды, а о великом князе Василии III, и сказано в первой половине XVI столетия австрийским дипломатом Сигизмундом Герберштейном. Однако слова эти очень близки к тем, что приведены выше…

Даниил пробыл у Батыя двадцать пять дней и той же зимой 1245/46 года отправился восвояси. Он получил желаемое, сохранив за собой и Волынь, и Галич: «и поручена была ему земля его, которая у него была». В марте 1246 года князя «со всеми воинами и людьми, именно с теми, которые прибыли с ним», встретили в ставке Картана, зятя Батыя, монахи-францисканцы. По возвращении же в Волынскую землю Даниила встречали его брат Василько и сыновья Роман и Лев. «И был плач об обиде его, и большая же радость была о здравии его» — так завершает летописец свой рассказ о путешествии князя.

Даниил сразу же смог оценить те преимущества, которые он получил после поездки в Орду. Поддержка Батыя чрезвычайно возвысила его в глазах правителей соседних стран. Венгерский король Бела, ещё недавно направлявший против него войско, теперь поспешил с заключением мира, предлагая закрепить его браком своей дочери с сыном Даниила Львом. Даниил согласился не сразу, и королю пришлось уговаривать его, давать гарантии соблюдения союзнических отношений. Летописец правильно объяснил причины столь резкого поворота в русской политике венгерского короля: тот стал бояться Даниила прежде всего потому, что Даниил побывал «в татарех» (это, кстати, подтвердил и сам король в письме папе Иннокентию IV). Кое-что Даниил смог перенять у татар. Это касалось, в частности, вооружения и средств защиты на поле битвы. Когда около 1248 года венгерский король Бела вступил в войну за австрийскую корону (освободившуюся после гибели двумя годами раньше его врага, герцога Фридриха II Бабенберга), он обратился за помощью к Даниилу, обещая Австрию его сыну Роману, и галицкий князь поддержал свата. Во главе сильного войска Даниил подступил к городу Пресбургу (нынешняя Братислава), и здесь встретился с послами германского императора Фридриха II Гогенштауфена. Даниил «исполчил всех людей своих, — свидетельствует летописец, — немцы же дивились оружию татарскому, ибо были кони в личинах и коярах (защитных намордниках и плотных кожаных попонах. — А. К.), а люди — в ярицах (многослойных кожаных панцирях. — А. К.)…». Превосходные свойства лёгких и прочных татарских доспехов русские давно уже смогли оценить на поле боя; теперь их с любопытством рассматривали немецкие рыцари. Впрочем, сам Даниил одет был «по русскому обычаю: конь под ним был на диво, и седло из жжёного золота, и стрелы и сабля златом украшены и другими украшениями дивными, кожух из греческого оловира (затканной золотом шёлковой ткани. — А. К.), обшитый широким золотым кружевом, и сапоги из зелёного сафьяна, обшитого золотом. Немцы же, глядя, сильно удивлялись».

Но Даниил так и не смог смириться со своим новым положением «подручного» татарского «царя». Практически сразу же по возвращении от Батыя он встал на путь пока ещё глухого и тайного сопротивления ордынскому игу. Ещё через Плано Карпини, на обратном пути из Орды, Даниил завязал сношения с римским папой Иннокентием IV, который как раз в эти годы усиленно хлопотал о создании антитатарской коалиции, включавшей бы в себя и правителей русских земель. В переговорах с папой отчётливо звучала и «татарская» тема; возможность совместной борьбы с татарами обсуждалась и с венгерским королём. Однако реальной помощи от папы Даниил так и не дождётся, что вскоре (около 1248 года) приведёт к срыву переговоров и отказу от предложенной ему королевской короны («Татарское войско не перестаёт жить с нами во вражде, как же могу я принять от тебя венец, не имея от тебя помощи?» — такие слова передаст понтифику русский князь). Впоследствии, однако, переговоры возобновятся и увенчаются коронацией Даниила и признанием за ним титула короля в 1254 году, что будет означать открытый вызов Орде. Тогда же будет заключена и уния с Римской церковью: при сохранении всех православных обрядов Даниил и его епископы признают верховенство римского папы. Впрочем, итог татарской политики князя Даниила Романовича печален. Уже после смерти Батыя, в 1258 году, в Галицкую землю вступит войско одного из сильнейших татарских полководцев Бурундая. Свой первый удар Бурундай направит против Литвы — в то время союзника Даниила Галицкого. От Даниила и Василька Романовичей татарский военачальник потребует участия в этом походе, причём обратится к ним не просто как к своим союзникам («мирникам»), но по существу как к бесправным холопам, и войска Василька вынуждены будут воевать вместе с ним, заботясь лишь о том, чтобы заслужить его похвалу. А ещё год спустя войско Бурундая — опять-таки с присоединившимися к нему галицкими полками — двинется в Польшу, ещё одну недавнюю союзницу галицких князей. Но прежде Бурундай потребует от Даниила и его брата явиться к нему на поклон: «Если вы мои мирники, встретьте меня. А кто меня не встретит, тот враг мне». Даниил не осмелится исполнить его волю и бежит сначала в Польшу, а затем в Венгрию — так, словно бы вернулись страшные времена Батыева погрома Руси. Василько же с Данииловым сыном Львом отправятся навстречу Бурундаю с «дарами многими и угощением» и едва смогут хоть немного утишить его гнев. «А потом сказал Бурундай Васильку: “Если вы мои мирники, разрушьте все укрепления городов своих”». Это было в обычае татар, которые разрушали любые укрепления в завоёванных ими землях и оставляли без крепостных стен покорённые ими города. И русским князьям придётся исполнить злую волю грозного Бурундая: подчиняясь его приказу, сын Даниила Лев разрушит укрепления Данилова, Стожка, Львова, а Василько пошлёт своих людей разрушить Кременец, Луцк, Владимир-Волынский. С последним придётся повозиться. «Князь Василько стал думать про себя о городских укреплениях, ведь нельзя было разрушить их быстро из-за их величины. И он велел поджечь их, и за ночь они сгорели. На другой день приехал Бурундай во Владимир и увидел своими глазами, что укрепления все сгорели… Наутро прислал татарина по имени Баимура. Баимур приехал к князю и сказал: “Василько, прислал меня Бурундай и велел вал сравнять с землёй”. И сказал Василько: “Делай, что тебе велели”. И стал тот равнять вал с землёй в знак победы…» Так, без войны и кровопролития, одной лишь угрозой татарского гнева будет сломлено сопротивление галицких князей. Даниил вернётся в свою землю — и увиденное поразит его. Разорённые руками самих же русских ещё недавно процветавшие города его земли, обугленные башни Владимира-Волынского и пепелища на месте стен красноречиво свидетельствовали о крахе его рискованной игры с правителями Орды в независимость и политическую самостоятельность…

В русских источниках сохранился ещё один рассказ о пребывании в ставке Батыя русского князя — но рассказ этот носит во многом фольклорный характер. Речь идёт о Житии князя Александра Невского, где сообщается о его первой поездке к Батыю, совершённой в 1247 году: «В то же время был некий сильный царь в восточной стране (Батый. — А. К.); ему же покорил Бог многие языки от востока и до запада. И тот царь, прослышав о… славе и храбрости Александра, послал к нему послов и сказал: “Александр, знаешь ли, что Бог покорил мне многие языки? Или ты один не хочешь покориться силе моей? Но если хочешь сохранить землю свою, то вскоре приди ко мне — и увидишь славу царства моего”… И был грозен приход его (Александра. — А. К.), и промчалась весть о нём до самого устья Волги. И начали жёны моавитянские (здесь: татарские. — А. К.) пугать детей своих, говоря: “Александр князь едет!” Задумал князь Александр, и благословил его епископ (ростовский. — А. К.) Кирилл; и пошёл к царю в Орду. И увидел его царь Батый, и удивился, и сказал вельможам своим: “Воистину мне сказали, что нет князя, подобного ему”. Почтив же его достойно, отпустил его». В новгородской рукописи XV века, содержащей Новгородскую Первую летопись младшего извода, в статье «А се князи русьстии», этот рассказ Жития изложен так: «Царь Батый услышал о мужестве его (Александра. — А. К.), и возлюбил его паче всех князей, и призвал его к себе с любовью, и в первый, и во второй раз, и отпустил его с великою честью, одарив».

«Повесть о житии и о храбрости благоверного и великого князя Александра» (так называется Житие в рукописях) была составлена в начале 80-х годов XIII века иноком владимирского Рождественского монастыря, знавшим великого князя Александра Ярославича в последние годы его жизни. Однако орду Батыя автор представлял себе плохо, и ничего определённого о пребывании в ней Александра сказать не мог — за исключением того общеизвестного факта, что князь сумел снискать милость Батыя. Возможно, впечатляющая внешность Александра («Ростом он был выше иных людей», — описывал его автор Жития) сыграла при этом какую-то роль: татары умели ценить мужскую стать и красоту. Но может быть и так, что перед нами всего лишь литературный приём. Книжники же более поздних веков, перерабатывая первоначальный житийный текст, сильно изменили его, включив в повествование совершенно новый эпизод. То, что представлялось неизбежным в середине — второй половине XIII века, совсем по-другому воспринималось во времена независимой Московской Руси, свергнувшей ордынское иго. Правители Орды, «цари», как их называли на Руси, превращаются под пером авторов XV—XVI веков в «злочестивых» и «злоименитых мучителей», окаянных «сыроядцев», и подчинение им православного русского князя, победителя шведов и немцев, начинает казаться немыслимым и недопустимым. Так в поздних редакциях Жития святого Александра Невского возник рассказ об отказе князя от исполнения унизительного обряда прохождения сквозь огни и поклонения «твари» — причём историки давно уже определили, что рассказ этот целиком заимствован из Жития другого русского святого — князя Михаила Черниговского. Слова черниговского духовника вложены здесь в уста ростовского епископа Кирилла, на деле проводившего совсем другую политику в отношении Орды, неоднократно бывавшего в ставке ордынских ханов и охотно общавшегося с ними. Сам же Александр, подобно князю Михаилу Черниговскому, решительно противится исполнению требований татарских «волхвов», однако «окаянный» Батый, «не насытившийся ещё крови христианской», вопреки всему не спешит проявлять свою злобу, но, «ради красоты лица его, повелел с честью привести святого к себе, не понуждая его кланяться солнцу и идолам… не причинил святому никакого зла, но, видев красоту лица блаженного, и величавость тела его, и храбрость, похвалил святого перед всеми и великую честь воздал ему». Излишне говорить, что ни к историческому Александру Невскому, ни к историческому Батыю этот рассказ не имеет никакого отношения.

Примечания

1. В Ипатьевской летописи это известие помещено под 6758 (1250) г., однако хронология этой части летописи неверна. Точная дата устанавливается благодаря свидетельству Плано Карпини, который сообщает о пребывании Даниила у Бату в конце 1245 г., а весной 1246 г. встретил его возвращающимся от Батыя в ставке Картана.

2. Слова, которыми Батый встретил Даниила, сходны с теми, которыми монгольский военачальник Чармагун, завоеватель Закавказья, встретил явившегося к нему грузинского правителя Авага Мхардзели: «Почему ты не пришёл ко мне, как только я вступил в пределы твоей страны?» А когда Аваг сказал что-то в своё оправдание, Чармагун назидательно продолжил: «В пословице говорится: подошёл я к ердику, ты не вышел ко мне; подошёл я к двери — тогда ты только вышел ко мне». И вообще рассказ о пребывании Авага в ставке Чармагуна даёт немало материала для правильного понимания поведения Даниила в ставке Батыя. Так, когда Чармагун устроил пир и позвал на него своего гостя, рассказывает армянский хронист Киракос Гандзакеци, «принесли и подали очень много кусков разделанного и сваренного мяса как чистых, так и нечистых тварей и, как принято у них, много бурдюков кумыса из кобыльего молока и начали есть и пить. А Аваг и его спутники не ели и не пили»; они объяснили это тем, что христианам не пристало вкушать такую пищу. «И Чармагун приказал подать им то, что они просили». Даниил же, в отличие от Авага, не посчитал возможным отказаться от угощения.

[Андрей Сидорчик]

http://www.aif.ru/society/history/nakanune_iga_ishod_bitvy_na_kalke_priblizil_mongol skoe_nashestvie?utm_source=aif&utm_medium=free&utm_campaign=main
Сокрушительное поражение русичей от татаро-монголов приблизило нашествие.
http://images.aif.ru/003/838/fc3a6f8131dfd4f0d8f3977a6a4d97a8.jpg
Фрагмент картины Н. Куландина «Эпизод русской жизни во время татаро-монгольского ига», 1962 г. © / www.russianlook.com

Битву на реке Калке многие историки считают поворотным событием для дальнейшей судьбы Древней Руси. Это сражение стало первым столкновением русских с новым противником – монголо-татарами.
Русский разлад

Еще в конце XI века на Руси активно стали развиваться процессы, характерные и для Западной Европы того периода – наступил период так называемой феодальной, или политической раздробленности.

Любечский съезд князей 1097 года постановил, что «каждый да держит отчину свою». Это фактически означало конец единого Древнерусского государства, на смену которому приходило большое количество более мелких государственных образований, конфликтующих друг с другом.

Процесс этот был несколько приостановлен Владимиром Мономахом и его сыном, Мстиславом Великим, которым удалось укрепить пошатнувшуюся власть киевских князей.

Однако после смерти Мстислава Великого в 1132 году Киев начинает быстро терять свое политическое влияние, к 1223 году оставаясь лишь номинальной столицей некогда единого государства.

Даже летописцы того времени пишут уже не столько о «Руси» как государстве, сколько о «русских землях».

Во многом процесс обособления русских княжеств был вызван еще и отсутствием серьезной внешней угрозы – печенеги и половцы, выступавшие ранее в качестве главной угрозы Руси, перестали быть таковыми.
http://static1.repo.aif.ru/1/1d/165019/63f9b427c4e6afdd6875ed48a93e93fa.jpg
Чингисхан сумел объединить раздробленные монгольские племена и развернул завоевательные походы против соседей. Источник: www.globallookpress.com

Угроза с Востока

Пока Древнерусское государство дробилось на отдельные княжества, на Востоке набирала силу Монгольская империя, создателем которой выступил Чингисхан, сумевший объединить раздробленные монгольские племена.

Создавший мощную армию, Чингисхан развернул завоевательные походы против соседей, продвигаясь все дальше на Запад.

К 1222 году татаро-монгольские завоеватели добрались до Кавказа и половецких земель, граничащих с русскими. По разным оценкам, в войске, которым командовали прославленные полководцы Субэдэй и Джэбэ, находилось от 20 до 40 тысяч хорошо обученных воинов.

Поход на Запад рассматривался Чингисханом не только как завоевательный, но и как разведывательный. Субэдэй и Джэбэ должны были при благоприятных обстоятельствах дойти до Киева, оценив силу русского войска и богатство русских земель. От результатов этой разведки боем зависела реализация планов большого похода на Запад, который не должен был ограничиться только Русью. Чингисхан в дальнейшей перспективе планировал и завоевание Центральной и Западной Европы.

Нападение монгольских войск на половцев в 1222 году прямо касалось русских. Половецкий хан Котян Сутоевич был тестем галицкого князя Мстислава Удатного (Удачливого) и обратился к нему за помощью.

Дело было не только и не столько в родственных связях – новый противник, разбив соседей, грозил добраться до русских земель. На это напирал и Котян Сутоевич, прося помощи.

В Киеве собрался совет южнорусских князей, которые принимали решение о том, что делать. Половцы в обмен на помощь предлагали богатые дары, а второй половецкий хан Бастый даже перешел в православие.

Однако решение выступить против татаро-монголов было принято по сугубо прагматичным соображениям – русские князья опасались, что оставленные без помощи половцы признают власть Чингисхана, после чего вместе с монгольским войском вторгнутся на Русь.

Особенности национальной дипломатии

Участие в походе против татаро-монголов приняли войска Киевского, Смоленского, Черниговского, Галицко-Волынского и других русских княжеств. Кроме того, к битве готовилось большое половецкое войско.

Объединенное русско-половецкое войско насчитывало, по разным оценкам, от 40 до 100 тысяч человек. Ясно одно – русские значительно превосходили противников в численности, одновременно уступая в организации.

В то время, как тумены монголо-татар были строго организованными и хорошо обученными подразделениями с умелым высшим командованием, у русского войска не оказалось единого военачальника. Фактически князья вступали в бой, не координируя между собой действия.

Пока русские войска выдвигались навстречу татаро-монголам, к ним прибыли послы Субэдэя. Полководец Чингисхана предлагал русским отказаться от похода, напоминал, что в свое время половцы совершали регулярные набеги на Русь, и уверял, что у монголов нет планов по продвижению дальше половецких степей.

Миролюбие Субэдэя объяснялось просто: его войска были изрядно потрепаны, и он был не прочь в этот раз избежать битвы.

Ответ русских князей был жесток: послов убили, что впоследствии обернулось трагическими последствиями для самих князей.

Русские войска продолжили движение по Днепру навстречу противнику. Второе монгольское посольство, встреченное в устье Днепра, мира уже не предлагало, констатировав: «Идете на нас – так идите, над всеми нами Бог». На сей раз послов отпустили живыми.

В начале похода русским сопутствовала удача – они успешно разбили два передовых монгольских отряда на Днепре и на берегу реки Калки.

Кто во что горазд

31 мая 1223 года русско-половецкое войско встретилось у реки Калки с основными силами Субэдэя и Джэбэ. К этому моменту у русских, в первых сражениях разбивших отряды легких всадников монголов, сложилось ошибочное впечатление об их военных качествах.

В начале генерального сражения дружины Мстислава Удатного и Даниила Романовича обрушились на монгольский авангард, обратив его в бегство. Русские начали преследование, нарушив собственный строй, и попали в ловушку, наткнувшись на ударную тяжелую конницу монголов.
http://static1.repo.aif.ru/1/0c/164922/54e57dcdf11b293c136de6d145a3c156.jpg
Князь Галицкий Мстислав в битве на Калке, 1223 г. Источник: Public Domain

Пока одни князья со своими дружинами шли в бой, другие занимали выжидательную позицию. Отсутствие единого командования привело к тому, что сильный контрудар монголов смял русско-половецкие позиции.

Побежавшие половцы хаотичным отступлением помешали вступить в бой дружине Мстислава Черниговского.

В результате русско-половецкое войско было отброшено к переправам на Днепре, где отступающие князья со своими дружинами спасались кто как может.

Дружина князя Мстислава Киевского, которая в битве участия не принимала, заняв позиции в укрепленном лагере на берегу Калки, в течение трех дней отражала атаки татаро-монгольских войск.

Не сумев взять лагерь князя силой, монголы отправили к нему посла, пообещав в случае капитуляции сохранить жизнь ему и его воинам.

Мстислав Киевский согласился на эти условия, однако татаро-монголы, мстя за убитых послов, обещания своего не сдержали.

Смерть плененных русских князей и воинов была ужасной: победители установили на их телах деревянный помост, устроив пир в честь своего триумфа.

Ушли, но обещали вернуться

В битве на Калке русские потеряли девять десятых своего войска. Одних русских князей в этом сражении погибло более десятка.

Татаро-монголы, победив на Калке, окончательно удостоверились, что их планы покорения западных земель вполне реалистичны.

После победы Субэдэя и Джэбэ на Калке, монголы двинулись по направлению к Киеву, но до древней русской столицы не дошли, предпочтя уклониться от сражения с войсками Владимирского княжества.

Измотанное в походе татаро-монгольское войско возвращалось в Среднюю Азию через Волгу, на берегах которой столкнулось с волжскими булгарами, потерпев сокрушительное поражение.

Впрочем, разведывательные задачи монголо-татарами в этом походе были решены полностью.

В 1227 году умер Чингисхан, что несколько отстрочило полномасштабное татаро-монгольское нашествие на Русь. Однако в 1236 году внук Чингисхана Батый вместе с победителем русских на Калке полководцем Субэдэем во главе огромного войска двинулся в западный поход, следствием которого стало установление на Руси 300-летнего монгольского ига. Ига, мрачная тень которого нависла над Русью после поражения в битве на Калке.

[Eвразия Daily]

https://eadaily.com/ru/news/2017/08/26/etot-den-v-istorii-1382-god-han-tohtamysh-szheg-moskvu
26 августа 2017
09:51
https://img5.eadaily.com/r650x400/o/430/c26bb44fb1ce812dec5e6a7c44aa3.jpg
26 августа 1382 года ордынский хан Тохтамыш после трехдневной осады захватил Москву. Город был разорен, большинство жителей перебиты или уведены в рабство. Сам великий князь Дмитрий Донской в это время в своей столице отсутствовал.

В 1377 году молодой хан Тохтамыш при поддержке войск Тамерлана приступил к завоеванию Золотой Орды. Весной 1378 года, после падения восточной части со столицей в Сыгнаке, Тохтамыш вторгся в западную часть, контролируемую Мамаем. К апрелю 1380 года он сумел захватить всю Золотую Орду вплоть до Азова, включая столицу — Сарай.

В 1382 году в Казани внезапно, чтобы исключить возможность доставки в Москву известий о действиях Тохтамыша, русские купцы и гости были перебиты или заключены под стражу. Их товары и имущество были изъяты, а суда доставлены Тохтамышу для переправы войск через Волгу. Переправив свои войска на правый берег, Тохтамыш скрытно повёл их на Москву. Нижегородско-Суздальский князь Дмитрий Константинович, узнавший о действиях хана, дабы избежать разорения своего княжества, послал к нему посольством своих сыновей Василия Кирдяпу и Семёна.

Поход татар застал великого князя Дмитрия Донского врасплох. Не встретив поддержки соседей, он спешно отправился на север собирать войска, оставив оборонять столицу молодого литовского князя Остея. 23 августа защитники увидели татарский авангард, а на следующий день к стенам Москвы подошла вся вражеская рать.

Несколько попыток штурма оказались неудачными и Тохтамыш пошел на хитрость. Его послы объявили защитникам, что в случае добровольной сдачи города его жителей не тронут, и даже наоборот — хан дарует им свою «доброту и любовь». Возможно одним татарским послам не поверили бы, но их слова подтвердили те самые нижегородские княжичи Василий Кирдяпа и Семён — родные братья жены Московского князя, великой княгини Евдокии.

Горожане поверили и открыли ворота. Из города торжественно вышли князь Остей, духовенство, бояре и простые люди. Ордынцы же набросились на них и начали всех рубить. Взобравшись на никем не защищённые стены, татары принялись грабить всё и жечь. Срывая драгоценные оклады и ризы с икон, татары топтали и надругались над образами святых и выносили всю церковную утварь. В огне погибло огромное количество книг, свезённых для сохранения в Москву со всех окраин. Была вывезена вся княжеская казна. Все люди были изрублены, сожжены, утоплены или уведены в рабство.

Вернувшись в Москву, Дмитрий был ошеломлён увиденным. Он тут же повелел хоронить тела погибших, давая за 80 похороненных тел по рублю. Всего было потрачено на захоронения 300 рублей (то есть 24 000 погибших). В то время население Москвы не превышало 40 000 человек. Народ начал отстраивать города и сёла.

[Shatff]

https://shatff.livejournal.com/827654.html
2017-08-11 12:00:00

О битве на реке Воже

…11 августа 1378 года состоялось сражение на реке Воже – в учебниках оно фигурирует как «первая большая победа Руси над Ордой» – и некий пролог Куликовской битвы… Надо сказать, всё было несколько сложней – начиная с восприятия тогдашних «Руси» и «Орды» как неких монолитных и враждебных друг другу образований… Впрочем – по порядку.
https://imgprx.livejournal.net/5cd00f8389745e7550008d4e747f0c21f364d50c/I0Upa3II7xEdm3Qwt1fOhfrbwW6fuVHLQqLoH3hGI-8Og_aaVnEQJbqUNS0Xe7alO074JVI2hXtZqk7rx-uV3n7i02teby_OlwVtNheZ28k
…Обращаясь к досадно лапидарным текстам летописей (и это – если признавать их заслуживающими полного доверия источниками… впрочем – других-то всё равно нет!)… так вот – из средневековых хроник отнюдь не следует, что многочисленные русские князья осознавали себя «пребывающими под ненавистным игом»… (Зато мы постоянно встречаем интриги насчёт ханского ярлыка на Великое княжение и – если это слово здесь уместно – «междоусобные» войны). Так или иначе – легитимность ордынского царя, вроде бы, никаких сомнений у князей не вызывала...

…Однако, всё изменится со смертью «доброго Джанибека» – и, особенно, после последовавшего вскоре убийства его сына Бердибека. (Надо сказать, он-то и угробит вертикаль власти, перебив всех мало-мальски законных претендентов… Зато успеет освободить православную церковь от дани – как мы помним, митрополит Алексий вылечил бабку Бербидека и матушку Джанибека – ханшу Тайдулу… Но мы отвлеклись).
https://imgprx.livejournal.net/4a791c6106fc53291228d53032be41fd78f51a22/I0Upa3II7xEdm3Qwt1fOhSTLjkMpTiFam3PlzfGhTc4Us3b-I1Q3LVJkFC6o5T-nrxZdD8jB6ymXP8vp_o5f1cmm7Cl6iJajCnTePBzbHu8
…Итак, к власти в Золотой Орде приходит некий Кульпа – якобы, неизвестный сын Джанибека – но призна́ют его далеко не все!.. (В первую очередь, в оппозиции окажется хорошо нам известный Мамай, беклярбек убиенного хана). Именно ему в процессе так называемой «Большой замятни» удастся подгрести под себя бо́льшую часть власти… (Но – недостаточную… потому узурпатор станет настоящим «западником», вовсю сотрудничая с литовцами, генуэзцами и венецианцами. Примечательно, что с Москвой темник тоже, что называется, «заигрывает» – сначала дав всё тому же митрополиту Алексию послабления насчёт дани – а затем выдав ярлык на Великое княжение совсем юному князю Дмитрию, будущему Донскому).

…Меж тем, русские князья осознаю́т изменение ситуации: «...царь ихъ не владеяше ничимъ же, но всяко старьишинство держаше Мамай». (Не будучи чингизидом, тот провозгласить себя ханом даже не пытался – и правил через «подставных»). Спустя почти десятилетие Мамай отбирает у Дмитрия ярлык – но возмужавший московский князь не спешит подчиниться назначенному, было, Михаилу Тверскому… более того – собирает против него войско!.. (Между прочим, объединив для этого похода – за шесть лет до Куликовской битвы! – значительную часть северо-восточных князей). Михаилу придётся признать себя «младшим братом»… Любопытен текст заключенного по этому случаю договора: «А с татары оже будет нам миръ, по думе. А будет нам дати выход, по думe же, а будет не дати, по думе же. А пойдут на нас татарове или на тебе, битися нам и тобе с единого всемъ противу их. Или мы пойдем на них, и тобе с нами с единого пойти на них». …То есть – речь о войне с татарами заходит – но как-то не очень категорично…
https://imgprx.livejournal.net/9eb833ddcb35cba90ba4dffcab36482bfd621a3c/I0Upa3II7xEdm3Qwt1fOhSG18jLBBQwOdIpnoZvdrhoSIfZLo6 AxT1OETe6DuSPTHPdd5rMg6Wtd0hTgjIR0CeCAe0yOb1SJ_cBG lY9nMUSjORAYnZ2v9zp5JsfDM9Wo
…Начнёт, впрочем, Дмитрий с Волжской Булгарии – в 1376-м воевода Боброк-Волынский превратит этот улус Золотой Орды в данников московского князя… Оскорблённый Мамай ответит несколькими походами царевича Арапши (о досадной для нас битве на реке Пьяне мы недавно вспоминали) – наконец, в 1378-м мурза Бегич выступает с войском уже против Москвы… «Великий же князь Дмитрий Иванович, услышав об этом, собрал много воинов и пошёл навстречу врагу с войском большим и грозным».

…Встреча состоится в нынешней Рязанской области, на берегу притока Оки, Воже. (Примечательно, что Дмитрий не стал дожидаться противника в пределах собственных границ – ещё примечательней, что рязанский князь Олег Иванович, похоже, вообще в события не вмешивался… хотя одним из полков Дмитрия командует князь Данила Пронский… Пронск – рязанский город).

…Увы, летописцы не имели привычки вдаваться в детали диспозиции. Нам известно, что несколько дней армии стояли на разных берегах – а потом Дмитрий отступает, «приглашая» ордынцев… Бегич начнёт переправу!.. (Вообще-то, бесхитростная лобовая атака выглядит очень странно… остаётся предположить, что мурзе попросту стало нечем кормить своё воинство… А может быть – он, вдобавок, понятия не имел о реальных силах неприятеля?..)
https://www.film.ru/sites/default/files/styles/thumb_g_674x450/public/afisha/AOKOKAMI/450/16.jpg
…Так или иначе: «И ударили на них с одной стороны Тимофей окольничий (будущий герой Куликовской битвы Вельяминов) – а с другой стороны князь Даниил Пронский, а князь великий ударил в лице». …Вот, собственно и всё!.. Пожалуй, версия о засаде кажется убедительной – к тому же получается, что русским удалось с самого начала перебить почти весь вражеский командный состав: «Вот имена убитых князей их: Хазибей, Коверга, Карабулук, Костров, Бегичка».
https://imgprx.livejournal.net/728f1dbd4ab87f979ac8dc8b91a3bcdcf08a0f41/I0Upa3II7xEdm3Qwt1fOhTMYPzHOoDdU6UH8wad4sFS-NsyECnsl3EqQQ0KeCy4awIHRubUfTPFNI_rwhStE_w
PS: …Со свойственной ему осмотрительностью, Дмитрий не станет форсировать события: «А татары, как побежали вечером, так и продолжали бежать всю ночь. Князь же великий в этот день только в предобеденное время пошёл вслед за ними, преследуя их, а они уже далеко убежали…» Обоз, правда, достался нашим… Мамай выместит досаду на рязанском Олеге – и разорит его земли уже осенью, отчего князь немедленно вступит с Ордой в переговоры насчёт союза против Москвы. Впрочем, это – совсем другая история.

[Новомосковск]

http://www.nmosktoday.ru/news/society/39985/

11 августа 2017 18:04
http://www.nmosktoday.ru/u_images/521777_600.jpg
11 августа 1378 года состоялась битва на реке Воже. Сражение между русской ратью под командованием Дмитрия Донского и войском Золотой Орды под командованием мурзы Бегича.

На реке Воже, притоке Оки, Дмитрию после успешной разведки планов противника удалось перекрыть брод, по которому татары собирались совершить переправу, и занять удобную боевую позицию на холме. Бегич не решился переходить реку на виду у русского войска и, по словам летописца, «стоял много дней». Тогда Дмитрий сам решил отойти от реки, «отдать берег» ордынцам, чтобы вынудить их к «прямому бою». Бегич попался в расставленную западню.

[Петр Мультатули]

https://tsargrad.tv/shows/bitva-na-reke-vozhe_79685
_SwH7QOVRek
https://youtu.be/_SwH7QOVRek
11 августа 1378 года произошла битва воинов Московского княжества с ордынским войском мурзы Бегича на реке Воже, притоке Оки, в Рязанском княжестве.

Это сражение принято считать первой серьезной победой Северо-Восточной Руси над татарами Золотой Орды и предтечей Куликовской битвы.

[История. РФ]

https://pbs.twimg.com/media/DHPZ91tXUAAkpRP.jpg
15 авг. 1327 «Щелканова рать». Восстание против татар в Твери. Убит ханский наместник Чолхан → http://histrf.ru/lenta-vremeni/event/view/shchielkanova-rat …

[Русская семерка]

http://russian7.ru/post/mongolo-tatarskoe-igo-shokiruyushhie-fak/?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com
История
15/01/18
Павел Рыженко
https://cdn3.russian7.ru/wp-content/uploads/2018/01/ryskij-knyaz-v-mongolskom-pleny.jpg
Как написано в большинстве учебников истории, в XIII-XV веках Русь страдала от монголо-татарского ига. Однако в последнее время все больше людей задаются вопросом: а было ли оно вообще? Действительно ли огромные полчища кочевников нахлынули на мирные княжества, порабощая их жителей? Давайте проанализируем исторические факты, многие из которых могут шокировать.

Иго придумали поляки

Сам по себе термин «монголо-татарское иго» придумали польские авторы. Хронист и дипломат Ян Длугош в 1479 году назвал так время существования Золотой Орды. За ним в 1517 году повторил историк Матвей Меховский, работавший в Краковском университете. Данную трактовку взаимоотношений Руси с монгольскими завоевателями быстро подхватили в Западной Европе, а уже оттуда она была заимствована отечественными историками.

Причем, в ордынских войсках самих по себе татар практически не было. Просто в Европе хорошо знали название этого азиатского народа, поэтому оно распространилось и на монголов. Между тем, Чингисхан попытался истребить все татарское племя, разгромив их войско в 1202 году.

Первая перепись населения Руси

Ордынцы провели первую в истории Руси перепись населения. Они хотели получить точную информацию о жителях каждого княжества, их сословной принадлежности. Главной причиной такого интереса к статистике со стороны монголов являлась необходимость рассчитать размер налогов, которыми облагались подданные.

Перепись прошла в Киеве и Чернигове в 1246 г., Рязанское княжество подверглось статистическому анализу в 1257 г., новгородцев пересчитали еще через два года, а население Смоленщины – в 1275 г.

Причем жители Руси подняли народные восстания и прогнали со своей земли так называемых «бесерменов», собиравших дань для ханов Монголии. А вот наместники правителей Золотой Орды, именуемые «баскаками», долгое время жили и работали в русских княжествах, отправляя взысканные налоги в Сарай-Бату, а позднее – в Сарай-Берке.
Совместные походы

Княжеские дружины и ордынцы часто совершали совместные военные походы, как против других русичей, так и против жителей Восточной Европы. Так, с 1258 по 1287 годы войска монголов и галицких князей регулярно нападали на Польшу, Венгрию, Литву. А в 1277 году русские участвовали в военной кампании монголов на Северном Кавказе, помогая своим союзникам завоевать Аланию.

В 1333 г. москвичи напали на новгородцев, в следующем году брянская дружина – на смоленцев. Каждый раз в этих междоусобных набегах участвовали и ордынские войска. Кроме того, они регулярно помогали великим князьям тверским, считавшимся в те времена главными правителями Руси, усмирять непокорные соседние земли.

Основу орды составляли русские

Арабский путешественник Ибн Баттута, посетивший город Сарай-Берке в 1334 году, в своем сочинении «Подарок созерцающим о диковинках городов и чудесах странствий» написал, что в столице Золотой Орды много русских. Причем, они составляют основную массу жителей: как работающих, так и вооруженных.

Этот факт упомянул и белоэмигрантский автор Андрей Гордеев в книге «История казаков», которая была написана во Франции в конце 20-х годов ХХ века. По мнению исследователя, большую часть ордынских войск составляли так называемые «бродники» – этнические славяне, населявшие Приазовье и донские степи. Эти предшественники казаков не желали подчиняться князьям, поэтому перебирались на юг ради вольной жизни. Название данной этносоциальной группы, вероятно, произошло от русского слова «бродить» (скитаться).

Как известно из летописных источников, в битве на Калке 1223 года на стороне монгольских войск сражались бродники, которыми руководил воевода Плоскыня. Возможно, его знание тактики и стратегии княжеских дружин имело большое значение для победы над объединенными русско-половецкими силами.

Кроме того, именно Плоскыня хитростью выманил правителя Киева Мстислава Романовича вместе с двумя турово-пинскими князьями и передал их монголам для казни.

Однако большинство историков полагают, что монголы заставляли русских служить в их армии. То есть, захватчики насильно вооружали представителей порабощенного народа, что кажется неправдоподобным.

А старший научный сотрудник Института археологии РАН Марина Полубояринова в книге «Русские люди в Золотой Орде» (Москва, 1978 год) написала: «Вероятно, позднее прекратилось принудительное участие в татарской армии русских воинов. Остались наемники, уже добровольно вступавшие в татарские войска».

Захватчики-европеоиды

Есугэй-багатур, отец Чингисхана, был представителем рода «борджигин» монгольского племени «кият». По описаниям многих очевидцев, и он сам, и его легендарный сын, были высокими светлокожими людьми с рыжеватыми волосами.

Само слово «борджигин», по мнению одних авторов, переводится как «зеленоглазый». Другие специалисты утверждают, что название рода означает «синеокий». В монгольских источниках сохранилось сравнение цвета глаз Чингисхана с морем или океаном.

Персидский ученый Рашид-ад-Дин в своем труде «Сборник летописей» (начало XIV века) написал, что все потомки великого завоевателя были, в основном, белокурыми и сероглазыми.

Это значит, что элита ордынцев принадлежала к европеоидам. Вероятно, и среди других захватчиков преобладали представители данной расы.

Их было немного

Мы привыкли считать, что в XIII веке Русь заполонили несметные полчища монголо-татар. Некоторые историки упоминают о 500-тысячном войске. Однако, это не так. Ведь даже население современной Монголии едва превышает 3 миллиона человек, а если учесть жесточайший геноцид соплеменников, устроенный Чингисханом на пути к власти, его армия не могла быть такой внушительной.

Сложно представить, как прокормить полумиллионное войско, к тому же, передвигавшееся на лошадях. Животным просто не хватило бы подножного корма. А ведь каждый монгольский всадник вел с собой, как минимум, трех скакунов. Теперь представьте себе 1,5-миллионный табун. Кони воинов, едущих в авангарде армии, съели бы и вытоптали все, что только могли. Остальные лошади пали бы от голода.

По самым смелым подсчетам, армия Чингисхана и Батыя никак не могла превышать 30 тысяч всадников. Тогда как численность населения Древней Руси, по оценке историка Георгия Вернадского (1887-1973 гг.), перед началом нашествия составляла около 7,5 миллиона человек.

Бескровные казни

Людей незнатных или неуважаемых монголы, как и большинство народов того времени, казнили, отрубая им головы. Однако если приговоренный пользовался авторитетом, то ему переламывали позвоночник и оставляли медленно умирать.

Ордынцы были уверены, что кровь – это вместилище души. Пролить ее – значит усложнить загробный путь покойного в иные миры. Бескровную казнь применяли к правителям, политическим и военным деятелям, шаманам.

Поводом для смертного приговора в Золотой Орде могло послужить любое преступление: от дезертирства с поля боя до мелкого воровства.

Тела покойников бросали в степи

Способ захоронения монгола тоже напрямую зависел от его социального статуса. Богатые и влиятельные люди находили покой в специальных погребениях, в которые вместе с телами умерших зарывали ценности, золотые и серебряные украшения, предметы быта. А бедняков и погибших в бою рядовых воинов часто просто оставляли в степи, там где закончился жизненный путь конкретного человека.

В тревожных условиях кочевой жизни, состоящей из регулярных стычек с врагами, сложно устраивать похоронные обряды. Монголам часто было необходимо спешить, ведь любое промедление в степи могло плохо закончиться.

Считалось, что труп достойного человека быстро съедят животные-падальщики и стервятники. А вот если птицы и звери не притрагиваются к телу долгое время, по народным поверьям это означало, что за душой покойного числится тяжкий грех.

Орынганым Танатарова

[Евгений Сухарников]

https://histrf.ru/biblioteka/book/kratkii-kurs-istorii-piervaia-russkaia-artillieriia
23 августа 2017

https://histrf.ru/uploads/media/artworks/0001/45/thumb_44612_artworks_original.jpeg
23 августа 1382 года хан Тохтамыш осадил Москву. Впервые в истории России защитники города применили артиллерию. С тех пор началось бурное развитие этого вида вооружений.

Артиллерийский хаос

Вплоть до петровских времён (начало 18 века) технологии производства артиллерии в России не имели стандартов. Пушки производились кустарными методами и могли изготавливаться из бронзы, железа или чугуна. Каждый мастер сам определял параметры орудия, решал, какой длины и толщины будет ствол, какой калибр будут иметь снаряды. В результате пушки, конечно, получались уникальными, но это сильно усложняло снабжение артиллерии и ведение огня.
https://histrf.ru/uploads/media/default/0001/45/99ec416c684012bbf97c0c1f36653583b43c92a1.jpeg
Царь-пушка

Успех или смерть

Новое орудие, прежде чем поступить на государственную службу, проходило испытание. Мастер лично устраивал демонстрацию изготовленной им пушки: он заряжал её и сам производил три выстрела. Если испытание было успешным, то на торцевой (торельной) части орудия ставилось особое клеймо как знак того, что пушка принята на казённую службу. Случалось, однако, что некачественное орудие разрывалось на куски, унося жизнь нерадивого мастера. Но такие испытания были необходимы, ведь куда страшнее, если плохо отлитое орудие взорвётся во время боя рядом с несколькими артиллеристами.

Боевое крещение русской артиллерии
https://histrf.ru/uploads/media/default/0001/45/41c366b68ce498fe060c07f4f58c2b573f27e810.jpeg
Говоря о повестке дня, отметим, что о деталях обороны Белокаменной от войск Тохтамыша мы знаем довольно мало. Да, первое летописное упоминание применения русскими артиллерии относится именно к этому событию. Но хотя 23 августа 1382 года считается днём боевого крещения русской артиллерии, современные данные позволяют нам утверждать, что появились пушки на Руси раньше (не позднее 1376 года). Впрочем, как они применялись и какова была орудийная система – нам неизвестно. Известно только, что стреляли они каменными ядрами такой массы, какую могли «только четверо очень сильных мужчин поднять». И метались такие ядра на «полтора перестрела» – около 200–250 м, в полтора раза больше дальности полёта стрелы.

[Историк. РФ]

https://историк.рф/history_day/23-%D0%B0%D0%B2%D0%B3%D1%83%D1%81%D1%82%D0%B0-1382-%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D0%B2%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B2%D1%8B%D0%B5-%D0%B2-%D1%80%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9-%D0%B8%D1%81%D1%82/
https://b.radikal.ru/b36/2103/18/b12cdd566abf.jpg
Первое упоминание о боевом применении артиллерии на Руси относится к временам великого князя Московского Дмитрия Донского. Орды хана Тохтамыша подошли к стенам Москвы. Несколько суток героические защитники Белокаменной, отражая штурм, не только применяли луки и самострелы, но и огнестрельные орудия — «тюфяки» и «пушки великие». Артиллерия получила на Руси название «наряд».

Первые русские пушки стреляли каменными ядрами такого веса, «яко можаку четыре мужи сильнии подъяти», и метали их на «полтора перестрела», то есть в полтора раза дальше полёта стрелы. Вскоре на Руси начнётся самостоятельное литьё пушек и производство взрывчатых веществ. Но боевое крещение русской артиллерии состоялось при обороне Белокаменной от войск хана Тохтамыша.
https://a.radikal.ru/a08/2103/69/4210a28833d0.jpg

[Новомосковск]

http://www.nmosktoday.ru/u_images/731138573.jpg
26 августа 1382 года войска хана Тохтамыша захватили, разграбили и сожгли Москву. Два предыдущих дня прошли в бесплодных попытках татар взять город штурмом. Однако горожане, оставшиеся в критический момент без Великого князя Дмитрия Московского, оправившегося за подкреплением в Кострому, смогли преодолеть беспорядки и наладить оборону. Важную роль в этом сыграл молодой литовский князь Остей. Тогда Тохтамыш предложил защитникам переговоры, на которых пообещал помиловать жителей Москвы, если они добровольно откроют ворота. Два нижегородских княжича, сыновья Суздальского князя, бывшие в его войске, подтвердили слова хана. Когда ворота всё же открылись, татары напали на вышедших навстречу во главе с князем Остеем горожан, после чего в Москве началась массовая резня, грабежи и поджоги.

[Eвразия Daily]

https://eadaily.com/ru/news/2017/08/26/etot-den-v-istorii-1382-god-han-tohtamysh-szheg-moskvu
26 августа 2017
09:51
https://img5.eadaily.com/r650x400/o/430/c26bb44fb1ce812dec5e6a7c44aa3.jpg
26 августа 1382 года ордынский хан Тохтамыш после трехдневной осады захватил Москву. Город был разорен, большинство жителей перебиты или уведены в рабство. Сам великий князь Дмитрий Донской в это время в своей столице отсутствовал.

В 1377 году молодой хан Тохтамыш при поддержке войск Тамерлана приступил к завоеванию Золотой Орды. Весной 1378 года, после падения восточной части со столицей в Сыгнаке, Тохтамыш вторгся в западную часть, контролируемую Мамаем. К апрелю 1380 года он сумел захватить всю Золотую Орду вплоть до Азова, включая столицу — Сарай.

В 1382 году в Казани внезапно, чтобы исключить возможность доставки в Москву известий о действиях Тохтамыша, русские купцы и гости были перебиты или заключены под стражу. Их товары и имущество были изъяты, а суда доставлены Тохтамышу для переправы войск через Волгу. Переправив свои войска на правый берег, Тохтамыш скрытно повёл их на Москву. Нижегородско-Суздальский князь Дмитрий Константинович, узнавший о действиях хана, дабы избежать разорения своего княжества, послал к нему посольством своих сыновей Василия Кирдяпу и Семёна.

Поход татар застал великого князя Дмитрия Донского врасплох. Не встретив поддержки соседей, он спешно отправился на север собирать войска, оставив оборонять столицу молодого литовского князя Остея. 23 августа защитники увидели татарский авангард, а на следующий день к стенам Москвы подошла вся вражеская рать.

[Shatff]

August 26th, 2017

О том, как Тохтамыш Москву брал

26 августа 1382 года (всего через два года после Куликова поля!) ордынцы взяли Москву… И не просто взяли – но разграбили, сожгли, и угнали остаток населения в плен. Столица, впрочем, будет возрождена – но где же в этот момент находился победоносный Дмитрий Донской?..
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/9/92/Facial_Chronicle_-_b.10%2C_p.057_-_Tokhtamysh_at_Moscow.jpg/320px-Facial_Chronicle_-_b.10%2C_p.057_-_Tokhtamysh_at_Moscow.jpg
…Ответ прост. Великий князь был в Костроме – по распространённой версии «собирая войска»; по иной – укрываясь от гнева Великого Хана. (Напомним – битый на Куликовом поле Мамай был просто военным командиром и невесть что о себе возомнившим узурпатором, а Тохтамыш – легитимным Ханом, или если угодно, Царём… и прочая, и прочая, и прочая…)

…История воцарения Тохтамыша богата событиями – но для нас важно, что к тому моменту он (при поддержке небезызвестного Тамерлана) прибрал к рукам Золотую Орду. (Годом раньше войско упомянутого Мамая прямо на поле боя присягнуло законному чингизиду… темник сбежит с казной в Кафу (нынешнюю Феодосию) к своим друзьям-генуэзцам – и, вполне закономерно, будет ими ограблен и убит).

Тотхамыш отправляет послов к Дмитрию – во-первых, поблагодарить за Куликовскую победу; во-вторых – напомнить о задолженности по дани… Московский князь встретит гостей любезно – а вот насчёт недоимки как-то замнётся… Это было ошибкой – летом 1382-го ордынцы совершают стремительный бросок; нижегородско-суздальский князь изъявляет покорность; рязанский, впридачу, показывает броды через Оку – и Тохтамыш оказывается под стенами Москвы…
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/d/d7/Vasnetsov_Oborona_Moskvy_ot_Tohtamysha_1918.jpg/800px-Vasnetsov_Oborona_Moskvy_ot_Tohtamysha_1918.jpg
…Как мы уже говорили, Дмитрий отбывает… оборону города возглавит некий литовский князь Остей. Дело он поведёт энергично – подавит возникшие, было, беспорядки (под защиту неприступных кремлёвских стен сбежалась вся округа); объявит город на осадном положении; и – зачем-то велит открыть винные погреба!.. В результате защитники «…напивались допьяна и, шатаясь, похвалялись, говоря: «Не страшимся прихода поганых татар, в таком крепком граде» …И потом вылезали на городские стены и бродили пьяные, насмехаясь над татарами, бесстыдным образом срамили их, слова разные выкрикивали, исполненные поношения и хулы».

…Надо сказать, определённые основания для такого оптимизма были!.. Два дня пройдут в безуспешных атаках; ордынцы понесут большие потери – в том числе и от московской артиллерии: «…иные тюфяки, а иные пушки великие пущаху». (Артиллерия, кстати, была трофейная – взятая при походе на Волжскую Булгарию незадолго до Куликовской битвы; тюркское слово «тюфяк» означает «трубка» – то есть, ружьё).
https://imgprx.livejournal.net/16102eba2ba7db1e6880e1481ca65b1485136451/AisDM4VKCu0-wnpvJRyUFK0ZLMwPozfv6soYcGhIunShzA3tvABr7dV6fMggNb YAHg3jr4noP4HNDbk0IUEXaPugsSwq0nu-jGdfjHEqIVU
…Итак, 26-го Тохтамыш посылает послов: «Царь вам, своим людям, хочет оказать милость, потому что неповинны вы и не заслуживаете смерти… Ничего иного от вас царь не требует, только выйдите к нему навстречу с почестями и дарами …так как хочет он увидеть город этот, и в него войти, …а вам дарует мир и любовь свою».

…Возможно, москвичи бы засомневались – но среди парламентёров были знатные суздальцы и нижегородцы: «Верьте нам, мы ваши князья христианские, вам в том клянемся»… Ворота откроются, делегация во главе с Остеем выйдет наружу… и будет моментально изрублена!.. Ордынцы ринутся внутрь: «И была в граде сеча зла и вне града тако же сеча велика. И до тех пор секли, пока руки и плечи их не ослабли и не обессилели они…»

…Дочиста ограбив город, Тохтамыш удалится восвояси… Московский князь явится на пепелище через некоторое время. По подсчётам специалистов, будет захоронено двадцать четыре тысячи трупов – при том, что население Москвы в те времена не превышало сорока тысяч…
https://imgprx.livejournal.net/6e3058fd9c7e6b59ad95f803776c3d7f2f60aa20/AisDM4VKCu0-wnpvJRyUFJfbsr7u7Z7_qwIE79MycMScyaAdZOFc7jWHYMw54-Jk1t-KnLWRkd2CRyQLk3xchKQCl12XBYeez-WJDR0KZnGRAOfIDUYduZu5TcvxKxOcGcQp11Z56U1CSTE-KahDxw
PS: …Самое примечательное в этом непродолжительном вторжении – князь Дмитрий сохранит ярлык на великое княжение!.. (Правда, он тут же выплатит двухлетнюю заложенность по дани и отошлёт в Орду сына). Впрочем, это – совсем другая история.

[Константин Кудряшов]

http://www.aif.ru/society/history/unizhenie_batyya_pochemu_mongoly_ne_mogli_vzyat_ko zelsk_celyh_sem_nedel?utm_source=aif&utm_medium=free&utm_campaign=main
00:05 25/03/2018

​Участие в осаде «Злого города» Козельска не принесло монгольским военачальникам ни чести, ни славы. Над ними, стоявшими под стенами маленького русского города в течение двух месяцев, насмехались и годы спустя.
https://images.aif.ru/013/843/cc1d6decd9b7523cc8b755415a41db4b.jpg
Репродукция миниатюры «Оборона Козельска в 1238 г.» (конец XVI века) из книги «Иллюстрированная история СССР». Миниатюра летописного свода XVI в. © / Commons.wikimedia.org

780 лет назад, 25 марта 1238 г. передовые отряды Батыя подошли к городу Козельск и потребовали его немедленной сдачи. Ответ был таков: «Наш князь младенец, но мы, как правоверные, должны за него умереть, чтобы в мире оставить по себе добрую славу, а за гробом принять венец бессмертия». Так началась знаменитая семинедельная осада Козельска монголами.

Татаро-монгольское вторжение на северо-Восточную Русь 1237-1238 гг. оставило в массовом сознании два понятия, которые не вырубить никаким топором — даже ЕГЭ пока не в состоянии полностью уничтожить такие мемы, как «Евпатий Коловрат» и «Злой город».

Хороший. Плохой. Злой.

Но между ними есть серьёзное отличие. Да, подвиг рязанского боярина Евпатия Коловрата красив, возвышен и кинематографичен, что доказано фильмом-хитом прошлого года. Но с точки зрения источниковедения он не более чем позднейшая летописная легенда.

Зато «Злой город», как прозвали монголы Козельск — самая что ни на есть реальность. Зафиксированная, в том числе, и иностранными источниками. В частности, масштабным трудом арабского учёного летописца Рашида ад-Дина, который в своей истории Чингизидов уделил достаточно почётное место эпизоду обороны Козельска.

Касается он и прозвища этого населённого пункта. Знаменитый «Злой город» является более или менее точным переводом монгольского «Могу Болгусун». Более или менее, поскольку существуют и другие значения — «плохой», «неудачный», «тёмный» и даже «дьявольский».

Обычно это имя связывают с самим фактом осады Козельска. Она действительно беспрецедентна. Крупные города Северо-Восточной Руси держались против монголов не более 5-6 дней — так пали Рязань, Владимир, Переяславль Залесский и Тверь. Суздаль взяли штурмом. Ростов Великий вообще сдался без боя и остался сравнительно целым. Торжок простоял 12 дней. А вот маленький Козельск — удельный пограничный город Черниговского княжества держался 7 недель, и держался более чем достойно, сильно проредив войско Батыя. Иногда приводится цифра 51 день. Рашид ад-Дин вообще говорит о двух месяцах безуспешной осады. И это при том, что вся кампания Батыя 1237-1238 гг. длилась пять месяцев. Словом, по сравнению с другими городами Козельск и впрямь кажется «злым».

Тут возникает резонный вопрос. А зачем, собственно, монголам был нужен Козельск? Причём настолько, что Батый лично торчал у этого города целых два месяца, упуская драгоценное время и попусту тратя силы? Ну и, разумеется, главный вопрос — что же помешало монголам раздавить непокорный городишко сразу?

Выдвигались самые разные версии. Например, утверждают, что в Козельске существовали какие-то невообразимо богатые склады зерна, а для монгольской конницы, уже порядком пощипанной морозами и бескормицей, это было очень кстати. Говорят и о каком-то особенном алгоритме действий монголов. Дескать, им полагалось сначала взять пограничный город княжества, а уж потом, доказав свою силу, идти на столицу — в данном случае Чернигов. Большой поклонник кочевнических культур Лев Гумилёв утверждал, что Козельск был обречён изначально. Поскольку его двенадцатилетний князь Василий приходился внуком князю Козельскому и Черниговскому Мстиславу. А тот в свою очередь 15 лет назад запятнал себя тем, что убил монгольских послов перед битвой на Калке. «Благородные кочевники», конечно, не могли простить такого вероломства, вот город и поплатился — по принципу коллективной ответственности. Буквально «за грехи отцов».

У последней версии множество сторонников. Но именно она самая бестолковая. По той простой причине, что «благородным кочевникам» не было необходимости выискивать малолетних внуков давнишнего обидчика, который, к слову, на Калке же и был убит. Если уж мстить за старое вероломство, так вот совсем рядом Смоленск, где княжит вполне живой участник битвы на Калке Всеволод Мстиславич. Он вообще получается дважды виноват, поскольку его отец, князь Мстислав Старый, лично принимал участие в убийстве монгольских послов.

Но вот что происходит в реальности. Монголы вторгаются на земли Смоленского княжества, немножко грабят, а потом проходят всего лишь в 30 верстах от города, где княжит их реальный враг, которого, по логике поклонников «благородных степняков», нужно наказать так, чтоб другим неповадно было. Но — никакого «примерного наказания». Более того — вообще никаких претензий этому «врагу» монголы не предъявляют. А внезапно поворачивают прочь от Смоленска. Между прочим, строго в направлении Козельска.

«Железные урусы»

Именно так называли защитников Козельска монголы. Именно эти слова, если верить источникам, они выкрикивали при штурме. Обычно считают, что эти слова — метафора. Мол, вот какие стойкие люди стоят против нас на крепостных стенах — прямо железные.

По какой-то загадочной причине отбрасывают самое очевидное объяснение. Монголы, как и положено каким-нибудь степным акынам, голосили строго по принципу: «Что вижу, то пою». То есть видели они перед собой реально железных людей. Вернее, так — людей, одетых в железо с ног до головы. Как тогда говорили — «кованую рать». Иными словами — профессиональных воинов. Дружинников. Сильных и безжалостных, неутомимых в обороне и неудержимых в наступлении.

Откуда они взялись?

Здесь придётся сделать одно допущение. Которое, впрочем, по сравнению с фантазиями Льва Гумилёва, вполне правдоподобное.

За короткое время Северо-Восточная Русь потерпела жестокое военное поражение. Рязанский разгром, Битва под Коломной, Битва на реке Сить — это только крупные удары монголов, под которыми содрогались русские княжества. Мелких было гораздо больше. Но при любом разгроме обязательно находятся те, кто его пережил. В том числе и профессиональные воины. Которые собираются в отряды и ищут теперь либо удачи, либо мести, либо новой службы, а лучше — всё сразу и много.

Фокус в том, что новой службы в княжествах Северо-Восточной Руси искать было уже не у кого. До Смоленска далеко. До Новгорода — ещё дальше. Не говоря уж о Киеве.

Остаётся сильное Черниговское княжество. С пограничной крепостью Козельск. До которого от Коломны — 4 конных перехода, от Рязани — 5 конных переходов, от Владимира — 6. Туда можно уйти. Там можно найти и новую службу, и возможность отомстить.

Именно наличие относительно большого числа профессиональных воинов и может объяснить парадокс маленького городка, который сопротивляется «лучшей в мире армии» так, что об этом говорят за тысячи вёрст и помнят через века.

Все эпизоды обороны Козельска указывают на то, что его защищали не просто профессионалы, а профессионалы, уже знакомые с ухватками монголов.

«Козлиное копытце»

Так, Батыю в этот раз не удалось собрать хашар — массу пленных, которых монголы традиционно использовали на приступе как живой щит и как возможность буквально завалить трупами крепостные рвы. Люди в окрестностях Козельска были загодя предупреждены, и частью рассеялись, а частью встали на защиту города.

Защитники города не ведут себя пассивно. Они сразу же совершают вылазку и бьют по важнейшему элементу монгольской войны — китайским боевым осадным машинам и орудиям: «И изшедше из града и иссекоша праща их, и нападша на полки и убиша Татар 4 тысячи».

Пока ведутся эти боевые действия, начинается весна. Козельск, стоящий на высоком холме, получает дополнительную линию обороны — широко разливаются Жиздра и её притоки, превращая город в неприступную цитадель.

Батый, не взявший город приступом и утративший главное ударное средство взятия крепостей, выглядит откровенно бледно. Своими силами он уже не может справиться с крохотным городком. К нему на помощь идут родственники — чингизиды Кадан и Бури. И только соединёнными силами, превосходящими защитников Козельска в разы, город, наконец, берут.

Чести это не принесло никому из них. Годы спустя участнику эпопеи взятия Козельска хану Гуюку бросают в лицо оскорбительное: «По всему видно, что ты возомнил себя единственным и непобедимым покорителем Русских, раз ты позволяешь себе восставать на старшего брата... Но ведь при покорении Русских земель ты даже козлиного копытца не добыл!» Именно так — «Козлиным копытцем» называли Козельск те, кто не согласился считать его «Злым городом».

[Shatff]

September 8th, 2017

О Куликовской битве

8 сентября 1380 года произошла историческая Куликовская битва. (Сразу скажем – ряд источников называет 16-е; День воинской славы отмечается и вовсе 21-го… поскольку точная дата достоверно не известна – давайте остановимся на восьмом).
http://fanstudio.ru/archive/20180419/86QME6am.jpg
В своё время сухая категоричность учебников гласила: «Куликовская битва стала символом единения Руси и началом свержения ненавистного монголо-татарского ига…»

…Между тем, мало-мальски вдумчивый школяр мог остаться со смутным чувством: что-то в этой истории не так!.. О каком единении речь, если с Мамаем на Москву шли рязанские князья?.. Что делали в монгольском войске генуэзские (то есть итальянские) солдаты?.. Почему часть литовцев оказалась на стороне Москвы, а часть собиралась примкнуть к татарам – правда, на наше счастье, опоздала?.. Как получилось, что всего через пару лет после блестящей победы Москва будет захвачена и сожжена – а героический князь Дмитрий изволит отсутствовать?.. Наконец, почему «окончательное свержение» так называемого ига произойдёт только спустя сто лет? И так далее…

...Накануне событий расстановка сил сложилась следующая; в Москве – князь Дмитрий; в Крыму – темник Мамай; на востоке, в Белой орде – хан Тохтамыш. Коллизия состояла в том, что законным ханом мог быть признан только потомок Чингиза. Поэтому Мамай никаких прав на титул не имел – но был достаточно авторитетен, чтобы править, возя в своём обозе захудалого царевича-чингизида, и выступая, якобы, от его имени. (Опережая события, заметим – ущербность Мамаевой легитимности была очевидна; вскоре после Куликовского поражения свои же без боя сдадут его Тохтамышу). Что касается последнего, то, не будучи сильным лидером, он держался на двух факторах: безупречном происхождении – и поддержке великого Тамерлана, который несколько раз предоставлял ему в аренду свои армии.

Московский князь Дмитрий, таким образом, имел выбор – поддержать узурпатора и бунтовщика Мамая или легитимного чингизида Тохтамыша. Своеобразие ситуации придавал союз Мамая с литовским князем Ягайло и генуэзскими купцами – таким образом «западник» Мамай противостоял традиционному хану «сарайского» образца. Надо сказать, русское общество колебалось, но, в конечном счёте, патриоты возьмут верх над сторонниками «смычки» с Западом...

…Любопытно, да?.. Московский князь патриотично выступает на стороне законной ордынской власти!.. Но именно так и было, причём некоторые специалисты называют поход Дмитрия «карательным» и считают, что он успел получить от Тохтамыша подкрепления – тот самый «засадный полк», который решит судьбу сражения. (Вообще-то, мы знаем, что полком этим командовал воевода Боброк – но знаем и сколько раз переписывались в угоду «текущему моменту» летописные тексты).

…Предлог для столкновения был найден (как обычно, расхождения сторон насчёт дани) – и Мамай двинется на Москву. Описана разномастность его армии – помимо коренных ордынцев в неё входило множество наёмников из окрестных племён, упомянутые генуэзцы – и силы рязанского князя Олега (что, впрочем, многими отрицается). Вдобавок, Мамай рассчитывал на соединение с войсками литовского Ягайло – правда, с другой стороны, он спешит разделаться с Дмитрием до подхода Тохтамыша. (Сразу отметим – Ягайло на битву «опоздает»).
https://imgprx.livejournal.net/54c89a285b5cd412da1d411d91b0ead6be817fb5/JprKGFCe2k78cQ2Dd9uKFUqF8E6Jw_W73ywTIKGDG7k8VCzWXX Feu_p8L0Sy9HACUO7lFKJGgNKvhd06PyyMcPpqJg8NC0v7DXOh 3Z6yDR0
Силы Дмитрия состояли из собственно московских войск, армий вассальных русских князей, и литовцев – братьев Ольгердовичей. (Обратим внимание: тогдашняя Литва была отнюдь не тем лоскутом земли, который мы знаем сегодня; владения Великого Княжества Литовского заканчивались под Смоленском).

…Мы вплотную подошли к самой битве – и тут выясняется… что о ней почти ничего не известно!.. Источников – единицы, при этом они неполны, а их достоверность вызывает большие сомнения. Место сражения доподлинно не установлено – в своё время историки о нём договорились, потом площадка будет неоднократно урезаться, расширяться – или переноситься; существует даже предположение, что действие разворачивалось в предместье Москвы!.. Проблема и с численностью противников – разброс здесь просто невероятный – от полумиллиона до пяти тысяч с обеих сторон. Продолжительность боя разными специалистами варьируется от светового дня до получаса...

…Что касается самого хода сражения, то растиражированная схема с разноцветными стрелками – не более чем «реконструкция», то есть, попросту, плод научного воображения. Если следовать всё тем же небезупречным источникам, получается, что противоборствующие стороны, не мудрствуя лукаво, ринулись друг на друга «навалом». Через некоторое время ордынцы начнут одолевать – но тут явится пресловутый «засадный полк», ударит монголам в тыл – и они побегут, причём первым – сам Мамай. (Вообще, неоднозначно выглядят оба полководца – князь Дмитрий в начале боя меняется одеждой с одним из своих бояр, потом куда-то исчезает – и, в конце концов, его находят бездыханным – но живым! – под грудой павших). Вот такая загадочная получается битва…
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/1/12/%D0%94%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%B9_%D0%94% D0%BE%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%BD%D0%B0_% D0%9A%D1%83%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0 %BC_%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B5.jpg/800px-%D0%94%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%B9_%D0%94% D0%BE%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%BD%D0%B0_% D0%9A%D1%83%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0 %BC_%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B5.jpg
PS: …Однако, независимо от недостаточности наших знаний и произвольности трактовок, «Мамаево побоище» не только состоялось, но и имело важнейшие стратегические последствия. Выделим два принципиальных. Во-первых, Куликовская битва способствовала дальнейшему укреплению Московского княжества – после неё Москва окончательно станет необратимым центром русского притяжения. Во-вторых, сражение с Мамаем неизбежно удержит Москву в орбите Орды, фактической наследницей которой она постепенно и сделается. Таким образом, неважен истинный масштаб побоища – важно его принципиальное геополитическое значение. На Куликовом поле Русь выбрала свой путь… Впрочем, это – совсем другая история.

[Eвразия Daily]

https://eadaily.com/ru/news/2017/09/08/etot-den-v-istorii-1380-god-kulikovskaya-bitva
8 сентября 2017
09:26
https://img2.eadaily.com/r650x400/o/90b/11a16f8d35a876af9cc6c0095f8b3.jpg
8 сентября 1380 года на Куликовском поле (ныне юго-восток Тульской области) объединенные русские войска под предводительством московского великого князя Дмитрия Ивановича вступили в сражение с армией беклярбека Золотой Орды Мамая и его союзников. Эта битва, получившая название Куликовской, закончилась победой Дмитрия, что резко подняло значение Великого княжества Московского.

Отношения князя Дмитрия Ивановича и Мамая начали обостряться еще в 1371 году, когда последний дал ярлык на великое владимирское княжение Михаилу Александровичу Тверскому, а московский князь тому воспротивился и не пустил ордынского ставленника во Владимир. А спустя несколько лет, 11 августа 1378 года войска Дмитрия Ивановича нанесли поражение монголо-татарскому войску под предводительством мурзы Бегича в битве на реке Воже. Потом князь отказался от повышения уплачиваемой Золотой Орде дани и Мамай собрал новое большое войско и двинул его в сторону Москвы.

Перед выступлением в поход Дмитрий Иванович побывал у святого преподобного Сергия Радонежского, который благословил князя и все русское войско на битву с иноземцами. Мамай же надеялся соединиться со своими союзниками: Олегом Рязанским и литовским князем Ягайло, но не успел: московский правитель, вопреки ожиданиям, 26 августа переправился через Оку, а позднее перешел на южный берег Дона. Численность русских войск перед Куликовской битвой оценивается от 40 до 70 тысяч человек, монголо-татарских — 100−150 тысяч человек. Большую помощь москвичам оказали Псков, Переяславль-Залесский, Новгород, Брянск, Смоленск и другие русские города, правители которых прислали князю Дмитрию войска.

Битва состоялась на южном берегу Дона, на Куликовом поле 8 сентября 1380 года. После нескольких стычек передовых отрядов перед войсками выехали от татарского войска — Челубей, а от русского — инок Пересвет, и состоялся поединок, в котором они оба погибли. После это началось основное сражение. Русские полки шли в бой под красным знаменем с золотым изображением Иисуса Христа.

Куликовская битва закончилась победой русских войск во многом благодаря военной хитрости: в расположенной рядом с полем боя дубраве спрятался засадный полк под командованием князя Владимира Андреевича Серпуховского и Дмитрия Михайловича Боброка-Волынского. Мамай основные усилия сосредоточил на левом фланге, русские несли потери, отступали и, казалось, что поражение неизбежно. Но в самый критический момент в сражение вступил засадный полк, ударив в тыл ничего не подозревающим монголо-татарам. Этот маневр оказался решающим: войско хана Золотой Орды по обыкновению не имело резервов и вся армия обратилась в бегство. Разгром был полный.

Потери русских сил в Куликовской битве составили по разным оценкам от 10 до 30 тысяч человек, включая 800 бояр. Мамай потерял армию почти полностью. Сам князь Дмитрий, впоследствии прозванный Донским, поменялся конем и доспехами с московским боярином Михаилом Андреевичем Бренком и принимал в сражении активное участие. Боярин в битве погиб, а сбитого с коня князя нашли под срубленной березой без сознания.

Это сражение имело большое значение для дальнейшего хода русской истории. Куликовская битва, хотя и не освободила Русь от монголо-татарского ига, но создала предпосылки для того, чтобы это произошло в будущем. Кроме того, победа над Мамаем значительно усилила Московское

[Историк. РФ]

https://историк.рф/history_day/8-%d1%81%d0%b5%d0%bd%d1%82%d1%8f%d0%b1%d1%80%d1%8f-1380-%d0%b3%d0%be%d0%b4%d0%b0-%d0%ba%d1%83%d0%bb%d0%b8%d0%ba%d0%be%d0%b2%d1%81%d 0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%b1%d0%b8%d1%82%d0%b2%d0%b0-2/
https://c.radikal.ru/c19/2103/90/c76066711054.jpg
В народной памяти великое сражение между русской ратью и войском темника, крупнейшего ордынского политика того времени Мамая, сохранилось как первая попытка объединения русских земель во имя общего дела. Потому Куликовскую битву нередко называют колыбелью современного русского народа.

Участие в общерусском сборе приняли представители почти всех земель Северо-Восточной Руси. Помимо подручных князей великого князя Московского Дмитрия Ивановича прибыли войска из Суздальского, Тверского и Смоленского великих княжеств. Уже в Коломне был сформирован первичный боевой порядок: Дмитрий возглавил большой полк; Владимир Андреевич Серпуховской — полк правой руки; в полк левой руки командующим назначили Глеба Брянского. Передовой полк составили коломенцы.

После куликовской победы князя Дмитрия могущество Орды пошатнулось. Победа сыграла важную роль в объединении русских земель вокруг Москвы.
https://a.radikal.ru/a09/2103/0b/3e2127f9239f.jpg
0809 Попов Павел Петрович - Удар Засадного полка

[Илья Полонский]

https://topwar.ru/125657-kulikovskaya-bitva-den-russkoy-slavy-i-krah-mamaya.html
23 сентября 2017
8 сентября 1380 года состоялась Куликовская битва – одно из знаменательнейших и интереснейших сражений в русской истории. Куликовская битва считается формальной датой избавления Руси от золотоордынского ига, в честь чего отмечается День воинской славы России – День победы русских полков в Куликовской битве.
https://topwar.ru/uploads/posts/2017-09/1506104062_kulikovskaya-bitva.jpg

О Куликовской битве всегда писалось очень и очень много. Это эпохальное сражение всегда находилось в центре внимания целого ряда русских историков и в прошлом, и в наши дни. До сих пор не утихают дискуссии по поводу и самого хода сражения, и расклада русских и золотоордынских сил, и их численности. Единственное, в чем сходятся все историки – так это в колоссальном значении Куликовской битвы для русской и вообще евразийской истории.

История Куликовской битвы полна интересных нюансов. Начнем с того, что Мамай, часто называемый в литературе ханом, на самом деле никогда не был ханом Золотой Орды. На момент Куликовской битвы этот 45-летний монгольский военачальник занимал пост беклярибека Золотой Орды – руководителя администрации. На эту высокую должность, которая в некоторых случаях гарантировала полное управление государством за спиной марионеточного хана, Мамай попал благодаря родственным связям. В 1357 году пост хана Золотой Орды занял Мухаммед Бердибек – старший сын хана Джанибека. Он тут же распорядился уничтожить всех Батуидов – потомков рода Бату-хана, которые могли быть его конкурентами в борьбе за власть в Золотой Орде. Так погибли 12 потомков Батыя, в числе которых не пощадили даже 8-месячного мальчика – младшего брата Бердибека. Новый хан, по некоторым данным, убил его собственноручно.

В том же 1357 году пост беклярбека Золотой Орды занял Мамай – бывший наместник Крыма и Причерноморья, который был женат на дочери Бердибека. Мамай не был чингизидом и не мог занимать золотоордынский престол, но это не означало, что он не имел претензий на определяющую роль в политической жизни Золотой Орды. Тем более, что история евразийских тюркских государств полна примеров того, как формально вторые лица в управлении на самом деле были первыми. При Бердибеке Мамай чувствовал себя вполне вольготно, превратившись из наместника крымских и причерноморских степей в «премьер-министра» всей Золотой Орды.

Однако уже в августе 1359 года хана-братоубийцу убил в результате дворцового переворота некий Куллу (Кульпа), который провозгласил себя старшим сыном Джанибека и Батуидом. Родственник Бердибека беклярбек Мамай не признал самозванца и начал против него боевые действия. Впрочем, уже в январе 1360 года Кульпу сверг и убил другой самозванец – Науруз-хан. В орде началось смутное время. Наурузу также удалось поправить недолго – в мае или июне того же года он был убит полководцем Хизром – представителем рода Орда-Ежена, старшего сына Джучи и брата Бату-хана. Однако Хизра убил в августе 1361 года его собственный сын Тимур-ходжа, который провозгласил себя новым ханом. Все это время Мамай действовал самостоятельно, а в августе 1361 года привел к власти хана Абдуллаха – чудом уцелевшего Батуида, спасенного Мамаем и отправленного в Крым, а затем в Византию. В 1361 году Абдуллах был провозглашен ханом западной части Ак-Орды, которую контролировал Мамай, а в 1367 году, после захвата войсками Мамая столицы Золотой Орды, был провозглашен и ханом Золотой Орды. После смерти Абдуллаха в 1370 году Мамай привел на ханский трон его 10-летнего сына Булака. Регентшей провозгласили Тулунбек-ханум – жену Мамая и дочь покойного хана Бердибека. Так Мамай получил возможность контроля над золотоордынской политической жизнью, не занимая при этом ханского трона.

В отношениях с Россией Мамай вел себя противоречиво – то поддерживал Дмитрия Московского, то Михаила Тверского. В конце концов, в 1374 году Мамай окончательно поссорился с Московским княжеством. Спустя три года у Мамая появился и активный противник с востока – молодой Тохтамыш, чингизид и законный претендент на трон Золотой Орды. Поддержку Тохтамышу в его устремлениях оказывал могущественный к тому времени Тамерлан. Несколько раз Тохтамыш вторгался в пределы Золотой Орды и, в конце концов, весной 1378 года вошел в пределы контролировавшейся Мамаем части Золотой Орды. В апреле 1380 года под контролем Тохтамыша оказались огромные пространства вплоть до Азовского моря. Таким образом, время для действий русских князей против Мамая было очень подходящим. На востоке Мамая теснили орды Тохтамыша. Князь Дмитрий ответил на требование Мамая увеличить размеры дани решительным отказом. Тогда Мамай договорился с великим князем литовским Ягайло и Олегом Рязанским о совместных действиях против Московского княжества и стал готовиться к удару объединенных сил.

Учитывая, что значительная часть ордынцев поддерживала Тохтамыша, Мамай располагал не столь существенными силами. Он предпринимал очень большие усилия для того, чтобы собрать против Москвы как можно более многочисленную армию, обратившись за помощью к наемникам. Московский летописный свод конца XV века говорит о том, что в войсках Мамая шли на Русь восемь ордынских князей и все войско татарское и половецкое (кыпчакское), а также наемники – черкасы, армены (армяне), буртасы и фрязы (так на Руси называли выходцев из Южной Европы). Судя по всему, к фрязам и относилась та самая генуэзская пехота, которую Мамай мог нанять через генуэзские фактории в Крыму. Вместе с Мамаем шли польско-литовские войска князя Ягайло Ольгердовича и войско рязанского князя Олега Ивановича. Численность ордынских войск оценивается современными историками в цифры от 50-60 тысяч до 100-150 тысяч человек. с другой стороны, высказывается и точка зрения, что в то время и Мамай, и русские князья не могли бы собрать более 5-6 тысяч человек.
https://topwar.ru/uploads/posts/2017-09/1506138134_mamaj2.jpg
С русской стороны выступили примерно такие же по силе войска. Это были полки московские, а также союзников Дмитрия Московского – литовских князей Андрея Ольгердовича и Дмитрия Ольгердовича. Войска литовских князей прибыли из Полоцкого, Стародубского и Трубчевского уездов. В Коломне был сформирован полк Владимира Андреевича, который стал полком правой руки, а затем засадным полком. Левый фланг составил ярославский полк.

Знаменитая битва началась примерно в 12 часов дня 8 сентября 1380 года со ставшего впоследствии хрестоматийным поединка Челубея и Пересвета. Коротко надо рассказать и об этих людях. Инок Троице-Сергиевского монастыря Александр Пересвет до пострижения в монахи был боярином, откуда и усвоил воинское мастерство. Принять участие в битве он решил вместе с другим монахом Андреем (Родионом) Осляблей. Противником Пересвета был прославленный ордынский воин знатного происхождения Челубей, или Темир-мирза. Конечно, спустя века нельзя точно установить, реально ли существовал в Золотой Орде знатный воин с таким именем. Некоторые историки склоняются к тому, что Челубей все же вымышленная фигура, однако в конечном итоге нет разницы, как звали ордынца, выехавшего сражаться с русским богатырем. После гибели обоих участников поединка, в бой вступил сторожевой полк под командованием самого князя Дмитрия Московского. Затем владимирский и суздальский полки нанесли контрудар по пробивавшимся вперед ордынцам, а итог битвы определил удар засадного полка. Беклярбек Мамай в панике бежал с поля боя, бросив свое воинство. Тем не менее, несмотря на поражение Мамая, для русского войска также исход битвы не был обнадеживающим. Погибли до трети русских воинов, причем затем войска литовского князя Ягайло, которые не успели подойти на помощь Мамаю, занялись нападениями на отстававшие обозы русских полков и убийствами раненых.

Михаил Александрович, один из московских бояр, составил доклад о примерных потерях русских войск. Погибли более 500 представителей боярских фамилий, включая 70 рязанских, 60—70 можайских, 50 суздальских, 50 нижегородских, 40 московских, 40 муромских, 40 серпуховских, 35 владимирских, 30—60 звенигородских, 30—34 ростовских, 30 литовских, 25 костромских, 20—23 дмитровских, 20 коломенских, 20 переяславских, 20 галицких, 15 углицких, 13—30 новгородских. Потери младших дружинников были куда более внушительными. Согласно данным доклада, погибли 253 тысячи дружинников, а осталось лишь 50 тысяч дружинников, однако эти данные сейчас кажутся весьма завышенными – вряд ли могло быть собрано столь многочисленное войско.
https://topwar.ru/uploads/posts/2017-09/1506104095__b1_2nuj4ty.jpg
Для темника Мамая и его власти в Золотой Орде Куликовская битва стала началом стремительного конца. Во-первых, во время битвы погиб Мухаммед Булак-хан – двадцатилетний хан Золотой Орды и чингизид, который легитимизировал фактическую диктатуру Мамая и при котором регентшей состояла жена Мамая. Это была огромная потеря, поскольку Мамай с помощью Булака контролировал значительную часть ордынской элиты. Теперь он терял в ее глазах легитимность.

Во-вторых, Мамай рассчитывал быстро собрать в Крыму и Причерноморье новое войско из кыпчакских племен, но его опередил хан Тохтамыш. В том же сентябре 1380 года войско Тохтамыша встретилось с остатками армии Мамая на реке Калке. Ордынская знать, сопровождавшая Мамая и уже знавшая о смерти Булака, присягнула Тохтамышу как легитимному хану – чингизиду. Мамай с немногочисленными соратниками, сохранившими ему верность, даже не стал вступать в сражение, а бежал с поля боя. При этом в руки Тохтамыша попал гарем Мамая, включая и его жену регентшу Тулунбек-ханум. Тохтамыш поступил очень хитро и вскоре женился на бывшей супруге Мамая, тем самым еще больше подтвердив право на престол Золотой Орды.
https://topwar.ru/uploads/posts/2017-09/1506104135_246-1.jpg
Сам Мамай был убит в Крыму, в районе современного Старого Крыма и похоронен в селе Айвазовское (до 1945 года оно называлось Шейх-Мамай) недалеко от Феодосии. Интересно, что хан Тохтамыш поступил весьма благородно по отношению к своему лютому противнику и похоронил его с воинскими почестями.

После поражения войска Мамая в Куликовской битве наступил и новый период в отношениях России и Золотой Орды. Конечно, было бы большим преувеличением называть Куликовскую битву сражением, сокрушившим Золотую Орду. Осколок империи чингизидов распался из-за бесконечных внутренних распрей и ударов войск Тамерлана, к этому времени превратившегося в главного противника Тохтамыша. Но князь Дмитрий Донской не стал отправляться к Тохтамышу за получением ярлыка на княжение. В 1382 году Тохтамыш предпринял поход на Москву. 26 августа 1382 года Москва сдалась ордынцам, но те не выполнили обещания не убивать и не грабить ее жителей и вдоволь награбили и пролили реки крови в сдавшемся городе. На обратном пути войска Тохтамыша разграбили еще целый ряд земель. Однако через двадцать лет Тохтамыш утратил свое влияние на золотоордынскую политику. Ему удалось на непродолжительный срок захватить власть в Тюменском ханстве, но затем в 1406 году Тохтамыш был убит в противостоянии с Едигеем – основателем Ногайской орды.

Значение Куликовской битвы велико тем, что показало русским князьям и русскому народу в целом значение внутриполитического единства русских земель как мощного фактора, способного принести долгожданную победу над противником. Фактически Куликовская битва положила начало объединению русских земель вокруг Москвы, а Московское княжество постепенно превратилось в центр Руси, в том числе и благодаря фигуре своего князя Дмитрия Ивановича Донского – объединителя земель русских. Великие воины Александр Пересвет и Андрей Ослябля, воевода Дмитрий Михайлович Боброк-Волынский также навсегда вошли в русскую военную историю, в первую очередь – как бесстрашные герои, отдавшие свои жизни за независимость русской земли от Золотой Орды. Великий Сергий Радонежский также вошел в историю как пример идеолога русской независимости и русской государственности. Именно он благословил князя Дмитрия, а также иноков Пересвета и Осляблю на битву с войском темника Мамая. С Куликовской битвы началось великое возрождение русской государственности, поскольку русские княжества на практике смогли убедиться в том, что ордынцы не являются непобедимыми и действуя совместными усилиями, вполне можно одержать победу над ордынскими войсками.

С другой стороны, нельзя забывать и о том, что многие потомки золотоордынских темников впоследствии русифицировались и стали видными представителями русской знати. В 1380 году сын Мамая Мансур основал небольшое ханство в районе современных Сумской и Полтавской областей Украины. Ядро его населения составили половцы причерноморских степей. Поскольку центром ханства стал восстановленный город Глинск, вскоре оно получило название княжества Глинского. Правивший в нем род Глинских, восходящий к Мамаю и Мансуру, принял христианство и активно проявлял себя на литовской и русской службе. Еще к одному ордынскому темнику Яголдаю, создавшему собственный улус в районе современных Курской и Белгородской областей, частично восходит род Вяземских, поскольку один из князей Вяземских был женат на внучке темника Яголдая. Со времени Куликовской битвы прошли столетия и за это время русское, славянское, и тюрко-татарское население России получили прекрасный опыт позитивного взаимодействия, даже несмотря на опыт противостояния друг с другом до объединения в единое государство.

[Известия]

https://cdn.iz.ru/sites/default/files/styles/900x506/public/photo_item-2017-09/1505924580_1.jpg?itok=ipwY_1Gz
Фото: РИА Новости
21 сентября 1380 года состоялась Куликовская битва — решающее сражение между русским войском князя Дмитрия Донского и войском Золотой Орды, которое завершилось разгромом ордынцев. С 1995 года в этот день в России отмечается День воинской славы. На фото: репродукция картины Александра Бубнова «Утро на поле Куликовом»

[Кадет Биглер]

21 сентября 1380 года

День воинской славы России. День победы русских полков во главе с великим князем Дмитрием Донским над монголо-татарскими войсками в Куликовской битве. На Куликовом поле сошлось до 300 тыс. воинов. Численность войск сторон была приблизительно равной. Благодаря правильному построению боевых порядков, стойкости русских воинов, умелому использованию резерва - засадного полка - в критический момент битвы противник был разгромлен наголову. Потери с обеих сторон составили около 200 тыс. чел. убитыми и ранеными. Битва имела огромное значение для борьбы русского народа и народов Восточной Европы против нашествия монголо-татарских завоевателей.

[История. РФ]

https://a.radikal.ru/a27/2103/85/1d1050960b83.jpg
8 окт. 1480 начало «стояния на Угре». Хан Ахмат шел на Русь, но был остановлен на этой реке войском Ивана III

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/4806/
Поводом к войне стала разбойничья деятельность хана Синей Орды Арапши, который сначаоа разорил Новосильское княжество, затем - Нижегородское и Рязанское княжества. Русские князья стали собирать коалицию для отпора кочевникам. Когда же о возможном союзе русских князей узнал Мамай, он в 1378 году двинул войско под командованием хана Бегича на Русь. Но и Дмитрий Иванович Донской был не лыком шит – он решил встретить татар у переправы на реке Воже, притоке Оки.

Дмитрию после успешной разведки планов противника удалось перекрыть брод, по которому татары собирались совершить переправу, и занять удобную боевую позицию на холме. Хан Бегич не решился переходить реку на виду у русского войска и, по словам летописца, «стоял много дней». Тогда Дмитрий Иванович сам решил отойти от реки, «отдать берег» ордынцам, чтобы вынудить их к «прямому бою».

Бегич попался в расставленную западню. Натиск татарской конницы был отбит, и русские, сражавшиеся в полукруговом строении, перешли в контрнаступление. Золотоордынцы начали в беспорядке отступать, многие утонули в реке. Дальнейшего преследования и полного разгрома ордынцам удалось избежать благодаря наступлению темноты.

На следующее утро стоял сильный туман, и только после того, как он рассеялся, русское войско форсировало реку и захватило брошенный ордынцами обоз. В битве погибли сам Бегич и ещё четверо ордынских князей.

Битва на Воже стала первой серьёзной победой войск Северо-Восточной Руси над большим войском Золотой Орды и имела большое психологическое значение. Она продемонстрировала уязвимость татарской конницы, которая не выдержала стойкой обороны и решительных ответных ударов.
http://www.istpravda.ru/upload/medialibrary/30b/30b514c5736b03011f34482888a07c0c.jpg

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/4941/
В 1377 году молодой хан Тохтамыш при поддержке войск Тамерлана приступил к завоеванию Золотой Орды. Весной 1378 года, после падения восточной части со столицей в Сыгнаке, Тохтамыш вторгся в западную часть, контролируемую Мамаем. К апрелю 1380 года он сумел захватить всю Золотую Орду вплоть до Азова, включая столицу – Сарай.

В 1382 году Тохтамыш с большим войском пошёл к Москве. 24 августа 1382 года он подошёл к столице. Великий князь Московский Дмитрий Донской на бой не вышел и бежал с семьей в Кострому.

Обороной Москвы руководил юный литовский князь Остей. Два дня москвичи упорно защищались. Тогда Тохтамыш решил взять Москву хитростью, послав на переговоры нижегородских князей Василия Кирдяпу и Семёна Дмитриевича.

Князья поклялись, что Тохтамыш помилует москвичей, если они сдадутся. 26 августа 1382 года Москва сдалась. Коварный хан, естественно, своего обещания не исполнил. Множество народа было перебито, город был разграблен.

После этого татары взяли Переяславль, Владимир, Юрьев, Звенигород, Можайск и другие подмосковные города, обложив их данью.

[Алексей Заквасин, Святослав Петров, Анастасия Ксенофонтова]

https://russian.rt.com/science/article/469215-evpatiy-kolovrat-istoriya
11 января 2018, 17:18

11 января 1238 года, согласно легенде, был торжественно похоронен герой сопротивления монголо-татарскому нашествию Евпатий Коловрат. О бесстрашном и могучем воине, который 780 лет назад погиб в битве с пришедшими на Русь ордынцами, нам известно из «Повести о разорении Рязани Батыем». По одной исторической гипотезе, рязанский богатырь — собирательный образ, олицетворяющий героическую борьбу русского народа с Золотой Ордой, по другой — в основе предания лежит подвиг реального человека. Как в истории о Евпатии Коловрате переплелись миф и реальность, разбирался RT.
Что известно о легендарном русском воине Евпатии Коловрате
https://cdni.rt.com/russian/images/2018.01/article/5a54c020370f2cea5b8b45ca.jpg
Кадр из диафильма «Сказание о Евпатии Коловрате». © Б.Пашков

О Евпатии Коловрате известно только из одного источника — «Повести о разорении Рязани Батыем». Согласно этому произведению древнерусской литературы, после взятия монголами Рязани в декабре 1237 года Коловрат возглавил сопротивление захватчикам, сплотив вокруг себя 1,7 тыс. воинов.

Если верить хронологии описываемых в «Повести» событий, Коловрат погиб в бою в первой трети января 1238 года. В одном из списков этого литературного произведения утверждается, что торжественные похороны Евпатия состоялись 11 января.

Согласно другой точке зрения, которая основывается на сведениях об участии рязанцев в боях с монголами, Коловрат (или воин, ставший его прообразом) мог воевать с захватчиками до весны. Предполагается, что Евпатий погиб в битве на реке Сить 4 марта 1238 года, сражаясь в составе войска владимирского князя Юрия Всеволодовича, и был похоронен на левом берегу реки Вожа. Однако его могила так и не была обнаружена.

Не прекращаются споры историков и о происхождении имени героя «Повести». Евпатий — это изменённое греческое имя Ипатий, достаточно распространённое в Древней Руси. С прозвищем Коловрат история несколько сложнее. Прозвище на Руси, как правило, давалось по роду занятий человека. Наиболее популярная в среде учёных гипотеза такова: богатырь Евпатий стал известен как Коловрат за ловкость в бою («коло» — круг, «врат» — вращение).

«И была сеча зла и ужасна»

В 1237—1238 годах Русь подверглась масштабному вторжению Золотой Орды. Историки по-разному оценивают численность монголо-татарского войска (от 60 тыс. до 150 тыс.), но достоверно известно, что захватчики намного превосходили по мощи дружины русских князей.

Из-за феодальной раздробленности русские не могли выступить единым войском, что облегчило ордынцам завоевание княжеств. Нашествие возглавлял внук Чингисхана, правитель улуса Джучи (Золотой Орды) хан Батый. Первым городом, который подвергся разорению, стала Рязань, южная окраина северо-восточной Руси.

«Повесть о разорении Рязани» — один из основных источников информации о трагедии, которая произошла в декабре 1237 года с богатым городом на правом берегу Оки. Предчувствуя неминуемую гибель, рязанский князь Юрий пытался откупиться от Батыя. Но правитель Золотой Орды заявил о своих претензиях на «всю русскую землю» и потребовал «у князей рязанских дочерей и сестёр к себе на ложе». Рязанская знать собрала войско и приняла неравный бой неподалёку от города.
https://c.radikal.ru/c32/2103/31/f758cc7d7f36.jpg
Диорама «Взятие Старой Рязани Батыем» © Фрагмент диорамы «Оборона старой Рязани в 1237 году»

«И напали на него, и стали биться с ним крепко и мужественно, и была сеча зла и ужасна. Много сильных полков Батыевых пало. И увидел царь Батый, что сила рязанская бьётся крепко и мужественно, и испугался. Но против гнева Божия кто постоит! Батыевы же силы велики были и непреоборимы: один рязанец бился с тысячей, а два — с десятью тысячами», — говорится в «Повести».

После победы Батый уничтожил окружавшие Рязань сёла и завладел столицей княжества. «Повесть» и данные археологических раскопок свидетельствуют, что монголы практически стёрли с лица Земли Рязань и вырезали всех уцелевших горожан. В конце декабря 1237 года полчища Батыя двинулись покорять Суздальское княжество.

Весть о нашествии на Рязань дошла до одного из «вельмож рязанских по имени Евпатий Коловрат», который в тот момент находился в Чернигове. «С малою дружиною» боярин «помчался быстро» в Рязанское княжество.

«И приехал в землю Рязанскую, и увидел её опустевшую — города разорены, церкви пожжены, люди убиты. И помчался в город Рязань, и увидел город разорённый, государей убитых и множество народа полегшего: одни убиты и посечены, другие пожжены, а иные в реке потоплены», — сообщает «Повесть».

«Смешалися все полки татарские»

Евпатий собрал небольшую дружину численностью около 1,7 тыс. человек и внезапно напал «на станы Батыевы» уже на территории расположенного к северу от Рязани Суздальского княжества.

«И начали сечь без милости, и смешалися все полки татарские. И стали татары точно пьяные или безумные. И бил их Евпатий так нещадно, что и мечи притуплялись, и брал он мечи татарские и сёк ими. Почудилось татарам, что мёртвые восстали. Евпатий же, насквозь проезжая сильные полки татарские, бил их нещадно. И ездил средь полков татарских так храбро и мужественно, что и сам царь устрашился», — говорится в «Повести о разорении Рязани Батыем».

Батый отправил на истребление русских своего «шурича» (сына шурина) Хостоврула, который пообещал привезти Коловрата живым. Войско Евпатия было окружено самыми боеспособными монгольскими отрядами. Хостоврул вызвал рязанского боярина на поединок и погиб в схватке с Коловратом.

«И стал Коловрат сечь силу татарскую, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил — одних пополам рассекал, а других до сёдла разрубал. И возбоялись татары, видя, какой Евпатий крепкий исполин. И навели на него множество пороков (осадных камнемётных орудий. — RT), и стали бить по нему из бесчисленных пороков, и едва убили его», — так «Повесть» рассказывает о последнем бое Коловрата.
https://d.radikal.ru/d03/2103/95/0cc91e38009b.jpg
Кадр из фильма «Легенда о Коловрате» (2017) © Кадр из фильма «Легенда о Коловрате» (2017)

Батый был восхищён мужеством Коловрата. Глядя на тело мёртвого боярина, он сказал: «Хорошо ты меня попотчевал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной орды моей побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня — держал бы его у самого сердца своего».

Хан повелел отпустить оставшихся в живых русских воинов и отдал им тело Коловрата. Если верить «Повести», герой сопротивления монголо-татарскому нашествию был похоронен в Рязани вместе с погибшими князьями и боярами.

Таинственный Коловрат

У историков вызывает множество сомнений достоверность событий, описываемых в «Повести о разорении Рязани Батыем», которая была создана не раньше конца XIV века. Например, в произведении утверждается, что Коловрат и другие погибшие представители знати были отпеты и похоронены в Рязани, хотя она после захвата была полностью разрушена.

Исследователи обратили внимание, что «Повесть» рассказывает о князьях, которых в 1237 году уже не было в живых. В частности, упоминаются Давид Муромский (умер в 1228 году) и Всеволод Пронский (умер в 1208 году).

В тексте также говорится, что в боях с монголами участвует князь Ингварь Ингваревич, дискуссия о существовании которого до сих пор продолжается. Есть предположения, что Ингварь Ингваревич — это рязанский князь Ингварь Игоревич, правивший с 1217 года. Однако он умер в 1235 году — за два года до монгольского нашествия.

Под сомнение ставится и факт существования Коловрата, о котором ничего не сообщается в других произведениях и письменных документах Древней Руси. К тому же «Повесть» не уточняет происхождение Евпатия и его место во властной иерархии Рязанского княжества.

О Коловрате рассказывается как об одарённом полководце, мужественном и профессиональном воине, обладающем невероятной физической мощью. Евпатия принято представлять коренастым мужчиной крепкого телосложения, а по характеру рязанский боярин — храбрый и патриотичный русский воин. Такое описание роднит Коловрата с героями русского эпоса — богатырями Ильёй Муромцем, Алёшей Поповичем и Добрыней Никитичем.

Что известно о легендарном русском воине Евпатии Коловрате
https://d.radikal.ru/d43/2103/62/ccddfadda0da.jpg
Скульптура Евпатия Коловрата (2009), созданная Иваном Коржевым © i-korzhev.ru

Доктор филологических наук, специалист по древнерусской литературе Анатолий Дёмин подчеркнул в беседе с RT, что прозвище Коловрат никак не связано со знаком Солнца, славянской свастикой или иными языческими символами.

Дёмин отметил, что Коловрат выделяется своей человечностью на фоне типичных богатырей из русских былин. По его словам, несмотря на определённую гиперболизацию, Евпатий показан в целом обычным человеком, стремившимся защитить свою землю от захватчиков.

Народный герой

Рязанский боярин — достаточно популярный персонаж произведений российского искусства.

Подвиги Коловрата, в частности, воспел уроженец Рязанской губернии Сергей Есенин. В «Сказании о Евпатии Коловрате, о хане Батые, Цвете Троеручице, о Чёрном Идолище и Спасе нашем Иисусе Христе» (1912) он описывал богатыря как необычайно сильного человека, который двумя пальцами «вытягивал» «пешнёвые угорины» (раскалённые ломы). При этом Коловрат в стихотворении Есенина предстаёт не вельможей, как в «Повести», а кузнецом — человеком из народа.

Советские писатели обращались к Коловрату как к символу народного сопротивления захватчикам. Всплеск популярности рязанского богатыря произошёл в период Великой Отечественной войны. Евпатий стал героем произведений Сергея Маркова (1941) и Василия Яна (1942).

После распада СССР Коловрат также упоминался во множестве художественных произведений. В 2007 году в Рязани ему был установлен памятник.

Что известно о легендарном русском воине Евпатии Коловрате
https://b.radikal.ru/b14/2103/4f/1ae4eb9a7478.jpg
Памятник Евпатию Коловрату на Почтовой площади в Рязани © Wikimedia Commons

Ещё два памятника Евпатию появились в посёлке Шилово и деревне Фролово.

В 2009 году заслуженный художник России Иван Коржев создал скульптуру Коловрата из литьевого камня: Евпатий сидит в задумчивой позе, легко придерживая правой рукой огромную секиру. В этом же году появился холст Максимильяна Преснякова. На картине израненный стрелами Коловрат держит в руках два меча, пытаясь подняться, чтобы продолжить бой с монголами.

В ноябре 2017 года на экраны российских кинотеатров вышел фильм «Легенда о Коловрате» режиссёра Джаника Файзиева. По сюжету в декабре 1237 года Евпатий отправился на переговоры с другими князьями, чтобы оказать совместное сопротивление нашествию монголов. Однако Рязань была сожжена, и Коловрат, собрав отряд мстителей, начал героическую борьбу с захватчиками.

Быль или легенда

Значительная часть историков считает, что в «Повести о разорении Рязани Батыем» переплетены вымысел и реальные события, а Коловрат является собирательным образом русских воинов, сражавшихся с ордынцами.

«То, что мы видим в этой повести, характеризует восприятие русского человека вовсе не XIII века. Евпатий описан достаточно достоверно, мотивы его воинов вполне оправданны. Но всё остальное, в частности восхваление Батыем русских воинов, напоминает сконструированную, более позднюю легенду, созданную в XV—XVI веках. Поэтому специалисты относятся к этому памятнику скорее как к литературному, а не документальному», — пояснил в интервью RT доктор исторических наук, профессор кафедры Истории и теории культуры РГГУ Константин Ерусалимский.

Историк-медиевист Клим Жуков придерживается такой же позиции. Он полагает, что большая часть событий «Повести о разорении Рязани Батыем», включая рассказ о Коловрате, не соответствуют действительности.

«К Коловрату стоит относиться как к легендарному, былинному герою. Есть ещё несколько персонажей, в чьих судьбах присутствует практически аналогичный сюжет героической борьбы с захватчиками. Один из них — Меркурий Смоленский, описание подвига которого относится к историческим памятникам литературы XV века», — отметил в беседе с RT Жуков.

Однако существует и альтернативная точка зрения. Её суть заключается в том, что Коловрат был реальным воином, который сплотил вокруг себя небольшой отряд, но автор «Повести» приписал ему некоторые качества былинных персонажей.

Этот подход основан на фактах, свидетельствующих об упорном сопротивлении монгольским туменам (тактическая единица монгольского войска), которое продолжили оказывать рязанцы и после падения столицы своего княжества.

«Многие исследователи считают, что памятник основан на реальных событиях, и ряд имен в нём абсолютно достоверен», — подчеркнул Ерусалимский.

Согласно летописям, Батый действительно разорил Рязанское княжество, но один из выживших князей, Роман Ингваревич, смог собрать ратников и принял бой с захватчиками на территории Суздальского княжества.

Также известно, что в первой половине января 1238 года произошло крупное сражение с монголами вблизи Коломны (к северу от Рязани). В битве принял участие великий князь Юрий Всеволодович, опасавшийся, что Владимирское княжество повторит участь Рязанской земли. В его войско влились и рязанские дружинники.

Предполагается, что на момент гибели Коловрату было около 35 лет, хотя достоверные сведения о том, когда и где он родился, отсутствуют. Есть версия, что Евпатий родился в деревне Фролово (нынешний Шиловский район Рязанской области) приблизительно в 1200 году.

Историк–фольклорист, доктор филологических наук Борис Путилов (1919—1997) в своих научных трудах утверждал, что «Повесть о разорении Рязани» не стоит рассматривать как исключительно литературное произведение с вымышленными персонажами. То есть он опровергал принятый в советский период подход к легенде о Коловрате как к выдумке автора «Повести».

«Рассказ о Евпатии Коловрате в сюжетном отношении далеко не так прост, как это может показаться на первый взгляд. Для народной песни этот сюжет очень сложен, в нём много эпизодов (или мотивов), которые легко развиваются в рамках воинской повести, но которые значительно труднее развить в рамках народной песни», — говорится в статье Путилова «Песня о Евпатии Коловрате».

По мнению историка, рассказ о Коловрате характеризуется резкими поворотами сюжета и быстрой переменой мест действия. Отсутствие картинных зарисовок, свойственных былинному жанру, позволяет сделать вывод о наличии в «Повести» элементов документалистики. Соответственно, и сам рассказ о Коловрате мог иметь реальную основу.

[Андрей Сидорчик]

http://www.aif.ru/society/history/revansh_ordy_kak_han_tohtamysh_zastavil_moskvu_pla tit_i_kayatsya
00:07 26/08/2017

26 августа 1382 года войско хана Тохтамыша сожгло Москву.
https://aif-s3.aif.ru/images/012/226/e5ea48631593affa04c49c1084f7a6c2.jpg
В.С. Смирнов. Вторжение Тохтамыша. © / Public Domain

В 1380 году объединенное русское войско под командованием князя Дмитрия Донского нанесло сокрушительное поражение ордынскому войску Мамая. Об этом сражении и этой победе знают все. Но возникает вопрос — а почему же окончательное освобождение русским земель от ордынской зависимости произошло лишь 100 лет спустя, в 1480 году?

Успех на Куликовом поле многим вскружил голову. В то же время часть русских князей увидели в победе московского князя Дмитрия Ивановича угрозу своей власти. Они были бы не прочь, если бы Москву кто-то «поставил на место», и готовы были в этом помочь.

Наследник Чингисхана вместо узурпатора

Золотая Орда в это время значительно ослабела из-за постоянных междоусобиц, однако по-прежнему оставалась грозной военной силой.

Мамай после поражения от русских столкнулся с противником внутри Орды — ханом Тохтамышем. Борьба эта шла уже несколько лет, и на сей раз завершилась окончательным поражением и гибелью Мамая.

Если Мамай был темником, то есть военачальником, ставшим в Орде фактическим диктатором, то Тохтамыш имел законные права на престол — он являлся одним из потомков Джучи, старшего сына Чингисхана. Его воцарение в Золотой Орде многими воспринималось как восстановление законности.

Тохтамыш действительно стал активно наводить порядок в стране, в том числе в своем русском улусе. К Дмитрию Донскому были направлены послы, которые передали русскому князю — Тохтамыш благодарен за помощь в борьбе с «узурпатором» Мамаем. Теперь, однако, следует действовать по закону — московский князь должен заплатить дань, которая в Орду не поступала с 1374 года, и получить у хана «ярлык» на великое княжение, как это было принято со времен нашествия Батыя.

Послы Тохтамыша принимались в Москве с почестями, были одарены дорогими подарками, однако князь не стал ничего говорить ни про признание над собой власти Золотой Орды, ни про дань.
https://static1-repo.aif.ru/1/b7/897323/26ee2366b8ec3b7b4678763b370d3ac2.jpg
А. М. Васнецов. «Московский Кремль при Дмитрии Донском». Фото: Public Domain

Поход с эффектом внезапности

Тохтамыш понял — добром договориться с русскими не получится, и стал готовить поход для приведения к порядку московских вассалов.

В 1382 году в Казани внезапно были схвачены русские купцы. Часть из них была убита, часть оказалась в заключении, имущество было разграблено, а суда переданы войску Тохтамыша для переправы через Волгу.

С купцами поступили так, чтобы не допустить утечки информации о начале похода.

Когда Тохтамыш с войском появился в русских землях, часть князей решила подчиниться ему, дабы избежать разорения собственных земель, а заодно поумерить амбиции московского князя.

Памятник князю Олегу на Соборной площади в Рязани. Вечный «предатель». На кого работал князь Олег Рязанский?

Нижегородско-Суздальский князь Дмитрий Константинович послал к Тохтамышу посольством своих сыновей Василия Кирдяпу и Семёна. Рязанский князь Олег, дабы избавить от беды свой удел, объявил Тохтамышу о своей покорности и показал броды для переправы через Оку.

Когда первые известия о войске Тохтамыша достигли Москвы, началась настоящая паника. К новой большой схватке с ордынцами ничего не было готово.

«В городе ли князь Дмитрий?»

Дмитрий Донской со своей дружиной двинулся было навстречу врагу, но тут к нему стали поступать сведения, из которых стало понятно — другие русские князья идти на помощь не хотят, и собрать необходимое войско не получится. После этого князь ушел на север, в Кострому, рассчитывая выиграть время для сбора сил. Покинул Москву и его двоюродный брат, Владимир Андреевич Серпуховской, который также пытался дополнительные силы для сражения.

Между тем, Тохтамыш уже жег села, убивал и захватывал в плен тех, кто не успел скрыться. В Москву стекались беженцы, а в это самое время представители имущих слоев бежали из города, спасая свои богатства.

Простолюдины, глядя на такое поведение элиты, подняли бунт. На срочно собранном вече было решено создать ополчение для обороны Москвы, и закрыть выезд из города для всех.

Исключение сделали лишь для семьи Дмитрия Донского и патриарха Киприана.

Командование ополчением поручили молодому литовскому князю Остею, незадолго до этого поступившему на русскую службу.
https://static1-repo.aif.ru/1/0f/897331/63fee29788f8ec1ed279c9b2a99fcdc2.jpg
А.М. Васнецов, «Оборона Москвы от хана Тохтамыша. XIV век». Фото: Public Domain
23 августа 1382 года к стенам Москвы подошел передовой отряд ордынцев.

«В городе ли князь Дмитрий?» — спросили ордынцы.

«Нет его здесь, а вы идите в...», — ответили им со стен. На воинов Тохтамыша понесся поток отборных оскорблений. Москвичи демонстрировали ордынцам оголенные зады, и называли хана не Тохтамышем, а «дохлой мышью».

Причина такой дерзости заключалась в запасах вина, добытых в погребах бежавших бояр.

Москва пала из-за доверчивости

24 августа к Москве подступили основные силы Тохтамыша. Начался штурм города.

Ордынское войско, конечно, на голову превосходило московских ополченцев. Но каменные стены Кремля, выстроенные Дмитрием Донским, уравняли шансы. Потоки смолы, кипятка и дегтя, лившиеся со стен на штурмующих, наносили серьезный ущерб.

К тому же москвичи пустил в ход огнестрельное оружие, добытое за шесть лет до этого в походе протии волжских булгар, что тоже стало неприятным сюрпризом для ордынцев.

После двух дней боев взять Москву не удалось. Потери войска Тохтамыша росли, и хан решил попробовать взять город хитростью.

Высланные к городским стенам послы объявили — Тохтамыш воюет с князем Дмитрием, а не с городом, и потому жителям бояться нечего. В обмен на оказание ему почестей и посещение города, Тохтамыш готов уйти от Москвы, оставив ее жителей в покое.

Честность Тохтамыша подтверждали сыновья князя Василий Кирдяпа и Семен, приходившиеся родными братьями жене Дмитрия Донского.

В городе развернулись споры, стоит ли верить обещаниям Тохтамыша. Большинство поддержало предложение заключить соглашение.

Но стоило москвичам 26 августа открыть ворота, как ордынцы пошли в атаку. В открытом бою шансов устоять против войска Тохтамыша у ополченцев не было. Началась резня, в которой погибли около 24 тысяч человек. Москва была разграблена и подожжена. Тохтамышу в качестве трофея досталась даже княжеская казна.

Покинув Москву, ордынцы, разделившись на несколько отрядов, разорили Владимир, Звенигород, Можайск, Юрьев. Но под Волоком Ламским, который сегодня более известен как Волоколамск, один из отрядов нарвался на рать Владимира Андреевича Серпуховского. Ордынцы были разбиты, а часть из них попала в плен.

Получив сведения об этом, Тохтамыш приказал свои отрядам собраться вместе и... отступать. Давать генеральное сражение хан не хотел, опасаясь появления еще и Дмитрия Донского с дружиной. Опыт Куликовской битвы был свеж, и повторять судьбу Мамая Тохтамыш не стремился.

На обратном пути Тохтамыш подверг разорению рязанские земли, несмотря на ранее данное князю Олегу обещание.
https://static1-repo.aif.ru/1/7b/621307/dd643861f202099c8033d1ffa3da2d1b.jpg
Дмитрий Донской. Фото: Public Domain
Дмитрий Донской вернулся в опустошенную Москву. Его уход на север многие расценили как проявление трусости, и для современников подвиг князя на Куликовом поле померк. Под сомнение было поставлено и право Москвы на лидерство среди русских земель.

И все-таки поход 1382 года полностью дезавуировать то, что случилось на Куликовом поле, не смог. Осенью от Тохтамыша прибыл новый посол — хан предлагал заключить мир. Взамен на признание власти Орды Тохтамыш был готов не просто оставить великое княжение Владимирское за Дмитрием, но и признать право на него за всеми потомками князя.

В 1383 году сын Дмитрия Донского отправился в Орду к Тохтамышу. Привезенной им дани за два года оказалось достаточно, чтобы хан признал за московскими князьями исключительное право на великое княжение Владимирское.

А вопрос о полном освобождении Руси от зависимости был отложен до лучших времен.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/193/
Закат Золотой Орды, продолжавшийся почти полтораста лет, стал необратимым благодаря политике Великого князя Ивана III, который первым из русских правителей решил забыть дедовские традиции и послать некогда грозного сюзерена по известному адресу. То есть, Иван III прекратил платить дань, перестал ездить в Орду за ярлыками и ценными указаниями, и всячески игнорировал тогдашнего ордынского правителя хана Ахмата – благо тот был занят внутрикорпоративными разборками с Крымским Ханством.
И вот, приструнив крымских, хан решился разобраться и с обнаглевшим Иваном, наглядно показав ему, кто в нашем евразийском доме хозяин. Тем более, что и прогрессивный Запад – то есть, польско-литовский король Казимир IV обещал хану Золотой орды свое одобрение и полную поддержку. Летом 1480 года, собрав про сусекам пару туменов кочевников (которые, надо полагать, вовсе не горели желанием повторять подвиги прадедов и слагать головы за великие имперские идеи), Ахмат неторопливо двинулся в поход к границе Московского государства, ожидая скорого подхода обещанных Казимиром IV войск. Воображение так и рисовало ему приятные и волнующие картины: вот, идут эскадроны славных польских гусар с крылышками за спиной, вот они лавиной наваливаются на врага, а тот, сломленный, бежит…

Увы, но берегу Оки его встретили не бравые гусары, а хмурые русские стрельцы.

Оказалось, Иван тоже был не лыком шит - узнав о планах неприятеля, Иван III первым вышел в поход и встретил Ахмата на самой выигрышной позиции – на высоком берегу Оки. Что ж, Ахмат в ответ поступил, как поступил бы на его месте всякий полководец – а именно, плюнул от досады, развернулся и ушел. Вернее, не совсем шел, а пошел в обход, рассчитывая напасть на Русь с юга.

Пройдя по землям нынешней Тульской и Калужской областей, Ахмат подошел к берегам Угра — это река в Смоленской и Калужской областях России, левый приток Оки. Но и там его поджидали русские войска.

Разумеется, татары предприняли несколько попыток форсировать реку, но блицкрига не получилось: оказалось, что русские стрельцы, во-первых, отлично стреляют, а, во-вторых, пороха и ядер у них припасено изрядно. Словом, после нескольких бесплодных попыток наладить переправу, обессиленная армия хана Ахмата остановилась у берега реки напротив наших позиций. И стал ждать – то ли подхода союзников, то ли того, что русские сами устанут и куда-нибудь уйдут. Но поляков все никак не было, русские не уходили, а между тем, время работало против хана – в конце октября пришли холода с дождями, закончились все запасы провизии, а в солдатской массе стали назревать всякие недовольства и брожения умов…

Словом, промаявшись под дождями больше месяца, в начале ноября хан Ахмат отдал приказ об отступлении и убрался восвояси, тем самым официально признав, что Иван III больше не является его подданным.

Это отступление стало прологом гибели всей Золотой орды: в 1481 году Ахмат был убит заговорщиками - тюменским ханом Ибаком и ногайским мурзой Мусой, после чего империя погрузилась в омут междоусобных склок, которые были прекращены только много лет спустя - с приходом русских колонизаторов.

Возможно, читателей заинтересует вопрос: а что же случилось с гусарами короля Казимира? Почему они не пришли на помощь союзникам. Что ж, ответ на этот вопрос прост: коварный русский князь подговорил крымского хана Менгли I Гирея, тот напал на Подолию — южные земли тогдашнего Великого княжества Литовского, и гусарам сразу стало некогда.

[Константин Кудряшов]

http://www.aif.ru/society/history/genialnyy_plan_ivana_velikogo_kak_stoyanie_na_ugre _polozhilo_konec_igu
00:06 17/10/2015

Статья из газеты: Еженедельник "Аргументы и Факты" № 42 14/10/2015
17 октября 1480 года произошло самое важное событие отечественной истории - родилась та Россия, в которой мы живём. Начало стояния на реке Угре положило конец татаро-монгольскому игу. К сожалению, факт этот ещё не вполне осознан.
https://aif-s3.aif.ru/images/007/140/ee03d836b28fd2139660349aebb13cbf.jpg
Фрагмент диорамы «Великое стояние на реке Угре» художника Павла Рыженко, 2014 г. © / репродукция

Впрочем, и само это стояние рисуется как-то легкомысленно. Дескать, русские и ордынцы собрали армии, сошлись на реке Угре, провели там месяц да и разошлись восвояси. Иные намекают, что русским пособил «генерал Мороз» - татары откочевали на юг только по той причине, что зима в том году была ранняя и жестокая.

О том, кто олицетворял противоборствующие стороны, представление тоже смутное. С нашей стороны - Иван Великий - то ли князь, то ли колокольня. Предводителя татар помнят лишь по той причине, что поэтесса Горенко взяла псевдоним Ахматова в его честь - прабабка Анны Андреевны возводила свой род именно к Ахмату.
https://static1-repo.aif.ru/1/93/486956/3e54d61416c6e03d220034be4b12c1cb.jpg
Миниатюра летописного свода «Стояние на реке Угре». XVI век
А между тем хан Большой Орды Ахмат ждал как раз морозов: «Станет Угра - много откроется путей на Русь!» Войско ордынцев численностью от 100 до 200 тыс. сабель пыталось занять броды по Угре от Калуги до города Опакова (ныне село Палатки) - фронт длиной в 60 км. Там развернулась непрерывная четырёхдневная битва за обладание переправой. Летописные рассказы говорят об этом так: «Наши стрелами и пищальми много поганых побили, и без числа потопили в реке, а их стрелы меж наших падали и никого не уязвляли».

Особенных подвигов, достойных песен и былин, там не совершалось - в этом плане Угра не идёт ни в какое сравнение с Куликовым полем. Единственным подвигом стало вдумчивое планирование одной из крупнейших военно-политических операций Средневековья. И здесь все лавры заслуженно принадлежат Великому князю Московскому Ивану III.

Его сравнивают с Александром Невским и Дмитрием Донским. Сравнение не в пользу Ивана - доспехами с рядовыми ратниками не менялся, в первых рядах не бился и вообще почти всю кампанию просидел в Москве. Вернее, в Красном селе, поскольку москвичи обвиняли его в трусости, а архиепископ Вассиан Рыло и вовсе застыдил: «Может быть мне, пастырю духовному, рати возглавить надлежит, коли ты не возмогаешь?»

Окончательное решение

Когда в апреле 1480 г. Орда двинулась к границам Руси, наши войска были уже полностью мобилизованы и готовы к бою. Летописи ни словом не упоминают ни о сборе полков из других городов, ни о рассылке гонцов, как это было перед Куликовской битвой. Русские заранее знали, как и какими силами Ахмат пошёл к Москве. А без грамотной работы разведки это невозможно.

Кстати, татары всегда нападали на Москву в лоб - через Оку и Коломну. Ахмат же дал серьёзного крюка к западу. Почему? Причина проста - ему обещал помощь Казимир IV Ягеллончик, король польский и великий князь литовский. Но помощи от Литвы не было. Как назло, именно в этот момент у Казимира возникли серьёзные проблемы - начали волноваться подвластные ему русские православные князья. Ряд источников говорит о том, что дело не обошлось без агентов Москвы, которые целенаправленно мутили воду в Литве.
https://static1-repo.aif.ru/1/79/486957/ebfbad34c55d4eaf48ce903b5977f27c.jpg
Памятник «Стояние на Угре 1480» Фото: Commons.wikimedia.org/ StoAndrey
О том, что главным оружием русских в той битве стала артиллерия, говорят много. Но сама по себе она использовалась у нас к тому моменту уже лет сто. Инновации Ивана состояли в другом. Впервые артиллерия стала не крепостной, а полевой. Впервые широко применили целый ряд ручного стрелкового оружия. Тюфяки, стреляющие «дробосечным железом», то есть картечью. Ручницы - пушки весом около 4 кг. Ручницы лёгкие - весом около 1 кг - ими вооружали кавалерию. И, наконец, «пищали тяжёлые», к которым прилагались «станки на колёсах». Для той эпохи артиллерия считалась сильной, если на 1000 солдат приходилась 1 пушка, производившая в день от 3 до 5 выстрелов. Русские совершили реальный прорыв. Новейшим оружием обеспечили до 15% войск, а организация огня была виртуозной.

Но Ахмат был упорен. Теоретически замёрзшая Угра и впрямь могла ему сильно помочь. У конницы, перешедшей реку по льду в неожиданных местах, была масса возможностей. Идти на Москву, зайти русским в тыл, заняться грабежом окрестностей - выбор широк. И никакие русские пушки, отягощённые обозом, не могли бы ей в этом помешать. Но этого не случилось. Как раз когда Угра стала, татары внезапно отошли от берега, а потом и вовсе бежали.
В тот момент Ахмат получил страшное известие - возвращаться ему было уже некуда. Сработал план Ивана Великого - глубокий рейд «судовой ратью» по Волге к столице Орды, Сараю. Речной десант под руководством воеводы Василия Гвоздева-Ноздроватого и служилого московского татарина Нур-Девлета. Город, некогда наводивший ужас на полмира, перестал быть: «И тако пленили, жён и детей поганых без милости смерти предали, жилища же их сожгли и обратили Орду в место пусто».

Так окончилось иго. И так родилась та Россия, политика которой с тех пор всегда была нацелена на конечный итог - мобилизация, модернизация и полное стирание обидчиков из истории и реальности.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/839/
Князь по вызову ордынского хана Узбека прибыл в Золотую Орду в начале сентября и "по обычаю одарил князи и царицу, после самого царя". Узбек дал ему "пристава, не дадущи никому же обидети его". И, тем не менее, по приговору ханского суда Михаил был казнен.
Дело в том, что великого князя Тверского вызвали в Орду "на ковер", чтобы расследовать обстоятельства смерти у него в тверском плену жены великого князя Владимирского Юрия (Георгия) Даниловича Кончаки, сестры хана Узбека, в православии Агафьи.

Михаил Ярославич и Юрий Данилович давно жестоко и с переменным успехом враждовали. Юрий, первоначально удельный князь Московский, в значительной мере благодаря перспективному браку сумел отобрать у Михаила, который первоначально был великим князем Тверским и Владимирским, великое княжение Владимирское. Михаил не стерпел, дал Юрию бой и наголову его разбил. Владимирское княжение он себе не вернул (для этого требовался ханский ярлык), но жену Юрия, с поля битвы бежавшего в Новгород, захватил.

Ханский суд занимался делом Михаила два с половиной месяца и признал справедливость слухов о том, что Кончаку-Агафью уморили в заключении.

Приговор тут же привели в исполнение, а Юрию было дано подтверждение на великое княжение во Владимире, куда он и возвратился с телом Михаила, кстати, своего близкого родственника.

Но мир между княжескими родами, конечно, не наступил.

В 1325 году старший сын Михаила, 26-летний князь Тверской Дмитрий Михайлович по прозванию Грозные Очи в Орде заколол мечом Юрия. Естественно, за такое самоуправство хан Узбек повелел его казнить, и великое княжение досталось его младшему брату, князю Тверскому Александру Михайловичу, ставшему великим князем Владимирским и Тверским, причем последним: он также был убит в Орде, - и великое княжение навсегда перешло к князьям Московским - первым из них этот титул достался хитроумному младшему брату Юрия Даниловича, Ивану I Даниловичу по прозвищу Калита.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/1091/
В 1239 году армия хана Батыя предприняла новый поход на Русь. До этого монголы разбили основные силы Владимиро-Суздальской земли, взяли и разграбили четырнадцать городов Северо-Восточной Руси.
Батый мечтал об империи, протянувшейся от Тихого океана до Атлантики. Теперь его путь лежал в южные и западные земли. Однако легкой победы добиться не удалось. Все города русичей приходилось брать штурмом.

Первым захваченным городом стал пограничный Переславль, затем Чернигов.

В декабре 1240 года Батый подошел к Киеву. Хан не хотел разрушать красивый город и предложил горожанам сдаться без боя. Однако киевляне решили биться насмерть.

Осада Киева длилась долго. На защиту города вышли все его жители от мала до велика. По свидетельству летописца «один бился с тысячей, а двое – с тьмою».

Татарам пришлось использовать стенобитные орудия. Через провалы в стенах монголы ворвались в город.

6 декабря 1240 года пал последний оплот защищавшихся — Десятинная церковь.

Разъяренные татаро-монголы перебили более половины мирного населения. Из 50 тысяч человек после Батыева погрома в городе осталось не более двух тысяч жителей.

www.calend.ru

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/1330/

Поначалу монголы предложили рязанскому князю Юрию Игоревичу откупиться данью. "Когда никого из нас не останется, тогда все будет ваше", - ответил князь. Батыю понадобится пять дней, чтобы взять Рязань штурмом и полностью разорить ее. Монголы вырежут не только княжескую семью и защитников города - они не пощадят даже беременных женщин и истребят всех домашних животных за исключением лошадей. Город перестанет существовать (нынешняя Рязань расположена в 60 километрах от старого места).

[Shatff]

2017-10-20 19:00:00

20 октября 1480 года произошло (точнее – началось) известное, наверно, даже школьникам Стояние на Угре – знаковое событие, занесённое на скрижали, как «Освобождение от монголо-татарского ига». (Сейчас понятие «ига» пытаются подвергнуть переосмыслению – и Ваш покорный слуга, будучи последовательным сторонником Гумилёва, это приветствует. Штамп действительно, сомнителен – что и подтверждают события, о которых мы сегодня вспомним).

…Итак, после Куликовской битвы минуло столетие – и обстановка существенно изменилась… В основном, вследствие того, что Золотая Орда окончательно развалится на две: так называемую, Большую – и Ногайскую; а также три ханства: (Крымское, Казанское и Астраханское) – и несколько менее значительных кусков. Формально, преемницей Золотой признавалась именно Большая орда – но на деле все эти новообразования постоянно конфликтовали – или, наоборот, союзничали друг против друга.

…В этой ситуации роль Москвы, как самостоятельного игрока резко вырастет – а уплата дани, фактически сойдёт на нет. Однако такое молчаливое статус-кво, в конце концов, будет нарушено пришедшим к власти энергичным ханом Ахматом… Этот романтик вознамерится повернуть историю вспять, и вернуть Орде былое могущество – в чём, кстати, на удивление, почти преуспеет!.. Впрочем, по порядку…

…Кое-какие попытки потеснить Москву Ахмат предпримет ещё в 1370-х – но ему постоянно приходилось оглядываться на беспокойные тылы. В конце концов, он отправит послов требовать дани – тут-то и произойдёт воспетый нашей историографией эпизод с топчущим ханские грамоты Иваном III!..

..В былые времена наутро под стенами Кремля стояла бы уже вся Орда – но теперь Ахмату в очередной раз пришлось воевать с крымцами. На дипломатическом поле он не теряет времени зря, заключая союз с Османской империей, и польско-литовским Казимиром V – особого толку из этого в дальнейшем не выйдет, но интересна сама расстановка сил. (Упомянём и про посольства венецианцев, которые, в свою очередь, страстно желали натравить Ахмата на турок).

…К 1480-му Ахмат созреет для выступления – а у нас, наоборот, случатся неприятности. На западе в очередной раз возбудится Ливонский орден – правда, потоптавшись под Псковом, братья-рыцари уберутся восвояси. Больше проблем создаст бунт братьев Ивана – Андрея Большого и Бориса Волоцкого – к счастью, он не успеет превратиться во что-то значительное…

…Между тем, Ахмат двинется прямиком через союзную Литву – и, в конце концов, окажется в будущей Калужской области, на берегу той самой Угры…

…Часть московской знати привычно впадёт в панику, что ещё больше осложнит положение Ивана III – но, к его чести, князь не поддастся, и сможет осадить алармистов – а также сплотить сторонников. Тут же появятся хорошие новости: во-первых, мятежные братья передумают бунтовать и выступят на помощь Москве; во-вторых, наш крымский союзник Менгли I Гирей согласится пройтись рейдом по литовской Подолии. (Не будем удивляться такому союзу – с Большой Ордой Крым воевал, а с нами – пока нет). В результате озабоченный нежданным вторжением Казимир войск Ахмату не пришлёт (если он вообще собирался).

…Итак, обе армии (как следует из источников – «большие») окажутся по разные берега. Поначалу хан попытается реку форсировать: «И приидоша татарове и начаша стреляти москвичь, а москвичи начаша на них стреляти и пищали пущати и многих побиша татар стрелами и пильщалми и отбиша их от брега…».

…Ещё несколько попыток закончатся с тем же результатом – и начнётся «Стояние». Поначалу стороны пытались вести переговоры – но выяснится, что консенсус недостижим. День за днём тянутся в вялых перестрелках (и, видимо, более живых перебранках) – и чем дольше это продолжается, тем менее вероятной начинает казаться битва…
https://a.radikal.ru/a03/2103/03/61c2d1584749.jpg
…Противники явно зашли в тупик – но на руку это было нашим. Воинство Ахмата вскоре начнёт испытывать проблемы со снабжением – конница вообще плохо переносит «стояния». У Ивана с этим был полный порядок. Затем ордынцев начнёт косить какая-то болезнь (судя по описаниям – дизентерия). Русский берег она чудесным образом миновала.

…Неизвестно, сколько бы продолжалось это удивительное действо, но, в конце концов, Иван надумает сменить позицию – то есть, в сущности, отойти… А для того, чтобы этот манёвр не вдохновил неприятеля, князь засылает ему в тыл мобильную русско-крымскую группу – и вот эти диверсанты, не встречая никакого сопротивления, (все войска убыли в поход на Русь) держат путь прямиком на ханскую столицу!..
https://d.radikal.ru/d15/2103/c0/12aac69f9ffa.jpg
…Ахмат будет обдумывать противоречивые новости около суток – а затем прикажет сниматься с лагеря… Так оба войска, вволю насмотревшись друг на друга примерно за месяц, одновременно двинутся восвояси!..

PS: …На Руси Угру немедленно прозовут «поясом Богородицы», а свершившееся – полной победой. Вполне справедливо – тем более, что она окажется, практически, бескровной!..

PPS: …Надо сказать, ордынцы, видимо, придут к такому же заключению – буквально через пару месяцев Ахмат распустит своё войско, и будет благополучно прикончен конкурентами – а вскоре Большая Орда разделит судьбу Золотой… Впрочем, это – совсем другая история.

[Gorban]

http://ic.pics.livejournal.com/qorban/53204749/96009/96009_original.jpg
21 декабря 1237 года

...хан Батый разорил Рязань.

Батый — монгольский хан, внук Чингисхана. В 1237–1243 годах он отправился в поход на Русь. Войско Батыя чёрным смерчем пронеслось по Руси, сметая оборонявшиеся города и сёла, убивая, грабя и уводя в полон жителей. Русские героически сопротивлялись нашествию степняков, и войско Батыя понесло большие потери.

Первым городом на пути Батыя стала Рязань. Шесть дней длилась её осада. Рязанский князь Юрий, защищая город, погиб вместе со всеми его жителями. Рязанский воевода, боярин Евпатий Коловрат, опоздал к битве и застал монгольское войско на отходе из города. Евпатий вступил в неравную схватку с врагом и погиб. Его героический поступок воспет как подвиг былинного богатыря в народной песне «Повесть о разорении Рязани Батыем».

После похода на Русь, Батый в 1240–1242 годах дошел до Восточной Европы. Однако сил удержаться там ему уже не хватило. Батый вернулся в низовья Волги и в 1243 году основал здесь новое монгольское государство — Золотую Орду.

[Ганнибал]

https://b.radikal.ru/b36/1902/d0/4662ac1c4f37.jpg

[Геродиан]

https://uctopuockon-pyc.livejournal.com/1919278.html

December 18th, 2017

Все мы знаем из школьного курса истории о том, что Русь в начале XIII века была захвачена иноземным войском хана Батыя. Пришли эти захватчики из степей современной Монголии. Огромные полчища обрушились на Русь, беспощадные конные всадники, вооруженные согнутыми саблями, не знали пощады и одинаково хорошо действовали как в степях, так и в русских лесах, а замерзшие реки использовали, чтобы быстро передвигаться по русскому бездорожью. Говорили они на непонятном языке, были язычниками и обладали монголоидной внешностью.

Наши крепости не могли устоять перед искусными воинами, вооруженными стенобитными машинами. Страшные темные времена пришли для Руси, когда ни один князь не мог править без ханского “ярлыка”, для получения которого нужно было унизительно ползти на коленях последние километры до ставки главного хана Золотой Орды. Просуществовало “монголо-татарское” иго на Руси около 300 лет. И только после того, как иго было скинуто, Русь, отброшенная на века назад, смогла продолжить свое развитие.

Однако, есть много сведений, которые заставляют взглянуть на привычную со школы версию иначе. Причем, речь не идет о каких-то секретных или новых источниках, которые историки просто не учли. Речь про все те же летописи и другие источники средневековья, на которые опирались и сторонники версии “монголо-татарского” ига. Часто неудобные факты оправдывают “ошибкой” летописца или его “неосведомленностью” или “заинтересованность”.

1. В “монголо-татарской” орде не было монголов

Оказывается, нет упоминай о воинах монголоидного типа в войсках “татаро-монголов”. С самого первого сражения “захватчиков” с русскими войсками на Калке в войсках “монголо-татар” были бродники. Бродники — это вольные русские дружинники, обитавшие в тех местах (предшественники казаков). А во главе бродников в том бою был воевода Плоскиня — русский.
https://imgprx.livejournal.net/70ce2fe62ee5e5383f72d16631bfe1b3b548e727/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg4ZoheZ ZGxliJO3P_7IoZag
Официальные историки полагают, что участие русских в татарских войсках было принудительным. Но им приходится признать, что, “вероятно, позднее прекратилось принудительное участие в татарской армии русских воинов. Остались наемники, уже добровольно вступавшие в татарские войска” (М. Д. Полубояринова).

Ибн-Батута писал: “В Сарае Берке было много русских”. Более того: “Главную массу вооруженных обслуживающих и рабочих сил Золотой Орды составляли русские люди” (А. А. Гордеев)

“Представим себе всю нелепость ситуации: победители-монголы зачем-то передают оружие завоеванным им “русским рабам”, а те (будучи вооружены до зубов) спокойно служат в войсках завоевателей, составляя в них “главную массу”! Напомним еще раз, что русские якобы были только что побеждены в открытой и вооруженной борьбе! Даже в традиционной истории Древний Рим никогда не вооружал только что завоеванных им рабов. На протяжении всей истории победители отбирали у побежденных оружие, а если и принимали их потом на службу, то те составляли ничтожное меньшинство и считались, конечно, ненадежными.”

“А что же можно сказать о составе войск Батыя? Венгерский король писал папе римскому:

“Когда государство Венгрии от вторжения монгол, как от чумы, в большей части, было обращено в пустыню, и как овчарня было окружено различными племенами неверных, именно: русскими, бродниками с востока, болгарами и другими еретиками с юга…”

“Зададим простой вопрос: а где же здесь монголы? Упоминаются русские, бродники, болгары — то есть славянские племена. Переведя слово “монгол” из письма короля, получим попросту, что “вторглись великие (= мегалион) народы”, а именно: русские, бродники с востока, болгары и т. д. Поэтому наша рекомендация: полезно всякий раз заменять греческое слово “монгол = мегалион” его переводом = “великий”. В результате получится вполне осмысленный текст, для понимания которого не нужно привлекать каких-то далеких выходцев с границ Китая (о Китае, кстати, во всех этих донесениях нет ни слова).” (с)

2. Непонятно, сколько было “монголо-татар”

А сколько было монголов к началу Батыева похода? Мнения по этому поводу разнятся. Точных данных нет, так что есть только оценки историков. В ранних исторических трудах предполагалось, что армия монголов составляет около 500 тыс. всадников. Но чем современней историческая работа, тем меньше становится войско Чингизхана. Проблема в том, что для каждого всадника нужно 3 лошади, а табун из 1,5 млн. лошадей не может передвигаться, так как передние лошади съедят весь подножный корм и задние просто умрут с голоду. Постепенно историки сошлись на том, что армия “татаро-монгол” не превышала 30 тыс., что, в свою очередь, маловато для захвата всей России и ее порабощения (не говоря про остальные завоевания в Азии и Европе).
https://imgprx.livejournal.net/522996b60a2fd9f9185b6176887c5da4e8070911/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg3nZzh3-ddIEnOqKN_zpCeQ
Кстати, население современной Монголии — чуть больше 1 млн., в то время, как еще за 1000 лет до покорения Китая монголами, там уже было более 50 млн.. А население Руси уже в X веке составляло примерно 1 млн. При этом ничего неизвестно про нацеленный геноцид в Монголии. То есть непонятно, могло столь малое государство покорять такие большие?

3. В монгольских войсках не было монгольских лошадей
https://imgprx.livejournal.net/d4ed562554a9bae5ad9d301e383fd8a0f5425b80/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg9Q2DuW jLtNa_Pbx8vXTNt4
Считается, что секретом монгольской конницы была особая порода монгольских лошадей — выносливая и неприхотливая, способная самостоятельно добывать корм даже зимой. Но это у себя в степи они могут разбить наст копытом и поживиться травкой когда пасутся, а что они смогут добыть русской зимой, когда все заметено метровым слоем снега, да еще нужно везти наездника. Известно, что в средневековье был малый ледниковый период (то есть климат был жестче, чем сейчас). Кроме того, специалисты по коневодству на основании миниатюр и других источников почти единогласно утверждают, что монгольская кавалерия воевала на туркменках — лошадей совсем другой породы, которые зимой без помощи человека прокормиться не могут.

4. Монголы занимались объединением русских земель

Известно, что Батый вторгся на Русь в момент перманентной междоусобной борьбы. Кроме того остро стоял вопрос престолонаследования. Все эти междоусобицы сопровождались погромами, разорением, убийствами и насилием. Например, Роман Галицкий зарывал живьем в землю и жег на кострах своих непокорных бояр, рубил”по суставам”, сдирал кожу с живых. По Руси разгуливала банда князя Владимира, выгнанного с галицкого стола за пьянство и разврат. Как свидетельствуют летописи, эта удалая вольница “тащила на блуд” девиц и замужних женщин, убивала священников во время богослужения, а в церкви ставила коней. То есть, шла обычная междоусобица с нормальным средневековым уровнем зверства, такая же, как на западе в то время.

И, вдруг, появляются “монголо-татары”, которые стремительно начинают наводить порядок: появляется строгий механизм престолонаследия с ярлыком, выстраивается четкая вертикаль власти. Сепаратистские поползновения отныне пресекаются на корню. Интересно, что нигде, кроме Руси, монголы не проявляют такой озабоченности наведения порядка. А ведь согласно классической версии, в империи монголов находится половина тогдашнего цивилизованного мира. Например, во время своего западного похода, орда жгет, убивает, грабит, но не облагает данью, не пытается выстроить вертикаль власти, как на Руси.

5. Благодаря “монголо-татарскому” игу Русь переживала культурный подъем

С появлением “монголо-татарских захватчиков” на Руси начинается расцвет православной церкви: возводится множество храмов, в том числе и в самой орде, происходит возвышение церковных санов, церковь получает множество льгот.
https://imgprx.livejournal.net/424e0e4d67660c3b7545abde512a7471adfb2972/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg4Q1YeE HmBB0InLiAVcGXDU
Интересно, что письменный русский язык во времена “ига” выводит на новый уровень. Вот что пишет Карамзин:

“Язык наш, — пишет Карамзин, — от XIII до XV века приобрел более чистоты и правильности”. Далее, по Карамзину, при татаро-монголах вместо прежнего “русского, необразованного наречия писатели тщательнее держались грамматики церковных книг или древнего сербского коему следовали они не только в склонениях и спряжениях, но и в выговоре”.

Итак, на Западе возникает классическая латынь, а у нас — церковнославянский язык в его правильных классических формах. Применяя те же стандарты, что и для Запада, мы должны признать, что монгольское завоевание стало эпохой расцвета русской культуры. Странные завоеватели были монголы!

Интересно, что не везде “захватчики” были так снисходительны к церкви. В польских хрониках есть сведения о резне, учиненной татарами среди католических священников и монахов. Причем убиты они были уже после взятия города (то есть не в пылу схватки, а намеренно). Это странно, так как классическая версия говорит нам об исключительной веротерпимости монголов. А вот в русских землях монголы старались опереться на на духовенство, предоставляя церкви существенные поблажки, вплоть до полного освобождения от налогов. Интересно, что и сама русская церковь проявляла удивительную лояльность к “иноземным захватчикам”.

6. После великой империи ничего не осталось

Классическая история говорит нам, что “монголо-татарам” удалось построить огромное централизованное государство. Однако, это государство пропало и не оставило после себя следов. В 1480 году Русь окончательно скинуло с себя иго, но уже во второй половине XVI века началось продвижение русских на восток — за Урал, в Сибирь. И не встретили никаких следов былой империи, хотя прошло всего 200 лет. Нет крупных городов и селений, нет ямского тракта длиной в тысячи километров. Имена Чингизхана и Батыя никому не знакомы. Есть только редкое кочующее население, занятое разведением скота, рыболовством, примитивным земледелием. И никаких преданий о великих завоеваниях. Кстати, и великий Каракорум так и не был найден археологами. А ведь это был огромный город, куда уводили тысячами и десятками тысяч ремесленников, огородников (кстати, интересно, как их гнали по степям 4-5 тыс. км).
https://imgprx.livejournal.net/a1b7fcba8a566f0efcdcffda264df6205d139ff2/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg_9xd0p gsbd7ky-Iyc-bc4c
Не осталось также и письменных источников после монголов. В русских архивах не было найдено “монгольских” ярлыков на княжение, которых должно было много, зато есть много документов того времени на русском. Было найдено несколько ярлыков но уже в XIX веке:
https://imgprx.livejournal.net/a47bc744e64318337190ce0315a9c0e80fcaed6d/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkgwd-YuSMYHoj2OQUj8yu7dQ
Два-три ярлыка, найденных в XIX веке Причем не в государственных архивах, а в бумагах историков Например, знаменитый ярлык Тохтамыша, по свидетельству князя М А Оболенского, был обнаружен лишь в 1834 году “в числе бумаг, находившихся некогда в Краковском коронном архиве и бывших в руках польского историка Нарушевича” По поводу этого ярлыка Оболенский писал: “Он (ярлык Тохтамыша — Авт) разрешает положительно вопрос на каком языке и какими буквами писались древние ханские ярлыки к великим князьям русским Из доселе известных нам актов — это второй диплом” Оказывается, далее, что этот ярлык “писан разнохарактерными монгольскими письменами, бесконечно разнствующими, нисколько не сходными с напечатанным уже господином Гаммером ярлыком Тимур-Кутлуя 1397 года”

7. Русские и татарские имена трудно отличить
https://imgprx.livejournal.net/649372a9910c80bc02a608596a8ea69a91736d4b/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkgzEjsLr YvHtgD62Qt2btgh8
Старые русские имена и прозвища не всегда походили на современные нам. Вот такие старые русские имена и прозвища вполне можно принять за татарские: Мурза, Салтанко, Татаринко, Суторьма, Ейанча, Вандыш, Смога, Сугоняй, Салтырь, Сулейша, Сумгур, Сунбул, Сурьян, Ташлык, Темир, Тенбяк, Турсулок, Шабан, Кудияр, Мурад, Неврюй. Эти имена носили русские люди. А вот, например, у татарского царевича Олекса Неврюй — славянское имя.

8. Монгольские ханы братались с русской знатью
https://imgprx.livejournal.net/26d7b354cb570ded3896833f3d4be6fb3da96f3e/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkgz4ZebH IKydC_7SZUrdu1iA
Часто упоминается, что русские князья и “монгольские ханы” становились побратимами, родичами, зятьями и тестями, ходили в совместные военные походы. Интересно, что ни в одной другой разбитой или захваченной ими стране, татары так себя не вели.

Вот еще один пример удивительной близости нашей и монгольской знати. Столица великой империи кочевников находилась в Каракоруме. После смерти великого хана приходит время выборов нового владыки, в котором должен принять участие в том числе и Батый. Но сам Батый в Каракорум не едет, а посылает туда представлять свою персону Ярослава Всеволодовича. Казалось бы, более важной причины, чтобы поехать в столицу империи, и придумать нельзя. Вместо этого Батый посылает князя из захваченных земель. Удивительно.

9. Супер-монголо-татары

Теперь поговорим о возможностях “монголо-татар”, об их уникальности в истории.

Камнем преткновения для всех кочевников было взятие городов и крепостей. Есть только одно исключение — армия Чингизхана. Ответ историков прост: после захвата Китайской империи, армия Батыя овладела самими машинами и техникой ее использования (либо взяла в плен специалистов).

Удивительно, что кочевникам удалось создать сильное централизованное государство. Дело в том, что в отличие, от земледельце — кочевники не привязаны к земле. Поэтому, при любом недовольстве они могут просто взять и уйти. Например, когда в 1916 году царские чиновники чем-то допекли казахов-кочевников, они взяли и перекочевали в соседний Китай. А ведь нам говорят, что монголам это удалось в конце XII века.

Непонятно, как Чингизхан мог уговорить своих соплеменников на поход “к последнему морю”, не зная карт и вообще ничего о тех, с кем придется вступить в схватку по пути. Это не набег на соседей, которых хорошо знаешь.

Все взрослые и здоровые мужчины у монгол считались воинами. В мирное время они вели свое хозяйство, а в военное время брались за оружие. Но кого оставляли “монголо-татары” у себя дома после того, как ушли на десятилетия в походы? Кто пас их стада? Старики и дети? Получается, что в тылу у этого войска не было сильной экономики. Тогда непонятно, кто обеспечивал бесперебойное снабжение продовольствием и вооружением армию монголов. Это сложная задача даже для больших централизованных государств, не говоря уже о государстве кочевников со слабой экономикой. Кроме того, размах монгольских завоеваний сопоставим с театром военных действий II мировой войны (причем с учетом битв с Японией, а не только Германии). Поставки вооружения и провианта представляются просто невозможными.

В XVI веке началось "покорение" Сибири казаками было делом нелегким: потребовалось около 50 лет, чтобы с боями пройти несколько тысяч километров до Байкала, оставляя за собой цепочку укрепленных острогов. Однако, у казаков было в тылу сильное государство, откуда они могли черпать ресурсы. А военная подготовка народов, обитавших в тех местах не шло ни в какое сравнение с казачьим. Однако “монголо-татарам” удалось пройти вдвое большее расстояние в обратном направлении за пару десятков лет, завоевывая государства с развитыми экономиками. Звучит фантастично. Были и другие примеры. Например, в XIX веке американцам потребовалось около 50 лет, чтобы пройти расстояние в 3-4 тысячи км.: индийские войны были ожесточенными и потери армии США были значительными несмотря на гигантское техническое превосходство. С подобными проблемами столкнулись европейские колонизаторы в Африке в XIX веке. Легко и быстро получилось только у “монголо-татар”.

Интересно, что все крупные походы монголов на Руси были зимними. Это нехарактерно для кочевых народов. Историки говорят нам, что это позволяло им быстро передвигаться по замерзшим рекам, но это, в свою очередь, требует хорошего знания местности, чем не могут похвастаться пришлые завоеватели. Одинаково успешно воевали они и в лесах, что тоже странно для степняков.

Есть сведения, что ордынцы распространяли поддельные грамоты от имени венгерского короля Белы IV, чем внесли большую неразбериху в стан неприятеля. Неплохо для степняков?

10. Выглядели татары как европейцы

Современник монгольских войн, персидский историк Рашид-ад-Дин пишет, что в роду Чингисхана дети “рождались большей частью с серыми глазами и белокурые”. Облик Батыя хронисты описывают в похожих выражениях: светловолос, светлобород, светлоглаз. Между прочим, титул “Чингис” переводится, по некоторым данным, как “море” или “океан”. Возможно, это связано с цветом его глаз (вообще, странно, что в монгольском языке XIII века есть слово “океан”).
https://imgprx.livejournal.net/2bb8f40cdf01bdc289f313db79df7ff15e08d7cb/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg7EmZ39 dpwLFUMx9TTQZJhOSZycqEH38xnD9ZxDk5AKp
В битве под Лигнице, в разгар схватки польских войсках возникает паника, и они обращаются в бегство. По свидетельствам некоторых источников эта паника была спровоцирована хитроумными монголами, которые затесались в боевые порядки польских дружин. Выходит, что “монголы” выглядели как европейцы.

А вот, что пишет современник тех событий Рубрикус:

“В 1252-1253 годах из Константинополя через Крым в ставку Батыя и дальше в Монголию проезжал со свитою посол короля Людовика IX Вильям Рубрикус, который, проезжая по нижнему течению Дона, писал: “Повсюду среди татар разбросаны поселения русов; русы смешались с татарами… усвоили их порядки, а также одежду и образ жизни-Женщины украшают свои головы головными уборами, похожими на головные уборы француженок, низ платья опушают мехами, выдрой, белками и горностаем. Мужчины носят короткую одежду; кафтаны, чекмини и барашковые шапки… Все пути передвижения в обширной стране обслуживаются русами; на переправах рек — повсюду русы”

Рубрикус едет по Руси всего через 15 лет после ее завоевания монголами. Не слишком ли быстро русские смешались с дикими монголами, переняли их одежду, сохранив ее до начала XX века, а также порядки и образ жизни?

На изображении в гробнице Генриха II Благочестивого с комментарием: “Фигура татарина под ногами Генриха II, герцога Силезии, Кракова и Польши, помещенная на могиле в Бреслау этого князя, убитого в битве с татарами при Лингнице 9 апреля 1241 г.”, — мы видим татарина, ничем не отличающегося от русского:
https://imgprx.livejournal.net/d6eb97745738901247033e2b397dd78af47fa776/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkg6Ic7Gy 51pA9V_0DssChUR40KEx97NJAmI574NjyTKux
А вот еще пример. На миниатюрах из Лицевого свода XVI века невозможно отличить татарина от русского:
https://imgprx.livejournal.net/d2a16b10382311f2cdbbb0a5db6e0398927b3680/ID3nYe9PieKk_EYP9rhhBDrzE_Gt7m42-QfWKYyu-hGhZqe2pGCk5zFkXKkewZrnIFmanHi4bwVkeHepuEZkgwx7IXf Ee5dNcO1PDMHHrYDW4iTjBrdRU9uU847o0d9E
Остальные интересные сведения

Еще несколько интересных моментов, на которые стоит обратить внимание, но которые я не придумал, в какой раздел внести.

В то время “Русью” называлась не вся Россия, а только: Киевское, Переяславское и Черниговское княжества. Часто встречались упоминания поездок из Новгорода или Владимира в “Русь”. Например, Смоленские города уже еще не считались “Русью”.

Слово “орда” часто упоминается не по отношению к “монголо-татарам”, а просто к войскам: “шведская орда”, “немецкая орда”, “орда залесская”, “Земля Казачей Орды”. То есть означает просто — войско и никакого “монгольского” калорита в нем нет. Кстати, на современном казахском “Кзыл-Орда” переводится как “Красная армия”.

В 1376-м г. русские войска встпуили в Волжскую Булгарии, осадили один из ее городов и вынудили присягнуть жителей на подданство. В город были посажены русские чиновники. Согласно традиционной истории получилось, что Русь, будучи вассалом и данником “Золотой Орды”, организует военный поход на территорю государства, являющегося частью этой “Золотой Орды” и заставляет принести его вассальную клятву. Что касается письменных источников из Китая. Например, в промежуток 1774-1782 в Китае изъятия проводились 34 раза. Был предпринят сбор всех пчатных книг, когда-либо вышедших в Китае. Связано это было с политическим видением истории правящей династией. Кстати, у нас тоже произошла смена династии Рюриковичей на Романовых, так что исторический заказ вполне вероятен. Интересно, что теория “монголо-татарского” порабощения Руси родилась не в России, а в среде немецкий историков гораздо позже самого предполагаемого “ига”.

Заключение

Историческая наука распологает огромным количеством противоречищих источников. Поэтому так или иначе, историкам приходится откидывать часть сведений, чтобы получить цельную версию событий. То, что нам изложили в школьном курсе истории — была лишь одна из версий, каких много. И, как мы видим, она имеет много противоречий.
http://www.trinitas.ru/rus/doc/0211/002a/02111170.htm

[Donbassrus]

https://donbassrus.livejournal.com/1812593.html

11th-Jun-2018 09:39 am
https://www.mirf.ru/wp-content/uploads/2016/12/Diorama-Geroicheskaya-oborona-Staroj-Ryazani-ot-mongolo-tatarskikh-vojsk-v-1237g.-Fragment.-Ryazanskij-istoriko-kulturnyj-muzej-zapovednik-Ryazanskij-kreml.jpg
Покорив Поволжье, монголы на некоторое время остановились, чтобы восстановить силы и подготовиться к броску на Русь. За это время армия была пополнена за счет признавших монгольскую власть местных жителей. Осенью 1237 года Батый отправил посольство в приграничное со степью Рязанское княжество, требуя покориться добровольно и заплатить в качестве дани десятую часть всего имущества, имевшегося в княжестве. «И послали своих послов… к князьям рязанским в Рязань, требуя у них десятой части: каждого десятого из князей, десятого из людей и из коней: десятого из белых коней, десятого из вороных, десятого из бурых, десятого из пегих, и десятой части от всего», - говорит нам Тверская летопись.
Несмотря на все усобицы и только что окончившиеся голод и эпидемии, Русь была сильным государством, а русские князья еще никогда не покорялись чужеземцам. Много раз русский меч гулял по шеям не в меру зарвавшихся степняков, так что монгольский ультиматум вызвал в Рязани не страх, а гнев. Князь Юрий Игоревич ответил: «Когда нас не будет в живых – все возьмете!» – и отправил послов восвояси. Было понятно, что предстоит война, и князь принялся собирать армию. Не надеясь только на свои силы, он послал к Великому князю Владимирскому Юрию Всеволодовичу, за подмогой. Однако между Рязанью и Владимиром были отношения весьма напряженные, так что Великий князь отказался помогать рязанцам в их войне с кочевниками. Лишь потом, когда стало понятно, что это не пограничный набег, а настоящее нашествие, владимирские войска двинулись на помощь Рязани, но было уже поздно, так как к тому времени рязанская дружина была разбита, а сам город окружен.
Дождавшись, пока замерзнут реки, монголы двинулись на Рязань. Рязанская, а также союзные ей пронская и муромская дружины, двинулись навстречу врагу. В ожесточенных боях на берегах реки Воронеж русская армия была разгромлена. Похоже, что движение навстречу монголам было роковой ошибкой князя, приведшей к трагическим последствиям. Вместо того, чтобы в одиночку кидаться на врага, Юрию Игоревичу следовало затянуть переговоры, укрепить город и попытаться дождаться помощи от остальных князей за его стенами. Тем более, что Рязань была хорошо защищена с трех сторон крепостными стенами, а с четвертой – рекой. Если бы все силы были брошены на защиту города, он мог бы продержаться достаточно долго. Но видимо, князь не рассчитал своих сил, за что и поплатился.

В «Повести о разорении Рязани Батыем» говорится, что до начала боевых действий рязанцы послали к монголам посольство во главе с княжеским сыном Федором.Согласно «Слову», события разворачивались следующим образом: «И пришел князь Федор Юрьевич на реку на Воронеж к царю Батыю, и принес ему дары, и молил царя, чтобы не воевал Рязанской земли. Безбожный же, лживый и немилосердный царь Батый дары принял и во лжи своей притворно обещал не ходить войной на Рязанскую землю, но только похвалялся и грозился завоевать всю Русскую землю. И стал у князей рязанских дочерей и сестер к себе на ложе просить. И некто из вельмож рязанских по зависти донес безбожному царю Батыю, что имеет князь Федор Юрьевич Рязанский княгиню из царского рода и что всех прекраснее она телом своим. Царь Батый лукав был и немилостив, в неверии своем распалился в похоти своей и сказал князю Федору Юрьевичу: «Дай мне, княже, изведать красоту жены твоей». Благоверный же князь Федор Юрьевич Рязанский посмеялся и ответил царю: «Не годится нам, христианам, водить к тебе, нечестивому царю, жен своих на блуд. Когда нас одолеешь, тогда и женами нашими владеть будешь». Безбожный царь Батый оскорбился и разъярился и тотчас повелел убить благоверного князя Федора Юрьевича, а тело его велел бросить на растерзание зверям и птицам, и других князей и воинов лучших поубивал. И один из пестунов князя Федора Юрьевича, по имени Апоница, укрылся и горько плакал, смотря на славное тело честного своего господина. И увидев, что никто его не охраняет, взял возлюбленного своего государя и тайно схоронил его. И поспешил к благоверной княгине Евпраксии и рассказал ей, как нечестивый царь Батый убил князя Федора Юрьевича. Благоверная же княгиня Евпраксия стояла в то время в превысоком тереме своем и держала любимое чадо свое — князя Ивана Федоровича, и как услышала она смертоносные слова, исполненные горести, бросилась она из превысокого терема своего с сыном своим князем Иваном прямо на землю и разбилась до смерти».
Эти сведения не подтверждаются никакими другими источниками, так что их можно считать лишь драматической легендой. Хотя с другой стороны, монгольские ханы брали себе в гаремы принцесс из покоренных народов, тем самым скрепляя связь с новыми подданными. Так что что-то подобное могло произойти и в действительности. Батый мог понять визит Федора как капитуляцию, а когда вдруг оказалось, что рязанцы не только не сдаются, но еще и сами собираются атаковать, хан мог казнить переговорщиков.
Остатки разбитой у Воронежа рязанской дружины разделились. Часть во главе с Юрием Игоревичем вернулась в Рязань, а его племянник Роман Ингваревич со своими людьми отошел на север к Коломне, куда уже подходили владимирские отряды.
Шестнадцатого декабря монголы осадили Рязань, и через пять дней непрерывных боев, двадцать первого декабря 1237 года, город был взят. Тем защитникам, кто погиб на стенах, повезло. Уцелевших ждала жестокая расправа, в результате которой в городе вообще не осталось жителей. После этого погрома город уже не восстановился и был перенесен на новое место. Так что современная Рязань к древнему городу с этим названием никакого отношения не имеет. При археологических раскопках на месте древнего города были обнаружены сотни изрубленных скелетов и груды отдельно лежавщих черепов. Большинство обследованных скелетов принадлежало детям и людям старше тридцати лет, из чего следует, что рязанская молодежь была угнана в рабство.
Когда монголы ушли, успевшие попрятаться в лесах горожане похоронили жителей своей столицы. Из-за огромного количества мертвецов, их закапывали в неглубоких братских могилах, нередко по два-три слоя трупов, один поверх другого.
Покончив с Рязанью и её окрестностями, монголы двинулись к Коломне, где их ждал новый тяжелый бой.
Коломна в то время была важной крепостью, расположенной у впадения реки Москвы в Оку и контролировавшей пути к столичному городу Владимиру. Так что пройти мимо Коломны монголы не могли. Поэтому на её защиту двинулись не только уцелевшие остатки рязанской дружины, но и великокняжеские войска, и ополчение Владимиро-суздальской земли, и какой-то новгородский отряд. Общее командование осуществляли сын Великого князя Всеволод и воевода Еремей Глебович.
Первого января 1238 года у стен города состоялось сражение объединенной русской армии и монголов. К сожалению почти никаких сведений о бое не сохранилось. Известно лишь, что князь Всеволод вывел русскую армию в поле и атаковал врага. Похоже, что это была очень жестокая битва, так как среди погибших с монгольской стороны значится младший сын Чингисхана Кюлькан – единственный чингизид, погибший за все время вторжения на Русь . Учитывая, что монгольские полководцы обычно находились позади войска, это может означать, что, как минимум, одно из монгольских подразделений было разбито, и наша дружина прошла вражеские ряды насквозь. Вообще сражение было ожесточенным до крайности, ведь рязанцам уже было известно о гибели их семей. Так что они шли в сечу, чтобы умереть или отомстить. Но монголов было больше, и, в конце концов, наша армия была оттеснена и прижата к городским стенам.
Князь Роман Рязанский и воевода Еремей пали в бою, а Всеволод с небольшим отрядом сумел прорубиться через вражескую армию и вырваться на свободу. Поняв, что тут уже ситуацию не спасти, он оторвался от преследования и отступил во Владимир.
https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/27036/pub_5a7eb33c3c50f76e2e58840f_5a7eb34dc8901061b2d23 dd1/scale_1200
Конечно, Великий князь уже понимал серьезность ситуации, но никто не ожидал, что посланная под Коломну армия будет разбита. Тем более так быстро. Поэтому появление израненных воинов Всеволода повергло всех в шок. Стало ясно, что сил, способных отбиться от монголов, во Владимире нет, поэтому великий князь Юрий решил оставить город и отправиться на север собирать новую армию. Он разбил свой лагерь на реке Сить и рассчитывал, что ему на помощь прийдут братья Ярослав из Киева и Святослав из Переяславля. Постепенно к великому князю стали собираться местные князья со своими дружинами, но братьев все не было. Из-за того, что Юрий Всеволодович оставил свою столицу, некоторые могут упрекнуть его в трусости, хотя, на мой взгляд, это абсолютно пустые обвинения. Действия князя были в высшей степени рациональны. Пока укрепленный город будет сдерживать и изматывать врага, он соберет армию и обрушится на врага в подходящий момент. Так, кстати, будут поступать в схожих условиях многие русские правители вплоть до времени Ивана Грозного.
Оборону Владимира возглавили сыновья Великого князя, Всеволод и Мстислав. Учитывая трагический опыт полевых сражений, было решено, что оставшиеся воины будут оборонять город, не вступая в открытый бой с монголами. Владимир был важнейшим русским городом в то время, поэтому имел мощные укрепления. Именно на них и была надежда у защитников.
Оставив небольшой отряд осаждать Коломну, благо там почти не осталось защитников, Батый по замерзшим рекам, служащим зимней дорогой, двинулся к Владимиру, по пути захватив и разграбив Москву, где монголы сумели захватить большие запасы продовольствия и фуража.
Уже когда монголы были в Суздальской земле, их армию нагнал отряд Евпатия Коловрата. Этот рязанский боярин в момент падения родного города находился в Чернигове и, узнав о поражении своего князя, с личной дружиной и черниговскими добровольцами кинулся в Рязань. Только руины и мертвые тела застал он на месте города, где еще месяц назад кипела жизнь.
Коловрат со своими людьми кинулся вслед убийцам. Всего в его отряде было 1700 человек, так что шансов победить или даже просто уцелеть при встрече с монгольской армией у них не было. Все это прекрасно понимали, но это было уже неважно. Когда наконец удалось догнать врага, то никто из русских не щадил себя, стремясь перед смертью забрать с собой на тот свет как можно больше монголов. Страшен был удар этих обреченных воинов. По словам «Повести о разорении Рязани», Коловрат сумел скрытно подойти к монгольскому лагерю и внезапно обрушиться на него. Вражеские подразделения смешались, началась неразбериха, пользуясь которой, русский отряд несколько раз прошел насквозь монгольскую армию, убивая всех на своем пути. Наконец монголы оправились от неожиданности, и русский отряд был окружен. По преданию, Батый отправил к русичам парламентера с вопросом: «Чего вы хотите?» Евпатий ответил посланцам: «Смерти!» Начался новый бой, в котором и пал русский богатырь, успевший изрубить немало врагов. Коловрат погиб, но обрел бессмертие в народной памяти.
В первые дни февраля передовые отряды монголов подошли к стольному городу Владимиру и разбили лагерь у его стен. Золотые купола церквей, виднеющиеся над крепостной стеной, манили завоевателей, обещая богатую добычу. Но кидаться на многолюдный город сходу монголы не спешили. Несколько дней они собирали в кулак свои силы и готовились к штурму. Чтобы сломить волю защитников, монголы на виду у гарнизона перед крепостными стенами казнили захваченного в Москве князя Владимира Юрьевича. Затем, седьмого февраля, начался штурм. Городской ров был засыпан хворостом, а с помощью осадных машин в трех местах, у Ирининых, Медных и Волжских ворот, были проломлены стены. Через эти проломы монголы ворвались в город. Началась бойня на городских улицах. При этом монголы поджигали дома, чтобы жители были вынуждены отвлекаться от боя на тушение пожаров. Последние защитники города вместе с женами и детьми заперлись на хорах церкви святой Богородицы, но завоеватели, по словам летописи, «выбили двери церкви, и собрали много дров, обложили церковь дровами и подожгли. И все бывшие там задохнулись, и так предали души свои в руки господа; а других (кто не забаррикадировался в церкви (прим С.Б.)) князей и людей татары зарубили».
Так пал прекрасный город Владимир, основанный еще святым князем Владимиром Крестителем в десятом веке. Чуть раньше другим монгольским отрядом был захвачен Суздаль, второй по значению город Северо-Восточной Руси.
Затем монголы разделились на отряды и широкой лавой прошлись по всей Владимирской земле, захватывая и сжигая всё на своем пути. «И оттуда рассеялись татары по всей земле Владимирской, одни пошли к Ростову, иные погнались за великим князем в Ярославль и к Городцу, и пленили все города по Волге до самого Галича Мерьского; а иные пошли к Юрьеву, и к Переяславлю, и к Дмитрову, и взяли эти города; а еще иные пошли, и взяли Тверь, и убили в ней сына Ярослава. И все города захватили в Ростовской и Суздальской земле за один февраль месяц, и нет места вплоть до Торжка, где бы они не были», - сетует летописец. Никогда еще чужеземные завоеватели не достигали таких успехов на Руси. А ведь города того времени были весьма защищенными. Укрепления русских городов, как правило, состояло из рвов, за которыми располагались укрепленные деревянным каркасом земляные валы, высотой до десяти метров. На валах располагались деревянные стены с башнями или, в крайнем случае, частокол. Зачастую размеры укреплений были весьма приличными по любым меркам. Так, валы Рязани в высоту были метров двенадцать, а толщиной – почти тридцать. По валу шли дубовые стены, а перед валом был выкопан ров, глубиной восемь и шириной семь метров. Так что сказать, что наши города были легкой добычей, нельзя. Например, ни печенеги, ни половцы за всё время не смогли взять штурмом ни одного крупного русского города. Монголы же практически мгновенно захватили десятки городов, что говорит об их прекрасных знаниях военного дела и уровне подготовки. Они активно использовали заимствованные в Китае камнеметы, знали, как правильно вести осаду и штурм. В общем, были профессионалами, набившими руку за время войн в Средней Азии и на Дальнем Востоке. Монголы всегда стремились выманить защитников крепости для боя в поле. Если основные силы обороняющихся были разбиты, то взять крепость уже не представляло труда. Так случилось в Рязани и Коломне.
При штурме монголы активно использовали местное население, из которого создавали специальный безоружный вспомогательный отряд – хашар. Людей для него монголы захватывали в соседних селах и уже захваченных городах, а затем заставляли засыпать ров, таскать камни для камнеметов и выполнять всю подсобную работу. Тех, кто отказывался или работал плохо, монголы убивали на месте. Обороняющиеся были вынуждены уничтожать хашар, который нес гигантские потери, но своими трупами прокладывал дорогу монголам. В общем, хашар – это такой средневековый аналог штрафбата, который в бою ждала неминуемая смерть сзади и вероятная смерть впереди.
При этом это пушечное мясо (или, учитывая отсутствие пушек в ту эпоху, правильнее сказать, сабельное мясо?) играло не только военную роль. Представьте только состояние обороняющихся, которым приходилось убивать своих же соотечественников.
Что касается камнеметов, то разрушить ими деревянные стены было достаточно сложно: дерево пружинило, а даже сломавшийся деревянный ствол оставался на своем месте. Зато камнеметы выполняли другую очень важную роль: они сбивали со стен наших лучников, благодаря чему монголы без потерь могли завалить ров и подойти непосредственно к стенам и воротам, подтащить тараны. Учитывая численное преимущество монголов, они могли штурмовать круглосуточно, заменяя уставших воинов свежими. У защитников такой возможности не было, и они просто физически выматывались так, что падали от усталости.
Захватывая города Северо-восточной Руси, монголы одновременно активно искали место расположения Великого князя, вокруг которого собиралась новая армия, а поэтому он был для них очень опасен. Наконец, их разведка обнаружила русский лагерь на реке Сить . Как только это произошло, туда двинулся монгольский отряд во главе с полководцем Бурундаем.
До сих пор историки ломают голову, как это монголам удалось не только обнаружить русский лагерь, но и скрытно подойти к нему? То ли разведка хорошо сработала, то ли предал князя кто из своих? Как бы там ни было, наши заметили монголов лишь, когда те уже шли в атаку. Застигнутые врасплох русские воины отбивались отчаянно, но были разбиты. Великий князь Юрий Всеволодович и ярославский князь Всеволод Константинович погибли в бою, ростовский князь Василько Константинович был захвачен в плен и позже казнен за отказ перейти на сторону монголов. Лишь немногим русичам во главе с угличским князем Владимиром удалось вырваться. Случилось это горе в первые мартовские дни 1238 года.
После этой битвы русская армия просто перестала существовать, а моральный дух еще не попавших под удар князей был сломлен.
https://imgprx.livejournal.net/57c86e6b8954bbeb947fe0fec7ce88a213178be0/O5NrE5obnPJrInqi4BLV6RUXlrrqNdGmjl4PGLuz0OxKBW19vo 6l6mnrhu-QRJzzxNpW7qhVDKdB83p41nWbgg
Пока Бурундай уничтожал войско Великого князя, другой отряд монгольской армии взял город Торжок – южный волостной центр Новгородского княжества, стоящий на Волге. Этот город был очень важен для Новгорода, так как контролировал пути подвоза хлеба из более южных регионов. Поэтому новгородцы всегда защищали Торжок и ревниво смотрели, чтобы город не оказался под властью какого-либо чужого князя. Однако в этот раз все было иначе. Новгородцы не послали ни одного воина на выручку осажденному городу. Почти две недели жители сопротивлялись, надеясь на подмогу, но затем не выдержали. Город пал, и монгольские разъезды преследовали беглецов почти до самого Новгорода, но свои основные силы Батый повернул назад. Говоря о падении Торжка, летописец отметил: «И были здесь убиты: Иванко, посадник новоторжский, Аким Влункович, Глеб Борисович, Михаил Моисеевич. А за прочими людьми гнались безбожные татары Селигерским путем до Игнатьева креста и секли всех людей, как траву, и не дошли до Новгорода всего сто верст».
На Новгород монголы не пошли. Возможно, потому, что Батый хотел успеть до распутицы вернуться в степи, где за лето можно было откормить отощавших лошадей. Возможно, что захват Новгорода вовсе в планы монголов в этот год не входил.

[Donbassrus]

https://donbassrus.livejournal.com/1815975.html
14th-Jun-2018 09:03 am


https://imgprx.livejournal.net/df130ef9bea63b4c57bea15ea0f33744d590a672/-FpwwP8AS7iiquBWf4P7KfjK2S_4xSfLY3frgOznpgu354N_9zX HR8NhRqWOVmzO7LwUIi6nsNne9X6yJvjBRjLX3vVyTRru474nv 3Bl-D4W8vP_KlBGQHNgWlwRrjmjHKqjwviA4G7VwFKgLgs2hw
Возвращаться в Половецкую степь монголы решили по еще не разоренным землям, для чего разделились на отряды и пошли по Руси, словно облавная охота. На пути одного из этих отрядов, которым командовал сам Батый, лежал крохотный городок Козельск. Как всегда, монголы предложили добровольно покориться. Горожане посоветовались и приняли решение погибнуть, но не сдаться. Они рассудили, что лучше до конца исполнить долг перед своим князем и этим спасти души, чем спасти свои жизни ценой покорения иноверцам.
Всем на удивление, этот городок оказал такое сопротивление монголам, что те почти два месяца стояли под его стенами. Конечно, тут сыграли свою роль и удачное положение города между рек, и весенняя распутица, и то, что монголов было мало, но все же оборона была, действительно, ожесточенной. Жители города не отсиживались за стенами, а устраивали вылазки, во время которых уничтожали немало оккупантов. Чтобы расправиться с городом, Батыю пришлось обратиться к другим ханам за помощью. Лишь после того, как у стен Козельска собрались несколько монгольских отрядов, город пал. Ворвавшиеся монголы не пощадили никого. По преданию, малолетний козельский князь Василий утонул в крови.

На этой кровавой ноте завершился первый монгольский поход против Руси. Отягощенные богатой добычей кочевники вернулись в причерноморские и приволжские степи. Русичи могли перевести дух и попытаться восстановить разрушенное и подготовиться к неизбежному продолжению войны с монголами. А размеры разрушений были гигантскими. Не даром все археологические раскопки наших городов показывают одну и ту же картину: сотни скелетов в братских могилах или в пепле сгоревших строений. И везде огромный процент детских и женских останков, что свидетельствует об учиненной монголами резне мирного населения.

***
Очень сложно сказать, какой была по размеру вторгшаяся на Русь армия. Тем более, что оценки численности войск Батыя у разных авторов разняться в десять и более раз. Достоверно известно, что к моменту смерти Чингисхана собственно монгольская (т.е. состоящая из этнических монголов) армия, разбросанная по всей империи, насчитывала около ста тридцати тысяч человек. Какая часть из них была с Батыем, неизвестно, но явно, что не вся. Есть данные, основанные на записи в «Памятке об эмирах туманов и тысяч и о войсках Чингисхана» Рашид ад-Дина, что у Джучи в подчинении было четыре тысячи монгольских воинов, которые затем перешли к его сыну. Но, во-первых, это, говоря современным языком, были его личные телохранители и гвардейцы. Кроме них должны были быть еще и обычные войска. Во-вторых, в поход на запад шел не один Батый, а больше десятка царевичей-чингизидов, каждый из которых имел свой личный отряд.
Но ведь кроме монголов в походе участвовали еще и воины покоренных народов, которых при этом было гораздо больше, чем самих монголов. Например, историк Роман Храпачевский оценивает регулярную армию монгольской империи в 230-250 тысяч человек, из которых 130 тысяч составляли монголы, а остальные – подданные хана других национальностей. Но помимо регулярной армии в войне должны были участвовать еще и тысячи искателей наживы… Так что против Руси шла сила почти всей Азии. И силы эти были немалы. Например, только Хорезм до своего вхождения в состав Монгольской империи мог выставить армию в четыреста тысяч человек. Пусть после всех войн с монголами численность населения сократилась вдвое, но все равно монгольские ханы могли призвать оттуда огромную армию. А кроме того, под властью великого хана были еще Мавернахр, Туркестан, Монголия, Китай, Персия и часть Кореи, откуда тоже можно было взять немало воинов. Еще одним ресурсом для монгольских полководцев были кипчаки – тюркоязычные кочевые племена, населявшие степь от Монголии до Дуная. Так хорошо знакомые русским половцы были западной частью кипчаков. К началу Западного похода значительная часть кипчаков признала власть чингизидов и входила в монгольскую империю. Соответственно десятки тысяч кипчаков влились в имперскую армию, которую вел Батый.




https://realnoevremya.ru/uploads/article/c7/22/457cd1746c0814e5.jpg
Восточный историк Джувейни, описывая западный поход, записал, что «от множества войск земля стонала и гудела, а от многочисленности и шума полчищ столбенели дикие звери и хищные животные».
Средневековые авторы, рассказывавшие о вторжении Батыя в Европу, говорили о четырехстах тысячах монголов, а то и о полумиллионе. Один из наиболее информированных людей своего времени, Рашид ад-Дин, оценивал силы монгольской империи в 129 тысяч воинов из числа этнических монголов. При этом нужно учитывать, что на каждого чистокровного монгола в армии приходилось по три-четыре воина из числа других народов. В послании папскому легату от венгерского монаха Юлиана, побывавшего в Северо-Восточной Руси перед самым началом вторжения в 1237 году, сказано, что войско Батыя состояло из «240 тысяч рабов не их закона и 135 тысяч отборнейших воинов их закона в строю». Монах-францисканец Плано Карпини, посланный в 1245 году с посольством от Папы Римского к монгольскому хану, оценивал численность всей его армии в 160 тысяч соплеменников и 450 тысяч человек из других народов. Т.е. более, чем в шестьсот тысяч человек.
Современные авторы склонны уменьшать численность завоевателей. Так иногда встречается утверждение, что Русь была завоевана всего тридцатью тысячами монголов. Главным аргументом сторонников малой численности вторгнувшихся монголов является то, что вся их армия была конной, а значит, каждый воин должен был иметь двух, а то и трех коней. Выходит, если армия насчитывала полмиллиона воинов, то коней должно было быть полтора миллиона. «Как можно было прокормить такую ораву? Да еще и зимой?» - задаются вопросом авторы. «Значит, монголов было немного!» - утверждают они. Например, так считал Лев Гумилев. Несомненно, это очень интересный автор, с книгами которого стоит ознакомиться всем интересующимся историей. Однако труды Льва Николаевича следует читать очень осторожно, так как зачастую его предположения, мягко говоря, не соответствуют истине, а говоря откровенно, он в своих книгах слишком часто выдавал желаемое за действительное.
Писатель-фантаст Александр Бушков, доказывая, что многочисленная монгольская кавалерия не могла бы действовать в русских лесах, вообще предположил, что никакие монголы на Русь не приходили, Батый – это выдуманный персонаж, вся война шла между русскими княжествами, а Золотая Орда – второе название русского государства. Эта крамольная мысль увидела свет в книге «Россия, которой не было» более десяти лет назад и заставила плеваться всех историков, хотя и была принята за истину некоторыми легковерами. Правда, потом сам автор отказался от этого утверждения, признав и реальность Батыя, и существование Золотой Орды, но очередная байка уже пошла гулять в СМИ, внося путаницу и сумятицу в молодые мозги.
Проблема в том, что большинство авторов пытается оценить потребности монгольской армии, исходя из потребностей более поздних европейских армий. Но из того, что Наполеон при вторжении в Россию в 1812 году не смог прокормить свою кавалерию, вовсе не следует, что монголы не смогли бы прокормить свою. И они с поставленной задачей справились. Тем более, что монголы не стояли на одном месте, где мог кончиться корм для скота, а стремительно продвигались вперед, каждый день захватывая новые русские города и деревни, где реквизирывали съестные припасы и фураж. Кроме того, на территорию Руси вошли же не все «конские» силы. Обозы и тыловые части, гонящие табуны запасных коней, отары овец продолжали кочевать по степи к югу от наших границ. Так что аргумент, будто крупная армия вымерла бы от голода, не принимается. Тем более, что в русских амбарах можно было поживиться урожаем предыдущего года и семенным фонд на следующий.
Еще один аргумент, говорящий в пользу того, что монгольская армия была весьма крупной, её боевой путь. Начался западный поход в 1236 году с завоевания Волжской Булгарии и прикаспийских степей. Затем монголы смогли покорить Русь и Северный Кавказ, вторгнуться в Польшу и Венгрию, разгромить там европейские армии, ворваться на Балканы и дойти до Адриатики. Только в 1242 году монголы повернули обратно, все еще представляя собой грозную силу. Шесть лет непрерывных боев с многочисленными и умеющими сражаться противниками. А ведь в каждом бою, при штурме каждого города монголы теряли своих людей убитыми и раненными. Монголы-то это не бессмертные терминаторы, чтобы спокойно выдерживать попадания вражеских стрел и удары мечей! Если бы их было всего тридцать тысяч, то у Батыя просто закончились бы люди задолго до 1242 года. А они у него остались и в немалом количестве…
Кстати, цифра тридцать тысяч человек была взята не с потолка. Именно столько воинов было отправлено Угэдэем в 1229 году в поход севернее Каспийского моря против булгар и кипчаков. Скорее всего, кто-то из историков просто перепутал этот поход с походом 1236 года и написал о тридцати тысячах воинов при вторжении на Русь. А затем эта ошибка была растиражирована по страницам книг.
Так что монгольская армия была явно больше ста тысяч воинов, а насколько – тут уже никто точно не скажет… Хотя, наиболее авторитетные современные историки говорят о 120-150 тысячах бойцов Батыя. На мой взгляд, это – наиболее реальная цифра. А если добавить сюда и всякие вспомогательные отряды и невоюющих людей из членов семей, торговцев, погонщиков верблюдов и табунщиков, то вот и получается гигантская орда в четверть миллиона человек.
https://imgprx.livejournal.net/9fd02bba4e3f99bcd265f054f442a6f0d4e5cedc/-FpwwP8AS7iiquBWf4P7KX1MyfReTw0MuupZYwZnsK4PbEPlLH4 gcKyYfDdmVTCBwLONEp56wwyq9rvaWDV5hpUMzDSTbF2Ens0Ho-FPUs4BLTyfVpSoZIHsbumrt3K4u1VQdgpEisR7pXZzIRGCdQ
***
С вторжением монголов 1237 года связана одна загадка. Как вы помните, Великий князь Владимирский Юрий Всеволодович, собирая армию на реке Сить, ожидал помощи от своего брата Ярослава, на тот момент правившего в Киеве. По каким-то причинам Ярослав на зов брата не явился. Еще одна надежда у Великого князя была на новгородцев, но и они не выступили против монголов. И вот тут начинается самое интересное: новгородским князем в это время был сын Ярослава, семнадцатилетний Александр (тогда еще не Невский). А в тверской летописи есть характерная запись: «Бог тогда избавил от нашествия поганых князя Ярослава, сына великого князя Всеволода, и его сыновей: Александра, Андрея, Константина Афанасия, Даниила, Михаила… Ярослав после того нашествия пришел и сел на престол во Владимире, очистил церковь от трупов и похоронил останки умерших, а оставшихся в живых собрал и утешил; и отдал брату Святославу Суздаль, а Ивану — Стародуб». То есть против Батыя не сражался не только Ярослав, но и все его сыновья! А после смерти своего венценосного брата Ярослав с дружиной спокойно проходит от Киева до Владимира и опять не сталкивается с монголами! Учитывая, что трупы еще лежали неубранными, выходит, что после падения города прошло совсем немного времени, когда туда въехал Ярослав. Но это значит, что он просто не мог разминуться с возвращающимися на юг монголами!
Не правда ли, очень странная ситуация, явно не вписывающаяся в классическую версию о всенародном сопротивлении русского люда степным завоевателям? Один из наиболее влиятельных князей Руси (вместе со всеми детьми и вассалами) находится, как минимум, в нейтральных отношениях с монголами. Кстати, он не один ведет себя так. Смоленский князь Святослав Мстиславич тоже не стал воевать против Батыя, и Смоленск не пострадал во время нашествия. То есть часть русской элиты против монголов не воевала вовсе.
Какие этому могут быть объяснения?
Поставим себя на место князя Ярослава, человека умного, решительного, а кроме того, достаточно жестокого и циничного, чтобы добиваться поставленных целей. К началу монгольского нашествия ему было 46 лет, он пережил и взлеты, и падения, много воевал и внутри Руси, и за её пределами. Так что человеком князь был опытным и, судя по всему, способным делать правильные выводы. И естественно, он не мог не видеть, что его страна уже не первое десятилетие находится в жестоком кризисе и стремительно деградирует. Междоусобицы, непрерывно сотрясавшие Русь, начиная с двенадцатого века, истощили страну. Родина дробилась на мелкие княжества, которые губили себя в войнах с соседями. А конца и края этому не предвиделось, ведь слишком много стало князей, претендовавших на власть и добивавшихся её вооруженной рукой. Но ни один из князей не был настолько сильным, чтобы подмять под себя всех остальных, уничтожить конкурентов и собрать в единый кулак все земли.
И вот к нему приходят монгольские послы . Они требуют подчинения, но взамен обещают помощь и защиту от внешних врагов. Репутация у этого народа уже очень серьезная, так что просто отмахнуться от них нельзя. Возникает мысль, а почему бы не использовать сложившуюся ситуацию? Часть русских князей явно пойдет на конфликт со степняками и ввяжется в войну с сомнительным результатом. А прибегать к помощи степняков во время войн давно на Руси стало правилом. Правда, раньше это были черные клобуки или половцы, игравшие подчиненную роль в союзах с князьями. Сейчас же именно степняки должны были стать «старшим братом», однако, Ярослав мог рассудить, что такое положение не будет долгим и впоследствии глава объединенной Руси сумеет стать на равных с монгольским ханом, а то и превзойти его .
Союз с монголами мог показаться выходом из замкнутого круга русской политики. Они бы «проредили» князей и создали предпосылки для установления единоличной власти одного-единственного князя. Так что, почему бы Ярославу не начать переговоры с посланцами Батыя? Конечно, он не собирался сразу принимать никаких непоправимых решений, а стремился тянуть время и наблюдать, как будут развиваться события.
Возможно, что Ярослав в Киеве и Александр в Новгороде поддерживали связь с монголами и до, и после начала вторжения. Когда армии Батыя вошли на русскую территорию, главным вопросом для Ярослава был следующий: нужно ли помогать Юрию Всеволодовичу? С одной стороны, братья до сих пор всегда поддерживали друг друга. С другой – это означало бы войну с монголами, а, следовательно, и огромный риск. Кстати, не только для самого Ярослава. Ведь князь не свободен в принятии своих решений – у него есть приближенные, бояре, у которых свои интересы и с которыми приходится считаться. И окружение вовсе не хотело, чтобы их князь геройски пал, так что именно окружение князя могло повлиять на своего господина или вообще скрыть письма от Юрия. Ну не доехал гонец, и нет никакой информации о событиях в далеком Владимире. А когда прискачет второй, уже будет поздно что-то предпринимать…
Как бы там ни было, но пока был жив Юрий Всеволодович, Ярослав и его сын сохраняли выжидательную позицию и не вмешивались в войну. После того, как монголы огнем и мечом прошлись по Рязанскому и Владимирскому княжествам, стало понятно, что военным путем с ними не сумеет справиться ни один князь, ни объединенные силы всей Руси (а их ещё нужно было бы объединить). Так что, скорее всего, после битвы на реке Сить Ярослав окончательно решил подчиниться монголам. Под нажимом Александра Ярославича такое же решение было принято и в Новгороде.
Как бы разворачивались события, если бы Ярослав решился помочь брату? Его личная дружина из Киева, скорее всего, просто бы не успела соединиться с силами Великого князя. Так что, разбив Юрия, монголы затем в полевом сражении уничтожили бы еще и Ярослава. С Александром ситуация сложнее. Он-то на Сить успел бы, но изменило бы это хоть что-то? После того, как основные силы Владимирского княжества полегли у Коломны, Юрий был обречен. Так что новгородские полки, скорее всего, лишь отсрочили бы гибель князя. Поэтому новгородские командиры решили сосредоточиться на обороне своего города и стягивали туда все силы, бросая второстепенные позиции . А без городских полков Александру на Сити нечего было делать, так как его личная дружина была малочисленной, а сам он еще в силу возраста не имел того военного опыта и авторитета, которые могли бы изменить ситуацию.
Так что, не став воевать против Батыя, с политической точки зрения, Ярослав принял единственно верное решение. Ведь все сопротивлявшиеся монголам погибли безо всякой пользы для нашей страны, а их действия, пусть даже и героические, привели к разрушению бесчисленного количества наших городов и сел. Зато сбереженные Ярославом и Александром силы вскоре понадобились, чтобы спасти Новгород от вторжения крестоносцев.

[Donbassrus]

https://donbassrus.livejournal.com/1818064.html
15th-Jun-2018 09:00 am
https://golbis.com/wp-content/uploads/2014/11/555-1416667656g8kn4.jpg
Остаток 1238 года монголы провели, укрепляя свою власть над Половецкими степями и Северным Кавказом. За это время был подавлен последний очаг половецкого сопротивления под руководством воина Бачмана, который сумел собрать отряд и начать партизанскую войну с завоевателями. Постепенно его отряд пополнялся ожесточенными кипчаками, которые потеряли все в результате монгольского вторжения. Эти изгои, как могли, мстили, нападая на небольшие отряды пришельцев. Они постоянно меняли свое местоположение и поэтому долго их не могли найти. Однако в конце концов на эту горстку половцев была устроена настоящая охота, которую возглавил хан Менгу. Половцы попытались спрятаться на одном из волжских островов, но их нашли и уничтожили.
В следующем году монголы разделились на отдельные армии и наносили удары по всему периметру контролируемой территории. Так они захватили город Судак и покорили Крым. Одновременно завоевали Аланию – государство, основанное на северо-западе Кавказа аланами, потомками сарматов и предками современных осетин. Этот христианский народ отбивался отчаянно, и даже после падения их столицы, города Магас, и покорения равнинной части государства, часть алан продолжала сопротивление, укрывшись в горной местности.

Осенью 1239 года монгольские отряды вторглись в пределы южных русских княжеств, лежавших на левом берегу Днепра. Основной удар приняли на себя Черниговское и Переяславское княжества. Хан Берке с боем взял и разрушил до основания Переяславль, а вот под Черниговом произошло очередное масштабное сражение. На помощь осажденному городу двинулся князь Мстислав Глебович с большим войском, собранным со всего княжества, но был разбит в полевом сражении. В общем, опять повторялась ситуация прошлого года, когда русские князья вместо того, чтобы оборонять всеми наличными силами города, выходили в поле для открытого боя с монголами. Такое ведение войны соответствовало средневековому пониманию чести, но, с военной точки зрения, было безумием. В итоге, русичи закономерно терпели поражение за поржением.
После поражения князя пал и Чернигов, хотя его жители отбивались отчаянно. Кстати, защитники использовали тяжелые камнеметы, что было нехарактерно для остальных городов Руси. Согласно летописи, «из города на татар метали пороками камни на полтора выстрела, а камни могли поднять только два человека». Вероятно, это первое упоминание об использовании такой техники в русском военном деле.
Взяв Чернигов, монголы затем разрушили Путивль, Глухов, Вырь и Рыльск, и другие пограничные с Половецкой степью городки, после чего вернулись в степи.
До лета следующего, 1240 года, в завоеваниях монголов наступил перерыв. Вызван он был, прежде всего, разногласиями в стане завоевателей. Как помнят читатели, в Западный поход отправилось более десятка царевичей-чингизидов со своими князьями и отрядами. Все эти царевичи были внуками и правнуками Чингисхана от разных сыновей, и, соответственно, высшее командование монгольской армией было не монолитным, а состояло из кланов с собственными интересами. Батый, возглавлявший клан джучидов (т.е. потомков Джучи), враждовал с сыном великого хана Угэдея Гуюком, а также с ханом Бури, внуком Чагатая . За спиной каждого царевича стояли десятки князей и тысячи воинов, так что взаимная неприязнь могла обернуться кровавой междоусобной резней.
Главным инициатором конфликта был хан Гуюк.Будучи наследником престола всей монгольской империи, в этом походе он был вынужден подчиняться Батыю, владыке лишь одного улуса. Естественно, Гуюк считал такое положение дел несправедливостью и всячески это показывал. В 1239 году противостояние настолько обострилось, что ни о каких совместных действиях речь уже не шла. В далекий Карокорум поскакали гонцы с просьбой к Великому хану вмешаться и разрешить спор. К чести Угэдея, он поддержал не родного сына, а Батыя. Так что, смирив гордость, Гуюку пришлось и дальше подчиняться своему сопернику.
Сокровенное сказание монголов так описывает этот момент: «Из Кипчакского похода Батый прислал Угедею следующее секретное донесение: "Силою Вечного Неба и величием государя, и дяди, мы разрушили город Мегет и подчинили твоей праведной власти одиннадцать стран и народов и, собираясь повернуть к дому золотые поводья, порешили устроить прощальный пир. Воздвигнув большой шатер, мы собрались пировать, и я, как старший среди находившихся здесь царевичей, первый поднял и выпил провозглашенную чару. За это на меня прогневались Бури с Гуюком и, не желая больше оставаться на пиршестве, стали собираться уезжать, причем Бури выразился так: "Как смеет пить чару раньше всех Бату, который лезет равняться с нами? Следовало бы протурить пяткой да притоптать ступнею этих бородатых баб, которые лезут равняться!" А Гуюк говорил: "Давай-ка мы поколем дров на грудях у этих баб, вооруженных луками! Задать бы им!" Эльчжигидаев сын Аргасун добавил: "Давайте-ка мы вправим им деревянные хвосты!" Что же касается нас, то мы стали приводить им всякие доводы об общем нашем деле среди чуждых и враждебных народов, но так все и разошлись непримиренные под влиянием подобных речей Бури с Гуюком. Об изложенном докладываю на усмотрение государя и дяди".
Из-за этого Батыева доклада государь до того сильно разгневался, что не допустил (старшего своего сына) Гуюка к себе на прием. Он говорил: «У кого научился этот наглец дерзко говорить со старшими? Пусть бы лучше сгнило это единственное яйцо. Осмелился даже восстать на старшего брата. Вот поставлю-ка тебя разведчиком-алгинчином, да велю тебе карабкаться на городские стены, словно на горы, пока ты не облупишь себе ногтей на всех десяти пальцах! Вот возьму да поставлю тебя танмачином-воеводой, да велю взбираться на стены крепко кованые, пока ты под корень не ссучишь себе ногтей со всей пятерни! Наглый ты негодяй! А Аргасун у кого выучился дерзить нашему родственнику и оскорблять его? Сошлю обоих: и Гуюка, и Аргасуна. Хотя Аргасуна просто следовало бы предать смертной казни. Да, скажете вы, что я не ко всем одинаков в суде своем. Что касается до Бури, то сообщить Батыю, что он отправится объясняться к (своему отцу) Чаадаю, нашему старшему брату. Пусть его рассудит брат Чаадай!»
https://s1.thingpic.com/images/rz/wm6EZqCQ4S8RBbrct9ribc7R.jpeg
Тогда приступили к нему с докладом царевич Мангай, нойон Алчидай-Хонхортай-цзанги и другие нойоны и сказали: «По указу твоего родителя, государя Чингисхана, полагалось: полевые дела и решать в поле, а домашние дела дома решать. С вашего ханского дозволения сказать, хан изволил прогневаться на Гуюка. А между тем дело это полевое. Так не благоугодно-ли будет и передать его Батыю? Выслушав этот доклад, государь одобрил его и, несколько смягчившись, позвал Гуюка и принялся его отчитывать: "Говорят про тебя, что ты в походе не оставлял у людей и задней части, у кого только она была в целости, что ты драл у солдат кожу с лица. Уж не ты ли и Русских привел к покорности этою своею свирепостью? По всему видно, что ты возомнил себя единственным и непобедимым покорителем Русских, раз ты позволяешь себе восставать на старшего брата. Не сказано ли в поучениях нашего родителя, государя Чингис-хана, что множество - страшно, а глубина – смертоносна. То-то вы всем своим множеством и ходили под крылышком у Субеетая с Бучжеком, представляя из себя единственных вершителей судеб. Что же ты чванишься и раньше всех дерешь глотку, как единый вершитель, который в первый раз из дому-то вышел, а при покорении Русских, и Кипчаков не только не взял ни одного русского или кипчака, но даже и козлиного копытца не добыл! Благодари ближних друзей моих Мангая да Алчидай-Хонхотай-цзангина с товарищами за то, что они уняли трепетавшее сердце, как дорогие друзья мои, и, словно большой ковш, поуспокоили бурливший котел. Довольно! Дело это, как полевое дело, я возлагаю на Батыя. Пусть Гуюка с Аргасуном судит Батый»! И с этими словами, он отослал его, а Бури передал в распоряжение старшего брата Чаадая».
После такого решения Угэдея все недовольные Батыем на некоторое время примолкли. Наконец-то монгольское войско снова было собрано в единый кулак и могло продолжить завоевание мира. Многотысячная армада завоевателей двинулась в сторону древней русской столицы – златоглавого Киева.

***
Ко времени монгольского нашествия лучшие времена Киева уже были в прошлом. Некогда богатейший город Руси в двенадцатом-тринадцатом веке стремительно терял свое значение. Впрочем, это было закономерно. Сама Русь дробилась на отдельные княжества, и её бывшая столица не могла выдержать конкуренции с новыми центрами. Некоторое время город оставался формальным центром страны, и каждый сильный князь пытался захватить его, чтобы на этом основании провозгласить себя Великим князем. Однако в 1169 году князь Андрей Боголюбский перенес столицу Руси во Владимир, тем самым окончательно низведя Киев до уровня второстепенного города.
Во время княжеских междоусобиц двенадцатого века Киеву досталось неприятностей гораздо больше, чем многим другим, менее значимым городам. Так, за период между 1169 годом и вторжением Батыя тут сменилось более тридцати князей. То есть, в среднем князь правил всего два года. Думаю, лишне упоминать, что в большинстве случаев смена власти была насильственной и сопровождалась штурмом и разграблением города.
К началу монгольского вторжения на Русь в 1238 году Киевом правил Ярослав Всеволодович, брат Великого князя Владимирского Юрия и отец Александра Невского. Но после того, как Великий князь погиб, Ярослав бросил Киев и отправился отстраивать разоренный Владимир. Оставшееся без присмотра Киевское княжество присоединил к своим владениям князь Михаил Черниговский, объединивший под своей властью Черниговское, Киевское и Галицкое княжества. Правил он недолго. Уже в следующем году монголы нанесли удар по Черниговскому княжеству, полностью его разгромив. Одновременно волынский князь Даниил нанес удар по Михаилу с запада, захватив Галич. Лишившемуся своих лучших земель и, самое главное, дружины, перемолотой в сражениях с монголами, князю Михаилу пришлось бежать в Венгрию.
Воспользовавшись этим, в Киев прибыл смоленский князь Ростислав с намерением обосноваться тут. Однако вскоре его из города изгнал князь Волынский и Галицкий, Даниил Романович. Об этом политике и полководце мы еще поговорим особо, пока же отметим, что даже когда монголы начали завоевание, русские князья вместо того, чтобы объединиться против внешнего врага, продолжали воевать друг против друга.
Взяв Киев, Даниил Галицкий не стал там оставаться. Видать, царившее в его новом владении запустение пришлось ему не по вкусу. Князь предпочел вернуться к себе на Волынь, оставив в Киеве своего воеводу Дмитра.
Ранней осенью 1240 года под Киевом появились первые монгольские разъезды, установившие блокаду города, а затем со всей своей армией подошел и сам Батый. Дождавшись, пока Днепр замерзнет, основные силы монголов переправились на правый берег и начали атаку. Город был окружен, а затем взят штурмом. Разумеется, Дмитро был опытным воеводой, а киевляне стремились продать свои жизни подороже и дрались отчаянно, но исход боя был известен заранее – слишком уж неравными были силы. С помощью осадных машин монголы проломили городские стены у Лядских ворот и ворвались в Киев. Завязался рукопашный бой на улицах. Шаг за шагом завоеватели теснили киевлян, устилая бревенчатые мостовые своими и чужими трупами. Последние оставшиеся защитники древней столицы укрепились у построенной еще святым Владимиром Десятинной церкви, где все и полегли на следующий день.
Раненого воеводу Дмитра монголы сумели захватить в плен. Уважающий храбрость и военное мастерство, Батый пощадил пленника и даже оказал ему честь, назначив своим советником. Простым киевлянам повезло гораздо меньше – большая их часть погибла на пылающих улицах родного города. Уцелевшие стали добычей монгольских воинов и превратились в бессловесных рабов. Некогда богатый и многолюдный город после монгольского погрома представлял из себя лишь безжизненные руины.
https://imgprx.livejournal.net/bcc1f3fc46a4f44603f7f0ab0c110b08a2c4f5de/0PnCwFQDzfXArp26499-gSWbT5TCK40_cRpWGCKli5_kHr53rawu3VL2BLAFiYuPiKNEjc jaocPmHV2x3OSBKiWAKREXiTciqJ7SvwY9KjE
Самое удивительное, что никто не знает точной даты падения Киева. Согласно Лаврентьевской и Тверской летописям, это произошло шестого декабря, а если верить Псковской, то Батый взял город еще девятнадцатого ноября. Кстати, о летописях. Если в Ипатьевской летописи, написанной в соседнем с Киевом галицко-волынском княжестве, оборона и падение Киева описаны ярко и подробно, то в Лаврентьевской (составленной на Северо-востоке Руси) - это лишь эпизод, к тому же, не самый важный. На первое место по значимости в 1240 году летописец поставил рождение дочери у князя Ярослава Всеволодовича, а уж затем уничтожение «матери городов русских».
Киев от этого удара уже никогда не оправится, и даже спустя несколько столетий, после похода Батыя он будет лишь мелким приграничным городком, правда, с богатой и славной историей.

[ABC-people.com]

1480
После противостояния русских и монголо-татарских войск Ахметхан (или Ахмат-хан) отдает приказ отступать. Ранее приказ воеводам отступить к Кременцу отдал Иван III. Оба войска бегут друг от друга, никем не гонимые. Так сбрасывается ярмо двухсотлетнего монголо-татарского ига

[Новомосковск]

http://www.nmosktoday.ru/news_images/anons/41051.jpg
11 ноября 1480 года завершилось стояние на Угре, знаменовавшее окончание татаро-монгольского ига.
http://www.nmosktoday.ru/u_images/Great_standing_on_the_Ugra.jpg

[Кирилл Брагин]

https://rusplt.ru/wins/noyabrya-1480-goda-28688.html
Русские победы, История
https://342031.selcdn.ru/rusplt/517/936/Stoyanie_na_Ugre.jpg
П. Рыженко «Стояние на Угре», фрагмент экспозиции музея-диорамы «Великое стояние на Угре»

Победа на Угре означала восстановление национального суверенитета Русской земли
Почти 250 лет русские княжества находились в зависимости от Золотой Орды и практически все время выплачивали ей дань. Одно из главных победных сражений средневековой Руси битва на Куликовском поле, явила силу русского войска, но окончательно монголо-татарское иго удалось сбросить лишь при Иване III.

В 1470-е годы он прекратил выплачивать дань ордынскому хану Ахмату. Ахмат возглавлял самый крупный осколок империи Чингисхана – Большую Орду, он прикладывал всю энергию для консолидации распавшихся татарских ханств, стремясь утвердить над ними свое верховенство. Ахмат заключил союзы с Литвой и Польшей, наладил дружественные отношения с Османской империей. Отказ московского князя платить дань Ахматом был воспринят как попытка Руси выйти из орбиты ордынского влияния. Для восстановления вассальной зависимости ордынский хан собрал большое войско и, заручившись поддержкой польского короля Казимира IV, пошел на Москву.

Время для похода Ахмат выбрал подходящее, на севере на Русь нажимал Ливонский орден, на западе угрожал Казимир IV, внутри самой Руси возникли неурядицы и распри. Ивану III заключил союз с крымским ханом Менгли-Гиреем, его войско, напав на южные земли Великого княжества Литовского, отвлекло Казимира IV от помощи Ахмату.

Предупрежденное Русское войско развернуло свои позиции на пути ордынского хана. Основная группировка дислоцировалась в районе Калуги, у устья Угры. В местах возможной переправы возводились укрепления, в которых располагались пехотинцы, лучники и артиллеристы. Участки между заставами регулярно объезжал конный патруль.

Подошедшие ордынские войска несколько раз пытались форсировать Угру, но все атаки пресекались огнем с противоположного берега. Ахмат был вынужден отступить и встать у села Лузы. Началось знаменитое стояние. Хан требовал в свою ставку Великого князя и выплаты дани, но его требования, естественно, выполнены не были.

Великого князя поддерживал Вассиан, архиепископ Ростовский, он направил Ивану III пламенное и убедительное послание, в котором призывал мужественно стоять против врага.

Но враг скоро отступил, отсутствие провианта и фуража, начавшиеся болезни, вынудили ханское войско свернуть лагерь и вернуться в Орду. Для русских такой исход бескровного противостояния означал победу, для татар – поражение.

Русские, в стан которых была привезена Владимирская икона Божией Матери, считали такой удачный исход результатом божественного вмешательства. Ранее, в 1395 году Богородица отвернула от Москвы Тамерлана. В память о стоянии на Угре Русская Церковь установила праздник в честь Владимирской иконы Божией Матери.

[Историк. РФ]

https://историк.рф/history_day/11-ноября-1480-года-стояние-на-реке-угре-заве/
https://b.radikal.ru/b27/2104/08/c75c189d3dff.jpg
Стояние двух войск по разным берегам Угры продолжалось больше месяца. Запасы продовольствия и фуража у ордынцев таяли. Снабжение русской армии было отлажено. Иван III выделил боеспособный отряд под командованием звенигородского воеводы князя Василия Ноздроватого, который должен был на челнах спуститься по Оке, затем по Волге до её низовий и совершить опустошительный набег по владениям Ахмата.
https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/wp-content/uploads/2015/10/%D0%94%D0%92%D0%98-111-553x1024.jpg
Узнав, что в его глубоком тылу действует диверсионный отряд, который может занять и его столицу, Ахмат принял решение отправиться назад в Орду, разграбив на обратном пути принадлежавший Литве Козельск. Войска Ахмата начали отход 11 ноября. Этот день впоследствии и стал считаться датой освобождения Руси от ордынского ига. Москва больше не платила дань Орде.

[История. РФ]

https://pbs.twimg.com/media/DORu5a2XcAYC48B.jpg
#День в Истории
11 ноября 1480 г. стояние на реке Угре завершилось освобождением Руси от татаро-монгольского ига / Сражение на реке Угре. Миниатюра из Лицевого летописного свода. XVI в.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/2050/
В 1235 году на курултае в Монголии было принято решение предпринять поход на западные страны. Зимой 1237 года монголы разрушили Рязань и разорили Великое княжество Рязанское. Владимирский князь Юрий Всеволодович послал сына Всеволода с дружиной на помощь рязанским князьям, но войско потерпело поражение в битве у Коломны.

Монголы вторглись во Владимиро-Суздальское княжество, 20 января взяли Москву и 3 февраля 1238 года появились у стен Владимира.

Летопись жизни города тех лет восстановил историк Сергей Михайлович Соловьев. Согласно его писанию 7 февраля 1238 года татары приступили к городу, нанеся главный удар с запада.

Еще до обеда был взят новый город и объят огнем.

Уцелевшие горожане отступили в старый город. Епископ Митрофан увел жителей в Богородичную церковь. Заперевшись на полатях церкви, люди молились о спасении.

Правители города братья Всеволод и Мстислав Юрьевичи вместе со всей своей дружиной вышли навстречу хану с дарами, стремясь умилостивить его и спасти от разорения и гибели уцелевший старый город, но погибли. Церковь же была ограблена татарами и сожжена вместе со спрятавшимися в ней людьми.

Владимир был разграблен, разорен и сожжен. Плененные старики, женщины, дети были убиты.

Этой же зимой пали еще 12 городов, а через два года орда Батыя разграбила Киев.
http://fanstudio.ru/archive/20190909/0v95vA54.jpg

[World-history.ru]

1238
Войско хана Батыя взяло приступом Владимир

Князья Всеволод и Мстислав с дружиною полегли в бою, пытаясь пробиться сквозь толпы захватчиков, а женщины, дети, множество бояр и народа, затворившегося в Соборной церкви, или погибли в пламени и дыму, или захваченные в плен и влекомые нагими в стан неприятельский умирали от жестокого мороза.

[Shatff]

Пишет shatff (shatff)
2017-11-26 13:00:00

О князе Юрии Всеволодовиче – и «Батыевом нашествии»

…Как мы уже вспоминали, сегодня – Всемирный день информации… и в этом смысле, сложнейшим (или наоборот – благодатнейшим?..) материалом следует признать Средневековье – достоверной информации минимум; простор для толкований (и даже спекуляций) – неограниченный! …Итак, 26 ноября 1188 года родился Юрий (или – Георгий, церковный вариант этого имени) Всеволодович – Великий князь Владимирский (напомним – к тому времени Киев своё значение успеет утратить, и Великокняжеским столом считался именно Владимирский)… так вот – спустя полвека он будет убит в злополучной битве на Сити, и останется в отечественной историографии едва ли не главным виновником «погибели Руси» при пресловутом Батыевом нашествии. (Заметим – делалось немало попыток оправдать князя… возможно, и справедливых – во всяком случае, канонизирован он ещё в XVII веке). Но – по порядку.

…Отцом Юрия был Всеволод Большое Гнездо (названный так из-за обширного потомства – принято считать, что как раз распри между его восьмью сыновьями и станут основной причиной так называемой «феодальной раздробленности Киевской Руси»… звучит не вполне справедливо – в конце концов, сам Всеволод был десятым сыном известного нам Юрия Долгорукого). Так или иначе – Большое Гнездо (войско которого, по сообщению автора «Слова о полку Игореве»: «Волгу может вёслами расплескать, а Дон шеломами вычерпать», – несомненно, даст процессу толчок, объявив наследником не старшего сына, Константина, а именно Юрия-Георгия…

…По смерти отца, князья, само собой, сцепятся!.. В коалиции с Юрием выступит ещё один брат, Ярослав (отец Александра нашего Невского) – и оба будут побиты… Любопытно, что Константин не только не подвергнет родственников репрессиям – но и назначит Юрия своим преемником. Таким образом, через несколько лет тот вполне легитимно заступит место усопшего победителя…

…Дальнейшее правление Великого князя отметится практически ежегодными походами – то против соседей, то против волжских булгар. (Историки до сих пор не определились, что это был за народ – но именно для защиты от них Юрий в 1221 году соорудит крепость под названием Новгород Низовской земли – хорошо известный в дальнейшей истории как Нижний).

… Спустя два года он проигнорирует антимонгольский поход князей… и правильно сделает, поскольку дело закончится феерическим поражением при Калке. (Некоторые историографы указывают, что Юрий «не успел»… всё может быть – но более логичным кажется предположение, что Великий князь – которому, вроде бы, по должности положено было возглавить миссию! – просто воздержался, предоставляя конкурентам возможность растратить силы и средства).

…Вероятнее всего, Юрий верил в неуязвимость своих Владимирских земель – за лесами, за болотами – но вскоре суровая действительность явится к нему в лице Батыя… (Хотя, не так уж и скоро – только в 1237-м). Как мы помним, первый удар придётся по Рязани – источники сообщают, что местные князья просили у Юрия помощи – но тот снова уклонится… более того – оставит свою столицу (со всей семьёй) – и отправится собирать войска на реку Сить… (Князь предполагал получить подкрепления от братьев – включая упомянутого Ярослава – но тот, в свою очередь, тоже спешить не станет… как мы помним, на следующий год уже отец Невского благополучно получит от Батыя ярлык на Великое княжение).

PS: …а Юрий примет бой – будет разгромлен и убит. (К тому времени до князя уже дойдёт весть о том, что его столица сожжена, а семейство – вырезано). Подробности сражения неизвестны, но некоторые источники утверждают – сам Батый будет потрясать отрубленной головой Юрия перед строем… (Другие, впрочем, указывают – хан в битве на Сити не присутствовал; великокняжеское войско было разгромлено случайно наткнувшимся на него второстепенным корпусом темника Бурундая). Так или иначе – сохранилось предание, что останки Юрия потом отыщет священник – причём «…глава святая прильнула к святому телу, так что и следа не было отсечения на его шее». По другой версии, князь бежал в Китеж – после чего легендарный град и погрузится в воды… Впрочем, это – совсем другая история.

[Историк. РФ]

http://историк.рф/history_day/25-%D0%BC%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0-1238-%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B0%D0%BB%D0%BE-%D0%B3%D0%B5%D1%80%D0%BE%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D 0%BA%D0%BE%D0%B9-%D0%BE%D0%B1%D0%BE/
Монголо-татарские войска начали осаду Козельска — небольшого русского города на реке Жиздре, в Черниговском княжестве. Жители Козельска решили на совете: «Наш князь младенец, но мы, как правоверные, должны за него умереть, чтобы в мире оставить по себе добрую славу, а за гробом принять венец бессмертия». И началась беспримерная по накалу осада.
https://d.radikal.ru/d35/2104/cd/617de06a9644.jpg
Весенняя распутица превратила город в островную крепость, и храбрые козельчане умело этим пользовались. Когда захватчики стенобитными машинами разрушили часть крепостных стен и ворвались на вал, небольшая козельская дружина сумела оказать им яростное сопротивление. Козельчанам удалось уничтожить стенобитные машины. Тысячи воинов Батыя остались под стенами города.
https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/wp-content/uploads/2016/03/2503-1.jpg
Только дождавшись подкрепления, кочевники сумели уничтожить городских защитников и жестоко расправились над непокорным городом. Малолетний князь Василий, по сведениям летописца, утонул в крови. Козельск отнял у Батыя семь недель. Разъярённый хан запретил само наименование города и приказал называть Козельск Злым городом.

[Tunnel.ru]

1 декабря 1408 года темник Золотой Орды Едигей подошел с войском к Москве. Но не решился ни на штурм, ни на осаду (защитники Москвы сожгли посады) и отступил, «взяша окупа 3 тысяце рублев»
https://tunnel.ru/tmp/R1WKI2YvadgqhH8S634B/edigey.sojjenie-moskovskogo-posada-pojar.jpg
Посад запылал, беззащитные женщины и дети, которых в крепость не пускали, гибли, не находя пристанища. Решив взять город измором, Едигей, однако, по прошествии трех недель получил из Орды известие о вспыхнувшей там кровавой усобице и поспешил восвояси, предварительно истребовав с осажденных откуп в 3 000 рублей. Москва попалась на хитрость: вскоре выяснилось, что откупа можно было не платить.
https://tunnel.ru/media/images/2017-12/post/849/osada-moskvyi-edigeem-1408-god.jpg
1408 - Внезапно появившееся под стенами Москвы войско Едигея, фактического правителя Золотой Орды, осадило город. Этот один из последних набегов ордынцев на Русь был предпринят для наказания великого князя Московского Василия I Дмитриевича, сына Дмитрия Донского, за плохое обращение с татарскими поcлами и приют, предоставленный им двум сыновьям злейшего Едигеева врага - хана Тохтамыша (умер в 1406 году). Татары сожгли Переяславль, затем Ростов, Дмитров, Серпухов, Нижний Новгород, Городец. Князь "отъеха вборзе на Кострому" собирать силы, оставив защищать город своего двоюродного брата Владимира Храброго, который, дабы упредить штурм, распорядился поджечь строения по соседству с кремлевской стеной.

[Константин Кудряшов]

https://aif.ru/society/history/unizhenie_batyya_pochemu_mongoly_ne_mogli_vzyat_ko zelsk_celyh_sem_nedel
25.03.2018 00:05
https://aif-s3.aif.ru/images/013/843/cc1d6decd9b7523cc8b755415a41db4b.jpg
Репродукция миниатюры «Оборона Козельска в 1238 г.» (конец XVI века) из книги «Иллюстрированная история СССР». Миниатюра летописного свода XVI в. © / Commons.wikimedia.org

25 марта 1238 года передовые отряды Батыя подошли к городу Козельск и потребовали его немедленной сдачи. Ответ был таков: «Наш князь младенец, но мы, как правоверные, должны за него умереть, чтобы в мире оставить по себе добрую славу, а за гробом принять венец бессмертия». Так началась знаменитая семинедельная осада Козельска монголами.

Татаро-монгольское вторжение на северо-Восточную Русь 1237-1238 гг. оставило в массовом сознании два понятия, которые не вырубить никаким топором — даже ЕГЭ пока не в состоянии полностью уничтожить такие мемы, как «Евпатий Коловрат» и «Злой город».

Но между ними есть серьёзное отличие. Да, подвиг рязанского боярина Евпатия Коловрата красив, возвышен и кинематографичен, что доказано фильмом-хитом прошлого года. Но с точки зрения источниковедения он не более чем позднейшая летописная легенда.

Зато «Злой город», как прозвали монголы Козельск — самая что ни на есть реальность. Зафиксированная, в том числе, и иностранными источниками. В частности, масштабным трудом арабского учёного летописца Рашида ад-Дина, который в своей истории Чингизидов уделил достаточно почётное место эпизоду обороны Козельска.

Касается он и прозвища этого населённого пункта. Знаменитый «Злой город» является более или менее точным переводом монгольского «Могу Болгусун». Более или менее, поскольку существуют и другие значения — «плохой», «неудачный», «тёмный» и даже «дьявольский».

Обычно это имя связывают с самим фактом осады Козельска. Она действительно беспрецедентна. Крупные города Северо-Восточной Руси держались против монголов не более 5-6 дней — так пали Рязань, Владимир, Переяславль Залесский и Тверь. Суздаль взяли штурмом. Ростов Великий вообще сдался без боя и остался сравнительно целым. Торжок простоял 12 дней. А вот маленький Козельск — удельный пограничный город Черниговского княжества держался 7 недель, и держался более чем достойно, сильно проредив войско Батыя. Иногда приводится цифра 51 день. Рашид ад-Дин вообще говорит о двух месяцах безуспешной осады. И это при том, что вся кампания Батыя 1237-1238 гг. длилась пять месяцев. Словом, по сравнению с другими городами Козельск и впрямь кажется «злым».

Тут возникает резонный вопрос. А зачем, собственно, монголам был нужен Козельск? Причём настолько, что Батый лично торчал у этого города целых два месяца, упуская драгоценное время и попусту тратя силы? Ну и, разумеется, главный вопрос — что же помешало монголам раздавить непокорный городишко сразу?

Грехи отцов?

Выдвигались самые разные версии. Например, утверждают, что в Козельске существовали какие-то невообразимо богатые склады зерна, а для монгольской конницы, уже порядком пощипанной морозами и бескормицей, это было очень кстати. Говорят и о каком-то особенном алгоритме действий монголов. Дескать, им полагалось сначала взять пограничный город княжества, а уж потом, доказав свою силу, идти на столицу — в данном случае Чернигов. Большой поклонник кочевнических культур Лев Гумилёв утверждал, что Козельск был обречён изначально. Поскольку его двенадцатилетний князь Василий приходился внуком князю Козельскому и Черниговскому Мстиславу. А тот в свою очередь 15 лет назад запятнал себя тем, что убил монгольских послов перед битвой на Калке. «Благородные кочевники», конечно, не могли простить такого вероломства, вот город и поплатился — по принципу коллективной ответственности. Буквально «за грехи отцов».

У последней версии множество сторонников. Но именно она самая бестолковая. По той простой причине, что «благородным кочевникам» не было необходимости выискивать малолетних внуков давнишнего обидчика, который, к слову, на Калке же и был убит. Если уж мстить за старое вероломство, так вот совсем рядом Смоленск, где княжит вполне живой участник битвы на Калке Всеволод Мстиславич. Он вообще получается дважды виноват, поскольку его отец, князь Мстислав Старый, лично принимал участие в убийстве монгольских послов.

Но вот что происходит в реальности. Монголы вторгаются на земли Смоленского княжества, немножко грабят, а потом проходят всего лишь в 30 верстах от города, где княжит их реальный враг, которого, по логике поклонников «благородных степняков», нужно наказать так, чтоб другим неповадно было. Но — никакого «примерного наказания». Более того — вообще никаких претензий этому «врагу» монголы не предъявляют. А внезапно поворачивают прочь от Смоленска. Между прочим, строго в направлении Козельска.

«Железные урусы»

Именно так называли защитников Козельска монголы. Именно эти слова, если верить источникам, они выкрикивали при штурме. Обычно считают, что эти слова — метафора. Мол, вот какие стойкие люди стоят против нас на крепостных стенах — прямо железные.

По какой-то загадочной причине отбрасывают самое очевидное объяснение. Монголы, как и положено каким-нибудь степным акынам, голосили строго по принципу: «Что вижу, то пою». То есть видели они перед собой реально железных людей. Вернее, так — людей, одетых в железо с ног до головы. Как тогда говорили — «кованую рать». Иными словами — профессиональных воинов. Дружинников. Сильных и безжалостных, неутомимых в обороне и неудержимых в наступлении. Откуда они взялись?

Здесь придётся сделать одно допущение. Которое, впрочем, по сравнению с фантазиями Льва Гумилёва, вполне правдоподобное.

За короткое время Северо-Восточная Русь потерпела жестокое военное поражение. Рязанский разгром, Битва под Коломной, Битва на реке Сить — это только крупные удары монголов, под которыми содрогались русские княжества. Мелких было гораздо больше. Но при любом разгроме обязательно находятся те, кто его пережил. В том числе и профессиональные воины. Которые собираются в отряды и ищут теперь либо удачи, либо мести, либо новой службы, а лучше — всё сразу и много.

Фокус в том, что новой службы в княжествах Северо-Восточной Руси искать было уже не у кого. До Смоленска далеко. До Новгорода — ещё дальше. Не говоря уж о Киеве.

Остаётся сильное Черниговское княжество. С пограничной крепостью Козельск. До которого от Коломны — 4 конных перехода, от Рязани — 5 конных переходов, от Владимира — 6. Туда можно уйти. Там можно найти и новую службу, и возможность отомстить.

Именно наличие относительно большого числа профессиональных воинов и может объяснить парадокс маленького городка, который сопротивляется «лучшей в мире армии» так, что об этом говорят за тысячи вёрст и помнят через века.

Все эпизоды обороны Козельска указывают на то, что его защищали не просто профессионалы, а профессионалы, уже знакомые с ухватками монголов.

«Козлиное копытце»

Так, Батыю в этот раз не удалось собрать хашар — массу пленных, которых монголы традиционно использовали на приступе как живой щит и как возможность буквально завалить трупами крепостные рвы. Люди в окрестностях Козельска были загодя предупреждены, и частью рассеялись, а частью встали на защиту города.

Защитники города не ведут себя пассивно. Они сразу же совершают вылазку и бьют по важнейшему элементу монгольской войны — китайским боевым осадным машинам и орудиям: «И изшедше из града и иссекоша праща их, и нападша на полки и убиша Татар 4 тысячи».

Пока ведутся эти боевые действия, начинается весна. Козельск, стоящий на высоком холме, получает дополнительную линию обороны — широко разливаются Жиздра и её притоки, превращая город в неприступную цитадель.

Батый, не взявший город приступом и утративший главное ударное средство взятия крепостей, выглядит откровенно бледно. Своими силами он уже не может справиться с крохотным городком. К нему на помощь идут родственники — чингизиды Кадан и Бури. И только соединёнными силами, превосходящими защитников Козельска в разы, город, наконец, берут.

Чести это не принесло никому из них. Годы спустя участнику эпопеи взятия Козельска хану Гуюку бросают в лицо оскорбительное: «По всему видно, что ты возомнил себя единственным и непобедимым покорителем Русских, раз ты позволяешь себе восставать на старшего брата... Но ведь при покорении Русских земель ты даже козлиного копытца не добыл!». Именно так — «Козлиным копытцем» называли Козельск те, кто не согласился считать его «Злым городом».

[Istoriia.Ru]

1240 год - Войско хана Батыя во время осады Киева смогло пробить брешь в городских укреплениях и ворваться в Киев

[Ymorno]

https://picturehistory.livejournal.com/4456781.html
ymorno_ru (ymorno_ru) написал в picturehistory
2019-05-03 22:03:00 330

Существовал ли в реальности рязанский богатырь, заставивший самого хана Батыя себя уважать? Историки до сих пор не пришли к однозначному ответу, а документальных свидетельств о жизни Евпатия Коловрата не обнаружено. Но даже если легендарного воеводы никогда не было – его следовало бы выдумать...
https://i3.imageban.ru/thumbs/2019.05.03/ebcd1daa4820c242bb22d5241d30e9f0.jpg
Евпатий Коловрат

Разорение Рязани

Летом 1237 года татаро-монголы под предводительством Батыя решили покорить Европу. И путь их лежал через Русь. Есть версия, что особого отпора татары не ожидали – надеялись попросту запугать русских князей и заставить их платить дань. Не вышло. Когда войско Батыя подошло к Рязани, в город был отправлен парламентер с предложением о мирном урегулировании вопроса. Ордынцам – дань, славянам – защита. Однако рязанцы отправили великому хану недвусмысленный ответ: голову посла. Батый осерчал и приказал сравнять Рязань с землей, что вскоре и было исполнено. Для татаро-монголов убийство посла было страшным оскорблением **– поэтому они не жалели никого: жгли церкви, убивали духовенство, женщин и детей. Старая Рязань находилась в 50 километрах от современной – после разорения отстроить город заново так и не удалось.
https://i1.imageban.ru/thumbs/2019.05.03/eba5a42eba882cc3ef3ba2b808047391.jpg
Ордынцам с Евпатием не совладать

Неистовый Коловрат

Во время разорения города Евпатий Коловрат с дружиной находился в Черниговском княжестве – просил соседей помочь защитить Рязань. И вернулся на пепелище. Вероятно, у боярина и его дружинников в Рязани погибли все родственники – он решил отомстить и отправился в погоню за татаро-монгольским войском. Как гласит «Повесть о разорении Рязани Батыем», отчаянные мстители, которым уже было нечего терять, стали уничтожать ордынцев целыми отрядами. Разгневанный Батый отправил к Евпатию Коловрату своего шурина - батыра Хостоврула, который пообещал привезти хану голову воеводы. Однако вошедший в раж Евпатий «развалил» прославленного воина до самого седла. Ордынцы продолжали нести потери.
https://i1.imageban.ru/thumbs/2019.05.03/7fc97fe81b9658ad919850f135eefb45.jpg
Евпатий разрубает Хостоврула

«Только умереть»

Батый был шокирован случившимся и отправил к Евпатию парламентеров, надеясь подкупить русского богатыря и его дружину. Однако на вопрос: «Что вам надо?» рязанский воевода ответил «Только умереть». Татаро-монголы пустили в ход катапульты и засыпали отряд рязанцев градом камней и стрел. По одной из версий, снарядом одного из осадных орудий был убит сам Коловрат.

Хан пожелал лично посмотреть на поверженного богатыря. Стоя над трупом Евпатия, Батый признался: если бы такой воин служил у него – он бы души в нем не чаял. В итоге хан велел отпустить оставшихся в живых бойцов коловратовского отряда, отдав им тело убитого воеводы. К несчастью для Батыя, таких воинов, как Евпатий Коловрат, у него на службе не было.
https://i3.imageban.ru/thumbs/2019.05.03/51ebc82f3ffed0e1e1c3ad360f9daf60.jpg
Татары с трудом победили Коловрата

[Eвразия Daily]

https://eadaily.com/ru/news/2016/05/31/etot-den-v-istorii-31-maya-1223-goda-nachalas-bitva-na-kalke-pervoe-stolknovenie-russkih-druzhin-s-mongolami
31 мая 2016
11:18
https://img1.eadaily.com/r650x400/o/02b/29a14914975275ffab6de3f15484d.jpg
31 мая 1223 года началась битва на реке Калке, в которой объединенные русско-половецкие силы потерпели сокрушительное поражение от монгольского войска.

После взятия Ургенча в конце 1221 года Чингисхан дал поручение своему старшему сыну Джучи продолжить завоевания в Восточной Европе, где его войска должны были соединиться с Джэбэ и Субэдэем. Однако Джучи уклонился от выполнения отцовского приказа, что отложило масштабное монгольское вторжение в Европу на целых 17 лет.

Тем не менее тумены (монгольские боевые корпуса по 10 000 воинов) Джебэ и Субедея активно и успешно действовали самостоятельно, хотя и не могли завоевывать обширные территории. В 1222 году они вышли к половецким степям. Половцы поддались на уговоры и подарки монголов и нарушили свой союз с аланами, после чего Джэбэ разбил аланов, а затем обрушился и на половцев. В том же году монгольское войско под предводительством Джэбэ и Субэдэя вторглось с Северного Кавказа в половецкие степи.

После разгрома остатки половецкого войска бежали в русские земли за Днепр. Половецкий хан Котян Сутоевич обратился к своему зятю, галицкому князю Мстиславу Мстиславичу Удалому и к другим русским князьям, прося у них помощи против нового грозного врага. Просьба была услышана — южнорусские князья собрались в Киев на совет под главенством трёх великих князей: Мстислава Романовича, Мстислава Мстиславича и Мстислава Святославича. Юрий Всеволодович Владимирский послал войско в помощь южным князьям, но оно не успело к общему сбору.

Одновременно росла опасность того, что половцы, оставленные один на один с монголами, перейдут на их сторону. В связи с чем после долгих уговоров Мстислава Удалого князья решили, что лучше встретить врага на чужой земле, чем на своей. Узнав о русских военных приготовлениях, монголы попытались вновь использовать дипломатию: их послы прибыли с богатыми подарками в Киев — месту общего сбора русских войск. Послы заверили князей в том, что их цель — только половцы, которые и русским тоже немало причинили вреда. Однако дипломатия монголам в этот раз не помогла: выслушав послов, русские князья повелели всех их убить, после чего соединённые силы двинулись навстречу монгольским туменам вниз по Днепру.

Если насчет численности монгольского войска особых разногласий у историков нет, то русско-половецкая армия остается и по сей день совершенно туманной величиной. В.Н. Татищев утверждает, что против 20 тысяч монголов собралась 150-тысячная объединенная армия. На другом конце находится мнение А. Г. Хрусталёва, который полагает, что численность русских войск составляла всего лишь 10 тысяч ратников плюс 5—8 тысяч половцев.

После переправы через Днепр русские войска столкнулись с авангардом противника и преследовали его несколько дней. У реки Калки (ныне Кальчик, Донецкая область Украины) князья разделились. Мстислав Удалой с дружинами перешел Калку, оставив Киевского и Черниговского князей на другом берегу.

Преследуя отступающий монгольский авангард, 31 мая 1223 года на реке Калке Мстислав столкнулся с туменами Джучи и Субедея — произошла битва между основными силами монголов и русскими полками. Натиск дружин Мстислава Удалого, едва не прорвавший ряды кочевников, не был поддержан другими князьями, и все атаки русских были отбиты. Половецкие отряды, не выдержав ударов монгольской конницы, бежали, расстроив боевые порядки русского войска. Это позволило татаро-монголам нанести решающий удар по главным силам русских.

Произошло ожесточенное и кровопролитное сражение, в котором русское войско было разбито, а оставшиеся в живых отступили за Калку. Бросившись за ними в погоню, татары разбили и полк Мстислава Черниговского. Лагерь Мстислава Киевского был полностью окружен и взят через 3 дня, в результате и сам князь, и его окружение были зверски уничтожены. Мстислав Удалой бежал. Потери русских в этой битве были очень велики, из воинов домой вернулась только десятая часть.

Войско Джебэ и Субедэя, разгромив на Калке ополчение южных русских князей, вошло в Черниговскую землю, дошло до Новгорода-Северского, неся повсюду страх и разрушение. Победа монголов на Калке открыла им путь к завоевательному походу Бату-хана в 1238 году. Однако самих Джебе и Субедея военная удача после Калки оставила. Узнав о приближении владимирской рати, они отказались от плана похода на Киев и пошли на Волгу, где у Самарской Луки потерпели сокрушительное поражение от волжских булгар. Согласно арабским источникам, после той битвы от двух туменов не осталось и 4 тысяч человек, которым удалось вернуться в Среднюю Азию.

[Shatff]

Пишет shatff (shatff)
2017-12-06 00:00:00
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История

О взятии Киева Батыем

6 декабря 1240 года Батый взял Киев… некоторые историографы полагают – за девять дней; но чаще говорят о трёхмесячной осаде... В любом случае – начнётся всё с того, что «…пришел Батый …с силой тяжкой, со многим множеством силы своей, и окружил город…. И был город в осаде великой. И пребывал Батый у города, и воины его осаждали город, и нельзя было слышать из-за звуков скрипа телег его, рёва множества верблюдов его и ржания табунов его, и была заполнена земля Русская врагами…» Впрочем – по порядку.



…Надо сказать, задолго до ордынцев Киев дважды возьмут русские князья – Андрей Боголюбский в 1169-м и Рюрик Черниговский в 1203-м – причём в обоих случаях городу крепко достанется: «…и два дня грабили весь город, Подол и Гору, и монастыри, и Софию, и Десятинную Богородицу, и не было помилования никому и ниоткуда. Церкви горели, христиан убивали, других вязали, жен вели в плен, разлучая силою с мужьями, младенцы рыдали, смотря на матерей своих». (Мы ничего не путаем – это пока не о «злобных монголах» – хотя, справедливости ради, летописцы склонны использовать для описания такого рода событий схожие клише).

…Подрастеряв вследствие таких происшествий своё значение, Киев, к прибытию Батыя, тем не менее, был крупным городом – а Киевское княжение оставалось сакральным символом. (Или фетишем?.. Во всяком случае, князья наперебой стремились его занять – и за пятилетку, предшествующую описываемым событиям, это удалось аж девятерым! …По примерным подсчётам).

…Между тем, в 1237 году началось пресловутое вторжение. (Интересно, что знаменитый рязанский воевода Евпатий Коловрат прибудет, было, просить помощи у киевского Михаила Всеволодовича – но тот откажет; вернувшись, боярин застанет свой город разорённым и погибнет, бросившись на покидающих пепелище врагов). Спустя некоторое время доберутся и до Киева – прибудет Мункэ (известный также как Менгу и будущий Великий хан): «Встал он на той стороне Днепра у Городца-Песочного. Увидев город, удивился красоте его и величеству его. Прислал послов своих к Михаилу и к горожанам, желая их обмануть, и не послушали его». (Есть любопытная версия, что ордынцев заворожил блеск церковных куполов… наивные степняки, натурально, вообразили, будто те – из чистого золота).



…Некоторые историографы полагают – послов не просто «не послушали» – но и убили. С одной стороны – если так, то странно, что кочевники отложат осаду на целый год… с другой – Михаил немедленно бежит в Венгрию. (Кстати, позже он поедет-таки в Орду – и будет там замучен). После очередной рокировки Великим князем киевским становится Даниил Галицкий – и… тоже отбывает к Беле IV – якобы, за помощью…. Так или иначе, к началу осады, князей в «матери городов русских» не окажется вовсе – как, впрочем, и серьёзного войска. Впрочем, Даниил оставит за старшего своего воеводу – тысяцкого Дмитра.

…Источники описывают Киев того времени, как мощную крепость – во всяком случае, Верхний город, был окружён рвом 12-метровой глубины; валом такой же высоты (и вдобавок – 30-метровой ширины!) – а также стенами (до четырёх метров)… Вообще-то, не очень верится – как и в пятидесятитысячное население… ну – что имеем…

…На сей раз никаких переговоров не было – завоеватели сразу же приступят к сооружению осадных машин. (Катапульты делались на месте – благо лесов вокруг хватало; некоторые историографы полагают, что затруднения возникли с боеприпасами – ближайшие каменоломни имелись только в полусотне километров. Тогда понятно, почему осада затянулась).

…Впрочем, деятельные кочевники времени зря не теряли, разоряя округу – и собирая полон. (Который, как предполагается, они используют при штурме, гоня впереди себя. Метод упоминается несколькими авторами – но в отношении именно Киева таких свидетельств нет). Численность врагов называется разная – от сорока до ста сорока тысяч… силы защитников неизвестны – но, видимо, воевода Дмитр располагал дружиной в несколько сотен воинов и каким-то количеством ополченцев…

https://ic.pics.livejournal.com/mihalchuk_1974/69228826/1782104/1782104_900.jpg

…Так или иначе – после обстрела одна из стен будет проломлена; в первый день штурма ордынцы займут внешние укрепления. Дмитр будет ранен, а защитники укрепятся в Десятинной церкви. Тут случится событие, о котором летопись говорит так: «Люди… выбежали на церковь, и на своды церковные с пожитками своими, и от тяжести повалились с ними стены церковные, и так был взят город». Последующие историографы полагают, что это преувеличение – и храм ломали всё теми же «пороками»… но есть мнение, что, скорее всего, ещё десять лет назад стены сильно пострадали от землетрясения – и, действительно, могли не выдержать толпы…

…В любом случае – результат один: «Взяли Киев татары, и святую Софию разграбили, и монастыри все, и иконы, и кресты, и все узорочье церковное взяли, а людей от мала до велика убили мечом».

PS: …Некоторые специалисты склонны считать сообщения о полном истреблении населения преувеличением – или полагают, что не так уж велик был Киев в принципе – но францисканец Плано Карпини, проезжая эти места шесть лет спустя (по пути в ставку всё того же Батыя), запишет: «…мы находили неисчислимые головы и кости мертвых людей, лежавших в поле; ибо этот город был весьма большим и очень многолюдным, а теперь он обращен почти ни во что».

PPS: …Что касается воеводы Дмитра, то он попадёт в плен – но отнюдь не погибнет… (Более того – вроде бы, будет сопровождать Батыя в дальнейшем походе – хан-то отправится воевать Европу!..) Якобы, именно Дмитру принадлежит настойчивый (и услышанный!) совет: «Не задерживайся в земле этой долго, время тебе на угров уже идти. Если же медлить будешь, земля та сильная, соберутся на тебя и не пустят тебя в землю свою». Источник тут же поясняет: «Про то говорил ему, поскольку видел землю Русскую, гибнущую от нечестивого…» И всё равно – несколько неожиданно представить себе русского воеводу в роли консультанта Бату-хана… Впрочем, это – совсем другая история.

[История. РФ]

https://pbs.twimg.com/media/DQVWvgBWkAAAo2O.jpg
6 декабря 1240 разорение Киева Батыем. Номинальная столица Руси перестала существовать. Древнерусское наследие в Киеве в XVII в.

[Shatff]

Пишет shatff (shatff)
2017-12-07 11:00:00
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История
В этот день… 7 декабря – 2
О «Батыевом нашествии»

Буквально вчера мы вспоминали взятие монголами Киева… так вот – по утверждению многих источников, тремя годами раньше, 7 декабря 1237 года началось вторжение Батыя на Русь… о точности даты, конечно, можно было бы подискутировать – но это такая мелочь в свете происходящих в последние десятилетия, воистину тектонических, процессов переосмысления той эпохи!.. (Да и не только… Ну – ладно…)



…Веками в учебниках фигурировало «трёхсотлетнее монголо-татарское иго»… (Кстати, мало-мальски вдумчивый школяр уже тут мог задуматься: «С чего это оно «трехсотлетнее», если Батый пришёл в 1237-м; а завершилось всё «Стоянием на Угре» в 1480-м?..) Теперь, как говорят, «иго» заменили на какую-то «систему зависимости русских земель от ордынских ханов»… час от часу не легче!.. К тому же, ныне живущие монголы и татары, как будто, искренне считают Чингисхана и Батыя (собственно – Бату-хана) своими предками – и очень ими гордятся! Ну, ладно…

…Первым смуту внесёт Гумилёв (публикации давних трудов которого, по мнению Вашего покорного слуги, стали одним из важнейших положительных достижений т. н. «гласности»). Согласно его вполне убедительной концепции, ига и впрямь не было – а было взаимовыгодное (и взаимопроникающее) сотрудничество. Хорошо… Не успеет общественность переварить это открытие, как академик Фоменко выдаст: «Орда» – это и есть Русь (точнее – средневековая русская армия). Допустим… Но поскольку главное свойство мысли – непрерывное развитие; появилась сходная, но совсем уж своеобразная концепция: никаких «монголов-чингисханов-орды» вообще не было!.. Почему? Потому что они не оставили материальных памятников…

…Тут, конечно, хочется возразить – как так?.. Во-первых, упоминаемые народы здравствуют и сейчас… во-вторых, даже если не рассматривать в качестве источника летописи и прочие средневековые тексты (а они и впрямь часто сомнительны) – то как же позднейшие документы: крымское, казанское, астраханское и прочие ханства – да и кого покорял в Сибири Ермак?..

…Одним словом, с вашего позволения, касаясь событий этого периода, мы не будем вдаваться в экзотику – хотя, согласимся: столетиями в школах тоже учили чему-то не тому. Вторжение, безусловно, было – другое дело, что никакой полумиллионной армии существовать не могло по причинам банальной логистики – как такую ораву прокормить?.. А цель «захватчики» преследовали примерно ту же, что любой русский (и европейский) князь тех времён – пограбить соседа, записать его в вассалы, и обложить кое-какой данью.

https://alogvinov.com/wp-content/uploads/2017/06/233773-805x453.jpg

…Существуют подсчёты, согласно которым на пути Батыя (а как мы помним, он дошёл до Адриатики) разорён был, от силы, каждый десятый город – разумеется, тот, гордые жители которого ворота запирали, а парламентёров кидали со стен… (Справедливости ради, есть и более мрачные оценки – но, в любом случае, судя по хроникам, Русь отнюдь не превратится в выжженную пустыню. Более того – именно сюда вернётся Батый – и начнёт обстоятельно обустраиваться!.. Русь станет частью улуса Джучи… название «Золотая орда» придумается только в середине XVI века).

…Сила Орды (как её ни называй, и как ни оценивай её численность) была (на тот момент!) в монолитности – в отличие от соседей; потому наиболее прагматичные князья (вроде Ярослава, отца Александра Невского) немедленно начнут с ней сотрудничать… И, при прямой помощи ордынцев, подминать под себя соседние княжества – спустя исторически короткое время Орда расколется – а централизованная Русь останется!..

PS: …Тут странным образом приходит на ум сравнение с колонизацией Америки: в обеих её частях местные племена частью с пришельцами бились – а частью выступали на их стороне, поскольку соседи им были ещё неприятней!.. Правда, там дело закончилось известным образом – и для всех местных одинаково; ключевое слово тут именно «колонизация». Получается, пресловутое «иго» таких задач не ставило?.. Вероятно, Бату сотоварищи всё же сильно «уступали в цивилизованности» будущим европейским завоевателям… Впрочем, это – совсем другая история.

[Shatff]

Пишет shatff (shatff)
2017-12-07 11:00:00
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История
В этот день… 7 декабря – 2
О «Батыевом нашествии»

Буквально вчера мы вспоминали взятие монголами Киева… так вот – по утверждению многих источников, тремя годами раньше, 7 декабря 1237 года началось вторжение Батыя на Русь… о точности даты, конечно, можно было бы подискутировать – но это такая мелочь в свете происходящих в последние десятилетия, воистину тектонических, процессов переосмысления той эпохи!.. (Да и не только… Ну – ладно…)



…Веками в учебниках фигурировало «трёхсотлетнее монголо-татарское иго»… (Кстати, мало-мальски вдумчивый школяр уже тут мог задуматься: «С чего это оно «трехсотлетнее», если Батый пришёл в 1237-м; а завершилось всё «Стоянием на Угре» в 1480-м?..) Теперь, как говорят, «иго» заменили на какую-то «систему зависимости русских земель от ордынских ханов»… час от часу не легче!.. К тому же, ныне живущие монголы и татары, как будто, искренне считают Чингисхана и Батыя (собственно – Бату-хана) своими предками – и очень ими гордятся! Ну, ладно…

…Первым смуту внесёт Гумилёв (публикации давних трудов которого, по мнению Вашего покорного слуги, стали одним из важнейших положительных достижений т. н. «гласности»). Согласно его вполне убедительной концепции, ига и впрямь не было – а было взаимовыгодное (и взаимопроникающее) сотрудничество. Хорошо… Не успеет общественность переварить это открытие, как академик Фоменко выдаст: «Орда» – это и есть Русь (точнее – средневековая русская армия). Допустим… Но поскольку главное свойство мысли – непрерывное развитие; появилась сходная, но совсем уж своеобразная концепция: никаких «монголов-чингисханов-орды» вообще не было!.. Почему? Потому что они не оставили материальных памятников…

…Тут, конечно, хочется возразить – как так?.. Во-первых, упоминаемые народы здравствуют и сейчас… во-вторых, даже если не рассматривать в качестве источника летописи и прочие средневековые тексты (а они и впрямь часто сомнительны) – то как же позднейшие документы: крымское, казанское, астраханское и прочие ханства – да и кого покорял в Сибири Ермак?..

…Одним словом, с вашего позволения, касаясь событий этого периода, мы не будем вдаваться в экзотику – хотя, согласимся: столетиями в школах тоже учили чему-то не тому. Вторжение, безусловно, было – другое дело, что никакой полумиллионной армии существовать не могло по причинам банальной логистики – как такую ораву прокормить?.. А цель «захватчики» преследовали примерно ту же, что любой русский (и европейский) князь тех времён – пограбить соседа, записать его в вассалы, и обложить кое-какой данью.



…Существуют подсчёты, согласно которым на пути Батыя (а как мы помним, он дошёл до Адриатики) разорён был, от силы, каждый десятый город – разумеется, тот, гордые жители которого ворота запирали, а парламентёров кидали со стен… (Справедливости ради, есть и более мрачные оценки – но, в любом случае, судя по хроникам, Русь отнюдь не превратится в выжженную пустыню. Более того – именно сюда вернётся Батый – и начнёт обстоятельно обустраиваться!.. Русь станет частью улуса Джучи… название «Золотая орда» придумается только в середине XVI века).

…Сила Орды (как её ни называй, и как ни оценивай её численность) была (на тот момент!) в монолитности – в отличие от соседей; потому наиболее прагматичные князья (вроде Ярослава, отца Александра Невского) немедленно начнут с ней сотрудничать… И, при прямой помощи ордынцев, подминать под себя соседние княжества – спустя исторически короткое время Орда расколется – а централизованная Русь останется!..

PS: …Тут странным образом приходит на ум сравнение с колонизацией Америки: в обеих её частях местные племена частью с пришельцами бились – а частью выступали на их стороне, поскольку соседи им были ещё неприятней!.. Правда, там дело закончилось известным образом – и для всех местных одинаково; ключевое слово тут именно «колонизация». Получается, пресловутое «иго» таких задач не ставило?.. Вероятно, Бату сотоварищи всё же сильно «уступали в цивилизованности» будущим европейским завоевателям… Впрочем, это – совсем другая история.

[Петр Спивак]

http://www.ng.ru/upload/medialibrary/9c0/21-16-04.jpg
От пороха – к луку и стрелам. 2 февраля 1238 года Бату (по-нашему Батый), хан Золотой Орды, внук Чингисхана, разорил Москву. Имя его означает в русском переводе «крепкий», «прочный», «надежный» – такой вот ценностный ряд, с абсолютным приоритетом силы и дисциплины. Результаты приложения этих черт известны из летописей. В Лаврентьевской сказано так: «Взяша Москву татарове, и воеводу убиша за правоверную хрестьянскую веру... а грады и церкви святыя огневи предаша...» В некоторых странах, откуда Батый происходил, его чтут. А у нас поют хвалу Суворову, подавившему Варшаву. Взятие и разорение Москвы ордынцами. Фрагмент миниатюры из летописного свода XVI века

[Foto_history]

https://foto-history.livejournal.com/11876929.html

sergei_1956 (sergei_1956) написал в foto_history
2018-09-09 12:11:00 2717

Куликовская битва 1380 года, в которой сразились объединенные силы русских князей и войска ордынского темника Мамая. Kulikovskaya bitva https://imgprx.livejournal.net/70c45924301d2c27da0dd9a1dc5696df2ff44014/PV8GZoea7aoNNCVDMijQZ9rgFY5XmZMWHf8yAMdOMteJ33buY2 xikhNJm3QCjsw3GoZUFfwgbq1KB7GvCSWmJUISOqop7jEVSGxF pAKAAb8
Куликовская битва 1380 года, в которой сразились объединенные силы русских князей и войска ордынского темника Мамая, до сих пор вызывает серьёзные споры среди историков. Дискуссии идут по поводу оценки общего значения этой битвы для Руси, по составу участников и месту проведения самого сражения, по численности участников битвы и конечно, о числе погибших.



Слишком сильно разнятся летописные свидетельства о Куликовском побоище. Достоверно известно лишь, что для своего времени сражение стало действительно значимым событием. Сама битва, не завершив эпоху ордынского ига, все же стала важным шагом в сторону окончательного освобождения русских земель. *** Картина...


***
Обстоятельства и причины
С середины XIV века московское княжество значительно усилилось на фоне остальных княжеств Северо-Восточной Руси. В Золотой Орде, одним из набиравших силу претендентов стал темник Мамай, получивший под свой контроль ту часть ордынских земель и зависимых государств, которая располагалась на западе от Волги. В 1374 году князь Московский Дмитрий Иванович отказался платить дань Мамаю, вследствие чего последний решил передать ярлык на княжение тверскому князю Михаилу.

Однако Дмитрию удалось, объединив под своим началом силы северо-восточных княжеств организовать поход против Твери и принудить Михаила стать своим вассалом. Для Мамая, сохранение контроля над северо-восточными русскими землями было принципиально важно. Дело в том, что Мамай в результате «великой замятни», внутренних войн между различными ханами и претендентами на престол, захватил власть над большей частью Золотой Орды, однако многие ханы, в том числе из рода Чингизидов, не признавали его власть.

Это осложняло положение нелегитимного правителя Мамая, и в то же время усиливало позиции Дмитрия, который выступал не столько против всей Орды, сколько против отдельного узурпатора власти. После ряда предшествующих столкновений, в том числе, битвы при реке Воже в 1378 году, где Дмитрий Донской разбил большой отряд мурзы Бегича, Мамай собрал большое войско для похода на Русь.

Изначально, в числе союзников Мамая значились великий князь Литовский Ягайло и рязанский князь Олег Иванович, однако благодаря грамотным действиям Дмитрия литовские войска не смогли вовремя присоединиться к силам Мамая, а рязанский князь перешел на русскую сторону.

Русских вдвое меньше
Известно, что помимо собственно монгольских войск Мамай на поле боя привёл отряды, набранные из покорённых народов Поволжья и Кавказа, подразделения генуэзских наёмников из Крыма. В свою очередь, на стороне Дмитрия Донского помимо объединенных русских войск, сражались некоторые литовские командиры со своими людьми.

Впервые за долгое время в войске Дмитрия сражались рука об руку воины из большинства русских княжеств, а также множество князей и бояр всё ещё раздробленной страны. Некоторые летописи, написанные гораздо позже событий битвы пишут о нескольких сотнях тысяч воинов с каждой из сторон, однако большинство историков не принимают эту версию, указывая на невозможность сбора таких армий в то время. Самые смелые оценки современных историков допускают цифры от 80 до 150 тысяч человек для каждой из сторон.

Достаточно реалистичной выглядит оценка исследователя Разина, который исходя из общей численности населения русских княжеств и учитывая принцип комплектования войск, назвал цифру в 50-60 тысяч русских и 90-100 тысяч ордынцев.

При этом существуют и крайне скептические по отношению к летописным свидетельствам оценки, указывающие на то, что с обеих сторон сражались армии в 6-10 тысяч человек. Подобные точки зрения разделяют ученые Веселовский, Булычев и другие. В современной исторической науке всё ещё существует слишком большой разбор мнений (от 6-10 до 100-150 тысяч сражающихся в каждой из армий) по вопросу численности войск.

Сколько погибло
Сражение, состоявшееся в сентябре 1380 года, привело к полному разгрому Мамаевой рати и последующей гибели монгольского военачальника. Летописи указывают на то, что Мамай в ходе сражения потерял 8/9 своего войска и называют цифры в сотни тысяч погибших только с ордынской стороны.

Говоря о потерях с русской стороны, летописи сообщают, что московский боярин Михаил Александрович подсчитывая в своём докладе погибших, указывает, на гибель более 500 бояр и около десятка князей, а число павших дружинников оценивает в 253 тысячи (при 40 тысячах выживших).

Историки отвергают такие цифры, как и число погибших у монгольского войска в 800 тысяч, согласно некоторым летописям. Однако, число погибших знатных бойцов русского войска представляется вполне достоверным.

Историк Разин оценивает число погибших в 20-30 тысяч человек, то есть, половину русского войска; Кирпичников допускает цифру в 5-8 тысяч павших, а Булычев указывает на то, что погибло около трети княжеских войск.

Ясности в этом вопросе до сих пор нет, можно лишь выделить две обобщённые точки зрения среди историков.

Первая указывает на соотношение сражавшихся в 60 тысяч русских против 100 тысяч у Мамая, допускает гибель 20-30 тысяч русских, а совокупные потери двух армий, учитывая почти полное истребление мамаевой рати, могут оцениваться в 90-120 тысяч человек. Вторая точка зрения допускает возможность участия в битве не более 10-15 тысяч человек с каждой из сторон и гибель у русских 5-8 тысяч при общей цифре жертв в 15-20 тысяч.

Однозначно можно отвергнуть лишь цифры в несколько сотен тысяч человек, указанные летописцами, в виду отсутствия физической возможности для сбора таких войск Дмитрием и Мамаем.

Итоговый вывод о числе участников битвы и павших в бою, будет зависеть и от общей оценки сражения. Если принять версию некоторых историков о локальном характере битвы московского князя с мятежным темником Мамаем, то цифры более, чем в 20 тысяч участников будут выглядеть преувеличением.

Если же исходить из общепринятой версии об общерусском сборе войск Дмитрием Донским против сильной и многочисленной «мамаевой рати», то цифра в 50-60 тысяч русских и соответствующая ей цифра потерь,выглядит вполне реальной. Источник : https://cyrillitsa.ru/history/73055-kulikovo-pole-skolko-na-samom-dele-ta.html Куликово поле: сколько на самом деле там погибло человек ***

***

Памятник в честь победы на Куликовом поле по проекту А. П. Брюллова. 1848.

Wiki Loves Monuments logo - Russia - cyrillic.svg Объект культурного наследия, объект № 7110131000
Куликово поле — историческая местность на водоразделах Окско-Донского междуречья, представляющая собой протяжённый географический объект со степной растительностью, на участке которого находится место битвы 8 сентября 1380 года между соединёнными силами русских князей под предводительством великого князя московского Димитрия Ивановича и войском золотоордынского темника беклярбека Мамая, окончившейся поражением в этой битве стороны татаро-монгольского войска. Площадь места непосредственного боевого столкновения по новейшим реконструкциям около 2 — 3 км². Реставрированный план Куликовской битвы

Место исторического сражения, начиная с конца XVIII — начала XIX века, было традиционно локализовано местом слияния Непрядвы и Дона возле села Монастырщино (Кимовский район Тульской области). В последние годы на основе комплексного изучения письменных источников (памятников Куликовского цикла), их нового прочтения в связи с исторической географией появились научные данные, позволяющие пересмотреть канонический подход (работы профессора С. Н. Азбелева и других исследователей) и отнести летописный ориентир легендарного Мамаева побоища «на Дону, на усть Непрядвы реки» к её истоку из Волова озера (Воловский район Тульской области). ***

Кроме упоминания в памятниках «Куликовского цикла», Куликово поле хорошо известно из русских летописей и документов XVI—XVII веков, из которых самым известным и неоднократно издававшимся, начиная с последней четверти XVIII века, является сохранившаяся в нескольких списках Книга Большому Чертежу (КБЧ).

Последнее научное издание этого уникального по своей информативности рукописного памятника, учитывающее все известные на тот момент разночтения, было осуществлено при непосредственном участии К. Н. Сербиной в издательстве Академии наук СССР в 1950 году. Различные списки КБЧ в ходе делопроизводительной деятельности XVII века в московском Разрядном приказе и в воеводских канцеляриях на местах неоднократно дополнялись и уточнялись, в результате чего в их совокупности имеется очень подробная характеристика Куликова поля.

По этим описаниям Куликово поле представляло собой естественную северную границу огромного неосвоенного Дикого поля в виде протяжённой гряды возвышенностей в пределах Окско-Донского междуречья со степным характером растительности на холмах, и лесостепным — в низинах. Главный водораздел между бассейнами Оки и Дона — Окско-Донской водораздел протянулся цепью возвышенностей (так называемые Алаунские высоты) от границ с Орловской областью до границ с Рязанской. Он разделен на несколько междуречных плато, каждое из которых имеет своё название: Раевское, Горбачевское и Воловское плато.

С этого водораздела берут начало многие реки со своими притоками — Красивая Меча, Непрядва, Упа, Плова (Плава), Солова, Зуша, Чернь, Иста, Снежедьи другие. В центре, на Воловском плато, находится Волово озеро (карстового происхождения), а с севера на юг эту территорию пересекает Муравский шлях.

В настоящее время Куликово поле территориально относится к Кимовскому, Куркинскому и Богородицкому районам Тульской области.

***

*** Источник : .wikipedia.

***
***Художник Шишкин. Рожь. 1878




***



***
*** Куликово поле... Битва и численность воинов...

[Алексей Волынец]

Наверное, все слышали про татаро-монгольские иго и знают, что Русь несколько веков платила Орде дань. А сколько это будет в рублях?

Как ни странно, история кое-что сохранила для нас из ордынской «бухгалтерии». Завоеватели организовали на Руси 43 налоговых округа и трижды провели переписи населения. Как сетовал новгородский летописец: «И сочтоша в число, и начаша дань имати». От уплаты ордынской дани освободили только священнослужителей и церковное имущество.

Дань собирали монгольские чиновники-«баскаки», возглавлявшие налоговые округа-«тьмы». Главный налоговик по Владимирскому княжеству имел резиденцию в Муроме.

Система налогов была продуманной и разнообразной. Основной прямой налог, «ясак», собирался с сельского населения, изначально он составлял десятую часть «со всего» и выплачивался натурой, в том числе поставками в монгольскую собственность живого товара, людей. Со временем эта десятина была упорядочена, и дань выплачивалась с ежегодного урожая или серебром или особо оговоренными товарами. Например, в Новгородской земле XIV века такая дань именовалась «черным бором», так как первоначально ее платили шкурами черных куниц. В отличие от таких «черных» платежей, выплаты серебром именовались «белыми».

Основной налог с городов назывался «тамга», его платили купцы и торговцы ежегодно, либо от размера капитала, либо с оборота. Известно, что в первом случае ставка налога составляла примерно 0,4% от капитала. В случае выплаты «тамги» с оборота размер налога в разных городах варьировался от 3 до 5%. В современном русском языке термин «таможня» происходит именно от слова «тамга».

По итогам последней ордынской переписи на северо-востоке Руси, прошедшей в 1275 году, дань составила «по полугривне с сохи». Исходя из стандартного веса древнерусской серебряной гривны в 150-200 граммов, историки подсчитали, что в тот год Владимиро-Суздальская Русь уплатила Орде примерно полторы тонны серебра. Сумма для страны, не имевшей своих серебряных рудников, очень внушительная.

Примерно через век после монгольского завоевания уплата дани в Орду стала собираться самими русскими князьями. Монгольские ханы лишь давали «ярлык», то есть утверждали великого князя, которому и поручались заботы по сбору «ордынского выхода».

Относительно подробно известны размеры дани с различных уделов Северо-Восточной Руси в период княжения Дмитрия Донского. Дань с Великого княжества Владимирского составляла 5000 рублей. Нижегородско-Суздальское княжество платило 1500 рублей. Дань с территорий Московского княжества была размером 1280 рублей.

Для сравнения, только один город Хаджитархан (Астрахань), через который в те века шла большая транзитная торговля, давал в казну Золотой Орды 60 тысяч алтын (1800 рублей) налогов ежегодно. Тогда как город Коломна платил 342 рубля, Звенигород — 272 рубля, Можайск — 167 рублей. Город Серпухов, точнее небольшое Серпуховское княжество платило 320 рублей, а совсем маленькое Городецкое княжество выплачивало 160 рублей дани. Город Дмитров платил 111 рублей, а Вятка «з городы и волости» 128 рублей.

По подсчетам историков вся Северо-Восточная Русь в этот период платила в Орду порядка 12-14 тысяч рублей. Большинство историков считают, что серебряный рубль тогда равнялся половине «новгородской гривны» и содержал 100 граммов серебра. В целом получаются все те же полторы тонны драгоценного металла.

После битвы на Куликовом поле «выход» дани в Орду продолжался, но уже в меньших размерах. Дмитрий Донской и его наследники выплачивали не более 10 тысяч рублей. За московский рубль в начале XV века можно было купить 100 пудов ржи. То есть весь «ордынский выход» в последний век татаро-монгольского ига стоил как 16 тысяч тонн ржи — в современных оптовых ценах такой объем зерна будет стоить смешную в масштабах государства сумму, не более 170 миллионов рублей. Но шесть веков назад это были совсем другие суммы и другие условия: тогда 16 тысяч тонн ржи могли в течение года прокормить примерно 100 тысяч крестьян или солидных размеров средневековую армию в 15 тысяч всадников.

[Клим Жуков]

https://histrf.ru/read/articles/vviedieniie-v-nieprieryvnost-istorii-k-636-i-ghodovshchinie-kulikovskoi-bitvy

8 сентября 1380 года состоялась Куликовская битва. Непрерывность русской истории мы рассматриваем и будем рассматривать на разных примерах. Сегодня за точку отсчёта предлагаю взять ключевое событие, которое лежит в основании истории Московского царства – битвы «иже на Дону», Куликовского побоища.

8 сентября 1380 года состоялась Куликовская битва.

Непрерывность русской истории мы рассматриваем и будем рассматривать на разных примерах. Сегодня за точку отсчёта предлагаю взять ключевое событие, которое лежит в основании истории Московского царства – битвы «иже на Дону», Куликовского побоища.

…Вот мы празднуем День России 12 июня. Что у нас произошло в этот день? Если вдуматься, ровным счётом ничего. Верховный Совет РСФСР принял Декларацию Независимости Российской Федерации. От чего мы перестали зависеть? Нас кто-то оккупировал, и вот – мы скинули гнёт? Загадка. Не было такого, если мне память не изменяет.

Примерно в то самое время наша страна вдруг озаботилась поиском национальной идентичности, национальной идеи и возвратом к истокам. Хорошее дело!

Причём тут Куликовская битва, спросят внимательные граждане?

Отвечаю: если мы занялись поиском истоков где угодно, лишь бы не в проклятом советском прошлом, то День России у нас может быть ровно один – 8 сентября. Именно в этот день на поле у слияния Дона и Непрядвы в 1380 году началась Россия. Та самая Россия с центром в Москве, где мы все имеем честь проживать по сей день.

И Московское царство, и императорская «Россия-которую-мы-потеряли», и СССР и современная Российская Федерация – всё это одна и та же страна. А что такое страна? Страна – это явление материального мира, у которого всегда есть начало. Начало нашего, как теперь принято говорить, «русского мира» лежит именно там – на Куликовом поле, в день Успения Богородицы.

Внимательные граждане заметят: врёте, товарищ! Была у нас богатая история и до XIV столетия! Конечно, было и призвание варягов несколкими финно-угорскими и славянскими племенами. Было Крещение. Была Русь, названная в XIX веке Киевской. Была и раздробленность, и войны, и примирения, – и это всё наша история. Но вот единая страна, повторюсь, та сама Россия, где нам выпало родиться, как и столица наша – Москва, обязаны своим появлением долгому и сложному процессу с кульминацией на Куликовом поле.

Конечно, 8 сентября – это всего через неделю после Дня Знаний и всенародно любимым выходным объявить его трудно. Но всё-таки, господь с ним, с выходным, а помнить мы обязаны. Или какие мы, к чёрту, граждане, какие мы, к чёрту, русские?

С большим подозрением отношусь к трудам Льва Гумилёва как учёного. Однако человек был колоссального ума, остроумия и наблюдательности. Ему принадлежит очень верная фраза: «На Куликово поле пришли владимирцы, москвичи, белозерцы, ростовчане, суздальцы… а вернулись – русские». Здесь сказано всё, как оно есть. Ни убавить, ни прибавить.

Другие внимательные сограждане скажут: ага, история-то про то, как русские побили татар, со школы знакомая история. Хорошенькое дело, товарищ! В Российской Федерации нынче проживают не только русские, но и те самые татары! Страна у нас многонациональная! Что вы нам подсовываете в качестве знаменательной даты? Не сепаратист ли ты, милый человек, с шовинистическим национальным душком?

Отвечаю: не татар побили русские. Дмитрий Иванович Донской выдал по рогам зарвавшемуся узурпатору Мамаю персонально. Это Мамай был сепаратист с огромным стажем. Наш же великий князь указал ему на ошибки максимально доступным способом, отстаивая интересы наших предков, включая и татарских, – своих сограждан. Именно так должен поступать всякий уважающий себя и вверенную ему страну правитель. Даже, когда на кон приходится ставить собственную жизнь, как выпало Дмитрию Донскому.

Если уж на то пошло, вспомним, что нынче у нас модно толковать о примирении. Что именно подразумевается под этим термином – понять иногда решительно не удается. Но вот в Донской эпопее и всём том, что за ней последовало, есть примеры подлинного исторического примирения.

Засадный полк. Худ. М.Ю. Шаньков
Источник: https://www.husain-off.ru/hg7n/album/15_dm_don/hg7-a3-dm_don033-01.html
Простой пример
Девятнадцать лет спустя – в 1399 году – поехал наш уважаемый сосед из Великого княжества Литовского и Русского, Витовт Кейстутович Гедиминов, воевать с теми же татарами на реку Ворсклу. Владел он тогда по недоразумению всей Юго-Западной Русью (потому, собственно, и княжество называлось Литовским и Русским). Получилось у него всё до ужаса криво, и, не в пример Дмитрию Ивановичу, татары Витовту вломили по первое число.

Но речь не об этом.

Речь о том, что в его войске сражался один витязь по имени Александр Мансурович. Его папа – Мансур был сыном того самого Мамая, который так неудачно выступил на Куликовом поле. Сына Александра Мансуровича, правнука Мамая, звали Иваном Александровичем, а фамилия его была Глинский – первый из князей Глинских, которые дали миру выдающуюся женщину Елену Васильевну. Елена Глинская – это мать первого русского императора Ивана IV Грозного.

Вот оно – подлинное историческое примирение, явленное самым материальным образом! Внук нашего злейшего врага Мамая, литовский вельможа, прямой предок одного из величайших деятелей русской истории!

Этот пример – он о чём?

В бессчётном ряду многих он говорит о том, что русские на Куликовом поле не просто разбили узурпатора Мамая, начав общее освободительное движение против Орды. Дело гораздо глубже, сложнее и массивнее. На Дону Русь начала движение на Восток, сперва победив войско Золотой Орды, а потом, полтора века спустя, полностью вобрав её в себя, ради образования огромного государства в сердце Евразии. Недаром русские государи приняли имя Белого Царя – как называли раньше золотоордынских ханов. А уже Екатерина II могла с полным основанием считать себя наследницей самого Чингисхана, потому что почти вся территория Монгольского Улуса соединилась с Россией, обеспечив синтез и преемственность двух величайших континентальных империй в истории человечества.

Так что победа на Куликовом поле – это не про сепаратизм и разъединение. Ровно наоборот. Вся Донская история – это начало великого объединения длиной в шестьсот тридцать шесть лет.

Вот о нём-то нам и стоит поговорить. И мы поговорим в следующих публикациях на портале «История.рф».

[Владимир Кириллин]

https://rodina-history.ru/2025/09/08/kulikovo-pole-vzgliad-cherez-stoletiia.html

Автор, доктор филологических наук

08 сентября 2025
Родина - Федеральный выпуск: Куликово поле №8 2010
поделиться
Куликовскую победу, одержанную русским воинством над ордами Мамая в праздник Рождества Пресвятой Богородицы, 8 сентября 1380 года, в наши дни многие пытаются либо обесценить, либо абсурдно перетолковать, либо вовсе признать мифом, а не историческим фактом. Некоторые, например, считают столкновение враждующих сторон за Доном заурядной криминальной разборкой в условиях русско-ордынского военно-экономического союза; некоторые переносят место действия из-за Дона непосредственно в Москву, поскольку на известном пространстве в Куркинском районе современной Тульской области теперь ничего нет, там будто бы не найдено даже ни одного каменного наконечника от стрелы1.

Е. И. Данилевский. К полю Куликову.
из архива журнала "Родина"

Е. И. Данилевский. К полю Куликову.

Очевидно, что уже тезис о якобы существовавшем русско-ордынском военно-экономическом союзе совершенно некорректен. И вот почему.

В начале XIII века в Монголии произошли события, очень скоро сокрушительно повлиявшие на судьбы народов Азии и Европы. Как известно, верховный правитель монголов нойон Темучин, принявший титул и имя Чингисхана (ок. 1155-1227), создал новое объединённое государство2.

Сформировав превосходно организованное, спаянное железной дисциплиной и жестоко контролируемое его личной гвардией войско, Чингисхан начал свои беспримерные завоевания. За два десятка лет правления он подчинил себе огромную территорию от Северного Китая и Маньчжурии до Туркестана и Казахстана. Один из его авангардных отрядов прошёл через Кавказ и в начале 1220-х годов проник в южнорусские степи и Крым. После смерти Чингисхана расширение Великой Монгольской империи столь же успешно продолжили его сыновья и дети последних. В частности, его внук хан Бату (по-русски Батый, 1208-1255), сын хана Джучи, организовал поход в Восточную и Центральную Европу, в ходе которого в 1237-1240 годах была завоёвана и безжалостно разорена Русь.

Под властью Батыя оказалась огромная территория - от Западной Сибири и Восточного Казахстана до Карпат, от Северной Руси до Крыма и Кавказа, которая в русских летописях обозначена как "Большая Орда", а у немецкого путешественника начала XV века Шильтбергера - "Большие татары" (термин "Золотая Орда" становится известен только с XVI века). Здесь, в низовье Волги, недалеко от современной Астрахани, Батый основал столицу своего улуса, назвав её Сараем. Народонаселение Батыева ханства было многообразным в этническом, культурном и религиозном отношениях: его составили восточные славяне, мордва, черемисы, волжские булгары, башкиры, огузы, половцы-кипчаки, остатки печенегов и хазар, аланы, черкесы, готы, греки, итальянцы; это были язычники всяких мастей, мусульмане, христиане разных традиций. Однако властные функции в нём принадлежали исключительно представителям монгольского, включая и татар, этноса, которые, будучи в меньшинстве, постепенно смешивались с тюрками, усваивая и тюркскую речь.

При этом применительно к Руси вряд ли правомерно говорить о монгольской оккупации. Сараю главным образом и прежде всего был интересен политический контроль над относительно самостоятельной деятельностью разрозненных русских князей, сбор налогов в виде регулярной или же незапланированной дани, обычно весьма тяжёлой, и пополнение войск свежими силами. Князьям как ханским вассалам собственно и вменялось в обязанность выполнение этих задач под наблюдением присланных из Орды баскаков. Когда же возникало сопротивление, то на Русь направлялись суровые карательные экспедиции.

К счастью, завоевание монголами Руси не повлекло за собой их массового перемещения на русские земли. Здесь их представители оставались в абсолютном меньшинстве и, скорее, сами испытали влияние - во всяком случае, культурное - со стороны восточных славян. Ведь Орда не была культурно единой даже в составе правящей верхушки. На это указывает, между прочим, динамичность последней в религиозном плане: во время завоевания Руси ханы - ещё огнепоклонники; со второй половины XIII века в Сарае начинает усваиваться ислам, но вместе с тем существует христианская церковь и некоторые ханы женятся на христианках (Ногай (ум. 1300) - на внебрачной дочери византийского императора Михаила Палеолога, Узбек (ум. 1342) - на дочери византийского императора Андроника Младшего); роднятся ордынцы в том числе и с русскими князьями: например, женой московского князя Юрия Даниловича (ум. 1325) была Кончака, родная сестра Узбека, в крещении Агафья.

Более того, постепенно некоторые из среды завоевателей мирно переселяются на Русь, становясь основателями знаменитых русских фамилий, например, Аксаковых, Корсаковых, Салтыковых. Более или менее очевиден результат не влияния, а взаимовлияния на уровне языкового общения между Русью и Ордой.

Союзничество русских с Ордой - факт очень условный, относительный и вынужденный, говоря метафорически, временное содружество ягнят с волком. Правда, подразумевая в данном случае под "овечкой" Северо-Восточную Русь, надо всё же отчётливо понимать, что в реальной внешней межгосударственной обстановке XIII-XIV столетий, русским князьям куда выгоднее было поддерживать со своими юго-восточными сюзеренами мир, нежели воевать с ними. Всё-таки Орда была сравнительно веротерпима, что, правда, не исключало бесчеловечной жестокости ордынцев по отношению к побеждённым во время набегов, и не стремилась к полному захвату территорий.

Это понял ещё святой благоверный князь Александр Невский (ум. 1263). Благодаря гибкости и расчётливости его потомков Северо-Восточная Русь сохранила свою государственность, свою культурную самобытность и к XIV веку постепенно, подавив в себе тяжкое чувство угнетённости от ордынского ига, воспрянув духовно, накопила внутренние силы для успешного его преодоления. Данный процесс, между прочим, удачно согласовывался с неуклонным укреплением Москвы как центра Русской земли и с последовательной концентрацией в руках московских князей политических, финансовых и военных сил. Вот что стало исходным основанием победы на поле Куликовом.

Александр Невский обезопасил западные границы и добился от Орды отмены "дани крови"
Александр Невский обезопасил западные границы и добился от Орды отмены "дани крови"
Разумеется, имела место и совокупность обстоятельств. Так, ко второй половине XIV века Орда заметно ослабла, умалившись в своих внешних границах и, главное, распавшись на несколько ханств. Кроме того, с конца 1350-х годов правление монгольской элиты в Сарае пережило череду кровавых династических распрей между потомками хана Джучи, что способствовало выдвижению на вершину ордынской власти более талантливых в военно-политическом плане представителей других родов, в частности Мамая - "темника", то есть правителя и военачальника крымского хана Абдуллы. От имени последнего Мамай и начал своё правление в западной части Орды - на пространстве между Волгой и Днепром, в Крыму и Предкавказье. Начиная с 1361 года он несколько раз достигал главенства в самом Сарае, всякий раз пользуясь прикрытием законных, но номинальных, марионеточных ханов, с калейдоскопической скоростью сменявших друг друга.

При этом интерес Мамая к Северо-Восточной Руси неизменен. Он последовательно играл на противоречиях между русскими князьями, особенно между московским Дмитрием Ивановичем (1350-1389) и тверским Михаилом Александровичем (1333-1396), спекулируя великокняжеским ярлыком. Но и собственное положение Мамая неустойчиво. С одной стороны, усилились позиции Дмитрия Ивановича. Ему удалось, во-первых, подчинить себе многих русских князей; во-вторых, достичь соглашения с Мамаем об уменьшении дани и даже не платить ему последней, то есть добиться экономической независимости; в-третьих, проявить вместе с тем свою военную мощь: в 1376 году московский князь осадил волжский город Булгар и вынудил у мамаева наместника Махмата Солтана признание в покорности, а в 1378 году он вообще наголову разбил у впадающей в Оку реки Вожи посланные Мамаем на Русь войска.

С другой стороны, из восточной половины Орды явился очень сильный правитель и кровный потомок Джучи хан Тохтамыш: к 1380 году он захватил Сарай, угрожая дальнейшим своим продвижением в западную половину улуса. В такой ситуации самовластному Мамаю оставалось либо немедленно оказать Тохтамышу сопротивление, либо сначала захватить Москву, укрепиться за счёт русских ресурсов и уж потом выступить против династически законного хана. Так что для Мамая поход на Москву был, в сущности, частью плана его борьбы за власть в Орде. Таким образом, столкновение Руси с Мамаем никак нельзя низвести до масштаба бандитской разборки.

Ещё более странным представляется сомнение относительно историчности факта Куликовской битвы в 1380 году. Вроде бы серьёзным основанием для такового является отсутствие весомых материальных подтверждений этого события в виде множества археологических фактов. Однако, во-первых, в Средние века всё оружие - стрелы, копья, мечи, булавы, щиты и прочее - как вещи, потребные в воинском деле и дорогие, никогда не оставляли на местах сражений, так что их сегодняшнее отсутствие в земле Куликова поля вполне объяснимо. Во-вторых, скептики почему-то подзабыли, что то самое место, где произошло указанное сражение, исстари было пахотным, тем не менее ещё в конце XVIII - начале XIX века, по сообщениям тогдашней печати, крестьяне всё же находили на нём и человеческие останки, и разные предметы древнего вооружения3. И остаётся только сожалеть, что археология в то время была в весьма зачаточном состоянии, так что в XX столетии стали возможны лишь единичные находки предметов, относящихся к эпохе битвы: кольчуга, наконечники копий, сулица4.

Секретное оружие русских: что впервые обнаружили на Куликовом поле
Секретное оружие русских: что впервые обнаружили на Куликовом поле
Зато абсолютно убедительны свидетельства народной памяти. Так, в русских рукописных книгах 1440-х годов - "Рогожском летописце", "Симеоновской летописи", "Новгородской первой летописи младшего извода" - содержится краткий рассказ "о великом побоище, иже на Дону"5, созданный, вероятно, ещё в конце предшествующего столетия. Несколько летописных сводов последней трети XV - первой половины XVI века - "Софийская первая летопись старшего извода", "Новгородская четвёртая летопись" и др. - сохранили пространную летописную "Повесть" о Куликовском сражении6, текст которой, возможно, восходит к несохранившемуся сочинению, написанному почти сразу после описанного в нём события. Видимо, к рубежу XIV-XV веков относится знаменитая поэтическая песнь "Задонщина"7, самые ранние списки которой датированы концом XV столетия. Упоминание о битве имеется в литературно замечательном "Слове о житии и о преставлении великого князя Димитрия Ивановича"8, а также в "Житии преподобного Сергия Радонежского"9, составленных, по мнению учёных, блестящим русским писателем конца XIV - начала XV века Епифанием Премудрым. Наконец, позднее, как полагают, на рубеже XV-XVI столетий, было создано самое подробное и самое популярное среди древнерусских книжников описание Куликовского сражения - "Сказание о Мамаевом побоище".

Конечно, все указанные источники нельзя считать сугубо документальными свидетельствами: это прежде всего литературные формы духовно-художественного осмысления происшедшего. Но всё же их определённая фактографичность несомненна. Поэтическими по типу источниками являются и устные народные исторические песни - "Новгородцы идут против Мамая", "На поле Куликовом"10 и другие, сохранившиеся в записях, начиная с XVII века. Кроме того, упоминания о битве обнаружены в некоторых княжеских грамотах XV столетия, она подтверждается данными древних разрядных книг и родословий, свидетельствами многих других памятников древнерусской письменности11.

В связи с этим нельзя оставить без внимания традицию православной церкви поимённо поминать за богослужением умерших христиан. Известно, в частности, что воинов, "от татар… избиенных", поминали, по крайней мере, с конца XIV века в родительскую - "Димитриевскую" - субботу недели перед 26 октября по старому стилю. Этот передаваемый от поколения к поколению святой обычай частично отображён специальными древнерусскими книгами - "Синодиками", в которых среди присно поминаемых обнаруживаются и имена некоторых участников Куликовской битвы12, известных, например, по "Сказанию о Мамаевом побоище".

Наконец, действительность этого события подтверждается краткими сообщениями немецких хронистов конца XIV-XV века - неизвестным автором "Торуньских анналов", затем Детмаром Любекским, Иоанном Поссильге13, Альбертом Кранцем14; о победе также сообщали их современники - персидский и арабский историки Назим-ад-дин Шами15 и Ибн Халдун16. Таким образом, сам факт столкновения в 1380 году московского и великого владимирского князя Дмитрия Ивановича с полчищем Мамая, конечно же, никак нельзя опровергнуть. Да и вообще невозможно представить себе, как это народ в собственной своей памяти сам себя обманывал всё прошедшее с тех пор время, пока не был "разоблачён" современными ниспровергателями! Право, поневоле думается то ли о невежестве, то ли о недобросовестности, то ли о преднамеренном идейном ревизионизме.

Кстати, почему, интересно, у ниспровергателей битвы нет возражений относительно реальности других монгольских набегов на русские земли начиная с 1237 года? Так, в 1253 году была "Неврюева рать", в 1293-м - "Дюденёва рать", в 1322-м - "Ахмылова рать", в 1377-м - набег Арабшаха, в 1382-м - разгром Москвы ханом Тохтамышем, в 1408-м - рать Едигея и так далее. Сколько было подобных нахождений на Русь - и больших и малых, но всегда опустошительных! О них тоже известно по сравнительно поздним источникам, но удивительным образом достоверность их в данном случае почему-то не опровергается…

Итак, Куликовская битва всё же была! К сожалению, её ход может быть описан только на основании перечисленных выше источников. При этом воссоздание картины реально происшедшего, надо признать, представляет по-настоящему огромную трудность, ибо все сохранившиеся тексты не являются точными свидетельствами: в ряде фактов они противоречивы, в некоторых случаях искажают историческую правду за счёт преувеличений, анахронизмов, домыслов, нарочитой идеализации во имя идейно-художественного, поэтического осмысления воспоминаний об одержанной над полчищем Мамая и весьма значимой для последующей истории русской государственности победе. Так что выявление в них достоверной информации - это большая проблема историков-профессионалов, предполагающая строгую академичность соотнесения и научного анализа всех имеющихся данных, а не запальчивые и спекулятивные соображения дилетантов.

Необходимо критическое, опирающееся на комплексный подход, но вместе с тем и бережное использование повествований о битве и других данных. Именно поэтому, несмотря на огромное число разного рода сочинений о Мамаевом побоище, целостных его описаний не так уж много, да и в них многие суждения о нём до сих пор остаются спорными17. Значительно лучше обстоит дело с текстологическим и литературно-историческим изучением имеющихся в распоряжении учёных повествований, а также с их научными публикациями18.

И всё же вкратце попытаюсь воспроизвести известное.

Летом 1380 года Мамай выступил с огромным - по источникам, из 100-150 тысяч человек - войском против Дмитрия Ивановича. Согласно "Сказанию о Мамаевом побоище" его целью, вопреки политике Сарая, было полное завоевание подвластных московскому князю земель19.

Мамая согласились поддержать великий князь литовский Ягайло Ольгердович (1350-1434), а также князь рязанский Олег Иванович (ум. 1402). Правда, некоторые тексты свидетельствуют, что Олег вместе с тем послал известие в Москву о совместных планах Мамая и Ягайло. Несмотря на то, что ранние повествования весьма резко осуждали Олега за отступничество, всё же двойственность его поведения, так сказать, службу "и вашим и нашим" вполне можно понять. Ведь дело происходило в условиях, когда между властителями отдельных русских земель шла неприкрытая борьба за главенство, а ход и итоги этой борьбы определялись в значительной степени извне - политикой Орды и Литвы. Будучи относительно самостоятельны, князья ни в чём не были обязаны друг другу, но и союзные договоры нередко нарушались.

Сравнительный анализ военного искусства в Куликовской и Грюнвальдской битвах
Сравнительный анализ военного искусства в Куликовской и Грюнвальдской битвах
Кроме того, само положение Рязанской земли среди прочих русских областей просто должно было вынуждать Олега из двух зол выбирать наименьшее: и Москва стремилась его подчинить себе, и кратчайшие пути на Русь из Сарая пролегали через его землю, так что при ордынских набегах первый и самый тяжкий удар, например, как в 1378-м от Мамая, всегда доставался рязанцам. Заметим также, что о действиях Олега во время Мамаева похода 1380 года мы ведь знаем по источникам сугубо литературным и сравнительно поздним, авторы которых, несомненно, оценивали происшедшее с точки зрения итогов исторического хода развития русской государственности. Как на самом деле вёл себя Олег в обстоятельствах борьбы Дмитрия Ивановича Московского с самовольным ордынским темником Мамаем, документально не известно. Правда, известно, что действительно имел место союзный договор Олега с Ягайло, расторгнутый в 1381-м по случаю заключения союза с Москвой, и что затем он действительно выступил против князя Дмитрия, когда во время похода на Русь Тохтамыша он ради избавления Рязанской земли от разорения примкнул к ордынцам и способствовал их продвижению к Москве.

Как говорится, худая молва крепче доброй славы. Вероятно, в сознании живших позднее русских книжников сведения об Олеге, несмотря на последующие его мирные отношения с Москвой, обобщились в пользу его позорного коварства по отношению к своим соплеменникам и единоверцам.

Но даже если суд соотечественников над этим князем и был в чём-то правым, надо отдать должное неизвестным русским книжникам, работавшим над разными версиями "Сказания о Мамаевом побоище": под их пером, в отличие от краткого и пространного вариантов "Повести", рязанский князь - не однозначно отрицательная фигура. Так, после Куликовской победы он хотя и скрывается в Литве, однако сам перед собою всё же горько раскаивается в своём двурушничестве как грехе безбожия: "Горе мнh грhшному и отступнику вhры Христови, аз поползохся, что видех, къ безбожному присяглъ". Поразительная чёрточка национального характера и духовность понимания истории - милость к падшим!

Узнав о выступлении против Руси и попытавшись было - безуспешно - остановить врага богатыми дарами, Дмитрий Иванович призвал русские земли к отпору, и вскоре ему удалось собрать значительную рать, правда, примерно на треть меньшую Мамаевой (источники указывают разные цифры). Но не все русские земли пришли на помощь Дмитрию: в его войске по разным причинам не было отрядов из Великого Новгорода, Твери, Смоленска, Рязани, Нижнего Новгорода20.

Как свидетельствует "Сказание о Мамаевом побоище", вместе с военными приготовлениями к сражению Дмитрий Иванович очень серьёзно предался духовному укреплению, отслужив молебны в кремлёвском Успенском соборе перед образами Спасителя, Пресвятой Богородицы, святителя Петра и в Архангельском соборе перед образом архангела Михаила, испросив благословение себе и своим воинам у радонежского подвижника и игумена Троицкого монастыря преподобного Сергия. С XV века на Руси знали и верили, что святой старец, предрекая князю победу, отправил вместе с ним "на брань" двух своих духовных чад - иноков Александра Пересвета и Андрея Ослябю.

Что поссорило Дмитрия Донского и Сергия Радонежского
Что поссорило Дмитрия Донского и Сергия Радонежского
В конце августа Дмитрий Иванович двинулся из Москвы в Коломну и оттуда, "урядив" свои полки, дальше на юг. Он стремился опередить соединение Мамая с союзниками, что ему и удалось. 8 сентября на рассвете его войско перешло с левого берега реки Дон на правый, в то место, где в эту реку впадала Непрядва. Переправа была уничтожена, пути отступления отрезаны водой. На Куликовом поле русские оказались прямо перед врагом, но зато защищёнными позади, с правого и левого флангов от обходных манёвров мамаевой конницы.

Войска московского князя расположились как бы эшелонами: за Передовым, или Сторожевым, полком под командованием князей Дмитрия и Владимира Всеволодовичей стал Большой полк из пеших воинов во главе с московским боярином Тимофеем Васильевичем Вельяминовым; справа и слева исполчилась конница, подчинённая, соответственно, Микуле Васильевичу Вельяминову и бывшему полоцкому князю Андрею Ольгердовичу; позади этого основного войска также находилась конница - резервная, возглавляемая Переяславским князем Дмитрием Ольгердовичем. Но главная тактическая заслуга Дмитрия Ивановича состояла в том, что в дубраве на берегу Дона он скрыл резервный Засадный полк, который возглавили князь Владимир Андреевич Серпуховской и воевода Дмитрий Михайлович Боброк Волынский.

И конечно же, огромное значение имела сила духа, с которой русское воинство вышло на борьбу и которую отчётливо понял, например, создатель "Сказания о Мамаевом побоище", вложивший в уста московского князя речь вроде этой: "Отцы и братия, Господа ради подвизайтеся, святыхъ ради церквей и вѣры христианскыя! Сиа бо смерть на живот вѣчный! Ничто же земнаго помышляйте! Не уклонимся убо на свое, о воини, да вѣнци побѣдными увяземся от Христа Бога, спаса душам нашим!" Укреплённые настроением своего предводителя, воодушевлённые новым - письменным - благословением преподобного Сергия Радонежского, уверенные в своём стоянии за правду русские воины ждали приближения полчищ Мамая. Психологически глубоко и исторически верно понимал повествователь это состояние неколебимого и сосредоточенного ожидания и святой готовности отдать жизнь: в стане русских "бысть тихость велика", тогда как со стороны противника слышался "стук великъ и кличь, яко торгъ снимается и яко градъ зижется". Как красноречив этот контраст между спокойной твёрдостью и вызывающей наглостью!

Согласно "Сказанию о Мамаевом побоище", битва началась поединком между троицким иноком Александром Пересветом и ордынским ратником, имя которого - Челубей, Телебей или Темир-мурза - появляется в переделках "Сказания" лишь с XVII века. Оба богатыря погибли, ударив друг друга копьями. Сразу после этого полки противников сошлись: "И ступишася крѣпко бьющеся, но сами о себя разбивахуся, под конскими ногами умираху, от великия тѣсноты задыхахуся, яко не мощно бѣ вмѣститися на поле Куликове, мѣсто то тѣсно меж Дономъ и Мечею. На томъ полѣ силнии полки сступишася, из нихъ же выступиша кровавые зори от блистания мечнаго, велик стукъ бысть и звукъ от копейнаго ломления, яко не мощно бѣ слышати, ни зрѣти грознаго и горкаго часа, в колико тысящь създаниа божия погибает…" Через некоторое время русские рати стали слабеть под натиском мамаевских сил. Лично участвовавший в этом бою великий князь Дмитрий Иванович был ранен и "нужею склонися с побоища, яко не мощно бѣ ему".

Видя "великую пагубу христианскую", начальник русского Засадного полка князь Владимир Андреевич хотел было выступить на врага, но его остановил мудрый и прозорливый Дмитрий Волынец. "Бѣда велика, княже! - сказал он. - Не уже прииде година! Начиная бо без времени, вред себѣ приимет! Мало убо потръпим, да время получим и отдадим въздание противникомъ!" И не раз ещё останавливал Волынец порывы своих соратников, со слезами смотревших из засады, как гибнут их товарищи. Наконец нужный момент настал, и воевода воскликнул: "Братья и друзи, дръзайте! Сила бо Святого Духа помогает намъ". Неожиданно русские ратники, "аки соколы изучены" на жаворонков, налетели на ордынцев с тыла. Исход битвы был решён. С криком: "Увы нам! Христиане умудриша насъ!.." воины Мамая бросились бежать, и "ни единъ не могий избыти, бяху бо кони их потомлены".

Сам Мамай едва спасся. Но свою борьбу за власть в Орде и на Руси он бесславно проиграл: после бегства с Куликова поля он был разбит на реке Калке своими же собратьями, подчинёнными хана Тохтамыша, нового правителя Сарая, и, брошенный войсками, бежал в Крым, где очень скоро был убит. Узнав о поражении Мамая, Ягайло поспешил ретироваться; к нему в Литву от гнева победителя удалился и Олег Рязанский. А князь Дмитрий Иванович, отдав погребальные почести погибшим ратникам, с триумфом и молитвенной радостью возвратился в Москву, вновь посетил преподобного Сергия теперь уже ради благодарственных богослужений и "сяде на своём княжении". Отныне - за одержанную им победу - его любовно и горделиво стали величать Донским.

Может показаться странным, что собственно в Орде поход Мамая на Русь не вызвал совершенно никакого отклика и в анналах ордынской истории он никак не отразился. Скорее всего, в Орде авантюра Мамая воспринималась как малозначимое событие. Во-первых, против Руси выступил самозванец и узурпатор власти, главенство которого в сознании монгольской элиты было и сомнительным, и призрачным; во-вторых, он опирался на войска разноплемённых наёмников, единственным объединяющим интересом которых были грабёж и личное обогащение; в-третьих, для Орды в целом поход Мамая действительно не был делом государственной важности и не потребовал от неё предельного напряжения, более того, поражение Мамая даже облегчило укрепление в Сарае законной власти в лице хана Тохтамыша: он верховенствовал в Орде с 1380 по 1395 год.

Напротив, для Руси означенное событие имело чрезвычайную важность. Действиями воинов Дмитрия руководил непреложный мотив освобождения от унизительного ига, то есть они были едины в своих интересах. Но от них потребовалась максимальная концентрация сил, так что в результате в этой битве Русь от предельного напряжения выдохлась и уже два года спустя, когда Тохтамыш осадил Москву, она не смогла оказать никакого сопротивления. Однако Куликовская победа всё-таки дала свои благие результаты: то ли по Божиему промышлению, то ли по счастливой случайности она произошла именно в день Рождества Пресвятой Богородицы, и в этом народное сознание видело её высокий духовный смысл, ибо таким совпадением подтверждалась правота искони существовавшей в сердцах христиан веры в особое заступничество Преблагой Матери Иисуса Христа за род человеческий, в частности за Русскую землю.

Победа возвысила авторитет московского князя, она навсегда изменила характер отношения к Орде и тем самым ознаменовала будущий конец хозяйничанья ордынцев на Руси. Иными словами, это событие, в сущности, имело созидательное значение для будущей России. Именно поэтому, несомненно, оно оставило столь глубокий след в народной памяти.

Князь Дмитрий Донской - победитель в Куликовской битве
Князь Дмитрий Донской - победитель в Куликовской битве
Спросим себя: что было бы со всеми нами - русскими, белорусами, украинцами, мордвой, чувашами, татарами, кавказскими народами, якутами, коряками, если б этого события и других ему подобных не было вовсе; если б, например, силы Великой Монгольской империи не иссякли в её стремлении расширяться и порабощать; если б она не ослабла в преодолении собственных внутренних противоречий; если б раздробленная на мелкие княжества Северо-Восточная Русь не стремилась к объединению; если б населявшие её люди не сопротивлялись ни Западу, ни Востоку, а сидели смиренно у своих печек и продолжали безропотно платить дань Орде или подставлять свои головы под мечи крестоносцев; если б они не хранили свято свою веру и своё понимание правды, не были столь энергичны, предприимчивы, дальновидны, упорны, терпеливы, тверды, самоотверженны?.. Что было бы? Ответ ясен: ход и вектор истории сложился бы как-то иначе. И Россия, если б сегодня и существовала, то была бы другой.

Поэтому, как бы и с каких позиций ни относиться к победе благоверного князя Димитрия Донского над Мамаем, совершенно очевидно её поворотное значение для жизни наших предков в целом. Ею, хотим мы того или нет, определён был дальнейший путь развития нашей страны и всех населяющих её народов, как, например, будущее Европы - походами Юлия Цезаря, будущее Франции - революцией, будущее Соединённых Штатов Америки - победой северян над южанами. И последнее. Почти сотню лет назад гений русской поэзии Александр Блок, перепечатывая в своём "Собрании стихотворений" цикл "На поле Куликовом", снабдил его примечанием: "Куликовская битва принадлежит… к символическим событиям русской истории. Таким событиям суждено возвращение…" Кажется, проницательнее о смысле этого "начала высоких и мятежных дней" не сказать…

1. Считаю необходимым указать здесь на работы серьёзнейшего современного историка, который глубоко, тонко и иронично подверг критике декларации подобного рода: Кучкин В. А. Русь под игом: как это было? М. 1991; Он же. Новооткpытая битва Тохтамыша Ивановича Донского (он же Дмитpий Туйходжаевич Московский) с Мамаем (Маминым сыном) на московских Кулижках//http://hbar.phys.msu.su/gorm/fomenko/kuchkin.htm.
2. Основательный обзор истории этого государства см., например: Насонов А. Н. Монголы и Русь (История татарской политики на Руси). М.; Л. 1940; Вернадский Г. В. Монголы и Русь. Тверь; М. 1997; Сафаргалиев М. Г. Распад Золотой Орды. Саранск. 1960.
3. Нечаев С. Некоторые замечания о месте Мамаева побоища//Вестник Европы. 1821. № 14. С. 125; Афремов И. Куликово поле с реставрированным планом Куликовской битвы в 8 день сентября 1380 г. М. 1848. С. 63, 69.
4. Кирпичников А. Н. Куликовская битва. Л. 1980. С. 84-85.
5. Памятники Куликовского цикла. СПб. 1998. С. 9-11, 22-23.
6. Её разные варианты опубликованы: Памятники Куликовского цикла. С. 30-41, 65-82.
7. Её разные варианты опубликованы: Там же. С. 89-91, 97-104, 112-119, 126-132.
8. Новгородская четвёртая летопись//ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. Вып. 2. Л. 1925. С. 351-366; Софийская первая летопись//ПСРЛ. Т. 6. СПб. 1853. С. 104-111.
9. ПЛДР: XIV - середина XV века. М. 1981. С. 286-388.
10. Исторические песни. Баллады. М. 1986. С. 65-66.
11. Подробнее об этом см.: Горский А. Д. Куликовская битва 1380 г. в исторической науке//Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины (материалы юбилейной научной конференции). М. 1983. С. 15-19.
12. См., например, рукописи конца XV в.: РГАДА. Ф. 196. Оп. 1. № 289. Л. 155; ГИМ. Синодальное собр. № 667. Л. 68-68 об. Последний "Синодик" опубликован: Древняя Российская Вивлиофика. 2-е изд. Ч. 6. М. 1788. С. 450-451.
13. Пашуто В. Т. Возрождение Великороссии и судьбы восточных славян//Пашуто В. Т., Флоря Б. Н., Хорошкевич А. Л. Древнерусское наследие и исторические судьбы восточного славянства. М. 1982. С. 45.
14. Бегунов Ю. К. Об исторической основе "Сказания о Мамаевом побоище"//"Слово о полку Игореве" и памятники Куликовского цикла. М.; Л. 1966. С. 508.
15. Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. 2: Извлечения из персидских сочинений. М.; Л. 1941. С. 109.
16. Тизенгаузен В. Г. Указ. соч. Т. 1: Извлечения из сочинений арабских. СПб. 1884. С. 389.
17. Укажу только некоторые труды: Гейсман П. А. Поход великого князя Дмитрия Ивановича от Москвы к верховьям Дона и сражение на Куликовом поле 8 сентября 1380 года. С 7-ю планами и схемами. Киев. 1913; Тихомиров М. Н. Куликовская битва 1380 года//Повести о Куликовской битве. М. 1959. С. 335-376; Кирпичников А. Н. Указ. соч.; Кучкин В. А. Победа на Куликовом поле / Вопросы истории. 1980. № 8. С. 3-21; Буганов В. И. Куликовская битва. М. 1980; Каргалов В. В. Куликовская битва. М. 1980; Скрынников Р. Г. Куликовская битва: проблемы изучения//Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины… С. 43-70.
18. Шамбинаго С. К. Повести о Мамаевом побоище. СПб. 1906; Сказание о Мамаевом побоище. СПб. 1907; Шахматов А. А. Отзыв о сочинении С. К. Шамбинаго "Повести о Мамаевом побоище" (СПб. 1906)//Сборник ОРЯС. Т. 81. № 7. СПб. 1910. С. 79-204; Сказания и повести о Куликовской битве. Л. 1982; Памятники Куликовского цикла...
19. Здесь и далее текст "Сказания" цитируется по изданию: Памятники Куликовского цикла. С. 137-194.
20. Горский А. А. Москва и Орда. М. 2000. С. 97-99.

[Megabook]

https://megabook.ru/article/%d0%9a%d1%83%d0%bb%d0%b8%d0%ba%d0%be%d0%b2%d1%81%d 0%ba%d0%b0%d1%8f%20%d0%b1%d0%b8%d1%82%d0%b2%d0%b0

Бубнов Александр Павлович (Утро на Куликовом поле)

Кулико́вская би́тва — сражение русских войск под предводительством владимирского и московского великого князя Дмитрия Донского с татарским войском во главе с захватившим власть в Золотой Орде темником Мамаем на Куликовом поле, в верхнем течении реки Дон. Произошло 8 сентября 1380 года. Одно из самых крупных сражений за всю историю войн России, наряду с битвами Отечественной войны 1812 года и Великой Отечественной. Завершилась разгромом татарского войска и положила начало освобождению русского народа от татаро-монгольского ига, нанесла сильный удар по могуществу Золотой Орды, ускорив процесс ее распада. Важное следствие битвы — усиление авторитета Москвы и ее роли в образовании единого Русского государства

[Виталий Политов]

1.
Куликовская битва в древнерусской литературе
2.
Татаро-монгольское иго
3.
Приход к власти великого князя Дмитрия Ивановича
4.
Военное противостояние Руси и Орды накануне Куликовской битвы
5.
Ордынское войско
6.
Русское войско в конце XIV века
-
Реформы и изменения в организации
-
Тактика
-
Вооружение
-
Воинское мастерство
-
Защитные сооружения
7.
Накануне сражения
-
Союзники Мамая
-
Союзники Дмитрия Ивановича
-
Сбор русских войск
-
Состав русской рати
-
Дорога к месту сражения
-
Куликово поле
-
Расположение русских войск на поле боя
8.
Куликовская битва
-
Ход сражения
-
Потери
9.
Значение Куликовской битвы
10.
Куликовская битва в культуре
11.
Научные изыскания о Куликовской битве
-
Археологические свидетельства
12.
Ссылка
13.
Библиография

[Виталий Политов]

Сражение, произошедшее на Куликовом поле, нашло отражение в целом ряде памятников древнерусской литературы, точнее, в так называемом Куликовском цикле. В него входят:
«Сказание о Мамаевом побоище» — наиболее подробное и детальное повествование о событиях Куликовской битвы. Содержит сведения, в других источниках не встречающиеся. В то же время у исследователей возникает много вопросов касательно точности и достоверности деталей этих сведений. «Сказание» известно в десяти различных редакциях, сохранилось в более чем 150 списках. При этом оно — наименее изученный памятник Куликовского цикла. Самый ранний список «Сказания» датируется началом – первой половиной XVI века, а создано оно было, по-видимому, не позднее конца XV века, хотя Д.С. Лихачев относит его к первой четверти XV века. Автор «Сказания» неоднократно обращался к «Задонщине», о чем говорит ряд текстуальных совпадений, а также к устным источникам — легендам и преданиям.
«Задонщина» — по сути, не описание событий, а «лирический отклик» на них. Самые ранние списки относятся к концу XV века. Написано же произведение было, скорее всего, в 80-е годы XIV века, то есть вскоре после Куликовской битвы. Известно и имя его создателя — Софоний Рязанец, хотя в науке XX века факт его авторства подвергается сомнению. В «Задонщине» сознательно используется материал «Слова о полку Игореве»: последнее повествует о несчастьях, вызванных княжескими междоусобицами, первая — о позитивных последствиях объединения Руси. Всего известно шесть списков «Задонщины», два из которых содержат только небольшие фрагменты памятника. Самый ранний — список Ефросина — датируется 1470-ми годами. «Задонщина» отличается пестротой стиля: в тексте встречаются как поэтические, так и прозаические отрывки, напоминающие деловые документы.
Летописная повесть о Куликовской битве — существует в двух редакциях: краткой и пространной. Рассказ Рогожского летописца и Симеоновской летописи «О великом побоище иже на Дону» представляет собой Краткую летописную повесть, или, точнее, «Летописный рассказ», так как, в отличие от Пространной летописной повести, он не содержит стилистических черт жанра летописной повести. По мнению М.А. Салминой и других, именно «Рассказ» послужил первоначальной основой для Пространной летописной повести, исходный вариант которой читается в Софийской I летописи старшего извода и Новгородской IV старшей летописи. Пространная повесть в несколько раз больше краткой и содержит ряд новых исторических данных о битве: сбор русских войск в Коломне, приход на помощь Дмитрию Андрея Ольгердовича Полоцкого и Дмитрия Ольгердовича Брянского, послание от игумена Сергия, переправа русских войск через Дон и др. Создана она была, по-видимому, в 40-х годах XV века, хотя эту датировку нельзя считать окончательной. Летописные рассказы о Куликовской битве содержатся также в Новгородской I летописи младшего извода.
Условно все памятники Куликовского цикла можно разделить на две группы: художественно-поэтические («Задонщина» и «Сказание») и летописные (Пространная и Краткая летописные повести).
Кроме того, к важнейшим источникам относят синодики, содержащие поминовение о погибших в битве, княжеские грамоты, рукописные книги, а также разрядные записи, которые подробно расписывают полки, участвовавшие в Донском сражении. Отзывы о Куликовской битве можно найти в «Слове о житии и преставлении великого князя Дмитрия Ивановича», в житии Сергия Радонежского (XV век), в «Большой челобитной» Ивана Пересветова (первая половина XVI века), в «Истории о Казанском царстве» (XVI век), «Ином сказании» (1606 год), «Степенной книге», «Синопсисе», «Скифской истории» А.И. Лызлова. Куликовская битва также нашла отражение в русском и южнославянском фольклоре, в сочинениях иностранных авторов XV–XVI веков.
Краткие сведения о Куликовской битве встречаются у орденских хронистов: Иоганна Пошильге, Иоганна Линденблата и Дитмара Любекского.
Первые представления о битве формировались на основе рассказов участников-«самовидцев» ориентировочно в 10-е годы XV века.

[Виталий Политов]

В 1237 году Русь подверглась монголо-татарскому нашествию, после чего на два с половиной столетия в стране установилось золотоордынское иго. Татарское владычество не было оккупацией русского государства в полном смысле этого слова, так как сохранились институты власти и местное самоуправление. Но теперь Русь выплачивала Орде крупную дань. Кроме того, именно хан выдавал ярлыки на великое владимирское княжение, что провоцировало постоянные междоусобные войны и ослабляло все княжества. Эта ситуация постепенно способствовала объединению сил в борьбе с татарами к 80-м годам XIV века под руководством московского князя.

[Виталий Политов]

После смерти Ивана Красного в 1359 году титул московского князя перешел к его старшему сыну — девятилетнему Дмитрию Ивановичу, внуку Ивана Калиты. Суздальско-нижегородский князь Дмитрий Константинович попытался отнять у него ярлык на великое княжение, но в борьбу вступило московское боярство и митрополит Алексей. После недолгого противостояния Дмитрий Иванович выгнал суздальского князя из Владимира и заполучил Владимирский стол.
Второй претендент на великое княжение — тверской князь Михаил Александрович — ходил против Дмитрия с войском трижды, в 1368, 1370 и 1372 годах, при поддержке литовского князя Ольгерда, но успеха не добился. Осада Твери 1375 года большим общерусским войском во главе с московским князем Дмитрием Ивановичем заставила Михаила Александровича также отказаться от претензий на ярлык.

[Виталий Политов]

К 1380 году темнику Мамаю удалось объединить бо́льшую часть Золотой Орды и прекратить так называемую «замятню», то есть период борьбы за власть в 1357–1380 годах, когда после смерти хана Джанибека на престоле сменилось более 25 ханов, а само государство было поделено временно на несколько независимых улусов.
В 1377 году царевич Арапша разбил объединенное русское войско на реке Пьяне и разгромил сначала Нижегородское, а затем Рязанское княжества. Набег на эти княжества был повторен в 1378 году, чтобы лишить Дмитрия Ивановича союзников. В ходе ожесточенной битвы в пределах Рязанской земли на реке Воже объединенное войско Дмитрия Донского, одним из полков которого командовал князь Данила Пронский, взяло верх над войсками мурзы Бегича. Победа на Воже 11 августа 1378 года оказалась знаковым событием: впервые русские развенчали миф о непобедимости степняков в полевых сражениях, великий князь Дмитрий фактически получил статус признанного главы русского воинства, а многие князья стали «подручными» по отношению к Дмитрию Ивановичу.
Вскоре Мамай начал готовить карательный поход против Москвы. Главная его причина — усиление Северо-Восточной Руси под властью московского князя. Дмитрий Иванович отказывался повиноваться Орде, переставал платить дань — «выход». Золотоордынский темник намеревался во что бы то ни стало восстановить статус-кво после поражения в битве на Воже 1378 года и вернуться ко временам Батыева владычества, когда русские князья сами ездили в Орду за ярлыками.

[Виталий Политов]

Для покорения Москвы Мамай собрал огромное войско. Оно включало в себя, помимо ордынских ратников, военные отряды из Крыма, Северного Кавказа, Поволжья. Летописец говорит о «бесерменах и армянах, фрязах (генуэзцах), и черкесах, и буртасах». Присутствовали также мордовские князья и ясы. Тяжеловооруженной русской коннице Мамай противопоставил панцирную наемную пехоту генуэзцев. В общей сложности войско татар насчитывало от 150 до 200 тысяч человек и превосходило объединенные силы русских княжеств, как говорится в «Сказание о Мамаевом побоище»: «и събрав вой своих 100 и 50 тысяч опрочно [кроме] рати княжей и воевод местных…Беаше всеа силы и всих ратей числом с полтораста тысящ или с двесте».
Вопрос о численности войск с обеих сторон на сегодняшний день остается открытым. Важные данные содержатся в немецких хрониках Дитмара Любекского и Иогана фон Пошильге за 1380 год, открытых С.Н. Азбелевым: «Там сражалось народу с обеих сторон 400 тысяч. Русские выиграли битву». Эти записи подтверждают многочисленность и русской и татарской рати, что прежде историками подвергалось сомнению, учитывая ограниченные размеры самого поля боя. С.Н. Азбелев упоминает также немецкого историка Альберта Кранца (1459–1517), который, описывая подробно Куликовскую битву, называет ее «величайшим в памяти людей сражением», в котором погибло двести тысяч. В.Л. Егоров численность войск Мамая определяет исходя из анализа похода Тохтамыша на Иран в 1385 году, в ходе которого он использовал, согласно свидетельству восточного летописца, резервы всей Орды — около девяти туменов, то есть около 90 тысяч человек.
Мамай же мог собрать под свои знамена около половины от этого количества, так что его войска едва ли превышали 40-50 тысяч человек.

[Виталий Политов]

Реформы и изменения в организации

За полтора века со времени Батыева нашествия Русь значительно окрепла. Государство богатело, несмотря на постоянные набеги татар и выплату дани, изменился облик армии, ее вооружение, численность, тактика боя, организация войска.
Прежде вооруженные силы состояли из отдельных полков князей и бояр, а также городовых и сельских ратей, собиравшихся на случай отражения атаки. Ядром этого войска был «двор» — личная гвардия князя. Но таких военнообученных людей не хватало, чтобы противостоять отборному монгольскому войску. Поэтому Дмитрий провел специальную реформу, благодаря которой «двор» значительно увеличился. Большое внимание уделялось пехоте, которая теперь активно набиралась из низов, так что значительную часть московского войска составляла молодежь из крестьян и посадских людей, не имевших военного опыта. Начала осуществляться мобилизация населения из соседних княжеств — русское войско постепенно приобретало общенациональный характер. Основную же массу русских воинов, сражавшихся на Куликовом поле, составляла «посоха» — народное ополчение из крестьян и черных посадских людей.
Усилению могущества русского войска способствовали и изменения в структуре княжеской власти и княжеской рати. В 60-80-х годах XIV века усилилась территориальная основа организации феодального войска: вассал защищал ту территорию, на которой он сидел, вне зависимости от того, кому он подчинялся. Территориальные ополчения возглавлялись воеводами, кроме больших походов, которыми руководил князь. Феодалы, участвовавшие в этих ополчениях, были вассалами разных князей, независимо от того, где располагались их вотчины. Усилился контроль над исправным несением военной службы. А в 1375 году во время похода на Тверь ввели в употребление «разрядные книги», в которых указывались воеводы, численность полков, места сборов и т.д.

[Виталий Политов]

Сильно изменилась тактика сражений. Так, крестоносцы на западе использовали однородное построение войска в линию, где силы были равны по всей длине. Русское же войско Дмитрия делило эту линию на три составляющих: большой полк, полк правой руки и полк левой руки. Такое расположение позволяло свободно маневрировать войском и сосредотачивать, в зависимости от обстановки, направление главного удара или в центре, или с флангов. Кроме этих основных полков существовало еще три дополнительных: сторожевой, передовой и засадный. Сторожевой полк боролся с разведкой противника и с его лучниками: им не давали возможности подходить на расстояние прицельного обстрела основного войска. Передовой полк вступал в бой следом, он сдерживал темп атаки. Основная боевая единица — следующий за передовым большой полк, плотными рядами которого командовал сам князь. Полки правой и левой руки защищали большой полк от атаки с флангов и сами устремлялись в нападение на крылья противника, а также преследовали его отступающее войско. Засадный полк выполнял функции резерва.
Полки состояли из тысяч, сотен и десятков, которыми командовали соответственно тысяцкие, сотники и десятники.

[Виталий Политов]

Активнее всего русская пехота использовала ударные копья с трехгранным, четырехгранным или листовидным наконечником, которые хорошо пробивали татарские доспехи. Широкое распространение получили короткие метательные копья-сулицы с кинжаловидными наконечниками, удобные и в ближнем бою. Дружинная конница имела на вооружении прямой русский меч длиной 120–140 см с колюще-рубящим клинком. Эти мечи были чрезвычайно эффективны в битвах с крестоносцами, так как обладали очень сильным рубящим ударом, который мог пробить их железные доспехи. С легко защищенными татарами меч оказывался неудобен, поэтому бо́льшую популярность приобрела длинная и тонкая сабля, изогнутая к концу. Луки и стрелы использовались как оружие дальнего боя.
Русское княжеское воинство имело прекрасное защитное вооружение, превосходившее татарское. Голову оберегал металлический шлем-шишак с наушиями и кольчужной сеткой-бармицей. Торс предохраняла чешуйчатая, пластинчатая или наборная броня, которая комбинировалась с кольчугой. Такая усиленная броня позволяла отказаться от тяжелых миндалевидных щитов и перейти на более легкие и практичные круглые, треугольные, сердцевидные и прямоугольные.
Вооружение народного ополчения, в отличие от дружины, было более простым: бердыши, ослопы, дубины (уразы), луки со стрелами, дреколья, топоры, рогатины, кистени. Для защиты также использовались нехитрые приспособления: доспехи из веревок и кожи, тегиляи (кафтаны, стеганные из очесов конопли и льна), рубахи и кожухи со вшитыми в них кусками железа и меди, «дощатые брони».

[Виталий Политов]

Военные историки отмечают возрастание мастерства русского воина второй половины XIV века. Он умело владел и копьем, и мечом, и луком, а отдельный отряд лучников исчез из войска за ненадобностью.
Ордынцы в XIV веке переняли у русских организацию войска по полкам и встречный бой на копьях ударного типа больших масс конницы — «сшибка», «сступ».

[Виталий Политов]

Победе на Куликовом поле немало поспособствовала организация Дмитрием Донским сторожевой службы на южной границе. Вместе со своим двоюродным братом Владимиром Андреевичем Храбрым он построил также систему крепостей по Оке, главными из которых были Коломна и Серпухов. Эти крепости прикрывали Москву от вторжения как со стороны Орды, так и со стороны Литвы. А возможность осуществлять встречные походы на Орду через Оку появилась у Дмитрия после строительства белокаменных стен Кремля в 1367 году.

[Виталий Политов]

Союзники Мамая

Свой поход Мамай начал в первых числах июля. Он отправил послов к союзникам — польско-литовскому королю Ягайло и рязанскому князю Олегу Ивановичу, в результате чего было принято решение о встрече в верховьях Оки на месте впадения в нее Угры 1 сентября.
Летописная повесть о Мамаевом побоище и «Сказание» в самых темных тонах рисуют Олега Ивановича, называя его «вторым Иудой» и «вторым Святополком» и обвиняя его в предательстве общерусского дела. Но большинство историков оправдывает позицию князя его желанием защитить собственное неспокойное приграничное княжество от ордынского и московского разорения. Для того, чтобы обезопасить себя на случай любого исхода, он послал письма со своими заверениями как Дмитрию, так и Мамаю. Главным образом обвинения в адрес Олега отразились в поздних летописях XV века. Л.В. Черепнин и М.Н. Тихомиров исследовали более ранние летописи и выяснили, что в них нет упоминаний об Олеге и его предательстве. Целый ряд исследователей XIX–XX столетий выступили с оправданием политики рязанского князя. Среди них — Н.С. Арцыбашев, Д.И. Иловайский, Ф.Ф. Шахмагонов, Л.Н. Гумилев и А.Г. Кузьмин.

[Виталий Политов]

Об идущем на Москву войске Дмитрий узнал от сторожевого Дмитрия Попова, который 23 июля бежал из мамаева плена и сообщил «прямую весть» о его походе. Тогда Дмитрий назначил место и время сбора всех войск — 31 июля в Коломне.
Главный союзник Дмитрия Владимир Андреевич владел третьей частью Москвы, участвовал в обороне Пскова в 1369 году, а также в войне с литовцами и с Андреем Ольгердовичем в 1377 году. Последний в Куликовской битве сражался на стороне Дмитрия Ивановича. Для безопасности литовской границы Дмитрий договорился также с тверским князем Михаилом Александровичем, который отрядил в войско Дмитрию своего племянника Ивана Всеволодовича Холмского.

[Виталий Политов]

Наконец Мамай прислал послов с требованием дани как во времена ханов Узбека и Джанибека, но Дмитрий отказался платить. Столкновения с Мамаем уже нельзя было миновать.
План действий Дмитрия подразумевал, во-первых, не дать объединиться коалиции Мамай-Ягайло-Олег, во-вторых, встретить ордынцев за пределами русских земель в верховьях Дона. Для поимки языка на Тихую Сосну посылались разведчики: Василий Тупик, Андрей Волосатый и Родион Ржевский. Так как разведка задержалась, то была выслана еще одна, которая по пути встретила Василия Тупика с языком, подтвердившим, что Мамай, Ягайло и Олег Рязанский спешат соединить войска, рассчитывая до осени закончить поход. Эта информация дала Дмитрию время на соединение войск, в результате чего дата сбора под Коломной была перенесена на 15 августа.

Дмитрий Донской в лавре перед Куликовской битвой
В то время, когда князья со всей русской земли собирались в Москве, Дмитрий поехал в Троицкий монастырь к игумену Сергию, который благословил его на битву следующими словами (согласно «Сказанию»): «Поиди, господине, на поганыа половци, призывая Бога, и Господь Бог будеть ти [тебе] помощник и заступник». И рече ему тайно: «Имаше, господине, победити супостаты своя, елико довлеет твоему государьству». Сергий Радонежский отрядил в помощь Дмитрию Ивановичу двух своих монахов: Александра Пересвета и Андрея Ослябю.
Из Москвы войска двинулись в трех направлениях: Владимир Андреевич со своими князьями пошел по Брашевской дороге (современное Рязанское шоссе), белозерские князья — по Болвановской дороге, сам Дмитрий Иванович — по Серпуховской дороге в сторону села Котлы. Для защиты Москвы осталось резервное войско под командованием Федора Андреевича Кошки.

[Виталий Политов]

По прибытии княжеских войск в Коломну они были сведены в полки, каждому из которых назначили воеводу: большому полку, в который вошли коломенцы, владимирцы, юрьевцы, костромичи и переяславцы, — Дмитрия Ивановича; полку правой руки — Владимира Андреевича; полку левой руки — брянского князя Глеба; передовому полку — всеволжских князей Дмитрия и Владимира; сторожевому полку — оболенского князя Семена Константиновича, тарусского князя Ивана, воевод Андрея Серкизовича и Михаила Ивановича. Засадный полк должен был сформироваться перед боем под командованием князя Владимира Андреевича и воеводы Дмитрия Михайловича Боброка-Волынца, брянского князя Романа Михайловича, кашинского князя Василия Михайловича и князя новосильского. Ополчение составляли «молодшие» люди из горожан и ремесленников, некоторых из них называет новгородский хронограф: Юрка Сапожник, Васюк Сухоборец, Сенька Быков, Гридя Хрулец.
Вопрос о построении русских войск на Куликовом поле и их составе в начале XXI века подвергся более тщательному изучению. Д.А. Моисеев, основываясь на работах И.И. Срезневского, Ф.П. Сороколетова и словарях древнерусского языка, считает, что выражение «передовой полк» впервые встречается во второй половине XV века в Симеоновской летописи в эпизоде построения полков московского князя Ивана Васильевича в новгородском походе 1478 года. Это опровергает созданную А.Н. Кирпичниковым традиционную схему расположения войск во время битвы, одной из составляющих которой был именно передовой полк, наряду со сторожевым, большим, засадным, полками правой и левой руки. Кроме того, согласно «Словарю древнерусского языка XI-XVII веков», слово «засада» в значении 'отряд, укрывшийся в лесах для внезапного нападения на врага' датируется XVI–XVII веками. Поэтому вполне вероятно, что понятие «засадный полк» не существовало в конце XV века. Упоминание о «заднем полке» или резерве также не встречалось в древнерусских источниках. В наиболее ранних памятниках о Куликовской битве, к сожалению, не содержится сведений о построении войска. Остается лишь предположить, что войско было устроено по схеме трехчастного деления, которая использовалась в битве на Воже 1378 года и подтверждена доподлинно источниками.
В войске были представлены все социальные слои, а собрали его из разных земель. По свидетельству летописцев, его составили рати из Пскова, Брянска, Тарусы, Кашина, Смоленска, Новосиля, Ростова, Стародуба, Ярославля, Оболенска, Мологи, Костромы, Ельца, Городца Мещерского, Мурома, Кеми, Каргополя, Андома, Устюга, Коломны, Владимира, Юрьева, Белоозера, Переяславля-Залесского, Дмитрова, Можайска, Серпухова, Звенигорода, Боровска, Углича, Суздаля, кроме того, полоцкая рать князя Андрея Ольгердовича и войско воеводы Боброка из Волыни.
Бо́льшая часть войска состояла из русских, что давало Дмитрию Донскому преимущество перед Мамаем с его разноплеменным войском. В сражении официально не принимали участия Тверская, Новгородская, Нижегородская, Рязанская и Смоленская земли. Но отдельные князья и бояре этих земель все же сражались на Куликовском поле, что говорит об общерусском характере битвы.
Больше всего вопросов связано с участием в сражении новгородской рати. Самый ранний источник — «Задонщина» — упоминает о семитысячной рати новгородцев: «И как слово изговаривая, уже бо яко орлы слетешеся, и выехали посадникы из Великого Новагорода 7000 к великому князю Дмитрию Ивановичу и брату его князю Владимиру Ондреевичу на пособье к славному граду Москве». С.Н. Азбелев упоминает о двух храмах, построенных в 1381–1382 годах в Новгороде — Дмитрия Солунского и Рождества Христова. Историк изучил краткую летопись храма Дмитрия Солунского, из которой следует, что храм был возведен «по обещанию великаго князя Димитрия Донского». Еще одно доказательство участия новгородцев в битве находится в открытой Азбелевым Новгородской Погодинской летописи, в которой говорится, что церковь Дмитрия Донского была заложена «по завету о победе на Мамая», а также в краткой редакции летописи, где сказано, что эта церковь — «обещанная, чтобы Бог пособил победити Мамая безбожнаго князю Димитрию». Что касается храма Рождества Христова, то, согласно синодику XVIII века, Дмитрий Донской назван среди других четырнадцати главных строителей храма. Наконец, в синодике церкви Бориса и Глеба на Торговой стороне содержится поминовение «на Дону избиеных братии нашей при велицем князи Дмитреи Ивановичи».

[Виталий Политов]

Двигаться в сторону Дона князь Дмитрий решил не по кратчайшему пути, проходившему через земли Олега Рязанского, а по более длинному, через место впадения Лопасни в Оку, по вполне очевидным причинам. Во-первых, это позволяло обезопасить себя от рязанской стороны, прежде всего, за счет естественной преграды — береговой линии Оки. Во-вторых, медленно двигающиеся со стороны Угры войска Ягайло лишались возможности соединиться здесь. В-третьих, местность хорошо подходила для выпаса лошадей, а устье Лопасни позволяло подтянуть сюда войска, не успевшие собраться в Москве и Коломне. Стремительный бросок Дмитрия в верховья Дона предотвратил объединение войск коалиции и дал шанс внезапным ударом сойтись один на один с ордынцами.
5 сентября к устью реки Непрядвы, к месту ее впадения в Дон, прибыла русская конница, а к 7 сентября подошла и пехота под командованием тысяцкого Вельяминова, из-за отсутствия которой в своем войске так беспокоился Дмитрий вначале. Мамай же 5 сентября находился в трех переходах к югу от устья Непрядвы, Ягайло — примерно в таком же удалении, но на западе. Узнав о том, что русские на подходе, Мамай ускорил движение в надежде помешать их переправе через Дон до прибытия Ягайло.
Русские князья собрались на последний совет в придонской деревне Черново. Перед ними встал вопрос: переправлять войска через Дон или остаться на месте, используя реку как естественную преграду. В итоге было решено перебраться за Дон и встретить противника в чистом поле. Такая позиция предполагала наступательную тактику и была выгодна войску из-за природных препятствий в виде рек и лесных массивов. Кроме того, переправа обеспечивала прикрытие с тыла от удара союзных войск. Как показали дальнейшие события, Дмитрий выбрал правильную тактику.
Военные историки признают новаторство тактического подхода Дмитрия Донского в использовании реки в качестве естественного оборонительного сооружения. В Западной Европе такую тактику стали применять только спустя почти три столетия во время Тридцатилетней войны (1618–1648 годы).

[Виталий Политов]

Дмитрий Донской очень удачно выбрал место для боя. С запада Куликово поле было ограничено речкой Непрядвой, по берегам которой рос густой лес, и ее притоками. С севера — обрывистыми берегами Дона, что исключало для ордынцев возможность атаковать с этой стороны. С востока — руслами речек Смолки и Курцы, также поросших густым лесом и ограничивавших возможность маневра. Для ведения боя у Мамая оставалась низинная часть протяженностью 4–5 км, крайне неудобная для передвижения войск.
Однако идентификация места битвы до сих пор остается сложнейшим вопросом в науке. Достоверно известно из летописей только то, что сражение состоялось у места впадения речки Непрядвы в Дон. Принято считать, что битва произошла на правом берегу Непрядвы. Главные оппоненты этой классической точки зрения — геохимик К.П. Флоренский и историк В.А. Кучкин. Удачное сочетание результатов исследования почв с одной стороны и анализа летописей и актовых материалов с другой позволили выдвинуть гипотезу, что битва произошла на левом, то есть западном берегу Непрядвы, что подтверждается прежде всего ландшафтом местности. Вот несколько доводов, которые приводят ученые в защиту своей позиции.
Определенные типы почв формируются в течение сотен лет. Судя по степени оподзоленности почв, можно сказать, что правый берег Непрядвы представлял собой степной участок, по которому Мамай мог легко двигаться широким фронтом, а левый берег был стеснен лесными массивами, что и подтверждается летописными данными: «Погании же идут обапол, негде бо им расступитися. Поганых много, а места у них нет».
Ширина места боя на левом берегу Непрядвы, не считая естественных препятствий в виде оврагов и болот, не превышает 8 км, в то время как на правом берегу она вдвое больше — 16 км. Для сравнения, протяженность расположения русского войска во время Бородинского сражения не превышала 7–8 км, при численности около 250 тысяч человек с обеих сторон.
Бегство войск Мамая по правому берегу Непрядвы сомнительно, так как там достаточно места для удобного отходного маневра. Но оно вполне объяснимо, если признать, что оно проходило по левому берегу, где существует узкий мыс между Доном и Непрядвой, стесненный с запада лесом и рекой Буйцой, откуда не так легко быстро уйти от погони.
Войско Дмитрия, скорее всего, перешло Дон в его верхнем течении, где он значительно менее полноводен, чем после слияния с Непрядвой.
В «Сказании» два раза упоминается «дубрава». Первый раз говорится о дубраве, которая находилась выше переправы русских войск, куда поставлен был засадный полк. Второй раз — о дубраве, где находился раненый Дмитрий Донской, справа от русского войска. К.П. Флоренский предполагает, что речь идет об одной и той же дубраве. Но тогда это полностью противоречит официальной версии, исходя из которой место битвы располагалось на правом берегу Непрядвы.
К.П. Флоренский смоделировал почвенную карту Куликова поля, на основании которой можно воссоздать ландшафт правого и левого берегов. Согласно этим исследованиям, почвы на правом берегу однородные и сухие, лес там не рос. Напротив, на левом берегу имелись леса и болота. Если предположить, что название Куликова поля произошло от птицы кулика, гнездящейся на болотах, то это — еще один аргумент в пользу данной точки зрения.
Еще один вариант предлагает С.Н. Азбелев. По его словам, под устьем Непрядвы подразумевается исток Непрядвы, так как такое употребление слова «устье» зафиксировано во многих источниках, в том числе — в древнейшей Новгородской I летописи старшего извода, которая дошла до нас в списках XIV столетия. На основании этого исследователь утверждает, что сражение произошло у истока Непрядвы, т.е. в 40 км от впадения ее в Дон. Исток Непрядвы, названный в летописи «устьем», отделен сотней саженей от Волового озера, которое в XIV веке было гораздо полноводней и захватывало в том числе и ручеек, дающий начало Непрядве. Этим Азбелев объясняет и малочисленность находок археологов, предлагая им перенести свои раскопки на новое место. Таким образом, оказывается, что сражение произошло на левом, а не на правом берегу Непрядвы, только не в месте впадения ее в Дон а гораздо выше. Переправа с 7 на 8 сентября через Дон, по мнению ученого, также произошла выше, около Федосова городища, там, где Дон менее полноводен, при впадении в него речки Муравлянки, где существовала постоянная переправа.

[Виталий Политов]

Согласно точке зрения большинства историков, переправа русских войск осуществилась к вечеру 7 сентября в районе современной деревни Татинки Кимовского района. При этом левый фланг армии оказался открытым, пути отхода к мостам через Дон поставлены под угрозу. Поэтому Дмитрий приказал войску утром 8 сентября продвинуться вперед, примкнув фланги к ручью Нижнему Дубяку на правом фланге и речке Смолке на левом. Засадный полк, во главе с князем Владимиром Андреевичем Храбрым и князем Дмитрием Михайловичем Боброком-Волынским, был укрыт в перелеске за левым флангом южнее современного села Монастырщина Кимовского района Тульской области, со стороны полка левой руки, так как Дмитрий предугадал, что Мамай нанесет главный удар именно с этой стороны, чтобы прижать русские войска к обрывистым берегам Непрядвы. Общее протяжение фронта русской армии составило около 4 км, строй имел в глубину пять линий. Впереди, на значительном удалении от основного войска, стоял сторожевой полк под командованием оболенского князя Семена и тарусского князя Ивана, призванный обезвредить ордынских лучников, которые обычно неожиданно нападали на основное войско, обстреливая его стрелами, и также неожиданно удалялись. Далее выстроился передовой полк всеволжских князей Дмитрия и Владимира, в центре — большой полк пеших и конных ратей, который возглавлял тысяцкий Тимофей Вельяминов, на флангах — полки правой и левой руки, состоявшие в основном из конницы. Правым флангом командовали литовский князь Андрей Ольгердович и коломенский тысяцкий Микула Вельяминов, левым — ярославский князь Василий и моложский князь Федор. За большим полком расположился резервный отряд под командованием другого литовского князя, Дмитрия. В тылу русских находились реки Дон и Непрядва, а также глубокие овраги, что исключало возможность отступления, но с другой стороны — затрудняло обходные маневры татарской конницы.
Боярин Михаил Бренок заменил Дмитрия Донского под черно-золотым великокняжеским знаменем. Сам великий князь надел воинское облачение и встал в общие ряды. Мамай, в отличие от Дмитрия Ивановича, не участвовал лично в сражении, руководя боем из ставки на Красном Холме.
«Сказание о Мамаевом побоище» передает речь, которую произнес Дмитрий перед полками накануне битвы: «Братья, князья и воеводы, и молодые люди от мала и до велика! Уже, братья, сегодня день уходит, а ночь приближается, бодрствуйте и мужайте каждый из вас, уже ведь гости наши близко от нас, на реке на Непрядве, утром ведь, братья, все будем пить от них чашу общую, чашу смертную за землю святорусскую! Да будет мир с вами, братья мои, потому что спешат татары!»

[Виталий Политов]

Ход сражения

Поединок на Куликовом поле
Туман скрыл перегруппировку войск Дмитрия, и к 11 часам дня русские были готовы к бою. К полудню к расположению русских подошли татары. Монгольское войско наступало сильными конными флангами, центром и резервом. Ядро центра составила тяжеловооруженная генуэзская пехота. Мамай остановился в тылу, на Красном холме.
Битва началась поединком богатырей — Александра Пересвета и Темир-мурзы (в русских источниках Челубей или Челибей), в котором они оба погибли. Интересно, что Пересвет происходил из брянских бояр и до принятия монашества был профессиональным воином. Его похоронили в старом Симоновом монастыре в Москве.
Первая схватка лучников и сторожевого полка осталась за русскими. К полудню обе армии начали ближний бой. Передовой полк русских под натиском превосходящих сил врага стал отходить к большому полку. Войска передового полка были практически полностью уничтожены. Вскоре начался основной бой, длившийся почти четыре часа.

Куликовская битва (анимированная карта)
Мамай нанес фронтальный удар всеми своими силами, пытаясь опрокинуть боевые порядки русских. Полк правой руки успешно отбивал атаки. Большой полк с трудом, но удержался на месте. Здесь убили сражавшегося в доспехах великого князя и под его знаменем боярина Михаила Бренка. По преданиям, здесь же бился с врагами в доспехах простого воина и сам князь Дмитрий Иванович. Успех Мамая обозначился на правом фланге, где татары перешли вброд Смолку и атаковали полк левой руки, который продержался до трех часов дня, но затем не выдержал и начал отступать, обнажая фланг большого полка.
Ввод в бой русского резерва Дмитрия Ольгердовича сбил наступательный порыв татар, но восстановить положение не смог. Татары отрезали русских от мостов через Дон и начали обходить большой полк и теснить его к Непрядве. Но, охватывая левый фланг русских, татары подставили свой фланг и тыл под удар засадного полка, чья неожиданная атака решила исход сражения. Татары не выдержали удара и стали в беспорядке отходить. Попытка задержаться на высотах у ставки Мамая не удалась, и отступление превратилось в общее бегство с самим Мамаем впереди.
Масштабность сражения ярко описана летописной повестью:
«Бьющим же ся им от 6-го часа до 9 [бились же они...], пролияся кровь, аки дождева туча обоих, руских сынов и поганых, множество бесчисленное падоша трупья мертвых обоих, и много Руси побьени быша от татар, и от Руси татари, паде труп на труп, и паде тело татарское на телесе крестьянском».
После победы русская конница преследовала отступающих татар на протяжении 50 км вплоть до реки Мечи, захватив в итоге и татарские стада.
Узнав о поражении татар на Куликовом поле, король Ягайло ушел из пределов русских княжеств. Олег Рязанский признал старшинство московского князя и заключил с ним союз.
При этом летописи упоминают, что во время возвращения в Москву обоз войска Дмитрия Ивановича подвергся грабежу со стороны рязанцев в отсутствие князя Олега Ивановича, который в это время выдвинулся с войском на юг. Немецкие хроники говорят о нападении на московский обоз литовцев: «Русские выиграли битву. Когда они отправились домой с большой добычей, то столкнулись с литовцами, которые были позваны на помощь татарам, и литовцы отняли у русских их добычу и убили их много на поле».
21 сентября победоносное войско пришло в Коломну, а 1 октября Дмитрия Донского встречала Москва.

[Виталий Политов]

Куликовская битва развеяла миф о непобедимости татар и положила начало освобождению Руси от ордынского ига. Русские нанесли Золотой Орде мощнейший удар. Исход сражения способствовал ускорению политического объединения Руси. Но велики были и потери.
В то же время Орда сохранила свое могущество и вновь окрепла под властью хана Тохтамыша, осуществившего карательный поход на Москву спустя два года после Куликовской битвы в 1382 году, когда, несмотря на каменные стены и пушки, Тохтамыш сжег Москву и вновь обложил Русь данью. Тем не менее, Московское княжество твердо встало на путь строительства единого централизованного государства и окончательного свержения татарского ига: Дмитрий Донской в 1389 году передал свое великое княжение Василию I уже без ханского ярлыка, а как свою отчину.

[Виталий Политов]

Куликовская битва послужила источником развития древнерусской литературы и всего культурного процесса эпохи. Она способствовала пробуждению национального самосознания, что выразилось в появлении «живства» (реализма) в русской культуре, светлых жизнерадостных образов в литературе, архитектуре, живописи. Например, творчество Андрея Рублева проникнуто радостными человеческими образами, появляется естественный ландшафт, перспектива, светотень, мрачные краски сменяются чередой разнообразных красочных ликов, выражающих необычайный покой и душевный мир.
Деревянная Рождественская церковь, заложенная вскоре после победы князем Дмитрием Ивановичем на месте Куликовской битвы, до наших дней не дошла, сохранились только резные деревянные врата иконостаса, покрытые растительным орнаментом. В Москве в районе станции метро «Китай-город» находится каменная церковь «Всех Святых на Кулишках», построенная Дмитрием Донским в память о погибших на Куликовом поле русских воинах.
В традиции Русской православной церкви Куликовская битва связана с Дмитровской субботой (суббота перед днем памяти великомученика Димитрия Солунского, то есть 26 октября (8 ноября)), которая по преданию была установлена святым благоверным князем Дмитрием Ивановичем и почитается как день всеобщего поминовения усопших.
Икона неизвестного автора «Сергий Радонежский в житии» (XV–XVI века) сохранила образы героев Куликовской битвы. Героическая Куликовская битва воспета в стихах В.А. Жуковского, К.Ф. Рылеева, А.А. Блока. Композитором Ю.А. Шапориным создана кантата «На поле Куликовом» в 1939 году. Перу советского писателя С.П. Бородина принадлежит роман «Дмитрий Донской».
За картину «На поле Куликовом» О.А. Кипренскому в 1805 году была присуждена Большая золотая медаль Академии художеств. Куликовская битва вдохновила и художников М.И. Авилова (картина «Поединок на Куликовом поле», 1943 год), А.П. Бубнова («Утро на Куликовом поле», 1947).
По инициативе С.Д. Нечаева и по проекту архитектора А.П. Брюллова 8 сентября 1850 года над Красным холмом, на предполагаемом месте ставки Мамая, был открыт памятник — 28-метровый чугунный столп. А под руководством другого известного архитектора, А.В. Щусева незадолго до 1917 года на Куликовом поле вырос храм-памятник Сергия Радонежского. В начале 1960-х годов рядом с этими памятниками в районе деревни Ивановка Куркинского района Тульской области открылся филиал Тульского областного краеведческого музея.
В октябре 1996 г. постановлением Правительства РФ был создан Государственный военно-исторический и природный музей-заповедник «Куликово поле», который занимается в настоящее время комплексным изучением места Куликовской битвы, ее историческими памятниками и природными ландшафтами.

[Виталий Политов]

Историки владеют далеко не полной информацией о Куликовской битве. В частности, неясными остаются следующие моменты:
точный список городов, чьи отряды участвовали в сражении;
численность русских войск и ордынцев;
протографы летописных и литературных свидетельств;
реконструкция ландшафта сражения и места боя.
В начале XXI века еще не до конца использован потенциал изучения исторических источников, что подтверждается работами А.А. Горского, Ю.В. Селезнева, А.Е. Петрова, К.А. Аверьянова, А.К. Зайцева, А.В. Кузьмина.

[Виталий Политов]

Наконечник копья, найденный на Куликовом поле в 1880 году
Впервые археологические находки с Куликова поля начал собирать известный популяризатор мемориализации предположительного места Куликовской битвы С.Д. Нечаев. Эти вещи потом были им размещены в кабинете-музее усадьбы Полибино. Вот что он писал о находках: «На небольшом пространстве, начиная от берегов Непрядвы и впадающей в нее речки Ситки, до истока вливающихся в Дон речек Смолки и Курцы, выпахивают наиболее древних оружий, бердышей, мечей, копий, стрел, также медных и серебрянных крестов и складней. Прежде соха земледельца отрывала и кости человеческие. По словам старожилов, здесь также возвышались в разных местах небольшие над убиенными насыпи, которые, проседая по мере тления трупов, превращаются теперь в приметные углубления».
Известны также в настоящее время находки с поля боя управляющего имением Бобринских Бергольца, помещика села Красные Буйцы А.В. Олсуфьева, землемера А.И. Витовтова. В Петербургском археологическом музее хранился татарский шлем-мисюрка с арабской надписью. В конце XIX века в Российском историческом музее хранились золотой перстень и бронзовое кольцо-печатка, обнаруженные на Куликовом поле. После революции 1917 года большинство найденных предметов исчезли бесследно.

Рисунок найденных на Куликовом поле бердыша и крестов

Нож, найденный на Куликовом поле
Несмотря на имеющиеся сведения о находках, следует признать, что их количество достаточно скудно и не проливает свет на многочисленные вопросы. Одно из объяснение малочисленности современных археологических изысканий давал Е.А. Луцкий, посетивший Куликово поле в 1939 году с группой студентов. В ходе опроса местных жителей он выяснил, что на рубеже 1920-1930-х годов произошел коренной перелом в системе обработки пашни: на смену лошадям пришли мощные трактора, которые при глубокой распашке выпахивали кинжалы и кресты, которыми местное население не интересовалось.
Существует и другая объективная причина малочисленности находок: в XIV–XVII веках мародерство не считалось преступлением. Особенно ценились оружие и доспехи, которые сразу же собирались местными жителями. Об этом свидетельствуют многочисленные миниатюры древнерусских летописей, где показаны практически нагие тела погребаемых воинов.
Большинство находок ограничены местностью сел Монастырщина и Хворостянка. Самые известные из них:
кольчуга массой 10, 3 кг, состоящая из уплощенных колей диаметром 10-12 мм, склепанных и сваренных попеременно. Хранится в фондах ГИМ и датируется одними исследователями XIV, другими — XVI – началом XVI века.
6 наконечников копий удлиненно-треугольной, листовидной и двушипной формы, характерных для комплекса вооружений профессионального воина XIII–XIV веков. Все они были найдены в центре Куликова поля близ деревни Хворостянки во второй половине XX века. Это, по мнению М.В. Фехнер, доказывает, что бой происходил на правом берегу Непрядвы: на левом берегу предметы вооружения отсутствуют.
Фрагмент лезвия боевого топорика, найденный к северу от деревни Хворостянки. В конце XIV–XV веков постепенно возрождалась традиция применения боевых топоров военными дружинами княжеств Северо-Восточной Руси.
Фрагменты пластины от ламиллярного доспеха и оторочки кольчатого доспеха, калачевидное кресало, фрагмент наносника шлема и подпружной пряжки — обнаружены в начале 2000-х годов.
Наконечник копья — случайно был найден в 2006 у деревни Самохваловки на заброшенном огороде местным жителем, который сдал его на базу приема черного металла. По счастливой случайности артефакт попал в руки археологов. Он относится к распространенному в XII–XV веках типу копий удлиненно-треугольной формы со скошенными плечиками.
Три железных черешковых ножа древнерусской формы. Найдены лежащими группой в 2007 году. По-видимому, утеряны во время боя.
Наконечник сулицы — обнаружен в 2005 году к северу от деревни Хворостянки близ балки Прудовая. Сулицы — метательные копья, которые, кроме того, использовались в ближнем бою в качестве короткого копья. В памятниках Куликовского цикла сулицы, наряду с мечами и копьями, из всех предметов наступательного холодного оружия упоминаются чаще всего.
Важная составляющая изучения Куликова поля — его палеографическое исследование. Ученые реконструировали ландшафт местности Донского побоища по методу 2000-летнего ритма Шнитникова, согласно которому через каждые 2000 лет происходит перестройка локальных ландшафтов местности, т.е. меняется характер флоры, гидрологического режима и почвообразовательных процессов. В результате выяснилось, что во время Куликовской битвы левый берег Непрядвы был покрыт лесом, балки были на 2, 5 м глубже современных, многие из них — увлажнены или заболочены. Такие исследования помогают конкретизировать места поисковых работ археологов. По мнению О.В. Двуреченского, количество выявленных предметов вооружения XIII–XIV веков не может служить основанием для окончательной локализации места сражения двух армий в «узком смысле» этого слова.

[Виталий Политов]

https://kulpole.ru/

Сайт музея-заповедника «Куликово поле»

[Виталий Политов]

Detmar-Chronik von 1101–1395 mit der Fortsetzung von 1395-1400 // Die Chroniken der Deutschen Städte vom 14. Bis 16. Jahrhundert. Bd. 19. Leipzig. 1884.
Krantz A. Vandaliae. Hanoviae, 1619.
С.Н. Азбелев. География сражения на Куликовом поле // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2013, № 4 (54).
С.Н. Азбелев. О географии Куликовской битвы // Русское поле. 2012, № 2.
С.Н. Азбелев. Новгородцы на Куликовом поле // Родина. 2009, № 9.
В.Н. Ашурков. На поле Куликовом. Тула, 1980.
А.Д. Горский. Куликовская битва 1380 г. (некоторые итоги и задачи ее изучения в исторической науке) // Вестник МГУ. Серия История. 1980, №4.
В.П. Гриценко, А.Н. Наумов. Проблемы локализации и исследований поля Куликовской битвы // Битва на Воже — предтеча возрождения средневековой Руси. Рязань, 2004.
О.В. Двуреченский. Реликвии Донского побоища. Находки на Куликовом поле. М., 2008.
О.В. Двуреченский. Находки предметов вооружения на Куликовом поле // Куликово поле и Донское побоище 1380 г. М., 2005.
С.И. Демидов. Куликовская битва как образ исторической памяти // Куликово поле. Исторический ландшафт. Природа. Археология. История. Тула, 2003.
В.Л. Егоров. Русь и Орда в эпоху Куликовской битвы // Куликово поле и Донское побоище 1380 г. М., 2005.
А.К. Зайцев. Историко-географическое исследование Куликова поля // Куликово поле и Донское побоище 1380 г. М., 2005.
В.В. Каргалов. Куликовская битва. М., 1980.
В.А. Кучкин. О месте Куликовской битвы // Природа. 1984, №8.
Летописная повесть о побоище на Дону // Тихомиров М.Н. Повести о Куликовской битве. М., 1959.
Д.С. Лихачев. История русской литературы X–XVII вв. М., 1980.
Е. Луцкий. Экскурсия на Куликово поле // Советский музей. 1939, № 9.
В.В. Мавродин. Куликовская битва. М., 1980.
Д.А. Моисеев. К вопросу о построении русских войск на Куликовом поле // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия «История», 2007, выпуск 1.
В.Д. Назаров. Русь накануне Куликовской битвы // Вопросы истории. 1978, № 8.
С.Д. Нечаев. О найденных на Куликовом поле двух старинных оружиях // Вестник Европы. 1823, № 8.
Б.А. Рыбаков. Памятники Куликовского цикла. СПб., 1998.
Сказание о Мамаевом побоище // Кто с мечом. Три произведения древнерусской литературы XIII-XV вв. М., 1973.
Сказание о Мамаевом побоище. Основная редакция // Тихомиров М.Н. Повести о Куликовской битве. М., 1959.
Словарь древнерусского языка XI–XVI вв. М., 1990. Вып. 3.
Слово Софония Рязанца о великом князе Дмитрии Ивановиче и брате его Владимире Ондреевиче // Тихомиров М.Н. Повести о Куликовской битве. М., 1959.
В.Г. Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. СПб., 1884. Т. 1.
М.В. Фехнер. Находки на Куликовом поле. К вопросу о месте битвы 1380 г. // Куликово поле. Материалы и исследования. М., 1990.
К.П. Флоренский. Где произошло Мамаево побоище? // Природа. 1984, № 8.
И.А. Шляпкин. Синодик 1552-1560 гг. новгородской Борисоглебской церкви // Сборник новгородского общества любителей древности. Вып. 5. Новгород, 1911.
Задонщина// Словарь книжников и книжности Древней Руси. Сайт ИРЛИ РАН
Повесть о Куликовской битве летописная// Словарь книжников и книжности Древней Руси. Сайт ИРЛИ РАН
Сказание о Мамаевом побоище// Словарь книжников и книжности Древней Руси. Сайт ИРЛИ РАН

[Алексей Волынец]

https://von-hoffmann.livejournal.com/3609972.html

https://cs8.pikabu.ru/post_img/big/2016/03/25/4/1458881712117616212.jpg
Оборона Козельска. Миниатюра 16 века из Никоновской летописи

25 марта 1238 года началась длившаяся семь недель оборона Козельска, его героические защитники дольше всех русских городов сопротивлялся татаро-монгольским захватчикам.
Монголы вторглись на Русь в самом конце осени 1237 года. Уже в декабре пала Рязань, в январе 1238 года захватчики разорили Коломну и Москву. Раздробленность древнерусских княжеств не позволила отразить нашествие кочевой империи соединёнными силами — сопротивление монголам в первом походе на Русь оказали лишь дружины и ополчения северо-востока.

В феврале 1238 года войска хана Батыя захватили Владимир, в следующем месяце — Переславль-Залесский, Тверь и Торжок. Начавшаяся весна с приближавшейся распутицей и вскрытием рек ото льда не позволила монголам идти на Новгород, они повернули на юг, в степи, разделившись на несколько отрядов.

Так в конце марта 1238 года основные силы захватчиков, во главе с самим ханом Батыем и лучшим полководцем Чингисхана Субэдэем, оказались на реке Жиздре у стен города Козельска (ныне райцентр в Калужской области). Восемь веков назад этот небольшой город с населением всего в 4 тысячи человек был столицей отдельного княжества, которым на момент монгольского вторжения номинально правил 12-летний князь Василий Титович.

По оценкам историков монгольские войска вышли к стенам Козельска 25 марта 1238 года. В тот момент захватчики не предполагали, что осада небольшого городка затянется почти на два месяца, до мая.

Рязань монголы штурмовали 6 дней, Владимир и Москву — 5 дней, Торжок они осаждали 2 недели. И лишь Козельск надолго задержал основные силы батыевой армии. Подойдя к стенам города с 10-тысячным отрядом, Батый предложил горожанам сдаться, те ответили отказом. Древнерусский летописец так говорит об этом: «Козляне же совет сътворише — не вдатися Батыю, рекше, яко аще князь наш млад есть, но положим живот свои за него и здесь славу сего света приимше, и там небесные венца от Христа бога приимем».

Началась упорная осада — 10 тысячам опытных монгольских воинов противостояли все горожане, вставшие на укрепления города. Используя осадные машины и камнемёты (русские летописцы их именуют «пращами»), захватчики сумели сделать проломы в стенах, но, как пишут летописцы, «бысть брань велика и сеча зла», монголам не удалось ворваться в горд — «Козляне же ножи резахуся с ними».

В жестоких рукопашных схватках, когда дело дошло даже до засапожных ножей, жители Козельска не только отбили штурм, но и провели успешную вылазку. Им удалось уничтожить часть осадных машин Батыя, как пишет древнерусский летописец: «И исшедше изъ града, исѣкоша праща ихъ, нападше на полъкы ихъ…»

Батый и монгольские военачальники поняли, что взять город, который они за упорную оборону прозвали «Злым», можно только всеми силами армии захватчиков. К маю 1238 года у стен Козельска собралось всё монгольское войско, ранее сокрушившее Волжскую Булгарию и все княжества Северо-Восточной Руси. Объединённые силы захватчиков начали генеральный штурм, продолжавшийся непрерывно трое суток.

По оценкам историков менее 4 тысяч горожан Козельска, включая женщин и детей, противостояли 20-30 тысячам монгольских воинов. Как пишут русские летописи: «И убиша от татаръ 4 тысящи, и самѣ же избьени быша. Батый же взял городъ, изби вси, и не пощадѣ от отрочать до сосущих млеко. О князи Васильи невѣдомо есть, и инии глаголаху, яко во крови утонулъ…»

Несколько тысяч монгольских воинов, погибших при штурме «злого» города, заставили Батыя больше чем на год отложить дальнейший поход на Русь. Покинув в мае 1238 года пепелище Козельска, он смог продолжить свою войну против древнерусских княжеств лишь осенью следующего 1239 года.

Беспримерный воинский подвиг жителей Козельска произвел такое впечатление, что о нём написали все, без исключения, русские летописи. Известно почти два десятка летописных описаний обороны Козельска летописцами во всех краях Руси — от Галицко-Волынской летописи до Великопермской.

Но о героической обороне маленького русского города 8 веков назад писали и иностранные авторы. Родившийся в центре Ирана персидский историк Рашид ад-Дин в конце XIII века составил фундаментальную летопись о завоеваниях Чингисхана и его потомков, в которой прямо пишет: «Бату подошел к городу Козельску, осаждая его в течение двух месяцев, не мог овладеть им…»

Сами монголы, захватывавшие сотни городов от Китая до Венгрии, тоже очень хорошо запомнили «злой город» Козельск. В «Сокровенном сказании», древнейшем письменном памятнике монголов, составленном в середине XIII века, рассказано, как монгольские полководцы отказали Гуюку, одному из внуков Чингисхана, в праве на трон великого хана именно потому, что отряд Гуюка опозорился при штурме Козельска: «Что же ты чванишься и раньше всех дерешь глотку, а при покорении русских даже и Козлиного копытца не добыл». «Козлиное Копытце» — так древние кочевники-монголы дословно перевели имя Козельска…

Славный подвиг Козельска был высоко оценен потомками. Ещё в 1777 году императрица Екатерина II даровала городу особый герб, в котором символами геральдики была увековечена история его героической обороны. Алый фон символизировал кровопролитие, серебряные щиты с чёрными крестами на них — храбрость и трагическую гибель защитников, а четыре золотых креста означали верность горожан Родине и князю.

В декабре 2009 года указом Президента Российской Федерации Козельску было присвоено почётное звание Города воинской славы: «За мужество, стойкость и массовый героизм, проявленные защитниками в борьбе за свободу и независимость Отечества».

Текст взят отсюда: http://rys-strategia.ru/publ/1-1-0-117
Источник картинки: http://pikabu.ru/