*353. Октябрь 1993 года

[Геродот]

http://vivovoco.ibmh.msk.su/VV/PAPERS/HONOUR/LETT42.HTM

ПИСАТЕЛИ ТРЕБУЮТ ОТ ПРАВИТЕЛЬСТВА
РЕШИТЕЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ

"Известия" получили текст обращения к согражданам
большой группы известных литераторов.
В нем говорится:

Нет ни желания, ни необходимости подробно комментировать то, что случилось в Москве 3 октября. Произошло то, что не могло не произойти из-за наших с вами беспечности и глупости, - фашисты взялись за оружие, пытаясь захватить власть. Слава Богу, армия и правоохранительные органы оказались с народом, не раскололись, не позволили перерасти кровавой авантюре в гибельную гражданскую войну, ну а если бы вдруг?.. Нам некого было бы винить, кроме самих себя. Мы "жалостливо" умоляли после августовского путча не "мстить", нс "наказывать", не "запрещать", не "закрывать", не "заниматься поисками ведьм". Нам очень хотелось быть добрыми, великодушными, терпимыми. Добрыми... К кому? К убийцам? Терпимыми... К чему? К фашизму?

И "ведьмы", а вернее - красно-коричневые оборотни, наглея от безнаказанности, оклеивали на глазах милиции стены своими ядовитыми листками, грязно оскорбляя народ, государство, его законных руководителей, сладострастно объясняя, как именно они будут всех нас вешать... Что тут говорить? Хватит говорить... Пора научиться действовать. Эти тупые негодяи уважают только силу. Так не пора ли ее продемонстрировать нашей юной, но уже, как мы вновь с радостным удивлением убедились, достаточно окрепшей демократии?

Мы не призываем ни к мести, ни к жестокости, хотя скорбь о новых невинных жертвах и гнев к хладнокровных их палачам переполняет наши (как, наверное, и ваши) сердца. Но... хватит! Мы не можем позволить, чтобы судьба народа, судьба демократии и дальше зависела от воли кучки идеологических пройдох и политических авантюристов.

Мы должны на этот раз жестко потребовать от правительства и президента то, что они должны были (вместе с нами) сделать давно, но не сделали:

1. Все виды коммунистических и националистических партий, фронтов и объединений должны быть распущены и запрещены указом президента.
2. Все незаконные военизированные, а тем более вооруженные объединения и группы должны быть выявлены и разогнаны (с привлечением к уголовной ответственности, когда к этому обязывает закон).

3. Законодательство, предусматривающее жесткие санкции за пропаганду фашизма, шовинизма, расовой ненависти, за призывы к насилию и жестокости, должно наконец заработать. Прокуроры, следователи и судьи, покровительствующие такого рода общественно опасным преступлениям, должны незамедлительно отстраняться от работы.

4. Органы печати, изо дня в день возбуждавшие ненависть, призывавшие к насилию и являющиеся, на наш взгляд, одними из главных организаторов и виновников происшедшей трагедии (и потенциальными виновниками множества будущих), такие, как "День", "Правда", "Советская Россия") "Литературная Россия" (а также телепрограмма "600 секунд"), и ряд других должны быть впредь до судебного разбирательства закрыты.

5. Деятельность органов советской власти, отказавшихся подчиняться законной власти Россия, должна быть приостановлена.

6. Мы все сообща должны не допустить, чтобы суд над организаторами и участниками кровавой драмы в Москве не стал похожим на тот позорный фарс, который именуют "судом над ГКЧП".

7. Признать нелегитимными не только съезд народных депутатов, Верховный Совет) но и все образованные ими органы (в том числе и Конституционный суд).

История еще раз предоставила нам шанс сделать широкий шаг к демократии и цивилизованности. Не упустим же такой шанс еще раз, как это было уже не однажды!

Алесь АДАМОВИЧ,
Анатолий АНАНЬЕВ,
Артем АНФИНОГЕНОВ,
Белла АХМАДУЛИНА,
Григорий БАКЛАНОВ,
Зорий БАЛАЯН,
Татьяна БЕК,
Александр БОРЩАГОВСКИЙ,
Василь БЫКОВ,
Борис ВАСИЛЬЕВ,
Александр ГЕЛЬМАН,
Даниил ГРАНИН,
Юрий ДАВЫДОВ,
Даниил ДАНИН,
Андрей ДЕМЕНТЬЕВ,
Михаил ДУДИН,
Александр ИВАНОВ,
Эдмунд ИОДКОВСКИЙ,
Римма КАЗАКОВА,
Сергей КАЛЕДИН,
Юрий КАРЯКИН,
Яков КОСТЮКОВСКИЙ,
Татьяна КУЗОВЛЕВА,
Александр КУШНЕР,
Юрий ЛЕВИТАНСКИЙ,
академик Д.С. ЛИХАЧЕВ,
Юрий НАГИБИН,
Андрей НУЙКИН,
Булат ОКУДЖABA,
Валентин ОСКОЦКИЙ,
Григорий ПОЖЕНЯН,
Анатолий ПРИСТАВКИН,
Лев РАЗГОН,
Александр РЕКЕМЧУК,
Роберт РОЖДЕСТВЕНСКИЙ,
Владимир САВЕЛЬЕВ,
Василий СЕЛЮНИН,
Юрий ЧЕРНИЧЕНКО,
Андрей ЧЕРНОВ,
Мариэтта ЧУДАКОВА,
Михаил ЧУЛАКИ,
Виктор АСТАФЬЕВ.

Факсимиле

Содержание темы:
01 страница



Октябрь 1993. Хроника из архива Рустема Сафронова
https://colonelcassad.livejournal.com/5899872.html

#02. Юрий Рудкин. "В октябре 1993 года суд все делал по закону"
#03. Константин Боровой. Зря мы их тогда простили
#04. Виталий Третьяков. О событиях осени 1993 года
#05. Евгений Ихлов. О событиях двадцатилетней давности
#06. Сергей Пархоменко-кук.
#07. Александр Скобов. Октябрь-93: ответ Сергею Пархоменко
#08. Svobodanews.
#09. Svobodanews.
#10. Владимир Варфоломеев. "Поднимайте боевые машины, эта банда засела в Кремле!"
02 страница
#11. Леонид Радзиховский. Черный октябрь
#12. Борис Вишневский. Осень 93-го: мятеж, который удался
#13. Владимир Кара-Мурза. «Расстрел парламента»: мифы и факты октября 93-го
#14. Слон. На пороге гражданской войны
#15. Владимир Пастухов. Стоила ли конституция мессы?
#16. Георгий Сатаров. Двоечники
#17. Валерия Новодворская. Пир побежденных
#18. Максим Кононенко. Мутация
#19. Владимир Милов. Про 1993 год
#20. Эдуард Лимонов. Русские стреляли в русских
03 страница
#21. Максим Соколов. Та осень
#22. Сергей Григорьянц. «Направо кругом марш…»
#23. Новое время. «Это был выбор в пользу варварства»
#24. Геродот. Так кто же развалил СССР
#25. Геродот. Гайдар-Хасбулатов. Дебаты
#26. Владимир Милов. Контрреволюция
#27. Красная линия. "1993 год уроки октября" Интернет телеканал Красная линия (02.10.14)
#28. Правда.ру. Александр Руцкой: "Ельцин думал, я сверну себе голову"
#29. Правда.ру. ПУТЧ. ШТУРМ ОСТАНКИНО. СТАНЦИЯ "МИР" (из недавнего прошлого) Мир
#30. Правда.ру. Александр Коржаков: "Вся власть должна быть благодарна Ельцину"
04 страница
#31. Завтра. О событиях "черного октября"
#32. Новомосковск. 3 октября. День в истории
#33. Ирина Макеева. День 3 октября в истории
#34. Новомосковск. 4 октября. День в истории
#35. Кадет Биглер. Военно-исторический календарь на 03 октября
#36. Eвразия Daily. Этот день в истории: 3 октября 1993 года — расстрел Белого дома в Москве
#37. Бессмертный полк. Военно-исторический календарь. 4 октября
#38. История. РФ. День в российской истории: 04 октября
#39. Историческая правда. 03 Октября 1993 - противостояние Верховного совета РФ и Президента привело к вооруженному конфликту
#40. Юлиан Отступник. Спасибо деду за победу
05 страница
#41. Андрей Полунин. Р. Хасбулатов: Без парламента президент России превращается в диктатора
#42. Илья Константинов. Авторитарное проклятье
#43. Илья Константинов. Авторитарное проклятье-2
#44. «Ь Власть» Владимира Яковлева. Чем вам запомнился октябрь 1993 года?
#45. Humus. 1993. Последний вздох Советского Союза. Часть 1
#46. Humus. 1993. Последний вздох Советского Союза. Часть 2
#47. Максим Соколов. Чем закончится бой Руслана с головой исполнительной власти? 19.10.1992
#48. Вероника Куцылло. Встреча Ельцина и Хасбулатова. 18.02.1993
#49. Вероника Куцылло, Александр Корецкий. Власти готовятся к референдуму. 03.03.1993
#50. Валерий Погорелый. Политический кризис в России вступил в решающую фазу. 09.03.1993
06 страница
#51. Мария Засурская Пресс-конференция Константина Борового. 12.03.1993
#52. «Ь» Владимира Яковлева. Что думают в России. 23.03.1993
#53. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (что думают на Западе) 23.03.1993
#54. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (позиция правительства). 23.03.1993
#55. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (реакция партий) 23.03.1993
#56. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти
#57. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (Зорькин)
#58. Валерий Погорелый. Кризис власти (описание сценария) 23.03.1993
#59. Александр Балашов. Кризис власти. 24.03.1993
#60. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти. 24.03.1993
07 страница
#61. Валерий Погорелый. Власти, похоже, договорились о перевыборах. 24.03.1993
#62. «Ь» Владимира Яковлева. Диалог властей возобновился, но безрезультатно. 25.03.1993
#63. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти. 25.03.1993
#64. «Ь» Владимира Яковлева. Основные положения послания президента Верховному Совету "О конституционности". 25.03.1993
#65. Валерий Погорелый. Съезд, вероятно, объявит досрочные выборы. 26.03.1993
#66. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (заявления). 26.03.1993
#67. Николай Травкин. Кризис власти (что решили).
#68. Геннадий Андреевич. Кризис власти (что решили)
#69. Ельцин Б.Н., Первый Президент России. Кризис власти (что говорили)
#70. Александр Руцкой. Кризис власти
08 страница
#71. Степанов В.Н., Пряжинский национально-территориальный избирательный округ, Карельская АССР. Кризис власти
#72. Хасбулатов Р.И., председатель Верховного Совета РСФСР. Кризис власти. 27.03.1993
#73. Валера, ептыть, ты же верующий. Кризис власти (что говорили). 27.03.1993
#74. Астафьев М.Г., Дзержинский территориальный избирательный округ, г. Москва. Кризис власти (что говорили). 27.03.1993
#75. Александр Балашов. КС о референдуме. 21.04.1993
#76. Олег Медведев. Пресс-конференция Шахрая. 22.04.1993
#77. Ника Старк. Президент вновь обещает решительные меры. 07.05.1993
#78. Ника Старк. Президент продолжает "конституционное наступление". 11.05.1993
#79. Максим Соколов. Политический вектор. 07.06.1993
#80. Вероника Куцылло. Позиции Руслана Хасбулатова шатки как никогда. 08.06.1993
09 страница
#81. «Ь» Владимира Яковлева. Оценка инцидента с выступлением Руслана Хасбулатова некоторыми политическими деятелями. 08.06.1993
#82. «Ь» Владимира Яковлева. Некоторые положения выступления Бориса Ельцина на открытии Конституционного совещания 5 июня. 08.06.1993
#83. Ельцин Б.Н., Первый Президент России.
#84. Хасбулатов Р.И., председатель Верховного Совета РСФСР.
#85. Валера, ептыть, ты же верующий.
#86. Геннадий Бурбулис.
#87. Сергей Филатов, первый заместитель Председателя Верховного Совета РФ.
#88. Максим Соколов. Политический вектор. 14.06.1993
#89. Максим Соколов. Политический вектор. 21.06.1993
#90. Александр Балашов. Зорькин ответил Ельцину. 23.06.1993
10 страница
#91. Борис Пугачев. Ельцин и Руцкой. Политические лидеры на фоне развала страны
#92. Максим Соколов. Слабое оружие коррупции. 12.07.1993
#93. Валерий Погорелый.
#94. Александр Балашов. Зорькин встретился с депутатами. 16.07.1993
#95. Максим Соколов. Последний день Помпея пока не наступил. 26.07.1993
#97. Российская газета-90-х.
Политическая декларация Верховного Совета Российской Федерации
#98. Виталий Марсов. Август-93: тревожное ожидание. 1993. — 3 августа, вторник
#99. "Известия" И.Голембиовского. Президента беспокоит нынешний парламент. 1993. — 6 августа, пятница
#100. Евгений Янаев. Встреча Бориса Ельцина с прессой. 13.08.1993

#100. Василий Кононенко.
Борис Ельцин намерен добиться проведения выборов в парламент осенью. 1993. – 20 августа, пятница

#77. Ника Старк. Осень Борис Ельцин намерен посвятить парламенту. 20.08.1993
#77. Независимая газета Виталия Третьякова. Руцкой опроверг обвинения
#77. Евгений Красников. Руслан Хасбулатов выступил против досрочных выборов
#97. Ольга Кондратьева. Политика не теннисный корт
#97. Александр Руцкой. Заявление вице-президента Российской Федерации
#97. Александр Руцкой. Кто толкает страну в пропасть?
#97. Ольга Одинцова. Президент пишет письмо депутатам, парламент плодотворно трудится, а народ гуляет на митингах… 1993. – 21 августа, суббота
#97. Иван Родин. Президент пишет письмо депутатам, парламент плодотворно трудится, а народ гуляет на митингах…
#97. Хасбулатов Р.И., председатель Верховного Совета РСФСР. Защитим парламентаризм – спасем страну и демократию
#97. Владимир Орлов. Борис Ельцин: «Август надо использовать для артподготовки
#97. Андрей Шарапов. Переизбирать надо и Президента, и парламент
#97. Иван Родин. Вето президента на уточненный бюджет может стать поводом для импичмента
#97. Юрий Орлик. Чего можно ожидать от сентябрьского наступления российского президента
#91. Борис Пугачев. Пойдет ли Ельцин на государственный переворот
#97. Вера Кузнецова. Осенью парламентских выборов не будет


#91. Екатерина Иванченко. Демократы выступили за роспуск парламента. 10.09.1993
#92. .
#93. Ника Старк. Парламент намерен проконсультироваться с президентом. 11.09.1993
#94. Ника Старк. Вице-президент предупредил парламент о разгоне. 18.09.1993
#95. Максим Соколов. Президент Ельцин в роли рефрижератора. 06.09.1993
#96. «Ь» Владимира Яковлева. Парламентская оппозиция и центристы объединились в "суперфракцию". 15.07.1993



#122. Алексей Кива Чего мы ждем от президента. 1993. — 7 августа, суббота








11 страница
#101. Максим Соколов. Чем закончится бой Руслана с головой исполнительной власти?
#102. Вероника Куцылло. Встреча Ельцина и Хасбулатова
#103. Вероника Куцылло, Александр Корецкий Власти готовятся к референдуму
#104. Валерий Погорелый. Политический кризис в России вступил в решающую фазу
#105. Мария Засурская. Пресс-конференция Константина Борового
#106. «Ь» Владимира Яковлева. Что думают в России
#107. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (что думают на Западе)
#108. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (позиция правительства)
#109. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (реакция партий)
#110. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти
12 страница
#111. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти (Зорькин)

#114. Валерий Погорелый. Кризис власти (описание сценария) №52 от 23.03.1993
#112. Александр Балашов. Кризис власти
#113. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти

#115. Валерий Погорелый. Власти, похоже, договорились о перевыборах
#116. «Ь» Владимира Яковлева. Диалог властей возобновился, но безрезультатно
#117. «Ь» Владимира Яковлева. Кризис власти
#118. «Ь» Владимира Яковлева. Основные положения послания президента Верховному Совету "О конституционности"
#119. Валерий Погорелый. Съезд, вероятно, объявит досрочные выборы



#42. Максим Соколов. Хасбулатов
#43. Вероника Куцылло. Встреча Ельцина и Хасбулатова
#44. Вероника Куцылло, Александр Корецкий. Власти готовятся к референдуму
#45. Валерий Погорелый. Политический кризис в России вступил в решающую фазу
#120.
13 страница


#123.
#124.
#125.
#126.
#127.
#128.
#129.
#130.

14 страница
#131.
#132.
#133.
#134.
#135.
#136.
#137.
#138.
#139.
#140.




15 страница
#141.

#142.

#143.

#9144.

#145.

#146.

#147.

#148.

#149.

#150.


16 страница

#151.
#152.
#153.
#154.
#155.
#156.
#157.
#158.
#159.
#160.

[Юрий Рудкин]

http://www.rapsi-pravo.ru/judicial_analyst/20111028/256786826.html
17:20 28/10/2011

Из первого состава Конституционного суда (КС) РФ сегодня осталось всего четверо судей. Один из них – Юрий Рудкин – многие годы старается не общаться с прессой, оставаясь одним из самых закрытых конституционных судей .

В канун торжеств по случаю 20-летнего юбилея КС РФ судья все же сделал исключение для РАПСИ, рассказав обозревателю агентства Владимиру Новикову, чем запомнились за это время бывшие и нынешние коллеги, почему в канун событий октября-93 суд действовал единственно правильным образом, и какие дела за всю историю КС он считает наиболее знаковыми.
http://www.infosud.ru/images/25678/64/256786413.jpg

Пресс-служба Конституционного суда РФ
1991 год. Первый состав КС РФ вместе с первым президентом России Борисом Ельциным. Юрий Рудкин – третий слева
Спорные компетенции

- В 1991 году КС был для России чем-то совершенно новым. Для многих – и вовсе непонятным образованием. Были ли противники появления суда?

- Прежде чем ответить на этот вопрос, уместно вернуться к тому времени, когда на обсуждение вносился проект первого закона «О Конституционном суде РФ». Именно тогда велись серьезные дискуссии, что это за орган, какие споры он будет рассматривать. Проще говоря, между кем и кем. И когда комитетом по законодательству Верховного совета был внесен проект, в котором многие вещи были прописаны, споры начались с новой силой. Сначала, естественно, в самом Верховном совете.
1991 год. Первый состав КС РФ вместе с первым президентом России Борисом Ельциным. Юрий Рудкин – третий слева
Пресс-служба Конституционного суда РФ
1991 год. Первый состав КС РФ вместе с первым президентом России Борисом Ельциным. Юрий Рудкин – третий слева

- О чем спорили?

- Во-первых, звучали мнения, что как самостоятельный орган судебной власти КС не нужен. Некоторые считали, что Конституционный суд должен быть одной из коллегий Верховного суда РФ. Например, коллегией по рассмотрению конституционно-правовых споров. То есть, если это судебный орган, он должен быть встроен в имеющуюся судебную систему. На таком подходе настаивало большинство народных депутатов. Но в итоге победил здравый смысл. Договорились, что КС станет самостоятельным органом конституционного контроля, который осуществляет его в форме конституционного судопроизводства.

- Наверное, полемизировали о компетенции, полномочиях…

- И без этого не обошлось. Изначально ведь компетенция была очень широкой. Особенно дискутировался вопрос, вправе ли КС отменять законы, принятые Верховным советом и, особенно, Съездом народных депутатов. Мол, как это – какой-то там суд будет отменять акт, принятый практически всем народом? Но в итоге и здесь пришли к согласию: данное полномочие суд получил.

Дебатировался и вопрос о том нужно ли КС предоставлять право оценки действий и решений должностных лиц. Не только президента, но и, допустим, руководителей министерств и ведомств. И в этом случае большинство голосов было подано за то, чтобы дать суду такое полномочие.

Разумеется, шли разговоры, какие споры о компетенции предстоит разрешать суду, между кем и кем. Если это споры между федеральными органами власти – одно. Если между федерацией и ее субъектами – другое. И депутатские группы от субъектов федерации поначалу вообще категорически отрицали этот момент. Но только лишь после того как им было предоставлено право делегировать своих кандидатов в состав КС, это полномочие прошло.

Очень серьезные дискуссии также возникали по поводу полномочий конституционных судей, порядка их назначения. Сначала предлагалось установить возрастной ценз не менее 30 лет. Кандидат при этом должен был к моменту избрания иметь 10-летний стаж работы по юридической специальности, обладать обширными знаниями в области права и безупречной репутацией. Максимальный возраст для кандидата в судьи ограничивался 60-ю годами. Затем решением Верховного совета было определено, что судьей КС может являться юрист, обладающий вышеперечисленными качествами, но не моложе 35 лет.

- Все это предшествовало назначению первых судей. И они были избраны в два этапа.

- Даже в три. Сначала кандидатуры рассматривались на заседаниях комитетов Верховного совета. При этом выдвигать их могли как депутатские фракции, так и министерства и ведомства, а также научные, учебные заведения и общественные организации. После выдвижения каждая кандидатура обсуждалась на трех заседаниях комитетов – по законодательству, по законности и правопорядку, и, если мне память не изменяет, по правам человека, который возглавлял в то время Сергей Ковалев. Такое сито пройти было нелегко, и много кандидатов на этом этапе отсеялось.

Те, кто прошел отбор, были представлены на утверждение Верховного совета. И только после этого кандидатуры выносились непосредственно на Съезд народных депутатов. К 30 октября 1991 года в окончательном списке значилось то ли 23, то ли 25 фамилий.

13 друзей Конституции

- Но осталось всего чертова дюжина?

- Да, в первый день Съезда было избрано 10 судей, во второй – еще 3.

- Но ведь первый состав должен был состоять из 15 судей?

- Это так. Но в отношении двух вакантных должностей сначала было принято решение перенести голосование на более поздний срок. А потом постановили и вовсе ограничиться теми, кто уже был избран.

- Одним из полномочий КС по первому закону была дача заключений о действиях должностных лиц, в том числе и президента. Не сыграло ли это впоследствии злую шутку с самим судом?

- Считаю, что нет. Более того – такое полномочие у КС должно быть и сейчас. Ведь когда разрабатывался первый закон о Конституционном суде, его авторам было очевидно, что данный орган должен быть своеобразным судом над властью. И сверхзадачей КС предполагалось сделать то, чтобы он не позволял бы возвыситься одной ветви власти над двумя другими. Поэтому наш суд именовался высшим органом по охране Конституции. КС должен был оценивать как нормативно-правовые акты, которые издавал президент, так и его действия, решения. Иначе что бы у нас получалось? Верховный суд РФ не вправе оценивать поведение и шаги главы государства, никакие другие суды не вправе, и КС – тоже не вправе. В итоге выходило, что президент оказывался вне всякого судебного контроля.

- В итоге так и получилось. А данное полномочие КС легло в основу того, что с судом произошло после октябрьских событий 1993 года.

- Многие помнят политическую ситуацию в России того времени, противостояние между президентом и Верховным советом. КС пытался разрешить эту проблему доступным ему по закону способом. Мы, все на тот момент действующие судьи, приносили присягу на той Конституции РСФСР, что действовала в 1991 году. И работали мы в соответствии с тем Основным законом. И я нисколько не жалею о решениях, которые мы в тот момент принимали. Они были правильными с точки зрения буквы и духа той Конституции.

Ну а кто как голосовал – личное дело каждого. Иногда споры в совещательной комнате доходили до максимального накала. Но все равно мы приходили к общему знаменателю. И сейчас мы спорим. Но никогда за 20 лет такого не было, чтобы эти споры приводили к личностным конфликтам. Пожали друг другу руки – и пошли обедать.

- Из первого состава КС сегодня в суде, помимо вас, работают Валерий Зорькин, Гадис Гаджиев и Николай Селезнев. Что в первую очередь вспоминается об остальных коллегах?

- К сожалению, двух из них уже нет в живых – Эрнеста Аметистова и Владимира Олейника. Я уже говорил о том своеобразном сите, которое в ходе отбора проходил каждый кандидат. Поэтому состав суда в то время был очень профессиональным.

- То есть это были, что называется, люди одного калибра?

- Именно так. Сказать о ком-то, что этот – лучше, а тот – хуже, я не могу. Все были высококвалифицированными юристами. При этом вспоминаются в первую очередь коллеги, с которыми я работал раньше, еще в Верховном совете, с весны 1990 года.

И Николай Ведерников, и Олег Тиунов, ныне здравствующие, и Виктор Лучин, и Анатолий Кононов, и Тамара Морщакова – все замечательные профессионалы.

- Но единомышленниками вы не были. Иначе не было бы споров в совещательной комнате…

- У двух юристов всегда три мнения. Но к общему знаменателю мы приходили.

- В 90-е годы КС много времени уделял проверке норм действовавшего в то время уголовно-процессуального законодательства, которое досталось стране в наследство с советских времен. При этом Уголовный кодекс был уже российским. Неповоротливость законодателя значительно загружала КС, которому приходилось несколько лет делать лишнюю работу в ущерб более важным запросам?

- В первый период деятельности, с 1991 по 1993 годы, УПК оспаривался не так часто, как во второй, то есть после 1995 года. Ведь действовала старая советская Конституция, и оспаривалась в основном конституционность правоприменительной практики. Поэтому первые рассмотренные дела в основном были связаны с указами президента. Скажем, самое первое дело касалось указа президента от 19 декабря 1991 года об образовании министерства безопасности и внутренних дел. Тогда, если помните, из двух министерств был создан один орган. Мы тогда сказали свое нет, поскольку такое слияние министерств относилось к компетенции Верховного совета. А лично президент такие указы издавать не мог.

Много обжаловалось постановлений Правительства РФ. То есть в первый период, до 1993 года, тем, старым, УПК мы, можно сказать, загружены не были.

Когда же в 1993 году была принята новая российская Конституция, УПК действительно остался старый. И как мы не старались его латать-перелатать, жалоб и обращений было много. Но практически по всем им мы выносили решения.

- Получается, что самое первое решение КС, который признал неконституционным указ президента по слиянию силовых ведомств – и есть тот отправной момент, с которого началось противостояние между судом и президентом?

- Я и по сей день считаю, что не было у нас никакого противостояния. Глава государства издал нормативный акт по вопросам, не относившимся к его компетенции. Мы сказали, что это – компетенция законодателя. А президент вышел за пределы своих полномочий.

- Но ведь и потом были постановления КС, которые президента, мягко говоря, радовать не могли…

- Вынужден повториться - суд при принятии всех решений отталкивался от действовавшей тогда Конституции страны. Я прекрасно понимаю мотивы действий Бориса Ельцина. Он в максимально короткие сроки пытался модернизировать Россию. Но вся модернизация должна происходить в рамках, установленных Конституцией. А она в то время не позволяла издавать подобные указы. Поэтому-то не было никакой конфронтации, и уж тем более мы не находились в состоянии войны, как до сих пор считают некоторые сторонние наблюдатели. Просто КС исправно выполнял возложенные на него законом обязанности.

- А как же знаменитый указ Ельцина №1400, о роспуске Верховного совета, который появился на свет в сентябре 1993-го?

- И тут никакого противостояния не было! Наша задача и в данном случае заключалась в том, чтобы сказать – соответствовал он Конституции или не соответствовал. Мы свое слово сказали. А уж как потом действовали политики, что они говорили, в том числе, о том, что КС чуть ли не развязал бойню, пусть останется на их совести.

Деление на два

- После событий октября 1993 года деятельность КС была приостановлена почти на полтора года. Чем занимались это время вы, остальные судьи? Было ли ощущение, что КС когда-нибудь все же возобновит работу?

- Все мы смогли посвятить себя подготовке проекта нового закона «О Конституционном суде РФ», который затем был принят в 1994-м. Несмотря на подвешенное состояние самого суда. Замечу, что над проектом работали и сотрудники нашего аппарата. Что касается коллег-судей, все действовали сообща. И те, кто голосовал за конституционность указа №1400. И те, кто выступал с противоположной точкой зрения. Судьи принимали также непосредственное участие в работе Конституционного совещания, а также в Комиссии Конституционного арбитража. Мы не могли заниматься ни жалобами, ни запросами. Но все поступавшие в суд обращения регистрировались, накапливались. И когда приняли новый закон, нужно было рассмотреть все эти обращения. К тому же состав судей стал на шесть человек больше. Все 19 человек в составе двух палат начали работать над тем, что накопилось с осени 1993 года.

- Закон о КС образца 1994 года – самый сбалансированный за всю 20-летнюю историю суда из тех, по которым работал суд все это время?

- В основе концепции первого закона было положено то, что КС является судом над властью. С принятием же второго закона у нас забрали много полномочий. Поэтому-то самым удачным я до сих пор считаю первый закон. Единственное, что из него стоило исключить – проверку конституционности нормативных актов и действий должностных лиц по собственной инициативе суда. Все остальные полномочия можно было бы смело оставить. А вот в первый закон уместно было бы добавить разделение судебного состава на две палаты. Но понимание необходимости такой меры приходит только с годами.

- Разделение на палаты было велением времени? Ведь в первом составе было 13 судей, во втором, и по сей день – 19. Трудно достичь согласия по спорным вопросам при таком количестве участников дискуссии.

- Дело не в количестве. И первый состав прекрасно бы работал в двух палатах. В Конституционном Совете Франции, к примеру, избирательные дела три человека рассматривает, дела другой категории – тоже три человека. И ничего страшного в этом нет.

- Какие еще изменения принес с собой закон 1994 года?

- Помимо того, что у нас стало меньше полномочий, по тому новому закону предельный возраст судей, вновь назначаемых на должность, был ограничен. Изменился порядок назначения на должность, срок полномочий. По закону 1994 года предельный срок полномочий судей составлял 12 лет, 70 лет был предельный возраст. Затем стало, соответственно, 15 лет и 70 лет. Потом 15-летний срок убрали, а верхний возрастной предел оставили. А еще позже распространили 70-летний предельный срок по возрасту на судей, которые были избраны Съездом народных депутатов в 1991 году. То есть еще до принятия новой Конституции.

- Разве не налицо обратная сила, приданная закону?

- Я своим коллегам об этом говорил…

Дело КПСС, чернобыльцы и третий срок Ельцина

- Второй период работы КС продлился довольно долго: с 1995 по 2008 годы, то есть до переезда суда на постоянное место жительства в Санкт-Петербург. Если оценивать все эти годы, какие знаковые постановления, принятые КС, вы вспоминаете в первую очередь?

- Если в самом начале работы мы много запросов рассматривали в порядке абстрактного нормоконтроля, то последние лет пять к нам с подобными запросами никто не обращался. С чем это связано, думаю, очевидно. В основном мы рассматриваем сегодня жалобы граждан и запросы судов, то есть осуществляем конкретный нормоконтроль.

Если анализировать период до октября 1993 года, то лично для себя знаковыми я бы назвал самое первое постановление, по объединению министерств внутренних дел и безопасности.

- Потому что оно – первое?

- Наверное, да. Поэтому навсегда осталось в памяти.

- Какие еще?

- Ну, если судить по общественной значимости, это все же оценка конституционности указов президента РФ о приостановлении деятельности коммунистической партии и об ее имуществе. Так называемое "дело КПСС".

К значимым я также бы отнес дело о проверке конституционности отдельных положений статьи 1 федерального закона от 24 ноября 1995 года о внесении изменений и дополнений в закон РФ о соцзащите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие Чернобыльской аварии. "Дело чернобыльцев" помните? Все эти дела имели огромный резонанс.

- А так называемое дело о третьем сроке Бориса Ельцина в конце 90-х? Там-то общественно-политический резонанс, помнится, был побольше…

- Для меня это дело не представлялось сложным, поскольку в Конституции было четко закреплено положение о том, что президент России вправе занимать свой пост не более двух сроков подряд. Тем более что в пункте 3 раздела второго Конституции зафиксировано положение о том, что президент РФ, избранный в соответствии с Конституцией (Основным законом) Российской Федерации – России, со дня вступления в силу настоящей Конституции осуществляет установленные полномочия до истечения срока, на который он был избран. Не трудное это было решение. Другое дело – чернобыльский закон! А тут… Сказали: один срок был. Когда был подан запрос, шел второй срок. Вот через срок – пожалуйста, баллотируйтесь. Повторюсь - ничего сложного.

- Почему не вспоминаете два дела, по которым выступали с особым мнением?

- Хорошие были дела. Одно отлично помню, когда речь шла либо об избрании губернаторов непосредственно населением, либо законодательным собранием субъекта федерации. Дело мы рассматривали по запросу законодательного собрания Алтайского края. И я тогда четко сказал, что Конституция не запрещает избирать губернатора как непосредственно населением, так и законодательным собранием региона. Но тогда большинством голосов судей КС было принято решение, что нет – только населением.

А по второму запросу – о смертной казни – я вам так скажу, поскольку до сих пор стою на этой точке зрения: не делом КС было рассматривать данный вопрос. Законодатель должен был ратифицировать соответствующий протокол к Европейской Конвенции. Почему он этого не сделал, а перебросил разрешение вопроса на Конституционный суд, можно только догадываться. В первом решении по смертной казни, если помните, мы сказали, что такие приговоры не могут выноситься, пока суды присяжных не будут созданы на всей территории Российской Федерации. Тогда не было такого суда в Чеченской республике. А когда и он появился, ну, какие правовые основания? Однако большинство судей со мной не согласились, посчитав, что, поскольку мы присоединились к Европейской Конвенции, хотя Протокол №6 и не ратифицирован, применять смертную казнь нельзя.

С другой стороны, данная проблема решалась и совершенно другим путем.

- Каким именно?

- Как было у президента право помилования, так оно и осталось, никуда оно не делось. И раньше президент смело заменял смертную казнь на пожизненное заключение, или же на 25-летний тюремный срок.

- Президенту в таком случае можно немного посочувствовать, прислушайся он к вашему совету. Учитывая, какое количество пожизненных приговоров по России выносится каждый год.

- Но и преступность-то возросла в стране по сравнению с советским периодом! В то время таких преступлений, как терроризм, практически не совершалось. А сейчас террористические акты - это не такая уж редкость. И за такие преступления сейчас выносят именно пожизненные приговоры, а не смертную казнь. Такова жизнь и таков закон.

Прецедентное право нам не нужно

- Во все времена число обращений в КС было примерно одинаковым – около 18-20 тысяч ежегодно. Что будет дальше?

- Здесь прогнозировать трудно. Во-первых, многое зависит от качества законов, которые издает наш законодатель. Во-вторых, огромное значение имеет правоприменительная практика. Ведь в большинстве случаев законы, написанные на бумаге, неплохи, и Конституции соответствуют. Но вот правоприменительная практика очень часто искажает смысл, заложенный в законе. И мы опять же очень часто не признаем неконституционной норму проверяемого закона, а даем ей конституционно-правовое истолкование. При этом правоприменитель должен руководствоваться выявленным КС конституционно-правовым смыслом этого закона. Если рассуждать в общем, думаю, что значительного увеличения запросов не будет, поскольку российское законодательство делается стабильнее.

- Но правоприменитель-то лучше не становится.

- Как и любому человеку, ему свойственно допускать ошибки. В основном-то ведь суть жалоб сводится к тому, что заявители не согласны с решениями, которые были вынесены по их делам либо судами общей юрисдикции, либо арбитражными судами. Мы смотрим их жалобы, и получается, что гражданин-то к нам обращается не с просьбой проверить на соответствие Конституции закон, примененный в его деле. Он просит фактически пересмотреть то решение, которое его не устроило. И вот здесь мы говорим: "Извините! Закон ни при чем, вы оспариваете правоприменительное решение". Но мы не можем его пересмотреть, это должен сделать соответствующий суд общей юрисдикции. И дела пересматриваются.

- Глава Высшего арбитражного суда РФ Антон Иванов года полтора назад фактически призвал коллег-юристов к постепенному переходу к прецедентной системе права. Если на минуту представить фантастическую ситуацию, что эта система действует в России, это улучшило бы правоприменительную практику? И, соответственно, разгрузило бы КС?

- Я не сторонник введения у нас в стране прецедентного права. Но ведь что можно сделать - чаще выпускать обзоры судебной практики. Как Высшим арбитражным судом, так и Верховным судом. Вот тогда ничего страшного не будет. Проводите почаще совместные Пленумы Верховного суда РФ и Высшего арбитражного суда РФ. Выпускайте совместные постановления, давайте толкования, обобщайте правоприменительную практику. И вот тогда, думаю, и число обращений к нам снизится. Не на порядок, но значительно.

Санкт-Петербург – Москва.

[Константин Боровой]

http://www.echo.msk.ru/blog/k_borovoi/1162866-echo/
23 сентября 2013, 11:57

История кризиса 1993 началась не с Указа 1400.

Кризис начался 9 декабря 1992, когда Съезд народных депутатов отказался утвердить кандидатуру действующего председателя Правительства Егора Гайдара.

Речь на Съезде пошла фактически о сворачивании экономических реформ, возвращение к распределительной советской экономике.

10 декабря Ельцин призвал своих сторонников покинуть заседание Съезда.

Вот когда начался политический кризис.

Но возможности для компромисса еще оставались.

Начались переговоры Бориса Ельцина с одной стороны и Руслана Хасбулатова, Валерия Зорькина с другой.

В результате Съезд народных депутатов 12 декабря принял компромиссное постановление о стабилизации конституционного строя, а председателем Правительства был назначен Виктор Степанович Черномырдин.

Но разве с большевиками и совками возможен какой либо компромисс?

Восьмой Съезд народных депутатов тут же отменил постановление о стабилизации конституционного строя и принял решения, провоцирующие продолжение кризиса.

20 марта 1993 года Борис Ельцин выступил по телевидению с обращением к народу.

Тут же Верховный Совет обратился к услужливому Зорькину в Конституционный Суд, назвав обращение Ельцина «покушением на конституционные основы российской государственности». Зорькин тут же признал действия Ельцина, связанные с телеобращением, неконституционными, требующими отрешения Ельцина от должности.

Чтобы отрешить Ельцина от власти Хасбулатов созвал Чрезвычайный Съезд народных депутатов. На нем Хасбулатову не удалось заставить депутатов проголосовать за импичмент.

На следующий день после провала попытки импичмента Съезд народных депутатов назначил на 25 апреля всероссийский референдум по четырём вопросам — о доверии президенту Ельцину, об одобрении его социально-экономической политики, о досрочных выборах президента и о досрочных выборах народных депутатов.

Результаты референдума были однозначными.

Доверяете ли Вы Президенту Российской Федерации Б. Н. Ельцину? (58,7 %, ответивших «да»)
Одобряете ли Вы социально-экономическую политику, осуществляемую Президентом Российской Федерации и Правительством Российской Федерации с 1992 года? (53,0 %, ответивших «да»)
Считаете ли Вы необходимым проведение досрочных выборов Президента Российской Федерации? (49,5 %, ответивших «да»)
Считаете ли Вы необходимым проведение досрочных выборов народных депутатов Российской Федерации? (67,2 %, ответивших «да»)

Скандальные депутаты, Хасбулатов и Руцкой всем надоели.

Но Хасбулатов и Руцкой не сдавались.

Сидельцы Верховного совета не собирались покидать Белый Дом.

Хасбулатов продолжал провоцировать Ельцина: «Власть в России – это я и Руцкой. Ельцин – никто».

Вот тогда-то Елицин и подписал указ № 1400, предписывающий на основании результатов референдума прекратить деятельность Верховного Совета и Съезда народных депутатов, и назначить на 11—12 декабря выборы в Федеральное собрание Российской Федерации.

Но Зорькин не сдавался. Он собрал Конституционный Суд в ночь с 21 по 22 сентября установил в выступлении Ельцина и указе 1400 наличие оснований для отрешения президента от должности.

Тут же Хасбулатов постановлением Верховного Совета объявил о прекращении президентских полномочий Ельцина и о временном переходе полномочий к вице-президенту Руцкому.

Хасбулатов объявил о созыве 22 сентября еще одного X (Чрезвычайного) Съезда народных депутатов. Кворума, для которого требовалось 689 депутатов, на Съезде не было. Тогда Хасбулатов принял решение лишить депутатского статуса тех, кто не явился в Белый дом, после чего объявил о достижении кворума.

Этот «съезд» принял постановление об отрешении Ельцина от должности.

А «депутаты» не без помощи активных маргиналов с красными флагами и со свастиками приступили к погромам на улице и в здании мэрии Москвы и попытались штурмовать телецентр Останкино.

Ельцин вынужден был объявить о введении чрезвычайного положения и дал приказ о штурме Белого Дома.

В феврале 1994 года погромщики были выпущены из тюрьмы согласно постановлению Государственной Думы об амнистии.

Все они согласились на амнистию, хотя и не были осуждены.

И до сих пор продолжают морочить всем голову, что защищали конституционный строй.

Зря мы их тогда простили, надеясь на их раскаяние.

[Виталий Третьяков]

http://www.echo.msk.ru/blog/v_tretyakov/1162692-echo/
23 сентября 2013, 06:40
Указ 1400 был антиконституционен, на что сразу же указал Верховный Совет России, а чуть позже - Конституционный суд своим специальным решением.
В стране к тому моменту существовало двоевластие, которое легитимным путём убрать было невозможно.

Так как Верховный Совет сдаваться на милость Ельцина не собирался, тот понимал, что каждые лишние сутки физического сохранения Верховного Совета приводят к падению легитимности (в глазах народа) власти Ельцина и к истеканию власти из его рук.

Народу (населению) равным образом были противны обе силы - и Ельцин с его окружением, и руководство Верховного Совета.

Посему народ фактически самоустранился от этой борьбы - он не поддерживал ни тех, ни других. Он просто наблюдал.

Ключевыми были позиции губернаторов и армии. Губернаторы в большинстве своём затаились и выжидали. Армия в массе своей заняла ту же позицию, что и население в целом, но верхушка армии (генералитет в главе с Грачёвым) понимала, что победа Верховного Совета грозит им массовыми отставками.

В этих условиях победа той или иной силы обеспечивалась только силовым путём,на который после некоторых тактических ходов (в частности, перекупка части наиболее известных и авторитетных членов Верховного Совета) Ельцин, почувствовавший, что ещё два-три дня - и полнота власти перейдёт к Руцкому и Хасбулатову, и пошёл.

Были устроены соответствующие провокации. В Москву откуда-то были завезены снайперы.

Далее - расстрел здания законно избранного парламента (Съезда народных депутатов и Верховного Совета). Народ безучастно и равнодушно за этим наблюдал.

Силовой вариант сработал.

Я в то время выступал за нулевой вариант - отставка Ельцина и роспуск Верховного Совета с досрочными президентскими (но без участия Ельцина) выборами и парламентскими выборами.

До сих пор считаю, что это был бы лучший для страны вариант.

Между прочим, если кто не помнит, Ельцин, выпуская указ 1400, обещал устроить вслед за выборами в Государственную думу, а именно - летом 1994 года досрочные президентские выборы. Но потом об этом своём обещании "забыл".

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5247DFE8F2F62
http://www.kasparov.ru/content/materials/451FBB4182D1F.jpg

29-09-2013 (12:20)
Легитимность создает победившая революция
Что Квизац, что Хадерах
Что барон Харконнен,
Лишь бы сакля был в горах
И червяк накормлен...
Частушка, найденная на форуме "Дюны"
Мне очень не хотелось влезать в полемику о событиях двадцатилетней давности, но, видимо, читатели ждут от меня моих оценок. Постараюсь быть лаконичен. Вот мои тезисы.
Революция — это всегда и разрыв легальности, и создание новой легитимности.
Во время революции говорить о соблюдении конституционной легитимности смешно, потому что она и направлена на ликвидацию системы, освященной действующей конституции.
Тут формальная западня для юриста-зануды, ибо трудно найти фиксированные временные точки, когда конституционность уже можно нарушать, а когда — уже нельзя.
Для правоведа такое положение — кошмар. Как для классического физика 19 века теории 20-го.
Я не разделяю позицию, например известного леводемократического историка Александра Скобова о том, что "расстрел парламента" должен так же глодать либеральную совесть, как "Тридцать проклятый" — совесть левых. Интеллигенции вообще-то полезно пострадать угрызениями своей теоретической совести. Пусть страдает.
Но надо учесть, что над нами довлеет клиповое сознание. У всех перед глазами картинка обстрела Белого дома из 4 танков. При котором никто не пострадал. Но это стало символом "либерального кровопускания". Больше всего жертв было при обстреле толпы, осадившей Останкино в ночь на 4 октября. Этой картинки CNN не давало, поэтому она не стала символом действительно отвратительной бойни, запятнавшей те дни.
Теперь главное — если бы российские ультраправые (только в России антибуржуазных сторонников феодальной реакции и реставрации империи могут именовать "левыми"), по недоразумению именуемые "левыми патриотами" не были бы апологетами сталинского террора, то "партии Ельцина" трудно было бы найти такую общественную поддержку в борьбе со своими оппонентами.
В октябре 1993 явился призрак тоталитарного переворота, аналогичного перевороту Ленина-Троцкого за 76 лет до того. Государство имело право — моральное и историческое право — не пустить апологетов сталинского террора к власти любым путем, точно также как западногерманское государство имело право и даже обязанность не пустить к власти апологетов гитлеровского террора. Мало того, прояви оно слабость перед реваншистами, Западная Германия была бы немедленно реоккупирована союзниками.
Для меня сторонник Большого террора и сторонник холокоста евреев, цыган и геев — морально равны, и одинаково не имеют право иметь доступа к политике. Любой ценой.
Думаю, никто бы в современном мире не стал бы возражать, если бы в марте 1933 года, обвинив Гитлера и Геринга в провокации с поджогом Рейхстага, рейхсвер бы разогнал нацистов и штурмовиков и вернул к власти фон Шлейхера с его диктаторскими замашками и планом "рузвельтовских" реформ. Хотя это и нарушило бы Веймарскую конституцию и волю германского избирателя. О чем бы и сейчас возмущенно писали некоторые деятели в Большой Германии (в границах 1937 года).
К событиям сентября 1993 года нельзя подходить с традиционной меркой легитимности мирного времени. Во время революции легальность всегда "плавающая".
То, что отрезок времени с 20 августа 1991 по 20 сентября 1993 был революционным, тогда не отрицали ни сторонники, ни противники августовской революции. Октябрь 93 был контрреволюцией по отношению к Августу 91, точно также, как Октябрь 17 — по отношению к Февралю (который был продолжение "Освободительного движения 1905-06").
Но победи Руцкой, он назвал был свой Октябрь победоносным завершением Августа — победой над ельцинской реакцией.
Гламурная версия о том, что 19-22 августа Ельцин и демократы защищали советскую конституцию и законную власть президента Горбачева имеет такую же педагогическую ценность, как рассказ детсадовцу о нахождении детей в капусте. 20 августа 91 года в России началась антикоммунистическая антиимперская революция, аналогичная — с поправкой на бескровность — событиям в Венгрии осенью 1956 года. События в марте 1917 тоже внешне были защитой законно избранной Думы от царского произвола. С советской точки зрения ГКЧП был также легитимен как свержение Хрущева в октябре 1964. Страной правят ЦК КПСС и КГБ. Генсек может чудить, объявляя себя на американский манер президентом, но это не оспаривает право Политбюро ЦК и ГБ его смещать. Поэтому августовская революция была борьбой с КПСС и "советской нахлобучкой" над Российской Федерацией.
Поэтому в октябре 1993 года была не "защита конституции", а свержение либералов, разрешивших союзным республикам "распуститься" и пустившим приватизацию в обход контроля традиционной номенклатуры. Неудавшееся революция, как это определил еще чилийский поэт Пабло Неруда, именуется мятежом. Поэтому ГКЧП — путчисты, Руцкой и генерал Макашов — мятежники, а Ельцин — революционер. Поэтому Ленин — революционер, а генерал Корнилов — мятежник. Играть словами бессмысленно.
20 лет назад во имя "защиты Белого дома" объединились самые наивные идеалисты и самые чудовищные реакционеры.
Победа Руцкого и Макашова означала гиперинфляцию, антилиберальный террор и войны с Украиной, Казахстаном, Грузией и в Чечне. Победа Ельцина обошлась монетизацией и войной в Чечне.
Спор был о выборе двух режимов личной власти — либо Ельцин (и Коржаков), либо Руцкой (и Макашов).
Рассуждения о гипотетическом расцвете парламентаризма под эгидой Хасбулатова напоминают о перспективах расцвета нравственности под эгидой Мизулиной.
Еще раз о легитимности. Установление нового конституционного порядка было принято всеми политическими силами России. Все оппоненты Ельцина — "левые патриоты", "правые патриоты", "левые демократы", "правые демократы" — признали законность выборов 12 декабря 1993 года (ибо в них участвовали) и законность их результатов.
Кровавый конфликт 93 года был запрограммирован в декабре 91-го. Руководство Верховного Совета, в ноябре 91-го санкционировавшее резкие либеральные реформы в чрезвычайном режиме, уже в январе 92-го демагогически выступило против них. Потом на их сторону перешел председатель тогдашнего Конституционного суда Зорькин. С формальной точки зрения, Съезд, фактически наделенный правами учредительного собрания, мог в любой момент не только свергнуть правительство, но и лишить Ельцина любых значимых полномочий. Что и намечалось на ноябрь 93-го. А потом Борису Николаевичу пришлось бы досиживать в нынешнем статусе Саакашвили, бессильно наблюдая как бросают в тюрьму его сподвижников и хоронят его реформы. Ельцин с таким был не согласен и подготовил свой вариант конституции. Это вариант поддержал весь истеблишмент кроме "партии советских Советов". В результате у Ельцина был проект конституции на руках -— при полной невозможности его принять. Роспуск парламента и конституционный референдум были единственными выходами. Верховный Совет этого не хотел. Обойти его, соблюдая процедуры, было невозможно. Руцкой и Хасбулатов явно заявили, что на попытку роспуска Съезда ответят революционно. Такой красивый вариант, как "замораживание" Съезда и выборы Учредительного собрания (предложенный Ельциным в марте 1993 года в Указе об особом периоде управления страной) был заблокирован Зорькиным. Машина смерти была запущена.
Одновременные выборы Думы и президента означали бы, что в декабре 98 был бы избран президентом Лужков. Возможно, что вместо второй чеченской была бы первая крымская.
И смертельная схватка между сторонниками и противниками либеральных реформ, и стремление послереволюционного государства найти отдушину в "победоносной войне" были запрограммированы. Можно было поменять месяцы гражданских конфронтаций и географию "восстановления конституционного порядка" ("целостности российского народа"). И еще фамилию диктатора.

[Сергей Пархоменко-кук]

http://www.echo.msk.ru/programs/sut/1165190-echo/#element-text

Но, конечно, основным сюжетом сегодняшней своей программы я хотел сделать не это, а, конечно, я хотел продолжить тот разговор, который произошел здесь, в частности, на протяжении предыдущего часа, когда здесь, в студии, был Сергей Александрович Филатов. Конечно, это неизбежно вот в эти дни 20-летия событий сентября и октября 93-го года, разговоров этих будет все больше и больше. У меня фактически нет другого выхода. Моя следующая программа придется ровно на 4 октября. К этому моменту уже столько будет всего сказано и так будет эта тема уже разобрана и размята, сказал бы я, что, может быть, мне уже и не стоит 4-го к ней обращаться. Поэтому я сейчас все-таки скажу какие-то вещи, которые кажутся мне важными.

Тем более, что я вижу, что вот при помощи смсок у меня спрашивают, изменилось ли за 20 лет мое мнение о событиях, которые произошли в сентябре-октябре 93-го. Я на это отвечу вот что: знаете, а у меня нет на этот счет никакого мнения, у меня есть на этот счет знание, и я опираюсь здесь не на какие-то там свои предположения, а на то, что я видел своими собственными глазами, слышал своими собственными ушами, в чем я непосредственно участвовал в то время как журналист, как репортер большой ежедневной газеты и одновременно репортер крупного мирового агентства. Я работал тогда на агентство «France-Presse», а также на газету «Сегодня».

И я был в гуще событий, я очень много писал об этом, я очень много знал об этом и очень со многими участниками этих событий разговаривал непосредственно и наблюдал их, что называется, в деле. И, собственно, самые острые дни конца сентября – начала октября 93-го года я провел внутри Белого дома. А самый страшный день, 3-4 октября 93-го года, я провел в Кремле, по большей части, между прочим, в приемной того самого Сергея Александровича Филатова. Его, правда, не было в кабинете, он более-менее все время сидел у Путина, а я вот был у него в приемной. Не потому, что я там скрывался, а потому, что там был работающий телефон, и можно было с этого телефона работать и передавать разные свои наблюдения о том, что происходило в этот момент в Кремле. Я потом написал большую статью об этом, о том, как этот день и эту ночь прожили, собственно, в Кремле, в Администрации Президента Российской Федерации, в ближайшем окружении Бориса Ельцина. Писал о том, что там была большая растерянность, писал о том, что события развивались во многом без контроля оттуда, что во многом они развивались, так сказать, стихийно, что там довольно в значительной мере ориентировались о том, что происходит в стране и в городе, по телеканалу «CNN», который был включен фактически во всех кабинетах. И, конечно, впечатление это производило довольно тяжелое.

И моя статья была тогда запрещена цензурой. Вот многие уже забыли про это, что в первые дни после 3-4 октября был создан такой цензурный комитет во главе с тогдашним вице-премьером Владимиром Филипповичем Шумейко. Он впоследствии был довольно долгое время главой Совета Федерации, но вот в то время он был вице-премьером. Комитет этот просуществовал буквально три или четыре дня. За это время он успел запретить несколько статей. Вот мою статью в газете «Сегодня», он запретил вот этот самый репортаж о том, что происходило в Кремле, и статья эта вышла спустя несколько дней все равно в газете «Сегодня». А вот в тот день, когда она должна была быть напечатана, там появилось белое такое пятно на месте моей статьи. И еще, что очень интересно и что очень, по-моему, важно и характерно, еще была запрещена маленькая заметочка, которую несколько газет собирались опубликовать. Вот и газета «Сегодня», газета «Известия», «Независимая газета», я помню, «Общая газета», в то время существовавшая еще. Многие помнят, что такое «Общая газета».

Так вот, еще одно было небольшое белое пятнышко на первой странице – на этом месте должно было быть опубликовано такое обращение к президенту Ельцину, подписанное огромным количеством журналистов, причем известных, популярных, очень влиятельных в то время журналистов – я, кстати, тоже подписывал это обращение – с просьбой не трогать коммунистические газеты, не закрывать газеты, которые продемонстрировали свою, не побоюсь этого слова, звериную сущность во время этого путча. Ну, там, в частности, руководимую Прохановым газету «День». Это он сейчас такой сидит пьяненький здесь вот у нас в студии и куражится над Мариной Королевой, а в тот момент он выглядел, так сказать, гораздо более помятым, потому что дела его были плохи. Ну, вот журналисты, я в том числе, попросили его не трогать, как-то пожалеть его, оставить его в покое, как-то пускай делает свои кошачьи делишки дальше. Мы как-нибудь с ним сами разберемся. Вот смысл текста был такой, что давайте мы как-то в честной конкуренции эти бессовестные издания победим и, так сказать, прогоним с рынка. А, вы, пожалуйста, не трогайте их, не лезьте, не репрессируйте, не запрещайте. Мало кто про это помнит. А между тем, это было, и, между тем, это очень важный такой был знак тогдашней ситуации.

Вот многие помнят письмо известное под названием «Раздавите гадину», подписанное большим количеством разных деятелей культуры, актеров, писателей. Действительно, оно было написано в минуту отчаяния и в минуту очень большой опасности, в тот момент, когда город, в сущности, был захвачен бандой каких-то подонков, приехавших в Москву повеселиться. Про это я скажу чуть позже. А вот этого, этой истории про журналистов, которые не хотели репрессий против своих коллег, даже продемонстрировавших свою абсолютную какую-то бессовестную и продажную трусливую сущность в эти тяжелые для страны и для столицы дни, вот этого почему-то никто не помнит. А зря, помнить про это нужно.

Так вот, я хотел бы сказать, что я слишком много тогда видел своими глазами разных событий, чтобы сегодня говорить о каких-то мнениях, каких-то впечатлениях, ощущениях, каких-то интерпретациях и так далее. И когда у меня спрашивают, что я думаю о расстреле парламента, я всегда отвечаю на это встречным вопросом: назовите мне одно имя депутата российского парламента, который пострадал в результате этого расстрела. Ну, мне как-то всегда казалось, что если есть расстрел, если произошел расстрел, то должны где-то быть расстрелянные. Где вот эти расстрелянные парламентарии? Их можно вот по именам? Можно вот как-то золотыми буквами выбить их имена на черном траурном мраморе? Где они все?

Я знаю о том, что там нескольким депутатам тогдашнего российского Верховного Совета в тот момент, когда их в мокрых штанах вынимали из этого Белого дома, набили морду сильно. Это я знаю, это было, это правда. И сожалею я только об одном: что меня там рядом не оказалось, я бы с удовольствием поучаствовал в этом набивании им рожи. А вот раненных среди них я не видел, и их нет. Убитых среди них нет тем более.

Поэтому не нужно никогда больше рассказывать мне, видевшему это все своими глазами, про расстрел парламента, никакого расстрела парламента не было. Была вынужденная попытка освободить здание, где ранее помещался парламент, от разного рода сброда, который туда набился за последние несколько дней до, собственно, вот этой вот печальной развязки. И это был сюжет, о котором я писал тогда по своим собственным наблюдениям, проведя много времени в Белом доме и наблюдая это все своими глазами. Что контроль был утерян, что люди, которые считаются вождями этого путча, Хасбулатов, Руцкой, Макашов и целый ряд других людей, они на самом деле ничего не контролировали. Они сидели тихо, как мыши, по своим кабинетам и боялись оттуда высунуться даже в коридор. Потому что по коридору ходили пьяные твари с оружием, заряженным оружием, снятым с предохранителя оружием, держа палец на спусковом крючке, и могли стрельнуть в любую секунду. И это, в общем, было довольно страшно, особенно по ночам. Потому что на кого ты наткнешься и насколько сильно этот человек нажрался, который выходит тебе навстречу с автоматом в руках, этого ты никогда предвидеть не можешь.

Этот сброд явился в Москву из самых разных уголков нашей многострадальной родины: из Абхазии, из Приднестровья… Были там ветераны сербской войны, были люди, прошедшие через всякие кавказские конфликты и на этом, в общем, во многом утратившие разум. Они все собрались в Москву, потому что им показалось, что пришло время как-то повеселиться, покуражиться. Ну, они и куражились.

И люди видели это своими глазами. Видели избиение полиции, видели бегство полиции, видели рейд в Останкино на грузовиках, видели взятие здания мэрии, которое было через улицу от Белого дома, видели пресс-конференции Руцкого и, скажем, его помощника. Был такой человек, очень популярный в то время среди прессы, он до сих пор жив-здоров. Его звали Андрей Федоров, он был помощником Руцкого, который, там, собирал журналистов и говорил им доверительно, конфиденциально, что, ну, поскольку вы знаете же, что у нас есть некоторое количество переносных зенитно-ракетных комплексов, а напротив, вот через улицу, в гостинице «Мир»… гостиница «Мир» - это такое здание за спиной у здания СЭВ, нынешнего здания мэрии. Напротив гостиницы «Мир» сидит штаб, который планирует, значит, всякие операции против нас, сидящих в Белом доме. И мы знаем, на каком этаже они сидят, в каких комнатах они сидят, мы знаем, где окна этих комнат. Ну, вот мы дождемся сейчас, пока у них там начнется собрание, да и… Дальше он употреблял глагол такой особенный, такой очень сочный, выразительный. Да и... по этим окнам из этих вот наших зенитно-ракетных комплексов. Ну, и как-то потом этих всех участников штаба… будут ложками как-то мясо их выгребать из этих помещений.

Ну, вот много такого было. Кончилось это все знаменитым разговором Руцкого по телефону с Валерием Дмитриевичем Зорькиным, тогдашним, а теперь опять нынешним председателем Конституционного суда. Вы помните эту знаменитую сцену, когда он сидел и говорил, что «Валера, **тыть, - это цитата, - ты ж верующий…» Так это ровно было сказано, я тут… знаете, из песни этой слов не выкинешь. Валера, ты ж верующий, там, и так далее, спасай, помогай. Потом он же обращался, там, к каким-то загадочным летчикам, чтобы они бомбили Кремль, и всякое такое прочее.

Я это все видел, и не надо рассказывать мне про расстрел парламента. Не было никакого расстрела парламента, было освобождение здания парламента и прилегающих к нему незначительных территорий.

Помню я еще другую сцену. Дело в том, что я жил в то время неподалеку, я жил ровно вот на углу Садового кольца и Нового Арбата, как раз над тем местом, где в 91-м году в тоннеле – москвичи знают хорошо это место – погибли несколько молодых людей нелепо под колесами БМП. И из окна моего очень хорошо было видно Садовое кольцо, открывалась такая длинная широкая перспектива вот на эту часть Садового кольца, которая в этом месте называлась улицей Чайковского (теперь это Новинский бульвар), и на Смоленскую площадь. И я видел буквально, собственно, за два дня до этого… какого это? 1 октября, да, происходило? Когда была построена большая баррикада, сложены были старые какие-то автопокрышки, автопокрышки эти горели, и возле этих автопокрышек убивали милиционеров. И я помню своего сына Петю, которому было в этот момент, соответственно, 11 лет, и вот он стоял у этого окна, смотрел на это. И в какой-то момент он закричал: «Они его сейчас убьют!» И я его оттаскивал от этого окна, для того чтобы он не видел, как они его сейчас убьют. Они его и убили, этого милиционера. Какими-то железными арматуринами долбили его, долбили, и убили. Вот.

Так что, это я видел. И стрельбу болванками по верхним этажам Белого дома, где заведомо никого не было, я тоже видел. И вынимаемых за шиворот из подвалов Белого дома Хасбулатова с Руцким я тоже видел. Много чего я тогда видел. И я все это помню. Понимаете, штука заключается в этом. Я об этом не думаю, а я это знаю. Вот понимаете разницу? И когда мне приходится писать об этом где-нибудь в интернете, то достаточно часто меня спрашивают: а где ваши?.. пришлите ссылочку, пожалуйста, - говорят мне. А я им на это отвечаю: я сам ваша ссылочка, потому что я видел это сам, я знаю это сам. Спросите у меня. А когда вам придется на кого-то ссылаться, на меня и ссылайтесь.

Это была первая половина программы Сергея Пархоменко «Суть событий», а через 3-4 минуты, после новостей, мы с вами продолжим отчасти этот же самый разговор. Спасибо.

НОВОСТИ

С. ПАРХОМЕНКО: 21 час и 35 минут в Москве, это вторая половина программы «Суть событий», я Сергей Пархоменко. Номер для смс - +7-985-970-45-45, +7-985-970-45-45, Сайт www.echo.msk.ru – заходите, там есть видеотрансляция, там есть возможность посылать мне сообщения, там есть возможность голосовать в кардиограмме прямого эфира – там есть много всяких прекрасных возможностей. В общем, вас там ждут, на этом самом сайте.

Я заговорил о 93-м годе, и, конечно, смски полились рекой. В общем, меня, конечно, они очень радуют. Я, откровенно говоря, не ожидал, что будет такой перевес людей, которые поддерживают меня в том, что я говорю. Но, тем не менее, вот смотрите, буду читать вам подряд. Смска №1193: «Сегодня я подписываюсь под каждым вашим словом. Нелли». Смска №1194 – чуть позже я отвечу на нее несколько подробнее. Смска №1200 (где промежуточные – не знаю): «Я тогда состоял в «Демвыборе России», сейчас я простой провинциальный мужик. Уверен: Ельцин болванками остановил бойню. Александр, Смоленская область». Следующая: «Вы сказали, вы были в Кремле, а Филатов был у Путина. Это в октябре 93-го? Это оговорка? По кому?» Да по Фрейду, по Фрейду оговорка (смеется). Разумеется, он был не у Путина, а у Ельцина. Ну, знаете, поскольку я, когда произносил это, думал по-прежнему про подписанный сегодня вот этот треклятый закон о конфискации российской науки, вот и оговорился. Нет, ну, у Ельцина, конечно же, конечно же.

Следующая. Да, опять пишут, оговорка, в кабинете у Путина, события 93-го года… У Ельцина, разумеется. «А убитых ментами и прочей наемной мразью людей тоже не было?» Не видел. Вот не видел, и все. Видел, как были и убивали милиционеров. Это видел. Убитых ментами и прочей наемной мразью – не видел. Есть доказательства? Предъявите.

Дальше признание в любви от Натальи. Спасибо большое, Наталья, вы мне тоже очень нравитесь. Я, правда, с вами не знаком.

«Были погибшие среди людей на улице и в кольце. Мой дядя Дмитрий Фадеев погиб», – пишет Даниил. Да, были такие люди, и довольно много. Значительное количество людей поразительным образом… это абсолютно была не объяснимая ни с какой точки зрения… такой странный эффект, когда люди пошли смотреть. Я для себя это объясняю тем, что люди предыдущие несколько дней очень боялись, и они пошли смотреть на освобождение, они пошли смотреть на то, как их избавляют от этой страшной смертельной угрозы, под давлением которой они прожили последние несколько дней. Там было довольно много людей, пришедших, например, с колясками, с детьми, или пришедших, например, с собаками, из чего я заключаю, что это люди, которые жили вокруг. Ну, не поедет с коляской человек через весь город, правда? Что это люди вот из окрестных кварталов. Они, конечно, насмотрелись за предыдущие несколько дней. Вот я так объясняю этот массовый выход. Среди них было немало раненых, среди них были и убитые, потому что реально происходила перестрелка, стреляли изнутри, стреляли внутрь Белого дома.

Я еще раз подчеркиваю, что история про стрельбу танками по окнам, она хорошо известна. Известно, чем стреляли, известно, куда стреляли. Стреляли как бы не по случайным окнам, а по тем, о которых было точно известно, что там никого нет. Поэтому по верхним этажам, хотя прекрасно знали, что люди, которых надо было выбивать из Белого дома, сидели, наоборот, на первом этаже, втором этаже и в подвале. Известно было, где они, потому что в Белом доме достаточно было людей, которые могли передать изнутри, где кто находится. И немало было, так сказать, сочувствующих там тем, кто организовывал это выкуривание. Так что, знали все, с точностью до каждого конкретного человека.

«Назовите фамилию хотя бы одного бойца, погибшего в 41-м под Москвой. Не сможете». Ну, сейчас наизусть не смогу, потому что из моих родственников никто не погиб в 41-м под Москвой, мои родственники погибали, или были ранены, или, там, контужены – у меня много есть в моей семье людей, прошедших через войну – в других местах. В 41-м под Москвой ни один из моих родственников не погиб. Но желающие могут найти эти списки, найти их, например, благодаря «Мемориалу», крупнейшей российской некоммерческой и неправительственной организации, которая занимается, в частности, созданием вот этого вот военного мартиролога и сбором людей, погибших во время репрессий и во время Отечественной войны. Это та самая организация, которую путинское государство – тут уж я не оговариваюсь, не ельцинское государство, а путинское государство – пытается сейчас закрыть и пытается как-то без них обойтись и как-то, по возможности, саботировать и парализовать их работу.

«Я видел, - пишет мне Александр, - как стреляли из этих комплексов по соседнему зданию. Я приехал тогда из Смоленской области». Ну, вот а я не видел. Мне, честно говоря, казалось, что эти комплексы так и не были использованы.

«Спасибо, Сергей, я тоже это все, хоть и по ящику, видел и помню. Юра из Санкт-Петербурга». «И я помню, господин Пархоменко, помню так же, как и вы. Света». Ну, вот и так далее. Вот, собственно, подряд.

Я пропустил одну смску, это была смска вот какая. Сейчас, я ее найду, найду снова. Вот она. Я вам сказал, что я к ней вернусь. Иван из Москвы мне пишет: «Я горжусь, что назло уральскому алкоголику и верующим в него лохам голосовал «Нет-нет-да-нет» в референдуме 93-го года». Ну, мне совсем не нравится это злорадство Ивана, и я совсем не поддерживаю его позицию, и не одобряю слова, которые он здесь произносит, но отчасти благодарен ему за то, что он… у него как-то память какая-то все-таки есть. Это человек не безмозглый и не беспамятный, а наоборот, человек, хорошо удерживающий события этого 20-летия.

Да, очень смешно бывает. Хотя что там смешного? На самом деле очень трагично видеть и слышать людей сегодня, которые говорят: вот 21 сентября президент Ельцин внезапно, без объявления войны отменил российскую Конституцию, нарушил свою присягу, упразднил парламент и совершил государственный переворот. Друзья мои, чего ж тут внезапного и без объявления войны-то, когда на протяжении года перед этим происходил напряженнейший, сложнейший и ожесточеннейший политический кризис? Смысл которого заключался в том, что парламент и Съезд народных депутатов во главе с Хасбулатовым последовательно обманывал своего политического соперника, день за днем, и делал это демонстративно, открыто, нагло, весело и громко. Смысл был очень простой. Поскольку для того, чтобы происходил какой-то политический диалог, и в стране происходили какие-то политические события, необходима законодательная база… ну, ничто в государстве на политическом уровне не происходит беззаконно, все должно опираться на какую-нибудь букву, на какой-нибудь текст, на какие-нибудь писаные правила.

Так вот, выясняется, что когда в этом противостоянии одна из сторон имеет право непрерывно эти правила переписывать по ходу дела… Ну, вот представьте себе игру шахматы, где одна из сторон имеет право говорить: так, а сейчас конь ходит не буквой Г, а буквой П. А слон ходит не по диагонали, а перепрыгивает через три клетки налево и назад. А пешки имеют право делать по два хода подряд. А короля, при желании, можно снять с доски, спрятать в карман, а на следующий ход поставить обратно на произвольное поле. И вот и играй с ним в шахматы после этого, когда он непрерывно, на каждом ходу что-нибудь выдумывает.

Вот так была устроена российская политика волею руководителей тогдашнего российского Верховного Совета и российского Съезда народных депутатов. Они совершенно измордовали Конституцию, абсолютно ее истрепали и превратили ее в набор какой-то жеваной бумаги тысячами поправок. Они вытворяли абсолютно, что хотели и бесконечно нарушали свои обязательства. И действительно, было много предложений в то время из Кремля, им там пытались пожертвовать правительство, и в какой-то момент его пожертвовали, или отдельных лиц из правительства. В какой-то момент был объявлен референдум, в этом референдуме были те самые вопросы, которые Верховный Совет хотел. И в этом референдуме, результат этого референдума оказался совершенно в пользу президента Ельцина.

Я напомню, что там было четыре вопроса, это, да, знаменитый тот самый референдум «Да-да-нет-да».

Слушайте, тем временем, у меня спрашивают: «Это от болванок горел Белый дом?» Да, от болванок горел Белый дом. Давайте вы выстрелите в кого-нибудь, или, точнее, во что-нибудь, в какое-нибудь сооружение выстрелите металлической болванкой из танкового орудия – увидите, как оно горит. Да, а от чего же еще? Она же раскаляется в ходе этого выстрела. Она же не холодная туда прилетает, товарищ.

Да, так вот, референдум «Да-да-нет-да» в апреле 93-го года. Никто про него не помнит, кроме «Да-да-нет-да», ничего от него не осталось. А между тем, там были содержательные вопросы заданы. А вопросы такие. Доверяете ли вы Президенту Российской Федерации? 58,7% сказали: да, доверяем. Одобряете ли вы социально-экономическую политику президента и правительства? 53% ответили: да, одобряем. Хотите ли вы досрочных – ну, я неточно формулирую вопрос, но смысл был совершенно такой – досрочных выборов Президента Российской Федерации? Меньше половины сказали, что да, хотим, 49,5%. Хотите ли вы досрочных выборов депутатов? 67,2%, больше двух третей сказали «да». И? И что после этого референдума произошло? А ничего не произошло еще полгода. Еще полгода трепания и прожевывания Конституции.

Так что, если вы хотите разговаривать не про стрельбу, а про политику, если вы хотите разговаривать про указы, вот про это все… а многие из вас, я вижу, хотят разговаривать. Да, Дмитрий, да, Дмитрий из Москвы, пожар тоже от болванок начался. Вы плохо учили в школе физику. Вернитесь к учебнику физики за, я думаю, 6-7 класс, почитайте, что там написано. И узнаете, почему кусок железа, выстрелянный из танковой пушки, когда куда-нибудь прилетает, там это зажигает, особенно если там есть, например, работающая электропроводка, что тоже сыграло свою роль. Да, Дмитрий, от болванок случился пожар. А от чего же еще?

Вот. Так что, никто более-менее не помнит про этот референдум, а надо бы про него помнить. И помнить про огромное количество разных других попыток решить этот конфликт миром. Никто не помнит, например, о той страшной роли, которую сыграл во всей этой истории Валерий Дмитриевич Зорькин, человек, который был после этого с позором изгнан из Конституционного суда, с поста председателя Конституционного суда. А потом спустя несколько лет сумел обратно добиться своего избрания на пост председателя Конституционного суда. Какую страшную он сыграл роль, приняв тогда одну из сторон и попытавшись, так сказать, взять штурвал на себя, решив, что он и есть тот мессия, который сейчас как-то нас тут всех спасет и немножечко поуправляет Россией. Наговоривший тогда страшных, совершенно невыносимых для юриста слов. Человек крайне лицемерный, крайне коварный и, как тогда было абсолютно очевидно всем, кто вблизи наблюдал эту ситуацию, бессовестный. Мало кто про это помнит. Как-то ему это все простили, спустили, решили, что этого никогда не было, и вообще можно как-то этим пренебречь.

И вот тут я прихожу к одной важной истории. А давайте сравним политические нравы, которые существовали тогда, и те, которые сегодня.

Я не могу все-таки, тут у меня такое происходит на экране передо мной, я иногда вынужден на это отвлекаться. Александр спрашивает: «А где сейчас Хасбулатов, Руцкой, Макашов?» Да хорошо с ними все, с Хасбулатовым, Руцким, Макашовым. Они живы, здоровы, довольны, внуки их уважают, некоторых и правнуки. На улице их не бьют, когда вот они выходят, идут спокойно по тротуару, и никто не лезет им морду бить. Странно, правда? А, тем не менее, это так. Вот я, видимо, их всех увижу 30-го числа. В понедельник произойдет такой предпоказ одного документального фильма, который снят на эту тему. Очень противоречивые какие-то мнения об этом фильме. Ну, я пока судить не буду. Не видел, посмотрю сам. Вот говорят, что они там все будут. Вот повидаюсь со старыми знакомыми. Может быть, будет случай, обменяюсь с ними словами о том, что я думаю о том, что они сделали 20 лет тому назад.

Так вот, сравним те нравы между… политические нравы между теми временами и этими. Те, которые царили тогда, и те, которые царят теперь. Вот вскоре, практически сразу после событий сентября-октября 93-го года, когда вытащили насмерть перепуганных вождей этого движения, которые на самом деле никакими вождями уже не были, которые действительно совершенно утратили всякий руль, всякие возможности управлять этим, всякое влияние на развитие событий, а просто сидели и тихо сначала дожидались своей участи, а потом, кричали «Валера, ёптыть, ты ж верующий» на разные лады… Так вот, они были арестованы и над ними готовили большой политический процесс. В прямом смысле политический, потому что речь идет о крупнейшем политическом преступлении, об организации мятежа, причем в прямом смысле этого слова. Ни в каком-то там фигуральном, а вот это прямо реальный мятеж. Захвачена власть в городе, приостановлено действие органов власти, изгнаны, так сказать, служители правопорядка, происходят погромы. Мы это видели, там, на грузовиках въезжали в витрины того же самого здания мэрии, есть съемки этого всего. Поджоги. Мы это видели, вот я уже рассказывал, как я смотрел вместе с сыном из окна своего дома. Грабежи. Ездят по городу с оружием, пьют, бьют, бесятся. Настоящий такой мятеж, вот прямо без глупостей, что называется.

И вот над людьми, которые это организовали, частью намеренно организовали, частью допустили в результате, так сказать, своей какой-то глупости, бессовестности, готовится суд. И это политический процесс, несомненно. Проходит 20 лет, и в том же городе фактически по обвинению в том же, в мятеже, в поджогах, погромах, массовых беспорядках, нападениях на органы власти и так далее, готовится другой суд, другой политический процесс. Это процесс по делу 6 мая, который нам всем еще предстоит. По этому процессу значительное количество людей уже год с лишним, некоторые больше года, сидят в тюрьме и ждут своей участи. И, по всей видимости, их ждут, или, по меньшей мере, некоторых из них ждут настоящие большие тюремные сроки, настоящие большие приговоры за организацию массовых беспорядков, то есть, погромов, поджогов, избиений представителей власти при исполнении служебных обязанностей и так далее. Вот по одному и тому же обвинению два судебных процесса: в 93-м году и в 2013-м.

Как мы с вами знаем, первый процесс закончился, не начавшись. Он закончился амнистией, которая произошла в феврале 94-го года, все эти люди вышли на свободу. Более того, эти люди даже не были поражены, так сказать, в своих политических правах, они совершенно как ни в чем не бывало продолжали участвовать в политике, создавали какие-то политические объединения. Один из них был губернатором одного из российских регионов на протяжении многих лет – я говорю про Руцкого. Некоторые из них – я, например, говорю про Хасбулатова – преподают в государственных вузах, учат студентов тому, чего умеют, и тому, что знают. Все для них кончилось хорошо. Их простили, им сказали: идите, вы нам не страшны, мы вас не боимся, гуляйте. Вот.

А другой политический процесс, над людьми, которых обвиняют в этом же самом, он продолжается сегодня. Давайте сравним две эпохи. Давайте сравним два политических порядка. Давайте сравним двух президентов. Давайте сравним два парламента: тот, который весной 94-го года принимал решение об этой амнистии, и нынешний, который создает все более и более комфортные условия для суда, который готовит политический процесс по делу 6 мая. Давайте сравним два законодательства. Давайте сравним две судебных системы. Давайте сравним две прессы. Одну, которая писала об этих событиях тогда, которая, между прочим, поддерживала эту амнистию, которая защищала этих людей, говорила о том, что, да, для общественного климата, для политического развития России, для реформы, для движения вперед важно перевернуть эту страницу, забыть это, отпустить этих идиотов. Важнее не отомстить им, а двинуться дальше. И другую прессу, подхалимскую, услужливую, только и ждущую какого-нибудь приказания, только и ждущую, пока подпустят к ручке или, там, к плечику или еще какому-нибудь другому месту. Давайте сравним начало и конец этой политической эпохи, 93-й и 2013-й год, на примере двух этих политических процессов. Интересно, правда? Интересные можно сделать выводы. «Не забыли ли вы?..» - спрашивает у меня Дмитрий. Дмитрий из Москвы спрашивает меня, не забыл ли я, что В.В. (это имеется в виду Владимир Владимирович Путин) – «подарочек от вашего Ельцина». Да нет, не забыл. Да, и это, пожалуй, крупнейшая, грубейшая ошибка президента Ельцина, хотя ошибок в его карьере было немало. Я считаю, там, что чеченская война, пожалуй, сравнима с этой ошибкой. Хотя, пожалуй, вот этот выбор преемника покруче будет, посерьезнее.

Так вот, да, я это помню. Да, я считаю, что в том, что происходит сегодня, есть и вина Ельцина. Но в том, что совершенно обезумевшие от безнаказанности и просто от водки толпы людей в 93-м году не пошли грабежом от дома к дому и таки не захватили власть сначала в городе, а потом в стране, есть заслуга Ельцина. И я считаю, что, собственно, и то, и другое должно остаться в нашей истории, что все это уместилось в одном человеке: его решение, его ответственность за то, чтобы спасти город и страну в 93-м году, и его бессилие и его безответственность в 99-м. Да, это части одной политической карьеры, это части одного политического процесса, это части, если хотите, развития или деградации, назовите это как хотите, одной политической личности. Начинал так, точнее, на пике вот выглядел так, а закончил сяк. Потому что живые люди, потому что живая история, потому что очень многофакторный процесс, потому что очень много разных обстоятельств и разных людей в этой ситуации действует.

Много на самом деле споров о том, какова в реальности была роль Ельцина в 93-м году. Ну, вот, собственно, то, что я видел своими глазами в ночь с 3 на 4 октября, как раз говорит о том, что в какой-то момент инициатива ушла из его рук. Но я абсолютно убежден, что люди, которые в тот момент действовали… ну, в частности, значительную роль, несомненно, - об этом говорят все свидетели и участники событий, - значительную роль сыграл Виктор Степанович Черномырдин, тогдашний глава российского правительства. Значительную роль сыграл, как ни относись к нему, Павел Грачев, тогдашний министр обороны.

Так вот, я абсолютно убежден, что эти люди не стали бы брать на себя эту ответственность, если бы они не знали, что есть президент, который с ними ее, по меньшей мере, разделяет. А, может быть, и освобождает их от этой ответственности, принимая ее на себя.

Я не знаю, были ли там писаные документы. Я не знаю, прежде чем танки вошли в Москву, построились на мосту Кутузовском и начали стрелять по этим верхним окнам, я не знаю, получил ли Грачев бумагу от Ельцина – есть противоречивые сведения на этот счет. И сам Грачев, которого уже нет в живых, много раз говорил и то, и сё, и так, и сяк, одним – одно, другим – другое. Я не знаю. Но я знаю, что он чувствовал себя прикрытым Ельциным. А не был бы прикрыт, не сделал бы этого. Вот.

Так что, давайте с вами сравним две ответственности, сравним две мстительности, сравним две мудрости, сравним два политических масштаба. Сравним на примере двух этих процессов. Одного мятежа и другого мятежа. Одних мятежников и других мятежников. Одних амнистированных и других, про амнистию которых как-то только что-то такое врут на валдаях, а на самом деле играются, куражатся с этой амнистией и с этим процессом. Интересная, правда, параллель? Я бы хотел, чтобы вы задумались над этим. У вас есть на это суббота и воскресенье, когда можно про это глубоко и серьезно подумать.

А нам с вами предстоит еще, конечно, целая неделя этих разговоров, по меньшей мере неделя. А потом все опять постепенно затихнет и забудется. Так устроена политика в России, потому что так устроены вы, дорогие друзья, и так устроены ваши головы и ваша память.

Это была программа «Суть событий», я Сергей Пархоменко. До будущей недели, всего хорошего, до свидания.

[Александр Скобов]

http://grani.ru/blogs/free/entries/219494.html
28.09.2013

Расстрел парламента

Сергей Пархоменко нарисовал исключительно яркую, эмоционально сильную картину того, как по коридорам Белого дома слонялись пьяные твари со снятым с предохранителя оружием. Всякий сброд головорезов из завсегдатаев локальных войн (в Абхазии, Приднестровье, Югославии и т.д.), явившихся в Москву в расчете на то, что там можно будет повеселиться. А номинальные руководители Верховного Совета ничего не контролировали, сидели тихо, как мыши, по своим кабинетам и боялись из них нос высунуть.

Пархоменко упрекает тех, кто говорит о расстреле парламента, в том, что они забывают об этом и еще о многих других вещах, которые и создают «исторический контекст». Речь, однако, идет не столько о плохой, сколько об избирательной памяти. Вот и Пархоменко с удовольствием вспоминает о своих нереализовавшихся вожделениях поучаствовать в набивании рож депутатам, которых вынимали из подвала Белого дома с мокрыми штанами. Я же хочу напомнить несколько чисто медицинских фактов, которые тоже создавали этот самый исторический контекст. Возможно, они не доставят Сергею Пархоменко такого удовольствия, но все же вот эти факты.

Статья 6 закона «О Президенте РСФСР» гласила:

«Полномочия Президента РСФСР не могут быть использованы для изменения национально-государственного устройства РСФСР, роспуска либо приостановления деятельности любых законно избранных органов государственной власти».

Эта статья была воспроизведена в статье 121-6 российской Конституции. 9 декабря 1992 года VII Съезд народных депутатов постановил дополнить статью 121-6 словами: «в противном случае они (полномочия президента. - А.С.) прекращаются немедленно». Правда, уже через три дня Съезд постановил отложить вступление в силу этого дополнения до намеченного на весну референдума по проекту новой конституции. Но к весне проект готов не был, и открывшийся 12 марта 1993 года VIII Съезд народных депутатов отменил постановление об отсрочке. То есть дополнение вступило в силу.

Из этих медицинских фактов железобетонно следует, что не было никакого мятежа Верховного Совета. Были попытки сопротивления государственному перевороту, организованному бывшим президентом. До подписания указа 1400 бывшим. В 1991 году попытка переворота провалилась, и участники сопротивления этой попытке были признаны героями. В 1993 году переворот удался, а сопротивлявшихся ему объявили путчистами.

Игра в наперстки со словами и понятиями – это вообще любимое развлечение в постсоветской России. Отрицающие факт расстрела парламента требуют назвать им хоть одно имя расстрелянного члена парламента. Им непонятно, что расстрел здания парламента – это не просто расстрел здания? И несколько имен я могу назвать навскидку. Во-первых, Парламент как общественный институт. Полномочия его депутатов были прекращены не законом, а именно стрельбой из танков по зданию парламента. Во-вторых, Правовое государство. И наконец, жена императора Константина. То бишь Конституция.

Так вот о законе и Конституции. Верховный Совет имел конституционное право сопротивляться попытке переворота. В том числе и с применением силы. С использованием всех средств, оказавшихся под рукой. В том числе и завсегдатаев горячих точек. Да, то, что применение силы защитниками Верховного Совета было законно, вовсе не означает, что оно было правильно. Вполне возможно, что целесообразнее было сохранять моральное преимущество обороняющейся стороны и не переходить к наступательным действиям (атаки на мэрию и телецентр). Защитники Верховного Совета не смогли выдержать эту линию, что свидетельствует в пользу картины их полной неуправляемости, нарисованной Сергеем Пархоменко. Но если вы не хотите, чтобы по коридорам высшего органа государственной власти шлялись неуправляемые отморозки с оружием, не издавайте указов, растаптывающих Конституцию. Неуправляемые отморозки с оружием появляются там и тогда, где и когда рушится легитимность власти.

Всегда найдутся те, кто будет всегда оправдывать действия Ельцина. Доказывать их вынужденность. Говорить, что иначе все было бы намного хуже. Рисовать красочные картины, демонстрирующие, какие «плохие парни» примкнули к защитникам Верховного Совета. Мне отвратительны люди, оправдывающие переворот Пиночета. Но они, во всяком случае, не пытаются отрицать, что переворот был переворотом. И не называют путчистами оказавшую сопротивление перевороту личную охрану президента Альенде. Если бы сторонники Ельцина сказали «да, мы совершили государственный переворот и считаем это исторически оправданным», с ними хотя бы можно было бы спорить об этой «исторической оправданности». Но пока они называют переворот «законным подавлением путча», все их прочие слова будут восприниматься как ложь и манипуляция. Оскорбляющая и унижающая оппонента ложь и манипуляция. Можно вести диалог с заклятыми врагами. Его нельзя вести с жуликами.

А ведь диалог между теми, кто оказался по разные стороны баррикад осенью 93-го, жизненно необходим. Клеймо поддержки переворота 93-го года для либерального крыла оппозиции – это то же самое, что «проклятие 30-х» для коммунистов. Кстати, бурный ренессанс сталинизма приходится именно на период после 93-го года. Именно тогда оправдывать Сталина стало в России модным.

«Клеймо 93-го» – это клеймо создателей авторитарной системы, породившей путинщину. Может показаться, что Сергей Пархоменко убедительно парирует этот упрек, предлагая сравнить политические нравы того и нашего времени. Сравнить судьбу лидеров Верховного Совета и узников Болотной. Да, нравы были мягче, и в начале 94-го года власть была еще способна на примирительные жесты вроде амнистии. Еще была способна на предложения «перевернуть страницу и двигаться вперед». Правда, в судебном процессе она сама была не заинтересована по весьма прозаической причине. Еще неизвестно, как бы этот процесс повернулся. В любом случае, вопрос об антиконституционности ельцинского переворота встал бы на процессе во всей своей красе.

Впрочем, не это главное. Относительно мягкие политические нравы начала 94-го года были наследием периода до октября 93-го. Но переворот изменил, переломил вектор развития. И когда Сергей Пархоменко говорит: «давайте сравним начало и конец этой политической эпохи, 93-й и 2013-й год», это проговорка по Фрейду. Смрадный 2013-й – закономерный итог пути, начатого в 93-м. И не надо про ошибку Ельцина с войной в Чечне. Ее сделал возможным разгон Верховного Совета. Ведь первую попытку начать эту войну остановил тот самый Верховный Совет. И не надо про ошибку Ельцина с выбором преемника. Не было у Ельцина другого выбора. Не было потому, что и переворот 93-го, и «операция ''Преемник''» были двумя звеньями реализации одного и того же «проекта». Проекта «авторитарной модернизации», с энтузиазмом поддержанного всеми теми, кого «достало возиться с совковым быдлом». И не расставшись с этим багажом, невозможно победить путинизм.

[Svobodanews]

http://www.svoboda.org/content/article/25121094.html

Анастасия Кириленко

Опубликовано 29.09.2013 13:19
http://gdb.rferl.org/55BB33CC-57BA-4EFA-9C37-49BAD56BB445_w640_r1_s_cx0_cy8_cw0.jpg
Радио Свобода продолжает знакомить вас с мнениями и воспоминаниями участников трагических событий осени 1993 года в России. Экономист Андрей Илларионов весной 1992 – весной 1993 года занимал должность первого заместителя директора Рабочего центра экономических реформ при правительстве РФ. Участвовал в разработке программы правительства, утвержденной летом 1993 года. С апреля 1993 по февраль 1994 года – руководитель группы анализа и планирования при председателе кабинета министров России Викторе Черномырдине. В 1994 году основал Институт экономического анализа, который возглавляет до сих пор. С 2000 по 2005 год был советником президента России Владимира Путина по экономической политике. С 2001 года неоднократно и резко критиковал политическую стратегию и экономический курс российских властей. В 2012 году был избран в Координационный совет российской оппозиции.

Андрей ИлларионовАндрей Илларионов
– Как законодательная и исполнительная власть начали ненавидеть друг друга?

– Мне кажется очень правильной постановка вашего вопроса. В самом деле, в чем причина того, что разногласия, споры, ожесточенные дискуссии, даже оскорбления переросли в сентябре-октябре 1993 года в гражданскую войну на улицах Москвы, в реальное вооруженное противостояние двух, казавшихся тогда практически равными по силе, сторон? Такие выражения, как "вооруженный мятеж", которые часто приходится слышать, не являются ни корректными, ни объективными, они нацелены на создание в обществе негативного эмоционально-психологического восприятия одной из противоборствовавших сторон. Увы, то, что происходило, не может называться иначе, кроме как "гражданская война". В российской гражданской войне 1993 года (как и во многих других) есть несколько уровней и направлений противостояния.

Первый уровень – это столкновение исполнительной ветви власти с законодательной. В этом смысле события 1992-93 годов – это российская версия английской гражданской войны XVII века между королем и парламентом, французской гражданской войны между королем и депутатами Генеральных штатов, собравшимися в Зале для игры в мяч. Правда, в отличие от английского и французского аналогов, российская гражданская война завершилась победой "партии короля".

Российскую гражданскую войну можно представить и в виде войны между сторонниками различных политических взглядов. Это тоже будет правильно, но этот срез будет уже вторичным. Самый главный уровень противостояния – война между двумя законно избранными ветвями власти. Между парламентом, законно избранным под названием "Съезд народных депутатов России" в марте 1990 года, и президентом, законно избранным в июне 1991 года.

– Когда зародился этот конфликт?

– Мы точно знаем даты, приведшие к этой гражданской войне, даты, когда были нажаты спусковые крючки, запустившие пружины конфликта, ожесточенного противостояния, а затем и гражданской войны. Это 1 ноября 1991 года, 6 ноября 1991 года, 14 августа 1992 года, 14 декабря 1992 года.

1 ноября 1991 года V Съезд народных депутатов России принял Постановление о правовом обеспечении экономической реформы, предоставившее президенту Российской Федерации чрезвычайные полномочия сроком на один год. Тогда же, 1 ноября, Съезд народных депутатов утвердил руководителем российского правительства Ельцина Бориса Николаевича. Таким образом, оставаясь президентом, Ельцин стал еще и премьер-министром, сосредоточив теперь в своих руках все рычаги исполнительной власти.

Пользуясь этими полномочиями, Борис Ельцин 6 ноября 1991 года реорганизовал российское правительство и назначил первый круг его руководителей: первого вице-премьера Геннадия Эдуардовича Бурбулиса, двух вице-премьеров – Егора Тимуровича Гайдара и Александра Николаевича Шохина. В этот и в последующие дни были назначены министры российского правительства. Следует обратить внимание на самую главную особенность назначенного кабинета: ни одно лицо, кроме самого Ельцина, – ни первый вице-премьер, ни вице-премьеры, ни один из министров, ни один из других руководителей исполнительной власти, назначенных Ельциным, не проходили процедур заслушивания, обсуждения, утверждения в рамках парламента – ни в рамках Съезда народных депутатов, ни в рамках Верховного Совета (как известно, руководители исполнительной власти до сих пор не проходят соответствующих парламентских процедур).

Таким образом, начиная с 6 ноября 1991 года в России начало действовать правительство, не утвержденное парламентом. Ни члены правительства, ни правительство в целом не прошли процедур заслушивания, обсуждения, утверждения, являющихся неотъемлемыми элементами правовых демократических государств. Таким образом, мы точно знаем дату зарождения неправового недемократического авторитарного режима в России – 6 ноября 1991 г. В 1990-е годы этот авторитарный режим был еще относительно мягким, полуавторитарным, в 2000-е годы он стал жестким авторитарным. Таким же он остается и сейчас. Но дата его зарождения известна совершенно точно.

– Надежд не было с самого начала?

– Увы, с самого начала, с 6 ноября 1991 года. Прежде всего кабинет, назначенный Ельциным, получил полномочия и властные прерогативы только от Ельцина, он отчитывался перед Ельциным, зависел от Ельцина, его члены могли быть отправлены в отставку только Ельциным. Парламент в этой системе оказывался по сути лишним звеном, "пятым колесом в телеге", досадным довеском, осложнявшим жизнь исполнительной власти. С другой стороны, важной причиной конфликта, переросшего в гражданскую войну, стали различные правовые и идеологические воззрения, имевшиеся у представителей как исполнительной, так и законодательной власти. Когда члены правительства стали проводить политику, какую считали правильной, необходимой, нужной, они в своих действиях опирались на правовые полномочия и административные ресурсы, данные им президентом, а не парламентом. Парламент же искренне полагал, что правительство является, по крайней мере, частично, подотчетным Верховному Совету; что оно должно выполнять законы, принятые парламентом; что парламент имеет право и на слово, и на выражение своего мнения, и на воздействие на экономическую политику правительства.

Таким образом, коренная причина гражданской войны кроется в решениях начала ноября 1991 года. В дополнение к ее правовым причинам следует добавить решения, принятые на основе различных мировоззренческих представлений членов парламента и руководителей исполнительной власти. Практически с первых же заседаний российского правительства его члены, прежде всего Егор Гайдар и Анатолий Чубайс, стали готовить решения в обход парламента, втайне от него – мол, "вот это мы скроем от парламента", "вот это мы не скажем парламенту", "вот этого парламент не поймет" (Гайдар: "Мы предлагаем не связываться с обсуждением программы приватизации на Верховном Совете, иначе мы потеряем всю зиму. Мы предлагаем ее оперативно доработать и принять Указом Президента с тем, чтобы потом вынести на Верховный Совет" – стенограмма заседания Правительства (реформ) от 15 ноября 1991г.). Увы, такие действия отражали глубинное мировоззрение ключевых руководителей российского правительства с самого начала. Причем той части их взглядов, какие были у них, минимум, с самого же первого дня существования российского правительства, а не появились после оскорбительных нападок Руслана Хасбулатова или заявлений о "чемоданах Александра Руцкого".

– Был ли Ельцин готов с самого начала работать с парламентом?

– Поначалу, как мне кажется, Ельцин был вполне серьезно настроен на совместную работу. Ведь именно Верховный Совет избрал его на пост своего председателя. Именно парламент поддержал его в противоборстве с ГКЧП. Хотя Ельцин был избран российским президентом на всенародных выборах в июне 1991 года, его отношение к парламенту оставалось весьма уважительным. 28 октября 1991 года Ельцин выступил на V Съезде народных депутатов с программным докладом о планируемых им действиях после провала путча и попросил поддержки Съезда народных депутатов. Депутаты подавляющим большинством (более 800 голосов за при 17 голосах против) поддержали его.

Повторю еще раз: поначалу Ельцин относился к парламенту – и к Верховному Совету, и к Съезду народных депутатов – весьма корректно, уважительно, по-рабочему. Но люди, назначенные им на ключевые посты в российском правительстве, такого отношения к парламенту не имели. За исключением Бурбулиса никто из них никогда не избирался депутатами каких-либо органов власти, не проходил через парламентские процедуры. Например, Гайдар провел большую часть своей взрослой жизни в бюрократических структурах, ориентируясь, естественно, на Совет министров СССР и ЦК КПСС, работая с Николаем Тихоновым, Николаем Рыжковым и Михаилом Горбачевым. Ни в каких выборах до этого он не участвовал, никаких демократических процедур он не проходил.

Правда, в 1989-1990 годах он пытался подружиться с группой "Союз", группой имперски настроенных депутатов, созданной Анатолием Лукьяновым для противовеса Межрегиональной депутатской группе (МДГ). Хотя группа была задумана для поддержки союзного руководства, вскоре она оказалась в оппозиции к Горбачеву. Гайдар приходил в группу "Союз" к депутатам Виктору Алкснису из Латвии, Юрию Блохину из Молдавии, Евгению Когану из Эстонии и предлагал свои услуги в качестве эксперта по написанию экономической программы их группы. Но это было предложение консультационных услуг парламентской группе, а не прохождение парламентских процедур и фильтров.

Поэтому, если мы говорим о гражданском конфликте не только с правовой, но и с мировоззренческой точки зрения, то это был конфликт между лицами, прошедшими к политической власти через горнило демократических выборов, и лицами, попавшими во власть по бюрократической лестнице. Иными словами, это было столкновение демократии и бюрократии, двух принципиально различных принципов организации государственной жизни.

Есть и третий уровень конфликта – практические действия. С самого начала своей работы гайдаровская часть правительства не была настроена на сотрудничество с парламентом. С конца 1991 года значительная часть решений принималась втайне от парламента, как, например, направление 200 миллионов долларов на финансирование Фиделя Кастро в конце декабря 1991 – начале 1992 годов, позже – миллиарда долларов на спасение Евробанка. Судя по рассказам Петра Авена и Александра Шохина, эти решения принимались и за спиной Бориса Ельцина. Именно в этот период наиболее резко (более значительно, чем даже при Путине) вырос удельный вес представителей силовиков, в том числе и из спецслужб, в высших эшелонах российской государственной власти.

Поскольку парламент в виде Съезда народных депутатов и Верховного Совета продолжал оставаться и более демократическим и более либеральным, чем политика, проводившаяся Гайдаром, то следующий уровень противостояния – это политическое столкновение более либерального мировоззрения, преобладавшего в то время в парламенте, с практической поддержкой номенклатурных и спецслужбистских структур со стороны российского правительства. Это был еще один срез противостояния.

– Из-за чего конкретно парламент и правительство начали ссориться? Беловежские соглашения? Приватизация?

– Тема Беловежских соглашений стала подниматься позже. Дело в том, что хотя эти документы действительно подготовили Бурбулис, Шахрай, Гайдар, Козырев, а затем их подписал Ельцин, но Верховный Совет под руководством Хасбулатова их не только поддержал, но и ратифицировал. В этом вопросе разногласий между парламентом и правительством не было.

Другое дело – приватизация. С самого начала и Гайдар и Чубайс решили, что в этом вопросе они с парламентом не договорятся, поэтому парламент необходимо обмануть. Дело в том, что Верховный Совет в июне 1991 года уже утвердил приватизационное законодательство по предложению первого российского министра приватизации Михаила Малея и с помощью одного из членов "гайдаровской команды" Петра Филиппова. Законодательство предусматривало принципиально другой способ приватизации государственного имущества, чем тот, который был выбран Чубайсом, – с помощью приватизационных счетов. Поэтому перед Чубайсом и перед правительством в целом возникла проблема: как осуществить свой вариант приватизации, противоречивший законодательству, уже принятому Верховным Советом России?

Именно поэтому Чубайс втайне подготовил новые документы по приватизации, а затем утвердил их Указом президента России Ельцина от 14 августа 1992 года, когда парламент находился на каникулах. В своих интервью Чубайс откровенно похвалялся тем, что время подписания этого указа было выбрано таким образом, чтобы депутаты, успевшие разъехаться на летние каникулы, не смогли бы вернуться в Москву. По условиям чрезвычайных полномочий, данных Борису Ельцину V Съездом народных депутатов, если Верховный Совет (или его Президиум) не опротестовывал указы президента в семидневный срок, то они автоматически вступали в силу. В августе парламент находился в отпуске, депутатов в Москву никто не вызвал, и через семь дней новое (незаконное) приватизационное законодательство вступило в силу. Вернувшиеся из отпуска депутаты были до глубины души оскорблены тем циничным обманом, который организовал Чубайс с помощью Бориса Ельцина в деле приватизации. И, конечно же, эта история послужила катализатором, серьезно усугубившим уже наметившееся к тому времени противостояние между исполнительной и законодательной ветвями власти.

Если до конца лета 1992 года парламент, критически относясь к правительству, тем не менее воспринимал его в качестве серьезного партнера, в том числе и для переговоров, то после августа члены правительства в глазах парламента превратились в жуликов, занимавшихся циничным и наглым обманом законодательной власти, обманщиков, с которыми нельзя иметь дело. Особенно депутатов возмущало то, что их, прошедших горнило демократических выборов, поддержанных десятками и сотнями тысяч избирателей, обманывал никогда прежде не избиравшийся назначенный чиновник Чубайс. Это возмущение депутатов, усугублявшее другие существовавшие противоречия, стало своего рода запальным шнуром, разжегшим пожар гражданского противостояния и приведшим в конечном итоге к взрыву октября 1993 года.

– Оценки, дававшиеся парламенту Гайдаром, Чубайсом, некоторыми другими членами правительства –"красно-коричневый" и "коммунистический" – справедливы?

– Судите сами. Этот самый "коммунистический" и "красно-коричневый" парламент избрал Бориса Ельцина председателем Верховного Совета. Этот "коммунистический" и "красно-коричневый" парламент поддержал Ельцина как президента России в его противостоянии с ГКЧП во время августовского путча. Именно этот российский парламент – т.н. "красно-коричневый", "коммунистический", "хасбулатовский" Съезд народных депутатов – абсолютным большинством голосов поддержал программу Ельцина по экономическому и государственному реформированию России, по открытию страны, по включению ее в мировое сообщество. Этот "хасбулатовский" "красно-коричневый" "коммунистический" парламент принял большое количество законов и постановлений по поддержке бывших политзаключенных, по реабилитации невинно осужденных узников ГУЛАГа, по возвращению исторических имен на карту России, по компенсациям жертвам тоталитарного режима. Этот самый парламент осенью 1991 года и в 1992 году принял большое количество решений по частичному, но все-таки восстановлению исторической справедливости по отношению к людям и целым народам, которые были репрессированы в советское время.

Поэтому характеристики парламента как "коммунистического", "красно-коричневого" – это специально изобретенные этикетки, нацеленные на дискредитацию того единственного состава российского парламента, который принял решения по осуждению коммунистического тоталитаризма и реабилитации его жертв. Надо отдать должное Гайдару и Чубайсу – их хлесткие, едва ли не геббельсовские, оценки и формулировки смогли закрепиться в общественном сознании. Применявшиеся Гайдаром и Чубайсом манипулятивные технологии смогли-таки дискредитировать парламент, занимавшийся восстановлением исторической справедливости и защитой, насколько это было возможно, бывших узников ГУЛАГа. Для того, чтобы замарать Верховный Совет, необходимо было исказить в восприятии российского общества то, что на самом деле он сделал.

[Svobodanews]

– Почему это удалось сделать так легко и быстро?

– Увы, мы видим и на других примерах, в том числе и на совсем недавних, как легко российское общество поддается воздействию манипулятивных технологий. Вот только что на наших глазах требования освобождения политзаключенных, честных выборов, признания нелегитимности нынешних Госдумы и президента, отставки Владимира Чурова, наказания виновных в преступлениях против избирательных прав граждан с легкостью необыкновенной были подменены на лозунги "Навальный – наш мэр" и "Все – на нечестные выборы!"

– Зачем это нужно было именно Гайдару? Вот версия Юрия Болдырева: шла борьба за доступ к коррупционным потокам.

– Если это и была коррупция, то скорее так называемая "политическая коррупция". То есть предоставление финансовых и экономических ресурсов не столько частным лицам для их личного обогащения, сколько политически дружественным органам и организациям (Демократической партии Николая Травкина, Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств Владимира Башмачникова, Комитету по внешнеэкономическим связям петербургской мэрии Владимира Путина, кубинскому диктатору Фиделю Кастро, бывшему советскому КГБ – новой российской разведке). В этом же ряду находится и предоставление самому себе (Институту Гайдара) комплекса зданий, занятых департаментами электротехнической промышленности и приборостроения бывшего Министерства промышленности в Газетном переулке.

Такие действия отражали мировоззренческую и идеологическую позиции Гайдара: он был сыном своего отца, резидента КГБ на Кубе, внуком своего деда, участника подавления Тамбовского восстания, а затем командира отряда ЧОНа, проводившего репрессии в Хакассии. Он был представителем номенклатурной династии высокопоставленных сотрудников советских спецслужб, для которого диссиденты, правозащитники, демократы являлись генетически чуждыми, мировоззренческими, идейными и политическими противниками. Его отношение к людям с диссидентскими, правозащитными, либеральными взглядами ощущалось на инстинктивном уровне: он физически не переносил Александра Некрича, Владимира Буковского, Александра Гольдфарба. Он не скрывал своего враждебного отношения к людям, прошедшим демократические процедуры, независимо от их взглядов – к Григорию Явлинскому, Галине Старовойтовой, Сергею Ковалеву, Гавриилу Попову, Руслану Хасбулатову, Александру Руцкому, Борису Ельцину. Однако совсем иное отношение Гайдар демонстрировал к лицам, принадлежавшим к советской номенклатуре.

В этом смысле и практическое поведение и последующее публицистическое творчество Гайдара являлись на редкость показательными, демонстрировавшими глубоко укорененное неприятие видным представителем семейной советской номенклатуры новой демократической политической системы, людей, катапультированных в государственную власть с помощью демократических процедур. Это был своего рода реванш одной из двух принципиально различных систем вертикальной мобильности и рекрутирования кадров для государственной власти – бюрократической номенклатуры – против демократии.

– Из недавно опубликованных диалогов Альфреда Коха, Петра Авена и Анатолия Чубайса вытекает точка зрения, что Гайдар спровоцировал развязку: его возвращение в правительство подозрительно совпало с указом 1400 (так полагают Кох и Авен, а Чубайс с этим не согласен).

– В декабре 1992 года проходил VII Cъезд народных депутатов России, впервые рассматривавший вопрос утверждения правительства, назначенного за год с небольшим до этого, в ноябре 1991 года. Несмотря на исключительные усилия, предпринятые и Ельциным и сторонниками правительства в парламенте, его руководитель Гайдар даже в условиях мягкого рейтингового голосования не получил достаточного количества голосов и оказался лишь третьим из трех кандидатур (помимо него, на пост премьера претендовали Виктор Черномырдин и Юрий Скоков). Иными словами, первая же попытка пройти через демократическую процедуру, через голосование Съезда народных депутатов, привела Гайдара к поражению. Таким образом, представитель номенклатуры, впервые через год с лишним своей работы в правительстве пошедший на демократическое тестирование, его не прошел. И поэтому ненависть к демократической системе, жившая в нем и прежде, в результате болезненного поражения в декабре 1992 года получила дополнительный мощный стимул. К прежним гайдаровским комплексам добавился еще один: комплекс мщения, желание отомстить за неудачу, за провал, за болезненное поражение – всем депутатам, парламентариям, Хасбулатову.

В последующие недели и месяцы Гайдар не сдерживал своих чувств. Даже годы спустя он не раз признавался, что обсуждал с Ельциным необходимость разгона парламента силовым путем. Когда Ельцин наконец "дозрел" до этого решения, то за пять дней до подписания указа №1400, находясь в дивизии МВД Дзержинского, президент заявил на телекамеры, что назначает первым вице-премьером правительства Егора Гайдара. Через два дня после этого и за три дня до подписания указа №1400 такой указ действительно был подписан. Кажется, это был единственный такого рода случай, когда Ельцин произвел важное кадровое назначение накануне принятия им принципиального политического решения. Связь между этими действиями очевидна.

Готовность Гайдара к силовой расправе с парламентом получила непосредственное подтверждение в ночь с 3 на 4 октября 1993 года, когда я оказался в здании российского правительства. Я приехал в бывшее здание ЦК КПСС на Старой площади после того, как "белодомовцами" было захвачено здание СЭВа и начат штурм Останкино. Туда же приехали многие члены российского правительства, сотрудники аппарата кабинета министров. Практически все, включая Черномырдина и многих министров, поначалу находились в прострации, в состоянии шока и полупаралича. Поначалу они лишь в полусомнамбулическом состоянии наблюдали за развитием событий по телевидению. Во всем здании был лишь единственный человек, которого, очевидно, эти события не застали врасплох, у кого в голове, совершенно очевидно, уже был готовый план действий. Это был Гайдар, работавший четко, как машина, хладнокровно отдававший команды – кому и куда идти, какие выступления делать, какую наличность получать в Центробанке, какие решения принимать. Эта контрастная картина до сих пор стоит перед моими глазами: единственным человеком в правительстве, для кого произошедшее не стало сюрпризом, был Гайдар. Он был не только к этому готов, он уже точно знал, что в этих обстоятельствах надо делать.

– Почему общество тогда удалось запугать "коммунистическим / красно-коричневым реваншем"?

– Здесь есть две составляющие. Первая заключается в том, что Россия никогда не имела развитых традиций верховенства права, устойчивой политической культуры демократического общества, не следовала принципам разделения властей. Даже самые продвинутые российские политики не отличались ясным пониманием того, как работает базирующаяся на принципах верховенства права демократическая власть. Это справедливо и для правительства и для парламента, и для дней прошедших и для дней сегодняшних. Не уверен, что минувшие 20 лет заметно продвинули в этом понимании и так называемую российскую политическую элиту и все наше общество. Многие и тогда не представляли, да и сейчас не знают, как работают различные ветви власти в демократической политической системе, как они друг друга страхуют, контролируют, ограничивают, в чем ценность настоящих сдержек и противовесов. Это одна из причин того, что разгром исполнительной властью власти законодательной был воспринят большой частью общества совершенно спокойно, а часто и под аплодисменты.

С другой стороны, и это тоже правда, так получилось, что парламент защищали в том числе и такие лица, как Альберт Макашов и Александр Баркашов. Такими были гримасы политического процесса. Политические взгляды и мировоззренческие позиции Макашова и Баркашова хорошо известны, но они оказались на стороне представительной власти.

– Значит ли это, что альтернативы было две: либо Ельцин, либо Макашов – Баркашов?

– Это упрощенное представление. Конечно, определенный риск от их участия возник. Но он возник как раз в результате появления указа №1400. Без него Макашов и Баркашов оставались бы маргиналами без оружия, без власти, без влияния. Но даже после указа №1400 у них не было государственной власти. Парламентскую сторону в гражданской войне возглавляли Хасбулатов и Руцкой. Руцкой был временно исполняющим обязанности президента, Хасбулатов был председателем Верховного совета. Баркашов и Макашов не были руководителями "партии парламента". Да, они были на той стороне, участвовали в обороне Белого дома, участвовали в боевых действиях, в том числе в нападениях на здание СЭВа (здание мэрии), на телецентр "Останкино". Но политическая власть принадлежала Хасбулатову и Руцкому. Привело ли бы их участие в дальнейшем к такому форматированию политического пространства, что в итоге власть оказалась бы у Баркашова и Макашова? Неизвестно. С другой стороны, реальное форматирование политического пространства, сложившееся после разгрома парламента, привело к тому, что власть оказалась у Путина. А вот это уже не гипотетический, а свершившийся вариант истории.

– Российская пресса той поры активно занималась апологетикой поступков Бориса Ельцина. Интеллигенцию удалось запугать?

– Это же было не просто "запугивание интеллигенции", а реальный политический процесс, в основе которого лежал низкий уровень понимания того, как работает право, как должна работать демократическая власть. Во-вторых, сказалось отсутствие информации о том, как исполнительная власть обманывала представительную власть и вводила в заблуждение общество. В-третьих, нельзя недооценивать роль пропаганды. Она талантливо создавала впечатление, что с одной стороны находились молодые, способные, интеллигентные реформаторы – Егор Гайдар, Анатолий Чубайс. А с другой стороны – какие-то малопонятные, вызывающие опасения советские или полусоветские консерваторы. Симпатии многих представителей московской интеллигенции были, естественно, на стороне исполнительной власти – Ельцина, Гайдара и Чубайса.

Не дожидаясь вашего вопроса "Как я воспринимал события 1993 года тогда и сейчас?", отвечу, что я был на стороне исполнительной власти. Я не принимал участия в боях, но симпатии мои были на стороне "партии президента". Изменилась ли моя оценка этих событий? Да. Не столько самих событий 3-4 октября 1993 года – тогда изменить что-либо было уже поздно, сколько событий, неизбежно приведших к октябрю – 1 и 6 ноября 1991 года, 14 августа 1992 года.

– Какой урок можно извлечь из этих событий?

– Их несколько. Главный урок заключается в том, что в основе демократической политической системы лежит верховенство права. Это ее фундамент. Участники политического процесса, конечно, преследуют свои цели, но должны действовать в соответствии с правом. Отказ от верховенства права приводит к тому, что на место одной тирании приходит другая.

Демократическая политическая система не существует без разделения властей, при котором каждая ветвь власти адекватно воспринимает и соблюдает свои обязательства. Граждане избирают законодательную власть, которая формирует исполнительную власть. Эти важнейшие принципы правового демократического государства были грубо нарушены в России в 1991 году.

Это было, увы, не единственное нарушение права. Распад СССР был, очевидно, неизбежен, но его ликвидация была проведена с грубейшими нарушениями элементарных правовых норм. Роспуск СССР произошел не в результате экономического кризиса, как нас пытаются обмануть, а в результате сознательных силовых действий по уничтожению СССР. Роспуск СССР был, вероятно, необходимым, но действия, приведшие к нему, осуществлялись вне правового поля.

Важнейший урок заключается в том, что основой цивилизованного общества является верховенство права. Это во-первых. Государственная власть должна формироваться на легитимной основе волеизъявления граждан, это во-вторых. В-третьих, исполнительная власть должна формироваться законодательной властью и быть подотчетной ей, то есть в конечной счете гражданам.

Все три принципа в нашей стране были грубым образом нарушены в 1991–1992 годах, что неизбежно привело к противостоянию двух ветвей власти и к российской гражданской войне 1993 года. В ней номенклатурно-бюрократическая "партия короля" одержала победу над демократической "партией парламента". Нынешний российский авторитарный политический режим был рожден на развалинах парламента в октябре 1993 года. А зачат он был 6 ноября 1991 года.

[Владимир Варфоломеев]

http://www.echo.msk.ru/blog/varfolomeev/1168854-echo/

02 октября 2013, 12:45
Ещё один эпизод событий осени 1993-го, напрямую связанный с "Эхом". 2-го октября, т.е. уже накануне кровавой развязки вице-президент Александр Руцкой из заблокированного Белого дома вышел в прямой эфир с призывом к вооружённому сопротивлению.

Вот как те события вспоминал впоследствии Алексей Венедиктов:
"Главный редактор «Эха Москвы» Сергей Корзун сказал: «Иди к мятежникам». Белый дом был уже окружен. Я попал в число людей, которые шли рядом с Руцким, и вместе с ними вошел в Белый дом. Охрана Руцкого знала меня в лицо. Белый дом был отключен от телефонной связи, никаких мобильных тогда еще не было. И на все здание были три спутниковых телефона (коробки весом по восемь килограммов) — у иностранных журналистов. Я попросил у коллеги телефон. Он говорит: «Только две минуты, очень дорого». Я говорю Руцкому: «Александр Владимирович, хотите интервью «Эху Москвы»?» Он спросил: «А как ты его вынесешь?» Я отвечаю: «А мы в прямой эфир выйдем». Он говорит: «Ну давай попробуем». Это было потом расценено как призыв к мятежу со стороны радиостанции."

https://i1.sndcdn.com/artworks-000059095070-fx1q4d-t200x200.jpg?3eddc42

"По законам военного времени" нам могло тогда сильно достаться за подобные призывы. Но обошлось. Лишь однажды Кремль устроил разнос Венедиктову:
"Прошло три месяца, нас собирает Ельцин, меня сажают напротив него. И тут Ельцин с места говорит: "Ну как не стыдно, "Эхо Москвы"! Поднимайте самолеты, бомбите Кремль, ну как вам не стыдно?" И я понимаю, что меня сейчас тут вязать будут просто! Начинаю что-то лепетать: "Борис Николаевич! Вы же понимаете, что это наша работа!" Он говорит так язвительно: "Работа! Работнички. Ну, работайте....". И впоследствии он меня каждый раз встречал словами "Работничек пришел!". И все! Никаких репрессий - это все-таки был путч, мятеж, а мы дали в эфир призыв неизвестно чего."

Сейчас бы, наверное, уже пол-редакции сидело в СИЗО по 282-й, и это в лучшем случае.
Завтра расскажу ещё одну историю "Эха" октября 1993-го.

[Леонид Радзиховский]

http://rg.ru/2013/10/01/putch.html

Кто был больше виноват в малой гражданской войне 3-4 октября, должен был бы решить суд. Но его не было
01.10.2013, 00:50
http://img.rg.ru/i/gallery/31686acd/115715dd.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/b3a10721.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/3b3aa733.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/83823cea.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/5bcf8920.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/6bfbc9ff.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/e36a0627.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/21c8df5a.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/9958a126.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/f91606d8.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/b01912ce.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/bfc304e8.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/dc0b2b39.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/861cd1b7.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/2e723d8d.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/6c647844.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/def9547a.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/680054e2.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/c23eea8a.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/065638fb.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/115715dd.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/b03028fe.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/06988f1f.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/a33bd953.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/aca1eb0b.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/b3392418.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/d9a83580.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/309a93eb.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/ae8c2ef3.jpg
http://cdnimg.rg.ru/i/gallery/31686acd/5b2ad228.jpg
Сегодня, когда отмечают 20-летие событий 1993, огромное большинство возмущается "расстрелом парламента".
При этом ни один из полузабытых "героев обороны Белого Дома" - Руцкой, Хасбулатов, Макашов - ни малейшей симпатии не вызывает, только разную степень раздражения, отталкивания. Немногим лучше и отношение к "депутатам в целом" (кстати, ни один из них не погиб, да и серьезно не пострадал) и к Верховному Совету как учреждению.
Если кого и жалеют, то разве что тех неизвестных (ни по именам, ни даже общим числом), кто погиб.
Вместе с тем есть "отрицательное сочувствие" тем, кто был "против Ельцина". "Враг моего врага - мой друг". У нас почти всегда и во всем отрицание - первично, а "положительное отношение" всего лишь тень отрицания, отрицание отрицания.
Я принадлежу к тому меньшинству, которое ровно по той же логике "сочувствует Ельцину". То есть его реальное поведение в 1993-м: то жесткая неуступчивость - то растерянность, упрямство и безволие, личные амбиции и всем известные "вредные привычки" - никакого уважения и симпатии не вызывают. Но это - вторично. Первично - отрицание его противников. И до сих пор отчетливый ужас при мысли, что было бы, если бы...
В 1993 г. я не раз бывал в Белом доме. Слепящая корпоративная ненависть - другого освещения там не было. Народу в этом "Смольном" всегда толклось много - коммунисты-сталинисты, деляги, выбивавшие там деньги и обделывавшие какие-то свои гешефты, демшиза, нацисты, просто "реальные пацаны" - занятный компот варили в парламенте. А самих нардепов объединяли только их корпоративные привилегии а, главное, ельцинофобия - при упоминании о Нем они превращались прямо в секту "трясунов". С каждым днем - все сильнее.
Это была психология гражданской войны. Причем понять, "за что воюем", было невозможно - депутаты и их окружение сами не могли сказать. Война была только "против кого" (даже не "против чего" !).
Никак не скажу, что на Старой площади (администрация президента) собрались рыцари без страха и упрека. Много было симметричного, та же комом нарастающая "советофобия", психология той же гражданской войны.
Но было "две большие разницы".
Первое. Окружение Ельцина (по крайней мере, "мальчики в реформаторских штанишках") знали что делать. У них была вполне определенная экономическая программа (кстати, она включала далеко не только приватизацию). Программу было легко критиковать, да хоть матом ругать. Только вот - никакой альтернативы в ВС не предлагали. Чистая "экономика брани".
Второе вытекало из первого. Исполнительная власть действовала - коряво, размашисто, бестолково, сплошь да рядом коррумпировано. Но хоть как-то. И люди подобрались, способные что-то делать. ВС действовать вообще не мог, сформировать команду для руководства страной был наглядно не способен. "Парламентская энтропия" - и больше ничего. Помню, на каком-то съезде нардепов правительство по знаку Бурбулиса встало и вышло. Сбылась мечта депутатов? Как бы не так ! Растерянность парламента, оставшегося "без взрослых", была очевидна - они, как положено российским законодателям, умели ругать исполнительную власть. Больше они не умели ничего. И отлично это знали. И на том заседании фактически сдались - только б "банда Ельцина" и "преступное правительство" не уходили ... А как только они остались - депутаты бросились на них с новой силой.
В общем, между Кремлем и Белым домом была разница, как между плохой, бестолковой, но регулярной армией - и "махновцами".
Скованные Конституционной цепью, президент и нардепы образовали тяни-толкай, все сильнее лягающий друг друга ногами. И этот "урод-самоед" должен был враскоряку тащиться до 1995 г., когда истекали полномочия съезда нардепов, избранных в 1990-м. Ужас без конца...
Поэтому, когда наступил ужасный конец - Ельцин 1400-м ударом кое-как, с рваными краями, разрубил этот гордиев узел, - я почувствовал облегчение. То, что указ был очевидно незаконным, по сути - госпереворотом, как ни странно, не слишком смущало. Срабатывала все та же отрицательная логика, "а они - еще хуже"... Да и законы к тому времени так истрепали, приняли столько поправок к поправкам, что уважение к Конституции стояло на нуле.
Кто был больше виноват в малой гражданской войне 3-4 октября должен был бы решить суд - ровно поэтому его и не было. Ельцин одним махом амнистировал себя и своих врагов - а все концы в Москву-реку... Так мы не узнали и уже никогда не узнаем, какие там были снайперы, сколько людей погибло (называют от 140 до 400), были ли уже после штурма какие-то бессудные расстрелы... Слухи, сплетни, намеки - и ничего точного. Но точность совсем не нужна - ни "героям обороны", ни "героям штурма". Нулевой вариант устроил всех. Противники Ельцина считали, что пусть не они лично, но "их сторона" победила в глазах общественного мнения - ну, а его вполне устроила реальная политическая победа, принятие "царской Конституции".
Был ли шанс "разойтись миром"?
Конституция, по которой действовал Съезд нардепов, - высший орган власти в стране - была принята в 1978-м, перелопачена в "редакции 1989-го", потом появились новые "дополнения" 1992-93 года ... Она и изначально-то писалась "для заграницы и для приличия" - "советы" были просто марлевым пакетом, из которого торчала реальная власть - КПСС + КГБ. Когда это содержание исчезло, пакет оказался пустым - но раздулся неимоверно. И хотя, повторяю, управление ушло к исполнительной бюрократии, но формально-то оно оставалось у законодательной. Понятно, каждая голова орла - в соответствии с нашими традициями - требовала себе всей полноты власти. Разногласия по властному вопросу - неразрешимы.
Ясно было : Конституцию надо менять. Но менять "изнутри", т.е. оставаясь в рамках ее же правового поля, мог только все он же - Его Величество Съезд. А он, разумеется, сам себя за волосы из болота никуда тащить не хотел. Вот Ельцин и бесился от этого вечного пата.
Так что разрыв Конституции извне был неизбежен - не может же параграф окончательно удушить живую жизнь! Вот размер разрыва и его форма - это могло выглядеть по-разному. Но учитывая характер Ельцина и "характер ВС" - едва ли принципиально иначе.
Момент неопределенности и колебания чаши был 3-4 октября. Если бы победил "парламентаризм в берете Макашова" (точнее, Кремль бы впал в окончательный ступор и ухитрился все проиграть), то нас ожидали на горячую закуску - погромы в Москве ("ни мэров, ни перов, ни херов"), а затем основное историческое блюдо - раскол страны и гражданская война, пока не придет какая-то спасительная диктатура. "1917 год - 2". А вот что России точно не грозило ни секунды - это "парламентская республика".
И в конце концов дело было не в плохом характере Ельцина и не в амбициях депутатов. Причина столкновения была более общей. После землетрясения 1989-91-го политическая почва не могла сразу успокоиться. В 1991-93-й продолжались колебания и толчки на всем пространстве СНГ, от осетино-ингушского конфликта до Таджикистана, от Абхазии до Приднестровья. Но в общем, по окраинам России они шли уже по затухающей.
А вот для самой России октябрь 1993-го - точка перегиба. Остаточный революционный жар Августа + ослабление власти + резкое обнищание + обман многих надежд 91-го года = революционная ситуация. Ситуация эта была неизбежна. Вопрос был в другом : как разрешится кризис ?
Или начинается консолидация страны и пройдя кризис больной выздоравливает. Или хаос взлетает на новый уровень - окончательный паралич власти и "энтропия страны". На сей раз силы самосохранения ("национального иммунитета") победили. Быстро. И без большого кровопускания. Лихорадочная температура спала, началось спасительное (на том этапе !) "подмораживание".
Вполне естественно, в полном соответствии с Большой Русской традицией всех конкурентов побеждает рано или поздно тяжелая "рукастая" бюрократия исполнительной власти. Когда оседает очередная историческая пена, в остатке неизменно оказывается она - Фундаментальная Бюрократия. (Ровно по этому же закону в начале 2000-х обречены были на поражение и т.н. "олигархи" - впрочем, почти у всех хватило ума "поджать хвост" и спать спокойно на своих мешках). "Государство - это они".
Так что законы тяготения Русского Политического поля в 1993-м нарушены не были. И после разлива река понемногу вошла в берега.
За Белым домом небольшой самодельный "мемориальный комплекс" - символические могильные ленточки на кустах, надписи на заборе, желтые газеты на афишных столбах... На стендах - около ста фотографий убитых там и в "Останкино". Из надписей ясно - в основном случайные люди, случайные пули, хаотично летевшие с "той" и "этой" стороны.
Сколько раз проходил - никто там не стоит, не смотрит. Люди идут мимо по своим делам, гуляют собачники, на стадионе (где якобы кого-то расстреливали после штурма) играют в футбол. Рядом - роскошный новономенклатурный дом и грязно-белые хрущобы...
Но я почему-то всегда останавливаюсь у одной надписи на заборе. "Здесь был расстрелян Роман Веревкин, 17 лет". Кто он был? Кем бы мог стать? Кто о нем написал?

[Борис Вишневский]

http://www.echo.msk.ru/blog/boris_vis/1168608-echo/

02 октября 2013, 06:20
Те, кто до сих пор полагает события 20-летней давности «красно-коричневым мятежом» и «попыткой коммунистического реванша» - не читайте этот текст.
Те, кто до сих пор с радостью вспоминает о горящем Белом доме, и картинно сокрушается, что не успел тогда набить морду ненавистным депутатам – не читайте этот текст.
Те, кто до сих пор уверен, что друзьям – все, а врагам – закон, и цель обязательно оправдывает средства - не читайте этот текст.
Он - не для вас.
Он - для тех, кто понимает, что мир рушится не тогда, когда торжествует закон, а когда законом бесстыдно пренебрегают во имя «целесообразности»
Для тех, кто способен к невосторженному образу мыслей, и не колеблется вместе с линией.
Для тех, кто считает, что быть в меньшинстве не стыдно – стыдно быть в стаде.

***********

Двадцать лет подряд нам рассказывают, как «реакционный и консервативный» Верховный Совет «тормозил реформы», проводимые демократическим президентом Борисом Ельциным, а потом поднял мятеж, который пришлось подавлять силой. Про то, что парламент пошел «против воли народа, выраженной на апрельском референдуме 1993 года», и президент имел право его разогнать. Про то, как Белый дом защищали отморозки и бандиты. Про то, что и вовсе не было никакого «расстрела парламента»…

Вранье. Циничное и наглое. Но повторямое двадцать лет подряд – и потому, многим кажущееся исторической правдой.

Однако, еще живы те, кто (как автор) помнят, как все было на самом деле.

Да, в рядах разогнанного парламента хватало малосимпатичных персонажей (хотя, например, Макашов его депутатом не был). Вот только нынешнюю Госдуму я бы лично обменял на тот парламент, не задумываясь. И тот парламент был абсолютно легитимен – не менее, чем президент, - поскольку был избран гражданами на самых свободных за всю советскую и постсоветскую эпоху выборах. Вспомните: для участия в выборах 1990 года было достаточно выдвижения от самого маленького «трудового коллектива» (включая лаборатории в НИИ и кооперативы), и никто тогда не вбрасывал бюллетени, и тем более – не переписывал протоколы…

Теперь – о «мятеже». Он и вправду был. Но вовсе не тот, о котором нам рассказывают.

Мятежниками были президент Борис Ельцин и те, кто его поддержал после «указа 1400». Ибо в тогдашней российской Конституции было черным по белому написано: президент не имеет права распускать или приостанавливать деятельность любых законно избранных органов государственной власти, а если он это сделает – его полномочия прекращаются НЕМЕДЛЕННО. А потому путчистами осенью 1993-го были Ельцин с Лужковым, Гайдаром и Черномырдиным, а не Хасбулатов с Руцким, Бабуриным и Ачаловым. Первые персонажи приятнее вторых? Возможно. Но тот, кто одобряет беззаконие, которое творят симпатичные ему персонажи, теряет право возмущаться беззаконием несимпатичных. Впрочем, путчем, - как я (простите за самоцитату) писал еще в 1994-м, - называется неудавшийся мятеж. Удавшийся мятеж называется «поэтапной конституционной реформой».

«Расстрела не было», «стреляли болванками», «пожар возник из-за того, что болванки раскалились», - продолжают вдохновенно твердить сторонники «указа 1400», презрительно намекая на «депутатов с мокрыми штанами». Во-первых, посмотрел бы я на штаны ярых «ельцинистов» в тот момент, когда даже и болванками стреляли бы по месту их пребывания. А во-вторых, они опять врут: по Белому дому стреляли не только болванками, но зажигательными снарядами. И свидетель тому – их кумир Егор Гайдар (книга «Дни поражений и побед»).

Парламент можно было распустить, опираясь на результаты референдума? И снова вранье: на референдуме в апреле 1993 года не было принято никаких решений, имевших юридическую силу. Досрочные выборы парламента поддержали 43% избирателей страны, президента – 32% (а нужно было – более 50%), из чего следовало прямо противоположное ельцинскому мифу: президент и парламент, извольте работать вместе, как бы это ни было вам противно.
Парламент защищали отморозки? А что это меняет? Делает указ Ельцина законным? Историк и бывший политзаключенный Александр Скобов в своем блоге резонно замечает: не хотите, чтобы парламент защищали отморозки – не издавайте указов, растаптывающих Конституцию. И констатирует: пока сторонники «указа 1400» называют государственный переворот «законным подавлением путча», все их прочие слова будут восприниматься как ложь и манипуляция. «Можно вести диалог с заклятыми врагами. Его нельзя вести с жуликами», - считает Скобов, и я не могу с ним не согласиться…

Ну, а росказни о «реакционном парламенте», который «тормозил реформы» - и вовсе детский лепет на лужайке. Эти же депутаты выбирали Ельцина своим председателем, голосовали за постановление о суверенитете России, защищали Белый дом в 1991 году, принимали законы о приватизации, и наделяли президента «особыми полномочиями». Когда же это они успели стать реакционерами? Два года тщательно это скрывали – а затем сбросили маски, став непримиримыми оппонентами проводимых президентом реформ? Или верна более простая гипотеза – о том, что не все эти реформы были правильными, а стремление президента проводить их, невзирая на закон, и в упор не видя парламент, не могло не столкнуться с сопротивлением?

Кстати, совершенно блистательно миф о «торможении реформ» разоблачил Андрей Илларионов http://www.svoboda.org/content/article/25121094.html (тогда, заметим, бывший на стороне президента) – очень советую почитать, как жульничали «реформаторы», да еще и хвалились тем, как «ловко» они вели себя с парламентом.

И не могу еще раз не задать два простых вопроса, ответ на которые адепты «указа 1400» не могут дать уже два десятка лет.

Первый вопрос: какие конкретно прогрессивные реформы «тормозились»? Что из крайне необходимого для общества не было принято из-за парламентских злоумышленников, «связывавших руки» (любимая метафора радикальных реформаторов, непрерывно жаловавшихся на отсутствие у них нужной «свободы рук») президенту и правительству? Сколь мне известно, «торможение» сводилось к отмене нескольких президентских указов о приватизации, как противоречащих закону – но эти указы немедленно выпускались заново под новыми номерами…

Второй вопрос: какие необходимые для общества реформы были проведены после осени 1993 года, когда руки у президента и правительства были развязаны полностью и никто и ни в чем им уже не мог помешать (как не может и по сей день – а рамках написанной победителями Конституции)? Огласите, пожалуйста, список этих великих достижений!

Не можете? Зато я могу привести другой список: война в Чечне и сосредоточение доходов от природных ресурсов в руках узкой группы приближенных к президенту лиц. Отказ государства от большинства социальных обязательств и превращение качественного образования и здравоохранения в привилегию обеспеченного меньшинства. Избирательная система, обеспечивающая несменяемость власти, и криминальная приватизация. «Залоговые аукционы» и дефолт 1998 года. Каким бы не был парламент – он вряд ли бы это допустил. Но после декабря 1993 года, в рамках «ельцинской Конституции», парламент в России уже очень мало что значил. Собственно, для этого она и была написана – чтобы исполнительная власть избавилась от парламентского контроля и получила упомянутую «свободу рук».
Наконец, две главные реформы «послеоктябрьской поры»: разрушение парламентаризма и уничтожение правового государства.

Всевластие администраций всех уровней сменило мифическое «всевластие Советов», о котором так любили стенать президентские пропагандисты – исполнительная власть отныне была выведена из-под контроля законодательной, а во многом смогла взять ее под контроль, и поняла, что ей позволено почти все. Ну, а правом в России с тех пор стала воля президента, возведенная в закон (а то и воля его наместников и подчиненных).
Результат – повсеместное принятие решений без малейшего учета интересов общества и без малейшей ответственности перед ним.

К чему, заметим, и стремились наши «реформаторы», ужасно любившие рассказывать сказки о том, как неразумный народ, не понимающий своего счастья, надо силой тащить в светлое будущее. Которое обязательно наступит после «переходного периода» временных (конечно же) трудностей – надо только немного потерпеть.
Правда, время шло, а трудности не заканчивались – а реформаторы процветали вопреки собственным реформам, но мало кто мог им об этом напомнить, поскольку большинство СМИ находилось под их же надежным контролем…
Нынешняя политическая система, в которой власть избавлена от общественного контроля, коррумпирована, некомпетентна и почти несменяема, справедливо не нравится очень и очень многим.

Но она появилась не вчера. И не позавчера. И не при Путине.
Ее основы были заложены двадцать лет назад во время «черного октября».
Путин только лишь развил ее основные положения.
Забавно, но те, кто поддерживал Ельцина в 1993-м, и те, кто выступает против Путина в 2013-м, во многом – одни и те же люди.
Которые за эти двадцать лет ничего не забыли и ничему не научились.
Которые всегда готовы потребовать раздавить очередную «гадину» и поддержать очередного вождя.
Если они хотят увидеть главных виновников нынешнего положения дел – им стоит просто подойти к зеркалу. И не пенять на него.

[Владимир Кара-Мурза]

http://www.imrussia.org/ru/politics/564-the-shelling-of-parliament-myths-and-realities-of-october-1993
3 октября 2013
http://www.imrussia.org/images/stories/01_RUSSIA_2012/Shelling_of_Parliament/1993.jpg
20 лет назад, 3–4 октября 1993 года, конфликт между президентом России Борисом Ельциным и руководством Верховного Совета завершился вооруженным противостоянием на улицах Москвы. Одни считают эти события «расстрелом парламента», другие – подавлением коммунистического и националистического мятежа. Старший политический эксперт ИСР Владимир Кара-Мурза противопоставляет популярным мифам факты и хронологию кризиса.

В принятом значительной частью российской оппозиции нарративе новейшей отечественной истории кризис сентября-октября 1993 года – роспуск президентом Ельциным Съезда народных депутатов и Верховного Совета – стал отправной точкой перехода России от демократии к авторитаризму, логически завершившегося путинским термидором. Что говорить, нарратив привлекательный, по-своему логичный (если принять антиисторический подход, подгоняющий прошлые события под нужную политическую аргументацию), простой в объяснении, в том числе для международных аудиторий, и к тому же эмоционально окрашенный.

Однако нарратив этот ложный, игнорирующий не только исторический контекст, но и саму хронологию кризиса и события, предшествовавшие и последовавшие за драматической развязкой 3–4 октября 1993-го.

Предыстория конфликта чаще всего преподносится как противостояние президента и парламента по ключевым вопросам экономической политики 1991–1993 годов. В этом, безусловно, часть правды: съезд и Верховный Совет, руководимые «красными директорами» и недавней партноменклатурой, и вправду блокировали, саботировали либо до неузнаваемости искажали суть проводимых президентской командой реформ – например, когда навязывали правительству ваучерную приватизацию вместо денежной. Но разногласия между парламентом и исполнительной властью – нормальное явление для демократической системы. Суть была в другом: тогдашний съезд был не символом парламентаризма и демократии, как любят представлять его сегодняшние апологеты, а последним рудиментом нелегитимной, порожденной октябрьским переворотом 1917-го советской власти. Мало кто вспоминает, что выборы народных депутатов РСФСР в марте 1990-го (в отличие от президентских выборов 1991-го) проходили еще при действующей 6-й статье советской Конституции, институционально закреплявшей однопартийную систему и фиксировавшей роль КПСС как «руководящей и направляющей силы советского общества». 86% избранных в 1990 году нардепов были членами КПСС. Председатель Президиума Верховного Совета РСФСР Виталий Воротников не без удовлетворения констатировал, что никогда еще коммунисты не добивались столь внушительного перевеса над «беспартийными» в высшем законодательном органе республики.

Съезд был не символом парламентаризма и демократии, а последним рудиментом нелегитимной советской власти

На фоне мощной демократической протестной волны 1990–1991 годов народные депутаты влились в общее движение – избрали (с перевесом в четыре голоса) своим председателем Бориса Ельцина, одобрили Декларацию о государственном суверенитете России, выступили против путча ГКЧП, предоставили Ельцину полномочия для проведения реформ. Но уже с началом 1992 года на фоне политического ослабления президента и демократического лагеря большинство съезда и Верховного Совета фактически становится штабом реваншистских и прокоммунистических сил.

Бориса Ельцина часто называли волевым и решительным лидером. Однако в почти двухлетнем противостоянии с Верховным Советом президент проявил себя с обратной стороны, постоянно стремясь к компромиссам и избегая конфликтных решений. В декабре 1992-го Кремль и Белый дом при посредничестве председателя Конституционного суда Валерия Зорькина достигли соглашения: отставка Егора Гайдара в обмен на проведение референдума об основных принципах новой Конституции. Ельцин свою часть выполнил: Гайдара во главе кабинета сменил ставленник «красных директоров» Виктор Черномырдин. А вот съезд намеченный было на 11 апреля 1993 года конституционный референдум отменил. Народных депутатов вполне устраивал статус-кво: сохранение брежневской Конституции 1978 года, которую, как лоскутное одеяло, можно было латать голосованиями на съезде. В президентской библиотеке на Старой площади шутили, что у них никогда не было последнего варианта Основного закона – так часто в 1992–1993 годах вносились в него поправки. Шутка была несмешной. К правовому государству и демократии все это имело весьма отдаленное отношение.

http://www.imrussia.org/images/stories/01_RUSSIA_2012/Shelling_of_Parliament/khasbulatov-makashov.jpg

Руслан Хасбулатов (слева) и руководитель штурма мэрии и «Останкино» генерал-полковник Альберт Макашов (справа)

Вместо референдума по новой Конституции съезд решил провести в апреле 1993-го референдум о доверии Ельцину и его экономической политике. Перед этим, в марте, IX (Внеочередной) Съезд народных депутатов России попытался вынести президенту импичмент – не хватило всего 72 голоса (за отрешение Ельцина от должности проголосовали 617 нардепов при необходимых 689). Вопросы, вынесенные депутатами на референдум 25 апреля (вопреки протестам президентской стороны), звучали следующим образом: «Доверяете ли Вы Президенту Российской Федерации Б. Н. Ельцину?», «Одобряете ли Вы социально-экономическую политику, осуществляемую Президентом Российской Федерации и Правительством Российской Федерации с 1992 года?», «Считаете ли Вы необходимым проведение досрочных выборов Президента Российской Федерации?», «Считаете ли Вы необходимым проведение досрочных выборов народных депутатов Российской Федерации?».

Вердикт российских избирателей был недвусмысленным. Абсолютное большинство проголосовавших – соответственно 58,7% и 53,0% – выразили доверие Борису Ельцину и его экономическим реформам. 50,5% проголосовавших высказались против досрочных выборов президента; две трети – 67,2% – выступили за досрочные выборы парламента. Народ России сказал свое слово: Ельцину – да, реваншистам из Белого дома – нет.

Ошибка президента была не в том, что Указ № 1400 был подписан, а в том, что он опоздал на пять месяцев

Однако результаты общероссийского референдума фактически проигнорировали обе стороны. Ельцин – потому что вновь предпочел компромиссы, не пошел на решительные меры и отказался, вопреки требованиям многих его сторонников, распускать советский парламент, на что после апрельского плебисцита имел безусловное моральное и политическое право. Съезд – потому что объявил голосование по третьему и четвертому вопросам несостоявшимся (в интерпретации нардепов и лояльного им Конституционного суда для принятия решений по этим вопросам требовалось большинство не от проголосовавших, а от списочного состава избирателей), а голосование по первому и второму вопросам – не имеющим политического значения. Владимир Буковский назвал (https://www.commentarymagazine.com/article/boris-yeltsins-hollow-victory/) выигранный референдум «пустой победой Бориса Ельцина». Конфликт между президентом и Советами продолжился. Разрубить гордиев узел губительного для страны двоевластия Борис Ельцин решился только 21 сентября 1993 года с подписанием Указа № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». Ошибка президента была не в том, что этот указ был подписан, а в том, что он опоздал на пять месяцев.

Распространенный миф – указ от 21 сентября привел к стрельбе по Белому дому 4 октября. Эту версию можно поддерживать либо по незнанию, либо с намерением ввести в заблуждение. Даже после, казалось бы, принятия окончательного решения Ельцин продолжал искать компромиссы со своими противниками. Сила с президентской стороны не была применена ни после того, как «защитники Белого дома» пролили первую кровь – 23 сентября члены «Союза офицеров» Станислава Терехова («помощника министра обороны» по версии Белого дома) совершили вооруженное нападение на штаб Объединенного командования Вооруженных сил СНГ, убив милиционера и выглянувшую из окна пенсионерку, – ни после того, как в Белом доме началась бесконтрольная раздача оружия (в том числе автоматического) сторонникам Хасбулатова и Руцкого.

Романтический образ «защитников парламента» мало сочетается с реальным контингентом людей, собравшихся в те дни у Дома Советов и устраивавших стычки с милицией на московских улицах: членов коммунистических и националистических организаций, сталинистов из «Трудовой России», фашистов из «Русского национального единства», примкнувших к ним боевиков из Приднестровья и Абхазии и бывших сотрудников рижского ОМОНа. На площади перед Белым домом звучали лозунги (http://old.russ.ru/antolog/1993/chron31.htm) против «предателей, жидов и инородцев», монархические символы соседствовали с плакатами «Вся власть Советам!». Политическую эклектику дополнило поднятие на здании Верховного Совета красного флага РСФСР и черно-желто-красного флага имперской России.

Отсчет противостоянию пошел на вторую неделю. Штурма не было. Напротив, 1 октября в Свято-Даниловом монастыре под эгидой Патриарха Алексия II начались переговоры противоборствующих сторон. В ночь на 2 октября участники переговоров (Сергей Филатов, Юрий Лужков, Олег Сосковец со стороны президента, Вениамин Соколов и Рамазан Абдулатипов со стороны Верховного Совета) согласовали «протокол № 1», предусматривавший поэтапное снятие блокады и восстановление энергообеспечения Дома Советов в обмен на начало учета и складирования находящегося в здании внештатного оружия. Однако народные депутаты в тот же день денонсировали протокол, объявив договоренность об учете оружия неправомочной и обвинив Соколова и Абдулатипова в «превышении полномочий». Новым переговорщиком от Белого дома был назначен Юрий Воронин, первый заместитель Хасбулатова и член фракции «Коммунисты России». Переговоры в Свято-Даниловом монастыре должны были возобновиться 3 октября. Их наиболее вероятным итогом считался так называемый нулевой вариант, предусматривавший одновременные досрочные перевыборы парламента и президента.

Около 16 часов 3 октября – примерно в то время, когда в патриаршей резиденции должна была начаться очередная встреча, – Александр Руцкой и Руслан Хасбулатов обратились к многотысячной толпе своих сторонников с балкона Белого дома. «Молодежь, боеспособные мужчины! Вот здесь в левой части строиться, формировать отряды, и надо сегодня штурмом взять мэрию и “Останкино”!» – распорядился вице-президент (http://www.youtube.com/watch?v=durtin67eRQ). «Я призываю наших доблестных воинов привести сюда войска, танки для того, чтобы штурмом взять Кремль c узурпатором – бывшим преступником Ельциным! – заявил председатель Верховного Совета (http://www.youtube.com/watch?v=durtin67eRQ). – Ельцин сегодня же должен быть заключен в “Матросскую Тишину”, вся его продажная клика должна быть заключена в подземелье!»

Отдав приказ вооруженным боевикам штурмовать мирные гражданские объекты, руководители Верховного Совета поставили себя вне российского и международного права

Вооруженные бригады начали формироваться у 20-го подъезда Белого дома. В течение часа сторонники Верховного Совета под командованием «заместителя министра обороны» генерал-полковника Альберта Макашова взяли штурмом соседнее с Белым домом здание мэрии Москвы (бывший СЭВ). Перед лицом вооруженного наступления охранявшие мэрию милиционеры прекратили сопротивление. Двери пробивали отобранными у милиции машинами. Над зданием захваченной мэрии был поднят красный флаг. А спустя еще час сторонники Руцкого и Хасбулатова, в том числе около 3 тыс. вооруженных стрелковым оружием и гранатометами боевиков под командованием генерала Макашова, на автобусах и конфискованных военных машинах направились к зданию телецентра «Останкино». Здесь же собрались около 1 тыс. сторонников «Трудовой России» с арматурой и дубинками, отобранными у ОМОНа (ранее в этот день толпа сторонников Верховного Совета(http://www.youtube.com/watch?v=durtin67eRQ) прорвала оцепление ОМОНа возле Крымского моста); к телецентру подогнали три бронетранспортера под красными флагами, захваченных при штурме мэрии. Попытка захвата «Останкино» началась, когда грузовик пробил стеклянные двери телецентра. Трансляция телеканалов, выходивших из «Останкино», была прекращена. В эфире остался лишь канал РТР, вещавший из резервной студии на Шаболовке.

Отдав приказ вооруженным боевикам штурмовать здания московской мэрии и телецентра «Останкино» – мирных гражданских объектов, – руководители Верховного Совета поставили себя не только вне российского, но и вне международного права. Как подчеркивал (http://www.youtube.com/watch?v=GxaCiWtkHDg) в те дни Владимир Буковский, «его [Ельцина] оппоненты совершили не политические ошибки – они совершили уголовные преступления».

«Люди, называющие себя защитниками Белого дома, применили силу, спровоцировали кровавые беспорядки, бойню – и тем самым лишились всяких оснований называть себя защитниками права, демократии, Конституции», – заявил в экстренном эфире РТР в ночь с 3 на 4 октября 1993 года Григорий Явлинский. – Сегодня Ельцин Борис Николаевич должен применить все, что есть в его распоряжении… для подавления применения силы со стороны фашиствующих, экстремистских, бандитских формирований, собранных под эгидой Белого дома. (…) Будущее – вот ради чего мы должны сегодня убрать насильников с наших улиц, с наших скверов, от “Останкино” и выкинуть их из наших городов».

http://www.imrussia.org/images/stories/01_RUSSIA_2012/Shelling_of_Parliament/ostankino1993.jpg

Во время штурма телецентра «Останкино»

Дальнейшее известно. «Расстрел парламента» 4 октября (стреляли болванками по верхним пустующим этажам Дома Советов) стал трагической расплатой за прежнюю нерешительность и непоследовательность, за неготовность ликвидировать последний оплот советской власти раньше – после победы на референдуме весной 1993-го. Этот «расстрел» пресек гражданскую войну, уже начинавшуюся в Москве и грозившую перекинуться на остальную страну, и предотвратил захват власти силами, по сравнению с которыми сегодняшний путинский авторитаризм показался бы легкой прогулкой.

Проведенный фондом «Общественное мнение» 4 октября экспресс-опрос показал, что 72% москвичей были на стороне Ельцина, 9% поддерживали Верховный Совет.
Нелепо и гротескно выглядят попытки представить действия российского президента в октябре 1993 года «переворотом» или сравнения с хунтой Пиночета, ликвидировавшей демократические свободы и на многие годы установившей в Чили военную диктатуру. Сравнение верно с точностью до наоборот: подавление силового мятежа коммунистов, националистов и разношерстных радикалов, грезивших кто о восстановлении Советского Союза, кто о национал-диктатуре, а все вместе – о сворачивании только начавшегося движения страны к демократии, позволило сохранить в России (еще на несколько лет) гражданские свободы, многопартийный плюрализм, демократические выборы, независимые СМИ.

«Расстрел» пресек гражданскую войну и предотвратил захват власти силами, по сравнению с которыми путинский авторитаризм показался бы легкой прогулкой.

12 декабря 1993-го в России прошли первые с ноября 1917 года многопартийные парламентские выборы – закончившиеся победой оппозиции. Еще более оппозиционный Ельцину парламент был избран в декабре 1995-го; весной 1999 года ему не хватило уже всего 17 голосов для вынесения президенту импичмента. Показательна судьба представителей побежденной стороны. Бывшие народные депутаты, в том числе активные участники октябрьских событий со стороны Белого дома (Сергей Бабурин, Юрий Воронин, Николай Павлов, Николай Харитонов и многие другие), заняли места в новой Государственной думе. Заседал в двух созывах Думы и генерал Макашов, чья парламентская деятельность запомнилась главным образом обещанием «забрать на тот свет десять жидов». Лидеры мятежа, призывавшие формировать вооруженные отряды для штурма Кремля, вышли на свободу по парламентской амнистии уже в феврале 1994-го. В 1996 году Александр Руцкой был избран губернатором Курской области (к слову, в 1999-м он стал одним из соучредителей пропутинского блока «Единство» – сегодняшней «Единой России»). Никто не препятствовал и возвращению в политику Руслана Хасбулатова – в 1999 году бывший спикер баллотировался в Государственную думу по одномандатному округу в Хабаровском крае, правда, набрав всего 5,85% голосов.

Что стало было со сторонниками Бориса Ельцина в случае победы в октябре 1993-го другой стороны – вопрос, очевидно, риторический.

За свое президентство Борис Ельцин совершил много ошибок. К их числу можно отнести и отказ от люстраций и суда над коммунистической системой и КГБ в 1991–1992 годах, не позволивший стране окончательно освободиться от тоталитарного прошлого, и чеченскую войну, и, разумеется, выбор «преемника» в 1999-м. Подавление попытки вооруженного мятежа в октябре 1993 года к числу этих ошибок не относится.

[Слон]

http://slon.ru/russia/na_poroge_grazhdanskoy_voyny-999512.xhtml
03.10.2013, 16:56

Ольга Павликова Вера Кичанова
http://slon.ru/images3/6/900000/632/999512.jpg?1380807337
На пороге гражданской войны Фото: Валерий Христофоров / ИТАР-ТАСС

Ровно 20 лет назад на улицах Москвы шли настоящие бои. Сторонники Верховного Совета прорвали блокаду из сотрудников правоохранительных органов возле Дома Советов, захватили здание московской мэрии, а затем предприняли попытку захватить одно из зданий телецентра «Останкино».

Эти действия стали своего рода ответом на указ Бориса Ельцина № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». Он предписывал Съезду народных депутатов и Верховному Совету прекратить свою деятельность. Депутатам было предложено вернуться на свои прежние места работы. Указ был признан неконституционным, и Верховный Совет и Съезд народных депутатов отказались ему подчиниться.

Slon попросил нынешних депутатов Госдумы вспомнить, где они были 20 лет назад и как они относились к этим событиям тогда и как относятся к ним сейчас.
http://slon.ru/images2/blog_photo_18/2013_10_03/zubov.jpg
Валерий Зубов, член Комитета Госдумы по транспорту от партии «Справедливая Россия»
20 лет назад я был губернатором Красноярского края и находился в регионе. Хотя об указе № 1400 я узнал, находясь в Швеции. В том числе я принимал участие в знаменитом совещании Сибирского соглашения, которое определяло, на чью сторону встанет Сибирское соглашение. Я был на стороне президента, прекрасно понимая, что Верховный Совет и Съезд народных депутатов заняли трусливую и очень неконструктивную позицию.

И хотя действия Ельцина были юридически незаконными, спорить здесь бесполезно. Его указ противоречил Конституции. Но нельзя забывать, что Съезд народных депутатов довел Конституцию по положения уличной девки, когда изменения вносились в нее по нескольку раз в день.

В последующем, конечно же, начались сложные и запоздалые реформы. Они проводились людьми, которые в силу своего исторического опыта не понимали, в каком направлении им двигаться и как эти реформы проводить. И Верховный Совет играл на этом недовольстве граждан, ничего не предлагая конструктивного взамен, постоянно принимая решения, которые ухудшали систему управления и возможность проведения реформ. Но я уверен, что, если бы тогда победу одержал Хасбулатов, в стране началась бы гражданская война.
Поэтому решение Ельцина было неизбежным. И именно оно предотвратило гражданскую войну.

Если оценивать эти события сейчас, то, конечно, надо признать, что президенту удалось тогда развернуть страну на 180 градусов. Мы ушли от тоталитарного социализма, от полного дефицита питания, от нулевой возможности личных свобод. Поэтому то, что было сделано в те годы, – это была феноменальная работа. Хотя, конечно, все эти реформы сопровождались задержками зарплаты, инфляцией, несправедливой приватизацией. Но то, что было проведено правительством Гайдара двадцать лет назад, не претерпело никаких изменений. Вот насколько надежными они оказались!
http://slon.ru/images2/blog_photo_18/2013_10_03/grachev.jpg
Иван Грачев, член Комитета Госдумы по энергетике от партии «Справедливая Россия»
В 1993 году я был депутатом в Казани и считал, что дело полным ходом идет к гражданской войне. Ситуация казалась патовой, поэтому у меня было внутреннее ощущение, что кто-то из сторон конфликта должен наконец-то проявить силу воли и закончить с этим двоевластием. И когда воля была проявлена, хоть и таким варварским способом, я считал, что это было правильное решение Бориса Ельцина. Я считал, что он был прав, несмотря на то, что он нарушил Конституцию.

И сейчас я считаю, что эти действия были неизбежными. Хотя последующие экономические реформы носили явно отрицательный характер. Они были вредными.
http://slon.ru/images2/blog_photo_18/2013_10_03/haritonov.jpg
Николай Харитонов, депутат Госдумы шести созывов, фракция КПРФ
В 1993 году я был народным депутатом РСФСР. Я был участником тех событий и делал все, чтобы избежать кровопролития и выйти на нулевой уровень, то есть переизбрание Ельцина. 28 сентября я возглавил вторую часть Х внеочередного Съезда народных депутатов на Красной Пресне. Дали команду никого не запускать в Белый дом и не выпускать, бить всех, – я видел, как омоновцы это делали. Я лично делал перевязку депутату Алкснису, которому тогда пробили голову. Нам отключали свет, воду, канализацию, мы спали на стульях, прикрывшись газетой.

Народ тогда поднялся не против власти, а против реформ, которые затеяли Гайдар и Чубайс. Мы до сих пор чувствуем на себе последствия тех реформ – мы прожили двадцать лет, но до сих пор вздыхаем. Это гнусно – то, что сделал Ельцин. Это был вандализм и узурпация власти одним человеком. Даже на минуту невозможно представить, чтобы в Вашингтоне президент стрелял по парламенту. Но государство понимало, что бойню надо было устроить. При чем тут Хасбулатов? Конституционный суд четко признал действия Ельцина неконституционными и достаточным основанием для отрешения от должности президента. КС же тогда возглавлял нейтральный человек – Зорькин, который писал: мы приняли такое решение, руководствуясь не симпатиями к одной или другой стороне, мы только требуем не выходить из правового поля. Там победил бы не Хасбулатов, а здравый смысл.
http://slon.ru/images2/blog_photo_18/2013_10_03/kashin.jpg
Борис Кашин, депутат Госдумы пятого и шестого созывов, фракция КПРФ
Я был в «Останкино» в тот день. Сначала мы собрались на Октябрьской площади. Первая часть наших товарищей, среди которых была и моя одноклассница с ребенком, еще утром двинулись в сторону правительства и пришли к Белому дому. Там началась стрельба из мэрии, народ восстал и захватил это здание. Люди были совершенно стихийно подняты. А когда наша колонна шла туда же, то никакого сопротивления мы уже не встречали. Мы видели тех, кто действительно освободил парламент, – я никогда не видел такого воодушевления и такого героического настроя. У поворота на Новый Арбат нас встретили машины и автобусы с теми, кто захватил мэрию и освободил Белый дом. Это событие, которое я никогда не забуду. Это было действительно народное восстание, и люди чувствовали победу, хотя понимали, что это далеко не финал. Мы сели в один из автобусов и поехали в «Останкино» – мы были в числе первых, кто туда приехал.

А дальше долго рассказывать. Я оказался в «Останкино», и когда снимали известные кадры, где грузовик таранит эту дверь, я стоял рядом и как раз не очень понимал, зачем это происходит. Создавалось такое впечатление, что еще есть возможность как-то мирно обеспечить граждан информацией о том, что происходит. Я отошел на несколько минут буквально купить хлеба, а когда вернулся, началась дикая стрельба. И что я слышу в СМИ? Что все это затеяли жители Москвы. Это вранье. Но был, с другой стороны, полный хаос и непонимание ситуации. В целом решение ехать в «Останкино», может быть, было непродуманным. Но это было народное восстание, в котором участвовали десятки тысяч человек. И то, что совершил Ельцин, это крупнейшее преступление, за которое он так и не понес наказания. А плоды мы пожинаем до сих пор.

Среди самих членов парламента была идея, что Хасбулатова надо отстранять и менять на кого-то другого, хотя преобладала точка зрения, что на переправе коня не меняют. Но дело не в Хасбулатове – народное восстание было подавлено с большим числом жертв, советы разрушены. Это и привело к тому, что у нас сейчас полнейшая монополизация власти и никакой реальной демократии. Если бы то массовое восстание достигло цели, то у нас не было бы такого позорного прецедента, когда по собственному парламенту президент долбит из танков. Многие наши соотечественники из бывших республик просто плакали от позора, глядя на эти события.
http://slon.ru/images2/blog_photo_18/2013_10_03/taskaev.jpg
Владимир Таскаев, депутат Госдумы шестого созыва, фракция ЛДПР
Я в это время был в Екатеринбурге – тогда еще в Свердловске. К сожалению, в событиях не участвовал, но, как любой гражданин великой страны, следил за тем, что происходит в Москве, и душой и сердцем был полностью за то, чтобы наша страна не развалилась. Хотя в прессе ГКЧП все осуждали, я в глубине души поддерживал их. Я хотел, чтобы не пришли люди, которые потом растащили все, раздербанили. Это была первая «оранжевая революция», которую Запад отработал на Советском Союзе, продемонстрировав возможности Запада, а именно Америки, развалить любое государство без войны, руками собственных провокаторов-гапонов, которые настраивают брата против брата и стреляют из пушек по своему парламенту. Это дикость, до которой сейчас дошли Египет, Тунис и другие страны.

Я, к сожалению, не прокурор, хотя, конечно, наша фракция и наш лидер Владимир Вольфович оценивают те события однозначно. Может быть, в то время изменения, которых хотел Ельцин, были нужны нашей стране, но развал страны мы оцениваем отрицательно. Считать ли это юридически преступлением или нет? Надо решить, нанесен ли ущерб государству и в каком объеме. Я думаю, нанесен огромный ущерб и генофонду, и финансовому положению страны, и внешней и внутренней политике. Нужно организовать большое всенародное обсуждение, взвесить все произошедшее и вынести решение.

Хасбулатов от Ельцина ненамного отличается в лучшую сторону. Если бы он победил, могло быть намного хуже, Ельцин хотя бы предлагал какие-то конкретные изменения. Это люди из одной компании, которые ломали великую страну при молчаливом согласии тогдашнего КГБ. Это посягательство на устои государства, которое тогда каралось очень строго, вплоть до расстрела. Я не думаю, что, если бы Хасбулатов взял власть, было бы лучше для нашей страны, для россиян, для Союза.
http://slon.ru/images2/blog_photo_18/2013_10_03/fedorov.jpg
Евгений Федоров, член Комитета Госдумы по бюджету и налогам от партии «Единая Россия»
В это время я находился в Ленинграде, на работе. Я был освобожденным депутатом Ленинградского областного совета народных депутатов. И я участвовал в координации усилий порядка 47 народных депутатов Российской Федерации в поддержку сил, которые выступали в поддержку сил на стороне Руцкого, за суверенитет Российской Федерации. Мы тогда считали, что государственный переворот – это плохо, какие бы мотивы за этим ни стояли. Но мы тогда проиграли. Ельцин нас разогнал, а меня уволил.

Сейчас я считаю, что этот переворот дал на сто процентов негативный результат. Страна окончательно потеряла суверенитет, а Россия перестала существовать как субъект, который самостоятельно принимает решения в отношении своей судьбы. В результате этих событий были предопределены чеченские войны и Хасавюртовские соглашения. Фактически те действия Ельцина заложили основания для дальнейшей ликвидации России в принципе. Эта ситуация была переломлена уже в начале 2000-х Владимиром Путиным.
Но сейчас я исхожу из того, что кто бы тогда ни победил – Ельцин или Хасбулатов с Руцким, ничего хорошего в любом случае не было бы.

[Владимир Пастухов]

http://polit.ru/article/2013/10/03/constitution/
03 октября 2013, 09:14

В течение двадцати лет октябрь 1993 года остается кровоточащим шрамом в политическом сознании поколения «прорабов перестройки». За эти годы незаживающая рана поросла конституционным быльем, и многим стало казаться, что именно ради конституции была принесена «сакральная жертва» богу гражданской войны. Но конституция из этого дыма и грохота так и не возникла. Действительно, роды всегда сопровождаются муками, но не всякие муки заканчиваются родами. В 1993 году у России случился «конституционный выкидыш». Салют из танковых орудий, бьющих прямой наводкой по цитадели оппозиции, стал залпом роты почетного караула на могиле русского конституционализма.

Конституционные отступники

Ровно за четыре века до этих трагических событий, 25 июля 1593 года, вдали от России, в базилике Сен-Дени в предместьях Парижа, Генрих Наваррский, будущий основатель династии Бурбонов, отрекся от протестантизма и принял католицизм ради того, чтобы находившийся под контролем католической Лиги Париж признал его право на престол Франции. Существует предание, что, выйдя их церкви, он сказал своим протестантским сторонникам: «Париж стоит мессы». Четыреста лет спустя в России приверженцы идей либерализма и конституционализма, прислушиваясь к грохоту танковых орудий, успокаивали себя тем, что конституция стоит месива, в которое был превращен «Белый дом» - тогдашний символ русского парламентаризма и центр оппозиционной активности.

Конечно, тут есть нюансы, потому что буква и дух конституции проживали в то время в России по разным адресам, и поэтому многие полагают, что в 1993 году не было никакого переворота, а просто дух конституции взял с боем верх над его буквой. Однако этот дух сразу после победы куда-то испарился, и с тех пор никто не может обнаружить его следов. Поэтому я склонен предположить, что это был не дух, а конституционный фантом. Много сказано о том, что это было разрешение конституционного кризиса. Однако мне кажется, что, если общество зашло в своих конституционных блужданиях в исторический тупик (а, похоже, именно это случилось на втором году существования ельцинского режима), то подрыв целого квартала для того только, чтобы определиться на местности, вряд ли можно признать разумным и адекватным способом решения проблемы.

Поэтому и с правовой, и политической точек зрения события сентября-октября 1993 года были государственным переворотом. Указ Бориса Ельцина, которым упразднялась конституция и распускался действующий парламент, даже самые эластичные толкователи конституционных норм никогда не смогут втиснуть в рамки правового поля. Собственно, это прямо вытекало из постановления Конституционного суда, признавшего действия Кремля неконституционными. Оценка, данная этому документу тогдашним (и по иронии судьбы нынешним) председателем Конституционного суда Валерием Зорькиным, была, с юридической точки зрения, единственно возможной и безупречной, а сам его поступок (по крайней мере, в моих глазах) - бесспорным актом гражданского мужества. И в русской истории, когда все наносное рассеется, Валерий Дмитриевич останется, в конечном счете, именно как судья, принявший это беспрецедентное и смелое решение, а не как конституционный долгожитель, переживший трех президентов России.

Тем не менее, многие из тех, кто иногда справедливо, а иногда - нет, критикует Зорькина за его нынешнюю позицию с «либеральных» высот, тогда, двадцать лет назад, как раз приняли переворот как некую историческую необходимость. Вообще в России «либералы» легко мирятся с торжеством политической целесообразности над законностью, если результат соответствует их политическим ожиданиям. Поэтому, как это ни парадоксально, события 1993 года являются точкой консенсуса между сегодняшней властью и многими видными представителями оппозиции. В этом вопросе и власть, и ее «либеральные критики» в равной степени являются «конституционными отступниками», убедившими себя в том, что хорошая конституция стоит одного плохого переворота.

Конституционный вакуум

Но конституции не вышло ни хорошей, ни плохой. Следствием переворота 1993 года стала огромная конституционная дыра, которую за двадцать лет так никому и не удалось заштопать. С высоты сегодняшнего политического и исторического опыта ситуация видится мне даже хуже, чем казалось поначалу. Многие годы я полагал, что 1993 год необходимо рассматривать как антиконституционный переворот. Теперь же, перефразируя Лермонтова, обращаясь к событиям той осени остынувшим умом, разуверяюсь я во всем.

Мой недавний ночной разговор с Тамарой Георгиевной Морщаковой заставил меня усомниться в том, что этот переворот был антиконституционным. Не то чтобы Тамара Георгиевна убедила меня, что Ельцин был прав, но она заставила признать, что конституционной правды не было ни на одной, ни на другой стороне. Съезд народных депутатов и Верховный совет относились к Конституции также утилитарно, как и Кремль, - они просто подъедали ее с другой стороны и их устраивал статус-кво. По сути, в обществе шла почти открытая гражданская война, и конфликтующие стороны «поделили» между собой два главных политических ресурса. Язык не повернется назвать их ветвями власти, потому что никакого разделения властей в России ни до, ни после 1993 года не было. Зато было нечто другое – двоевластие и борьба двух приватизированных разными политическими силами «институций» между собой за тотальное господство в политическом пространстве.

Это была гражданская война, в которой обе стороны были бесконечно далеки от каких-либо конституционных идей и ценностей. Конституционализм был им обеим интересен лишь в той степени, в которой при помощи соответствующей политической риторики можно было лучше оправдать свои претензии. При этом Съезд и Верховный совет, еще до того, как стать мятежными, стремились к такой же неограниченной ничем «самодержавной» власти, к которой стремился и Кремль. Об этом свидетельствует их собственное конституционное нормотворчество. В определенном смысле Съезд и Верховный совет претендовали на роль «коллективного Ельцина», что с точки зрения здравого смысла, возможно, было еще большим абсурдом, чем установившаяся впоследствии единоличная ельцинская диктатура.

Борьба на уничтожение двух сил, отрицающих базовые конституционные ценности, не может быть источником вдохновения для здорового конституционализма. Даже если бы конституционная комиссия, заседающая на руинах испепеленного парламента, была составлена из лучших конституционалистов всех времен и народов, она не смогла бы родить действительную конституцию, потому что настоящие конституции пишутся не на бумаге, а в сердце нации. Все, что происходило на поле конституционализма в России потом, нельзя назвать иначе, как конституционной алхимией. Так же, как мыши не заводятся в грязи, так и конституция не возникает из вакуума, даже если этот вакуум проголосовал за нее на референдуме. С 1993 года в России нет конституции, а есть лишь имитация конституционализма.

А был ли конституционный мальчик?

Конституция 1993 года, несмотря на свою внешнюю «текстуальную» привлекательность, является обычной для России апологией самодержавия и уже только по одному этому признаку не является действительной конституцией. В принципе, такая конституция могла устроить и генеральных секретарей ЦК коммунистической партии, и представителей династии Романовых. И те, и другие после некоторой адаптации смогли бы в привычном для себя режиме осуществлять свою абсолютную власть, не стесняясь «присутствия» этого замечательного документа. По сути, Конституция 1993 года лишь развивала принципы, заложенные еще в Манифесте 17 октября, изданном Николаем II – самодержавие остается незыблемым принципом, но мирится с «вкраплением» в свою ткань чужеродных, декоративных конституционных элементов.

Такая конституция не только допускает, но и предполагает обязательное существование некой другой, внутренней конституции, не озвученной, но зато настоящей, по лекалам которой и выстраиваются реальные политические отношения. Главный российский конституционный принцип – один пишем, два в уме. Пишем президент - подразумеваем монарх, пишем суд – подразумеваем администрация, пишем право – подразумеваем телефонное. В Англии нет писаной конституции, но власть живет по конституционным законам. В России есть писаная конституция, но власть живет по конституционным понятиям.

В создании этой самодержавной конституции прискорбную роль сыграло слепое поклонение «правам человека». Наверное, это прозвучит для русского уха несколько непривычно, но вообще-то «права человека» - это всего лишь юридическая фикция, созданная для того, чтобы обозначить границы применения властью насилия. Как и всякая фикция, она полезна не сама по себе, а лишь в той степени, в которой выполняет свое предназначение – а именно, определяет эти самые границы. Но новообращенный русский «либерализм» воспринял концепцию «прав человека» приблизительно так же, как новообращенные дикари – христианство: они соорудили «правам человека» памятник в виде второй главы конституции, водрузили его на место поверженных ранее идолов и стали ему молится. Все остальное в их жизни осталось по-прежнему.

Детальное выписывание «прав человека» бесполезно, если оно никак не связано с определением основных параметров политической системы. Но этой связки не вышло, замечательная во всех отношениях, и особенно - в литературном, вторая глава российской конституции существует как бы сама по себе. Концепция «прав человека» в практическом смысле – всего лишь инструкция к набору «политического Лего», в которой написано, как собирать конституционное государство. Представьте теперь себе, что вам продали огромную красивую коробку, в которой лежит только одна инструкция...

Во всем остальном, помимо гимна «правам человека», Конституция 1993 года воспроизводила политический код Российской империи. А в тех местах, где демократические декларации расходились с имперскими принципами, оказались расставлены многоточия, которые впоследствии были заполнены очень скверной антиконституционной практикой. Это была конституция, в которой на поверку не оказалось ничего конституционного.

Конституция как революция

Создание настоящей российской конституции – дело будущего. Далекого или близкого – этого я не знаю, но убежден в том, что пока Россия к решению этой задачи даже не приступала. Так называемая «конституция 1993 года», несмотря на все свои «красивости», является глубоко реакционным документом, консервирующим отжившую свой век имперскую модель российской государственности (что, впрочем, не мешает использовать отдельные стилистические и технические достижения текста этой конституции в будущем).

Мало того, вся конституционная практика после 1993 сводилась к изживанию даже тех конституционных начал, которые стихийно сформировались в недрах советского общества. На протяжении двадцати лет Россией управляла «ликвидационная конституционная комиссия», которая избавлялась от ненужных «конституционных активов» так же ловко, как «Рособоронсервис» распродавал армейское имущество. С молотка «по дешевке» ушли независимость суда, сменяемость власти, правовое государство и другие ценности. Так ликвидаторы обычно обращаются с предприятием, которое готовится к искусственному банкротству.

Но дело даже не в этом. Создание настоящего конституционного государства – это революция, масштабов которой в России практически никто не осознает. Она предполагает строительства общества на совершенно новых началах, а не бесконечную «перелицовку» имперского кафтана, скроенного еще во времена Петра I и Екатерины II. Конституционная государственность порывает с имперским прошлым и выстраивается в соответствии с определенными «умственными началами», имеющими мало общего с традициями и предрассудками старого общества. Для того, чтобы решится на такую революцию, надо было иметь огромное мужество, интеллектуальный кругозор и запас доверия со стороны общества, которых у политических конструкторов конституции 1993 года не было. Поэтому революция и не состоялась. Странным образом, только сегодня, когда к жизни просыпается новое поколение, родившееся после 1993 года, российское общество созревает для решения этой задачи.

Три кита российского конституционализма

Задача конституционного строительства в России ложится на плечи будущих поколений. Им предстоит сделать сложный выбор – или бесконечно воспроизводить в разных вариациях бесплодную имперскую идею (имитируя конституционализм), или решиться на строительство настоящей конституционной государственности «с чистого листа».

Можно бесконечно долго спорить о том, какими должны быть контуры будущего конституционного государства в России, однако, по моему мнению, построение этого государства сводится к решению четырех базовых задач: переход к новому территориально-государственному устройству (с укрупнением регионов), создание парламентской республики, формирование реального местного самоуправления и выстраивание независимой судебной системы.

Во-первых, надо сломать имперскую парадигму – то есть уйти от имперско-колониального наследия и перейти от национально-государственного к территориально-государственному делению. Для этого придется создать не более двадцати-тридцати субъектов федерации, достаточно больших, чтобы быть экономически и политически состоятельными, которые не имеют никакого «национально окраса», каждый из которых управляется собственным правительством, издающим региональное законодательство, имеет свою судебную систему и полноценный бюджет. Грубо говоря, нужно создать что-то вроде «Соединенных Штатов России» (надеюсь, у читателя хватит юмора не воспринимать сказанное буквально).

Во-вторых, надо сломать авторитарную парадигму – то есть отойти от моноцентричной модели управления, уходящей своими корнями в средние века. Этому может способствовать превращение России в парламентскую республику с сильным правительством, наделенным очень широкими полномочиями, которое формируется победившей на выборах в парламент партией, и президентом, который может избираться верхней палатой парламента. Функция президента при этом сводится к тому, чтобы действительно быть гарантом Конституции. Разделение исполнительной власти между президентом и правительством будет сдерживать развитие вождизма, перманентная угроза которого не без оснований тревожит многих либерально настроенных граждан.

В-третьих, нужно заложить новую парадигму развития общества, отказавшись от модели, в которой чуть ли не единственным триггером любого экономического, социального или культурного движения является центральное правительство. Здесь я вряд ли смогу предложить что-то новое – еще в 90-е годы Солженицын написал, что выход из ступора в России возможен только на путях создания сильного местного самоуправления. По всей видимости, в этой работе необходимо будет задействовать пусть и ограниченный, но все-таки реальный исторический опыт земства. Парадоксальным образом укрупнение регионов может содействовать развитию местного самоуправления, так как «губернаторы» и «мэры» в этом случае перестанут дублировать работу друг друга.

И, наконец, в-четвертых, все гарантии независимости судов должны быть прямо и непосредственно определены в Конституции, чтобы исключить в дальнейшем саму возможность той полной дегенерации судебной системы, которую можно сегодня наблюдать в России.

Шанс, который Россия упустила

Конституция 1993 года не решает ни одной из актуальных для российской государственности проблем. Такая конституция не стоила обедни. И все-таки, оглядываясь назад, в то трагическое время, нельзя не сказать, что некоторый, пусть мизерный, шанс начать свою конституционную историю двадцатью годами раньше у России был. Это, возможно, случилось бы, если бы переговоры между Кремлем и мятежным парламентом, которые шли под эгидой Патриархии, завершились успехом, и в их результате родился бы компромисс, в рамках которого обе стороны отказались бы от своих претензий на «тотальную» власть. Собственно, такое соглашение и могло стать эмбрионом, из которого со временем выросла бы настоящая Конституции России. Конечно, история не знает сослагательного наклонения, и все сегодняшние утверждения носят исключительно предположительный характер. Но один урок из той роковой ошибки все-таки можно извлечь – действительный конституционализм является продуктом национального согласия, а не политическим трофеем победившей партии.

[Георгий Сатаров]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13337
3 ОКТЯБРЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13337//1380728790.jpg
ИТАР-ТАСС


Мне уже маячит семьдесят; не завтра, но и не за горами. В этом возрасте, и при некотором жизненном опыте, начинаешь понимать, что искать правых и виноватых в каком-либо конфликте – дело, как правило, бесперспективное. Я, например, искренне уверен, что если бы Ельцин распустил Съезд и Верховный Совет народных депутатов в мае, то осенью никакой трагедии не было бы, как и весной. Значит, он и виноват, что долго тянул. Не уверен, что смогу найти много сторонников. Но дело не в этом. Трагедия произошла. Гражданская война – это всегда трагедия. Я так считаю сейчас, и так считал тогда. Конечно, я был по одну сторону баррикад, считал ее правой и надеялся на ее победу. А теперь я вижу, что моя сторона проиграла, не тогда, а сейчас. Проиграли все. А кто победил в результате Великой французской революции, какая политическая сила? Жиронда? Якобинцы? Директория? Никто. Точнее – никакая из противостоящих сторон. Можно рассуждать и по-другому: если двигаться в прошлое, начиная с некоторого конфликта, то можно попеременно находить обоснования вины любой из сторон.

Знаете, через 20 лет, а давайте считать, что мы все стали мудрее на 20 лет, можно уже думать о другом: что привело к этой трагедии? Что получилось в результате? И каковы выводы для всех нас?

Возможно, я не прав, но мне представляется, что конфликт, подобный произошедшему двадцать лет назад, был почти предопределен. И дело не в последовательности конкретных событий и действиях отдельных фигур, а в среде, которая возбуждала эти фигуры и формировала эти события. Напоминаю: семьдесят лет большевизма приучили нас, что «кто не с нами, тот против нас!». Поиск компромисса – это проявление слабости. Большевики методично формировали в нас конфликтную политическую культуру. То, что я скажу, может показаться бредом, но я готов обосновывать это перед любыми оппонентами: двадцать лет назад Ельцин был одним из самых компромиссных политиков в России. Именно поэтому не распустил Съезд в мае, когда у него во внутреннем кармане пиджака уже лежал первый вариант указа о роспуске. Но для компромисса одной стороны мало. Вместе с тем взгляд на политику как на игру с нулевой суммой был свойственен всем. Давайте помнить также, что я назвал только одну из деформаций мышления из числа свойственных хомо-советикус.

Второе обстоятельство, которое мы должны учитывать и которое отличало Россию от большинства постсоветских стран: в России не было общества и элиты, консолидированных вокруг идеи реформ и отказа от советского прошлого. Мы были расколоты. Причем на несколько кусков, и либеральные реформаторы никогда не были большим куском. Добавьте к этому глубочайший финансово-эконмический кризис, обостряющий противостояние. Приправьте это всеобщим идеологическим возбуждением – всеобщей тризной по почившей советской идеологии, и вы получите атмосферу постоянного остервенелого конфликта.

Да, конфликт был неизбежен. Это подтверждается не только тем, что ему предшествовал августовский путч 1991 года, но и всей цепочкой событий с начала 1992 года. Он мог произойти и в марте 1993 года, но тогда нашли выход в референдуме. Конфликт мог произойти и позже – в ноябре, когда мог состояться очередной съезд депутатов, на котором они вновь планировали подвергнуть Ельцина импичменту. Но последнее маловероятно, поскольку в августе Ельцин получил информацию о том, что в Парламентском центре на Трубной площади (сейчас снесен) нелегально концентрируется оружие. Дальше президент отступать не мог.

Закономерен вопрос: а возможно ли было поражение Ельцина и что было бы тогда? На первую половину вопроса ответить трудно. Ясно, что такой исход не был исключен. А со второй половиной вопроса – все очевидно. Мы имели бы кровь и репрессии по всей стране. Это была бы власть свирепой фашистской хунты, возглавляемой смесью Макашовых и Баркашовых. Я помню, как в конце сентября, начале октября видный правозащитник и видный демократический политик взывали (по отдельности) к Ельцину: «Раздавить фашистскую гадину!». Призыв был оправдан. В Белом доме власть уже перешла к Макашовым и Баркашовым; депутаты, Хасбулатов и Руцкой, ничего уже не решали, а служили ширмой; уже были составлены стартовые, победные расстрельные списки. Ельцин раздавил гадину. И на совести тех, кто взывал, последующие упреки. Именно он, в очередной раз взяв на себя ответственность, спас множество людей по всей стране от гибели или лагерей, а страну от очередного исторического позорища. Он взял на себя ответственность, и он за все, понятное дело, отвечает. У него так всю жизнь и было.

Но проиграли все равно все. Зрелище конфликта в Москве привело многих в России к разочарованию в демократии. Именно тогда началось: граждане начали оставлять страну на поток и разграбление политикам, уходя от политики в свое выживание или в свою жизнь – как кому везло. Именно равнодушие граждан привело к власти Путина и отдало ему и его кооперативу Россию, со всеми потрохами и минералами. Вот тогда и состоялось поражение тех, кто стоял по разные стороны баррикад в 90-х. Как, впрочем, и поражение совершенно непричастных, которые тогда ничего не знали про эти баррикады или даже еще не родились.

Но и это все – не самое страшное. А вот что страшно: никто ничему не научился. Россия – страна уникальной топологии. В какой бы ее сколь угодно малой окрестности она не разделилась на две конфликтующих части, любая из этих частей может снова разделиться на две – по поводу другого конфликта. Страна разделена на ворующих и обворовываемых. Ворующие бесконечно делимы внутри себя. Обворовываемые – то же самое. Страна идет к взрыву, спор вокруг которого может быть только один: это последний? После него ничего не останется? Или это еще не все? Страшны не сами трагедии, а мы – не извлекающие из них уроков.

Фото Бориса Кавашкина (Фотохроника ТАСС)

[Валерия Новодворская]

http://grani.ru/opinion/novodvorskaya/m.219651.html
03.10.2013

Что удивляться тому, что героями школяров шестидесятых стали неуловимые мстители, красные дьяволята, матросня с "Авроры", Щорсы, Чапаевы, комиссары и комиссарши, железный Феликс и дедушка Ленин? Та гражданская (увы, не единственная) закончилась в начале 20-х годов. Память о ней запылилась, как шлемы ее комиссаров. Нам врали 40 лет, это если считать только до песенки Булата Окуджавы, а потом еще 29 лет.

Наша вторая гражданская началась и закончилась в октябре 1993 года, 20 лет назад. И почти все ее участники живы кроме главных победителей - Бориса Ельцина и Егора Гайдара. Но побежденные врут так, как будто не осталось очевидцев. Кроме Марианны Максимовской никто даже не попытался хотя бы вспомнить факты.

Телеканалы воют гиенами, путинисты из газет тявкают со своих златых цепей из европодворотен с улучшенной планировкой, потому что ненависть к Борису Ельцину, к реформам, к свободе, к западничеству у нынешней чекистской власти зашкаливает. И как им не вздыхать над тем кадром, где с Белого дома слетает триколор, где его топчет толпа, пришедшая защищать "парламент", то есть Дом Советов, то есть старый мир, а на фронтоне взвивается флаг мятежа, реакции, преступлений и бандитизма: красный, с серпом и молотом. Флаг Руцкого, Хасбулатова, Макашова, Анпилова и Путина с Черкесовым, флаг советской власти, красного террора, ГУЛАГа и КГБ.

Уже неделю с канала на канал шляются живые и здоровые жертвы мертвых Ельцина и Гайдара: плаксивый Хасбулатов, усатый, как Сталин, Руцкой, старый провокатор, интриган и ветеран советских спецслужб Джульетто Кьеза.

"Папа и царь, Меттерних и Гизо", левые радикалы и функционеры нашего полицейского государства – все объединились для священной травли этого призрака: Бориса Ельцина, благословенных девяностых, приватизации, гайдаровских реформ, надежды на путь в Европу. Хоть цитируй дословно "Манифест". У нас он тоже есть, почище марксистского. Так что дайте сказать антикоммунистам, хорошо?

Про вторую гражданскую мы знаем все: мы очевидцы, мы комбатанты, мы участники. Верховный совет, глубоко социалистический по своей сути, висел у страны на шее как жернов. Это они остановили реформы, заставили Ельцина убрать Гайдара, не давали и шагу ступить вперед – от имени народа, как это принято у всех левых.

А Борис Ельцин уступал, потому что, вопреки всем сегодняшним версиям, не хотел силового варианта и боялся, что придется кого-то подавлять. Это он не умел и не хотел делать, по крайней мере, со своими (чеченцев, боюсь, он своими не считал). Указ №1400 появился не на пустом месте. Уступали сколько могли. Это мы на Васильевском спуске просили у Ельцина разрешения взять депутатов за руки и за ноги, вынести из "парламента" и положить на газончик. Это у меня на шее висел лозунг с цитатой из поэмы Иосифа Уткина: "Дай Бог сгореть Советам, провалиться депутатам".

Ельцин предлагал парламентский путь: перевыборы. Мы вместе выиграли референдум: "Да-да-нет-да". А что он не хотел уходить вместе с Верховным советом – так это правильно. Безвластие, смутное время, разбой, беспредел, да еще в стране с ядерным оружием? Не имел Ельцин права уходить. Но чем мягче были с распущенным Верховным советом (жалование за три месяца вперед), чем яснее становилось, что Ельцин не хочет крови, тем больше наглели "осажденные", тем больше баркашовцев, приднестровцев и других вооруженных экстремистов скапливалось в Белом доме. Они шли убивать, они шли вешать. Сотрудника мэрии Александра Брагинского избили и изувечили до полусмерти. Завели проскрипционный список, расстрельный список для демократов (напечатанный потом "МК"), где есть и моя фамилия. Потом они заявят, что список составили мы сами. Ну, а где же список для их стороны, с их фамилиями? Что же "Завтра" потом не опубликовало?

Руцкой и Бабурин сварганили документ о смертной казни для тех, кто поддержит Ельцина (см. "Огонек" того времени). А документа от Ельцина – не было. Не угрожал он тем, кто поддержит Руцкого.

Эти ребята, Руцкой, Хасбулатов и иже с ними, действительно хотели власти. В отличие от Бориса Ельцина, который 31 декабря 1999 года добровольно ушел в отставку под наши горькие слезы. Они были согласны властвовать при полной реставрации советских порядков. Правда, они были настолько глупы, что не поняли, что им тоже светит расстрел за Август 1991 года. Баркашовцы и Анпилов их не предупредили.

Но не Руцкой с Ельциным выясняли отношения, а будущее в очередной раз схватилось с прошлым. Советский Союз полез назад из могилы, чтобы утащить в нее живых. И мы этот тур выиграли. Безоружные ополченцы 1993 года, закрывшие собой беззащитную, брошенную милицией и спецслужбами Москву, легшие на амбразуру Второй гражданской войны. Просто Гайдар, который привел к Моссовету свою семью, и мы все готовы были умереть, а Руцкой с Хасбулатовым для себя это не планировали. Белых было меньше, но белые были храбрее.

Оказалось, что ОМОН не выдерживает натиска озверевшей толпы с железными прутьями (это вам не вежливые "болотники"). Оказалось, что армия будет ждать, пока не станет ясно, за кем победа. Наша ставка была – 30 000 трупов, наших трупов в центре Москвы, что исключало легитимность для мира "той" стороны.

И армия пришла к Ельцину, который навсегда останется нашим однополчанином. Кто пойдет прощаться с Хасбулатовым, Анпиловым и Руцким? А к Егору Гайдару в двадцатиградусный мороз шли пять часов подряд, шли 10 000 человек, которые тогда первыми стали на Тверской. А ко гробу Ельцина стояли в очереди целую ночь. Вот вам и народ (не чернь!), который сказал свое последнее слово.

И не было никакого расстрела парламента. Во-первых, там, где красный флаг и баркашовцы, там нет парламента. Было театрализованное представление, хеппенинг для слабонервных Хасбулатова и Руцкого. Много копоти, много шума, много эффекта. Стреляли болванками, а не снарядами, устроили "психическую атаку", и никто за циклопическими стенами не пострадал. "Альфа" всех собрала в кошелку, и они пошли с охотой, потому что, в отличие от нас, очень хотели жить.

Цена нашей победы – роскошная Конституция, одна из лучших в мире, приватизация (надо было обессилить самодержавное государство), вывод последних войск из Восточной Европы и стран Балтии. И даже Путин всего этого не успел отобрать.

От 1993 года до 2000-го мы катились по наклонной плоскости. А в 1993 году страна сорвалась бы в пике - с виселицами и конфискациями.

Победитель Ельцин был великодушен сверх меры: мятежники просидели только 4 месяца, не было ни стадионов, ни других арестов, даже Баркашова не взяли. Он до сих пор удивляется. Конечно, надо было напугать, как это делали другие победители: Маннергейм, Франко, Пиночет. Но ни Ельцин, ни мы не оказались способными к роли усмирителей и палачей. Вместо арестов были честные выборы – и здесь побежденная чернь свела с нами счеты, и сводит их под руководством Путина до сих пор. Но пока в стране еще остались белые антисоветчики, есть кому вставлять палки в Красное Колесо.

[Mister Parker]

http://izvestia.ru/news/558132
3 октября 2013, 15:21
О том, надо ли праздновать годовщину путча 1993 года

Осенью 1993-го мне было 22 года. 21 сентября, когда Ельцин издал указ 1400, мне было, честное слово, глубоко наплевать и на президента и на его указы. Потому что 15 сентября, всего за шесть дней до этого, в серой, дождливой, унылой, потерянной Москве состоялся концерт Майкла Джексона. И я был на этом концерте, стоял в первых рядах перед сценой и, разумеется, весь мой разум был занят только этим переживанием. Я, честно говоря, не помню даже инфляцию.

3 октября мы с моей девушкой сидели у нее на даче в Баковке и смотрели телевизор. А потом телевизор погас. В 1993 году, как вы понимаете, никаких телефонов на дачах не было, поэтому, оставшись без телевизора, мы отправились в спальню.

4-го утром, в понедельник, телевизор работал. Показывали, как стоящий на мосту танк стреляет по Белому дому. Я поехал устраиваться на работу. Мои потенциальные работодатели сидели перед маленьким телевизором и смотрели, как по Белому дому стреляет танк. Мне просто махнули рукой: принят.

5-го утром я пошел на работу.

Остальные воспоминания фрагментарны. Да, я помню, что был на стороне Ельцина. Я помню, как мне хотелось, чтобы поскорее уже вошла армия и прекратила это вот безобразие с захватом мэрии, убийством милиционера, вонючими баррикадами и этим вот мерзейшим, отвратительнейшим антисемитом Макашовым. Я воспринимал мир эмоциями, а вовсе не разумом.

Однако сейчас, через 20 лет, я все равно остаюсь на стороне Ельцина. Хотя, разумеется, и считаю его метод решения проблемы варварским и тупым. Ну да разве когда-нибудь в своей истории Россия решала что-нибудь не тупо и варварски? Да никогда. Качество политики у нас что при царе, что при большевиках, что сейчас — как качество «Жигулей». Русское качество.

И тем удивительнее мне видеть, как на протяжении всех этих лет постоянно растет количество тех, кто считает разгром Верховного Совета какой-то политической катастрофой (еще раз — абстрагируемся от катастрофы человеческой, от погибших людей). Еще более интересно, что в голове у этих поборников Конституции теперь удивительным образом сочетаются какой-нибудь Сталин, Верховный Совет и сильная власть.

В то время как сильная власть была как раз на стороне президента.

Ну смотрите сами. Есть две противоборствующие стороны: президент и парламент. Правительство на стороне президента. Армия на стороне президента. Полиция на стороне президента. Мэрия на стороне президента.

Кто на стороне парламента? Сейчас принято говорить, что народ. Однако даже если забыть о результатах весеннего 1993-го года референдума достаточно просто вспомнить, сколько людей вышло на тот самый митинг в поддержку Верховного совета на Октябрьской площади 3 октября, с которого всё началось. Несколько тысяч человек. До 10. И это в многомиллионной Москве! Справедливости ради стоит заметить, что сторонников президента у Моссовета в ночь на 4 октября собралось тоже немного. Можно объяснить это тем, что на стороне президента и так были армия и полиция. Но лично я для себя объясняю это иначе: народу было, в общем-то, все равно. Народ за минувшие два года видел столько всего, что в конечном итоге ему было наплевать, кто победит в этой глупой войне. Жили бы при любой власти.

Прекрасным индикатором этого равнодушия было количество зевак, наблюдавших за расстрелом Белого дома. Их было едва ли не больше, чем на митинге 3 октября и уж точно больше, чем собралось у здания Моссовета.

Сторона президента без малейшего труда полностью блокирует здание Верховного Совета и отключает его от всех коммуникаций. Что может им противопоставить Верховный Совет? Да ничего. Лишь отчаянный призыв Руцкого «Поднимайте боевые машины», сделанный им, вы не поверите, в эфире «Эха Москвы» по мобильному телефону Алексея Венедиктова.

Так что же это тогда было тогда? Восстановление порядка при вооруженном мятеже? Антиконституционный переворот? Формально и то и другое. Но концептуально это было значительно более важным событием. Далеко выходящим за рамки противостояния Ельцина с Верховным Советом.

На самом деле выстрел из танка Таманской дивизии стал ответом на выстрел крейсера «Аврора». Разгром Верховного Совета был той самой контрреволюцией, восстановившей в России ее исторический ход развития. Окончательно покончившей с советской властью. То, что началось в 1917-м, закончилось не в 1991-м. А 4 октября 1993-го. Именно тогда большевики окончательно проиграли.

Это была мутация. Мутация как движущая сила эволюции. Вряд ли наша страна окончательно излечилась от злокачественной мутации 17-го, но я все же надеюсь, что это излечение произойдет — нужно лишь время.

И именно поэтому я считаю, что сейчас у нас праздник. Да, со слезами на глазах, потому что люди погибли.

Но праздник. Праздник окончательно избавления от большевистского морока.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/558132#ixzz2glIrbT2u

[Владимир Милов]

http://www.echo.msk.ru/blog/milov/1170374-echo/
04 октября 2013, 13:13
Удивительно, как 20 лет пролетели со дня трагических событий 3-4 октября 1993 года. Я все это помню как вчера – выключенный эфир телеканалов вечером воскресенья, комендантский час в Москве. Мы жили с видом на развилку Ленинского проспекта с проспектом Вернадского, было абсолютно дикое зрелище, как неделю или больше (не помню) оживленные магистрали по ночам были абсолютно пустыми. Друзья, живущие в центре, рассказывавшие, как боятся к окнам подходить из-за снайперов.

За эти годы многое изменилось. Если 20 лет назад я был безоговорочным сторонником Ельцина в тех событиях, то сейчас считаю, что виноваты в вооруженном конфликте были обе стороны, что кровавых столкновений можно было избежать. И страна пошла развиваться далеко не по тому пути, как мы хотели в 1993-м. И я, и многие мои коллеги, поддерживавшие тогда Ельцина, очень сожалеем, что пролилась кровь, были жертвы. Искренне сожалеем.

Но я читаю сегодня отзывы о тех событиях от сторонников Верховного совета – изобилующие фразами типа «узурпатор Ельцин», «расстрелянный парламент», «растоптанная демократия» - и возникает сильное желание кое-что вам объяснить. Нечто, чего вы так и не поняли за 20 лет.

Мне в 1993-м был 21 год. Последний год учебы в институте. Что дали мне, моим друзьям, знакомым ельцинские реформы? Если в конце 80-х шла элементарная борьба за еду с драками в очередях, то при Ельцине эта проблема просто исчезла. Просто исчезла. Можно стало поздно ночью, возвращаясь домой, спокойно зайти по дороге купить нормальной еды себе. Фрукты стало можно купить в магазине любые в любое время года (молодежь не жила в советские времена и не знает, что фрукты в советских магазинах продавались строго по сезонным месяцам, и то были не самого лучшего качества). Одежду нормальную стало можно купить – посмотрите на фотографии советского периода, как убого люди одевались в результате усилий «лучшей в мире легкой промышленности». А какие дикие очереди были у советских магазинов, когда «выбрасывали» какие-нибудь одинаковые югославские сапоги, в которых потом целыми районами ходили. Не говоря уже про музыку, фильмы – не нужно было больше таскаться к друзьям видео смотреть, можно стало купить себе нормальный видеомагнитофон домой и крутить все что хочешь. Никто в этом не мешал – это сейчас в блогах перепощивают со смешками советские комсомольские циркуляры о запрете Pink Floyd, Queen и прочих, а для нас в 80-е это были совсем не шутки.

У нас исчезла перспектива быть отправленным по распределению на шахту трудиться в какой-нибудь Кустанай (слава Богу, и Кустанай к тому моменту технически стал неактуальным местом для таких штук). Появилась свобода выбора. Дорого вещи и продукты в магазинах стоили? Так не было никаких проблем заработать, работы было навалом. Исчезла напрочь тема, что если ты как-то не так похвалишь коммунистическую партию, то тебе напишут в характеристику и потом никуда не пустят и никуда не возьмут. Полностью исчезла, политическое руководство страны стало можно открыто ругать как хочешь.

Открыли границы, появилась невиданная для советского человека возможность поехать посмотреть мир – я себе загранпаспорт сделал и за границу поехал только в 1995-м, но все равно, сам факт. Раньше все это было доступно только сынкам советских партработников, генералов и дипломатов, а теперь – нам всем.
Вот скажите, почему после всего этого мы должны были в 1993-м не любить Ельцина и любить вас?!... Какие у нас были для этого причины?

Мы смотрели на вас тогда и думали – ага, у них красные флаги в руках, значит, они хотят обратно затащить нас в совковую казарму. Нетушки, думали мы. Вот это никогда у вас не получится.

Что вы сделали, чтобы заставить уважать себя и тот самый расстрелянный «парламент»?

Может, вы сделали его местом для дискуссий в решающие моменты исторических развилок страны? Нет, осенью 1991-го, в октябре, на V Съезде народных депутатов РСФСР, вы с результатом 98% голосов (878 депутатов за!!!) поддержали ельцинский план экономических реформ, предусматривавший первым пунктом форсированную либерализацию цен с декабря. Против было всего 16.

На этом же Съезде вы дали Ельцину дополнительные сверхполномочия на год, из которых потом взялась та самая «авторитарная» суперпрезидентская конституция – она не из воздуха взялась, Ельцин просто оставил себе то, что вы ему уже и так бесплатно подарили осенью 1991-го, проголосовав как послушное стадо. Как послушное стадо с результатом в 97% вы ратифицировали Беловежские соглашения. Против было всего 7.
Где же тогда была ваша независимая позиция? Нет, тогда вы вовсе не вели себя как «независимый парламент».

Вот тогда мы и перестали вас уважать. Вот в эти решающие моменты вам надо было проявлять себя, если вы были такие из себя все несогласные.

А начать пинать Ельцина, когда у него пошел рейтинг вниз и начались трудности – так это любой дурак мог. Ну правда, рост цен, гиперинфляция – все это нам тогда тоже очень не нравилось. Но вы-то тут были при чем?!... Что, вы спасли бы ситуацию? А где можно посмотреть на ваши чудесные рецепты спасения? Мы не видели. Вы в основном предлагали накачивать убогую советскую промышленность напечатанными деньгами (еще больше гиперинфляции) или что-то в этом роде.

Вот ровно поэтому мы вас и перестали уважать, и не считали вас никаким «парламентом». Считали стадом – маятник качнулся в одну сторону, все туда. В другую – все обратно.

Вы думаете, мы должны были вас уважать за то, что в апреле 1993 года, получив на референдуме 67% голосов пришедших на участки в поддержку требования о роспуске вашего Съезда и Верховного совета (это требование, как видно, поддержала даже значительная часть противников Ельцина!!!), вы остались сидеть, наплевав на мнение народа? Вы думаете, это вызвало у людей уважение и поддержку?

Да если бы состоялись новые парламентские выборы, еще до столкновений октября, то можно было и крови избежать, и еще противники Ельцина имели все шансы в этом новоизбранном парламенте получить большинство!

Но вы, уж извините, просто струсили перевыборов. Так что, вы реально ждали за это уважения?

Может, у вас была какая-то ужасно привлекательная линейка лидеров, которых можно было предъявить как альтернативу, уж что там говорить, неидеальному Ельцину? Так нет, настоящий Хэллоуин-парад. Мефистофелеобразный чеченец Хасбулатов (трагическая кстати фигура в российской истории, уверен, что этот провокатор и интриган несет прямую ответственность и за чеченскую войну, и за кровавые столкновения октября 1993-го)? Солдафон Руцкой? Генерал Альберт Макашов, клеймящий направо и налево инородцев, но сам при этом, мягко говоря, не обладающий внешностью былинного русича? Анпилов, словно сошедший с кадров фильма «Собачье сердце», на одно из героев которого он похож как две капли воды?

Вы вот это Хэллоуин-политбюро нам хотели продать вместо Бориса Николаевича?..

Ну и последнее – про танки, расстрел и прочее. Это, конечно, очень плохо все выглядело, мало кому из нас нравилось то, что были жертвы, была стрельба в прямом эфире по зданию парламента.

Но есть такая простая и банальная история – когда школьники нападают на слабого одноклассника, а он идет и приводит своего старшего брата с товарищами и они всей этой компании отвешивают крепких люлей. История чрезвычайно распространенная и хрестоматийная. Есть некоторые аналогии, не находите? Вы, ребята, именно вы сознательно взяли руки оружие. Автоматы раздавали на глазах у всей страны. Грозно призывали под свои знамена боеспособных мужчин. Штурмовать там шли.

А потом – «ой, мама, нас бьют, узурпаторы нас расстреляли».

Расстреливать не надо было. Но ваши жалобы тоже звучат неубедительно. Вы начали войну. Взяли в руки оружие. Имейте мужество принять все последующие события как произошедшие по законам военного времени. На войне как на войне.

Сейчас можно много услышать – вот, «расстрел парламента» и последующее принятие Конституции с введенным ей институтом суперпрезидентства стали первыми шагами к формированию системы, приведшей к власти Путина.

В этом есть правда, но только часть правды. А вторая часть, неприятная для вас, состоит в том, что, хотя Путин укрепил свою власть при помощи ельцинской Конституции и наработанных в ельцинское время технологий применения админресурса, но по сути-то своей он – целиком и полностью ваш. Президент – бывший советский разведчик, советский гимн восстановлен, антиамериканская, антизападная внешняя политика, сильная рука государства в экономике, многие активы олигархов национализированы, православие в школах, восстановление Великого и Могучего СССР в объятиях с Узбекистаном, Таджикистаном и Киргизией – слушайте, а разве не за это вы боролись в октябре 1993-го? Разве это не ваш парень сейчас у власти? Что, что-то не нравится? Ну надо же, как удивительно. И так не нравится, и этак.

Те события остались далеко позади, но выводы из них должны уметь делать мы все. Национальное примирение – это не дорога с односторонним движением.

Я общаюсь с большим числом тех, кто поддерживал Ельцина в 1990-е. Так вот, подавляющее большинство этих людей горько сожалеет о трагических ошибках ельцинского периода. В том числе и о конфликте октября 1993-го, о жертвах. Вот у нас например на учредительном съезде «Демократического выбора» выступал Илья Константинов, один из лидеров антиельцинского сопротивления октября 1993-го. Мы активно боремся за освобождение его сына Даниила Константинова, арестованного по сфабрикованному обвинению по политическим мотивам. Нормально общаемся и работаем и с националистами, и с левыми, которые выступали против Ельцина в 1993-м. Для нас национальное примирение и признание ошибок – не пустой звук.

Очень жаль, что с противоположной стороны – со стороны противников Ельцина – мы в годовщину октябрьских событий 1993 года слышим только все те же надрывно-пафосные нотки про «расстрелянный парламент», «диктатора Ельцина» и т.п.

Ребята, поймите – у вас нет монополии на правду в той истории. Чем скорее вы прекратите навязывать нам свою версию событий, игнорируя объективные моменты, о которых я вам сказал выше – и чем скорее вы признаете, что противники Ельцина в 1993-м воздуха тоже во многом не озонировали – тем проще нам будет вместе найти конструктивный путь движения страны вперед. Делить нам нечего, Россия у нас одна. Просто услышьте наконец другую сторону. Если вы действительно, не на словах, хотите демократии и против авторитаризма – то слышать другую сторону это просто необходимое условие.

[Эдуард Лимонов]

http://izvestia.ru/news/558053
3 октября 2013, 10:05 | Политика
21 сентября 1993-го, вечером, Ельцин ещё дочитывал с ядовитого экрана телевизора указ № 1400 о роспуске парламента, а я уже уложил в армейский рюкзачок бульонные кубики, шоколад, пару блокнотов, смену белья и вышел.

В Доме Советов, его тогда усиленно называли «Белый дом», вскоре он станет чёрным от пожаров, я оказался среди первых девяти добровольцев. Целых два генерала выстроили нас в вестибюле вдоль раздевалки, скомандовали: «Направо-о!» и пошли разводить нас по постам.

Меня определили на пост № 1 — это главный вход в здание с набережной Москвы-реки. Пост неудобный для защиты, потому что выходит на реку не просто дверьми, а целой стеклянной стеной, которая осыпется от первой автоматной очереди. Так как я уже имел боевой опыт в Сербии и Приднестровье, мне это было ясно с одного взгляда.

Нас оказалось на посту четверо: два милиционера, я и ещё хромой парень. На всех — один пистолет у дежурного милиционера.

На мой вопрос: «Стволы дадите?», генерал в шляпе и кожаном пальто ответил: «Дадим, когда начнётся!»

— А успеете?

Генерал указал на на обычную дверь неподалеку: «Вон оружейная комната!»

Я подошёл к стеклянной стене, вгляделся в темноту. Там, где заканчивались ступени, ведущие к нам в здание, увидел плотные цепи военных.

После полуночи в той части здания Верховного Совета (ВС), что возвышается, как башенка, над общим массивным туловищем его, я от имени только что созданной партии нацболов подписал документ, бросавший вызов указу Ельцина. Подписал седьмым, чем и горжусь сегодня.

Мы отказались подчиниться.

И потянулись тревожные две недели конфронтации.

ВС не спал совсем, по коридорам ходили потоком люди, в комнатах спорили.

В зале заседаний ВС шло непрерывное голосование: депутаты круглосуточно свергали министров и назначали новых. Лучше бы они разъехались по заводам и воинским частям, подняли бы народ, думал я. Но я был рядовым участником, на ход их повлиять не мог.

Россия проявила тогда свой твёрдый характер, сказав «нет» президенту Ельцину.

Начавшись с конфронтации двух ветвей власти (напомню, что спикер ВС Хасбулатов был изначально, при избрании, ставленником Ельцина, а Руцкой — его вице-президентом) в течение двух недель протест превратился в столкновение двух Россий: буржуазной, победившей в 1991 году, и народной, советской ещё.

К Дому Советов пришли тогда во множестве левые, коммунисты, анархисты, новые комсомольцы и «патриоты», как их тогда называли. Были среди них и баркашовцы.

Люди приходили тысячами. Из них даже сформировали полк те самые генералы, что разводили меня в первый вечер после указа.

Но все они пришли без оружия.

А воинские части, командиры которых при различных обстоятельствах обещали когда-то Ачалову и Макашову присоединиться, своих солдат не привели и сами не появились.

Вначале их страстно ждали, затем уныло перестали ждать.

Оружейная комната — Господи, в ней обнаружилось лишь табельное оружие милиционеров из обычной, полагавшейся ВС охраны. С полсотни пистолетов и от 10 до 15 автоматов.

Армия безнаказанно осадила ВС. Были отключены телефоны, свет, водопровод.

Здание было окружено четырьмя кольцами военных.

Всю ночь армейские репродукторы предлагали осаждённым сдаться.

Зловеще выглядело всё это.

Неожиданно, 3 октября днём народ, собравшийся у метро «Октябрьская», у памятника Ленину в немыслимом количестве нескольких сотен тысяч человек, прошёл по Садовому кольцу, гоня перед собой силы милиции, и снял осаду с ВС одним наскоком.

Я поехал с народом в Останкино брать телевидение.

Нас встретили шквальным пулемётным огнём спецназовцы отряда «Витязь».

Стреляли из окон технического центра телестанции, продолжили трассирующими из-под крыши основного здания, затем на улицу Королёва выкатились бэтээры и безжалостно застрочили из пулёметов по безоружной толпе. Стоны. Срезанные очередями падали в изобилии ветки деревьев.

Когда на выручку прибыл генерал Макашов с отрядом, я насчитал у них жалкие 11 автоматов. Захватив первый этаж технического центра, они вынуждены были позднее отступить.

Силы были вопиюще неравны. В те дни ельцинская сторона усиленно распространяла дезинформацию, будто бы подземелья здания ВС были забиты оружием. Свидетельствую, что это была коварная ложь. Только скромное содержимое оружейной комнаты имелось в наличии у сторонников Верховного Совета.

У телецентра погибли тогда десятки, в их числе были иностранные журналисты. Мне посчастливилось, даже ранен не был. Несмотря на то что в один момент увидел красную точку ночного прицела на своём бушлате.

К утру по зданию ВС стали стрелять танки. Расстрел из танков парламента в европейской столице — факт неслыханного злодейства, признаем это.

Известны имена 173 человек погибших тогда.

В истории России 3 и 4 октября 1993 года останутся как печальная дата.

Русские стреляли в русских.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/558053#ixzz2glNtmfKH

[Максим Соколов]

http://expert.ru/expert/2013/39/ta-osen/

Двадцатилетие поэтапной конституционной реформы (расстрела Белого дома, упразднения Съезда народных депутатов РСФСР, ликвидации советской власти, победы над красно-коричневыми — было много определений) привлекло к себе достаточно много внимания. Прежде всего, годовщина круглая и первая из больших. Десятилетие — как-то еще не то, двадцать — посолиднее, это то, что, к добру или к худу, но исторически состоялось. Но кроме того, что уже целое поколение сменилось — как же не отметить? — двадцатилетие указа № 1400 и танковой канонады в центре Москвы востребовано именно сегодня, когда режим пришел в движение, общество в брожение и всем хочется посчитаться с прошлым делом, доведшим нас сегодня до жизни такой. И либералы, и националисты — все не прочь ярко и выпукло отметиться, с опозданием принеся свое осуждение. Родившаяся двадцать лет назад республика без республиканцев так никому и не стала особенно мила, и естественно же, что всем хочется вставить пару ласковых по случаю ее юбилея.

Бесспорно, способ решения споров, продемонстрированный 3–4 октября 1993 г., никак не возможно рекомендовать в качестве образцового. Вооруженное восстание с последующим подавлением его посредством артиллерийских аргументов — разумеется, здесь более чем хватало взаимной ожесточенности и упоения победителей, выражающегося в самой грубой несправедливости. Проклятия по поводу «кровавой собаки Носке» звучали тогда, звучат и сейчас. Правда, способов более деликатного усмирения, когда противостояние зашло так далеко, нигде не придумано, и все, что тут можно сказать: «Блюдите, как опасно ходите» и следите за своими действиями и речами, потому что заиграться, как показывает опыт 1993 г., легче, чем кажется, а потом бывает очень неприятно.

Впрочем, таково уж революционное развитие. История стран, вроде бы не испытавших на себе тысячелетнее рабство, но весьма просвещенных, показывает, что низвержение тирании — процесс перманентный. Вслед за давней тиранией возникает желание низвергнуть еще кого-нибудь, и этот кто-нибудь тут же обнаруживается среди недавних соратников по тираноборчеству.

За казнью короля-изменника Карла I следует разгон того самого Долгого парламента, который приговорил монарха к смерти, — и диктатура Кромвеля. Взятие Бастилии неумолимо приводит сперва к упразднению монархии и казни короля, затем к диктатуре революционного Конвента, оказывающегося господином отнюдь не милостивым, а в конце концов к делу 18 брюмера и громовому указанию Мюрата, разгоняющего депутатов: «Foutez-moi tout се monde dehors!»*. Какой-то злой рок тяготеет над институтом парламентаризма и разделением властей.

Хотя, если вдуматься, особой мистики в том нет. Политическая борьба, предшествующая разгону парламента, предполагает использование его в качестве тарана, сокрушающего старый режим, для чего народное собрание наделяется всеобъемлющими полномочиями. Фактически провозглашает себя коллективным монархом. Застарелая тирания падает.

Но тут выясняется, что ниспровержение — это одно, тут народное собрание являет себя и в блеске, и в величии, но текущее управление — а управлять предстоит страной, находящейся в революционном раздрае, — это несколько другое, к чему народное собрание гораздо менее способно. Через малое время вослед Карлу I является Кромвель, вослед Людовику XVI — сперва Робеспьер, затем Бонапарт.

Наша страна вполне прошла через эту революционную классику. М. С. Горбачев созвал Съезд народных депутатов СССР и наделил его формально ничем не ограниченными полномочиями, имея в виду, что, когда надо, съезд будет, пользуясь этими полномочиями, таранить КПСС, а когда не надо — будет тих и покорен. Скорее всего, описанный выше цикл случился бы и с союзными депутатами, но, поскольку речь шла о Союзе ССР, копия собрания была создана в РСФСР, было установлено, что съезд полномочен принять к рассмотрению любой вопрос, касающийся РСФСР. После чего путь величия и падения было суждено проделать Съезду народных депутатов РСФСР. За три с небольшим года он его и проделал, после чего осенью 1993 г. воцарилось то, что обыкновенно и воцаряется в результате буржуазных революций, если они, упаси боже, не переходят в пролетарскую фазу, а именно бонапартистский режим с формальными или даже не совсем формальными элементами парламентаризма. Но только элементами — не более того, ибо повторять судьбу недавно низверженного монарха никому не хочется.

Если исторические закономерности вообще существуют — а они таки существуют, — рассчитывать на что-то большее вряд ли были основания. «Вслед за Карлом I приходит Кромвель» — эта фраза исполнена охлажденной мудрости. «Вслед за Карлом I приходит благорастворение воздухов» — эта фраза исполнена только беспредельной глупости.

Наименьшие претензии тут к коммунистам-ортодоксам, полагающим, что все беды пошли от избрания М. С. Горбачева генсеком в марте 1985 г. и что процесс послаблений и уступок в конце концов (хоть Горбачева у власти уже не было) привел к артиллерийским аргументам 4 октября 1993 г. Эта позиция, по крайней мере, логически безупречна. Другое дело, что, не возьмись Горбачев выпускать пар, противостояния Кремля и Верховного совета РФ не было бы, но, скорее всего, было бы что-нибудь другое (вода дырочку найдет), на фоне чего «черный октябрь» показался бы утренником в детском саду. За без малого семьдесят лет коммунисты навязали столько узлов, что рвануло бы как-нибудь по-другому — только и всего.

Но либеральные деятели, которые сегодня не устают повторять, что все наши беды от тиранического Ельцина и указа № 1400, — пусть расскажут об упущенных вариантах недиктаториального развития Франции в конце XVIII в. и в Англии в середине XVII. Альтернативная история сегодня вообще в моде, и мы с интересом послушаем.

[Сергей Григорьянц]

http://grigoryants.ru/sovremennaya-diskussiya/chuma-na-oba-vashix-doma/
(O комментарии Виктора Шендеровича 3 октября 2013 года по поводу расстрела Белого дома)
«Чума на оба ваших дома».

Это была забавная и даже для нашего времени редкостно отвратительная передача. Шендерович минут пятнадцать рассказывал как замечательно, что был разгромлен Верховный Совет, какое счастье, что только благодаря этому мы все живы и в России сохранилась демократия, какая шайка убийц и провокаторов находилась к тому времени в Белом доме и как жаль, что защитник демократии Ельцин так медлил с их уничтожением.

Но потом Шендеровичу был задан новый вопрос, что-то в нем щелкнуло, он развернулся на сто восемьдесят градусов и начал говорить о том, какое омерзение у него вызывают действия Путина и вся нынешняя политика России, как внутри страны, так и за рубежом. Как презирают теперь Россию во всем цивилизованном мире.

Но он, конечно, просто не успел вспомнить, слишком быстро разворачивался, кому именно мы обязаны кооперативом «У озера», гэбней разделившей меж собой всю собственность в России и всю в ней власть и кто выделил из нее и посадил в Кремле столь нелюбимого теперь Шендеровичу Владимира Путина.

И странно повисло в его монологе о Белом доме удивление: почему же никто из этих бесспорных убийц и заговорщиков ни Хасбулатов, ни Руцкой, ни Макашов, ни Баранников, ни даже Баркашов не понесли никакого наказания за свои преступления. Напомню, что Баркашов баллотировался в президенты России, Хасбулатов, продолжавший жить в квартире Михаила Горбачева, мог стать с помощью Кремля владельцем Чечни, об известности и дальнейшем процветании Руцкого и Макашова и напоминать нет нужды. Можно еще прибавить, что все депутаты без исключения получили в награду за испытанные переживания от Ельцина бесплатно по квартире в Москве.

Шендерович дальше трогательно рассказывает, что нашел потом себя в списках террористов Белого дома то ли для ареста, то ли для уничтожения. А мне не надо было искать себя в списках. За месяц до этого сотрудники КГБ и насельники Белого дома с Ильей Константиновом захватили издательство «Советский писатель», где я в то время был генеральным директором и разгромли фонд «Гласность», помещавшийся там же (это уже был второй разгром «Гласности» гэбистами при Ельцине — первый был в 1992 году). Проханов опубликовал на первой полосе мою фотографию вверх ногами, явно показывая, что меня ждет, а Эдик Лимонов (тогда, как и Андрей Синявский, любимый публицист Проханова) описал в своей статье, как они «вскрыв сейф Григорьянца» обнаружили там массу преступных документов в частности рукопись «малоизвестного писателя Солженицына». А еще через десять лет Проханов признался — сказал сзади через плечо, подавая мне пальто:

- А ведь я пытался убить вас, Сергей Иванович. В ночь после захвата «Советского писателя» я уже ехал в машине по Поварской и увидел вас, идущим с помощником (Димой Востоковым — С.Г.). Я прибавил газу и свернул прямо на вас, но вы успели вскочить на лестницу какого-то подъезда.

Все правильно рассказал. Я только не знал, что за рулем Проханов. А так все, что вы, Шендерович, сказали об убийцах в Белом доме, совершенно верно. Правда, теперь вы вместе с Прохановым — комментаторы на «Эхе Москвы» и по-прежнему спорите друг с другом. Так же как Ельцин с Руцким.

То, что вы сказали о Белом доме — правда, но не вся и без всякого смыла. То, что вы говорили о Ельцине — неправда и никакого смысла в этом тоже нет. Главное же, себя, любимого, вам жалко, а тысяч людей сгоревших в Белом доме (ну как же – «болванки») и погибших в нем и вокруг него — нисколько.

Причина уничтожения Верховного Совета была очень проста — в той относительной демократической форме, в которой он появился при Горбачеве, он уже был не нужен и даже опасен, как не нужны были «Дем. Россия», «Мемориал», «Гласность», профсоюзы — вообще все формы демократии в России. Главное к 1993 году было сделано: от неуправляемого уже из Москвы Советского Союза была отделена довольно управляемая Россия, а Ельцин с Гайдаром успешно провели по примеру коммунистического правительства Мечислава Раковского освобождение цен и приватизацию, которая успешно разделила всю российскую собственность (как и в Польше) между партноменклатурой, «комсомольцами-добровольцами» и офицерами сепцслужб. Теперь владельцы хотели установления их порядка, да и офицеров и правокаторов КГБ надоело делить между Кремлем и Верховным Советом. Крыштановская находит в ельцинском руководстве небывалое число «сотрудников», слишком откровенный (почему и уволен сразу) первый председатель КГБ России Иваненко только удивляется в Верховном Совете: «Как много тут знакомых».

А дальше все совсем не так, как говорит Шендерович. Уже весной Ельцин говорит «Верховный Совет надо разгромить». Массовых демократических организаций уже нет, выйти на улицы некому, а Верховный Совет все же как-то зависит от тех миллионов людей, которые стоят на улицах русских городов продавая свой жалкий скарб, чтобы не умереть с голоду после реформ Ельцина и Гайдара. Не должно оставаться никого, кто может повторить им вопрос: обещанные вами полгода, год, полтора года, два года прошли, а где же ваше процветание?

А дальше «наши цели ясны, задачи определены, за работу товарищи». Как разворачивались с двух сторон провокации сейчас уже не скажешь (на всякий случай толкового расследования не было). Снайперы на крышах соседних домов могли быть из «Союза офицеров», но скорее — с Лубянки. Вокруг Белого дома в основном были его сторонники и убивать их — бессмысленно. Убитый «альфовец» Геннадий Сергеев был как раз из тех, кто отказался в Кремле штурмовать Белый дом. Убить одного «альфовца», чтобы заставить действовать других — в интересах Кремля. Кто-то подогнал к Белому дому заправленные грузовики с ключами зажигания, а в Белом доме Руцкой месяц назад демонстрирующий журналистам «вечный двигатель» и дегенерат Макашов, обрядившийся в черные плащ, берет и сапоги и изображающий южноамериканского диктатора и посылают безоружных людей на этих грузовиках под пулеметы Останкино. А кто-то поумнее в Белом доме Макашова еще и подзуживает (резидент КГБ в США — Иона Андронов?, агент «Николай» Сергей Бабурин? – да всех не перечтешь) и сочиняет куплет, распевавшийся на всех этажах:

Ах, наш верный Макашов,
Ты спаси нас от жидов.

Не могу забыть, как четвертого октября я с депутатом Аржанниковым (создателем профсоюза работников МВД) и Джоном Шенефилдом — автором закона о ФБР подошли к бывшей мэрии, уже сгоревшей, только на тридцатом этаже светились окна. На парапете кто-то стоял (кажется, Баркашов) и командовал двум десяткам семнадцатилетних детей с цыплячьими шейками, но со щитами больше их самих и автоматами:

- Вон там жиды окопались. Половина направо, половина налево и вверх.

Я только радовался, что Шенефилд не понимает по-русски — он приехал на нашу третью конференцию «КГБ: вчера, сегодня, завтра», которую мы в эти дни проводили в Доме журналистов.

Милиционеры не разбежались в те дни — Шендерович не прав — они заперлись в своих отделениях и ни на призывы Аржанникова, ни даже на мои — я тогда вызывал больше доверия, чем другие, не хотели открывать двери. Они как и «альфовцы» не хотели мешаться в эту гнусную историю. Потому что негодяи аытались командовать ими с обеих сторон и они не хотели быть ни убийцами, ни жертвами. Разница между Белым домом и Кремлем была лишь в том, что в Кремле были хорошо подготовившиеся профессионалы, а в Белом доме — любители, дилетанты. Начинался спланированный и кровавый государственный переворот.

Гайдар в своей последней книге с удовлетворением писал:

- Главное для каждого правительства иметь полк, готовый стрелять в народ.

Ельцин сперва созвал писателей и сказал неопределенно как ему нужна их поддержка (Булат Окуджава от омерзения не пришел). Писатели обещали морально поддержать, но просили хотя бы вернуть «Советский писатель» – он уже был разгромлен КГБ. Ельцин обещал и, конечно, соврал. Потом собрал главных редакторов газет, радио и TV и уже определенно сказал, что на днях будут «некоторые» события и он просит «не нагнетать обстановку».

Переговоры о «нулевом варианте» в отличие от того, что говорил Шендерович были довольно своеобразны. От Белого дома требовали разоружиться (якобы там большие запасы оружия, «но это непроверенные данные» не смог солгать Сергей Филатов), но отказывались даже включить электричество, воду и снять осаду. Такой любопытный ноль.

А потом был вакуумными зарядами, а не «болванками» обстрел и сплошной расстрел всех вокруг и добивание раненых и в Белом доме и в подъездах. Была убита масса девочек и мальчиков — Шендерович «запамятовал», что накануне закончился съезд ВЛКСМ и сотни его юных делегатов пришли (и остались навеки) в Белый дом. Число жертв расстрела, этой удачной операции Ельцина и Гайдара, точно не известно. Украинское радио (не договорившийсь с Ельциным) называло цифру в 2783 человека, есть официальные данные (справка зам. прокурора Москвы и заместителя министра внутренних дел) о кремировании в Москве неопознанных трупов в 1993 году — 2200 тел. Обычная цифра в предыдущие и последующие годы 150-180 тел в год. Говорят, что жертв могло быть и шесть тысяч — я не хочу продолжать эту страшную и веселенькую для Шендеровича тему и приводить разные соображения.

Понятно почему с главными так пугавшими Шендеровича злодеями ничего не произошло. Макашов ничем не отличается от Ельцина, а Хасбулатов от Гайдара. У них было легкое недоразумение, но стоит ли об этом напоминать друг другу. Всех их объединяло даже не то, что это одна компания — советско-гэбешный истеблишмент, точнее банда захватившая уже так давно власть в России. Главное для меня, но не для Шендеровича, было в том, что и тем и другим было совершенно не жаль погибших в Белом доме, вокруг него, вокруг Останкино русских людей и не только русских, но даже и иностранцев, ну разве что пары знакомых. И у, конечно, ни с одной, ни с другой стороны никто не замечал за компанию уничтоженные ростки русской демократии. Персонажи в обоих лагерях в большинстве своем (были и там исключения Старовойтова, которую травил Гайдар, по рассказу Андрея Илларионова, и поздно проснувшийся Сергей Ковалев — в Кремле, десятки достойных депутатов — в Верховном Совете) были отвратительны, но в период смуты при Горбачеве удалось заложить фундаменты хоть некоторых демократических институтов. Только после расстрела Верховного Совета стала возможной ельцинская конституция, где все права были переданы Кремлю. Только после него стала возможной Первая, а потом Вторая чеченские войны, передача власти «преемникам», Госдума, которая «не место для дискуссий», и все то дикое и смехотворное бесправие, в котором мы живем.

Роль журналистов многих, не всех — были ушедшие — тоже оказалась недостойной. Их так легко сманили большими деньгами, возможностью изредка, чуть иронически упомянуть самого Ельцина, что они как-то «не заметили» гибель демократии в России. И только года три-четыре назад вдруг стали удивляться, а где же демократическое движение? Ведь было когда-то…

Вы очень поздно, господа, созреваете, да к тому же с гнильцой, а потому весь ваш внезапно созревший урожай остается под снегом. А если приблизиться к человеческой плоти, вы уже двадцать лет не способны порвать пуповину, связывающую вас с убийцами.

Опубликовано на сайте: 4 октября 2013, 21:28

[Новое время]

http://www.newtimes.ru/articles/detail/72112
№ 31 (293) от 30 сентября 2013
Маляренко Евгения

Октябрь 1993-го: чем он отливается сейчас

4 октября 1993 года расстрелом Белого дома завершился самый острый политический кризис в постсоветской России*. Спустя 20 лет The New Times обратился к политикам и экспертам с вопросом: как эти события изменили ход российской истории?
https://d.radikal.ru/d18/2111/72/46f6ae5f3831.jpg
4 октября 1993 г. Белый дом под обстрелом из танковых орудий

*О том, как и почему это случилось, The New Times подробно рассказывал в № 39 от 29 сентября 2008 г.
Обвальный рынок вместо постепенных реформ

Сергей Бабурин (в 1993 г. — член Верховного Совета РФ, участник обороны Белого дома)

Противостояние между командой Ельцина и парламентом было противостоянием двух концепций дальнейшего развития — концепции социально ориентированных реформ, которую отстаивал парламент, и концепции радикальных, обвальных рыночных экспериментов. После разгрома парламента Россия пошла по пути радикально-безудержной приватизации и бандитского капитализма.

Но изменения затрагивали и другие сферы. В правовой сфере это было формирование новой Конституции, подстроенной под одно лицо — президента. В социальной сфере были демонтаж всех социально-экономических прав граждан и их сворачивание. С точки зрения прав человека, расстрел парламента породил попрание закона во многих других вопросах, начиная с войны в Чечне и заканчивая отъемом и переделом собственности. Путь социально ориентированных реформ, возможно, был бы более длительным, но он защищал экономические интересы простого человека. И возможно, мы бы избежали олигархического капитализма.

Первая нормальная Конституция

Игорь Бунин, политолог

Там была некая развилка, бифуркация: мы могли или вернуться назад, к непонятной системе, или пойти вперед, к продолжению реформ. События 1993 года привели к тому, что мы пошли вперед.

Первое, что произошло, — это, конечно, победа Ельцина. Ельцин тогда был символом прогресса. Второе — мы впервые получили нормальную Конституцию. Референдум по Конституции был блестящей идеей, так же было во Франции после Второй мировой войны, когда на референдуме была принята Конституция Четвертой Республики, без которой Франция была юридически непонятным государством.

И третье — это, конечно, была психологическая травма, потому что впервые было применено оружие. И, в общем, стало ясно, что невозможно действовать уличным путем, что власть будет отвечать на это достаточно жестко. И если есть оппозиция, то она должна решать проблемы политическим путем. После этого на улицы никто больше не выходил.

Но этих событий просто не могло не произойти. Были большие социальные группы, которым не нравились ни реформы Гайдара, ни новая система власти, ни авторитарность Ельцина. Эти группы выступали против всего этого и должны были как-то проявить себя. Должен был быть какой-то конфликт. И поскольку конфликт августа 1991 года, когда разрушился Советский Союз, был бескровным, то, по-видимому, эти группы, которые выступили против власти, надеялись, что так же бескровно им удастся произвести переворот и в 1993 году. Но, как говорится, нашла коса на камень.
„ «Режим Путина есть продолжение и развитие тех тенденций, которые были заложены Ельциным и ярко проявились именно в октябре 1993-го»”

Дело Ельцина завершил Путин

Илья Константинов (в 1993 г. — член Верховного Совета РФ, участник обороны Белого дома)

События сентября-октября 1993 года стали ключевыми для новейшей российской истории и предопределили ход развития нашей страны. Все эти 20 лет мы живем под знаком расстрела парламента и Конституции, под знаком формирования авторитарного режима. Эту работу не завершил Борис Ельцин, но завершил Владимир Путин. И режим Путина есть продолжение и развитие тех тенденций, которые были заложены Ельциным и ярко проявились именно в октябре 1993-го.

С другой стороны, протестное движение, возродившееся в последние годы в России, вот эти многотысячные митинги на Болотной площади и проспекте Сахарова — хотя большинство их участников и не отдают себе в этом отчет, — они продолжают те традиции, которые заложили героические защитники Верховного Совета, многие из которых отдали жизнь за демократию.

Безусловно, политические изменения проходили неотрывно от экономики, от социальных изменений. Перед обществом был веер возможностей, можно было развиваться в разных направлениях. Именно сентябрь-октябрь 1993-го сделал возможной номенклатурно-криминальную приватизацию и заложил возможности олигархического режима в России. Именно те события привели к чудовищному имущественному неравенству в сегодняшней России. Поэтому в известном смысле весь нынешний облик Российской Федерации «вылупился» из октября 1993 года.

Рождение суперпрезидентской власти

Борис Немцов (в 1993 г. — губернатор Нижегородской области)

Это были драматические события, начало гражданской войны, которая, к счастью, не охватила всю страну, а существовала только в пределах центра Москвы. И, собственно, после этого родилась новая Конституция. В ней есть и положительные моменты, там много хорошего сказано про права человека, свободную прессу и многопартийность, но есть и отрицательные — это суперпрезидентская республика. На мой взгляд, суперпрезидентская власть привела к войне в Чечне, потому что если бы у этой власти не было таких полномочий, президент вряд ли мог бы принять решение о начале войны.

За 20 лет существования этой Конституции стало ясно, что она нуждается в серьезной корректировке: в ограничении власти президента, в его сменяемости, в усилении роли парламента.

С другой стороны, в результате тех событий было покончено с двоевластием, которое существовало в 1993 году. События были, конечно, кровавыми и очень трагичными, но в условиях двоевластия мирные способы не срабатывают. Поэтому можно сколько угодно обвинять Ельцина или тех, кто был в Белом доме, но в истории России двоевластие всегда заканчивалось смутой. А если бы этих событий не произошло, были бы гражданская война по всей стране и еще больший передел собственности. Жертвы — это всегда очень плохо, но при ином сценарии вся страна могла оказаться в крови.

Дискредитация парламентаризма

Глеб Павловский, политтехнолог

После 1993 года в России просто появилась другая власть. Это полностью изменившаяся система власти, которая знает, что, создавая чрезвычайные ситуации, может не рисковать, а, наоборот, укрепляться. И из чрезвычайных обстоятельств она извлекает дополнительные полномочия. Это свойство возникло именно в противостоянии 1993 года и практикуется до сегодняшнего дня. Именно 1993 год дискредитировал парламентаризм и вознес исполнительную власть на недосягаемую высоту. Ее монополия возникла в 1993 году и сегодня олицетворяется администрацией президента.

Никто не знает, как могла бы выглядеть Россия, если бы этих событий не произошло. Но она была бы в любом случае менее пронизанной насилием и пренебрежением к человеку. То, что произошло в 1993-м, — это выбор в пользу варварства в политике. Постепенно это варварство распространилось на всю страну, стало свойственно не только власти, но и обществу, отношениям между людьми. Если бы мы все тогда нашли возможность сделать другой выбор, избежать насилия и крови, мы бы, может быть, жили в менее богатом, но более безопасном обществе.
https://d.radikal.ru/d13/2109/d2/8a770976336b.jpg
Ни та ни другая сторона не хотела уступать и была готова к любым действиям

Спасение от развала

Александр Починок (23 сентября 1993 г. сложил полномочия члена Верховного Совета РФ, на следующий день назначен заместителем
министра финансов РФ)

События 1993 года, безусловно, изменили Россию: был распущен парламент, принята Конституция и проведены выборы. Три таких события — это более чем достаточно для крайне серьезных изменений.

Но, к сожалению, любое противостояние президента и парламента наносит непосредственный удар по экономике, и это действительно было. А ситуация, когда гибнут люди, — всегда величайшая трагедия для страны. Это тоже абсолютный минус. Это был один из шагов, которые понизили степень легитимности власти в стране.

Плюсом же я могу назвать, что после этого прошли реальные, абсолютно свободные выборы. Если бы этого не произошло, мы бы в конечном счете отстали еще на несколько лет, у нас был бы очень тяжелый парад суверенитетов. Вполне возможно, что от России откололись бы по крайней мере несколько субъектов, потому что уменьшилось бы влияние президентской власти и слабый президент не смог бы в дальнейшем сохранить страну. Не было бы новой Конституции вместо прежней, устаревшей. И долго бы работал Верховный Совет, который, как мы прекрасно помним, практически не был в состоянии принимать решения.

Избавление от СССР

Николай Сванидзе, тележурналист, историк

Эти события не изменили практически ничего. Если бы они завершились иначе, российская история пошла бы по другому пути, но не лучшему, чем сейчас, а худшему. Ведь альтернативой всенародно избранному Ельцину был Руслан Хасбулатов (председатель Верховного Совета), за которым стояли силы, скажем так, поднимающего голову фашизма. И если бы эти силы победили, сразу пошла бы фашистского типа реакция, с большой кровью и очень большими последствиями, значительно худшими и более радикальными, чем в итоге получилось.

Нам сейчас трудно это представить, потому что нам кажется, что у нас авторитарный режим, и многие считают, что хуже не бывает. Но если бы октябрь 1993-го завершился по-другому, мы смогли бы убедиться, что бывает гораздо хуже. И то, что произошло затем в 1990-е и 2000-е годы, нисколько не меняет того факта, что в 1993-м все завершилось так, как и должно было завершиться.

В результате неуклюжих, но необходимых в тот момент со стороны Ельцина действий была принята Конституция, прошли выборы в Госдуму. Страна получила Основной закон, законодательство и политическую жизнь, более адекватную себе. Потому что до осени 1993-го в стране, которая уже называлась Россией, законодательство оставалось советским, и в нем значилось, что главным является Верховный Совет, а не президент. И борьба за то, кто в стране «номер один», схватка между советским парламентом и российским президентом была неизбежна. Просто она могла вылиться в разные формы — и вылилась именно в такие. Кстати, не самые худшие, потому что в результате удалось избежать гражданской войны.
„ «Кажется, что у нас авторитарный режим и хуже не бывает. Но если бы октябрь 1993-го завершился по-другому, мы бы убедились, что бывает гораздо хуже» ”

Разочарование в демократии

Сергей Филатов (в 1993 г. — глава администрации президента РФ)

Я думаю, что эти события все-таки отрицательно повлияли на нашу дальнейшую жизнь. Во-первых, мы все выходцы из советской системы, которая научила нас во многих случаях решать политические вопросы силовым путем. И к сожалению, в 1993 году ни та ни другая сторона не хотела уступать и была готова к любым действиям. Во-вторых, 1993 год заставил нас переделать Конституцию, и в новой Конституции у общества не было достаточных полномочий по контролю за властью. А это приводило к тому, что во многих случаях власть, так сказать, распоясывалась. Третье — Конституционный суд, на мой взгляд, перестал быть тем органом, на который возлагали особые надежды: что он удержит власть от нарушения Конституции. К сожалению, мы тогда вышли из конституционного пространства. И четвертое — мы поколебали у людей доверие к власти и их надежды на то, что мы будем жить в демократическом обществе. Поэтому в значительной степени за последние годы общество и становится таким инертным по отношению к защите конституционных прав.

Начало политической стабильности

Сергей Шахрай (в 1993 г. — вице-премьер правительства РФ, один из авторов новой Конституции)

Самое главное изменение — это рождение новой Конституции РФ. Мы были первой страной бывшего Советского Союза, которая с помощью Конституции вышла из хаоса и угрозы гражданской войны. Это была точка, вокруг которой кристаллизовалась политическая стабильность. В Конституции были заложены не только рыночная экономика и правовое государство, но и статья 7, где говорится, что Россия — социальное государство. А это огромный пакет обязанностей государства перед гражданами. Правда, заложенная в Конституции модель еще далеко не достигнута: по одним параметрам реализовано 20% от потенциала, по другим — 60%. Но вектор задан, страна вышла из политического противостояния, и это главное.

Если бы этих событий не произошло, у нас был бы «югославский сценарий», то есть война всех со всеми. Потому что распад страны тогда уже дошел до автономий: это и Чечня, и Татарстан, не признавший ни Конституцию, ни референдум. Но в самой Конституции был заложен юридический мостик для достижения согласия с Татарстаном через «иные договоры», и через этот мостик Татарстан через полгода вернулся в правовое пространство России. То есть конституционно-юридическим способом была решена и проблема целостности страны.

[Геродот]

1o5c61dYCgE

[Геродот]

fwkBBi8rzR8#t=13

[Владимир Милов]

http://gaidar.center/articles/kontrrevolution.htm
5 октября 2015
https://c.radikal.ru/c21/2111/53/f5a4e1eaa1a7.jpg
Пару лет назад, в 20-летнюю годовщину октябрьских событий 1993-го, я написал примирительный текст о событиях того времени. Объяснил, почему многим из нас при Ельцине стало реально лучше, и почему мы не хотели возвращаться в совок и не поддерживали сторонников Верховного Совета. Объяснил, что, положа руку на сердце, там и «поддерживать»-то было нечего: при всех претензиях к Ельцину, альтернатива была хуже абсолютно по всем параметрам. Признал, что были ошибки и что обеим сторонам нужно пытаться не приватизировать историческую правду и не продолжать истошный вой о «расстрелянном парламенте», а вместо этого перевернуть страницу, совместно признать свои ошибки и двинуться дальше.

Но было это примерно за полгода до свержения Януковича в Украине и появления «Новороссии», и тогда никто и предположить не мог, чем оно все обернется в дальнейшем.

Теперь, когда «Новороссия» уже случилась, и ее сторонники (а это те же люди, которые противостояли Ельцину в 1993-м и все эти 20 лет выли о «расстрелянном парламенте») показали свое настоящее лицо — лицо апологетов диктатуры, войны, уничтожения оппонентов — можно высказаться более прямо. Бессмысленно апеллировать к упырям с идеями о национальном примирении — не в коня корм, а горбатого, как говорится… ну дальше вы знаете.

Так вот, хватит уже исторических мифов, опутавших наше общество в последние годы. Миф о «расстрелянном парламенте» - вне сомнения, один из ключевых. Сторонники этой теории практически изобрели для России альтернативную историю, которой не было — что вот был такой свободный и демократический парламент, а Ельцин его в 93-м расстрелял, и с тех пор начался путь России к путинской диктатуре.

Это все такая ненаучная фантастика, которая сравнима разве что с рассуждениями о том, что «американцы на самом деле не были на Луне, и это все голливудская постановка». (Шутки шутками, а один из известных публичных борцов с Ельциным образца 1993 года по фамилии Мухин реально пишет книжки о том, что американцы-таки не были на Луне.) В реальности история России в 90-е и начало 2000-х была совершенно другой. И красной нитью этой истории были постоянные попытки авторитарной реставрации, отбить которые удалось благодаря единственному человеку — как раз тому самому «узурпатору Ельцину».

Авторитарная реставрация после перестройки — не уникальное свойство России, такие реставрации так или иначе пережили все республики бывшего СССР, кроме тех, кого быстро приняли в НАТО и Евросоюз. Слабое общество, не привыкшее пользоваться институтами демократии, vs хищная мафиозно-номенклатурная элита, стремившаяся завладеть властью и ресурсами — без «морковки» вступления в EC диспозиция в этой борьбе была слишком неравна. Перманентная борьба с авторитарной реставрацией разной степени успешности и стала сутью политической жизни постсоветских стран.

В России попыток реставрации авторитарного режима предпринималось в 90-е не менее четырех, и каждый раз все они проваливались исключительно благодаря фигуре Бориса Ельцина. Когда Ельцин ушел с политической арены, пятая попытка оказалась успешной.

Первая волна восстановления авторитаризма началась еще в 1989—1991 годах, когда Горбачев понял, что его перестройка зашла слишком далеко, и попробовал закрыть форточки. У нас принято считать августовский путч 1991 года некоей случайной выходкой группы безумных старцев, однако на самом деле почва для него готовилась давно, и готовилась в том числе с участием самого Горбачева. Еще в декабре 1989 года на пленуме ЦК КПСС Горбачев обозначил новый курс на сворачивание демократических свобод, презрительно высказавшись о «так называемых демократах» и заявив следующее: «Мы не должны позволить, чтобы демократия и гласность, призванные раскрепостить людей, усилить их безопасность, использовались в противоположных целях — для разъединения народа, для его запугивания и одурманивания. Демократия должна быть защищена от спекуляций такого рода». Думаю, вы без труда узнаете в этой постановке вопроса «демократия vs. порядок и безопасность» риторику нынешних российских правителей.

Это были не просто слова: в 1990-м последовали прямые шаги по сворачиванию свобод и движению к диктатуре. 14 ноября 1990 года Горбачев назначает председателем Гостелерадио СССР известного ретрограда Леонида Кравченко, который убирает из эфира ряд острых «перестроечных» программ — «Авторское телевидение» убирают с первой программы с наибольшим охватом зрителей, «Взгляду» предлагают «уточнить концепцию программы» и на время убирают из эфира, в программах «Время» и ТСН водят должности надзирателей-цензоров — «выпускающих редакторов», фильтровавших негативную информацию о власти. В 1990-м из Политбюро поочередно выдавливают сторонников перестройки Александра Яковлева и Эдуарда Шеварднадзе.

Шеварднадзе объявил о своей отставке с трибуны IV Съезда народных депутатов СССР 20 декабря 1990 года, прямо предупредив об «угрозе надвигающейся диктатуры». На этом же Съезде по предложению Горбачева вице-президентом СССР был назначен Янаев, который через 8 месяцев возглавит ГКЧП. 26 декабря глава Гостелерадио Леонид Кравченко запрещает выход в эфир предновогоднего выпуска «Взгляд», чтобы не допустить разговора об отставке Шеварднадзе и угрозе диктатуры — программа уходит из эфира советского телевидения теперь уже насовсем.<В период с 11 по 13 января 1991 года происходят известные столкновения в Вильнюсе, где советские войска безуспешно попытались свергнуть руководство Литвы, добивавшееся независимости — фактически репетиция августовских событий 1991 года в Москве. В эти же дни премьер-министром СССР назначается печально известный Валентин Павлов, тоже будущий член ГКЧП, который проводит грабительскую денежную реформу и резкое повышение цен, обесценивая накопленные сбережения населения. Тот самый Павлов 17 июня 1991 года, еще за 2 месяца до ГКЧП, приезжает на заседание Верховного Совета СССР и требует от депутатов дать правительству «особые полномочия», а фактически — ввести в стране диктатуру. Автор этих строк смотрел это заседание в прямом эфире, тогда в воздухе реально запахло путчем. Сам путч случился в августе 1991-го, но сложно говорить, что Горбачев не понимал, к чему шло дело все предыдущие месяцы — более того, он сам активно предпринимал действия, способствовавшие укреплению позиций будущих путчистов. Выдавливал из власти сторонников перестройки, зажимал свободу слова на ТВ, продавливал на властные посты будущих мятежников Янаева, Павлова и прочих. Теперь, внимание, вопрос: кто противостоял всему этому и в итоге единственный выступил против, сумев сломать хребет поднимающейся диктатуре? Ответ: Ельцин. Вторая крупномасштабная попытка авторитарной реставрации случилась в России в 1992-1993 годах усилиями коалиции консервативных сил, сплотившихся вокруг вице-президента Руцкого и председателя Верховного Совета РСФСР Хасбулатова. Несомненный исторический успех этих людей — в том, что по прошествии двух десятилетий они смогли навязать обществу версию о «расстрелянном Ельциным парламенте», которая, в общем и целом, принята обществом на веру. Т.е. мы имеем дело с такими благородными парламентариями, которые хотели построить в стране демократическую парламентскую республику, а пришел гад-диктатор Ельцин и все эти ростки демократии растоптал. Все это, конечно же, чушь. Достаточно почитать газеты противников Ельцина образца 1992-1993 года, чтобы понять, что «демократия» для них уже тогда было словом ругательным, и установить они собирались вовсе не демократический парламентаризм, а откровенный диктаторский режим военного типа. В открытую обсуждались массовые репрессии против Ельцина и его сторонников. У нас много лет полоскали Ахеджакову за то что она там где-то выступила и потребовала «раздавить гадину», но газетенки сторонников Верховного Совета в 93-м требовали расправ над реформаторами буквально в каждой строчке, кровожадная агрессия лилась оттуда рекой. Почитайте их боевые листки того времени — «Советскую Россию», «День», «Лимонку», да в общем Проханов с Лимоновым все то же самое и сегодня говорят — после расцвета «Новороссии» они показали себя во всей красе. Демократией в их мечтах и не пахнет, понятие «свобода» для них означает свободу захватить власть и больше ни с кем ей не делиться. Но они и в 93-м были такими же, и нам было это тогда хорошо понятно. Румянцевский проект Конституции, поддерживавшийся сторонниками Верховного Совета, предполагал уничтожить разделение властей и подменить его всевластием Съезда Народных Депутатов — хурала из тысячи человек, собиравшегося раз в несколько месяцев, которым было бы крайне легко манипулировать (как это и делал Хасбулатов — достаточно вспомнить лишь, как в ходе регулярных «ротаций» Съезд выдавливал из состава постоянно действующего Верховного Совета сторонников Ельцина, усиливая там консервативное большинство, и принимал антиельцинские решения с голоса, под агрессивные выкрики доминировавшего консервативного большинства). Вариант, аналогичный нынешнему конституционному «суперпрезидентству», только гораздо жестче — сейчас президент по Конституции имеет все же ограниченные права, а там планировалось разделение властей ликвидировать полностью. Противники Ельцина полностью проигнорировали требование 67% россиян на апрельском референдуме 1993 года о перевыборах депутатов Съезда и Верховного Совета, они отчаянно не хотели идти ни на какие перевыборы. О какой «демократии» и «парламентаризме» тут можно говорить? Вопрос: кто противостоял всему этому? Ответ: Ельцин. Можно долго критиковать Ельцина за его действия в период того кризиса, однако сразу после его окончания он провел парламентские выборы, где его сторонники потерпели поражение, и не смог восстановить контроль над парламентом в течение всех оставшихся лет своего президентства. Через несколько месяцев Ельцин не стал препятствовать решению новоизбранного парламента об освобождении тех, кто поднял против него мятеж осенью 1993 года, и все они вышли на свободу, многие из них стали при Ельцине депутатами и даже губернаторами. После столкновений октября 1993 года Ельцин закрыл ряд мятежных газет, однако буквально на следующий день они открылись под другими названиями («День» превратился в «Завтра» и т. д.) и продолжали агитировать против демократии и за диктатуру, параллельно умилительным образом проливая слезы по «разогнанному парламенту». В декабре 1993-го благодаря всему этому в Думе было сформировано большинство противников Ельцина, продержавшееся там до конца его президентства. «Диктатор», нечего сказать. Выборы президента 1996 года, как бы ни пытались сейчас фальсификаторы истории представить дело наоборот, также были банальным соревнованием «плохая демократия vs. восстановление добротного совка». Хотя позже получила распространение версия (и это тоже колоссальный успех антидемократической пропаганды в России), что якобы Геннадий Зюганов был «нормальным социал-демократом» и представлял из себя не больше угрозы, чем бывшие восточноевропейские коммунисты, перекрасившиеся в социал-демократические цвета и поголовно вернувшиеся к власти в середине 90-х, все это совершенно разбивается о реальность: достаточно почитать антиельцинскую прессу того времени. Там, как и в 1996 году, не стеснялись в выражениях о том, что следует сделать с Ельциным и «дерьмократами», по сути речь шла о планах по реставрации советской государственности и советских методов управления, а также массовых репрессиях против Ельцина и его сторонников. Коммунисты в Думе приняли постановление (слава Богу, де-юре ничего не значившее) о ничтожности для России Беловежских соглашений, в марте 1996-го его с помпой опубликовала коммунистическая пресса. Намерения способствовать восстановлению СССР в его границах не скрывал и Зюганов, это было в его предвыборной программе. Это сейчас несведущий молодняк читает тексты Кашина и готов поверить в «демократию во главе с Зюгановым», а тогда, в феврале 96-го, только что закончилась длившаяся несколько лет осада Сараево, в которой погибли почти 15 тысяч человек. Мы прекрасно понимали, что это вполне могло бы случиться и в СССР, и были благодарны Ельцину за то, что такого не случилось и развод советских республик произошел мирно, в отличие от Югославии. Сейчас, на примере Донбасса, вы можете убедиться, что все это не пустые фантазии, и что аналог югославских войн на пространстве бывшего СССР — печальная реальность. А тогда все «горячие головы», которые ездили воевать в Югославию и носились с оружием по Москве в октябре 93-го, были за Зюганова.

Это сейчас нечистые на руку комментаторы пытаются представить лозунги ельцинской кампании типа «Не дай Бог» или «Купи еды в последний раз» политтехнологическим обманом. А тогда люди еще помнили СССР с пустыми полками и тотальным контролем над обществом, и перспектива возвращения этих времен вовсе не казалась нереальной. Тем более что Зюганов и его сторонники открыто говорили о советских временах и советской экономике как о модели, которую они хотят воссоздать. Позже политтехнологи, чтобы приподнять свой собственный вес в истории, придумали «городскую легенду», что якобы в 1996 году Ельцину «нарисовали» победу на выборах, но нам тогда не нужно было ничего рисовать — нам не нравился Ельцин, но обратно в совок мы не хотели еще больше (о тех выборах читайте подробно Кирилла Родионова и автора этих строк.

Сослагательного наклонения история, конечно, не знает, однако с избранием Ельцина на второй срок мы получили:

Свободную прессу, которая постоянно критиковала президента и правительство, и даже федеральные телеканалы открыто поливали Ельцина помоями;
Едва не удавшуюся попытку импичмента президента в парламенте;
Коалиционное правительство Примакова с участием коммунистов в 1998 году;
Свободные выборы в парламент в декабре 1999 года, которые продлили жизнь нашей хилой демократической системе хотя бы еще на несколько лет и не позволили Путину установить диктатуру с самого начала.

Ужасен «диктатор Ельцин», конечно. Стоит только поплакать о том, что к власти не пришел «цивилизованный социал-демократ» Зюганов, который как минимум с большой вероятностью развязал бы на территории бывшего СССР конфликты по образцу югославских. Не верите? Да послушайте его сегодняшнего, когда он вперед Путина требует признать «ДНР» и «ЛНР».

Четвертая попытка авторитарной реставрации угрожала России в 1999-м, когда Ельцину противостоял блок региональных губернаторов во главе с Лужковым, Рахимовым и Шаймиевым. Чтобы понять всю «демократичность» этих политических лидеров, достаточно взглянуть на те политические системы, которые они выстроили у себя в регионах — с полностью уничтоженным местным самоуправлением, отсутствием хоть какой бы то ни было политической конкуренции, раздавленными свободными СМИ. Уже тогда, в 99-м! Лужков, например, выстроил в Москве авторитарную систему управления с уничтоженной местной прессой и местными выборами задолго до того, как это сделал Путин в России. Ах да, у блока «Отечество — Вся Россия» был и четвертый сопредседатель — бывший питерский губернатор Владимир Яковлев, известный «демократ» и «поборник гражданских свобод». Жители Петербурга пусть расскажут про его модель управляемой мафиозной «демократии».

Вот это всё на полном серьезе в 1999-м выступало противовесом Ельцину — татарско-башкирско-лужковская модель. Понятно, что если она бы победила, то демократические институты были бы свернуты в стране гораздо быстрее. Кстати, после победы Путина все эти «борцы с Ельциным» быстро слились с Путиным в экстазе, так как были они про одно и то же.

Кто противостоял всему этому…

Конечно, Борис Ельцин в конце своего правления был давно уже «не торт». Он сильно деградировал после событий 1993-го года, явно тяжело их лично переживал. Будучи интуитивным сторонником рынка, он сам ничего в рынке не понимал, и оттого метался между поддержкой реальных реформаторов и вороватых и бессмысленных «крепких хозяйственников». Борьба с угрозой реставрации диктатуры вырастила в нем некий мессианский комплекс — или я, или никто, политика, к сожалению, стала чрезмерно Ельцин-центричной. Под конец он сильно попал под влияние всяких проходимцев, находивших у него «болевые точки» и продавливавших нужные им решения и в политической, и в экономической сфере. Понятно, что он ошибся с «преемником» (хотя, возвращаясь к разговору о примаковско-лужковском блоке, в тот момент было трудно найти лидера, лишенного соблазна поиграть в восстановление диктатуры — даже бывший босс Путина Собчак незадолго до своей смерти заговорил о «порядке как новой национальной идее»).

Однако Ельцин никогда не давил прессу, терпел всю критику в свой адрес, никогда не уничтожал своих политических врагов и даже давал им становиться депутатами и губернаторами, все годы своего правления вынужден был работать с парламентом, контролируемым оппозицией. Даже после ухода Ельцин оставил нам относительно свободную политическую систему, которая продолжала жить — до 2004-го (когда было сформировано «конституционное большинство» «Единой России» в парламенте, формально уничтожившее институты свободы) у нас можно было услышать острую критику руководства страны по ТВ, был свободный парламент, где велись острые дискуссии и решения давались непросто, и так далее. Во многом это мы виноваты, что не смогли тогда, на ранней стадии, верно диагностировать проблему и исправить ситуацию, пока не было поздно. Но Ельцин, уходя, оставил систему, которая все еще позволяла России дышать и просуществовала несколько лет.

В общем, реальная история России последних двадцати с лишним лет — это вовсе не история «расстрелянного в 93-м парламента, который привел к путинской диктатуре», а история постоянных попыток реванша диктатуры, которым много лет противостоял только один лидер — Борис Ельцин. Как только он ушел, реванш диктатуры случился, хотя ельцинская модель все же продержалась несколько лет.

Так что в годовщину 93-го, учитывая раскрывшиеся «личики» сторонников Верховного Совета, а ныне «Новороссии», можно сказать только одно — спасибо Деду за победу. А про «расстрелянный парламент» давайте уже заткнитесь — езжайте в свою «Новороссию» и стройте себе «парламентскую демократию» там.
gEVtzOSDzwA
https://youtu.be/gEVtzOSDzwA

[Красная линия]

tET_AoczFZ4&index

[Правда.ру]

http://www.pravda.ru/society/fashion/couture/03-10-2015/1176528-ruzkoi-0/

Первый российский вице-президент Александр Руцкой два года назад побывал в видеостудии Pravda.Ru и рассказал о событиях 1993 года: что предшествовало противостоянию между президентом Борисом Ельциным и Верховным советом, был ли расстрел парламента в 1993 году неизбежным, отдавал ли он приказ штурмовать "Останкино" и кто сбежал из Белого дома при первой угрозе.
http://pravda-team.ru/pravda/image/article/6/9/7/329697.jpeg
Александр Руцкой. Фото: Fotodom.ru/Фотодом

— Предопределен ли был вооруженный конфликт в 1993 году?

— Я далек от мысли, чтобы оправдываться, но давайте открою книгу Ельцина "Записки президента. Исповедь на заданную тему".

И мы увидим — сам Ельцин рассказывает, как это готовилось, начиная, по сути дела, с апреля — встречи с руководящим составом и личным составом Таманской дивизии, Кантемировской дивизии, дивизии имени Дзержинского, проведение совещания, как он пишет, со своими соратниками. А соратниками были министр безопасности, министр внутренних дел, министр обороны. Кроме этого, привлекались к совещаниям Барсуков — начальник службы безопасности Кремля, начальник службы охраны президента — Коржаков.

И обсуждали (они) предстоящие действия при роспуске парламента страны. То есть сам Ельцин рассказывает, что готовился именно заведомо силовой вариант.

Когда готовится силовой вариант, исключать кровь не представляется возможным. Потому что те дивизии, в которых бывал Ельцин, они не палками вооружены, они вооружены современным оружием. Поэтому это все планомерно готовилось.

После выступления 20 марта по телевидению со знаменитым опусом — определенным порядком управления страной — было решение Конституционного суда, где однозначно определено, что грубо нарушены статьи Конституции. В связи с чем Конституционный суд определил, что президент России подлежит отстранению от занимаемой должности.

И после выхода указа 1400 о поэтапной конституционной реформе опять есть решение суда. То есть судебный орган выносит решение, что за нарушение законодательства Российской Федерации и действующей Конституции, президент подлежит отрешению от занимаемой должности. Вот и все.

Поэтому выхода у той стороны просто не было. Либо они распускают парламент, в соответствии с Конституцией высшей властью был съезд народных депутатов, законодательным органом был Верховный совет. Либо придется складывать свои полномочия, потому что есть решение суда.

Соответственно в этой связи все выстраивалось именно таким образом. А дальше, чтобы применить силу, нужны были провокации.

Ну давайте опять обратимся к первоисточникам. Журнал "Столица", Марк Дейч берет интервью у генерала ФСБ, который рассказывает, что начальник службы охраны президента — Коржаков — во Внуково встретил спортивного телосложения ребят в возрасте до 30 лет, поехал с ними в Софринскую бригаду и получили снайперское оружие. Вот вам снайпера, которые убивали сотрудников милиции, военнослужащих внутренних войск, вооруженных сил на улицах Москвы, И гражданское население тоже. А в средствах массовой информации шло красной полосой, что снайпера Верховного совета убивают сотрудников милиции. Тем самым провоцировались правоохранительные органы, органы безопасности страны, в том числе и вооруженные силы.

Далее, нападение на штаб СНГ на Ленинградском проспекте — штаб вооруженных сил СНГ — некто Терехов. При поимке этих людей было изъято оружие со спиленными номерами, в Верховном совете все табельное оружие было с номерами. Со спиленными номерами там не могло и быть.

Далее, постоянно муссировалось в средствах массовой информации, что красно-коричневые фашисты, уголовники, вооружены до зубов, и не только автоматическим оружием, но и минометами, крупнокалиберными пулеметами. Чистой воды ложь.

Служба безопасности Верховного Совета была создана председателем Верховного совета Ельциным. А раз службы безопасности создана, то предусмотрено табельное оружие. И табельное оружие — а здесь был жесткий контроль, выдавалось следующим образом. Вы заступаете, допустим, на смену дежурить, приходите в оружпарк, сдаете паспорт, в журнале записывают номер оружия, которое вам выдали, вы закончили смену, приходите в оружпарк, сдаете оружие — в журнале отмечается "Сдано", и вам возвращается паспорт. Поэтому там самовольного владения оружием просто не было. Но средствам массовой информации подавалось, что вооружены до зубов.

— Из-за чего началось противостояние?

— Дело в том, что в отличие от президента Ельцина, я принимал присягу на верность служению Родине. И вице-президентом я был не уволенным из вооруженных сил, а откомандированным. А раз я принимал присягу, и когда я видел, что нагло и цинично грабят страну под лозунгом реформ, когда я видел, что приватизация направлена на присвоение национального достояния определенным кругом лиц… Я не знаю, как на это на все можно спокойно смотреть.

Ведь весь конфликт, который был между Ельциным, съездом и Верховным советом заключался именно в том, что съезд и Верховный совет, в том числе и вице-президент категорически не были согласны с теми реформами, которые проводил Ельцин.

Начнем с первой реформы — обнуления сбережений населения страны. Какое имели право президент, Гайдар отобрать сбережения населения страны? Человек всю жизнь вкалывал, работал, копил деньги, может быть, дом построить, может быть, дачу построить, может быть, квартиру отремонтировать. Да даже на черный день, "похоронные" деньги оставляли. И вот эти вот жулики, иначе их не назовешь, карманники, взяли — отобрали у людей их сбережения. Кто давал это право?

Кто давал право приватизировать национальное достояние? Например, порт "Находка" ушел за 120 тысяч долларов. Приличный автомобиль стоит дороже, а это порт за 120 тысяч. Или "Уралмаш" за 450 тысяч. Это грабеж чистейшей воды.

Мы же предлагали альтернативную приватизацию. В чем смысл ее был? Смысл заключался в том, что она была разбита на три этапа: сфера обслуживания — первый этап — откатать механизмы приватизации. Имеются в виду ателье, столовые, рестораны, кафе, булочные — зачем они государству нужны? Но там был предусмотрен механизм — именные ваучеры и участие в конкурсе. Вы выиграли конкурс, получили в управление — траст — столовую, государство посчитало, сколько стоит реально эта столовая, и вы в ипотеку выплачиваете собственность объекта, который стал вашей собственностью. После того, как вы выплатили, это становится вашей собственностью.

Куда должны были идти эти деньги? Вот как раз эти деньги шли на программу президента Российской Федерации, когда президент и вице-президент избирались. То есть на решение социальных вопросов и социальных проблем населения страны и развитие инфраструктуры страны.

А куда пошли эти деньги от той безумной приватизации? Они туда же и пошли — в карманы тех… Их можно увидеть — откройте журнал "Форбс", вот кому сегодня принадлежит страна. Но вы меня извините, десятки поколений создавали промышленный потенциал, сельскохозяйственный потенциал, и все это в одночасье взяли и растащили. Кто с этим будет соглашаться?

А кроме этого, в отличие от всех других, я еще больше знал, потому что Борис Николаевич меня назначил своим указом руководителем Межведомственной комиссии по борьбе с преступностью и коррупцией, рассчитывая на то, что я себе в этой теме сверну голову. Потому что, вы понимаете, хватать за горло тех, кто грабит страну, в конечном итоге они же могут и ответить.

— Призывали ли вы идти на штурм Останкино и московский мэрии?

— Давайте посмотрим так: у меня окна Верховного совета, которые выходят на здание мэрии (в то время бывшее здание СЭВ), и как раз виден угол проспекта Калинина, сейчас — Нового Арбата.

После провокации, которая была совершена на Октябрьской площади, милиция, ОМОН спровоцировал драку там, вот эта вся демонстрация, вся эта масса людей пошла к Верховному совету снять блокаду. А блокада была — три кольца.

Я смотрел, как люди идут. С 16-17 этажа открывается пулеметный огонь по этим людям. Вот я — исполняющий обязанности президента. Меня в соответствии с решением Конституционного суда на эту должность назначил съезд народных депутатов. И у меня на глазах убивают людей. Вот какие мои действия? Смотреть на это все? Конечно, я дал команду захватить мэрию, я от этого не отказываюсь — поймать этих моральных уродов.

Не удалось поймать. Почему? Потому что к зданию мэрии примыкает гостиница "Мир". В гостинице "Мир" находился штаб оцепления Верховного совета, то есть штаб МВД и внутренних войск. Так вот, эти стрелявшие ушли через гостиницу "Мир". Естественно, могли бы, допустим, какие-то уголовники, которые стреляли по людям, уйти через гостиницу "Мир". Значит, стреляли из МВД или милиция, или внутренние войска по людям.

Когда приехали в Останкино, была одна цель — выйти в средства массовой информации, чтобы не допустить кровопролития — рассказать людям, что происходит в Москве. И если бы это удалось сделать, Ельцин бы никогда в жизни не дал команду стрелять. Никогда в жизни. Но не пускали в здание, оно было блокировано полностью внутренними войсками и милицией. И когда не пустили, разгоряченная толпа начала бить и вышибать дверь (здания) машиной. И оттуда началась стрельба.

Опять давайте возьмем архивные записи, чтобы ничего не выдумывать. Стоп-кадр. Смотрим, откуда стреляют. Даже трассерами. На вооружении оружпарка службы безопасности Верховного совета патронов с трассерами не было. И дальше смотрим, куда стреляют. Стреляют по людям, находящимся на площади перед Останкино. Не по тем, кто в машине пытается пробить дверь, а по людям — по зевакам, журналистам, операторам. Стреляют из здания. Теперь дальше, боевая техника — боевые машины пехоты, крупнокалиберный пулемет КПВТ, опять берем стоп-кадр и смотрим, куда стреляют — стреляют по тем людям, которые находятся на площади перед Останкино. Понимаете?

Нас знакомили с дактилоскопической экспертизой. Ни одного человека, из оружия, изъятого из Верховного совета, не убито. Естественно, вопрос, а кто убивал людей?

И амнистия не случайна. Кстати, я ее не подписывал, потому что подписание амнистии — это признание своей вины. Какая моя вина, если я соблюдал Конституцию и законодательство России? Какая моя вина? И я не подписывал.

Почему они такими темпами быстро-быстро сделали амнистию? Первое, был приглашен к Ельцину генеральный прокурор Российской Федерации Казанник. Ему была поставлена задача — он сам об этом рассказывает, быстро — в течение 3-4 дней — закончить следствие и по статье 102 к высшей мере наказания. Что сделал Казанник? Написал заявление и сложил полномочия генерального прокурора. Говорит: "Я это делать не буду!" Потому что он был знаком с материалами следствия. Был знаком и прекрасно понимал, что вины тех, кто находился в Верховном совете, нет, потому что мы действовали в соответствии с законодательством Российской Федерации и в соответствии с решением Конституционного суда, судебного органа власти.

— Расскажите, пожалуйста, о роли КПРФ в событиях 1993 года.

— На съезде и в Верховном совете была фракция КПРФ, фракцию возглавлял Иван Рыбкин. После этих трагических событий Рыбкин кем стал? Секретарем совета безопасности администрации президента.

Теперь, что касается Геннадия Андреевича Зюганова. Он лично подошел ко мне 24 сентября и сказал: "Александр Владимирович, я и фракция КПРФ выходим, найдем возможность выйти из окружения Верховного совета. Мы идем поднимать народные массы". И слиняли. И больше я их не видел.

А через две недели после расстрела Верховного совета Зюганов, Жириновский и другие лидеры партий подписали в Кремле договор о взаимопонимании и сотрудничестве с Борисом Николаевичем Ельциным. И первые выборы в Государственную Думу в 1993 году, пользуясь вот этими трагическими событиями в предвыборной компании, фракция КПРФ стала большинством в Государственной Думе. И пошли дальше печь законы по приватизации — законы, позволяющие разворовывать страну. А теперь послушайте, что они сегодня говорят…
_KfgKN9vmM0

[Правда.ру]

http://www.pravda.ru/news/world/08-06-1999/903349-0/
08 июн 1999 в 13:41

- Служба безопасности Российского телевидения задержала подполковника спецназа, командира разведроты, якобы посланной нам на поддержку, - сказал директор информационной программы "Вести" Александр Нехорошев. - По крайней мере, так он говорит. А во взводе милиции, который обороняет все здание на 5-й улице Ямского поля, считают, что не исключена провокация боевиков. Мол, пропустим внутрь будто бы разведроту, а они нам тут устроят...

Мы сидели в кабинете дирекции, где, как и во всем здании, свет был потушен, а окна плотно зашторены. Горели лишь несколько свечей у столика с телефонами. Две ночи с 3-го на 4-е и на 5-е октября 1993 года я был корреспондентом "на подхвате" в "Вестях". Дежурил. Во время путча всем штатным сотрудникам объявили, что на работу приходить не обязательно, пока идет заваруха, это дело добровольное. Съемочные группы то и дело уезжали на улицы Москвы и возвращались от Моссовета, от Останкино, от бывшего здания СЭВ, от Белого Дома. В Останкино было особенно горячо, там свистели пули. Но все работники "Вестей" эвакуировались оттуда сразу после тарана грузовиком стекол вестибюля. И выходили в эфир из этой, запасной студии. Здесь пока было тихо и журналисты удивлялись, почему. Еще говорили, плохая у путчистов разведка... Кажется, накаркали.

- Постарайся выяснить, что это за офицер, кто его действительно прислал, - попросил А.Нехорошев. - Звони в МВД, в ФСБ, куда только сможешь дозвониться...

Спустившись вниз, я попросил в безопасности взглянуть на документы подполковника. Такой-то такой-то, войсковая часть такая-то.

- После выступления Е. Гайдара нас послали к вам на усиление от московской мэрии, - рассказал задержанный офицер. Держался он спокойно. - Мы пришли, не зная обстановки. Рота лежит вокруг здания в кустах, держит окна на прицеле. Откуда мы знаем, ведь пока дошли, миновало тридцать-сорок минут, кто внутри, может, уже путчисты? Договорились так: я иду на переговоры без оружия, выясняю обстановку. Если через полчаса не возвращаюсь, спецназ действует по обстановке -открывает огонь и идет на штурм.

Он был одет не в кумуфляжную, а в "песочную" форму. Запыленные сапоги, усталые глаза, лицо покрыто копотью. Руки испачканы машинным (оружейным?) маслом. Держался с достоинством. Попросил выяснять его личность поскорее - никто не заинтересован в кровавом недоразумении.

Взяла жуть. Что такое разведрота спецназа против тридцати милиционеров, хоть они и в бронежилетах с автоматами? Шарахнут по окнам, забросают гранатами... Как мог, я начал рисовать "штурм Рейхстага" своими же нашему милицейскому полковнику в полной тьме его штаба.

- Все знаю, что ты хочешь сказать, - перебил суровый голос. - Он боевик. Будет сидеть до утра. Иди.

Быстрее быстрого я взмыл на четвертый этаж, в кабинет "Вестей" к аппарату кремлевской "вертушки". В голове бешено тикал секундомер. Без паники, говорю. На ходу рассказываю, что к чему. Замечаю, народ застыл. Но ненадолго - "Вести" постоянно идут в прямом эфире, а он не знает, что значит ждать. Ответ из МВД: никого туточки нету, все отложили до утра, комментариев не даем. Сволочи, роняет кто-то из журналистов. Министерство обороны молчит. Диктуй быстрее твои данные, отзывается Лубянка. Проверим, перезвони через десять минут. Милицейский полковник с автоматом внизу только хмыкнул. Не через десять, через пятнадцать минут горячий голос в трубке кричал: - Все в порядке! Подполковник такой-то, вэ-че такая-то - это наши! Да, посланы от мэрии! Кто передал? Степашин! Меня зовут Сергей Степашин!

...Документы командиру разведроты вернули при мне. До рассвета оставался час. Из студии вышел взмокший ведущий Валера Виноградов (теперь собственный корреспондент программы "Вести" в Японии - А.Ф.). Какая-то фирма-меценат прислала на телевидение продовольственные пайки. Сыр, пакеты с соками, колбасу, шоколадки, маслины. Одинаково голодные, мы пожевали "гуманитарную помощь". За этим занятием узнали, что путч так и не смог взять власть. Останкино отстояли, но было много стрельбы. Кончался комендантский час, открывалось метро. Я заторопился домой - живу рядом с телецентром, стекла бы не расколотили шальными пулями.

- А ведь космонавты-то совсем близко живут от ТТЦ имени 50-летия Великого Октября, - не то подначил, не то подсказал кто-то из коллег. - Представляешь, ты на орбитальной станции. Летишь. Уже полгода в невесомости. А тут, на Земле, под окнами твоего дома, где жена и дети - бой. Таким переживаниям не позавидуешь. И как их успокаивают?

Поскольку я представлял ответ на этот вопрос яснее других, - три года, как никак, отработал специалистом в ЦУПе, затем, до "Вестей", спецкорром по ракетно-космической тематике в ТАСС и в "Литературной газете", отбирался в отряд космонавтов для полета журналистом на ОК "Мир" еще до японца Т. Акиямы - у меня не возникло вопросов, что делать. Созвонился с Центром управления полетом, поросил назначить время, чтобы выйти с экипажем на связь. Рассказать, что видел сам и как это было... Вот так я и начал, будучи журналистом, постоянно сотрудничать с группой психологической поддержки экипажей станции "Мир".

В первом послепутчевом сеансе я рассказал экипажу примерно то, что вы только что прочитали. - Одно дело, когда видишь все эти ужасы по телевизору, - на экранах мониторов специалисты Главной оперативной группы управления тогда наблюдали, как вслушивались космонавты в речь журналиста, доносившуюся по радиосвязи с Земли. - Другое, когда пули пробивают окно на этаже телевидения и впиваются в штукатурку над твоей головой. Интересно, что здание Всероссийской телерадиокампании на Ямском поле, где разместили "Радио России" и "Вести", раньше принадлежало Министерству по строительству в удаленных районах Севера и Дальнего Востока. По-народному - тот самый ГУЛАГ. Сразу понимаешь, насколько это серьезно. То есть пули и, в случае поворота колеса истории вспять, удаленные районы. Кстати, в рядах путчистов генерал МВД Баранников. Тот самый, который долгое время занимал пост начальника милиции всего подмосковного Калининграда, ныне города Королева, где расположен ЦУП, откуда мы с вами разговариваем.

- Если Баранников, это очень серьезно, - присвистнул тогда, как сейчас помню, находившийся на орбите в качестве бортинженера длительной экспедиции летчик-космонавт Александр Серебров. - Вот что бывает, когда генералы вместо своих прямых обязанностей начинают заниматься политикой.

- Саш, работай спокойно, особо не волнуйся, - вмешался в нашу связь главный оператор ЦУПа. - У тебя дома все нормально, наши ребята заезжали вчера. Рядом стоят, обеспечивают порядок посты бригады "Витязь"...

Тогда Александр Серебров был просто одним из лучших космонавтов планеты. Теперь он советник Президента Российской Федерации и иначе, чем Сан Саныч, его как-то и не называют.

х х х

Длительный полет, орбитальную смену на станции "Мир", упрощенно, в первом приближении, со стороны лучше всего представить следующим образом. Трое мужчин в состыкованных "зонтиком" шести железных бочках, каждая размером с железнодорожную цистерну, кружатся на высоте 400-450 километров над планетой, за сутки оборачиваясь вокруг нее 15-16 раз. Долгие четыре-шесть месяцев космонавты внутри этого сложнейшего инженерного сооружения выполняют, находясь в экстремальных условиях невесомости, функции операторов в системе "человек - орбитальная машина". Их деятельность считается достаточно монотонной, а условия работы требуют неординарных психоэмоциональных затрат от каждого члена экипажа. Поэтому так важны положительные психические импульсы с Земли.

Летающие экипажи очень чутки к общественному мнению на Земле, оценивающему их работу. Особенно к тому, что рассказывают и показывают средства массовой информации.

А у последних свои сложности в поддержке ребят на орбитальной станции. На первых порах работы в "Вестях" я столкнулся с непредвиденными трудностями. Предсказать, предвидеть которые с помощью логики и материализма не представлялось возможным. Обычно они исходят от личностей, которых наследники С.П. Королева в ЦУПе прозвали "ченемопосами", что расшифровывается как "человек немотивируемых поступков". Традиция давняя, видно и в золотые для космонавтики времена разум вел ожесточенную борьбу с, так сказать, энтропией, и его торжество наступало не сразу. Посудите сами.

...Спустя несколько дней после путча мне сообщают дату очередного выхода в космос Василия Циблиева и Александра Сереброва. Для бортинженера это рекордный, 10-й по счету, тогда его рекорд еще никто не побил (теперь, в 1998 году он у Анатолия Соловьева, этот космонавт 16 раз одевал скафандр и выходил за жилой объем станции).

Приношу новость в дирекцию "Вестей" и прошу выделить для съемки сюжета группу и камеру. Вижу, сидит на месте продюсера политический обозреватель М, женщина, только что награжденная орденом "За личное мужество" - такие она делала репортажи из Белого Дома. И грустит о чем-то, по-девичьи подперев ладошкой щеку. Выслушала она меня и говорит так строго:

- Нет. Это не новость. Ты и так уже два раза недавно передавал о выходах в космос. Сколько можно? И вообще, Гагарин в космос уже летал, никого этим не удивишь, это все зрителю давно надоело. Какая тут информация?

- А такая, - пытаюсь достучаться я, - что это же новый выход в космос. Предстоит монтаж на внешней поверхности станции уникальной конструкции. Прообраза скелета будущих больших космических аппаратов...

- Тебе не говорили, что ты ужасный зануда? - перебивают меня. - Разговор закончен. Как продюсер Светланы Сорокиной, я твое предложение не принимаю. Иди.

Что ж, со Светланой Иннокентьевной, с таким шумом и трескотней перелетевшей в конце минувшего года на телеканал НТВ, они были подружки. На телевидении квазифеминизм большая сила. Делать было нечего, доказывать, что геройские на орбите мужики - бесполезно.

- Что у тебя с лицом? - удивились режиссеры и операторы, когда мы курили в уголке лестничной клетки. - А, не дала камеру! Расслабься. Понимаешь, очень они у нас расстроены нынче. Ведь что было? В ночь путча девушка сказала, что ей хочется домой. А то прямо засыпает на ходу. Устала, ведь все время из Белого Дома привозила репортаж за репортажем! Ей говорят, подожди, мол, потерпи, пожалуйста, до конца комендантского часа. Осталось всего ничего. А то на улице стреляют по всему, что движется, и свои, и чужие. Вот, говорят, тебе диван... А она - что? Мне - диван?! Короче, дали ей машину. А по дороге у ТАСС их обстрелял патруль. Шофер поздно стал тормозить. Погоняла она его, что ли? Теперь мужик ранен, увезли в больницу. - Подставила, - роняет кто-то и злобно плюет в урну.

Раз на Земле такие дела, до того ли, чтобы рассказывать, что творится в космосе? По большому счету, мне кажется, да. Помните, как у Михаила Булгакова? В финале романа "Белая гвардия"? Звездное небо - как занавес бога. Глядя на него, кажется, что в неизмеримой высоте за этим синим пологом у царских врат служат всенощную. В алтаре зажигают огоньки и они проступают на занавесе целыми тестами, кустами и квадратами. Звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле. Нет ни одного человека, который бы этого не знал. Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему?

...В дальнейшем я не уставал объяснять предубежденным начальникам, что цивилизация вступила в ту фазу своего развития, когда космос начинает завоевываться так, как еще недавно осваивалось воздушное пространство. Это так, ибо нам нужно развивать системы связи, расширять инфраструктуру ноосферы. На Земле места для тоннелей с проводами и столбов-опор для кабелей уже не хватает. Взять хотя бы телефонизацию, эти трубки с антеннами, которыми попискивают не только "новые русские", разъезжающие в джипах - она сейчас немыслима без спутников. И снимать, и писать про космос надо не только, когда там авария или нештатная ситуация.

Иначе ерунда получается. Ну представьте: вы приходите к продюсеру и говорите: ура! Завтра В. Чкалов, Г. Байдуков и А. Беляков стартуют в новый перелет Москва - Северный полюс - Ванкувер, что в США! Дайте камеру! Классный сюжет!

А тебе в ответ: а зачем это снимать? Ведь мы уже показывали раньше, как они сверхдлительно перелетали из Москвы на остров Удд. Нет, эту новость мы у тебя не берем, что ты, что ты, окстись, ты совершенно ничего не понимаешь в том, что называется "новости - наша профессия"! Хоть стой, как говорится, хоть падай.

Впрочем, чего там, дело прошлое... Нынче-то картина во взаимоотношениях космос-пресса новая. Принципиально иная.

[Правда.ру]

http://www.pravda.ru/politics/authority/kremlin/04-10-2013/1176786-korzhakov-0/
Отдел политики "Правды.Ру"
04 окт 2013 в 13:05

Политика » Власть » Кремль
http://pravda-team.ru/pravda/image/article/5/7/3/286573.jpeg
О событиях октября 1993 года, кто и какие решения тогда принимал "Правде.Ру" рассказал бывший начальник охраны президента Бориса Ельцина Александр Коржаков (также интервью выйдет в разделе "Видео")

О том, было ли предположение, что конфликт между президентом и Верховным советом закончится стрельбой

- Если только та сторона предполагала. Но наша сторона как-то чувствовала, где-то переживала, что такое может быть. Потому что до этого были выступления и Анпилова, и Баркашова - что-то там угрожали. Всякие были вопросы, но что до такого дойдет - не было.

За несколько дней до этих событий Барсуков обсуждал с Грачевым этот вопрос, даже поругался с ним. "Давай проведем штабное учение, потому что если что-то будет..."

Я занимался чисто охраной президента, большой политикой только иногда. Когда люди сами приходили. Из Тулы приезжали, с Алтая, из Кемерово. Отовсюду, куда не плюй. Всегда ехали ко мне. Все решили, что я самый близкий, помогу, решу. Кому-то что-то решал.

А когда меня спрашивают про указ 1400, я говорю: "Ребят, я вообще никогда на таких совещаниях не был". Приглашали - я шел. А так...Вообще оно (совещание) было. Мы с Барсуковым сидели, кофеек пили, а они обсуждали этот указ. Кто они? Это глава администрации президента, министр обороны, министр внутренних дел, министр безопасности. Вот они обсуждали, как это будет. Плюс юристы. Видимо, там и Шахрай был. Илюшин был, естественно, первый помощник. Вроде шума не было. Все нормально. Все одобрили.

Только когда вернулись в Кремль, ко мне подбежал Филатов, второй человек в стране по идее, по должности, глава администрации президента. Он прибежал ко мне, рыдая, слезы ручьем текли, стал биться головой об стол.

Спрашиваю его: "Что с тобой? с ума сошел?" Отвечает: "Саша, спасай Россию, беги к Ельцину, скажи, чтоб отменил указ, потому что будет гражданская война".

"Ты там был, ты ему говорил?"

"Нет, не говорил. Я же не мог сказать".

"А я ж могу? А какое я отношение имею к этим указам? Никакого отношения к этим указам не имею. Я просто начальник охраны его. Все, иди сам и говори".

Понятное дело, когда информация дошла до мятежников будущих, от кого она шла. От того, кто готовит все указы. То было секретное совещание.

А чем указ плохой-то? Ну указ, где написано, что так и так, что всех обязательно трудоустроят, обязательно, чтоб жилье обязательно, чтоб проблем не было. Дальше принять Конституцию, организовать выборы в Думу. Нормально же? Те выборы (в Думу) были, наверное, самыми демократичными.

Как было принято решение о вводе войск

- Решение это как бы на всякий случай планировалось, почему и Барсуков поругался с Грачевым за несколько дней до этих событий. Давай, (говорит), просто проведем штабные учения, хоть на карте. Кто где будет находиться.

Почему тогда обвинили сторону президента, что была дезорганизация большая? Да, действительно такое было. И Паша (Грачев) был в этом виноват. Извините, когда в (телецентре) "Останкино" бился один только отряд Сергея Лысюка против бандитов оголтелых.

Читайте также: "Октябрь 1993-го начался в декабре 1991-го"

(Потом) рассказывал сказки, что депутаты пришли, и стали просить пустить их выступить. Этого не было. Сказки рассказывали в Белом доме.

Шли пьяные рожи, которые до этого взяли мэрию. А там, извините, чиновники московские были богатенькие, там чуть ли не в каждом кабинете было по бару. Нагрузились хорошо. Получили команду от Руцкого "Вперед, на мэрию!". Он же не стал говорить "Вперед, на Кремль!"... (Отправил туда), где не защищается ничего.

Идет несколько автобусов, из всех окон торчат стволы, автоматы, гранатометы, винтовки - кто-то будет останавливать это? Это после того, что в три часа, не просто ментов, а омоновцев раздолбали всех, разогнали. Они со щитами, в касках, убегали сломя голову оттуда. Сдали и Белый дом. Все сдали. Паника прошла по всем.

Почему я благодарен Сереге (Лысюку) , правильно ему Ельцин дал Героя России. Это они отстаивали "Останкино". Когда я сидел на пультом за президентом и получал информацию, что войска стоят, не идут.

Вся власть, которая сейчас у нас в стране, во главе с Владимиром Владимировичем Путиным, должна быть благодарна Ельцину за то, что он и его окружение спасло Россию. Потому что, если бы победил Хасбулатов... Был бы Путин у власти? Я думаю, был бы Рамзан Кадыров.

Сейчас ругают Ельцина и его окружение за то что, жестоко... А что жестоко? Окружение Ельцина не давало команды убивать. Даже когда дали команду взять Белый дом, был он целью - ни одного снаряда.

О требования расстрелять защитников Белого дома

- Я? Как я мог требовать? Я что, командовал операцией?

Об отношении к Александру Руцкому и Руслану Хасбулатову

- Да я Руцкого не видел сто лет. Он ко мне относится очень мирно. Когда он был губернатором, он приглашал меня в гости в Курскую губернию.

Конечно, он морально очень сильно побит. Если б он на допросах, еще где-то просто говорил, (что) "ребят, я, честно говоря, просто контуженный, все эти события меня так взбередили, что я пошел на это". Вот это самое лучшее оправдание.

И пусть он заткнется - погибло 150 человек! А он не ответил ни за одного! Ни за одного!

А команду дал он, подзуженный Хасбулатовым. Сейчас Хазбулатов говорит, если бы не было такого дурака Руцкого, я бы сумел Ельцина обыграть. Это он сейчас говорит, прошло 20 лет, Ельцина нет. Ельцин ответить не может ему.

Они Руцкого подставили, конечно. Они его заставили - вперед! Мы же нашли потом списки, кого повесить на фонарях, на липах у Белого дома. Я, по-моему, там тоже есть в третьем десятке, моя фамилия была тоже.Меня-то за что? Я честно выполнял свой долг, охранял всенародно избранного президента.

Про "Альфу", "Вымпел" и Конституцию

- Случилось так, что кто-то пустил "Витязю" и группе А феньку, что они пойдут на штурм Белого дома, только если это будет решение Конституционного суда.

Господи, откуда они это узнали? У нас Конституции на тот момент не было. Ее придумали ради копии демократических стран. У нас Конституция тряпка. Оборванная, переделанная портянка, советская еще в 1977 году принятая. А уже другое время. То есть мы должны быстрее Конституцию поменять, сделать современную демократическую, как положено. А они (Верховный совет - прим.) только испортили процесс.

После этих событий Конституцию сделали для одного человка. Фактически Конституция написана для президента, для исполнительной власти. Мы это видим по нашему парламенту. Имея право по Конституции сделать амнистию и никого не спрашивать - он (парламент) даже здесь боится. Спрашивает разрешения сверху: "Как нам, делать или не делать, выпускать или не выпускать?" Конституцию менять нужно срочно! Если Путин не хочет прийти к этим же событиям.

Хотя, конечно, он сейчас больше готов. Тогда на Смоленской площали были настоящие массовые беспорядки. Побили милицию, пожгли машины. Настоящие! Потом пошли на мэрию и Белый дом. Никто наказание не получил. Сейчас за что получили наказание активисты Болотной?

А здесь Хасбулатов и Руцкой через три месяца вышли героями. Замечательно! А этот Хасбулатов сказки рассказывает, что погибло три тысячи человек. Ты чего, в Лефортово насчитал три тысячи? 150 человек - посчитано официально. Все, кого хоронили - данные по кладбищам, по моргам. 140 человек в "Останкино" и 10 - у Белого дома.

Почему я со многими депутатами, которые были на той стороне, со многими в хороших отношениях до сих пор? Потому что понимаю, что и мы могли глупости натворить. Демократия молодая, еще никто не знал, что делать. И они также. Но каждый из нас хотел добра России. Каждый по своему. Кто как воспитан - кто воспитан председателем колхоза или совхоза, кто военным служил, кто шахтер был - каждый по разному пути видел, а демократия молодая, она всегда такая.

Об амнистии участникам тех событий

- А кто объявил (амнистию)? Дума! Я считаю - они поступили как поступили. Но кто-то должен был ответить. Сначала должен был быть суд. Потом уже амнистия - (но) кому? Я считаю, ГКЧПистов в 1991 году - они же никого не убили - можно было раньше выпустить.

А вот этих ребят - подумать. Хасбулатова и Руцкого я бы, честно говоря, отдал под суд. Макашов, генерал-полковник, где он был? В "Останкино" или здесь? Я думаю, он был в "Останкино". Просто потом он не говорил. Я вообще не слышу, что он говорит. Остальные все нормальные ребята.

Кто первый пустил кровь? Переговоры велись, все верно - самый худой мир лучше хорошей войны. Поэтому Ельцина нельзя упрекать. Ни его, ни его окружение. Шаги делались. А кровь пустил первый Хасбулатов. Они послали (людей) в "Останкино". Сейчас Руцкой начнет врать, что первые начали ельцинские на Ленинградскомм проспекте. Там военное учреждение, забыл как называется, какую-то старуху застрелили. А причем здесь Ельцин? Это провокацию устроили.
YKdShucrYbk
https://youtu.be/YKdShucrYbk

[Завтра]

https://rus.rt.com/russian/images/d/a/6/da6738b007b122545839ccdc19139d7b67210645_article.j pg
К очередной годовщине событий 1993 года. Интервью старшего следователя по уголовным делам Генпрокуратуры РФ Леонида Прошкина.

"ЗАВТРА". Леонид Георгиевич, что, на ваш взгляд, привело к противостоянию Верховного Совета РФ и президента Б. Ельцина осенью 1993 года?

Леонид ПРОШКИН. Причин было много, но, самое смешное, и сейчас в элитном доме на Рублёвке, на одной лестничной площадке, живут господа (не называю их фамилии), один из которых в 1993 году был в Белом Доме, а другой призывал расстрелять Верховный Совет. Тем не менее, после завершения октябрьских событий они занялись общим бизнесом и состояли в одной партии.

"ЗАВТРА". Вы хотите сказать, что это были одного поля ягоды, только с разных сторон? Но ведь Ельцин, издав сначала 21 сентября указ № 1400, а затем приказав стрелять по Белому Дому из танков, нарушил тогда Конституцию, Основной Закон страны? Не будем забывать, что первая кровь была пролита войсками МВД РФ, чьё руководство присягнуло президенту Ельцину и стало зверствовать на улицах Москвы, а не только против тех, кто пришёл на защиту Белого Дома, разве не так?

Леонид ПРОШКИН. Всё это так, но там было столько непродуманных и необъяснимых действий с обеих сторон, что у меня сложилось ощущение: людей и в Белом Доме, и в Кремле дёргали за ниточки из совсем других — правда, недалеко расположенных — зданий. Назовём их "третьей силой". И то, что при расстреле Верховного Совета России не погиб ни один депутат, — это, конечно, счастливая случайность. Под пули попали, в основном, молодые ребята и пенсионеры. Я допрашивал мать одного молодого парня, погибшего при защите в 1993 году Белого Дома. Она во время допроса плакала и говорила, что два года назад в 1991 году она его сама привела защищать Белый Дом от ГКЧП, он тогда остался жив. В 1993 году его уже не надо было вести, он сам туда пошёл. И не вернулся. Но мы расследовали сами события, а не их политические мотивы.

"ЗАВТРА". У телецентра Останкино первый выстрел был произведён с БТРа внутренних войск РФ или всё же из гранатомёта тех, кто пришел с колонной генерала Макашова?

Леонид ПРОШКИН. Когда снимали на РТР передачу, посвящённую октябрьским событиям 1993 года, которую вёл Владимир Соловьёв, мы из-за этого же вопроса до её начала, при чаепитии с экс-министром внутренних дел РФ А.С. Куликовым весьма сильно, чуть не до драки, поспорили. То, что защитники Белого Дома во главе с Альбертом Михайловичем Макашовым поехали к Останкино, было их бесспорной ошибкой. К микрофонам и камерам ТВ их бы никто не допустил. Тем более что микрофоны и экраны ТВ Останкино могут быть отключены при необходимости совсем в другом месте. Защитники Белого Дома могли бы войти в телецентр Останкино, но их выступления не было бы, его никто не увидел бы. Более того, когда их колонна ехала к телецентру, если бы кому-то нужно было, чтобы она туда не доехала, то её бы просто к Останкино не пропустили.

"ЗАВТРА". Из МВД или из ФСБ РФ могли дать команду о пропуске к телецентру колонны оппонентов президента России?

Леонид ПРОШКИН. Этого я утверждать не могу. Но ни Павел Грачёв, министр обороны, тогда, как утверждают злые языки, выпивавший с Ельциным, ни министр внутренних дел Виктор Ерин, ни другие силовики из президентской команды приказа остановить колонну с Макашовым при её проезде к Останкино не давали. В итоге эту колонну не только не задержали, но и не пытались задержать.

"ЗАВТРА". А первый выстрел в Останкино кем был сделан: ОМОНом из телецентра по сторонникам Верховного Совета или из гранатомёта "макашовцами"?

Леонид ПРОШКИН. Выстрел из гранатомёта был, но он пошёл в сторону и попал в землю. И он был сделан уже после того, как началась стрельба из здания телецентра. А то, что называют выстрелом из гранатомёта по телецентру, таковым не являлось. Внутри здания — там, где засели бойцы спецподразделения "Витязь", — взорвалось спецсредство, имевшееся у бойцов этого подразделения, только что вернувшихся с Кавказа. Мы провели по этому поводу комплексную криминалистическую экспертизу, в качестве экспертов были привлечены разработчики этого гранатомёта, производители, специалисты из управления вооружений Генерального штаба Минобороны и из Института спецтехники МВД РФ. Эксперты разных ведомств дали единое заключение, что рядовой подразделения "Витязь" Ситников, которому посмертно присвоили звание Героя России, погиб именно от взрыва этого спецсредства.

"ЗАВТРА". Мог ли руководству МВД РФ поступить приказ от Ельцина стрелять по колонне под командой Макашова?

Леонид ПРОШКИН. Без приказа "с самого верха" стрельбы, естественно, не было бы. Но вот приказа в письменном виде о расстреле Белого Дома лично я не видел. Если бы нашей группе дали возможность это дело расследовать так, как положено, то надо было бы привлекать к ответственности и тех, кто был со стороны президента РФ, и тех, кто был в Белом Доме. Согласно одной из моих версий, хотя другие версии тоже были, и за тех, и за других в тот момент думали, как я уже сказал, люди, сидевшие по соседству с Кремлём и Домом Советов.

"ЗАВТРА". "Третья сила"? Есть версия, что в те дни у Белого Дома были использованы снайперы, стрелявшие в спину как омоновцам, так и сторонникам Верховного Совета, чтобы вызвать у них ненависть друг к другу. Причём снайперы были доставлены из Израиля офицерами спецслужб РФ, подержавшими Б. Ельцина.

Леонид ПРОШКИН. Снайперы были, я согласен. Но факт их переброски в Москву из Израиля и то, что они были из "Бейтара", отрицал в разговоре со мной даже Альберт Михайлович Макашов, которого часто обвиняют в яром антисемитизме.

"ЗАВТРА". Тогда откуда они могли взяться?

Леонид ПРОШКИН. Могли быть и из российских спецслужб, но скорее всего, для этих целей использовали наёмников, которых нельзя напрямую идентифицировать с "третьей силой". К тому времени у нас в стране было множество людей, прошедших приднестровский, грузино-абхазский, азербайджано-армянский и иные конфликты. Та же Чечня потом не на пустом месте появилась… В 1993 году они могли за деньги или по каким-то иным мотивам выполнить такое задание. Что-то подобное потом произошло и в Киеве, во время событий на Майдане: там была разыграна очень похожая, почти один в один, схема по захвату власти.
Относительно событий октября 1993 года можно говорить очень много. Когда я, основываясь на материалах проведённого расследования, пришёл к выводу, что есть основания для привлечения к ответственности и тех, кто руководил обороной Белого Дома, и тех, кто командовал его блокадой и расстрелом, Борис Ельцин потребовал меня уволить. Но Михаил Борисович Катышев, да и другие руководители Генпрокуратуры это указание тогда не исполнили. А расследование быстро прекратили, объявив всем амнистию. Дело это расследовало человек двести. После амнистии в следственной группе осталось 18 человек и огромные кипы материалов. Поэтому мы занялись только пострадавшими и потерпевшими в ходе тех событий.

"ЗАВТРА". А кого, по-вашему, поддержал народ в октябре 1993 года?

Леонид ПРОШКИН. Народ не был доволен ни Ельциным, ни Верховным Советом РФ. Все видели, что в стране происходит делёж государственной собственности и власти. Поэтому и народных выступлений в 1993 году, кроме Москвы, нигде не было.
А в Москве была полная неразбериха — возможно, специально организованная. 4 октября дело дошло до многочисленных боестолкновений между подразделениями Министерства обороны и Внутренних войск МВД, выступавшими на стороне Ельцина. В результате были убиты двое и ранено несколько военнослужащих Министерства обороны.

"ЗАВТРА". А со стороны Белого Дома был ответный огонь? Ведь А.Руцкой, в своё время, давая мне интервью, утверждал, что защитники Белого Дома не стреляли по армейским частям, которые утром 4 октября 1993 года пошли на штурм Верховного Совета РФ…

Леонид ПРОШКИН. Стреляли. И оттуда тоже стреляли. Не бывает так, чтобы висящее на стене ружьё в спектакле не выстрелило. Стреляли, но не было ни одного погибшего от пули, выпущенной из оружия, изъятого в Белом Доме. А вот оружие Внутренних войск, да и армейское тоже, нам отстреливать не разрешили. Командование дивизии имени Дзержинского МВД РФ во время юбилейных торжеств своего подразделения на учебном полигоне, который посетил Б.Н. Ельцин, написало ему жалобу на следственную группу. И нам запретили отстреливать их оружие.

Вообще, Ельцин был категорически против амнистии. Он считал, что во всём виновата та сторона, руководители которой были задержаны 4 октября в Белом Доме, а потом и арестованы. Но тут и он оказался бессилен. Генеральный прокурор Алексей Иванович Казанник — тот самый, который "уступил" в своё время Ельцину свой депутатский мандат, — согласился на амнистию, но отказался подписывать документы на конкретных амнистированных лиц. Ему пришлось уволиться, и за него все документы по амнистии подписывал Владимир Иванович Кравцов, который был тогда заместителем генерального прокурора РФ. И тоже был отправлен в отставку — уже Ельциным, который, как я сказал, был против этой амнистии. Вопросов по октябрьским событиям 1993 года остаётся много, но я могу сказать, что расследованы они хорошо, так что будущие историки смогут на них опереться, когда придёт время.

https://varjag2007su.livejournal.com/1572011.html - цинк
http://zavtra.ru/blogs/leonid_proshkin_vremya_pravdi_pridyot - первоисточник

[Новомосковск]

https://c.radikal.ru/c14/2111/0b/f0b1928cfd2f.jpg
В этот день в 1993 году в Москве противостояние сторонников президента Ельцина и Верховного Совета переходит в фазу открытого вооружённого противостояния. Сторонники ВС РФ прорывают кольцо блокады вокруг Белого дома, захватывают здание мэрии и требуют предоставления прямого эфира у телецентра в Останкино.
http://www.nmosktoday.ru/pictures/news/40598/picture-500h.jpg

[Ирина Макеева]

24 года назад (3-4 октября 1993 года) противостояние Верховного Совета РСФСР, во главе с Русланом Хасбулатовым, и Президента Бориса Ельцина перешло в вооруженное столкновение.

События октября 1993 года стали кульминацией внутриполитического кризиса в России, который начался в 1992 году. Он был вызван противостоянием двух политических сил: с одной стороны — сторонники Президента России Бориса Ельцина, которые выступали за принятие новой Конституции, усиление президентской власти и либеральные экономические реформы; с другой — руководство Верховный Совет РСФСР, ряд народных депутатов и вице-президент России Александр Руцкой, которые хотели сохранить всю полноту власти у Съезда и были против проведения радикальных экономических реформ.

21 сентября 1993 года президент России Борис Ельцин подписал указ, согласно которому Верховный Совет и Съезд народных депутатов распускались, а на декабрь 1993 года назначались выборы в первую Государственную Думу. На следующий день на экстренной сессии Верховного Совета было принято постановление о прекращении полномочий Ельцина, а исполнение обязанностей главы государства были возложены на вице-президента Александра Руцкого.

Сторонники Верховного Совета сформировали отряды самообороны Белого дома, а также стали проводить акции протеста и возводить баррикады в центре Москвы. Борис Ельцин и председатель Правительства Виктор Черномырдин потребовали от Хасбулатова и Руцкого до 4 октября вывести из Белого дома людей и сдать оружие. В здании были отключены телефонная связь и электричество.

3 октября протестующие по приказу Александра Руцкого захватили здание московской мэрии и предприняли попытку взять штурмом телецентр Останкино. Вечером того же дня президент России Борис Ельцин ввел в Москве чрезвычайное положение. В город были введены части и подразделения Таманской и Кантемировской дивизий, 27-й отдельной мотострелковой бригады и нескольких парашютно-десантных полков, дивизии внутренних войск им. Дзержинского.

4 октября правительственные войска окружили Белый дом, здание начали обстреливать из танковых орудий. К вечеру того же дня сопротивление оппозиции было сломлено. Руководители обороны Белого дома (Александр Руцкой, Руслан Хасбулатов и другие) были арестованы. В 1994 году они были амнистированы.

По разным данным, в ходе октябрьский событий 1993 года погибли от 140 до 160 человек, ранения получили от 380 до 1000 человек.

Политическими итогами этого одного из острейших политических кризисов в современной истории России стало принятие 12 декабря 1993 года новой Конституции, усиление президентской власти и образование нового двухпалатного парламента — Федерального Собрания РФ.

[Новомосковск]

http://www.nmosktoday.ru/u_images/Shturm_belogo_doma.jpg
4 октября 1993 года президент России Борис Ельцин для осуществления своего указа о роспуске Верховного Совета ввёл бронетанковые войска в Москву, и осуществил штурм здания парламента. Лидеры оппозиции Руцкой, Хасбулатов, Макашов и другие были арестованы и отправлены в Лефортовскую тюрьму. Печальную картину применения танков и вертолетов в центре Москвы можно было наблюдать по телевидению.

За день, по официальным данным, были убиты 74 человека, 26 из них - военные и работники МВД России, ранены 172. В результате пожара практически полностью уничтожены этажи здания с 12-го по 20-й, разрушено около 30 % общей площади Дома Советов.

[Кадет Биглер]

03 октября 1993 года

В Москве был осуществлён разгон Съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации (также известный как "Октябрьский путч", "Расстрел Белого Дома" и т.д.), последствие конституционного кризиса, возникшего в России в 1992 г. Возникшие разногласия переросли в вооружённое противостояние двух политических сил: президента РФ Бориса Ельцина и основной части народных депутатов и членов Верховного Совета РФ. Основой для вооружённого восстания послужил указ президента "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации", фактически упразднивший деятельность Верховного совета. В ответ сторонники "отменённого" органа государственной власти попытались захватить здание мэрии и Останкинский телецентр. На следующий день (4 октября), по решению Ельцина, начался штурм Белого Дома, во время которого он был обстрелян танками. В ходе несогласованных боевых действий 157 человек были убиты, и ещё 384 ранены (при этом большинство из них были мирными жителями). В итоге победу одержали сторонники президента, что означало конец для всей структуры Советской власти, существовавшей в стране с 1917 г. Согласно новой Конституции, принятой в декабре 1993 г., Россия становилась смешанной республикой с двухпалатным парламентом и достаточно сильной президентской властью.

[Eвразия Daily]

https://eadaily.com/ru/news/2016/10/03/etot-den-v-istorii-3-oktyabrya-1993-goda-rasstrel-belogo-doma-v-moskve
3 октября 2016
07:55
https://img5.eadaily.com/r650x400/o/c7e/f0aa3f982b9fc9e1a83bbfc4b46af.jpg
3 октября 1993 года в ходе противостояния законодательной и исполнительной власти, которое вылилось в вооруженный конфликт, президент России Борис Ельцин своим указом ввел чрезвычайное положение в Москве. Введенные на улицы столицы танки начали методичный обстрел Белого дома.

В течение 1993 года в России обострилось противостояние двух высших институтов государственной власти: исполнительной (в лице президента РФ и его аппарата) и законодательной — в лице руководства Верховного Совета РФ. В основе развернувшегося соперничества лежало различие в подходах к развитию конституционного процесса, осуществлению стратегии и тактики переходного периода.

В марте 1993 года на VIII Съезде народных депутатов консервативная часть депутатского корпуса попыталась ограничить полномочия президента и принять ряд поправок к Конституции. Борис Ельцин в ответ подписал Указ «Об особом порядке управления», согласно которому на 25 апреля назначался референдум о доверии президенту. До этого времени деятельность Верховного Совета РФ приостанавливалась.

Конституционный Суд признал эти действия Ельцина противоречащими сразу девяти статьям Основного закона. Экстренно был созван IХ съезд народных депутатов, который классифицировал указ Ельцина как попытку государственного переворота, за что по Конституции предусматривалось его отречение от власти. Мартовский кризис завершился компромиссом: президент отказался от обращения, а съезд согласился с проведением референдума 25 апреля 1993 года.

Референдум поддержал курс президента, и тогда Ельцин и его окружение приступили к разработке проекта Основного закона, в основу которого была положена идея президентской республики.

Особой остроты противостояние между исполнительной и законодательной властью достигло осенью 1993 года. 21 сентября Ельцин выступил с телевизионным обращением к народу и заявил, что Верховный Совет перестал быть органом народовластия, а стал оплотом оппозиции. Он подписал Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», на основании которого распускались представительные органы власти и на 11−12 декабря 1993 года назначались выборы в Государственную Думу.

Значительная часть народных депутатов отказалась признать законность действий президента и заявила об отстранении Ельцина от власти. К присяге в качестве нового президента был приведен вице-президент Александр Руцкой.

Сторонники Верховного Совета организовали демонстрации протеста, на улицах возникли баррикады. Вооруженные отряды сторонников парламента штурмом овладели Московской мэрией и попытались захватить телевизионный комплекс в Останкино. Страна оказалась на пороге гражданской войны.

3 октября 1993 года указом Ельцина в Москве было введено чрезвычайное положение. Верные президенту полицейские и армейские спецподразделения выбили отряды генерала Макашова из здания мэрии и сняли осаду с Останкино. Кроме того, для борьбы с оппозицией в столицу были введены танки, которые в тот же день начали прямой наводкой обстреливать Белый дом, в котором засели руководители парламента и их вооруженные сторонники.

К вечеру 4 октября сопротивление оппозиции было сломлено. Руководители обороны Белого дома (А. Руцкой, Р. Хасбулатов и др.) были арестованы. Ельцин возложил на себя полномочия по обеспечению прямого президентского правления в стране вплоть до проведения выборов в Федеральное Собрание и референдума по Конституции России.

12 декабря 1993 года прошли выборы в Государственную Думу. Одновременно с ними был проведен референдум по принятию новой Конституции, где Россия объявлялась демократическим федеративным правовым государством с республиканской формой правления.

[Бессмертный полк]

1993 г.

Расстрел и штурм Белого дома в Москве. Лидеры оппозиции Руцкой, Хасбулатов, Макашов и другие были арестованы и отправлены в Лефортовскую тюрьму. Печальную картину применения танков и вертолетов в центре Москвы можно было наблюдать по телевидению.
https://files.polkrf.ru/pic_news/795x-/6304.jpg
Российский триколор в разбитом окне парламента

[История. РФ]

https://pbs.twimg.com/media/DLQ6NFNXkAAVHsd.jpg
Черный октябрь. 4 окт. 1993 расстрел Белого дома. За день убиты 74 человека → http://histrf.ru/lenta-vremeni/event/view/rasstriel-bielogho-doma …

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/5537/

В основе развернувшегося соперничества лежало различие в подходах к развитию конституционного процесса, осуществлению стратегии и тактики переходного периода. В марте 1993 года на VIII Съезде народных депутатов консервативная часть депутатского корпуса попыталась ограничить полномочия президента и принять ряд поправок к Конституции. Борис Ельцин в ответ подписал Указ «Об особом порядке управления», согласно которому на 25 апреля назначался референдум о доверии президенту. До этого времени деятельность Верховного Совета РФ приостанавливалась.

Конституционный Суд признал эти действия Ельцина противоречащими сразу девяти статьям Основного закона. Экстренно был созван IХ съезд народных депутатов, который классифицировал указ Ельцина как попытку государственного переворота, за что по Конституции предусматривалось его отречение от власти. Мартовский кризис завершился компромиссом: президент отказался от обращения, а съезд согласился с проведением референдума 25 апреля 1993 года.

Референдум поддержал курс президента, и Президент и его окружение приступили к разработке проекта Основного закона, в основу которого была положена идея президентской республики.

Особой остроты противостояние между исполнительной и законодательной властью достигло осенью 1993 года. 21 сентября Ельцин выступил с телевизионным обращением к народу и заявил, что Верховный Совет перестал быть органом народовластия, а стал оплотом оппозиции. Он подписал Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», на основании которого распускались представительные органы власти и на 11-12 декабря 1993 года назначались выборы в Государственную Думу.

Значительная часть народных депутатов отказалась признать законность действий президента и заявила об отстранении Ельцина от власти. К присяге в качестве нового президента был приведен вице-президент А.Руцкой. Сторонники Верховного Совета организовали демонстрации протеста, на улицах возникли баррикады. Противниками властей была предпринята попытка штурма мэрии и телекомплекса в Останкино.

3 октября 1993 года указом Ельцина в Москве было введено чрезвычайное положение. Для борьбы с оппозицией в столицу были введены танки. Начался обстрел Белого дома.

К вечеру 4 октября сопротивление оппозиции было сломлено. Руководители обороны Белого дома (А. Руцкой, Р. Хасбулатов и др.) были арестованы. Ельцин возложил на себя полномочия по обеспечению прямого президентского правления в стране вплоть до проведения выборов в Федеральное Собрание и референдума по Конституции России.

12 декабря 1993 года прошли выборы в Государственную Думу. Одновременно с ними был проведен референдум по принятию новой Конституции, где Россия объявлялась демократическим федеративным правовым государством с республиканской формой правления.

Источник: calend.ru

[Юлиан Отступник]

https://c.radikal.ru/c32/1902/32/3e6d166282da.jpg

[Андрей Полунин]

http://svpressa.ru/politic/article/48474/
Вторник 4 октября 2011 года
14:04 |
http://svpressa.ru/photo/48474.jpg

18 лет назад залпы танков поставили точку в деятельности Верховного Совета России

4 октября 1993-го состоялась публичная казнь противников ельцинского режима. В результате штурма и танкового обстрела Белый дом был взят под контроль войсками, верными тогдашнему президенту Борису Ельцину. В ходе октябрьских событий погибло, по официальным данным, около 150 человек и радикально изменилась система власти в России: вместо парламентской была установлена президентская республика, а после вступления в силу новой Конституции — президентско-парламентская.

Расстрел Белого дома и сегодня вызывает массу вопросов. Что было бы, если бы тот парламент уцелел? Была ли его деятельность созидательной или деструктивной? Где находится «золотая середина» разделения власти между парламентом и правительством в России?

Руслан Хасбулатов, бывший председатель Верховного Совета России:

– В 1993 году разгромом парламента был нанесен колоссальный ущерб престижу России, фундаментальным направлениям развития нашего общества. За два года – с августа 1991 до октября 1993-го, – когда у нас была реальная парламентская демократия, Верховным Советом было принято более 400 фундаментальных, органических законов, обеспечивающих переход от социализма к мягкому варианту капитализма. Это был особый исторический этап. Наши законодательные акты полностью отражали интересы всех слоев общества.

Расстреляв парламент – кстати, всенародно избранный – общество лишилось своего единственного серьезного инструмента власти, который оказывал воздействие на высшую исполнительную власть. Посмотрите, что из этого получилось: взрывной рост коррупции, именно в сфере деятельности высшей исполнительной власти. Почему так вышло? Не было контролирующего механизма, а сдерживающим институтом здесь являлся бы парламент.

Я вообще считаю, что если бы с 1999 года не было бурных рост цен на нефть, судьба страны сложилась трагически. Август 1998 года – знаменитый дефолт – означал не только финансовый кризис, но и полное разложение той системы власти, системы ельцинского государства. Видимо, Всевышний пожалел русский народ и послал денежное изобилие виде нефтяных денег.

Что касается управляющей системы после переворота – она показала свою неэффективность. И сегодня государство держится на плаву только благодаря нефти, а не сверхэффективной деятельности министра финансов, который ничего не знает, кроме как сидеть на кубышке. Потому и стоят у нас ржавые мосты, и дорог нет, и поселения не растут. Огромная, колоссальная территория находится в упадке…

«СП»: – Если бы в 1993-м парламент не расстреляли, что бы изменилось?

– Полагаю, сегодня уровень развития России – экономического, промышленного, аграрного, социального – был бы очень высок, приближался бы к уровню стран Европы. Была бы лучше жизнь, была бы полноценная промышленность – парламент не дал бы ее загубить. Сейчас говорят о модернизации, но она должна основываться на развитом машиностроительном комплексе. А где он? У нас ничего нет – ни машиностроительных заводов, ни химических. Мы дошли до того, что трактора завозим из Китая, вместо того, чтобы развивать собственное производство.

Без реального парламента, за годы путинско-медведевского правления, не сделано практически ничего. При этом в казну притекают колоссальные деньги – только в прошлом году мы за счет нефти и газа получили более 200 млрд долларов. Эти деньги используются неэффективно, потому что нет контрольных механизмов. У современного парламента нет права контроля, он послушно проштамповывает законы исполнительной власти.

Я твердо убежден, что России нужен парламентский строй, нужна парламентская республика. Иначе всякий президент превращается в диктатора, которого автоматически начинают называть лидером нации. Это очень плохо для нашей огромной России.
Политолог Дмитрий Орешкин.

– Наш первый парламент избирался по довольно странной процедуре. В числе его депутатов, по определению, большую часть составляли выходцы из старой советской номенклатуры. Там были собраны люди из уважаемых общественных организаций – Академии наук СССР, профсоюзов. Словом, тот парламент не был избран массовыми прямыми выборами, его выбрали из элитных слоев советского общества.

В этом была сильная сторона. Среди депутатов практически не было наглых откровенных популистов, въехавших на визгливой риторике. Но была и слабая – у представителей советской элиты были свои интересы, причем, очень консервативные.

Например, был корпус «красных директоров» – уважаемых людей, по сути, собственников своего производства. Они, конечно, считали себя державными людьми, но на деле представляли интересы своего класса.

Так вот, директорский корпус был категорически не согласен с приватизацией, особенно за деньги. Живых денег у директоров не было, и они понимали, что если заводы продавать, их купят те, у кого деньги есть – теневики, спекулянты. Поэтому денежную приватизацию они тормозили, и в итоге позволили провести уродливую чековую. С владельцами ваучеров директора договорились. Людей убедили собрать ваучеры, и вручить их нынешнему руководству завода – плохому, но своему. После этого «красные директора» преобразовали себя в собственников де-юре, и решили свою корпоративную частную задачу. Им нужен был госсаказ, чтобы производить прежнюю продукцию и дальше, причем за деньги государства. А государству этого всего было не нужно.

В этом смысле, первый парламент был очень консервативен, и сильно мешал проводить мероприятия по оздоровлению экономики. Потому что обновленная экономика в классе людей, представленных в парламенте, не очень нуждалась. Именно поэтому в России затянулись мучительные реформы – в отличие, скажем, от Польши или Эстонии (там реформы удалось провести за год). Словом, интересы парламента лежали глубоко в советской модели экономики. Надо было систему менять, и было понятно, что сам парламент ее не поменяет. Таким образом, конфликт исполнительной власти и парламента был системным.

«СП»: – Парламент был обречен?

– Ельцин понимал, что без серьезных полномочий не сможет ничего сделать, но наталкивался на сопротивление класса постсоветских власть имущих начальников. У этих начальников был и серьезный блок политических интересов. «Красные директора» объединялись с региональным руководством. «Регионалы» привыкли, что Москва дает им деньги и плановое задание, а они командуют территориями исходя не из того, сколько они заработали, а из того, сколько удалось вытянуть из центра (это они умели).

В итоге образовался сплоченный союз людей, которые обладали реальной собственностью, и территориальных феодалов, желающих сохранить свои интересы и противостоять тому, что между собой они называли «дурью московской». То есть распоряжениям из центра, которые вынуждали их вступать в конкурентные отношения – какие-то выборы, какие-то политические программы.

Чтобы это сопротивление проломить, Ельцину, по трезвому размышлению, нужны были очень серьезные полномочия. Плюс, на решении о разгроме парламента, конечно, сказалось его личное властолюбие.

«СП»: – Что все же лучше для России – парламентская республика или президентская?

– Чем больше я об этом думаю, тем более странные формулировки приходят на ум. Вот неважно, какая форма. Важно, чтобы она была формально прописана в законе, и соблюдалась.

Ельцинская модель была жестко заточена под президента: он может в любой момент отправить в отставку премьера, распустить при определенных условиях нижнюю палату парламента, и т.д. С эпохи Ельцина формально в Конституции ничего не изменилось.

И вот мы наблюдаем президента по фамилии Медведев, и хорошо понимаем: уволить премьер-министра он не может ни при каких условиях. Распустить парламент – тоже. Даже уволить министра он не может без того, чтоб согласовать этот шаг с премьером.

Я хочу сказать: де-факто неважно, что прописано в бумагах, даже если бумага называется Конституция РФ. Самое интересное и удивительное в нашей политической модели – то, что она зависит от конкретных личных качеств конкретного политического лидера.

Ельцин был сильный лидер, который честно прописал под себя полномочия в президентской версии Конституции, и ими пользовался. Кроме того, как ни странно, он соблюдал правила игры. Скажем, Дума не позволяла ему утвердить премьером Гайдара, он был и.о. премьера. И все реформы Ельцин проводил не по законам – Дума их не одобряла, потому что была выборной: в 1993 году больше всех мест было у ЛДПР, в 1995 году – 35% мандатов было у КПРФ. Ельцин проводил реформы указами – он это делал, потому что был сильный политик.

Формально те же самые права есть у Медведева, но он ими не пользуется. Зато пользуется Путин. И сегодня, хотя по Конституции мы президентская страна, по факту мы – страна премьерская.

«СП»: – Почему так происходит?

– В нашей стране есть устойчивая политическая культура наплевательского отношения к законам. Товарищ Сталин был всего-навсего генсеком партии – в сталинскую эпоху не было даже определения партии, как «руководящей и направляющей силы общества». При Сталине было правительство, другие структуры. Формально он был лишь политическим лидером, тем не менее, все понимали, кто такой товарищ Сталин.

Это пренебрежение к принятым, писанным на бумаге законам, идет исстари. В свое время государыня Елизавета подписала «кондиции» с дворянством – что-то вроде английской хартии вольности. А потом, когда усилилась и поняла, что контролирует ситуации, бумажку с «кондициями» разорвала – мол, вот вам «кондиции», будете холопами, как все.

Поэтому вопрос, какое политическое устройство лучше – абстрактный. Какая разница, как называется страна – парламентская или президентская республика – если ни то, ни другое не соблюдается?! Главное, наверное – учредить в политике культуру уважения к своим собственным обязательствам, к прописанным на бумаге условиям. К сожалению, это нельзя сделать сразу, по приказу…

Валерий Рашкин, первый секретарь Московского горкома КПРФ, депутат Государственной Думы:

– 3-4 октября каждого года мы отмечаем печальную дату расстрела Верховного Совета – расстрела нашей законодательной конституционной власти. Мы считаем, это было сделано спьяну, по указу тогдашнего президента господина Ельцина. В этот день мы почитаем героев – граждан России, которые пали невинно под пулями и танковыми снарядами, защищая не просто депутатов Верховного Совета, а Конституцию России.

Мое личное мнение: команда во главе с Борисом Ельциным, которая нарушила законодательные каноны, и в пьяном бреду издала указ о расстреле Верховного Совета, – это преступники. Я был 3 октября на панихиде, на которой собрались родные погибших, те, кто выносил с поля боя раненых. Посмотрел на фотографии убитых – это, в основном, молодые люди от 18 до 29 лет, цвет нации. Конечно, простить их гибель невозможно, забыть ее нельзя.

В эти памятные даты мы, коммунисты, выходим на митинги, выносим портреты погибших, выражаем соболезнования родным и близким. Мы считаем, наказание должно прийти к тем, кто организовал разрушение основ нашего государства, растоптал Конституцию, и сегодня ходит по земле с ухмылкой. Возмездие придет.
http://svpressa.ru/photo/48474-1.jpg
3 октября в Останкино прошла панихида по погибшим в 1993 году

Сегодня надо, я считаю, заявить: есть правительство народного доверия, во главе с Геннадием Андреевичем Зюгановым, которое в ближайшее время придет к управлению государством (это будет декабрь-май 2012 года), и наведет порядок и дисциплину. В том числе, в деле исполнения Конституции и законности. Нарушение законодательства ведет к разрушению государства, к колоссальным коррупционным процессам. Это началось с расстрела Верховного Совета в 1993 году. Сегодня никто из чиновников, госслужащих, мэров, губернаторов, не собирается исполнять законы, все ищут обходные маневры. Почему нет? Расстреляв Конституцию раз, можно расстрелять и второй раз – танки всегда наготове.

Фото: ИТАР-ТАСС, kprf.ru

[Илья Константинов]

http://www.svpressa.ru/society/article/74702/
24 сентября 2013 года 12:27 |
http://www.svpressa.ru/photo/74702.jpg
октябрь 1993 года был неизбежен

Только сейчас, через 20 лет после кровавых событий 1993 года, я, пожалуй, могу относительно спокойно думать и говорить о причинах и последствиях сентябрьско-октябрьского кризиса, едва не подведшего черту под тысячелетней российской государственностью.

Первые годы это было психологически невозможно: перед глазами сразу вставали инфернальные картины останкинского расстрела, мученическая смерть безоружных людей под гусеницами БТРов у Белого дома, в ушах стоял визг пуль и стоны умирающих...

Скажу честно, при этих воспоминаниях руки и сегодня сжимаются в кулаки, сжимается и сердце, а дыхание перехватывает от острого чувства несправедливости – ведь точки над «i» не расставлены до сих пор, ни палачам, ни жертвам, ни героям должное мы так и не воздали.

Некоторые из палачей до сих пор во власти, а те, кто отошел на покой, наслаждаются достатком (нажитым, разумеется, непосильным трудом) и благостно рассказывают молодежи о «героическом подавлении мятежа».

Годы идут, и становится понятно, что справедливость восторжествует не завтра, если восторжествует, поскольку в российской истории до сих пор действует некий механизм, своего рода проклятье, обрекающее на неудачу все попытки вырваться из заколдованного круга диктатуры и революции, и снова диктатуры.

Слово «диктатура» в моих устах в данном контексте – не ругательство, а «революция» - не восхваление, это стадии одного и того же процесса подстраивания отношений власти-подчинения под изменяющийся характер общества.

А общество в России меняется, и в последние 150 лет меняется быстро, но механизм корректировки властных отношений остается все тем же – диктатура и революция.

При этом следует понимать, что диктатура вовсе не обязательно должна быть жестокой, а революция – кровавой. Диктатура – всего лишь форма осуществления власти, при которой действующие нормы права (писанного или неписанного) регулярно нарушаются узкой группой лиц из соображений целесообразности. А революция – то же самое, только осуществляемое большинством или значительной частью общества.

И эти две формы осуществления власти легко и естественно перетекают одна в другую.

Революция 1905 года вызвала к жизни Октябрьский манифест, гарантирующий населению Российской империи «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов»

И тот же самый революционный процесс, развиваясь, спровоцировал столыпинские репрессии, (при всем уважении к этому государственному деятелю), перечеркнувшие все эти «начала» и установившие диктатуру узкого клана придворной аристократии. Вспомните статью Льва Толстого «Не могу молчать».

Сегодня слово «диктатура» кажется неуместным, применительно к «мягкому» правлению Николая II, но это следствие аберрации восприятия, связанной с ужасами последующих войн и революций. Для жертв «Кровавого воскресенья» и последующих событий (многочисленные смертные приговоры) тогдашний политический режим не был ни мягким, ни гуманным.

События 1991-1993 годов, вне всякого сомнения, также следует считать революцией, причем не только в политико-юридическом, но и в социально-экономическом смыслах этого слова. Они пробудили к политической активности огромные массы населения, как в столице, так и в большинстве союзных республик. И, хотя, старый советский мир, как показали последующие события, отнюдь не был разрушен «до основания», но глубина и радикализм перемен вполне заслуживают этого громкого названия.

Правда, характер катаклизма 90-х не до конца понятен не только широкому кругу читателей, но и специалистам-обществоведам. Не вдаваясь в детали, скажу лишь, что в событиях того времени переплелись черты традиционной буржуазно-демократической, национально-освободительной и социалистической революций.

Не удивляйтесь последнему положению: напомню читателю, что так называемая «перестройка» начиналась под лозунгом «Больше социализма», да и в риторике Ельцина на первых порах преобладали левые лозунги (борьба с привилегиями, с коррупцией и пр.).

Еще одной особенностью революции 1991-1993 гг. был ее изначально верхушечный, номенклатурный характер. Не для кого ни секрет, что перемены были инициированы сверху, и хотя впоследствии и вышли из-под контроля «отцов перестройки», так и не вовлекли в себя абсолютного большинства населения.

Особенно заметным это было в российской глубинке, масса жителей которой и по сию пору с глубоким непониманием взирают на стремительную трансформацию общества.

Тем не менее, значительная часть элит, интеллигенции, да и вообще горожан на первых порах с энтузиазмом поддержала радикальных реформаторов во главе с Ельциным. Именно его фигура удивительно органично воплощала в себе противоречивый характер революции 90-х: выходец из низов, но до мозга костей номенклатурный человек, коммунист и антикоммунист в одном лице, коренной русак и одновременно человек «советской национальности», азиатский деспот, при этом преклоняющийся перед либеральным Западом и много чего еще в одном флаконе. Здесь это и «рекламная идиома», и намек, потому что в России алкоголизм - штука в народе простительная.

Такая особенность: о промилле при управлении автомобилем будем спорить, а о деградации личности, управляющей огромным государством - нет. А если сказать народу, что у ирландцев уже во всех официальных словарях появилось выражение «кружить над Шенноном» (Circling over Shannon), означающее «быть вдребезги пьяным» - ведь только улыбнутся.

Не удивительно, что Ельцин быстро стал народным любимцем.

Однако народная поддержка начала таять, как только команда Ельцина обнаружила свои истинные цели, главной из которых была, конечно, номенклатурно-криминальная приватизация. Сам-то Борис Николаевич стремился главным образом к абсолютной власти, но достичь ее оказалось, проще всего потакая стяжательским инстинктам элиты.

Я хорошо помню, как еще на Первом съезде народных депутатов РСФСР в июне 1990 года, «демократ» Ельцин завоевал расположение «начальников» всех рангов и мастей, инициировав отмену существовавших ранее ограничений на заработную плату руководящих работников. Кстати, тогда же был ликвидирован Народный контроль, вызывавший раздражение у коррумпированных «красных директоров».

А знаменитое: «берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить»! Только крайне наивные люди полагали, что этой фразой Ельцин отдавал должное праву наций на самоопределение. На самом деле речь шла о прямом призыве к растаскиванию страны и всего национального достояния, обращенном к номенклатуре. И этот призыв был услышан.

Сила Ельцина была в поразительной гармонии его безудержной властности с безграничным эгоизмом элит, которым он отдал на разграбление страну, как взятый штурмом вражеский город.

Следует прямо сказать, что на первых порах Съезд народных депутатов России эту политику в основном поддерживал. Отчасти это было связано с атмосферой всеобщей эйфории и безграничной популярностью Ельцина, отчасти с непониманием последствий демонтажа СССР и плановой экономики.

Те самые «красные директора» (многочисленная фракция «Промышленный союз» на Съезде), которые поначалу радовались возможности стать полновластными хозяевами своих предприятий, скоро столкнулись с огромными экономическими трудностями, а многие из них оказались на грани разорения. Все сливки с «шоковой терапии» снимали финансовые структуры, спекулянты и криминал, а реальный сектор экономики хирел и загибался. Быстро портилось и настроение избирателей, на которых депутаты (100% одномандатники) вынуждены были ориентироваться.

Но главным камнем преткновения, пожалуй, стала приватизация.

Сразу должен сказать, что противников приватизации как таковой, в российском депутатском корпусе было совсем мало. Споры шли о порядке, методах и сроках приватизации. На Съезде и в Верховном Совете преобладали сторонники постепенного осуществления этого процесса, с сохранением за государством контроля над ключевыми отраслями. Кроме того, депутаты настаивали на выпуске именных приватизационных чеков, которые можно было вложить в бизнес, но нельзя продать. Такая схема позволяла формировать массовый средней класс, и препятствовала концентрации собственности в руках олигархов.

Команда Ельцина (прежде всего Чубайс) продавливала быструю, обвальную приватизацию с использованием безымянных чеков, которые в условиях экономического кризиса неизбежно должны были молниеносно обесцениться (что и произошло в последующем). Выгодополучателями в этом случае являлись крупные спекулянты, быстро сколачивающие целые состояния.

Конечно, этими пунктами перечень противоречий президента и депутатского корпуса не ограничивался: разногласия касались всех направлений внутренней и внешней политики и усиливались буквально с каждым днем. Одних Ельцин отпугивал своей социально-экономической политикой, других безразличием к интересам русских в бывших республиках СССР, третьих - бесхребетным внешнеполитическим курсом.

Съезд и Верховный Совет мешали президенту, и чем дальше, тем больше. А конституционных механизмов роспуска этих органов власти он не имел, более того, по действовавшему тогда Основному закону Съезд был вправе объявить президенту импичмент.

Такая попытка и была предпринята весной 1993 года и едва не увенчалась успехом (за импичмент проголосовало 618 депутатов при необходимых 699 голосах).

После этого был знаменитый референдум о доверии президенту и Верховному Совету, вошедший в историю благодаря знаменитому слогану «Да-Да-Нет-Да», придуманному пиарщиками Ельцина.

Должен сказать, что вся эта история с референдумом носила заведомо спекулятивный характер: вопросы о досрочном переизбрании президента и народных депутатов вступали в противоречие с действующей Конституцией, и для того, чтобы решения референдума носили обязательный характер, за них должно было проголосовать большинство от зарегистрированных избирателей, а не от числа проголосовавших. Изначально было понятно, что такой высокой явки добиться не удастся.

Тем не менее, команда Ельцина настояла на референдуме, надеясь на абсолютную поддержку СМИ.

Их резоны были понятны: если не юридически значимые, то политические результаты они должны были получить. И получили – большинство от проголосовавших, поддержали Ельцина и его политику (58% и 53%), но политический кризис в результате референдума только усугубился.

Назревала развязка.

Мне часто задают вопрос, можно ли было избежать столь жесткого противостояния, найти какой-то компромисс?

Отвечаю: только одним способом – капитулировать перед исполнительной властью. Но и в этом случае, он нашел бы себе врага.

Дело в том, что «шоковая терапия» больно била по миллионам простых граждан, и, несмотря на личную харизму президента, его популярность быстро падала. Чтобы удерживать ситуацию под контролем, Ельцину обязательно нужен был козел отпущения, внутренний враг, на происки которого можно было свалить все неудачи. Сначала это было руководство СССР во главе с Горбачевым, потом российские депутаты, затем чеченские сепаратисты (на которых он и сломал политические зубы).

Замечу, кстати, что «добрую традицию» поиска козлов отпущения унаследовал и Владимир Путин, добавивший к многочисленным «врагам унутренним» еще и внешнюю угрозу в лице «сатанинского Запада». Ельцин был лишен такой свободы выбора, поскольку остро нуждался в кредитах и гуманитарной помощи – углеводороды были еще сравнительно дешевы. И, безусловно, он был небезразличен к похвале и чистой лести, а это на Западе он получал в большом количестве, безвозмездно, а часто и как искреннюю поддержку «демократа и реформатора».

Так что пушки обязательно должны были заговорить.

[Илья Константинов]

http://www.svpressa.ru/society/article/74837/
26 сентября 2013 года 14:41 |
http://www.svpressa.ru/photo/74837.jpg
О «наших» и «ваших» в октябре 1993 года

Первая часть его воспоминаний, напомним, была опубликована 24 сентября.

О готовящемся перевороте разговоры ходили давно, да, собственно, президент неоднократно прямо заявлял о намерении «разогнать съезд к чертовой матери», но о том, что это точно произойдет в конце лета – начале осени я узнал в мае 1993 года от политолога Андроника Миграняна, уговаривавшего меня «смириться с неизбежным».

Чуть позже похожий разговор состоялся и с Борисом Немцовым, считавшимся тогда любимцем Ельцина и занимавшим должность нижегородского губернатора. Борис прямо сказал, что депутатов «раздавят танками» и советовал перейти на сторону будущих победителей. В качестве компенсации «морального ущерба» предлагалось какое-нибудь губернаторство. Я, разумеется, отказался, но разговор этот на ус намотал, а заодно запомнил, что сторонники президента больше всего опасаются массовых народных выступлений.

Все знали о предстоящем перевороте, а он все равно случился неожиданно.

Днем 21 сентября кто-то из коллег сообщил мне о предстоящем в ближайшие часы подписании указа, и я сразу поехал в Верховный Совет. Там все были уже в курсе, хотя и не знали подробностей.

Помню совещание у Хасбулатова, на котором присутствовали члены Президиума ВС и лидеры фракций, где встревоженный Руслан Имранович говорил о перевороте, как о свершившемся факте, а Сергей Степашин (в то время – Председатель комитета по безопасности) давал «слово офицера», что «ничего подобного не случится, расходитесь по домам». Понятно, что слово офицера в наш продажный век недорого стоит, но тогда еще для многих оно звучало в первозданном смысле. Однако по домам не разошлись.

Срочно собрался политсовет Фронта национального спасения, исполком которого я тогда возглавлял. Оперативно был сформирован штаб ФНС, начали оповещать активистов. Должен сказать, что лично я в этот штаб не вошел: среди членов политсовета преобладало мнение, что «штаб» по определению – структура полувоенная, и должен состоять в основном из офицеров. Я не возражал, тем более, что вокруг моей скромной персоны в руководстве ФНС разгорелись нешуточные баталии (выходец из демократической среды), и мне не хотелось в такой драматический момент становиться поводом для раздоров.

Забегая вперед, скажу, что ФНС был не только страшным сном Ельцина и Ко, но и лакомым куском для некоторых наполеончиков от оппозиции. Уже в 1994 году я узнал, что отдельные «товарищи» пытаются пользоваться этим «брэндом». Фамилий называть не буду, не хочу лишних склок. Ничего, конечно, из этого не получилось, и не могло получиться: ФНС был точно так же расстрелян, как и Белый Дом. Но вернемся в 1993.

А тут и выступление Ельцина по телевизору подоспело, вполне себе как официальное объявление войны.

В тот же вечер к Белому Дому стали подходить люди. Сухая констатация фактов: пришли люди самых разных политических взглядов, от коммунистов до монархистов, немало было и тех, кто в августе 1991 уже строил баррикады вокруг Верховного Совета. Люди пришли, в большинстве своем, именно защищать Конституцию, а не преследовать какие-либо узкопартийные цели, все догадывались, что бороться предстоит голыми руками. Это не высокопарные слова. Многие из тех, кто пришел в первый же день, оставались на месте до самого конца, до своей гибели. Впрочем, о смерти тогда никто не помышлял.

Для того, чтобы оценить настроение этих людей, нужно понимать, что революционная эйфория начала 90-х еще не выветрилась из общества, москвичи помнили гвоздики на броне танков, и в глубине души не верили, что в самом центре столицы кто-то может устроить настоящую бойню.

Надо сказать, что о социальном составе и идеологическом облике защитников ВС до сих пор ходит немало легенд. Как-то мне случилось просмотреть интервью небезызвестного Коржакова, любимого телохранителя Ельцина, принимавшего самое непосредственное участие в расстреле парламента. Такое ощущение, будто окунулся в нечистоты. По сию пору когда-то всевластный (и много из той власти сохранивший, я уверен) человек считает, что тот, кто не холуй при вечно пьяном хозяине - тот бомж.

А я помню многих из этих людей: не только москвичей, образованных, бескорыстных, чистых. Было много молодежи, студентов. Помню разговоры о будущем, конечно замечательном, которые велись тогда у костров, помню песни, искренний смех.

Но нужно понимать, что это Москва. Здесь еще протесты оказались довольно массовыми, на митинги порой собиралось до 20-30 тысяч человек. А вот остальная Россия слабовато откликнулась на московские события.

Вдуматься только: в столице решались самые что ни на есть насущные вопросы: о том, как дальше жить, в какой стране, кому и как делить советское наследие, а большинство «наследников» осталось к этой дележке совершенно равнодушно.

Думаю, отчасти сказалась традиционно свойственная России отчужденность провинции от жизни столиц, этакая глубинная неприязнь колонизируемого к колонизатору (независимо от национальности последнего).

Но главное, конечно, сильнейшее разочарование, даже не в результатах (они были еще туманны), а в самом направлении преобразований.

Если сторонники либерального западничества тогда еще надеялись на реализацию своей утопии (к ним трезвость пришла значительно позднее, уже при Путине), то многочисленные адепты социалистического уравнительства (помните, «больше социализма»?) чувствовали себя глубоко обманутыми. Причем, обманщиками они считали не только президента, но и депутатов, открывших дорогу рыночным реформам.

Не лучшим образом на имидже Верховного Совета сказалось и то обстоятельство, что его председателем был Руслан Хасбулатов. Самое поганое (а было бы даже смешно, если бы не трагедия за трагедией) - это то, что тогдашняя «прогрессивная либеральная общественность» позволяла себе далеко идущие намеки удивительной нетолерантности. Ах, чеченец, а вот-вот его собратья всех перережут. Правда, очень скоро, уже через несколько дней с победой Ельцина поздравит чеченский президент Дудаев, а еще через год начнутся военные действия в Чечне, и тогда чеченцы станут для этой общественности святыми. И никакого когнитивного диссонанса!

Должен признаться, что я также не был в восторге от председателя ВС, хотя отдавал должное его интеллекту и волевым качествам. Руслан Имранович действительно вовсю манипулировал депутатами, используя не только возможности спикера («Отключите правый микрофон»), но и административный ресурс, имевшийся в распоряжении председателя.

У меня несколько раз случались конфликты с Русланом Хасбулатовым, как до описываемых событий, так и во время обороны Белого дома. Первый раз мы с ним схлестнулись в декабре 1991 года, во время обсуждения Беловежского соглашения.

Хасбулатов грубо проталкивал немедленную ратификацию этого документа, пытался это сделать, даже не открывая прений. В итоге, вся дискуссия по этому вопросу общегосударственной важности заняла что-то около часа.

Меня он прервал на полуслове в тот момент, когда я начал говорить о том, что ВС не имеет конституционного права решать подобные вопросы (это была чистая правда – такими полномочиями располагал только Съезд). Прозвучала его любимая фраза «Отключите левый микрофон». Я возмутился, Хасбулатов сказал, что не слышит меня. Тогда, используя всю силу легких, я прокричал на весь зал слова, оказавшиеся пророческими: «Есть люди, которые начинают слышать только тогда, когда им отрезают уши». К чести Руслана Хасбулатова, этот инцидент не сильно повлиял на наши дальнейшие отношения.

Не секрет, что среди депутатов периодически возникали разговоры о желательности смены Председателя, обсуждалась такая возможность и после подписания Указа № 1400, но в той чрезвычайной ситуации это было уже совершенно неуместно.

Наконец, самое главное. То, что человек остался в Белом Доме ночью с 3 на 4 октября - показатель немалого мужества. Тут можно больше ничего не говорить, если мы еще сохранили возможность понимать слова в изначальном смысле. Мужество.

Часто ли мы можем применить это слово сейчас к человеку из властных структур? Не к обычным людям, терпящим сейчас разные бедствия, не к тем ребятам, которые своими телами сдерживали натиск амурских волн, а к человеку из верхнего эшелона власти?

Я не часто вижусь с белодомовцами. А Хасбулатова и Руцкого за эти 20 лет встречал несколько раз. Можно сотни раз говорить о каких-то ошибках, что тоже достаточно глупо: подите-ка попробуйте противостоять обезумевшему властителю и своре его еще не наевшихся вдоволь олигархов, тогда и поговорим об ошибках. А вот о мужестве я говорил и говорить буду.

Вице-президент Александр Руцкой (назначенный в ночь с 22 на 23 исполняющим обязанности президента) пользовался куда большей популярностью в народе, чем Хасбулатов. Это и не удивительно: бравый военный летчик, герой Советского Союза, пламенный оратор и обаятельный человек – он имел, казалось, все данные, чтобы стать общенациональным лидером.

Но это именно «казалось»: Александру Владимировичу не хватало широты политического кругозора, да и опыта аппаратных интриг, без которых в политике никуда, ему явно не доставало.

В итоге, он так и не сумел выйти из тени своего патрона – Бориса Ельцина, так и остался в восприятии общества взбунтовавшимся «вице», но никак не президентом.

Вот поэтому и получилось, что исполнительная власть имела единоличного лидера (что чрезвычайно важно в экстраординарной ситуации), а оппозиция так и не смогла сплотиться вокруг одной харизматической фигуры.

Парламент - на то и парламент, чтобы все были разными, чтобы все были спорящими. Это сейчас наш так называемый «парламент» - не место для дискуссий. Монолит. Но если до этого якобы монолита долетит хоть один маленький отзвук недовольства сверху - он не просто рассыплется, он атомизируется. И побегут они все предавать друг друга, пламенно и взахлеб. За исключением, естественно, нескольких достойных людей.

Первый парламент России - самый свободный, самый ответственный, самый независимый от рыка исполнительной власти. И еще раз скажу о мужестве. Напомню, что это одни и те же люди два раза за три года напрямую сталкивались с танками. Одни и те же. Только во второй раз танки стреляли. Среди бела дня, в центре одной из мировых столиц и по живым людям. В принципе, после такого никакое гражданское общество - не жилец.

Оставались люди, которые еще это понимали. Меня совсем не удивляет, что среди них оказались старые диссиденты, отсидевшие в советских тюрьмах, такие как писатели Вл.Максимов, Андрей Синявский, Петр Егидес, написавшие в октябре де 1993 года пророческий текст:

...И наконец - не забудем, что трагедия началась с президентского указа, и спросим хотя бы себя: неужели глава государства настолько близорук, что не мог рассчитать последствий, когда нарушал закон, по которому стал президентом? И каков в этих событиях процент президентской близорукости, а каков - расчета? Но не называется ли такой расчет провокацией?

И еще: откуда появилось это странное убеждение, что демократия - это Ельцин и ничего, кроме Ельцина? Живут себе народы разных стран, Франция, скажем, или Германия, без всякого Ельцина, но вполне при демократии... И опять же - без президентов демократии бывают, а вот без парламента, без независимого суда, без свободы слова и неприкосновенности личности - нет...

Как видим, общество или было равнодушным, или раскололось. И это был реальный случай локальной гражданской войны. Самым ярким примером здесь служит то, что брат моего товарища, находящегося все эти дни в Белом Доме, был в те же дни ровнехонько на другой стороне.

Фото: ИТАР-ТАСС/ Александр Шогин

[«Ъ Власть» Владимира Яковлева]

http://www.kommersant.ru/doc/14809
06.10.1998, 00:00

КоммерсантЪ-Weekly
Вопрос Недели Номер 038 от 06-10-98

Альберт Макашов, член комитета Госдумы по обороне, в 1993 году заместитель альтернативного министра обороны. А чем вы докажете, что вы из "Коммерсанта"?

Константин Кобец, генерал армии, бывший главный военный инспектор России. Я руководил тогда опергруппой и до последнего момента пытался предотвратить кровопролитие. Должен признаться, что штурм Кремля в октябре 93-го был реален, и помешала только разбросанность и нерешительность мятежников.

Василий Кириллов, сотрудник московского РУОП. Огромным количеством пьяных и мародеров. Пьяные разгуливали прямо под пулями — им действительно море по колено. А во время штурма здания СЭВ я оказался там в подвале. Он просто кишел мародерами, тащили все, что могли: факсы, телефоны, компьютеры, телевизоры, даже факсовую бумагу, стулья и ковролин. Двое тащили здоровенный полированный стол. Под него они и залезли, когда раздался первый залп танков.

Игорь Сидоров, фельдшер московской "скорой помощи". Помню мужчину, которому оторвало руки и ноги. Он умолял его убить. Я тогда учился в медучилище, и ночью 3 октября меня вызвали в Останкино. Я приготовился работать с пулевыми ранениями и убитыми. Но нам пришлось иметь дело в основном с избитыми людьми. А вот когда ночью следующего дня нас направили вывозить раненых из Белого дома, я наконец-то понял, что произошло.

Владимир Брынцалов, генеральный директор компании "Ферейн". Запомнился генерал Лебедь, который палил по Белому дому из танков и радовался как ребенок. Понятно, он военный и должен выполнять приказы, но зачем ликовать-то при этом? А в общем, я сидел и думал, как уехать.

Ольга П., технический работник Верховного Совета. Моему ребенку четыре с половиной года, его отца я видела только один раз — в 93-м в Доме Советов.

Александр Аржанов, генеральный директор АО "Экомедсервис". В те дни я работал в Экспоцентре и видел настоящую панику. Как только 3 октября начали стрелять, толпы иностранцев со всем своим барахлом бросились грузиться на любой транспорт, готовый довезти их до Шереметьева. Охрана открыла только одни двери, и на улицу можно было выйти по длинному узкому коридору. Возникла страшная давка. Солидные предприниматели в дорогих костюмах кричали и топтали друг друга.

Елена Лещенко, мастер салона-парикмахерской на Кутузовском проспекте. Меня потрясли торговцы у Киевского вокзала, которые продавали посуду и хрусталь, когда уже были слышны выстрелы. А ближе к Белому дому я увидела кровь и озверелые лица пьяных защитников ВС — и мне стало очень страшно. Муж запретил мне идти на работу, но я шла и шла: слишком правильной и ответственной была.

Виктор И., торговец. В те дни я заработал около $20 тысяч. После штурма здания СЭВ мы с сыном вынесли оттуда штук десять компьютеров, несколько телефонов и два принтера. Техника почти вся была новая — Hewlett Packard или IBM — и стоила тогда очень дорого.

Игорь Коган, заместитель председателя правления Инфобанка. Тогда я наблюдал за происходящим по CNN и думал, что этой стране кранты. Но сейчас я понимаю, что даже после кратковременной гражданской войны значительных экономических изменений не произошло бы.

Ольга Шабалина, администратор Киноцентра на Красной Пресне. А в нашем Киноцентре в те дни показывали фильмы бесплатно, и, представляете, был народ. В основном пенсионеры — они приходили к нам с баррикад погреться. Их было очень много, даже не всем хватало мест. Слава Богу, погромов они не устроили.

Наталья Новикова, воспитатель детского приюта. В обгоревшем автобусе напротив Белого дома мальчик лет девяти и девочка с белыми бантами играли в водителя и пассажира, а рядом люди в камуфляже стреляли по снайперам, а другие, матерясь, разгоняли толпу. А еще напротив посольства США люди толпились у таксофонов и давали послушать через трубку, как рядом "по-настоящему стреляют".

Александр Гафин, вице-президент Альфа-банка. Наверное, больше всего меня тогда поразили смелые действия Егора Гайдара. Его приезд в Моссовет напомнил мне приезд Ленина на Финляндский вокзал. А еще оперативная и профессиональная работа зарубежных СМИ, которые показывали штурм.

Андрей Васильев, заместитель генерального директора ОРТ. Меня потряс Егор Гайдар — своим призывом "Все на улицу!", на защиту, кажется, демократии. Я тогда удивился, что он не позвал под пули калек и детей. Как промоушн-акция это было бы все же поярче.

Гюнтер Паатц, иностранный турист. Меня потрясло самообладание русских людей, которые, чуть ли не стоя над трупами возле Белого дома, разрезали колючую проволоку на сувениры. Это было уже 5 октября. А приехали в Москву мы накануне. Даже не знаю, почему мы все-таки решились приехать.

Михаил Ефимов, сотрудник московской мэрии. Помню ощущение хаоса и паралича вокруг. В воскресенье я был на дежурстве в своем отделе, в здании СЭВ. А мятежников я так и не увидел. Видимо, у них просто не хватило сил на полную "зачистку" 32-этажного здания. Я звонил на Тверскую — никакой информации, в Кремле телефоны молчали. Начальство как сквозь землю провалилось.

Сюзанна Шолль, бывший руководитель корпункта австрийского телевидения в Москве. Мне было просто страшно все эти дни. Мы с камерой были во всех "горячих" местах, и нас запросто могли пристрелить. В толпе защитников Дома Советов неприятно поразили дикие антисемитские лозунги. Бледный как смерть Руцкой с автоматом в руках давал мне интервью при свечах. Такое не забывается. Но все-таки самое яркое ощущение — это нереальность происходящего. У Белого дома гибли люди, а в пяти минутах езды другие люди стояли в очереди в "Макдональдс". Чего стоят одни только толпы зевак с женами и детьми, которые наблюдали расстрел Белого дома как телешоу. А ведь некоторые из них стояли буквально под пулями! И гибли! Русская душа для меня — потемки.

Эдуард К., фотограф. Наверное, меня не поймут, но октябрь 93-го мне вспоминать очень приятно. Я жил на Кутузовском проспекте. Политикой не интересовался и за заварухой наблюдал по телевизору. Когда все было кончено, я решил прогуляться по местам боев. На мосту толпились люди и без устали фотографировали все вокруг. Я сбегал домой за фотоаппаратом и стал делать моментальные снимки на фоне обгоревшего Белого дома. Две недели снимал. На заработанные деньги купил профессиональную камеру.

Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности. Я до сих пор не перестаю удивляться, что как-то слишком легко и просто люди поднялись на защиту демократии. Октябрь 93-го мне запомнился еще и тем, что ни за нападения, ни за смерти журналистов никто не ответил.

Эммануил Виторган, актер. После событий 3-4 октября несколько дней я вообще не хотел видеть людей. Я живу в доме, который вплотную прилегает к Белому дому. Я видел подожженный бронетранспортер под окнами, в нем сгорели люди. Он еще не догорел, а другие люди начали разбирать его на детали. Еще я видел, как делали ставки — попадет в человека снайпер или нет. Когда видишь такое, даже не думаешь, кто виноват.

Ирина Смирнова, сотрудник гостиницы "Украина". Не хочу ничего вспоминать. Было просто страшно. Я в этом здании живу, и мне некуда было деваться. Зря вы об этом. Теперь я с ужасом буду ждать 7 октября.

[Humus]

https://humus.livejournal.com/5420901.html

Пишет хумус (humus)
2017-04-13 23:58:00
https://img-fotki.yandex.ru/get/195637/97833783.15a1/0_1ce9e6_37ef6fbf_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/233608/97833783.15a1/0_1ce9e5_d7946f01_orig.jpg
https://b.radikal.ru/b43/2112/03/d4a1869013c2.jpg
https://d.radikal.ru/d30/2112/c3/32bb7cf433cd.jpg
https://b.radikal.ru/b37/2201/c2/cc248789fc29.jpg
Столкновения участников демонстрации коммунистов с милицией и внутренними войсками. Москва, 1 мая 1993
https://b.radikal.ru/b09/2109/fe/664ae122873b.jpg
https://d.radikal.ru/d11/2109/95/f30a76a65406.jpg
https://a.radikal.ru/a05/2109/1f/f4f2d7bf63b9.jpg
https://d.radikal.ru/d02/2112/da/527f6d06eb96.jpg
https://a.radikal.ru/a10/2112/91/d8efb40b3a70.jpg
https://c.radikal.ru/c40/2112/bd/5ab0f8db05ae.jpg
https://b.radikal.ru/b35/2111/5e/234b285166d9.jpg
https://b.radikal.ru/b04/2111/4c/806a2c143c1d.jpg
https://c.radikal.ru/c31/2111/f0/06bc971e6de9.jpg
Члены общества «Русское национальное единство» Александра Баркашова
https://c.radikal.ru/c31/2111/f1/ba712cc98aa1.jpg
«Баркашовцы» у стен Белого дома
https://c.radikal.ru/c11/2112/fc/29cc48c0b73e.jpg
https://a.radikal.ru/a27/2109/c9/2c14b921867f.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/198860/97833783.15a2/0_1ce9e8_78664241_orig.jpg
https://a.radikal.ru/a11/2201/bb/4759a91f196f.jpg
Защитники Белого дома
https://c.radikal.ru/c00/2112/d2/d4b6fe725d60.jpg
Переговоры, проведенные православными лидерами между членами парламента, левыми и государственными чиновниками 1 октября, продолжались и на следующий день
https://c.radikal.ru/c42/2201/5d/a374761c5092.jpg
ОМОН блокирует Смоленскую площадь у Министерства иностранных дел на фоне противостояния между Верховным Советом Российской Федерации и президентом Борисом Ельциным 2 октября
https://a.radikal.ru/a12/2109/f2/018ba21fdb3c.jpg
Люди поднимают баррикады 2 октября на Смоленской площади на Садовом кольце
https://a.radikal.ru/a22/2111/41/3811a7930199.jpg
Депутаты Верховного Совета в Белом доме, где отключили электричество и водоснабжение

[Humus]

http://humus.livejournal.com/5422916.html
https://d.radikal.ru/d01/2201/01/d4426fe6bbd2.jpg
Вышедший на пенсию генерал Альберт Макашов, жестом, возглавляет толпу, штурмующую Останкино 3 октября
https://d.radikal.ru/d00/2111/a9/85800f305702.jpg
Сторонники Руцкого отвечают на его призыв к штурму Останкино во второй половине дня 3 октября
https://a.radikal.ru/a01/2201/18/c56d4008d4bf.jpg
Фотокорреспондент газеты «Moscow Times» Владимир Филонов нырнул, чтобы избежать снайперского огня, когда он снимает фотографии из окна гостиницы напротив Дома Советов
https://a.radikal.ru/a02/2201/4b/def9ec0b0b94.jpg
Персонал службы эвакуирован 3 октября из Дома Советов
https://img-fotki.yandexet/225029/97833783.15a2/0_1ce9f9_8a5fe0dc_orig.jpg
Раненый защитниками Белого дома прапорщик пожарной службы
https://img-fotki.yandex.ru/get/195518/97833783.15a1/0_1ce9c3_68a8f63b_orig.jpg
У Белого дома. 03.10.
https://b.radikal.ru/b08/2201/fe/7816e1a79aa6.jpg
3 октября раненого человека уносят на носилках возле Дома Советов
https://b.radikal.ru/b43/2201/43/dfb325529151.jpg
Без подписи
https://c.radikal.ru/c35/2201/df/2e088ad13f92.jpg
4 октября группа коммандос из элитных спецслужб «Альфы» обратилась к Дому Советов
https://d.radikal.ru/d31/2201/fe/77a85581aea3.jpg
4 октября офицеры Альфы начинают переговоры с защитниками Дома Советов, резиденцией Верховного Совета
https://img-fotki.yandex.ru/get/28874/97833783.15a1/0_1ce9bb_85d2285d_orig.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/195431/97833783.15a1/0_1ce9ba_a9eb66b_orig.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/195431/97833783.15a1/0_1ce9bf_f11d6e57_orig.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/176508/97833783.15a1/0_1ce9c0_781db83b_orig.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/198860/97833783.15a1/0_1ce9bc_a2c60ce0_orig.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/197741/97833783.15a1/0_1ce9be_882bdacd_orig.jpg
Без подписи
https://b.radikal.ru/b42/2201/84/5d4455df8a69.jpg
Снайпер возле Дома Советов, окруженный войсками, верными президенту Борису Ельцину
https://img-fotki.yandex.ru/get/93917/97833783.15a1/0_1ce9bd_d665ecc5_orig.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/202385/97833783.15a1/0_1ce9c5_8243ecf9_orig.jpg
04-10-1993

Без подписи
[IMG]https://d.radikal.ru/d25/2201/84/09d272b04a78.jpg[/img
Отряд «Альфа» выводит арестованных из здания Белого дома
https://b.radikal.ru/b19/2201/e5/df14466b254e.jpg
Без подписи
https://a.radikal.ru/a18/2201/b9/e73bea8ef8cd.jpg
Защитник Дома Советов сдался войскам, лояльным Борису Ельцину 4 октября
https://d.radikal.ru/d30/2201/1d/ce578c6d95ab.jpg
4 октября. Гражданский и военный персонал, покинувший Белый дом, резиденцию Верховного Совета Российской Федерации
https://b.radikal.ru/b16/2201/12/df0d1fbfbe65.jpg
Арестованные милиционеры из охраны Верховного Совета
https://d.radikal.ru/d25/2201/72/59addb40817c.jpg
Задержанные защитники Верховного совета
https://img-fotki.yandex.ru/get/198303/97833783.15a1/0_1ce9c1_2131ac74_orig.jpg
Без подписи
https://c.radikal.ru/c25/2201/9f/55246b35d3a2.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/102548/97833783.15a1/0_1ce9d9_424348d1_orig.jpg
Без подписи
https://c.radikal.ru/c04/2201/6f/62d58d03f667.jpg
Без подписи
https://d.radikal.ru/d28/2201/58/aaf29d21f97e.jpg
Без подписи
https://a.radikal.ru/a28/2201/3a/611aed5c3f6f.jpg
Без подписи
https://b.radikal.ru/b22/2201/6d/bdf86a73fc6d.jpg
Без подписи
https://a.radikal.ru/a06/2201/de/58570d2f321c.jpg
Без подписи
https://c.radikal.ru/c22/2201/3f/f7a45ec010b3.jpg
Без подписи
https://a.radikal.ru/a43/2201/66/a289d110ea80.jpg
Без подписи
https://img-fotki.yandex.ru/get/176508/97833783.15a1/0_1ce9c2_79f0ce19_orig.jpg
Без подписи
https://b.radikal.ru/b07/2201/0c/c26c5c910d39.jpg
Без подписи
https://c.radikal.ru/c10/2201/a5/d649bc719098.jpg
Без подписи
https://d.radikal.ru/d09/2201/14/bc36c412dee2.jpg
Арестованного Александра Руцкого выводят из «Белого дома» в Москве, 5 октября
https://b.radikal.ru/b34/2201/f5/45dbad2eb2cc.jpg
Бывший председатель парламента Руслан Хасбулатов и бывший вице-президент Александр Руцкой
https://img-fotki.yandex.ru/get/28874/97833783.15a1/0_1ce9d5_d700fe63_orig.jpg
Без подписи
https://a.radikal.ru/a02/2201/66/2693c9999d28.jpg
Без подписи

[Максим Соколов]

https://www.kommersant.ru/doc/27090
Газета "Коммерсантъ" №12 от 19.10.1992

Очередная суперсерия околохасбулатовских скандалов — обращенное к президенту открытое требование спикера убрать министра печати Полторанина, новые сведения о вмешивающейся в работу московской уголовной милиции "личной охраны Р.И. Хасбулатова", наконец, демонстративный отказ короля Испании дать Хасбулатову аудиенцию — вновь гальванизирует одну из популярнейших тем журналистики 1992 года: что со спикером происходит и на что он рассчитывает?
Для ответа на этот вопрос имеет смысл обратить внимание на два элемента хасбулатовского феномена, позволяющие выделить его из широких масс российской политической элиты. С одной стороны, спикер — изгой из народа с беспримерно высоко развитым общинно-клановым сознанием, с другой, он — глава российской представительной власти, сформировавшейся в хорошем соответствии с разработанными на XIX (1988 г.) конференции КПСС идеями политической реформы.
Последствия этих двух обстоятельств анализирует парламентский обозреватель Ъ.

Отщепенство

Стиль и манера патриотической прессы, сумевшей дать бескомпромиссно четкий анализ текущей ситуации ("Россию жиды продают жидам и кадровое офицерство уже под жидами"), в качестве ответной реакции породили неявный отказ вообще рассматривать национальность политика как один из факторов, влияющих на его поведение. Однако на практике подобная щепетильность приводила к тому, что сознание участников политической игры оказывалось как бы совершенно свободным от национальных особенностей и предрассудков — а это уже вряд ли соответствует нашей нынешней действительности.
Так, например, энергичное государственничество и даже славянофильство председателя Комитета ВС РФ по международным делам Евгения Амбарцумова невозможно отделить от того обстоятельства, что с 1988 года (начало карабахского конфликта, когда интеллектуалы-перестройщики практически единодушно взяли сторону Армении) понятия "радикальный демократ" и "армянский лоббист" в массовом сознании оказались практически взаимозаменимыми. Поэтому тому же Амбарцумову, чтобы развеять совершенно безосновательные подозрения в его радикальном демократизме, проистекающем из его частично армянского происхождения, приходится в своем государственничестве быть святее Папы Римского, а в патриотизме — активнее самых рьяных патриотов. Еще менее уместно игнорировать национальную подкладку в случае, когда речь идет о Хасбулатове.
После событий конца 1991 — начала 1992 года (конфликт с Чечней, выселение чеченцев из московских гостиниц по личному приказу Хасбулатова, связываемая с именем спикера весенняя попытка переворота в Чечне) председатель ВС РФ перестал существовать для своего народа. В ходе VI съезда народных депутатов РФ внезапное бурное покаяние Хасбулатова совпало по времени с мрачным замечанием Ельцина: "Что-то давно Руслан Имранович не ездил к своим (грозненским — Ъ) избирателям", — худшей угрозы для изгоя, фактически объявленного в своем народе вне закона, трудно было бы придумать. Между тем чеченцы являются как раз тем кавказским народом, который (как показали хотя бы сталинская депортация и дудаевская "демократическая революция") отличается особенной прочностью общинно-клановых уз, фактически определяющих поведение индивида в обществе. Жесткое общинное регулирование поведения человека, естественно, имеет и свою оборотную сторону: будучи изгнанным из общины, человек оказывается вообще вне каких-либо регулирующих его поведение норм, и строгая ритуальность сменяется в его поведении полной асоциальностью.
В случае с Хасбулатовым эффект отщепенства оказывается особенно злокачественным, если вспомнить мотивы его избрания в июне 1990 года на пост заместителя председателя ВС РСФСР. Тогда предпочли кандидатуру человека, стоящего вне всяких группировок: не коммунист, не российский демократ, не национал-демократ, не промышленник, не аграрий, не военный — вообще никто. Таким образом, в итоге чеченского кризиса Хасбулатов не просто вошел в конфликт со своим народом (многие это делали и до него, например — академик Сахаров), но лишился последней референтной группы, оглядка на мнение которой вносит необходимые коррективы в поступки человека. Достигнутым уровнем асоциальности объясняются и крайняя неадекватность поведения, и стремительные переходы от заносчивости к угодливости, и отказы высоких государственных деятелей Запада (преимущественно высокородных — президент ФРГ фон Вайцзеккер, король Испании Хуан-Карлос) от встреч с субъектом, утратившим общинную этику и отнюдь не приобретшим взамен этики городской.
Психологией отщепенца можно объяснить и стремление Хасбулатова окружать себя не просто аппаратчиками КПСС, но аппаратчиками-изгоями (сотрудники аппарата Валерия Болдина, генерал-гэкачепист Ачалов), и совсем нетривиальное решение создать себе личную гвардию из нескольких тысяч человек: "гвардейцев кардинала" заводит себе кардинал, чувствующий себя очень неуютно и ждущий погибели со всех сторон.

Решения XIX партконференции — в жизнь!
С точки зрения западных социологических канонов, спикер действительно оказывается вне партий, вне идеологических группировок, вне сословий, вне наций и должен чувствовать себя крайне одиноко и неуютно. Руслан Имранович, однако, чувствует себя бодро и оптимистично, называя себя гарантом общественной консолидации. До известной степени прав оказывается именно спикер: стандартные социологические каноны оказываются бессильны при анализе таких невиданных объектов, как "парткомы без коммунистов" и "Советы как высшая форма буржуазного парламентаризма" — а отношения Хасбулатова с этими инстанциями все больше теплеют.
С одной стороны, в претензиях на роль всеобщего консолидатора, отца нации, а теперь — как явствует из заявления пресс-службы Хасбулатова — еще и признанного вождя СНГ, спикера может укреплять простое практическое соображение. В конституции можно все что угодно написать о механизме передачи власти, ввести пост вице-президента, детально описать механизм выборов президента и т. д., однако опыт и самого СССР и его бывших республик показывает, что, во-первых, все президенты (кроме азербайджанского Эльчибея и эстонского Мери) — это бывшие председатели ВС, во-вторых, исчезновение президента (грузинского Гамсахурдиа или таджикского Набиева) приводит к власти либо хунту, либо опять же председателя ВС, наконец, в-третьих, наблюдается попятное движение от президентуры к квазипарламентским конструкциям: в Грузии президентура заменена всенародно избираемым председателем ВС, в Таджикистане подумывают о том же, российская оппозиция предлагает либо вообще упразднить пост президента, либо сделать его символическим. Любопытно, что пост председателя ВС и значение этого поста остается неизменным — на фоне всех политических бурь, потрясающих новорожденные государства. Если еще в пору своего зарождения эта тенденция сильно вдохновляла председателя ВС СССР Анатолия Лукьянова, то в пору своего цветения она тем более должна вдохновлять председателя ВС РФ Руслана Хасбулатова.
Смысл этой тенденции, равно как и причину оптимизма проясняют соображения Хасбулатова, высказанные им 19 сентября по ТВ: спикер — отнюдь не только председательствующий на заседаниях парламента, спикер — это предстоящий президенту глава всей системы представительной власти от сельсовета до парламента. К традиционной теории разделения властей это никакого касательства не имеет, зато имеет самое прямое касательство к идеям политической реформы, одобренным XIX конференцией КПСС в 1988 году. Тогда предлагалось под лозунгом реанимации Советов осуществить их плавное слияние с парткомами, с фактической передачей Советам функций парткомов всех уровней. Функции же эти известны: осуществлять общее, а также частное руководство; не подменяя собой органов государственной власти, отдавать им обязательные к исполнению распоряжения; при этом — ни за что не отвечать.
Ирония истории выразилась в том, что, если судьба самого Горбачева образца 1992 года весьма печальна, то судьба его идей образца 1988 года, напротив, весьма завидна. В результате декоммунизации Советы действительно переняли функции парткомов всех уровней, мыслят себя именно в этом качестве, а иерархическая структура парткомов довольно точно воспроизвелась в иерархической структуре Советов — как по причине того, что привычная общественная структура стремится самовоспроизводиться, хотя бы и в новом материальном воплощении, так и по причине элементарной корпоративной солидарности Советов разных уровней.
Более того: советская иерархия оказывается, хоть и слабой, но единственной, как говорили в 1991 году, "властной вертикалью до самого низа". В том, что единственный стержень государственной власти не только не подчинен ее исполнительной ветви, но находится с ней то в подспудном, то даже в остром конфликте, заключается и главная слабость посткоммунистической президентуры, и главный источник лукьяновско-хасбулатовского оптимизма.

Россия — страна народной демократии
Рассуждая о дальнейших намерениях Хасбулатова, аналитики либо предполагают, что спикер будет и далее вести себя, как человек, не вполне вменяемый, либо приписывают ему намерение сесть в ельцинское кресло, либо, наконец, как видного экономиста-академика прочат его в премьеры. С тем, что и дальнейшее поведение спикера будет по-прежнему противоречить общепринятым представлениям о приличиях, очевидно, придется согласиться, однако в наличии у него мечтаний о президентско-премьерских постах можно усомниться.
Дело в том, что глупо отказываться от журавля в руках ради синицы в небе, а умно — учитывать опыт своих предшественников на различных высоких постах. Сталинский "кронпринц" Маленков проявил довольно глупое для человека столь высокопоставленного западничество, заняв после смерти Вождя и Учителя пост предсовмина, оставив партийную вертикаль на Хрущева — через малое время Хрущев показал ему, чего стоит пост премьера, и чего стоит контроль над вертикалью. Брежнев учитывал опыт предшественника, и предсовмина Косыгин занимал при генсеке явно подчиненный пост, а советский "президент" Подгорный был и вовсе жалкой тенью Леонида Ильича. Аналогичные структурные соотношения, причем в еще более явном виде, действовали в восточноевропейских странах народной демократии до 1989 года.
Если Хасбулатов отдает себе отчет в ценности той властной вертикали, которая волею судеб оказалась у него в руках (а похоже, что он отдает) его целью, вероятно, будет не сбрасывание Ельцина и даже не сбрасывание Гайдара, а постепенное приведение ситуации к "народно-демократическому" образцу 70-х годов: генсек (именуемый теперь спикером), символический "президент" и премьер, делающий то, что скажут. Для чего нужны не столько эффектные перевороты, сколько настойчивая воспитательная работа по приучению населения и политиков к подобной модели разделения властей. Судя по тому, что на Хасбулатова явно сделали ставку прыткие молодые люди из группы "Смена", данный вариант несентиментальные карьеристы оценивают как не совсем безнадежный.
Аналитики, считающие этот вариант сомнительным, указывают либо на общую направленность вектора исторического развития и на модернизационную тенденцию, слишком сильную, чтобы хасбулатовский вариант народной демократии укрепился, либо обнадеживают себя рассуждением о "кавказском синдроме", полагая, что одного кавказца, правившего Россией с 1923 по 1953 год, хватит для того, чтобы граждане еще как минимум сто лет испытывали устойчивую идиосинкразию к любому лицу кавказской национальности на русском троне. Скептики же возражают им, отмечая, что векторы истории в России всегда почему-то оказываются кривыми, а главный урок российской истории в том, что из нее не извлекают никаких уроков.

[Вероника Куцылло]

https://www.kommersant.ru/doc/39348

Газета "Коммерсантъ" №29 от 18.02.1993

Подготовка Конституционного соглашения может затянуться

Вчера поздно вечером завершилось первое заседание членов рабочей группы по
выработке текста Конституционного соглашения, представляющих президента. О
создании этой группы накануне вечером договорились Борис Ельцин и Руслан
Хасбулатов. На момент подписания номера оставалось неизвестным, удалось ли
членам группы выработать окончательный текст президентского варианта
соглашения. Пока обмена проектами соглашения вчера не состоялось.

Достигнутая накануне договоренность между президентом и спикером о создании
совместной рабочей группы по подготовке текста Конституционного соглашения
вчера не была выполнена. 17 февраля выработкой соглашения занималась только
президентская часть группы под руководством Владимира Шумейко. Информация о
содержании документа не разглашается, однако в него, по мнению наблюдателей,
войдет положение о необходимости принимать новую Конституцию специальным
органом — Конституционной ассамблеей и, возможно, положение об обязательной
передаче в ведение президента Центрального Банка и Пенсионного Фонда России.
Эту версию подтверждают и распространившиеся вчера в ВС России слухи о
готовности президента отказаться от референдума при условии, что ВС
официально пообещает не изменять уже принятый бюджет на 1993 год в сторону
увеличения его расходной части.
Руслан Хасбулатов, видимо, не склонен пока обнародовать свое отношение к
президентским предложениям. Несмотря на то, что вчера Совет национальностей
ВС потребовал от спикера отчитаться на ближайшем заседании о его переговорах
с президентом, спикер сегодня отбыл в Новосибирск на совещание руководителей
регионов. По сведениям Ъ, глава парламентской части группы Николай Рябов
никаких заседаний по поводу соглашения вчера не проводил: возможно, это
сделано умышленно с целью затянуть переговорный процесс.
Краткий отпуск Бориса Ельцина, во времени почти совпадающий с официальным
сроком работы группы, по мнению наблюдателей, связан с необходимостью
просчитать различные возможные варианты его поведения в том случае, если
реакция депутатов на его проект соглашения окажется негативной. По оценке
наблюдателей, в ближайшие 10 дней — время работы группы — не стоит ожидать
неожиданных шагов со стороны президента: публикация пакета вопросов,
предлагаемых президентом на референдум, постоянно обещаемая, постоянно
откладывается.
Выступив позавчера вечером с предложением созвать внеочередной съезд уже в
начале марта, Борис Ельцин опередил наиболее антипрезидентски настроенных
парламентариев, с нетерпением ожидавших первых итогов встречи президента и
спикера. Теперь, даже если депутаты откажутся ограничиваться на съезде одним
вопросом — ратификацией Конституционного соглашения, чего наблюдатели не
исключают, либо попытаются изменить проект соглашения в свою пользу,
президент сможет сказать, что ВС отверг очередной "шаг навстречу" со стороны
исполнительной власти и объявить недействительным решение съезда об отмене
референдума, если таковое будет принято.

[Вероника Куцылло, Александр Корецкий]

https://www.kommersant.ru/doc/40733
Газета "Коммерсантъ" №38 от 03.03.1993

Президент готов к решительным шагам

Политический кризис в России, по мнению экспертов Ъ, вступает в решающую
фазу. Противоборствущие стороны — исполнительная и законодательная власть —
в достаточной степени определили свои позиции. В понедельник президиум ВС в
отсутствие спикера поддержал подготовленный оппозиционным блоком фракций
"Российское единство" законопроект "Об изменениях и дополнениях Конституции
(Основного Закона) России", сводящий роль президента в управлении
государством к минимуму, а Борис Ельцин на вчерашней встрече с поддерживающим
его блоком "Демократический выбор" заявил о своей готовности в использовать
"иные пути" в обход Конституции. Поскольку парламент явно не собирается
делать "шаги навстречу" президенту, который также не намерен предлагать
депутатам больше, чем уже предложил, мирное разрешение конфликта
представляется практически невозможным.

Проект поправок к Конституции, называемый в президентских кругах "исаковским"
— по имени одного из его разработчиков Владимира Исакова — был позавчера
без излишней шумихи направлен на рассмотрение комитетов и комиссий ВС. По
оценкам экспертов Ъ, он претерпел некоторые изменения по сравнению с
первоначальным, еще более жестким, вариантом. Однако и смягченный вариант,
несомненно, придал президенту уверенности в необходимости наконец-то
окончательно разобраться со съездом. В этой ситуации решение Бориса Ельцина
приступить к крупномасштабным консультациям с политическими партиями и
движениями выглядит не как сдача позиций и запоздалая попытка заручиться
поддержкой общественности, а как генеральная проверка перед съездом
соотношения сил своих сторонников и противников. С другой стороны, само
появление президента на том или ином форуме может привлечь на его сторону
какой-то процент колеблющихся, как это и произошло на форуме Гражданского
союза: при всем прохладном отношении общей массы участников форума к
выступлению президента, членам союза так и не удалось принять какого-либо
общего антипрезидентского заявления. Возникшую нерешительность прагматиков
члены президентской команды целиком считают результатом новой тактики
президента.
Неожиданный ход продолжился достаточно прогнозируемым: как и ожидалось, после
встречи с центристами президенту пришлось объяснять своим сподвижникам, что
"одни демократы сейчас в этих условиях эту тяжелую телегу не вытащат" и,
одновременно, заверять их в намерении твердо следовать намеченному курсу.
Судя по некоторым вчерашним высказываниям президента, он морально готов к
разгону съезда: в случае, если съезд отказывается от референдума и не
принимает Конституционное соглашение, то, по словам Ельцина, у него "есть еще
в запасе кое-что", о чем ему говорить пока не хочется. Кроме намерения
президента обратиться к народу с вопросом, кого поддерживает население, под
"кое-чем", по мнению экспертов Ъ, может подразумеваться попытка приостановить
деятельность съезда путем издания президентского указа об объявлении
переходного периода в России до принятия новой Конституции, проект которого
был подготовлен еще во время VII съезда, но не использован. Однако президент
может пойти на подобный шаг только тогда, когда сможет сказать, что его к
нему подтолкнули.

[Валерий Погорелый]

https://www.kommersant.ru/doc/41308
Газета "Коммерсантъ" №42 от 09.03.1993
Власти готовятся к съезду

Как и предполагал Ъ (см. номер от 6 марта), Борис Ельцин выступил в
воскресной телепрограмме "Итоги". В отличие от Руслана Хасбулатова, который
утверждает, что в стране нет конституционного кризиса, а есть лишь попытки
исполнительной власти помешать законодательной в ее стремлении возродить
Россию, президент уверен, что кризис есть. И состоит он в том, что в Основном
законе нет четкого разделения полномочий властей, из-за чего они вмешиваются
в сферы деятельности друг друга, что не способствует стабилизации обстановки
в стране.
Президент не ограничился констатацией факта конституционного кризиса, а
предложил выход из него: по словам Ельцина, им уже подготовлен законопроект о
разделении полномочий властей, который он и собирается представить на
обсуждение съезда.
В пятницу, когда стало точно известно, что съезд назначен на 10 марта, но еще
не была определена повестка дня, Борис Ельцин дал парламентариям последнюю
возможность не обострять кризис. Вице-премьер Владимир Шумейко организовал
утечку информации о вопросах, которые Борис Ельцин предложит для референдума.
Он сообщил, что, по мнению президента, надо выяснить отношение избирателей к
частной собственности на землю, к Конституционному собранию, которое могло бы
принять новый Основной закон, и к созданию нового органа власти —
двухпалатного Законодательного собрания.
Президентская команда давала понять, что, несмотря на решение о созыве
съезда, компромисс еще возможен. Однако ВС намека не понял. В повестку дня не
был включен вопрос о конституционном соглашении, вокруг которого и
развивались политические интриги последнего времени. Депутаты предпочли пойти
ва-банк: после обсуждения проблемы референдума, который наверняка будет
отменен, на съезде будет рассматриваться вопрос о том, как высшие должностные
лица страны выполняют Конституцию. Скорее всего дебаты по этому пункту
повестки дня приведут к постановке вопроса об импичменте президента.
В этой ситуации Борису Ельцину не оставалось ничего иного, как показать
парламенту одну из своих сильных карт. Вчера пресс-секретарь президента
сообщил, что на референдум предлагается вынести еще один вопрос — о
президентской республике. Наблюдатели считают, что в России с ее традицией
олицетворять верховную власть в одном человеке — царе, генеральном секретаре
— шансы получить положительный ответ на вопрос о президентской республике
весьма велики.
Таким образом, к концу минувшей недели, по мнению экспертов, политический
кризис в стране достиг критической точки: окончательно выявилась
непримиримость позиций сторон и назначен день решающей битвы. Остается
подождать, чем все закончится, и надеяться, что съезд внесет в политическую
жизнь страны хоть какую-то определенность, которая даст властям возможность
наконец-то всерьез заняться экономикой.
Оставшиеся до съезда часы противники используют для вербовки сторонников.
Вчера поздно вечером Руслан Хасбулатов должен был встретится с главами
Советов всех уровней: состоялась встреча или нет, к моменту, когда
закончилась подготовка этого номера, еще не было известно. А Борис Ельцин
сегодня в "Президент-отеле" должен встретиться с главами российских регионов.

[Мария Засурская]

Газета "Коммерсантъ" №45 от 12.03.1993

Боровой не одобряет действий президента

Вчера в отеле "Radisson-Славянская" в рамках мероприятий, проводимых
Международным пресс-центром и пресс-клубом в Москве (International Press
Center & Press Club), состоялась пресс-конференция председателя Партии
экономической свободы Константина Борового. По его мнению, развитие событий
на VIII съезде народных депутатов (см. стр. 9) свидетельствует о том, что
ситуация в стране приобрела качественно новый характер и стала
непредсказуемой.

По словам лидера Партии экономической свободы, до сих пор самым заметным
событием последнего времени в России являлась либерализация цен. Однако сама
по себе эта либерализация вовсе не означала вступления России на необратимый
путь, ведущий к рыночной экономике.
Константин Боровой все более сомневается в возможности следующих шагов и
считает, что углубляющийся конфликт двух ветвей государственной власти
является на самом деле конфликтом двух концепций развития общества. Вчерашнюю
речь президента на съезде г-н Боровой однозначно охарактеризовал как сдачу
позиций: "Она была слишком примирительной. Особенно меня напугала фраза о
том, что президент считает возможным провести референдум тогда, когда решит
съезд".
По мнению г-на Борового, вчерашний день показал, что противники президента
отказались от компромисса, и степень радикальности их действий теперь ничем
не ограничена. "Мы уже имеем дело не со съездом. По технике противостояния
другим ветвям власти и бескомпромиссности съезд напоминает чеченский рэкет".
По словам г-на Борового, Ельцин "ведет себя как баба, а не как всенародно
избранный президент". Он сообщил, что эксперты Партии экономической свободы
рассматривают несколько моделей развития политических событий, в том числе и
на случай прихода Руслана Хасбулатова на временное правление в качестве
президента России. Константин Боровой не дал своего личного прогноза развития
событий и возможного поведения Партии экономической свободы в складывающейся
ситуации.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

https://www.kommersant.ru/doc/42788

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

Александр Руцкой, вице-президент: "Указ президента полностью противоречит статьям Конституции, так как к кризису власти прибавляется еще и общественная нестабильность".
Валерий Зорькин, председатель Конституционного суда: "Президент России предпринял попытку государственного переворота".
Андрей Козырев, министр иностранных дел России: "Президент действует строго в рамках Конституции и норм права, он выступает гарантом создания правового государства и развития демократических свобод в России".
Сергей Красавченко, член Президиума ВС: "Разве не такого обращения ждали те, кто сделал все для того, чтобы не преодолеть противоречий в Конституции, делающих неэффективными действия президента, законодательной власти и правительства? И разве не такого обращения ожидали те, кто раз за разом на сессиях и съездах отталкивал предложения президента, направленные к согласию?"
Анатолий Собчак, мэр Санкт-Петербурга: "Заседание ВС России — не более, чем буря в стакане воды. ВС нагнетает ситуацию, так как понимает, что если народ примет участие в референдуме о доверии президенту, то депутаты могут получить неутешительный для себя ответ. Выступление президента не содержит ничего антиконституционного. Если бы президент ставил вопрос о доверии парламенту — это было бы действительно противоправно".
Михаил Горбачев, бывший президент СССР: "Я бы пожелал президенту взять инициативу в свои руки. Необходимо провести новую политическую комбинацию через свободные выборы. Я уверен, что нынешние власти не знают, что они будут делать на второй день, если введут особый режим или президентское правление".
Евгений Ясин, директор Экспертного института Российского союза промышленников и предпринимателей: "Правительство фактически поддержало президента. В дальнейшем Совет министров будет пытаться использовать новую ситуацию для того, чтобы продолжать свою экономическую политику, одним из направлений которой, возможно, станет ужесточение денежной политики. Кабинет будет продолжать реформы несмотря на неблагоприятную политическую ситуацию".

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

Что думают на Западе

Как сообщили корреспонденту Ъ в посольствах стран "большой семерки" информация о событиях в России и обращении ее президента к народу была получена ими из МИД России и передана руководителям государств. Новой информации от послов не поступило: они повторили основные положения официальных заявлений лидеров своих государств.
В воскресенье вечером было распространено заявление президента США Билла Клинтона (Bill Clinton), в котором он подчеркнул, что "демократически избранный президент России по-прежнему пользуется в США поддержкой, как и его реформаторское правительство и все реформаторы в России". При этом вопрос о законности объявленных Ельциным мер, "должен решить народ России", а то, что "президент Ельцин обратился к народу, — уместно в условиях демократии". По его мнению, последние события в России "только усилят стремление стран 'семерки' помочь российским реформам".
Официальный представитель британского МИД выступил вчера с комментариями в связи с обращением Ельцина к народу. По его словам, Великобритания и другие члены "большой семерки" "сейчас сообща принимают меры для дальнейшего оказания содействия России". Как заявил представитель МИД, премьер-министр Джон Мейджор (John Major) и министр иностранных дел Дуглас Херд (Douglas Hurd) поддерживают постоянные контакты с президентом и главой МИД России.
Премьер-министр Канады Брайан Малруни (Bryan Malrouny) заявил о полной поддержке президента России и объявленных им мер.
Аналогичное мнение выразил председатель Совета министров иностранных дел ЕС Нильс Хельвег Петерсен (Nils Helveg Petersen).
В заявлении МИД Японии подтверждена полная поддержка политики реформ, проводимых Ельциным, в частности, в рамках готовящейся встречи "семерки", с единой линией которой Япония солидаризировалась.
Правительство Италии выразило "надежду на то, что решения, принятые Ельциным, не повлекут обострения ситуации" и выразило "удовлетворение в связи с намерением обеспечить демократические выборы". В Риме уверены, что Россия продолжит "политику договоренностей и сотрудничества с Западом".

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

Официальное заявление правительства после выступления президента:

— правительство Российской Федерации поддерживает стремление всенародно избранного президента не допустить безвластия, хаоса, политической конфронтации, нарастание сепаратизма, национализма и преступности, сохранить единство и целостность Российской Федерации, национальное согласие, дальнейшее развитие демократических преобразований и экономической реформы;
— правительство выступает за принятие безотлагательных мер по стабилизации обстановки и созданию условий для эффективных действий исполнительной власти по выходу из экономического, конституционного и политического кризисов;
— правительство Российской Федерации принимает все необходимые оперативные меры для стабильной работы отраслей народного хозяйства, бесперебойного функционирования финансовой системы, коммуникаций, а также средств связи и транспорта;
— правительство заявляет, что входящие в его состав руководители силовых структур остаются верны конституционным принципам и обеспечат порядок, не втягивая вооруженные силы, силы безопасности и охраны правопорядка в политическое противоборство;
— правительство призывает руководство республик, входящих в состав Российской Федерации, руководителей краев и областей, всех граждан проявить выдержку, спокойствие и решимость в продолжении демократических и экономических преобразований в России;
— по мнению Виктора Черномырдина, обращение президента "было вызвано прежде всего болью за нашу страну, за судьбу проводимых реформ. Суть позиции правительства — в стремлении вытащить страну из кризиса, в решительном и твердом курсе на осуществление жизненно необходимых реформ".

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

Реакция политических партий и общественных движений на обращение Бориса Ельцина к народу

(+) Движение "Демократическая Россия": оценила действия президента как вполне конституционные и призвала граждан сохранять спокойствие.
Российский союз "Щит": поддержал президента и обратился к военнослужащим с призывом сохранять спокойствие, выполнять приказы Верховного главнокомандующего и министра обороны.

(-) Гражданский союз: оценил действия президента как антиконституционные. Заявил, что единственным выходом из нынешнего кризиса являются всеобщие досрочные выборы.
Народная партия Свободная Россия: Указ Бориса Ельцина об особом правлении — это "попытка решить силовыми методами проблемы, возникшие в результате провала экономической политики". Действия президента несовместимы с принципами демократии. Руководство партии призывает все политические силы воздержаться от насилия и продолжить консультации за "круглым столом".
Демократическая партия России: лидер партии Николай Травкин выступил с заявлением, в котором сказал, что "обращение президента ставит целью иметь неограниченную власть". Выход из кризиса требует двух этапов — восстановление конституционного порядка, принятие на апрельском съезде нового закона о выборах и назначение всеобщих досрочных выборов на осень.
Федерация независимых профсоюзов России: заявила что обращение президента обострило политический кризис. Призвала в кратчайшие сроки провести новые выборы президента и народных депутатов.
Союз возрождения России: "Борис Ельцин, провозгласив новый порядок, признал банкротство своего политического курса. Тем самым Ельцин стал клятвопреступником и политическим рецидивистом".
Фронт национального спасения: председатель правления Фронта Илья Константинов заявил корреспонденту Ъ, что "парламент не решился на серьезные действия, трусливо спрятавшись за спину Конституционного суда, председатель которого проявил принципиальность и мужество".

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

За истекшие трое суток политический кризис в России перешел в новую фазу. 20 марта Борис Ельцин обратился по телевидению к российскому народу и сообщил о ряде подписанных им указов, в том числе "Об особом порядке управления до преодоления кризиса власти", предполагающем проведение 25 апреля голосования о доверии президенту и вице-президенту "в связке" с президентским проектом новой Конституции. По словам главы государства, в подписанном им 20 марта указе отмечается, что все акты представительной власти, препятствующие его выполнению, не имеют юридической силы.
Выступление Бориса Ельцина вызвало немедленную реакцию председателя Конституционного суда Валерия Зорькина и президиума ВС, обвинивших президента в "озвученной попытке государственного переворота". В минувшее воскресенье ВС, собравшийся на чрезвычайное заседание, направил в Конституционный суд официальный запрос о конституционности действий президента. Однако принятие судом какого-либо решения пока представляется маловероятным — ввиду отсутствия самих текстов указов президента.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

Выступив с заявлением о неконституционности еще не обнародованных указов президента, Валерий Зорькин нарушил статью 165/1 Конституции и несколько положений Закона о Конституционном суде.
Нарушения председателем Конституционного суда Закона о Конституционном суде Положения Закона о Конституционном суде
Приступил к рассмотрению конституционности президентских указов, не зная точно, подписаны они или нет, и не имея на руках их текстов Конституционный суд Российской Федерации разрешает дела о конституционности федеральных законов и иных актов съезда народных депутатов, Верховного Совета, президиума Верховного Совета, актов президента
Публично заявил о своем намерении потребовать от президента отмены указов Требования Конституционного суда или его председателя о приостановлении действия нормативного акта до рассмотрения дела в Конституционном суде обязательными не являются
Публично заявив о своей антипрезидентской позиции, принял к рассмотрению в Конституционном суде вопрос о соответствии указов президента Основному закону Если объективность судьи может вызвать сомнения вследствие его прямой или косвенной заинтересованности в исходе рассмотрения, он обязан заявить самоотвод
Изложил в телевизионной пресс-конференции свою антипрезидентскую позицию Если судья изложил в средствах массовой информации свое мнение о вопросе, изучаемом или принятом к рассмотрению Конституционным судом, до принятия решения по этому вопросу, его полномочия могут быть приостановлены

[Валерий Погорелый]

Газета "Коммерсантъ" №52 от 23.03.1993

Российская ситуация: варианты развития событий

Субботнее заявление президента положило начало новому этапу политического противостояния в России. Выступление Бориса Ельцина по телевидению, ожидавшееся со дней VIII съезда, привело в действие механизм, подготовленный для этого случая его противниками. Возможные варианты развития событий анализирует ВАЛЕРИЙ ПОГОРЕЛЫЙ.

Обстановка в Белом доме и около него после президентского заявления напоминала август 91 — ночные заседания, пресс-конференции, митинги, созыв ВС...
Следующий ход сделал Конституционный суд, вначале по собственной инициативе, а затем и по поручению ВС занявшийся "делом президента". Председателя Конституционного суда Валерия Зорькина до такой степени встревожили первые сведения о готовящемся обращении президента к народу, что он прервал поездку по США. На экстренном заседании ВС он квалифицировал акции президента как государственный переворот, причем сделал это еще до рассмотрения этого вопроса в Конституционном суде.
Если действия Ельцина будут признаны неконституционными, ВС вынужден будет созвать съезд и поставить вопрос об отрешении президента от должности по ст. 121-10 Конституции, как нарушившего Основной Закон. Несомненно, съезд такое решение примет. Небольшому количеству депутатов — сторонников президента едва ли удастся противостоять этому.
В случае такого развития событий, обязанности президента будет поручено исполнять вице-президенту Александру Руцкому, более близкому по взглядам парламентскому большинству. При нем депутаты останутся у кормила власти до истечения своих полномочий и получат возможность сформировать правительство — скорее всего, на базе Гражданского союза. Если вспомнить еще и заявление спикера на экстренном заседании ВС о том, что рыночная экономика должна быть смешанной "с ориентацией на человека", можно с большой степенью уверенности предположить, что в экономике будет введено жесткое государственное регулирование.
Как предполагают некоторые наблюдатели, президент не только предусмотрел такое развитие событий, при котором встанет вопрос о прекращении его полномочий, но и сам спровоцировал его. Признание Конституционным судом незаконности неопубликованных указов, позволит президенту обвинить суд в некомпетентности и отказе от нейтралитета. Еще более уязвимым станет съезд, который поднимет вопрос об отставке президента на основе такого решения.
Напомнив о том, что съезд не принял многочисленных компромиссных предложений президента, дважды отказал в проведении референдума и нарушил баланс властей, Борис Ельцин сможет перейти к жестким мерам. В частности, он может объявить о приостановке деятельности или роспуске съезда и опереться на исполнительную власть.
Правительство (в том числе и силовые министры), которое требует, чтобы его "не втягивали в политические споры, а дали возможность спокойно работать", одобрит сильную власть, которая наконец-то начнет заниматься делом. Правда, вероятно, для того чтобы отдать дань общественному мнению и нейтрализовать часть депутатского корпуса, президент скорее всего проведет некоторые изменения в составе Совета Министров.
Очевидно Борису Ельцину придется на первых же шагах заняться самыми болевыми точками. По мнению экспертов Ъ, будет объявлено об усилении борьбы с преступностью и под это министерства внутренних дел и безопасности получат дополнительные финансы и полномочия. Придется ему отреагировать на требования тех, кто недоволен ходом экономических реформ и приватизацией. В связи с этим наиболее вероятными кандидатурами на замену станут Анатолий Чубайс, Владимир Шохин, Сергей Глазьев, Андрей Нечаев, Василий Барчук. Позиции Андрея Козырева весьма прочны, однако для президента весьма соблазнителен вариант замены его на Владимира Лукина — посла в США. Это было бы жестом доброй воли в отношении генералитета, который всегда недоволен мирными инициативами дипломатии.
Очевидно, спустя какое-то время, когда станут заметны первые результаты президентского правления, Борис Ельцин поднимет вопрос или о референдуме о доверии властям, или о досрочных выборах.
Если же Конституционный суд, поняв, что оказался в весьма неудобной ситуации, взявшись рассматривать указы об особом управлении, которых еще никто не видел, вынесет никого ни к чему не обязывающее решение, стране придется еще некоторое время жить в неопределенной ситуации.
После этого президент и депутаты могут вновь начать мирные переговоры, и результат их будет, скорее всего плачевным: поскольку в расстановке сил и прерогативах властей все останется по-прежнему, то и причины конфликтов между Кремлем и Белым домом не будут устранены. Тем временем дальнейшее обнищание крупных социальных групп будет продолжаться, и нельзя исключить серьезных волнений, которые которые придется усмирять силой.
Однако вероятно также, что съезд, пользуясь своим конституционным правом, сам решит поставить вопрос о лишении президента полномочий. Сторонников Бориса Ельцина среди депутатов недостаточно для того, чтобы воспрепятствовать принятию этого решения. Очевидно после этого события будут разворачиваться так же, как и в том случае, если Конституционный суд признает действия президента незаконными.

[Александр Балашов]

Газета "Коммерсантъ" №53 от 24.03.1993

Ночное заседание суда смягчило формулировки

Вчера в 7.00 закончилось продолжавшееся почти сутки заседание
Конституционного суда России. Оно было посвящено рассмотрению субботнего
обращения президента России к народу. Незадолго до открывшейся в 16.00 сессии
Верховного Совета был распространен официальный текст вердикта судей. Судя по
этому документу, в целом осуждающему действия президента, судьи приложили
немало усилий для смягчения формулировок.

В 10.00 22 марта Конституционный суд приступил к рассмотрению субботнего
обращения президента к народу и последовавших за ним событий, которые
развивались при активном участии Валерия Зорькина. Еще до начала заседания
председатель Конституционного суда заявил по телевидению, а затем и на сессии
ВС о совершении президентом государственного переворота. По мнению экспертов,
такие действия Валерия Зорькина являются грубым нарушением Закона о
Конституционном суде и должны были (в соответствии с тем же законом) повлечь
приостановление полномочий его председателя (см. Ъ от 23 марта). Вечером того
же дня г-н Зорькин попытался оправдаться перед журналистами на краткой
десятиминутной пресс-конференции. Он заявил собравшимся, что инициатива
последнего выступления исходила не от самого председателя, а от всего
Конституционного суда. Валерий Зорькин также сообщил журналистам, что не
причисляет себя к врагам президента и "не находится в кармане у Хасбулатова".
Тем не менее, решением суда президент России признан виновным в нарушении
основополагающего конституционного принципа разделения властей. Однако, по
мнению экспертов, формулировки судейского вердикта нельзя назвать
категоричными. В решении суда не идет речь о приведении в действие процедуры
импичмента, что значительно затруднит неизбежные антипрезидентские шаги
парламента.
По мнению экспертов, относительная мягкость формулировок в решении
Конституционного суда объясняется стремлением судей уменьшить негативные
последствия гневного выступления своего председателя, прозвучавшего накануне
с телеэкрана.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №53 от 24.03.1993

Из решения Конституционного суда по поводу обращения президента к гражданам России
--особые формы управления могут быть введены лишь в случае чрезвычайного положения;
--заявление президента о том, что в условиях особого порядка управления не имеют юридической силы любые решения, направленные на отмену указов и распоряжений президента и постановлений правительства, является ограничением полномочий органов представительной и судебной властей;
--введение особого порядка управления означает нарушение установленного Федеративным договором разграничения предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и субъектами федерации;
--президент имеет право вынести на референдум вопрос о вотуме доверии, но не положение о новой Конституции, что является вторжением в сферу компетенции субъектов Федерации;
--ряд положений обращения президента не соответствует части 1 и 2 ст. 1, части 1 ст. 3, части 2 ст. 4, ст. 5, части 3 ст. 81/5, части 5 ст. 104, ст.132/2, ст.133/4 Конституции России и ст. 7 Федеративного договора.

[Валерий Погорелый]

Газета "Коммерсантъ" №53 от 24.03.1993
Кризис власти

На пресс-конференции председателя Верховного Совета, которая началась через
20 минут после того, как фельдкурьер доставил в парламент заключение
Конституционного суда, Руслан Хасбулатов пояснил, что субботнее заявление
президента — в нынешней обстановке — может быть приравнено по сути дела к
нормативному акту и Конституционный суд имел право его рассматривать.
Экстренное заседание ВС, на котором предполагалось обсудить вердикт
Конституционного суда, продолжалось всего 17 минут — парламент не принял
какого-либо решения.

Собравшиеся на второе за последние три дня экстренное заседание члены
Верховного Совета предполагали прежде всего заслушать информацию секретаря
Конституционного суда Юрия Рудкина по поводу вынесенного судом вердикта.
Однако Рудкин не успел к началу заседания, и Руслан Хасбулатов предложил
перенести обсуждение вопроса на следующий день. Он напомнил при этом о
трагических обстоятельствах в жизни президента, подразумевая, очевидно, что в
день похорон матери не стоит обрушиваться на Бориса Ельцина еще и всей мощью
парламента.
Двумя часами ранее, на пресс-конференции, председатель ВС говорил о том, что
субботнее заявление Бориса Ельцина — это "реальная попытка государственного
переворота". Отвечая на вопросы журналистов, Хасбулатов опроверг обвинения в
том, что законодательная власть настроена прокоммунистически. По его словам,
именно референдум с вопросом о доверии, которого добивается президент, —
"чисто партийные штучки".
Между тем наблюдатели Ъ обращают внимание на ряд заявлений председателя ВС,
прозвучавших на пресс-конференции, которые вместе с другой информацией могут
свидетельствовать о том, что кризис власти миновал пиковую точку и идет на
спад. Руслан Хасбулатов, в частности, не согласен с теми, кто
противопоставляет его Борису Ельцину. Он подчеркнул, что нет конфликта между
личностями, олицетворяющими различные ветви власти, — президента и
председателя Верховного Совета. Хасбулатов утверждал, что нынешняя тактика
реформ обанкротилась, и поэтому окружение толкает президента к диктатуре.
Руслан Хасбулатов как о бесспорном факте говорил о предстоящем съезде —
вероятно, его созовут 26 марта. И хотя решения Конституционного суда и
настроения многих депутатов подразумевают, что на съезде будет поставлен
вопрос о лишении президента полномочий, председатель ВС не развивал тему
импичмента. Больше внимания он уделил возможным перевыборам. Хасбулатов
сказал, что после съезда, чем бы он не закончился, президент никогда больше
не будет тем президентом, что раньше. Что же касается депутатов, то они
избирались в законодательный орган союзной республики. А сейчас, по мнению
Хасбулатова, условия изменились.
Вчера же из источников, заслуживающих доверия, стало известно, о том, что
накануне состоялась встреча Руслана Хасбулатова и Бориса Ельцина, которая
продолжалась более двух часов. В ней принимал участие и Валерий Зорькин. Эти
факты, своеобразное выражение соболезнования президенту, выразившееся в
отмене экстренного заседания (до этого парламент никак не отреагировал на
кончину матери президента), по мнению наблюдателей Ъ, свидетельствуют, что
как это уже не раз бывало после очередной резкой стычки лидеры страны опять
нашли общий язык. Компромисс, видимо, был достигнут на основе договоренности
о досрочных выборах президента и народных депутатов.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №54 от 25.03.1993
Кризис власти

Основным итогом вчерашнего заседания ВС стало принятие постановления об открытии 26 марта 1993 года IX-го внеочередного съезда народных депутатов, на котором будет обсуждаться единственный вопрос — о неотложных мерах по сохранению конституционного строя в России. Скорее всего, на съезде будет предпринята попытка отрешить Бориса Ельцина от должности. Вынесение импичмента президенту становится все более вероятным — последняя попытка глав трех властей и премьер-министра уладить ситуацию окончилась безрезультатно.

Вчерашнее заседание Верховного Совета ознаменовалось резкими перепадами настроения парламентариев. С утра они были разочарованы "слишком мягким" и не дающим точной рекомендации для объявления импичмента президенту заключением Конституционного суда, которое было представлено секретарем суда Юрием Рудкиным. Однако, назначив съезд на пятницу, депутаты воспряли духом — судьба президента Ельцина казалась уже решенной. Спустя час — после сообщения зампреда ВС Юрия Воронина о предполагаемой встрече в Кремле руководителей трех властей с участием Виктора Черномырдина — депутаты вновь почувствовали себя обманутыми: схема развития событий напоминала ситуацию, сложившуюся в декабре прошлого года. Обескуражил народных избранников и распространенный в Белом доме указ президента "О деятельности исполнительной власти до преодоления кризиса власти", формулировки которого существенно отличались от изложенного Борисом Ельциным в его субботнем выступлении.
Рассказывая о встрече с президентом на вечернем заседании ВС, Руслан Хасбулатов сообщил, что в Кремле, помимо всего прочего, обсуждался вопрос о создании коалиционного правительства. Речь также шла о проведении досрочных выборов, и, по словам председателя ВС, "о лицах, которые должны нести ответственность за подготовку субботнего заявления". Как сообщил г-н Хасбулатов, на встрече был также обсужден вопрос о необходимости принятия закона о телерадиовещании и о ликвидации Федерального информационного центра. Кроме того, Руслан Хасбулатов и Валерий Зорькин потребовали, чтобы президент помог "прекратить травлю Конституционного суда и парламента в прессе". Несмотря на настоятельные просьбы депутатов, председатель ВС отказался сообщить о позиции президента на вчерашних переговорах, отметив лишь, что "Борис Николаевич неверно оценивает ситуацию в стране". Председатель пообещал приложить все усилия для возвращения президента "в конституционное поле". Из последних высказываний г-на Хасбулатова можно заключить, что президент не одобрил ни одного из прозвучавших со стороны главы парламента и председателя Конституционного суда предложений. Это подтвердил и пресс-секретарь президента Вячеслав Костиков, сообщивший, что "встреча окончилась безрезультатно". Правда, согласно непроверенной информации, полученной Ъ из неофициальных источников, г-н Хасбулатов все же пообещал президенту предотвратить возможный импичмент.
Подводя итоги вчерашнего дня, эксперты Ъ подвергли сомнению возможность достижения на съезде компромисса. На разных этапах конфликт между властями развивался по стандартному сценарию: острая полемика, обоюдная критика и счастливый конец, когда, ко всеобщей радости, председатель ВС и президент пожимают друг другу руки. Однако этот вариант, по всей видимости, уже поистрепался от регулярного употребления, а склонность Руслана Хасбулатова к компромиссу в наиболее критический момент вызывает все большее недовольство депутатов, непримиримо настроенных против президента. Даже виртуозно маневрируя между жаждущими отставки президента и теми, кто может поставить вопрос об отставке председателя ВС, Руслану Хасбулатову будет особенно трудно добиться от съезда решения о досрочных выборах, проведение которых является, по мнению спикера, лучшим выходом из сложившейся ситуации.

ОТДЕЛ ПОЛИТИКИ

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №54 от 25.03.1993

Постановление ВС "О заключении Конституционного суда РФ 'О соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений президента Российской федерации Ельцина Б. Н. в связи с его обращением к гражданам России 20 марта'"
Вариант редакционной комиссии (не принят)
1. Принять к сведению заключение КС.
2. Предложить президенту пересмотреть свои действия и решения, связанные с обращением, в целях приведения их в соответствие с Конституцией и Федеративным договором.
3. Меры, предпринятые президентом по выполнению второго пункта настоящего постановления, рассмотреть на заседании ВС 25 марта.
Вариант президиума (принятый в целом после переговоров Руслана Хасбулатова в Кремле)
Рассмотрев заключение КС в связи с заявлением президента, ВС постановляет:
1. Созвать 9-й внеочередной съезд 26 марта.
2. Рассмотреть вопрос о неотложных мерах по сохранению конституционного строя в Российской Федерации.
3. Просить президента принять участие в работе съезда.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №54 от 25.03.1993
Кризис власти

--Забвение конституционности. 26 февраля 1993 г. мною было направлено послание ВС с просьбой внимательно отнестись к ежегодному посланию Конституционного суда. Крайне сожалею, что КС отнесся к моему беспокойству в значительной степени формально, подготовив рядовой отчет о проделанной работе. Но съезд поступил еще более формально, переадресовав послание ВС и отведя на содоклад всего несколько минут.
--Шаткость конституционности. Конституционное состояние сегодня весьма шаткое. Нет ответа и на самый главный вопрос: с точки зрения правовой справедливости какова конституционность Конституции? Конституционная основа у нас противоречива уже на уровне конституционных аксиом.
--Конституционная ошибка. На таком фундаменте не может быть возведена прочная правовая постройка. Поэтому ошибочные и опротестованные решения исчисляются десятками, если не сотнями. Нужно признавать право на ошибку и создавать механизмы их исправления.
--Переходный конституционный период. РСФСР конституционно сменилась Российской Федерацией. Мы вступили в переходный конституционный период. Легитимность избранных прежде органов власти требует, как минимум, подтверждения. Это подтверждение можно и должно сделать, ориентируясь на верховного арбитра — народ.
--Конституционный контроль. Конституционный контроль в России ослабляет себя недопустимой вовлеченностью в политическую борьбу. КС должен действовать со спокойствием, поддерживая конституционную стабильность, не прогибаясь.

[Валерий Погорелый]

Газета "Коммерсантъ" №55 от 26.03.1993
Кризис власти

Второй за последний месяц внеочередной съезд народных депутатов, открывающийся сегодня в Москве, созван для того, чтобы еще раз попытаться стабилизировать политическую обстановку в стране. Однако борьба за власть зашла столь далеко, что шансов на компромисс становится все меньше. Два основных варианта развития событий после съезда анализирует ВАЛЕРИЙ ПОГОРЕЛЫЙ.

Съезд, судя по ситуации, которая складывалась к середине вчерашнего дня, примет либо решение о лишении президента его полномочий, либо — о досрочных выборах президента и депутатов.
Съезд объявляет досрочные выборы. Этот вариант, пожалуй, представляет единственную реальную возможность стабилизировать обстановку на основе компромисса. Очевидно, президент, скорее всего, отменит всенародное голосование и одновременно потребует ликвидации съезда и создания двухпалатного парламента. Из этого следует, что очередной, X съезд (апрель-начало мая), должен будет принять новую Конституцию, взяв за основу разработки президентской команды, и тем самым поставить точку в своей деятельности.
Наверное, политики не рискнут призывать избирателей к урнам для голосования по новой Конституции в расчете привлечь больше людей к участию в выборах президента и депутатов. Ельцину выгодно, чтобы выборы были назначены как можно быстрее, скажем, опять на 12 июня. Его соперникам и кандидатам в депутаты нужно время, чтобы развернуть агитацию — возможно выборы назначат на осень. В любом случае из-за большого числа претендентов на президентский пост, вероятно, потребуется второй этап выборов, в котором наверняка будут участвовать Борис Ельцин и, возможно, Александр Руцкой. Президентские выборы — это тема для отдельного анализа.
Съезд лишает президента его полномочий. Этот вариант наиболее драматичен и в худшем случае развития событий примерно к концу осени--началу зимы может привести к серьезным потрясениям в жизни страны. Однако его нельзя сбрасывать со счетов — в ВС депутаты уже подсчитывают, сколько человек на съезде поддержат требование отставки. По мнению "Российского единства", может не хватить нескольких голосов до необходимых 689. По мнению центристов, — их будет более 700.
Если Борис Ельцин смирится с этим решением, то до лета обязанности президента будет исполнять Александр Руцкой. Кабинет Черномырдина, поддержавший субботнее заявление Ельцина, скорее всего, уйдет в отставку. А Руцкой при поддержке ВС сформирует "коалиционное правительство", в котором будут преобладать представители Гражданского союза. ВС, очевидно, подготовит проект новой Конституции, предусматривающий создание постоянно действующего двухпалатного парламента: к этой идее одобрительно относится сам Руслан Хасбулатов и многие депутаты. Выборы депутатов и президента, в соответствии с нынешними законами, скорее всего, также назначат на День независимости, 12 июня.
Однако наиболее вероятно, что Борис Ельцин не подчинится съезду. В этом случае он, возможно, обратится к народу с просьбой о поддержке, призовет силовые структуры исполнять свои обязанности, не вмешиваясь в политику. Дорожа образом демократа, Ельцин может сослаться на свое всенародное избрание, которое в кризисной ситуации ставит его выше депутатов, и пообещать объявить выборы в двухпалатный парламент после утверждения новой Конституции Учредительным собранием. Вероятно, для успокоения российского и мирового общественного мнения выборы в Учредительное собрание постараются провести как можно быстрее и символично назначат их на День независимости.
Экстренное заседание, которое должен будет провести ВС при таком развитии событий, несложно сорвать технически: с помощью казаков и шахтеров, прибывших в Москву поддержать своего президента. В дальнейшем необязательно и распускать ВС — у президентской команды найдутся возможности нейтрализовать депутатов под шум мощной пропагандистской компании по разоблачению темных делишек парламентариев. В своих действиях президент сможет опираться на исполнительную власть в Москве и регионах и структуры Совета безопасности. Под прикрытием жесткого указа об укреплении общественного порядка и усилении борьбы с преступностью Борис Ельцин или его представители смогут в отдельных случаях использовать силу для "предупреждения провокационных действий сторонников прокоммунистического парламента".
Ни один из вариантов дальнейшего развития событий не исключает возможности политических столкновений в обществе вплоть до бунтов и вооруженных выступлений. Несомненно, в высших эшелонах власти отдают себе в этом отчет, и остается надеяться, что съезд изберет путь, ведущий к стабилизации.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №55 от 26.03.1993

Основные тезисы выступления Бориса Ельцина по телевидению 25 марта

— Парламентарии втянуты в бесконечные политические расследования и поиски врагов. Это еще больше увеличивает безвластие в стране. Нужно во что бы то ни стало остановить этот губительный процесс
— С пониманием и поддержкой относится к моим действиям большинство органов исполнительной власти на местах. Хочу подчеркнуть — меры по укреплению власти исполнительных органов будут проводиться юридически корректными средствами
— Вызывают сожаление действия Конституционного суда. Он работал в последние дни очень активно, но рассматривались не указы президента, не постановления правительства или какие-либо другие государственные акты. Рассматривалось устное обращение президента. Суд так торопился вынести решение, что не захотел подождать, когда выйдут сами документы, о которых я говорил
— Можно сказать определенно: начал проводиться в жизнь один из сценариев свержения президента. Это хотят сделать руками депутатов за спиной граждан России

[Николай Травкин]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

Лидер Демократической партии России: "Досрочные выборы необходимо проводить в июне. Если президент не согласится, депутатский корпус должен пойти на них самостоятельно. Коалиционное правительство создавать уже поздно, стабилизирующую роль оно не сыграет. В этом году власть

[Геннадий Андреевич]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

Политические партии:

Первый секретарь ЦИК Компартии России:"В очередной речи Ельцина, произнесенной сегодня на съезде, нет ни желания стабилизировать ситуацию, ни попыток найти какой-либо компромисс с депутатами. По-моему, самое разумное предложение содержится в выступлении председателя Конституционного суда Валерия Зорькина".

[Ельцин Б.Н., Первый Президент России]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

--Экономический кризис был усилен такими нашими ошибками, как недостаточная социальная направленность реформ, слабая поддержка предпринимательства в сфере производства, отсутствие антиинфляционной политики, чрезмерные надежды на внешнюю помощь. В раскручивании инфляции резко негативную роль сыграла бесконтрольная политика Центрального банка.
--В ближайшее время президент подпишет пакет документов, созданный на основе Предложений правительства по стабилизации экономики.
--Предусмотрены меры по стабилизации уровня жизни населения, государственной поддержке фермерства, а также закупка товаров и услуг за счет государственных средств.
--Принято решение о повышении с 1 апреля минимального уровня заработной платы.
--Будут укреплены гарантии прав граждан в процессе приватизации.
--Правительство поддержит военнослужащих льготными условиями кредитования, налогообложения и лицензирования для предприятий всех форм собственности, обеспечивающих социальные нужды армии.
--Готовятся решения о пересмотре льгот во внешнеэкономической деятельности, о лицензировании инвестиций за рубежом и по поддержке традиционных экономических связей с бывшими членами СЭВ и другими странами.
--Необходимо сильное социальное наполнение реформ, для чего нужен новый курс и требуется укрепить правительство, в связи с чем ответственные политические силы могут предложить свои кандидатуры в его состав, которые мы с Виктором Степановичем готовы рассмотреть незамедлительно.

[Александр Руцкой]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

--Необходимо проводить политику согласия.
--Не корректировать, а переориентировать экономические реформы.
--Создать правительство национального согласия и доверия.
--Доработать новую Конституцию.
--Сформировать совет федерации из лидеров регионов.
--Преобразовать "круглые столы" в постоянно действующий политсовет партий и движений.
--Провести референдум 25 апреля.
--Провести осенью досрочные выборы.

[Степанов В.Н., Пряжинский национально-территориальный избирательный округ, Карельская АССР]

Надо выполнять решения VIII съезда и в течение 30--40 дней подготовить пакет законов по реализации федеративного договора. Возможно, реальным выходом из политического кризиса станут досрочные выборы. Поэтому мы предлагаем поручить от имени съезда Верховному Совету совместно с президентом, согласуя с субъектами Федерации в лице их советов и глав администраций, в двухмесячный срок подготовить проект закона об изменениях и дополнениях к Конституции по законодательным, исполнительным и судебным органам власти и рассмотреть его на съезде, специально созванном для этой цели в мае. Таким образом, будет создана правовая база для новых, вполне вероятно, досрочных выборов. Наше совещание руководителей исполнительной и представительной власти субъектов Федерации в большинстве своем поддержало и поддерживает предложение президента о проведении всенародного голосования 25 апреля по вопросу о доверии президенту. Вопрос о попытках отрешения президента от должности уже на этом съезде ставить нельзя и не следует.

[Р.И. Хасбулатов]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

--Мы столкнулись со стремлением монополизировать власть. Под это пытаются подвести даже теоретическую базу. Сначала говорят о необходимости порядка, а сводится все к необходимости установления режима сильной власти. В то же время правительство вязнет в параллельных структурах президента. Необходимо еще раз вернуться к Закону о правительстве, внеся соответствующие поправки в Конституцию. Одним словом, нам необходимо сильное правительство, которое бы несло ответственность вместе с парламентом и президентом за дела в стране. Сила исполнительной власти должна все более опираться на взаимодействие с регионами.
--Наш съезд призван помочь ввести ситуацию в конституционное и правовое пространство и на этой основе разрешить возникшие противоречия. Хотелось бы, чтобы мы нашли здесь то единственно правильное решение, которое хотя бы приблизило нас к согласию, успокоило бы людей. Хотелось бы сказать, что если депутаты усматривают причину в каких-то личностных конфликтах, готов во имя согласия без колебаний оставить пост председателя ВС.

[Валера, ептыть, ты же верующий]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

— Положения ст. 104 (о съезде как высшем органе государственной власти) и ст. 109 (о работе ВС) действующей Конституции должны быть приведены в соответствие с принципом разделения властей, закрепленным в ст. 1 и 3 Конституции
— Принять Конституционный закон, который позволил бы отказаться от съезда как от самостоятельного законодательного органа и провести выборы в двухпалатный парламент
— Принять законы о выборах, референдуме, политических партиях, а также об ответственности за неисполнение решений Конституционного суда. Принять поправку к Конституции о возможности досрочных выборов президента и депутатов и назначить дату, с согласия президента, их одновременного проведения осенью 1993 года. Ввести до выборов мораторий на внесение изменений в Конституцию
— Народные депутаты сохраняют свой статус и гарантии деятельности на весь период их полномочий
— Лица, которые ввели президента в заблуждение при подготовке обращения и указа, должны понести ответственность и быть отстранены от должности

[Астафьев М.Г., Дзержинский территориальный избирательный округ, г. Москва]

Газета "Коммерсантъ" №56 от 27.03.1993

Политические партии:

Председатель Конституционно-демократической партии: "Новые выборы необходимо провести не позже ноября. Возможно, мы бы могли согласились с тем, чтобы Ельцин исполнял свои обязанности до выборов. Однако до этого необходимо, чтобы съезд принял поправки к Конституции, переводящие правительство из-под контроля президента под контроль парламента".

[Александр Балашов]

Газета "Коммерсантъ" №73 от 21.04.1993

Судьи обсуждали свое отношение к вопросам референдума

Вчера в Конституционном суде начались слушания по ходатайству группы российских депутатов, несогласных со вторым пунктом постановления IX съезда. Он определяет, что подсчет голосов на предстоящем референдуме должен производиться от общего числа граждан, имеющих право быть включенными в списки избирателей. Ход разбирательства показал, что часть судей, разделяющих позицию депутатского большинства, намерена отразить в вердикте закрепленное Конституцией всевластие съезда.

На вчерашнем заседании председатель Конституционного суда Валерий Зорькин заявил, что "недопустим формальный подход к рассмотрению представленного ходатайства". По его мнению, суд не должен ограничиваться обсуждением порядка подсчета голосов на референдуме 25 апреля, но и обязательно определить свое отношение к вынесенным на него вопросам. Однако это выходит за рамки ходатайства Льва Пономарева, Сергея Красавченко, Сергея Ковалева, Сергея Носовца и еще пятерых российских депутатов, о чем и заявила судья Тамара Морщакова. Тем не менее суд стал обсуждать эти вопросы.
Например, эксперт доктор юридических наук Анатолий Коулер заявил, что в мировой практике давно пришли к выводу о нецелесообразности вынесения на всенародное голосование вопросов, связанных с бюджетной и налоговой политикой. Г-н Коулер объяснил это наличием большого числа недовольных принципами социальной политики даже в самых благополучных странах. В связи с этим второй вопрос референдума г-н Коулер назвал "опасной ловушкой". По его мнению, съезд также не имел права устанавливать не соответствующий закону о референдуме порядок подсчета голосов.
Однако другой эксперт — профессор Борис Лазарев не согласился с коллегой. Г-н Лазарев, в частности, считает, что по Конституции законы не могут противоречить постановлениям съезда, в то время как сами постановления ничем не связаны. Представляющий на процессе интересы депутатского большинства профессор Борис Крылов также постоянно ссылался на ст. 104 Конституции, согласно которой съезд считается высшим органом государственной власти. При этом известные теоретики конституционного права, видимо, не знали, что члены суда уже давно не ссылаются в своих решениях на эту статью. Судья Борис Эбзеев даже заявил 6 апреля на "круглом столе", проходившем в Министерстве печати, что "статья 104 себя давно изжила".
В перерыве Валерий Зорькин дал иностранным журналистам интервью, в котором заявил, что не изменил своего отношения к обращению президента от 20 марта. В связи с этим трудно предположить, какой именно вердикт вынесет суд. Поскольку это должно было произойти вчера поздним вечером, о его содержании Ъ сообщит 22 апреля.

[Олег Ъ Медведев]

Газета "Коммерсантъ" №74 от 22.04.1993

Вице-премьер видит выход в новых выборах

Если президент получит доверие на референдуме, и одновременно избиратели выскажутся за досрочные выборы депутатов, то в полном объеме будет реализовано обращение президента от 20 марта. Так считает вице-премьер, председатель Госкомнаца Сергей Шахрай, который вчера сказал, что в политической области это обращение означало продвижение новой Конституции и досрочные выборы парламента.

"Чистой победы в политике не бывает, не будет чистой победы и на этом референдуме. Возможно, его результаты отрезвят высшие институты государства, и они найдут в себе силы совместно и согласованно принять решение о досрочных выборах", — заявил на пресс-конференции Сергей Шахрай. По его мнению, такие выборы, если до них дойдет дело, должны пройти будущей осенью. А референдум г-н Шахрай рассматривает как этап на пути к ним.
Вице-премьер считает, что ни один из вопросов референдума не влечет изменения Конституции, и, следовательно, подсчет голосов по любому из них должен проходить в соответствии с Законом о референдуме, т. е. от числа принявших участие в голосовании. Г-н Шахрай не согласен с тем, что итоги голосования по первым двум вопросам не повлекут юридических последствий, ведь российское законодательство не предусматривает консультативные референдумы (о решении Конституционного суда см. стр. 3).
Г-н Шахрай рассказал также об итогах однодневного рабочего визита в Дагестан, где он изучал пути урегулирования лезгинской проблемы. После распада СССР этот народ оказался рассеченным госграницей: 300 тысяч лезгин живут на юге Дагестана, а 200 тысяч — на севере Азербайджана. Многие лезгины считают, что решить эту проблему можно лишь созданием суверенного государства Лезгистан.
По словам главы Госкомнаца, до принятия политического решения по этой проблеме Россия не будет форсировать установление госграницы с Азербайджаном. Москва предлагает Баку переговоры и считает, что уже сейчас нужно решить вопросы о свободном передвижении лезгин через границу, о создании условий для их экономического развития. При этом наблюдатели связывают поездку в Дагестан как с необходимостью решить лезгинскую проблему, так и со стремлением кабинета привлечь голоса дагестанских избирателей на свою сторону.

[Ника Старк]

Газета "Коммерсантъ" №84 от 07.05.1993
Власти после референдума (ВС)

После первомайского столкновения демонстрантов с милицией в Москве конфронтация между исполнительной и законодательной властями продолжает развиваться по вполне предсказуемому пути. Борис Ельцин во вчерашнем телевизионном выступлении осудил действия "непримиримой оппозиции" и сообщил о своих намерениях предпринять решительные меры, которые во многом повторяют основные положения президентского Обращения к народу от 20 марта. Со своей стороны парламентарии, посвятившие все вчерашнее заседание Верховного Совета обсуждению событий 1 мая в Москве, осудили действия ОМОНа и демонстрантов. Однако интересно, что попытки оппозиции провести более жесткое постановление по поводу майских праздников были пресечены самим спикером. Ограничившись "принятием к сведению" информации представителей исполнительной власти, парламентарии поручили им же обеспечить порядок 9 мая.

Трудно судить, сыграли ли первомайские события роль своеобразного катализатора в действиях Бориса Ельцина, выступившего вчера по телевидению, однако, несомненно, что они прибавят президенту достаточное число голосов в поддержку его послереферендумной политики. Некоторые наблюдатели отмечают, что вновь, как в августе 1991 года, повторилась ситуация, которую, "если бы ее не было, стоило бы выдумать". Общественное сознание, подхлестнутое кровопролитием на Калужской заставе, скорее всего, одобрит любые действия против "поддерживающих экстремизм" парламентариев.
Как и всегда, в обострившейся ситуации очень сложным остается положение спикера Руслана Хасбулатова, с одной стороны, своими устными заявлениями окончательно противопоставившего себя президенту, а с другой — зажимаемого в тиски парламентским большинством. Однако вчерашний день показывает, что умудренный опытом политического руководства Руслан Хасбулатов пока не потерял умения управлять даже крайне возбужденной массой депутатов. Несмотря на активные протесты парламентариев--участников первомайского столкновения (которые теперь призывают к "последнему и решительному бою" 9 мая), Хасбулатову удалось заставить депутатов проголосовать за, по-мнению "Российского единства", совершенно "мягкотелый" проект.
Однако было бы наивным полагать, что спикер стремился успокоить страсти из-за опасения, что откровенно конфронтационные парламентские решения поставят под вопрос будущее ВС. Скорее, Хасбулатов, отличающийся большей склонностью к просчету возможных ситуаций, чем его коллеги из "Российского единства", просто-напросто предвидит вероятные последствия "разрешительного" постановления (аналогичного принятому вчера малым Советом Моссовета) по проведению митингов на Красной площади 9 мая. Одно дело, если парламент вопреки воле президента разрешит населению идти на Красную площадь, а по пути их встретит ОМОН. И совсем другое — если эти же люди пойдут на площадь сами, без официального одобрения представительной власти. В последнем случае обвинить ВС в сознательном провоцировании демонстрантов на столкновение с милицией будет гораздо сложнее. К тому же, итоги манифестаций можно будет в любом случае трактовать с выгодной для парламента стороны: при очередном кровопролитии — поставить его в вину исполнительной власти, а в случае (несколько менее вероятном) мирного исхода манифестации — как исключительную заслугу вышедших, чтобы "успокоить народ" депутатов.
К первомайским "разборкам" сегодня добавляется и обострение конституционных разбирательств. Резкая реакция президента на "несанкционированный" созыв заместителем председателя ВС Николаем Рябовым Конституционной комиссии в Белом доме, по мнению наблюдателей, показывает, что Борис Ельцин всерьез опасается возможного перехвата парламентом конституционной инициативы. Показательно, что несмотря на резкую отповедь "незаконному" собранию, на него был направлен официальный представитель Ельцина Сергей Шахрай. До этого, по словам Николая Рябова, его попытки встретиться в Кремле с президентскими представителями "для согласования проектов" не нашли никакого отклика. Впрочем, присутствие Шахрая вполне можно истолковать как проявление "согласительных" намерений президента.

[Ника Старк]

Газета "Коммерсантъ" №86 от 11.05.1993
Власти после референдума

"Конституционная гонка", начатая президентом сразу после получения первых результатов референдума, приобретает все более серьезный характер. 9 мая Борис Ельцин вновь подтвердил уже предлагавшийся им порядок обсуждения своего проекта конституции, предполагающий получение окончательного варианта текста к началу июня. Верховный Совет, проигрывающий президенту по времени (принятие "парламентской" Конституции официально намечено на ноябрь), со своей стороны, скорее всего, приложит все усилия, чтобы сорвать планы Ельцина. При достаточной расплывчатости понятия "субъекты федерации" вполне возможно, что к началу лета формальное одобрение регионов получат оба проекта, что еще больше обострит конфронтацию двух ветвей власти.

Последние высказывания представителей законодательной и исполнительной властей по поводу новой Конституции показывают, что и та, и другая сторона настроена в этом отношении весьма решительно. Причем президент, агитируя за свой проект, к парламентскому относится как к несуществующему, или, по крайней мере, как к "окончательно и бесповоротно" отвергнутому, а руководители ВС все же признают возможность создания некоего компиляционного варианта, но лишь на основе румянцевско-хасбулатовского проекта. Впрочем, демонстрация парламентского "стремления к согласию" продиктована, скорее всего, полной уверенностью в непоколебимости позиций президента, а значит, и в отсутствии опасности его внезапного согласия к "слиянию" взаимоисключающих проектов.
Помимо временного фактора ("кто быстрее"), основополагающим на сегодняшний момент становится вопрос о легитимности конституционного процесса. По мнению парламентариев, законность обсуждения официального проекта обеспечивается действующей Конституцией, по которой правом принятия Основного Закона обладает только съезд. Ельцин же, опираясь на итоги референдума, считает, что после 25 апреля легитимным в России остался только президент (а члены правительства — ровно в той мере, в какой они проводят экономическую реформу, так что итоги апрельского голосования станут основанием и для ожидаемого со дня на день указа о кадровых перестановках в кабинете).
Вероятно, уже сегодня легитимность президента будет подтверждена и документально — указом Ельцина о порядке принятия новой Конституции, в котором будут "узаконены" сроки ее доработки и механизм созыва Конституционного собрания. По сведениям Ъ, указ может быть обнародован прямо на намеченном на сегодня заседании в Кремле рабочей группы по обсуждению поправок к проекту.
Некоторые сложности для президентской стороны может представить недостаточная четкость понятия "субъекты федерации": с одной стороны, это в массе поддерживающие президента главы администраций, с другой — разделяющие позицию спикера председатели местных Советов. Впрочем, по оценкам вице-премьера Сергея Шахрая, с которыми он любезно познакомил Ъ, расклад сил в регионах по отношению к президентскому проекту сейчас составляет "60 на 40 в пользу президента". При этом, отметил Шахрай, полное согласие "совсем необязательно".

[Максим Соколов]

http://www.kommersant.ru/doc/7982
07.06.1993, 00:00

КоммерсантЪ-Weekly
Номер 022 от 07-06-93

Процесс единения вице-президента Руцкого и председателя ВС Хасбулатова пришел к логическому завершению: в речах обоих политиков стандартным стало дружное "мы", идеологически-программных разногласий между ними отныне не сыскать, а ВС решил вчинить иск в КС на предмет защиты вице-президента от надругательств. Окончательное слияние двух политиков весьма примечательно тем, что до сих пор они двигались скорее параллельным, нежели единым курсом. Начав громить правительство в конце 1991-го, а президента — в конце 1992 года, Руцкой и Хасбулатов до последнего времени были не столько союзниками, сколько совоюющими сторонами, т. е. преследовали каждый свой профит и от заключения формальной коалиции воздерживались. Что и понятно: Руцкой грезил о президентском кресле, а фактически, судя по политическому стилю вице, — о короне самодержца, ни в каком квазипарламенте не нуждающемся. Хасбулатов же видел себя на посту всероссийского председателя, при наличии которого в самодержавном президенте нет никакой надобности. Стычка была неминуема, но вместо стычки вдруг вышла смычка.
Дело в том, что позиции обоих серьезно пошатнулись, и речь пошла уже не о логике захвата власти, но о логике элементарного выживания. А эта логика диктует и особый тип коалиции — с позиции слабости. Хасбулатов оказался в политическом вакууме после бунта в президиуме: против спикера соединенным фронтом выступили председатели палат, председатели ключевых парламентских комитетов (оборонного, международного, бюджетного, по законодательству) и вице-спикер Николай Рябов. Двое из оставшихся трех вице-спикеров заняли нейтрально-выжидательную позицию. Перед хасбулатовской группировкой открылась неприятная перспектива: либо, опираясь на "болото", произвести тотальную чистку президиума, либо капитулировать. Чистка президиума привела бы к полному разрыву с умеренной и прагматически настроенной номенклатурой и окончательно преобразовала бы ВС в абсолютно непредставительное собрание маргиналов. Капитуляция означала бы скорое удаление Хасбулатова с политической сцены, поскольку умеренной номенклатуре он — не сват и не брат.
Сходное несчастье постигло вице-президента. До сих пор в "Гражданском союзе" наблюдалось как бы три головы с разумным функциональным разделением: Руцкой олицетворял приближенность к властным структурам, Вольский (и ангелы его Владиславлев, Сабуров и Дискин) — связь с социально подпирающим "союзников" директоратом, Травкин — неразрывную связь с народными массами. Постреферендумные раздумья привели ГС к явному расколу: Вольский с Владиславлевым начали дрейфовать в сторону президента, Травкин, с его недюжинным чутьем демагога, также дистанцировался от совершенно не ко времени "вождящего" вице. Руцкой лишился и номенклатурных подпорок, и агитаторов-популистов, и низовых организационных структур, приобретя взамен разве что артистов Губенко и Говорухина, что, с точки зрения Realpolitik — не слишком эквивалентно.
Преданные соратниками вице-президент и председатель придвинулись друг к другу; Руцкой заговорил уже в тоне полного президента, без всякой приставки "вице", Хасбулатов заявил, что всенародная поддержка представительной власти (читай: Хасбулатова) сильна как никогда, и весь этот союз аутсайдеров по своей стилистике начал напоминать что-то вроде "протоГКЧП". Но, разумеется, с отличиями. ГКЧП имел в активе премьер-министра и силовые структуры. Руцкой с Хасбулатовым давно уже оттолкнули от себя силовых министров и теперь решили сделать себе врагом еще и премьера Черномырдина, призвав правительство немедленно отправить в отставку, а министров судить скорым судом. Так ГКЧП не устраивают.
Вероятно, полная политическая беспомощность этих двух, еще недавно ключевых, персон российской сцены связана с тем, что президентская команда сумела завоевать центр (разумеемый даже не в политическом, а скорее в социологическом смысле), осуществив перехват консервативных лозунгов. Стандартная антитираническая и свободолюбивая риторика Руцкого, Хасбулатова и их приверженцев бьет решительно мимо цели: как сильные мира сего, с которыми идет игра в рамках конституционного совещания, так и общество в целом настроены как раз скорее консервативно — слишком уж много за последние годы было сказано громких слов и напечатано бумажных денег. На фоне такой социальной усталости президентская конституция воспринимается спокойно и даже положительно именно по причине ее консервативно-монархического характера — "прямые были страсти, порядка ни на грош, известно ж, что без власти далеко не уйдешь", или, как рассуждали россияне 300 лет назад, "скорее бы кто-нибудь кого-нибудь сожрал — Петр ли Софью, Софья ли Петра, лишь бы что-нибудь установилось". Точно так же укомплектованное из пяти курий Конституционное совещание не имеет к идеалам представительной демократии никакого отношения. Реально оно представляет собой нечто вроде Земского Собора или Генеральных Штатов и именно по этой причине импонирует обществу, до крайности утомленному обликом демократически-правильно избранных депутатов.
В результате богатые теоретические наработки председателя ВС, установившего огромную пользу соборности и корпоративности, трагикомическим образом оказались целиком утилизированными ненавистным соперником. Участники политической игры, отличающиеся хоть какой-то идейностью, не могли не признать, что Ельцин вполне в состоянии обеспечить им чаемый триумф консерватизма, и перешли на его сторону. В оппозиции остались люди безыдейные, срочно сменившие консервативную демагогию на ультралиберальную — каковая перемена никак не способствует сохранению немногочисленных оставшихся приверженцев.

[Вероника Куцылло]

Газета "Коммерсантъ" №106 от 08.06.1993

Конституционное совещание

Конституционное совещание, открывающее, по мнению Бориса Ельцина, очередную фазу в российском конституционном процессе, стимулировало не только подготовку нового Основного закона. Инцидент с несостоявшимся выступлением спикера резко усугубил недавний раскол среди членов президиума ВС. Открытый переход части его членов — если не полностью, то в основном — на сторону президента, позволяет гораздо выше, чем раньше, оценивать шансы возможной смены руководства в парламенте. Вероятность такого развития событий подтвердил вчера на пресс-конференции первый вице-премьер правительства Владимир Шумейко: он заявил, что на ближайшем съезде народных депутатов, возможно, будет решен вопрос о переизбрании Руслана Хасбулатова.

Толчок, приданный Конституционным совещанием, а точнее, скандалом с "не укладывавшимся в регламент" выступлением спикера парламента, окончательно поляризует позиции членов руководства ВС, и, вероятнее всего, послужит началом серьезной антихасбулатовской кампании внутри парламента и в обществе в целом. По мнению многих наблюдателей, несмотря на явную и довольно грубоватую проработанность "инцидента" с обеих сторон (и со стороны спикера, сознательно пошедшего "на позор", и с президентской стороны), результаты происшедшего оказались в моральном плане гораздо менее выгодны именно для руководителя представительной власти.
Проигрыш спикера, видимо, обусловлен недооценкой фактора публичного унижения — можно сколько угодно укорять президента за бестактность поведения его сторонников, однако в массовом сознании образ растерянного Руслана Хасбулатова отпечатается надолго. Инцидент поставил под сомнение всегдашнюю "непотопляемость" спикера. К тому же надежда занять кресло спикера может объединить диаметрально противоположные силы парламента.
Немедленно начавшиеся сепаратные переговоры части членов президиума с руководителем администрации президента Сергеем Филатовым, их намерение встретиться с президентом, скромное возвращение на совещание председателя Конституционного суда Валерия Зорькина, который, как оказалось, был возмущен в субботу только вторым инцидентом — с выдворенным в горизонтальном положении из зала заседания автором "коммунистического" проекта Конституции Юрием Слободкиным, странные вчерашние "забегания на минутку" на совещание ответственного секретаря Конституционной комиссии Олега Румянцева и т. п. — все это вполне наглядно демонстрирует, что Борис Ельцин, на этот раз отдавший предпочтение жесткости, одержал серьезную победу над своим главным оппонентом.
Сдержанная радость, проявляющаяся в оценках ситуации первого дня совещания, которые дают представители президентской стороны, показывает, что их оценка совпадает с оценкой большинства наблюдателей. Ощутимое поражение спикера позволило вчера Владимиру Шумейко предположить, что летом пройдут сразу два съезда народных депутатов — первый по смещению Хасбулатова, а второй, уже без спикера, — по принятию Конституции в целом.
Вместе с тем, несмотря на заявление Шумейко о том, что спикеру "совсем необязательно" возвращаться на совещание, по мнению отдельных наблюдателей, возможен и очередной вариант "полупокаянного согласия" — путем выступления Хасбулатова на следующем пленарном заседании.
Вчера на закрытом совещании членов президиума в кабинете спикера вопрос возвращения обсуждался, однако, по сведениям Ъ, пока никакого решения принято не было (см. стр. 3). Тем не менее Олег Румянцев был отправлен в Кремль "договариваться с президентом".
Естественно, что возвращение может состоятся только по "просьбам трудящихся", каковые, как известно, уже поступили — вчера группа представителей субъектов федерации выступила с призывом к покинувшим совещание вернуться и предложила предоставить спикеру слово.
Как бы ни было трудно представить оскорбленного спикера в Кремле, полностью эту возможность исключать нельзя — тем более что примеров рукопожатий, казалось бы, вконец разругавшихся лидеров ветвей власти в истории последних съездов народных депутатов предостаточно.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №106 от 08.06.1993

Оценка инцидента с выступлением Руслана Хасбулатова некоторыми политическими деятелями

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №106 от 08.06.1993

Конституционное совещание

--Стало очевидно, что советский тип власти не поддается реформированию. Советы и демократия несовместимы.
--У нашего собрания совещательный статус. Но это не значит, что его согласованным мнением можно пренебречь.
--У меня нет уверенности, что съезд обязательно поддержит решительные конституционные преобразования. Но многие республики, регионы, общественные силы, многие депутаты считают, что новая Конституция должна приниматься с участием съезда. Готов рассмотреть и такой вариант.
--Правовая процедура принятия Конституции могла бы состоять из нескольких шагов. Первое: в ходе конституционной реформы согласовывается текст проекта. Второе: полномочные представители субъектов федерации парафируют проект. Третье: субъекты федерации предлагают съезду утвердить согласованный проект Конституции в целом.
--Досрочные выборы народных депутатов предлагается провести не позднее октября 1993 года.

[Ельцин Б.Н., Первый Президент России]

"Это продуманная попытка провокации со стороны Хасбулатова и его сторонников. Ушедшие 50 человек из 700 участников не сорвали совещания".

[Р.И. Хасбулатов]

"После произошедшего, наверное, всем уже стало ясно, что мы идем к диктатуре. Продемонстрирована неуважительность к председателю Верховного Совета, которому не дали выполнить поручение парламента. Я уже объявил это совещание незаконным".

[Валера, ептыть, ты же верующий]

"То, что произошло, показывает, что это совещание не настроено на поиск согласия. Участвовать в собрании, не нацеленном на достижение компромисса, не имеет смысла".

[Геннадий Бурбулис]

"Досадный инцидент. Может быть, было бы лучше, если бы Хасбулатову дали высказаться — чтобы все уже стало окончательно ясно".

[Сергей Филатов, первый заместитель Председателя Верховного Совета РФ]

"Теперь Хасбулатов на себе почувствовал то, что испытывали многие члены ВС".

[Максим Соколов]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №23 от 14.06.1993

Скандал с оставшимся за бортом Конституционного совещания диссидентом Хасбулатовым, похоже, исчерпался сразу в двояком смысле. В плане чисто тактическом последующие шаги председателя ВС (малореалистические "пять условий возвращения тов. Хасбулатова в Кремль", новый маньеристский образ "поджигателей конституционного поля", очередное селекторное совещание, угроза созвать параллельное Конституционное совещание, наконец, болезнь, которая немедленно после селекторной радиопереклички помешала спикеру все-таки изложить свои идеи также и участникам совещания) напоминают глухую оборону, единственной осмысленной цель которой является всемерное оттягивание капитуляции. Но кроме того что тактика, по которой ведется кампания, представляется слабой, создается впечатление, что налицо и ошибка чисто стратегического плана: покуда "хасбулатовская партия" довоевывает проигранную битву, удерживая немногочисленные очаги разрозненного сопротивления, вне ее внимания остается реально уже начавшаяся новая кампания — избирательная.
На этой неделе в Кремле можно было бы вывесить лозунг "Президент и партии едины": сперва заседавшие в партийной курии участники Конституционного совещания, а затем и Ельцин все с большим воодушевлением говорили о досрочных выборах. Выдвинутая председателем союза "Обновление" проф. Владиславлевым идея не замахиваться сразу на великое, но сосредоточить усилия прежде всего на принятии нового избирательного закона воодушевила самых разнокалиберных партийцев — от демороссов до либерального демократа Жириновского.

Объединенная идеей о предстоящем переделе пирога власти многопартийная курия — вопреки расхожему представлению о многопартийности как источнике безобразных склок — даже на общем, весьма пристойном фоне совещания представляла собой и вовсе цивилизованную идиллию. Идиллия понравилась и Ельцину. Отметив, что участники совещания столь достойны и пристойны, что могли бы реально претендовать на парламентский мандат, и ему, президенту, парламент видится составленным как раз из этих лиц, Ельцин усиленно ухватился за идею нового парламента и 12 июня, на праздничной пресс-конференции прямо говорил: "Новые выборы, эти темы злободневны, их ставит сама жизнь... Я надеюсь, что выборы должны быть в октябре, ну, может быть, месяцем раньше, месяцем позже".
Энтузиазм президента может быть связан с тем, что как раз двумя днями раньше долгие разговоры о необходимости создавать президентский (или реформистский — как кому нравится) предвыборный блок наконец-то воплотились в дело: "Заявление о формировании предвыборного объединения избирателей — блока реформистских сил" совместно подписали "твердые ельцинцы" (пропагандист Михаил Полторанин, начальник канцелярии Сергей Филатов, вождь "Демроссии" Лев Пономарев), "гайдаровцы" (сам Гайдар, Анатолий Чубайс, Геннадий Бурбулис, Андрей Козырев), вице-премьеры нынешнего кабинета Борис Федоров и Владимир Шумейко, "радикалы" (адвокат Андрей Макаров, полковник Сергей Юшенков) и статусные либералы (режиссер Марк Захаров, академик Дмитрий Лихачев). Ельцин, довольный закулисными трудами Бурбулиса по сколачиванию блока заметил: "Ведется очень капитальная работа. Она просто не рекламируется" — и пообещал, что блок в итоге должен перерасти в президентскую партию.
Горячо внявший призыву председателя КС Валерия Зорькина "сделаться российским де Голлем" Ельцин, и так уже немало потрудившийся на ниве российского голлизма (борьба с парламентской республикой, плебисциты, проталкивание новой конституции), следует голлистской тактике и далее. Новый блок сильно напоминает голлистский "Союз в защиту новой республики", а Ельцин в этой ситуации — самого творца Пятой Республики, который, всласть поругав и "режим партий", и "театр теней", под которым он разумел Национальное собрание, закончил тем, что, предав мягкому благоумолчанию свои прежние речи про надпартийного лидера-арбитра, создал мощную партию, предназначенную для выступлений в столь сильно перед тем обруганном "театре теней".
Такой голлистский фокус — если, конечно, новые выборы удастся пробить — ставит новый блок в довольно выгодное положение. Отчасти повторяется ситуация с президентскими выборами 1991 года. Тогда противники Ельцина долго и убедительно доказывали, что и никакого президента России не нужно, и Закон о президенте плох до чрезвычайности. В результате, когда дело дошло до выборов, их позиции оказались крайне неудачными: после того, как ты только что доказал, что пост президента — несчастие для России, трудно эффективно домогаться как раз этого поста. Сейчас "хасбулатовская партия" положила массу трудов на дискредитацию впрок любого нового законодательного корпуса, объявив его по определению и марионеточным, и узурпаторским. Изготовление такого количества убедительных аргументов (как выясняется — против самих же себя) естественным образом несколько затрудняет будущее кампанию по самовыдвижению патриотов в депутаты марионеточного парламента.
Не столь подверженные ослеплению борьбы умеренные оппозиционеры и центристы, исходя из правила "не держать все яйца в одной корзине и все деньги в акциях одной фирмы" давно уже предчувствовали, что дело все равно идет к досрочным выборам. Кого не убедили результаты апрельского плебисцита, тот поумнел, видя, что Конституционное совещание стало реальным и серьезным фактором политики. В итоге многопартийная курия демонстрирует трогательное объединение политических фаворитов (реформисты), центристов, у которых хватило ума вовремя подстелить соломку (Травкин, Владиславлев) и вечных борцов, представленных в образе В. В. Жириновского: "Все на выборы, все на выборы в самый главный, верховный совет!".

[Максим Соколов]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №24 от 21.06.1993

В день годовщины выборов первого российского президента Борис Ельцин вновь объявил, что на второй срок он баллотироваться не будет, а задачу свою видит в том, чтобы вырастить достойных преемников. Сейчас он видит их числом около десяти, но назвать не хочет. Десять преемников только в одном стане — а очевидно, что президентом хотят стать не только нынешние приверженцы Ельцина — это уже многовато, и, вероятно, речь шла скорее не столько о выращивании конкретного кронпринца, сколько об интенсификации процесса становления нового истэблишмента. Механизмы передачи власти в России всегда работали прескверно, и упоенный удачным ходом Конституционного совещания президент, по всей видимости, решил умножить свою славу реформатора и поломать эту чрезвычайно давнюю и чрезвычайно неприятную российскую традицию. Искоренение традиции дворцовых переворотов могло бы обессмертить имя Ельцина в российской истории, однако по непосильности эту задачу можно сравнить разве что с попыткой искоренения взяток, чем с равным усердием и равным нулевым успехом занимались все российские правители.
За реализацию амбициозного президентского плана первым делом горячо взялись вовсе не приверженцы Ельцина из числа секретной десятки, а совсем иные лица. Вице-президент Руцкой официально начал свою предвыборную кампанию, причем своим кандидатом его назвала депутатская группа "Реформа армии" во главе с разносторонним политиком Виталием Уражцевым. Апологеты вице-президента отмечали, что любая центристская фракция ВС сочла бы за честь выдвинуть Руцкого, а потому данный конкретный выбор продиктован свободной волей и дальним расчетом опального вице. Апологетика отчасти хромает. Центристами с большим или меньшим основанием можно считать три группировки: демократов из фракции "Согласие ради прогресса", стремящихся как-то демпфировать конфликт властей, президиумную группировку Николая Рябова, пытающуюся сделать то же самое, и деятелей "Гражданского союза", стремящихся держать баланс и подыгрывать то одной, то другой стороне. Связаться с Руцким ни одна из этих группировок не сочла бы за честь — разве что за недальновидность. Поэтому выбор вице-президента вряд ли можно считать свободным. А его нынешний сподвижник, "народный полковник" Виталий Уражцев, принадлежащий к тем вечным странникам политического спектра, кто, подобно вице, мог бы сказать: "Где я только не был, чего я не изведал...", скорее вредит Руцкому, своей личностью акцентируя внимание на болезненном популизме и на болезненной неуживчивости патрона.

Из небытия решил всплыть и сподвижник Ельцина образца 1990 года Михаил Бочаров, три года назад домогавшийся премьерского кресла, а затем сразу ушедший в тень, чтобы лишь на этой неделе объявить о своем желании баллотироваться в президенты. Группа поддержки Бочарова не менее экзотична — это Международный русский клуб. Год назад, при его создании, он рекламировался в качестве некоторого аналога жидомасонской ложи (как ее представляют себе патриоты): "У нас есть общество и тайные собранья по четвергам. Секретнейший союз", и на заседаниях общества в тиши смещаются и назначаются высшие лица государства, после чего формальные властные институты покорно вотируют постановления ложи. Однако недавние президентские выборы в Калмыкии нанесли серьезный удар по бочаровской легенде о жидомасонском заговоре: генерал Очиров, намеченный ложей к неминуемой победе, с треском проиграл "темной лошадке" Кирсану Илюмжинову, а сделанные разгневанным Бочаровым обещания жестоко расправиться с Илюмжиновым остались нереализованными.
Наконец, Григорий Явлинский, с начала этого года регулярно говорящий о своем желании сделаться президентом, начал предпринимать конкретные шаги в рамках "Предпринимательской политической инициативы" деятеля Московской товарной биржи Константина Затулина. Правда, прорыв Явлинского оценивается довольно скептически. Рекламный эффект, произведенный "инициативой" на этой неделе, представляется неблестящим. Не помогает и утешение, что первый блин всегда выходит комом: затулинской инициативе уже несколько месяцев, и инициативная традиция выступать с туманными заявлениями, из которых очень трудно извлечь конкретный политический смысл, уже устоялась — что существенно снижает уровень общественного интереса. Скептики добавляют, что рассогласованность действий различных отрядов буржуазии чрезвычайно велика, и потому затулинская инициатива представляет разве что один из этих отрядов и далеко не самый сильный — а это существенно снижает шансы Явлинского.
На фоне такого бурления в оппозиционном стане особенно примечательным казалось безмолвие, царящее среди десятки президентских кандидатов в кронпринцы. Создавалось впечатление, что кандидаты выжидают, покуда ситуация прояснится, и оппозиционные конкуренты набьют себе шишек. Выжидание казалось тем более осмысленным, что в случае фальстарта член президентской команды, преждевременно рванувший вперед, пострадал бы от своих же товарищей. Тем не менее вице-премьер Сергей Шахрай, которого давно уже прочат в кронпринцы, все же не выдержал и сделал первый шаг к президентскому креслу, начав создание Партии российского единства и согласия. Партия обещает всем сестрам по серьгам: социально ориентированную рыночную экономику, местное самоуправление, федерализм, защиту этнических россиян, сильную власть и т. д. Налицо типичная партия под лидера, и таким образом Шахрай демаскировался первым, очевидно полагая, что риск от демаскировки хоть и велик, но слишком засиживаться в девках тоже опасно. Пока что в подобных играх чаще срабатывал принцип "быстрая вошка первая под гребешок попадает", но, возможно, честолюбивый Шахрай намерен продемонстрировать, что благодаря быстроте можно и в президенты попасть.

[Александр Балашов]

Газета "Коммерсантъ" №116 от 23.06.1993

Парламентарии требуют судебной защиты Александра Руцкого

Вчера в Конституционный суд России поступило ходатайство группы народных депутатов о конституционной защите статуса вице-президента России. Понятно, впрочем, что парламентариев волнует не столько абстрактный статус вице-президента, сколько конкретная судьба попавшего в опалу Александра Руцкого. По мнению наблюдателей, "вице-президентский" процесс станет своеобразной проверкой КС на лояльность.

Поводом для обращения в Конституционный суд послужили меры, которыми Борис Ельцин наказал к несогласному с ним Александру Руцкому. Однако трудно представить, что предметом разбирательства в Конституционном суде может стать сокращение охраны и аппарата вице-президента, лишение его автомобиля и личного врача. О том, что положено вице-президенту по рангу в Основном законе нет ни слова. Таким образом, Конституционный суд может и не принять иск к рассмотрению.
Однако, помня о том, что Конституционный суд в свое время взялся рассматривать всего лишь телевизионное выступление президента, можно предположить, что он заинтересуется этим делом и попытается на его основе создать прецедент для решения собственных аналогичных проблем. Сегодня никто не сомневается, что уход Валерия Зорькина в первый день работы Конституционного совещания вслед за спикером из кремлевского Мраморного зала, не случайно совпал с распоряжением Бориса Ельцина о снятии охраны в здании суда, а также о лишении судей и председателя телохранителей. Валерий Зорькин кроме того лишился и служебной дачи в Огареве и бронированного автомобиля.
Впрочем, дальнейшие события показали, что Борис Ельцин одинаково умело пользуется как кнутом, так и пряником. Накануне отлета в Якутию президент встретился с Валерием Зорькиным и даже договорился с ним о том, что судьи продумают возможные варианты легитимного принятия новой Конституции. По мнению наблюдателей Ъ, отношение Конституционного суда к делу Руцкого должно показать готов ли Валерий Зорькин следовать в русле президентских политических реформ или по-прежнему будет придерживаться пропарламентской ориентации.

[Борис Пугачев]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-6-iyulya-1993-goda
«Российская газета» / Учредитель: Верховный Совет РСФСР — 1993. — 6 июля, вторник. — № 127 (743). — 8 полос.

Опыт двойного портрета

Нынешний ход российской истории вынес на политическую авансцену двух национальных лидеров-Ельцина и Руцкого. Почему остальные политические персонажи в счет как бы не идут? Присмотримся.
Пророк еще не лидер.
Горбачев-был традиционным коммунистическим вождем, управлявшим вненациональным (имперским государством), и именно в силу этого и потерпел политическое поражение.
Другая несомненно крупная политическая фигура-Сахаров не был собственно политиком и на эту роль никогда не претендовал. Это был честный, несгибаемой воли человек, западник-гуманист, убежденный сторонник универсальных, общечеловеческих ценностей. Во всех спорах 60-80-х годов Сахаров последовательно воспринимал национальное через призму общечеловеческого. Он был и остается своего рода политическим пропроком для всех народов, но никогда бы не смог быть национальным лидером ни одного из них.
Все другие политически дейтвующие ныне лица не обладают на мой взгляд, родовой харизмой, поднимающей их до общенациональной, то есть русско-российской, роли.
Эта политическая поросль, из которой до общенационального масштаба в перспективе могут «дорасти» одна или две политические фигуры, а может, и никто. Ибо все они сегодня оказались участниками, а стало быть и жервами захлестнувшего Россию полтиканства-современной ярмарки тщеславия. Осмысливать реальные перспективы страны, а следовательно, быть готовыми к роли действительных российских политиков стремятся ныне единицы.
Что касается Ельцина и Руцкого, то и тот, и другой обладают достаточно яркой национальной политической харизмой, что, помимо их желания, вытолкнуло Ельцина и с неотвратимой неизбежностью будет выталкивать Руцкого на столь неблагодарную в современной России роль лидера общенационального. Воспринимая современное российское развитие, как историческую драму в эсхиловском или шекспировском духе, невольно признаешь и роль случая-судьбы во все нервоном токе российского времени. Разве не судьбоуказующим знаком для Ельцина стало падение на дно купели, когда подвыпивший священнослужитель чуть было не утопил его при обряде крещения? Хождение по канату, игра с судьбой, все новые и новые бегства из политических лабиринтов Минотавра стали характерными для всего жизненного и государственного пути Бориса Ельцина.
Также знаменателен и выбор Руцкого-ребенком из ряда игрушек он выбрал военную. Понимание себя как человека государева, служащего государева, служащего государству, стало определяющим для Руцкого на всю жизнь.
Что же роднит и что отличает Бориса Ельцина и Александра Руцкого как избранных судьбой на роль служителей Отечеству? Ельцин и Руцкой, несомненно, «политики», люди власти, готовые отдать себя целиком борьбе за власть, не мыслящие себя вне власти. Не дорожащие самими собой ради нее.
По воспоминаниям сослуживцев, Ельцин, отставленный Горбачевым от московского партийного секретарства и и брошенный на руководство строительством, сокрушал в бессильной ярости кулачищами стены своего кабинета. Для него удаление от власти означало крах, было равносильно смертному небытию. Он готов был часами и днями ждать звонка «по вертушке»-а вдруг вспомнят, вдруг позовут назад?
Еще большую политическую настойчивость и волю к власти проявил Руцкой. Поздно, в сорок лет придя в политику, начав с нуля, будучи никому не известным полеовником Руцкой смог за короткий срок «сам себя сделать» в жесткой, кичливой политической среде московских снобов. Вот эта всепоглощающая страсть и утверждению себя во власти, помноженная на огромную во
Волю к власти и роднит Ельцина с Руцким.
Но одной голой воли к власти для лидерства, а тем паче общенационального мало. Сегодня в Москве властолюбцев пруд пруди. Для крупного политика необходимо сверхострое политическое чутье. Как вожак вольной стаи «из воздуха» чувствует опасность, так и крупный политик должен ощущать не видимую для других гибельность торной политической дороги. Именно Ельцин в октябре 1987 года на пленуме ЦК первый почувствовал тупиковость горбачевской перестройки. Яковлев, Шеварнадзе вкупе с другими правомерными коммунистами набросились на Ельцина. Но тот уже понимал: коммунистическая дорога путь в никуда. Вот эта воля в политике идти против течения-одна из слагающих лидерства.
В более сложном положении сегодня Руцкой. Он тоже идет против течения. Но идет против «освободителей» России и «демократа» Ельцина. Уверен, что Руцкой также собственной кожей чувствует, что западный либерализм для сегодняшней России это погибель. Вот это ощущение своей правоты при всеобщей травле, воля и сила плыть против течения, может быть, наиболее ярко обнаруживает в Руцком одного из перспективных политиков.

Дышите глубже-вождь услышит

Это инстинктивно чувствует и Ельцин. Его реплика «главное-Руцкой», приведенная в стенографическом апокрифе, обнаруживает всю нынешнюю тревогу Ельцина. Безусловно, чтобы политику стать «вождем». То есть фигурой общероссийской необходимо чувствовать пульс народной жизни, улавливать изменения народных настроений. Это прекрасно осознал Ельцин, выступив против коммунизма и его начальников. От коммунистического пустословия устали все, а начальственные привилегии чрезвычайно остро раздражали простых людей, ежедневно бьющихся как рыба об лед в безвыходности своего существования.Ельцин и стал Президентом на гребне мощной антикоммунистической волны. Но антикоммунизм и лежащий в его основе либерализм, разрушив остов коммунизма, рушат ныне основы государственности-вчера союзной, сегодня российской. Народные настроения переменчивы.
Развал государства, его разграбление, легализация всяческого жулья как новых хозяев жизни, искусственное расчленение целых народов, и прежде всего народа русского, неперносимы для массового народного сознания. И здесь уже «патриот и демократ» Руцкой будет ближе и понятнее нам с вами, в целом всем категориям населения, чем высоколобые либералы. Волец-неволей Ельцин и Руцкой как политические лидеры отражают различные стороны народной психологии: антикоммунистический бунт Ельцина, приведший его к власти и традиционную русско-российскую соборность, исторически воплощенную в Российском государстве, защитником которого как раз стремится сегодня выступать Руцкой.
Не соперничество за власть хотя, безусловно, и оно присутствует, а принципиальное различие в понимании народных, национальных устремлений разводит сегодня двух лидеров по разные стороны политического спектра. В равной мере как поляризуют и все общественное сознание в целом.
Ельцин и Руцкой, безусловно, ярки и самобытны как незаурядные личности. «Героический элемент» окрашивает фигуру одного и другого. Дерзость Ельцина в борьбе с горбачевской властью, его необычные приключения, начиная от купания в Москве-реке и кончая публичными обвинениями в поклонении Вакху, только упрочивали репутацию последнего в народном сознании. Ельцин при Горбачев был гонимыым народным «заступником».
Подобного же эффекта, несомненно, достигнет и нынешняя санкционированная сверху травля Руцкого. Лишени дач, машин, охраны для Руцкого как слону дробина. У Руцого иные ставки, иное самопонимание себя как нового народного «заступника». Булавочные уколы обнаруживают только мелочность власти, меряющей людей старыми обкомовскими мерками. Но Руцкой-то как раз и не мальчик для битья в отличие от прошлых президентских фаворитов. У Руцкого и у последних разный жизненный опыт. И когда Руцкой называет их «мальчишками в розовых штанишках», то тем самым он лишь констатирует дистанцию жизненного опыта-собственного афганского, когда постоянной ставкой была жизнь, и президентских плейбоев, изображающих из себя мужей государственных, и все расстройство которых в потере начальственного кресла.
Так и хочется предупредить: господа, не травите Руцкого! Это глупо, ибо по своей сути Руцкой не чиновник для мелких поручений, а формирующийся национальный лидер, отвечающий завтрашним потребностям России. Замолчать, отряхнуть с рукава Руцкого невозможно, как это было невозможно было в свое время с Ельциным.

Государева удаль дорого стоит

В ходе разлома тандема Ельцин-Руцкой все более очевидным становится и различие представляемых ими политических линий, самих типов народного характера. В Ельцине зримо воплощен русский размах «разгульной удали», народной, отчаянно смелой. И Руцкой и Ельцин щедро наделены многими качествами политического лидерства. Но Ельцин-человек неустойчивый, лго впадающий при неудачах в уныние, неуравновешанный. Все приближенные мемуаристы отмечают эту его черту. Более того, Ельцин легко «ломается» в ситуации политического поражения. Именно это произошло с ним после достопамятных партийных пленумов ЦК и московского горкома осенью-зимой 1987-1988 годов.
Руцкой прошел афганское пленение и после ранения был обречен на неподвижность. И в том, и другом случае только сильная воля спасла его. Руцкой может отступить, достаточно ловко политически маневрировать. Но запугать или сломать его невозможно. И это не только мои личные наблюдения от знакомства с ним. Вся жизненная одиссея Руцкого подтверждает это.
Не могу вообразить себе Горбачева в августе 1991 года на танке и с танка бросающего вызов «всей власти». Горбачев в это время должен был быть и был в Форосе «почеиным пленником». Как трудно вообразить кого-либо другого, кроме Ельцина, лихо подписывающего на глазах Горбачева указ о приостановлении деятельности КПСС. Да что там партия, Союз ССР келейно, в один присест был упразднен Ельциным и его коммунистическими единоверцами. Вот эта государева удаль есть, если хотите, слепок с русской души-широкой и щедрой.
Но за государевы «щедроты» платил всегда в России народ. «Бумажный» распад Союза с неизбежностью обернулся огромной народной трагедией для всех-русских, украинцев, казахов, грузин, армян. Для всех! Да что там обернется, кровавые очаги братоубийственных конфликтов уже сегодня испятнали карту бывшего Союза.
Драма Ельцина как человека и политика и заключается в его страстности в готовности идти до конца по избранному пути, отбрасывая сомнения и не задумываясь о том, верен ли сам путь. Сегодня в политике Ельцин повторяет свой юношеский поход по уральской тайге едва не окончившейся трагедией для всех участников.

Агитпроп плохая школа

Ельцин и люди, его окружающие далеко не глупы, они убеждены в своей правоте. Но это люди, вышедшие из школы коммунистического политиканства. Они напрочь лишены исторического чутья, национального исторического сознания. Да и где они могли его получить в коммунистическом агитпропе? Выдергивая один за другим несущие стержни государственности-сначала структур КПСС, затем союзных органов власти сегодня Советов-и ничего не создавая взамен («президентская вертикаль»-это химера в современных условиях) они не понимают, что завтра обрушится все государство. Вот этот большевисткий максимализм, ностальгическое стремление вновь все разрушить до основания, а затем построить чистое, светлое, «демократическое»-просто убийственны в проводимом ельциновском курсе. Это если хотите, тоже черта широкого и истового народного размаха, воплощенная сегодня в нынешней политике Ельцина.
Правда, Ельцин сегодня уже другой. Антикоммунистический трибун как-то поблек в Ельцине. И когда он по бумажке читал студентам казенную речь, трудно было узнать прежнего Ельцина. Вернее, он был узнаваем: Ельцин времен обкомовского и горкомовского секретарства.
Когда Ельцин и его присные, глядя с телеэкрана ясными глазами, убеждают нас в жизненной необходимости для Президента новой квартиры в Москве, новой дачи за городом, у многих перед глазами стоит мальчик Ельцин, который, случайно попав в номенклатурный распределитель и узнав, что он для начальников, уверенно изрек: «Несмотря ни на что я буду начальником».
Земная слава проходит быстро. Вот это качество властолюбия, когда оно расходится с народной этикой, губительна для любого лидера. Ельцин как несомненный народный лидер, поразившим георгиевским копьем коммунистического дракона, сегодня сбился с торной дороги. Западный либерализм механически перенесенный на российскую почву губителен для России. И Ельцин с кучкой либералов-западников просто отрываются от массы народной если не оторвались уже сегодня.
И референдумы не должны нас обманывать. Народ голосовал не столько за Ельцина, сколько против коммунизма. Ложная альтернатива: Ельцин либо коммунисты-сработала. Завтра будет выдвинута реальная альтернатива: национальные, русско-российские интересы либо либерально-западная «демократия». И нынешние власти проиграют любой референдум и выборы, думаю, с треском.
Это сегодня со всей остротой ощущает и Ельцин, и Руцкой. Однако первый связан своей предшествующей политической линией. А у Руцкого руки свободны. Да Руцкой и никогда не был «демократом» (впрочем, как и Ельцин, как бы нас в этом не убеждали тоже). У Руцкого всегда доминировали охранительные, государственные мотивы. Еще в 1989 году он бичевал и Ельцина, и всех прочих демократов как силу антинародную. Неожиданный переход зимой-весной 1991 года Руцкого в лагерь «демократов» был продиктован отнюдь не симпатиями к ним. Это был политический расчет ближе подойти к рулю власти.
Но было и инстинктивное стремление к союзу с творческими силами, способными предотвратить крах страны ибо руководство КПСС к тому времени остановить его уже не могло. Отход Руцкого от коммунистов был продиктован именно неспособностью последних изменить что-либо в России. Но мезальянс Руцкого с «демократами» был недолгим. Он не принял развала Союза, развала российской экономики, самого курса Гайдара. Руцкой как государственник-охранитель выражает другую сторону народного характера-русскую тягу к ограничивающей широту народного характера силе-силе государства. Без него, государства, русские, все российские народы потеряют свою независимость и самобытность как народов исторических.Ибо ничего другого, кроме государства, у русского народа, других российских народов для самоохранения нет и не было.
Вот этот разлом в народном сознании-тяга к бунту и анархии свободы, с одной стороны, стремление к порядку и государственности, с другой,-сегодня зеркально отражается в психологических типажах двух лидеров-в Ельцине и Руцком.

Оба парня смелые

Сравнение двух политических лидеров не преследует цель противопоставлять одного другому, выделить «лучшего» из них. Характерные черты политических деятелей весьма противоречивы, оба склонны к «волевым», непродуманным решениям, да и общие черты властолюбия могут быть крайне опасны при геограниченной власти в их руках (вот почему скоротечны конституционные игры, призванные вручить всю государственную власть одному лидеру). Более интересным является как раз разлом политических линий в России, на который и проецируются специфические черты характеров, мировозренческих парадигм двух первых властных лиц государства.
Безусловно, любой психологический тип в России литературно-условен. Так, в Горбачеве было что-то от Чичикова в его лукавом стремлении построения социализма «с человеческим лицом». Уж очень все это напоминало торговлю мертвыми душами…. Да и сама отставка Горбачева похожа на неудачный конец чичиковской карьеры.
Иногда в Ельцине проступает что-то от Собакевича, с его медвежьей хваткой, чутьем «ситуации» и сочной лапидарностью характеристик.
При всех достоинствах Руцкого у него исподволь проявляется нечто ноздревское в его искренней увлеченности любым делом, будь то быстрое решение проблем сельского хозяйства или искоренения преступности.
И в этом нет ничего зазорного, ибо в каждом из нас живет традиционно русский гоголевский прототип. (Да и сам автор этих заметок в стремлении повлиять на сознание властей предержащих не являют ли некую копию маниловского благодушия?). Ведь и большинство ныне действующих персонажей российской политики зачастую напоминают нам зеркальный ряд хлестаковых, с их самонадеянными посулами «выправить» враз то ли экономику, то ли и самое российское государство (чего стоит только одна идея Конституционного совещания).
А место занято
Политическая жизнь России зыбка, а народная любовь к вождям недолговечна. И Горбачев еще, думаю, напишет свою лучшую книгу об этом.
Масштабный разлом в России виден уже сегодня. Механическое копирование западной либеральной демократии приведет к краху России и исчезновению исторических народов, населяющих ее. Приостановить этот распад может только новая государственная и национальная политика нового правительства положившего в основу своей деятельности наши собственные российские государственные и национальные интересы. Убежден, что Ельцин как глава либерального лагеря чувствует это. Иначе он не был бы политиком. Рано или поздно Ельцин встанет на национальную почву. Но может так оказаться, что место национального лидера к этому времени будет занято Руцким либо другим лидером российской национальной политики. И тогда Ельцину придется самому идти на обьединение с Руцким как пришлось это делать Горбачеву в отношениях с Ельциным. Не упустить бы из виду этого сейчас когда столь легко и сладострастно верноподанное окружение. Президент стремится как можно сильнее уколоть Руцкого-российского вице-президента.
Вице-президента-сегодня…..

[Максим Соколов]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №27 от 12.07.1993

Политический вектор

Коррупционные скандалы имеют волнообразную динамику, и прошедшая неделя, похоже, представляла собой промежуток перед ожидаемой второй фазой скандала, начатого прокурорскими разоблачениями в ВС. Представители блока "Хасбулатов--Руцкой" вели себя довольно тихо и не особенно развивали тему коррупции, что может иметь двоякое объяснение. Логичнее всего предположить, что "партия парламента" попросту ждала отдачи, чтобы оценить ее силу и соответственно откорректировать тактику. В то же время представители президентской команды, судя по некоторым заявлениям, давали поведению противного блока иную интерпретацию.
Последующая коррекция предполагает многовариантность решений, т. е. выбор конкретного сценария еще только предстоит. Напротив, президентская сторона, кажется, исходила из того, что хасбулатовская партия намерена догматически следовать уже единожды намеченному плану кампании и готовит главный удар к намеченному на 12 июля финалу Конституционного совещания, когда, по мнению президентских экспертов, генпрокурор Степанков с подачи Хасбулатова пустит в ход тяжелую артиллерию.
Исходя из этой версии, президентская сторона предприняла (или по крайней мере инициировала путем подсовывания соответствующих документов) ряд ответных шагов. Газета Партии экономической свободы (партия Борового) опубликовала маловразумительный текст, долженствующий связать погромы чеченцев в г. Кашине в 1991 году и коррупцию на Кашинском винокуренном заводе с дачей генпрокурора Валентина Степанкова. Продолжают публиковаться материалы о связях международной мафии с фондом "Возрождение" и лично с Александром Руцким. Егор Гайдар указал, что внебюджетные фонды ВС РФ активно прокручиваются через коммерческие банки. Назначенный бороться с коррупцией адвокат Андрей Макаров, в свою очередь, без анонса появившись на 1-м канале ТВ в prime time, прокручивал загадочные аудиокассеты, возможно, обладающие сокрушительной разоблачительной силой, но в звучании которых невозможно было разобрать ни слова.
Результатом начавшейся артиллерийской дуэли будет, вероятно, так называемый "самооправдывающийся прогноз" — президентская команда всю неделю так хорошо готовилась к хасбулатовским козням, что по логике эскалации козни в виде ответного ушата грязи должны неминуемо последовать.
Создается впечатление, что обе стороны склонны рассматривать обвинения в коррупции как политическое чудо-оружие. В этом смысле и демократы и патриоты выказывают себя крайними западниками, полагающими, что испытанная в западных демократиях убойная сила такого рода обвинений великолепно покажет себя и на российских просторах. В данном случае мы, похоже, имеем дело как раз с типичным карикатурным западничеством, показывающим, что нельзя хвататься лишь за внешние формы западной жизни, не обращая внимания на глубинное ее устройство.
У них — и, очевидно, у нас — конкретное коррупционное дело исполняет роль не самого боезаряда, но скорее капсюля-детонатора, подрывающего уже снаряженное изделие. Убойная же сила самого капсюля весьма ограниченна, и рассчитывать, что, подорвав его, можно добиться выдающихся результатов, было бы неправильно. Реально дело о коррупции запускается в ход для уничтожения уже и без того обреченного и ненавидимого объекта — будь то отдельный политик (Егор Лигачев, недавно смещенный бразильский президент Фердинанду Коллор) или же целая политическая система (партийно-советские структуры времен Гдляна--Иванова, обваливающаяся ныне итальянская Первая республика). Скандал по делу о коррупции реализует лозунг "подтолкни падающего", но само падение вызывается иными причинами — глубоким общественным недовольством, хорошей закулисной подготовкой и т. д. В смысле общественного недовольства парламент, пожалуй, более уязвим, чем правительство (и в этом смысле его инициатива по открытию боевых действий представляется малоосмысленной). Что же касается закулисной подготовки, то в этом смысле обе стороны не слишком блещут мастерством. Поэтому спешное вытаскивание компроматов представляется чем-то вроде взаимного фальстарта, тем более неудачного, что в момент, когда компроматы смогут в самом деле пригодиться, общественное мнение будет ими, вероятно, донельзя пресыщено.
Из данной схемы есть, действительно, одно исключение — так называемый спонтанный скандал системы "панама", и коммунистическая газета "Правда" даже поспешила написать: "Такой 'панамы' мир еще не видел". Налицо двойная ошибка. Во-первых, мир видел и не такое; во-вторых, будь обвинения Руцкого, с одной стороны, и Макарова с другой стократ справедливы, данный казус "панамой" все равно не является. "Панама" есть массовое разорение мелких вкладчиков посредством недобросовестного банкротства подкупившей министров частной компании ("Компании Панамского канала", откуда и пошло название). На волне такого скандала правительство действительно падает само, однако необходимым условием успешной "панамы" является наличие развитого фондового рынка и эмитента акций (облигаций), имеющего национальный масштаб. В России и то, и другое пока отсутствует.
Психологической основой такого парламентско-правительственного западничества, побуждающего к механическому заимствованию чуждых приемов политической борьбы, является, очевидно, зачарованность "феноменом Гдляна--Иванова", сумевших более года будоражить общество своими разоблачениями. Однако в эпоху Гдляна--Иванова КПСС объединяла в своих руках и власть и собственность, отчего тема коррупции и привилегий служила неизбывным источником классовой ненависти. Сегодня власть и собственность в значительной степени разделились, и объектом классовой ненависти скорее являются вовсе не министры, на которых по старой памяти наши политики натравливают публику.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №132 от 15.07.1993

Новый политический альянс в парламенте

Ради спасения России, как было объявлено на состоявшейся в Белом доме пресс-конференции, свыше 500 депутатов решили оставить на время свои фракционные разногласия. Представители девяти парламентских объединений — тех, которые принято относить к центристским и оппозиционным — намерены общими усилиями бороться против досрочных выборов депутатов и призывают президента и правительство совместно с Верховным Советом заняться подъемом экономики. На встрече с журналистами координаторы фракций осудили Конституционное совещание и заявили, что выработанный на нем проект Основного закона может рассматриваться съездом только наравне с другими. Факт создания нового депутатского объединения комментирует парламентский корреспондент Ъ ВАЛЕРИЙ Ъ-ПОГОРЕЛЫЙ.

[Валерий Погорелый]

Хотя парламентарии фракций "Аграрный союз", "Промышленный союз", "Рабочий союз", "Свободная Россия", "Коммунисты России", "Левый центр", "Родина", "Россия", "Отчизна" и говорят, что их главная цель — спасение России, из совместного заявления видно, что добиться ее они намерены, спасая нынешний депутатский корпус. Очевидно, именно одобрение Конституционным совещанием проекта Основного закона и становящиеся все более вероятными досрочные выборы в Федеральное собрание, заставили центристов и оппозиционеров пойти на объединение.
Поскольку в политической борьбе Белый дом проиграл Кремлю, депутаты намерены сразиться с оппонентами на экономической арене. В совместном заявлении они выражают надежду, что "правительство РФ, оставив, наконец, несвойственные ему функции, вплотную займется кричащими проблемами экономики, поиском выхода из тяжелейшего экономического кризиса вместе с президентом и ВС".
Хотя в объединение входит почти половина депутатского корпуса — 579 человек, сейчас еще нельзя с полной уверенностью сказать, сможет ли новый альянс твердо противостоять президенту, если Борис Ельцин вынесет на съезд проект Конституции. В парламентских фракциях не существует жесткой дисциплины и после обсуждения наиболее важных вопросов каждому предоставляется право голосовать по своему усмотрению. Однако реальная угроза досрочных выборов может заставить парламентариев действовать сплоченно и голосовать так, как будут рекомендовать координаторы объединения или, в лучшем случае, по решению большинства. В результате ВС, после политической чистки, проведенной в комитетах, будет все более превращаться в ядро политической партии старого "нового типа" или, как говорит по этому поводу депутат Сергей Ковалев, "в один большой центральный комитет". А затем будет недалеко и до внесения изменений в Конституцию в соответствии с которыми парламент должен состоять именно из 579 депутатов.

[Александр Балашов]

Газета "Коммерсантъ" №133 от 16.07.1993

Оппозиция хотела оказать давление на Конституционный суд

Вчера стали известны подробности состоявшейся накануне встречи председателя Конституционного суда России Валерия Зорькина с представителями Московского комитета защиты Конституции и конституционного строя. По официальной информации, представители комитета проинформировали Валерия Зорькина о целях и направлениях своей общественной деятельности, а также передали ходатайство о проверке конституционности указа президента от 24 мая 1993 г. "Об утверждении временного положения о порядке уведомления органов исполнительной власти Москвы о проведении митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования на улицах, площадях и в иных открытых местах города". По мнению экспертов Ъ, настоящей целью встречи была попытка оказать давление на Конституционный суд и вовлечь его в очередную политическую авантюру.

На фоне обострившейся политической борьбы вокруг способа принятия новой Конституции встреча Валерия Зорькина с представителями Московского комитета защиты Конституции и конституционного строя выглядит далеко не случайной. Оппозиционно настроенные депутаты ВС и Моссовета, входящие в этот комитет (в частности, присутствовавшие на встрече Владимир Ребриков и Сергей Белашов), давно известны своим пристрастием к проведению митингов и шествий. По предположению экспертов Ъ, они непременно попытаются сорвать процесс принятия нового Конституции, вновь выйдя со своими сторонниками на улицы. Однако содержащиеся в указе президента ограничения на проведение массовых мероприятий в Москве могут помешать им развернуться в полную силу. Именно поэтому они решили заручиться поддержкой председателя Конституционного суда.
Однако последние действия Валерия Зорькина показывают, что он скорее всего не станет спешить с рассмотрением сильно политизированных дел. Об этом говорит хотя бы тот факт, что в ближайших планах Конституционного суда пока нет дела о защите статуса вице-президента России. Тем не менее сторонники Руслана Хасбулатова по-прежнему пытаются использовать Конституционный суд в своей борьбе за власть. Как уже сообщал Ъ 14 июля, судьи решили после летних каникул рассмотреть дело о проверке на соответствие Основному закону указа президента "О введение в действие системы приватизационных чеков в РФ". На следующий же день в парламенте был поднят вопрос о приостановлении действия указа до решения суда. И все же главным является вопрос о способе принятия Конституции, президентский проект который должен быть со дня на день представлен парламенту. По мнению экспертов Ъ, именно к этому моменту оппозиция хочет приурочить свои манифестации.

[Максим Соколов]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №29 от 26.07.1993

Политический вектор

Преодолев майско-июньскую расслабленность, ВС РФ накануне ухода на каникулы проявил завидную активность. Бюджет на 1993 год получил окончательно социальную направленность: доходная часть в итоге составила менее 50% от расходной и глава бюджетной комиссии Александр Починок утешал себя лишь тем слабым аргументом, что теперь, когда все финансовое безумие сконцентрировано в одном документе с несомненным авторством, по крайности всем видно, кто есть вдохновитель и организатор всех наших побед.
Приняв долгожданные поправки к закону о печати, ВС создал законодательную базу и для преобразования телевидения, и для закрытия не вполне желательных газет. Отправив в КС президентский приватизационный указ (тем самым приостановив приватизационные опыты на неопределенное время) и выведя собственность, подлежащую приватизации, из ведения Госкомимущества, парламент достаточно эффективно дестабилизировал и без того худосочный фондовый рынок — и существенно, что приватизационные меры ВС вызвали чрезвычайную ругань даже у традиционно сдержанных и умеренных Павла Бунича и Аркадия Вольского.
Исправляя допущенную в севастопольском казусе ошибку — объявление об аннексии чужой территории без предварительной денонсации договора о нерушимости границ — парламент пожелал присвоить себе исключительное право на денонсацию международных соглашений, и, примерно представляя, как это право будет использоваться глубоко компетентными парламентариями, вероятно, лишь особо мужественный (или наивный) человек отныне захочет подписывать с РФ международные трактаты.
Закон о порядке принятия новой Конституции тщательно обрезает все пути в обход съезда, а приготовленные на сентябрь поправки к закону о референдуме (предусматривающие, что будет необходим сбор десяти, а не одного, как сейчас, миллионов подписей граждан для назначения референдума) делает и плебисцитарное разрешение тупиковых ситуаций малореальным. Закон о поправках к регламенту позволяет избавиться от депутатов, работающих в исполнительных структурах, и тем самым резко понизить кворум ответственных решений типа импичмента или конституционных поправок.
Столь солидная законодательная база, позволяющая на совершенно законном основании совершать уже практически все, что угодно, подкреплялась внятным выражением политической воли. Председатель ВС объявил собранным им руководителям местных Советов, что сбор не случаен, ибо настало время выступить на защиту парламента, а в качестве практических рекомендаций по этой части предостерег советских руководителей от наивного сотрудничества с главами местных администраций, каковая рекомендация — в случае ее исполнения — означала бы распространение похвальных московских политических нравов в глубь всей страны и окончательный паралич государственной власти.
В идеальном варианте, когда erste Kolonne marschiert, zweite Kolonne marschiert usw. в срок и куда надо, такое сочетание факторов — хозяйственная дестабилизация, расширение боевых действий на пока еще мирную провинцию, обретение законодательной базы для 100-процентного конституционного произвола, плюс, наконец, возможность информационной блокады — могло бы обеспечить власть дуумвирату "Хасбулатов--Руцкой" уже в течение ближайших месяцев. Вероятно, именно поэтому оптимистический по натуре вице-президент сообщил дальневосточникам, что "часа Ч" и массовых посадок демократов следует ждать самое большее через два месяца. Приближение этого срока уже почувствовали на себе гг. Полторанин и Шумейко.
Не то, чтобы демократы окончательно убоялись посадок, но явный рывок Хасбулатова произвел на них обескураживающее действие. С одной стороны, в президентском окружении все более популярной делается и вообще-то популярная мысль о том, что Ельцин с удивительной беспечностью развеял по ветру плоды апрельской победы и в самый неподходящий момент — когда требовалась высочайшая концентрация политической воли и мастерства — предался неге и сибаритству на валдайской вилле. С другой стороны, президентские приверженцы с огорчением для себя обнаружили полное отсутствие дальнейшего плана кампании — хоть оборонительной, хоть наступательной.
Если учесть, что лейтмотивом речей Ельцина и его приближенных являются хитрые намеки на хранимые в тайне пятые, десятые, -надцатые варианты ведения летней кампании, а в реальности не то что с -надцатым, но хоть с каким-нибудь планом дело обстоит неважно, все это сильно напоминает историю с Помпеем, который похвалялся, что стоит ему топнуть ногой, чтобы из-под земли появилось войско. Когда Цезарь перешел Рубикон и в Риме началась откровенная паника, а Помпей продолжал пребывать в апатии, один из сенаторов ехидно посоветовал ему топнуть ногой — как обещал. Ныне вожди демократов близки к тому, чтобы обратиться к валдайскому Помпею со сходным советом.
Тем не менее убеждению в том, что патриоты решительно берут верх, а дни президента сочтены, мешает то обстоятельство, что если Ельцин и унаследовал слабости Помпея, то не похоже, чтобы в парламентско-патриотическом стане кто-то унаследовал доблести Цезаря. ВС РФ действительно умножил законодательные возможности для окончательного захвата власти, но — как показывает опыт того же Ельцина — одни законодательные возможности без надлежащих мастерства и воли пропадают втуне, пока что как представительная, так и законодательная власти постоянно демонстрировали то, что эстонцы называют "русская работа" — и не похоже, чтобы с тех по что-то изменилось. Реальный переворот удастся совершить тому, кто найдет магический способ раскачать провинцию или хотя бы обрести с ней общий язык, а доколе этого не наблюдается, политический процесс будет сохранять прежнюю тягучесть, и реально можно говорить лишь о том, что в ходе позиционных боев истекшей недели известная инициатива находилась в руках Хасбулатова — не более того.

[Российская газета-90-х]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-30-iyulya-1993-goda
«Российская газета» / Учредитель: Верховный Совет РСФСР — 1993. — 30 июля, пятница. — № 145 (761). — 8 полос.

«Верховный Совет РФ обеспокоен сложившейся в стране ситуацией. Тяжелым недугом разрушения поражены все сферы жизнедеятельности общества, ослаблена социальная защита людей, большинство российских граждан лишено уверенности в завтрашнем дне. Серьезная угроза нависла над целостностью государства — одного из гарантов стабильности современной цивилизации.
Нынешнее состояние дел в России следствие неумелого регулирования сложных процессов в сфере экономических преобразований игнорирования специфики социально-экономического развития России отрыва властных структур от нужд и чаяний народа отсутствия взаимосвязи с регионами.
Не снимая с себя ответственности за углубляющийся кризис Верховный Совет считает самым важным сейчас настойчиво добиваться достижения согласия всех политических сил во имя настоящего и будущего России. О том что это возможно свидетельствуют проведенный по инициативе Верховного Совета и Правительства РФ «круглый стол», предстоящее Всероссийское экономическое совещание, в подготовке которого участвуют Верховный Совет, Правительство, субьекты РФ.
Опыт показывает, что попытки какой-либо ветви власти действовать конфронтационно по отношению к другим ветвям власти приводят к общему ослаблению государства, снижению эффективности управления страной в целом, коррумпированности чиновничества, обострению криминогенной ситуации в стране, бюрократическим перерождением.
Выполняя волю избирателей, российский парламент призывает все государственные органы, политические и общественные организации:
не допускать применения насилия в решении важных государственных вопросов, исключить неконституционные пути и средства достижения политических целей конфронтации должна уступить место конструктивному диалогу;
сосредоточить главные усилия на выводе страны из глубокого экономического кризиса м разрешении имеющихся противоречий на основе диалога учета общественного мнения;
обеспечить становление сильного и прочного государства, основанного на принципах федерализма, строгого соблюдения Конституции, верховенства закона, разделения властей, укрепления представительной власти-Советов;
сохранять и развивать прогрессивные национальные традиции, нравственные устои народов РФ, духовный потенциал общества;
повышать безопасность Отечества, заботиться о неприкосновенности его границ, строительстве крепкой современной армии, действующей строго на конституционной основе;
всемерно содействовать, интеграционным процессам в рамках СНГ;
не допускать снижения авторитета России в мировом сообществе;
укреплять деятельность правоохранительных органов в борьбе с коррупцией защитить жизнь, здоровье и имущество граждан от преступных посягательств.

[Виталий Марсов]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-3-avgusta-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 3 августа, вторник. — № 144 (568). — 8 полос.

«Кто контролирует ситуацию в России? Ответа вновь нет!»

Интуиция

«В крайне тяжелом положении вступает Россия в август 1993 года. Каково его обьективное состояние, лучше оно или хуже, чем вчера, судить не берусь, ибо мнения различных экспертов в области экономики и финансов прямо противоположные и, увы, диктуются их служебным и партийным положением. Но чего нет точно, так это экономической стабилизации свертывания инфляции и укрепления рубля. Искусственно осемененный рубль еще хорохорится на торгах ММВБ, хотя это очень напоминает летние финансовые каникулы, а не начало выздоровления.
Но чего нет этим летом, так это политических каникул. Впрочем, почти все, начиная от президента и кончая массой народных депутатов, сумели оформить себе отпуска и даже отдохнуть, кто неделю, кто две-три. Однако политически Россия на каникулы не уходила. Можно только позавидовать хладнокровию (или безразличной обреченности?) наших руководителей, которые умудряются побывать в отпуске в то время, когда Россию лихорадит, причем с каждым днем все сильнее.
Таджикистан, финансовая реформа усиление трений с Украиной из-за Севастополя и Черноморского флота, более чем скромные (для России) итоги встречи в Токио, все более сильное затягиваие северо-кавказского узла, конституционное перетягивание каната, обострение конфликта между парламентом и президентскими структурами, навязчивые прогнозы членов президентской команды о грозящем перевороте (и уже существующем заговоре), раскол в правительстве, самостийное поведение субьектов Федерации, падение некоторых бывших ключевых фигур президентской команды, очевидное падение престижа России как государства на международной арене и т.д. и т.п.
Президентская власть, сколько бы ни говорила оппозиция об обратном, не усиливается, а ослабевает. И это плохо, ибо это официальная власть, если она бессильна-в игру вступают другие, в том числе и неофициальные силы, давление которых не балансируется никем и ни чем.
Более чем странным представляется поведение Бориса Ельцина в последнее время. Ни по одной из острых, спорных или трагически актуальных тем он не высказывается, принимая решения либо вполне немотивированные, либо допускающие самые широкие и противоречивые трактовки.
Несть числа комментариям к решениям президента, в том числе и со стороны членов правительства. Но полное впечатление, что никто не знает мнения самого президента по той или иной проблеме. По Москве ползут самые неприятные для президента и опасные для страны слухи, имеющие уже многомесячную историю, но ставшие в последнее время реальным фактором реальной, не выносимой пока на поверхность, политической борьбы, прогнозов и сценариев развития событий. Замалчивать по-прежнему эти слухи, конечно, можно, но количество их и косвенных подтверждений их реальности все больше приближается к роковой черте.
Кто и как контролирует положение в стране? Нет ответа на этот вопрос, и этой безответственностью ситуация августа 93-го действительно напоминает август-91 года. Расклад сил другой-трвожные ощущения те же. И все более отчетливо встает тень силового варианта.
Если уж на Северном Кавказе начали убивать глав Временной администрации представляющих непосредственно руководство России значит развязка приближается. Народ видимо, узнает о ней из сообщений по телевидению. Политически ответственные фигуры вновь демонстрируют свою безответственность что-то подспудно происходит но что никто не говорит.

["Известия" И.Голембиовского]

www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-6-avgusta-1993-goda
«Известия» / Учредитель: журналистский коллектив «Известий». — 1993. — 6 августа, пятница. — № 147 (24002). — 8 полос.

«Писатели предлагают досрочно избрать новый»

«5 августа в средства массовой информации поступило обращение большой группы русских писателей к гражданам России, к читателям, чье доверие к писательскому слову неизменно служило им верной опорой.
Наше Отечество, говорится в обращении, на перепутье, а события последних недель вновь требуют ответственного шага. Противостояние Верховного Совета и всей системы Советов курсу реформ достигло предела. Катасрофический дефицит бюджета, стремление сорвать приватизацию, стимулировать рост военных расходов, расколоть правительство, взять под контроль средства массовой информации-такова стратегия антиконституционных действий Верховного Совета в политике, экономике , культуре.
Всевластие Советов всех уровней, отмечается в обращении, перерастает в диктатуру, выступающую под лозунгами национал-коммунизма. Становясь официальной парламентской идеологией, он демонстрирует свою живучесть, неуемную агрессивность и снова, как в августе 1991 года, ставит Россию перед выборами. Куда ей идти-назад, в казарму тоталитаризма, за короткую проволоку ГУЛАГа, или вперед, через все невзгоды и трудности, к свободному, демократическому гражданскому обществу, сильному, процветающему правовому государству?
Результатами апрельского референдума россияне твердо ответили на этот вопрос. Их «ДА!» в поддержку президентской политики реформ и «НЕТ!» оппозиционной законодательной власти убедительно выразили народное мнение, но опять, ак в 1991-м, внушительная победа демократии уплывает из рук президента и исполнительной власти. Легитимный-через Конституционное совещание-выход из кризиса, предложенный президентом, к сожалению, пока не оправдывает надежд. В противовес ему усиленно нагнетается социальная и националистическая истерия, принимающая необратимый характер.
На основании волеизьявления россиян, выраженного в ходе референдума, авторы обращения требуют ПРОВЕСТИ ДОСРОЧНЫЕ, НЕ ПОЗДНЕЕ ОСЕНИ ТЕКУЩЕГО ГОДА, ВЫБОРЫ ВЫСШЕГО ОРГАНА ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ.
Среди подписавших обращение писателей к гражданам России имена, составляющие цвет русской литературы. — Дмитрий ЛИХАЧЕВ, Алесь АДАМОВИЧ, Белла АХМАДУЛИНА, Борис ВАСИЛЬЕВ, Александр ГЕЛЬМАН, Даниил ГРАНИН, Юрий ДАВЫДОВ, Михаил ДУДИН, Юрий КАРЯКИН, Юрий НАГИБИН, Андрей НУЙКИН, Булат ОКУДЖАВА, Николай НАНЧЕНКО. Анатолий ПРИСТАВКИН, Лев РАЗГОН, Роберт РОЖДЕСТВЕНСКИЙ, Юрий ЧЕРНИЧЕНКО, Николай ШМЕЛЕВ и другие».

[Евгений Ъ Янаев]

Газета "Коммерсантъ" №153 от 13.08.1993

Президент пообещал назначить выборы на осень

"Надо готовиться к решительной политическая схватка в России, которая наступит в сентябре", — заявил вчера Борис Ельцин, выступая на совещании представителей государственных телерадиокомпаний России и руководителей средств массовой информации. Президент России обвинил Верховный Совет в реализации установки второго конгресса Фронта национального спасения на упразднение поста президента. При этом Борис Ельцин подтвердил, что этой осенью обязательно должны состояться выборы. "Если сам парламент не примет этого решения, — сказал Ельцин, — то за него примет решение президент".

Большинство выступавших руководителей средств массовой информации призывали российского президента к решительным действиям — чтобы "положить конец нынешнему двоевластию в России" (подробно о встрече президента с руководителями mass media см. ст. 12). "Верховный Совет стремится овладеть средствами массовой информации. Первой жертвой стала электронная пресса, но за ней последуют и другие", — заявил на встрече председатель Федерального информационного центра Михаил Полторанин. А руководитель Петербургской федеральной телерадиокомпании Бэла Куркова охарактеризовала нынешнюю ситуацию как "время упущенных возможностей и реванша партноменклатуры". Председатель же Российской телерадиокомпании Олег Попцов призвал в случае дальнейшего наступления законодательной власти на средства массовой информации создать всероссийский стачечный комитет.
В своей ответной речи Борис Ельцин признал, что кризис двоевластия в стране перешел в новую, более высокую стадию. Вину за это Ельцин возложил на часть руководителей Верховного Совета, которые, по его словам, наносят удары по реформам. К числу таких мер Ельцин отнес приостановку указа о приватизации, принятый парламентом гиперинфляционный бюджет и Всероссийское экономическое совещание, целью которого было "расколоть правительство". "Полным ходом идет хорошо продуманная и скоординированная частью руководства Верховного Совета кампания по дискредитации и разрушению не только исполнительных, но и представительных органов власти", — заявил Ельцин. Почти все последние решения парламента, по мнению Бориса Ельцина, являются вызовом президенту. Как заявил в своем выступлении Борис Ельцин, из нынешнего кризиса Россию могут вывести только выборы нового парламента, которые обязательно должны пройти осенью этого года.
В своем выступлении в тот же день в телепрограмме "Парламентский час" Руслан Хасбулатов отверг все обвинения президента в адрес парламента и призвал российских депутатов всех уровней быть готовыми "к защите российской законодательной власти". "Нельзя допустить, чтобы авантюристы бросили страну в хаос", — заявил Хасбулатов.
Тем не менее до сих пор остается неясным, каким образом президент намерен приблизить дату перевыборов законодательной власти. По Конституции, новые выборы имеет право назначать законодательная власть, однако вполне очевидно, что депутаты за свой досрочный уход не проголосуют.
Таким образом, для достижения своей цели Ельцину необходимо нарушить Конституцию и провозгласить выборы в обход парламента. В таком случае, как сообщили корреспонденту Ъ руководители некоторых центристских и оппозиционных партий и движений, эти партии бойкотируют выборы и не будут считать легитимным избранный на них новый парламент.

[Василий Кононенко]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-20-avgusta-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» – 1993. – 20 августа, пятница. – № 157 (24012). – 16 полос.

«19 августа, в день второй годовщины августовских событий, президент РФ Б. Ельцин провел пресс-конференцию в Кремле для российских и иностранных журналистов.
Понятно, что он не мог не использовать столь важный повод, каким является годовщина спасения молодой демократии в России, чтобы не поговорить о результатах пройденного после августа 1991 года пути. Отметив, что два года назад стоял вопрос-быть или не быть российской демократии, президент подчеркнул, что никакие свомнения относительно благородного порыва россиян не затмят его значения.
Сегодня, сказал он, мы понимаем, насколько трудным делом оказались реформы, по-прежнему существует возможность отката назад, возможность реакционного переворота. Но я твердо верю, сказал президент, что граждане России этого не допустят. Несмотря на трудности, люди сохраняют веру в выбор, сделанный в 1991 году.
Далее, как и ожидалось, он перешел к конституционным проблемам. Проанализировав борьбу в верхах, президент подчеркнул: «Я нахожусь перед выбором-либо реализовать волю народа, выраженную на апрельском референдуме, либо позволять Верховному Совету дестабилизировать обстановку в обществе, блокировать реформу. Уже после апрельского референдума Верховный Совет принял около двадцати актов, противоречащих воле народа. А чего стоит низкий спектакль, которому позавидовали бы в бывшем ЦК КПСС,-о неутверждении Е.Шапошникова на посту секретаря Совета безопасности». Деятельнось Верховного Совета носит антинародный характер, констатировал президент, добавив при этом: остается лишь сожалеть, что Белый дом стал оплотом сил реванша.
Ключевой вопрос для преодоления сложившегося кризиса в России – проведение парламентских выборов. В этой связи президент подчеркнул, что Россия нуждается в новом политическом устройстве, в новой Конституции. Нужна политическая реформа с поэтапным принятием новой Конституции, и я буду добиваться проведения парламентских выборов, подчеркнул президент. Именно для этой цели и был создан Совет Федерации. На данном этапе он мог бы стать гарантом конституционной реформы. Отвечая на вопрос корреспондента «Известий», готовит ли он соответствующее обращение в Верховный Совет, президент заявил: «На днях такое обращение будет отправлено в Верховный Совет. Я ожидаю, что оно будет отвергнуто. Соответствующие свои ходы уже изложены на бумаге. Но о них говорить пока рано».
Б. Ельцин признал в качестве своей главной ошибки тот факт, что сразу после провала августовского путча не назначил новые парламентские выборы. Он сказал, что для преодоления кризиса власти в ближайшее время он проведет серию консультаций со специалистами и что план действий уже готов. Он охватывает примерно два с половиной месяца, сказал президент. Август я называю артподготовкой. Сентябрь-главный месяц, затем октябрь и, возможно, часть ноября……
Президент подчеркнул, что предстоящие парламентские выборы будут, по его мнению очень активными. Деловые люди, сказал он, убеждены, что им мешает политика, они захотят взять власть, то есть быть в паламенте. Это будет очень деловой, интеллектуальный пардамент, который принесет большую пользу России, подчеркнул он.
Остановившись на проблемах экономики, президент отметил, что у правительства есть программа действий на ближайшие два-три года. Но на Совет Министров оказывается мощное давление, налицо попытки сорвать реформы. Он отверг утверждения, будто Верховный Совет принял сверхдефицитный бюджет с целью выполнения социальных программ. По этой статье расходы даже занижены по сравнению с президентским проектом бюджета, сказал Б. Ельцин. Раковой опухолью он назвал коррупцию в высших эшелонах власти. Представленные комиссией документы на сей счет, сказал он, просто ошеломляют. Но ущерб тут нельзя оценивать только в рублях или в валюте. Работа в этом направлении продолжается. В ближайшее время будет рассмотрен еще один пакет аналогичных документов. И сегодня предельно ясно-нет чистой коррупции, она идет рука об руку с нравственным падением.
Далее президент изложил программу первостепенных задач. В их числе – продолжение экономической реформы, развитие конституционного процесса и проведение парламентских выборов, борьба с преступностью и коррупцией, укрепление государственной безопасности, укрепление Федерации – единой и неделимой, а также связей с государствами СНГ. Президент познакомил журналистов с графиком своей работы на ближайшее время. 3 сентября состоится встреча делегаций Украины и России в Крыму по всему спектру двусторонних отношений, включая проблему Черноморского флота. Об этом есть договоренность с Л.Кравчуком. Предстоящая 7 сентября встреча руководителей СНГ запланирована с тем, чтобы подвести итоги пройденного Содружеством пути и продумать механизм теневого взаимодействия.
Касаясь вопроса, который привлек внимание в последнее время,-о назначении нового министра безопасности, президент отметил, что задача эта непростая. «Там не должен быть политик, и одновременно кандидатура на этот пост не должна вызывать аллергию у Верховного Совета. У меня есть несколько кандидатур. Я думаю, что это назначение произойдет в августе, поскольку в сентябре нам нужен крепкий министр безопасности»,-сказал Ельцин.

[Ника Старк]

Газета "Коммерсантъ" №158 от 20.08.1993

Пресс-конференция президента России

Последние публичные выступления президента, похоже, подчинены одной цели — убедить и парламент, и общество в том, что осенние перевыборы депутатов неминуемы. Подтвердила это и вчерашняя пресс-конференция Бориса Ельцина, на которой главной ошибкой, допущенной за прошедшие с августовского путча два года, президент назвал то, что "сразу не назначили выборы в новый парламент". Видимо, Ельцин действительно готов бросить все силы против депутатов и ради переизбрания "тормозящего конституционный процесс" парламента согласен на время отложить саму Конституцию. В частности, президент заявил, что осенью одновременно провести выборы и принять Конституцию не удастся, поэтому принимать ее будут поэтапно.

Вторая годовщина августовских событий 1991 года отмечена резким обострением политической обстановки в России. Обе противоборствующие стороны — и президент, и парламент в последнее время в основном как бы провоцируют друг друга, ожидая, кто первый не выдержит и не сорвется с конституционного пути. И если Руслан Хасбулатов отстаивает тезис о демократичности и законности действий ВС и призывает всех "спокойно работать", то Борис Ельцин все больше и больше готовит общественное мнение к восприятию "боевого сентября".
На вчерашней пресс-конференции президент определил сроки избавления от "угрожающего безопасности России" парламента: оставшаяся часть августа — артподготовка, главные действия — в сентябре-октябре, и окончание борьбы в ноябре. Такая растянутость сроков вызвана, видимо, стремлением президентской стороны сохранить хотя бы видимость конституционности при сокрушении противника. Впрочем, очевидно, что главной и практически единственной юридической базой принятого Ельциным решения (без сомнения, судьба съезда и парламента была решена на встрече глав республик в Петрозаводске — в обмен на откладывание конституционного решения вопросов государственного устройства страны), станут итоги апрельского референдума.
По словам Ельцина, прообраз верхней палаты нового парламента — Совет федерации, в отношении которого чутко чувствующий опасность спикер применил недавно термин "ублюдочное наименование", бу ет создан в ближайшее время. В это же время, по словам президента, в ВС будет направлено официальное предложение о назначении осенних выборов. В отказе парламента Борис Ельцин, впрочем, не сомневается.
Естественно, эпитеты, употребленные президентом по отношению к парламенту, найдут достойный отпор со стороны оскорбленных депутатов, пребывающих в постоянной готовности собраться на чрезвычайную сессию. Однако в условиях потери значительной части руководителей регионов парламентариям остается уповать только на защиту Конституционного суда, либо на какие-либо антипрезидентские "стихийные беспорядки". А президент, конечно, постарается их достаточно жестко пресечь. Это тем более вероятно, поскольку, отвечая на вопрос Ъ, Борис Ельцин отметил, что новый министр безопасности будет назначен в августе, так как "в сентябре нам надо, чтобы там у руля стоял крепкий министр".

[Владимир Орлов]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-avgusta-1993-goda
«Московские новости» / Учредитель: «МН» – народная газета. – 1993. – 22 августа, воскресенье. – № 34 (680). – 32 полосы

«Две предыдущие попытки Ельцина «закрыть» парламент и съезд (в декабре прошлого года и в марте нынешнего) не увенчались успехом. Он не допускает и мысли о третьем просчете и намерен дать законодателям «последний и решительный бой», на что настроил всю свою команду: администрацию, службу помощников, Президентский совет. Весь август должен уйти на подготовку аналитических бумаг и выработку решений. <…>
Тезисы, которые должны обосновать упразднение нынешнего состава Верховного Совета и съезда и которые в том или ином виде использует президент, следующие.
Первое. Народ не простит только одного – затянувшегося двоевластия. Поэтому всенародно избранному президенту настало время сказать свое решающее и окончательное слово.
Второе. Именно народ является единственным источником власти и права. Следовательно, воля народа превыше всего, никто не может помешать народу эту волю выразить, никто не вправе ее игнорировать. <…>
До сих пор у кремлевских аналитиков нет окончательного прогноза поведения Конституционного суда и его председателя. Заметно, что в июле сошли на нет попытки организовать в Конституционном суде «дворцовый переворот» и заменить Валерия Зорькина Тамарой Морщаковой. Однако причина отказа от подобной тактики может крыться как в успехе переговоров президентской стороны лично с Зорькиным, так и в осознании невозможности «свалить» Зорькина. Запасной вариант – лишение Конституционного суда кворума и его полный «паралич»... <…>».

[Российская газета-90-х]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-avgusta-1993-goda
«Российская газета» / Учредитель: Верховный Совет Российской Федерации – 1993. – 24 августа, вторник. – № 162 (778). – Вып.2.– 8 полос.
страница 1, 2
«23 августа в Кремле состоялась пресс-конференция вице-президента Александра Руцкого. <…>
Сегодня пропрезидентскими СМИ запущена очередная клевета о том, что-де вице-президент является чуть ли не главным мафиози страны, а Генеральный прокурор – террористом № 1. Все это лишь подтверждает бессилие исполнительной власти, которое пытаются прикрыть надуманной борьбой с надуманными оппонентами. Диктатура компартии сегодня заменена диктатурой радикал-демократов. Продолжается война за диктаторскую Конституцию, навязывается идея несовместимости Советов с демократией. Система представительной власти, может быть, и несовершенна, но это не значит, что надо разрушать само народовластие, отметил А. Руцкой. <…>
В стране наступило прозрение, заявил вице-президент. Мы стоим на пороге общероссийской забастовки, акций неповиновения. Президентская власть для России необходима. Однако трудно представить, кто скажет спасибо Президенту за то, что произошло с нашей экономикой, за то, что народ доведен до крайности. Выход существует лишь один: принятие законов о президентской власти, о парламенте, о выборах Президента и высшей представительной власти. А затем – одновременные выборы парламента и Президента. Лишь новый состав исполнительной и представительной властей, избранных народом, правомочен заняться разработкой и принятием новой Конституции».

- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-avgusta-1993-goda

["Известия" И.Голембиовского]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-2-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий». – 1993. – 2 сентября, четверг. – № 166 (24021). – 8 полос.

«Президент России временно отстраняет от должности Руцкого и Шумейко»– страница 1
«Пресс-секретарь президента России Вячеслав Костиков распространил 1 сентября сообщение, в котором говорится: «Президент России Борис Ельцин принял решение об отстранении от должности вице-президента Александра Руцкого и Владимира Шумейко.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-2-sentyabrya-1993-goda

[Вероника Куцылло]

Газета "Коммерсантъ" №169 от 04.09.1993

ВС об указе президента

Как и обещал спикер парламента, вчера ВС России приостановил действие указа президента о временном отстранении от исполнения обязанностей Александра Руцкого и Владимира Шумейко в части, касающейся вице-президента. В Конституционный суд России направлен запрос о соответствии этого указа российской Конституции. Однако поскольку сам спикер не настаивает на скорейшем рассмотрении указа в суде, ситуация с отстранением вице-президента, видимо, не повлечет за собой в ближайшее время включения процедуры импичмента, а станет просто очередным шагом во взаимном стремлении властей взвинтить политическую обстановку в России.

Соотношение сил в парламенте, установившееся в последние несколько месяцев, практически предрешило исход обсуждения президентского указа от 1 сентября. Единственной неожиданностью, пожалуй, стал отказ депутатов безоговорочно констатировать в первом пункте принятого вчера постановления неконституционность указа. Несмотря на явное желание спикера "почетче" выразить отношение парламента к президентскому документу, чувство самосохранения депутатов все же взяло вверх: ВС не согласился с утверждением председателя комиссии по социальной политике Михаила Захарова о том, что в подобной ситуации не обязательно обращаться в Конституционный суд, а достаточно "самим использовать те возможности, которые заложены в Конституции".
Впрочем, позиция известного священника-демократа Глеба Якунина, как раз взывавшего к тому же чувству самосохранения депутатов и с легкой угрозой утверждавшего, что заключение о неконституционности указа может закончиться импичментом не президенту, а парламенту, поддержки у большинства парламентариев не нашла.
Больше заинтересовала депутатов версия появления "компромата" на высших должностных лиц с подачи двух спецслужб — США и Израиля. По словам парламентского американиста Ионы Андронова, противостояние в высших эшелонах власти — дело рук некоего г-на Рафи Эйтана, "одного из руководящих работников израильской разведки, сотрудничавшего со спецслужбами США", связанного с главой фирмы "Сеабеко" Борисом Бирштейном.
Андронов заявил, что по его сведениям, руководители двух спецслужб, "зная о том, что здоровье президента не очень хорошее, готовят ему преемника, и хотят убрать Руцкого, чтобы не допустить смены курса". Несмотря на то что депутаты явно не желают "отдавать судьбу России в руки иностранных разведок", парламент не стал вызывать на сессию обещанного Андроновым офицера израильской разведки, "готового прибыть и подтвердить" изложенные Андроновым факты. Скорее всего, спикеру, в течение всей дискуссии призывавшему нелояльных депутатов "не позориться", защищая президентский указ, хотелось избежать позора и другого рода.
Поэтому ВС ограничился принятием постановления в практически не измененном по сравнению с первоначальным виде. Таким образом, поскольку маловероятно, что президент действительно признает приостановление указа, до решения Конституционного суда, видимо, сохранится положение, при котором парламент будет считать Александра Руцкого выполняющим обязанности вице-президента, а Борис Ельцин не будет. То есть пока все остаются "при своих".
До рассмотрения материалов специальной комиссии Генеральной прокуратуры по расследованию материалов, связанных с коррупцией должностных лиц, дело вчера так и не дошло. Впрочем, в этом, вероятно, и не было необходимости, так как никаких дополнений к ранее известным и довольно туманным обвинениям в адрес бывших и здравствующих членов правительства в материалах комиссии, считающей поручение ВС выполненным и свою работу законченной, не имеется.

[Максим Соколов]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №35 от 06.09.1993

Политический вектор

Очевидно, воодушевившись прозвучавшими на позапрошлой неделе похвалами в адрес президентской пунктуальности, Ельцин и на прошлой неделе продемонстрировал точность, достойную германской железной дороги: ровно 1 сентября, в первый день осени, обещанная и исполненная артподготовка сменилась обещанной же атакой. Предварительно посетив расквартированных под Москвой воинов Таманской и Кантемировской дивизий и пообщавшись с воинами ко взаимному удовольствию и (возможно) к некоторым взаимным обязательствам, Ельцин издал указ о временном отрешении от должности обоих антагонистов коррупционного скандала — и вице-премьера Шумейко, и вице-президента Руцкого.
Формальная сторона вопроса, конечно, вызывает нарекание сразу двоякого характера. С одной стороны, президента уже не раз порицали за тактику разменов, указывая, что до сих пор проводимые им размены фигур носили явно неэквивалентный характер — такого рода попреков можно ждать и теперь. С другой стороны, Конституция не знает и вообще такой меры, как временное отстранение от обязанностей, и уж тем более порядка применения такой меры к вице-президенту, законные способы устранения которого вообще прописаны с редкостной невразумительностью, порождающей у Руцкого острое чувство безнаказанности, а у Ельцина — не менее острое желание изыскать-таки способ наказания.
Говоря о тактике размена, следует учесть, что ее выгодность зависит от двух факторов. Во-первых, размен зависит от общей тактической ситуации: атакующей стороне, которая обыкновенно имеет некоторый перевес в силах, размен более выгоден, поскольку с общим уменьшением количества фигур относительный перевес атакующей стороны возрастает. В нашем случае этот принцип более или менее действует: президентская команда достаточно сплочена (по крайней мере на период атаки) и утеря одной фигуры не играет такой роли, как в случае с хасбулатовско-ФНСовской командой, успевшей в августе изрядно между собой переругаться. Во-вторых, при размене имеет смысл оценивать позиционную силу фигур: и так запертый в углу ферзь Шумейко объективно был куда слабее, чем "бешеный ферзь" Руцкой, носящийся по доске и делающий неприятельскому королю беспрерывные шахи. Учебники шахматной игры советуют менять свою плохую (т. е. плохо стоящую) фигуру на хорошую (развитую, активную) фигуру противника — что и было сделано.
Конституционно-правовая — в отличие от чисто шахматной — сторона вопроса представляется куда более запутанной. В случае с Шумейко, конечно, необходимо было формальное согласие премьера Черномырдина на временное замораживание вице-премьера, но нет сомнения, что за этим дело не станет, и, возможно, премьер будет так добр, чтобы для вящего приличия дать согласие даже и задним числом — ведь Черномырдин так любит Шумейко, что вполне одобрил бы заморозку вице-премьера не только на время, но даже и до трубы архангельской. Сложнее дело с Руцким. В Конституции нет прямого запрета на морозильные действия Ельцина, но общеправовой принцип гласит, что публичная власть (в частности, президент), в отличие от граждан, имеющих право делать все, что прямо не возбранено законом, вправе, напротив, делать лишь то, что прямо разрешено законом, а значит, президент не имеет права выступать в роли рефрижератора. Однако та же правовая логика применима и к Руцкому: согласно Конституции, он имеет право (и обязанность) лишь выполнять конкретные поручения президента и замещать его в случае невозможности выполнения тем президентских обязанностей. При отсутствии ельцинских поручений Руцкой имеет право лишь вести частную жизнь, всячески чураясь жизни публичной — чего он, однако, не делает. В результате в рамках данной логики возникает правовой парадокс: Ельцин не имеет права унять Руцкого за поступки, которые тот совершать тоже не имеет права.
В случае, когда писаный закон безмолвствует, возможны два варианта. Можно явно признать, что уважение к Конституции предписывает не препятствовать в нарушении Конституции ни Руцкому, интригующему против президента, ни Ельцину, который не пресекает интриг против главы государства и тем самым не исполняет своих собственных обязанностей главы столь бестолкового государства. Апология столь парадоксальной конструкции вряд ли была бы по плечу даже КС, и остается второй вариант, в более общем виде в связи к конституционным кризисом предложенный ельцинским легистом проф. Алексеевым: честно признать, что в данном случае закон безмолвствует, и — поскольку государство не может вообще отказаться от правового регулирования столь первостепенного вопроса — использовать для развязки коллизии нормы естественного права. Для чего необходимо нарушить принцип "президент вправе делать лишь то, что ему прямо предписано". Вообще говоря, иного выхода из ситуации история права вовсе не знает, ибо иначе получалось бы, что de facto Конституция признает за вторым лицом государства право на мятеж (напророчив всероссийскую забастовку с целью свержения антинародного режима, Руцкой направился к шахтерам в Воркуту на предмет практического осуществления своего пророчества), а при наличии такой оригинальной нормы не очень понятно, зачем такая Конституция вообще нужна. Наряду с естественным Ельцин, очевидно, использовал и доступные всем гражданам нормы обычного права — и хрестоматийное "Тебя посодют, а ты не воруй", и принцип, согласно которому подчиненный (вице-президент) должен соблюдать некоторый minimum minimorum лояльности к начальнику (президенту).
В итоге Руцкой, который на прошлой неделе был вынужден доказывать, что он отнюдь не лихоимец, а, напротив, народный борец, теперь вынужден будет объяснять, что он не замороженный, а вполне тепленький, — что, вероятно, означает полный конец вице как политической фигуры. Комбинация была бы идеальной, если бы не одно "но": в случае каких-либо неприятностей с президентом (все под Богом ходим) держава либо остается вообще без правильного наследника, либо действие заморозки прекращается и на престол вступает размороженный наследник — какой из вариантов хуже, даже и понять трудно.

[Екатерина Иванченко]

Газета "Коммерсантъ" №173 от 10.09.1993

Конференция блока "Выбор России"

Поздно вечером 8 сентября в Доме российской прессы состоялся семинар на тему "Правовые проблемы досрочных выборов", организованный предвыборным политическим блоком "Выбор России". Ведущий семинара, первый заместитель руководителя Федерального информационного центра Сергей Юшенков, заявил, что для скорейшего принятия новой Конституции и Закона "О выборах" нужно ликвидировать Съезд народных депутатов и наделить его полномочиями Конституционное совещание или Федеральное совещание России.

К проблеме принятия проекта Закона "О выборах" на сегодняшний день существует несколько подходов. Большинство депутатов и сторонники непримиримой оппозиции выступают против досрочных перевыборов парламента. Они считают, что в случае проведения досрочной ротации законодательного органа должны быть проведены и перевыборы структур исполнительной власти. Пока же руководство парламента уклоняется от обсуждения Закона "О выборах".
Сторонники президента, и особенно лидеры предвыборного политического блока "Выбор России" придерживаются того мнения, что для скорейшей стабилизации политической обстановки в стране в первую очередь необходимо переизбрать парламент, потому что в последнее время он не защищает интересы народа и стоит на пути реформ.
Так, участники семинара профессор института права РФ Леонид Мамут и его коллега Юрий Кикоть предложили разделить понятие законность и легитимность. По их мнению, нынешний депутатский корпус не обладает легитимностью, "то есть не нужен народу", хотя формально является законно избранным представительным органом власти. Поэтому выступившие на семинаре юристы предложили через референдум добиться скорейшего разгона парламента.
Однако Сергей Юшенков отметил, что еще не все в администрации президента понимают необходимость такого тактического шага, как лишение съезда законных полномочий и легализация Конституционного совещания. "Всем стало ясно, что съезд не проголосует за проект новой конституции, в то время как оппозиционные силы продолжают успешное наступление: им уже удалось вырвать из президентской команды верного сторонника Ельцина Владимира Шумейко", — констатировал Сергей Юшенков. Кроме того, он отметил, что усиление на российской политической арене фигуры Юрия Скокова может значительно укрепить позиции противников президента: "Мне представляется вполне возможным в недалеком будущем заключение договора между Общественным комитетом Скокова 'Согласие ради Отечества' и Фронта национального спасения, а это может представлять реальную угрозу ходу демократических реформ в России".

[Российская газета-90-х]

Осталось перекрыть кислород… 1993. — 10 сентября, пятница.

[Иван Родин]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 10 сентября, пятница. — № 172 (596). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/r...brya-1993-goda
«Фракции ВС отвечают президенту» — страница 1
Подзаголовок — «Настало время проводить всякие консультации»
«Вчера 10 парламентских фракций из 14 подписали ответ Борису Ельцину, обратившегося к Верховному Совету 20 августа с предложением провести политические консультации на предмет возможности досрочных выборов. Координаторы 10 фракций согласились с президентским предложением и выразили желание к переговорам, правда, не обозначив в своем письме их конкретный предмет. Он был скрыт под определением «ограниченный круг вопросов». Ставить свои подписи отказались фракции «Радикальные демократы», «Россия», «Смена — новая политика» и «Родина». Последние две подписали другой вариант ответа, в котором выражалось резкое нежелание о чем-либо консультироваться с президентом. <…>
Хотя предметы предложенных консультаций различны, интересен сам факт согласия на них обеих противостоящих сторон. Они в этом противостоянии, очевидно, зашли в тупик. У президента уже почти не осталось никаких более или менее конституционных методов ведения политической борьбы, а у законодательной власти, кроме оперативных ответов Ельцину, остался один — съезд с вопросом об импичменте, чего пока делать не хотят. Политические консультации на любую тему, если они, конечно, состоятся, позволят обеим сторонам несколько протянуть время, а там, возможно, кто-то из них первый придумает что-нибудь новое».

[Ольга Одинцова]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-10-sentyabrya-1993-goda

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 10 сентября, пятница. — № 172 (596). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-10-sentyabrya-1993-goda
«Путь к досрочным выборам — упразднение съезда» — страница 2
«В доме российской прессы состоялся первый семинар по теме «Правовая проблема проведения досрочных выборов». Его организатор и ведущий — первый заместитель директора Федерального информационного центра Сергей Юшенков отметил, что сейчас существует только один способ провести досрочные выборы — это признать съезд незаконным и принимать Конституцию либо на Конституционном собрании, либо на Федеральном собрании России.
Однако присутствовавшие там юристы не разделили его точку зрения, так как разошлись в главном: пробовать ли сейчас принять новую Конституцию или добиваться выборов. Так, член президентского совета Владимир Туманов считает, что съезд не в состоянии принять Конституцию, поэтому вопрос о выборах должен быть вынесен на всенародный референдум. А профессор права Лифшиц не видит возможности разрешения этой проблемы на референдуме. Он призвал президента самого сделать решительный шаги обратиться напрямую к народу с вопросом о выборах. <…>».

[Ника Старк]

Газета "Коммерсантъ" №174 от 11.09.1993

Власти о Конституции

В ответ на позавчерашнее распоряжение Бориса Ельцина, назначившего зампреда ВС Николая Рябова руководителем рабочей группы Конституционной комиссии, созданной для вынесения заключения о подготовленном Конституционным совещанием проекте Конституции, парламентарии приняли вчера решение создать делегацию со спикером ВС во главе для консультаций с президентом по выработке согласованного проекта Конституции. Налицо очередная и, по всей видимости, малоперспективная попытка воссоединить конституционный процесс, протекавший после июльского заседания Конституционного совещания параллельно и достаточно автономно в Кремле и в парламенте.

Учитывая сложившиеся в последние месяцы у противостоящих властей взаимоисключающие подходы к конституционной реформе, трудно предположить, что очередные "направленные навстречу друг другу" инициативы президента и парламента смогут как-то изменить ситуацию. Тем более что распоряжение Ельцина и постановление ВС при всех видимых благих намерениях существуют опять-таки автономно.
С одной стороны, в парламенте будет работать группа под руководством Николая Рябова, в которую по предложению опального, но пытающегося сохранить имидж объективности зампреда ВС, вероятно, войдут не только определенные президентом лояльные к исполнительной власти специалисты, но и представители парламентской оппозиции — Сергей Бабурин, Владимир Исаков, Иван Федосеев. Что уже делает практически невозможным выработку какого-либо согласованного подхода.
С другой — к президенту (если он, конечно, согласится ее принять) отправится делегация, состоящая в основном из приверженцев парламентского варианта Конституции, либо политиков, вполне удовлетворенных действующим (с включением в него определенных антипрезидентских поправок) Основным законом — таких, как председатель Комитета ВС по законодательной реформе Владимир Исаков, игнорировавший, кстати, заседание рябовской комиссии, и сам спикер.
Все это вряд ли принесет какие бы то ни было плоды. Впрочем, созданная президентом группа, первое заседание которой состоялось вчера, и не ставит перед собой целей доработать президентский проект или создать согласованный вариант. По словам Николая Рябова, на организационном заседании принято решение поработать над путями согласования политических вопросов: стоит ли предоставлять президенту возможность роспуска парламента, какими должны быть статус правительства и государственное устройство России, а также составить сравнительную таблицу двух проектов Конституции — парламентского и президентского. Очевидно, что все это можно было осуществить и без специального распоряжения президента.
Таким образом, если решение парламента носит чисто агитационный характер (трудно представить, что, вдруг встретившись, Ельцин и Хасбулатов придут к согласию), то распоряжение президента больше похоже на моральную поддержку Николая Рябова, причем довольно своевременную — на вчерашнем же заседании руководитель рабочей группы Конституционной комиссии был подвергнут обструкции за свою "примиренческую" позицию. Спикер, в очередной раз не сумев сдержать эмоций и прозрачно намекнув на возможную судьбу Рябова, заявил, что "зампред ВС начинает вести себя как вице-президент, выполняя поручения президента", после чего вынес от своего имени Рябову предупреждение, посоветовав ему "действовать с точки зрения Конституции".

[Максим Соколов]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №36 от 13.09.1993

Политический вектор

Зимой депутат-патриот Николай Павлов решительно заявлял: "Беловежских каинов надо было расстрелять на месте". Плоды ельцинских трудов последней недели оказались таковы, что Ельцина, даже с точки зрения самого энергичного патриота, расстреливать совсем не нужно, а нужно, напротив, наградить почетным званием беловежского Авеля: лидеры трех самых непокорных республик бывшего СССР, т. е. Украины, Молдавии и Азербайджана (Прибалтика, отрезанный ломоть, не в счет) проявили готовность идти с Россией на мировую, делать чрезвычайные уступки, интегрироваться в СНГ etc.
Уступчивость Украины, президент которой согласился отдать в аренду Севастополь и заплатить украинской частью флота по нефтяным долгам Киева, непосредственно связана с недавним обвалом украинской экономики, не выдержавшей мировых цен на энергоносители. Кротость Азербайджана связана с пониманием того, что без России развязать карабахский узел нелегко, а если его не развязать, то и "партократ" Алиев может слететь точно так же, как до него "демократ" Эльчибей и "партократ" Муталибов. Другую природу имеет готовность Казахстана, Армении, Узбекистана, Белоруссии и Таджикистана войти в рублевую зону на российских условиях, т. е. поступиться существенной частью своего суверенитета. Готовность эта — явный плод недавней российской денежной реформы.
Из канцелярии российского президента на полную мощность звучит: "Гром победы, раздавайся". Громовержец победы пресс-секретарь президента Вячеслав Костиков бодр как никогда и указывает: "Бокал 'Массандры' (Ельцин освежался ею с Кравчуком. — Ъ) обозначает определенный политический 'Рубикон', который перешла Россия вместе с Ельциным. Преодолен опасный 'горбачевский синдром', при котором происходит скоропалительный 'слив' позиций без выторговывания ответных уступок. На глазах меняется стилистика российской дипломатии. Обвинения в адрес МИД со стороны ультрапатриотов не более как политическая инерция. Когда речь идет об истинно российском патриотизме, а не о спекуляциях, то оппозиции нечему поучить команду президента".
Готовность покончить с "горбачевским синдромом" впечатляет, однако победные реляции из президентской канцелярии нуждаются в известном уточнении. "Скоропалительный 'слив' позиций", к которому и сводится сущность синдрома, имел как субъективные, так и объективные причины. В части субъективных причин, допустим, можно согласиться с Костиковым, что "эпохе политического деморомантизма в России пришел конец", и объяснить особенности деморомантической эпохи неопытностью, прекраснодушием и пр. молодой российской дипломатии. Однако если сделать мысленный эксперимент и предположить, что российскую политику в ближнем зарубежье сразу — с августа 1991 года — проводили бы жесткие и расчетливые прагматики (которые появились якобы только теперь), то итог деятельности прагматиков вряд ли сильно отличался бы от нынешнего. Ведь главной свойство внешней политики как раз в том, что она внешняя, т. е. является итогом действий не одного, а двух и более партнеров, и от контрагента — даже если Россия большая, а контрагент маленький — тоже кое-что зависит. Ну а в отчетный период (сентябрь 1991--сентябрь 1993) центробежная инерция, потенциал которой копился десятилетиями и даже столетиями, была по-прежнему высока, а средств давления на соседей у России было совсем негусто. Собственно, и сейчас Россия обладает не Бог весть каким потенциалом для проведения активной внешней политики, и суть дипломатии эпохи СНГ — "слабое взаимодействие между слабыми партнерами" — остается прежней.
В этом смысле вызывает некоторое сомнение живой оптимизм ельцинского пресс-секретаря — "стоит вырвать несколько националистических колючих сорняков, и пути для 'новой сделки', которая определит геополитические контуры и стратегические параметры нового сообщества, будут расчищены". С одной стороны, в свое время уже был вырван более чем колючий Гамсахурдиа, с появлением Шеварднадзе на "новую сделку" между Россией и Грузией возлагались изрядные надежды — результаты же известны. С другой стороны, беда лидеров СНГ не столько в том, что они колючие, сколько в том, что они слабые и потому не способные проводить в отношениях с Россией стабильную политику, предполагающую и последовательность, и предсказуемость, и определенную — по одежке протягивай ножки — уступчивость.
В таких условиях "новая сделка" сулит как минимум две опасности. Либо партнеры России (особенно это относится к участникам рублевой зоны) станут и далее проводить последовательную политику по принципу "а Васька слушает, да ест", так как сомнительно, чтобы воюющая Армения и балансирующий на грани социального взрыва Узбекистан могли честно проводить предписываемую Россией жесткую финансовую линию. Либо некрепко сидящие лидеры (разумеется, прежде всего президент Украины) сами жестоко поплатятся за излишнюю, с точки зрения оппозиции, уступчивость в отношениях с Россией, и "новая сделка" обогатит Россию парочкой соседей гамсахурдиевско-эльчибеевского стиля.
Поэтому о прокламированной "новой сделке" имеет смысл говорить скорее в контексте внутренней политики — живые речи про "горячую осень" и грядущие выборы предписывают играть по канонам американского предвыборного года, т. е. демонстрировать крайнюю внешнеполитическую бодрость. С точки зрения такого рода агитационных игр с Костиковым, утверждающим, что сегодня "нет никаких оснований отделять президента и правительство от разумной патриотической общественности", вполне можно согласиться.

[Александр Руцкой]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-18-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 18 сентября, суббота. — № 181 (797). — Вып.2.- 16 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-18-sentyabrya-1993-goda
» — страница 5
Подзаголовок — «Выступление вице-президента в Верховном Совете»
»<…> Главный смысл моего обращения сегодня состоит в том, чтобы прямо и открыто заявить вам, народные депутаты, гражданам России, мировому сообществу, что кремлевскими властями практически все подготовлено для введения так называемого «президентского правления», а по существу — режима диктатуры. <…>
Спланированы комплексные мероприятия, цель которых — разогнать Верховный Совет Российской Федерации, выключить Советы всех уровней из системы государственной власти, полностью разрушить конституционную систему народовластия. <…>
Для такого вывода примеров достаточно. Экономическая политика Президента строилась не по созидательному принципу, а по принципу разрушения. Промышленность России отброшена на уровень начала 70-х годов. Агропромышленный комплекс страны практически парализован. Фундаментальная наука и прикладные исследования оказались выброшенными из государственной политики. Образование, культура, здравоохранение, практически вся социальная сфера опущены в прорубь дикого рынка и имеют мало шансов на выживание. Разрушена система обороны государства, разрушается Военно-промышленный комплекс страны. Ценовым и налоговым беспределом в нищету и бедность втолкнуты 80 процентов населения страны. <…>
Президент и его политические поводыри разрушают фундамент российского Федерализма — главной основы российской государственности. Это происходит через навязывание новой Конституции, через активные попытки создать Совет Федерации, цель которого не в том, чтобы коллегиально решать проблемы Федерации, а практически в том, чтобы подменить законный конституционный орган — Верховный Совет страны. <…>
Безусловно, должен быть поставлен заслон на пути любых антиконституционных действий Президента и иных должностных лиц. Необходимо принять срочные и адекватные меры по приведению всех правовых решений в государстве в соответствие с законом и действующей Конституцией. <…>
Пора понять, если сейчас идет ползучий переворот, к которому пытаются приучить явочным порядком граждан России, то завтра могут быть отброшены все формальные конституционные и законные прикрытия. Завтра страну попытаются втянуть в режим чрезвычайщины и диктатуры. <…>
Как вице-президент России я должен решительно и недвусмысленно предупредить об ответственности перед законом и Конституцией тех лиц, которые решились бы выступить против закона, против Конституции, а следовательно, и против народа. <…>».

[Ника Старк]

Газета "Коммерсантъ" №179 от 18.09.1993

Совместное заседание палат ВС (Руцкой)

Выступая вчера на заседании парламента, Александр Руцкой заявил, что передал в московскую прокуратуру новые документы, опровергающие "фальшивые измышления" межведомственной комиссии по борьбе с коррупцией, и обратился в связи с этим с ходатайством о возбуждении уголовного дела против Юрия Калмыкова, Андрея Макарова, Алексея Ильюшенко и Александра Котенкова. Кроме того, Руцкой в очередной раз обвинил президента в стремлении к диктатуре.

В последнее время стремительно сокращается количество московских трибун, с которых может выступать вице-президент. За исключением периферии, где к Александру Руцкому относятся с сочувственным уважением, отстраненного вице-президента слушают, пожалуй, разве что только в российском парламенте.
О выступлении Руцкого было известно еще накануне, причем многие ожидали, что оно будет посвящено намерению Бориса Ельцина вернуть в правительство Егора Гайдара. Однако о Гайдаре в парламенте не было сказано ни слова — видимо, депутаты учли прежние ошибки и решили не поднимать шум до появления указа. А выступление Руцкого больше напоминало попытку напомнить о себе как о действующем политике.
Выступая в ВС, Александр Руцкой заявил, что в Кремле все подготовлено к введению президентского правления, а также разработан комплекс мер, включающий разгон Верховного Совета, выключение из активной деятельности местных Советов и вообще полное разрушение системы народовластия. Отстраненный вице-президент выступил против принятия новой Конституции и образования Совета федерации — как органа, "подменяющего ВС". Он призвал парламентариев "прекратить игры в компромиссы с президентом" и обратился к военнослужащим с призывом "не дать себя вовлечь в преступную авантюру".

[Сергей Чугаев]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-18-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 18 сентября, суббота. — № 178 (24033). — 16 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-18-sentyabrya-1993-goda

«Р. Хасбулатов призывает возродить Союз, A. Руцкой предупреждает о подготовке президентом государственного переворота, B. Соколов предлагает созвать внеочередной съезд» — страница 1, 2
«Заранее было известно, что главной темой сессионного заседания ВС России 17 сентября должна была стать экономическая ситуация. Однако включение в повестку дня выступления вице-президента А. Руцкого и совсем уж неожиданный выход на трибуну Р. Хасбулатова придали дискуссии определенный политический оттенок.
Взяв слово, глава парламента России, он же, как известно, председатель совета Межпарламентской ассамблеи СНГ, ознакомил коллег с подготовленным им меморандумом, который должен поступить в адрес парламентов СНГ. Главная мысль документа — предложение трансформировать СНГ в более тесное образование. <…>
Спикер российского парламента предлагает коллегам — спикерам парламентов СНГ поразмыслить над идеей возможности проведения прямых выборов в Межпарламентскую ассамблею с тем, чтобы преобразовать ее в некий аналог союзного парламента, а также над идеей создания надгосударственных координирующих органов, что весьма уже напоминает предложение воссоздать союзное правительство. <…>
Что же касается выступления А. Руцкого, то он заявил, что был и остается вице-президентом, и что у него в распоряжении находятся документы, доказывающие его абсолютную невиновность. <…>
Но главной идеей выступления стало заявление А. Руцкого о том, что «кремлевскими властями все подготовлено для введения президентского правления». <…>
Он также призвал всех граждан России соблюдать Конституцию. <…>
Вопреки ожиданиям, связанным с прозвучавшей накануне информацией о серьезных кадровых перестановках в правительстве, выступление на заседании сессии О. Лобова, представлявшего позицию Кабинета министров, не вышло за рамки проблем, обозначенных премьер-министром на встрече с депутатами 16 сентября. <…>
Совершенно иначе оценил экономическую ситуацию в стране выступивший оппонентом О. Лобова председатель Совета республики парламента В. Соколов. <…>
В. Соколов изложил перечень чрезвычайных мер, которые, по его мнению, необходимо срочно принять для спасения отечественной экономики. <…>
Очевидно, что принятие этих чрезвычайных мер означало бы резкую смену экономического курса. И именно с этой целью, скорее всего, В. Соколов высказался за созыв в конце октября внеочередного съезда для обсуждения экономических проблем. <…>».

[Вера Кузнецова]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 21 сентября, вторник. — № 179 (603). — 8 полос.

«Новый раунд политической борьбы в Москве: Никто никому не верит» —

[Сергей Чугаев]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-sentyabrya-1993-goda

«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 21 сентября, вторник. — № 179 (24034). — 16 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-sentyabrya-1993-goda

«Р. Хасбулатов использует «безграничные возможности» демократии» — страница 2
«В субботу российская общественность стала свидетелем достаточно драматического развития очередного этапа попыток президента найти легитимный выход из внутриполитического кризиса. Цепочка этих попыток, начатая апрельским референдумом, когда президент не побоялся поставить на карту свою политическую судьбу, логично, как думается, завершилась повторением хода, который однажды уже принес Ельцину успех и оказался в итоге единственно удачным. Президент объявил о согласии на собственные досрочные выборы. <…>
В ответ оппоненты по максимуму использовали «безграничные возможности демократии». На совещании представителей местных Советов первый вице-спикер Ю. Воронин продолжил развитие темы, затронутой накануне А. Руцким, и пугал аудиторию грядущим военным переворотом. <…>
В целом же решение Б. Ельцина о досрочных выборах, скорее всего, не произведет впечатления на большинство депутатского корпуса. Более вероятно, что корпус еще теснее сплотится вокруг Р. Хасбулатова и будет яростно сопротивляться покушениям на сроки своих полномочий. Перед оппонентами президента стоят две главные задачи, не решив которые они не могут пойти на досрочные выборы. Это — взятие под свой полный контроль правительства и государственного телерадиовещания. Для того чтобы иметь возможность перейти в структуры исполнительной власти и обеспечить себе пропагандистскую поддержку в предвыборной кампании. Таким образом, в ближайшее время с новой силой разгорится борьба вокруг правительства и телевидения, а мнение общества, политических партий и движений будет игнорироваться. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-sentyabrya-1993-goda

[Иван Родин]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 21 сентября, вторник. — № 179 (603). — 8 полос.

[Виталий Третьяков]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 21 сентября, вторник. — № 179 (603). — 8 полос.
«Ельцин — Хасбулатов: Схватка не на жизнь, а на смерть?»

[Вероника Куцылло]

Газета "Коммерсантъ" №180 от 21.09.1993

Минувший уик-энд был на редкость насыщен политическими событиями. В субботу Борис Ельцин на совещании глав российских регионов в Кремле, окрещенном позже пресс-службой президента первым заседанием Совета федерации, заявил о своем согласии на досрочные президентские перевыборы и произвел обещанные перестановки в правительстве. В тот же день участники другого совещания — руководителей местных Советов обратились к народу с призывом не допустить введения "режима диктатуры". Судя по тону этого обращения, руководители Советов ожидали от совещания в Кремле по меньшей мере немедленного захвата власти. Однако этого не произошло.

Субботнего "конституционирования" Совета федерации ждали многие — и все по-своему. По неофициальной информации, в президентских структурах даже разработали несколько возможных вариантов реакции на итоги заседания: если регионы безоговорочно поддерживают президента, то он с их поддержки начинает осеннюю атаку на парламент; если же на совещании начинается "раздрай", от Ельцин выступает с обращением к народу о необходимости спасать родину не только от ВС, но и от распада по вине нелояльных лидеров местных властей. И в том, и в другом случае было возможно введение ЧП. Однако результат оказался где-то посередине: участники совещания одобрили идею создания Совета федерации, но подписывать ничего не стали. Таким образом, с одной стороны, совет как бы учрежден, с другой — как бы и не создан. Причем половина членов совета утверждает первое, половина — второе. Видимо, точно ответить на этот вопрос можно будет только после второго заседания совета, намеченного на октябрь.
Скорее всего, президентский "шаг навстречу", поданный прессой и ТВ как сенсация, никак не повлияет на его взаимоотношения с парламентом. Очевидно, что для последнего не важно согласие Ельцина на переизбрание само по себе — тем более что оно отодвинуто на столь неопределенный срок от перевыборов парламента и его реальность поэтому почти призрачна. Позиция депутатов, вероятно, останется прежней — "если и перевыборы, то всех и вся одновременно", что на самом деле будет означать: никаких перевыборов вовсе, а президенту — импичмент.
Противоречивое толкование результатов кремлевского заседания с чувством облегчения было воспринято участниками другого субботнего мероприятия — совещания Советов всех уровней в Парламентском центре, на котором исполнительная власть и лично президент были подвергнуты еще более резкой, чем обычно, критике. Александр Руцкой, лишенный субботним указом Ельцина последних надежд на какие-либо поручения (теперь осуществление Руцким отдельных полномочий президента без специального указа является незаконным), призвал к восстановлению СССР. А Руслан Хасбулатов, выступая против безудержного пития в высших сферах, продемонстрировал хорошее владение языком русских жестов. Как предполагается, новые способности спикера, раскритикованные пресс-секретарем президента, и их соотнесенность с личностью Ельцина в ближайшее время будут рассмотрены Конституционным судом, глава которого сумел засвидетельствовать почтение обоим субботним мероприятиям.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

«Ь» Владимира Яковлева 21.09.1993

[Российская газета-90-х]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 21 сентября, вторник. — № 182 (798). — Вып.2.- 8 полос.

[Александр Линьков]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 21 сентября, вторник. — № 182 (798). — Вып.2.- 8 полос.

проверять третьяков

[Ельцин Б.Н., Первый Президент России]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 184 (800). — 8 полос.
«Указ Президента Российской Федерации «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации» — страница 1, 2
«В Российской Федерации сложилась политическая ситуация, угрожающая государственной и общественной безопасности страны.
Прямое противодействие осуществлению социально-экономических реформ, открытая и повседневно осуществляемая в Верховном Совете обструкция политики всенародно избранного Президента Российской Федерации, попытки непосредственного осуществления функций исполнительной власти вместо Совета Министров со всей очевидностью свидетельствуют о том, что большинство в Верховном Совете Российской Федерации и часть его руководства открыто пошли на прямое попрание воли российского народа, выраженной на референдуме 25 апреля 1993 года. Тем самым грубо нарушен Закон о референдуме, согласно которому решения, принятые всероссийским референдумом, обладают высшей юридической силой в каком-либо утверждении не нуждаются и обязательны для применения на всей территории Российской Федерации. <…>
1. Прервать осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций Съездом народных депутатов Российской Федерации и Верховным Советом Российской Федерации. До начала работы нового двухпалатного парламента Российской Федерации — Федерального Собрания Российской Федерации и принятия им на себя соответствующих полномочий руководствоваться указами Президента и постановлениями Правительства Российской Федерации.
Конституция Российской Федерации, законодательство Российской Федерации и субъектов Российской Федерации продолжают действовать в части, не противоречащей настоящему Указу. <…>
5. Назначить выборы в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации на 11—12 декабря 1993 года. <…>».

[Р.И. Хасбулатов]

«Выступление Руслана Хасбулатова на Всероссийском совещании народных депутатов всех уровней»
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 22 сентября, среда. — № 183 (799). — 8 полос.

[Виталий Колбасюк]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов. — 1993. — 22 сентября, среда. — № 180 (604). — 8 полос.
«Поворот как минимум, переворот как максимум» — страница 1
Подзаголовок — «Ельцин закончил артподготовку и перешел к решительным действиям»
«Вчера президент России Борис Ельцин выступил с обращением к народу, в котором он в частности сказал: «В последние месяцы Россия переживает глубокий кризис государственности. В бесплодную и бессмысленную борьбу на уничтожение втянуты буквально все государственные институты и политические деятели». <…>
Отметив, что в адрес президента поступают требования «остановить опасное развитие событий, прекратить издевательство над народовластием», Борис Ельцин напомнил, что он сам уже более года предпринимал попытки найти компромисс с депутатским корпусом, с Верховным Советом. «Однако, если о чем-то удавалось договориться, через короткое время следовал категорический отказ выполнять взятые на себя обязательства». <…>
Президент, облеченный властью, своим указом вносит изменения в Конституцию и устанавливает, что высшим законодательным органом становится Федеральное собрание, выборы которого должны пройти 11-12 декабря этого года. После этого должны пройти досрочные выборы президента. На основании указа, который вчера в восемь вечера подписал президент, прерывается осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций съездом народных депутатов РФ и ВС РФ. До начала работы нового двухпалатного парламента РФ — Федерального собрания РФ — и принятия им на себя соответствующих полномочий руководствоваться указами президента и постановлениями правительства РФ».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-sentyabrya-1993-goda

[Российская газета-90-х]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 22 сентября, среда. — № 183 (799). — 8 полос.

«<…> Президент России Борис Ельцин прекратил своим указом полномочия Съезда народных депутатов и нынешнего Верховного Совета. Выборы в новый орган законодательной власти — Федеральное собрание — назначены на 11-12 декабря. Об этом он заявил вчера в телевизионном Обращении к гражданам России. Он согласился также на досрочные президентские выборы через некоторое время после начала работы Федерального собрания. Кроме этих поправок в Конституцию, законы России продолжают действовать».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-sentyabrya-1993-goda

[Российская газета-90-х]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 22 сентября, среда. — № 183 (799). — 8 полос.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

https://www.kommersant.ru/doc/59975

Из заявления пресс-секретаря президента России

"Последние заявления, действия и жесты спикера ВС Хасбулатова выявляют последнюю стадию его политической и моральной деградации. Для миллионов россиян является очевидным, что Хасбулатов превыше всего ставит не интересы России, а свои личные политические и клановые интересы. Не имея ни легитимных предпосылок, ни моральных качеств быть лидером России, являясь в сущности антиподом русского национального характера и нравственности, он посредством лжи и закулисных маневров присваивает себе роль вершителя судеб страны. Его тактика — фальсификация воли народа, его цель — концентрация в своих руках всей полноты власти, его опора — отжившая система коммунистических Советов и экстремистские силы фашистского толка. Российский народ, переживший эпоху тоталитаризма и хорошо знающий цену самозванцам, достаточно выстрадал свою новую демократическую судьбу, чтобы поддаться лживым лозунгам и посулам пришельца. Судьба России должна и будет решаться самими россиянами и под руководством лидера, отражающего национальные интересы Отечества".

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №182 от 23.09.1993

О своем вступлении в должность президента России с 00.25 22 сентября. Объявил недействительным указ Бориса Ельцина от 22 сентября #1400 и обязал должностных лиц действовать, в частности, на основании постановлений съезда и ВС, а также указов и распоряжений исполняющего обязанности президента. О своем вступлении в должность верховного главнокомандующего вооруженными силами России. О незаконности указов и распоряжений Александра Руцкого, не подлежащих в связи с этим исполнению.
Освободил от должности Павла Грачева и назначил министром обороны Владислава Ачалова. Освободил от должности Николая Голушко и назначил на пост министра безопасности Виктора Баранникова. Освободил от должности Виктора Ерина и назначил министром внутренних дел Андрея Дунаева. Назначил Альберта Макашова замминистра обороны. Ликвидировал Главное управление охраны, а все его подразделения поручил принять под свое руководство Виктору Баранникову. Владиславу Ачалову поручено принять под командование Отдельный кремлевский полк. Восстановил Владимира Шумейко в должности первого вице-премьера, так как прокуратура не подтвердила выдвинутых против него обвинений в коррупции. Назначил Егора Гайдара министром экономики. Назначил Виктора Геращенко председателем Центробанка. Назначил Валентина Степанкова генеральным прокурором.
Освободил от должности Сергея Филатова и назначил на пост руководителя администрации исполняющего обязанности президента Валерия Краснова. Освободил Сергея Глазьева от должности министра внешнеэкономических связей по его просьбе. Назначил Олега Давыдова министром внешнеэкономических связей.
Освободил от должности Беллу Куркову и назначил Дмитрия Рождественского председателем Российской телерадиокомпании "Петербург — 5-й канал". Освободил Владимира Ломейко от должности постоянного представителя России в ЮНЕСКО. Назначил Михаила Федотова постоянным представителем в ЮНЕСКО. Освободил Ису Костоева от обязанностей представителя президента по Ингушетии. Поручил Сергею Лозовому, главе временной администрации в зоне осетино-ингушского конфликта, исполнять обязанност представителя президента в Ингушетии.

[Александра Луговская]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (24036). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Полтора часа в приемной Руцкого — накануне» — страница 3
«Последние полтора часа вновь судьбоносного для России 21 сентября, накануне назначенной на 24 часа экстренной и чрезвычайной сессии Верховного Совета, я провела в приемной Александра Руцкого и российском Белом доме. <…>
В приемной и коридоре «новой власти» довольно многолюдно, но пока что это в большей части сотрудники аппарата, несущие, как и во всем Доме Советов, ночное дежурство, да вооруженная автоматами охрана. Атмосфера деловая и пока демократичная. Правительственная связь отключена, но городские телефоны, якобы «более удобные для прослушивания», трещат непрерывно. Секретарь, накручивая диск, сетует: Минобороны точно вымер. Нет на месте в далеком Кемерове и А. Тулеева, председателя облсовета. Ковровую дорожку в коридоре давно меряет шагами неторопливый адмирал без фуражки. Звучит чье-то распоряжение раздать оружие, но кому — непонятно. То ли тем, кто снаружи строит баррикады, хотя угрозы никакой, то ли тем, кто прибывает самолетами из провинции, предупреждая о прибытии звонками. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Леонид Никитинский]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (24036). — 8 полос.
«У нас все еще остается выбор между двумя демократиями» — страница 3
«Пока что все, до чего додумались в Верховном Совете и Конституционном суде, это обвинить президента в совершении конституционного переворота. Но этот путь он и сам уже прошел, вполне однозначно заявив в своем вчерашнем телеобращении, что действующая (теперь, вероятно, корректнее было бы сказать, действовавшая) Конституция не содержит в себе механизма принятия новой Конституции, а поскольку она совершенно необходима для дальнейшего хода российской истории, то в условиях, когда реакционный Верховный Совет цепляется за старую, социалистического образца Конституцию (что хорошо иллюстрируется поправками к ней, предложенными со стороны конституционного комитета В. Исакова), он, президент, через эту Конституцию совершенно сознательно переступает. Разумеется, это переворот, ни в каких других терминах предпринятый Ельциным шаг обозначить нельзя. Но он и сам его рассматривает именно так, не приукрашиваясь демагогией. <…>
У нас пока нет повода предъявить Борису Ельцину подобные обвинения. Возможно, что скоро он появится, потому что есть объективная логика событий, а президент затеял, хотя от безысходности, очень опасную игру и не при самых лучших картах. Но, может быть, и не при самых плохих. Полагаю, что выборы в Государственную думу, назначенные им на 11—12 декабря, будет более чем трудно провести, не прибегая к принуждению в условиях неповиновения, которое возможно со стороны Советов на местах. И, может быть, лучше подождать выбирать неизвестно каких депутатов, чем выбирать их в такой критической обстановке. Мне кажется, более реальным сегодня говорить не о выборах, а о единственном стоящем перед каждым из нас выборе между двумя системами авторитаризма: в исполнении ельцинской команды или хасбулатовской команды, в которой главную роль, несомненно, в создавшихся условиях будет играть уже не Хасбулатов, а та или иная фигура типа Анпилова или Стерлигова. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Иван Родин]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.
«Власть поставила Россию на грань катастрофы» — страница 1
Подзаголовок — «Борис Ельцин фактически ввел президентское правление. Парламент и вице-президент пытаются создать альтернативную систему власти. Малейшая провокация или еще один безответственный шаг любой из сторон могут привести к гражданской войне»
«Анализируя указ президента № 1400 от 21 сентября, послуживший причиной отрешения Ельцина от должности, следует признать его одним из лучших — по остроумной аргументации — документов, выходивших когда-либо из его канцелярии. Например, уже на второй странице указа, после дежурных ссылок на итоги референдума и жалоб на законодательный гнет Верховного Совета, написано, почему объявление новых выборов не противоречит воле народа, высказанной 25 апреля: это не досрочные выборы на прежний съезд, а новые — в новый парламент. Таким образом, форма для президента важнее, чем содержание. <…>
Запрещая деятельность одного парламента, Борис Ельцин предлагает вместо него временный, состоящий из Совета Федерации (верхней палаты), который соберет сам себя, и Государственной думы, которую следует избирать согласно положению о ее выборах. Однако данное положение, введенное в действие настоящим указом, также, как и другое — «О федеральных органах власти на переходный период», пока не видел никто, кроме тех, кто их написал, и их близких знакомых. Своему временному парламенту президент оставляет совсем мало времени для существования: выборы 11—12 декабря, а уже 13-го должна быть готова новая Конституция, которую Федеральному собранию предстоит быстро принять. Таким образом, или в новый парламент на столь краткое время никто не пойдет, или новая Конституция будет приниматься достаточно долго. <…>
После того как Борис Ельцин зачитал свое обращение к гражданам России, стало ясно, что президент «подставился» под статью 121–6 Конституции, которую Верховному Совету до сих пор никак не удавалось применить. Напомним, что эта статья гласит: «Полномочия президента не могут быть использованы для изменения национально-государственного устройства РФ, роспуска или приостановления деятельности любых законно избранных органов государственной власти, в противном случае они прекращаются немедленно».
Еще до начала пресс-конференции председателей Верховного Совета и Конституционного суда Юрий Воронин заявил, что Борис Ельцин уже не президент. Руслан Хасбулатов также сослался на статью 121–6, сообщил о государственном перевороте, устроенном бывшим президентом Ельциным, а также рассказал о принятых только что состоявшимся Президиумом ВС обращениях к гражданам, трудовым коллективам и военнослужащим и постановлении, отрешающем президента от должности. <…>
[Александр Руцкой]: — Это свержение законных органов власти. В указе президента наконец-то четко и ясно обозначена его позиция. Если он в марте угрожал, то сейчас он не угрожает. Указ подписан. Цитирую постановительную часть: «Прервать осуществление законодательной, распорядительной и контрольных функций съезда народных депутатов». О чем это говорит?! Отстранен от власти высший законодательный орган. Но непонятно, каким образом создается Федеральное собрание Российской Федерации, на основании какого закона. То есть это полное нарушение закона. Государственный переворот. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Вера Кузнецова]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №182 от 23.09.1993

Указы Александра Руцкого Указы Бориса Ельцина

О своем вступлении в должность президента России с 00.25 22 сентября. Объявил недействительным указ Бориса Ельцина от 22 сентября #1400 и обязал должностных лиц действовать, в частности, на основании постановлений съезда и ВС, а также указов и распоряжений исполняющего обязанности президента. О своем вступлении в должность верховного главнокомандующего вооруженными силами России. О незаконности указов и распоряжений Александра Руцкого, не подлежащих в связи с этим исполнению.
Освободил от должности Павла Грачева и назначил министром обороны Владислава Ачалова. Освободил от должности Николая Голушко и назначил на пост министра безопасности Виктора Баранникова. Освободил от должности Виктора Ерина и назначил министром внутренних дел Андрея Дунаева. Назначил Альберта Макашова замминистра обороны. Ликвидировал Главное управление охраны, а все его подразделения поручил принять под свое руководство Виктору Баранникову. Владиславу Ачалову поручено принять под командование Отдельный кремлевский полк. Восстановил Владимира Шумейко в должности первого вице-премьера, так как прокуратура не подтвердила выдвинутых против него обвинений в коррупции. Назначил Егора Гайдара министром экономики. Назначил Виктора Геращенко председателем Центробанка. Назначил Валентина Степанкова генеральным прокурором.
Освободил от должности Сергея Филатова и назначил на пост руководителя администрации исполняющего обязанности президента Валерия Краснова. Освободил Сергея Глазьева от должности министра внешнеэкономических связей по его просьбе. Назначил Олега Давыдова министром внешнеэкономических связей.
Освободил от должности Беллу Куркову и назначил Дмитрия Рождественского председателем Российской телерадиокомпании "Петербург — 5-й канал". Освободил Владимира Ломейко от должности постоянного представителя России в ЮНЕСКО. Назначил Михаила Федотова постоянным представителем в ЮНЕСКО. Освободил Ису Костоева от обязанностей представителя президента по Ингушетии. Поручил Сергею Лозовому, главе временной администрации в зоне осетино-ингушского конфликта, исполнять обязанност представителя президента в Ингушетии.

[«Ъ» Владимира Яковлева]

Газета "Коммерсантъ" №182 от 23.09.1993
Решение КС (вынос)

Из заключения Конституционного суда России, принятого на ночном заседании всех членов суда 9 голосами против 4
Указ президента России "О поэтапной конституционной реформе в РФ" и его обращение к гражданам России от 21 сентября 1993 г. не соответствуют ч. 2 ст. 1, ч. 2 ст. 2, ст. 3, ч. 2 ст. 4, ч. 1 и 3 ст. 104, ч. 3 п. 2 ст. 121-5, ст. 121-6, ч. 2 ст. 121-8, ст. 165-1 и ст. 177 Конституции России и служат основанием для отстранения президента России Бориса Ельцина от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности в порядке ст. 121-10 или ст. 121-6 Конституции России

[Валера, ептыть, ты же верующий]

Газета "Коммерсантъ" №182 от 23.09.1993

"Я вижу следующий легитимный выход из положения:
1. Съезд депутатов принимает решение об одновременных досрочных выборах парламента и президента, для чего принимаются закон о выборах и закон об органах власти на переходный период (до принятия новой Конституции). После этого съезд прекращает свою деятельность.
2. Съезд народных депутатов поручает ныне действующему кабинету министров выполнять свои обязанности, работая при этом в режиме широкой гласности, при сохранении контрольной функции ВС на переходный период. Президент сохраняет за собой установленные Конституцией полномочия в отношении правительства.
3. После принятия предлагаемых решений ВС приостанавливает свою законотворческую деятельность и остается гарантом соблюдения законности при проведении выборов.
4. Конституционный суд признается в качестве гаранта достигнутых соглашений, прекращая на данном этапе функции посредника в политическом противостоянии, и продолжает работать в обычном режиме, сосредоточив свое внимание на защите конституционных прав граждан".

[Валерий Яков]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (24036). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

«Ночь в Белом доме» — страница 1, 2
«Практически сразу после того, как по телевидению прозвучало Обращение президента, здание парламента на Красной Пресне и его обитатели начали вести свою, окончательно оторванную от действительности жизнь. Впечатления об этой жизни — в репортаже нашего корреспондента, добровольно отбывшего ночь в стенах Белого дома. <…>
Вокруг самого здания парламента вытянулась жидкая цепочка разновозрастных мужчин из отрядов Фронта национального спасения. Несколько изрядно разгоряченных парней пытаются сооружать баррикаду из досок и турникетов — видимо, против каких-нибудь рокеров. То там, то тут развеваются красные знамена, трепещут на ветру лозунги «Вся власть Советам», «Да здравствует КПСС», «Диктатора под суд» и пр., явно перекочевавшие сюда от здания Верховного суда, где те же люди приветствуют ими по утрам гэкачепистов. Знаменосцев, боевиков и просто любопытных пока не больше тысячи. Милиционеры стоят только у входов, в их руках ни оружия, ни дубинок, ни щитов. <…>
00 часов 04 минуты. Руслан Имранович открывает внеочередную сессию словами: «Александр Владимирович, прошу на ваше место». В зале полно свободных мест, но Руцкой садится в кресло президента.
Некоторые нардепы заявляют, что забыли дома мандаты, но общими усилиями — с привычным нажатием кнопочек за отсутствующих — кворум избирается.
Спикер печальным тоном информирует собравшихся о том, что в стране произошел переворот, призывает к спокойствию, ибо, кроме нардепов, спасать Россию некому. Коротко сообщает о проделанном: территориям дано указание провести сессии, установить контроль над прессой, радио и телевидением, в Москву вызваны на внеочередной съезд все депутаты. Организована оборона Белого дома, ее возглавил генерал Ачалов, видимо, как человек опытный, прошедший школу ГКЧП. <…>
Наконец, собравшимся официально представлен новый президент России, взамен тут же отреченного прежнего. Итак — Александр Владимирович! Бурные и продолжительные аплодисменты. Сразу после этого Бабурин советует «президенту» срочно назначить своих уполномоченных во все министерства. Хасбулатов поддерживает, Руцкой кивает и записывает. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Иван Родин]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Олег Полукеев]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Виталий Третьяков]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Их всех нужно остановить» — страница 1
Подзаголовок — «Это должны сделать те, кто способен это сделать. Такие люди есть»
«Случилось худшее — еще не наихудшее, по первое создает все предпосылки для второго. А итог второго — полная анархия, гражданская война, диктатура. Все это понятия одного ряда. К ним страну подвели все скопом наши неумелые, но этого неумения не ощущающие правители. Совершенно очевидно, что указ президента «О поэтапной конституционной реформе» нарушает Конституцию. Не менее очевидно, что роспуск ныне действующего парламента, переподчинение правительству и президенту структур, до того находящихся в подчинении Верховного Совета, назначение выборов в новый парламент, структура и права которого нигде юридически не закреплены, являются государственным переворотом. Фактически — это попытка введения на срок по крайней мере до середины декабря с.г. президентского правления. <…>
Из двоевластия, то есть фактической анархии, выхода может быть четыре. Первый — самый страшный — гражданская война. Второй — более или менее быстрая победа одного из лагерей, а это в любом случае — раскол страны, то есть конфликт вновь загоняется внутрь. Третий выход характеризуется русским выражением «само собой рассосется», но так «рассасывается» уже больше года — и все не до конца. Наконец, есть последний выход — лучший: серьезный компромисс теперь уже явно конфликтующих и готовых взяться за оружие сторон. О компромиссе чуть ниже, ибо нужно все-таки ответить на вопрос, а в чем главные опасности ближайших дней и недель. Их три.
Во-первых, превращение провозглашенного двоевластия в реальное. Понятно, что, несмотря на внешнее пока равнодушие провинции, заявления в верности президенту Ельцину со стороны силовых министерств и многих других организаций, рано или поздно кто-то может примкнуть к Хасбулатову и Руцкому. Начавшись, этот процесс может довольно быстро нарастить мускулы оппозиции до, по крайней мере, реального соперничества с конкурентами. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Независимая газета Виталия Третьякова]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.
«КС предлагает легитимный выход» — страница 1
«<…> 1. Съезд народных депутатов РФ принимает решение об одновременных досрочных выборах парламента и президента, для чего принимает закон о выборах и закон об органах власти на переходный период до принятия новой Конституции. После этого съезд прекращает свою деятельность.
2. Съезд народных депутатов РФ поручает ныне действующему Кабинету министров выполнять свои обязанности, работая при этом в режиме широкой гласности, при сохранении контрольной функции ВС РФ на переходный период. Президент сохраняет за собой установленные Конституцией полномочия в отношении правительства. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Р.И. Хасбулатов]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 184 (800). — 8 полос.

«В час испытаний встаньте на защиту демократии» — страница 1, 2
Подзаголовок — «Выступление Председателя Верховного Совета Российской Федерации Руслана Хасбулатова»
«Коротко говоря, речь идет о том, что эти многочисленные угрозы по свержению конституционного строя осуществлены в данном указе. Прекращена и ликвидирована в соответствии с президентским указом деятельность Съезда народных депутатов как высшего органа власти в Российском государстве. Хочу напомнить: это тот самый Съезд, который принял закон, в соответствии с которым мы у нас в Российской Федерации и избрали Президента Российской Федерации. Прекращена деятельность Верховного Совета, и вся власть переходит о соответствии с указом в руки Президента. Это — государственный переворот. Переворот, попытки которого, как я уже говорил, были уже осуществлены неоднократно, и в частности 20 марта. <…>
Я хотел бы в этой связи призвать вас, уважаемые сограждане, чтобы вы поддержали представительную власть, своих законодателей. В сложных условиях мы отстаивали интересы народа — и в пенсионном обеспечении, и в промышленной политике. Мы хотели, чтобы у нас не было безработицы, чтобы предприятия не простаивали, чтобы наконец правоохранительные органы начали борьбу с преступностью и коррупцией. <…>
Что касается Верховного Совета, то мы организуем оборону. Нами уже получены сведения о том, что в Москву сейчас движутся вооруженные отряды, очевидно, какие-то части, скорее всего специальные подразделения войск МВД, с тем, чтобы вот здесь, возможно, интернировать и руководство Верховного Совета, и Конституционного суда, и Генеральной прокуратуры, и оппозиционной партии, профсоюзных лидеров. В общем, всех тех, кто так или иначе критиковал президентскую политику.
Мы призываем всех наших сограждан подняться на защиту демократии, ибо вы теперь в опасности. Вы знаете, какой ценой, очень сложной, досталась нам демократия, какой ценой досталась нам пусть небольшая, но свобода, и поэтому надо защитить свои представительные органы, которые отражают ваши интересы. Вы нас избирали для того, чтобы мы защищали ваши интересы. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Российская газета-90-х]

«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 184 (800). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

«Заседание Верховного Совета» — страница 1
«Вечером 22 сентября в Доме Советов под председательством Р. И. Хасбулатова продолжилось чрезвычайное совместное заседание Совета Республики и Совета Национальностей Верховного Совета России.
По поручению Совета фракций и согласованию с исполняющим обязанности Президента России народный депутат С. П. Горячева представила проект постановления об обеспечении охраны государственной власти, функционирования систем связи и поддержания правопорядка. Народные депутаты одобрили текст постановления, которым предусмотрено возложить непосредственное руководство привлекаемыми силами и средствами на министра обороны В. А. Ачалова. <…>
Народный депутат А. А. Головин представил предварительную информацию о ходе обсуждения на сессиях народных депутатов субъектов Федерации указа бывшего Президента России Б. Н. Ельцина и решений, принятых Верховным Советом и Конституционным судом России. 33 краевых, областных Совета и Верховные Советы Бурятии, Башкортостана, Карелии, Тувы и Хакасии поддержали действующую Конституцию и действия Верховного Совета России. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Российская газета-90-х]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 184 (800). — 8 полос.

«Практически сутки Верховный Совет работает в экстремальном режиме. Еще до вечернего выступления Президента России, заявившего о своих неконституционных шагах, собрался Президиум Верховного Совета. На нем шел разговор о возможной попытке государственного переворота. Дальнейшее развитие событий подтвердило прогноз большинства выступивших. <…>
Заседания парламента с перерывами проходили всю ночь. Были утверждены указы исполняющего обязанности Президента А. Руцкого о смене руководства силовых министерств.
После заседания Конституционного Суда перед законодателями выступил его председатель В. Зорькин, ознакомивший депутатов с принятым решением. В нем более чем убедительно говорится о неконституционности шагов Президента. <…>
Утром 22 сентября на своем заседании Верховный Совет принял Закон о дополнениях в УК РСФСР предусматривающий уголовную ответственность за действия по насильственному изменению конституционного строя и воспрепятствие деятельности представительной, исполнительной, судебной властей. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Валера, ептыть, ты же верующий]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 184 (800). — 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

«Конституционный кризис и возможные меры по его преодолению» — страница 1
Подзаголовок — «Заявление председателя Конституционного Суда Российской Федерации»
«<…> Высшее руководство страны вплотную подошло к черте, за которой — утрата контроля за развитием событий, паралич власти, хаос и анархия на территории огромной страны, по-прежнему ядерной сверхдержавы. Такое положение не продлится долго и неминуемо приведет к диктатуре с той или иной стороны со всеми ее атрибутами. <…>
В этих условиях я как председатель Конституционного Суда вижу следующий легитимный выход из положения и обращаюсь к гражданам России, Президенту и народным депутатам, руководителям республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области и автономных округов за поддержкой.
1. Съезд народных депутатов Российской Федерации принимает решение об одновременных досрочных выборах как парламента, так и Президента, для чего принимаются Закон о выборах и Закон об органах власти на переходный период (до принятия новой Конституции). После этого Съезд прекращает свою деятельность. <…>
<…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Президиум Верховного Совета РФ]

«Постановление Президиума Верховного Совета Российской Федерации «О немедленном прекращении полномочий Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина» — страница 2
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Григорий Явлинский]

www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 181 (605). — 8 полос.
«На лучший ход событий я не надеюсь, надо готовиться к худшему» / Григорий Явлинский — страница 2
«Хотя сегодняшнее обострение политического кризиса имеет под собой объективные экономические и политические основания, решающую роль играет поведение и исполнительной, и законодательной власти на федеральном уровне. Все виноваты. Ни президент, ни парламент не имеют права снимать с себя ответственность за происходящее. Они ответственны в равной мере.
Ответственны за то, что предпочли действовать на основе как бы принципов, а не оценки последствий совершаемых действий; ответственны за пустые компромиссы, скомпрометировавшие саму идею общественного согласия; ответственны за политиканское заигрывание с региональными элитами, за отсутствие представления о будущем страны и понимания того, что надо делать. <…>
Что же делать сегодня? Готовиться к худшему, к тому, что следующий политический кризис в верхах — вопрос нескольких месяцев. Нельзя сейчас сидеть сложа руки, необходимо использовать время для того, чтобы сплотить на основе федералистской программы все центристские и федералистски ориентированные силы в Москве и регионах России, двигаться в направлении создания всероссийского блока партий и движений федералистской направленности:
— объединение предпринимателей России в поддержку этого движения;
— подготовка к еще одним досрочным выборам властей, президента и парламента, вопрос о которых, боюсь, встанет к концу 1995 года, пропаганда ценностей федеративного государства.
Как же относиться людям к существующей власти? Ни в коем случае не принимать участия в противостоянии. Отстраниться от двух президентов, двух правительств. Не поддерживать ни одну, ни другую сторону ни в каких формах конфронтации. Не надо сражаться друг с другом. Вы никого этими действиями не защищаете. Все, что вы пытаетесь защитить в данном случае, пустое! За этими политическими фигурами почти ничего нет. За ними такая же пустота, как и в них. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[ВС РФ]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda
«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 23 сентября, четверг. — № 184 (800). — 8 полос.

«Постановление Верховного Совета Российской Федерации «Об Указе Президента Российской Федерации № 1400 от 21 сентября 1993 года «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации» — страница 2
«1. Оценить действия Президента Российской Федерации Ельцина Б.Н. как государственный переворот.
2. Направить Указ Президента Российской Федерации № 1400 от 21 сентября 1993 года «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации» в Конституционный Суд Российской Федерации».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-23-sentyabrya-1993-goda

[Эдуард Гонзальез]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 24 сентября, пятница. — № 182 (24037). — 8 полос.
«Последнее слово будет за нами» — страница 1
Подзаголовок — «Мы скажем его 11-12 декабря»
«Судьи определили, что президент нарушил Конституцию. А он ведь этого не скрывал. В указе прямо говорится, что дальнейшее «формальное следование противоречивым нормам» невозможно.
Вряд ли кто-нибудь порадуется тому, что глава государства вынужден сделать такой шаг. Потому что он означает, что мы дошли до ручки. По той же причине, видимо, не стоит и огорчаться. Не станете же вы возмущаться и гневаться на человека, который толкнул вас, выскочив из горящего дома. <…>
Кому-то станет хуже — Хасбулатову, Руцкому, Аксючицу, Челнокову… Еще примерно полутора сотням человек. Жалко, конечно. Но им так долго было хорошо, они так долго держали в напряжении не только Россию — мир, кроили и перекраивали ту самую Конституцию, которую нарушил президент, сами нарушали ее сотни раз, делили квартиры, машины, загранкомандировки, просто деньги… В общем, они уже кайф поймали — пора расплачиваться. <…>
А мы помним, что трагедия Северного Кавказа с тысячами погибших берет начало в Верховном Совете. Если пошарить за «подкладкой», то обнаружится, что депутаты имеют какое-то отношение ко всем точкам, где лилась и льется кровь.
В последнее время вообще казалось, что Верховный Совет осуществляет какую-то тайную, разрушительную программу. То собирается с настойчивостью маньяка лишить нас всех ваучеров, то утверждает умопомрачительный бюджет, то с помощью подведомственного Центробанка проводит необъяснимую денежную реформу, то ссорит Россию с ближайшими и дальними соседями. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda

[Вера Кузнецова]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 24 сентября, пятница. — № 182 (606). — 8 полос.
«Защита Конституции в неконституционном пространстве» — страница 1
Подзаголовок — «Когда нет государства, нет и государственного переворота»
«Президент нанес удар и спешно развивает наступление. Парламент хаотично отступает, обороняясь на ходу. Конституционный суд остается верен букве Основного Закона.
Ельцин нарушил действующую Конституцию. Хасбулатов и Руцкой защищают ее и себя, как умеют — легитимно или нет, — это уже дело шестнадцатое. Зорькин констатирует то, что и без него ясно. <…>
Что такое нынешняя российская Конституция — это каждый понимает по-своему и также по-своему делает с ней все, что хочет. А если так, то это и не Конституция как правовой абсолют, а, наоборот, инструмент прикладной политики. Следовательно, президент нарушил не Конституцию, а некий баланс сил, сложившийся вследствие возни вокруг свода параграфов, именуемого у нас Конституцией.
И никакого переворота тоже не было, потому что нечего переворачивать. Назвать случившееся государственным переворотом нельзя, потому что государства, то есть жестко структурированного аппарата управления и контроля, в России нет, — не по «конституции», а по жизни. Как нет и фиксированной системы собственно власти — поэтому и дворцовым переворотом случившееся не назовешь. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda

[Анна Остапчук, Евгений Красников]

www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 24 сентября, пятница. — № 182 (606). — 8 полос.
«Для оппозиции безрассудство простительно, для власти — нет» — страница 2
Подзаголовок — «Необходимо избежать худшего сценария развития событий»
«<…> Президент и его сторонники предлагают российским партиям и движениям готовиться к новым выборам, заявляя, что это надежный способ проверить, за кем пойдут избиратели. Действительно, если состоятся выборы 11—12 декабря, радикал-демократы имеют все шансы быть уверенными в собственном успехе. Центристские и оппозиционные партийные лидеры уже дали понять, что в выборах по нынешнему президентскому сценарию (т. е. только в парламент) они участия не примут по причине их нелегитимности. Действительно, положение о Федеральном собрании и закон о выборах окончательно оформились в кабинетах администрации президента. Эти бумаги не получили одобрения ни парламента, ни даже Конституционного совещания. А электронные средства коммуникации, контроль над которыми с президентской стороны начиная с 21 сентября, кажется, еще более усилился, используют свои мощности на полную силу, чтобы объяснить рядовому избирателю, кого из бюллетеня следует вычеркнуть, а кого — оставить. <…>
Таким образом, радикальная оппозиция имеет все резоны действовать смело и даже нагло, ведь «президент начал первым». Действительно, ни скверные законы, принимаемые Верховным Советом, ни отсутствие профессионализма у народных избранников, ни даже беспардонная грубость Руслана Хасбулатова не могут ни малейшим образом оправдать решение Бориса Ельцина попрать Основной Закон России. Как заметил в беседе с корреспондентом «НГ» член Конституционного суда Виктор Лучин, «речь идет не об одном нарушении, но о целом комплексе грубейших нарушений: изменение Конституции президентом, на что он не имеет ни малейших полномочий, юридическое решение о роспуске съезда и ВС, изменение статуса Генеральной прокуратуры и Генерального прокурора». Однако, в свою очередь, и нынешнее беззаконие, совершенное президентом, не может служить ни малейшим оправданием для оппозиции, если она сочтет для себя выгодным поставить на кровь и ввергнет общество в гражданскую войну. <…>».

[«Ъ» Владимира Яковлева]

https://www.kommersant.ru/doc/60392
Газета «Коммерсантъ»
24.09.1993, 00:00

Ситуация в Москве-2

Верховный Совет вооружил 7000 резервистов

Политическая ситуация в стране по-прежнему остается нестабильной. Двоевластие привело к появлению не только двух президентов, но и двух министров обороны, безопасности и внутренних дел. Вчера назначенный Борисом Ельциным в прошлом году министр внутренних дел Виктор Ерин провел в Доме российской прессы экстренную пресс-конференцию, посвященную последним политическим событиям в стране. Министр заверил журналистов, что ситуация в Москве и регионах полностью контролируется силовыми министерствами, подчиняющимся законно избранному президенту. Для координации действий в них созданы специальные штабы.
У Белого дома, как могло показаться стороннему наблюдателю, накал страстей пошел вчера на спад: количество митингующих колебалось от 3 тыс. до 5 тыс. человек. Однако наблюдения корреспондентов Ъ, проведших ночь у здания ВС, и сведения от информаторов в среде сторонников парламента, свидетельствуют, что для защиты парламента создана вполне боеспособная вооруженная группировка.

МВД ввело в Москву подразделения дивизии Дзержинского
Виктор Ерин сообщил, что оперативная обстановка в Москве в целом остается нормальной. Несмотря на это по его приказу в Москву введены части особого назначения дивизии внутренних войск им. Дзержинского, которые он назвал личным резервом. По сведениям Ъ, московская милиция при поддержке дивизии Дзержинского охраняет здания МВД и ЦБ России, мосты — Крымский, Большой каменный и пр. Согласно информации из достоверных источников, в Москве сконцентрирован резерв дивизии Дзержинского.
В целом, отметил Виктор Ерин, органы внутренних дел пока успешно контролируют ситуацию в стране. Единственным неспокойным местом в Москве остается Белый дом. Причина этого в том, что по данным МВД России, в свое время Верховный Совет предпринял ряд мер по закупке оружия и создания Департамента охраны, не подчиняющегося МВД, численность которого на сегодняшний день составляет полторы тысячи человек. Продолжается выдача оружия гражданским лицам, стоящим в пикетах у Белого дома. В связи с этим на подступах к зданию парламента размещены силы МВД, которые не позволят разойтись выданному оружию по Москве. По словам Ерина, после того, как все успокоится, лица, незаконно хранящие оружие, понесут уголовную ответственность. Руководители министерств обороны, безопасности и внутренних дел координируют усилия по поддержанию порядка. Для этого в министерствах созданы специальные штабы.
Виктор Ерин сообщил, что назначенный Александром Руцким на должность министра внутренних дел России Андрей Дунаев неоднократно обращался за поддержкой в некоторые подразделения МВД. Но, по словам Ерина, все они отказались выполнять приказы Дунаева. Министр также отметил, что милиция и внутренние войска в регионах, не признавших президентскую власть, по-прежнему контролируются МВД России.

Парламент вооружил своих сторонников
Несмотря на то что г-н Хасбулатов вчера утром опроверг сообщения о выдаче ВС оружия своим защитникам, можно все же считать эти сведения достоверными. По сведениям информатора Ъ из числа "резервистов", еще в ночь с 21 на 22 сентября из бункера, расположенного во флигеле у Белого дома со стороны Рочдельской улицы, в здание ВС было перенесено большое количество стрелкового оружия и боеприпасов, в том числе гранатометы и пулеметы. Военные эксперты Ъ отметили, что вооруженные люди у здания ВС имеют при себе абсолютно новые автоматы, что косвенно подрывает доверие к заявлениям Департамента охраны ВС о том, что на площади находятся сотрудники охраны с табельным оружием, часть которых якобы несет службу на улице в штатском (см. вчерашний номер Ъ). Да и внешний вид небритых автоматчиков в потертых джинсовках вызывает сомнение в их принадлежности Департаменту охраны.
Защитники парламента организованы по принципу "резервистов". Непосредственно на площади находится несколько сотен человек, несущих "караульную службу". В случае обострения ситуации они по известным телефонам должны в течение нескольких минут объявить сбор основных сил. Разработан четкий план занятия заранее подготовленных позиций прибывшими бойцами-резервистами. Всего их (хотя количество держится в секрете) сформировано около 70 рот (стандартных, по 100 человек, разбитых на десятки). Боеспособность и выучку бойцов можно оценить как весьма профессиональную (несмотря на то что обладатели автоматов позволили себе ночью употребление спиртных напитков, что стало поводом для распоряжения Руслана Хасбулатова устранить с площади нетрезвых сторонников): их костяк составляют кадровые отставники, среди командиров рот есть бывшие генералы.

С кем собираются воевать защитники Верховного Совета
Вызывает сомнение чисто оборонительная цель выдачи оружия резервистам. С обороной Белого дома вполне может справиться (если, конечно, парламент не подвергнется штурму с применением артиллерии по тбилисскому варианту 1992 года) корпус Департамента охраны Верховного Совета — бывшего Управления охраны высших органов государственной власти РФ. Напомним, что это управление с конца октября 1992 года являлось предметом ожесточенной борьбы между президентом и спикером. Борис Ельцин дважды своими указами пытался расформировать управление, получившее неофициальное название "хасбулатовской гвардии", а охрану Белого дома и других ключевых объектов передать Главному управлению охраны России, подчиненному непосредственно президенту. Однако Хасбулатову удалось сохранить свою "гвардию", которая сейчас готова выполнить свой служебный долг (см. вчерашний номер Ъ).
При наличии этой силы создание ВС самостоятельной вооруженной группировки "непримиримых", сохранить контроль над которой заведомо не удастся, преследует, скорее всего, далекую от обороны цель нагнетания нестабильности вокруг политического конфликта властей. Из источников Ъ в среде участников парламентского сопротивления стало также известно, что уже спланирован сценарий развития событий на случай кровопролития: всерьез поговаривают об организации массовых забастовок в Москве, в частности рассчитывают парализовать столичное метро, в руководстве которого у них якобы есть верные союзники.

ОТДЕЛ ОПЕРАТИВНОЙ ИНФОРМАЦИИ, ОТДЕЛ ПРЕСТУПНОСТИ

[Валерий Погорелый]

Газета «Коммерсантъ»
24.09.1993, 00:00

Поредели ряды депутатов

Верховный Совет, распущенный Борисом Ельциным, продолжал вчера сопротивляться президентскому правлению. Делал он это способом, единственно доступным парламенту, — обсуждая создавшуюся ситуацию и изыскивая способы добиться поддержки населения и армии. Никаких заметных результатов по сравнению со средой депутаты при этом не достигли. В 22.00 набрался кворум, и в Белом доме открылся внеочередной съезд, который, очевидно, продолжит обсуждение ситуации. Между тем Кремль, не теряя времени, активно действовал по всем направлениям. Еще утром был обнародован указ Ельцина, назначающий президентские выборы на 12 июня 1994 года. Это, очевидно, должно успокоить тех, кто опасался перерастания президентского правления в диктатуру, и привлечь на сторону Ельцина колеблющихся.

Кремль

Президентской команде до вчерашнего вечера не было нужды прибегать к каким-либо экстраординарным методам для того, чтобы оказать давление на обитателей Белого дома. Кремль действовал привычным для себя способом, правда, уже не отбирая дачи, лечащих врачей и кабинеты. С 11.00 на Краснопресненской набережной были отключены телефоны и электроснабжение. Усиленно циркулировали слухи о том, что Белый дом может быть отрезан от водопровода — видимо, предполагалось, что это в конце концов заставит депутатов покинуть здание, поскольку без телефона страной еще можно руководить, а без канализации уже нет.
Одновременно с этими шагами президентская сторона предприняла и более серьезные действия, призванные дезорганизовать депутатские ряды. Пресс-служба Бориса Ельцина постаралась довести до сведения парламентариев очередной указ, согласно которому за депутатами сохраняются отдельные льготы и им гарантируется социальная защита. Правда, при этом президент распорядился передать все имущество и финансовые средства парламента, в том числе и валюту, в ведение социально-производственного управления своей администрации. А правительство в постановлении о мерах реализации президентского указа о поэтапной конституционной реформе кроме всего прочего обязало Центральный банк проводить все операции со счетами ВС только по согласованию с Министерством финансов (см. стр. 2).
Однако, добивая парламент, Кремль не забывает и о формировании выгодного для себя общественного мнения. Вероятно, с этой целью и было издано почти традиционное в подобных ситуациях постановление правительства о мерах по усилению борьбы с преступностью. Впрочем, документ вводит также патрулирование городских улиц внутренними войсками (см. стр. 2 и стр. 14).
Борис Ельцин также старается показать, что в принципе он не против демократии. Вчера утром стало известно, что новые выборы президента пройдут в будущем году. Они назначены, как и предыдущие президентские выборы, на 12 июня. А днем Борис Ельцин утвердил положение "О федеральных органах власти на переходный период" и "О выборах депутатов в Государственную думу", созданных на основе проекта Основного закона, разработанного Конституционным совещанием.
Документы предусматривают, что до принятия новой Конституции в стране будет действовать двухпалатное Федеральное собрание. Одной палатой станет Совет федерации, а другой — Государственная дума, выборы в которую и назначены на 11-12 декабря.
Кандидатам в депутаты для регистрации необходимо собрать 200 тыс. подписей в свою поддержку. И поскольку времени до выборов остается не так уж много, тем, кто захочет занять место в новом парламенте, вероятно, придется отвлечься от активного участия в нынешних политических событиях и заняться вербовкой сторонников.

Белый дом

Тем временем депутатский корпус понес заметные потери. Подал в отставку с поста зампреда ВС Николай Рябов. Парламентарии единодушно ее утвердили. На его место пока никто не назначен, но сам Рябов президентским указом уже назначен председателем Центризбиркома — на этом посту он сменит Василия Казакова. Объявил себя "бывшим депутатом" и покинул бюджетный комитет Александр Починок, сложил полномочия руководителя Комитета по обороне и безопасности Сергей Степашин. Это свято место пусто не осталось, и его занял контр-адмирал Рафкат Чеботаревский.
Неожиданный удар нанес депутатам Валентин Степанков, которого многие парламентарии считали своим человеком. Генпрокурор, оставленный на этом посту президентом, сообщил депутатам, что действия парламента по отрешению от должности Бориса Ельцина и назначению Александра Руцкого и. о. президента незаконны. По мнению Степанкова, такие шаги может предпринять только съезд.
Впрочем, съезд при кворуме в 638 депутатов вчера вечером начал работу и, вероятно, не задержится с утверждением перемен в Кремле. Он начался под шум автономной электростанции, обслуживающей Белый дом, но свет подавался не во все помещения, так как не известно, на сколько времени хватит топлива для движка станции. Однако электроэнергии не жалеют для пишущих машинок: они стрекочут на всех этажах, выдавая указания, обращения, решения и постановления, довести которые до сведения избирателей у ВС практически нет возможностей — ведь решением правительства приостановлено издание "Российской газеты" (см. стр. 2).
У депутатов, которые в перерывах между разработкой мер противодействия президенту и тревожным сном на стульях и раскладушках, настроение скорее оптимистическое. Некоторое раздражение у них вызывает то, что президент покусился на имущество ВС. Они также побаиваются, что такая же участь ожидает и депутатские квартиры.
Во второй половине дня по внутреннему радио объявили распоряжение Руслана Хасбулатова, потребовавшего, чтобы сторонники парламента, во избежание возможных провокаций или просто неприятных эксцессов, удалили из своих рядов нетрезвых. Их было действительно немало, причем спиртным несло даже от вооруженных автоматами защитников Белого дома в гражданской одежде или "камуфляже". Поговаривают о том, что в распоряжении департамента охраны ВС есть и гранатометы (см. стр. 14).

[Сергей Чугаев]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda
«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 24 сентября, пятница. — № 182 (24037). — 8 полос.
«Последнее слово будет за нами» — страница 1
Подзаголовок — «Мы скажем его 11-12 декабря»
«Судьи определили, что президент нарушил Конституцию. А он ведь этого не скрывал. В указе прямо говорится, что дальнейшее «формальное следование противоречивым нормам» невозможно.
Вряд ли кто-нибудь порадуется тому, что глава государства вынужден сделать такой шаг. Потому что он означает, что мы дошли до ручки. По той же причине, видимо, не стоит и огорчаться. Не станете же вы возмущаться и гневаться на человека, который толкнул вас, выскочив из горящего дома. <…>
Кому-то станет хуже — Хасбулатову, Руцкому, Аксючицу, Челнокову… Еще примерно полутора сотням человек. Жалко, конечно. Но им так долго было хорошо, они так долго держали в напряжении не только Россию — мир, кроили и перекраивали ту самую Конституцию, которую нарушил президент, сами нарушали ее сотни раз, делили квартиры, машины, загранкомандировки, просто деньги… В общем, они уже кайф поймали — пора расплачиваться. <…>
А мы помним, что трагедия Северного Кавказа с тысячами погибших берет начало в Верховном Совете. Если пошарить за «подкладкой», то обнаружится, что депутаты имеют какое-то отношение ко всем точкам, где лилась и льется кровь.
В последнее время вообще казалось, что Верховный Совет осуществляет какую-то тайную, разрушительную программу. То собирается с настойчивостью маньяка лишить нас всех ваучеров, то утверждает умопомрачительный бюджет, то с помощью подведомственного Центробанка проводит необъяснимую денежную реформу, то ссорит Россию с ближайшими и дальними соседями. <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda

[Алексей Челноков]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda
«Белый дом в осаде своих защитников» / Алексей Челноков — страница 8
«Бессонная ночь, проведенная накануне оппозиционными депутатами в Белом доме, видимо, привела их в болезненное состояние, близкое к мании преследования.
Обойдя здание по периметру, я убедился, что героический дух ополченцев еще не просыпался. Они посапывали в дреме, разбившись на пары по стратегическим направлениям — в местах «вероятной» атаки бронетанковой техники.
С балкона Белого дома, многократно усиленные электроникой, грохотали голоса нардепов и не облеченных народным доверием политиков.
В минуты редкого затишья шесть-восемь тысяч митингующих задорно скандировали:
«Руцкой смелее, гони Бориса в шею». <…>
Прозвучала команда «Стройся». Ряды союзовцев пестрели лычками всех родов войск. Линию шеренги искривляли животы офицеров запаса и в отставке — размера вполне цивильного.
Провожая бойцов, с напутственным словом выступил политработник С. Терехов:
— Товарищи, армия, как и народ, не может больше исполнять преступные указы Ельцина. Это относится и к приказам низложенного Верховным Советом министра обороны Грачева. Признаются действительными только распоряжения парламентского министра обороны Ачалова. Офицеры действительной службы, нарушившие это, будут предаваться суду. Для этого сейчас создается следственная комиссия.
Далее перешли к оргвопросам: «Необходимо срочно формировать взводы, роты и батальоны. Подразделения будут укомплектованы короткоствольными автоматами Калашникова. Сейчас этот вопрос решается». <…>».
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-sentyabrya-1993-goda

[Независимая газета Виталия Третьякова]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов – 1993. – 20 августа, пятница. – № 157 (581). – 8 полос. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-20-avgusta-1993-goda
«Руцкой опроверг обвинения: Вице-президент России Александр Руцкой направил вчера в средства массовой информации заявление, в котором отвергает обвинения, выдвинутые против него на пресс-конференции межведомственной комиссии по борьбе с преступностью и коррупцией. Александр Руцкой утверждает: «Заказанная политическая провокация против вице-президента России является рлним из симптомов того, что мои действия по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти ощутимо затронули интересы тех, кто хотел продолжать безнаказанно грабить и разваливать Россию». Как стало известно корреспонденту «НГ» из секретариата вице-президента, на понедельник планируется встреча Александра Руцкого с журналистами и общественностью, которая будет посвящена высказанным против вице-президента овинениям.
ИТАР-ТАСС-«НГ»

[Humus]

https://c.radikal.ru/c43/2112/bb/52b689e740f6.png
2 октября. Москва. Октябрьские беспорядки. Милицейские кордоны на улицах

[Евгений Ъ Красников]

- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-20-avgusta-1993-goda

«И предложил создать при парламенте общественную палату»
В НЫНЕШНЕЙ политической борьбе как исполнительная, так и законодательная власти стремятся максимально расширить число своих политических союзников. 18 августа в Белом доме председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов и вице-президент Александр Руцкой встретились с представителями российских партий, движений и союзов.
В своих вступительных речах хозяева встречи (Руслан Хасбулатов и Александр Руцкой) были весьма определенны и нелицеприятны в политических оценках. Руцкой резко раскритиковал команду президента, назвав ее «холуйским окружением», а Хасбулатов заявил, что никаких выборов в этом году не будет, так как их проведение приведет только к дальнейшему развалу России.
Большинство политических вождей, выступавших с ответными заявлениями были настроены вполне лояльно по отношению к Конституции, парламенту и предлагали различные формы своего сотрудничества с парламентом. Председатель Конгресса русских общин Дмитрий Рогозин заявил, что считает необходимым до проведения новых выборов предоставить его Конгрессу статус организации, ассоциированной при Верховном Совете, с тем «чтобы при обсуждении проблем ближнего зарубежья оказались услышаны голоса миллионов русских проживающих в странах СНГ». Кроме того Рогозин выступил с идеей создания при Верховном Совете общественной палаты, в работе которой участвовали бы представители различных партий. Последнее предложение было поддержано практически всеми участниками, включая самого Хасбулатова. Насколько известно, проект решения о сформировании при парламенте общественно-консультативного совета уже получил одобрение Президиума Верховного Совета.
В ходе встречи Хасбулатов представил присутствующим руководителей недавно созданного отдела парламента по связям с общественными организациями. Его председателем назначен Владимир Новиков, а заместителем председателя стала Ирина Виноградова (стоит отметить, что оба они входят в руководство «Гражданского союза») Хасбулатов также назвал кандидата на пост председателя Федерального совета по свободе слова созданного недавно парламентом. Им стал Анатолий Денисов-бывший союзный депутат, сподвижник Горбачева. («Вы бы еще самого
Горбачева на этот пост пригласили»-заметил по этому поводу лидер «Трудовой России» Виктор Анпилов.

[Ольга Кондратьева]

«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. – 1993. – 20 августа, пятница. – № 160 (776). – Вып.2.– 8 полос. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-20-avgusta-1993-goda

Подзаголовок – «Пресс-конференция Президента России»
19 августа-двухлетие несостоявшегося августовского переворота-было ознаменовано двумя важными событиями: бесплатным проездом в столичном метро и встречей Президента с журналистами.
Зачитав по бумажке речь, посвященную второй годовщине торжества демократии, Президент перешел к самой сложной и ответственной части мероприятия: ответам на вопросы.
Несмотря на то, что во вступительном слове Борис Ельцин пространно говорил о созидательной роли демократических преобразований в России, все последующие его высказывания были по сути дела деструктивными, призывавшими к социальной конфронтации. Суть их сводилась к одному: к устранению с политической арены Верховного Совета.

О чем бы не спрашивали журналисты Президента-о судьбе Курил, ожидаем визите в Польшу, Чехию и Словакию, о кандидатуре нового министра безопасности,-ответ Борис Николаевич (подобно небезизвестному римскому сенатору, завершавшему свое каждое выступление в сенате словами «Карфаген должен быть разрушен») заканчивал фразой: Верховный Совет должен быть в кратчайшие сроки заменен двухпалатным федеральным парламентом.

Ответы Президента так часто грешили несуразицами, что вскоре присутствующие стали воспринимать это как норму, только иностранные корреспонденты недоуменно взирали на непроницаемые лица своих российских коллег.

Но журналисты отечественных изданий из чувства патриотизма старались делать вид, что именно таких ответов они и ждали от не в меру немногословного Президента.

Правда, под конец встречи Борис Николаевич все же разговорился. Он сообщил собравшимся распорядок своей рабочей недели и добавил, что по вторникам и субботам он играет в теннис, а в последний вторник сыграл 14 геймов с разгромным счетом для своего соперника.

Создавалось впечатление, что в спортивных баталиях Президент столь напорист потому, что применяет нехитрый прием-призвав на помощь воображение, видит в партере по игре Председателя Верховного Совета, которого надо разбить в пух и прах.

Президент признался: самой большой ошибкой в ходе реформ он считает затяжку с перевыборами Верховного Совета. А как же падение жизненного уровня народа, свертывание производства, угрожающий рост преступности? Об этом Президент не обмолвился ни словом.
Но в подтексте всей пресс-конференции гуляла одна, но очень «глубокая» мысль: вот выберем новый парламент, тогда и заживем. И грустно, и смешно…..

[Александр Руцкой]

«В своем обращении к гражданам России я предупреждал о возможных провокациях против конституционного строя страны. Одна из них была реализована в ходе заседания Межведомственной комиссии по борьбе с преступностью и коррупцией под председательством Президента РФ и последовавшей затем пресс-конференции некоторых членов этой комиссии. По существу сделана попытка подорвать конституционный статус высших должностных лиц государства-вице-президента РФ и Генерального прокурора РФ. Тем самым положено начало реализации того плана «артподготовки» о котором на днях заявил Президент.
Решительно отвергаю выдвинутые против меня обвинения. С полной ответственностью
заявляю, что все так называемые факты о моем соучастии в противозаконных действиях, на которые ссылались участники пресс-конференции, являются ложью и преднамеренной фальсификацией. Как гражданин России предприму в судебном порядке шаги по защите моей чести и достоинства.
Хорошо понимаю, что заказная политическая провокация против вице-президента России является одним из симптомов того, что мои действия по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти ощутимо затронули интересы тех, кто хотел бы продолжать безнаказанно грабить и разваливать Россию. Вновь хочу предупредить этих деятелй об ответственности перед народом и страной.

[Александр Руцкой]

«В последнее время на страницах многих газет, прежде всего «демократической» направленности, появилось большое количество публикаций с главной темой: демократия в опасности, в стране готовится государственный переворот. В частности, именно этот тезис лег в основу статей политолога А.Кивы в «Известиях» (27 июля и 7 августа), в других его статьях и выступлениях. Читая их, нетрудно заметить, что мысли, которые на уме у ряда власть предержащих, включая и Президента России Б.Н.Ельцина, радикальные демократы пытаются настойчиво имплантировать в общественное сознание под видом «обьективного анализа» складывающейся в стране ситуации. Таких публикаций становится все больше по мере обвального развития процесса разрушения экономики и остатков системы управления государством.
Считаю своим долгом прроанализировать некоторые публикации политологов, выполняющих спецзаказ на тему «государственный переворот».
Появление этих и других материалов, на мой взгляд, наглядно свидетельствует о том, что в стране действительно наступает «агония правящего режима». Это подтверждает и истерический тип заявлений пресс-секретаря Президента, лидеров «Демократической России». Эти силы утрачивают контроль за ситуацией в стране и видят спасение своих резко пошатнувшихся позиций в новой волне конфронтации в обществе.
Каковы же основные причины надвигающейся агонии? Во-первых, это осознание большинством населения пагубных политических и экономических последствий апрельского референдума.
Во-вторых, это практическое понимание (в том числе через кошелек и убогий уровень жизни) того, что Президент и его окружение обманули население, раздав десятки обещаний на триллионы рублей, но не выполнив ни одного. Более того, растут цены, усилились инфляционные процессы, продолжается спад производства, разрушается армия, катастрофически падает рождаемость по всей территории России. Рушится социальная сфера: жилье, здравоохранение для многих россиян стали просто недоступными.
В-третьих, падает доверие населения и руковоства регионов к нынешнему правительству во главе с Виктором Черномырдиным. Правительству, показавшему свою неспособность даже начать вывод страны из кризиса, но проявившему пропагандисткие способности мистификаторов населения сначала перед референдумом, а затем в ходе Конституционного совещания. Несмотря на убаюкивающие слух заявления высших правительственных чиновников о «замедлении спада» и «стабилизации», на заклинании «дайте заработать», нет никаких поводов для оптимизма. Только падение производства нефти на 14 процентов за первое полугодие говорит само за себя. Нарастает забастовочная волна, звучат политические требования отставки правительства.
В-четвертых, высшее российское руководство так и не выработало программу действий в политической, государственно-правовой и экономических сферах. В правительстве и администрации Президента мало практиков. Действующие извне силы по-прежнему удерживают и правительство, и администрацию в состоянии узкосектантского научного кружка со свойственным таким образованиям снобизмом, когда не входящие в него или не являющиеся полными единомышленниками сразу считаются чужими и их предложения отметаются с порога. Именно это испытали на себе сполна ведущие экономисты, политологи, правоведы, хозяйственники, не зараженные бредовыми идеями псевдодемократии. Целые научные коллективы, обладающие огромным запасом интеллектуальных и практических ресурсов, оказались невостребанными.
В-пятых, попытка навязать обществу новую президентскую (диктаторскую) Конституцию путем выкручивания рук провалилась. Об этом наглядно свидетельствуют результаты уже первых сессий областных Советов народных депутатов. Утверждение, что «отсутствие новой Конституции мешает уборке хлеба и выпуску промышленной продукции» (эта мысль принадлежит премьер-министру), воспринимается, мягко говоря, с юмором.
В-шестых, усиление процессов суверенизации и регионализации наглядно свидетельствует о неспособности центра предложить эффективную модель взаимодействия с регионами и строительства новой Федерации.
В-седьмых, Запад продемонстрировал свое стремление не спешить с экономической и финансовой поддержкой, ограничившись лишь символическими суммами, к тому же даваемыми в кредит на не очень выгодных России условиях. Последние действия, в частности Германии, еще раз показывают, что кредит доверия нынешней власти России по существу исчерпан.
Поэтому все заявления о «продемонстрированной народом поддержке курса реформ» выглядят теперь фиговым литком, который пытаются прикрыть полный провал этого курса.
Именно провал экономической и социальной политики Президента, неудачи во внешней политике, возрастающеее недовольство военнослужащих требуют от нынешнего руководства страны на всю мощь включить пропагандисткую машину для отвлечения населения от жизненно важных проблем путем поиска очередного врага, якобы виновного в провале реформ.
Президент и его окруженцы, конечно же, понимают, что уйти от ответственности за все содеянное будет практически невозможно, и потому готовы идти «в свой последний и решающий» бой, проведя предварительно «артподготовку». Но в этой связи возникает вопрос: против кого и во имя чего ее вести, если власть (в широком понимании этого слова) практически всецело принадлежит Президенту и его окружению, правительству и «опричникам»-представителям Президента на местах?
Не случайно основу многих публикаций, как я уже подчеркивал, составляет навязчивая идея «заговора»ю Как подчеркивает А.Кива в «Известиях» от 27 июля, «если называть вещи своими именами, то в стране зреет заговор…. против народа. Его воли».
Опять вопрос: какого народа? Если того народа, которого «реформы» ограбили и загнали в нищету, который вынужден бежать от бесправия и насилия из так называемого «ближнего зарубежья», народа, сотни тысяч представителей которого стакли жертвами в межнациональных конфликтах, то в отношении него заговор уже реализован в результате действий, которые можно квалифицировать как предательство и прямое игнорирование мнения большинства населения теперь уже бывшего СССР.
И навязываемое «мнение россиян» сегодня есть на самом деле мнение пяти процентов жирующего и пирующего за счет остальных девяноста пяти процентов населения. Именно это меньшинство, значительная часть которого есть не что иное, как криминальная публика, сросшаяся с машиной государственной власти, пытается действовать в обход закона, дискредитируя настоящих предпринимателей, стремящихся жить по закону и надеющихся на создание условий для цивилизованного рынка.
Уверен, уже скоро придет время, когда жить по проповедуемым сегодня «демократами» принципам вседозволенности дальше нельзя. Сейчас у нас не демократия, а гражданское общество, а государственно-мафиозная диктатура, не желающая осозновать национально-государственных интересов России и россиян. Поэтому требования общественно-политических движений, трудовых коллективов вернуться к четкому исполнению законов, к восстановлению конституционного правопорядка, обеспечить безопасность, справедливость и благополучие ничего общего с «заговором против реформаторов» не имеют.
Тезис А.Кивы о заговоре заставляет вспомнить его же мысль (высказанную в другом издании неделей раньше) о том, что «подготовка к гражданской войне всегда начинается с нагнетании ненависти, безотчетного страха…, создания мифов».
Вот и получается на практике, что Кива сотоварищи занимаются этим. А как заниматься, если окружение Президента что ни день бросает обществу угрозы, да и сам Президент заявляет о том, что в сентябре-то уж он со всеми разберется. Нагнетание истерии, создание чувства неуверенности у населения-это ли не лучшее свидетельство прямого неуважения власти к собственному народу?
Тут идеально подходят слова А.Кивы о том, что это «явно продукт болезненного состояния психики людей, ставших жертвой растерянности, потери социальных ориентиров, нравственных устоев». Могу только согласиться с его мыслью, что сегодня в России мы «имеем дело с серьезной общественной болезнью-политической шизофренией. Весь вопрос в том, как глубоко она затронет общество».
Но если заявляется о перевороте, то, естественно, возникает вопрос о его движущих силах и целях. И тут А.Кива неоригинален. Движущая сила по нему-Советы, и прежде всего Верховный Совет России во главе с его председателем. А на подхвате-«экстремисты». При этом стыдливо обходится тот факт, что в этом Совете находятся ближайшие соратники Ельцина, в том числе руководитель Администрации Президента Филатов, его заместители Волков, Красавченко. Умалчивается о том, что попытка собрать подписи для блокирования деятельности Верховного Совета и Сьезда народных депутатов закончилась полным провалом. Но короткая историческая память всегда служила плохую службу.
Президент России появился не из морской пены, а в результате деятельности и решений именно этого Верховного Совета России. Так что речь в данном случае идет о том, что кое-кто плюет в колодец, не думая о возможной засухе. Ну и давайте будем руководствоваться элементарной логикой. Если исходить из того, что Советы как орган власти нелигитмны с 1918 года (а именно это следует из выступления Президента на Конституционном совещании), то тогда нелигитимен и нынешний Верховный Совет и Сьезд народных депутатов России, внесший изменения в действующую Конституцию страны и создавший институт президентской власти. Из этого же вытекает, что Президент, пришедший к власти в результате решений нелигитимного органа, неправомочен. Круг замкнулся.
Неужели авторы доклада Президента на Конституционном совещании не видели последствий такого подхода? Ведь от внушений Президенту того, что во всем виновата коммунистическая партия, а потом Советы недолго дойти и до заявлений о том, что мешает народ. Да, пожалуй, и его существование в России, если следовать логике Президента, нелигитимно.
Вообще, на мой вгляд, рассуждения, что, мол, Верховный Совет и Сьезд отражают «канувшее в Лету соотношение сил в обществе», свидетельствуют лишь о том, что такого рода политологи дальше Москвы сегодня не выбирались. Достаточно вспомнить результаты недавних выборов глав администрации в ряде регионов России, а также довыборов народных депутатов, чтобы понять, какие именно тенденции в политической жизни страны все уверенне пробивают себе дорогу.
Забыли, они и о том, что Борис Николаевич исторически связан с «проклятым коммунистическим прошлым» в гораздо большей степени, чем народные депутаты. Тридцать лет верной службы в различных, в том числе и в самых высших, аппаратных структурах КПСС не проходят бесследно. Они и сегодня видны в стиле и методах работы. Кстати, именно тех стиле и методах, которые сыграли роковую роль в самой партии.
Заявляется, что Верховный Совет намерен совершить «конституционный переворот». Простите, но если принимаются те или иные решения в полном соответствии с действующей Конституцией и законодательством, то о каком перевороте может идти речь? Это просто безграмотно, особенно учитывая то обстоятельство, что народные депутаты действуют открыто, принимая те или иные решения, а не запугивают народ «...надцатым вариантом».
Вопрос здесь в другом. Верховный Совет России, равно как и органы представительной власти на местах, является наиболее серьезным и, самое главное, легитимным (это уже точно) препятствием на пути тех, кто хотел бы еще в больших масштабах грабить страну, кто открыто стремится к ее превращению в сырьевой придаток, кто хочет перечеркнуть и облить грязью прошлое нашего государства.
Желая ликвидировать Советы, не кто иной, как Президент и манипулирующие им радикальные демократы ведут дело к изменению общественного и государственного строя России по рецептам извне, не получив на то мандат от собственного народа, а лишь интерпретируя в свою пользу результаты референдума как якобы «всенародное решение о необходимости роспуска и перевыборов парламента».
«Готовились различные варианты наших решительных действий, которые обязательно наступят»-подчеркивается Президентом после периода невнятного молчания. Призывая покончить с двоевластием (созданным им же самим в результате интриг окружения), в качестве главной задачи выдвигаются «выборы в новый парламент» (но кто сегодня может сказать, как окончательно он должен выглядеть? Или его структуру также определят президентским декретом?), которые «обязательно должны состояться осенью этого года»(без закона о выборах, но с выделением минимального времени на предвыборную кампанию по образцу президентской в 1991 году). «Если сам парламент не примет об этом решения (но туда с таким вопросом пока никто, в том числе и Президент, официально не обращался), то за него примет решение Президент». Вот такая
Стремление решить проблемы России за счет ликвидации представительной власти, идеологических манипуляций и экономических экспериментов говорит только о том, что Президент и его окружение не в состоянии предложить обществу реальную программу выхода из кризиса, имеющую общенациональный характер и пользующуюся реальной поддержкой большинства населения. Поэтому вся логика сводится лишь к одному: «без политической воли со стороны Президента, без принятия им глубоко продуманных, но трудных решений, нам не обойтись».
Вот здесь А.Кива действительно прав: нужны решения (и давно нужны), а не демагогия, не популизм. Действительно пора одуматься, так как фундамент российской государственности настолько покрыт трещинами, что в любую минуту из-за неосторожного движения на верхних этажах может похоронить под обломками всех: и левых, и правых, и центристов.
А спешка-разогнать Верховный Совет-обьясняется достаточно просто: ввести диктатуру любым путем. Кстати, не надо быть наивным и думать, что за Верховным Советом России не последует и Советы других уровней.
Здесь хочу сделать оговорку. Те, кто всеми силами подталкивает Президента к реализации такого сценария, не могут не понимать, что без военной силовой поддержки в этом не обойтись. Но, думаю, эти господа просто не представляют себе, что единство армии и народа не хрестоматийное понятие. Конечно, нельзя исключать наличие тех, кто по разным причинам сможет поднять оружие. Вот именно таким хочу напомнить уроки давней и не слишком старой истории Российского государства и предложить очень хорошо подумать, можно ли хоть чем-нибудь оправдать насилие над собственным народом и позволять ли втягивать себя в игру без правил, победителей и побежденных, за участие в которой всем неизбежно придется платить по самому большому счету.
Для чего этим людям нужна диктатура? Ответ прост: легализовать все свои противозаконные действия и награбленное, заткнуть рот общественно-политическим движениям, не согласным с нынешней политикой, а затем и всему народу. И главное, уйти от ответственности за уничтожение державы и развал экономики страны.
Вернемся же к «трудным решениям». Оказывается, что, находясь на своем посту вот уже более двух лет. Президент не был способен к этому, а вот сейчас дозрел! Но давайте серьезно задумаемся над сказанным выше: «трудные решения». Трудные для кого? Для Президента, потерявшего контроль над страной, или для народа России? И что означает курс реформ, который ведет не к улучшению жизни населения, а к новым трудностям? Может быть, все же хватит трудностей…
В чем же видится радикальным демократам выход из кризиса? Оказывается, не в совершенствовании экономической системы, не в проведении реальных реформ в интересах общества, а в скорейших выборах нового парламента: «нужно добиваться скорейшего переизбрания законодателей. Лучшим вариантом, безусловно, был бы механизм Конституционного совещания».
Вот и договорились до того, что предлагается прямо идти по неконституционному пути, не обращая внимание на действующее законодательство и Конституцию.
Вдумайтесь в слова А.Кивы: «И тот, кто не в состоянии справиться с надвигающимся хаосом, безвластием, «навести порядок в стране», непременно лишится доверия россиян, даже если при этом получит международную премию «борца-легитимиста».
Значит, чтобы сохранить доверие народа, надо идти по пути игнорирования закона.
Это уже перевернутая логика. Тогда понятна тяга «навести порядок в стране» любым путем. Не сомневаюсь, что в основу механизма таких действий будет положен опыт действий против первомайской демонстрации в Москве.
А что касается премии «борца-легимитиста», то тут у Ельцина шансов совсем нет. Разве что попасть в Книгу рекордов Гиннеса по числу нарушений закона и Конституции, полного игнорирования решений Сьезда народных депутатов, Верховного Совета РФ, Конституционного суда.
И хотелось бы спросить у ярых поборников «цивилизованного правового общества», трибунов «Демократической России» «демпрессы»: в каком государстве мира, разумеется, цивилизованном, мог бы позволить себе такое игнорирование решений законодательных и судебных органов, основ Конституции Президент? Не ищите по карте такие страны. Одна-сегодняшняя Россия.
Чем обьясняются такие действия? Первое-возможностей у Президента и его окружения идти легитимным путем сегодня уже пратически нет. Их способность к диалогу, к практическому взаимодействию различных политических и общественных сил фактически исчерпана, а на конструктивное мышление и действия в интересах государства способностей уже не хватает. Да и были ли они вообще?
Второе-отсутствие механизма спроса в отношении высших должностных лиц за нарушение законов и Конституции. Отсюда и безнаказанность: что хочу, то и ворочу.
Нас убеждают: нужна сильная власть. С этим никто не спорит. Но нужна именно сильная власть, опирающаяся на закон, а не власть насилия, опирающаяся на прихоти одного лидера или группки непорядочных и безнравственных людей, стоящих за его спиной. Эти люди забыли, а скорее всего просто не желают знать и руководствоваться принципом – демократия в обществе состоит прежде всего в том, что перед законом все равны и все без исключения должны этот закон выполнять. А.Кива призывает Президента принять все необходимые меры, чтобы «положить конец психологической войне, которую «непримиримая оппозиция» при активном участии руководства Верховного Совета ведет против исполнительной власти». Ну, нарочно не придумаешь. Оказывается, исполнительная власть так подвергается нападкам со стороны средств массовой информации. Что бедные вице-премьеры и министры, идеологи пседодемократических реформ от «Демроссии» не допускаются на радио и телевидение. Да разве не известно, кто и как ведет психологическую войну против собственного народа, превратив телевидение в «вести с фронтов», кто откровенно лжет всей стране, заявляя о правильности выбранного пути, кем и с какой целью покупается телевизионное время, кто и как осуществляет цензуру.
«Надо также разьяснить народу, почему туго идет борьба с коррупцией, иными антиобщественными явлениями, кто или что этому мешает»,-подчеркивает А.Кива.
Полностью согласен. Но как это сделать, когда государственные чиновники, в отношении действий которых возбуждены уголовные дела, сидят на разного рода совещаниях то по правую, то по левую руку от Президента. Как бороться с преступностью и коррупцией, когда управление охраны Президента, Контрольное управление Администрации Президента, управление МВК по борьбе с преступностью и коррупцией в полном соответствии со словами Бориса Ельцина «порой выискивают компромат на противников, а своих защищают и даже покрывают, более того даже стараются привлечь на свою сторону тех, кто не в ладах с законом, обещая им защиту».
При этом не стесняются в выборе средств при выливании помоев на тех, кто не на словах, а на деле взялся бороться с преступностью и коррупцией. И некоторые средства массовой информации вместо оказания помощи в этой борьбе занимаются тиражированием вымыслов и откровенной ложью. Ответ прост: целый ряд «тружеников «пера и экрана» избрал столь «тяжкую» трудовую ниву по одной простой причине-где хорошо воруют, там и хорошо платят. Я уж говорил и повторно сегодня снова, в том числе и для А.Караулова: у этих людей нет совести даже для того, чтоб быть до конца преданными своей подлости.
Об узости подхода А.Кивы свидетельствует и его утверждение, что есть только две модели посткоммунистического развития: государственно-капиталистическая. Сводить к такой примитивной схеме все многообразие возможных путей развития такой уникальной страны, как Россия, просто несерьезно. И стремление навязать нашей стране исключительно либерально-демократическую модель, да еще с уклоном в колониально-криминальную «демократию», отнюдь не случайно, ибо в основе этого подхода лежит отказ от исторического опыта нашей страны, от учета российских реалий. Но российский народ никогда не примет проповедь безнравственности, бездуховности, лжи и насилия, проповедь унижения и самоуничтожения.
В стране произошло изменение сил в пользу людей трезво мыслящих и патриотически настроенных. И любая попытка изменить это силой, навязать насилие как средство ведения политической борьбы закончится только одним: неизбежным поражением авантюристов и «перевертышей».
Выходом из создавшегося социально-экономического тупика и кризиса власти могут быть только выборы и не отдельно парламентские (это только усугубило бы обстановку), а одновременные-и парламентские, и президентские. Надо набраться мужества и все это признать. Безусловно, принятие такого решения должно идти только легитимным путем. Переход к такому решению лежит через незамедлительную разработку и утверждение на Сьезде законов о парламенте, президентской и исполнительной власти необходимо будет заняться Конституцией. Полагаю, что иного пути, позволяющего избежать нарастания разрушительного противостояния в обществе, нам не дано.
19 августа 1991 года люди поверили прежде всего Президенту, поверили в искренность намерений претворить в жизнь принципы демократии, осуществить реформы. А их, безоружных, под дождем и ветром держащих живое кольцо обороны, защищавших первые ростки демократии, попросту обманули.
А что касается высказывания Президента в мой адрес: «Мне горько, что активную роль играет в этом (в конфронтации и втягивания общества в борьбу) вице-президент Александр Руцкой», с добавлением об отсутствии намерений «на брань отвечать бранью, на ложь-ложью», то я хотел бы сказать публично (июо аот уже более трех месяцев я не видел и не имел чести говорить с Президентом): Борис Николаевич! Мне не менее горько и обидно, что первый Президент России стал заложником лицемеров и подхалимов, послушных проводником безнравственных чужих идей. Мне горько и обидно за то, что я поверил Вам в июне и августе 1991 года. Я стремился не властвовать, а использовать данные властью возможности для того, чтобы оправдать надежды народа на реальные реформы экономики и изменение условий жизни, быть надежной опорой Президенту, укреплять российскую государственность. И таких, как я, с теми же желаниями и стремлениями, выброшенных впоследствии за борт из-за несогласия с губительным характером политических и экономических экспериментов, именуемых реформами, было немало. Вас поддерживали и верили Вам и некогда дружной президентской команде десятки миллионов россиян. Вы же выбрали себе других, дав им все рычаги власти, доверившись полностью тем, кто в августе 1991 года при каждой информации о возможном штурме Белого дома прятался по подвалам и норам и призывал искать спасение в американском посольстве. Доверились тем, кто за тридцать сребренников готов продать не только Родину, но и Вас вместе с ней. Не сомневаюсь, что скоро Вы в этом убедитесь.

[Ольга Одинцова]

http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-avgusta-1993-goda
«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов – 1993. – 21 августа, суббота. – № 158 (582). – 8 полос.
«Вчера в Парламентском центре на Цветном бульваре состоялось Всероссийское совещание общественных сил и движении, выступающих в защиту конституционного строя, парламента и демократии. В работе совещания приняли участие свыше 400 человек, представляющих различные центристские и оппозиционные партии России («Гражданский союз», союз «Обновление», Союз возрождения России, Коммунистичесую партию РФ и другие).
«Наше совещание проходит в очень тяжелой обстановке: открыто выражается пренебрежение к конституционному строю, глава исполнительной власти узурпирует право решать, какова будет Конституция»,-заявил в своем выступлении председатель Верховного Совета России Руслан Хасбулатов. По мнению Хасбулатова, «Россию ожидает самый худший вариант диктатуры», а Ельцин «действует как большевик первопроходец».
Большинство политических деятелей, выступивших на совещании, были вполне солидарны в своих оценках с российским спикером. Ну а лидер Компартии РФ Геннадий Зюганов обвинил Бориса Ельцина в том, что тот стремится уничтожить российское государство.
В специальном заявлении, принятом на Всероссийском совещании, говорится, что «действия президента и его окружения не имеют ничего общего с идеями и принципами демократии». На совещании было объявлено, что 25 сентября состоится учредительный съезд Движения в защиту парламентаризма»

[Иван Родин]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов – 1993. – 21 августа, суббота. – № 158 (582). – 8 полос.

«Верховный Совет пока никак не прореагировал на выступление Бориса Ельцина перед журналистами в четверг и, похоже, не собирается делать этого вовсе. Обвинения в том, что деятельность парламента стала носить антинародный характер и угрожает безопасности России, проглочены, однако, отравление от них не наступило. Заявление о том, что парламентские выборы состоятся этой осенью, хотя этого и трудно будет добиться, встречено молчанием. Но с большим вниманием в Верховном Совете воспринята уверенность президента в том, что его предложения о досрочных выборах не будут приняты.
Впрочем, вчера парламент отреагировал на ту часть выступления г-на Ельцина, в которой тот обвинил депутатов в попытках помешать социальной защите граждан путем утверждения гиперинфляционного бюджета. Президент утверждал, что проект бюджета предложенный правительством в итоге определяет большую заботу о российских людях, чем это утверждено в сильно дефицитном варианте одобренном в Верховном Совете, но не подписанном президентом.
Председатель Комиссии ВС по социальной политике Михаил Захаров выступил с опровержением соответствующих тезисов президентской речи, надо сказать, весьма неловко обосновавшей зависимость реальных доходов граждан от уровня инфляции, возрастающего, в частности, и от уровня дефицита бюджета. Г-н Захаров снова говорил о попытках правительства, кстати неудавшихся, сократить отчисления в Пенсионный фонд и Фонд социального страхования. Верховный Совет поручил г-ну Захарову выступить по первому телевизионному каналу вместе с некоторыми председателями прочих комитетов ВС и обьяснить истинное положение дел.
Реакция именно на данную часть президентских заявлений неудивительна – парламент тщательно заботится о своем имидже защитника народных интересов, и все предложения, поступающие депутатам из Комиссии по социальной политике, практически всегда превращаются в законодательные акты.
На политическую же часть ельцинской речи Верховный Совет решил ответить конструктивной работой на пользу отечества. Лидеры парламентского большинства полагают, что президентские угрозы о досрочных выборах ничего собой не представляют, тем более что они звучали уже не раз и несколько уже надоели. Руслан Хасбулатов также не затруднил себя никакими комментариями предложений отдельных депутатов о включении вопроса о президентских выступлениях в повестку дня сессии, видимо, посчитав, что он уже все по этому поводу сказал.
И действительно, перпалки с президентом уже некоторое время назад признаны Верховным Советом непродуктивными. Для производства адекватных ответов избран другой способ, эффективный и выглядящий благопристойным изменение законодательства, на что у ВС есть все права.
Вероятно, что обращение президента Ельцина о досрочных выборах, направленное вчера в ВС, в лучшем случае будет принято к сведению, если вообще не замолчено.
Однако 20 августа президент Борис Ельцин обратился к Верховному Совету с обращением. Он заявил: «Согласен, что затянувшийся конституционно-политический кризис, симптомы которого всем очевидны, губительно действует на российскую государственность, резко ограничивает возможности для конструктивно-реформаторской деятельности в России. Вряд ли есть смысл продолжать дискуссию о причинах этого кризиса. В нашем распоряжении есть, на мой взгляд, демократичный и мирный выход из создавшейся ситуации-парламентские выбры. Понимаю, что досрочно сложить полномочия и предстать перед избирателями-непростое решение. Но если мы хотим продолжать тот социально-экономический курс реформ. Но если мы хотим продолжать тот социальный курс реформ, который был поддержан на референдуме 25 апреля 1993 года, если мы действительно озабочены судьбой России больше, чем собственными сиюминтными интересами, то мы просто обязаны предоставить гражданам России возможность безотлагательно сформировать дееспособную власть. У каждого из вас есть право вновь предстать перед избирателями и добиться их доверия. Призываю вас обсудить вопрос об условиях и порядке проведения этих выборов. ГН»
Указ президента о создании Совета Федерации может быть подписан в течение недели, заявил вчера заместитель председателя ВС Николай Рябов. Он сообщил, что Борис Ельцин поручил ему и Сергею Филатову заняться проведением консультаций с представителями субъектов РФ для определения круга полномочий и регламента Совета Федерации. По его мнению, большинство краев и областей, которые поначалу с недоверием отнеслись к идее СФ, теперь с нею согласны. Со следующей недели, очевидно, начнутся региональные совещания по этому поводу. Сам г-н Рябов встретился вчера с г-ном Филатовым в Кремле и обсудил с ним эти проблемы. Там, кроме того, обсуждалась идея совместной работы Конституционного совещания и Конституционной комиссии в конце сентября. Николай Рябов полагает, что сьезд 17 ноября вполне способен принять новую Конституцию и закон о парламентских выборах, а последние возможно назначить на февраль или март 1994 года.

[Р.И. Хасбулатов]

«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. – 1993. – 21 августа, суббота. – № 161 (777). – Вып.2.– 16 полос. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-21-avgusta-1993-goda

«Выступление на Всероссийском совещании»
Уважаемые друзья! Всероссийское совещание в защиту конституционного строя, парламентаризма и демократии в России проходит в тревожной обстановке.
Резко активизировались разрушительные праворадикальные политические силы, имеющие решающее влияние на исполнительную власть, ее главу. Открыто выражается пренебрежение к действующей Конституции, намерение изменить существующее устройство власти и государственный порядок ликвидировать представительные органы власти – парламент и Советы всех уровней.
Действуют неконституционные институты. Планируется создание еще одной неконституционной структуры-Совета Федерации. Обьявляется война всем, кто выступает за строго конституционный путь осуществления политических, экономических, правовых (в том числе конституционной) реформ.
Дело дошло до того, что глава исполнительной власти узурпирует право единолично определять, каким должно быть Российское государство, как и по каким правилам должны жить граждане, какое общество нужно строить. Одно лицо, отражая интересы узких политических кругов, хочет решать судьбу всей России.
Хотелось бы сказать несколько слов о вчерашней пресс-конференции Президента. Она беспрецедентна по своей циничности, особенно в отношении Верховного Совета. Именно в оценках российского парламента проявились не только непонимание Президентом самой сути современного демократизма, приверженность вождисткому мышлению первопроходцев-большевиков с их излюбленным методом подавления любой нормы инакомыслия. Характерно и отсутствие элементарного такта по отношению к парламенту как высшему законодательному и представительному органу. Ему даются оскорбительные оценки, хотя именно Верховный Совет поддерживал Ельцина, когда он только рождался как государственный политик. Речь идет о том самом парламенте, который создал институт президентства в России и сделал Ельцина первым Президентом. Того парламента, который поддерживал его до тех пор, пока он выступал как выразитель интересов народа и демократических преобразований. Того парламента, который и сейчас протягивает свою руку для соглашения и конструктивного сотрудничества.
Оказывается, по словам Президента, главным итогом двух лет после августовских событий 1991 года является то, что якобы общество осознало ненужность этого парламента. Вот вам образчик того, как глава исполнительной власти понимает насущные проблемы нашего общества, как понимает суть демократии и как учитывает настроения нашего народа.
Все мы помним, что длва года назад народ воспрянул духом. Реальными казались надежды на улучшение жизни. Думалось, навсегда избавились от тоталитарной власти-неограниченной власти отдельных правителей, вохдей, генсеков и т.д. Надеялись, что постепенно будет утверждаться подлинное народовластие, демократия, свобода личности. Ожидали динамизации экономического развития, усиления стимулов к эффективному труду, повышения уровня благосостояния населения и уж никак не ухудшения его. И, конечно же, все мы стремились к осуществлению глубоких экономических реформ в интересах людей.
К сожалению, надежды не оправдались. Слабым росткам демократии угрожает наихудший вид диктатуры – себялюбивой, безграмотной, полукриминальной. Общественному мнению еще более изощренно, чем прежде, внушается одна точка зрения на происходящее. Подавляется инакомыслие, осуществляется подкуп средств массовой информации, особенно телевидения. Насаждаются политическая цензура и политический сыск.
Быстро разрушается хозяйство страны и падает производство. Стремительно обогатились в невообразимых размерах спекулятивно-криминальные элементы, ничего полезного не сделавшие страны, за счет обнищаний подавляющего большинства населения. Вместо обещанного преодоления застоя и кризисных явлений страну столкнули в пропасть самого глубокого кризиса, подобного которому не знала наша история.
Бездарная политика поставила под угрозу саму жизнь народа, породив множество конфликтов, в том числе кровавых. Агрессивная, конфронтационная политика исполнительной власти и ее главы ставит под угрозу гражданский мир, может вызвать социальный взрыв мощнейшей силы, что было бы катастрофой не только для России, но и всего мира.
Августовская победа, таким образом, из-за некомпетентных амбициозных политиков вылилась в трагедию для страны и народа.
И сейчас на одно из первых мест вышел вопрос о спасении демократии и свободы в России. Этот вопрос сейчас стоит не менее, а далее более остро, чем в 1991 году. И в немалой степени это связано с тем, что поворот от демократии к новой форме диктатуры совершают те, кто вышел на арену политической жизни и нажил себе капитал на лозунгах демократии и свободы.
Жизнь показала, что лозунги демократии и свободы использованы как прикрытие для достижений совершенно других целей. Это обнажилось со всей очевидностью за прошедшее время.
Сейчас главный удар, говоря языком Президента, праворадикальные силы наносят по представительным органам власти – Советам всех уровней, и прежде всего по Верховному Совету и Съезду народных депутатов.
Причем дело не сводится только к удару по нынешнему составу представительной власти, а имеется в виду вообще избавиться от сильной представительной власти, превратив ее в «карманную власть» Президента.
Внимательный анализ обстановки показывает, что в России повторяются точно те же события, которые привели к развалу Советского Союза. И в центре этих событий, как и раньше, находится парламент. Но мы должны, мы обязаны не повторить тех трагических ошибок, которые были допущены ранее.
Что следует нам вспомнить из тех горьких уроков прошлого, чтобы не повторить его ошибки? Что здесь главное?
Главное в том, что союзный парламент стал игрушкой в руках отдельных, а точнее, отдельного лица. Он слепо выполнял его волю, потерял свое лицо как представитель народа, как орган, защищающий интересы державы, как высшая контрольная инстанция деятельности союзного президента. И мы, изучая этот горький опыт, не должны повторить прошлых ошибок союзного Верховного Совета. Российский Верховный Совет должен демократично, последовательно и твердо отстаивать единство интересолв России, интересы своего народа, и в такой принципиальной постановке вопроса он не допустит ничего подобного, что произошло с Советским Союзом. И никакого ручного парламента в России не будет. И никаких искусственных органов, способных заменить Верховный Совет России, как это произошло на союзном уровне.
Стремление приручить представительную власть, сделать ее послушными инструментом в руках Президента направлено против самих основ демократии, народовластия. Ведь парламент как высший орган представительной власти является олицетворением демократизма власти.
Парламентаризм, качество и положение парламента, отношение к нему со стороны других ветвей власти и государственных деятелей-один из важнейших критериев демократии.
Парламент как институт власти представляет в демократических государствах интересы всех слоев общества, а потому только ему доверено формирование и принятие программ развития общества, определение внутренней и внешней политики государства. Государство без сильного парламента не может даже считаться демократическим. Никакой другой орган не наделяется правом определять пути развития общества, принимать законы и контролировать деятельность всех органов управления государством.
Все это азбучные истины, проверенные историей.
Следует отметить, что Верховный Совет Российской Федерации за три года своей истории претерпел больше изменения на пути превращения в современный парламент. В ходе постоянной работы сессий, комитетов и комиссий, в их совместной работе с представительными органами власти регионов, общественными движениями, партиями, профсоюзами вырос профессионализм депутатов. В российском парламенте имеется действительная свобода в отстаивании различных точек зрения, активная деятельность фракций, представляющих ведущие партии и движения. В российском парламенте есть и стремление на деле осуществлять контроль за деятельностью государственных органов и должностных лиц.
Это позволило Верховному Совету в сравнительно короткий срок внести необходимые изменения в Конституцию (правда, не во всем бесспорные), принять широкий комплекс законов, создающих благоприятную правовую основу для проведения реформ, отражающих интересы большинства народа.
За истешее время рельефно проявила себя тенденция превращения Советов всех уровней в органы подлинного народовластия. Расширились прерогативы и задачи Советов, обновился их состав. Они более полно представляют интересы всех социальных слоев и основных политических сил. В целом на местах эффективнее строится их взаимодействие с органами исполнительной власти, ято создает хороие предпосылки для преодоления трудностей и обновления жизни. Советы заключают в себе огромный созидательный потенциал как подлинные органы народовластия. Стоит вопрос о расширении их полномочий как контрольных органов власти, включая вопросы бюджетной самостоятельности. У нас имеется уже целый пакет законопроектных предложений из республик, краев, областей и округов, которые, безусловно, будут приняты Верховным Советом, реализуя на деле Федеративный договор.
Попытки изобразить представительные органы власти как застывшие, неизменные, не способные реформироваться, не отвечающие новым условиям не соответствуют действительности и имеют цель сбить людей с толку, возбудить вражду к Советам. Теперь становится все больше тех, кто видит, что, не будь парламента и Советов, некому было бы защитить интересы большинства, и особенно интересы малоимущих слоев населения. Почему же, несмотря на эти очевидные факты, усиливаются атаки против представительной власти? Дело в том, что именно эти представительные институты выступают главным преятствием на пути установления режима личной власти, безраздельного господства новоявленных нуворишей, введени дикого рынка с безудержным ограблением народа. Именно эти органы являются самыми последовательными защитниками Конституции, законности и порядка в стране.
Стараниями разрушителей нашей государственности сформировано нетерпимове для цивилизованного общества отношение к действующей Конституции.
Людям внушается, что положения Основного Закона Российской Федерации устарели и утратили силу. По существу, отказался от Конституции Президент. Сведен на нет надзор за соблюдением конституционных норм правоохранительными органами. В результате в обществе сложилось опасное по своей сути негативное отношение к Конституции. Это является основным источником слабости власти, разрушения государственного правопорядка, роста преступности, массового законопослушания-вот где очаги дестабилизации государства, несущие опасность для его целостности, жизни и здровья граждан, расширяюще сферы нарушения прав человека. В президентском окружении все настойчивее повторяют мысль об интернировании руководства парламента, вице-президента и некоторых других лиц.
В демократическом государстве, ставящем перед собой строительство правового общества, не может быть терпимо такое отношение к Основному Закону, к конституционной законности, к призывам свержения конституционных органов власти, давления на их руководителей.
Издревле действует правило: пока не отменена старая Конституция, в полном обьеме выполняются ее положения. Ссвязанная с совершенствованием Конституции критика ее содержания не имеет юридической силы, не должна вести к ослаблению действующих конституционных установлений.
Пока Конституция действует, действия против нее – антиконституционны и подлежат уголовной ответственности, от кого бы они ни исходили. Генеральной прокуратуре, Министерству безопасности следует более решительно выступить против подрывных акций, угрожающих государству, от кого бы они ни исходили, – они призваны защищать Конституцию своей страны, а не обслуживать капризы должностных лиц какие бы посты они ни занимали.
Тем более что нынешняя Конституция существенно обновлена и, как подтверждают и отчечественные, и иностранные специалисты, открывают простор для политических, экономических и правовых реформ, обеспечивает защиту прав человека.
Мы все должны позаботиться, чтобы конституционный процесс не подрывал силы и авторитет действующей Конституции. Здесь мы уже нагородили немало ошибок, которые дают о себе знать во всей жизни страны.
Защита конституционного строя, парламентаризма и демократии-дело не только государственных институтов, но и всего общества, каждого сознательного гражданина. Сейчас растет число людей, партий и движений, которые понимают необходимость этого. Свидетельством чего является и настоящее совещание.
Особенно отрадно, что в России зародилось и развивается движение в поддержку парламентаризма. Такие движения существуют во многих странах и играют большую роль в развитии демократии, повышения авторитета представительной власти. Парламенты оказывают им всяческую поддержку. И это понятно, ибо без взаимодействия с широкой общественностью не может идти нормально процесс становления парламентаризма как системы государственного управления. Сильной стороной отечественного движения в поддержку парламентаризма является то, что в него активно включаются представители творческой интеллегенции, ассоциации ученых и деятелей культуры, профсоюзы, рабочее движение и крестьянство.
Мы полагаем, что движение в поддержку парламентаризма будет активно сотрудничать с Верховным Советом, его комитетами и комиссиями, Парламентским центром и институтом парламентаризма.Хочу сказать несколько слов об институте парламентаризма. Он создается в нашей стране впервые и призван обобщать опыт российского парламента, разрабатывать проблемы теории, практики и истории парламентаризма в России, творческого использования мирового опыта, развивать международные связи с подобными зарубежными центрами, пропагандировать идеи парламентаризма в обществе.
Вы стоите у истоков нового общественного движения, и хочется надеяться, что у него будет большое будущее.

[Владимир Орлов]

«Московские новости» / Учредитель: «МН» – народная газета. – 1993. – 22 августа, воскресенье. – № 34 (680). – 32 полосы. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-22-avgusta-1993-goda

«Две предыдущие попытки Ельцина «закрыть» парламент и съезд (в декабре прошлого года и в марте нынешнего) не увенчались успехом. Он не допускает и мысли о третьем просчете и намерен дать законодателям «последний и решительный бой», на что настроил всю свою команду: администрацию, службу помощников, Президентский совет. Весь август должен уйти на подготовку аналитических бумаг и выработку решений.
По данным из заслуживающих источников, работа над планом действий президента в общем виде уже завершена. Идет детализация отдельных положений, юридическая «обкатка», проверка на прочность некоторых людей из правительства, Конституционного суда и парламента. Готовится также форсированная «пропагандисткая артподготовка», которая должна продлиться с середины до конца августа: время «Ч» для «решительных действий», о которых заявил президент, отнесено на последние числа августа или на первые числа сентября.
Тезисы, которые должны обосновать упразднение нынешнего состава Верховного Совета и съезда и которые в том или ином виде использует президент, следующие.
Первое. Народ не простит только одного – затянувшегося двоевластия. Поэтому всенародно избранному президенту настало время сказать свое решающее и окончательное слово.
Второе. Именно народ является единственным источником власти и права. Следовательно, воля народа превыше всего, никто не может помешать народу эту волю выразить, никто не вправе ее игнорировать. Третье. Нынешнее законодательные и распорядительные органы-сьезд и Верховный Совет-являются ограниченно легитимными (другой вариант: не являются в полном смысле легитимными), ибо избраны в период существования СССР как органы власти союзной республики. С возникновением России как полностью независимого государства в декабре 1991 года все органы власти, избранные до этого, получили ущемленную легитимность. Президент преодолел это правовое противоречие через референдум, где получил вотум доверия от граждан.
Четвертое. Законодательные органы власти своими решениями ущемляют фундаментальные права и свободы граждан России (прежде всего экономические). Президент остается гарантом прав и свобод российских граждан.
Таким образом, президент будет настаивать на том, что его шаги по роспуску парламента и сьезда вляются не только политически целесообразными, но и юридически безупречными.
Последующие действия президента до конца не определены. Не решено, в частности, кто и когда будет принимать новую конституцию (варианты: Совет Федерации, Учредительное собрание, новый парламент, референдум). Нет ясности об избирательном законе: ни его текст, ни способ принятия президентской аналитической командой так и не обкатаны. Существует предложение, чтобы выборы проводились на основании президентского «Манифеста», который содержал бы основы «временного конституционного акта». Однако у этого предложения есть и немало противников.
До сих пор у кремлевских аналитиков нет окончательного прогноза поведения Конституционного суда и его председателя. Заметно, что в июле сошли на нет попытки организовать в Конституционном суде «дворцовый переворот» и заменить Валерия Зорькина Тамарой Морщаковой. Однако причина отказа от подобной тактики может крыться как в успехе переговоров президентской стороны лично с Зорькиным, так и в осознании невозможности «свалить» Зорькина. Запасной вариант – лишение Конституционного суда кворума и его полный «паралич». И все-таки у части консультантов Ельцина велика надежда привлечь Конституционный суд на свою сторону хотя бы в вопросе «широкой» трактовки права.
Последний слабый пункт президентской команды-неуверенность в полной поддержке акции Ельцина со стороны «силовых структур». В то же время тактика действий президента на ближашие два месяца одобрена, с незначительными оговорками, большинством его формальных и неформальных советников.

[Андрей Шарапов]

«Российская газета» / Учредитель: Верховный Совет Российской Федерации – 1993. – 24 августа, вторник. – № 162 (778). – Вып.2.– 8 полос. -
Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-24-avgusta-1993-goda

«23 августа в Кремле состоялась пресс-конференция вице-президента Александра Руцкого.
В тесном зале собралось около ста пятидесяти журналистов, так что некоторым пришлось сидеть на полу…..
Сегодня пропрезидентскими СМИ запущена очередная клевета о том, что-де вице-президент является чуть ли не главным мафиози страны, а Генеральный прокурор – террористом № 1. Все это лишь подтверждает бессилие исполнительной власти, которое пытаются прикрыть надуманной борьбой с надуманными оппонентами. Диктатура компартии сегодня заменена диктатурой радикал-демократов. Продолжается война за диктаторскую Конституцию, навязывается идея несовместимости Советов с демократией. Система представительной власти, может быть, и несовершенна, но это не значит, что надо разрушать само народовластие, отметил А. Руцкой.
Налицо нравственная деградация общества и рост коррупции. При этом внимание граждан уводят от истинных виновников развала экономики. Вице-президент решительно отмел обвинения в свой адрес, выдвинутые Межведомственной комиссии по борьбе с коррупцией. Моя собственность, подчеркнул Александр Руцкой,-это квартира и фундамент дачи. Собственности за рубежом у меня разумеется нет.
Так называемые сведения о причастности вице-презиньа к счету в швейцарском банке вопреки утверждениям обнародовавших их лиц на самом деле не переданы ни в московскую прокуратуру, ни в Конституционный суд. Это и невозможно, ибо термин «причастность к счету» не имеет юридического смысла, а у внеконституционной межведомственной комиссии нет права подавать какие-либо документы в Конституционный суд.
Вице-президент напомнил об отставках министра юстиции Федорова и руководителя контрольного управления Болдырева, боровшихся с коррупцией, привел выдержки из заявления министра Глазьева, в котором открыто говорится о попытке мафиозных структур помешать восстановлению законности в сфере международной торговли. Касаясь отставки еще одного министра, ведавшего борьбой с коррупцией,-Виктора Баранникова, вице-президент привел документ, подтверждающий, что еще 24 июля, т.е. до отставки Баранникова, небезизвестный Макаров говорил об этом как о деле решенном. Так кто же правит страной?-задался вопросом вице-президент.
80 процентов сведений из знаменитых «чемоданов» Руцкого уже подтверждено, подчеркнул вице-президент, работа прокуратуры продолжается. При этом никто из высших руководителей, ни Шумейко, ни Полторанин не явились в прокуратуру для дачи показаний.
В стране наступило прозрение, заявил вице-президент. Мы стоим на пороге общероссийской забастовки, акций неповиновения. Президентская власть для России необходима. Однако трудно представить, кто скажет спасибо Президенту за то, что произошло с нашей экономикой, за то, что народ доведен до крайности. Выход существует лишь один: принятие законов о президентской власти, о парламенте, о выборах Президента и высшей представительной власти. А затем – одновременные выборы парламента и Президента. Лишь новый состав исполнительной и представительной властей, избранных народом, правомочен заняться разработкой и принятием новой Конституции».

[Иван Родин]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов. – 1993. – 25 августа, среда. – №160 (584). – 8 полос.
- Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-25-avgusta-1993-goda

«Все готово для очередного съезда народных депутатов»
МНЕНИЕ
В ПОСЛЕДНЕЕ время почти каждым своим движением президент создает себе дополнительные сложности, а главное все больше раздражает находящихся рядом с ним.
Как известно, последняя идея г-на Ельцина, почти навязчивая, – создать Совет Федерации. С его помощью планируется несколько укоротить руки Верховному Совету, а также использовать этот Совет как таран для пробивания то ли сразу новой Конституции, то ли новых парламентских выборов, а затем Конституции, то ли еще для каких-либо надобностей. Таким образом, СФ для президентской власти должен стать своеобразным транквилизатором, однако, вполне возможно, станет слабительным средством.
В настоящее время, как известно, идут активные консультации с различными межрегиональными группами. По городам и весям едет заместитель председателя ВС Николай Рябов, тем самым придавая всевозможным совещаниям легкий налет легитимности. Тест указа ожидается если не на этой, то на следующей неделе, но пока предстоит договориться о компетенции, структуре и статусе Совета Федерации. Борис Ельцин надеется, что статус этот будет достаточно высокий, однако субьекты РФ, особенно края и области, соглашающиеся с созданием СФ, все время говорят о его консультативно совещательном характере, по существу повторяя слова Руслана Хасбулатова.
Таким образом, Ельцин, видимо, получит при себе еще одну совещательную структуру, чем больше ослабит себя, а не своего политического противника, который будет иметь в СФ влияние в силу существующей «советской вертикали». Президенту же все свои планы придется обкатывать в Совете Федерации, то есть допустить их огласку, всякие утечки информации и тем самым терять оперативность и инициативу. Если все это будет нежелательно, тогда необходимо будет игнорировать СФ, а значит, он скоро развалится. Не станем говорить уже о том, какие споры внутри СФ будут идти по еще так и не решенной проблеме равенства различных субьектов РФ.
Вторая трудность, созданная Ельциным его же руками, – это его публичные заявления о невозможности для правительства исполнять принятый Верховным Советом бюджет и изданное по этому поводу распоряжение В последнем президент до окончательного утверждения бюджета велит Кабинету руководствоваться старым вариантом, с учетом поправок правительства, направленных в ВС и там отклоненных. В конце прошлой недели президентское вето на уточненный бюджет в парламент поступило. Повторное рассмотрение законам ожидается в пятницу. Маловероятно, что президентские требования о сокращении дефицита бюджета путем простого уменьшения расходов будуи приняты в полном обьеме. Но Ельцину, согласно Конституции, придется все же подписывать закон, который его не устраивает и который он обещал не подписывать никогда. Как поступит г-н Ельцин в этом случае? Подписать-значит прилюдно отказать в доверии министру финансов Борису Федорову, по чьей инициативе президент и испускал «бюджетные громы». Не подписать-нарушить Конституцию.
По некоторым сведениям, хотя зал Большого Кремлевского дворца, где обычно проходят сьезды и разделен на две части, в парламентском центре все дл их проведения подготовлено.
Есть информация, что некоторая часть депутатов при поддержке руководства ВС будет настаивать на внеочередном съезде для проведения импичмента, как только указ о создании Совета Федерации в той или иной форме выйдет в свет. Однако для процедуры отрешения президента от должности требуется заключение Конституционного суда, которому в случае искренне совещательного характера СФ трудно будет его вынести» Другое дело – прямое нарушение Конституции, когда Ельцин не подпишет бюджетного закона, здесь КС, даже пропрезидентски настроенный, от своих обязанностей не уклонится. Кроме того, напрасно г-н Ельцин не учитывает того факта, что для каждого отдельного депутата проголосовать за импичмент «по экономическим соображениям» все же легче, чем по основаниям политическим. А уж народные депутаты, приехавшие на чрезвычайный сьезд из провинции, где не платят за зерно, где останавливаются предприятия и прочее, соответствующее настроение будут иметь обязательно.

[Юрий Орлик]

«Известия» / Учредитель: Журналистский коллектив «Известий» — 1993. — 10 сентября, пятница. — № 172 (24027). — 8 полос.
«Посудив-погадав о том, что же скрывалось за словами президента, пообещавшего нам «боевой» сентябрь, и толком так и не расшифровав их смысл, пресса успокоилась. Между тем из источников, заслуживающих доверия, редакция получила информацию, которая дает основание предполагать, что сказанное — не обмолвка, не случайно слетевшая с уст реплика, а знак действительной настроенности президента на решительные действия, суть которых он предпочел заранее не раскрывать. Но для начала присмотимся повнимательнее к тому, чем занимался президент, выйдя из отпуска.
Межгосударственные отношения. Зарубежные визиты были сведены до минимума-всего 48 часов потратил Ельцин на Варшаву, Прагу, Братиславу. Он предпочел работать дома. Встретился едва ли не со всеми руководителями бывших республик Союза-с Рахмоновым, Шеварнадзе, Снегуром, Акаевым, Назарбаевым, Алиевым, в Массандре-с Кравчуком. Первая тема-урегулирование конфликтов. Вторая-экономика. Цена разрыва традиционных хозяйственных связей оказалась непомерно высокой. Попытки переориентироваться на других экономических партнеров-безуспешными. Результат-падение уровня жизни, нарастание социальной напряженности. Все это подталкивает лидеров этих стран к поиску новых форм интеграции-в виде ли экономического союза, рублевой зоны нового типа и т.д. Только так можно смягчить последствия распада СССР, вырваться из кризиса. Закономерно повышение интереса к СНГ. Всего несколько депутатских голосов не хватило Молдове для вступления в Содружество. Гейдар Алиев решительно отмежевался от курса прежнего руководства республики на самоизоляцию и заявил о намерении Азербайджана вступить в СНГ.
Ельцин вместе с главами независимых государств пытается собрать распавшееся после августовского путча, отдавая себе отчет в том, что дело это чрезвычайно трудное, кропотливое, требующее времени. В этих условиях по меньшей мере некорректно обвинять руководителей российской исполнительной власти в том, что они «встревожены тенденциями к интеграции», стремятся им «воспрепятствовать». А именно об этом говорит Хасбулатов в пространной беседе с главным редактором «День» Прохановым. Спикер вздыхает по былому державному величию, кается в том, что «питал иллюзии» в отношении Беловежских соглашений, сожалеет по поводу того, что «СНГ превращается в ничто». При этом «без всякого хвастовства» втолковыает понятливому собеседнику, что он Хасбулатов, «как председатель Межпарламентской ассамблеи стран СНГ-на сегодняшний день самое важное должностное лицо на всем пространстве СНГ, выше любого президента».
Для Б.Ельцина лидеры независимых государств-равные партнеры. Он спорит с ними, не соглашается, уступает, торгуется. Стал более жестким, когда речь заходит о геополитических интересах России, защите прав русскоязычного населения. Напрямую связал сроки нахождения 14-й армии в Молдове с предоставлением особого правового статуса Приднестровью. Выступая за территориальную целостность Грузии, напомнил Шеварнадзе об интересах Абхазии и Южной Осетии. Предложение Кравчуку разменять Черноморский флот и его базу в Севастополе на нефть, хотя в гтовность Украины пойти на это верится с трудом,-тоже из этого ряда. Но при этом Ельцин никому не грозит поднять в воздух эскадрилью, оказать силовое давление. Это вызывает уважение партнеров, повышает доверие к российскому президенту, российской политике. Спикер же позвояет себе говорить о «лидерах местных политических элит» оскорбительно-как о «вождях вассальных племен, одетых в звериные шкуры» (из той же беседы с Прохановым). Хотя фамилию спикер упомянул лишь одну-Джохара Дудаева, но, если судить по общему контексту разговора, метил не в него одного.
Президент и парламент. Эта тема навязла в зубах. Но, чтобы понять настроение президента, придется кое-что повторить. Парламент — главная арена политических схваток, потрясающих Россию. Стена, о которую разбиваются все замыслы Ельцина.
Любое президентское предложение здесь встречается в штыки. Независимо от его содержания. Конфронтация вспыхивает по любому вопросу. Микрофоны знают одно слово — «нет». Конституционное совещание бойкотировано. Петрозаводская инициатива — создать Совет Федерации — парламентом отвергнута. Гиперинфляционный бюджет, на который наложил вето президент, депутатами принят. Приостановлены все указы президента, направленные на развитие приватизации, парламент не скрывает своего намерения законодательно ее похоронить. Не приняты в расчет поправки президента к дополненному парламентом Закону о средствах массовой информации — депутаты благословили воссоздание института цензуры, для начала — на телевидении. На очереди — пресса.
Когда выстраиваешь все эти факты в один ряд, понимаешь, что исполнительная власть по существу лишена возможности нормально работать, осуществлять свои конституционные полномочия, проводить ту политику, которая при всех тяготах нынешней жизни была поддержана на апрельском референдуме.
А судя по тому, что на выходе новые законодательные акты, обкусывающие со всех сторон правовое поле президента, нас ждет очередной виток конфронтации, грозящей потерей управления.
Что в портфеле спикера. Хасбулатов приоткрыл его Проханову. Оказывается, парламенту предлагается принять в ближайшее время три новых нормативных акта-«О механизме вступления закона в действие после преодоления президентского вето», «Об уголовной ответственности высших должностных лиц за невыполнение законов Верховного Совета и постановлений сьездов», «Об уголовной ответственности за невыполнение постановлений Конституционного суда». Добавьте к тому пакет поправок к Конституции, подготовленный одним из лидеров оппозиции председателем Комитета по конституционному законодательству В.Исаковым. В соответствии с ним Верховный Совет утверждает и освобождает не только главу правительства, его заместителей, но и всех ведущих министров. Решает вопрос о недоверии правительству в целом и отдельным его членам простым большинством голосов. Президент не вправе возглавлять исполнительную власть, не руководит деятельностью кабинета. Одним словом, становится фигурой декоративной. Как тут не согласиться с мнением народного депутата России Владимира Фомина, что предложенные поправки, которые, вне всякого сомнения, будут приняты парламентом, по существу «конституционный фугас», заложенный под Кремль и Старую площадь.
Кек его разрядить, уберечь уже не себя, а страну от взрыва-вот вопрос, который стоит сегодня перед президентом. Аналитические службы президентской команды не исключают, что загнанный в тупик Ельцин может отважиться на крутые, решительные меры.
Двоевластие становится слишком обременительной ношей для страны, народа. Линия раскола с федерального уровня давно устремилась вниз, проникая в толщу всей нашей общественной жизни. У нас теперь всего по два. Местные Советы и администрация. Со своей прессой и телевидением. Две комиссии-Межведомственная и парламентская, ведущие борьбу с коррупцией в высших эшелонах власти. У каждой-собственные чемоданы компромата. Размежевались творческие союзы. Спикер встречается со своим писателем, президент-со своими. Еще недолго-и появятся два центральных телевидения, две генпрокуратуры, два верховных суда, два правительства. Предпосылки для этого есть.
Социологические замеры общественных настроений да и собственный житейский лпыт подтверждают нарастание политической апатии. Люди, особенно в провинции, смотрят на происходящее в верхах с недоумением и брезгливостью. Требует прекращения войны всех против всех, наведения порядка в стране.
Причем расчеты непримирымых на то, что именно их призовет народ «спасать державу», явно не оправдались. Нет им веры. Ни одно из их мрачных пророчеств-а обещали-накликали на Россиию и бунты, и социальные взрывы, и голод, и холод-не сбылось. Сила их-на исходе. Среди лидеров грызня. Ряды сторонников редеют. Подтверждение тому-августовские контрмарши этого года.
Ничего не вышло из попыток вечно непримиримых расколоть армию. Визит Ельцина в Таманскую и Кантемировскую дивизию убедил президента в том, что армия оправилась от шока и не позволит втянуть себя в политические маневры. В окружении президента дают понять, что вакансии в Министерстве безопасности и в в Министерстве внутренних дел будут заполнены в ближайшие дни. Верными президентскому курсу людьми.
Почувствовав, что Ельцин утверждается в решимости не идти на поводу у парламента, Хасбулатов, не отказываясь от намерения поймать президента в конституционную ловушку, в то же время начал усиленно искать с ним контактов. В администрацию президента зачастили депутаты, проговаривая идею встречи президента и спикера. Из заслуживающих доверия источников редакции стало известно, что во время беседы Хасбулатова с Назарбаевым в постпредстве Казахстана спикер тоже затронул тему, рассчитывая на то, что его намерения станут известны президенту. В окружении Ельцина к возможности такой встречи относятся явно скептически, считают, что время упущено, что Хасбулатов сжег споры моста, которые вели к президенту.
Что же дальше? Перед Ельциным два пути. Продолжать тяжбу с парламентом, добиваться повышения властных полномочий Совета Федерации, вновь и вновь убеждать политических оппонентов в том, что Россия не может дальше жить по старой Конституции. Без особой надежды на успех. Или попытаться радикально изменить ситуацию. Источники, близкие к президенту, утверждают, что Ельцин склоняется именно к этому. Речь идет о роспуске Верховного Совета и немедленном назначении даты следующих выборов. При этом действия президента будут не только решительными, но и скорыми.
Легко предсказать реакцию Верховного Совета на этот шаг президента, если он действительно будет сделан. Значительно сложнее предугадать, как он будет воспринят в обществе. В президентском окружении надеются, что с пониманием. Парламент, избранный в «другой стране», ставшей, по существу, однопартийным, выражающим волю Фронта национального спасения, тащит Россию назад, прочь от реформ. Это становится очевидным для все большего числа людей. А за президентом, его политикой-дважды подтвержденный мандат всенародного доверия.

[Борис Пугачев]

«Российская газета» / Издание Верховного Совета Российской Федерации. — 1993. — 11 сентября, суббота. — № 176 (792). — 16 полос. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-11-sentyabrya-1993-goda-0
«Похоже, объявленная Ельциным «артподготовка» заканчивается. Указ по Руцкому, последовавшая затем непосредственная опора «на силу», когда Главное управление охраны решает, «пущать или не пущать» конституционно избранных должностных лиц в их резиденцию, — крайняя точка «артподготовки». Правовой произвол творится у всех на глазах. Молчат «партии», молчит «демократическая» пресса, молчит «общественность». Расчет властей прост — сломить, подавить моральное сопротивление произволу.
Общественность готовят к новым «демократическим шагам» Президента. «Известия» (10.09.93 г.) сообщают, что Президент «склоняется» к новым радикальным мерам. «Речь идет о роспуске Верховного Совета и немедленном назначении даты следующих выборов. При этом действия Президента будут не только решительными, но и скорыми». Простите, но именно такие действия и есть государственный переворот. Конечно, всегда найдутся угодливые и бесчестные люди, которые попытаются обьявить подобные шаги верхом законности демократической целесообразности, реализации «воли народа». Да что там найдутся! Они есть уже сегодня.
Мера «конституционности» и «законности» таких шагов элементарна, ясна каждому. Но здесь хотелось бы указать на политические действия таких решений. Указать пока не поздно, пока не произошло непоправимое, пока затворивашаяся в Кремле кучка «умников» не толкнула Президента на отчаянный, трагический и бесповоротный шаг.
Существует ли в стране разрушающее государство двоевластие? Безусловно, да. Но не поняв причины его, мы не найдем и верных решений. А не найдя их, столкнем страну в пропасть, в хаос, нарушив хрупкий мир в отечественном доме. Президент и обслуживающие его силы настойчиво пытаются вбить в массовое сознание ложный взгляд. Борьба-де идет между «демократическим» Президентом и «коммунистическим», «консервативным» парламентом, между «хорошим» Ельциным и «плохим» Хасбулатовым.
Это не так. Борьба идет за политический курс в стране, за предотвращение краха России, к которому с неизбежностью ведет нынешняя государственная политика. Кстати, политика, за которую в равной мере несут ответственность и Президент, и парламент. Хасбулатов, Руцкой, большинство парламентариев — это бывшие сторонники Ельцина. Что обусловливает их противостояние нынешнему курсу Президента? Только одно — внутренняя убежденность, что сегодняшняя социальная и экономическая президентская политика губительна, ибо за реформы выдаются псевдореформы. И отмахнуться от такой оценки-они, дескать, выражают позицию Фронта национального спасения-нельзя. С острой принципиальной критикой нынешнего экономического курса выступали ведущие ученые-Богомолов, Петраков, Шмелев, Явлинский, Яременко, Ясин. Разве мало этого ряда? Его можно и продолжить. Что же, и их всех чохом отнесем к ФНС?
Нет, положение здесь сложнее. «Реформы», несущие развал производства, обнищание народа, господство криминально-мафиозных нуворишей,-это антиреформы. И подобный курс с неизбежностью будет сменен. Разве острейшая борьба в самом правительстве между «группой» Лобова и «группой» Чубайса-Федорова не свидетельствует об этом?
В контексте предстоящих «решительных» мер Президента упоминается недавний его визит в Таманскую и Кантемировскую дивизии, говорится о том, что в ближайшее время будут заполнены вакансии в МБ и МВД «верными президентскому курсу людьми». Как это расценить в свете ожидаемого «роспуска» Верховного Совета? Двусмысленность самого противопоставления «верности» Президенту и закону очевидна. И не просчитался ли уже Горбачев, сделав ставку на личную верность?
В этой связи всякие рассуждения о том, что сожжены мосты, ведущие к взаимопониманию различных политических и различных ветвей власти, искусственны, если не намеренны. Они преследуют цель разжечь пламя вражды, столкнуть противоположные политические силы во взаимоуничтожающей схватке. Расчет прост-самим осуществлять власть либо держаться около власти. Любые насильственные действия против любой из ветвей власти приведут сегодня к социальному взрыву, непредсказуемому по своим последствиям.
Президент может опираться только на одну силу-силу закона. В противном случае он теряет свою собственную значимость в качестве законного Президента.
И последнее. О народном доверии. Любое народное доверие, полученное, будь то на выборах или референдумах, не дает никаких прав на «решительные» антиконституционные шаги. Не манипулируйте волей и доверием народа. Мандат на референдуме был выдан всем властям на законоуважительные, конституционные действия.
Выход сегодня один. Не «решительные действия», ведущие к государственным переворотам, а спокойный и терпеливый диалог. Не «р-ре-волюционные» шараханья, а подлинные реформы, обьединяющие всех.
Автор, политолог

[Вера Кузнецова]

«Независимая газета» / Учредитель: Московский городской Совет народных депутатов — 1993. — 15 сентября, среда. — № 175 (599). — 8 полос. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-15-sentyabrya-1993-goda

«Члены президентского совета выступили с критикой «команды Ельцина»

«В сентябре-октябре нужно переломить негативные тенденции и, прежде всего, остановить разрушительное воздействие двоевластия в России», — сказал вчера Борис Ельцин, открывая в Большом Кремлевском дворце первое после летних каникул заседание Президентского совета. По словам Ельцина, необходим мирный и цивилизационный выход из кризиса. «Преодоление двоевластия-это важное условие для оздоровления экономики, укрепления правопорядка, и даже нравственного возрождения»,-подчеркнул Ельцин.
На заседании Президентского совета обсуждалась политическая ситуация в России, а также тактика действий президента в ближайшие два месяца. Ельцин отметил, что от создания Совета Федерации, от пленарного заседания Конституционного совещания и совместного заседания Конституционного совещания и Конституционной комиссии будет зависеть, наметится ли выход из конституционного кризиса.
По информации из президентских кругов, в субботу Ельцин проведет совещание с руководителями исполнительной и представительной власти субьектов федерации, на котором им, возможно, будет предложено создать Совет Федерации. Такая инициатива обсуждается, но она зависит от уровня представительства: приедут ли в Кремль желаемые две трети представителей от всех субьектов РФ.
После Президентского совета
Пресс-секретарь президента РФ Вячеслав Костиков сообщил журналистам, что разрешить конституционный кризис с нынешним составом парламента не представляется возможным. «У президента есть четкий план достаточно решительных действий на короткий период времени,-добавил Костиков,-хотя жесткие действия не обязательно должны носить нецивилизованный характер».
Президентский совет сошелся во мнении, что новые выборы, даже технически, не могут быть осуществлены нынешней осенью. Таким образом, как и предполагали эксперты, выборы в парламент, а также, по всей видимости, и выборы президента, пройдут будущей весной. Вопрос, правда, остается в том, захочет ли нынешний ВС принять в ближайшее время какой бы то ни было закон о выборах и пойти на компромисс с президентом-даже если этот компромисс будет состоять в одновременных досрочных выборах и депутатов, и президента? Некоторые члены Президентского совета подтвердили, что в субботу планируется учредить Совет Федерации.
Наблюдатели считают, что Совет Федерации, по плану Ельцина, должен стать некоторым ограничителем всевластия Советов. Однако у этих наблюдателей остаются прежние сомнения в том, удастся ли Ельцину собрать под знаменем Совета Федерации две трети представителей исполнительной и представительной власти из всех регионов России.
На заседании Президентского совета его члены сделали много нелестных замечаний в адрес президентской команды, заметив, что пора навести в ней порядок, при котором все президентские соратники будут, по крайней мере, говорить не то, что им заблагорасудится, а то, что соответствует тактике и стратегии самого Ельцина.
Один из экспертов Президентского совета заметил: «Нынешняя проблема не в борьбе между исполнительной и законодательной властью, а в борьбе внутри исполнительной власти».

[Svobodanews]

«Российская газета» / Учредитель: Верховный Совет Российской Федерации — 1993. — 17 сентября, пятница. — № 180 (796). — 8 полос. - Источник: http://www.yeltsincenter.ru/digest/release/den-za-dnem-17-sentyabrya-1993-goda

«Радио Свобода» взяло интервью у Председателя Верховного Совета Руслана Хасбулатова. Интервьюеры-Савик Шустер, Серж Шнеман и Ольга Бычкова (обозреватель еженедельника «Московские новости»)
(Беседа публикуется в сокращении).
Р: Не так давно, Руслан Имранович, депутаты от оппозиции заявили журналистам, что теперь поностью вас поддерживают, поскольку сейчас вы выражаем правильную политическую линию и ваши взгляды на политические процессы стали более правильными, чем когда-либо. Фактически это означает, что вы стали выражать линию и взгляды Фронта национального спасения. Как бы вы могли это прокомментировать?

["Коммерсантъ"]

http://im0.kommersant.ru/Issues.photo/CORP/2014/09/17/KOG_146118_00047_1_t218_140208.jpg
1993 год. Президент России Борис Ельцин подписал указ о роспуске Верховного Совета

[Максим Соколов]

https://www.kommersant.ru/doc/4558

Журнал "Коммерсантъ Власть"
04.05.1992, 00:00

Ельцин на Севере: характер невыдержанный, нордический

Заканчивая турне по русскому северу, президент Ельцин 30 апреля впервые объявил о намерении "разогнать съезд", то есть вновь прибег к своему любимому политическому оружию — "взорвать ситуацию".
Причины и возможные последствия очередного направленного взрыва анализирует парламентский обозреватель Ъ МАКСИМ СОКОЛОВ.

Задачи общения с народом многообразны. Апрельская ситуация в чем-то сродни январской — вновь раскручивается ценовая спираль и вновь раздаются обвинения в продаже Родины мировому империализму. И, как в январе, Ельцин решил подсластить пилюлю очередной порцией популизма. В частности, он сообщил, что Россия вступила в МВФ не затем, чтобы подчиняться диктату, ублажил ВПК — надо строить больше подводных лодок, "чтобы Америка внезапно по нам не шарахнула", и успокоил народ — "реформа будет вестись чуть-чуть полегче". Впрочем, понимая, что надо же президенту хоть что-то говорить трудовым коллективам, и находившийся в Вашингтоне Гайдар, и его собеседник Джордж Буш отнеслись к речам Ельцина философски — у президента работа такая.
Главная же цель агитпоездки, похоже, была в другом. Что Ельцин ничего не забыл и не простил, стало ясно, когда он охарактеризовал съезд как не выражающий общественные настроения и объявил о необходимости пообщаться с народом. Это означало, что именем народа съезду будет вынесен приговор — и ждать его пришлось недолго. 30 апреля Ельцин сообщил рабочим Череповецкого металлургического завода: "Этот съезд, понимаешь! хотелось бы о нем хорошее слово сказать". И сказал: "Надо проводить референдум о конституции, и тогда — съезда не будет", после чего впервые прозвучали сакраментальные слова: "Разогнать съезд!" На этом президент общение с народом прекратил.
Выбор между горбачевским лавированием и привычной манерой ходить напролом Борис Николаевич сделал не сразу. Ему предшествовала неделя раздумий, в ходе которой советники президента оказывали на него деликатное, но недвусмысленное давление: Бурбулис публично заявил, что теперь он намерен заниматься исключительно связями с общественными организациями, Шахрай демонстративно отказался возглавить российскую делегацию на одесских переговорах с Украиной. Если отбросить маловероятную версию, что экс-вице-премьеры решили уйти на покой, смысл фрондирования — побудить Ельцина к активным действиям, дождаться громового разряда и вернуть себе былое влияние.
Позиция Шахрая была обнародована в "Известиях" накануне ельцинского заявления: без конституционной реформы судьба правительства будет печальной, парламент не успокоится, и кабинет может пасть через месяц. Главный же аргумент сторонников решительных действий — "раньше сядешь — раньше выйдешь". Приняв за аксиому, что анахроничному съезду не дожить до 1995 г., советники вождя рассудили: коли разгон неизбежен, лучше это делать сейчас, чем в горячке грядущих кризисов, которые, как показывает опыт Восточной Европы, обещают быть покруче нынешних.
Заявление президента ошарашило даже его приверженцев. Так, лидер радикальных демократов Сергей Юшенков предположил, что Борис Николаевич по своему обыкновению опять брякнул невесть что. Однако, похоже, президентский демарш является и обдуманным и осторожным: Ельцин всего лишь высказался за сбор подписей для референдума — в зависимости от обстоятельств его можно продолжить, но можно и дать отбой. К тому же дата заявления — 30 апреля — как бы специально выбрана: впереди долгие праздники, руководство ВС в разъездах, сам парламент соберется только 11 мая, и потому есть время, чтобы точнее определить план действий. Он, очевидно, будет зависеть от того, сумеет ли руководство ВС дать резким заявлениям президента столь же резкий отпор.