*537. Заявление организаторов митинга 6-го мая [Архив] - Форум "Солнечногорской газеты"-для думающих людей

"Ежедневный журнал"

08.03.2014, 21:33

http://www.ej.ru/?a=note&id=24640
7 МАРТА 2014 г.
http://ej.ru/img/content/Notes/24640//1394182321.jpg
Мы публикуем главу из выходящей в свет книги «Социал-демократическая альтернатива», написанной тремя депутатами Государственной думы от «Справедливой России» - Валерием Зубовым, Сергеем Петровым и Алексеем Чепой – и политологом Алексеем Макаркиным. Книга посвящена возможностям для социал-демократии в современной России – в том числе в связи с проблемой укорененности этой идеологии в отечественной истории. Можно ли уважительно относиться к левой идеологической традиции и при этом не скатываться к оправданию тоталитаризма? Что из опыта предшественников сохранило актуальность для нашего времени? Можем ли мы под новым углом зрения посмотреть на деятелей, являвшихся «хрестомайтийными» в советское время и, казалось, потерявших актуальность сейчас? Это только некоторые вопросы, которые ставятся в книге. Корни российской социал-демократии

Будем честны. Идеологические «предшественники» - это не однозначно заданный историей ряд мыслителей и практиков. Их круг в значительной мере определяется последователями, то есть подгоняется под их пристрастие. Определяя свои «корни», мы берем на себя ответственность за то, что намерены быть продолжателями лучшего из тех идей, которые развивали те, кого мы выбрали своими предшественниками.

Для приверженцев социал-демократии идеологическими и политическими предшественниками являются деятели, придерживавшиеся левых взглядов, в том числе и сторонники революционных взглядов. Немецкие социал-демократы уважительно относят к своим предшественникам Маркса и Энгельса (правда, обращая особое внимание на «молодого Маркса» и «позднего Энгельса») и никого ни в партии, ни в среде ее избирателей это не шокирует. Итальянские левые глубоко почитают Грамши, оказавшего огромное влияние на идейные поиски левых сил в ХХ столетии. Французской социалистической субкультуре свойственно уважение к деятелям Французской революции и рабочего движения последующих столетий – хотя социалисты и не собираются оправдывать робеспьеровский террор или расстрел заложников в конце существования Парижской коммуны.

От коммунистов (которые также апеллируют к этим фигурам) социал-демократы отличаются отсутствием фундаментализма, терпимостью к мнениям оппонентов и стремлением вычленять из наследия предшественников жизнеспособные элементы, отказываясь от устаревших догм и тупиков идейных исканий. К таким тупикам, например, относится абсолютизация революционных методов и недооценка драматических последствий революций для общества и конкретных людей, его составляющих. Но и в поисках людей, на разных этапах своей деятельности бывших сторонниками революции, можно найти немало ценного и актуального для нашего времени.

Социал-демократия укоренена в российской истории – как укоренена в ней идея справедливости. Другое дело, что российской власти в отношении к истории свойственны две проблемы – вспоминать о предках выборочно и шарахаться из стороны в сторону, выбирая крайности. Если в советский период проклинали царей (делая исключение для Петра, да и то после недвусмысленных сталинских указаний по разгрому «школы Покровского»), то сейчас происходит возврат к традициям официальной историографии имперской России – прославления всех императоров как великих россиян. А кое в чем и эту историографию уже превзошли – например, вряд ли даже самому сервильному царскому историку пришло бы в голову публично прославлять отдельный корпус жандармов. В нашей же «популярной историографии» и генерал Бенкендорф становится сугубо положительным героем – причем не только как бравый партизан времен Отечественной войны и освободитель Голландии от Наполеона (эти его деяния заслуживают уважение), но и как предводитель «мундиров голубых» из Отдельного корпуса жандармов.

Зато все, что не соглашалось с официальной концепцией «православия, самодержавия и народности» обвиняется в расшатывавшей империю подрывной деятельности, да еще и не без участия иностранных держав. Осталось только принять закон о посмертном присвоении звания «иностранных агентов» декабристам и представителям разных поколений русской эмиграции позапрошлого и начала прошлого веков.

В массовом сознании, исключая коммунистическую субкультуру, левые политики сейчас не в моде. Свою роль в этом играет, разумеется, усталость от советских прописей типа «декабристы разбудили Герцена», которые приходилось заучивать в школах и институтах. Но не только. Для страны, претерпевшей страшный эксперимент большевиков (являвшихся экстремистской частью социал-демократии, отрекшейся от самого этого понятия в 1918 году), революционность непривлекательна по определению. Психологически это понять можно – но «отсечение» целого культурного слоя обедняет духовную жизнь страны.

Сразу отметим, что наследие многих деятелей российского левого движения не может быть востребовано современной социал-демократией даже частично. К таким «мертвым ветвям» можно отнести наследие Пестеля, мечтавшего о революционной диктатуре с опорой на многочисленную тайную полицию. Бакунина – барина, пытавшегося взбунтовать мужиков, подняв их на новую пугачевщину. Заговорщика-теоретика Ткачева и заговорщика-практика Нечаева, переступившего через все моральные нормы. Ленина, Троцкого и Сталина, создавших тоталитарное государство и ставших виновниками гибели миллионов наших соотечественников – во время гражданской войны и голода, в тюрьмах и лагерях. Впрочем, некоторых из этих персонажей – Сталина никак не меньше, а, возможно, даже больше, чем Ленина - признает в качестве идейных наставников нынешняя КПРФ – крупнейшая партия парламентской оппозиции. Возникает драматическая ситуация, при которой альтернативой одному политически ангажированному пониманию отечественной истории выступает другой, еще более одиозный, набор стереотипов. Более того, современной российской власти оппоненты-сталинисты даже выгодны – они слишком архаичны, чтобы иметь серьезное будущее в глобальном мире.

Но у, казалось бы, антагонистичных представлений об истории есть и нечто общее – это отрицание принципа свободы. Одни превозносят «подморозивших» страну АлександраIIIи Победоносцева (обычно не задумываясь о том, что их деятельность способствовала революционному взрыву уже при следующем монархе), другие делают своим идолом Сталина, установившего самую жестокую диктатуру в российской истории. Однако подобное положение дел не может продолжаться долго – в России подрастают новые поколения, которые неизбежно востребуют поиск других образцов – разумеется, воспринимаемых не догматически, а творчески, с учетом драматического отечественного и мирового опыта ХХ столетия.

Тем более, что среди российских деятеле й, относящихся к левой традиции, есть немало фигур, взгляды которых и сейчас не утратили актуальности. Начнем с декабристов, большинство которых вовсе не собирались заменять монархию на диктатуру по пестелевскому рецепту. Они мечтали о реформах – и только видя, что власть не собирается их проводить, а, напротив, перешла к реакционной политике, стали составлять планы военного заговора. Например, Михаил Фонвизин – боевой офицер, герой Отечественной войны, закончивший службу в генеральском чине. Оказавшись в числе декабристов, он лишился всего – свободы передвижения (только перед самой его смертью царь разрешил ему вернуться из Сибири в центральную Россию), дворянства, чинов, орденов. Но когда на склоне лет Фонвизин встретился с Иваном Якушкиным, который принял его в тайное общество (и также заплатил за свои действия сибирскими десятилетиями), то поклонился ему в ноги за то, что тот помог ему провести большую часть жизни среди достойных людей в согласии со своей совестью.

Во время ссылки в Сибири Фонвизин заинтересовался социалистическими и коммунистическими учениями - и сделал свои выводы. Отметив ненормальность того, что интересы «страждущего большинства» принесены в жертву благостоянию меньшинства общества, Фонвизин в то же время осудил несбыточные коммунистические «мечты-утопии», угрожающие «обществу разрушением, возвращением его в состояние дикости и окончательно самовластною диктатурою одного лица, как необходимым последствием анархии». В качестве альтернативы декабрист предлагал соединение социалистических и христианских ценностей, так как «улучшение бедственного положения низших классов, так называемых пролетариев», соответствует евангельскому принципу любви к ближнему.

Следующее имя куда более известно – Александр Герцен. Один из наиболее ярких умов РоссииXIX столетия, которому оказалось душно в условиях николаевского режима – большую часть своей жизни он был вынужден провести в эмиграции. В своих размышлениях о судьбах России и ее народа Герцен стремился соединить либерализм и демократию, политическую свободу и социальную справедливость. Тупик либеральной

мыслиXIXвека заключался в ее элитарности, неспособности выйти за пределы конституционных реформ, которые давали политические права лишь меньшинству населения (как это произошло при «июльской монархии» во Франции), но игнорировали интересы большинства. Традицию справедливости в России Герцен находил в солидарности крестьянской общины, с которой связывал будущее «русского социализма» - но только в соединении со свободой, носителем которой является европейски образованная интеллигенция. Российский коллективизм должен был соединиться с индивидуализмом, свойственным Западу (притом, что, будучи первоначально убежденным «русским европейцем», Герцен в эмиграции стал куда более критичным к тому Западу, современником которого он был).

Как и многие мыслящие люди, Герцен не был догматиком – его идеи претерпевали изменения. В течение долгого времени он отрицал значимость традиций для будущего социалистического строя (такой подход свойственен левым радикалам – вспомним хотя бы хрестоматийное «весь мир насилья мы разрушим»). Однако на склоне лет Герцен писал о том, что «новый водворяющийся порядок должен являться не только мечом рубящим, но и силой хранительной. Нанося удар старому миру, он не только должен спасти все, что в нем достойно спасения, но оставить на свою судьбу все не мешающее, разнообразное, своеобычное». Опасения, что революция уничтожит вечные ценности, накопленные мировой культурой, привели его к мысли о том, что преобразования должны носить постепенный характер. «Я нисколько не боюсь слова «постепенность», опошленного шаткостью и неверным шагом разных реформирующих властей. Постепенность так, как непрерывность, неотъемлемы всякому процессу разуменья», - писал Герцен. Неудивительно, что он решительно отвергал безнравственность, свойственную Нечаеву, оказавшись прозорливее многих других эмигрантов, сочувствовавших этому авантюристу.

Герцен оказал огромное влияние на формирование взглядов русских мыслителей последующих поколений, придерживавшихся как социалистических, так и анархистских взглядов. В исторической перспективе анархизм выглядит тупиковым направлением, история которого к тому же омрачена уголовщиной периода гражданской войны (впрочем, и в социалистической традиции, как мы отмечали выше, были большевики). Однако нельзя игнорировать опыт одного из основателей русского анархизма Петра Кропоткина – аристократа, выходца из древнего княжеского рода, путешественника – исследователя Дальнего Востока, выдающегося географа. После побега из тюрьмы, где он оказался за революционную деятельность, Кропоткин стал эмигрантом и вернулся на Родину только в 1917 году. В конце жизни он, несмотря на старость и болезнь, отказался от спецпайка, предложенного ему большевиками.

Неприятие Кропоткиным любого государственного строя неприемлемо для социал-демократов – но его критика «обожествления» государства, его доминирования над личностью заслуживает внимание и в наши дни, когда глобализация сопровождается развитием Интернет-технологий и социальных сетей, позволяющих взаимодействовать людям, живущим на разных континентах. Еще один важный аспект учения Кропоткина – его этика. Ученый обратил внимание на то, что в природе и обществе большую роль играют взаимопомощь, солидарность, что не следует абсолютизировать борьбу как способ развития общества. Он много размышлял о том, как в условиях революции добиться наибольших результатов «с наименьшим числом жертв и по возможности не увеличивая взаимной ненависти». И, наконец, обратим внимание на позицию Кропоткина во время Первой мировой войны, когда знаменитый анархист выступил с призывом защищать свою страну.

Еще один выдающийся русский эмигрант – Петр Лавров, оказавший огромное влияние на формирование социал-революционной традиции, которой придерживалась партия эсеров – преемница народнических организаций. Полковник артиллерии, профессор математики, мыслитель и публицист, Лавров за свое инакомыслие (заговорами он не занимался) был выслан в Вологодскую губернию. Пробыв в ссылке несколько лет, он бежит за границу, где прожил три десятилетия – до самой смерти. Лавров не был социал-демократом – он представлял другое социалистическое направление – но в 1889 году был одним из российских делегатов учредительного конгрессаII Интернационала (предшественника нынешнего Социнтерна).

Лавров был противником призывов к бунту и политических заговоров – он считал, что необходима долгая пропагандистская работа, чтобы подготовить народ к более справедливому обществу. Он размышлял о сочетании революции и нравственности – и приходил к заключению, что социалист не может отрицать общечеловеческие нравственные принципы. «Долгим развитием человечество выработало в своей истории и нравственное начало; из смутной нравственности старого мира выросла социалистическая нравственность с ее единственной святыней – справедливостью; и во имя этой единственной святыни социалисты говорят: ни убийство, ни грабеж нравственны быть не могут», - писал он. Лавров, как и все революционеры, не исключал политического насилия, но он считал его вынужденным средством, применение которого надо минимизировать, так как знамя революционной борьбы «должно быть чисто и не запятнано ни одной лишней каплей крови».

Вместе с Лавровым в числе учредителей IIИнтернационала был и основатель российской социал-демократии Георгий Плеханов. Отношение к этому незаурядному человеку в советское время было противоречивым. Его труды (кроме самых поздних, жестко враждебных большевистской идеологии и практике) свободно издавались, а именем Плеханова назывались различные объекты. Один из соавторов этой книги закончил Плехановский институт, а другой в течение большей части «нулевых» годов жил на московской улице Плеханова. В то же время его деятельность подвергалась критике за принципиальные разногласия с Лениным и другими большевиками. Один из создателей Российской социал-демократической рабочей партии, Плеханов присоединился к ее меньшевистскому крылу, а ко времени Первой мировой войны занимал более умеренные позиции, чем партия меньшевиков.

Заслугой Плеханова перед российской социал-демократией является как создание первой отечественной организации, придерживающейся этой идеологии («Освобождение труда»), так и выстраивание тесных контактов с европейскими левыми силами. Имя Плеханова стояло в одном ряду с именами лидеров социал-демократических партий Франции, Германии, Бельгии – Жореса, Бебеля, Вандервельде. Будучи революционером и убежденным борцом за интересы рабочих, Плеханов в то же время выступал за взаимодействие социал-демократов с либералами в политическом процессе. В том числе и ходе выборов в Государственную Думу - чтобы не допускать прохождения в парламент реакционных депутатов (Ленин, как известно, исходил из прямо противоположного принципа – «чем хуже, тем лучше»). Во время Первой мировой войны Плеханов выступил за объединение всех патриотических сил для защиты страны – но не для внешней экспансии. И здесь также его позиция принципиально расходилась с пораженчеством большевиков.

О меньшевиках, противостоявших экстремистским тенденциям в социал-демократии, существует представление, заимствованное из советских фильмов – как о хлипких интеллигентиках, не способных ни на что, кроме жалких попыток возразить доблестному агитатору-большевику. Хрестоматийной стала история с Лениным, который смог дать блестящий ответ одному из меньшевистских лидеров, Ираклию Церетели – когда тот в 1917 году наI Всероссийском съезде Советов заявил, что в России нет партии, способной взять в свои руки власть, то вождь большевиков произнес: «Есть такая партия!». На самом деле, история на этом не закончилась – Церетели не стушевался, а заявил о недопустимости опасных экспериментов, способных поставить под угрозу судьбу революции.

Вообще, Церетели меньше всего можно было назвать слабой личностью. Сын известного грузинского писателя, представитель древнего, но обедневшего рода, он совсем молодым человеком был избран депутатом Государственной Думы, где стал одним из лидеров социал-демократической фракции. За несколько месяцев депутатства он заплатил шестью годами одиночного заключения и последующей ссылкой в Сибирь по сфабрикованному обвинению в организации заговора. Выйдя на свободу после Февральской революции, он возвращается в Петроград и становится одним из главных сторонников коалиции либеральных и социалистических партий в рамках Временного правительства, приняв пост министра почт и телеграфов и политическую ответственность за попытки наведения порядка в стране.

В октябре 17-го Церетели был болен и не смог активно участвовать в противодействии революции, но уже в январе следующего года он с трибуны Учредительного собрания, несмотря на обструкцию и угрозы со стороны большевиков, смело клеймит зарождавшуюся диктатуру.«Учредительное собрание собирается, когда вся страна охвачена пожаром гражданской войны, когда подавлены все демократические свободы, не существует ни неприкосновенности личности, ни жилища, ни свободы слова, собраний, ни союзов, ни даже свободы стачек, когда тюрьмы переполнены заключенными, испытанными революционерами и социалистами, даже членами самого Учредительного собрания, когда нет правосудия и все худшие формы произвола и бесправия, казалось, навеки похороненные славной февральской революцией, снова получают права гражданства», - зачитывал он перед бушующим залом декларацию социал-демократов.На фоне нерешительности эсеровского большинства речь Церетели стала самым ярким событием единственного дня существования первого избранного на свободных, прямых и равных выборах российского парламента.

Свою жизнь Церетели закончил в эмиграции, будучи сторонником приоритета прав человека для социал-демократии - по его мнению, без демократии и свободы человеческой личности «социализм лишается своей души». Характерно, что он выступал с критикой роста национализма и неприязни ко всему русскому в грузинском обществе, проводя различие между Россией и большевизмом.

Но современные российские социал-демократы могут считать своими предшественниками не только меньшевиков, но и христианских социалистов начала ХХ века. Одним из их ярких представителей был Сергей Булгаков, ученый-экономист, пришедший от марксизма к христианству и принявший священный сан в 1918 году, во время гонений на Церковь. Булгаков писал, что «христианству не только нет никаких причин бояться социализма, но есть полное основание принимать его в качестве благодетельной общественной реформы, направленной к борьбе с общественным злом, насколько эти меры не сопровождаются грубым насилием и сообразны со здравым смыслом». Напрашиваются аналогии с размышлениями декабриста Фонвизина в сибирской ссылке. Впрочем, Булгаков не затушевывал и непримиримые противоречия между христианством и социализмом в его коммунистическом и атеистическом варианте, связанным с попыткой создать из коммунизма аналог религии и навязать его народу (так что размышления Булгакова не могут быть использованы для оправдания такого уродливого явления как «православный сталинизм»). Мыслитель очень осторожно относился и к идее слишком сильного сближения Церкви и одного из социальных учений, так как Церковь является мистическим Телом Христовым и не должна связывать себя со светской идеологией.

Вспомним и о русском беспартийном социалисте Александре Чаянове – выдающемся экономисте-аграрнике, социологе, писателе, мечтателе, искусствоведе, москвоведе. В 1920 году он выпустил утопическую книгу о России 1984 года. В отличие от значительно более поздней антиутопии Оруэлла, книга Чаянова светла и идеалистична, она пропагандирует крестьянский кооперативный социализм. Государство, как он считал, в будущем утратит свою репрессивную функцию, а вместо бюрократии восторжествует то, что сейчас мы называем гражданским обществом. «Девять десятых нашей работы – говорил чаяновский «человек будущего» - производится методами общественными, именно они характерны для нашего режима: различные общества, кооперативы, съезды, лиги, газеты, другие органы общественного мнения, академии и, наконец, клубы – вот та социальная ткань, из которой слагается жизнь нашего народа». В 1930 году Чаянов был арестован по обвинению в участии в деятельности «Трудовой крестьянской партии», якобы связанной с единомышленниками в Праге (то есть его посчитали своего рода «иностранным агентом»). Из заключения он уже не вышел – вплоть до расстрела в 1937-м.

Из деятелей нашей эпохи ориентиром для российских социал-демократов должен быть Андрей Сахаров – не только как выдающийся правозащитник и гуманист, но и как сторонник теории конвергенции, стремившейся соединить принципы политической свободы и социальной защищенности. «Нужны реформы, а не революции. Нужно гибкое, плюралистическое и терпимое общество, воплощающее в себе дух поиска, обсуждения и свободного, недогматического использования достижений всех социальных систем», - говорил он в своей знаменитой Нобелевской лекции.

Хотелось бы упомянуть еще одно имя – Александр Яковлев. Человек, прошедший непростой путь от руководящего деятеля КПСС до основателя Российской партии социальной демократии. Офицер-фронтовик, инвалид войны, оболганный своими политическими противниками – и ставший «отцом гласности», внесший огромный вклад в реабилитацию наших соотечественников, погибших в годы коммунистического режима. История Яковлева – это пример мыслящего человека, выстрадавшего свою идейную эволюцию. В качестве социал-демократа он выступал за диалог со всеми сторонниками демократического пути развития России и за жесткое противостояние с приверженцами авторитаризма.

Итак, каковы могут быть уроки предшественников для современных российских социал-демократов? Это:

-необходимость сочетания свободы и справедливости, либеральных ценностей в политике и демократии в социально-экономической сфере.

- особое внимание к нравственным принципам, уважение к достоинству человека, совместимость с религиозными ценностями милосердия к ближнему.

- всемерное поощрение развития гражданского общества.

- жесткое неприятие любых форм тоталитаризма и диктатуры.

- открытость к диалогу с другими политическими силами, уважающими права и свободы человека.

- восприимчивость к технологическому и социальному прогрессу.

"Ежедневный журнал"

23.03.2014, 21:43

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=24750
22 МАРТА 2014,

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/24750//1395599570.jpg
Сайт EJ.RU заблокирован Роскомнадзором

С 13 марта наш сайт внесен в реестр запрещенных ресурсов за “призывы к противоправной деятельности и участию в массовых мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка”. По распоряжению Роскомнадзора провайдеры по всей России блокируют доступ к “Ежедневному журналу”.

Вместе с нами заблокированы еще два антипутинских сайта – Грани.ру и Каспаров.Ру. Мы стали первыми жертвами «закона Лугового», который вступил в силу с 1 февраля. Этот закон позволяет блокировать сайты без предупреждения по решению прокуратуры. Но даже этот дикий антиконституционный закон в данном случае нарушен: Роскомнадзор ОБЯЗАН указать конкретные страницы с противоправным контентом. Надзорное ведомство этого не сделало и делать не собирается. Представитель РКН прямо заявил, что “Грани”, “ЕЖ” и Каспаров.Ру заблокированы навсегда.

ПОМНИТЕ: Блокировка незаконна. Роскомнадзор нарушает Закон о СМИ и Конституцию РФ. Обходя блокировку, вы не нарушаете закон, а наоборот, боретесь с беззаконием.

Если вы утратили доступ к сайту ЕЖа, зайдите на наши страницы в соцсетях: в Фейсбуке, ВКонтакте, в Твиттере. Там мы будем публиковать информацию о том, как восстановить доступ.

Мы просим вас поделиться с вашими друзьями и знакомыми способами обойти блокировку. Подробнее об этом ниже.
Как обойти блокировку?Зеркала и анонимайзеры

Эти способы не требуют установки чего-либо на ваш компьютер.

Анонимайзеры

Просто вбейте адрес нужного сайта!

http://unblocksit.es/
http://hidemyass.com/
http://www.proxyweb.net/
и множество аналогичных сервисов (искать по словуанонимайзер)

Программные средства

Эти способы требуют установки дополнительных программ или браузерных расширений, или изменения настроек браузера. С другой стороны, они более надёжны и удобны в использовании.

Режим “TURBO” в браузере Opera и в Яндекс-браузере
ПростоVPN.АнтиЗапрет
friGate (совместим с Chrome и Firefox)
Браузерные плагины от HideMyAss (поддерживаются браузеры Chrome и Firefox)
Программы Ultrasurf иJAP

Есть много других способов. Подробнее о них можно прочесть тут:

Полная инструкция по просмотру заблокированных сайтов (рекомендуется скачать c Dropbox, torrent или Google)

Инструкция с картинками от коллег из ОВД-Инфо

А тут – еще один обзор, покороче
Для мобильных устройств (iOS, Android):

Браузеры Google Chrome или Яндекс.Браузер: в настройках выставить"Сжатие данных"или"Режим турбо".
Браузер Puffin
Onion Browser на iOS и OrBot на Android

Держим связь в соцсетях!

Последние новости и свежие инструкции по обходу блокировок – на страничках “Ежедневного журнала” в Фейсбуке, ВКонтакте, в Твиттере.

Пожалуйста, сохраните эту информацию и поделитесь с вашими знакомыми!

Поддержите заблокированные сайты! Грани.ру, Ежедневный журнал, Каспаров.ру, блог Алексея Навального

"Ежедневный журнал"

27.03.2014, 19:46

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=24787
27 МАРТА 2014 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ejnew.com/img/content/Notes/24787//1395867416.jpg
24 марта 2014 года приказом ректора МГИМО был уволен профессор этого вуза историк А.Б. Зубов. Формулировки официального сообщения на сайте МГИМО не оставляют сомнений в том, что профессор Зубов уволен за свои политические взгляды и публичную критику решений государственной власти. Совет Вольного исторического общества считает это вопиющим нарушением академических свобод и прямой угрозой сообществу историков и преподавателей России.

Ссылки на «корпоративную этику» и ведомственную принадлежность вуза к системе Министерства иностранных дел не могут быть аргументом для ограничения свободы мнений и их выражения; профессора не дипломаты и не военные, и право на собственную оценку политических решений и исторических событий лежит в основе их профессиональной деятельности. Мы также уверены, что изменение политического курса руководства (как и демократическая смена власти) не должны иметь следствием увольнение преподавателей, одобрявших прежний курс, или принуждение ученых к пересмотру их взглядов в соответствии с текущей конъюнктурой.

Особую озабоченность вызывает тот факт, что информация о преследовании за критику политических решений власти приходит из разных районов страны. Мы надеемся, что инцидент с профессором Сахалинского госуниверситета А.Т. Коньковым будет благополучно исчерпан, а его контракт продлен.

Мы, историки и вузовские преподаватели, можем иметь самые разные убеждения и политические взгляды и расходиться в оценках происходящего в стране и в мире, но увольнение или другие административные санкции, в том числе угроза увольнением или непродлением трудового контракта за высказанные нашими коллегами оценки и предостережения не может не вызывать протеста членов профессионального исторического сообщества России.

Вольное историческое общество призывает руководство МГИМО отменить приказ об увольнении профессора Зубова как незаконный; преподавателей, работающих с потенциальными абитуриентами МГИМО (старшеклассниками и бакалаврами гуманитарных специальностей), – довести до сведения обучающихся факт отказа этого вуза от традиционных академических свобод; российских и зарубежных ученых – иметь в виду поведение руководства МГИМО при принятии решений об участии в научных и образовательных проектах, реализуемых этим учебным заведением.

Вольное историческое общество также считает необходимым выразить поддержку профессору Зубову, профессору Конькову и всем коллегам, испытывающим давление со стороны ректоров и представителей власти.

Совет Вольного исторического общества

26 марта 2014 г.

"Ежедневный журнал"

14.04.2014, 19:40

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=24922
14 АПРЕЛЯ 2014
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/24922//1397478301.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/24922//1397478374.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/24922//1397478313.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/24922//1397478320.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes_gallery/13974599526766.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes_gallery/13974599524803.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes_gallery/13974720979548.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes_gallery/13974769773145.jpg
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes_gallery/1397477069364.jpg
Фотографии Марии Олендской / ЕЖ

"Ежедневный журнал"

17.04.2014, 19:15

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=24960
17 АПРЕЛЯ 2014, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://www.ej.ru/img/content/Notes/24960//1397740792.jpg
Сегодня «Ежедневный журнал» наконец получил ответ из Роскомнадзора по поводу блокировки нашего сайта 13 марта 2014 года. Мы ждали эту бумагу один месяц и три дня, ровно столько времени потребовалось чиновникам из регулирующего массмедиа ведомства, чтобы сформулировать свои претензии к нам — и на поверку отчитаться в своей полной профессиональной непригодности! Роскомнадзор, оказывается, сам ничего не решает, это всего лишь электроподстанция с большим рубильником при Генпрокуратуре, которой и доверено нынче рулить свободой слова в России.

Приводим полностью этот замечательный документ и надеемся вскоре увидеть ответ на наш запрос и от Генпрокуратуры. Мы продолжаем считать блокировку сайта www.ej.ru незаконной и обращаемся к нашим читателям с просьбой поддержать нас. Читайте нас здесь!

В связи с Вашим обращением от 14 марта 2014 г. сообщаем следующее.

С 1 февраля 2014 года в силу вступила статья 15.3 Федерального закона
от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – Федеральный закон № 149-ФЗ), закрепляющая механизм ограничения доступа к информационным ресурсам в сети «Интернет», на которых размещена информация, содержащая призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности, участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, на основании требования Генерального прокурора Российской Федерации или его заместителей (далее – требование).

В соответствии с частями 1-2 статьи 15.3 Федерального закона
№ 149-ФЗ взаимодействие с операторами связи, провайдерами хостинга, владельцами сайтов в сети «Интернет» или иными лицами, обеспечивающими размещение в сети «Интернет» информационного ресурса, содержащего информацию, распространяющуюся с нарушением закона, возложено на Роскомнадзор.

Так, на основании требования Генеральной прокуратуры Российской Федерации о принятии мер по ограничению доступа к информационным ресурсам сведения об интернет-ресурсе ej.ru 13 марта 2014 г. направлены операторам связи, оказывающим услуги по предоставлению доступа к сети «Интернет», для ограничения доступа к нему на территории Российской Федерации.

Одновременно с этим в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 15.3 Федерального закона № 149-ФЗ провайдеру хостинга или иному лицу, обеспечивающему размещение в сети «Интернет» вышеуказанного информационного ресурса, направлено соответствующее уведомление с требованием принять меры по удалению противоправной информации.

Отмечаем, что Роскомнадзор в соответствии со статьей 15.3 Федерального закона № 149-ФЗ осуществляет исключительно технические функции по ограничению доступа к интернет-ресурсу на территории Российской Федерации на основании требования Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Начальник Управления

контроля и надзора в сфере

массовых коммуникаций

В.А. Субботин

"Ежедневный журнал"

29.04.2014, 21:33

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=25028
28 АПРЕЛЯ 2014 г.
Обращение членов Вольного исторического общества к Президенту, Совету Федерации, Государственной Думе Российской Федерации в связи с принятием федерального закона № 197582-5 "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" (по вопросу установления уголовной ответственности за посягательство на историческую память в отношении событий, имевших место в период Второй мировой войны)
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/25028//1398680279.jpg
23 апреля 2014 года Государственная Дума РФ дополнила уголовный кодекс статьей 3541«Реабилитация нацизма». При этом были проигнорированы серьезные сомнения, высказанные во время обсуждения законопроекта историками и юристами, также нет сведений о профессиональной исторической экспертизе законопроекта. Закон содержит явные противоречия, а также формулировки, представляющие опасность для исторического сознания общества.

Новая статья в Уголовном кодексе названа «Реабилитация нацизма». Слово «реабилитация» в отечественной истории имеет четкие положительные коннотации: так называли процесс исправления несправедливости и отмену незаконных судебных и внесудебных решений. Именно такое определение дано термину «реабилитация» и в действующем Уголовно-процессуальном кодексе РФ (ст.5. п.34). Сочетание этого слова с понятием «нацизм» делает мыслимым отношение к осуждению нацизма как к «несправедливому». Считаем выбранное слово крайне неудачным в данном контексте.

Статья в УК неоправданно расширяет «реабилитацию» или оправдание нацизма до «распространения заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны», «распространения выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества», а также до «осквернения символов воинской славы России, совершенных публично». Такой подход размывает само понятие «нацизм», снижает в общественном сознании его неприемлемость, ставя оправдание преступлений против человечности в один ряд с хулиганством. К памятным датам России, связанным с защитой Отечества, относятся события «Ледового побоища», Куликовской битвы и других побед русского оружия в течение многих веков, которые в новом законе непонятным образом также увязываются с борьбой с нацизмом. Непонятным остается и как «сведения» могут «выражать неуважение к обществу», и каким образом можно это определить.

Статья в УК включает в состав преступления «распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны». Включение понятия «заведомо ложные сведения» по отношению к знанию о прошлом требует либо установления «официальной трактовки» всех событий войны, отход от которой будет криминализирован, либо создает основу для произвольного правоприменения. Историческая наука представляет собой поиск истины, неотъемлемый от постановки острых исследовательских вопросов. Теперь историки имеют основание опасаться, что такой поиск может быть произвольно объявлен «распространением заведомо ложных фактов», а обнаружение новых исторических источников – «искусственным созданием доказательств обвинения».

Считаем недопустимым введение законодательного запрета на исторический поиск. Превращение истории Второй мировой войны в «канонический нарратив», закрытый для критики и новых вопросов, станет ударом по историческому сознанию россиян, в котором память о войне играет центральную роль. В результате российские историки потеряют возможность отстаивать научные позиции в спорах с носителями альтернативных взглядов на Вторую мировую войну и роль в ней Советского Союза.

Отстаивая свободу научных дискуссий, критически относясь к любым ограничениям права историков на исследование прошлого, обращаем внимание на тот факт, что мемориальные законы, существующие в некоторых странах Европы, защищают память жертв геноцида и преступлений, совершенных государством на его собственной территории; российский же законопроект направлен на защиту государственной версии истории и потенциально подавляет память жертв государственной политики.

Рамочное решение Европейского Союза от 28 ноября 2008 г. «О борьбе с отдельными формами и проявлениями расизма и ксенофобии посредством уголовного права» считает недопустимым «публичное непризнание самого факта («отрицание») (…) преступлений против мира и безопасности человечества, подпадающих под юрисдикцию Международного уголовного суда ООН и, ранее, Международного военного трибунала для суда над нацистскими преступниками (Нюрнбергского трибунала)», то есть всех фактов, являющихся преступлениями в соответствии с определением Устава Нюрнбергского трибунала, независимо от того, попали ли подобные преступления в приговор. Российская же версия упоминает «установленные приговором факты». Таким образом, вместо принципиального осуждения некоторых практик государства как преступных, новый закон защищает исчерпывающий перечень фактов, попавших в приговор Нюрнбергского трибунала, одновременно запрещая применение его принципов к исследованию других событий Второй мировой войны.

Считаем необходимым отклонить данный законопроект как дискредитирующий государство и крайне опасный для общества.

"Ежедневный журнал"

29.05.2014, 20:26

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=25223
28 МАЯ 2014,

Вчера редакция «Ежедневного журнала» получила очередную бумагу из Роскомнадзора. Сложно всерьез комментировать этот документ, хочется сделать лишь одно уточнение. На 2 июня запланировано судебное заседание по иску «ЕЖа» к Роскомнадзору и Генпрокуратуре, почти три месяца редакция пыталась получить хоть какие-то разъяснения о причинах блокировки сайта, но лишь накануне заседания суда Роскомнадзор поднатужился и выдал некую версию…

Уведомление
об уточнении текста уведомления об ограничении доступа к информационному ресурсу, на котором размещена информация, содержащая призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности, участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка

Уведомляем, что поступившее в Ваш адрес уведомление об ограничении доступа к информационному ресурсу, на котором размещена информация, содержащая призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности, участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, от 13.03.2014 (идентификатор записи 87-HB), следует читать в прилагаемой редакции:

В соответствии со статьей 15.3 Федерального закона от 27.07.2006
№ 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» уведомляем, что согласно требованию Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 13.03.2014 № Исорг-27/3-3420-14/ информация, размещенная на информационном ресурсе http://www.ej.ru<http://www.ej.ru>, содержит призывы к участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка.
На основании требования Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 13.03.2014 № Исорг-27/3-3420-14/ о принятии мер по ограничению доступа к информационным ресурсам, распространяющим информацию, содержащую призывы к участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, доступ к информационному ресурсу (страницам) http://www.ej.ru<http://www.ej.ru> ограничивается операторами связи на территории Российской Федерации.
В течение суток с момента получения настоящего уведомления провайдер хостинга или иное лицо, обеспечивающее размещение в информационно-телекоммуникационной сети, в том числе в сети «Интернет», обязаны проинформировать об этом обслуживаемого ими владельца информационного ресурса и уведомить его о необходимости незамедлительного удаления информации, содержащей призывы к участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка.
В случае, если владелец информационного ресурса удалил информацию, содержащую призывы к участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, он направляет уведомление об этом в Федеральную службу по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, указав в теме письма идентификатор записи, с целью проведения проверки и возобновления доступа при подтверждении факта удаления.

Описание запрещенной информации:

На указателе страницы сайта в сети «Интернет»:

http://www.ej.ru<http://www.ej.ru>,-

размещены материалы, содержащие призывы к участию в массовых (публичных) мероприятиях, проводимых с нарушением установленного порядка, а именно публикация: «В «Ежедневном журнале» обнаружен подраздел «Болотное дело», где периодически размещаются и накапливаются статьи и публикации о проводимых на территории Российской Федерации протестных акциях в поддержку фигурантов уголовного дела о массовых беспорядках на Болотной площади в городе Москве 12.05.2012».

Из содержания указанной статьи следует, что проводимые в нарушение установленного порядка незаконные протестные акции, являются приемлемой и необходимой формой выражения гражданской позиции и, по сути, являются призывами к участию в подобных мероприятиях.

Противоправные действия участников указанной акции преподносятся как допустимые, в целях привлечения внимания к рассмотрению означенного уголовного дела и призывают к участию в подобных формах волеизъявления.

С Уважением,

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО НАДЗОРУ В СФЕРЕ СВЯЗИ, ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ И МАССОВЫХ КОММУНИКАЦИЙ

"Ежедневный журнал"

18.06.2014, 20:11

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/form/
http://s33-temporary-files.radikal.ru/376371c127214739864cd5aff0ca2cd7/-88693455.jpg
События последних месяцев стремительно подвели Россию к черте, за которой свободный обмен мнениями и информацией станет возможным только на кухнях.

Без объяснения причин заблокированы независимые интернет-ресурсы Грани.ру, ЕЖ.ру, Каспаров.ру. Лишен каналов распространения «Дождь».

Взяты под государственный контроль основные операторы Рунета: произошла смена руководства социальной сети «ВКонтакте», идет наступление на «Яндекс». Ущемление свободы слова в Интернете происходит практически ежедневно, путем как законодательных ограничений, так и необоснованных судебных преследований пользователей.

Кремлю потребовался невиданный в истории поток лжи и низкопробной пропаганды, дабы оправдать российское вмешательство в дела Украины и аннексию части ее территории. В результате большинство сотрудников государственных и аффилированных с государством СМИ фактически перестали быть журналистами.

Назрела необходимость комплексных мер по защите и сохранению профессии журналиста, для чего нужно провести демаркацию, отделить поле журналистики от поля пропаганды и пиара, создать автономное пространство независимой журналистики, способное сопротивляться политическому и экономическому давлению и цензуре.

Одной из главных патологий российской журналистской среды является отсутствие солидарности. С создания инфраструктуры солидарности в журналистской среде и необходимо начинать борьбу в защиту профессии.

Мы заявляем:

1. О создании независимого профессионального союза журналистов, целями которого будет профессиональная, правовая и социальная защита журналистов;

2. О солидарности с журналистами Украины и своих намерениях вместе с ними вести мониторинг пропагандистского вранья, которым сопровождается освещение событий в России и Украине;

3. Об организации независимого мониторинга нарушений прав журналистов в регионах России, а также нарушений свободы слова в Интернете и оказании журналистам, чьи права нарушены, правовой поддержки.

Страна на наших глазах сползает к тоталитарному режиму. Ведущую роль в этом процессе принадлежит СМИ, которые ведут массированную информационную войну против граждан своей страны, формируя в их сознании образ внутренних и внешних врагов, создавая массовые иллюзии о возможности возврата к империи. Остановить это сползание силами одних журналистов невозможно. Но и без усилий профессиональных журналистов нашу страну не отодвинуть от грани катастрофы.

Подписали:

Аркадий Бабченко, журналист
Нателла Болтянская, журналист
Александр Гольц, журналист
Владимир Кара-Мурза (ст.), журналист
Ксения Ларина, журналист
Максим Матвейченков (Блант), журналист
Григорий Пасько, журналист, директор Фонда расследовательской журналистики «19/29»
Ольга Пашкова, журналист, генеральный директор интернет – издания «Ежедневный журнал»
Галина Сидорова, журналист
Мария Слоним, журналист
Лев Рубинштейн, журналист
Александр Рыклин, журналист
Светлана Солодовник, редактор, журналист
Виктор Шендерович, журналист
Дмитрий Шульгин, журналист
Игорь Яковенко, журналист

"Ежедневный журнал"

26.08.2014, 20:53

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=25898
26 АВГУСТА 2014 г.
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/img/content/Notes/25898//1408998187.jpg
ИТАР-ТАСС

«Ты знаешь, я требую факты,
Затем, чтоб свирепо громить,
Стрелять из ружья в иностранцев…»
Песня группы «Ночной проспект».
Альбом «Новые физики», 1987 г.

История с последствиями военного столкновения возле украинского села Георгиевка, в котором якобы участвовали псковские десантники, тот редкий случай, когда достоверность информации установить вполне реально. Более того, её невозможно не установить. Не надо искать чёрные ящики. Не надо расшифровывать данные космических спутников. Каких-то секретных свидетелей тоже устанавливать не обязательно.

«В нашей десантно-штурмовой бригаде все живы и здоровы»

На голову читающей публике вывали гигабайты информации, включая фото документов. Известны фамилии-имена-отчества тех, кто будто бы принимал участие в боях на Юго-Востоке Украины – в Лутугинском районе Луганской области. Названы фамилии и имена родителей российских военнослужащих, фамилии и имена их братьев, сестёр и подруг. Известна и прочая персональная информация. Свои комментарии сделала украинская сторона. Российские военные тоже не стали медлить с ответом. В эпоху, когда почти у каждого солдата имеется своя страничка социальной сети «ВКонтакте», утаить ничего невозможно.

ИТАР-ТАСС

У всех журналистов была возможность проверить информацию, которая разошлась в интернете 22-24 августа 2014 года. Там предельно ясно от имени жены одного из псковских десантников Оксаны говорилось: «Жизнь остановилась!!!!!!!!!!», «Лёня погиб, похороны в понедельник в 10 часов утра отпивание в Выбутах. Кто хочет с ним попрощаться, приезжайте всех рады будем видеть». Затем появилось уточнение: «В понедельник в 11 утра в Выбутах похороны....»

Фамилия десантника была знакомая – Леонид Кичаткин. Та же самая фамилия под № 15 значилась в рукописном списке поверки, который оказался в руках украинских военных под Луганском. Поверили в информацию не все. Тем более что все трагические записи быстро исчезли и были заменены оптимистической записью: «Мой муж жив и здоров и сейчас отмечаем крестины дочери».

Но мы всё же 25 августа 2014 года приехали в Выбуты, к храму Ильи Пророка, находящемуся в 15 километрах от Пскова, и были готовы увидеть запертый утром понедельника маленький храм на берегу реки Великой.

Но храм был открыт.

Лучше бы он был закрыт, и все были бы живы.

Более того, храм был окружен военными. Рядом стояли два автобуса и десятка полтора легковых машин. А машины всё подъезжали и подъезжали, в том числе большой грузовик, покрытый брезентом. За рулём были военные. Чуть позднее подъехал микроавтобус, оказывающий ритуальные услуги. К этому времени в храме уже находился один гроб. Рядом с ним стоял военный почётный караул и родственники.
http://fanstudio.ru/archive/20140826/symXcqtw.jpg
Могила Александра Осипова. Кладбище в деревне Выбуты, 25 августа 2014 г. Фото: "Псковская губерния"

Отпевание ещё не началось, но находиться в храме или возле храма было уже небезопасно. Присутствующие люди в форме стали вычислять посторонних. Кажется, частично это им удалось. Разыгралась не самая подходящая для последнего прощания сцена. Удар, угрозы, попытка обыска и тому подобное. Всё, в конце концов, закончилось вмешательством полицейского. Церемония прощания тем временем началась. Машины с военными продолжали подъезжать по разбитой грунтовой дороге.

После полудня на краю сельского кладбища появились две свежие могилы. Второй раз мы приехали на это кладбище после 16.00 и не сразу нашли эти могилы. Нам подсказали местные жители: «Ищите могилы военных? Тогда возвращайтесь к большому зелёному мусорному контейнеру. Это ориентир».

В метрах пятидесяти от контейнера действительно быстро нашлись две свежие могилы. На одной стоял большой деревянный крест. На нём была табличка: «Кичаткин Леонид Юрьевич, 30.09. 1984 – 19.08. 2014». Фамилия-имя-отчество совпадало с тем, что было записано в том самом списке вечерней поверки. Внизу, в венках и в цветах, стояла фотография человека в военной форме.

Это был тот же человек, чьи фотографии до последнего были выставлены на странице социальной сети «Вконтакте» – до той поры, пока не исчезли.

Совсем рядом находилась ещё одна могила с таким же крестом, но без фотографии. На чёрной табличке золотистыми буквами было написано: «Осипов Александр Сергеевич, 15.12.1993 – 20.08.2014». На венке была траурная лента с надписью: «От личного состава ВДС гв. 104 ДШП».

Это пока всё, что я могу сказать о наших поездках по псковским кладбищам. Выводов никаких делать не буду. Что хотите, то и думайте.

Украинские СМИ и блогеры утверждают, что на стороне «ополченцев» воевали Леонид Кичаткин, Никита Цепляев, Максим Полянин, Руслан Бычков, Николай Матвиец, Дмитрий Долгов, Игорь Кочуков, Никита Сурначев, Илья Максимов, Владимир Рыбаков, Николай Крыгин, Константин Таборовец, Андрей Лукьянов, Марсель Сулейманов, Иван Ткаченко, Александр Безбабных, Вагит Шашуев, Игорь Кочетов, Рустам Насиев, Виктор Толстых, Максим Белоусов, Леонид Супрун, Владимир Рыбаков, Геннадий Мурзин, Руслан Кондралеев, Роман Москалёв, Илья Кухта, Римир Исламгизин, Максим Суразаков, Дмитрий Жнакин… В общей сложности в этих списках как минимум 47 человек, а на фотографии списка вечерней поверки, будто бы подобранной на поле боя, вообще 60 фамилий. Судя по всему, список сформировался в результате сравнительного анализа журнала поверки и страничек в социальной сети «ВКонтакте».

Украинские СМИ и блогеры, не скрывая радости, пишут о том, что «взвода под командованием ст. лейтенанта И. А. Попова псковской 76 ГВ ДШД больше нет».

Журналистка «Громадського ТВ» Анастасия Станко несколько дней назад сообщила в твиттере о восьми десантниках из Пскова, якобы в тяжёлом состоянии находящихся в областной больнице Луганска. По её информации, «они нетранспортабельны, ещё 30 человек отправили в больницу Ростова».

В ответ командующий Воздушно-десантных войск Вооруженных сил России генерал-полковник Владимир Шаманов, находившийся в Пскове 22 августа 2014 года, заявил: «В нашей десантно-штурмовой бригаде все живы и здоровы».

Ещё раньше о том же самом сказал официальный представитель министерства генерал-майор Игорь Конашенков. По его словам, министерство обороны РФ считает фальшивкой сообщения украинских СМИ о «захвате» на Украине российской БМД-2. Официальный представитель министерства обороны считает, что служебные документы, якобы найденные в этой машине, не используются в Вооруженных силах России уже около пяти лет. «Да и непонятно, зачем в бронемашине возить такую обширную библиотеку, включая даже журнал увольнения рядового состава? – сказал Игорь Конашенков. – В отношении же фигурирующих в СМИ паспортов, кредитных карт, полисов и т. д., можно сказать только одно: к многочисленным "подвигам" СБУ, теперь необходимо добавить и еще один – "скупку краденого"».

«Сьогодні вранці в бою під Луганськом…»

Сообщение о гибели Леонида Кичаткина на его странице в социальной сети «ВКонтакте». В настоящее время страница удалена.

О псковских десантниках, находящихся под Луганском, заговорили после того, как украинские СМИ опубликовали информацию, которая понятна без перевода: «Сьогодні вранці в бою під Луганськом українські військові захопили дві БМД Псковської дивізії ВДВ Росії. У машині виявлений повний пакет документів – від водійських прав до військових документів. Особовий склад і машина приписані до в/ч 74268, першої парашутно-десантної роти Псковської дивізії ВДВ».

Для убедительности были опубликованы фотографии якобы захваченных на поле боя вещей, включая танковый пулемет ПКТ с табличкой, на которой значится имя пулеметчика – «рядового Сурначева Н. Д.»

Устанавливать подлинность или неподлинность кредитных карт, полисов, водительских удостоверений и паспортов – путь тупиковый. Страховой полис, паспорт, банковская карта или карта из гипермаркета – в любом случае не доказательство. Фотографии пулемёта, старого БМД-2, воинского устава, ведомости закреплённого оружия и рукописного журнала поверки тоже не доказательство. Коллекцию голубых беретов тем более можно собрать без труда. Не обязательно дожидаться взвода псковских десантников в полях под Луганском.

Правда будет установлена тогда и только тогда, когда выяснится судьба упомянутых военнослужащих. Всех без исключения. Пока что мы знаем о судьбе Леонида Кичаткина – по крайней мере, о том, когда закончилась его жизнь.

Определённо можно сказать, что названные имена и фамилии российских военнослужащих – не вымышленные. По фотографиям на страницах «ВКонтакте» более-менее понятна их военная биография. Кого награждали медалью «За возвращение Крыма», а кого нет. Не зря же министр обороны РФ Сергей Шойгу, прилетавший в Псков 22 августа 2014 года, вручая орден Суворова 76-й десантно-штурмовой дивизии, сказал, что «в этом году дивизия выполнила специальные задачи по возвращению Республики Крым в состав Российской Федерации».

Известны названия городов, которые российские военнослужащие (а скорее всего – бывшие военнослужащие), якобы принимавшие участие в боях под Луганском, считают своими родными городами: Псков (Леонид Кичаткин, Виктор Толстых), Белгород (Николай Матвиец), Первомайский (Максим Полянин), Ардатов (Руслан Бычков), Остров (Дмитрий Долгов), Тамбов (Игорь Кочуков), Новосибирск (Андрей Лукьянов), Митро-Аюп (Марсель Сулейманов), Плотава (Иван Ткаченко), Каменск-Шахтинский (Никита Цепляев), Макушино, Курганская область (Рустам Насиев), Печоры (Максим Белоусов), Печора (Леонид Супрун), Нижний Новгород (Владимир Рыбаков), Кемь (Илья Кухта) Курганинск, Краснодарский край (Геннадий Мурзин), Саранск (Руслан Кондралеев), Ярославль (Роман Москалёв), Шебалино, Алтайский край (Марсель Суразаков)…

Так что это разговор не о геополитике. И не о политике вообще. Это разговор о людях, у которых есть имена и фамилии, родные и близкие.

Блогеры спорят о том, могла ли оказаться у военнослужащего из Пскова карта белгородского клуба.

Это беспредметный спор. Даже если бы псковские десантники не летали на транспортных самолётах в российский город Белгород.

Не все названные военнослужащие родом из Пскова. Они с Урала, Сибири, Краснодарского края и других мест. То есть клубные карты у них могли быть какие угодно, но сама по себе клубная карта даже косвенным доказательством участия в боевых действиях являться не может.

Разговор о том, что внутренний паспорт гражданина России не мог оказаться в руках военнослужащего-срочника, тоже беспредметен. В обычное время – да, не мог. Паспорт после призыва сдаётся, и у военнослужащего остаётся только военный билет. Но псковских военнослужащих украинцы подозревают в том, что они дружно летом 2014 года уволились – незадолго до того, как отправиться на Юго-Восток Украины. По этой причине, якобы, дата выдачи предъявленного СМИ фото паспорта уроженца Печор Николая Крыгина, родившегося в 1994 году, такая примечательная: 01.08.2014 г.

Однако сами по себе документы, пусть даже подлинные, ни о чём ещё не свидетельствуют. Паспорт можно потерять. Его можно выкрасть. Фотографии в интернете всего лишь наводят на размышления, но не более того. В условиях информационной (и не только информационной) войны доверять заявлениям противоборствующих сторон нельзя.

Украинская сторона заявляет, министерство обороны России – опровергает. И наоборот. И то, и другое пока что выглядит недостаточно убедительно. Одни говорят: «Смотрите, мы предъявляем подлинники!». Другие не менее яростно утверждают: «Нам предъявили фальшивку!»

После этого начинается информационный шум: «Провокация СБУ! Они и аккаунты заранее пооткрывали, и документы поворовали. И вообще – такие журналы уже больше не используются!», «Псковская воздушно-десантная дивизия РФ участвует в агрессии против Украины», «В общем ряду ежедневных "разоблачений" российского присутствия на территории Украины это уже 1001-е "свидетельство"»…

Пока что это только информационное сопровождение. Упражнение в остроумии или просто способ заговорить зубы.

В итоге же – солдатские могилы на краю сельского кладбища.

«На сияющем фюзеляже появилось эмблема Изборского клуба»

На странице Александра Осипова выложены фотографии с медалью «За возвращение Крыма».

Верить надо не картинкам, а людям. Живым или мертвым. Они могут убедить тех, кто действительно стремится разобраться в происходящем. Это люди, чьи имена упоминаются в многочисленных сообщениях. Пока не доказано обратное, они живы и здоровы. Если бы украинцы предъявили миру раненых или убитых псковских десантников, тогда бы слова украинцев звучали более весомо.

В свою очередь, российской стороне для полной убедительности надо предъявить живых и невредимых Леонида Кичаткина, Александра Осипова, Никиту Сурначева, Николая Крыгина, Максима Полянина и остальных. Сказал же Владимир Шаманов: «В нашей десантно-штурмовой бригаде все живы и здоровы». Если это так, то пусть десантники (или бывшие десантники) хотя бы ненадолго покажутся. И в ту же секунду все поймут – кто в этой информационной войне побеждает.

Пока же мы имеем только картинки и подписи к ним. Картинки одни и те же, а подписи – противоположные, в зависимости от того, кто какую сторону конфликта представляет. Как написал в своей странице социальной сети «ВКонтакте» солдат, чья фамилия значится в украинском списке: «Мачу хохлов в Растове !!!»

Однако в этом информационном шуме вдруг наступает минута молчания – пока что по Леониду Кичаткину и Александру Осипову. На вопрос: «Что с ним произошло?», официальных ответов пока нет. Возможно, они появятся в ближайшем будущем.

Логика украинской стороны такова: произошедшее под Луганском напоминает события при обороне донецкого аэропорта. Бои за этот аэропорт почти совпали с тайными похоронами в Москве, когда в клубе части со всеми воинскими почестями прощались с 14 военнослужащими 45-го полка специального назначения Воздушно-десантных войск, «одновременно умершими в отпуске». Украинские СМИ тогда публиковали фотографии с траурными лентами, выставленные в клубе военной части – со ссылкой «на очевидца».

Так вот, сами по себе выставленные на столах фотографии, пусть даже с траурными лентами, ни о чём не говорят. Траурных лент можно нарисовать миллиард. Как и фотографий. Другое дело, когда мы знаем имена, фамилии и место призыва российских военнослужащих.

Некоторые военнослужащие, попавшие в новый, августовский список украинских СМИ, в своё время выложили на своих страницах социальной сети «ВКонтакте» даже свои повестки из военкомата (например, Андрей Лукьянов из Новосибирска, с улицы Солидарности, призванный 10 декабря 2013 года военным комиссариатом по Дзержинскому и Калининскому районам).

Осталось установить – где псковские десантники (или те, кто совсем недавно был десантником) находятся сейчас. Номера боевых машин и пулемётов можно подделать. Как и паспорта. Но ведь существуют родные и близкие военнослужащих. В таких городах как Ардатов, Остров, Печоры, Шебалино, Курганинск, Макушино невозможно скрыть – вернулся солдат домой или нет. Это выяснится в ближайшие дни или недели. Здесь не может быть полуправды. Одна из двух сторон лжёт.

Как написал на своей странице «ВКонтакте» в апреле 2014 года один из псковских десантников, чья фамилия попала в список украинских блогеров: «Всё будет хорошо. Теоретически. Практически. Логически. Дедуктивно. Индуктивно. По статистике. По теории больших чисел. По Фрейду. По Ницше. По Дарвину. По-любому».

Осталось определить – кому будет хорошо, и кто выигрывает от войны в землях, которые ещё совсем недавно были мирными.

Пока что понятно: очки набирают такие люди как публицист Александр Проханов, чьими усилиями Псков даже без участия десантно-штурмовой дивизии прочно увязан с милитаристской имперской идеей. Очередной его «пламенный» текст озаглавлен «Стратегический бомбардировщик «Изборский клуб» [1]: «Под Саратовом, в городе Энгельсе, на аэродроме дивизии дальней авиации состоялось торжество: одному из стратегических ракетоносцев, самолёту Ту 95 МС, было присвоено имя города Изборск. И на его сияющем фюзеляже появилось наименование этого маленького героического города и эмблема Изборского клуба. Присвоение грозной машине имени Изборского клуба говорит о признании, которым пользуется в кругах нашей общественности это патриотическое образование. На взлётном поле среди десятков машин, совершающих свои стратегические рейсы в Атлантику и к Тихому океану…»

Другой член «Изборского клуба» Александр Дугин в статье «Торжество предателей», опубликованной 15 августа 2014 года на сайте Новороссии, упоминает о «демонтаже проекта «Новороссия». По словам Дугина, «удар, который получили мы все, Народ, чудовищен. Это прямой удар по России и по Путину лично. Он сам дал скрытым врагам инструмент для того, чтобы доставить ему самые серьезные неприятности».

Но у Александра Дугина и его единомышленников ещё осталась надежда. Эта надежда на то, что Россия перестанет скрывать свои намерения, и открыто введёт свои войска на Украину. «Есть ещё последний проблеск в захлопнувшемся люке, – пишет Александр Дугин. – Демонтаж политического проекта Новороссии может оправдан ещё и прямой военной интервенцией. В этом случае, действительно, не нужны ни Стрелков, ни Болотов, ни Мозговой, ни ополченцы. Все вопросы будет решать военная администрация в полевых условиях. Но надеяться на это – как хвататься за соломинку. Однако…»

Если надежды Александра Дугина оправдаются, то сообщения о реальных боевых потерях российских граждан на Украине будут уже не столь засекречены.

Открытая военная интервенция развяжет руки и языки. Война всё спишет.

Очередное заседание «Изборского клуба» – пока что без Ту 95 МС – предполагается провести в ближайшие дни в Псковской области. Подготовкой заседания «Изборского клуба», ориентировочно намеченного на 27-28 августа 2014 года, занимается политконсультант Артём Акопян. [2] Он пообещал, что на Священный холм под Изборск в Печорском районе «привезут землю из Крыма».

А пока землю не привезли, 21 августа 2014 года хакерской атаке подвергся сайт муниципального образования «Город Псков», на котором появилось «обращение к жителям города Пскова». В обращении говорилось: «Ваших солдат и детей использует Путин в качестве пушечного мяса!!!» [3] и т. п. Вскрытие сайта – явное следствие того, что город Псков в международном информационном пространстве тесно увязан с войной на Украине.

Привести горсть земли из Крыма – это, конечно, лучше, чем привезти «груз 200». Но в перспективе при таком милитаристском подходе к жизни одно и другое находятся в довольно близком зловещем соседстве.

Александр Проханов высокопарно написал: «Соединение этих сил – Изборской крепости, этой грозной машины, которая носит теперь название "Изборск", а также патриотического Изборского клуба – это гарант того, что сегодняшняя Россия оснащена всеми средствами, чтобы продолжать свой путь в историческом русском времени к неизбежной и грядущей Русской Победе». [4]

Боюсь, Изборской крепости, машины «Изборск» и «интеллектуалов» из «Изборского клуба» явно недостаточно для «Русской Победы», если, разумеется, под такой победой не понимать очередную «холодную войну» и круглосуточный парад ненависти.

Автор материала - Алексей СЕМЁНОВ, газета «Псковская губерния»

1. См.: А. Проханов. Стратегический бомбардировщик «Изборский клуб» // Газета «Завтра», № 34 (1083), от 21 августа 2014 г.

2. См.: А. Семёнов. Тевтонский дух // «ПГ», № 30 (702) от 6-12 августа 2014 г.

3. См.: Официальный сайт Пскова возобновил работу после атаки хакеров // ИА ПЛН, от 22 августа.2014.

4. См.: А. Проханов. Стратегический бомбардировщик «Изборский клуб» // Газета «Завтра», №34 (1083), от 21.августа 2014.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Метцель

"Ежедневный журнал"

28.09.2015, 22:14

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28683

25 СЕНТЯБРЯ 2015, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28683/anons/anons160.jpg
ТАСС

Более полугода назад рядом с Кремлем был убит самый яркий и бескомпромиссный российский политик, последовательно выступавший за демонтаж криминального режима, против агрессии в Украине, за мирную демократическую Россию.

Мы не доверяем российским правоохранителям и российскому правосудию. У нас есть на то веские основания, поскольку к убийству Бориса Немцова прямо или косвенно причастна российская власть, создавшая атмосферу ненависти в обществе, которая стала благодатной почвой для подобных убийств.

Мы не смогли уберечь Бориса Немцова от пули убийцы, но мы обязаны отдать дань его памяти — мы должны добиться того, чтобы правда об этом преступлении стала известна обществу.

Правда об убийстве Бориса Немцова — это шаг на пути освобождения России от завалов лжи, той лжи, против которой Борис Ефимович так бесстрашно боролся последние годы своей жизни.

Игорь Яковенко, журналист и социолог

Присоединяясь к этой петиции, вы поддерживаете принятую 12 марта резолюцию Европарламента о необходимости международного расследования убийства Бориса, которая была направлена в Совет Европы, ОБСЕ и в ООН.

Подписать петицию: http://chn.ge/1QAiTlw

Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС

"Ежедневный журнал"

06.11.2015, 21:35

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28888
6 НОЯБРЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28888//1446546244.jpg
Дорогие наши, сказать, что мы вас любим — ничего не сказать. Вот уже полтора года те из вас, кто живет на российских просторах, прорываются к «ЕЖу» через препоны и блокировки, созданные властью. А те, кто за границей, терпеливо ждут, когда закончатся очередные D-DOS атаки, чтобы прочитать наши новые тексты. Мы, сотрудники «Ежедневного журнала», благодарны вам, нашим читателям в России и во всем мире. Нам кажется, что за десять лет нашей работы сложилось нечто большее, чем то, что социологи сухо называют «аудиторией». Сложилось настоящее братство «ЕЖа». Именно поэтому мы обращаемся к вам с просьбой, с которой невозможно обратиться к чужим людям. К сожалению, те, кто не любит «ЕЖ», не оставляют усилий закрыть нас навсегда. В результате люди, помогавшие нам все эти годы, уже не могут этого делать. Поэтому для того, чтобы продолжать работу, нам нужны деньги. Сами мы местные, поэтому понимаем: подобные просьбы вы слышите и читаете регулярно. Просто спросите себя, зачем каждый день вы открываете наш сайт. Думаем, вы испытываете то же чувство, что и мы. Это чувство, что вы не одиноки в доведенной до безумия стране. Что есть те, кто может облечь ваше смятение в ясные мысли. Что есть те, кто может поселить надежду. Если вам это нужно, помогите сейчас «ЕЖу». И себе…
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28888//1446546484.jpg
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28888//1446651217.png

"Ежедневный журнал"

11.11.2015, 21:29

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28920
11 НОЯБРЯ 2015 г.

Заявление правозащитников
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28920//1447204912.jpg
Министерство юстиции в акте проверки выдвинуло в адрес Правозащитного центра «Мемориал» следующие политические обвинения: «Своими действиями члены МОО ПЦ «Мемориал» подрывали основы Конституционного строя Российской Федерации, призывая к свержению действующей власти, смене политического режима в стране».

В этом акте описано, какими именно действиями ПЦ «Мемориал» подрывает основы Конституционного строя РФ. А именно, «высказывает несогласие с решениями и действиями указанных Институтов власти, результатами предварительного следствия и состоявшимися судебными приговорами по резонансным уголовным делам».

В акте приведены три примера «подрывной деятельности»
ПЦ «Мемориал»: оценка агрессивных действий России по отношению к Украине, мнение руководства организации об участии российских военнослужащих в боевых действиях на Востоке Украины, несогласие с неправосудным приговором по «Болотному делу».

Эти обвинения в адрес ПЦ «Мемориал» являются беспрецедентными.

Мы, члены «Правозащитного совета», российские правозащитники заявляем:

1. Мы разделяем мнение ПЦ «Мемориал» по всем приведенным в акте проверки Минюста поводам — политика России по отношению к Украине носит агрессивный характер и противоречит международным нормам, российские военнослужащие участвовали в боевых действиях на Востоке Украины, «Болотное дело» сфабриковано, приговор, вынесенный по нему, неправосудный.

2. Мы считаем долгом правозащитников указывать на нарушение национального и международного права государственными органами любого уровня и бороться за соблюдение норм права.

3. Мы считаем долгом правозащитников, в случае антигуманного характера принимаемых национальных законов, указывать на это и бороться против принятия таких законов.

4. Правозащитная деятельность защищена российским законодательством и международными договорами, ратифицированными РФ.

Мы призываем государственные правозащитные институты — Уполномоченного по правам человека в РФ, Совета по правам человека при Президенте РФ — срочно отреагировать на данные обвинения в адрес ПЦ «Мемориал».

Мы требуем от Министерств юстиции немедленного отказа от данных обвинений и принесения извинений в адрес ПЦ «Мемориал».

10.11.2015

Члены Правозащитного совета:
Л.М. Алексеева
В.В. Борщёв
Ю.И. Вдовин
И.А. Каляпин
Г.А. Мельконьянц
Л.А. Пономарёв
Н.Е. Таубина
Л.В. Шибанова

"Ежедневный журнал"

16.12.2015, 19:24

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29078
15 ДЕКАБРЯ 2015 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29078//1450172181.jpg
Дорогие друзья!

Мы – Олег Басилашвили, Владимир Войнович, Александр Городницкий и Юлий Ким – обращаемся к вам с призывом помочь тем людям, которых задерживают и арестовывают после массовых политических мероприятий. Таких людей становится все больше – после некоторых акций счет задержанных идет на сотни. Эти люди выходят за свободу, за человеческое достоинство, за честные выборы. Они выходят за каждого из нас.

Подавляющее большинство из них не нарушает никаких законов – их берут просто так, для устрашения, чтобы люди боялись и не выходили на митинги. Среди задержанных есть политические активисты, которые знают, на что идут, но большинство – обычные граждане, участвовавшие в мирных, гарантированных Конституцией акциях и никак не ожидавшие оказаться из-за этого за решеткой.

Ни вы, ни мы не можем прекратить позорную практику разгона мирных манифестаций. Но в наших с вами силах не оставлять попавших в беду сограждан без помощи. Система имеет вековой опыт пыток, издевательств над людьми и массовых убийств. Поэтому, необходимо, чтобы к моменту, когда задержанных привозят в ОВД, там уже находился готовый их защищать адвокат.

Само присутствие адвоката заставляет полицейских, опасаясь огласки, вести себя пристойно. В присутствии адвоката людей не бьют и не издеваются над ними. Адвокат может объяснить юридически неискушенным людям, как им себя вести, как и на какие вопросы отвечать, как не оказаться жертвой провокации. Да и задержанным спокойнее от того, что они знают, что здесь в отделении есть человек, который представляет их интересы и расскажет обо всем, что с ними случилось.

На такую скорую юридическую помощь нужны деньги. Дело не в гонораре адвокатам – многие из них в этих ситуациях работают бесплатно или за чисто символическое вознаграждение. Однако существуют многочисленные сборы, которые необходимо уплатить, чтобы адвокат имел официальный статус, а значит, мог войти в отделение полиции и реально помогать задержанным. Сейчас деньги на это стараются давать разные правозащитные организации и отдельные люди, но денег этих не хватает.

Не все могут ходить на митинги, но посильное финансовое участи доступно всем. Мы просим тех, кто доверяет нам, перечислять деньги – любые, пусть даже самые маленькие суммы - на Яндекс-кошелек 410013558800615, который по согласованию с нами отрыл Леонид Гозман. О проблемах людей, попадающих в полицию, он знает не понаслышке - еще в 2007 году во время задержания на мирной манифестации омоновцы сломали ему руку. Мы гарантируем, что все направленные вами средства будут совместно с «Мемориалом», «Русью сидящей», «Комитетом 6 мая» и другими организациями использоваться полностью и исключительно на юридическую помощь задержанным.

Отчеты о поступлении средств и их использовании будут регулярно публиковаться.

Если кому-либо из вас покажется, что ваши деньги используются не так, как вам бы хотелось, они будут вам немедленно возвращены.

Надеемся на вас!

Олег Басилашвили,

Владимир Войнович,

Александр Городницкий,

Юлий Ким.

Москва, 12 декабря 2015 года

Фотография Александра Макарова

"Ежедневный журнал"

29.01.2016, 21:54

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29246
27 ЯНВАРЯ 2016 г.

ПРЕКРАТИТЬ ПРОИЗВОЛ В ОТНОШЕНИИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29246//1453868039.jpg
Министерство юстиции РФ подготовило и 22 января с. г. опубликовало проект поправок к пресловутому закону 121-ФЗ от 20 июля 2012 г., известному как «Закон об иностранных агентах». Мы, члены Русского ПЕН-центра, считаем этот документ опасным, направленным на дальнейшую дискредитацию и систематическое преследование независимой общественной деятельности в России, в том числе – в сфере культурной, которая для нас особенно важна.

Напомним, что упомянутый закон был принят в 2012 году и создал основу для закрытия или приостановки деятельности целого ряда некоммерческих и неправительственных организаций, включая те, которые вели активную и масштабную работу в области благотворительности или просвещения в России.

За время действия «Закона об иностранных агентах» стало очевидно, что он имеет разрушительный, репрессивный характер, наносит значительный вред российской общественной жизни и последовательно сводит на нет саму возможность проявлять полезную гражданскую активность, гарантированную нашим соотечественникам Конституцией РФ. Эта вредоносность закона во многом обусловлена расплывчатостью и двусмысленностью формулировок, описывающих ключевые для него понятия «политической деятельности» и «зарубежного финансирования». Что и открыло недобросовестным и политически недальновидным правоприменителям возможность навязать оскорбительный статус «иностранных агентов» организациям, «виноватым» лишь в критике различных должностных лиц или государственных органов.

Назовем лишь несколько случаев возмутительного преследования авторитетных и уважаемых организаций под предлогом мнимого «иноагентства»: это и НКО, входящие в международное общество «Мемориал», и несколько организаций, занятых защитой прав военнослужащих, выявлением массовых нарушений на выборах, или оказывающих юридическую помощь населению («Общественный вердикт», «Юристы за конституционные права и свободы». «Комитет против пыток» и т.п.).

Абсолютно вопиющим представляется случай признания «иностранным агентом» благотворительного фонда «Династия»: он финансировался из личных средств семьи Зиминых, которые были заработаны ею в России – и в России с них были уплачены налоги. Минюст не отрицал, что «Династия» финансировала только науку, ученых, учителей, авторов и издателей просветительской литературы, что не помешало ему принять разрушительное для «Династии», несправедливое и оскорбительное решение.

Правозащитники и авторитетные юристы не раз настойчиво предлагали законодателю уточнить и сузить понятие «политическая деятельность». И вот теперь Минюст разработал поправки, которые лишь облегчают использование «Закона об иностранных агентах» как инструмента произвола и политических преследований.

Отныне политической деятельностью предлагается считать всякое действие, направленное на защиту прав и свобод человека и гражданина, любую попытку общественного воздействия на решения органов власти, включая местные. То есть любое проявление гражданской активности, неравнодушия к общественным проблемам. А методами достижения этих «политических целей» сочтены не только собрания, митинги, шествия и пикеты, но даже организация публичных дискуссий и лекций. Более того, любая публичная критика, любое публичное обращение к органам власти и их представителям с призывом исправить положения того или иного закона, отменить неправомерное решение и так далее – объявляется политической деятельностью и поводом для признания «иностранным агентом».

Поправки содержат уточнение, что деятельность в области науки, культуры, благотворительности не считается политической. Однако это, несомненно, лукавство: ведь такое исключение становится действующим лишь при условии, что эта деятельность организации не ведется «в целях воздействия на принятие госорганами решений и формирования общественного мнения».

Мы считаем, что новые ограничения деятельности общественных организаций беззаконны, безнравственны и вредны для нашего общества.

Мы требуем от руководства Министерства Юстиции РФ отозвать предложенные поправки.

Мы требуем исключить произвол государственных органов в отношении общественных организаций и обеспечить конституционное право граждан на свободную общественную деятельность.

Константин Азадовский
Михаил Айзенберг
Владимир Алеников
Максим Амелин
Александр Архангельский
Дмитрий Бавильский
Леонид Бахнов
Ефим Бершин
Татьяна Бонч-Осмоловская
Ольга Варшавер
Алина Витухновская
Марина Вишневецкая
Владимир Войнович
Татьяна Вольтская
Сергей Гандлевский
Алиса Ганиева
Александр Гельман
Яков Гордин
Кристина Горелик
Варвара Горностаева
Александр Городницкий
Юлий Гуголев
Александр Давыдов
Виталий Диксон
Андрей Дмитриев
Александр Долинин
Вероника Долина
Ольга Дробот
Ольга Дунаевская
Леонид Жуховицкий
Сергей Завьялов
Наталья Иванова
Виктор Есипов
Геннадий Калашников
Вячеслав Карпенко
Иван Клиновой
Александр Кобринский
Кирилл Ковальджи
Николай Кононов
Григорий Кружков
Сергей Кузнецов
Майя Кучерская
Ольга Кучкина
Александр Лавров
Ирина Левинская
Андрей Макаревич
Лариса Миллер
Алексей Моторов
Павел Нерлер
Галина Нерпина
Валерий Николаев
Алексей Остудин
Александр Парнис
Сергей Пархоменко
Григорий Петухов
Николай Подосокорский
Евгений Попов
Давид Раскин
Борис Рогинский
Марк Розовский
Лев Рубинштейн
Мария Рыбакова
Ольга Седакова
Владимир Сергиенко
Игорь Сид
Евгений Сидоров
Борис Соколов
Наталия Соколовская
Владимир Сотников
Татьяна Сотникова (Анна Берсенева)
Сергей Стратановский
Вадим Фадин
Борис Фрезинский
Михаил Холмогоров
Елена Холмогорова
Андрей Чернов
Елена Чижова
Григорий Чхартишвили
Владимир Шаров
Илья Штемлер
Татьяна Щербина
Михаил Эпштейн
Сергей Яковлев
Михаил Яснов

К заявлению присоединились историки, члены Вольного исторического общества, а также российские ученые:
Борис Альтшулер
Владимир Ведерников
Марк Гринберг
Наталия Демина
Борис Долгин
Анна Дыбо
Борис Колоницкий
Сергей Красильников
Игорь Курляндский
Сергей Красильников
Вера Мильчина
Светлана Неретина
Александр Рубцов
Никита Соколов
Анатолий Турилов
Федор Успенский
Павел Чеботарев
Андрей Цатурян
Виктор Шнирельман

(Опубликовано: http://www.penrussia.org/new/2016/6405)

"Ежедневный журнал"

10.03.2016, 03:59

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29408
7 МАРТА 2016,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29408//1457343830.jpg
ТАСС

Обращаемся к вам с призывом предпринять решительные действия ради немедленного и безусловного освобождения Надежды Савченко, 34-летней гражданки Украины, похищенной и более 20 месяцев находящейся в плену в Российской Федерации. Российская власть попирает гражданские права, международное право и конституцию собственного государства, насмехается над международной общественностью и пренебрегает Минскими соглашениями.

Все усилия, до сего момента предпринимавшиеся международной общественностью, оказались тщетными. Протестуя против действия российского судопроизводства, Надежда Савченко объявила сухую голодовку.

Спасение Надежды Савченко — это тест на эффективность международной дипломатии и на нашу преданность европейским ценностям.

Открытое письмо к европейским лидерам вы можете ПОДПИСАТЬ ЗДЕСЬ...

Открытое письмо к европейским лидерам уже подписали:

• Евжен Адамек, директор Carita Znojmo (Чехия)
• Адам Адушкевич, философ (Польша)
• Эльжбета Адушкевич, переводчица (Польша)
• Наталия Адушкевич, студентка (Польша)
• Константин Акушин, журналист (Россия)
• Светлана Алексиевич, писательница (Беларусь)
• Иво Андровски, историк (Болгария)
• Юрий Андрухович, писатель (Украина)
• Тодор Ангелов, программист (Болгария)
• Галина Артеменко, журналистка (Россия)
• Аркадий Бабченко, журналист (Россия)
• Марта Барандий, юрист (Бельгия)
• Манфред Бахлер, микробиолог (Швейцария)
• Джеймс Биттервик, владелец галереи (Великобритания)
• Евгения Белорусец, писательница (Германия)
• Степан Бенда, оператор (Германия)
• Богумила Бердыховська, публицистка (Польша)
• Александра Бинерт, координатор Украинского киноклуба в Берлине и правозащитной инициативы PRAVO (Германия)
• Анна Биконт, писательница (Польша)
• Лаша Блиадзе, глава молодежного совета Организации профсоюзов (Грузия)
• Александр Бойченко, критик (Украина)
• Анна Болецка, писательница (Польша)
• Влодзимеж Бороджей, историк (Польша)
• Жюли Бурдо, публицистка (США)
• Вячеслав Брюховецкий, почетный ректор Национального университета «Киево-Могилянская Академия» (Украина)
• Анджей Бржежецки, журналист (Польша)
• Аркадий Бущенко, исполнительный директор Украинского Хельсинского союза по правам человека (Украина)
• Маттео Каццулани, журналист (Италия)
• Людмила Херсонская, переводчица (Украина)
• Борис Херсонский, поэт, глава Союза психологов и психотерапевтов Украины (Украина)
• Беата Хмиль, Институт искусства кино в Польше (Польша)
• Мирек Кожецки, продюсер (Польша)
• Михал Чихий, писатель (Польша)
• Виола фон Крамон, политик (Германия)
• Андрей Черняк, издатель (Россия)
• Карина Черняк, редактор (Россия)
• Эльжбета Червинска, издатель (Польша)
• Кжиштоф Чижевски, президент фонда «Пограничье» (Польша)
• Сергей Дацюк, философ (Украина)
• Джулиа Дэвис, журналист (США)
• Жан-Поль Депретто, историк (Франция)
• Габриэль Дерковски, профессор (Польша)
• Алисия Дерковски, профессор (Польша)
• Лидия Димковска, поэтесса (Словения/Македония)
• Ирина Дмитришин, преподавательница (Франция)
• Павла Домбровска, театральный режиссер (Чехия)
• Кшиштоф Дорош, эссеист (Польша)
• Лариса Довга, философ (Украина)
• Дмитрий Борко, журналист (Россия)
• Адела Таллисова Дражанова, журналист (Чехия)
• Адриан ван Дис, писатель (Нидерланды)
• Андрей Дурейко, художник (Германия)
• Иван Дзюба, эссеист, диссидент (Украина)
• Михаил Эпштейн, философ (США)
• Томаш Фялковски, критик (Польша)
• Леонид Финберг, директор Центра иудаики (Киев, Украина)
• Арис Фиоретос, писатель (Швеция)
• Оливье Франк, директор института Пьера Вернера (Люксембург)
• Татьяна Фрумкис, музыковед (Геомания)
• Федор Галь, писатель (Словакия)
• Идико Гаспар, драматург (Венгрия)
• Зиглинде Гейзель, журналист (Германия)
• Натиа Гигиадзе, глава Студенческого совета (Грузия)
• Павел Гинтов, пианист (Украина)
• Елена Глазова-Корриган, профессор (США)
• Варвара Горностаева, издатель (Россия)
• Алгирдас Градаускас, актер театра (Литва)
• Борис Гудзяк, епископ греко-католической Церкви (Париж)
• Томаш Галик, профессор (Чехия)
• Уил Хансен, писатель (Нидерланды)
• Оля Гнатюк, украинистка (Польша)
• Александра Хесс (Нидерланды)
• Агнешка Холланд, режиссер (Польша)
• Штефан Грыб, главный редактор (Словакия)
• Наталия Гуменюк, журналистка (Украина)
• Любомир Гузар, епискор греко-католической Церкви (Украина)
• Андрей Зубов, историк (Россия)
• Ольга Зубова, историк (Россия)
• Ольга Ильницкая, журналистка (Россия)
• Лариса Ившина, журналистка (Украина)
• Якую Янда, Deputy Director of the think tank European values, Prague (Чехия)
• Виктория Ивлева, журналистка, фотограф (Россия)
• Майя Яшевска, журналистка (Польша)
• Роберт Яшевски, музыкант (Польша)
• Нина Яшевска, студентка (Польша)
• Эллен Йенс, главный редактор на телевидении (Нидерланды)
• Богумил Евсивицки, почетный профессор Лавальского университета (Квебек, Канада)
• Владимир Ермоленко, философ (Украина)
• Сергей Капанадзе, директор GRASS (Georgia’s Reforms Associates, Грузия)
• Вахтанг Кипиани, журналист (Украина)
• Яцек Клейфф, музыкант (Польша)
• Олег Коцарев, писатель (Украина)
• Саша Кольцова, певица (Украина)
• Майкл Котт (США)
• Анджей Копацки, переводчик (Польша)
• Олександра Коваль, директор Форума издателей (Украина)
• Георгий Коваленко, протоиерей
• Милена Ковальская, дизайнер (Украина)
• Сергиуш Ковальски, публицист (Польша)
• Всеволод Кожемяко, бизнесмен (Польша)
• Генрих Козловски, юрист (Польша)
• Станислав Кражевски, координатор Христианского-еврейского совета (Польша)
• Гидон Кремер, скрипач (Латвия)
• Ярослав Куижа, главный редактор „Kultura Liberalna“ (Польша)
• Душан Кулька, музыкант, бывший депутат парламента (Чехия)
• Андрей Курков, писатель (Украина)
• Данута Куронь, профессор (Польша)
• Филипп де Лара, философ (Франция)
• Яцек Леочак, глава Центра Исследований Катастрофы еврейства, Институт литературных исследований ПАН (Польша)
• Катажина Лещинска, переводчица (Польша)
• Габриель Лёпольд, переводчик (Германия)
• Бернар-Анри Леви, философ (Франция)
• Рената Лис, переводчица (Польша)
• Слава Лициска, переводчица (Польша)
• Андрей Любка, писатель (Украина)
• Чезарий Лазаревич, писатель (Польша)
• Магдалена Лазаркевич, режиссер (Польша)
• Андрий Мацола, безнесмен (Украина)
• Раду Магдин, аналитик, советник Премьер Министра (Румыния)
• Бируте Марценкевичуте, актриса (Литва)
• Сергей Максимишин, фотограф (Россия)
• Антуан Марес, профессор Университета Panthéon-Sorbonne (Франция)
• Соня Мартынюк, переводчица (Болгария)
• Мирослав Маринович, философ, диссидент, замректора Украинского Католического Университета (Украина)
• Олександра Матвийчук, координатор инициативы «Euromajdan -SOS» (Украина)
• Эльжбета Матыня (Польша)
• Наталия Мавлевич, переводчица (Россия)
• Юрай Месик, публицист и аналитик (Словакия)
• Барбара Меховска-Клейфф, врач (Польша)
• Жорж Минк, политолог (Франция)
• Владимир Мирзоев, режиссер (Россия)
• Александр Мотыль, аналитик (США)
• Алексей Моторов, писатель, врач (Россия)
• Ольга Мусафирова, журналистка «Новой газеты» (Россия)
• Яромир Надь, директор Security and Defence program, Slovak Institut for Defence Policy (Словакия)
• Алексей Сигов, редактор (Украина)
• Ирина Пастернак, дизайнер (Украина)
• Искандер Кузеев, публицист, Москва
• Мельник Олег Витальевич, доцент онпу, Одесса
• Марина Шаповалова, член союза Писателей России, Москва
• Ирина Шевченко, журналист, Одесса
• Виктор Шендерович , писатель, Россия
• Поляничко Сергей Валерьевич, художник, Одесса
• Татьяна Тхоржевская, историк, Одесса
• Зоя Арова, математик (PhD Амстердамский университет, Нидерланды), поэт и композитор
• Семён Спектор, предприниматель
• Малашенков Сергей Геннадиевич, реставратор, Одесса
• Станко Димитрий Владимирович, историк, юрист, Одесса
• Александр Зинченко, журналист, историк (Украина)
• Александр Зорин, поэт (Россия).
• Александр Мотыль, аналитик (США)
• Александр Рыклин, главный редактор, «Ежедневный журнал» (Россия).
• Александр Ткаченко, журналист, директор «1+1 медия» (Украина)
• Алла Вайсбанд, председатель немецко-белорусско-украин

ского объединения «Европа без границ»
• Амандин Регаме, преподаватель, Université Paris I Panthéon Sorbonne
• Анджей Потоцкий (Варшава, Польша)
• Анджей Стасюк, писатель (Польша)
• Андрей Оборин, деятель движения за права человека (Россия).
• Андрий Накорчевский, профессор, Университет Кио (Токио, Япония)
• Ахтем Сайтаблаев, режиссер, актер (Украина).
• Барбара Меховска-Клейф, врач (Польша)
• Валентин Сильвестров, композитор (Украина),
• Валерий Пекар, Гражданская Платформа «Нова Країна» (Украина).
• Василь Йорданов, инженер атомной энергетики (Болгария)
• Виктор Шендерович, писатель (Россия).
• Виктория Мочалова, филолог (Россия)
• Виталий Портников, журналист (Украина)
• Виталий Сыч, журналист, главный редактор, «Новое Время» (Россия).
• Влад Троицкий, театральный режисер, драматург (Украина)
• Владимир Панченко, историк литературы, член ПЕН-Клуба (Украина).
• Вольфганг Темплин, писатель и публицист (Берлин, Германия)
• Вячеслав Шмырёв, кинокритик (Россия).
• Герхард Симон, Университет Кёльна
• Ги Ферхофштадт, президент Союза либералов и демократов Европы в Европейском Парламенте, бывший премьер-министр Бельгии (Бельгия)
• Дариуш Росяк, журналист (Польша)
• Евген Захаров, директор харьковской Группы защиты прав человека (Украина)
• Евген Осташевский, писатель, исследователь, Университет Гумбольдта (Германия), New York University (США)
• Жак Валлен, Почетный президент UIESP, руководитель исследований в INED
• Жорж Минк, политолог, CNRS (Франция)
• Зоя Светова, журналистка (Россия).
• Ивана Смоленова, Институт Prague Security Studies (Словакия)
• Игорь Соломадин, преподаватель, Университет им. Каразина (Харьков, Украина).
• Игорь Торбаков, старший научный сотрудник, Университет Уппсалы (Швеция)
• Илиан Василев, посол, Управляющий партнер Innovative Energy Solutions Ltd. (Болгария)
• Иосеф Паздерка, зарубежный корреспондент Чешского телевидения (Чехия)
• Иосиф Зисельс, Со-председатель Ассоциации еврейских органихзаций и общин Украины; исполнительный вице-президент Конгресса национальных меньшинств Украины (Украина)
• Ирена Вейсайте, бывший президент Фонда Открытая Литва, Человек Толерантности
• Дмитро Стус (Украина)
• Карл Шлегель, Проф. Восточноевропейской истории (Берлин)
• Каролина Вигура, Либеральная культура, Варшавский университет, Университет Оксфорда
• Катарина Раабе, редактор издательства Suhrkamp (Берлин)
• Катя Петровска, писатель (Германия)
• Лев Рубинштейн, писатель (Россия)
• Лев Шлосберг, партия «Яблоко» (Россия).
• Любовь Сум, переводчица (Россия).
• Людмила Вербицкая, активист, основатель и председатель Украинско-Словацкой Инициативы (Словакия)
• Людмила Улицкая, писатель (Россия)
• Константин Сигов, директор издательства „Duch i Litera (Украина).
• Моника Шнайдерман, издательство «Черное» (Польша)
• Микола Рябчук, председатель украинского ПЕН-Клуба (Украина).
• Марки Шоре, философ (США)
• Люция Пиусси, писатель, певица (Словакия)
• Олександр Ройтбурд, художник (Украина).
• Олександра Матвийчук (Украина).
• Олена Шейнина (Харьков, Украина).
• Ольга Жук, координатор Отдела культурной дипломатии Министерства иностранных дел Украины, куратор Фестиваля Arsenal Book (Украина).
• Ольга Мусафирова, журналист, «Новая газета» (Россия).
• Ондржей Соукуп, журналист, «Hospodářské noviny» (Чехия)
• Павел Смоленьский, журналист (Польша)
• Петер Померанцев, писатель (Украина)
• Петр Пажиньский, писатель, редактор (Польша)
• Петр Погожельский, журналист (Польша)
• Проф. д-р Петер Заяц, литературовед (Словакия)
• Проф. Ева-Мария Отте (Берлин)
• Светлана Ройз, психолог (Украина).
• Сергей Жадан, писатель (Украина),
• Сергей Сматрыченко, переводчик (Беларусь).
• Слав Недев, художник (Болгария)
• Стефан Тробст, Профессор Восточноевропейской культурной истории, Лейпцигский университет (Германия)
• Сюзанн Пуршье-Плассеро (Франция)
• Тамила Ташева, активист, КрымSOS
• Татьяна Пергаменщиков (Берлин)
• Тетяна Охаркова, философ (Украина).
• Тетяна Паньок, искусствовед (Украина).
• Томас Венцлова, писатель, Нобелевский лауреат (Литва – США)
• Эльбета Матыня (Польша)
• Юлия Шпак, преподаватель Харьковского Национального педагогического университета (Украина)
• Юрай Месик, публицист, аналитик (Словакия)
• Юрко Прохасько, переводчик (Украина)
• Яна Росс, театральная актриса (Вильнюс, Литва)
• Янка Вукмир, историк искусства (Загреб, Хорватия)
• Яромир Надь, Директор программы безопасности и обороны, Словацкий институт политики безопасности (Словакия)
• Яромир Штетина, депутат Европейского Парламента, бывший журналист (Чехия)
• Ярослав Рушчишин, бизнесмен, общественный деятель (Украина)

ПОСМОТРЕТЬ ПОЛНЫЙ СПИСОК ПОДПИСАВШИХ ПИСЬМО:
https://goo.gl/5ox8jg

Открытое письмо к европейским лидерам вы можете ПОДПИСАТЬ ЗДЕСЬ...

Фото: Акция в поддержку Надежды Савченко в Киеве. Nazar Furyk\Zuma\TASS

"Ежедневный журнал"

10.03.2016, 04:01

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29412
8 МАРТА 2016,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29412//1457479323.jpg
ТАСС

Мы, члены Русского ПЕН-Центра, требуем признания несостоятельными итогов следствия, проведенного в отношении украинской военнослужащей Надежды Савченко, и суда, в результате которого прокуратура РФ потребовала для нее жестокого, несправедливого и неправосудного наказания.

Мы требуем прекращения преследования Надежды Савченко по политическим мотивам: она должна быть признана военнопленной и включена в процесс обмена военнопленными, в соответствии с Минскими соглашениями, подписанными Россией в феврале 2015 года.

Мы требуем привлечения к ответственности следователей, свидетелей, прокуроров и судей, сфабриковавших ложное обвинение против Надежды Савченко, сфальсифицировавших доказательства ее вины, надругавшихся над самой идеей правосудия и гарантированного Конституцией РФ права на справедливое состязательное рассмотрение дела в суде.

Напомним, что в октябре 2014 года Правозащитный центр «Мемориал» признал Надежду Савченко политзаключенной. И что судебный процесс над ней, проводимый в маленьком городке на границе Ростовской области, был организован таким образом, чтобы максимально осложнить доступ к нему журналистов и представителей правозащитных организаций. Суд продолжался более семи месяцев, и в результате его любому непредвзятому наблюдателю стало очевидно, что дело против Савченко сфабриковано, а свидетели, в том числе секретные, чьи имена и лица были скрыты от участников процесса и журналистов, дали против неё ложные показания.

В ходе судебных заседаний было зафиксировано огромное количество процессуальных нарушений. И при этом Надежда Савченко по-прежнему обвиняется в том, что она корректировала огонь украинской артиллерии и таким образом стала соучастником убийства российских журналистов, погибших при артобстреле. Кроме того, ее обвиняют в незаконном пересечении российской границы. По совокупности этих двух обвинений прокурор потребовал для Надежды Савченко наказания в виде 23 лет лишения свободы, что всего на 2 года меньше максимально возможного, согласно Уголовному Кодексу РФ, срока заключения, применяемого к женщинам за какие бы то ни было тяжкие преступления.

Между тем в ходе судебного процесса защитой Надежды Савченко были предъявлены прямые и косвенные улики, а также заключения высококвалифицированных экспертов, которые неопровержимо доказывают, что она была захвачена в плен сепаратистами еще за несколько часов до начала того артобстрела, в корректировке которого ее обвиняют. Такими доказательствами стали, в частности, данные о локализации ее мобильного телефона, а также экспертиза видеосъемки, позволяющая совершенно точно установить истинное время задержания Савченко.

Изложенная обвинением версия того, как Савченко оказалась на территории России, также полностью развалилась при допросе свидетелей и перепроверке их показаний. Сама Надежда Савченко утверждает, что была похищена на территории Украины и силой, в наручниках, с мешком на голове, ввезена в Россию, – и в течение судебного разбирательства ее позиция так ничем и не была опровергнута.

Надежда Савченко объявила сухую голодовку, протестуя против неправосудного судебного процесса, и каждый день промедления несет угрозу необратимого ущерба для ее здоровья, приближает ее скорую гибель. Это заставляет нас всех торопиться.

Мы требуем от руководства Российской Федерации строгой законности и уважения прав человека, подтвержденных Всеобщей Декларацией прав человека, Конституцией России и конвенциями о положении военнопленных, соблюдать которые РФ обязалась как правопреемник СССР.

Среди подписавших заявление — Светлана Алексиевич, Александр Архангельский, Владимир Войнович, Александр Гельман, Вероника Долина, Игорь Иртеньев, Юлий Ким, Игорь Клямкин, Александр Кушнер, Григорий Ревзин, Лев Рубинштейн, Ольга Седакова, Евгений Сидоров, Владимир Сорокин, Лев Тимофеев, Людмила Улицкая, Григорий Чхартишвили, Виктор Шендерович, Лев Шлосберг, Ирина Ясина и еще более 100 известных писателей, журналистов, литераторов, ученых.

Вы можете поставить свою подписи в комментариях на странице сообщества на фейсбуке.

Фото: Россия. Ростовская область. 1 февраля 2016. Украинская летчица Надежда Савченко, обвиняемая в причастности к убийству российских журналистов под Луганском, показывает рисунок во время повторного допроса в Донецком городском суде. Валерий Матыцин/ТАСС

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 06:50

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3006
11 ФЕВРАЛЯ 2006 г.
Открытое письмо Доктору Рошалю Л.М.
От членов РОО «НОРД-ОСТ»

Леонид Михайлович!

Вы призвали ГОСУДАРСТВЕННЫХ служащих, участвовавших в контртеррористической операции в Беслане, не являться в суд. Призыв к противодействию ПРАВОСУДИЮ - это преступление!

novayagazeta.ru
По делу о трагедии Беслана идет ОТКРЫТЫЙ уголовный процесс, в рамках которого потерпевшие ИМЕЮТ ПРАВО фиксировать ВСЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА теракта, в том числе и просчеты ответственных лиц, приведшие к гибели их детей и близких. Наши соседи по беде знают и видят опыт «расследования» дела Норд-Оста, по делу которого сообщники террористов уводятся в отдельные дела, потерпевшие на суды не допускаются. Нет ответчиков, нет открытого уголовного процесса, не выясняются причины гибели людей, не проанализирован опыт спецоперации 2002 г., что привело через два года к страшной трагедии в Беслане.

Каждому юристу, знакомому с «басманным» правосудием, ясно, что если сейчас в Верховном суде Северной Осетии не зафиксировать все показания участников, все обстоятельства дела для ДАЛЬНЕЙШЕГО расследования фактов должностного несоответствия руководителей спецслужб, в том числе уже дважды «отличившихся» и на «Норд-Осте», и в Беслане, то такого РАССЛЕДОВАНИЯ НЕ БУДЕТ и суда - тоже. Трагедия, которую пережили мы и бесланцы, может повториться…

К чести СУДА во Владикавказе, нужно отметить, что ответственным лицам не удалось спрятаться за ширму «секретности», как это было сделано после «Норд-Оста». Что у них будет в руках в ТРЕТИЙ РАЗ? Газ, огнеметы или крылатая ракета, испытанная недавно «лично» президентом?!

Да, нашим соседям по беде трудно удержаться от эмоций. Мы – не политики, не «говоруны», мы просто растили детей… Горе «Норд-Оста» распылено по 35 городам, в Беслане – ОДНО КЛАДБИЩЕ ДЕТЕЙ… Но люди с пониманием отнеслись к Вашей вынужденной лжи 2-го сентября 2004 года. Иначе было нельзя…

Первая заповедь ВРАЧА - «НЕ НАВРЕДИ!». В том числе высказываниями как члена Общественной Палаты. Но почему Ваши высказывания находятся в прямой зависимости от подношений власти? Гробит государство детскую медицину - дело Вашей жизни – Вы критикуете. Дает средства на детский федеральный медицинский центр - Вы «заминаете» последствия газовой атаки на «Норд-Осте». Бог Вам судья… Пусть же те политические и финансовые дивиденды, которые Вы получаете за ложь, помогут Вам помочь большему количеству детей, чем погибли и потеряли здоровье на «Норд-Осте» и в Беслане!

Члены Региональной Общественной
Организации содействия защите пострадавших
от террористических актов «НОРД-ОСТ»

Карпова Т.И.
Карпов С.Н.
Карпов Н.С.
Карпов И.С.
Миловидов Д.Э.
Миловидова О.В.
Жир О.
Бурбан М.
Бурбан Л.
Финогенов П.
Курбатов В.В.
Курбатова Н.
Лукашова Т.
и другие члены ... РОО «НОРД-ОСТ»

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 06:51

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3379
27 МАРТА 2006 г.

19 марта: Наблюдения **
Буду очень кратка, ибо времени нет. Сидела на участке, наблюдала весь день. Вчера в списках избирателей по моему участку было 1925 человек. Сегодня утром—стало уже 2122. Сегодня вечером, перед подсчетом голосов, их было 2251. Как мог участок «вырасти» на 225 человек?

Комиссия мне попалась нормальная, не буду врать, пустили наблюдать за подсчетом. Зрение у меня хорошее, поэтому я видела, как раскладывали бюллетени на ближнем крае стола. Два раза «ловила за руку» человека, который клал бюллетень за Козулина, в пачку бюллетеней за Лукашенко.

Результаты по досрочному голосованию и по голосованию в день выборов очень сильно разнятся. Цифры помню почти все, ибо не раз перечитала протокол (кстати, подписанный—редчайший факт!—председателем комиссии).

В общем, по голосованию в день выборов Милинкевич получил 350 голосов, Лукашенко – 540, Козулин — 73. 107 бюллетеней было «против всех». 22 испорченных.

А теперь сопоставьте с результатами досрочного голосования:
Милинкевич—25 голосов, Лукашенко-355, Козулин—26. «Против всех»-- 3 бюллетеня.
НЕ ВЕРЮ, что результаты могут так разниться. Тем более, досрочно голосовали не одни старики-лукашисты. Наибольший процент досрочного голосования дала общага—понятно, почему.

19 марта после наблюдения мы попали на митинг на Октябрьской площади к самому шапочному разбору, в пол-одиннадцатого. Как выразилась Аська, «опять власти обманули народ», -- ни водометов, ни колонн спецназа, ни тебе испражнятельных газов. Да все эти штуки были и не нужны. Самое действенное оружие теперешней власти—страх. И она им умело пользуется. Народ был запуган задолго до 19-го. Запуган заявлениями спецслужб об очередных «накрытых» базах для обучения боевиков. Запуган идиотскими слухами о грузинских террористах, якобы намеревающихся взорвать 4 школы в Минске (и, кстати, еще запустить яд в водопровод). Одного моего знакомого мать просто заперла в квартире на ключ и не пустила на митинг.

В общем, было там максимум тысяч 10 народу. Постояли-постояли, потом прошли до площади Победы и оттуда разошлись по домам.
Но завтра я пойду снова.

20-21 марта: Майдан
Я пишу эти строки 22 марта в 0.48. За последние сутки я спала всего 2 часа. Полтора часа назад меня отпустили из отделения милиции. Я до сих пор не знаю, где мой брат, который нес людям, стоящим на площади, еду.

Возможно, они и сейчас еще стоят там, на Октябрьской площади, кольцом сцепившись, намертво взявшись за руки вокруг маленького палаточного городка, чтобы защитить его своими телами. На Минск падает десятиградусный мороз. Подкрепление не придет, никто не прорвется через ментов и гэбэшников в штатском, блокирующих все входы и выходы на площадь. Никто не сможет пронести им горячий чай или спальный мешок. В этом я пару часов назад убедилась на собственном опыте.

Многие из них стоят уже больше 15 часов. А кто-то и больше суток. Скоро их просто начнет убивать мороз. Очередная «элегантная победа» режима.

За эти два дня я как будто повзрослела лет на 10. Эти дни вместили очень многое и возможно, изменили мою жизнь больше, чем я могу сейчас подумать.
В эти дни я узнала, что значит Переступать страх, что значит Любить и что значит Ненавидеть. И как это бывает, когда рушится вся жизнь. Кое-что, из того, что я узнала и почувствовала, я никогда, НИКОГДА не смогу забыть. А кое-что не смогу простить. Сколько буду жить—будут жечь меня эти воспоминания. Наверное, это были самые сильные потрясения в моей жизни.

Оно было синее, такое синее, какого цвета я никогда не видела. Когда буду умирать, я постараюсь вспомнить это удивительно синее небо над Октябрьской площадью в Минске. Вечером, 20 марта, когда начался наш белорусский Майдан.

Уже сейчас на участников палаточного городка выливаются реки лжи. Мол, и спланировано это все было заранее, и стоят там все обкуренные-обколотые, пропитые отморозки. И власти даже называют суммы, которые нам якобы заплатили. Что обидно, похожей политики придерживаются даже многие российские СМИ. Лично для меня это—как нож, всаженный в спину человеком, которого ты считал своим другом.

Здесь я буду писать правду и только правду. Можете считать это самой точной информацией. Я была в числе первого десятка человек, которые под светом телекамер и блицами фотоаппартов начали ставить палатки. Так получилось. Теперь мне уже всё равно грозит тюрьма, причем 15 сутками не отделаюсь. Но чем бы это ни закончилось, я не жалею о своём решении.

Итак, небо над Октябрьской. Когда там 20 марта собралось 10 тысяч человек, оно было прозрачно синее, в нем рождались первые искры звезд. Александр Милинкевич, стоя на ступенях Дворца профсоюзов, кричал в микрофон о том, что выборы были незаконные, что на избирателей оказывали давление, что происходили массовые фальсификации. Потом включили музыку, и над огромной площадью поплыл, печальный и строгий, Полонез Огинского. “Развітанне з Радзімай”. Мы подпевали, тихо, торжественно как будто это был гимн.

Вот тогда во мне что-то сломалось и ушло. Горло сдавило тугое рыдание. Запрокинув голову, глядя сквозь пелену слез в высокое небо, я слушала слова, как будто написанные про нас.

Это была не просто песня—она звала и просила. И мы её не подвели.
После песни что-то еще говорили там, на ступенях. Но главные события произошли не там, а в с самой гуще народа. Когда люди внезапно раздались, освобождая место, и на асфальт упали первые палатки. Среди них была и моя. Их начинали ставить 5 человек. Я не успела туда подойти—из толпы вдруг выскочили крепкие ребята с толстыми невыразительными лицами, в черных шапочках. Они остервенело топтали палатки ногами, ломали дуги, хватали и уносили спальники и палатки, пытались ударить раскладывающих. Действовали очень слаженно и четко.

Что-то людям удалось вырвать из рук, но большинство вещей они унесли. К счастью, это была лишь первая партия. Потом люди просто встали вокруг нас стеной, крепко сцепились за локти, друг за друга и никого не пускали внутрь. Тех, кто пытал прорваться, оттесняли плечами.

А провокаторов, гэбэшников в штатском было много, страшно много. Они стайками стояли вокруг. А некоторые цепляли наши значки, “за свободу” и пытались втихую влиться в оцепление.

И вот, за этой живой стеной—оцеплением мы разбили свои палатки. Четко помню момент, когда я стояла в оцеплении, колебалась, идти ли внутрь, и меня позвала Светка, моя подруга, которая уже работала там.

Никаких особенных эмоций я тогда не испытала. Просто шагнула в середину и взялась за дугу, помогая ставить палатку. Потрясение пришло позже. Сначала я прятала лицо под капюшоном, потому что множество видео-и фотокамер целились нам прямо в глаза. Потом я решила, что это какоё-то половинчатое решение: чего уж тут останавливаться. И сняла капюшон.

Мы поставили палатки, расстелили коврики и сели на них. Вот тогда меня начало трясти. Пришло осознание того, ЧТО мы сделали. И того, что вся моя предыдущая жизнь, очень возможно, в этот самый момент уходит песком сквозь пальцы. Вся! И интеллектуальные игры, и детский клуб, который был моей радостью столько лет. И обеспеченное существование, и работа в научном журнале, и друзья, и книги, и родители. И любимый Минск. И, возможно, Беларусь... и возможно, свобода.

Я старалась прятать слёзы под капюшоном, чтоб не видели журналисты. Некрасивое это зрелище, когда человека трясёт и выкручивает от рыданий.
Потом успокоилась: что сделано, то сделано. Назад дороги нет. В самом деле, стоило ли читать в детстве такие хорошие книги и слушать такие хорошие песни, чтобы потом в жизни оказаться «не при чем»?
Оставалось сделать только одно, и я это сделала. Позвонила, человеку, которого я люблю уже два года, и сказала ему об этом. Давно хотела, но не могла решиться. А сейчас уже бояться нечего.

«Прекрасное далеко» и кое-что о лжи.
Сначала вокруг нас было очень много народу, стояло плотное кольцо. На крыльце играла музыка, журналисты подходили брать у нас интервью. Я говорила с корреспондентом «Евроньюс» и грузинскими тележурналистами, с корреспондентом НТВ. Не очень-то это радовало, честно говоря, но они почему-то довольно часто подходили ко мне.

После 23.00 музыку выключили, потому что закон запрещает громкую музыку ночью. Мы стремимся соответствовать закону во всём, даже в мелочах. Потому что знаем: любую мелочь могут обратить против нас. А если не найдут мелочь—придумают.
После двенадцати люди стали расходится, потому что вскоре прекращало работать метро. Нас оставалось всё меньше и меньше, но оцепление стояло замечательно, просто-таки насмерть.

Ночью стали приходить люди с термосами горячего чая. Это были, как правило, пожилые женщины и мужчины из ближайших домов. Пройти к нам с самого начала было непросто. Чтобы не дать народу нас поддержать, милиция задерживала на подступах любого, у которого обнаруживала термос, еду или спальник. Но как-то они умудрялись. Помню двух пожилых женщин, которые притащили три термоса с горячей водой. Они целовали нас и сказали, что будут молиться за нас. Под утро пришел совсем старый дедок с мятым целлофановым пакетиком. В пакете оказались вареная колбаса и хлеб. Дедушка сказал: «Простите, что так мало: это все, что было в холодильнике».

Если бы не эти люди, нам было бы тяжелей. Сейчас милиция перехватывает их и дает за термос чая или спальник 10 суток. По вчерашним данным в Интернете, задержано уже более 100 человек.

Мой рассказ будет во многом опровержением всей лжи, которую обрушивают на нас белорусские и некоторые русские СМИ. Итак, ЛОЖЬ, что наша акция—антироссийская, что мы ненавидим Россию. Среди нас были россияне из Москвы, с русским триколором. Наш майдан начинался не только под белорусские песни. Дружнее всего мы пели «Перемен», «Группу крови», «Звезду по имени солнце» Цоя. И «Просвистела» ДДТ. Пели «Атлантов» Городницкого, «Книжных детей» Высоцкого, «Идиотский марш» Медведева. Пели «Крылатые качели».

Наш протест— против лжи и диктатуры, против фальсификации выборов и исчезновения людей, избиения журналистов. Против Советского Союза, который хватает нас за ноги из своей казалось бы глубокой могилы.

Хочется спросить россиян: неужели вам нужен такой союзник, как Лукашенко? Союзник, выбираемый по принципу: «хоть сволочь, зато наша сволочь»?
Тем россиянам, которые стояли в оцеплении плечом к плечу с белорусами, такой союзник не нужен.

А ещё с нами было несколько украинцев, которые сумели- таки просочиться через границу с флагом. Был грузинский флаг, но грузин я вроде не видела. Было много бело-красно-белых флагов и несколько флагов Евросоюза.

Вместе с нами палатки ставили два молодых эстонских журналиста.
Кстати, ЛОЖЬ, что это все было спланировано заранее. Я расскажу вам, как возникла идея ставить палатки и как возникла первоначальная шестерка смелых. Терять уже нечего: наши морды засняли все ведущие телеканалы Европы и гэбэшные камеры, наверное тоже. Потом из меня могут выбить показания, что всё было по-другому, но здесь я, надеюсь, успею рассказать правду.

Я снимаю квартиру вместе с Сашей и Таней. С Таней мы жили вместе еще в общаге журфака БГУ. Иногда к нам приезжает из Сморгони Света, наша подруга по той же общаге.

18 марта на концерте в поддержку Милинкевича Таня и Саша познакомились с двумя журналистами из Эстонии, К и С. Они ходили, спрашивали, у кого им можно переночевать, потому что не хотели идти в гостиницу. Как нам рассказал К, на границе их 3 часа допрашивал человек из КГБ. У К забрали ноутбук. Поэтому они опасались селиться официально.

Танька с Сашей привели их к нам. Мы разговаривали до поздней ночи, утром я уехала наблюдать, потом на площадь, и домой так и не вернулась. Осталась ночевать у Паши.
По тем цифрам, которые начал давать Центризбрком уже вечером, становилось ясно, что нас обманули. 19 вечером к нам приехала Света. Она агитировала за Милинкевича в Сморгони, и результаты выборов на ее участках её тоже не порадовали.

Как мне рассказал Таня, ночью они сидели и говорили на кухне о том, как можно выразить свой протест. Идея палаток пришла в голову практически всем одновременно.
Самое забавное, что появилась такая идея не только у них. Мы с Пашкой в ту ночь тоже обсуждали такую возможность, но дальше обсуждения у нас дело не пошло. А у Светки с Таней –пошло. Они позвонили знакомым и ребятам из «Молодого фронта». Оказалось, что такие мысли были у многих. Им осталось просто договориться, во сколько они придут на площадь, и как протаскивать туда снаряжение.

К и С сначала удивились, потом сказали: «думайте сами, это ведь ваша страна. Мы, конечно вам поможем ставить, но нам-то проще. В крайнем случае, депортируют—и всё. А у вас будут огромные проблемы.»

Светка с Таней согласились на проблемы. Так их стало четверо. Утром 20-го они позвонили нам с Пашкой, чтобы спросить у меня разрешения взять мою палаточку, спальник и рюкзак. Я, естественно, разрешила. Мы с Пашей решили, что тоже как-нибудь поучаствуем—тогда это казалось не столь серьёзным делом.

Так нас стало шестеро. Не считая еще незнакомых мне ребят.
Кстати сказать, средний возраст людей на Октябрьской будет где-то мой. Года 24. Совсем молодые, студенты есть, но не все. Есть и люди постарше, в основном крепкие мужики в оцеплении. Парней больше, чем девчонок.

Итак, продолжаю свой рассказ. Нас снимали практически беспрерывно, чтобы вспышки не мешали петь, я закрывала глаза. В центре лагеря, среди палаток, мы положили туристические коврики. На их середину мы сначала складывали еду и теплые вещи, потом их стало много, и мы выделили для складов две палатки. Когда я разносила по рядам горячий чай, кто-то подарил мне два букета цветов—ирисов и еще каких то. Мы поставили их в банку. Рядом кто-то принес и поставил икону. Мы зажгли возле неё две толстые свечи. Старались эту середину держать в порядке, убирать оттуда мусор. Все-таки икона… Рядом ставили только термосы с горячим чаем, но они быстро опустошались. Мы в середине сидели мало—как только приносили горячий чай или кофе, мы разливали их в стаканчики и раздавали нашему оцеплению.

Кстати, одна из самых мерзких выдумок белорусских СМИ—то, что мы все пьяные, и в термосах нам приносят пиво. Оно и выдумано коряво: ну какой дурак на морозе в 3 часа ночи будет пить пиво, а не горячую воду?

Впрочем, такие выдумки мы предвидели. Поэтому в палаточном городке и вокруг был полнейший сухой закон. Все прекрасно понимали: упаси Господь хоть каплю спиртного—тут же заснимут и ославят алкоголиками. Периодически народ принимался скандировать: «Я СУ-ХОЙ ! Я СУ-ХОЙ!» Час в 4 утра какой-то неизвестный парень принес нам две бутылки водки. Мы хотели его отправить с ними обратно, а потом подумали: а вдруг он на самом деле не провокатор и попадется ментам? Мы эти злосчастные бутылки даже не стали открывать. Обмотали, чем могли, засунули в сумку, спрятали в палатку и завалили вещами.

Всю ночь с нами был Александр Милинкевич со своей женой. Они спускались со ступеней, приходили к нашим палаткам. Один раз им удалось протащить извне термос с горячим чаем. А двух сыновей Милинкевича задержали ночью на проспекте, когда они пытались пронести теплые вещи.

Ночью было очень холодно, особенно оцеплению, которое нас закрывало, в том числе и от ветра. Эти люди… я готова стать перед ними на колени. Они стояли в плотном кольце на морозе всю ночь, а некоторые и больше—ПО 14 ЧАСОВ И БОЛЕЕ, никуда не уходя, не двигаясь с места. Ночью к нам привели совсем молодого парнишку, который был легко одет. Он едва мог говорить. Мы поили его горячим чаем, растирали ему руки, на которых не было перчаток.

Как грелись? Пели песни, скандировали лозунги, танцевали под ритм, отбиваемый на кружках. В разных краях оцепления люди время от времени тоже принимались танцевать что- то вроде средневековых круговых танцев, ритмично переступая и притопывая.
Кто-то отжимался, кто-то приседал. Несколько людей устроили пробежку вокруг кольца, стараясь быть поближе к стоящим. Они бежали с флагами, впереди был парень с российским, потом кто-то с двумя—белорусским и украинским, потом грузинский. Периодически они радостно вопили: «Моладзь за здаровы лад жыцця!» Я тоже с ними пробежалась. Здорово согревает.

Чуть позже нам пришлось решать еще одну проблему. ТУАЛЕТ, как это ни прозаично. Конечно многие люди из ближайших домов пустили бы нас к себе. Проблема в том, что туда было не пройти. Вокруг оцепления стояли люди в штатском и СОБРовцы. Были заблокированы все входы-выходы на площадь. Я видела собственными глазами, что на прилегающих к площади улицах стоят целые «караваны»-- фургончики для заключенных, автобусы с ОМОНом. Только отойди куда-нибудь—и—«с концами».

Долго думали, как выйти из положения. Помог один парень, диггер. Практически голыми руками он вскрыл канализационный люк, с краю, ближе к дороге. Над люком поставили палатку, прорезали в ней днище. Сначала из люка сильно несло. Я ободряюще завопила окружающим: «А вы думали, революция пахнет розами?»
и нырнула в палатку.

А по белорусском телевидению сказали, что гнусные оппозиционеры устроили себе туалет –прям нарочно—рядом с музеем Великой отечественной войны». Смешно! Музей стоит настолько в стороне от кольца и камер журналистов, что тот, кто вздумал бы к нему наведаться, явно бы назад не пришёл.

Ещё надо сказать об одной лжи. До того нелепая и неуклюжая выдумка—и всё-таки многие люди в нее верят. Мы, как будто, стоим просто-напросто за деньги. Сначала называлась цифра 20 тысяч бел.рублей. Потом поняли, что это выглядит просто смешно и нелепо. «Подняли» нам власти «зарплату» почти в пять раз—до 50 баксов.

Боже мой! Пусти бы те, кто в это верит, пришли, да попробовали постоять под взглядами и камерами людей в штатском. 14 часов простоять, коченея на морозе, и ждать рассвета, как избавления. Радостно кричать, когда рассвело. И видеть утром, что подкрепления мало, люди просто не пробиваются. И чувствовать, как страшно редеет кольцо с каждой минутой, потому что люди не выдерживают и уходят спать, а смены нет. И каждую минуту ждать штурма, избиения, провокаций. И знать, что, возможно, завтра тебя выгонят из университета или с работы, или посадят в тюрьму.

Да, утром нас стало совсем мало. Когда в 6 утра пошел по проспекту автобус №100, мы придумали вот что. Та сторона оцепления, которая была лицом к проспекту, каждый раз, когда подъезжала «сотка» становилась на колено, чтобы были видны палатки. И люди скандировали: «ДА-ЛУ-ЧАЙ-ЦЕСЬ! ДА-ЛУ-ЧАЙЦЕСЬ!» (для тех, кто не знает белорусского языка: это значит «присоединяйтесь!»). Они делали это, пока физически могли.

Мы ждали и ждали помощи, а её приходило так мало!!! Но в 9 уже стало понятно, что кольцо выстоит. Часть людей сменилась. Когда мы разносили им горячий чай и еду, они говорили: «спасибо, мы только что из дома».

В 9 утра мне стало совсем плохо. Хотелось спать и колотило от холода. Мы с Пашкой улучили момент, проскочили бегом мимо СОБРовцев и людей в штатском, рядом с которыми стояли журналисты, запрыгнули в «сотку» и уехали. А Светка и Таня остались там, третьи сутки без сна.

Я ненавижу
Поспали мы пару часов у Пашки и разъехались по работам. Так странно: ты сам уже другой, и твоя жизнь уже стремительно меняется, но всё пока идет по инерции, тишь да гладь. В редакции никто еще ничего не знал. Еще один день можно было потешить себя странной иллюзией, будто продолжается прежняя, размеренная и уютная жизнь. Странная и сладкая иллюзия, как будто из тюрьмы или с войны вернулся на полдня в прежнюю жизнь.

На работе я даже не засыпала. Отредактировала чертовски тяжелую статью, бодро разобралась с делами.
Потом поехала домой—переодеться потеплей, переобуться, а то дернул черт выйти из дома в легких весенних ботиночках. Поесть толком не успела. Решила ехать на Октябрьскую, хотя и сомневалась. По-моему, я неслабо простудилась, к тому же очень хотелось выспаться и написать дневник. А то вдруг завтра загребут—и прощай, «продолжение следует»!
Все же решилась. Обмоталась спальником под дублёнкой, пришила спальник к свитеру и обклеила скотчем.

Взяли меня в метро на Октябрьской площади. Очень легко и просто: спальник был виден из-под дублёнки. Мне преградил дорогу милиционер, спросил документы и приказал идти с ним в опорный пункт в метро.

Там пришлось устроить вынужденный стриптиз, вынуть все из сумочки. Я старалась вести себя как можно спокойнее и доброжелательнее. Пыталась завести человеческий разговор с людьми в форме, и это у меня получалось. Офицер, который там сидел, был вообще нормальный, с ним-то мы и говорили. Этот черноглазый симпатичный дяденька на полном серьёзе спрашивал, сколько мне заплатили. Второй был совсем не такой. Он перетряхивал мою сумочку. Нашел дискеты и злобно спрашивал, что у меня там. Я спокойно сказала: «ну возьмите, посмотрите», а сама мгновенно покрылась холодным потом. У меня там были новости с сайта svaboda.org и «Мартовские дневники». Второй мент долго думал, не сломать ли мои дискеты (чего мне в тот момент хотелось больше всего). В итоге все-таки отдали. Отдали и визитку К, на эстонском языке. Не увидели, наверное, там слово «correspondent».

Мы с милицей разговаривали, я пыталась им обьяснить свою позицию, дать понять, что мы—не пьяные отморозки. Милиционеры мне говорили, что сегодня ночью будет «хапун», будут людей избивать и забирать в милицию. В общем, всячески пытались запугать.

Только один раз я чуть не сорвалась—когда пришли людив штатском, гэбэшники.
Если милиционеров я могу понять и в чем-то оправдать, то этих—не-на-ви-жу! Они чем-то все похожи: одинаковые толстоватые невыразительные лица, одинаковое самодовольство и уверенность в своей безнаказанности. Одеты во что-то темное и невыразительное, и по этому их узнают.

ЭТИ были со значками, НАШИМИ значками «за свободу»! Вели они себя в отделении как полные хозяева. Один из них, тот что был повыше и поплотнее, посмотрел на мой спальник и довольно сказал: «О! Спальник! Занесу-ка я его его Николаичу в машину, пусть погреется, а то замерз уже за 4 часа.»

И тут я поняла, что мне надо крепко держать себя в руках, иначе я сорвусь.
Они лазили в моих вещах, долго смотрели паспорт. Один взял книжку братьев Стругацких, которая была в сумочке, недоуменно покрутил её в руках (меня так и тянуло сказать: это книга, её читают) и спросил: «Это что? Детектив? Мистика?»

Сначала они хотели написать протокол и отвезти меня в приёмник-распределитель на Окрестина. Но тут высокий сказал:
«Ай, ну её! Пошли к этим придуркам, а то, пока будем её возить, там в оцеплении всё вкусное съедят без нас»
И нацепил на самое видное место бело-красно-белый значок.
Такой ненависти и боли я не чувствовала еще никогда. Мне хотелось вцепиться ему в горло, этому сытому укормленному циничному борову, который нас арестовывает и с чистой совестью жрёт нашу же еду. Еду, которую таскают нам люди, рискующие сесть за это на 10 суток. Которую раздают замерзшими руками девчонки, стоящие на майдане вторые сутки без сна.

Это нельзя простить и забыть. Самое отвратительное, что сделала нынешняя власть, -- разделила свой народ на «чэсных» и «нячэсных». Большей части народа капитально промыла мозги. Подло оболгала перед ней самых чистых, честных и смелых, не терпящих несправедливости, не умеющих мириться со злом. А ту самую меньшую, «инакомыслящую» часть заставила в каждом встречном видеть возможного провокатора и сотрудника спецслужб. И весь народ заставили бояться и молчать. Бояться ареста, вылета с работы, избиения в темном подъезде. Бояться за себя, друзей и родных. В эти дни мне постоянно звонят знакомые и друзья, спрашивают, на свободе ли я, как себя чувствую.
Проверяют, всё ли со мной в порядке.

Если и в порядке, то ненадолго. Я не питаю иллюзий. Если сегодня меня подержали два часа и отпустили, это не значит, что наступила в стране демократия.
Им просто невыгодно поднимать шум сейчас, когда в Минске столько иностранных журналистов. Эти ребята из РЕЙТЕР, Польского телевидения и прочих СМИ—только их присутствие сейчас нас защищает. Мы на свободе, пока там, на площади, стоит кольцо. Я думаю, как только все это закончится, «комитет госбезопасности припомнит наши имена». Тем более, что лица свои мы не прятали.

22 марта: ДА-ЛУ-ЧАЙ-ЦЕСЬ!**
Чуток отоспалась дома.

Я спешно заканчиваю дневники и уезжаю на площадь. Мне сыплются звонки от знакомых и родных, которые видели меня на НТВ и в «Евроньюс». Но с телефоном что-то странное, в нем какие-то шумы и щелчки. Скорее всего, нас прослушивают.

Вчера ночью нам позвонили эстонцы, К. и С. Эстонский консул попросил их срочно покинуть страну. Он сказал, что они здорово засветились рядом с нами и что «палаточников» ждут очень большие проблемы. Они просили прощения, за то, что уезжают и бросают нас.

Надеюсь, смогу отправить эти дневники в Интернет, дойду до Интернет-кафе. Отправлю, кому смогу.
Что будет завтра, не знаю. Я хочу попросить тех, кто это читает. Люди! Если вы белорусы, приходите на площадь, кто может - стойте с нами! ДА-ЛУ-ЧАЙ-ЦЕСЬ! (О том, как как батька перекрывал оппозиционный интернет читайте на странице "Живого журнала".

Если вы живете далеко от Минска, распространите эти дневники, чтобы их прочитало максимальное число людей. Этим вы тоже очень поможете. Если не может встать рядом с нами, то хотя бы ПОМНИТЕ, как всё это было и расскажите другим.
На всякий случай всем пока!

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 06:54

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3792
16 МАЯ 2006 г.
Лидеру Московской Хельсинской группы (МХГ) Л.М. Алексеевой
Президенту Фонда защиты гласности А.К. Симонову
Лидеру общественного движения «За права человека» Л.А. Пономареву
Директору Музея и центра имени А.Д. Сахарова Самодурову Ю. В.
Уполномоченному по правам человека в России В.П. Лукину
Генеральному секретарю Союза журналистов России И.А. Яковенко

Уважаемые господа!
Пишет вам «политический» из города Кемерово. Данный случай, в некотором роде, уникален: факт политического преследования в отношении меня как журналиста и как гражданина подтверждается официальным документом – «обращением» губернатора Кемеровской области А.М. Тулеева в прокуратуру области (прилагается).

rufront.ru
Поскольку это «обращение», напоминающее доносы 30-х годов прошлого века, касается моей журналистской работы, кратко о себе и газете. Я являюсь учредителем и главным редактором газеты «Российский репортер». Газета основана в 1992 году, регулярно и не очень выходила до 1996 года. В 2003 году издание газеты было мной возобновлено – это стало ответом на действия властей, приведших к «общему знаменателю» практически все основные общественно-политические издания региона.

«Российский репортер» — независимая газета, не является идеологическим рупором какой-либо политической партии. Одна из основных тем – коррупция в органах власти. Вместе с тем мы нередко даем слово тем, кого не допускают на страницы подконтрольной прессы. Мое несогласие с нарушениями законодательства Российской Федерации и отстаивание прав граждан на получение информации, отличной от официально распространяемой Администрацией Кемеровской области, привело к тому, что фактически я стал первым официально преследуемым именно по политическим мотивам лицом в истории современной России.

«Обращение» А.М. Тулеева выдержано именно в жанре политических доносов. Ведь оно основано не на фактах, а на клевете, домыслах и предположениях. Достаточно сказать, что какие-либо решения суда об обязании опубликовать опровержение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство органов государственной власти Кемеровской области, мне не известны — до меня и других должностных лиц редакции и издателя газеты их никто не доводил. Да таких решений и быть не может: ведь юридические лица не обладают честью и достоинством. К тому же на данный момент судебные приставы-исполнители никаких претензий к газете и ко мне лично не имеют.

Между тем, по «обращению» губернатора Кемеровской области А.М. Тулеева прокуратура Центрального района г. Кемерово потребовала от меня предоставления документов о причинах неисполнения этого самого несуществующего решения суда (копия требования прокуратуры прилагается). Само существование таких решений судов — правовой нонсенс, а неисполнение несуществующих решений – что-то из области фантастики.

В чем же дело? Только ли в правовой безграмотности кемеровских служителей Фемиды? Вряд ли дело только в этом.
Тем же предписанием от меня дополнительно потребовали предоставить сведения о моем участии в деятельности общественного движения «Объединенный гражданский фронт» и предоставить документы, регулирующие деятельность данной политической организации, к которым я доступа не имею.

Как известно, общественное движение «Объединенный гражданский фронт» официально зарегистрировано в Минюсте РФ в конце 2005 года. При этом Кемеровское региональное отделение «ОГФ», председателем которого я являюсь, не является юридическим лицом. Согласно Конституции РФ каждый гражданин может состоять в партиях и общественных организациях, созданных в установленном порядке, и это не является преступлением. Однако меня обвинили в «негативной деятельности, направленной на обострение социально-политической обстановки в области», то есть чуть ли не в разжигании экстремистских настроений, а также в систематическом неисполнении несуществующих решений судов.

Не приводя никаких фактов, А.М. Тулеев высказывает свое мнение о необходимости принятия ко мне «действенных мер, не исключая уголовной ответственности». Этим он фактически вмешивается в деятельность органов прокуратуры, и, судя по реакции прокуратуры Центрального района г. Кемерово, не все правоохранители могут правильно понять суть данного ЦУ, завуалированного под официальное обращение высшего должностного лица исполнительной власти Кемеровской области.

В отношении меня уже были провокации. Так, 29 октября 2005 года в аэропорту Кемерова меня сняли с рейса под предлогом того, что какой-то гражданин требует от меня объяснений относительно того, что якобы я часто летаю с его женой в Москву. В милиции про «ревнивца» тут же забыли, позже он «исчез», а меня подвергли аресту и суду за якобы имевшее место нарушение общественного порядка в виде нецензурной брани. Притом что 2 свидетеля были «за» меня и только один, дававший противоречивые показания, — «против».

30 апреля была попытка подвергнуть меня административному аресту с помощью ГИБДД. Машина ГИБДД ехала за моей машиной и «выцепила» меня из потока машин только для того, чтобы выяснить, почему я на 13 дней задержал уплату штрафа за неправильный переход улицы как пешеход (как позже выяснилось, 50 руб. были не переведены вовремя по вине ГИБДД, задержавшей данные в системе платежей «Город»). Всей семьей, включая пятилетнего ребенка, нас отпатрулировали в городскую ГИБДД, оттуда – в Центральное УВД г. Кемерово, где долго держали в помещении перед дежурной частью (характерно, что сотрудники милиции между собой называли меня «политическим»). И лишь, поверьте, чудом я избежал ареста «до суда», то есть помещения в камеру, где в этой обстановке может быть «всякое»…

А теперь представьте, уважаемые господа, что такое Кузбасс. Это – средневековое ханство со многими присущими ему атрибутами на современный манер. Недаром Амана Тулеева называют «царем». О его могуществе и всеподавляющей силе его «административного ресурса» в регионе знает каждая собака. И вот такой человек, можно сказать, дал команду «фас» в отношении меня. Можно ли относиться к этому несерьезно? Ведь его могут неправильно понять не только неразборчивые правоохранители, но и криминальные элементы, желающие услужить «царю». То есть в безопасности чувствовать себе отныне не приходится. К тому же я уже не раз получал угрозы физической расправы (к сожалению, угрожавшие делали так, что я не успевал ничего зафиксировать) и предупреждения от сочувствующих лиц, владеющих информацией.

Конечно, как гражданин свои честь и достоинство и свои конституционные права я могу и буду отстаивать в судебном порядке, вплоть до международного суда. Но это дело долгое и затратное. Без поддержки людей и структур, не понаслышке знающих о подлости нынешнего режима и ему подобным, будет трудно дожить до торжества справедливости. А очень, не сочтите за иронию, хотелось бы дожить (тут позволю себе личный мотив: хотелось бы, ведь у меня на руках 5-летняя дочь, которую я обязан поднять). Поверьте, я не пытаюсь ничего «накрутить», сгустить краски. На самом деле все гораздо серьезнее, чем можно изложить на бумаге.
Прошу оказать содействие в освещении данных фактов в СМИ, принять меры реагирования в рамках ваших возможностей и полномочий по линии органов прокуратуры и МВД.

С уважением, Александр Косвинцев,
главный редактор газеты «Российский репортер», лауреат всероссийского конкурса «Честь. Мужество. Мастерство» Благотворительного фонда имени Артема Боровика 2003 года, председатель Кемеровского регионального отделения ОГФ
Кемерово

14 мая 2006 г.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 06:56

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4180
29 ИЮНЯ 2006 г.
ej.ru
В московском театре "Практика" 30 июня в 18.00 состоятся политические дебаты в рамках проекта "Открытые диалоги". В дебатах примут участие: Гарри Каспаров, Станислав Белковский, Александр Проханов и Дмитрий Пригов. Тема беседы: "Путин и Запад: дружба в ущерб интересам России".

Каждый участник расскажет о своем видении проблемы взаимоотношений России и Запада. В разговоре примут участие не только главные действующие лица, но и зрители.

В холле театра "Практика", что находится в Трехпрудном переулке, д. 11/13, строение 1, будут представлены художественные работы Проханова и Пригова.

Цель "Открытых Диалогов", которые организованы при участии Объединенного гражданского фронта (ОГФ), – противостояние основным формам политической стагнации. На смену имиджу, лозунгу, сценарию и расчету должны прийти личность, мнение, интеллект и страсть. Организаторы намерены приглашать к себе ярких, зачастую неожиданных личностей, выражающих самые разные позиции - людей, которые сохранили способность не только высказать свое мнение, но и решительно его отстоять, используя в качестве своего основного оружия разум, эрудицию и конструктивные доводы.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 06:57

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4207
3 ИЮЛЯ 2006 г.
«Свобода теряется постепенно»
Дэвид Юм

Мы, граждане разных стран, представители исследовательских центров, институтов и движений, выступающих за свободу, объединенные общими принципами и ценностями, выражаем нашу твердую поддержку гражданам России в их естественных правах на свободу объединений, на свободу высказывания без какого-либо давления со стороны властей. В особенности мы выражаем нашу солидарность с российскими неправительственными организациями, которые оказались под бюрократическим давлением, под ударами властей, пытающихся подавить независимые силы гражданского общества. Мы призываем российские власти прекратить свои попытки изоляции граждан России от международного гражданского общества и подчинения их своему авторитарному правлению. Мы передаем наши дружеские приветствия участникам московской конференции «Другая Россия», намеченной на 11-12 июля.

Подписано 1 июля 2006 года. Вена, Австрия

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 06:59

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4320
18 ИЮЛЯ 2006 г.

В преддверии санкт-петербургского саммита «большой восьмерки» и по ходу его проведения по стране прокатилась настоящая волна репрессий. Правоохранительные органы, которые впору уже называть карательными, сделали все возможное, чтобы не допустить представителей оппозиционных организаций в северную столицу. Главный удар пришелся на членов Национал-большевистской партии, которой удалось заявить о себе громкими протестными акциями. Хроника репрессий против НБП, Объединенного гражданского фронта и организаторов «Социального форума», которую мы публикуем, говорит сама за себя.

nbp-info.ru
5 июля. Барнаул. Вечером на руководителя отделения НБП Андрея Горина и активиста партии Сергея Понимаскина было совершено нападение. Возле школы № 42 примерно в 19.00 трое неизвестных спортивного телосложения набросились на национал-большевиков со спины и, не говоря ни слова, стали избивать их тупыми предметами (что-то тяжелое, возможно кастет). Били в основном по голове. Затем, также беззвучно, стали обыскивать карманы. Деньги не взяли, забрали сотовые телефоны, цифровой фотоаппарат и паспорта. Андрей Горин – бывший политзаключенный по делу о «захвате приемной администрации президента» – был приглашен делегатом на конференцию «Другая Россия». 6-го июля он собирался купить билет и вылететь на конференцию. У Горина зафиксировано сотрясение мозга. В настоящее время он находится в Барнауле, связи с ним не имеется.

6 июля. Оренбург. Повесткой в РУБОП был вызван глава НБП-Оренбург Родион Волоснев. С Волоснева – делегата «Другой России» – была взята подписка о невыезде из области в течение всего июля. За ним ведется открытая слежка.

6 июля. Томск. Задержаны трое членов Национал-большевистской партии. Максим Семенюк, Вадим Тюменцев и Максим Наумов были доставлены в Советский РОВД г. Томска. На следующий день суд приговорил их к 10 суткам ареста по статье «Мелкое хулиганство», якобы за «нецензурную брань».

6 июля. Чебоксары. Национал-большевик Сергей Барягин был задержан сотрудниками УБОП прямо в центре города. В машине его били по кистям рук и пугали, что изнасилуют (!). В здании УБОП допрос вёл господин Метёлкин. Во время «беседы» Барягину наносили удары по почкам, как выражались оперативники, «для закаливания духа». У него взяли расписку, что он не поедет в Москву и Санкт-Петербург. Через час его отпустили, велев молчать, иначе обещали «проблемы». Барягин подал заявление в Чувашскую прокуратуру по факту его избиения оперативниками УБОП.

rufront.ru
6 июля. Ульяновск. Сотрудниками УБОП задержан председатель ульяновского регионального отделения ОГФ Александр Брагин. Ему пообещали "быструю расправу" в случае, если тот поедет на федеральный совет ОГФ в Москву, а в последующем в Санкт-Петербург на Российский социальный форум.

7 июля. Иркутск. Нападение совершено на делегата конференции «Другая Россия», председателя иркутского отделения НБП Данила Бухарова. Утром 7-го июля Бухарову, который уже купил билет на самолет, позвонили на мобильный телефон и пригласили в авиационное агентство по адресу: ул. А. Невского, д. 5, для «уточнения документов». После посещения агентства, около 15.30, на тихой улочке на Данила напали три человека и пытались затащить в ограду частного дома. Вырвали из рук сумку, но ценные вещи не тронули. Похитили только паспорт. Бухаров, один из лидеров общественной организации «Байкальское движение» и организатор многих акций протеста против строительства трубопровода вдоль берега Байкала, сейчас находится в Иркутске.

7 июля. Ростов-на-Дону. В Ростове-на-Дону около 9-ти часов утра возле своего дома задержан лидер ростовских национал-большевиков, делегат «Другой России» Алексей Рябышенков. Сотрудники милиции доставили его в Пролетарский ОВД Ростова-на-Дону. На следующий день Рябышенков был приговорен к десяти суткам ареста за «нецензурную брань в общественном месте». В настоящее время Алексей находится в ростовском ИВС. Стоит отметить, что правоохранителные органы Ростовской области развили бешеную деятельность по недопущению в Москву на конференцию активистов НБП: в Азове и Шахтах были задержаны Антон Бендюг, Дмитрий Завада и Дмитрий Лозовой, получившие от трех до десяти суток ареста. Еще двое ростовских национал-большевиков, направлявшихся в Москву – Сергей Володин и Александр Деточкин, – были в тот же день сняты с поезда под Владимиром. Володин и Деточкин получили по десять суток ареста.

7 июля. Волгоград. Вечером в Волгограде произошло массовое задержание национал-большевиков. Вечером в центре города провокаторы полубандитской наружности затеяли драку с национал-большевиками. Тут же появился целый отряд милиции и начал жесткое задержание активистов НБП, не обращая внимание на нападавших – виновников инцидента и подлинных правонарушителей. Параллельно произошло весьма показательное событие – один из провокаторов рванул в сторону опорного пункта милиции, находившегося рядом. За ним погнался рядовой ППС, провокатор затормозил и что-то резко ему крикнул. Милиционер остановился (!), а провокатор благополучно исчез. На следующий день суд отклонил ходатайство адвоката о вызове свидетелей и приговорил Михаила Бахмана, Александра Паршикова, Сергея Князева, Олега Кондрашова и Алексея Фролова к десяти суткам ареста.

7 июля. Чита. Сотрудники милиции сняли с поезда шестерых членов РО ОГФ, направлявшихся в Москву на конференцию «Другая Россия» и далее на «Социальный форум» в Санкт-Петербург из Находки. У четверых из них перед этим пропали документы. Руководитель делегации Надежда Корчевная была избита. Одного из двух членов делегации, у которых остался паспорт, – 19-летнего студента, обучающегося в Санкт-Петербурге, - согласились отпустить. Однако на границе Читинской области и Бурятии его снова обыскали и, якобы обнаружив у него два патрона, отправили обратно в Читу.

8 июля. Калининград. Сотрудники УБОП сняли с авиарейса Калининград-Москва заместителя председателя калининградского РО ОГФ, исполняющего обязанности руководителя РО НБП Михаила Костяева. У него забрали паспорт и вручили повестку в суд на 9 июля по старому делу об оскорблении главы администрации одного из районов области.

8 июля. Калининград. В аэропорту Храброво сотрудники УБОП сняли с авиарейса Калининград-Москва исполняющего обязанности руководителя калининградского отделения НБП Михаила Костяева, который должен был вылететь в Москву на конференцию "Другая Россия" в качестве делегата. У Костяева забрали паспорт и вручили повестку в суд на воскресенье, 9 июля, по возбужденному против него старому уголовному делу по факту оскорбления главы администрации одного из районов области. Ранее у Костяева состоялся разговор с начальником регионального управления УБОП Юрием Шогеновым, который заявил ему: «Ты, Михаил, в Москву не поедешь. Не дадим». 10-го июля Костяеву удалось через территорию Белоруссии попасть в Москву.

8 июля. Томск. Чтобы не допустить участие руководителя томского ОГФ Ивана Тютрина в конференции "Другая Россия", органы инсценировали драку. Закрытый суд определил Тютрину административное наказание в виде десяти суток ареста.
8 июля. Красноярск. Оперативниками УБОП был снят с поезда делегат «Другой России» лидер красноярских нацболов Андрей Сковородников.

9 июля. Волжский, Волгоградская область. Делегату конференции «Другая Россия», руководителю Волгоградского регионального отделения НБП Роману Хренову, были подброшены наркотики. Примерно в час дня Роман шел в своем районе по улице. Внезапно рядом остановились два автомобиля, в один из которых затащили Хренова. В автомобилях находились неустановленные лица, также присутствовали сотрудники УБОП и ФСБ в штатском. Неизвестные начали вести разговоры на тему «употребляешь ли ты наркотики?». Роман Хренов категорически отверг эти обвинения. Тогда его вытащили из машины и поставили лицом к дверям, а один из неизвестных засунул ему в карман пакет с марихуаной, как позже оказалось – 71 грамм наркотика. После этого были позваны понятые и провернута фальсификация с "изъятием". Хренова доставили в 3-й отдел УВД Волжского, где дознаватель оформила протокол допроса. При этом дознаватель не отрицала факта наглой фальсификации дела и факта указания сверху "закрыть Хренова". 13 июля суд принял решение о заключении Романа под стражу.
В тот же день вечером в Волгограде было совершено нападение на Василия Багазеева, комиссара Волгоградского отделения НБП. Он был избит неизвестными у подъезда своего дома. Нападавшие сумели быстро подобраться к нацболу сзади и нанести удар в голову тяжелым предметом. Багазеев упал на землю и был избит ногами. У него сотрясение мозга и перелом пальцев руки. Василий возвращался из Волжского, куда ездил вместе с адвокатом выяснить судьбу Хренова.

9 июля. Тула. В лентах Тульских новостей стали появляться сообщения о том, что Тульская милиция начала посещать делегатов «Социального форум» по домам. 10 июля значительная часть делегатов подверглась психологическому давлению со стороны сотрудников милиции и УБОП, людей в штатском - дома, на работе, при задержании на улице. Всем делегатам в ультимативной форме было предложено не ездить на Форум в Санкт-Петербург. Всего из Тулы планировалось около десяти делегатов. Сотрудники МВД запугивали правозащитника Алексея Шадского, руководителя тульского отделения ОГФ Юрия Перова и руководителя местного отделения партии "Яблоко" Алексея Веневцева. Шадскому Алексею за отказ подчиниться выписали повестку на 9 часов утра 11 июля в милицию в качестве свидетеля по уголовному делу.
10 июля. Чита. Была арестована Наталья Ремезова, активистка приморского регионального отделения ОГФ. У Ремизовой и сопровождавшего ее члена ОГФ при посадке в самолет, якобы была обнаружена тротиловая шашка. Следует отметить, что до этого Ремизова провела несколько дней в КПЗ Читы.

10 июля. Самара. Утром в понедельник сотрудники ФСБ провели серию обысков у национал-большевиков Дмитрия Дорошеко, Маргариты Кавториной, Дмитрия Трещанина, Георгия Квантришвили, Елены Кузнецовой, Михаила Гангана, а также у анархиста Даниила Ванчаева. Обыски прошли в рамках уголовного дела, возбужденного по факту якобы имевшего место оскорбления министра обороны и президента РФ 23 февраля на митинге «Призыв отменяется». Во время акции люди, одетые в маски «Верховный главнокомандующий» и «Министр обороны», отпиливали ноги призывнику. После акции маски были сожжены.

10 июля. Оренбург. 10 июля состоялся суд над активистами НБП Сергеем Максимовым, Алексеем Абакумовым и руководителем оренбургской организации АКМ Константином Корсаковым, задержанными 9 июля в результате провокации бытовой драки оперативниками Дзержинского РОВД. Несмотря на присутствие троих свидетелей, утверждающих, что никакой драки не было, мировой судья 2 участка Дзержинского района за десять минут присудил всем троим задержанным по 5 суток ареста. Рядовые сотрудники милиции даже не скрывали того, что все произошедшее с нашими товарищами – заказано и организовано 8 отделом УБОП. 10 июля сотрудники УБОП при поддержке всех райотделов милиции города начали повальные облавы на активистов НБП-Оренбург. Было задержано 6 национал-большевиков во главе с Валентином Татарниковым. От парней и девчонок в возрасте 18-20 лет требовали отказаться от намерений поехать в Москву для участия в конференции «Другая Россия». В городе Гае и поселке Энергетик сотрудники УБОП также обходят квартиры членов НБП и требуют расписки о невыезде на саммит G8. Ранее эта же процедура проводилась в Орске и Новотроицке. На данный момент неизвестно место нахождения лидера НБП-Оренбург и делегата конференции «Другая Россия» Родиона Волоснева. Вечером 10 июля он планировал вылететь в Москву, но его пригласил «на встречу» начальник 8-го отдела УБОП Войдер Андрей Михайлович. После предположительной встречи Родион не вышел на связь.

10 июля. Ульяновск. В Ульяновске на железнодорожном вокзале 10 июля были задержаны члены НБП Алексей Гаврилов и Ксения Табакова. Задержание осуществили сотрудники РУБОП. Нацболы направлялись на конференцию "Другая Россия" в Москву. Их доставили в ОВД на транспорте. Ранее был задержан на пять суток без объяснения причин активист НБП-Ульяновск Виталий Удалов, который также должен был прибыть в Москву на конференцию.

10 июля. Брянск. Была задержана группа национал-большевиков. Нацболов сняли с автобуса, направлявшегося в Москву, были составлены протоколы об административном правонарушении. Мобильные телефоны у нацболов отобраны, связи с ними нет. Количество и поименный список задержанных выясняются. В РОВД Володарского района, куда отвезли нацболов, приехали сотрудники ФСБ и УБОП. Нацболов таскают на допросы и заставляют подписать некий документ, «похожий на подписку о невыезде».

11 июля. Москва. На проходившей в Москве конференции «Другая Россия» сотрудники УБОП и ФСБ прямо в фойе задержали четырех участников конференции, активистов НБП, Елену Боровскую, Алексея Макарова, Кирилла Ананьева и Владимира Сидорина. Все задержанные были доставлены в Главное следственное управление ГУВД г. Москвы.
Также сотрудниками спецслужб было совершено нападение на корреспондента журнала «Фокус» Бориса Райтшустера. Журналист стал свидетелем задержания четырех членов НБП. Один из сотрудников правоохранительных органов ударил западного корреспондента и отобрал видеокамеру, на которой были запечатлены неправомерные действия «служителей закона» в отношении членов НБП.
Ананьев и Сидорин были освобождены без составления каких-либо протоколов. Однако Боровской и Макарову было предъявлено обвинение по ст. 213 ч. 2 УК РФ «Хулиганство» по факту событий у Таганского суда 13 апреля этого года. Тогда национал-большевики смогли отразить нападение на Эдуарда Лимонова превосходящих сил прокремлевской бандитской группировки. Первоначально потерпевшими по делу были признаны национал-большевики, однако затем ситуации кардинально поменялась. Были арестованы руководитель московской организации НБП Роман Попков, его заместитель Назир Магомедов, нацболы Сергей Медведев и Владимир Титов. И вот, спустя три месяца (!) после нападения у суда, задержаны лидеры московских нацболов Елена Боровская (жена Попкова) и Алексей Макаров. В четверг, 13 июля, Тверской суд Москвы принял решение заключить их под стражу.
Елена Боровская была лидером группы национал-большевиков, которая передала 27 апреля в Томске во время российско-немецкого саммита антипутинские листовки канцлеру Германии Ангеле Меркель. Макаров же возглавлял национал-большевиков, проведших 5 мая в Кремле акцию «Путин – палач свободы!» во время церемонии открытия Всемирного газетного конгресса.

11 июля.Ульяновск. Примерно в 12 часов дня на квартиру Константина Трошина, руководителя Ульяновского регионального отделения НБП, был совершен налет сотрудников УБОП из отдела по борьбе с экстремизмом. Константина Трошина в тот момент дома не было, он уехал на конференцию «Другая Россия». Тогда убоповцы начали издеваться над родителями нацбола. Трошину Надежду Алексеевну попытались грубо втолкнуть в квартиру, когда это не удалось, один из сотрудников попытался с размаху ударить женщину железной дверью. Лишь своевременное вмешательство отца, Константина Евгеньевича Трошина, который перехватил дверь, спасло женщину от страшного удара. Тогда борцы с экстремизмом переключились на него и стали избивать. Уходя, убоповцы пообещали: "Сына вы теперь увидите только в гробу или в тюрьме". Заявление в милицию и прокуратуру Ульяновска по факту нападения УБОПа уже написаны.

11 июля.Нижний Новгород. Четверо активистов Нижегородского отделения Национал-большевистской партии, направлявшихся на конференцию «Другая Россия» в Москву, были задержаны сотрудниками правоохранительных органов. Между Дзержинским и Нижегородским постом милиции машину, в которой ехали нацболы, остановила ГАИ для проверки документов. Когда национал-большевики вышли из автомобиля покурить, к ним подошли мужчины в штатском, предъявили удостоверения сотрудников милиции и попросили проехать с ними. Задержанных доставили в здание, находящееся рядом с Нижегородским ГУВД. Всех по очереди допросили, взяли подписку о невыезде и пригрозили физической расправой, если кого-то «еще раз поймают» перед саммитом «большой восьмерки». Одному из задержанных – заместителю руководителя НО НБП – Юрию Староверову сотрудники милиции угрожали, что «посадят за экстремизм».

12 июля. Санкт-Петербурге. На Московском вокзале при выходе из поезда были задержаны 7 человек из города Саратова прибывших на Российский социальный форум, среди них была Ольга Пицунова (Ассоциация “Партнёрство для развития”, член оргкомитета РСФ), её несовершеннолетняя дочь, Андрей Пинчук (Центр Содействия Экологическим Инициативам) и четверо активистов движения «За народную жилищную политику». При задержании сотрудники милиции руководствовалась списком, где были указаны фамилии и паспортные данные. Задержанных доставили в дежурную часть транспортной милиции, где их попросили написать заявления о цели прибытия в Петербург, на что они ответили отказом, пытались сфотографировать и снять отпечатки пальцев, угрожали. Через час задержанным вернули паспорта, которые были отобраны при проверке документов и задержании и были отпущены.

13 июля. Ростов. Около 10.30 утра у собственного дома был задержан милицией активист НБП Григорий Елизаров. Григорию вменили административную статью «неповиновение сотрудникам милиции при задержании», суд определил ему десять суток ареста.

13 июля. Воронеж. Утром был задержан и увезен в неизвестном направлении сотрудниками РУБОП Александр Макаров, брат руководителя Воронежского отделения НБП Константина Макарова. Примечателен тот факт, что Александр Макаров уже несколько лет не принимает участия в общественных или политических движениях и акциях. Считаем, что данная провокация — месть РУБОПа за участие Константина Макарова в конференции «Другая Россия».

13 июля. Тверская область. По дороге из Москвы в Санкт-Петербург был остановлен автобус, в котором находился лидер петербургского отделения НБП Андрей Дмитриев. В Северной столице он планировал принять участие в мероприятиях политической оппозиции, приуроченных к саммиту «большой восьмерки». На одном из постов ГИБДД к автобусу подошли люди в штатском, арестовали Дмитриева и скрылись вместе с ним в неизвестном направлении. Заявления членов НБП об исчезновении человека в прокуратуру Тверской области и в Генеральную прокуратуру пока никаких результатов не дали.
В начале июля 2006 года Андрея Дмитриева вызвали в УБОП Санкт-Петербурга. Люди, представившиеся оперативниками из Москвы, угрожали ему убийством, если он не уедет из города на время саммита G8.

15 июля. Санкт-Петербург. Перед началом акции ОГФ на подходе к концертному залу "Октябрьский" был задержан Александр Брагин, лидер ульяновского РО ОГФ. Люди в штатском предупредили Брагина, что если он попытается связаться с другими активистами ОГФ в Северной столице, то "он об этом пожалеет". Ему предложили купить билеты домой и не пытаться оставаться в Петербурге, сообщает корреспондент Каспарова.Ru. В данный момент Брагин находится в прокуратуре города. Между тем в Ульяновске двое в штатском посетили его сестру, всячески пугали и требовали, чтобы он вернулся домой. А его отцу пригрозили увольнением с работы, если сын не сократит свою политическую активность.

15 июля. Санкт-Петербург. Прошло протестное шествие оппозиционных сил, приуроченное к саммиту "большой восьмерки», во время которого сотрудники УБОП попытались вырвать из толпы лидеров манифестантов, определяя их по заранее выданным фотографиям. Лидера АКМ Сергея Удальцова задержали возле здания ТЮЗа и посадили в милицейский автобус. Лидера Левого фронта Илью Пономарева сначала удалось отбить, однако уже по окончании митинга он все же был задержан с группой своих товарищей.

16 июля. Санкт-Петербург. Задержан лидер ленинградского областного отделения ОГФ Виктор Перов, намеревавшийся начать голодовку в знак протеста против политики российских властей. Перов успел поставить палатку в Стрельне, где проходил саммит "большой восьмерки". Однако через 15 минут его задержали сотрудники милиции.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:00

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4991
6 ОКТЯБРЯ 2006 г.

Обращение к обществу и властям

В последние дни достигла беспрецедентного уровня пропагандистская истерия, направленная против Грузии и грузинского народа. Мы не намерены анализировать все аспекты шпионского скандала. Мы только считаем нужным напомнить, что даже когда в самый разгар холодной войны происходили инциденты, при которых число задержанных и высланных представителей могло насчитывать десятки "разведчиков", то правительство СССР никогда не позволяло себе таких разнузданных кампаний травли, угроз или санкций.

С возмущением мы должны отметить, что уже введенные против Грузии санкции, а именно: надуманные претензии к грузинскому вину и минеральной воде; полная блокада, объявленная 2 октября Министерством транспорта и связи (вплоть до прекращения 3 октября автомобильного сообщения); подготовка запрета на денежные переводы; призывы к депортации грузинских граждан из России; - направлены в первую очередь против самых незащищенных слоёв населения и носят отчётливый характер коллективного наказания. Это не соответствует уверениям в том, что вина возлагается исключительно на якобы "авторитарный" режим, "не имеющий широкой поддержки".
Все признаки развязанной сейчас низкопробной антигрузинской пропаганды соотвествуют подготовке к открыто враждебным действиям, не исключая и военные, призывы к которым звучат всё громче в нашей стране. Вся эта эскалация продолжается и после освобождения российских офицеров.

История учит тому, как часто войны возникают из самой атмосферы военной истерии и псевдопатриотического кликушества, которые буквально толкают политиков на безумные шаги и срывают попытки компромисса.

Мы считаем отвратительными демонстративные подсчёты господином Ромодановским (директор ФМС) процента "криминала" в грузинском населении, воинственную демагогию политиканов и бахвальство вояк - вроде бывшего командующего Черноморского флота адмирала Балтина - грядущими победами над Грузией. Призыв вице-спикера Госдумы Жириновского "отутюжить и оккупировать Грузию, не дожидаясь ее вступления в НАТО", "ударить по Тбилиси", призыв депутата Госдумы Алксниса к "массовой депортации" грузин-нелегалов - всё это откровенное подстрекательство к нарушению международного права, прикрытое депутатской неприкосновенностью. Другие высокопоставленные деятели, влючая Президента России Путина и Председателя Совета Федерации Миронова, прибегли к более осторожным оборотам, но и у них присутствовали высказывания вроде обвинений в гостерроризме и возможности вооруженного конфликта, которые придали кризису совершенно непропорциональный характер, создав атмосферу военной тревоги.

Мы хотим напомнить, что Международный пакт о гражданских и политических правах, гарантируя свободу самовыражения, очень чётко запрещает два вида пропаганды - войны и ненависти (Статья 20: 1. Всякая пропаганда войны должна быть запрещена законом; 2. Всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, должно быть запрещено законом). Эти нормы изложены в Уголовном кодексе РФ.

Мы расцениваем нынешнюю антигрузинскую кампанию как подстрекательство к войне, не оборонительной, а агрессивной.
Мы требуем от Генеральной прокуратуры РФ правовой реакции на подобного рода подстрекательство.
Мы призываем гражданское общество России объявить моральный бойкот тем деятелям, которые сеют ненависть к Грузии и грузинскому народу.
Мы призываем политиков и общественных деятелей открыто выступить против блокады Грузии и подготовки войны.

Людмила Алексеева, Председатель Московской Хельсинкской Группы, Сопредседатель Всероссийского Гражданского Конгресса
Елена Боннэр, правозащитник
Лев Пономарёв, Светлана Чувилова, Евгений Ихлов, Общероссийское общественное движение "За права человека"
Юрий Самодуров, директор Музея и общественного центра "Мир, прогресс, права человека" имени А.Д.Сахарова
Венедикт Достовалов, Надежда Доновская, "Вече" (Псков)
Aндрей Пионтковский, политолог
Эрнст Чёрный, "Экология и права человека"
Георгий Сатаров, Фонд «ИНДЕМ», Сопредседатель Всероссийского Гражданского Конгресса
Академик Ю.А. Рыжов, председатель Общественного комитета защиты ученых
Священник Глеб Якунин, председатель Комитета защиты свободы совести
Александр Винников, движение "Россия без расизма", член Комитета действия Всероссийского Гражданского Конгресса (Санкт-Петербург)
Вадим Белоцерковский, писатель
Игорь Г. Яковенко, д.ф.н., культуролог, правозащитник
Лидия Рыбина, Тамбовский правозащитный центр
Владимир Шаклеин, Уральский Межрегиональный центр прав человека (Екатеринбург)
Юрий Бровченко, Владимир Ойвин, Общественный Фонд "Гласность"
Илья Пономарёв, председатель Молодёжного Левого Фронта
Иван Большаков, председатель Московского Молодежного ЯБЛОКО
Борис Вишневский, политолог, обозреватель "Новой газеты", член Бюро партии
"ЯБЛОКО - объединенные демократы"
Анатолий Голов, член Комитета действия Всероссийского Гражданского Конгресса
Виктор Куренков, Тульский правозащитный центр
Ольга Покровская, юрист, член Бюро Регионального Совета Санкт-Петербургской региональной организации Российской Объединенной Демократической партии "ЯБЛОКО"
Ида Куклина, член КС СКСМР
Сергей Сорокин, Движение против насилия
Андрей Бузин
Владимир Кара-Мурза (мл.), журналист, член партии "Союз правых сил"
Алексей Гусев, центр "Праксис"
Руслан Бадалов, «Чеченский конгресс национального спасения»
Анатолий Пинегин, Дмитрий Королев, Виталий Зеленецкий, Дмитрий Мулгачев, Амурское региональное отделение ООД «За права человека»
А.Г.Аракелян - Председатель Правления СПб Межсекторной Коалиции "Диалог и Дело", член Комитета действия Всероссийского Гражданского Конгресса (Санкт-Петербург)
Николай Храмов, секретарь Либерального и либертарного движения "Российские Радикалы"
Гарри Каспаров, лидер ОГФ
Марина Литвинович, член бюро ОГФ
Денис Билунов, исполнительный директор ОГФ
Александр Рыклин, главный редактор "Ежедневного журнала", член бюро ОГф
Александр Гольц, журналист, член бюро ОГФ
Д.Ломоносов, инвалид Отечественной войны, пенсионер, бывший кавалерист

Пикет против антигрузинской кампании

В воскресенье, 8 октября, с 12 до 14 часов на Пушкинской площади в Новопушкинском сквере состоится согласованный пикет против антигрузинской кампании

Цели пикета:
- выразить протест против антигрузинской истерии, подстрекательства к войне и нарушению прав, против незаконных и выборочных преследований и дискриминации граждан Грузии и граждан грузинского происхождения;
- обратить внимание властей и общества на необходимость прекращения разжигания вражды и ненависти к Грузии и грузинскому народу; на незаконность противоправных преследований и дискриминации граждан Грузии и граждан грузинского происхождения,
- потребовать привлечения к ответственности государственных деятелей и должностных лиц, виновных в разжигании вражды и ненависти к Грузии и грузинскому народу, преследовании и дискриминации и граждан Грузии и граждан грузинского происхождения;
- обратить внимание властей и общества на необходимость предотвращения подобных событий.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:01

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5001
7 ОКТЯБРЯ 2006 г.

Политическое противостояние России и Грузии обернулось преследованиями против грузин, живущих в России. Они живут рядом с нами, они не виноваты в том, что чиновники, политики и президенты двух стран ненавидят друг друга.
Если вы не готовы равнодушно смотреть, как в России поднимается волна ненависти к «чужакам», волна насилия, обращенного против «пришлых». Если вы не хотите допустить, чтобы в России начались полномасштабные этнические чистки. Если вас возмущает беззаконие и чиновничий произвол, от которого страдают невинные люди. Сделайте и себе тоже такой значок.
Приколите его на грудь и не выходите без него на улицу.
Не важно – из чего он будет сделан, не имеет значения – какого он будет формата, - пусть это будет просто бумажная карточка, приколотая булавкой.
Пусть те, кто готовы развязать национальные репрессии, преследуя свои политические цели, знают, что вам не все равно. Пусть политики, не имеющие ни совести, ни сострадания, видят, что не все равнодушны к их подлости и жестокости.

Пикет против антигрузинской кампании
В воскресенье, 8 октября, с 12 до 14 часов на Пушкинской площади в Новопушкинском сквере состоится согласованный пикет против антигрузинской кампании

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:02

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5025
10 ОКТЯБРЯ 2006 г.
ej.ru
Анна Политковская – наша коллега, мужественный и честный человек. Мы не сомневаемся, что Аня убита за то, что она делала: рассказывала своим соотечественникам о страшной цене войны в Чечне, рассказывала миру о ситуации с правами человека в России. Ее убийство произошло в тот момент, когда в России почти не принято говорить ни о Чечне, ни о правах человека. Тем больнее и невосполнимее эта потеря.

Мы воспринимаем убийство Анны Политковской как прямой вызов всей российской журналистике. Судьба нашей коллеги – это подтверждение того, что журналисты, не желающие подчиняться давлению, презирающие самоцензуру и честно выполняющие свой долг, подвергаются серьезному, а в случае с Анной Политковской - смертельному риску.

Нам непонятно, почему убийство Анны так и не было осуждено главой государства. Означает ли это, что руководство нашей страны относится к гибели одного из самых известных журналистов России как к незначительному событию? Или отношение официальных лиц к деятельности Анны Политковской было настолько неприязненным, что ее гибель от пуль убийцы не вызывает сожаления?

Мы ждем ответа. Мы требуем, чтобы ход расследования убийства Анны Политковской был гласным, чтобы все, кто задумал и организовал эту смерть, были найдены и осуждены.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:09

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5438
23 НОЯБРЯ 2006 г.
http://usachev.mccinet.ru/im/most-05.jpg
50x50.livejournal.com
Мы сейчас находимся в отделении милиции, где на нас составляют протокол. Цель нашей акции – выразить свой гражданский протест против изменения закона о выборах. Нас задержали за то, что мы растянули плакат 15 метров на 1,5 метра под Большим Каменным мостом, там было написано «Верните народу выборы, гады». В акции принимали участие два, подчеркиваю два человека — лидер молодежного яблока Илья Яшин и я. Мы висели на веревках, а между нами был растянут плакат. Но милиция задержала почему-то всех, кто просто находился рядом, в том числе и журналистов. Тут сейчас в отделении на Якиманке находится довольно много народу.

Это было обращение непосредственно к власти. Потому что мы считаем совершенно необходимым заявить свою позицию. Мы считаем, что изменения в законе о выборах превращают выборы в фарс и фактически лишают людей права самоопределения. Мы считаем, что самая правильная позиция — бойкотировать выборы. И все силы, которые себя считают хоть сколько-нибудь оппозиционными, обязаны это сделать. Потому что власть пытается превратить выборы в театр, в абсурд, но при этом сохранить некую легитимность для Запада. Мы не должны давать им такой возможности!

Мы хотим показать всем, и Западу, и просто людям, что все это фарс. Никакое участие в выборах уже невозможно. Потому что нет никакой информации, почти не осталось свободной прессы, ничего невозможно узнать – если даже партия оппозиционная и принимает решение участвовать в этом, ее под каким-нибудь предлогом просто снимают с выборов, как это было, например, с «Яблоком» в Карелии. Тут нет никакого другого выхода, кроме бойкота.

Мы не собираемся останавливаться. Если власть не прислушается, мы собираемся и дальше проводить акции гражданского сопротивления.

50x50.livejournal.com
ВЕРНИТЕ НАРОДУ ВЫБОРЫ, ГАДЫ!

Госдума приняла поправки, которые ликвидируют минимальный порог избирательной явки. Теперь российскую власть могут выбрать, например, Путин и две его дочки - и этот выбор будет легитимным.

Более того, отныне запрещено критиковать программы партий и кандидатов, "формировать отрицательный образ" оппонента.

Скорее всего, в ближайшее время выборы мэров будут окончательно заменены практикой назначения.

Уже сегодня можно констатировать, что система свободных выборов в стране фактически ликвидирована.

Настало время признать, что участие в таких выборах невозможно. Мы призываем все оппозиционные политические силы немедленно заявить о бойкоте выборов 2007 года. Вопрос об участии в выборах может быть поставлен лишь в случае резкой либерализации избирательного законодательства.

В сложившихся условиях бойкот выборов - фактически единственное реальное средство политической борьбы, оставшееся в арсенале оппозиции.

Долой выборы без выбора!

Илья Яшин, лидер Молодежного "Яблока"
Мария Гайдар, координатор молодежного движения
«Демократическая альтернатива!»

Фотографии http://50x50.livejournal.com/15484.html?mode=reply

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:12

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5571
7 ДЕКАБРЯ 2006 г.
О ситуации со строительством домов для «обманутых дольщиков» около парка Лосиный остров и об очередной провокации «ЯБЛОКА» против «ЕЖа»

4 декабря в «Ежедневном журнале» была опубликована заметка «Война для забавы». Она была посвящена ситуации, которая сложилась вокруг строительства жилых домов на Бульваре Рокоссовского. По информации «Оргкомитета пострадавших соинвесторов», в этих домах получат квартиры дольщики, пострадавшие от КТ «Социальная инициатива и К». Депутат Мосгордумы Сергей Митрохин поддерживает местных жителей, которые обеспокоены новым строительством в их районе, поскольку, как они считают, оно угрожает заповеднику Лосиный остров. Через два дня после публикации в адрес редакции пришло письмо от руководителя пресс-службы фракции «ЯБЛОКО - Объединенные демократы» в Мосгордуме Натальи Краснобаевой, в котором был изложен другой взгляд на ситуацию. Мы посчитали нужным частично опубликовать это письмо:

О ситуации на Бульваре Рокоссовского
и очередной провокации «ЕЖа» против «ЯБЛОКА»

Еще в 2003 году к Сергею Митрохину обратились жители дома 42 по Бульвару Рокоссовского с просьбой помочь отстоять сквер, находящийся около их дома. Во-первых, эти жители защищали себя от точечной застройки. Во-вторых, они защищали свой сквер, который, между прочим, является охранной зоной парка «Лосиный острова».
Сегодня власти вернулись к попытке застроить охранную зону парка «Лосиный остров», прикрываясь «обманутыми дольщиками». При этом компания-застройщик за строительство в охранной зоне двух домов, из которых только 30% пойдет «дольщикам», получит право построить два 50-этажных(!) дома на другом конце Бульвара – на так называемой «Зеленой горке», являющейся могильником радиоактивных и химических отходов.
1 декабря проверить законность строительства в сквере около дома 42 по приглашению Сергея Митрохина приехал заместитель руководителя Росприродназдора Олег Митволь, который подтвердил статус данной территории как охранной зоны Лосиного острова. Узнав о проверке, префектура Восточного округа проинформировала о ее проведении «обманутых дольщиков» с целью противодействовать нормальной работе Росприроднадзора. Таким образом, попытка столкнуть жителей Бульвара Рокоссовского и «обманутых дольщиков» исходит именно от властей, а совсем не от Митрохина, который не приглашал на проверку жителей и не собирался устраивать из нее ни митинг, ни пикет. … Защищая права жителей Бульвара Рокоссовского и Лосиный остров, «ЯБЛОКО» ни в коем случае не выступает против «обманутых дольщиков». Наоборот, мы требуем скорейшего строительства для них домов. Однако это строительство не должно происходить «на головах» у нынешних жителей Бульвара Рокоссовского, а также путем уничтожения «зеленых легких» Москвы.

Защищая права жителей Бульвара Рокоссовского и Лосиный остров, «ЯБЛОКО» ни в коем случае не выступает против «обманутых дольщиков». Наоборот, мы требуем скорейшего строительства для них домов. Однако это строительство не должно происходить «на головах» у нынешних жителей Бульвара Рокоссовского, а также путем уничтожения «зеленых легких» Москвы. С. Митрохин предлагает строить дома для «обманутых дольщиков» на месте Черкизовского рынка, который префектура обещает закрыть к январю 2007 года. На этом месте можно построить не два, а более десятка домов, в которых можно расселить всех без исключения «обманутых дольщиков» города Москвы, не ущемляя при этом интересов жителей близлежащих домов и не разрушая природную территорию.

Если бы Екатерина Шмелькова захотела разобраться в фактах, она бы легко получила всю эту информацию. Однако, по-видимому, при подготовке материала она руководствовалась не стремлением объективно описать сложившуюся ситуацию, а политическим заказом против партии «ЯБЛОКО» и лично С. Митрохина, который интернет-издание «Еженедельный журнал» выполняет совместно с такими прокремлевскими изданиями как «Правда.ру», «Электорат.инфо», «Дни.ру», прибегающим в своей деятельности к точно таким же нечистоплотным методам передергивания фактов и искажениям либо замалчиванию информации.
Руководитель Пресс-службы фракции «ЯБЛОКО – Объединенные демократы»
Наталья Краснобаева

Таким образом, у «ЯБЛОКА», очевидно, совсем иной взгляд на ситуацию, чем у «обманутых дольщиков», более того, не совпадают и некоторые факты. За разъяснениями мы обратились к непосредственному участнику событий – Сергею Мадзаеву, члену инициативной группы обманутых соинвесторов КТ «Социальная инициатива и К», который уже два года борется за право получить свою квартиру на Бульваре Рокоссовского:

Территория, на которой должен строиться дом, не является частью парка, она просто к нему примыкает – от места строительства до границы природоохранной зоны еще метров 50-70. По версии защитников парка, получается, что все дома, которые рядом, тоже находятся на «неприкасаемой» территории парка. Конечно, это не так – это точно московская земля. И называется она — охранная зона, которая примыкает к территории Лосиного острова. В охранной зоне, естественно, существуют определенные ограничения по строительству – это означает, что строить можно, вопрос только в том, что строить. Проект по 42-му дому сейчас находится на экспертизе и в скором времени должен быть подписан Департаментом природопользования города Москвы.

Все, что пытается делать Митрохин – довольно странно. Я, конечно, не могу за него судить, но, на мой взгляд, он, прекрасно владея всей этой информацией, просто пытается набрать себе сейчас политические очки. На примере обманутых дольщиков он уже это пытался сделать. 19 мая он приехал на Горбатый мост, где проходил наш митинг, с предложением устроить встречу с правительством и т.д., проще говоря, компостировал людям мозги, по-другому и не скажешь. Естественно, никаких обещаний он не выполнил, никакую встречу не организовал – после чего его просто вежливо попросили уйти.

Сейчас приближается 2007 год, выборы в Госдуму. Господин Митрохин, я думаю, не хочет больше быть депутатом Мосгордумы, и пытается сейчас дешевым популизмом заработать себе политические баллы. Потому что всю информацию, которая ему нужна, он мог бы спокойно получить в префектуре Восточного административного округа, где он был две недели назад на совещании с участием Росприроднадзора, заместителя гендиректора «Родона», представителя компании-застройщика «Атол». Более того, организация им визита господина Митволя тоже вызывает серьезные сомнения, во всяком случае у меня, я ведь тоже житель этого района. Непонятно, зачем господину Митволю ехать с депутатом Мосгордумы на место, не читая никаких документов и т.д. На мой взгляд, сначала нужно было запросить официальные документы у префектуры Восточного административного округа, либо у стройкомплекса Москвы, который возглавляет Владимир Ресин. Послать туда депутатский запрос, по нормативным актам и законодательству РФ воссоздать полную картину по вопросу строительства объекта по адресу улица Маршала Рокоссовского, владение 42. И уже после получения ответа приехать на место и разбираться. А все делается ровно наоборот, причем с приглашением нескольких телевизионных каналов, с привлечением местных жителей и явным нежеланием услышать вопросы: «А вы вообще были в префектуре? Видели документы?».

Это охранная зона, но это не территория парка Лосиный остров. На этой площадке должно быть построено два дома – в соответствии с тем, что эта территория является как раз природоохранной зоной, примыкающей к национальному парку Лосиный остров. Об этом было соответствующее распоряжение правительства Москвы, где написано, что нужно обеспечить экологический коридор. Из-за этого постановления был полностью переделан проект по 42-му дому – два дома теперь по проекту разнесены друг от друга, между ними есть так называемый зеленый коридор. То есть требования правительства Москвы выполнены. А господин Митрохин, подозреваю, даже и не знает, что такой проект существует.

Сейчас проводятся дополнительные сверки совместно с управлением экономической безопасности и Богородской управой, но уже можно сказать, что всего пострадавших вкладчиков от КТ «Социальная инициатива» по этим объектам 758 человек. Мы уже второй год как должны были получить эти квартиры. Из-за того, что строительство объекта по адресу Бульвар Рокоссовского, 5-8, затянется до 2010 года по вполне объективным причинам – там находиться свалка токсичных отходов. В ноябре постановлением № 887 вот эта свалка, на которой должен быть наш дом, выведена из природоохранной зоны Москвы. Сейчас разрабатывается проект – ее будут рекультивировать. Поэтому дом 5-8 будет построен только в 2010 году – мэр Москвы дал указание, что проблема обманутых соинвесторов в Москве должна быть решена к 2008 году, соответственно, для того чтобы выполнить распоряжение мэра, было принято решение, что пострадавшим соинвесторам полностью отдаются оба дома во владении 42.

Но всей проблемы эти дома не решают – здесь квартиры получат примерно 40% пострадавших. Остальные же: часть людей решило ждать 2010 года, а остальным (это примерно 250 человек) компания «Атол» купит квартиры на территории города Москвы, тоже к 2008 году. Поэтому на Бульваре Рокоссовского, 42, оба дома полностью отдаются пострадавшим соинвесторам.

Местные жители боятся пострадать в результате рекультивации свалки химических отходов. История такая: закопали отходы, назвали «зеленой горкой», так это все и стоит. Есть экспертиза «Родона» – это госструктура, которая имеет право проводить соответствующие работы по рекультивации и т.д., есть проект рекультивации «зеленой горки». Идея такая: «Атол» платит за рекультивацию этой опасной свалки. В результате рекультивации (минимум на 12 метров глубиной) должен остаться чистый участок. Все токсичные и опасные отходы будут выведены, а на этом месте «Атолл» получит право строить жилые дома. Проект по рекультивации готов давным-давно, у города просто на это нет денег (требуется от 6 до 20 миллионов долларов).

Местные жители переживают за свою безопасность при проведении рекультивации. По-человечески их понять можно, но, с другой стороны, разве жить в соседстве со свалкой токсичных отходов лучше? Префектура организовывала совещания, на которых был и Митрохин, «Родон», архитектурный комплекс, Росприроднадзор, управа. Из пяти приглашенных членов инициативной группы местных жителей пришел всего один человек.

Я так понимаю, у них между собой никакого согласия и координации нет – и организованным протестом это, конечно, не назовешь. Мы разговаривали с местными жителями, там действительно определенные претензии есть, но большинство людей относится с пониманием и нашим проблемам сочувствуют. Единственное, за что они действительно переживают — за обеспечение их безопасности во время рекультивации свалки. Но сейчас очень много делается для того, чтобы людям рассказать, что и как там будет: вышло несколько сюжетов по телевидению, статья в местной газете, мы сами рассказываем. Все, что нужно – это просто объяснить людям, что такое эта рекультивация и как она будет проводиться. Власти собираются это сделать.

Сергей Мадзаев, член инициативной группы обманутых соинвесторов КТ «Социальная инициатива и К»

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:13

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5870
15 ЯНВАРЯ 2007 г.
www.morozov-ov.ru

ПРЕСС-РЕЛИЗ

Первый заместитель
Председателя Государственной Думы
Федерального Собрания Российской Федерации
О.В. МОРОЗОВ

103265, г. Москва, ул. Охотный ряд, д. 1,
тел. 692-83-52, тел./факс 692-95-04,
факс 692-91-69, e-mail: bosenko@duma.gov.ru

В ежедневном журнале (www.ej.ru) 13 января 2007 года опубликована статья Станислава Белковского "Страх и ненависть в Куршевеле". В ней содержится информация, что Первый заместитель Председателя Государственной Думы О.В. Морозов "проводил в Куршевеле Рождественский пост".

Пресс-служба О.В. Морозова уполномочена заявить, что эта информация является полным вымыслом. Никаких заявлений по этому поводу он не делал.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:14

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=6665
10 АПРЕЛЯ 2007 г.

Семьдесят лет назад, по решению высших партийных органов, в СССР развернулась очередная кровавая «чистка», длившаяся почти два года. В исторической публицистике эта репрессивная кампания нередко именуется «Большим Террором»; в народе же ее называют просто — «Тридцать Седьмой».

novayagazeta.ru
Коммунистическая диктатура всегда – и до, и после 1937 года – сопровождалась политическими репрессиями. Однако именно Тридцать Седьмой стал в памяти людей зловещим символом системы массовых убийств, организуемых и проводимых государственной властью. По-видимому, это случилось из-за того, что Большому Террору были присущи некоторые из ряда вон выходящие черты, предопределившие его особое место в истории и то огромное влияние, которое он оказал — и продолжает оказывать — на судьбы нашей страны.

Тридцать Седьмой — это гигантский масштаб репрессий, охвативших все регионы и все без исключения слои общества, от высшего руководства страны до бесконечно далеких от политики крестьян и рабочих. В течение 1937–1938 по политическим обвинениям было арестовано более 1,7 миллиона человек. А вместе с жертвами депортаций и осужденными «социально вредными элементами» число репрессированных переваливает за два миллиона.

Это невероятная жестокость приговоров: более 700 тысяч арестованных были казнены.
Это беспрецедентная плановость террористических «спецопераций». Вся кампания была тщательно продумана заранее высшим политическим руководством СССР и проходила под его постоянным контролем. В секретных приказах НКВД определялись сроки проведения отдельных операций, группы и категории населения, подлежавшие «чистке», а также «лимиты» — плановые цифры арестов и расстрелов по каждому региону. Любые изменения, любые «инициативы снизу» должны были согласовываться с Москвой и получать ее одобрение.

Но для основной массы населения, незнакомой с содержанием приказов, логика арестов казалась загадочной и необъяснимой, не вяжущейся со здравым смыслом. В глазах современников Большой Террор выглядел гигантской лотереей. Почти мистическая непостижимость происходящего наводила особенный ужас и порождала у миллионов людей неуверенность в собственной судьбе.

artekovetc.ru
Репрессии основательно затронули, в частности, представителей новых советских элит: политической, военной, хозяйственной. Расправа с людьми, имена которых были известны всей стране (именно о них в первую очередь сообщали газеты) и в лояльности которых не было никаких причин сомневаться, увеличивала панику и усугубляла массовый психоз. Впоследствии родился даже миф о том, что Большой Террор будто бы был направлен исключительно против старых большевиков и партийно-государственной верхушки. На самом деле подавляющее большинство арестованных и расстрелянных были простыми советскими гражданами, беспартийными и ни к каким элитам не принадлежащими.

Тридцать Седьмой — это неизвестные мировой истории масштабы фальсификации обвинений. В 1937–1938 вероятность ареста определялась, главным образом, принадлежностью к какой-либо категории населения, указанной в одном из «оперативных приказов» НКВД, или связями — служебными, родственными, дружескими — с людьми, арестованными ранее. Формулирование индивидуальной «вины» было заботой следователей. Поэтому сотням и сотням тысяч арестованных предъявлялись фантастические обвинения в «контрреволюционных заговорах», «шпионаже», «подготовке к террористическим актам», «диверсиях» и т.п.

Тридцать Седьмой — это возрождение в ХХ веке норм средневекового инквизиционного процесса, со всей его традиционной атрибутикой: заочностью (в подавляющем большинстве случаев) квазисудебной процедурой, отсутствием защиты, фактическим объединением в рамках одного ведомства ролей следователя, обвинителя, судьи и палача. Вновь, как во времена инквизиции, главным доказательством стало ритуальное «признание своей вины» самим подследственным. Стремление добиться такого признания, в сочетании с произвольностью и фантастичностью обвинений, привели к массовому применению пыток; летом 1937-го пытки были официально санкционированы и рекомендованы как метод ведения следствия.

Тридцать Седьмой — это чрезвычайный и закрытый характер судопроизводства. Это тайна, окутавшая отправление «правосудия», это непроницаемая секретность вокруг расстрельных полигонов и мест захоронений казненных. Это систематическая многолетняя официальная ложь о судьбах расстрелянных: сначала — о мифических «лагерях без права переписки», затем — о кончине, наступившей будто бы от болезни, с указанием фальшивых даты и места смерти.

Тридцать Седьмой — это круговая порука, которой сталинское руководство старалось повязать весь народ. По всей стране проходили собрания, на которых людей заставляли бурно аплодировать публичной лжи о разоблаченных и обезвреженных «врагах народа». Детей вынуждали отрекаться от арестованных родителей, жен — от мужей.

Это миллионы разбитых семей. Это зловещая аббревиатура «ЧСИР» — «член семьи изменника Родины», которая сама по себе явилась приговором к заключению в специальные лагеря для двадцати тысяч вдов, чьи мужья были казнены по решению Военной Коллегии Верховного Суда. Это сотни тысяч «сирот Тридцать Седьмого» — людей с украденным детством и изломанной юностью.

Это окончательная девальвация ценности человеческой жизни и свободы. Это культ чекизма, романтизация насилия, обожествление идола государства. Это эпоха полного смещения в народном сознании всех правовых понятий.

Наконец, Тридцать Седьмой — это фантастическое сочетание вакханалии террора с безудержной пропагандистской кампанией, восхваляющей самую совершенную в мире советскую демократию, самую демократическую в мире советскую Конституцию, великие свершения и трудовые подвиги советского народа. Именно в 1937 году окончательно сформировалась характерная черта советского общества — двоемыслие, следствие раздвоения реальности, навязанного пропагандой общественному и индивидуальному сознанию.

И сейчас, семьдесят лет спустя, в стереотипах общественной жизни и государственной политики России и других стран, возникших на развалинах СССР, явственно различимо пагубное влияние как самой катастрофы 1937–1938 гг., так и всей той системы государственного насилия, символом и квинтэссенцией которого стали эти годы. Эта катастрофа вошла в массовое и индивидуальное подсознание, покалечила психологию людей, обострила застарелые болезни нашего менталитета, унаследованные еще от Российской империи, породила новые опасные комплексы.

Ощущение ничтожности человеческой жизни и свободы перед истуканом Власти — это непреодоленный опыт Большого Террора.
Привычка к «управляемому правосудию», правоохранительные органы, подчиняющие свою деятельность не норме закона, а велениям начальства — это очевидное наследие Большого Террора.
Имитация демократического процесса при одновременном выхолащивании основных демократических институций и открытом пренебрежении правами и свободами человека, нарушения Конституции, совершаемые под аккомпанемент клятв в незыблемой верности конституционному порядку — это общественная модель, которая впервые была успешно опробована именно в период Большого Террора.

Рефлекторная неприязнь сегодняшнего бюрократического аппарата к независимой общественной активности, непрекращающиеся попытки поставить ее под жесткий государственный контроль — это тоже итог Большого Террора, когда большевистский режим поставил последнюю точку в многолетней истории своей борьбы с гражданским обществом. К 1937 все коллективные формы общественной жизни в СССР — культурной, научной, религиозной, социальной и т.п., не говоря уже о политической — были уже ликвидированы или подменены имитациями, муляжами; после этого людей можно было уничтожать поодиночке, заодно искореняя из общественного сознания представления о независимости, гражданской ответственности и человеческой солидарности.

Воскрешение в современной российской политике старой концепции «враждебного окружения» — идеологической базы и пропагандистского обеспечения Большого Террора, подозрительность и враждебность ко всему зарубежному, истерический поиск «врагов» за рубежом и «пятой колонны» внутри страны и другие сталинские идеологические шаблоны, обретающие второе рождение в новом политическом контексте — все это свидетельства непреодоленного наследия Тридцать Седьмого в нашей политической и общественной жизни.

Легкость, с которой в нашем обществе возникают и расцветают национализм и ксенофобия несомненно унаследована нами в том числе и от «национальных спецопераций» 1937–1938, и от депортаций в годы войны целых народов, обвиненных в предательстве, и от «борьбы с космополитизмом», «дела врачей» и сопутствующих всему этому пропагандистских кампаний.

Интеллектуальный конформизм, боязнь всякой «инакости», отсутствие привычки к свободному и независимому мышлению, податливость ко лжи, — это во многом результат Большого Террора.
Безудержный цинизм — оборотная сторона двоемыслия, волчья лагерная мораль («умри ты сегодня, а я завтра»), утрата традиционных семейных ценностей — и этими нашими бедами мы в большой мере обязаны школе Большого Террора, школе ГУЛАГа.

Катастрофическая разобщенность людей, стадность, подменившая коллективизм, острый дефицит человеческой солидарности — все это результат репрессий, депортаций, насильственных переселений, результат Большого Террора, целью которого ведь и было раздробление общества на атомы, превращение народа в «население», в толпу, которой легко и просто управлять.

Разумеется, сегодня наследие Большого Террора не воплощается и вряд ли может воплотиться в массовые аресты — мы живем в совершенно другую эпоху. Но это наследие, не осмысленное обществом и, стало быть, не преодоленное им, легко может стать «скелетом в шкафу», проклятием нынешнего и будущих поколений, прорывающимся наружу то государственной манией величия, то вспышками шпиономании, то рецидивами репрессивной политики.

Что требуется сделать для осмысления и преодоления разрушительного опыта Тридцать Седьмого?
Последние полтора десятилетия показали, что необходимо публичное рассмотрение политического террора советского периода с правовых позиций. Террористической политике тогдашних руководителей страны, и, прежде всего, генерального идеолога и верховного организатора террора — Иосифа Сталина, конкретным преступлениям, ими совершенным, необходимо дать ясную юридическую оценку. Только такая оценка может стать точкой отсчета, краеугольным камнем правового и исторического сознания, фундаментом для дальнейшей работы с прошлым. В противном случае отношение общества к событиям эпохи террора неизбежно будет колебаться в зависимости от изменений политической конъюнктуры, а призрак сталинизма — периодически воскресать и оборачиваться то бюстами диктатора на улицах наших городов, то рецидивами сталинской политической практики в нашей жизни.
Вероятно, для проведения полноценного разбирательства следовало бы создать специальный судебный орган — указывать на прецеденты в мировой юридической практике излишне.

К сожалению, пока что налицо противоположная тенденция: в 2005 Государственная Дума Российской Федерации исключила из преамбулы Закона о реабилитации 1991 года единственное в российском законодательстве упоминание о «моральном ущербе», причиненном жертвам террора. Нет нужды вдаваться в нравственную и политическую оценку этого шага — она очевидна. Необходимо просто вернуть слова о моральном ущербе в текст Закона. Это надо сделать не только во имя памяти погибших, но и ради самоуважения. Это надо сделать и для того, чтобы загладить оскорбление, нанесенное нескольким десяткам тысяч глубоких стариков — выжившим узникам Гулага, и сотням тысяч родственников жертв террора.

Однако правовая оценка террора — это важный, но недостаточный шаг.
Необходимо обеспечить благоприятные условия для продолжения и расширения исследовательской работы по истории государственного террора в СССР. Для этого нужно, прежде всего, снять все ныне действующие искусственные и необоснованные ограничения доступа к архивным материалам, связанным с политическими репрессиями.

bulletin.memo.ru
Необходимо сделать современное историческое знание об эпохе террора общим достоянием: создать, наконец, школьные и вузовские учебники истории, в которых теме политических репрессий и, в частности, Большому Террору, было бы уделено место, соответствующее их историческому значению. История советского террора должна стать не только обязательной и значительной частью школьного образования, но и объектом серьезных усилий в области народного просвещения в самом широком смысле слова. Необходимы просветительные и культурные программы, посвященные этой теме, на государственных каналах телевидения, необходима государственная поддержка издательским проектам по выпуску научной, просветительной, мемуарной литературы, посвященной эпохе террора.

Необходимо создать общенациональный Музей истории государственного террора, соответствующий по своему статусу и уровню масштабам трагедии, и сделать его методическим и научным центром музейной работы по этой теме. История террора и Гулага должна быть представлена во всех исторических и краеведческих музеях страны, так, как это делается, например, в отношении другой грандиозной исторической трагедии — Великой Отечественной войны.

Необходимо, наконец, воздвигнуть в Москве общенациональный памятник погибшим, который был бы поставлен государством и от имени государства. Такой памятник нам обещают вот уже 45 лет; пора бы и выполнить обещание. Но этого мало: надо, чтобы памятники жертвам террора встали по всей стране. К сожалению, во многих городах дело увековечения памяти жертв до сих пор не двинулось дальше закладных камней, установленных 15-18 лет назад.

В стране должны появиться памятные знаки и мемориальные доски, которые отмечали бы места, связанные с инфраструктурой террора: сохранившиеся здания следственных и пересыльных тюрем, политизоляторов, управлений НКВД и Гулага и т.п. Памятные знаки, указатели и информационные щиты следует установить также в местах дислокации больших лагерных комплексов, на предприятиях, созданных трудом узников, на дорогах, ведущих к сохранившимся руинам лагерных зон.

Необходимо убрать из названий улиц и площадей, да и из названий населенных пунктов имена государственных деятелей — организаторов и активных участников террора. Топонимика не может больше оставаться зоной увековечения памяти преступников.

Необходима государственная программа подготовки и издания во всех субъектах Российской Федерации Книг памяти жертв политических репрессий. Сейчас такие Книги памяти выпущены только в части регионов России. По приблизительным подсчетам, совокупный список имен, перечисленных в этих книгах, охватывает на сегодняшний день не более 20% от общего числа людей, подвергшихся политическим репрессиям.

Срочно необходимо разработать и осуществить общероссийскую или даже межгосударственную программу поиска и мемориализации мест захоронений жертв террора. Это проблема не столько образовательная и просветительская, сколько нравственная. На территории бывшего СССР — многие сотни расстрельных рвов и братских могил, где тайно закапывали казненных, тысячи лагерных и спецпоселенческих кладбищ, разрушенных, полуразрушенных и таких, от которых остались лишь следы; от тысяч кладбищ уже и следов не осталось.
Все это способствовало бы восстановлению памяти об одной из крупнейших гуманитарных катастроф ХХ века и помогло бы выработать устойчивый иммунитет к тоталитарным стереотипам.

Сказанное выше относится, в первую очередь, к России — правопреемнику СССР, самой большой из бывших советских республик, стране, в столице которой располагался центр разработки и запуска террористических кампаний, управления механизмами террора, на территории которой находилась основная часть империи ГУЛАГа.

Однако очень многое из того, что должно быть сделано, должно делаться на всем пространстве бывшего СССР, лучше всего — совместными усилиями наших стран. История террора понимается и трактуется в сегодняшних пост-советских государствах по-разному. Это естественно. Но принципиально важно, чтобы из этой разности возник диалог. Диалог национальных памятей — важная и необходимая часть осмысления исторической правды; плохо лишь, когда он превращается в перебранку, в попытки снять историческую (и, стало быть, гражданскую) ответственность с себя и переложить ее на «другого». К сожалению, очень часто именно история советского террора становится инструментом сиюминутных межгосударственных политических разборок, а честная совместная работа с общим прошлым подменяется выставлением перечней взаимных обид, счетов и претензий.

Поэтому развернутая комплексная программа, посвященная трагическому опыту прошлого, должна быть, скорее всего, международной и межгосударственной. Это касается и исторических исследований, и выпуска Книг памяти, и мемориализации мест захоронений, и многого другого — может быть, даже и подготовки школьных учебников. Память о терроре — это общая память наших народов. Эта память не разъединяет, а объединяет нас — еще и потому, что это ведь не только память о преступлениях, но и память о совместном противостоянии машине убийств, память об интернациональной солидарности и человеческой взаимопомощи.

Конечно, память о прошлом формируется не Указами и постановлениями правительств. Судьбы исторической памяти могут определиться лишь в широкой общественной дискуссии. Чем дальше, тем более очевидной становится острая необходимость в такой дискуссии.

В осмыслении Большого Террора и всего опыта советской истории нуждается не только Россия и не только страны, входившие в СССР или в состав «социалистического лагеря». В таком обсуждении нуждается все страны и народы, все человечество, ибо события Большого Террора наложили отпечаток не только на советскую, но и на всемирную историю. Гулаг, Колыма, Тридцать Седьмой — такие же символы ХХ века, как Освенцим и Хиросима. Они выходят за пределы исторической судьбы СССР или России и становятся свидетельством хрупкости и неустойчивости человеческой цивилизации, относительности завоеваний прогресса, предупреждением о возможности будущих катастрофических рецидивов варварства. Поэтому дискуссия о Большом Терроре должна также выйти за рамки национальной проблематики; подобно некоторым из названных выше гуманитарных катастроф, она должна стать предметом общечеловеческой рефлексии. Но инициатором и средоточием этой дискуссии обязана стать, разумеется, общественная мысль в странах, которые входили в состав СССР, в первую очередь — в России.

К сожалению, именно в России готовность общества узнать и принять правду о своей истории, казавшаяся в конце 1980-х достаточно высокой, сменилась в 1990-е безразличием, апатией и нежеланием «копаться в прошлом». Есть и силы, прямо заинтересованные в том, чтобы никаких дискуссий на эти темы больше не было. И в общественном сознании, и в государственной политике усиливаются тенденции, отнюдь не способствующие свободному и прямому разговору о нашей недавней истории. Эти тенденции нашли свое выражение в официальной, хотя и не всегда четко формулируемой концепции отечественной истории исключительно как «нашего славного прошлого».

Нам говорят, что актуализация памяти о преступлениях, совершенных государством в прошлом, препятствует национальной консолидации (или, выражаясь языком тоталитарной эпохи, «подрывает морально-политическое единство советского народа»).
Нам говорят, что эта память наносит ущерб процессу национального возрождения.
Нам говорят, что мы должны помнить, в первую очередь, о героических достижениях и подвигах народа во имя великой и вечной Державы.
Нам говорят, что народ не хочет иной памяти, отвергает ее.

И в самом деле, значительной части наших сограждан легче принять удобные успокоительные мифы, чем трезво взглянуть на свою трагическую историю и осмыслить ее во имя будущего. Мы понимаем, почему это так: честное осмысление прошлого возлагает на плечи ныне живущих поколений огромную и непривычную тяжесть исторической и гражданской ответственности. Но мы уверены: без принятия на себя этого, в самом деле, тяжелейшего груза ответственности за прошлое у нас не будет никакой национальной консолидации и никакого возрождения.

В канун одной из самых страшных годовщин нашей общей истории «Мемориал» призывает всех, кому дорого будущее наших стран и народов, пристально вглядеться в прошлое и постараться понять его уроки.

Международное общество Мемориал

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:16

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=6667
10 АПРЕЛЯ 2007 г.
Семьдесят лет назад, по решению высших партийных органов, в СССР развернулась очередная кровавая «чистка», длившаяся почти два года. В исторической публицистике эта репрессивная кампания нередко именуется «Большим Террором»; в народе же ее называют просто — «Тридцать Седьмой».

bulletin.memo.ru
Коммунистическая диктатура всегда – и до, и после 1937 года – сопровождалась политическими репрессиями. Однако именно Тридцать Седьмой стал в памяти людей зловещим символом системы массовых убийств, организуемых и проводимых государственной властью. По-видимому, это случилось из-за того, что Большому Террору были присущи некоторые из ряда вон выходящие черты, предопределившие его особое место в истории и то огромное влияние, которое он оказал — и продолжает оказывать — на судьбы нашей страны.

Тридцать Седьмой — это гигантский масштаб репрессий, охвативших все регионы и все без исключения слои общества, от высшего руководства страны до бесконечно далеких от политики крестьян и рабочих. В течение 1937–1938 по политическим обвинениям было арестовано более 1,7 миллиона человек. А вместе с жертвами депортаций и осужденными «социально вредными элементами» число репрессированных переваливает за два миллиона.

Это невероятная жестокость приговоров: более 700 тысяч арестованных были казнены.
Это беспрецедентная плановость террористических «спецопераций». Вся кампания была тщательно продумана заранее высшим политическим руководством СССР и проходила под его постоянным контролем. В секретных приказах НКВД определялись сроки проведения отдельных операций, группы и категории населения, подлежавшие «чистке», а также «лимиты» — плановые цифры арестов и расстрелов по каждому региону. Любые изменения, любые «инициативы снизу» должны были согласовываться с Москвой и получать ее одобрение.

Но для основной массы населения, незнакомой с содержанием приказов, логика арестов казалась загадочной и необъяснимой, не вяжущейся со здравым смыслом. В глазах современников Большой Террор выглядел гигантской лотереей. Почти мистическая непостижимость происходящего наводила особенный ужас и порождала у миллионов людей неуверенность в собственной судьбе.

Репрессии основательно затронули, в частности, представителей новых советских элит: политической, военной, хозяйственной. Расправа с людьми, имена которых были известны всей стране (именно о них в первую очередь сообщали газеты) и в лояльности которых не было никаких причин сомневаться, увеличивала панику и усугубляла массовый психоз. Впоследствии родился даже миф о том, что Большой Террор будто бы был направлен исключительно против старых большевиков и партийно-государственной верхушки. На самом деле подавляющее большинство арестованных и расстрелянных были простыми советскими гражданами, беспартийными и ни к каким элитам не принадлежащими.

Тридцать Седьмой — это неизвестные мировой истории масштабы фальсификации обвинений. В 1937–1938 вероятность ареста определялась, главным образом, принадлежностью к какой-либо категории населения, указанной в одном из «оперативных приказов» НКВД, или связями — служебными, родственными, дружескими — с людьми, арестованными ранее. Формулирование индивидуальной «вины» было заботой следователей. Поэтому сотням и сотням тысяч арестованных предъявлялись фантастические обвинения в «контрреволюционных заговорах», «шпионаже», «подготовке к террористическим актам», «диверсиях» и т.п.

Тридцать Седьмой — это возрождение в ХХ веке норм средневекового инквизиционного процесса, со всей его традиционной атрибутикой: заочностью (в подавляющем большинстве случаев) квазисудебной процедурой, отсутствием защиты, фактическим объединением в рамках одного ведомства ролей следователя, обвинителя, судьи и палача. Вновь, как во времена инквизиции, главным доказательством стало ритуальное «признание своей вины» самим подследственным. Стремление добиться такого признания, в сочетании с произвольностью и фантастичностью обвинений, привели к массовому применению пыток; летом 1937-го пытки были официально санкционированы и рекомендованы как метод ведения следствия.

Тридцать Седьмой — это чрезвычайный и закрытый характер судопроизводства. Это тайна, окутавшая отправление «правосудия», это непроницаемая секретность вокруг расстрельных полигонов и мест захоронений казненных. Это систематическая многолетняя официальная ложь о судьбах расстрелянных: сначала — о мифических «лагерях без права переписки», затем — о кончине, наступившей будто бы от болезни, с указанием фальшивых даты и места смерти.

Тридцать Седьмой — это круговая порука, которой сталинское руководство старалось повязать весь народ. По всей стране проходили собрания, на которых людей заставляли бурно аплодировать публичной лжи о разоблаченных и обезвреженных «врагах народа». Детей вынуждали отрекаться от арестованных родителей, жен — от мужей.

Это миллионы разбитых семей. Это зловещая аббревиатура «ЧСИР» — «член семьи изменника Родины», которая сама по себе явилась приговором к заключению в специальные лагеря для двадцати тысяч вдов, чьи мужья были казнены по решению Военной Коллегии Верховного Суда. Это сотни тысяч «сирот Тридцать Седьмого» — людей с украденным детством и изломанной юностью.

Это окончательная девальвация ценности человеческой жизни и свободы. Это культ чекизма, романтизация насилия, обожествление идола государства. Это эпоха полного смещения в народном сознании всех правовых понятий.

Наконец, Тридцать Седьмой — это фантастическое сочетание вакханалии террора с безудержной пропагандистской кампанией, восхваляющей самую совершенную в мире советскую демократию, самую демократическую в мире советскую Конституцию, великие свершения и трудовые подвиги советского народа. Именно в 1937 году окончательно сформировалась характерная черта советского общества — двоемыслие, следствие раздвоения реальности, навязанного пропагандой общественному и индивидуальному сознанию.

Полный текст читайте в рубрике "Эксперты"

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:18

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=6834
23 АПРЕЛЯ 2007 г.
news.bbc.co.uk
Сегодня скончался первый президент России Борис Ельцин, сообщила пресс-служба Кремля. Последнее время слухи об ухудшении здоровья Ельцина появлялись постоянно: в середине марта говорили о том, что он находится в состоянии клинической смерти. Подробностей происшедшего сегодня не сообщают - говорят, внезапная остановка сердца. Ему было 76 лет, и о том, как плохо он выглядит, вся страна судачила еще 8 лет назад. Он был и останется в памяти фигурой противоречивой, желающие бросить в него камень еще долго не переведутся. И все же от таких смертей немного не по себе: ушел век, уходят люди, остается история. И никуда не деться от простого факта - этот человек был символом перемен, произошедших в России.

Елена Георгиевна Боннэр: С ним вместе пришла наша свобода

Очень грустно! Как бы ни противоречиво было время Ельцина, и то, что он оставил после себя преемника, тем самым разрушив тот неформальный механизм выбора (формально его разрушило уже путинское правление) - это, конечно, его большой грех, но… СПАСИБО Ельцину. С ним вместе пришла наша свобода. Я бы сказала, что и Горбачев, и Ельцин дали совершенно неимоверный толчок развитию. Я не про хозяйство говорю, не про миллиарды у кого-то там, а про наше новое духовное развитие. Во-первых, я приношу глубокие соболезнования Наине Иосифовне, с которой я была хорошо знакома. С Ельциным мне тоже приходилось общаться, но мало. С Наиной Иосифовной много. И я считаю, что за то, что начал очень неуверенно делать Горбачев, а потом уверенно, но по-медвежьи Ельцин, он заслуживает все-таки благодарности!

Борис Немцов: Ельцин войдет в историю как человек, который пытался раскрепостить Россию и освободить ее

Ельцин дал мне и миллионам соотечественников свободу и возможность себя реализовать. Ельцин был категорическим противником цензуры, он был за свободную печать. Умел терпеть критику. Не трогал оппозицию, в России была реальная политическая конкуренция. Ельцин был сторонником развития регионов и был федералист. Он был за развитие местных селений, и местное самоуправление при Ельцине стало возрождаться. Он был против бюрократического вмешательства в экономику, и при нем развивалась частная инициатива. Он войдет в историю, безусловно, как человек, который пытался раскрепостить Россию и освободить ее. По иронии судьбы его преемник уничтожает все его завоевания – все до единого. Вместо свободы - цензура, вместо федерализма - назначенные губернаторы, вместо самоуправления - совершенно опустошенные в финансовом отношении города. Вместо многопартийности и политической конкуренции - всевластие Кремля. Вместо интеграции в мир – политическая мировая изоляция России. Его смерть – это, конечно, очень печальный факт, но лучшая память о нем будет, если мы вернем свободу в Россию. Он войдет в историю со знаком "плюс" – лично у меня никаких сомнений в этом нет.

Владимир Буковский: Ельцин сделал две великие вещи

О Ельцине сложно говорить кратко, он был противоречивым человеком, сделавшим для страны много дурного и много хорошего. В нем до конца сохранялся партийный аппаратчик, но в нем действительно возник демократ. И он все время метался между этими двумя состояниями. Он упустил много возможностей, но он сделал две великие вещи: запретил КПСС и распустил Советский Союз. И этого история ему никогда не забудет.

Владимир Рыжков: При нем страна, действительно, была свободной

Конечно, сейчас критики Ельцина начнут вспоминать и припоминать ему и войну в Чечне; и пристрастие к спиртному; и большую роль семьи, особенно, в последние годы его президентства; и тесные связи семьи с олигархами; и вообще сам факт, что олигархи возникли при нем; и развал Советского Союза; и огромный экономический спад, социальный хаос и гиперинфляцию. Все это ему припомнят.

Но сегодня, когда он ушел от нас, я вспоминаю совершенно другое. Я вспоминаю, что Борис Николаевич никогда не разгонял митинги оппозиции с дубинками и не арестовывал молодых ребятишек за то, что они кричали: «Банду Ельцина под суд!». Эти митинги проходили по стране, эти лозунги поднимались, но никогда власть в лице Ельцина не избивала людей и не устраивала массовых арестов только за то, что они критиковали первое лицо государства. Я вспоминаю, что Борис Николаевич Ельцин никогда не преследовал журналистов за их работу, и именно при Ельцине наше телевидение было, наверное, лучшим телевидением в мире: самым свободным, открытым для всех точек зрения, дискуссионным. И тогда нам завидовали и брали с нас пример. Достаточно сравнить "Кремль ТВ", который мы имеем сегодня, с тем, что было тогда. Я вспоминаю, что Борис Николаевич никогда не преследовал своих политических врагов и оппонентов. И люди, которые в 93 году кричали с балкона Белого дома, что Ельцина нужно арестовать и посадить в тюрьму - Руцкой, Хазбулатов и другие, - они позже спокойно избирались губернаторами, становились профессорами, возглавляли думские комитеты и никогда не подвергались преследованию.

Я с ним неоднократно встречался лично. В том числе, и когда он приходил в Государственную думу. У меня осталось впечатление огромной мощи этого человека.. Он был гигантский – два метра, широкие плечи, седые волосы. И когда он входил в помещение, он производил невероятное впечатление. Настоящий титан - и как политик, и как человек. У него, конечно, была удивительная судьба: из семьи репрессированных, сделал карьеру, получил образование, сначала в строительной области, потом стал первым секретарем крупнейшего уральского обкома, потом ворвался в Москву как смерчь. Потом его незабываемая борьба с ЦК, победа на выборах в Верховный совет, когда практически все москвичи, кто был жив и смог дойти до участка, проголосовали за него. Он возглавил Верховный совет и стал президентом. Совершенно удивительная судьба.

Я хочу напомнить, что он амнистировал своих противников по событиям осени 93-го года – никто из них не пострадал, и все они вернулись в активную политическую жизнь, все были допущены до выборов. В том числе, те же коммунисты. При нем страна, действительно, была свободной, и выборы были свободными - все партии легко регистрировались и легко участвовали в выборах. И выборы отражали реальное соотношение сил. И парламент – немыслимая, по нынешним временам, вещь - был местом для дискуссий. И даже бывали времена, когда у Бориса Николаевича в парламенте не было большинства, а большинство было у оппозиции. В целом, при всей своей противоречивости и всех ошибках он войдет в историю как выдающийся российский деятель, как демократ и реформатор, вклад которого в русскую историю еще будет оценен и, я уверен, что положительно.

Евгений Ясин: Он брал ответственность на себя

Борис Ельцин сыграл в моей жизни, как и в жизни большинства российских граждан огромную роль. При нем страна стала другой. Главная добродетель государственного деятеля – это способность принимать ответственность на себя, принимать решения, которые требует обстановка, не откладывая их и не стремясь переложить ответственность на других. Борис Николаевич Ельцин обладал этой добродетелью. Он далеко не всегда работал с одинаковым напряжением, мы это хорошо знаем. Порой был нездоров, «работал с документами»… Все было, но в тот момент, когда страна оказывалась в трудной ситуации, когда нужно было принять решение, он, опираясь на свою интуицию, делал выбор. И это были самые важные решения, которые надолго, на многие годы, а, скорее всего, всегда будут определять развитие нашего общества.

Не секрет, что Ельцин не пользуется большой популярностью сегодня в народе. Многие верят тому, что он развалил страну и что при нем захватили власть олигархи. Наверное, в этих утверждениях есть некоторая доля правды, но они не описывают суть событии. Главное из этих событий, на мой взгляд, это переход от плановой экономики к рыночной. Главное - это реформы, которые Борис Николаевич решился поручить молодым реформаторам.

Во-вторых, Ельцин принял решение о ликвидации СССР, которую сейчас принято считать величайшей катастрофой 20-го века. Однако нужно иметь в виду, что СССР, пусть с известными особенностями, но оставался последней империей в мире. И сохранение ее было неподъемной обузой для страны и народа. На долю Ельцина выпало это решение, и можно представить, каким трудным оно для него было! Версия о том, что Ельцин пошел на развал Союза лишь для того, чтобы забрать власть у Горбачева, противоестественна. Главное то, что разговора с Кравчуком он понял, что Украина свое решение уже приняла и если так, то нужно было делать выводы и о судьбе Союза в целом. И он это решение тоже принял. Мы еще не осознали всех последствий того обстоятельства, что в результате этого решения Россия, как и большинство стран современного мира, стала национальным государством, государством, прежде всего, русского народа, а вместе с тем и многонациональным государством, которое ему пришлось строить так, чтобы все народы в этой стране могли жить вместе.

И, наконец, было еще одно, исключительно важное событие, схватка между реформами и демократией в октябре 1993 года. Теперь и демократы и коммунисты, все обвиняют Ельцина за то, что он отдал приказ стрелять по Белому дому. И в этом тоже есть доля правды. Но в тоже время это как раз тот случай, когда нужно было делать тяжелый выбор. Вопрос не в том, будет власть у Ельцина или у Хазбуллатова, вопрос был в том, добиваться победы реформ или пойти на поводу у советской бюрократии. И, в конце концов, Ельцин выбрал реформы. Потому что демократия без рыночных реформ, без проросшего среднего класса, без социально-экономической базы все равно не могла бы укорениться.

В чем бы не обвиняли первого президента России, сохранение демократических завоеваний составило важную черту правления Ельцина, и он никогда не покушался на самые важные права и свободы своих граждан.

Гарри Каспаров: Удержаться у последней черты

Люди, которые в переломные моменты истории находятся у руля государственной власти, неизбежно принимают неоднозначные решения. Масштаб задачи, стоявшей перед Борисом Ельциным, был не по силам никому.

Многие критикуют Ельцина за развал экономики в 1991-93 гг. Они исходят из того, что были какие-то рецепты решения проблем, которыми он сознательно не воспользовался. Это неправда.
Борис Ельцин больше, чем кто-либо другой, был соткан из противоречий.
С одной стороны – свободные выборы. С другой стороны – назначение преемника и благословление пресловутого административного ресурса.

С одной стороны – знаменитое «берите суверенитета, сколько проглотите», с другой – бессмысленная и кровопролитная чеченская война. С одной стороны – теперь уже основательно забытая «борьба с привилегиями», с другой – олигархический капитализм и раскол страны на богатых и бедных.

Но есть особенная черта, которая отводит Борису Ельцину уникальное место во всей российской истории, – это отказ от преследований и тем более от уничтожения побежденных политических оппонентов. И в 1991-м, и в 1993-м первый президент России проявил непонятное многим его сторонникам снисхождение.

Указ N 1400 и последующие за этим эпизоды гражданской войны в октябре 93-го – это, конечно, черная страница в современной российской истории. Однако надо признать: победа Верховного Совета, несомненно, закончилась бы кровавой чисткой. Ельцин же нашел в себе силы остановить маховик гражданского противостояния. Проигравшая сторона в конечном счете стала частью политического процесса.

И сегодня именно эта часть наследия Ельцина наиболее актуальна. Большинство слов, сказанных в эти дни о первом президенте России, – это прямая или косвенная критика нынешнего положения дел. Из многообразного и противоречивого наследия Ельцина его преемник в совершенстве развил лишь тенденцию олигархического авторитаризма. Удержаться у последней черты, найти путь к гражданскому согласию, признать, что все силы в обществе имеют право решать судьбу нашей страны, – вот чего мы ждем от российской власти сегодня.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:23

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=6865
25 АПРЕЛЯ 2007 г.

АЛЕКСАНДР РЫКЛИН: ЕЛЬЦИН УМЕР ОТ ГОРЯ

igrunov.ru
В первые годы после той отставки нет-нет, да и случалось услышать такую реакцию на очередное людоедство властей: «Погодите, дедушка очухается, он им еще устроит. Он им скажет, что думает по поводу всей этой гадости». И на лицах присутствующих начинала играть улыбка. Все очень живо представляли себе, как Борис Николаевич входит в свой кабинет, с удивлением смотрит на человека за своим столом и говорит: «Да ты, я погляжу, всерьез тогда все воспринял… Так это я… того… пошутил… или спал, я уж не помню… Ну все, все, сынок, иди к Бородину, он тебе найдет работу…»

Эх, мечты, мечты… Ельцин был герой. Людям свойственно идеализировать героев. Поэтому до последнего верилось, что вот так втихую он не уйдет. Что найдет слова, которые многое расставят по своим местам и за которые даже недовольные правлением Ельцина простят ему если не все, то почти все. На самом деле, даже не требовалось никаких особых откровений. Вполне хватило бы той короткой реплики, которой недавно порадовал нас Виктор Геращенко в эфире «Эха Москвы». А уж оснований произнести эти слова у Бориса Николаевича было никак не меньше, чем у Виктора Владимировича. И круг тех, к кому они могли быть обращены, много шире. В него вошли бы не только те, кто цинично попрал все, во что он искренне верил, чего добивался, как умел, для себя и для страны, но и многие из тех, кто еще тогда, в конце девяностых, навязал ему, тяжело больному и смертельно уставшему, свое решение. Из тех, кто привел к нему малознакомого, неблизкого человека.

Сегодня принято считать, что Путин не обманул ожиданий Ельцина и не нарушил негласных (а может, и гласных) договоренностей – не тронул никого из семьи, не провел полномасштабной ревизии минувшего царствования. Но знал ли Ельцин, догадывался ли он, какую придется платить цену за, что называется, «спокойную старость»? И ему лично, и всей стране… И была ли она на самом деле спокойной эта его старость?
Я не верю. Весь наш опыт наблюдений за этим человеком подсказывает, что так быть просто не могло. Но теперь уже поздно и бессмысленно об этом говорить.

Очень скоро мы получим ответ на вопрос: насколько фактор Ельцина связывал руки нынешней власти. Как быстро она дотопчет все, что еще не успела или стеснялась дотоптать. Может, эти люди действительно боялись непредсказуемой, внезапной реакции Первого президента России? Боялись, что в конце концов он не выдержит и, наплевав на очевидные риски, с присущей ему прямотой и яростью выскажет то, что накипело на душе?

Ельцин умер, конечно, от горя. А еще, наверное, от неизбывного чувства вины. Он совершал в жизни много ошибок. Но та роковая и фатальная во многом перечеркнула всю его жизнь. Он не мог этого не понимать. И исправить уже не мог – не было сил. А пережить не получилось.
Ельцина больше нет с нами. Он нам уже никак не поможет. Но мы будем о нем помнить. И верить, что если Господь даст ему возможность и дальше наблюдать за развитием событий в России, у Бориса Николаевича будет повод сказать: «Молодцы, ребята! Порадовали старика. Сняли камень с души».

Наверное, многие сочтут, что день похорон не лучшее время для прямого разговора о человеке. Но обычная в таких случаях формула «либо хорошо, либо ничего» к Ельцину не применима. Она для людей такого масштаба оскорбительна и унизительна. А этого он точно не заслужил.

ВИКТОР ШЕНДЕРОВИЧ: ЕЛЬЦИН. ВОСЛЕД...

fedcup.com
«Когда человек умирает, изменяются его портреты…»
Смерть Ельцина со всей несомненностью обнажила человеческую подкладку в его отношениях с Россией. Это ведь были полноценные личные отношения: счастье и драма, любовь и разочарование…
В политической жизни первого президента было много черных минут: и черных для него, и тех, в которые источником черноты оказывался он сам. Все это непременно станет предметом холодного исторического анализа, но не сегодня.
Сегодня – вослед – только про то человеческое, что связывало нас с Борисом Николаевичем Ельциным.

Он был русский – в его случае это действительно многое объясняет. Голсуорси тут нечего делать. Это был персонаж Островского и Лескова, с Салтыковым-Щедриным и не без Достоевского: крупный, неподдельный, выламывающийся из рамок, неподвластный простым описаниям. Все, что он делал, он делал сам: и его победы, и его катастрофы были собственноручными и, подстать личности, – огромными.

В нем, по Бабелю, квартировала совесть. Хотя, может быть, и не была ответственным квартиросъемщиком… Но когда он извинялся, уходя, он делал это искренне, и в последние годы, по многим свидетельствам, тяжело переживал происходящее в России, несомненно чувствуя свою вину за многое.

К рубежу веков череда политических провалов сделала его «хромой уткой»; только ленивый прилюдно не оскорблял Бориса Николаевича; при его характере – можно себе представить, чего ему это стоило, но ходивших с плакатами «Ельцин - иуда» не бил ОМОН, финансировавшие Примакова не сидели в тюрьме и парламент был местом для дискуссий и даже процедуры импичмента…
Сегодня нам есть с чем сравнить, чтобы оценить масштаб личности.

Здесь не время описывать в подробностях сети, в которые он попался на закате своей власти: любой из тех, кто шел в Кремль, начал бы свое царствование с показательных процессов над ближайшим окружением Ельцина и, увы, его семьей. Его личной семьей, с маленькой буквы… Этот крючок намертво сидел в животе у первого российского президента. Выбор между чувством и долгом даже не пахнул Расином…

Но он попросил у нас прощения – простим ему! Тем более есть за что.
Первые «демократические» годы Ельцина – легенда! Девяносто процентов поддержки нашему нынешнему так и не смогли надуть системой «ГАС-Выборы» - Ельцин набрал их в девяностом году на самом деле. При тотальном противодействии Кремля, при «черном пиаре», жалком по сегодняшним подлым временам, но тогда, по новизне, поразившем россиян…

Это побеждал не он – побеждало новое время. Страна, разбуженная Горбачевым, распрямлялась и начинала дышать полной грудью… И лучшие дни и часы Ельцина – дни и часы, когда он дышал в такт с Россией. По всем законам творчества, политический талант выносил Бориса Николаевича в такие дали, куда он сам и не думал заходить. У него хватало чутья доверять этой волне, расти и соответствовать времени…

У него хватало характера, чтобы держать удары – уж чего-чего, а характера в Ельцине было на дивизию; судьба ломалась об этот кремень много раз!
Но он не был бы русским, если бы не был способен на саморазрушение. И он никогда не стал бы Первым секретарем Свердловского обкома КПСС, если бы не умел перешагивать через людей.
Он был плоть от плоти номенклатурной – и плоть от плоти народной! Вот так вот, одновременно! И при всех ельцинских экзерсисах, Россия не была для него углеводородной недвижимостью, как для тех, кто пришел ему на смену – да, это была зона власти, но и зона ответственности и боли. И гордости, и мечты…

Когда Южный уступал в «Берси» в финале Кубка Дэвиса, Ельцин, сидя на трибуне, мрачнел так, что становилось страшно за судьбу теннисиста в случае проигрыша; когда Россия победила, Ельцин, к ужасу Наины Иосифовны и восторгу французских телевизионщиков, полез через перила, чтобы поскорее обнять того, кто принес честь России. Хоть такую, спортивную… И перелез!
Это был не пиар – ему не было уже нужды пиариться; в этом вдруг проявился весь Ельцин – неуклюжий, нестандартный, катастрофичный, прекрасный. Человек!
Отдельным, несмываемым кадром в памяти: этот седой человек, идущий по проходу Кремлевского дворца съездов, чтобы положить партбилет и выйти, закрыв дверь за эпохой.
С его смертью его эпоха не заканчивается; дверь приоткрыта.

ВЛАДИМИР КАРА-МУРЗА (МЛ.): ПРЕЗИДЕНТ, ВЫБРАВШИЙ СВОБОДУ

kazak.net
Говорят, что демократия не должна зависеть от личностей. Что президенты приходят и уходят, а основы правового государства, демократические институты, гражданское общество – остаются. Может быть, так и есть. Наверное, так и должно быть.

Но только не у нас.

Он сам был целой эпохой. Со всеми сложностями, противоречиями, надеждами, разочарованиями, победами… Партийный аппаратчик, разрушивший советскую империю. Воспитанник тоталитарной системы, прошедший через искреннее покаяние и выбравший – для себя и для своей страны – свободу. Крестьянский сын из уральской деревни, приведший Россию в “Большую восьмерку”.

Тогда, в незабываемом августе, он был со своим народом. Не думая о последствиях, не замечая молчания республиканских “элит”, колебания силовиков, двусмысленных заявлений лидеров “свободного мира” (чего стоило одно высказывание Буша-старшего, увидевшего в главаре путчистов Янаеве “приверженность реформам”). Уверенный, гордый, счастливый, на броне танка, посреди целого моря таких же счастливых и гордых лиц, людей, в тот день вдруг почувствовавших себя не рабами, а гражданами, как бы заочно отвечая Галичу… “Смеешь выйти на площадь в тот назначенный час?”

Сегодня, с его смертью, мы, будто очнувшись на миг от тяжелого и неприятного сна, вспоминаем, какой была Россия всего лишь восемь лет назад. Страной, где было независимое телевидение и не было политических заключенных. Страной, где парламент выбирали всеобщим голосованием, а не на секретных совещаниях в кремлевском кабинете. Страной, где оппозиция могла свободно действовать, участвовать в демократических выборах и побеждать на них.

Именно при Борисе Николаевиче Ельцине мы, впервые за долгие годы, смогли испытать чувство гордости за себя и за свое государство. Смогли почувствовать, что живем в нормальной стране. С проблемами и недостатками, зачастую тяжелыми и иногда катастрофическими, но – нормальной.

Он мог дирижировать оркестром и пропустить встречу с заморским премьер-министром. Он мог рассказывать про “загогулины” и “рокировочки”.

Но он не обещал журналистам “обрезать, чтобы ничего не выросло”. Не говорил о национальной трагедии с идиотской ухмылочкой: “Она утонула”. Не отдавал приказы бить граждан за проведение мирной демонстрации на улицах собственной столицы. Не посылал крепких парней в штатском в предпасхальную ночь на захват независимой телекомпании. Не сажал в тюрьму спонсоров оппозиционных партий. Только иногда, уставший от критики в очередных “Куклах” или “Итогах”, брал пульт и выключал телевизор…

Он был очень разный – мужественный, решительный, колебавшийся, непоследовательный. Многого он так и не успел – или не смог. Не провел настоящего суда над коммунизмом, не ввел люстрации, не сломал хребет чекистам, которые в конце концов и уничтожили почти все, что он хотел создать. Начал войну в Чечне – но сам же ее и закончил, и извинился публично, и пригласил противника за стол переговоров.

Все поражения, ошибки, неудачи – его. Он знал о них. И в последний день своего президентства, первым за всю тысячелетнюю историю России, попросил у своих сограждан прощения.

Но и победы 90-х тоже принадлежат ему, Борису Николаевичу Ельцину. И то, впервые за многие десятилетия испытанное гражданами России чувство свободы и собственного достоинства неразрывно связано с именем нашего первого президента.

Не его вина, что мы так быстро и так легко отказались от всего, за что он боролся, не щадя здоровья и не оглядываясь на рейтинги. Что мы отдали свою свободу за нефтяные серебреники, отказались от права выбора ради иллюзорной “стабильности”, разменяли настоящую, дышавшую полной грудью жизнь на серую, убогую и подловатую виртуальную реальность.

Но мы знаем, что все это – не навсегда. Что рано или поздно свобода и разум восторжествуют. Мы знаем, что это обязательно случится.

И в тот день, когда это случится, мы вспомним гордого и счастливого седого человека, стоящего на танковой броне посреди моря таких же, как он – улыбающихся, уверенных, поверивших в свои силы людей. Граждан свободной России.

Автор – журналист телекомпании RTVI, соучредитель “Комитета-2008: Свободный выбор”

ЕВГЕНИЙ ГОНТМАХЕР: МЫ ХОРОНИМ БОРИСА НИКОЛАЕВИЧА...

ng.ru
Мы хороним Бориса Николаевича… Я до сих пор не могу понять и принять трагический смысл этих слов. И не только потому, что мне довелось работать в его команде, наблюдать за ним в неформальной обстановке. Последнее время он появлялся на людях только на соревнованиях по теннису и волейболу. Но и я, и многие мои неравнодушные, несогласные друзья и коллеги подсознательно продолжали надеяться, что лев найдет в себе силы совершить еще один прыжок.

Зная Бориса Николаевича, его по-крестьянски цельную пассионарную натуру, уверен, что он очень быстро убедился в том, что сделанный им в 1999 году выбор преемника оказался ошибкой. И сколько же усилий стоило ему сдерживать себя все эти годы, наблюдая, как по-немецки неумолимо и пунктуально душатся самые элементарные свободы, как власть стремительно превращается в сверхприбыльный бизнес на общественных интересах.

Один-единственный раз он не сдержался, когда деликатно заметил своему преемнику, что возвращение советского гимна – это ошибка. Он публично отметил, что "при Сталине сначала пели одни слова, потом пришел Хрущев, выкинул строчки об "отце народов", а мелодию оставил. При Брежневе опять что-то заменили в стихах. А теперь, что — будет новая текстовка? Нет, такими вещами не шутят". Это было в уже далеком 2000-м году. Но интуиция тогда его не подвела. Он предчувствовал переломный 2003-й год, когда новый режим окончательно стряхнул уже ненужную ему демократию.

Сколько же потом новых рубцов на сердце появилось у Бориса Николаевича! Чего ему стоило в немногочисленных и, очевидно, жестко контролируемых не им интервью положительно отзываться о «новом курсе» страны… Может быть, он искренне думал, что если по-мужицки стукнуть кулаком, то на Россию обрушится очередной смерч, которых и так нам хватило в XX веке. Теперь о его размышлениях последних лет мы, наверное, никогда не узнаем. Если только где-нибудь в укромном месте не осталось его политического завещания, что вполне в нашей традиции: вспомним метания тяжело больного Ленина, магнитофонные записи отставленного Хрущева…
Нынешняя власть нашла в себе силы оказать Борису Николаевичу последние почести, надеясь в это смутное время посмертно использовать его образ для собственного обеления. «Родилась новая, демократическая Россия – свободное, открытое миру государство. Государство, в котором власть действительно принадлежит народу», — объявил нынешний президент в своем обращении по поводу кончины Бориса Николаевича. Внимательно прочитайте эти слова – Россия оказалась тождественна «государству». А где же вся остальная страна с ее гражданским обществом, политическими партиями, независимыми СМИ, бизнесом? Первый президент никогда бы такие слова не произнес, а нынешняя власть разучилась даже мимикрировать под прописные истины, выработанные мировой цивилизацией…

Сумерки сгущаются, но остановить восход Солнца невозможно.

СЕРГЕЙ БУНТМАН: ЭТО НАЗЫВАЕТСЯ "ЕЛЬЦИН"

dryzei.net
Он трубил, он гудел, он показывал нам «загогулину», стоял на танке в августе 91-го, насупясь, провожал Горбачева из политики, отдавал приказ стрелять по Белому дому, дирижировал оркестром в Германии, не выходил из самолета в Ирландии, танцевал, больной, в 96-м и сидел перед камерами под Новый, 2000-й год, извиняясь, прощаясь и представляя своего преемника. Потом мы видели его на теннисе, видели, как он дулся на жену и обнимал, хлопал привычной беспалой рукой по спинам обладателей кубка Дэвиса.

Борис Ельцин. Первый президент России. Он умер, увешанный всеми собаками наших невзгод, ущемленного самолюбия, потерянных мифов и территорий. Редкие скромные, шепотом сказанные добрые и справедливые слова. И не менее, может быть, справедливые, но уж очень сладострастные обвинения. Ну, ладно, мы помним, как многие из нынешних порицателей Ельцина так же сладострастно прогибались перед «царем Борисом» и с удовольствием играли на всех его слабостях и пороках. Есть, конечно, последовательные борцы с «антинародным режимом» - коммунисты, например, но и им не стоит забывать, что после трагической сшибки 93-го никто из них не сгинул во глубине всевозможных руд, КПРФ все же не запретили, а суд Ельцин проиграл той же партии. Не надо забывать, что с тех пор власть загонять за Можай снова научилась, а суды не проигрывает и не собирается.

Легко назвать словом «Ельцин» все беды переходной эпохи. Но нужно тогда назвать словом «Ельцин» и возможность бороться с этими бедами, протестовать во весь голос, издавать оппозиционные Ельцину газеты и смеяться над президентом в программе «Куклы». Это для честности. Ради нее же необходимо выбрать, что для вас ужаснее: сама первая чеченская война, истребление своих граждан в военной форме или в невоенной одежде, или Хасавюрт, который был возможностью мира, хоть и упущенной впоследствии. Бездарно растраченной…

Легко смеяться над фразой «берите суверенитета, сколько хотите». Все ли взяли, сумели понять, что теперь мы все суверенные граждане? Если мы в упоении непонятой свободы топтали друг друга, как хотели, то это тоже называется "Борис Ельцин".

Ладно, теперь есть целая вечность, чтобы размышлять об эпохе Ельцина, чтобы раскладывать по полочкам его жизнь. Вспомним главное. Борис Ельцин был с нами на стороне свободы в 91-м. Борис Ельцин был в диалоге с обществом. В диалоге до мордобоя, временами, но в диалоге. И это стоит помнить, когда от диалога не осталось практически ничего.

ЛЕОНИД РАДЗИХОВСКИЙ: КОГДА ПРЕЗИДЕНТ БЫЛ БОЛЬШИМ

fedcup.com
Борис Николаевич – очень счастливый человек.
Добился в жизни всего чего хотел – боролся, побеждал, терпел поражения, опять побеждал. А главное, сделал то, что удается единицам в Истории – создал новое государство. И не самое плохое – если сравнивать с тем, что было до и стало после.

Все понимают, что он был велик и противоречив во всем – огромный размах и быстрая усталость, страшный гнев и нежданное прощение, страсть к саморазрушению (включая попытки самоубийства) и талант созидания. Об этом два слова особо. Ельцин–разрушитель (СССР, КПСС и т.д.) на виду. Ельцин-созидатель как-то менее заметен. Вот Путин – это, да, созидатель.

Чушь! Ельцин получил полные руины и из них слепил какое-никакое, а Государство. Путин же получил уже не разлагающийся труп, а достаточно жизнеспособное государство. Дело не в том, чтобы подпустить шпильку Путину – просто надо понимать масштаб проблем, с которыми сталкивался тот и другой.

В Ельцина можно было влюбиться – в удаль, в слабость, в колебания, в отчаянность. Страдающий, грубый, ранимый, закрытый, наивный, хитрый – живой. Конечно, живой… Какой же еще? Как еще сказать…

При Ельцине интеллигенция в первый (последний?) раз почувствовала себя не «лишними людьми», а просто – гражданами своей страны. Почувствовала, что президент – свой. Ну не «свой», но какой-то «родной», что ли. Ну, «дедушка»… Интеллигенты почувствовали себя нормальными русскими людьми, верящими, что Царь – добрый, а бояре – да, бояре, конечно, барахло… Но в Царя поверили и полюбили. Мы же тоже хотим быть – как простые крестьяне, любить и верить в Царя. Конечно, до тех пор, пока царь защищает свободу, делает то, чего мы от него ждем, хотим ждать. Это недолго было, потом медовый месяц прошел. Но это – было. И многие эту первую любовь не забудут. Тем более что второй уже не было.

У Ельцина была великая в жизни опора – любовь. Семья. В самом простом значении слова – жена, дочери, внуки. Его семья – его счастье. Вела себя эта семья совсем не так, чтобы их любили в стране. Они были (и есть) самые обычные люди, попавшие в самые обычные обстоятельства. Кто оказался бы в таких обстоятельствах строже к себе – тот пусть судит…

Почти все ему удалось. Но переспорить русскую историю он конечно же не мог. Из колеи русской истории телегу вытянуть – не получилось. Колея вернулась к полуавторитарному строю. Выше головы не прыгнешь.

Но то, что сделал Борис Николаевич, аналогов в истории России не имеет.

Пусть русская земля будет пухом «царю Борису» - одному из самых русских людей в истории России.

ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА: УМЕР ВЕЛИКИЙ ПРЕЗИДЕНТ

fedcup.com
Умер Борис Ельцин – один из великих правителей России. Величие его было не в том, что он был решительным и либеральным реформатором, как Александр II; не в том, что он прорубил окно в Европу, как Петр I; не в том, что он сделал Россию просвещенной европейской державой, как Екатерина II. Величие его было в том, что Борис Ельцин, крестьянский сын, партийный вельможа, правитель, страстно влюбленный во власть, обладал врожденным чувством свободы.

Это чувство свободы, сопряженное с масштабом личности, вообще бывало у партийных вельмож - Александра Яковлева, Эдуарда Шеварднадзе - и начисто отсуствовало у мелких майоров и подполковников КГБ, промышлявших в те годы по посольствам красной икрой, водкой и доносами. Именно это чувство свободы привело Ельцина к опале в конце 80-х, привело его на баррикады в 91-м и не позволило ему отменять выборы, подтасовывать их результаты и закрывать телеканалы.

Все познается в сравнении. Ельцина обвиняли в коррупции. Но максимум, что история может предъявить Ельцину – какие-то сомнительные карточки его дочерей да зять во главе «Аэрофлота». За что бы ни получили пол-России Фридман, Ходорковский или Потанин – они получили это не потому, что сидели с Ельциным в одном кабинете.

Какой контраст с нынешней Россией. Россией, где все друзья президента Путина, все, кто служил вместе с ним в КГБ и состоял в одном и том же кооперативе «Озеро», все получили российские газ, нефть, уран, оружие, железные дороги и пр.

Пресса жестоко критиковала Ельцина за чеченскую войну. СМИ смеялись над пляской пьяного Ельцина в Германии и над историей о 38 снайперах. Почему-то журналистов за это не расстреливали в подъездах, а владельцев телекомпаний не сажали в тюрьму.

Какой контраст с нынешней Россией. Россией, где никто громко не критикует президента Путина. Да, собственно, и президента Путина мы не слышим, потому что он не имеет привычки обращаться к гражданам в критические для нации моменты и по важным для нации поводам.

Ельцина критиковали за развал СССР. Сказать сложно, ибо если бы СССР тогда не развалился мирно, то он бы разваливался по югославскому варианту - с нарастающим морем крови в каждой очередной республике. Но, так или иначе, при Ельцине Россия была главной в СНГ и равной партнерам на Западе. Нам приходилось краснеть за пьяного президента, но нам не приходилось ужасаться из-за инфантильного президента.

Какой контраст с политикой президента Путина: начиная с президентского гнева по поводу ограбленных в Польше детей дипломатов, повлекшего избиения польских дипломатов в Москве, и кончая пассажем про граждан «некоренной национальности», приведшим к депортации грузин. Эта политика кончилась тем, что за пределами России у нас больше нет стран-друзей. Ельцин привел страну в «Большую восьмерку», Путин – к грани, за которой начинаются страны-изгои.
Ельцин совершил много мелких ошибок: непоследовательно проводил реформы, держал возле себя Коржакова, потом Березовского. Ельцин совершил одну ошибку, фундаментальную: он так и не реформировал силовиков. Сначала оно ему как-то было не нужно. Роль всемогущего силовика исполнял при нем Александр Коржаков, который не хотел выборов 1996 года. Это хрестоматийная история с силовиками: им не хотелось, чтобы президент был обязан властью народу. Им хотелось, чтобы президент был обязан властью только им.

А когда выборы состоялись и Ельцин вышел во второй тур, Коржаков сделал все, чтобы сорвать выборы – с помощью коробки из-под ксерокса. Президент отправил его в отставку и через несколько дней свалился с тяжелейшим инфарктом. И все-таки тогда Ельцин выбрал – между зависимостью от Коржакова и зависимостью от общества. Спустя несколько лет, после ареста Ходорковского, президент Путин сделает прямо противоположный выбор.

Но только к 1998 году Ельцин понял, что он худо-бедно реформировал экономику, но совершенно никак не тронул силовиков, и вся эта орава, превратившая прокуратуру, ФСБ, МВД в коммерческие общества со множеством акционеров, филиалов и филиальчиков, все эти полковники и генералы, на платной основе нанимаемые олигархами, чтобы поставлять им девочек или заводы, ведут наступление на Ельцина под лозунгом «разворовали страну». Лозунгом, смысл которого сводился к тому, что «они разворовали, а нам не дали».

Ельцин попытался исправить положение. Сначала назначил главой Администрации силовика Бордюжу, тот бездействовал. Потом президент назначил главой правительства силовика Сергея Степашина, тот решил жить со всеми дружно. И тогда президент Ельцин назначил главой правительства еще одного силовика – Владимира Путина.

Короток был список силовиков, которых можно было счесть хоть в чем-то либералами.

Президент Ельцин одинаково любил власть и свободу. Он знал, что газеты – одно, а история – другое. Он не хотел войти в историю как первый диктатор России. Он не раздавал российских компаний своим друзьям, не травил своих врагов полонием и не сажал их в тюрьму, не закрывал оппозиционные телекомпании и не извращал смысл выборов. За это над ним смеялись с экрана, и прокурор Скуратов, в перерывах между посещениями проституток, копался в карточках его дочерей.
Президент Путин учел ошибки президента Ельцина. С экрана не смеются над президентом Путиным. Вопрос в том, что скажет о Путине история.

Да, президент Ельцин многого не создал. Не довел до ума экономику, устроил дефолт, не реформировал силовиков. Но он был свободным человеком, и он поделился этой свободой со всеми нами. При Ельцине в России впервые в XX веке возникло свободное общество, и это свободное общество до сих пор остается свободным, несмотря на закрытые телекомпании, переделенные активы и чекистов во главе государства.

Это свободное общество даже президент Путин не сможет преобразовать в государственное унитарное предприятие и поставить во главе своего приятеля по кооперативу «Озеро».

ГЕОРГИЙ САТАРОВ: ТАКИХ СЕЙЧАС НЕТ

1993.ru
С момента его ухода с политической арены России не появилось ни одного политика, который хоть сколько-нибудь приближался к нему по масштабу личности, по роли, которую он сыграл в истории новой России.

Он всегда был окружен мифами. Его считали человеком, для которого главным была власть сама по себе. Но главным для него была миссия, как бы он ее себе ни представлял. А власть он рассматривал только как инструмент для ее реализации. Подумайте сами: он дважды уходил из власти, он не колеблясь разменивал свою популярность на необходимые и болезненные реформы. Его называли непредсказуемым, путая при этом поведение и стратегию. Он был всегда верен своей стратегии, соблюдал политические табу, которые сформулировал для себя сам. Он никогда не оскорблял публично своих противников, никогда не препятствовал критике в отношении себя и т.п. Его брутальные внешность и поведение скрывали предельную тонкокожесть и ранимость. Многие пороки, которые приписывали ему, были следствием того, что он сжигал себя, переживая все происходящее в стране и с ним.

Для меня он был удивительным начальником. Он умел доверять. Он ценил не верность, а интеллект и профессионализм. С ним можно было смело говорить о болезненных и деликатных проблемах. Он собрал уникальную команду, в которой мне посчастливилось работать. Говорю об этом, не боясь выглядеть нескромным, ибо об этом уже было написано немало. В отличие от нынешних он не считал жизнь простой штукой и не был уверен, что у любой проблемы есть простое решение. Попробуйте вспомнить политиков с таким набором качеств.

Он управлял страной в фантастически сложное время. Он сделал немало ошибок. Одну он признал сам: война в Чечне. Другая, с моей точки зрения – нереформированная бюрократия. Но он провел Россию между Сциллой распада и Харибдой гражданской войны. Провел так, что мы и не заметили. И не оценили. Он дал нам свободу, которую мы теперь продаем за нефтяное хлебово и развлекалово по телеку. Он заставил нас учиться самим отвечать за себя, от чего мы легко отказываемся. Он вместе со всеми нами делал чувство собственного достоинства главным чувством гражданина России. И мы это легко продаем. Так давайте подумаем о том времени без шор и мифов, которые навязывает нам пропаганда. Давайте вспоминать и сравнивать, непредвзято и всесторонне. Давайте делать выводы. Давайте просыпаться и вставать с колен. Ельцин умер.

АНДРЕЙ НОРКИН: ГЛАВНЫЙ УРОК ЭПОХИ ЕЛЬЦИНА

druzei.net
Значение личности Бориса Ельцина, его вклад в историю страны – со знаком «плюс» или со знаком «минус» — теперь будет долго изучаться и обсуждаться рядовыми гражданами России и профессиональными политическими комментаторами. И, безусловно, нельзя будет избежать анализа событий, произошедших в России уже после отставки Ельцина. Как отмечают сегодня многие аналитики, верность завету «Берегите Россию!» не была стопроцентной. Формально руководителям России постельцинского периода удалось избежать развала страны, опасность которого зримо присутствовала в конце 90-х годов. В то же время единственная боеспособная единица этого дезинтеграционного процесса – Чечня – вышла из затяжной военной кампании победителем, причем победителем оказалось вовсе не население мятежной республики, а ее весьма своеобразное руководство.

Главной ошибкой Ельцина в России чаще всего называют Чечню, но справедливости ради следует отметить, что нынешняя Чечня Рамзана Кадырова, публично называющего президента Путина «красавчиком», получила гораздо больше того, что требовал Джохар Дудаев. Де-факто Чечня сейчас независимое от России государство, со своей собственной финансовой, внешней и внутренней политикой, даже со своими собственными силовыми структурами, позволяющими себе уничтожать неугодных прямо на улицах Москвы. Даже не предупреждая ФСБ о своих планах. «Чеченизация» конфликта привела к формальному прекращению войны, но российские милиционеры до сих пор гибнут в Чечне на боевых дежурствах, а истинное положение населения скрыто за завесой секретности.

Это, кстати, еще одно, наиболее заметное отличие «ельцинской» России от нынешней. Пресса, в первую очередь телевидение, не столько доносит до населения информацию, сколько работает над ее сокрытием. Митинги по поводу монетизации льгот, события вокруг лекарственного кризиса, силовые акции ОМОНа по подавлению акций оппозиции, катастрофическое положение людей, лишившихся уже после ухода Ельцина собственного жилья – обо всем этом рассказывается дозированно, выборочно, а зачастую и откровенно ложно. Полноценная информация о происходящем в стране заменена на демонстрацию бесконечных увеселительных мероприятий и рассказы о небывалом единении государства и народа и подъеме страны с колен.

«Россия, встающая с колен» — вообще отдельная тема. Чрезвычайно благоприятная нефтяная конъюнктура позволила избежать глобальных экономических и социальных потрясений. Однако стоит помнить, что президентство Ельцина начиналось в период крушения предыдущего нефтяного благополучия. После многолетнего господства плановой коммунистической экономики руководство компартии во главе с Михаилом Горбачевым так и не смогло решиться на радикальные экономические преобразования. «Младореформаторы» Ельцина, тот же Гайдар, в дальнейшем получивший титул «разграбившего Россию», пошли на либерализацию экономики – крайне болезненную для населения меру, позволившую, однако, и наполнить пустые магазинные прилавки, и дать наиболее активной части населения возможность лично строить свое благополучие.

В начале третьего тысячелетия реформы, начатые при Ельцине, фактически оказались свернуты. Великая держава, Россия образца 2007 года, по-прежнему благоденствует за счет продажи за рубеж газа, нефти, леса и продукции металлургической отрасли. Но независимые эксперты сейчас все чаще предупреждают об опасной тенденции снижения темпов роста добычи топлива. В то же время даже кремлевские экономисты не могут похвастаться успехами отечественного машиностроения, компьютерных технологий — экспорт таких товаров нам недоступен. Лучшие специалисты, правда, за границу уезжают, но нашей продукции за рубежом почему-то предпочитают, например, китайскую.

Впрочем, можно говорить о заметном росте российского влияния на международной арене. С одним лишь добавлением – после безоговорочной поддержки США, выраженной Кремлем в сентябре 2001 года, Москва ухитрилась испортить отношения не только с Западом, прикормленным российским газом, но и многими бывшими «братскими» советскими республиками. Главными внешнеполитическими партнерами России стали Иран, Северная Корея, Венесуэла и даже организация ХАМАС, признанная на Западе террористической. Терроризм вообще оказался, как это ни цинично звучит, удобной для постельцинского Кремля штукой.

Под борьбу с терроризмом подверстывались отмена прямых губернаторских выборов, драконовские законы о митингах, поправки к закону о СМИ, о референдуме, перелопачивание правил выборов в Думу, ужесточение законодательства о противодействии экстремизму и т.д. Если и есть в траурной речи президента Путина черный юмор, то он кроется в пассаже о том, что власть в нынешней России «действительно принадлежит народу».

Борис Ельцин завещал «беречь Россию». Трудно поверить, что первый президент после своей отставки был всегда и во всем согласен со своим преемником. Но не стоит забывать, что Борис Ельцин, вдохнувший, как сейчас принято говорить, в Россию ощущение свободы и вкуса демократии, сам или с помощью своих помощников, выбил из-под ног этих зарождавшихся свободы и демократии хрупкую опору. Выбил, лично дав народу преемника. Лично лишив смысла процедуру свободного волеизъявления на выборах. Лично приняв свою зависимость от назначенного им же чиновника в обмен на неприкосновенность семьи.

Понятие «семья» при Ельцине имело почти ругательное значение. К этой «семье» в кавычках относили ближний круг президента, опасавшийся потери приобретенных благ, а может быть, и свободы. Что, кстати, как показали дальнейшие события, не было лишено оснований. Возможно, Ельцин, размениваясь на указ о гарантиях неприкосновенности себе самому и своим близким, думал о семье настоящей, без кавычек. Возможно, поэтому, объявляя о своей отставке, он просил прощения. И за то, что было сделано, и за то, что сделано не было, и за то, что, как он, возможно, понимал, он не сделает в будущем. Не суть важно, как говорится, история рассудит.

Первый президент России Борис Ельцин ушел, попросив прощения. Не исключено, что это – главный итог и главный урок «эпохи Ельцина». Покаяние – не всегда лицемерие и не всегда слабость. Даже для политика, даже для президента страны. Нежелание или неприятие поступка покаяния иногда — глупость, а иногда — преступление. В первую очередь для политика. Даже для президента страны.

АНДРЕЙ ИЛЛАРИОНОВ: СВОБОДНЫЙ НАВСЕГДА

архив
Борис Ельцин прожил жизнь свободного человека. И ушел из нее свободным.
Главное в своей жизни он делал самостоятельно. Начиная с баньки для деда, собранной по бревнышку его юношескими руками. До эпической отставки с кремлевского трона в последний день ХХ столетия.
Самостоятельность – это качество свободного человека.

Ельцин был диссидентом. Выросший в семье репрессированных, он всю жизнь шел наперекор. В 1986 году в нарушение всех правил партийный бонза отправился по московским троллейбусам и магазинам. Летом 1991-го приказал изменить место посадки командиру самолета, на котором возвращался из Казахстана в Москву. И тем самым спас себя и своих спутников от поджидавшей его у летного поля группы захвата КГБ. Утром 19 августа наперекор помощникам и советникам отправился в Белый дом – навстречу тягостной неизвестности. И почти гарантированной гибели.
Диссидентство – это особенность свободного человека.

Ельцин отвечал за свои поступки. И за те, что вели к великим свершениям – победе над коммунизмом, мирному роспуску империи, освобождению экономики, демократической Конституции. И за те, что стали самыми тяжелыми ошибками, – Указу 1400, чеченской войне, фальсификации выборов 1996 года. Но он не прятался за чужие спины, не перекладывал вину, не уходил в кусты. Он не говорил, что берет ответственность, — он ее брал. В том числе и за то, что делалось не только им, за то, в чем была не только его вина, за провалы других. Он не прикрывался чужой некомпетентностью, не ссылался на чужую слабость, не сдавался от чужой подлости. Он брал всю ответственность на себя. За гибель ребят при обороне Белого дома. За гиперинфляцию и экономический спад. За ужасы войны. Он прикрывал собой других, расплачиваясь своей поддержкой и популярностью.
Уметь брать ответственность и уметь нести ее – это прерогатива свободного человека.

Ельцин ошибался. И его ошибки – подстать ему – огромны. Но он оказался одним из очень немногих в российской политике, кто не боялся их признавать. И, насколько возможно, исправлять. Со сносом дома Ипатьева и созданием мемориала на его месте. С началом первой чеченской войны и ее завершением. С публичным принесением извинений российскому народу.
Способность признавать ошибки – это настоящая сила. Она дается только свободному человеку.

При невероятном политическом чутье Ельцин мог быть поразительно наивным. Его можно было убедить в существовании «38 снайперов» в Первомайском и в «нерушимости курса рубля» накануне девальвации. Но какими бы издевательскими, зубодробительными, безосновательными ни были нападки прессы, он ни разу не позволил себе ни слова публичного упрека. Не говоря уже о репрессиях против журналистов.
Свобода слова понимается и ценится только поистине свободным человеком. Она неотделима от Ельцина.

Ельцин любил власть, ценил власть, цеплялся за власть. Трудно представить кого-то еще, кто бы так боролся за власть, за ее удержание. Зачем? Чтобы потом просто отдать ее? Так к власти относится тот, для кого она – ценнейший, редчайший инструмент. Кому власть нужна для дела, а не для самой власти. Кто не стал рабом ни своих друзей, ни своих соратников, ни своих спасителей. Кто не стал рабом и самой власти. Кто оказался выше власти.
Тот, кто стал, а на самом деле всегда являлся поистине свободным человеком.

При всех его загогулинах власть Ельцину была нужна не для себя. И не для его семьи. Это Семье потом понадобится власть Ельцина. Но не Ельцину. Ельцину власть была нужна для России. Кажется, не было ничего такого, что бы он не был готов сделать для нее. Для ее свободы и процветания он совершал и великие подвиги, и трагические ошибки. Он рвался к власти и отдавал власть – для России. Он тащил ее из коммунизма, из империи, из прошлого – ради ее будущего! Он толкал ее вперед, к цивилизации, к открытости, к свободе.
Каждый человек создает себе подобное. Несвободный человек в принципе не может создать свободное общество. Свободная Россия потому и появилась, что Ельцин и люди 1991 года уже были свободными.

Для России, для «дорогих россиян» у Ельцина что-то блестяще получалось, что-то катастрофически проваливалось. Не хватало образования, кругозора, опыта. Но, как теперь выяснилось, у уральского деревенского парня оказалось больше последовательности, патриотизма и человеческой порядочности, чем у иных выпускников столичных университетов.
Раб не может быть патриотом. Раб принадлежит вещам, деньгам, активам, корпорациям, друзьям, самой власти. Патриот принадлежит стране. Патриотизм – это свойство свободного человека.

Все годы своего президентства Ельцин подбирал преемника. Не для себя – для своей любимой России. До августа 1998 года он искал его среди «молодых экономистов». Все они – Гайдар, Чубайс, Немцов, Кириенко – последовательно провалили свой экзамен. После августа 1998 года поиск переместился в круг «молодых силовиков». Бордюжа, Николаев, Степашин проиграли кастинг еще быстрее. Восьмой кандидат выглядел лучше других. В нараставшем цейтноте выбор был сделан. Преемнику было отдано все – власть, ресурсы, душевная поддержка. Для чего? Для себя? Нет, для России! Самый главный, самый ценный, самый дорогой наказ: «Берегите Россию!»

Понадобилось немного времени, чтобы первые сомнения переросли в вопросы, вопросы – в возражения. Ельцин болезненно воспринял наступавшую реакцию. Как предательство не по отношению к себе – к России. Но остановить «марш в прошлое» ему не удалось. Непубличные обращения и публичные призывы остановиться были жестко пресечены. Электрическим разрядом пришло отчетливое осознание совершенной ошибки. Крупнейшей ошибки. Самой главной ошибки. Все, что делалось все эти годы, все, ради чего шла невероятная борьба, все, ради чего были принесены такие жертвы, — все, созданное им, Ельциным, ради российской свободы планомерно и методично уничтожалось.

Перед взором вставал образ профессора Плейшнера, на пороге проваленной бернской явки с ужасом осознающего, в чьи руки передано им самое ценное послание. Но слышащего лишь безжалостный вердикт холодных губ: «Вы ошиблись. Вы ошиблись!» И ответ самому себе: «Да, я ошибся…»

Что же делать теперь, когда страшная ошибка совершена? Когда в этом некого винить, кроме самого себя? Когда на ее исправление уже нет ни власти, ни здоровья, ни времени, ни даже возможности высказаться? Что делать? Видеть все это? Слушать? Терпеть? Смириться? Своим согласным молчанием освящать уничтожение своего детища – свободной России? Всю жизнь бороться за ее свободу и в конце концов ее хоронить? Не выйдет! Ельцин на это не пойдет! И в самой безвыходной ситуации он найдет выход. Выход свободного человека.

Главное решение своей жизни Борис Ельцин принял сам. Его сердце не выдержало боли за нынешнюю Россию.
И он ушел.
В знак протеста.
В знак несогласия.
В знак неприятия того, что сегодня происходит в России.
Свою свободу он не отдал никому. И остался свободным. Навсегда. Свободным человеком свободной России.

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:36

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=6894
27 АПРЕЛЯ 2007 г.

newsru.com/Первый канал
Борис Грызлов, председатель Госдумы, лидер «Единой России»: "Сформулирован долгосрочный и последовательный план действий, стратегия укрепления России как великой державы".

Сергей Миронов, спикер Совета Федерации, лидер «Справедливой России»: "Послание президента — это план развития России и улучшения благосостояния граждан на ближайшие годы, который должен реализовываться расширенным правительством, то есть теми, кто находился сегодня в зале. Я бы добавил, в том числе и самим Владимиром Путиным".

Сергей Иванов, первый вице-премьер РФ: «Я могу сказать, что в свое время у государства были огромные средства, сейчас эти деньги возвращаются государству, и государство решило расходовать их на нужды самых обездоленных, на людей».

Дмитрий Медведев, первый вице-премьер РФ: «…У нас есть огромное количество людей, которые, как точно выразился президент, живут в трущобах. Впервые выделяется значительная сумма, чтобы дать некий толчок в этой жилищной сфере, которая никогда не попадала в орбиту федеральных интересов».

Юрий Лужков, мэр Москвы: «Президент поставил задачи на несколько лет вперед, настолько мощно, по-крупному, по-государственному поднял различные проблемы…».

Герман Греф, министр экономического развития и торговли: «Впервые в послании обозначены не только проблемы, но и названы ресурсы, которые будут направлены, чтобы эти программы реализовывать».

Владимир Жириновский, вице-спикер Госдумы, лидер ЛДПР: «Послание было хорошим, емким, тихим. Так и должна развиваться наша страна».

newsru.com
Олег Морозов, первый вице-спикер Госдумы: «Я бы хотел выделить то, что президент очень прочно увязал экономику и духовность».

Валерий Шанцев, губернатор Нижегородской области: "Год от года президентское послание становится все более четким, в нем обозначаются конкретные перспективы развития страны".

Владимир Лукин, уполномоченный по правам человека: «С экстремизмом, безусловно, надо бороться, но только надо дать очень ясное, четкое и недвусмысленное понимание, что такое экстремизм».

Эдуард Россель, губернатор Свердловской области: «Такого послания я не слышал никогда! Оно настолько емкое, настолько отражает все российские беды! А какая сильная заключительная часть».

Митрополит Кирилл, глава Отдела внешних церковных связей Московского патриархата: "Я считаю это послание историческим".

Александр Филиппенко, губернатор Ханты-Мансийского автономного округа: «На мой взгляд, нынешнее послание — очень серьёзный, достойный документ, который требует большой и настойчивой работы по его реализации».

Михаил Маргелов, глава комитета Совета Федерации по международным делам: «В докладе намечены не только пути модернизации, но и указаны источники и институты для ее проведения в жизнь».

Иван Мельников, первый зампред ЦК КПРФ, депутат Государственной Думы: «Считаю, что в целом послание получилось насыщенным и интересным…».

Мурат Зязиков, президент Республики Ингушетия: "Послание президента было очень конкретным, социально ориентированным, и главное – очень искренним".

Василий Лихачев, заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам, представитель в СФ от Народного собрания республики Ингушетия: «У меня сложилось впечатление, что сегодня выступал настоящий государственник, человек, который овладел в полной мере ремеслом и искусством государственного управления. Президент – человек с системным подходом, крайне ответственный и настоящий патриот".

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:43

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=6983
7 МАЯ 2007 г.
Заявление участников форума "Другая Россия" по поводу переноса воинских захоронений в Подмосковье и Эстонии

malchish.org
Накануне Дня Победы российские власти в очередной раз продемонстрировали, что корыстный цинизм – главная отличительная черта тех, кто сегодня управляет Россией. В подмосковных Химках демонтирован мемориал героям-летчикам, на месте которого собираются возводить то ли торговый, то ли офисный центр. Мемориал уничтожили тайно, под покровом ночи, а те, кто попытались защитить останки воинов-освободителей, были жестоко избиты сотрудниками МВД и затем оштрафованы судом.

В связи с этим особенно позорно выглядит демагогическая антиэстонская кампания, развернутая представителями российской власти и подконтрольными Кремлю СМИ. При этом мы вынуждены с горечью констатировать, что эстонские власти, декларируя приверженность гуманистическим ценностям и европейскому вектору развития, относятся без естественного и должного уважения к символам великой Победы народов Европы над нацизмом. В глазах многих, особенно в России, демонстративный перенос памятника Воину-освободителю из центра Таллина куда-то на окраину города выглядит, как ползучая ревизия итогов II мировой войны.

В то же время реакция официальной Москвы на события в эстонской столице оскорбительна для всех российских граждан.

Хорошо известно, что близкие к Кремлю бизнесмены имеют в Эстонии особые интересы, связанные, в первую очередь, с транзитом сырья и оффшорными банковскими операциями. Именно поэтому российская власть, объективно имея разнообразные возможности повлиять на Эстонию, не сделала для защиты Мемориала практически ничего, если не считать беспрецедентной травли эстонских дипломатов, организованной прокремлевскими молодежными движениями. Циничной издевкой выглядит призыв бойкотировать эстонские продукты питания – в то время как кремлевские бонзы зарабатывают миллиарды долларов на эстонском транзите и не собираются отказываться от своих барышей.

Российская власть в очередной раз подтвердила – когда речь идет о ее корыстных интересах, для этой власти нет ничего святого. Демонстрируя полное пренебрежения к дорогим для каждого гражданина России символам, она, действуя, как захватчик на оккупированной территории, готова их попирать в каждом случае, когда это будет сулить материальную выгоду.

Позор циничной российской власти!

Руки прочь от наших святынь!

Александр Аузан
Гарри Каспаров
Георгий Сатаров
Людмила Алексеева
Михаил Делягин
Сергей Гуляев
Сергей Удальцов
Эдуард Лимонов

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:44

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7267
20 ИЮЛЯ 2007 г.

Редактор Foreign Affairs Джеймс Ходж объяснил, что произошло со статьей министра Лаврова и отверг все предположения о цензуре:

izbrannoe.ruИсходящие из аппарата российского министра иностранных дел неудачные утверждения в отношении журнала "Foreign Affairs" совершенно не соответствуют действительности. Текст статьи министра иностранных дел был принят к публикации и включен в обычный процесс редактирования для прояснения конкретных пунктов и сокращения повторов, но ни в коем случае для изменения политического содержания.
Отредактированный текст был направлен министру иностранных дел с рекомендациями внести любые изменения, которые он сочтет необходимыми для выражения своих идей. Точно такие же рекомендации рассылаются всем авторам. Текст был возвращен с рядом изменений. Все они были включены в окончательный вариант. В свете предстоявшего саммита Буша с Путиным в штате Мэн журнал принял изменения уже по истечении срока принятия текстов для публикации. Пресс-атташе российского посольства в Вашингтоне одобрил отредактированный текст и не выразил никаких сомнений в том, что какое-либо из существенных высказываний министра иностранных дел было исключено или искажено.

Что касается заголовка. Предложенный министром заголовок "Сдерживание России: назад в будущее?" (Containing Russia: Back to the Future?) был принят. Подобно всем остальным авторам статей сентябрьско-октябрьского номера, ему была направлена просьба добавить подзаголовок для привлечения внимания читателей. Для облегчения задачи Foreign Affairs предложил несколько вариантов подзаголовка, но указал, что выбор должен сделать сам министр. Сотрудники посольства, представлявшие министра, из содержания телефонных переговоров и электронной переписки знают, что Foreign Affairs не "диктовал", каким должен быть подзаголовок. Foreign Affairs даже задержал доставку номера в типографию, чтобы дать министру иностранных дел больше времени для представления его формулировки. Вместо этого он без объяснений отозвал статью.

Foreign Affairs публикует ежегодно более 100 авторских статей. Каждая из них подвергается редактированию по стилю, объему и ясности выражений, но не по политическому содержанию. Подход к обсуждаемой статье ничем не отличался. Этот подход четко выражен в кредо журнала, публикуемом в каждом номере. Он гласит:
"Статьи в Foreign Affairs не являются результатом какого бы то ни было согласования точек зрения.

Мы не ожидаем, что наши читатели будут симпатизировать всему, что они найдут в нашем журнале, поскольку некоторые из наших авторов категорически не согласятся с другими, но мы считаем, что, воздерживаясь от крайностей, Foreign Affairs может сделать больше для информирования американского общественного мнения путем предоставления широкого пространства для различных идей, чем путем идентификации с одним из направлений мысли. Мы не несем ответственности за взгляды, изложенные как в подписанных, так и неподписанных статьях, публикуемых на этих страницах. Мы отвечаем только за предоставление возможности публикации".

За прошедшие годы Foreign Affairs опубликовал множество статей российских официальных лиц и простых граждан. Наше желание состоит в том, чтобы в будущем публиковать ещё больше".

Текст интервью опубликован на сайте

«Избранное.ру»

"Ежедневный журнал"

05.05.2016, 07:46

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=17985
12 АВГУСТА 2007 г.

Группа московских врачей под руководством Юрия Савенкова, президента "Независимой психиатрической ассоциации России", в пятницу, 10 августа, освидетельствовала Ларису Арап, активистку "Объединенного гражданского фронта". После осмотра московские врачи пришли к выводу, что Арап действительно имеет психические отклонения, однако не настолько серьезные, чтобы нуждаться в принудительном лечении в клинике. Кроме того, эксперты указали на то, что госпитализация женщины прошла с нарушением закона. Судебное заседание по делу Арап состоялось через две недели после помещения ее в психбольницу. Закон предписывает для этого максимальный срок 5 дней. После этого родственники Арап подали кассационную жалобу, однако суд до сих пор не назначил срока ее рассмотрения. Московские эксперты пока не делали официальных заявлений о результатах своей поездки в Мурманск. В начале будущей недели они представят их уполномоченному по правам человека в России Владимиру Лукину.

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:20

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29681
16 МАЯ 2016 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29681//1463401822.jpg
Дорогие друзья!

21 мая лауреату Нобелевской премии мира, всемирно известному гуманисту, соавтору советской водородной бомбы, диссиденту и правозащитнику Андрею Дмитриевичу Сахарову исполнилось бы 95 лет. Двадцать лет исполняется и центру, который носит его имя.

Много лет подряд Сахаровский центр отмечает день рождения академика Фестивалем свободы. Мы приглашаем вас присоединиться к празднику!

В этом году праздничная программа начнется открытием выставки «Сахаров», на которой будут представлены экспонаты, ранее никогда не выставлявшиеся для широкой публики.

На Фестивале также пройдет показ документального фильма «Четверть века» режиссера Александра Гурьянова, посвященного последнему году жизни Сахарова и людям, которые писали ему со всех концов страны. Перед показом вспоминать о политической жизни конца 80-х будут народный депутат СССР, политик Сергей Станкевич и заместитель директора Центра политических технологий Алексей Макаркин. Ведущий — научный редактор «Полит.ру», член Вольного исторического общества Борис Долгин. После фильма состоится обсуждение с участием автора и героев картины.

ТАСС

Дискуссионная программа центра будет представлена промежуточным подведением итогов общественно-политической жизни страны. Какие события стали знаковыми и что осталось практически незамеченным? Какой стала Россия, как изменилась жизнь ее граждан? И какие вызовы ждут общество после летнего затишья? В разговоре принимают участие политолог, президент фонда «Индем» Георгий Сатаров, руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского Центра Карнеги Андрей Колесников и экономический обозреватель Борис Грозовский. Модератор дискусии — Сергей Медведев, историк, политолог, профессор Высшей школы экономики.

И весь день в сквере у центра будет проходить благотворительная ярмарка с праздничными сувенирами, пирожками, кофе и книгами от издательств Corpus, Новое литературное обозрение, Розовый жираф, Самокат и др. Таня Колосова и оркестр «Бельвиль» будут создавать атмосферу старой танцплощадки.

Мы ждем не только взрослых. Для детей мы подготовили особую программу: камерный кукольный театр «Ерундук» и правозащитные мультфильмы «ХУМРА».

Подробную программу и расписание можно найти на сайте Сахаровского центра http://www.sakharov-center.ru/arrangements/?id=2687

Фото: Москва. Академик Андрей Сахаров (в центре) на общесоюзной конференции Академии наук СССР по выборам депутатов в Верховный Совет СССР. Фото Анатолия Морковкина/ТАСС

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:23

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7480
17 ОКТЯБРЯ 2007 г.

18 октября 2007 года в 18.00 в клубе «Маяк» состоится презентация книжной серии «Свободный человек». В презентации принимают участие Владимир Буковский и Наталья Горбаневская. Первыми в серии, задуманной "Новым издательством", вышли их книги: «И возвращается ветер…» Буковского и «Полдень» Горбаневской.

Серия «Свободный человек» посвящена истории диссидентского движения советской эпохи и объединяет ключевые мемуарно-публицистические тексты, написанные его участниками в 1960–1980-х годах и распространявшиеся тогда же в самиздате и тамиздате. Несмотря на подчеркнутую историчность, серия призвана вернуть в современную общественную жизнь те навыки гражданской активности, которые сформировались в советскую эпоху вопреки государству. Эти навыки, несомненно, являются одним из важнейших ресурсов гражданской инициативы для сегодняшней России. Объединенные темой, которую можно было бы обозначить как «противостояние личности и государства», представленные тексты разнятся по жанрам — авантюрный роман с лирическими отступлениями Буковского, документальная хроника Горбаневской, — но так или иначе представляют собой яркие образцы мемуарной прозы.

sensator.ru

Буковский В.К. «И возвращается ветер…». М.: «Новое издательство», 2007 (Серия «Свободный человек»)

Один раз мне сказочно повезло — я нашел примерно полпачки махорки, аккуратно спрятанной в щель в стене. Полпачки отсыревшей махорки... Но лучше б я ее не находил, эту чертову махорку! Потому что, с одной стороны, негде было взять спичек, с другой же — нестерпимо захотелось курить. Сотни раз я обшаривал всю камеру, но спичек не нашел. Оставался только один способ прикурить — залезть на стену, под самый потолок, и клочок своей одежды при помощи какой-нибудь палочки просунуть сквозь решетку в нишу, а там аккуратно положить на лампочку. Минуты через три тряпка должна начать тлеть, и тогда от нее можно будет прикурить. Но как залезть на трехметровую высоту без единой точки опоры, да еще оголодавшему, ослабевшему человеку? Судя по некоторым пятнам и царапинам, было ясно, что мои предшественники как-то ухитрялись. И от этого желание закурить становилось нестерпимым. Половина следующей ночи ушла у меня на то, чтобы ногтями отщипнуть как-нибудь щепку от своего щита, причем щепку подлиннее, чтобы хватило ее от решетки ниши до лампочки. Затем с утра следующего дня начался штурм стены. Совершенно идиотское занятие — наскакивать на абсолютно голую стенку, с разбега ли, с места ли, цепляясь за нее ногтями, и буквально рычать от бессилия и беспомощности. Быть может, мои предшественники были выше ростом, сильнее или лучше подготовлены. Быть может, они были альпинисты. Но уже ничто не могло меня остановить, я ни о чем другом не мог думать, я совершенно озверел и дошел до исступления. Я поклялся или добиться своего, или расшибить себе голову об эту стенку.

Первый день окончился безрезультатно. Ночью я приставил щит к стене, вскарабкался под потолок и прикурил-таки от лампочки. Однако это не могло успокоить, это только дразнило меня кажущейся достижимостью, и с утра штурм возобновился. Так прошли еще один день, еще одна ночь, новый день и новая ночь. Я совершенно перестал существовать. Во мне осталось только одно желание — залезть на стенку. Ногти поломались и кровоточили, пальцы распухли, к ночи я обыкновенно изматывался настолько, что уже и по щиту не мог залезть с первого раза. Я срывался, падал, вставал и снова лез к лампочке, как лезут на свет насекомые. Я уже ничего не чувствовал — ни боли, ни холода, ни голода, — было только одно желание, существовавшее вне меня и помимо меня: залезть на ту проклятую стенку, к этой чертовой лампочке. Я даже не понимал уже, зачем мне это нужно, и поэтому, когда на четвертый день, ценой невероятных усилий, взмахов, толчков н прыжков, я оказался вдруг под потолком, вцепившись мертвой хваткой в решетку ниши, я обнаружил, что щепка с клочком тряпки на конце давно выпала у меня из зубов и валялась на полу. Так и висел я, вцепившись в эту проклятую решетку, в десяти сантиметрах от лампочки и плакал.

Конечно же, я не мог вспомнить, какая именно комбинация движений подбросила меня на эту лампочку. Главное — цель была достижима. Для меня, с моим ростом, силами и способностями к альпинизму, это было достижимо. А потому еще два дня ушло на штурм. Да, к концу пятого дня я добился победы, полной и окончательной победы. И не было в моей жизни большего достижения, большей победы, которой мог бы я гордиться так, как этой. Каждый день потом, по три раза на день, карабкался я на эту стенку, чтобы прикурить маленький чинарик махорки. И стало это уже настолько обычным делом, что даже не могло нарушить монотонности моей жизни — обычного медленного погружения в мучительное, однообразно повторяющееся ничто.

Зная все это, старался я протащить в карцер кусочек карандашного грифеля, обычно спрятав его за щеку. И если мне это удавалось, то потом весь свой карцерный срок — на клочках газеты или прямо на полу, на стене — рисовал я замки. Не просто рисовал их общий вид, а ставил себе задачу: построить замок целиком, от фундамента, полов, стен, лесенок и потайных ходов до остроконечных крыш и башенок. Я обтачивал каждый камень, я настилал паркетные полы или мостил их каменными плитами, я обставлял залы мебелью, вешал гобелены и картины, зажигал свечи в шандалах и коптящие смоляные факелы в бесконечных переходах. Я накрывал столы и приглашал гостей, я слушал с ними музыку, пил вино из кубков, выкуривал потом трубку за чашкой кофе. Мы поднимались по лестницам, проходили из зала в зал, смотрели на озеро с открытой террасы, заходили на конюшню и смотрели лошадей, шли в сад, который тоже предстояло разбить и насадить всякие растения. Мы возвращались в библиотеку по наружной лестнице, и там, затопив камин, я усаживался в мягкое кресло. Я листал старые книги в истертых кожаных переплетах с тяжелыми медными застежками. Я даже знал, что написано в этих книгах. Я мог читать их.

Этого вот занятия хватало мне на весь карцерный срок, и еще много вопросов оставались нерешенными до следующего раза — ведь иногда несколько дней уходило на обсуждение вопроса: какую картину повесить в гостиной, какие шкафы должны быть в библиотеке, какой стол поставить в обеденной зале? Я и сейчас с закрытыми глазами могу нарисовать его, этот замок, со всеми подробностями. Когда-нибудь я найду его... или построю.

Да, когда-нибудь я приглашу своих друзей, и мы пройдем вместе по подъемному мосту через ров, войдем в эти залы, сядем за столы. Будут гореть свечи и звучать музыка, а солнце будет тихо садиться за озером. Я прожил в этом замке сотни лет и каждый камень обточил своими руками. Я строил его, сидя под следствием во Владимире. Он спас меня от безразличия — от глухой тоски безразличия к живому. Он спас мне жизнь. Потому что ты не можешь онеметь, не имеешь права быть безразличным. Потому что именно в такой момент тебя пробуют на зуб. Это ведь только в спорте судьи и противники дают тебе обрести лучшую форму — грош цена этим рекордам. На самом деле самое большое испытание норовят навязать, когда ты болен, когда ты устал, когда особенно нужна передышка. Тут-то берут тебя и хрясь об колено! Именно в такой момент тебя, ошалелого, вытаскивает из подвала кум, ловец душ человеческих, или воспитатель на беседу.

О нет, они не станут прямо так, в лоб, предлагать сотрудничество. Им нужно пока гораздо меньше — каких-то мелких уступок. Просто приучить тебя к уступкам, к мысли, что надо идти на компромиссы. Они аккуратно щупают, дозрел ты или нет. Нет? — Ну что ж, иди в свой подвал, дозревай, у них впереди столетия.

Глупые люди! Они не знали, что я возвращаюсь к своим друзьям, к нашим прерванным беседам у камина. Откуда им было знать, что я разговаривал с ними, стоя на стене замка, сверху вниз, озабоченный больше проблемой благоустройства конюшен, чем их глупыми вопросами? Что они могут сделать против толстых каменных стен, против зубчатых башен и бойниц? И я, посмеявшись над ними, возвращался к своим гостям, плотно прикрывая за собой массивные дубовые двери.

Именно в такой момент, когда все безразлично, когда сознание онемело и только с тоской отсчитывает дни, в соседнем карцере кому-то становится плохо, кто-то теряет сознание и падает. И нужно колотить в дверь, скандалить и звать врача. За этот стук и скандал разъяренный гражданин начальник непременно продлит тебе карцерный срок. Поэтому молчи, уткнись головой в колени, скажи себе, что ты спал и ничего не слышал. Какое тебе дело? Ты его не знаешь, он тебя не знает, вы никогда не встретитесь. Ты ведь действительно мог не услышать. Но может ли себе это позволить обитатель замка?

Я откладываю книгу в сторону, беру свечу и иду к воротам, чтобы впустить в замок путника, которого застигла непогода. Какое мне дело, кто он? Даже если это разбойник, он должен обогреться у очага и переночевать под крышей. И пусть беснуется буря за воротами замка — ей не сорвать крыши, не пробить толстых стен, не задуть моего камина. Что она может, буря? Разве что выть и рыдать мне в трубу.

Тюрьма как общественный институт известна человеку с незапамятных времен, и смело можно сказать, что как только возникло само общество, так сразу же возникла и тюрьма. Видимо, с того же времени процветает литературный жанр тюремных воспоминаний, дневников, записей и заметок. Дело здесь не в том, что недавние обитатели тюрем — люди словоохотливые. Совсем напротив. Освободившийся из тюрьмы человек склонен скорее избегать общества или разговоров и больше всего любит тихо сидеть где-нибудь в одиночестве, неподвижно уставясь в одну точку. Но уж больно теребят его окружающие, задают кучу, как правило, самых нелепых вопросов, требуют все новых рассказов, и чувствует человек, что не будет ему житья, пока не напишет он тюремных воспоминаний. За всю нашу историю по меньшей мере десятки миллионов людей побывали в тюрьме, и тысячи из них изложили на бумаге свои впечатления. Однако это не утолило жажды человечества, того вечного жгучего интереса, который неизменно возбуждает к себе тюрьма. Потому что с древнейших времен привык человек считать, что всего страшнее на свете — смерть, безумие и тюрьма. А страшное притягивает, манит, страх — всегда неизвестность. Ну в самом деле, вернись сейчас кто-нибудь с того света — то-то его вопросами замучают!

Три события, приходящие независимо от нашего желания, по воле рока, как бы взаимосвязаны. Если безумие — это духовная смерть, духовная тюрьма, то и тюрьма — подобие смерти, а чаще всего и приводит человека к смерти или безумию. Человека, попавшего в тюрьму, и оплакивают, как покойника, и вспоминают, как усопшего, — все реже и реже с течением времени, точно он и вправду не существует. Эти вот три страха, живущие в человеке, используются обществом для наказания непокорных. Точнее сказать, для устрашения остальных — ибо кто ж теперь всерьез говорит о наказании?

Понятно, что каждый член общества живо интересуется, чем же его пугают и что же с ним в самом деле могут сделать. И так это устрашающее назначение тюрьмы прочно засело в сознании людей, что все — от законодателя до надзирателя — считают само собой разумеющимся: в тюрьме должно быть скверно и тяжко. Ни дна тебе, ни покрышки быть не должно. Ни воздуха, ни света, ни тепла, ни пищи — это ж не курорт, не дом родной! Иначе вас и на волю не выгонишь, уходить не захотите! Особенно же возмущается общество, когда заключенный начинает заикаться о каких-то там своих правах или о человеческом достоинстве. Ну, представьте себе в самом деле, сети грешники в аду начнут права качать — на что это будет похоже?

При этом как-то само собой забылось, что первоначально предполагалось не заключенных пугать, а тех, кто еще на воле остался, то есть само общество. И стало быть, это общество само себя теперь тем больше пугает, чем больше терзает заключенного. Они, следовательно, жаждут этого страха. Конечно, и тюремное население, как всякое порядочное общество, имеет свою внутреннюю тюрьму, называемую карцером, а кроме того — различные режимы содержания; менее строгие, более строгие, особо строгие. Поскольку даже в тюрьме человеку должно быть не безразлично, что же с ним станется. Всегда должно быть что-то, что можно еще у него отнять и чего он терять не хочет. Потому что человек, которому терять нечего, смертельно опасен для общества и является величайшим соблазном для всех честных людей — если, конечно, он не труп. И чтобы не завидно было остальному человечеству, чтобы не соблазнялись праведные души, все эти режимы и внутренние наказания рассчитаны таким образом, что последняя их стадия, когда человеку действительно терять нечего, подводит как можно ближе к состоянию естественной смерти. Потому-то знающий зэк не судит о тюрьме по фасаду или по общей камере — он судит по карцеру. Так и о стране вернее судить по тюрьмам, чем по достижениям.

Веками внутреннее устройство тюрем было примерно одинаково, и постороннему человеку, который придет на экскурсию, скажем, в Петропавловскую крепость, никак не понять, что же в ней особенного, в этой тюрьме. Койка — как койка, стены — как стены. Ну, решетки на окнах. Так ведь на то же и тюрьма, чтобы не убежать. И книжки читать разрешали — чего ж еще желать. И уж совсем не понять постороннему человеку, что такое режим.

Какая, собственно, разница — час у тебя прогулки или полчаса, 450 граммов хлеба дают на день или 400, 75 граммов рыбы или 60? Это надо быть бухгалтером или поваром, чтобы подсчитать такое обилие цифр. Постороннему человеку одно только и интересно: умирали заключенные от всего этого или не умирали. Ах, не умирали — ну, так не о чем и говорить! Обычно самое сильное впечатление производят на посторонних сводчатые потолки и толстые стены. Мрачно, страшно! Вот она какая, тюрьма-то, бррр... И сколько бы тюремных воспоминаний они ни прочли, никогда не понять им всех этих мелочей, всех этих пустяков.

Вот стоит сваренная из металлических стержней кровать. На ней ватный матрац—все вроде бы нормально. Но, оказывается, заключенные, спавшие на таких кроватях, даже голодовку объявляли, требуя, чтобы уменьшили просветы между металлическими стержнями. Странно как-то — стояли кровати лет уже, наверно, двадцать, и никто не заикался насчет просветов. Сдурели, что ли, зэки, есть им не хотелось или куражились? Дотошным архивист, может быть, раскопает в тюремных архивах, что примерно в то же время распорядился начальник тюрьмы отбирать у заключенных старые газеты и журналы. Вполне разумное распоряжение — чтобы, стало быть, не захламляли зэки камеру всякой макулатурой. Похвально. Но никакой связи между этими двумя событиями даже архивист не усмотрит, и только зэк может понять эту связь, если спать на этой кровати он мог, только подложив под матрац кучу журналов и газет. Но вот отобрали их — и моментально кровать обратилась в орудие пытки. За одну ночь матрац весь провисает в дырки, и ты спишь па железной решетке.

Полагается, например, в карцере тумба или иное приспособление для сидения, и всякий карцер имеет такое приспособление — некий выступ из стены, сиди себе и сиди целый день. Но вот сделали этот выступ чуточку выше, чем надо бы, и чуточку короче, уже — плотно сесть нельзя, а ноги не достают до пола. Всего-то, казалось бы, сантиметры какие-то, пустяки...

А эти 50 граммов хлеба или 15 граммов рыбы — что за мелочи, право, и говорить даже стыдно. Забывает человек, что даже пушинка сломала когда-то спину верблюду. Забывает, что разница между жизнью и смертью такая ничтожная, такая пустячная: всего-то на пару градусов изменить температуру тела — глядь, а это уже труп. И сколько существует тюрьма, этот общественный институт, столько же продолжается борьба, кипит великая битва между зэками и обществом. За граммы, сантиметры, градусы и минуты. Идет она с переменным успехом. То зэки напрут, а общество отступит. Там 50 граммов, здесь 5 сантиметров, тут 5 градусов отвоюют зэки, и глядишь — жизнь! Но не может общество допустить жизнь в тюрьме. Должно быть в тюрьме страшно, жутко — это же тюрьма, а не курорт. И вот уже напирает общество: там 50 граммов долой, здесь 10 сантиметров, тут 5 градусов, и начинают зэки доходить. Возникают сосаловка, мориловка, гнуловка. Начинаются людоедство, помешательство, самоубийства, убийства и побеги.

Много лет наблюдал я за этой борьбой, глухой и непонятной для посторонних. Есть у нее свои законы, свои великие даты, победы, битвы и поражения. Свои герои, свои полководцы. Линия фронта в этой войне, как, видимо, и в других войнах, все время движется. Здесь она именуется режимом. Зависит она от готовности зэков идти на крайность из-за одного грамма, сантиметра, градуса или минуты. Ибо, как только ослабевает их оборона, тотчас же с победным кличем бросаются вперед эскадроны с красными погонами или с голубыми петлицами. Прорывают фронт, берут в клещи, ударяют с тыла — и горе побежденным! Победителя же никогда не судят.

Новому поколению зэков никогда не удастся отвоевать прежних позиций — новое положение они воспримут как нормальное, как исконное, как должное. Они могут десятки раз выиграть свои битвы, но проиграть можно только единожды. Поэтому зэки, объявившие голодовку и снявшие ее, ничего не добившись, проиграли не только свою войну, но и многим будущим поколениям ухудшили жизнь. Вот еще почему не можешь ты погрузиться в безразличие, впасть в оцепенение. Оно, это безразличие, будет шептать тебе в ухо: главное — выжить! Думай о сегодняшнем дне, прожил его — и слава Богу. И вот уже гремят копыта, поет труба, идут в атаку эскадроны.

Так-то вот сидел я себе во Владимире и почитывал книжечки. Кроме основного своего предмета — биологии, учил я еще английский. Большинство в наших камерах обычно учит какой-нибудь язык: евреи, как правило, учат иврит, остальные — кто английский, кто немецкий, кто испанский. Методика самая простая: читай как можно больше книг со словарем и выписывай незнакомые слова, а потом все время эти слова повторяй. Обычно для удобства выписывается слово на клочок бумаги: с одной стороны само слово, на обороте — его русское значение. Карточки эти потом удобно перебирать той или другой стороной. А чтобы они не путались и не терялись, вошло у нас в моду клеить из пустых спичечных коробков шкаф. Очень удобный получался шкаф — в пять-шесть рядов, с выдвижными ящичками. Таким вот способом при известном напряжении можно выучить за месяц две, а то и три тысячи слов. Можно их группировать по ящичкам шкафа — по смыслу или по иному признаку. Начальство уже к нашим ящичкам так привыкло, что даже и на шмоне их не отбирали. С книгами же, и в особенности со словарями, было гораздо труднее.

Из дому получать книг не разрешалось, библиотека была бедная, а можно было выписывать книги из магазинов по почте наложенным платежом. Но и то не всякие книги разрешались. В особенности же было запрещено иметь книги, изданные не в СССР, — даже словари, даже изданные в Праге пли в Варшаве. Потому, естественно, все норовили получить книги как-нибудь нелегально.

Мне в этом смысле повезло. Еще сидел я под следствием в Лефортове, а мать моя уже начала передавать каждый месяц по три-четыре книги вместе с передачами. Причем среди советских книг были и не советские, изданные в Англии и в Соединенных Штатах. Лефортовское начальство мне их, конечно, не передавало, а складывало на склад. Надеялись они, что я о том не знаю и при отъезде из тюрьмы не потребую. Таким образом скопилось их на складе штук 30. Отправляли же меня из Лефортова во Владимир ночью, когда крупного начальства в наличии не было. Естественно, я начал скандалить, требовать свои книги и пригрозил заявить этапному конвою, что тюрьма не отдает мне вещи. Этапный же конвой ни тюрьме, ни КГБ не подчиняется, более того — как и все офицеры МВД, с КГБ враждует. Поэтому, рассчитал я, вполне может конвой заартачиться и не взять меня на этап «как имеющего материальные претензии к тюрьме» — так это называется. Того же, видимо, боялись и лефортовские надзиратели. Конечно, дежурный офицер сначала поругался со мной с полчаса для приличия, попытался взять за горло. Но уж знали они меня достаточно, сидел я у них третий раз, — понимали, что не уймусь, и книги отдали. Так и привез я во Владимир целый мешок книг — еле дотащил.

С этим мешком книг имел я потом постоянную мороку: то их у меня отнимали — для проверки, а потом не отдавали, то, наоборот, заявляли, что проверять их некому, а потому отдать нельзя; то вводили лимит — 5 книг на руки, остальные опять же отбирали. И каждый раз приходилось мне из-за них то жалобы писать, то голодовки объявлять. Один раз в лагере я их даже украл со склада, подменив другими. Словом, целая эпопея. Любопытно, однако, — никто их ни разу не просматривал, никто даже не знал, что они не советские, иначе мне никакие голодовки не помогли бы. Просто раздражал мой мешок начальников. «У нас здесь не университет, учиться будете после освобождения». Вот и все.

Так или иначе, а каждый из нас имел свой мешок с книгами, причем, как правило, книги эти передавались по наследству — от одного поколения зэков к другому — и являлись как бы общественным достоянием. А потому шла у нас с начальством непрерывная книжная война — как, впрочем, и по другим вопросам режима война не прекращалась. Книги приходилось прятать, чтобы не попадали они начальнику на глаза, особенно же на случай шмона. Задача эта далеко не простая — книга же не иголка, куда ее спрятать? В камере как ни трудно, а все-таки еще можно извернуться. Но хуже нельзя было придумать, если вдруг открывалась кормушка и корпусной говорил: «Соберитесь с вещами». Это могло означать все, что угодно: перевод в другую камеру, перевод на другой корпус, в карцер, на этап. И во всех случаях предстоял персональный шмон. Куда ж их девать, эти чертовы книги?

Помогало очень, если оторвать у книги корешок, титульный лист, а то и предисловие. II тогда можно было спорить, что это не книга вовсе, а бумага для туалетных надобностей. Так можно было одну-две книги заначить. Еще навострились ребята подделывать библиотечный штамп: дескать, это не моя книга, а библиотечная. Но и это разоблачили со временем. Если с книжки ободрать корешок, а на его место аккуратно приклеить обложку от толстого журнала, то можно было выдавать ее за журнал — «Октябрь» или «Новый мир», например. Но вскоре стали отбирать и журналы. Самое же верное было побыстрей читать и как можно больше переписывать в тетрадь. Такие конспекты считались уже законной собственностью зэка и тоже переходили по наследству. Но их часто забирал на проверку КГБ, чтобы выяснить, не пишем ли мы антисоветских романов или тюремных дневников. Словом, шла Столетняя книжная война.

Начальство наше очень скоро сообразило, что мы, в отличие от уголовников, гораздо острее переживаем потерю книг, свиданий или переписки с родственниками, чем лишение продуктов питания, строгий режим или пониженный рацион, и потому нажимало на всякие духовные лишения. Хотя, конечно, ударить по желудку, как говорят уголовники, всегда оставалось излюбленным средством воспитателей, им они тоже не пренебрегали. У нас же было свое оружие: жалобы, голодовки, упорство и изобретательность. Но главное, без чего никакая изобретательность не спасла бы нас, — это сплоченность и гласность.

Поразительное явление: всего каких-нибудь тридцать лет назад десятки миллионов политических заключенных гнали на великие стройки коммунизма, сотни тысяч их гибли от цинги и дистрофии. А весь мир в это время, захлебываясь от восторга, восхвалял прогрессивный советский режим. Не то чтобы не хватало им информации, а просто не желали знать, не хотели верить. Хочется людям иметь красивую мечту о счастье и справедливости где-нибудь на земле. И даже самые серьезные западные наблюдатели изумлялись грандиозности советских достижений, размаху строительства, энтузиазму советских людей, о зэках же — ни слова.

Теперь же по стране сидело нас, политических, никак не больше двух десятков тысяч, примерно столько, сколько в одном Норильске умирало раньше зэков за зиму. Но уже почуяли на Западе, что и их судьба, их собственное будущее решается отчасти во Владимирской тюрьме. Стала западная печать уделять нам некоторое внимание, даже вникать в нашу режимную войну, во все эти граммы, градусы, сантиметры. Заинтересовалось вдруг человечество — может ли быть тюрьма с человеческим лицом. Нам это оказалось весьма кстати — тюрьма-то у нас давно была, а вот человеческого лица сильно не хватало. А потому не успевала иногда закончиться наша очередная голодовка, как надзиратели тайком сообщали нам подробности передач Би-Би-Си или радио «Свобода» об этой самой голодовке — даже их увлекла эта радиовойна.

Забеспокоились и кремлевские вожди — очень их стало заботить, что тускнеет фасад великого здания. Ах, это всегда так некстати! Вот в тот самый момент, когда пролетарии всех стран готовы были наконец соединиться и воплотить вековую мечту человечества, в тот самый миг, когда все усилия народов надо направить на борьбу с диктатурой в Чили или с апартеидом в Южной Африке, — вдруг выплывают какие-то зэки, какие-то голодовки, пайки, граммы и градусы. Это отвлекает трудящихся, помогает мировому империализму, отдаляет светлое будущее.

А с другой стороны, менялось настроение и самой государственной машины: не было больше того революционного пыла и рвения — расстрелял его Сталин в 30—40-е годы. Все больше деревенел аппарат, захватывали его чиновничья апатия, боязнь ответственности, боязнь начальства, добротное бюрократическое равнодушие. Обросли законами, инструкциями, постановлениями, и не всегда понятно было, как их толковать. Лучше всего, конечно, доложить наверх и ждать распоряжений. Сверху же распоряжаться не спешили. Сверху любили в основном наказывать чиновников за нерадивость, спускали все новые инструкции, постановления, которые опять надо было истолковывать как-то, примирять их вечные противоречия. И пухла голова у начальника тюрьмы.

Ему и понятно, что всякая инструкция должна быть использована против зэков, но вот до какой степени? Перегнешь немножечко, поприжмешь их покрепче, и глядишь — голодовка. Опять завопят из Лондона, Мюнхена, из Вашингтона. А это значит, что недели через три-четыре нагрянет комиссия из Москвы. «Как же так, товарищи? Поддались на провокацию мирового империализма!» Конечно же, найдут какие-нибудь неполадки, недоделки, запишут, укажут, поставят на вид, а то и снимут — у каждого чиновника ведь пропасть врагов, так и норовят подсидеть, занять место, вырвать кусок èç глотки. Поэтому офицеры и начальники тюрьмы тоже слушают западные радиостанции, крутят по ночам приемники, спрашивают друг друга наутро: было вчера что-нибудь? Было — значит, жди комиссии. Вздыхают старые тюремщики: распустили вас, двадцать бы лет назад!..

Но и мы уже далеко не те кролики, что умирали молча и безропотно. Мы поняли великую истину, что не винтовка, не танки, не атомная бомба рождают власть, не на них власть держится. Власть — это покорность, это согласие повиноваться, а потому каждый, отказавшийся повиноваться насилию, уменьшает это насилие ровно на одну двухсотпятидесятимиллионную долю. Мы прошли через участие в правовом движении, прошли хорошую школу в лагерях, мы знаем, какую сокрушительную силу имеет человеческая непокорность. Знают все это II власти. Давно уже отбросили они в своих расчетах всякие коммунистические догмы. Не нужно им больше от людей веры в светлое будущее — им нужна покорность. И когда нас морят голодом по лагерям или гноят по карцерам, добиваются от нас не веры в коммунизм, а покорности или хотя бы компромисса.

Во Владимирскую тюрьму нас собрали по всем лагерям — самых непокорных, самых упрямых: голодовщиков, забастовщиков и жалобщиков. Здесь почти не было людей случайных, а те немногие случайные люди, которые попадали к нам, поневоле встраивались в нашу линию обороны.

Горбаневская Н.Е. Полдень. М.: «Новое издательство», 2007 (Серия «Свободный человек»)

galleri vavilon ruЧТО ПОМНЮ Я О ДЕМОНСТРАЦИИ

Накануне прошел дождь, но в воскресенье с самого утра было ясно и солнечно. Я шла с коляской вдоль ограды Александровского сада; народа было так много, что пришлось сойти на мостовую. Малыш мирно спал в коляске, в ногах у него стояла сумка с запасом штанов и распашонок, под матрасиком лежали два плаката и чехословацкий флажок. Я решила: если никого не будет, кому отдать плакаты, я прикреплю их по обе стороны коляски, а сама буду держать флажок.

Флажок я сделала еще 21 августа: когда мы ходили гулять, я прицепляла его к коляске — когда были дома, вывешивала в окне. Плакаты я делала рано утром 25-го: писала, зашивала по краям, надевала на палки. Один был написан по-чешски: «At’ žije svobodné a nezàvislé Československo», т.е. «Да здравствует свободная и независимая Чехословакия». На втором был мой любимый призыв: «За вашу и нашу свободу» — для меня, много лет влюбленной в Польшу, особенно нестерпимым в эти дни было то, что вместе с нашими войсками на территорию Чехословакии вступили и солдаты Войска Польского, солдаты страны, которая веками боролась за вольность и независимость против великодержавных угнетателей — прежде всего против России.

«За вашу и нашу свободу» — это лозунг польских повстанцев, сражавшихся за освобождение отчизны, и польских эмигрантов, погибавших во всем мире за свободу других народов. Это лозунг тех русских демократов прошлого века, которые поняли, что не может быть свободен народ, угнетающий другие народы.

Проезд между Александровским садом и Историческим музеем был перекрыт милицией: там стояла очередь в мавзолей. Когда я увидела эту толпу, мне представилось, что вся площадь, до самого Василия Блаженного, запружена народом. Но когда я обошла музей с другой стороны и вышла на площадь, она открылась передо мной просторная, почти пустынная, с одиноко белеющим Лобным местом. Проходя мимо ГУМа, я встретила знакомых, улыбнулась им и прошла дальше не останавливаясь.

Я подошла к Лобному месту со стороны ГУМа, с площади подошли Павел, Лариса, еще несколько человек. Начали бить часы. Не на первом и не на роковом последнем, а на каком-то случайном из двенадцати ударов, а может быть и между ударами, демонстрация началась. В несколько секунд были развернуты все четыре плаката (я вынула свои и отдала ребятам, а сама взяла флажок), и совсем в одно и то же мгновение мы сели на тротуар.

Справа от меня сидела Лара, у нее в руках было белое полотнище, и на нем резкими черными буквами — «Руки прочь от ЧССР». За нею был Павлик. Доставая плакаты, я сознательно протянула ему «За вашу и нашу свободу»: когда-то мы много говорили о глубокой мысли, заключенной в этом призыве, и я знала, как он ему дорог. За Павликом были Вадим Делоне и Володя Дремлюга, но их я видела плохо: мы все сидели дугой на краешке тротуара, повторяющего своими очертаниями Лобное место. Чтобы увидеть конец этой дуги, надо было бы специально поворачиваться. Потому-то я потом и не заметила, как били Вадима. Позади коляски сидел Костя Бабицкий, с которым я до тех пор не была знакома, за ним — Витя Файнберг, приехавший на днях из Ленинграда. Все это я увидела одним быстрым взглядом, но, по-моему, на то, чтобы записать эту картину, ушло больше времени, чем то, что прошло от мгновения, как плакаты поднялись над нами, и до мгновения, как они затрещали. Вокруг нас только начал собираться народ, а из дальних концов площади, опережая ближайших любопытных, мчались те, кто поставил себе немедленной целью ликвидировать демонстрацию. Они налетали и рвали плакаты, даже не глядя, что там написано. Никогда не забуду треска материи.

Я увидела, как сразу двое — мужчина и женщина, портфелем и тяжелой сумкой — били Павлика. Крепкая рука схватила мой флажок. «Что! — сказала я. — Вы хотите отнять у меня чехословацкий государственный флаг?» Рука поколебалась и разжалась. На мгновение я обернулась и увидела, как бьют Витю Файнберга. Плакатов уже не было, и только флажок мне еще удалось защитить. Но тут на помощь нерешительному товарищу пришел высокий гладколицый мужчина в черном костюме — из тех, кто рвал лозунги и бил ребят, — и злобно рванул флажок. Флажок переломился, у меня в руке остался обломок древка.

Еще на бегу эти люди начали выкрикивать различные фразы, которые не столько выражали их несдержанные эмоции, сколько должны были провоцировать толпу последовать их примеру. Я расслышала только две фразы, их я и привела в своем письме: «Это все жиды!» и «Бей антисоветчиков!» Они выражались и более нецензурно: на суде во время допроса Бабицкого судья сделала ему замечание за то, что он повторил одно из адресованных нам оскорблений.

Тем не менее собравшаяся толпа не реагировала на призывы «бить антисоветчиков» и стояла вокруг нас, как всякая любопытная толпа.

Почти все, кто бил ребят и отнимал плакаты, на короткое время исчезли. Стоящие вокруг больше молчали, иногда подавали неприязненные или недоуменные реплики. Два-три оратора, оставшиеся от той же компании, произносили пылкие филиппики, основанные на двух тезисах: «мы их освобождали» и «мы их кормим»; «их» — это чехов и словаков. Подходили новые любопытные, спрашивали: «Что здесь?» — Это сидячая демонстрация в знак протеста против оккупации Чехословакии, — объясняли мы. — «Какой оккупации?» — искренне удивлялись некоторые. Всё те же два-три оратора опять кричали: «Мы их освобождали, 200 тысяч солдат погибло, а они контрреволюцию устраивают». Или же: «Мы их спасаем от Западной Германии». Или еще лучше: «Что же мы, должны отдать Чехословакию американцам?» И — весь набор великодержавных аргументов, вплоть до ссылки на то, что «они сами попросили ввести войска».

За этими ораторами трудно было слышать, кто из ребят что говорил; помню, кто-то объяснял, что «письмо группы членов ЦК КПЧ» с просьбой о вводе войск — фальшивка, недаром оно никем не подписано. Я на слова «Как вам не стыдно!» сказала: «Да, мне стыдно — мне стыдно, что наши танки в Праге».

Через несколько минут подошла первая машина. После мне рассказывали люди, бывшие на площади, как растерянно метались в поисках машин те, кто отнял у нас лозунги. Найти машину в летнее воскресенье на Красной площади, по которой нет проезда, трудно, даже учитывая право работников КГБ останавливать любую служебную машину. Постепенно они ловили редкие машины, выезжавшие с улицы Куйбышева в сторону Москворецкого моста, и подгоняли их к Лобному месту.

Ребят поднимали и уносили в машины. За толпой мне не было видно, как их сажали, кто с кем вместе ехал. Последним взяли Бабицкого, он сидел позади коляски, и ему достался упрек из толпы: «Ребенком прикрываетесь!» Я осталась одна.

Малыш проснулся от шума, но лежал тихо. Я переодела его, мне помогла незнакомая женщина, стоявшая рядом. Толпа стояла плотно, проталкивались не видевшие начала, спрашивали, в чем дело. Я объясняла, что это демонстрация против вторжения в Чехословакию. «Моих товарищей увезли, у меня сломали чехословацкий флажок», — я приподнимала обломочек древка. «Они что, чехи?» — спрашивал один другого в толпе. «Ну, и ехали бы к себе в Чехословакию, там бы демонстрировали». (Говорят, вечером того же дня в Москве рассказывали, что на Красной площади «демонстрировала чешка с ребенком».) В ответ на проповедь одного из оставшихся на месте присяжных ораторов я сказала, что свобода демонстраций гарантирована конституцией. «А что? — протянул кто-то в стороне. — Это она правильно говорит. Нет, я не знаю, что тут сначала было, но это она правильно говорит». Толпа молчит и ждет, что будет. Я тоже жду.

— Девушка, уходите, — упорно твердил кто-то. Я оставалась на месте. Я подумала: если вдруг меня решили не забирать, я останусь тут до часа дня и потом уйду.

Но вот раздалось требование дать проход, и впереди подъезжающей «Волги» через толпу двинулись мужчина и та самая женщина, что била Павла сумкой, а после, стоя в толпе, ругала (и, вероятно, запоминала) тех, кто выражал нам сочувствие. «Ну, что собрались? Не видите: больной человек...» — говорил мужчина. Меня подняли на руки — женщины рядом со мной едва успели подать мне на руки малыша, — сунули в машину — я встретилась взглядом с расширенными от ужаса глазами рыжего француза [Клода Фриу, которого я видела накануне демонстрации у Ларисы Богораз], стоявшего совсем близко, и подумала: «Вот последнее, что я запомню с воли», — и мужчина, указывая все на ту же женщину, плотную, крепкую, сказал: «Садитесь — вы будете свидетелем». — «Возьмите еще свидетеля», — воскликнула я, указывая на ближайших в толпе. «Хватит», — сказал он, и «свидетельница», которая, кстати, нигде потом в качестве свидетеля не фигурировала, уселась рядом со мной. Я кинулась к окну, открутила его и крикнула: «Да здравствует свободная Чехословакия!» Посреди фразы «свидетельница» с размаху ударила меня по губам. Мужчина сел рядом с шофером: «В 50-е отделение милиции». Я снова открыла окно и попыталась крикнуть: «Меня везут в 50-е отделение милиции», — но она опять дала мне по губам. Это было и оскорбительно, и больно.

— Как вы смеете меня бить! — вскрикивала я оба раза. И оба раза она, оскалившись, отвечала:

— А кто вас бил? Вас никто не бил.

Машина шла на Пушкинскую улицу через улицу Куйбышева и мимо Лубянки. Потом я узнала, что первые машины ехали прямо на Лубянку, но там их не приняли и послали в 50‑е отделение милиции. Мужчина по дороге сказал шоферу: «Какое счастье, что вы нам попались». А когда доехали, шофер сказал этому «случайному представителю разгневанной толпы»: «Вы мне путевочку-то отметьте, а то я опаздываю».

— Как ваша фамилия? — спросила я женщину в машине.

— Иванова, — сказала она с той же наглой улыбкой, с которой говорила «Вас никто не бил».

— Ну, конечно, Ивановой назваться легче всего.

— Конечно, — с той же улыбкой.

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:24

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7489
22 ОКТЯБРЯ 2007 г.

novayagazeta.ru

29 октября 2007 года с 10.00 до 22.00 часов Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество «Мемориал» проводит акцию, посвященную памяти жертв политических репрессий «Возвращение имен» на Лубянской площади у Соловецкого камня в Москве.

29 октября, в год 70-летия Большого террора, в преддверии 30 октября – государственного Дня памяти жертв политических репрессий, мы хотим вспомнить поименно людей, расстрелянных в Москве в годы сталинского террора; мы хотим придать памятным дням личный характер.

В 1937-1938 гг. только в Москве было расстреляно более 40 тысяч человек.

С 10 утра до 10 вечера сменяя друг друга, мы будем читать имена расстрелянных.

Только имя и фамилия, возраст, профессия, дата расстрела. Тысячи имен назовем мы в этот день.

Мы приглашаем присоединиться к акции всех, кто хочет в этот день почтить память жертв политических репрессий.

Запись на чтение:

Ирина Степановна Островская, «Мемориал»

ostrovskaya@memo.ru Тел: (095) 699-65-71

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:25

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7508
29 ОКТЯБРЯ 2007 г.

sutyagin.ru
29 октября исполняется восемь лет со дня ареста ученого Игоря Сутягина. В апреле 2004 года Сутягин был осужден на 15 лет лишения свободы за государственную измену. Международная организация Amnesty International признала ученого политическим заключенным. Так он стал первым политзэком эпохи Владимира Путина. Несколько месяцев назад президент РФ отказал Сутягину в помиловании. Отказал, потому что ученый в очередной раз не признал себя виновным. В лагере Сутягин начал писать рассказы. Мне представляется, что их вполне можно отнести к достаточно редкому в литературе жанру — жанру поэтической прозы.

Рассказы поражают своей нетюремной интонацией. Мы привыкли к лагерной прозе совсем другого рода. Как правило, сидельцы фиксируют свою внешнюю жизнь, через нее объясняя внутреннюю. У Сутягина все иначе. И не сразу понимаешь, что автор пишет, находясь в бараке колонии строгого режима, говоря по-зэковски, «в зазоборье». Сутягину же эти рассказы нужны, как воздух, он сочиняет их, чтобы не задохнуться в повседневной тюремной жизни. В каждом рассказе он вновь и вновь говорит о своей невиновности, пытаясь доказать свою правоту. Это рассказы — об одиночестве человека, который пытается остаться самим собой, сопротивляясь машине подавления. Они поражают своей нежностью, мягкой иронией и мудростью.
Зоя Светова

О прикладном трениеведении

Сидеть в тюрьме не всегда бывает приятно (ну это ещё мягко говоря!). И одно из неудобств состоит в том, что порой бывает не с кем поговорить. То есть люди-то вокруг есть всегда, но одним не до того, чтобы тебя слушать, с другими и самому как-то неохота беседовать… А пообщаться иногда жуть, как хочется. Поговорить о чём-нибудь занимательном и в то же время полезном для ума и сердца. Особенно когда вокруг тебя расстилается Удмуртия, которая под своим кажущимся очень-очень простым обликом (ну что там: бескрайние леса на ровной земле, светлые реки и много-много родников) скрывает немалую научную и промышленную мощь. Именно здесь, в Воткинске, километрах в 60-70 от нашего Сарапула, как раз сейчас делают ядерные «Тополя» (которые умеют быть и мирными «Стартами», выводящими в космос малые спутники). Ижевский механический «стреляющий» завод, делающий что-то очень сложное и оборонное… — да что говорить, если даже в войну все без исключения «тридцатьчетверки» воевали не с абы какими, а с выпущенными именно Сарапульским радиозаводом рациями! (И завод ведь в Сарапуле работает и сейчас, его продукцию хвалит по телевидению специально приехавший министр обороны, можно себе только представить, что там теперь понапридумывали!)

Короче говоря, очень хочется «соответствовать» и вести беседы тоже о чём-нибудь сложнопонимаемом и по возможности высоконаучном. Ну, скажем, о прикладном трениеведении. А что, тема вполне даже и научная, между прочим.

Трение играет очень большую практическую роль в жизни человечества. Это связано не только с тем, что благодаря именно трению не выскальзывает из-под пуговиц ткань многочисленных наших одежд, так что облачённое в пиджаки и джинсы человечество имеет возможность с осознанием собственного недосягаемого достоинства чуть снисходительно оглядывать природу, гордясь своим отличием от прочего неодетого животного мира. Дело не только в этом. Трение в жизни человека имеет ещё и ту практическую пользу, что при правильном использовании трения с его помощью можно добывать массу нужных и полезных вещей.

При добыче вещей с помощью трения очень большую роль играет, во-первых, что трёшь, и, во-вторых, как ты трёшь, то есть характер прилагаемого трения. Например, с помощью очень резкого и сильного трения камня о другой камень из этого второго камня можно добыть искры (для этого трение вообще должно больше напоминать удары). Терпеливое и долгое трение деревяшкой позволяет добыть из другой деревяшки и подложенного пучка сухой травы – огонь. А если пластмассовой или стеклянной палочкой тереть о шерстяную тряпочку, то можно добыть электричество; трение при этом должно быть быстрым и может быть хаотично направленным во все стороны.

Я же при помощи медленно-ласкового и однонаправленного (от «носа», так сказать, к «хвосту») трения добываю из расстеленной на соседней кровати пушистой шерстяной тряпочки мурчанье. Тряпочка при этом то поджимает, то вытягивает лапки, выпуская и снова убирая коготки, и довольно жмурит жёлтые глаза. Знакомьтесь: шерстяная тряпочка для добывания мурчанья, молоденькая, почти котёнок ещё, серая кошка Буська, от послеобеденного сытого блаженства расстелившаяся на соседней койке так, что стала мало отличаться от густопушистого серого коврика.

А какая из этого «трения» Буськи польза, спросите вы, ведь речь-то шла о том, что трение играет практическую роль? Да простая польза! И при том огромная! Вот добудешь так с помощью небыстрого трения густой, но невесомо-пушистой Буськиной шерсти немного мурчанья, почувствуешь, как через кончики пальцев стекает с души напряжение, злость, злоба и отчаяние тюремной жизни, как мягчеет душа, подобно пухово-мягкой шёрстке мурлыкающего под твоей ласковой рукой серого котёнка – и становится спокойней, ровнее во взбаламученной душе. Что бы там ни говорили, как бы ни прятались под непроницаемым ли спокойствием, под бесшабашным ли ухарским весельем характера, а душа-то почти у каждого человека в «зазаборье» измученная, истерзанная, застывшая в непрерывном испуганном напряжении. И когда напряжение это через кончики пальцев стекает от медленного трения при добыче Буськиного мурчанья, когда встаёт в душе ровный покой – это ого-го-го какая польза! Потому что спокойная уравновешенная уверенная в себе и в правоте своей жизни душа – это очень и очень практичная вещь. Сидишь ли ты в тюрьме или живёшь на воле – не важно.

Это интуитивно понимают все. Как раз поэтому-то и ходят на Старцевой горе, ступая горделиво-важно, или носятся, как оглашенные, кошки с серебристыми плетёными металлическими цепочками на шее, на которых укреплены любовно изукрашенные узором «бирочки» из нержавейки с указанием: «7 отряд», «1 отряд», «14 отряд» — почти в каждом отряде живёт кот или кошка. Из-за интуитивного этого знания, потребности добыть нежным «трением» из кошки чуть-чуть мурчания и покоя так ревниво переманивают от соседа к себе на койку кошку Буську, так настойчиво привлекают и стараются не отпустить её внимание, так упрямо играют с ней, подобно детям, и неотрывно следят, стоя в строю на проверке, за игрой, затеянной Буськой со своим глухим ровесником котёнком Кузей из соседнего 15-го отряда. Сама жизнь (которую, в сущности, можно считать как раз практикой – то есть критерием истины) доказывает, что добывание трением или другим каким способом мурчания из кошки – это очень, очень практичная вещь.

…А вы что же, кстати, правда, что ли полагали, что я вам научную лекцию о трении читать буду? А нужно это вам? Вы, пожалуй, погладьте лучше кошку — медленно и нежно...

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:27

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18072
29 ОКТЯБРЯ 2007 г.

Портал «Права человека в России», который уже больше недели заблокирован в результате хакерской DDos-атаки, в ночь на понедельник открыл «запасной сервер» по адресу hro1.org. К DDos-атакам на оппозиционные интернет-проекты все уже привыкли: подобное случалось с сайтами «Эха Москвы», «Коммерсанта», с сообществом (запрещенной нынче) НБП в Livejournal. Однако то, что происходит уже больше недели с сайтом HRO.org («Права человека в России»), российский интернет, пожалуй, еще не видывал. Один из крупнейших правозащитных интернет-ресурсов с 21 октября не может отразить DDos-атаку злоумышленников – все это время сайт был недоступен для пользователей. Технические специалисты уверены, что имеют дело с высокопрофессиональной атакой, и призывают интернет-сообщество к консолидации. Создатель и владелец сайта HRO.org "Правозащитная сеть" благодарит всех, кто в трудные дни прислал слова сочувствия и поддержки. "Мы получили большое число писем и звонков с предложениями помощи. Обращались и старые друзья, и совсем незнакомые люди", — говорится в заявлении правозащитников. Как отмечает "Правозащитная сеть", за это время поступило немало технических советов, причем не только из России, но и из Канады, Чехии, Украины, Великобритании, Германии и других стран.

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:28

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7553
13 НОЯБРЯ 2007 г.
pravda.ru
В поддержку «Маршей несогласных», которые организует коалиция "Другая Россия", создан Общественный совет, в который вошли: Никита Белых, Владимир Буковский, Алексей Кондауров, Владимир Лысенко, Лев Пономарев, Владимир Рыжков, Виктор Шендерович, Юрий Шмидт, Гарри Каспаров, Эдуард Лимонов. Сегодня они выступили с призывом ко всем оппозиционным силам объединиться и принять участие в "Маршах несогласных" в Москве 24 ноября и Санкт-Петербурге 25 ноября.

ДРУЗЬЯ!

Назначенные на 2 декабря выборы в Государственную думу Федерального Собрания Российской Федерации превращены во всенародный референдум (в российских условиях – в фарс), который призван одобрить политический, социальный и экономический курс Владимира Путина и его карманной партии власти.

Очевидно, что, не встретив решительного и массового противодействия, "Единая Россия" во главе с президентом обеспечит себе такие результаты, которые могут подвигнуть ее на далеко идущую ревизию конституционного строя.

Мы считаем, что проводимая в последние годы политика правящего клана в целом была губительной для нашей страны.

У каждой из оппозиционных общественно-политических сил есть разные доводы для критики партии власти и ее кремлевских хозяев. Все мы не согласны с самыми различными аспектами политического курса "Единой России", поддержанного ею правительства, принятых ею законов и бюджета.

Но сегодня это не повод для разногласий. Сегодня все, кто понимает, что путинский режим и его неотъемлемая часть – "Единая Россия" – толкают нашу страну в пропасть, кто считает себя в принципиальной оппозиции "Плану Путина", должны вместе сказать этой политике - НЕТ.

На предстоящих думских выборах можно придерживаться разной тактики. Можно голосовать за одну из допущенных до выборов партий. Можно перечеркнуть всех, реализовав антиконституционно отнятое у наших сограждан право проголосовать против всех. Можно написать на бюллетене название организации, которая не допущена до выборов.

Мы понимаем, что официальные результаты выборов будут кардинально отличаться от реальных. Но в любом случае власти будут знать, сколько на самом деле миллионов человек выразили им недоверие. Удержит ли их это от политических авантюр? Едва ли.

Нам представляется, что сегодня только постоянно нарастающая волна массового гражданского протеста может переломить ситуацию в нашей стране, вернуть ее в рамки действующей Конституции и обеспечить нормальное демократическое и экономическое развитие.

Поэтому мы призываем все оппозиционные силы, без деления на "правых" и "левых", на "системных" и "внесистемных", на новых и традиционных, 24-го ноября в Москве и 25-го в Санкт-Петербурге принять участие в объединенном "Марше несогласных" и войти в Оргкомитет по подготовке данных акций.

Этот марш должен пройти под лозунгами: "За Россию - против Путина", "Нет монополизму партии власти", "Уходите, ваше время истекло", "Выбирая оппозицию, выбираешь свободу".

"Ежедневный журнал"

17.05.2016, 08:30

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18108
25 НОЯБРЯ 2007 г.

Мировой суд арестовал Гарри Каспарова, задержанного в ходе "Марша несогласных" в Москве, на пять суток. Как сообщила руководитель пресс-службы Мосгорсуда Анна Усачева, Каспаров был взят под стражу в зале мирового суда 382 участка. Усачева уточнила, что Каспаров признан виновным в нарушении порядка организации и проведения митингов или пикетов (статья 20.2 Кодекса об административных правонарушениях) и в неповиновении законному распоряжению сотрудников милиции (статья 19.3 КоАП). Она пояснила, что организаторам "Марша несогласных" было разрешено провести митинг, а они организовали несанкционированное шествие. "Срок ареста Каспарова исчисляется с момента задержания", — добавила руководитель пресс-службы Мосгорсуда. Как передает корреспондент "Эха Москвы", Каспарова увезли на Петровку,38, где будет решаться вопрос, где и как Каспаров будет отбывать наказание.
"Эхо Москвы"

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:48

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18109
25 НОЯБРЯ 2007 г.

ОМОН помешал движению мирной процессии "Марша несогласных" в Санкт-Петербурге. Лидер петербургского отделения партии "Яблоко" Максим Резник был задержан и избит ОМОНом. Также до потери сознания был избит представитель "Молодежного Яблока" Александр Шуршев, сильно избит лидер питерского отделения СПС Леонид Гозман.

В настоящий момент около 50 задержанных участников "Марша несогласных" находятся в 79 отделении милиции. Там же находится лидер питерского ОГФ Ольга Курносова.

До Дворцовой площади, конечного пункта марша, дошли 200 человек. Среди арестованных на Дворцовой площади Борис Немцов, только что, как сообщают наши питерские корреспонденты, его в автозаке увезли с площади. По данным сайта Фонтанка.ру, на Невском проспекте милиция задержала Никиту Белых. Среди других задержанных во время митинга и шествия правозащитник Юлий Рыбаков, руководитель питерского отделения организации "Солдатские матери" Элла Полякова, бывший депутат ЗАКСа Михаил Амосов, писатель Василий Аксенов и журналист Даниил Коцюбинский. В 13.30 "Марш несогласных" завершился. С Дворцовой площади уезжают машины ОМОНа и уходит оцепление. Митингующие большей частью "эвакуированы" с площади специальным милицейским транспортом. На месте события остались только представители прессы.

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:49

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18118
29 НОЯБРЯ 2007 г.

Один из лидеров "Другой России" Гарри Каспаров освобожден сегодня из-под административного ареста. Он был доставлен к себе домой сотрудниками милиции.

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:51

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7614
30 НОЯБРЯ 2007 г.

«Чувак пишет, что такую листовку сейчас печатают в соседней типографии...»
Александр ГОЛЬЦ:
Если допустить, что то, что появилось в ЖЖ, не является выдумкой, это может означать только одно - в стране готовится антиконституционный государственный переворот. И те, кто его гготовят, озаботились поиском соратников или соучастников (как кому нравится). Что делать в этой ситуации, каждый должен решить сам.

Виктор ШЕНДЕРОВИЧ:
Оставляя в стороне художественный уровень произведения, понюхаем сухой отстаток.
Итак, несколько очевидностей, следующих из листовки:
1. За три дня до выборов им известны их результаты.
2. Они знают, что эти результаты будут результатом фальсификаций
и набирают отряды для физического давления на тех, кто попытается это доказать.
3. Фальсифицированные результаты нужны им как основа для подлога
и дальнейших спекуляций на тему "Путин - общенациональный лидер".
Все это, безусловно, уголовщина с начала и до конца.
P.S. Частное лингвистическое замечание насчет "победы с сокрушительным результатом".
"Сокрушительный - уничтожающий, разрушительный" (словарь русского
языка под ред. С. Ожегова).
И это тот исключительный случай, когда нельзя не согласиться с "Нашими":
результат победы Путина, безусловно, будет сокрушительным, т.е. разрушительным
и уничтожающим.

Борис НЕМЦОВ:
Если кто-то сомневался, что в стране устанавливается лживая и подлая диктатура — посмотрите на это. Путин только одного не понимает: на такой гнилой основе, как цинизм и жестокость, сильную страну не построишь. На самом деле выборы он уже проиграл. Репутационно - сто процентов, он мало чем теперь от Лукашенко отличается. А в глазах думающих россиян он еще и предстал слабым и истеричным. И сколько бы павловские, полупьяные леонтьевы и подленькие провокаторы-нашисты ни старались, этот диагноз изменить нельзя, и рано или поздно не только Москва и Питер, но и вся страна об этом узнает. Какой он к черту национальный лидер?

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:53

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7673
25 ДЕКАБРЯ 2007 г.

Конец года, все подводят итоги. Уже прошли годичные епархиальные собрания духовенства в Москве, в Смоленске. Православные за рубежом тоже пытаются осмыслить свои успехи и неудачи.

Осенью этого года состоялся первый официальный визит главы Русской православной церкви во Францию. Начался он с посещения Страсбурга, где Алексий II призвал членов Парламентской ассамблеи Совета Европы больше внимания уделять вопросам нравственности, моральным принципам. Еще патриарх отслужил молебен в главном католическом храме Парижа соборе Парижской Богоматери и встретился с президентом Франции Никола Саркози. Визит завершился панихидой по русским эмигрантам ХХ века на русском кладбище в Сен-Женевьев-де-Буа. Многие потомки русских эмигрантов впервые видели главу Русской церкви. Однако во Франции довольна крепка православная традиция, институционально оформившаяся в начале ХХ века, с первой волной эмиграции из России.

Довоенной епархии, возглавлявшейся митрополитом Евлогием (Георгиевским), ныне наследует Архиепископия православных русских церквей в Западной Европе (Константинопольский патриархат), которая объединяет более 70 приходов в разных странах: половина из них — во Франции, есть приходы в Бельгии, Голландии, Дании, Норвегии, Швеции, Германии, Италии и Испании, а после присоединения к Константинопольскому патриархату епископа Василия (Осборна) с паствой еще и в Великобритании. Недавно в Москве побывал секретарь Совета Архиепископии, профессор Сорбонны и Высшей школы экономики Михаил Соллогуб, который рассказал «Ежедневному журналу» о том, как живут православные во Франции.

ЕЖ: Поскольку все советские годы вера была под запретом и очень мало осталось семей, где бы вера передавалась из поколения в поколение, жизнь сегодняшнего верующего человека в России во многом остается странной: православные часто предпочитают держаться вместе, своим кругом, а если общаются со сторонними людьми, то тему своего православия даже не затрагивают. А как во Франции, где, думаю, православные составляют явное меньшинство, есть ли ощущение некоторой замкнутости православной жизни или это совершенно органичное состояние?

М. С.: Это сложный вопрос. Потому что православные во Франции составляют не то что абсолютное меньшинство, это даже больше, чем абсолютное меньшинство, назовем это микроменьшинством. Нас очень мало, кто-то говорит, что 200 тысяч, но, на самом деле, трудно сказать, ведь никто не считал. И это не только русские, но и греки, сербы, арабы, румыны… Для некоторых здесь во Франции православие есть атрибут их национальной идентичности: я русский, я серб… Это есть. Но есть и люди, которые осознали свою веру как что-то, что меняет жизнь, меняет отношение ко всему. Тут очень по-разному происходит, я не могу обобщать. Для тех, кто осознал, что такое быть христианином, в том числе православным христианином, это не может остаться только лишь своим «узким» делом, даже если круг православных людей достаточно малочислен.

— То есть вы обсуждаете с неправославными проблемы своей веры, приходской жизни?

— Конечно, обсуждаем те вопросы, которые могут волновать всех христиан, людей вообще. Но в истории православия во Франции много таких вещей, которые уже сложно понять нам самим, кроме того, нам немножко стыдно за все те раздоры и трудности, которые у нас сейчас возникают, в частности все эти бесконечные "юрисдикционные" споры, поэтому не то что мы стараемся их скрывать, но и не слишком афишируем. А что касается личной, семейной жизни, то в нашем окружении среди французов все знают, что мы православные.

— А французы в принципе замечают православие как явление?

— Французы-христиане, да, конечно, замечают. Вообще за последние 30 лет произошел огромный прогресс в признании православия как одной из составляющих частей христианского присутствия и свидетельства во Франции. Хотя нас абсолютное меньшинство, нас считают обязательными участниками любой межхристианской организации или начинания. Я, например, принимаю участие в движении, которое называется «Христиане за отмену пыток» (АСАТ), недавно отмечали 30 лет его существования, и там в обязательном порядке есть вице-председатель католик, вице-председатель протестант и вице-председатель православный, хотя в этой организации нас ничтожно мало — из 10 тысяч членов православных, может быть, несколько сотен. Так что теперь православие действительно признано — с распространением иконы, духовно-литургического пения, богословской мысли: русские мыслители и богословы первых поколений, такие, как о. Сергий Булгаков, о. Георгий Флоровский, о. Николай Афанасьев, и более молодые — Владимир Лосский, о. Александр Шмеман, о. Иоанн Мейендорф, или французы, пришедшие к православию как Оливье Клеман, — их труды широко издаются на французском языке.

— Ощущается ли разница между людьми, которые идут к вам, в Архиепископию русских приходов, в Московский патриархат или к зарубежникам? Можно ли как-то выделить тип людей, которые чаще присоединяются к той или иной церкви?

— С одной стороны, есть семейная традиция. Если ты родился в Архиепископии, то и остаешься там. Надо сказать, что во Франции подавляющее большинство православных христиан русского происхождения принадлежит к Архиепископии. У Русской православной церкви буквально несколько приходов, зарубежников тоже очень и очень мало. Для Франции это явление третьестепенное. Что касается инославных и неверующих, которые приходят к православию, то для них сила притяжения Архиепископии тоже гораздо больше, просто потому, что нас значительно больше. Кроме того, Архиепископию знают из-за её продолжительной деятельности и активности, знают, например, что в течение нескольких десятков лет на Сергиевском подворье ежегодно организуются литургические недели. Знают её богословов — Павла Евдокимова, Оливье Клемана или отца Бориса Бобринского. У Архиепископии налажены связи с местными христианскими Церквами и т.д.

Чтобы найти приход Московской патриархии, скажем, в Париже, нужно долго искать — их всего три. А наших больше десяти, есть собор, известный Свято-Сергиевский институт со своим подворьем. Поэтому если ты француз, то ты начинаешь с этого, тебе просто не придет в голову идти куда-то еще. Но между нашими храмами и храмами РПЦ нет особой разницы. Единственное, что для новоприехавших храм — это часто часть родины, Отечества, которое они по той или иной причине потеряли, так что для них поход в храм в какой-то степени возвращение домой, такие люди выбирают Русскую православную церковь, но обобщать тут тоже не следует.

Что касается зарубежников, то к ним идут люди, характеризующиеся тягой к традиционализму. Ведь Зарубежная церковь очень долго считала, что настоящая православная церковь именно она. Они эту свою чистоту очень блюли, отрезавшись постепенно от всех других православных. Это, конечно, привлекает особый тип людей, но опять-таки их единицы. И вообще надо понимать, что приток в православие — не массовое явление во Франции.

— Известно, что еще до предложения патриарха Алексия II в 2003 году создать в Европе поместную православную церковь, во Франции было свое движение за поместную церковь, вы не могли бы рассказать о нем?

— Да, конечно, я в этом движении участвую уже 40 лет. Тяготение к поместной церкви стало ощущаться во Франции, начиная с 50-60-х годов. Это было движение к установлению единой объединенной православной церкви. Не только русской, но такой, куда вошли бы и сербы, и румыны, и греки, и, естественно, коренные французы. Идея в том, чтобы на территории Франции, где есть собственная местная церковь — католическая, — мы, оказавшиеся здесь по самым разным причинам, попытались создать правильную организацию нашей церкви, чтобы был первый епископ, чтобы было все по канонам. Это необходимо для того, чтобы свидетельствовать о том, что православие едино, необходимо для рационального решения каких-то организационных вопросов: например, зачем открывать в одном городе три православных прихода? Не лучше ли открыть один и чередовать там службы на разных языках?

Святейший патриарх предлагает несколько другое: он обращается со своим призывом только к русским, к трем ветвям русского православия, предлагая создать в Западной Европе Митрополичий округ, куда вошли бы общины русского происхождения. В РПЦ считают, что каждая из имеющихся здесь православных церквей должна быть связана со своей матерью-церковью — это видно из всех последних выступлений. Поскольку Западная Европа — территория римского епископа, значит, те православные, которые там находятся, должны быть связаны со своими национальными церквами. Так же и здесь в России: раз Россия — территория Русской православной церкви, значит, все католики здесь — иностранцы. Вот почему с таким облегчением было воспринято назначение на московскую епископскую кафедру итальянца.

— Можно ли сказать, что в связи с предложением патриарха процесс движения к поместной православной церкви в Европе несколько затормозился?

— Нет, наоборот. Во Франции с 1967 года по 1997-й существовал так называемый Межъепископский православный комитет. В 1997 году, следуя указаниям межправославного совещания в Шамбези, которые, кстати, от имени Московской патриархии подписал сам митрополит Кирилл Смоленский, он превратился в Ассамблею православных епископов во Франции. Это ассамблея, которая собирает епископов всех юрисдикций: и московской, и константинопольской, и нашeй, и сербской, и прочих — в общем, епископов всех канонических православных церквей во Франции. Это и есть зачаток местного синода, который рано или поздно должен возникнуть, чтобы координировать усилия будущей поместной церкви. Мы активно работаем. Так что тут два подхода: есть идея РПЦ, и есть местное движение.

— Как во Франции относятся к активизации в последнее время отношений Русской православной церкви с католиками?

— С одной стороны, все то, что сближает христианские церкви, хорошо. Лучше сотрудничество, чем распри. Но когда под активизацией подразумевается деление сфер влияния… Ведь некоторые католики считают, что во Франции, например, нет места для единой православной церкви, они говорят: здесь наша территория, и с опаской смотрят на то, как развивается православие. Поэтому если сближение РПЦ с католиками происходит в ущерб нашим действиям, нашим усилиям по созиданию единой церкви, то, конечно, мы смотрим на него уже другими глазами.

Что меня лично еще волнует, так это риторика последнего времени — и здесь некоторые католики опять же находят общий язык с РПЦ, в частности с митрополитом Кириллом, — на тему защиты христианских ценностей. Такое воинствующее христианство, которое ставит своей задачей защиту каких-то ценностей. Про Христа, про Евангелие забывают и уходят в какое-то морализаторство. Как будто христианство — это защита ценностей. Из того, что я следую Христу и у меня появляются определенные представления о том, что хорошо и что плохо, вовсе не следует, что я защищаю ценности, я просто живу иной жизнью, об этом хорошо в свое время говорил отец Александр Шмеман. Сводить христианство к защите ценностей нельзя.

— Как вам видятся перспективы поместного православия в Европе? Есть ли у вас какие-то близлежащие цели, конечные цели?

— Близлежащие цели достаточно простые: надо стараться и дальше оживлять приходскую жизнь в нашей Архиепископии, воспитывать новых священников — для жизни наших приходов это очень важное дело, потому что положение в наших приходах очень сильно отличается от того, что есть в России. Как правило, за редким исключением, у всех наших священников есть светская работа, у нас нет профессиональных священников. Люди часто приходят в священство уже в зрелом возрасте, когда у них есть другая специальность, есть семья, которую надо кормить. И они берут на себя служение в своей общине, за которое им никто не платит. Если священник едет в далекий приход, чтобы совершить какие-то таинства, он иногда получает вознаграждение, но постоянного дохода в храме у него нет. В 20-30-х годах еще можно было жить доходами с прихода. Я хорошо знал отца Александра Ребиндера, он закончил богословский институт в начале 30-х, женился, и его послали служить в Биарриц, где он прожил чуть ли не 30 лет, занимаясь только церковью.

— В тот самый храм, из-за которого несколько лет назад разгорелся скандал, когда часть прихода высказалась за переход из Константинопольского в Московский патриархат, с церковным зданием, естественно, а потом суд отменил решение общины, поскольку оно принималось с процедурными нарушениями?

— Да, в тот самый, а с переходом была очень некрасивая и печальная история. Дело доходило до того, что людям платили, чтобы они приехали на общее собрание, где принималось решение за смену юрисдикции и присоединение к Московскому патриархату. Тяжба до сих пор продолжается, поскольку сторонники РПЦ подали на апелляцию. Последний суд был 20 ноября, но окончательное решение еще не вынесено, оно будет оглашено 15 января. На этом, надеюсь, дело закончится.

— А как обстоят дела с собором в Ницце, где тоже уже несколько лет длится тяжба между местным приходом и Российской Федерацией из-за участка земли и расположенного на нем православного храма? Кажется, официальная версия российской стороны такова: участок и построенный на нем храм были собственностью императора Николая II, император сдал его в долгосрочную аренду, которая заканчивается в конце 2007 года, и, поскольку вся царская собственность была национализирована, после окончания аренды участок и располагающийся на нем храм тоже должны отойти Российской Федерации.

— Да это аргументация Российской Федерации. В 2006 г. в храме по предписанию председателя суда, к которому обратился российский консул, собирались описывать имущество. Но мы этого делать не позволили и предписание оспорили. В апреле 2006 года было решение суда первой инстанции, которое подтвердило права на храм Религиозной православной ассоциации Ниццы — в кадастре недвижимости города собственником оспариваемой территории значится именно она. Нужно помнить, что в этом случае в отличие от Биаррица тяжба идет не между церковными структурами, а между приходом Ниццы и российским государством, которое пока не смогло доказать, что оно является владельцем участка земли и собора. Через несколько месяцев после первого судебного решения российское посольство в очередной раз подало в суд, пытаясь все-таки доказать свое право на землю. Суд так до сих пор и не состоялся, были только какие-то процессуальные действия, когда требовалось подтвердить то одно, то другое, в ноябре были очередные слушания, которые ничем не закончились, и теперь их продолжение намечено на весну 2008 года, когда, очевидно, и будет вынесено окончательное решение. Мы стоим на такой позиции: вы говорите, что вы владельцы — покажите, что вы владельцы. Вы говорите, что аренда кончается — покажите, что мы арендаторы. Пусть адвокаты Российской Федерации покажут документы, подтверждающие все эти моменты.

— Вернемся, однако, к отцу Александру Ребиндеру, который еще мог жить с прихода.

— Да, у него родилось 12 детей, его матушке приходилось давать уроки математики, он сам тоже преподавал, и от государства они получали дотации на детей, но в большой степени семья жила с прихода. Сейчас это невозможно. С одной стороны, меньше стали общины, с другой — очень сильно выросли все выплаты — налоги, социальные сборы. При этом вся приходская жизнь устраивается исключительно на деньги мирян, никакой другой помощи наши приходы не получают — все построено на добровольной работе и общественных началах. И это уже длится 80 лет — все держится на доброй воле и вере, это всегда меня поражает. И то, что есть молодое поколение, которое тоже идет этим путем, — это удивительно. Поэтому краткосрочные наши планы — заниматься подготовкой священников, привлекать новых людей, устраивать конференции, богословские семинары, думать о том, как преобразовать Свято-Сергиевский богословский институт в Париже. У него славное имя, но он был построен в 1925 году, с тех пор прошло больше 80 лет, надо приспоcобствоваться к современным академическим требованиям — два года назад весь академический курс перешел на общеевропейскую систему учебы, и бытовым — предстоит большой ремонт зданий… Всем этим нам нужно заниматься. А целонаправление одно и то же — продолжать собирать православных и служить их духовным нуждам, свидетельствовать о Благой евангельской вести Воскресения Христова. В этом так нуждается наш мир и в России, и во Франции!

Беседовала Светлана Солодовник

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:54

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7779
5 ФЕВРАЛЯ 2008 г.

Продолжается бесчеловечная пытка над узниками дела ЮКОСа. Василия Алексаняна, имеющего несколько тяжелейших диагнозов, обрекают на мучительную смерть в тюремной больнице. Мы не знаем, какой сценарий придумали палачи: хотят ли они провести блиц-процесс над слепым и умирающим человеком, а затем использовать приговор для создания судебного прецедента в отношении других жертв дела ЮКОСа; или репутацию России хотят испортить настолько, чтобы оправдать ее "византийскую" самоизоляцию?! Ясно одно — на глазах всего мира творится чудовищное и отвратительное беззаконие.

Мы требуем немедленного выполнения российскими властями указаний Европейского суда по правам человека о госпитализации Алексаняна в стационар, специализирующийся на лечении СПИДа и сопутствующих заболеваний, и о создании независимой медицинской комиссии.

Мы требуем немедленного расследования заявлений Алексаняна о том, что следователи вымогали у него признательные показания, шантажируя возможностью получения квалифицированной медицинской помощи.

Мы призываем всех, кому дороги принципы права и доброе имя нашей страны, выступить в защиту Василия Алексаняна.

Алексеева Людмила, председатель Московской Хельсинкской группы

Буковский Владимир, писатель, правозащитник

Ихлов Евгений, "За права человека"

Каспаров Гарри, лидер Объединенного гражданского фронта

Киселев Евгений, журналист

Ковалев Сергей, правозащитник

Кондауров Алексей, депутат Государственной думы IV созыва, генерал-майор КГБ СССР

Латынина Юлия, писатель

Лимонов Эдуард, председатель Исполкома "Другой России"

Немцов Борис, политик

Пономарев Лев, движение "За права человека"

Резник Максим, председатель петербургского отделения партии "Яблоко"

Рыжков Владимир, лидер Республиканской партии России

Рыклин Александр, журналист

Сатаров Георгий, президент фонда "Индем"

Шендерович Виктор, писатель

Яшин Илья, лидер молодежного "Яблока"

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:56

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7829
22 ФЕВРАЛЯ 2008 г.

В последние недели в обществе распространяется тревожная информация о приостановке деятельности Европейского университета в Санкт-Петербурге. Формально работа университета прекращена решением суда по представлению пожарного надзора, однако постоянные проверки, которые уже несколько месяцев проводятся в этом учебном заведении комиссиями разных уровней, заставляют думать, что претензии пожарников — лишь предлог, а причины событий лежат глубже. В СМИ циркулируют самые разные версии происходящего: одни винят неизвестных рейдеров, стремящихся захватить исторический дворец в центре города, другие подозревают рейдеров иного рода — тех, кому не нравится научная и общественная независимость Европейского университета, его открытость для международного научного сотрудничества. Однако сегодня очевидно одно: под угрозой существование уникального учебного и исследовательского центра. Российские ученые начали сбор подписей в защиту Университета. Их поддержали зарубежные коллеги. «Ежедневный журнал» публикует обращение ученых США, Канады, Великобритании, Германии, Финляндии и др. стран, также ставящее своей целью привлечь внимание российских властей и широкой общественности к этой проблеме. Обращение подписали и продолжают подписывать ученые почти всех континентов.

Мы обращаемся к администрации Санкт-Петербурга, академическому сообществу и широкой общественности.

Мы, нижеподписавшиеся, настоящим обращением, выражаем нашу искреннюю и глубокую поддержку Европейскому университету Санкт-Петербурга и серьезную озабоченность в связи с его временным закрытием. Занимаясь исследованиями в области общественных и гуманитарных наук, так или иначе связанными с Россией, мы, ученые из Северной Америки, Европы и других частей света, хорошо знакомы с деятельностью Европейского университета в Санкт-Петербурге и считаем его ведущим научным и учебным заведением в России, Европе и мире. Профессорско-преподавательский состав Европейского университета вносит выдающийся вклад в мировую историческую науку и анализ современного общества. Европейский университет пользуется всеобщим уважением за его объективную и независимую позицию. В наших исследованиях мы часто опираемся на результаты, полученные учеными из Европейского университета. Для нашей научной и преподавательской работы чрезвычайно ценно, что эти результаты дают куда более нюансированное и точное представление о процессах, происходящих в российском обществе, нежели то, что можно почерпнуть из западных СМИ. Европейский университет — один из главных академических центров, где происходит содержательное общение между западными и российскими учеными. Помимо знакомства с научными публикациями исследователей из Европейского университета, их участия в конференциях и международного научного обмена университет предоставляет нашим аспирантам возможность работать непосредственно в России. Международная магистерская программа по гуманитарным наукам российской тематики (IMARS) Европейского университета дает уникальную возможность западным студентам, изучающим Россию, получить знания самого высокого уровня по российской истории и наукам об обществе. Ежегодно от 12 до 26 студентов обучаются по этой программе, единственной в своем роде в Российской Федерации. Мы высоко ценим возможность направлять наших студентов в Европейский университет, где они расширяют свои знания и повышают качество своей профессиональной подготовки.
Помимо огромного вклада в мировую академическую науку, Европейский университет Санкт-Петербурга играет огромную роль в развитии российского общества. Университет ставит перед собой задачу подготовить профессионалов в области образования, науки, культуры, а также государственного и муниципального управления — тех сфер, которые исключительно важны для будущего России. У Университета есть и еще одна важнейшая роль. Высокие образовательные стандарты Университета признаны во всем мире; здесь преподают, учатся и ведут собственные научные изыскания ведущие профессора и студенты со всей страны — а потому Европейский университет является центром, который противостоит процессу «утечки мозгов» из России в страны Запада. Этот важнейший акт патриотизма не может не приветствоваться и российской общественностью, и руководством страны.

В настоящее время занятия в Университете приостановлены, аудитории опечатаны, студенты лишены возможности посещать занятия, преподаватели остались без работы, а Россия — без одного из лучших интеллектуальных центров. Нельзя допустить, чтобы необходимость соблюдения «норм пожарной безопасности» в Европейском университете — такова официальная причина его внезапного закрытия — стала препятствием для дальнейшей работы этого важнейшего вуза страны. Администрация, профессорско-преподавательский состав и студенты должны иметь возможность продолжать свою деятельность. Мы убедительно просим городские власти и руководство страны сделать все, что в их силах, для того чтобы деятельность Европейского университета была восстановлена как можно быстрее. Внезапное приостановление жизни университета в середине учебного семестра – беспрецедентная мера, которая вызывает у международного сообщества невольные опасения по поводу политического климата в России. Мы обращаемся с настоятельной просьбой вернуть университету право работать и оказать содействие в его дальнейшем функционировании.

"Ежедневный журнал"

28.05.2016, 04:57

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7840
26 ФЕВРАЛЯ 2008 г.

Прошедшие так называемые "выборы депутатов Государственной думы" и проходящая сейчас так называемая "избирательная кампания по выборам президента Российской Федерации" формально закрепляют сложившийся в России за годы президентства Путина жестко авторитарный режим, старающийся однако в глазах мирового сообщества выглядеть современной, хотя и "суверенной", демократией. К огромному сожалению, тем политическим силам и гражданам России, которые остаются верны идеалам свободы и демократии, на этом историческом этапе не удается противостоять опасной тенденции, возвращающей в нашу страну многие уродливые традиции эпохи тоталитаризма. Старые подходы, когда либеральные и демократические партии, правозащитные и гражданские организации не только действовали раздельно, но и конкурировали между собой - уже исчерпаны.

Ответственные политики обязаны в любых условиях отстаивать свои убеждения, стремиться делать жизнь своих сограждан достойнее, искать способы повышения эффективности своих действий. Для подписавших это заявление очевидны две вещи. - противостоять тенденции превращения России в архаичную автократию можно только наладив наконец сотрудничество всех, кому в нашей стране дороги ценности свободы и справедливости; - наладить такое сотрудничество, российские демократы смогут только без промедления определившись с общим пониманием современной политической повестки дня.

Вот почему нами принято решение о проведении 6 апреля 2008 года в Санкт-Петербурге конференции с рабочим названием «Новая повестка дня демократического движения в России». Организаторы конференции намерены сделать все возможное, чтобы на ней прозвучали реалистические предложения, основанные на глубоком понимании экономических, социальных, международных и иных проблем, стоящих перед Россией, и постараются привлечь к участию в ней серьезных политиков и экспертов, известных своими демократическими убеждениями.

Целью конференции является нахождение общих подходов и форм сотрудничества российских демократов.

Амосов Михаил, член Бюро партии "ЯБЛОКО";
Белых Никита, председатель Политсовета партии "Союз правых сил";
Билунов Денис, исполнительный директор Объединенного гражданского фронта;
Буковский Владимир, писатель;
Вишневский Борис, член Бюро партии "ЯБЛОКО";
Дорутина Татьяна, председатель общественной организации "Лига избирательниц Санкт-Петербурга";
Евдокимова Наталия, ответственный секретарь Правозащитного совета Санкт-Петербурга;
Ермоленко Игорь, председатель Самарского отделения партии "ЯБЛОКО";
Ихлов Евгений, правозащитник;
Каспаров Гарри, председатель Объединенного гражданского фронта, сопредседатель Всероссийского гражданского конгресса;
Кожин Алексей, координатор движения "Оборона";
Курносова Ольга, председатель Санкт-Петербургского отделения Объединенного гражданского фронта;
Малявский Антон, Московское городское отделение партии "Союз правых сил";
Макаров Валерий, председатель Кировского отделения партии "ЯБЛОКО";
Милов Владимир, политик;
Морозов Владислав, председатель Калужского отделения партии "ЯБЛОКО", депутат Законодательного собрания Калужской области;
Немцов Борис, политик;
Нестеров Юрий, заместитель председателя Санкт-Петербургского отделения партии "ЯБЛОКО";
Осовцов Александр, член Бюро Объединенного гражданского фронта;
Покровская Ольга, член Бюро Санкт-Петербургского отделения партии "ЯБЛОКО";
Полякова Элла, председатель общественной организации "Солдатские матери Санкт-Петербурга";
Пономарев Лев, председатель движения "За права человека";
Резник Максим, председатель Санкт-Петербургского отделения партии "ЯБЛОКО";
Рыклин Александр, журналист;
Самодуров Юрий, директор музея и общественного центра имени Андрея Сахарова;
Стамплевский Антон, председатель Тверского отделения партии "ЯБЛОКО";
Фадеев Сергей, заместитель председателя Калужского отделения партии "ЯБЛОКО", депутат Законодательного собрания Калужской области;
Штанникова Ольга, заместитель председателя Санкт-Петербургского отделения партии "ЯБЛОКО", глава муниципального образования "Гражданка";
Шуршев Александр, сопредседатель "Молодежного Яблока";
Яшин Илья, сопредседатель "Молодежного Яблока".

"Ежедневный журнал"

13.06.2016, 20:35

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7856
29 ФЕВРАЛЯ 2008 г.

Мы, журналисты, коллеги корреспондента журнала The New Times Натальи Морарь требуем от руководства ФСБ прекратить ее антиконституционное задержание в таможенной зоне аэропорта «Домодедово» и открыть для нее российскую границу.

Наталья Морарь не совершила на территории России никаких преступлений, ей не предъявлено никаких обвинений. Она имеет все законные основания въехать на территорию Российской Федерации. Уже несколько дней Наталье Морарь не разрешают пересечь российскую границу, пытаясь депортировать ее в Молдавию.

Преследуя Наталью Морарь, российские власти нарушают законы РФ и международное право. Долгое время Наталье Морарь и ее мужу Илье Барабанову не дают нормально есть, пить и спать, что является прямым нарушением статьи 3-й Европейской конвенции по правам человека и статьи о праве на жизнь Конституции Российской Федерации.

Все это время к ней не пускают адвоката — это грубое нарушение частей 1 и 2 статьи 48 Конституции Российской Федерации и статьи 6 Европейской конвенции по правам человека.

Наталья Морарь более 6 лет прожила в России, закончила Московский государственный университет, у нее есть московская регистрация и разрешение на работу. Кроме того, она является гражданкой Молдавии (с которой у России безвизовый режим) и супругой гражданина РФ Ильи Барабанова. Действия ФСБ нарушают требования основополагающих документов ОБСЕ, запрещающих разделение семей, и федерального закона РФ "Об иностранцах".

Мы уверены, что причины депортации Натальи Морарь политические и связаны с ее профессиональной деятельностью. Преследование Морарь началось после опубликования ею в журнале The New Times смелых журналистских расследований — «Чиновники уводят деньги на Запад», «С «ДИСКОНТом» по жизни», «Плата за лояльность», «ВЦИОМ-2», «Черная касса Кремля».

Мы уверены, что ФСБ использует пункт 1 статьи 27 закона «О порядке выезда из РФ и порядке въезда в РФ» для осуществления политической цензуры. Мы считаем, что, отвечая на журналистские расследования такими мерами, российская власть в лице ФСБ и лично президента Владимира Путина подписывает признательные показания по всем фактам коррупции, изложенным в статьях Морарь.

Мы требуем от Федеральной пограничной службы ФСБ РФ прекратить вопиющее нарушение закона и впустить Наталью Морарь на территорию Российской Федерации. Мы также требуем, чтобы российские власти публично назвали причину депортации Натальи Морарь.

Текст обращения открыт для подписания по телефону

8-905-551-54-50 или по электронному адресу olgap@ej.ru

Юлия Галямина, журналист Каспаров.Ru
Алексей Сочнев, журналист Каспаров.Ru
Антон Семикин, журналист Каспаров.Ru
Юрий Гладыш, журналист Каспаров.Ru
Наталья Волосникова, журналист Каспаров.Ru
Ольга Малыш, журналист Каспаров.Ru
Ксения Фирсова, журналист Каспаров.Ru
Станислав Яковлев, журналист Каспаров.Ru
Татьяна Кашинцева, журналист Каспаров.Ru
Владимир Цыбульский, журналист

Андрей Дмитриев, (АПН-СПб)
Андрей Сковородников, редактор (Ярскград.Ru)
Екатерина Фатьянова, журналист ("Красноярской газеты")
Александр Гольц, журналист (Еж.Ru)
Ольга Пашкова, журналист (Еж.Ru)
Екатерина Шмелькова, журналист (Еж.Ru)
Светлана Солодовник, журналист (Еж.Ru)
Мария Каменская, журналист (Еж.Ru)
Александр Рыклин, журналист (Еж.Ru)
Мария Олендская, журналист (Еж.Ru)
Максим Блант (Матвейченков), журналист
Владимир Ермолин, журналист (Грани.Ru)
Нателла Болтянская, ("Эхо Москвы")
Римма Поляк, независимый журналист, Москва
Михаил Фишман, журналист
Юлия Кукушкина, журнал ОК!
Ирина Бороган, "Агентура.ru"
Андрей Солдатов, "Агентура.ru", «Новая газета»
Варвара Турова, журналист
Ilia Ekchtout, P.Eng
Александр Самарцев, независимый журналист
Борис Филановский, журналист, "Коммерсант"
Вера Рыклина, журналист
Артем Вернидуб, журналист
Зоя Светова, обозреватель "Новые Известия"
Леонова Ольга, Москва
Надежда Прусенкова, журналист «Новая газета»
Яна Серова, журналист «Новая газета»
Лебедева Светлана, Москва
Eilina Gusatinsky, zhurnalist "Spektr NEDELI", Finland
Андрей Гусев, "Новая медицинская газета", Москва
Абдурашид Саидов, публицист
Владимир Жуков, журналист
Алексей Торгашев, freetowns.ru, "Русский репортер"
Владимир Рамм, портал "Демократическое сетевое сообщество"

Надежда Крученицкая, редактор
Владимир Кара-Мурза (мл.), журналист, телекомпания RTVI
Ахтырко Александр Григорьевич, студент специальности "Политология"
Николай Львович Парийский, фотограф
Баденков Артем Юрьевич, корреспондент газеты "Московский Корреспондент"
Геннадий Крепс, физик, С Петербург
Владимир Кардаил, журналист Каспаров.Ru

Борислав Козловский, "Русский репортер"
Наталья Горбаневская, Париж, член редакции и редколлегии журнала "Новая
Польша"
Тарасевич Григорий, "Русский репортер"
Светлана Скарлош, "Огонек"
Boris Paramonow /UK/
Скоробогатов Роман, г. Ковров
Николай Рисак, независимый журналист, Финляндия
Сергей Гуркин, журналист
Воронов Юрий Ильич, председатель МО СДПР
Гросман Ефим, независимый журналист
Муса Таипов ( Moussa Taipov) journalist
Мамонов Илья Борисович, г. Москва
Илья Кацнельсон, пресс-секретарь Московского отделения СПС
Белобородова Оксана Борисовна, врач г.Пенза
Александр Ярин, "Отечественные записки"
Яков Фельдман, Петербург
Наталия Пация, журналист
Александр Подрабинек, журналист
Ильинская Ольга Игоревна, адвокат, г. Москва
Руслан Зуев, Главный редактор Агентства правовой информации "LINA"
Маслов Петр Александрович, г. Москва
Михайлова Ольга, Москва
Скипин Андрей Юрьевич, Санкт-Петербург
Дмитрий Качалов, г. Москва
Сотник А. В., писатель, публицист
Геннадий Красухин, журналист
Варвара Галицкая, редактор коррсети газеты "Самарский советникЪ"
Марк Савченко, Москва
Виталий Челышев, зам. главного редактора журнала "Журналист"
Галина Борисовна Богуславская, Санкт-Петербург
Плетнев Антон Москва
Павел Свадьбин
Петр Нешитов, журнал "Санкт-Петербургский университет"
Артем Скоропадский, независимый журналист
Крапошин Валентин Сидорович, профессор
Алан Хурумов, журналист (Autu News)
Сергей Путилов, корреспондент Baznica.info
Шафрановский Александр
Станислав Поздняков, главный редактор журнала ProSystem CCTV
Ирина Мак, журналист
Меркулов Денис, художник
Гаджи Гасанов, журналист
Злодеев Сергей, Калужская область
Сергей Дик, журналист ТРК "ТВ-2" (Томск)
Якушев Александр, Санкт-Петербург
Анатолий Голубовский, журналист

"Ежедневный журнал"

13.06.2016, 20:36

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7859
3 МАРТА 2008 г.

В субботу, 1 марта, лидет СПС Никита Белых, лидер ОГФ Гарри Каспаров, Владимир Милов, Александр Осовцов, Марина Литвинович и Александр Рыклин подали в ЦИК обращение от имени нескольких тысяч российских граждан, завершив тем самым акцию «Я в фарсе участвовать не буду». В этом обращении подписанты заявили, что не будут участвовать в выборах президента РФ. По словам Никиты Белых, целью передачи этих подписей было информировать ЦИК о позиции по отношению к выборам почти шести тысяч граждан. "Это не жалоба, так что официального ответа ЦИК давать не обязан", - сообщил Белых. Целью акции "Я в фарсе участвовать не буду" было показать власти, что есть люди, которые не готовы мириться с обманом, фальсификациями, цензурой. "При тотальном контроле власти над всем политическим пространством страны, в отсутствие свободы слова и открытой политической конкуренции эти, с позволения сказать, "выборы", результат которых известен заранее, не могут быть ни честными, ни свободными. Следовательно, это не выборы, а фарс!", - говорится в сообщении организаторов акции.

"Ежедневный журнал"

13.06.2016, 20:37

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7865
3 МАРТА 2008 г.

Коалиция "Другая Россиия" пыталась провести "Марш несогласных" в Москве на Чистопродном бульваре. Еще перед началом акции были задержаны члены политсовета, лидеры движения Александр Осовцов, Эдуард Лимонов, Александр Рыклин, Александр Гольц, Денис Билунов. (фотографии с места событий)
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes_gallery/s120946750928.jpg
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes_gallery/s120946750937.jpg
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes_gallery/s120946750942.jpg

"Ежедневный журнал"

13.06.2016, 20:39

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7912
19 МАРТА 2008 г.

Господин мэр! Мы с большим уважением относимся к историческим традициям дружественного нам ирландского народа и религиозным предпочтениям руководства Москвы.

Мы так же ничего не имеем против того, что, благодаря усилиям московских властей, день Святого Патрика – христианского проповедника пятого века, обращавшего в истинную веру кельтские племена, постепенно становится российским национальным праздником.

В связи с этим мы заявляем, что признаем несомненное право той части жителей Москвы и гостей столицы, что чтят память об ирландском святом, на культовые обряды, традиционно проводимые в этот праздничный день. В том числе и на шествие по центру Москвы, которое в этом году состоялось уже в семнадцатый раз.

Однако у нас вызывает недоумение и разочарование тот факт, что идя навстречу российским гражданам ирландского происхождения, гражданам Ирландии, проживающим в Москве и остальным почитателям древней кельтской традиции, московские власти позволяют себе игнорировать права и свободы остальных жителей нашего города. Например, тех, кто участие в «Маршах несогласных» предпочитает культовым ирландским шествиям.

Нам не совсем понятно, чем отличаются эти мероприятия друг от друга с точки зрения общественной безопасности и общественной морали? Почему одни благосклонно разрешают проводить, а другие запрещают и разгоняют с помощью ОМОНа?

В дни проведения шествий в честь Святого Патрика московские власти продемонстрировали несомненную способность столичных правоохранительных органов поддерживать общественный порядок на этих мероприятиях без репрессивных мер по отношению к их организаторам и без нанесения физических увечий их участникам. Из чего мы делаем вывод о том, что полдень воскресного дня и Новый Арбат – лучшее время и место для проведения подобных акций. Поэтому, предлагаем рассматривать это обращение как заявку на проведение «Марша Несогласных» 4 мая в 12.00 на Новом Арбате.

"Ежедневный журнал"

02.07.2016, 04:54

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29864
30 ИЮНЯ 2016 г.

ТАСС
Юрий Ярым-Агаев (в блоге Свободное место) 29.06.2016

Тяжелые испытания Владимира Буковского не закончены. В результате голодовки и наших усилий в его поддержку судебный процесс против него отложен до декабря, он должен состояться после слушаний по его иску о клевете против прокуратуры, которые запланированы на 25 июля. Положительный исход его иска может быть важен не только для очистки его имени, но и для укрепления его позиции на декабрьском суде против него.
Мы только что узнали, что обвинение наняло сильную команду адвокатов, чтобы защитить себя от обвинений в клевете. Буковский не имеет никаких адвокатов, потому что у него нет денег, чтобы их нанять. Он просит нашей помощи. К сожалению, со времен "Холодного дома" гонорары адвокатов в Англии не снизились, и мы должны собрать по меньшей мере $20 000 за очень короткое время. Единственный способ собрать такую сумму денег - это скинуться всем нам, расширить этот сбор средств и, возможно, найти какого-то богатого донора (ов).
Пожертвования следует отправлять в фонд «Благодарность» – некоммерческую организацию, помогающую советским диссидентам на протяжении многих лет. Владимир Буковский, Эдуард Кузнецов и я – директоры этой организации.
Донор должен зайти на сайт http://www.thegratitudefund.org/gf-donat.html, нажать кнопку Donate и перечислить деньги с кредитной карточки или счета PayPal. Важно указать, что деньги должны быть направлены в «Фонд защиты Буковского»: после заполнения страницы с вашими данными нажимаете кнопку Review Donation and Continue, после чего появится кнопка Add special instructions to the seller.
Также можно отправить чек на счет организации по адресу: The Gratitude Fund, 535 W 110th Street, #6E, New York, NY 10025 с указанием «Фонд защиты Буковского».
Спасибо за вашу поддержку!
Юрий Ярым-Агаев

Фото Юрий Рыдалев/ТАСС

"Ежедневный журнал"

02.07.2016, 05:00

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7979
14 АПРЕЛЯ 2008 г.
miloserdie.ru

Лидеры Русской православной церкви любят повторять, что «церковь отделена от государства, но не отделена от общества», однако это их утверждение долгое время воспринималось как чисто умозрительное. Разве что упорная борьба за введение основ православия в школьную программу свидетельствовала о стремлении отвоевать вполне определенную общественную площадку. Однако в последнее время люди церкви делают много полезного, для стимулирования всевозможных общественных начинаний внутри церкви организуются конкурсы, распределяются гранты. Не так давно, например, были оглашены результаты грантового конкурса «Православная инициатива», который ежегодно проводит Благотворительный фонд Серафима Саровского. Победителями стали 48 проектов из 13 регионов страны — в основном это совместные проекты православных и светских общественных организаций, такие как центры помощи инвалидам, дома детского творчества, благотворительные фонды. C февраля этого года перешла на бесплатное обслуживание переданная 12 лет назад под попечение Московской патриархии Центральная клиническая больница свт. Алексия (бывшая Пятая градская). Теперь в ней бесплатно получают помощь не только пациенты, живущие в приписанных к больнице районах, доставленные по «Скорой» и прихожане РПЦ, но и все желающие. Рассказать поподробнее об общественных инициативах церкви «Ежедневный журнал» попросил главного редактора журнала «Нескучный сад» и сайта «Милосердие.RU» — официального сайта Комиссии по церковной социальной деятельности при Епархиальном совете г. Москвы, Юлию Данилову.

— Юля, расскажите нам, пожалуйста, для начала немного о самой церковной комиссии, чтобы читатели имели о ней какое-то представление.

— Комиссия состоит из 20 священников, которые отвечают кто за работу в своем благочинии, кто за какие-то определенные направления, например, за работу в детских домах. Председатель комиссии – протоиерей Аркадий Шатов, настоятель храма царевича Димитрия при Первой градской больнице. Задача комиссии — координировать ведущуюся приходами социальную деятельность, помогать тем реальным инициативам, которые есть, кроме того, у комиссии есть собственные проекты. Обычно священник, который отвечает за некое направление, у себя на приходе занимается именно этой работой. Например, за помощь старикам отвечает священник из храма в Химках, прихожане которого много помогают в доме престарелых — огромном государственном заведении едва ли не на 500 человек. В 2006 году Московская епархия при участии комиссии заключила соглашение с московским Департаментом здравоохранения, есть соглашения с другими социальными службами — контакты с государственными органами очень нужны для нормальной работы, иначе в тот же дом престарелых могут не пустить.

Еще в комиссии действует круглосуточный телефон, справочного характера, по нему можно узнать о службах социальной помощи в Москве, а также прямо попросить о чем-то. Операторы записывают информацию и, если это просьба не о деньгах, а о помощи, скажем, немощному старику или семье, где есть лежачий больной, то координатор находит добровольца, который готов взять на себя заботы.

miloserdie.ru

— Как взаимодействуют комиссия и журнал? Журнал, как я понимаю, отчасти освещает деятельность комиссии, но не только, его содержание, судя по всему, шире.

— Журнал задумывался, тематически, как посвященный социальной церковной работе, у него даже подзаголовок был «Журнал о делах милосердия». Сейчас мы подзаголовок поменяли, теперь это «Журнал о православной жизни» — мы хотели расширить тематику, и тем самым аудиторию, чтобы журнал не воспринимался как сугубо профессиональный. Но мы по-прежнему много места отдаем социальным темам, жизни церкви в обществе и разным общественным проблемам, в которых церковь участвует. Например, в ближайший номер готовится материал о психологах, которые беседуют в женских консультациях с теми, кто собирается сделать аборт, пытаются отговорить их. В этом смысле мы поддерживаем начинания комиссии, довольно подробно пишем о ее проектах, кроме того, поддерживаем сообщество добровольцев, которое существует при комиссии. Это в основном молодые люди, их уже около 450 человек, студенты или работающие, кто в бизнесе, кто где, но в свободное от работы время они готовы приносить какую-то пользу нуждающимся. Они собираются еженедельно, у них есть координаторы по административным округам, которые знают, какие есть нужды — по телефону, как я уже говорила, поступают просьбы, многие пишут непосредственно в журнал или на сайт, — на этих встречах координаторы находят нужного добровольца и отправляют по назначению.

У журнала «Нескучный сад» и сайта «Милосердие.RU» общая редакция, поэтому мы и в журнале, и на сайте много пишем о работе добровольцев. Причем стараемся сделать из каждой истории журналистский материал, это более действенно, чем просто печатать объявления с просьбами, люди с большей готовностью откликаются на журналистскую подачу.

— Расскажите какой-нибудь яркий случай.

— Вот недавно была история, когда в комиссию обратилась 26-летняя женщина, Олеся, она с детства беспризорница и мать четверых детей. Они с мужем, тоже беспризорником, познакомились на вокзале, где оба жили. У них стали рождаться дети, жить на вокзале стало невозможно, им удалось за копейки купить полуразрушенный дом в глухой рязанской деревне, и там они просто стали пропадать, потому что работать негде, муж зарабатывал какие-то гроши, а Олеся раз в неделю ездила в Москву собирать милостыню. Мы сделали о них репортаж, объяснив, что им нужен дом где-нибудь поближе к цивилизации, чтобы можно было найти работу. Должна сказать, что для беспризорников, которые не имеют никакого социального опыта, желание искать работу совсем нехарактерно, для детей, которые в раннем возрасте оказались на вокзале, самый обычный путь — это ранняя смерть под забором от наркотиков или от пьянства. А они вот такие удивительные люди. И очень быстро нашелся благотворитель, который принес нужную сумму, чтобы купить дом в районном центре, где все-таки есть возможность найти работу, получить какие-то пособия на детей, обзавестись документами — у мужа Олеси никаких документов вообще никогда не было. И таких историй успешной помощи довольно много. В этом смысле мы — один из инструментов комиссии, и для нас это как для издания очень важно, потому что мы видим прямой эффект от нашей деятельности.

miloserdie.ru

— Можно ли назвать еще какие-то направления деятельности комиссии кроме перечисленных?

— Есть группа помощи бездомным, существует с 2004 года, это довольно известный проект: зимой по Москве ездит автобус и спасает замерзающих. По статистике, за зиму в Москве замерзает до 600 человек, причем иногда среди них попадаются люди просто подвыпившие. Есть еще другой автобус, который днем оказывает медицинскую помощь. Он обычно стоит на Площади трех вокзалов, и туда могут обратиться все, кто нуждается в осмотре. Людей сортируют: самых тяжелых по скорой отправляют в больницы, кому-то оказывают помощь на месте, раздают какие-то простые лекарства, еду, разрешают в автобусе погреться. Это ежедневно действующий проект, за холодный сезон в среднем за месяц в автобусе принимают до 500 человек. Некоторых бездомных удается возвращать домой. Бездомные, которые оказываются в больницах, это, как правило, люди с обмороженными и ампутированными конечностями, они уже не хотят бродяжничать и готовы где-то осесть. Им восстанавливают документы — есть специальные сотрудники, которые ходят по инстанциям и пишут запросы — был случай, когда бездомного отправили аж в Индию. Мы пытаемся найти родственников, сослуживцев бездомных. Как-то деньги на билет до Дальнего Востока бездомному собрали бывшие сослуживцы-военные. Случается, правда, редко, что родственники сами ищут пропавшего. Чаще ищут детей, которые, проигравшись в Москве на игровых автоматах, могут не вернуться домой.
miloserdie.ru
В какой-то момент была идея, что бездомных надо реабилитировать, организуя для них работу — они убирали один из московских лесопарков. Но это оказалось не очень эффективно, потому что усилия со стороны организаторов несопоставимы с пользой на выходе: нужно думать, чем бездомных занять, потом за ними смотреть. В общем, отказались от этой затеи.

Есть группы добровольцев, работающие в больницах. Сообщество добровольцев вообще очень бурно развивается: как оказалось, довольно много молодых людей хотят делать что-то полезное. Когда они сходятся на собрания, на них просто приятно посмотреть — они такие живые, мобильные, такие сияющие, не то чтобы сияющие от сознания собственной правильности, а оттого, что у них много сил. Среди них есть и православные, и совсем нецерковные ребята. Добровольцы помогают одиноким старикам, многодетным семьям, когда нужно погулять с детьми, отвезти кого-то в школу или на дополнительные занятия. Одна группа занимается ремонтом, полочки вешает, клеит обои, в основном тоже у стариков.

Еще ребята работают в интернатах для детей-инвалидов с нарушениями в развитии. Обстановка в этих интернатах в последнее время стала получше — на них стали тратить больше денег, там стало больше персонала, уже нет такой ситуации, когда на 60 детей две санитарки, но все равно на то, чтобы реабилитировать детей, то есть не просто кормить их и одевать на них памперсы, а разговаривать с ними, играть, вывезти погулять на коляске, сил персонала не хватает. Этим занимаются патронажные сестры и добровольцы — у нас сейчас три таких детских дома — интерната. Дела идут: кто-то научился ходить, кто-то сам кушать. По меркам здорового ребенка это ерунда, а больному ребенку это качественно меняет жизнь. Такую же работу добровольцы ведут в Институте Гельмгольца, институт сам попросил присылать добровольцев, потому что дети с оперированными глазами нуждаются в том, чтобы ими занимались.

Есть группа ребят с автомобилями, которые помогают, когда есть необходимость кого-то или что-то перевезти. Есть патронажная служба, уже давно, лет 10, которая ухаживает за стариками и одинокими больными. Для большинства подопечных (52 из 59 постоянных сестринских постов, если быть точной) уход бесплатный, платят только те, кто действительно может. Есть благотворители, которые оплачивают большинство трат на патронажную службу.

miloserdie.ru

— Вы уже сказали, что среди добровольцев есть воцерковленные и неверующие ребята, то есть комиссия привлекает к своим проектам всех желающих?

— Сотрудничает комиссия со всеми, и с атеистами, и с инославными, одно время на наши курсы патронажных сестер ходила женщина-мусульманка. Но в таких проектах важно, чтобы ядро было церковное. Все-таки у церковных людей свое представление о смысле такого рода работы, достаточно четкое. Я не могу говорить от имени церкви, но, насколько я понимаю, нет такой идеи, что со временем можно решить все социальные проблемы. Церковь занимается этой работой не ради переустройства мира, а ради воспитания любви. Это даже подчеркивается, чтобы не выгорать, не отчаиваться, что, да, тяжело, трудно, пахучее судно, сложные старички — хорошо, когда у бабушки легкий характер, но ведь очень часто брошенные люди — это именно люди с тяжелым характером, — но нужно продолжать. С другой стороны — я такой эффект часто вижу, — людям, которые делают добрые дела, начинает казаться, что все им обязаны. Они осуждают тех, кто такой работой не занимается, осуждают государство, которое занимается этим не так, как нужно, да еще чиновники ставят палки в колеса, в общем — кругом безобразие. А с церковной точки зрения надо, чтобы эта деятельность несла умножение любви. Не то важно, сколько бездомных получили помощь, хотя и это важно, а то, в сердце человека любовь умножается или нет. Эту идею бывает сложно объяснить внешнему миру, потому что люди скажут, что за глупость, дело надо делать ради эффективности, а вы о чем?

— Эта установка находит какое-то практическое выражение?

— Иногда находит, знаете. Как-то мы в Санкт-Петербурге познакомились с православным сестричеством. Оно начало работать в одной из больниц Питера вместе с группой, которая организовалась вокруг Даниила Гранина. Совершенно светская группа, скорее правозащитно настроенная. Так вот когда они пришли в больницу, то увидели, что там нет ни простыней, ни лекарств, кругом грязь, тогда общественники стали бороться за права больных, стали ругаться с начальством — и их всех оттуда просто вытурили. Но сестры решили, что все-таки больных нельзя бросать и стали ходить в больницу по-партизански, тихонечко-тихонечко. Решили: не будем ругаться из-за простыней — свои из дома принесем. И так они потихоньку то одно, то другое, и скоро в больнице поняли, что без них уже невозможно, потому что уход за больными сильно улучшился.

— Представители светского общества сейчас объединяются в основном на базе протестных настроений — обманутые дольщики, противники точечной застройки и т.д. Для православных это тоже характерно или нет?

— Ну понятно, объединяться против врага всегда проще. Что-то в этом духе бывает и у православных — тут весь вопрос в том, по каждому ли поводу нужно протестовать и как именно. Например, несколько лет назад были молодежные группы по борьбе с неприличной рекламой — православные подростки закидывали щиты с голыми тетками краской, разбивали лайт-боксы, это была такая почти партизанская романтика: не дадим гадостям быть около храма, около школы. Я думаю, что иногда такое прямое действие важнее, чем суды — если твоего ребенка задирает хулиган в трамвае, надо сразу его поставить на место, а не в суд тянуть. Бывает необходимость протестовать, да. Но для объединения у людей церковных есть не только такие экстренные поводы. В обычной жизни верующих людей объединяет приходская жизнь: богослужение и совместные дела приходской общины. Например, самая простая взаимопомощь на приходе: кто-то заболел, другие помогают, родительские клубы, паломничества, дискуссии вокруг культурных событий — в живой общине все это естественно. Не везде такая живая община есть, к сожалению, но там где есть, точкой кристаллизации является сам храм, вся жизнь вокруг него.

— А пытаются ли православные как-то защищать свои права?

— Какие именно?

— Да любые.

— Вот сейчас, например, на слуху такая история, как преподавание православия в школе. Там, естественно, где хотят. Тут тоже есть разные опасения, есть над чем думать, чтобы это было хорошо, не профанирующе, чтобы о православии рассказывали грамотные люди и правду, а не выдумки. Вот, например, это.

miloserdie.ru
— Как, по-вашему, поскольку вы во всем этом варитесь, ширятся православные общественные инициативы?

— Мне кажется, что да. На сайте «Милосердие.RU» у нас есть новостная лента, где мы помещаем новости из регионов, посвященные именно церковным инициативам, и их становится больше, такая деятельность явно развивается. Многих молодых священников серьезно занимает вопрос, как сделать так, чтобы на приходе была живая община, а живая община в частности проявляет себя в делах милосердия. Но вообще-то всегда все зависит от человека — от настоятеля храма, от каких-то активных людей. По моим наблюдениям, полезных дел становится все больше, взять хотя бы добровольцев — ведь их число все время растет.

Если посмотреть на конкурсы «Православная инициатива» фонда Серафима Саровского, то видно, что все у них очень энергично развивается, именно деятельность на уровне прихода, такая низовая активность. Но я могу говорить только как наблюдатель, никаких серьезных социологических исследований на этот счет не проводилось. Если судить по, так сказать, информационному следу, то да, рост есть. И это очень понятно: люди, которые приходят в церковь, ищут себе в ней применения. Человек редко приходит в церковь в каком-то таком успокоенном состоянии, когда ему не хочется свою новую веру никак в жизни применить. Поэтому, естественно, он ищет приложения своих сил.

Беседовала Светлана Солодовник

Для иллюстрации материала использованы фотографии сайта
www. miloserdie.ru

"Ежедневный журнал"

02.07.2016, 05:02

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7995
18 АПРЕЛЯ 2008 г.

lechaim.ru

17 апреля на 80-м году жизни скончалась правозащитница и писательница Зоя Крахмальникова.

Зоя Александровна Крахмальникова родилась в 1929 году в Харькове. По окончании Литературного института им. Горького работала в издательстве «Советский писатель», в журнале «Молодая гвардия», в «Литературной газете», была членом Союза журналистов СССР. Защитив в 1968 году диссертацию, к 40 годам она достигла успеха, положения, известности как профессиональный литератор, автор нескольких литературоведческих и переведенных книг, многочисленных статей. Она работала старшим научным сотрудником в Институте социологии, а затем в Институте философии АН СССР.
В 1971 году Зоя Крахмальникова пришла к вере. В 1974-м последовало ее увольнение с работы, но она продолжала писать, и главным образом о необходимости религиозного возрождения в России. Печаталась она в самиздате, так как государственные издательства отныне были закрыты для нее.
С 1976 года Зоя Александровна начинает составлять сборник Христианского чтения «Надежда» — наподобие тех, которые выходили в дореволюционное время. «Надежда» издавалась в самиздате, а затем переиздавалась на Западе издательством «Посев».
Но миссионерская деятельность преследовалась атеистическим режимом, и 4 августа 1982 года Зоя Крахмальникова была арестована. В апреле 1983-го ее приговорили к одному году лагерей строгого режима и пяти годам ссылки за «антисоветскую агитацию и пропаганду в целях подрыва советской власти».
Годы ссылки Зоя Крахмальникова провела в Алтайском крае в крайне тяжелых условиях, под постоянным надзором. Она вернулись домой 17 июля 1987 года. Цикл ее работ "Горькие плоды сладкого плена" (о взаимоотношениях РПЦ и советского государства) был опубликован в 1988—1990 в Канаде, Америке и Австралии. В 1995 вышла ее книга "Слушай, тюрьма!", включившая "Лефортовские записки" и "Письма из ссылки".

О Зое Александровне рассказывает Александр Огородников, бывший диссидент и правозащитник, один из зачинателей религиозной журналистики, сам просидевший в советских тюрьмах 9 лет:

Смерть Зои Крахмальниковой подводит черту под целой эпохой — уходит старая гвардия правозащитников и христианских активистов. Я познакомился с Зоей после ее и моего освобождения из тюрьмы, хотя, вот удивительно, мы с ней были прихожанами одного храма, где настоятелем был отец Дмитрий Дудко. Я слышал о ее сборнике «Надежда», но подробно узнал о ней от Николы Руденко, главы украинской Хельсинкской группы, писателя. Он хорошо знал и Зою, и ее мужа Феликса Светова, дружил с ними и много мне о них рассказывал. Когда мы с ней лично познакомились, я увидел перед собой женщину с горящими глазами, полную энергии, она по духу была общественной деятельницей, совершенно несгибаемой. У нее была такая пророческая харизма. Но та православная общественность, которая стала складываться после нашего освобождения из заключения, довольно быстро развалилась из-за амбиций участников, разных эгоистических интересов. Возглавлять было некого, поэтому Зоя немного напоминала генерала без армии, ее общественно-христианский пафос, ее идеи часто не находили аудитории. Она пыталась организовать Конгресс интеллигенции, но идея конгресса была у нее фактически украдена бывшим главой администрации президента Ельцина Сергеем Филатовым, на одном из конгрессов она стала просто приглашенным оратором. У нее, мне кажется, было чувство невостребованности, она не видела поля для приложения своей энергии. Это мучило ее.

У нас с ней дружеские отношения сложились, когда она стала писать статьи в Бюллетень христианской общественности, который я издавал в конце 80-х — начале 90-х годов. Это была такая энциклопедия религиозной жизни. Зоя была очень искренним человеком, честным, чистым. За правду, как она ее понимала, она готова была стоять до конца. Она выпустила несколько сборников, гневно обличала сергианство, Московскую патриархию, она считала, что высшая иерархия должна покаяться за свое сотрудничество с КГБ. Несколько статей она посвятила разоблачению мракобесия в православной среде, национализма, псевдопатриотизма.

Ушел человек, который был преисполнен сильного общественного пафоса, который нес идею Праведной Церкви, Церкви Непорочной, Церкви Святой. Она была человек смелый, решительный, совершенно бескомпромиссный. Ради истины она готова была даже с друзьями ссориться, с Глебом Якуниным они рассорились, потому что он хотел предотвратить одну из ее публикаций, а она все-таки настояла на ней. Она всегда была готова прийти на помощь тем, кто гоним, кто страждет. С гневом обличала гонителей. Пыталась помогать старушкам из катакомбной церкви, записывала их воспоминания, историю их преследований. Она была не только внешне красива, но и внутренне красива. Свое служение она пронесла через всю жизнь.

"Ежедневный журнал"

02.07.2016, 05:03

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8019
29 АПРЕЛЯ 2008 г.
ЕЖ

7 мая в Москве состоится мероприятие, которое Кремль анонсирует как «инаугурацию Президента Российской Федерации». Мы с горечью вынуждены констатировать, что прошедшие президентские выборы (как и последние думские) на самом деле таковыми не являются, а их результат не может быть признан сколько-нибудь репрезентативным.

В России полностью уничтожена конкурентная политическая система. Доступ в политическое пространство получают только те политические деятели и организации, которые прошли в Кремле проверку на благонадёжность. Те же, кто вызывает у идеологических чиновников хоть малейшие сомнения в своей лояльности, вычёркиваются из политического процесса – их либо вовсе не допускают до выборов, либо не позволяют добиться удовлетворительного результата с помощью административного ресурса, подконтрольных СМИ, а при необходимости – и прямого вмешательства в избирательный процесс. В России больше нет электорально значимых независимых СМИ – все федеральные телеканалы находятся в прямом идеологическом подчинении у Администрации президента. Это означает, что невозможна никакая свободная предвыборная агитация. Российская судебная система больше не стоит на страже избирательного законодательства. Она, создавая видимость служения Закону, на деле является послушным инструментом в руках исполнительной власти.

Именно в таких условиях 2 марта 2008 года в России проводились президентские выборы.

Следовательно, эти выборы ни в коем случае не могут быть признаны свободными.

Выборы 2 марта прошли с огромным количеством нарушений и фальсификаций, что зафиксировано многочисленными наблюдателями как от российских, так и от международных общественных организаций. Прямые вбросы избирательных бюллетеней, их подделка, отказ в допуске наблюдателей на избирательные участки стали повсеместной практикой.

Следовательно, эти выборы ни в коем случае не могут быть признаны честными.

Все вышесказанное позволяет говорить о том, что при проведении президентских выборов в России был нарушен базовый демократический принцип – принцип свободного волеизъявления граждан.

Развитие в России кризисных явлений, неизбежное при продолжении нынешнего монопольно-паразитического курса правящей группировки, заставит россиян вспомнить о проблемах с легитимностью власти. Единственный способ избежать катастрофических последствий будущего кризиса в нашей стране – восстановить попранные права и свободы граждан, отменить цензуру, воссоздать конкурентное политическое пространство, провести свободные и честные выборы. Мы призываем власти предпринять конкретные шаги в этом направлении. Если этого не будет сделано, ответственность за последующее кризисное развитие событий в нашей стране целиком ляжет на Кремль и Белый дом.

Н. Белых, председатель федерального политсовета СПС

Д. Билунов, исполнительный директор ОГФ

Г. Каспаров, председатель ОГФ

О. Курносова, председатель Санкт-Петербургского отделения ОГФ

В. Милов, президент Института энергетической политики

Б. Немцов, политик, общественный деятель

Л. Пономарев, исполнительный директор Движения «За Права Человека»

М. Резник, председатель Санкт-Петербургского отделения партии «ЯБЛОКО»

А. Рыклин, журналист

Ю. Самодуров, директор Центра-Музея им. Андрея Сахарова

"Ежедневный журнал"

02.07.2016, 05:05

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8047
12 МАЯ 2008 г.

fontanka.ru

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

Национальной ассамблеи Российской Федерации

Мы, депутаты Национальной ассамблеи,
представляющие российское гражданское общество
и самый широкий спектр партий и движений непарламентской оппозиции,
руководствуясь принципами Всеобщей декларации прав человека,
исходя из положений Конституции Российской Федерации,
действуя во имя интересов народа России и его будущего,

заявляем:

Правящий политический режим в России нелегитимен. Политическая, административная, судебная власть в России оказалась узурпированной ставленниками олигархических кланов и членами корпорации спецслужб, занявших ключевые посты в государственном аппарате страны. На службу режиму поставлены основные национальные ресурсы – природные, финансовые, информационные. Правящий режим в огромных масштабах присваивает государственное имущество, бюджетные ресурсы, общенациональное достояние, собственность граждан.

Конституция Российской Федерации провозглашает: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства», "единственным источником власти РФ является ее многонациональный народ". Однако правящий режим лишил граждан России базовых гражданских и политических прав — на личную неприкосновенность, на свободу совести и свободное выражение своих убеждений, на свободу передвижения по территории своей страны, на свободу мирных собраний и ассоциаций, на независимую и беспристрастную судебную защиту, на право участия в управлении страной, на народовластие. Уничтожены свободная политическая конкуренция, демократический избирательный процесс, представительные органы, независимая судебная система, независимые средства массовой информации. Выхолощены институты федерализма и местного самоуправления. Демократические процедуры превращены в фикцию.

Выборы депутатов Государственной думы 2 декабря 2007 года и президента 2 марта 2008 года не были ни свободными, ни конкурентными, ни честными. Граждане России подверглись беспрецедентному подкупу, шантажу, запугиванию. Результаты голосований были массово и грубо сфальсифицированы. Незаконно присвоив властные полномочия, правящий режим осуществил захват государственной власти, принадлежащей российскому народу. Органы государственной власти, образуемые в результате таких спецопераций, а также все решения, принимаемые и все назначения, совершаемые этими органами, грубейшим образом противоречат Конституции России и потому являются незаконными.

Уничтожив несовершенный, но все же действовавший в стране правовой порядок, режим сделал нормой правовой беспредел. Создана каста коррумпированных чиновников, защищаемая всей мощью государственного репрессивного аппарата.

В то же время разрушается военная система государства, что ведет к деградации российских Вооруженных сил, ослаблению обороноспособности страны, утрате ее реального суверенитета.

Социально-экономическая политика режима закрепляет за нашей страной роль отсталого сырьевого придатка современного мира. Власть временщиков не способна на модернизацию экономики, общества, государства. Монопольные привилегии, расхищение государственных средств, национального имущества, природных ресурсов сделали членов властной верхушки миллиардерами, в то время как неконтролируемая инфляция уничтожает доходы и сбережения миллионов российских граждан. На грань банкротства поставлена пенсионная система. Коллапс жилищной, социальной и транспортной инфраструктуры заставляет бороться за выживание значительную часть наших сограждан. Граждане России оказались лишены возможности получения необходимой медицинской помощи и общедоступного образования.

Результатом политики по дискриминации и сегрегации граждан стало обострение социальных, межэтнических и межконфессиональных конфликтов. Многие российские граждане превратились в своей стране в изгоев по социальному, этническому и конфессиональному признакам.

Попытки граждан защищать свои права и свободы правящий режим подавляет с помощью пропаганды, подкупа, шантажа, угроз, грубого полицейского и судебного произвола, насилия, террора, отнимая у российских граждан свободу, собственность, здоровье и саму жизнь.

Мы, депутаты Национальной ассамблеи, призываем граждан России
добиваться вместе с нами:

• Освобождения всех политических заключенных.

• Роспуска всех нелегитимно сформированных органов власти,
включая Государственную думу.

• Проведения всеобщих свободных конкурентных выборов с участием
всех существующих политических партий и организаций.

• Формирования органов народного представительства и исполнительной
власти, ответственных перед российским народом и выполняющих волю
российских граждан.

• Справедливого распределения национальных благ,
создаваемых свободными людьми.

• Превращения России в правовую, демократическую, светскую,
федеративную республику.

ХАРТИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ АССАМБЛЕИ

Предлагается Оргкомитетом Национальной ассамблеи

Мы, гражданские и политические активисты, настоящим заявляем об учреждении Национальной ассамблеи Российской Федерации. Национальная ассамблея создается для защиты гражданских свобод, политических прав, здоровья и жизни российских граждан, восстановления правового порядка, политической демократии и народного представительства в России. Мы едины в нашем несогласии с курсом нынешнего политического режима, ведущего страну к национальной катастрофе. Нас объединяет тревога за настоящее и будущее России. Мы осознаем необходимость объединения наших усилий ради свободы и процветания нашей Родины.

Органы государственной власти, сформированные по результатам голосований 2 декабря 2007 г. и 2 марта 2008 г., не избраны большинством граждан России, не представляют интересы этого большинства, а потому нелегитимны. Эти органы власти не вправе действовать от имени российских граждан и применять властное насилие по отношению к гражданам страны.

Нравственная обязанность российских граждан, обеспокоенных судьбой Родины, — подготовить условия для восстановления свободной политической конкуренции, формирования органов народного представительства и власти, выполняющих волю российских граждан. Национальная ассамблея соберет и осмыслит предложения по восстановлению политической демократии в России, выработает стратегию этого восстановления и предложит ее для обсуждения российским гражданам.

К учреждению Национальной ассамблеи нас призывает наша совесть и моральный долг перед Родиной.

В Национальной ассамблее представлены основные мировоззренческие и политические течения, существующие в российском обществе. Мы придерживаемся различных идеологических позиций и имеем разные политические взгляды. Мы не отказываемся от своих убеждений, от разных, иногда противоположных позиций по многим вопросам жизни в России. Тем не менее, собравшись на Национальную ассамблею, мы заявляем о том, что соглашаемся следовать общим принципам, позволяющим нам вместе бороться за сохранение единства народа и восстановление справедливых правил мирного общежития на территории нашей страны:

1. Независимо от своих личных убеждений мы не признаём за государством права вмешиваться в личную жизнь граждан, ограничивать их свободу слова, собраний, перемещения, выбора места проживания, определять их образ мысли или язык, на котором они говорят.

2. Среди нас есть люди разного вероисповедания и атеисты, и в своей деятельности мы руководствуемся своей верой и своими ценностями. Однако мы не признаём за государством права участвовать в религиозной или антирелигиозной деятельности, поощрять или препятствовать исповеданию какой-либо веры.

3. Как бы ни сложилась в дальнейшем наша политическая судьба, с момента созыва Национальной ассамблеи мы не считаем для себя возможным использовать насилие или угрозу насилия, ограничение свободы слова и собраний как инструменты борьбы с оппонентами по вопросам политики, экономики, культуры или религии.

4. Как в рамках деятельности Национальной ассамблеи, так и в иной общественно-политической деятельности, мы обязуемся исключить из нашего арсенала коррупцию, подкуп, шантаж, угрозы, насилие. Также неприемлемы ссылки на национальность или вероисповедание оппонентов. В свободной публичной дискуссии аргументами могут быть только убеждения и действия людей.

5. Мы обязуемся никогда не ограничивать права граждан определять свою судьбу свободным голосованием в масштабах всей страны, ее регионов или отдельных местностей. Мы едины в своём убеждении, что высшие чиновники всех ветвей и уровней власти должны избираться свободным волеизъявлением граждан. Если жители всей страны или какой-либо ее территории считают необходимым избирать тех, кому они доверяют властные полномочия или права исполнительных органов, это право не может быть ограничено.

6. Если свободное волеизъявление граждан даст кому-либо из нас власть над нашими согражданами, мы обязуемся соблюдать права тех, кто голосовал против нас, включая их право свободно высказывать и отстаивать иные, не совпадающие с нашими позиции, убеждения и взгляды.

На этих основаниях мы, депутаты Национальной ассамблеи, готовы сотрудничать со всеми общественными и политическими силами, в том числе и с теми, кто пока не решился открыто выступить против нынешнего правящего режима. Мы поддерживаем общественные инициативы и действия любых политических сил, направленные на то, чтобы добиться от власти соблюдения прав и свобод российских граждан. Для нас абсолютно неприемлемо сотрудничество, тем более тайный сговор с теми, кто не признаёт разделяемых нами ценностей, или, декларируя им приверженность, своими действиями доказывает обратное.

Мы клянемся не жалеть своих сил и даже жизни для восстановления в России суверенитета и власти народа.

"Ежедневный журнал"

11.10.2016, 09:05

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30267
7 ОКТЯБРЯ 2016 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30267//1475839827.jpg
Решение Министерства юстиции РФ о включении Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества «Мемориал» в реестр «организаций, выполняющих функции иностранного агента» вызывает недоумение и протест.

Историко-просветительская деятельность «Мемориала», посвященная изучению советского террора, восстановлению и сохранению памяти его жертв, получила широкое признание как в России, так и во всем мире. «Мемориал» был одной из первых общественных организаций, созданных еще в перестройку, и с тех пор сделал очень много для заполнения белых пятен в истории нашей страны, сохранения исторической памяти, защиты общества от антинаучных мифов, его духовного и морального развития.

Долгое время «Мемориал» оставался наиболее влиятельной организацией, боровшейся за цели, важные для каждого историка, — открытие архивов, свободу исторических исследований и развитие исторического сознания общества. Не будет преувеличением сказать, что «Мемориал» внес колоссальный вклад в формирование исторической памяти нескольких поколений российских граждан. Эта организация проделала огромную работу по сбору личных свидетельств о трагических страницах отечественной истории и активно занимается историческим просвещением школьников, способствуя пробуждению интереса к прошлому страны через интерес к прошлому собственной семьи. Уничтожение «Мемориала» или нанесение на него клейма «иностранный агент» разрушительно для механизмов исторической самоидентификации россиян.

Вольное историческое общество разделяет убежденность «Мемориала», что только уроки, извлеченные из прошлого, могут заложить основание для строительства благополучного будущего. Мы выражаем свою солидарность с «Мемориалом» и требуем отменить неправовое по существу решение Минюста, поскольку оно прямо противоречит определению Конституционного суда России о невозможности отнесения к разряду «организаций, выполняющих функции иностранного агента», международных и иностранных организаций. Мы убеждены, что сам закон и иные нормативные акты об «иностранных агентах» в настоящем виде приводят к абсурдным следствиям, наносят вред российскому обществу и российской науке и должны быть отменены или радикально пересмотрены.

Фото:ITAR-TASS\Карпов Сергей

"Ежедневный журнал"

11.10.2016, 09:07

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8070
16 МАЯ 2008 г.
архив ЕЖСоюз «Либеральная Хартия» сложился как группа единомышленников в конце 1980-х годов, не имея формального членства. Многие люди считали и считают себя принадлежащими к этому неформальному Союзу. Союз «Либеральная Хартия» объединяет тех, для кого основополагающими ценностями являются отказ от инициирования насилия по отношению к другим людям и свободное взаимодействие людей на основании неприкосновенности личности и собственности. Члены Союза убеждены, что любая группа людей — от кружка друзей до всего населения Земли — может мирно сосуществовать и взаимовыгодно сотрудничать на основе уважения свободы других людей.

Либеральная Хартия, написанная в 1992 году, оказалась одной из наиболее удачных попыток оригинального изложения на русском языке принципов идеального общественного устройства, исходящего из либеральных ценностей. Для членов Союза она стала символом, объединяющим российских сторонников классического либерализма.

Будучи гражданами России, члены Союза в разных формах работают ради её настоящего и будущего, занимаясь исследовательской, консультационной, просветительской деятельностью. Некоторые из нас работали на государственной службе, участвовали в общественной деятельности, иными путями пытались воздействовать на решения государственной власти.

До недавнего времени мы практически не участвовали в публичной политике. Однако в последнее время многие члены Союза убеждаются в необходимости активного использования политических методов. Те из нас, кто готов публичными методами бороться за уменьшение уровня насилия, привносимого властью в российское общество, сформировали политическое крыло Союза. Лидером политического крыла Союза «Либеральная Хартия» является Андрей Илларионов.

Политическое крыло Союза «Либеральная Хартия» объявляет о своём участии в Национальной Ассамблее Российской Федерации — широком гражданском форуме, собирающем 17-18 мая в Москве представителей основных политических и идеологических течений в современном российском обществе, не согласных с существующим политическим режимом и готовых соблюдать принципы легального равенства граждан, верховенства права и политической демократии.

Политическое крыло Союза «Либеральная Хартия» открыто к сотрудничеству с гражданами, партиями и иными организациями, разделяющими принципы гражданского, политического и экономического либерализма.

Андрей Илларионов

Виктор Агроскин

Дмитрий Бутрин

Андрей Василевский

Валерий Кизилов

Юрий Кузнецов

Александр Куряев

Анатолий Левенчук

Вадим Новиков

-----------------

Авторы текста Либеральной Хартии 1992 года не участвуют в деятельности политического крыла Cоюза «Либеральная Хартия».

"Ежедневный журнал"

11.10.2016, 09:08

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8099
26 МАЯ 2008 г.

transformation.ru

Потерпевшие напоминают бывшему генпрокурору РФ о нарушениях своих прав, гарантированных Конституцией РФ.

Представитель силовых структур, бывший генеральный прокурор Владимир Устинов, бывший министр юстиции РФ, стал полномочным представителем президента РФ по ЮФО.

Господин В. Устинов волею президента РФ направлен на Кавказ. Это понижение в должности или знак особого доверия?

Мы уверены, он не хотел бы возвращаться к оставленной им нерешенной проблеме — расследованию Бесланской трагедии.

Учитывая проведенную им работу на посту генпрокурора РФ, мы обратились к В. Устинову с письмом.

Господин Устинов!

Вы имеете отношение к силовым структурам, и потому мы озабочены Вашим назначением, так как не приемлем применение силы на Северном Кавказе. Мирное сосуществование является жизненно важной необходимостью для всех народов Кавказа. Но только путем неукоснительного соблюдения закона, защиты Конституционных прав и свобод граждан РФ можно сохранить и укрепить мир и безопасную жизнь на Кавказе.

Просим Вас учитывать это и быть крайне взвешенным при решении многих проблем, работать на предотвращение трагедий.

В связи с тем, что Вы назначены представителем президента по ЮФО,

мы, потерпевшие в Бесланской трагедии, считаем необходимым напомнить Вам о тех нарушениях закона, которые были допущены при исполнении Вами обязанностей Генерального прокурора РФ.

1) 1 сентября в 11 часов 20 минут прокурором республики А.А. Бигуловым было возбуждено уголовное дело по факту захвата в заложники более 600 человек.

2) 2 сентября 2004 года в город Беслан было командировано 62 сотрудника прокуратуры. На глазах у них были нарушены права заложников — по школе применили танки, огнеметы, гранатометы. Эти противозаконные действия силовиков, членов Оперативного штаба до сих не расследованы.

3) В ночь на 4 сентября 2004 года развалы школы, в том числе спортзала, были при свете фар машин расчищены и многие вещдоки выброшены в местный карьер, а тела погибших заложников вынесены во двор школы. После этого сотрудники руководимой Вами прокуратуры произвели осмотр места преступления с составлением протокола места происшествия. Никто за такое вопиющее нарушение уголовно-процессуального кодекса, за укрывательство улик не понес наказания.

4) Ещё одно несоблюдение закона: ни один из членов семей погибших при проведении судебно-медицинских экспертиз по погибшим не был ознакомлен со своими правами по причине того, как сейчас нам пояснила представитель прокуратуры Н.Ю. Григоревская, что члены семей погибших, в том числе их родители, не были признаны потерпевшими.

5) Именно при исполнении Вами обязанностей генпрокурора РФ без должного всестороннего расследования были приняты Постановления об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении членов Оперативного штаба по спасению заложников, пожарников и силовиков, применивших танки и огнеметы по зданию школы.

6) Ход расследования для потерпевших засекречен. Следователи не предоставляют нам Постановления о продлении сроков предварительного расследования обстоятельств теракта, ограничиваясь простым уведомлением о продлении расследования.

7) Материалы уголовного дела по осужденному Н. Кулаеву, по амнистированным сотрудникам милиции г. Беслана не предоставлялись и не предоставляются. Наши ходатайства следователи отклоняют одной и той же фразой: «Предварительное следствие ещё не окончено».

Но в то же время, несмотря на окончание трех судебных процессов по теракту, материалы этих уголовных дел также для нас недоступны.

8) В настоящее время расследование основного дела по теракту ведется двумя следователями. Такая откровенно недостаточная комплектация следственной группы говорит о непонимании генпрокуратурой чрезвычайной важности для потерпевших и для всего общества проведения объективного расследования Бесланского теракта. Природа первых взрывов на сегодняшний день не расследована, а проводимые экспертизы незаконны ввиду привлечения, в нарушение требований УПК РФ, заинтересованных экспертов — сотрудников Министерства Обороны РФ.

На сегодняшний день расследование Бесланского теракта приняло очертания

бесконечного, умышленно затянутого процесса.

Мы как потерпевшие считаем, что проблема отсутствия объективного расследования состоит в том, что Прокуратура РФ, выступив защитником должностных лиц, расследовала и продолжает расследовать уголовное дело по теракту поверхностно, с нарушениями требований уголовно-процессуального кодекса, и сделала необъективные выводы.

На наши законные требования о всестороннем расследовании всех обстоятельств теракта и наказании всех виновных, мы получаем невиданный по своей направленности и неадекватности отпор.

О несоблюдении закона напоминаем Вам для того, чтобы Вы на новом посту, учитывая вышеизложенное, сделали всё возможное, и Вас не смогли больше упрекнуть в неисполнении своих обязанностей.

Считаем, что мы имеем моральное право обратиться к Вам с просьбой:

1. Провести служебную проверку по изложенным нами фактам;

2. Довести до сведения президента РФ о нарушенных правах потерпевших
в Бесланской трагедии;

3. Посодействовать исправлению допущенных нарушений закона.

Всероссийская общественная организация «Голос Беслана»

"Ежедневный журнал"

11.10.2016, 09:10

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8112
2 ИЮНЯ 2008 г.

prpc ru
В Правление Российского Союза промышленников и предпринимателей

Уважаемые члены Правления!

Перед нашей страной стоит комплекс задач, связанных с осознанием себя в истории и современном мире. В решении одной из них отечественному бизнесу, авторитетно представляемому вашей организацией, на наш взгляд, естественно было бы принять самое активное участие.

Речь идет о восстановлении и сохранении памяти о том вкладе, который внесли в нашу экономику, в том числе в становление процветающих ныне предприятий, миллионы жертв политических репрессий — заключенные ГУЛАГа, спецпоселенцы и «трудармейцы».

Масштабы использования принудительного труда в советском народном хозяйстве были огромны и в новейшей истории мало с чем сравнимы (кроме, вероятно, масштабов использования труда рабов на хлопковых плантациях США до 1863, а также военнопленных и «восточных рабочих» в Германии в 1942-1945). Становление и развитие ряда ключевых отраслей советской промышленности неразрывно связано с «истребительно-трудовой» системой лагерей.

Это — создание транспортной инфраструктуры России: поглотившее огромное количество труда и человеческих жизней строительство железных и автомобильных дорог, грандиозных каналов, многих морских портов — от северных до Совгавани.

Это — топливно-энергетический комплекс: нефтяные месторождения и нефтеперерабатывающие комбинаты Ухты и Поволжья, угольные шахты Воркуты, Кузбасса, Дальнего Востока, освоение и эксплуатация десятков других месторождений угля и нефти; это многочисленные ТЭЦ и предприятия гидроэнергетики по всей стране.

Это — горнорудная промышленность: освоение никелевых и полиметаллических месторождений Кольского полуострова, Норильска, Юго-Восточной Сибири, Таймыра, фосфоритов и апатитов Хибин, олова Якутии и золота Колымы, флюоритов Забайкалья и т.д.

Это — лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность, основанная и в течение многих десятилетий практически целиком державшаяся на подневольном труде зэков «лесных» лагерей и «раскулаченных» крестьян.

Это — множество предприятий атомной промышленности, от радиевых разработок в Коми и урановых рудников в Амурской области и на Чукотке до комбинатов на Урале, в Восточной и Западной Сибири, заводов в Электростали, Новосибирске и Ангарске; это строительство силами заключенных «закрытых городов» Минсредмаша.

Это — «особые конструкторские бюро» («шарашки»), внесшие значительный вклад в развитие науки и оборонной техники. Многие из этих ОКБ существуют и ныне, уже как «гражданские» учреждения.

Список можно продолжить. Очевидно, что история становления в ХХ веке российской индустрии не может быть написана и по-настоящему осознана обществом без восстановления памяти об этих трагических страницах нашего прошлого.

Для увековечения памяти жертв политических репрессий в России делается немало: силами региональных и местных администраций, энергией общественности устанавливаются памятники и памятные знаки, издаются Книги Памяти, создано несколько мемориальных кладбищ. Нередко эти усилия поддерживаются местным бизнесом.
vestnik com

Но, говоря о жертвах террора, обычно забывают о том, что эти люди — не только жертвы, но и создатели значительной части отечественной экономики. Память о Гулаге крайне редко рассматривается бизнесом как часть собственной «корпоративной памяти». Поэтому особенного внимания, на наш взгляд, заслуживает недавняя инициатива РАО «ЕЭС России»: эта корпорация не только подготовила и издала книгу «Заключенные на стройках коммунизма. ГУЛАГ и объекты энергетики СССР», но и приняла решение провести Дни памяти на предприятиях корпорации и установить мемориальные доски на почти двухстах объектах энергетики, созданных с использованием труда заключенных.

Общество «Мемориал» обращается к владельцам и управляющим ведущих предприятий России с предложением поддержать и продолжить эту инициативу — вспомнить о людях, чья жизнь и свобода лежит в основе их нынешнего процветания. Трагические страницы истории наших предприятий нисколько не умаляют их ценность для страны — наоборот, они увеличивают их значение, придавая им дополнительный смысл памятников национальной истории.

Российский бизнес до сих пор сталкивается с рудиментами идеологии, призывавшей «все отнять и поделить». Формирование цивилизованного отношения к сегодняшней деловой активности невозможно без осмысления обществом трагической истории российской индустриализации, без осмысления общественной и политической системы, породившей ГУЛАГ и заставлявшей миллионы людей жить и работать в нечеловеческих условиях. Системы, при которой ни одно предприятие России не могло существовать в его нынешней форме, поскольку само предпринимательство было преступлением.

Без памяти о рабском труде заключенных трудно по-настоящему почувствовать и понять ценность произошедших в стране изменений. Без памяти о тех, кто когда-то закладывал основы российской индустрии, трудно рассчитывать на то, что потомками будет оценен по достоинству вклад в модернизацию страны сотрудников, руководителей и владельцев нынешних предприятий.

Поэтому мы призываем лидеров делового мира России к созданию и осуществлению комплексных общенациональных программ увековечения памяти политзаключенных и спецпоселенцев, чей принудительный труд использовался на предприятиях отечественного народного хозяйства. Общество «Мемориал» будет радо поддержать эту деятельность накопленными информационными ресурсами, своими усилиями и общественным авторитетом.

Важнейшими среди таких программ нам представляются:

— сбор материалов об использовании принудительного труда — в первую очередь, труда политических заключенных, ссыльных и депортированных — в различных отраслях народного хозяйства, выпуск книг и документальных сборников, основанных на этих материалах;

— установление мемориальных досок и памятных знаков на действующих объектах народного хозяйства, созданных руками заключенных;

— создание специализированных музейных комплексов и постоянных экспозиций в существующих ведомственных музеях или подшефных предприятиям государственных и муниципальных учреждениях культуры и образования;

— приведение в порядок заброшенных кладбищ заключенных и спецпоселенцев — первостроителей ныне действующих предприятий.

К названным задачам вплотную примыкает еще одна: предоставление систематической материальной помощи той горстке оставшихся в живых бывших заключенных, которые некогда вложили свой труд в создание ресурсной базы сегодняшних предприятий. У отечественного бизнеса остаются считанные годы для того, чтобы — хотя бы на символическом уровне — попытаться погасить этот моральный долг.
* *
Мы призываем Правление РСПП поддержать наше обращение и распространить его среди членов Союза, помочь довести его до компаний — частных и государственных, — не входящих в вашу организацию.

Мы полагаем, что социальная ответственность бизнеса не может ограничиваться только сегодняшним днем. Она распространяется и на прошлое, и только в этом случае способна охватить собой будущее.

Правление Международного Общества «Мемориал»

"Ежедневный журнал"

11.10.2016, 09:11

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8120
4 ИЮНЯ 2008 г.

sfi.ruАрестованный в советские годы по доносу (за антисоветские высказывания) и отработавший три года в Кызыл-Кумских рудниках, где потерял ногу, о. Павел Адельгейм с 1976 года служит в Псковской епархии. На его счету два восстановленных храма в Пскове и один построенный в Псковской области, православная общеобразовательная школа регентов, которую он создал и содержал в течение 16 лет, приют для детей-инвалидов с выраженной психической патологией. Протоиерей Павел Адельгейм — автор множества работ, посвященных наиболее острым и больным вопросам современной церковной действительности. Особое место среди его трудов занимает книга «Догмат о Церкви», впервые вышедшая в 2002 году, которая ставит проблему церковного христианского самосознания, рассматривает отношение членов церкви друг к другу и к миру, главное место уделяя понятию «соборности». Однако именно она стала причиной нового витка гонений на священника, которые в конце концов привели к тому, что 22 февраля 2008 года указом правящего архиерея архиепископа Псковского Евсевия отец Павел был смещен с поста настоятеля храма Святых Жен-Мироносиц. Прихожане храма, где священник продолжает служить, неоднократно пытались попасть на прием в Псковское епархиальное управление РПЦ, но митрополит Евсевий (теперь уже митрополит) никого из них не принимает, не скрывая, что с мирянами ему «не о чем говорить». Среди «прегрешений», которые ставят священнику в вину, особый интерес отца Павла, специалиста по каноническому праву, к проблеме церковного суда. Он — один из немногих, кто взял на себя труд подробно изучить Временное положение о церковном судопроизводстве, и выступил с открытой критикой этого положения. Его внимание к теме тем более важно, что Архиерейский собор Русской православной церкви должен вот-вот принять Положение о церковном суде, уже не временное, а постоянное. «Ежедневный журнал» решил побеседовать с отцом Павлом Адельгеймом о накопившихся проблемах.

— Отец Павел, все-таки хочется понять, Архиерейский собор будет принимать то самое Временное положение о церковном судопроизводстве, которое было составлено в 2004 году, или что-то другое?

— О том, что Архиерейский собор опять собирается принимать Положение о церковном судопроизводстве, я узнал только из вашей статьи. Информация в прессе не попадалась, и разговоров на эту тему я не слышал. Церковный суд нарушает Конституцию и федеральный закон «О суде». Закон запрещает создание судов, не предусмотренных этими документами. Стало быть, церковный суд является незаконным. А условия, сложившиеся в Церкви, лишают церковный суд смысла.

— Наверное, когда эти светские положения писались, просто никому не пришло в голову, что может существовать еще и церковный суд. Вряд ли они писались с тем прицелом, чтобы церковный суд запретить.

— Думаю, вопрос сложнее. В Византии и России церковное законодательство вписывалось в систему гражданского права. Церковные суды имели свою юрисдикцию, но опирались на следственный и карательный аппараты государства. Церковный суд должен иметь канонические обоснования и законодательное признание. Временное положение о церковном судопроизводстве в том виде, в каком оно было принято в 2004 году, противоречит многим канонам и вероучению. Например, в нем сказано: «Полнота судебной власти в епархии принадлежит архиерею». Власть епископу не может «принадлежать», ее нельзя приватизировать. Епископ «пользуется властью по Божественному изволению». В Церкви существует не правовая власть, а власть Христа. Учреждённый таким «Положением» суд не может быть правосудным.

— Почему?

— В «Положении» не поставлена задача суда, не определена его цель. Кроме клириков, из подсудности выведены все категории членов Церкви. Они исключены по разным причинам: епископы где «забыты», где неподсудны. Миряне неуловимы для суда. Подсудными остаются только клирики. Выходит, что суд организуется для расправы, а не для правосудия: не предусмотрена презумпция невиновности, нет защиты прав обвиняемых. Архиерей может запретить священника и без суда, и вообще без вины, нередко он расширяет свою компетенцию, допуская не дозволенные Уставом прещения. К чему еще один карательный орган?

— Тем более непонятно, почему тема церковного суда, судя по всему, не очень волнует священников. У меня такое впечатление, что мало кто в курсе происходящего.

— Вы правы. Но обсуждение не допускается. Между тем, одна деталь превращает этот суд в пустышку. Судебная система состоит из одной-единственной инстанции. Процедура второй инстанции не прописана. Второй и третьей инстанций, предусмотренных Уставом 2000 года — общецерковный суд и суд Архиерейского собора, — не существует. Уже накоплены прецеденты судебных преступлений. Но церковная власть уклоняется от их рассмотрения. Процессуальные нарушения и неправосудные приговоры невозможно никак обжаловать.

— Может быть, церковное руководство считает, что это первый этап, пусть сначала заработает суд первой инстанции, а потом, постепенно…

— Но получается, что обвиняемый всегда виновен. Он лишён права на защиту, ему некуда подать апелляцию. И невинно осуждённые вынуждены будут ждать, когда-то церковное правосудие созреет до второго этапа. В гражданский суд Устав РПЦ запрещает обращаться. Обращаться в патриархию бесполезно. За 50 лет служения в Церкви я много раз обращался, и ни разу не получил ответа. С таким же успехом можно обращаться в могилу.

— А есть ли шанс, что церковный суд всевластие епископа все-таки чуть-чуть ограничит?

— Ни в коем случае. Церковный суд прикрывает и узаконивает произвол епископа. Судьи зависимы. Первых трех лиц суда назначает сам архиерей, остальных выбирают по его представлению. Как это происходит? Сидят, скажем, двести священников Псковской епархии, и архиерей говорит: «Я думаю, отец Петр будет хорошим судьей. Все согласны?» — Молчание. «Кто против?» — Молчание. «Кто воздержался?» — Молчание. «Отец Петр избран единогласно».

Далее: избранные судьи никем не утверждаются. Архиерей не дает им на руки документ, подтверждающий их статус, и может в любой момент немотивированно сместить судью. Не понравилось решение судьи — пошел вон! На его место сядет другой. На Поместном соборе 1917 года было решено, что чиновникам епархиального уровня документ о статусе выдает Высший церковный совет. Архиерей не мог по капризу заменить избранного. Теперь архиерей не обращается к высшей церковной власти: сам снимает и назначает кого захочет. Клирики это понимают и подстраиваются к желаниям архиерея, а не к требованию совести и канонов. Очень часто архиерей игнорирует Устав и действует произвольно. Например, наш приходской совет обратился к архиерею с ходатайством. Архиерей ответил: «Приходской совет собрался без моего благословения, на нем не присутствовал благочинный, поэтому решения совета не имеют законной силы». Ему отвечают: Устав не требует брать благословение епископа и приглашать благочинного. Для обсуждения текущих проблем совет собирается по мере надобности. Архиерей промолчал, но ходатайство по существу не рассмотрел.

— То есть вникай — не вникай, толку никакого.

— Ну конечно. Традиции и каноны имеют вторичное значение. Все определяет архиерей: «Делай, что я сказал».

— А как сами епископы относятся к идее церковного суда? Она их как-то вдохновляет, или они считают, что от него одна морока?

— Архиереи со мной эту проблему не обсуждали — круговая порука, что поделаешь.

— Но Временное положение, как я понимаю, уже действует. И в июне, возможно, станет постоянным.

— Да, церковный суд получил процедуру. Епископы возбуждают дела против клириков и выносят решения, которые, кстати, на руки священникам не дают. Дают «уведомление о решении» или «выписку из решения». Это все равно как осуждённого за убийство ознакомить с результативной частью приговора: «осужден по статье 105 УК на 15 лет». Так в Латвии осудили священника Яниса Калниньша (ЛПЦ МП — «ЕЖ»): в суд не пригласили, протокола судебного заседания нет, решения суда нет. Есть выписка из решения: «Лишен сана». Было утверждено решение, как положено, митрополитом Латвии или нет, неизвестно. Утверждено оно патриархом, что необходимо, когда речь идет о лишении сана, опять же не знаем. Сан снят — и все. В чем заключалось правонарушение? В ЛПЦ объясняют, якобы нарушил тайну исповеди. Когда? Чью? Кто об этом свидетельствует, кто обратился в суд, на каком основании — ничего не известно. За канонические нарушения подлежит лишению сана митрополит Александр, а лишен служения прот. Янис.

— А как обстоят ваши дела?

— Меня преследуют за верность догматическому смыслу соборности и решениям Собора 1917-1918 гг. Вот обвинение, предъявленное Епархиальным советом 25.12.07: "Протоиерей Павел Адельгейм занимается трактовкой православного догматического вероучения". За это у меня отнимают сначала один храм, затем другой. Сняв с настоятельской должности, фактически отнимают третий — храм Жен-мироносиц. Митрополит Евсевий исповедует абсолютизм архиерейской власти, господство епископа над Церковью, географическое понимание соборности, ему нужно раболепие клириков. Отнимая храмы и школу, уничтожая приют, епископ демонстрирует торжество силы над милостью и справедливостью. Новый настоятель храма Жен-мироносиц пока выделяет деньги на школу, чтобы дети могли закончить учебный год, и обещает золотые горы. Но мы видим, в каком положении находится епархиальное духовное училище — образование и содержание там оставляют желать лучшего, хотя училище финансировал католический фонд. Классическая гимназия, которую формально опекал архиерей, закрылась. Архиерей обещал её сохранить, но не сохранил. Дело ведь не только в деньгах. Очень важны атмосфера и дух школы. Мы с директором школы, который тоже носит ненавистную фамилию Адельгейм (сын отца Павла — «ЕЖ»), вели 10 церковных дисциплин. Теперь я отстранен от школы по должности. Директору либо надо менять фамилию, либо — самого директора. Так что церковных дисциплин в школе, скорее всего, не будет. Оказалась ненужной приходская библиотека. На это помещение претендует церковная лавка. Далее следуют рассуждения: из пяти музыкальных педагогов можно оставить одного и музыкальные дисциплины свернуть. Учителя 14-15 разряда — слишком дорого, дешевле заменить их девочками 7-го разряда. Расходы, конечно, сократятся. Но кому нужна церковная школа без церковных и музыкальных дисциплин? Кто хочет учить даром, будет учить «даром». Так и церковный суд не нужен без правосудия.

— Правовое сознание в нашем обществе вообще очень низкое, и система судопроизводства далека от совершенства, светский суд ведь тоже не независим, так что это наша общая беда.

— Светские судьи хотя бы имеют юридическое образование. Допуская нарушения, они, тем не менее, оглядываются на закон. А церковным судьям все позволено. Им не писаны ни Устав, ни каноны, ни «Положение». Осуждение Яниса Калниньша нарушило 35 из 37 Положений о церковном суде. Обжаловать некому и некуда. Это даже не беззаконие, а без-образие, то есть потерян образ правосудия. Оговорюсь, что я сужу только по двум церковным судам: псковскому и латвийскому. Но, думаю, и в других судах картина не лучше. В последние годы появился термин «басманный суд», то есть прикормленный властью. Судя по всему, церковный суд принимает его за образец правосудия.

Беседовала Светлана Солодовник

"Ежедневный журнал"

11.10.2016, 09:12

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8283
6 АВГУСТА 2008 г.
От общества «Мемориал»

UPIНам выпала завидная и нелегкая участь — быть современниками Александра Солженицына. Огромный литературный талант, многообразие форм, в которых этот дар реализовывался, единство биографии и творчества — все это делает Солженицына одной из самых ярких фигур в русской и мировой культуре ХХ века.

Обычно масштаб личности и таланта художника и мыслителя осознается не сразу, иногда — спустя десятилетия. Мы лишь сейчас начинаем понимать, что жили в одно время и на одной земле с Варламом Шаламовым и Василием Гроссманом. С Солженицыным было по-другому: в то ноябрьское утро 1962 года, когда читающая Россия впервые открыла одиннадцатую книжку «Нового мира», всем стало ясно, что начался новый этап в русской литературе.

В 1967, в письме к Съезду советских писателей, читающей публике открылся новый Солженицын: блестящий политический публицист, бескомпромиссный борец за гражданские свободы, прежде всего — за свободу мысли и слова. Правозащитники считали Солженицына своим; в течение нескольких лет в стране и в мире его рассматривали как диссидента № 1. Но Солженицын не был только диссидентом: он умел совместить в себе политического борца с режимом и человека, мечтающего о прекращении двухвекового противостояния правительства и общества, о Великом Примирении российской власти и российской интеллигенции.

С середины 1970-х, своим «Письмом вождям Советского Союза», несколькими эссе, опубликованными в собранном им и его единомышленниками сборнике «Из-под глыб», статьями, написанными в изгнании, Солженицын заявляет о себе как об оригинальном и сильном политическом мыслителе. Его суровая критика механизмов современной демократии, секуляризации западного общества, других основ современной европейской цивилизации создали ему устойчивую репутацию «антизападника» и даже националиста. Но Солженицын, подобно его предшественнику Достоевскому, не вписывается в рамки этих определений. Его поиски «особого пути» для России были не чем иным, как искренней попыткой соединить то, что он считал русскими национальными ценностями, с христианской культурой Европы, продолжением духовных поисков российских религиозных философов конца XIX — начала XX века.

Ни мы, да и никто другой, не можем претендовать на то, чтобы сегодня, сейчас оценить значение интеллектуального наследия Солженицына-мыслителя. Об историософских взглядах, политической философии и публицистике Солженицына будут спорить еще много десятилетий. А может быть, эти дискуссии, подобно спорам вокруг Достоевского и Толстого, будут длиться всегда — по крайней мере, до тех пор, пока существует как социально-культурное явление сама российская интеллигенция. Однако — независимо от отношения современников и потомков к общественно-политическим позициям Александра Исаевича — та невероятная энергия, та яростная убежденность и тот литературный блеск, с которыми Солженицын формулировал и отстаивал свои взгляды, сами по себе делают его публицистику выдающимся явлением культуры.

Для нас, для Международного общества «Мемориал», огромное значение имеет труд Солженицына «Архипелаг ГУЛаг». В этом, по определению автора, «опыте художественного исследования» ему удалось совместить два ранее разделенных потока памяти о государственном терроре: непосредственный личный опыт свидетелей и жертв крупнейшей национальной катастрофы столетия и попытки критического осмысления известных и вновь открывшихся исторических фактов. Основным итогом этой работы стало даже не столько новое знание о терроре, сколько обретение целостности исторического понимания. По существу «Архипелаг ГУЛаг» — это титаническая попытка создать новое национальное историческое сознание, альтернативное лживой, полной умолчаний и фальсификаций официальной версии советской истории.

На многие годы вперед, вплоть до последних лет перестройки, «Архипелаг ГУЛаг» стал одним из наиболее востребованных и наиболее преследуемых текстов самиздата. Его изымали на обысках, за его чтение или хранение выгоняли с работы и отчисляли из вузов, за его распространение и размножение арестовывали и судили. Однако, несмотря на это, экземпляры зарубежных изданий тайно ввозились в СССР, а здесь книгу в сотнях экземпляров печатали фотоспособом, копировали на множительных аппаратах и перепечатывали на пишущих машинках.

На Западе «Архипелаг ГУЛаг» также произвел ошеломляющее впечатление как неопровержимое по достоверности свидетельство цены и итогов коммунистического эксперимента. Канцелярская аббревиатура названия «Главное Управление лагерей» стала метафорой, и слово «Гулаг» вошло во все словари мира как одно из обозначений понятия «гуманитарная катастрофа политического происхождения и национального или глобального масштаба».

С «Архипелага ГУЛаг» начинается новый этап в осмыслении отечественной истории ХХ века. Необходимость работы с прошлым во имя будущего стала очевидной для многих людей. Сначала такие люди насчитывались десятками, потом их стали сотни и тысячи. Попытки независимых исторических исследований в 1970-е, широкое общественное движение конца 1980-х, мемориальская работа, начавшаяся в 1990-е и продолжающаяся по сей день, — отправной точкой для всего этого был грандиозный «опыт художественного исследования», осуществленного Александром Солженицыным.

Теперь многие начнут говорить о «конце эпохи Солженицына». Мы категорически с этим не согласны. «Эпоха Солженицына», эпоха восстановления исторической памяти, не кончается с его уходом.

Москва, 4 августа 2008 г.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:11

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8297
11 АВГУСТА 2008 г.

Военная авантюра президента Грузии Михаила Саакашвили в Южной Осетии стала возможной в результате многолетней бездарной и лицемерной политики российского руководства на Кавказе в целом и в отношении Грузии в частности. Политики, которая не базируется на принципах международного права, не служит истинным интересам российского народа и ни в какой мере не может послужить делу разрешения национально-территориальных конфликтов в этом регионе.

Оказание на протяжении многих лет политической и материальной поддержки полукриминальным сепаратистским режимам, предоставление в массовом порядке российского гражданства жителям Южной Осетии и Абхазии, публичное использование уничижительной имперской риторики в отношении официального Тбилиси, циничное разжигание антигрузинской истерии внутри России — все эти сомнительные или полностью неприемлемые меры Кремль сочетал с отсутствием осмысленной и аргументированной стратегии в регионе. Надолго застывшие в состоянии послевоенной анархии, подпитываемые из Москвы, непризнанные республики стали естественным объектом агрессивной политики Тбилиси — а между тем Россия на словах никогда не ставила под сомнение территориальную целостность Грузии, что только подстегивало тамошних «ястребов». Надо заметить, что примеры относительно успешного отстаивания своих позиций в территориальных спорах исключают какие-либо двусмысленности: Армения никогда не признавала Нагорный Карабах частью Азербайджана, а Израиль последовательно считает Голанские высоты своей территорией. Впрочем, в этих странах правительства опираются на широкую общественную поддержку и подотчетны собственным народам. Напротив, режим Путина–Медведева принимает свои, мягко говоря, нестандартные внешнеполитические решения сугубо волюнтаристским способом: по мановению властной руки Кремль списывает многомиллиардные долги отнюдь не бедным Ираку, Алжиру и Ливии, отдает часть собственной территории Китаю, приобретает более чем сомнительных друзей в отдаленных частях света и настойчиво ищет врагов в соседних государствах, с которыми Россия связана и исторически, и духовно. В результате наше государство оказалось в кольце недружественных нам стран, а с одной из них — в состоянии открытого военного конфликта.

Концентрироваться сегодня только на критике Саакашвили — близоруко. Требовать немедленного прекращения военных действий и начала переговоров — верно, но недостаточно. Если мы хотим исключить риск повторения подобных трагических ситуаций в будущем, российская власть должна нести перед гражданами ответственность за свои действия. Для начала президенту и премьер-министру следовало бы объяснить, почему государство десятками тысяч раздает российские паспорта на территории соседней страны, с которой у нас поддерживаются нормальные дипломатические отношения? Почему ключевые посты в правительствах и силовых ведомствах Южной Осетии занимают кадровые российские чиновники и военные? Почему после атаки превосходящих сил противника на российских миротворцев в Цхинвали официальные лица несколько часов находятся в состоянии ступора и не спешат с оказанием военной помощи? Чего хочет добиться Кремль эскалацией конфликта с Грузией и расширением театра военных действий?

Невозможно представить, что Путин или Медведев снизойдут до подобных разъяснений: это полностью противоречит системе взаимоотношений власти с гражданами в России. Однако граждане должны научиться ставить перед властью такие вопросы, иначе безответственные правители раз за разом будут совершать ошибки, расплачиваться за которые придется безропотным «подданным». Причем самой дорогой ценой — ценой человеческих жизней.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:12

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18573
30 ОКТЯБРЯ 2008 г.
29 октября 2008 года на Лубянке у Соловецкого камня прошла организованная обществом «Мемориал» акция «Возвращение имен». За 12 часов, с 10 утра до 10 вечера, были прочитаны имена трех с половиной тысяч человек, расстрелянных по политическим обвинениям в Москве в 1938 году.

Конечно, это лишь небольшая часть общего числа расстрелянных в Москве в 1938 году, и совсем крошечная — от общего списка жертв коммунистического террора. До составления этого общего списка еще очень далеко.

Но то, что удалось собрать к сегодняшнему дню, с 30 октября доступно на сайте общества «Мемориал» по адресу lists.memo.ru.

Представленные списки насчитывают около 2 700 000 имен с краткими биографическими справками — это дополненная текстовая версия базы данных «Жертвы политического террора в СССР», изданной в прошлом году на CD.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:15

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8364
1 СЕНТЯБРЯ 2008 г.

Заявление демократических политиков и общественных деятелей.

Российское руководство совершило непростительную ошибку, объявив об одностороннем признании независимости Абхазии и Южной Осетии. Подобное решение приведет к дальнейшей эскалации напряженности на Кавказе и в мире в целом, резкому ухудшению международных позиций России, а также к издержкам для всех вовлеченных в конфликт народов.

Во-первых, объявление о «независимости» Абхазии и Южной Осетии лицемерно, поскольку эти территории заняты российскими войсками, а их политическое руководство находится в полном подчинении Москвы. В таких условиях вести речь о реальной независимости, подкрепленной гарантиями национального суверенитета, не приходится – правильнее вести речь о российской аннексии этих территорий.

Во-вторых, данный шаг не приближает, а отдаляет реальное определение статуса Абхазии и Южной Осетии. Как показывает пример Косово, одностороннее объявление о независимости не обеспечило Косово широкого международного признания. «Независимость» Абхазии и Южной Осетии не будет признана никем, кроме России, и, возможно, пары-тройки маргинальных диктаторских режимов. Таким образом, абхазский и югоосетинский народы обречены на многолетнее прозябание без реального международно-правового статуса. После долгих лет изоляции им, вероятно, придется вернуться к переговорам о воссоединении с Грузией, как это произошло с Турецкой Республикой Северного Кипра, не признанной никем, кроме Турции.

В-третьих, нанесен мощный удар по международному праву. Бомбардировки Грузии и одностороннее признание «независимости» Абхазии и Южной Осетии показали, чего на деле стоят разглагольствования российского руководства о международном праве, критика американского вторжения в Ирак или одностороннего признания независимости Косово. Российские правители показали свое истинное лицо, показали, что на деле они сами не уважают международное право, в том числе свои собственные обязательства (в частности, резолюцию Совета Безопасности ООН от 15 апреля 2008 года №1808, в которой Россия еще раз подтвердила признание территориальной целостности Грузии), используя критику войны в Ираке или признание Западом Косово лишь как предлог для проведения антизападной внешней политики.

В результате предпринятых шагов российское руководство утратило моральные основания для критики действий других стран, нарушающих международное право.

В-четвертых, Россия нанесла тяжелый удар по своим отношениям с другими странами. Вместо мер по восстановлению диалога и укреплению взаимного доверия со странами Запада нас ждет скатывание в конфронтацию с неясными и, вероятно, тяжелыми последствиями для России. Неприкрытое желание Москвы откалывать куски территорий соседних государств неизбежно спровоцирует рост недоверия к России среди тех постсоветских стран, где уже существуют или возможны сепаратистские проявления. Вероятно ускоренное вступление в НАТО Грузии, Украины, а в перспективе, возможно, и других стран (в первую очередь Азербайджана).

В-пятых, надолго усугублен очаг напряженности вокруг конфликтов в Абхазии и Южной Осетии. Кремль одним махом исключил дипломатические средства из числа способов решения проблемы территориальной целостности Грузии – теперь Грузия может ссылаться на международно-правовые основания для поиска дополнительных средств для защиты своего суверенитета. Не исключено, что для этого она попытается прибегнуть к военной помощи других стран. Россия в будущем рискует оказаться втянутой в новые войны.

Сегодня, во избежание развития событий по наихудшему сценарию, необходимо:
— обеспечить возвращение России в международно-правовое поле и неукоснительное соблюдение мирных договоренностей, достигнутых 12 августа 2008 года в Москве при участии президента Франции Н.Саркози (в том числе вывод российских войск с территории Грузии в соответствии с условиями данных мирных соглашений);

— прекратить провокации и воспрепятствование дипломатическому процессу и переговорам между Грузией, Абхазией и Южной Осетией о мирном поиске путей урегулирования проблемы непризнанных территорий.

Члены координационной группы по созыву общероссийского съезда демократических сил:

Д.Билунов, исполнительный директор Объединенного гражданского фронта

И. Ермоленко, председатель самарского РО партии “Яблоко”

Г.Каспаров, председатель Объединенного гражданского фронта

О.Курносова, председатель Петербургского отделения Объединенного гражданского фронта

В.Милов, политик

Б.Немцов, политик

М.Резник, председатель Петербургского отделения партии «Яблоко»

А.Рыклин, журналист, политик

Л.Пономарев, исполнительный директор движения «За права человека»

Ю.Самодуров, сопредседатель Всероссийского гражданского конгресса

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:16

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18534
7 ОКТЯБРЯ 2008 г.

В Москве в Новопушкинском сквере 7 октября прошел митинг памяти Анны Политковской, убитой ровно два года назад.

Почтить память журналистки пришли около 300 человек. Участники митинга держали плакаты с лозунгами «Убийц и их покровителей - к ответу!», «Не стреляй!», «Свободу слову, а не убийцам», «Требуем открытого суда над убийцами».

Ведущий митинга, президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов прочитал обращения к участникам от журналистских организаций Франции, Италии, Белоруссии, Румынии, Японии, Словакии, Швеции, Финляндии, Кипра, Великобритании и Ирландии.

На митинге выступали главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, Борис Немцов, Гарри Каспаров, Михаил Касьянов, Виктор Шендерович, первый заместитель главного редактора «Эхо Москвы» Сергей Бунтман. Выступил и Леонид Гозман, и.о. председателя партии «Союз Правых Сил», политсовет которой на прошлой неделе объявил о готовности слиться с Демократической партией России и «Гражданской силой». Во время его речи все остальные выступавшие ушли с трибуны.

Акция памяти Политковской проходит 7 октября и в Екатеринбурге. Схожее мероприятие планируется в Петербурге, однако здесь не обошлось без скандала: местные власти предложили участникам вместо Троицкой площади, где будут проводиться «работы по благоустройству» парк имени 50-летия Октября на проспекте Металлистов. Между тем, в комитете по благоустройству и дорожному хозяйству Смольного сообщили, что никакие работы на Троицкой площади не запланированы. Участники собираются прийти на Троицкую площадь несмотря на препятствия со стороны властей.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:17

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8479
13 ОКТЯБРЯ 2008 г.

ЕЖ

Политическая ситуация в России

События августа-сентября 2008 г. — война с Грузией и последующие действия российских властей, направленные на эскалацию внутриполитической и внешнеполитической напряженности, — во многом расставили точки над «i» в вопросе о возможности наступления в России «политической оттепели», «либерализации сверху». Иллюзии о возможности такой либерализации развеяны. Стало очевидным: мы имеем дело с безответственным и агрессивным политическим режимом, способным на непредсказуемые, авантюристические, неадекватные действия. Режимом, игнорирующим стратегические интересы России и российского народа, грубо попирающим и без того эфемерные конституционные нормы, толкающим нашу страну к конфронтации с внешним миром, которая обернется для нашей страны огромными издержками.

С момента формальной смены президента Российской Федерации в мае 2008 г. властью не было предпринято никаких шагов, способных доказать ее намерения, направленные на демократизацию общественно-политической системы страны. Напротив, получены новые сигналы об эскалации произвола авторитарного режима в отношении собственного народа — усиление цензуры в СМИ, безапелляционное снятие оппозиционных партий с региональных выборов, убийство представителями власти средь бела дня выстрелом в упор известного ингушского оппозиционного журналиста Магомеда Евлоева, отказ в условно-досрочном освобождении Михаила Ходорковского.

Дальнейшие надежды на добровольные шаги путинского режима по либерализации общественно-политической обстановки в стране потеряли смысл. Россияне, желающие скорейшей демократизации своей страны, больше не могут позволить себе ждать от власти хороших новостей.

Официальная политическая система не дает россиянам шанса быть услышанными и добиться адекватного представительства своих интересов. Последние события показывают, что сформированный по итогам несправедливых и нечестных избирательных процедур «парламент» не в состоянии представлять интересы граждан страны, являясь лишь послушным инструментом в руках исполнительной власти.

Отсутствие политических и гражданских свобод ведет к грубым ошибкам, совершаемым властью с участившейся регулярностью. Война, серьезные трудности в экономике, резкое ухудшение отношений с большинством стран мира — все это уже в ближайшее время способно привести к значительному снижению качества жизни людей в нашей стране.

Для предотвращения этого россияне должны вернуть себе возможность влиять на внутреннюю и внешнюю политику страны через нормальные демократические институты и процедуры. Сегодня официальная политическая система таких возможностей гражданам России не предоставляет.

Это означает, что для политических сил демократической ориентации, добивающихся восстановления в России попранных гражданских прав и свобод, законности, демократии, основной стратегической целью является смена политического режима.

Демократическая оппозиция

Российская демократическая оппозиция — реальная политическая альтернатива тупиковому курсу, навязываемому стране действующей властью. Российская демократическая оппозиция видит своей основной стратегической целью переход государства и общества к демократическим и правовым институтам власти.

Несмотря на значительные трудности внутреннего и внешнего характера, демократическая оппозиция в России жива и продолжает действовать. Прошедшая в Санкт-Петербурге 5 апреля 2008 года объединительная конференция демократических сил и последующее развитие диалога между демократами показывают, что сближение позиций и объединение усилий российских демократов в борьбе за возвращение прав и свобод россиян возможны.

Демократические движения и партии обладают наибольшим среди всех политических сил невыбранным потенциалом гражданской поддержки. Опросы общественного мнения показывают, что даже сегодня, в условиях тотальной цензуры, к последовательным сторонникам демократических, европейских ценностей можно отнести не менее 20-30% россиян, обладающих избирательным правом. В числе этих граждан — наиболее активные члены общества.

Задача завоевания доверия и авторитета у граждан.

До настоящего момента ни одна из существующих демократических партий и организаций не смогла поодиночке даже приблизиться к решению этой задачи и не имеет таких перспектив. Недостаток внимания к значимым для значительной части общества социально-экономическим проблемам, а также разногласия между политическими силами демократической направленности снижают доверие граждан к демократам. Оттенки политических позиций отдельных партий и организаций сами по себе не в состоянии привлечь широкую поддержку — людям неинтересно разбираться в тонкостях различия позиций между демократами.

Раздельное существование различных демократических сил бесперспективно. Необходима консолидация на базе широкой объединительной политической платформы.

Осознание этого факта легло в основу процесса объединения российских демократических сил, инициированного весной 2008 года. Процесс консолидации и координации действий развивается. На общероссийском Съезде демократических сил, запланированном на декабрь 2008 года, должно быть принято решение о создании общероссийского Объединенного демократического движения (ОДД).

Отдельные представители демократического лагеря продолжают занимать скептическую позицию по поводу консолидации российских демократов. Спектр их аргументов широк — от выжидательной позиции и утверждений, что «все делается неправильно», до отстаивания собственной «политической идентичности» до конца или расчета на некие позиции в официальной политической системе.

Такая позиция в сегодняшних условиях не может быть признана оправдывающей ожидания демократически настроенных россиян. Условия для участия демократической оппозиции в федеральных выборах в рамках путинского политического режима полностью отсутствуют. Как показали «выборные процедуры» 2007 года, зарегистрированные оппозиционные партии не имеют шанса пройти в федеральный парламент из-за массированного полицейского прессинга, цензуры, неравенства условий ведения избирательной кампании, массовых фальсификаций. Незарегистрированные оппозиционные политические организации не имеют шанса получить официальную регистрацию. Даже зарегистрированным политическим партиям угрожают различные формы разгрома.

В рамках управляемой Кремлем политической системы у демократов на федеральном уровне нет возможности честно конкурировать с другими политическими силами в официальном политическом пространстве. Более того — участие в контролируемых «выборных процедурах» противоречит демократическим принципам и дискредитирует демократических политиков в глазах нынешних и потенциальных сторонников.

Для решения тактических и стратегических задач по демократизации российского политического пространства российским демократам необходимо преодолеть разногласия, консолидироваться, установить доверие к своим целям и деятельности у широких слоёв населения. Только таким образом можно обеспечить демократическим идеям более широкую общественную поддержку, чем сегодня.

По оценкам исследований общественного мнения, совокупное число граждан, готовых поддержать объединенную демократическую организацию, выше, чем число людей, поддерживающих существующие партии и организации. Консолидация демократов не является самоцелью, «объединением ради объединения», как утверждают отдельные политики. Консолидация — эффективное средство увеличения массовости поддержки демократических сил российскими гражданами. Это единственный путь к решению стратегической цели российских демократов.

Цели и задачи Объединенного демократического движения «Солидарность»

Объединенное демократическое движение «Солидарность» (далее ОДД, Движение) создается как постоянно действующий механизм координации действий различных демократических сил России. Для придания процессу координации действий необходимой гибкости и во избежание отталкивания отдельных участников Движения через навязывание им жестких организационных конструкций ОДД на первом этапе создается в виде движения без образования юридического лица. ОДД будет иметь сеть региональных отделений, формирование которых начнется в ходе проведения демократических конференций осенью 2008 года.

Тем не менее, стратегическая цель Движения — преобразование в единую политическую партию. После того как ОДД завоюет массовую поддержку и авторитет, нашей целью будет формирование на его базе мощной демократической политической партии, участвующей в выборах и претендующей на участие в формировании правительства парламентского большинства для обеспечения реализации программных установок Движения.

Однако преобразование в партию, и тем более участие в свободных и честных выборах, нереализуемо в нынешних политических условиях. Поэтому данные задачи рассматриваются как задачи будущего.

Главная задача ОДД на данном этапе — расширение числа сторонников демократических сил и организация массовых гражданских акций и кампаний для осуществления давления на власти с целью понуждения их к реальным шагам по демократизации страны.

Условия для этого будут расширяться. Во-первых, объединение усилий демократов и формирование политической организации, включающей в себя наибольшее число авторитетных демократических политиков страны, должно стать фактором роста интереса граждан к демократическому движению. Во-вторых, популярность существующей власти неизбежно пойдет на спад из-за нарастающих проблем страны, прежде всего проблем в экономической сфере, вызванных провалами в деятельности правящего режима, некомпетентностью его экономической политики.

Демократы обязаны эффективно использовать открывающиеся «окна возможностей» для разъяснения гражданам, введенным в заблуждение официальной пропагандой, истинного положения дел в стране и провалов в деятельности власти.

Действия ОДД

Главные задачи ОДД на данном этапе — преодоление разочарования, скептицизма и увеличение числа сторонников демократических сил, улучшение имиджа демократов в глазах избирателей, демонстрация властям достаточно высокого уровня поддержки демократических сил обществом. Все это должно способствовать усилению гражданского давления на власти с целью понудить их пойти на решение политических, социальных, экономических проблем, значимых для различных групп населения, и на демократизацию страны. Шаг за шагом поэтапное отвоевывание позиций у правящего режима — непременное условие для прихода к власти демократической оппозиции, гарантия ненасильственной и бескровной смены режима.

Задача ОДД — обеспечение последовательного роста рейтинга поддержки объединенной демократической оппозиции населением в соответствии с данными опросов общественного мнения до устойчивого уровня в 10%, а впоследствии — 20%, 30% и выше. Будучи способными мобилизовать поддержку такого количества граждан, российские демократы обеспечат себе достаточный политический вес для того, чтобы начать процесс выдавливания правящего режима из политического пространства Российской Федерации, в формировании которого ОДД должно принять самое активное участие.

Для этого ОДД развернет на всей территории страны непрерывную агитационно-просветительскую кампанию, разъясняющую гражданам провалы в политике действующей власти и необходимость демократизации страны. Целями кампании должны стать формирование среди потенциальных сторонников имиджа ОДД как дееспособной, профессиональной коалиции политиков.

Эффективными формами политического давления на власти будут:

1. Хорошо подготовленные массовые уличные акции. Необходимо учитывать предыдущий опыт проведения массовых акций, на данном этапе более тщательно подходя к их организации. Лучше проводить меньше акций, но более массового порядка. Необходимо каждый раз тщательно продумывать месседж акции, достаточно полно распространять информацию о ней, иметь обратную связь. Необходимо заранее рассылать потенциальным сторонникам личные приглашения принять участие в будущих акциях. Требованиями, выдвигаемыми на массовых акциях, должны быть согласованные в рамках ОДД конкретные требования-лозунги (5-7 ёмких лозунгов) по демократизации страны и решению значимых для широких слоёв и различных групп населения социально-экономических проблем.

2. Периодическая печать и интернет-ресурсы. Необходима организация выпуска собственных периодических изданий с сильной аналитикой и публицистикой — в частности, ОДД должно выпускать свой информационный бюллетень с периодичностью для начала раз в месяц, распространяемый в регионах. Необходимо представить в интернете всю проблематику деятельности Движения по политическим, экономическим, социальным, культурным направлениям.

3. Акции по сбору подписей. Необходимо организовать массовый сбор подписей граждан в поддержку требований о демократизации страны и решению значимых для широких слоёв населения социально-экономических проблем.

4. Публичные кампании, рассчитанные на неопределенный круг сторонников. По важнейшим вопросам жизни страны необходимо организовать массовые длящиеся публичные кампании, целью которых станут: лучшее информирование граждан об отдельных аспектах российской действительности, скрываемых властями, мобилизация сторонников и достижение конкретных политических и социально-экономических целей. Например, в число таких кампаний могут войти:

кампания за возврат свободных и честных выборов;
кампания за освобождение политических заключенных;
кампания за отставку Правительства Российской Федерации как не справляющегося со своими обязанностями по решению важнейших социально-экономических проблем страны (прежде всего, роста цен);
кампания за отставку нынешнего состава ЦИК как не обеспечивающей свободные и честные выборы.

5. Культурные проекты. Для того чтобы постоянно расширять круг сторонников ОДД и вовлекать тех, кто изначально не очень интересовался политикой, необходимы различные культурные проекты с острым социально-политическим содержанием: театральные, литературные, музыкальные, кинематографические, выставочные, а также присуждение премий журналистам и т.п. Начальный потенциал для такого рода проектов уже накоплен — в этом ОДД будут оказывать содействие наши сторонники в творческой среде, работу над расширением круга которых необходимо вести отдельно.

6. Гражданские проекты. Активное взаимодействие и помощь различным инициативным гражданским протестным группам — экспертное, ресурсное содействие и т.д.

Опираясь на активистов гражданских организаций, социальных и протестных групп, ОДД будет участвовать в акциях, инициированных гражданскими структурами и направленных на защиту конкретных прав и законных интересов граждан. Потенциал взаимодействия с гражданскими организациями, социальными и протестными группами должен быть использован для проведения целого ряда общенациональных кампаний, прежде всего кампаний по ситуации в правоохранительных органах, пенитенциарной системе, в области здравоохранения, образования, ЖКХ, кризису в пенсионной системе, защите прав военнослужащих и переходу к профессиональной армии.
7. ОДД также будет координировать процесс участия демократических политиков в выборах регионального и местного уровня, содействуя определению единых демократических кандидатов и проведению скоординированных предвыборных кампаний.

Участие ОДД в федеральных выборах будет возможным только в случае создания условий для проведения по-настоящему свободных и честных выборов, включая беспрепятственный допуск ОДД и других политических сил к избирательной кампании, обеспечение свободного и равноправного доступа оппозиции к СМИ и т.д. До тех пор, пока такого рода условия в России не будут созданы, ОДД намерено бойкотировать выборные процедуры на федеральном уровне.

В качестве ближайших шагов ОДД планирует сформировать банк данных своих сторонников и принять план политических действий на 2009 год, включающий, кроме всего прочего, порядок координации участия в региональных и местных выборах, план просветительской кампании, план протестных акций.

Принципы взаимодействия ОДД с другими политическими силами

Существуют 3 группы политических сил, по отношению к которым ОДД необходимо выработать четкую позицию: (1) демократические силы, не входящие в ОДД; (2) политические силы левой и националистической ориентации; и (3) власть и различные ее политические сателлиты. Позиция ОДД по отношению к этим политическим силам на данном этапе является следующей.

1. Демократические силы, не входящие в ОДД. ОДД намерено вести постоянный диалог с теми из демократических сил, которые не позволяют себе сознательно работать на раскол демократического движения, выражают готовность вести с ОДД диалог о совместных действиях, тактике и стратегии. ОДД должно предоставить таким силам необходимое время для того, чтобы их члены могли лучше понять цели и задачи ОДД, перспективность сотрудничества с движением, для поиска наилучшего формата такого сотрудничества.

Вместе с тем, ОДД должно противодействовать тем марионеточным псевдодемократическим партиям и движениям, чья деятельность способствует реализации кремлевской политической повестки дня.

ОДД будет напрямую обращаться к сторонникам этих сил и вести эффективную разъяснительную кампанию среди них, направленную на демонстрацию того, что политический изоляционизм и нападки на коллег по демократическому лагерю вредят общему делу развития демократии в России, содействуют укоренению в нашей стране авторитарной модели развития.

2. Политические силы левой и националистической ориентации. По вопросу взаимодействия с левыми и националистическими силами внутри ОДД пока наблюдается определенное разделение взглядов. Часть действующих и потенциальных сторонников ОДД выступают (с большей или меньшей степенью категоричности) против сотрудничества с левыми и националистическими силами, подозревая их в намерениях через борьбу с действующим режимом осуществить в России альтернативные формы авторитарной реставрации. Другая часть сторонников ОДД указывает на то, что сил демократов недостаточно для формирования среди граждан России достаточного числа сторонников кардинальных изменений сложившейся общественно-политической системы, а так же на то, что «втягивание» левых и националистических сил в орбиту цивилизованного политического процесса имеет свои очевидно позитивные стороны.

В это же время в условиях отсутствия конкурентного политического поля существуют вопросы, по которым ОДД готово вступать в диалог с теми политическими организациями левого и националистического толка, которые, во-первых, разделяют наше неприятие путинского режима, во-вторых, отказываются от насилия как инструмента политической борьбы и, в-третьих, согласны с демократической моделью модернизации российской политической системы.

Вопросы диалога и тактического взаимодействия Движения с левыми и националистическими силами будут рассматриваться в каждом отдельном случае, при этом по ряду вопросов уже сегодня очевидна возможность совместных действий с левыми и националистами (акции с требованием восстановления честных и свободных выборов, оспаривание действий власти в судах и т.д.).

3. Власть и ее политические сателлиты. Последние действия российского руководства окончательно подорвали иллюзии о возможности эффективного диалога с властью. Контакты ОДД с российскими властями и её политическими сателлитами будут возможными по вопросам:

получения участниками Движения согласований на проведение митингов и других массовых акций;

освобождения политических заключенных;

участия в региональных и муниципальных выборах демократических политиков, которых поддерживает ОДД;

условий начала открытого диалога с оппозицией о путях демократизации страны.

При этом со стороны ОДД не будут допускаться компромиссы по принципиальным вопросам приверженности восстановлению в стране демократии и полноценной политической конкуренции. ОДД не будет вести дискуссий о встраивании в действующую политическую систему или принятии отдельными членами ОДД предложений о занятии постов в структурах действующей власти.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:22

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18556
20 ОКТЯБРЯ 2008 г.
На острове Майорка (Испания) проведен обыск на вилле депутата Государственной Думы В.М. Резника.

Обыск проведен в рамках дела о тамбовской преступной группировке, изъяты мобильные телефоны, диски, драгоценности, произведения искусства.

Газета El Pais пишет, что в ближайшее время испанский суд может выдать ордер на арест депутата. По сведениям газеты, его обвиняют в связях с руководителями тамбовской группировки, в частности, с уже арестованным в Испании предпринимателем Геннадием Петровым.

Между тем, согласно официальной декларации об имуществе за 2007 год, депутат Резник не владеет виллой в Испании. Однако сам депутат заявил, что вилла куплена в соответствии с испанскими и российскими законами и отражена в его имущественной декларации, а цель обысков ему неизвестна. Его адвокат уже подал жалобу.

Приводим эту справку, опубликованную в «Российской газете» в декабре 2007:

"В. Резник был пятым в региональном списке кандидатов в депутаты ГД от «ЕР» по городу Санкт-Петербургу. Возглавляли список Б. Грызлов и В. Матвиенко.

Декларация об имуществе кандидата в депутаты выглядела так :

Общий доход (за 2006 год) — 1.162.942.060 руб.

Недвижимое имущество : земельные участки – Ленинградская обл., 22.844.900 кв.м., Калужская обл. 3.685 баллогектаров, 6.700 баллогектаров, 3.685 баллогектаров, 1.340 баллогектаров, 9.380 баллогектаров, 335 баллогектаров, квартиры – Москва, 45 кв.м., иное недвижимое имущество – Санкт-Петербург, нежилые здания, 306,7 кв.м., 987,4 кв.м.

Транспортные средства : автомобиль Мерседес Бенц G55 AMG (2006 г.в.), Мерседес Бенц S65 (2005 г.в.), прицеп модель Юхта без марки (1999 г.в.)

Вклады в банках : КБ «Альба Альянс» — 569.166.776, 21 руб., АБ «Газпромбанк» — 177.982.458, 57 руб., КБ «Универсальные финансы» — 123.030.190, 67 руб., Сaja de Ahorros y Pensiones de Barselona, Испания – 21.446.149, 31 руб., UBS AG, Швейцария – 420.982.247,55 руб. Итого – 1.312.607.822, 31 руб.

Акции и иное участие в коммерческих организациях : ООО «Центр управления недвижимостью» — 50%, 000 «Голиам Рашн Девелопмент» — 50%, 000 «Эко-Вязьмлес» — 25%, ЗАО «РИФОМ» — 51, ЗАО «Демидов Керамика» — 50, ОАО Банк ВТБ – 867.571.908 руб., ОАО «Банк ВТБ «Северо-Запад» — 1.026.600 руб.

Резник Владислав Матусович, 1954 г.р., окончил ЛГУ.

Депутат ГД РФ, зам.руководителя фракции «ЕР», председатель Комитета ГД по финансовому рынку. Член Президиума Генерального Совета партии «ЕР»."

Председатели трех комитетов ГД и члены Генсовета «ЕР» В. Плескачевский, В. Плигин, Е. Федоров усмотрели в действиях испанского судьи политическую подоплеку, намерение скомпрометировать ГД : судья Б. Гарсон, давший санкцию на обыск виллы Резника известен действиями против Берлускони и Пиночета.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:23

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8496
25 ОКТЯБРЯ 2008 г.
flickr.com
Друзья, недавно Светлане Бахминой, юристу ЮКОСа, повторно отказали в условно-досрочном освобождении. Светлана отсидела четыре года в мордовской колонии, это больше половины срока, который она получила по 160 и 198 статьям УК РФ. Дома у нее остались два мальчика: семилетний Федя и одинадцатилетний Гриша. Сейчас Светлана беременна, на седьмом месяце. Обычно, даже наш, не всегда самый гуманный суд, в таких случаях соглашается на условно-досрочное освобождение или дает отсрочку исполнения приговора до достижения детьми совершеннолетия. В этот раз что-то сломалось. Разум, совесть, милосердие то ли натолкнулись на сакральность «дела ЮКОСА», то ли просто эти понятия — не частые гости в Зубово-Полянском суде Мордовии.

Мы можем посетовать, поругать «на кухне» бесчеловечную систему, просто пожать плечами и продолжить дальше жить, воспитывать детей, работать, развлекаться — жить с этим. А можем что-то сделать.

Давайте обратимся с письмом к президенту. Даже если вы не голосовали за Дмитрия Медведева — это президент нашей с вами cтраны и у него есть конституционное право помиловать Светлану.

Обращение к Президенту Российской Федерации

Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Мы просим Вас вмешаться в ситуацию, в которой оказалась бывший юрист ЮКОСа Светлана Бахмина, осужденная на шесть с половиной лет лишения свободы.

Ещё в мае закончилась половина срока, к которому приговорили Бахмину. А значит, у нее появилось право на условно-досрочное освобождение. В колонии согласны, что она его заслужила — об этом написано в её характеристике. Взыскания у неё были в самом начале срока и они погашены. Зато теперь есть поощрения. Недавно администрация колонии даже предоставила ей отпуск.

У Светланы двое сыновей — одному из них семь, другому — одинадцать. К тому же она беременна и в декабре ей рожать. Сейчас она лежит в тюремной больнице. Суд дважды отказал ей в условно-досрочном освобождении…

Дмитрий Анатольевич, мы понимаем, что Вы не можете оказывать давление на суд. Но у Вас есть записанное в Конституции России право на помилование.

Мы, подписавшиеся под этим письмом, просим Вас воспользоваться этим правом.

Вы совершенно правильно сказали недавно, что в нашей стране важны сигналы. Мы просим Вас, это очень важно, помилуйте Светлану, дайте сигнал нам, всей стране — «граждане России, чиновники, судьи: будьте милосердны, не забывайте за буквой закона человека»!

ПОДПИСАТЬ ОБРАЩЕНИЕ МОЖНО НА САЙТЕ WWW.BAKHMINA.RU

Фотография с сайта www.flickr.com

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:24

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8516
27 ОКТЯБРЯ 2008 г.
tapirr.livejournal.com

Союз «Либеральная Хартия» выражает принципиальное несогласие с мерами, принимаемыми российскими властями в условиях финансового кризиса, и формулирует принципы финансовой политики, которым должна следовать ответственная перед российскими гражданами власть.

1. Сегодняшний финансовый кризис в России имеет внешние и внутренние причины. Важнейшей внешней причиной этого кризиса является устройство мировой денежно-кредитной системы, порождающей циклически сменяющиеся фазы бумов и крахов. Такую нестабильность создают, прежде всего, современные деньги, которые власти могут выпускать в любых количествах, в сочетании с обширным набором государственных привилегий и гарантий, предоставляемых коммерческим банкам. Поддерживаемые на искусственно низком уровне процентные ставки и государственные гарантии стимулируют рост кредитов, необеспеченных реальными сбережениями, снижение ответственности кредиторов и заёмщиков, падение надёжности финансовых активов.

Основными виновниками мирового финансового кризиса стали денежные власти США и европейских стран, проводившие в последние годы политику т.н. «дешевых» денег. Свою долю ответственности за распространение и обострение кризиса несут власти и других стран, в т.ч. и России. Поощрение правительствами кредитной экспансии привело к массированным вложениям в излишне рискованные, неэффективные, неокупаемые проекты. Созданная властями иллюзия доступности инвестиционных ресурсов привела к снижению качества выдаваемых кредитов и приобретаемых ценных бумаг, в результате чего многие банки оказались неспособны отвечать по своим обязательствам перед вкладчиками.

2. Российские власти внесли свой вклад в формирование финансового «пузыря» в нашей стране. Благодаря своему привилегированному статусу государственные и полугосударственные банки и компании осуществляли обширные заимствования на внешних и внутренних рынках. При этом краткосрочные заимствования использовались как для долгосрочных вложений, так и для финансирования безудержно наращиваемых текущих расходов. Исчезновение дешёвых кредитов разрушило такие финансовые «пирамиды». Падение цен на акции, заложенные частными и полугосударственными компаниями в обеспечение полученных кредитов, поставило эти компании перед угрозой их перехода в руки кредиторов, в том числе иностранных. Угроза наказания компаний за безответственную политику заимствований стала инструментом их давления на власти и основанием перевода их колоссальных накопленных долгов на государственный бюджет.

3. Ошибки банков и предприятий, спровоцированные государственным вмешательством, в настоящее время в значительной степени необратимы, и серьезных проблем избежать уже нельзя. Экономика должна пройти период исправления этих ошибок.

4. В настоящее время главную опасность для мировой и российской экономики представляют так называемые «антикризисные программы» правительств, прикрываемые демагогическими заявлениями о том, что в нынешнем кризисе якобы виноват «свободный рынок». Государственное вмешательство, препятствующее отбраковке неэффективных инвестиционных проектов, мешающее пересмотру ошибочных решений и откладывающее банкротство безответственных бизнесов, углубляет и продлевает финансовый кризис, превращает неизбежный краткосрочный экономический спад в длительную депрессию. Именно противодействие рыночным процессам приводило в мировой истории к таким тяжелейшим последствиям, как Великая депрессия в США в 1929-33 годах, превращение Великобритании в «больного человека Европы» в 1961-79 годах, стагнация в Японии в 1991–2004 годах.

5. Союз «Либеральная Хартия» выражает принципиальное несогласие с уже осуществляемыми действиями и заявленными намерениями российских властей — президента, парламента, правительства, Банка России. Их планы бесконтрольного вмешательства в экономику страны являются, среди прочего, следствием игнорирования норм правового государства, действующего законодательства, уничтожения принципа разделения властей, ликвидации демократических институтов, ответственных перед гражданами.

Мы считаем неверными объявленные меры по использованию общегосударственных ресурсов, находящихся под управлением правительства и Банка России, для финансирования безответственных заёмщиков, для поддержки банков и биржевых игроков, рисковавших деньгами клиентов, а также для приобретения акций тех компаний, которым выразил недоверие рынок. Эти меры приведут к растрате общенациональных золотовалютных резервов, обеспечивающих ценность и свободную конвертируемость российского рубля. Их неизбежным результатом станет рост цен, которым население страны оплатит выгоды, полученные в основном бизнесменами и менеджерами, приближенными к власти. Концентрация в руках чиновников и их «ближнего круга» финансовых ресурсов нацелена на дальнейшую монополизацию собственности и власти в нашей стране.

6. Финансовая политика властей, ответственных перед российскими гражданами, в условиях кризиса должна быть основана на следующих принципах:

— Неизменность курса рубля относительно объявленной заранее валютной корзины из доллара и евро. Гарантия неприкосновенности 100% обеспечения выпущенных рублей золотовалютными резервами Банка России. Продолжение ответственной денежной политики, диктуемое базовыми принципами уважения прав собственности и соблюдения своих обязательств, даже если такие обязательства не были закреплены формально.

— Сохранение бездефицитного бюджета, в котором расходы не превышают доходы, недопустимость увеличения государственного долга. В период неизбежного экономического застоя снижение государственных расходов должно происходить пропорционально падению государственных доходов.

— Установление прозрачных механизмов распределения возможной поддержки из средств государственного бюджета и специальных фондов. Исключение возможности направления этих средств привилегированным банкам и компаниям. Основными способами использования излишков бюджетных средств, накопленных в специальных фондах, должны стать либо возврат ранее уплаченных налогов, либо снижение будущих налогов.

— Направление средств из бюджета и специальных фондов коммерческим банкам в исключительных случаях и только через механизм возврата денег вкладчикам (т.н. «монетизация обязательств банков»). Банки, в отношении которых применяется данная мера, в обязательном порядке подвергаются процедуре банкротства, при этом обеспечиваются эффективное противодействие уводу активов собственниками, открытая и прозрачная распродажа всех активов с направлением выручки в государственный бюджет. Недопустимость наращивания участия государства в капитале банковской системы.

— Недопустимость использования бюджетных средств для спасения обанкротившихся компаний. Недопустимость увеличения прямого или косвенного государственного контроля над реальным сектором экономики. Наказание безответственных собственников и менеджеров путем перевода заложенных акций обанкротившихся российских компаний их кредиторам — независимо от их гражданства или страны регистрации. Проведение продаж имущества банкротов исключительно на открытых и прозрачных торгах.

— Сокращение государственного вмешательства в деятельность финансового сектора. Реорганизация системы регулирования финансовых рынков на принципах конкуренции и свободы предпринимательства.

— Проведение реформы системы регулирования в денежной сфере. Сохранение за Банком России задачи по поддержанию ценности рубля при прекращении дополнительных полномочий, предоставленных ему в рамках так называемых «антикризисных мер». Передача функций банковского надзора отдельному органу в составе правительства. Ликвидация привилегий коммерческих банков, вытекающих из совмещения Банком России функций «печатания» рублей и регулирования банковской системы.

7. Союз «Либеральная Хартия» обращает внимание на то, что следствием осуществляемых сегодня властями так называемых «антикризисных программ» станет углубление и расширение финансового кризиса, переход краткосрочного экономического спада в длительную экономическую депрессию. Консервация ошибок, совершённых на стадии экономического бума, продолжение политики стимулирования рискованных кредитов, растрата общественных ресурсов на ложные цели неизбежно ведут к тяжелейшим финансовым, экономическим, социальным последствиям. У России нет необходимости повторять ошибки, совершаемые не в первый раз властями США, Евросоюза, других стран.

Залог конкурентоспособности и долгосрочного успеха российской экономики, всего российского общества — это свобода предпринимательской деятельности российских граждан при уважении государством прав собственности и проведении властями ответственной, последовательной и этичной экономической политики.

Размещено: http://liberalcharter.ru http://www.iea.ru Комментарии по тел.: 8-903-555-777-9

Москва, 27 октября 2008 г.

"Ежедневный журнал"

05.11.2016, 16:27

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18597
13 НОЯБРЯ 2008 г.
В Москве 14 ноября с 18.30 до 20 часов у памятника Грибоедову (станция метро "Чистые пруды") пройдет пикет против изменения Конституции и продления полномочий президента и парламента России. Пикет организует московское отделение ОГФ.

14 ноября Государственная дума собирается сразу в трех чтениях рассмотреть поправки в Конституцию России, увеличивающие срок полномочий президента до шести лет, депутатов Государственной думы – до пяти лет. Как заявляют организаторы пикета, в условиях тотальных фальсификаций на выборах, цензуры в федеральных СМИ и преследований оппозиции данные поправки открывают дорогу к установлению в России диктаторского режима.

Организаторы пикета считают, что продление полномочий правящей группировки, является попыткой президента, правительства и партии "Единая Россия" уйти от ответственности за последствия финансово-экономического кризиса, который набирает обороты в нашей страны.

Московское ОГФ призывает граждан прийти на пикет 14 ноября, чтобы остановить принятие поправок к Конституции и потребовать формирования в России ответственной перед народом власти.

"Ежедневный журнал"

21.11.2016, 09:54

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18598
14 НОЯБРЯ 2008 г.

Главный химкинский оппозиционер, один из защитников Химкинского леса, Михаил Бекетов, главный редактор «Химкинской правды», жестко критиковавший местные власти, был найден избитым до полусмерти во дворе своего дома (поселок Старбеево, Химкинский район) утром 13 ноября. Его тело обнаружила соседка, которая немедленно вызвала скорую помощь. Журналиста, облитого кровью, без сознания, отвезли в отделение хирургии химкинской городской больницы, где он находится сейчас, на грани жизни и смерти. У Михаила вмятая травма головы, множественные переломы и травмы, по словам врачей, не совместимые с жизнью. Малейшее сотрясение, по их мнению, грозит Бекетову мгновенной смертью. Возбуждено уголовное дело.

Михаил Бекетов известен прежде всего своими критическими статьями в адрес администрации г. Химки. Именно он привлек внимание общественности к надругательством над могилами летчиков у Ленинградского шоссе в апреле 2007 года. Кроме того, он подробно освещал в своей газете борьбу за Химкинский лес, которая длится уже 2 года. В мае прошлого года неизвестные взорвали его автомобиль, а в феврале нынешнего против него было возбуждено уголовное дело по статье «клевета». В начале ноября Бекетов распространил новый номер своей газеты, где критиковал химкинскую администрацию и освещал ситуацию вокруг Химкиснкого леса, запланированного к вырубке. В разговоре со знакомыми Бекетов неоднократно утвеждал, что ему «угрожают бандиты».

"Ежедневный журнал"

21.11.2016, 09:55

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8674
18 ДЕКАБРЯ 2008 г.

Заявление
gzr.ruТолько недавно по российской юстиции был нанесен страшный удар, во многом перечеркнувший результаты судебной реформы начала 90-х годов - целых семь статей уголовного кодекса (так называемые преступления против государства) были выведены Госдумой из компетенции суда присяжных.

Однако власти не успокоились на достигнутом, и продолжают торопливо ликвидировать демократические элементы, которые еще содержатся в уголовном кодексе. Правительство предложило радикально расширить понятия госизмены (ст. 275 УК РФ), отказавшись от имевшего важное значение субъективного желания нанести ущерб обороне страны, и расценивая измену государству – уже не как действия, но уже как «деяния» против безопасности России, в том числе ее «конституционного строя, суверенитета, территориальной и государственной целостности». Серьезно изменено и понятие шпионажа (ст. 276 УК РФ) – к нему хотят причислять даже консультативную «и иную» помощь международным организациям.

Это очень опасные и имеющие далеко идущие последствия нововведения. Если выразить их смысл предельно лаконично, то они возвращают отечественную юстицию к нормам 20-50 годов, когда независимая оценка ситуации в стране и отдельных сферах, не говоря уже о критике режима и несанкционированном общении с иностранцами, расценивались как измена родине.

Становление современных демократических норм права произошло, не в последнюю очередь, именно тогда, когда была проведена четкая разница между осознанным служением вооруженному врагу государства и выступлением против правительства и существующего строя. Не зря революционеры разных стран именовали себя «патриотами» - и их патриотизм не ставили под сомнения и их самые ярые оппоненты.

Только древние и средневековые правители объединяли в одно понятие измены выступления против власти и переход на сторону врага.

Стремление законодательно превратить выступление против режима и разоблачение нарушения прав и свобод как помощь врагам страны означает возращение к самым мрачным тоталитарным методам борьбы с инакомыслием.

Когда несколько лет назад власти безмерно расширили понятие «экстремизм», то нашу страну сразу же захлестнули преследования за инакомыслие. При этом реальное число расистских преступлений стремительно увеличилось.

Однако сейчас не только оппозиционную деятельность, но и даже просто сообщения о происходящем в стране уже приравнивают к службе вражеским державам. Предлагаемый закон не определяет те деяния, которые объявлены преступными, например, «деятельность против конституционного строя и государственной целостности (отличая последнюю от «территориальной»). При этом уже существуют санкции за «насильственный захват власти» и «мятеж» (статьи 278 и 279 УК РФ).

82 года назад ретивые вожди большевизма уже приравняли своих внутрипартийных конкурентов к «врагам народа», объявив любое инакомыслие тяжким политическим преступлением. С этого и начался Большой террор, унесший многие миллионы жизней наших сограждан, в том числе, и погубивший почти всех инициаторов печально знаменитой 58-ой статьи УК. Через несколько лет аналогичный закон был принят в Третьем Рейхе.

И вот, через полвека эти страшные формулировки возвращаются – как почти полное повторение старых, созданных для обоснования тоталитарных чисток и массовых расправ. Единственные отличия – авторы законопроекта еще не решились предусмотреть уголовную ответственность для родственников, да и членство в Совете Европе очень мешает восстановить смертную казнь.

Мы хотим предупредить нынешних руководителей страны и депутатов, что в неприличной спешке открывая дорогу политическим репрессиям, они сами весьма рискуют попасть в карательные жернова. Кто знает, не сочтут ли их преемники госизменой такие действия, как пересмотр Конституции; размещение государственных фондов в ценных бумагах других стран; передачу соседям приграничных островов; утаивание последствий экологических катастроф; вошедшее в систему казнокрадство?

Поскольку предлагаемый закон затрагивает судьбы страны, мы настаиваем на том, чтобы перед голосованием были проведены парламентские слушания с участием наиболее авторитетных членов юридического сообщества и правозащитников, а не была включена «машина голосования». Мы призываем депутатов, чувствующих ответственность за будущее России, отклонить данный законопроект, а Президента РФ, в качестве гаранта прав и свобод, в любом случае, его не подписывать.

Мы призываем политиков и общественных деятелей, чиновников и людей из народа, интеллектуалов – вместе выступить против принятия сталинско-гитлеровских по духу законов.

Мы оставляем за собой право прямо обратиться к народу Российской Федерации с призывом остановить новый «тридцать седьмой год».

Людмила Алексеева, Председатель Московской Хельсинкской группы,

Светлана Ганнушкина, Комитет "Гражданское содействие"

Сергей Ковалев, Председатель Российского общества «Мемориал»

Лев Левинсон, Институт прав человека

Лев Пономарев, Общероссийское движение "За права человека"

Юрий Самодуров, сопредседатель Всероcсийского Гражданского конгресса

Юрий Рыжов, академик РАН, председатель Общественного Комитета защиты учёных

Эрнст Черный, ответственный секретарь Общественного Комитета защиты учёных

Андрей Бузин, председатель Межрегионального объединения избирателей, к.ю.н.
Сергей Давидис, Союз солидарности с политзаключенными
Алексей Пригарин, первый секретарь ЦК РКП-КПСС
Дмитрий Беломестнов, журналист

Евгений Ихлов, журналист

Виктор Шейнис, член Политкомитета РОДП "ЯБЛОКО"
Алла Назимова, социолог

Борис Вишневский, обозреватель «Новой газеты», член Бюро РОДП «ЯБЛОКО»

Михаил Шнейдер, ответственный секретарь политсовета ОДД "Солидарности"

Антуан Аракелян, "СПб Коалиция Диалог и Дело", С-Петербург

Вадим Прохоров, адвокат

Правозащитный совет Санкт-Петербурга подписывается под заявлением.

Наталия Евдокимова, Ответственный секретарь Правозащитного совета

Александр Гольц, журналист

Григорий Амнуэль, Открытый клуб "Международный Диалог"

Давид Горелишвили, правозащитник

Анатолий Рекант, Руководитель Отделения «Центр» Комитета «За гражданские права»

Николай Сорокин, историк, г. Кострома

О.И. Орлов, Сергей Бурьянов, Сергей Мозговой,

члены Комитета действия Всероссийского Гражданского конгресса

Марк Фейгин, к.ю.н.

Юрий Бровченко, Фонд «Гласность»

Сбор подписей продолжается по zpch@mail.ru

"Ежедневный журнал"

21.11.2016, 09:57

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8681
19 ДЕКАБРЯ 2008 г.

Дорогие друзья, коллеги!
Наше движение выражает солидарность с вашими справедливыми и законными требованиями и полностью вас поддерживает. Повышение пошлин на иномарки – удар по более чем двадцати миллионам автолюбителей нашей страны, удар по рабочим местам в сфере автобизнеса.
Путин принял это решение, чтобы защитить приближенных к себе олигархов, владельцев автоконцернов С.Чемезова (АвтоВаз) и О.Дерипаску (АвтоГаз). Ни к чему, кроме как к повышению цен на автомобили и консервации отсталого российского автопрома такие действия не приведут. По сути, выбирая между двадцатью миллионами автолюбителей и олигархами, Путин выбрал вторых.

19 декабря Путин выступил с инициативой закупать за счет бюджета отечественные автомобили. Однако мы сомневаемся, что он и члены правительства подадут личный пример поддержки отечественного автопрома, что Путин перестанет ездить на мерседесе в сопровождении бесчисленного количества автомобилей иностранного производства.
«Солидарность» предлагает: чиновников – на отечественные автомобили, импортные пошлины не повышать.
Только солидарный протест заставит власть выполнять волю граждан!

Бюро Федерального политсовета «Солидарности»

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:37

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30612
11 ЯНВАРЯ 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30612//1484166819.jpg
В субботу 21 января 2017 г. в 19:00 в Москве в помещении Сахаровского центра состоится Благотворительный вечер в поддержку политзаключённых.
Мероприятие пройдёт в форме авторского вечера мультипликатора, режиссёра и сценариста ГАРРИ БАРДИНА.

ВЫ СМОЖЕТЕ: внести посильные пожертвования для политзаключённых, поддержки их семей или оплаты адвокатов.
А ещё – написать политзаключённым письма-открытки, которые мы затем отправим адресатам; они их всегда очень ждут.

ОРГАНИЗАТОРЫ: Союз солидарности с политзаключёнными,Правозащитный Центр "Мемориал", Комитет 6 мая, Московская Хельсинкская Группа - МХГ, "За Права Человека", Партия 5 декабря иДвижение "Солидарность".

АДРЕС Сахаровского центра: ул. Земляной вал, д. 57, стр. 5 (м. Курская, Чкаловская).
Приходите!

☼ ДЛЯ ТЕХ, КТО НЕ СМОЖЕТ ПРИЙТИ:
Вы в любое время можете помочь политзаключённым в России, внося посильные пожертвования через Союз солидарности с политзаключёнными (ССП) – на яндекс-кошелёк № 410011205892134.

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:39

11 ЯНВАРЯ 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30614//1484166222.jpg
Мы, коллеги и товарищи главного редактора издания «Кавказский узел» Григория Шведова, представители российского гражданского общества, журналисты и ответственные граждане, глубоко возмущены публичными и прямыми угрозами в адрес Григория, высказанными в циничной форме председателем парламента Чеченской республики Магомедом Даудовым.

Мы считаем абсолютно неприемлемой для цивилизованной страны ситуацию, когда высокопоставленный чиновник публично призывает к расправе с руководителем СМИ и одним из лидеров гражданского общества.

Мы убеждены, что эта ситуация – не что иное, как прямая угроза применения насилия, угроза жизни и попытка воспрепятствования профессиональной деятельности журналиста с помощью угроз и запугивания. Эти действия, на наш взгляд, содержат признаки преступления в рамках части 3 статьи 144 Уголовного кодекса РФ – «воспрепятствование законной профессиональной журналистской деятельности».

Мы глубоко обеспокоены отсутствием публичной реакции на эту ситуацию со стороны российских властей. Мы требуем от них принять незамедлительные и действенные меры, обеспечивающие условия для безопасной деятельности журналистов и правозащитников на Северном Кавказе. Систематическое отсутствие реакции российских властей на подобные высказывания руководителей Чеченской республики, неоднократно допускавшиеся ими в прошлом, отсутствие эффективного расследования преступлений в этом регионе, в том числе в отношении журналистов и правозащитников, привели к безнаказанности и вседозволенности. Недавнее осуждение на три года журналиста «Кавказского узла» Жалауди Гериева по сфабрикованным обвинениям – еще одно подтверждение систематического преследования людей в Чечне за реализацию их конституционного права на свободу выражения мнений.

Мы требуем от правоохранительных органов провести эффективное расследование и привлечь к ответственности Магомеда Даудова. Мы требуем от главы Следственного Комитета РФ А.И. Бастрыкина взять расследование данного дела под свой личный контроль и объявить о результатах расследования публично и аргументированно.

Мы обращаемся с убедительной просьбой к главе Совета по правам человека при президенте РФ М.А. Федотову и Уполномоченной по правам человека в РФ Т.Н. Москальковой поддержать наши требования и обратиться к руководителям органов государственной власти Российской Федерации и Чеченской республики с просьбой немедленно и адекватно отреагировать на эту ситуацию.

Мы выражаем нашу солидарность с главным редактором «Кавказского узла» Григорием Шведовым и всеми независимыми журналистами, работающими в Чечне. Мы благодарим их за очень важную работу, которую они в тяжелых условиях делают каждый день. В условиях систематического подавления свободы слова они являются единственным источником информации из этого региона. Мы со своей стороны обещаем держать это дело на общественном контроле и будем продолжать требовать от властей соблюдения законов нашей страны и международных норм, гарантирующих свободу выражения мнения и беспрепятственную деятельность журналистов.

Наталья Таубина, директор Фонда «Общественный вердикт»
Юрий Джибладзе, президент Центра развития демократии и прав человека
Александр Верховский, директор Информационно-аналитического центра «Сова»
Валентин Гефтер, директор Института прав человека
Валентина Череватенко, председатель правления Фонда содействия развитию гражданского общества и правам человека «Женщины Дона»
Игорь Каляпин, председатель Комитета по предотвращению пыток, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека
Анна Шароградская, директор Института региональной прессы
Елена Шахова, директор правозащитной организации «Гражданский контроль»
Андрей Калих, независимый журналист
Александр Передрук, пресс-секретарь организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга»
Роберт Латыпов, председатель Пермского краевого отделения Международного общества «Мемориал»
Варвара Пахоменко, правозащитница
Светлана Ганнушкина, председатель Комитета «Гражданское содействие»
Людмила Михайловна Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы
Анита Соболева, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека
Андрей Блинушов, председатель рязанского общества «Мемориал»
Юлия Середа, член правления рязанского общества «Мемориал»
Александр Черкасов, председатель Совета Правозащитного центра «Мемориал»
Олег Орлов, член Совета Правозащитного центра «Мемориал»
Людмила Вахнина, член Совета Правозащитного центра «Мемориал»
Лилия Шибанова, член секретариата Европейской платформы за демократические выборы, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека
Магомед Муцольгов, журналист и правозащитник
Каринна Москаленко, адвокат, основатель Центра содействия международной защите, комиссар Международной комиссии юристов
Константин Баранов, член Координационного Совета Международного Молодежного Правозащитного Движения (МПД)
Андрей Юров, международный правозащитник, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека
Екатерина Сокирянская, общественный деятель
Галина Арапова, Центр защиты прав СМИ
Елена Виленская, «Дом мира и ненасилия»
Татьяна Чистова, кинорежиссер
Алексей Кириллович Симонов, президент Фонда защиты гласности
Борис Тимошенко, руководитель службы информации Фонда защиты гласности
Николай Рыбаков, заместитель председателя партии «Яблоко»
Михаил Амосов, депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга
Сергей Лукашевский, Музей и общественный центр имени Андрея Сахарова
Арсений Рогинский, председатель правления Международного общества «Мемориал»
Лев Пономарёв, Общероссийское движение «За права человека»
Олег Новиков, фонд «Общественный вердикт»
Осман Болиев, правозащитник
Дмитрий Макаров, Молодежное Правозащитное Движение
Лидия Свиридова, журналист, общественный деятель
Наталия Юдина, эксперт Информационно-аналитического центра «Сова»
Виктор Юкечев, директор Института развития прессы-Сибирь
Михаил Калужский, редактор Open Democracy Russia
Алексей Козлов, главный редактор www.article20.org
Александр Дельфинов, литератор, журналист
Ольга Гнездилова, адвокат
Денис Соколов, руководитель исследовательского центра RAMCOM
Борис Вишневский, руководитель фракции «Яблоко» в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга, член Политического комитета партии «Яблоко», обозреватель «Новой газеты»
Александр Мнацаканян, Москва
Вячеслав Бахмин, Москва
Асмик Новикова, руководитель исследовательских программ Фонда «Общественный вердикт»
Вероника Рожкова, юрист, Москва
Елена Герасимова, директор Центра социально-трудовых прав
Борис Суранов, журналист
Александр Майшев, редактор интернет-СМИ «Кавказский узел»
Дмитрий Беломестнов, журналист, правозащитник, Москва
Анастасия Овсянникова, журналист
Евгений Греков, гражданский активист
Мария Кравченко, сотрудник Информационно-аналитического центра «Сова»
Зоя Светова, журналист
Михаил Лашкевич, физик, Москва
Марина Писклакова, председатель РОО АННА
Сергей Кривенко, член Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека
Дмитрий Дубровский, историк, преподаватель, ассоциированный сотрудник Центра независимых социологических исследований, Санкт-Петербург
Эрнест Мезак, юрист Фонда «Общественный вердикт» (Сыктывкар)
Анастасия Денисова, Комитет «Гражданское содействие»
Наталия Дзядко, Центр содействия реформе уголовного правосудия
Дмитрий Краюхин, главный редактор ИА «ЦентрРус», Орел
Вероника Каткова, председатель Совета Орловского регионального отделения движения «Голос»
Ирина Флиге, НИЦ «Мемориал», Санкт-Петербург
Виссарион Асеев, правозащитник, эксперт Крымской правозащитной группы
Михаил Лебедев, гражданский активист и волонтер, Санкт-Петербург
Кристина Горелик, журналист
Кирилл Коротеев, юридический директор Правозащитного центра «Мемориал»
Ирина Кизилова, журналист
Андрей Рудомаха, Экологическая Вахта по Северному Кавказу
Ирина Бирюкова, адвокат, Москва
Вадим Карастелев, координатор проектов Московской Хельсинкской Группы
Андрей Суслов, директор Центра гражданского образования и прав человека, Пермь
Алексей Соколов, руководитель общественной организации «Правовая основа», Екатеринбург
Сергей Подузов, Межрегиональная общественная организация «Человек и Закон», Йошкар-Ола
Анатолий Денисенко, пенсионер, Ессентуки
Виктор Воронков, президент Центра независимых социологических исследований, Санкт-Петербург
Игорь Кочетков, директор БФ «Сфера», член Совета Российской ЛГБТ-сети
Светлана Кравец, психолог, Москва
Валерий Хатажуков, председатель Кабардино-Балкарского регионального правозащитного центра
Елена Гришина, редактор, Москва
Вячеслав Ферапошкин, журналист
Дмитрий Шевченко, заместитель координатора МОО «Экологическая Вахта по Северному Кавказу», экологический журналист
Юлия Адельханова, юрист
Ирена Подольская, филолог
Максим Бурмицкий, юрист, правозащитник
Марина Дубровина, адвокат Правозащитного центра «Мемориал»
Александрина Елагина, журналист Russiangate и пресс-секретарь Профсоюза журналистов и работников СМИ
Иван Павлов, адвокат, руководитель Команды 29
Алексей Бабий, председатель Красноярского общества «Мемориал»
Александр Калих, Пермский «Мемориал»
Борис Долгин, редактор, аналитик
София Иванова, председатель Совета рязанского регионального движения «Голос»
Сергей Давидис, член Совета Правозащитного центра «Мемориал»
Аркадий Дубнов, журналист
Игорь Сажин, правозащитник, Республика Коми
Станислав Дмитриевский, правозащитник, Нижний Новгород
Николай Петров, руководитель Центра политико-географических исследований
Вера Васильева, журналист портала "Права человека в России" (HRO.org)
Любовь Мосеева-Элье, юрист-правозащитник Калужского регионального общественного движения «За права человека»
Магомед Туаев, корреспондент «Кавказского узла»
Владимир Сливяк, сопредседатель, «Экозащита!»

Заявление открыто для подписания всеми желающими по адресу civilsoc2013@gmail.com

Фото: ИТАР-ТАСС/Интерпресс/Александр Чиженок

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:42

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30652
23 ЯНВАРЯ 2017,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30652//1485243050.jpg
ТАСС
Акция протеста против передачи Исаакиевского собора Русской православной церкви в Санкт-Петербурге

Я работаю экскурсоводом по Санкт-Петербургу и пригородам уже больше 20-ти лет. Информация о передаче Исаакиевского собора в ведение Русской православной церкви для меня – тяжелый удар. Дело в том, что я считаю музей «Исаакиевский собор» самым лучшим по организации приема туристов из всех музеев нашего города. Посмотрите – к ним идут тысячи индивидуальных туристов ежедневно в каникулы и летом, сотни организованных групп, и всегда – четко, отлаженно, уважительно они разводят большие потоки людей. Мне никогда не приходилось подолгу с группами стоять и ждать, когда впустят внутрь.

Посещение Исаакиевского собора входит в большинство программ по приему организованных туристических групп. Как российских, так и иностранных. Исаакий уже давно стал одной из визитных карточек Петербурга! Там принимают всех – и православных, и католиков, и мусульман, и буддистов… И никогда ничего, кроме восторженных откликов, от туристов не слышала!
Потому что там работают профессионалы. Не ущемляя ничьих прав, они рассказывают о том, как строили собор, как создавали уникальные интерьеры (за 40 лет там поработало почти полмиллиона человек!). Причем люди разных национальностей и вероисповедания… (Помним, что главный архитектор Огюст Монферран был католиком.) С грустью экскурсоводы говорят о послереволюционном периоде, напоминают, как всем миром (!) восстанавливали храм после войны… И об иконах рассказывают тоже! Всегда – очень уважительно.

Качественно и грамотно экскурсоводы подают информацию с позиции истории России и ее культуры. Обязательно напоминают в конце экскурсии, что все желающие могут подойти и помолиться в приделе Святого Александра Невского. Желающие делают это, остальные смотрят, что еще не рассмотрели, покупают сувениры.

Для сравнения скажу, что, например, в Казанский собор часть туристов (как правило, нехристиане) даже не заходит. Историю создания этого храма мы «даем» на улице, перед собором, торопливо (холодно или дождь). Да и те, кто идет внутрь, выходят довольно быстро – через 10-15 минут. «Мрачно как-то», — говорят. И торопятся идти дальше.
Из Исаакиевского же собора людей не увести. Сколько раз было, что группа вышла, а кого-то нет! Спасибо сотрудникам, всегда идут навстречу, впускают экскурсовода назад, чтобы разыскал отставшего…

Исаакиевский собор (как и его филиал Спас-на крови) – единственные, кто летом каждый день стал работать до 22.30. А колоннада по ночам — до 4.30! А ведь долгие годы все музеи Петербурга зимой и летом уже в 17 часов переставали пускать гостей города. Туристы, приезжавшие на 2-3 дня, хотели максимально использовать время, побольше увидеть наших красот! Вернувшись, например, из Петергофа, спрашивали: «Куда еще можно вечером сходить? В какой музей?». Деньги готовы были заплатить! А мне, кроме театров (с которыми тоже летом проблемы), и предложить-то было нечего! «Гуляйте там-то и там-то…» И только руководство Исаакиевского собора смогло так наладить работу, что музей стал работать допоздна. (Уверена, что это было непросто – так изменить график работы сотрудников!) Но это было необходимо. Потому что этот музей работает для людей…

Такая работа стала примером для других, и теперь все большее количество музеев летом и в дни школьных каникул увеличили свой график работы… Но первым-то был именно Исаакий!
Этим летом столкнулась с тем, как музей работает в экстремальной ситуации: привожу группу приезжих школьников по путевке к определенному времени, но нас, как и остальных, не пускают даже на ступени портика. Пробилась к охраннику, он тихо говорит: «Уводите группу». Увела назад, в автобус, сама побежала выяснять, что дальше делать – посещение музея запланировано по программе тура, вечером ребята уже уезжают домой. А тут — кассы закрыты «по техническим причинам», народ толпится.

Как потом оказалось, одна из верующих, от радости, что добралась до собора, бросила свой рюкзак между колоннами, а сама побежала молиться. Пока она молилась, сотрудники музея успели всех эвакуировать из опасного места, остановили продажу билетов, вызвали полицию.
Как только стало понятно, что опасности нет, моментально наладили работу. Мою группу уже водили по собору, а в это время только включали кассы и оформляли нам билеты. На колоннаду мы тоже успели. Ребята были счастливы.
Могу со знанием дела сказать: если бы такое случилось в любом другом крупном музее (прости, о Эрмитаж!) – это был бы полный коллапс и скандал. А тут – спокойно, без истерики, быстро и грамотно «разрулили» ситуацию.

Осенью я работала с приезжей группой слепых и слабовидящих людей (25 человек). В основном это были взрослые. Со слепыми приехали сопровождающие. У меня есть опыт работы с такими туристами, но так случилось, что в Исаакиевский собор на специальную экскурсию я, как и мои гости, попала впервые. Меня удивило, что посещение запланировано на среду – выходной день музея. И только потом поняла, насколько это мудро.
Специально подготовленные экскурсоводы в пустом (!) соборе рассказывали об интерьерах и показывали туристам небольшую модель храма, которую гости с радостью «изучили» руками.

Ну, говорила я им на улице: «Там, вверху, четыре колокольни с маленькими куполами, а в центре на барабане, окруженный колоннами, огромный позолоченный купол… На углах – скульптура – ангелы со светильниками…». Но как незрячий с детства человек может себе все это представить? А тут они все потрогали, восприняли! Затем верхнюю часть модели сняли, и, осторожно беря руку незрячего человека, ее опускали внутрь модели, показывая, в какой части собора мы находимся, что и как располагается внутри.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30652//1485243070.jpg
ТАСС
Посетители внутри Исаакиевского собора.

Потом туристы «обнимали» колонны, трогали полы и стены, решетки, уникальные барельефы на дверях, даже мозаику. Им давали в руки кусочки смальты, пластинки лазурита и малахита. Боже мой, как люди были счастливы! Слышали бы вы, как они благодарили…
Такую экскурсию невозможно проводить в рабочий день музея – десятки других, зрячих туристов тут же кинутся все трогать, оттеснив более уязвимых слабовидящих (позже в Гатчинском дворце мне пришлось несколько раз отбиваться от таких). Поэтому это было замечательное решение – принимать подобные группы в выходной день!

В музее «Исаакиевский собор» работают с различными «особыми группами». Для колясочников есть пандус и специализированный лифт для подъема ка колоннаду. Люди с ограниченными возможностями теперь могут посмотреть на город с высоты птичьего полета! Спросите у кого-нибудь из них, что это для них значит? И какой еще храм в России соорудил лифт для посетителей-инвалидов?
Входные билеты в музей «Исаакиевский собор» – самые дешевые в Петербурге: для взрослых – 250 рублей, для школьников и пенсионеров – 50 рублей. И это — с экскурсионным обслуживанием!
Для сравнения: Русский музей – 300 руб. и 150 руб. (без экскурсии), Юсуповский дворец – 450 руб. и 300 руб., музей «Петровская акватория» - 400 руб. и 200 рублей…

И при таких низких ценах на билеты, которые не поднимают уже несколько лет, музей полностью находится на самоокупаемости, проводит сложнейшие реставрационные работы и не просит у города ничего! Только большие налоги платит в бюджет Санкт-Петербурга! И восхищает всех посетителей…
К сожалению, убеждена, что после передачи собора РПЦ будет загублена вся эта прекрасно отлаженная работа. Наверное, не сразу, а постепенно она сойдет на нет. И экскурсионная с «обычными» туристами, и, тем более, с «особыми» группами. Потому что так качественно работать могут только профессионалы!

Недавно на пресс-конференции представители РПЦ заявили, что из 400 человек, которые сейчас трудятся в музее, они планируют оставить 40 сотрудников. Это что, насмешка? Кто будет разводить огромные людские потоки, которые туда пойдут поначалу? Ведь именно экскурсоводы ведут группы по определенным маршрутам, чтоб не сталкивались и не пересекались внутри, не мешали друг другу. Кроме того, потоки регулируются и временем посещения (договора с турфирмами, путевки). Но с РПЦ турфирмы по разным объективным причинам практически не работают!
А реставрировать храм кто будет и на что? Тем более что на этой же пресс-конференции пообещали, что вход в собор будет бесплатным. Так на что реставрировать живопись и скульптуру собираются? А реставрация требуется постоянно! У города деньги будут просить?
«Прости их, господи, ибо не ведают они, что творят…»

Мало кто знает, но и в Казанском соборе, и в Александро-Невской лавре служители проводят экскурсии. Кто их заказывал? Кто на них бывал? Многие ли? Очень немногие. В основном — паломники. Потому что представители РПЦ ведут экскурсии только в православном ключе. Истории, культуры, архитектуры в экскурсиях мало. А вот подробного рассказа о каждой иконе, святом – это да. Но даже не все православные верующие могут долго это выдержать!
А количество посетителей! Придите в Кафедральный Казанский собор и посмотрите, сколько там людей. А ведь он – на Невском, в самом центре города, рядом с метро! А потом дойдите до Исаакиевского и посмотрите, сколько там. В сотни раз больше! За 2016 год – 3 миллиона человек (несмотря на платный вход)!
Почему? Там красиво? Там интересно? И то, и это. А еще там душевно… Там все сделано с любовью и показывается с любовью… Там вам рады…
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30652//1485243953.jpg
ТАСС
Впервые за 90 лет Пасхальная служба прошла в Исаакиевском соборе 24 апреля 2011 года.

Православным верующим плохо в Исаакиевском соборе? Никогда такого не слышала. Прихожане без билетов входят, службы идут каждый день, кроме среды. Если надо службы проводить чаще — уверена, что этот вопрос можно решить с руководством музея. Может быть, сделать так, что с утра собор функционирует, как православный храм, а с 12.00 – как музей? А придел Александра Невского – целый день, как уже несколько лет. Есть и другие варианты… Надо только захотеть их найти.
Только боюсь, что дело не в проблемах прихожан Исаакиевского собора. Дело в деньгах и амбициях. И особенно больно, когда Православная церковь, призванная нести мир и добро, своими действиями провоцирует противостояние и раскол в обществе, причем – среди православных же людей!
Исаакиевский собор – бренд Санкт-Петербурга, наша гордость. Он столько пережил на своем веку! Переживет и это смутное время…

Буду молиться, чтобы разумный компромисс был найден и музей «Исаакиевский собор» продолжал восхищать миллионы жителей и гостей города.

С любовью и надеждой, экскурсовод Санкт-Петербурга Елена Львовна Голикова.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30652//1485180302.jpg
Фото: 1. 13.01.2017. Акция протеста против передачи Исаакиевского собора Русской православной церкви в Санкт-Петербурге. Valya Egorshin/Zuma\TASS
2. 12.01.2017. Россия. Санкт-Петербург. Посетители внутри Исаакиевского собора. Александр Демьянчук/ТАСС
3. Россия. Санкт-Петербург. 24.04.2011. Верующие во время праздничного пасхального богослужения в Исаакиевском соборе. Фото ИТАР-ТАСС/ Руслан Шамуков

Оригинал здесь

Фото: Татьяна Хафнер

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:44

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30736
11 ФЕВРАЛЯ 2017,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30736//1486824332.jpg
В последние недели многие представители музейного сообщества, историки, жителиСанкт-Петербургаи других городов России высказывают свое беспокойство по поводу решения губернатораСанкт-Петербурга Георгия Полтавченко передать Исаакиевский собор в управление Русской православной церкви. Если сегодня Исаакиевский собор является и храмом, и музеем, то в результате этого решения в ближайшем будущем музей будет уничтожен.

Разделяя эту обеспокоенность и, в частности, поддерживая аргументы, высказанные в заявлении Российского комитета международного совета музеев, Вольное историческое общество считает важным заявить:

Исаакиевский собор — уникальный памятник истории и культуры России, созданный трудом нескольких поколений российских архитекторов, мастеров и рабочих; в его строительство был вложен не только их талант, но и значительные ресурсы Российского государства. Уже в момент окончания строительства он имел двойное назначение: религиозное и культурно-политическое. Именно в таком качестве он существует и в последнюю четверть века, выполняя обе функции под управлением специально созданного музея. Поспешным решением губернатора одна из функций собора уничтожается, а сохранность и доступность одного из шедевров российской культуры императорского периода ставятся под угрозу.

С точки зрения исторической науки передача собора под управление Русской православной церкви будет означать прекращение научной работы с уникальным объектом, уничтожение музея Исаакиевского собора. Необходимо понимать, что речь идет об одном из лучших российских музеев. Состояние музейного дела в стране — показатель состояния культуры общества: чем выше культура, тем больший круг объектов общество сознает как ценности, которые нужно сохранять.

Вольное историческое общество выражает свою озабоченность идущим в России процессом демузеефикации, когда из музеев изымают экспонаты для их использования по первоначальному назначению. Это признак культурной деградации. Следуя этой логике, Соловецкие лабиринты придется отдать язычникам и организовать там капище, фарфор XVIII века передать в рестораны, а Царь-пушку — артиллеристам. Случай с Исаакиевским музеем — наиболее наглядный пример такой политики.

Наконец, не может не вызывать тревоги то, что решение губернатора уже спровоцировало в обществе конфликт, который пришел на место мирному взаимодействию православной общины и светского музея. Неверно было бы интерпретировать его как спор между «светским» и «церковным» предназначением собора: речь идет не о функциях собора как православного храма — он выполняет эту роль сегодня, и ничего в этом отношении не изменится после передачи собора, — а о том, кто будет распоряжаться и управлять собором как зданием и как имуществом. Именно в этой функции музей, специальное научное учреждение, созданное для сохранения уникального комплекса, представляется лучшим выбором, чем хозяйственное управление Русской православной церкви.

Вольное историческое общество призывает все институты власти, от которых зависит решение вопроса о судьбе собора, остановить уничтожение важнейшего культурного центра северной столицы.

Фото: Блохин Максим\ ITAR-TASS

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:46

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30754
20 ФЕВРАЛЯ 2017,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30754//1487158671.jpg
Организационный комитет «Марша памяти Бориса Немцова» направил в мэрию Москвы заявку на проведение демонстрации 26 февраля. В заявке указан маршрут от Славянской площади до Большого Москворецкого моста, где в 2015 году был застрелен оппозиционный политик. Среди заявителей — члены движения «Солидарность», партии ПАРНАС, «Яблоко», незарегистрированная Партия прогресса и другие оппозиционеры. Член федерального политсовета «Солидарности» Илья Яшин заявил, что оргкомитет «сделает все для согласования мирного шествия», однако оно состоится в центре Москвы вне зависимости от позиции мэрии.

Маршрут шествия: Славянская площадь — Китайгородский проезд — Москворецкая набережная — Большой Москворецкий мост до Кадашевской набережной.
Целью акции будет не только почтение памяти, но и «выражение солидарности и поддержки идеям, демократическим ценностям и целям деятельности Бориса Немцова», а также «осуждение политических репрессий и нарушений прав человека».
Марш планируется с 13:00 до 16:00, оргкомитет заявил мероприятие на 30 тыс. человек.

«Мы сделаем все для того, чтобы мероприятие было согласовано, мы мирная сила, мы не хотим арестов, столкновений с полицией. Мы хотим в соответствии с Конституцией заявить о наших требованиях. Но если власть будет нас ограничивать, мы все равно выйдем, потому что мы свободные граждане»,— сказал один из заявителей мероприятия Илья Яшин на съезде движения «Солидарность».

В состав оргкомитета «Марша Бориса Немцова» вошли члены движений «За права человека», «Солидарность», «Открытая Россия» и «Выбор России», партий ПАРНАС, «Яблоко», Партии прогресса, Партии 5 декабря, Московской Хельсинкской группы, экс-депутат Госдумы Дмитрий Гудков и другие.

Уведомления о проведении публичных мероприятий должны подаваться властям за две недели до планируемой даты мероприятия. 1 февраля инициаторы акции передали в мэрию открытое письмо с призывом разрешить проведение марша 26 февраля. Обращение на имя Сергея Собянина подписали Владимир Рыжков, Ирина Прохорова, Алексей Навальный, Дмитрий Быков, Владимир Мирзоев, Эмилия Слабунова. «Цель документа — заранее проинформировать градоначальника и его подчиненных о готовящейся массовой акции демократической оппозиции. Чиновники часто ссылаются на недостаток времени, чтобы подготовить центр города к таким мероприятиям. На этот раз времени будет достаточно»,— пояснил тогда Илья Яшин.

Акцию памяти Бориса Немцова 10 февраля уже согласовали в Нижнем Новгороде (Борис Немцов был губернатором региона). Заявку также подали в Новосибирске.

Политик был убит в центре Москвы 27 февраля 2015 года. Заказчики убийства не найдены. Предстоящий марш станет третьей акцией памяти. Первая многочисленная акция прошла сразу после убийства вместо заявленного «антикризисного марша» оппозиции.

В 2016 году оппозиция заявляла тот же маршрут от Славянской площади, однако мэрия предложила провести демонстрацию от Страстного до Сретенского бульвара и далее до проспекта Сахарова, тогда организаторы с этим согласились.
Мы ждем результатов согласования маршрута.

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:51

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18662
19 ДЕКАБРЯ 2008 г.

Как Вы, наверное, знаете, Мосгорсуд принял решение освободить бывшего вице-президента ЮКОСа Василия Алексаняна — но под немыслимый залог в 50 миллионов рублей. Алексанян, больной СПИДом, туберкулезом и раком, уже назвал это решение циничным издевательством над законом и здравым смыслом. Пока что его родственникам не удается собрать необходимую сумму. В связи с этим открыт счет для сбора денежных средств для внесения залога за Алексаняна.

Если Вы считаете для себя возможным принять посильное участие в этом, то ниже указаны платежные реквизиты:

РЕКВИЗИТЫ БАНКА
ДЛЯ ПЕРЕВОДА В РУБЛЯХ

Вернадское отделение Сбербанка России г. Москвы 7970/01249
БИК: 044525225
Р/С: 30301810038006003818
Корреспондентский счет Сбербанка России ОАО в Банке России: 30101810400000000225
ИНН: 7707083893
КОД ОКОНХ: 96130
КОД ОКПО: 00032537
Получатель: Алексанян Георгий Гарникович
Адрес получателя: 117571, г. Москва, ул. 26 Бакинских Комиссаров, д. 7, кор. 4, кв. 101
Лицевой счет получателя : 42307810538181109080

ДЛЯ ПЕРЕВОДА В ИНОСТРАННОЙ ВАЛЮТЕ

Банк получателя: SABRRUMM (Свифт код Сбербанка России)
SBERBANK VERNADSKOE BRANCH 7970 MOSCOW RUSSIAN
Beneficiary Customer (Реквизиты получателя):
Счет : 42307810538181109080
Получатель: Алексанян Георгий Гарникович
Адрес: 117571, г. Москва, ул. 26 Бакинских Комиссаров, д. 7, кор. 4, кв.101

Данные о внесении платежа можно направить по e-mail адресу: vasilyaleksanyan@yandex.ru, либо оставить в комментарии к блогу — http://kosmopolit-02.livejournal.com/, чтобы впоследствии можно было осуществить возврат денег. Там же можно задать любые вопросы.

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:52

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8701
25 ДЕКАБРЯ 2008 г.

Председателю Правительства России В.В. Путину

Мы, граждане Российской Федерации, требуем отменить повышение пошлин на импортируемые автомобили.

Отказаться от повышения пошлин необходимо, поскольку:

1. Ваше решение обрекает на безработицу и нищету 100-150 тысяч человек, живущих в Сибири и на Дальнем Востоке.

2. Это Ваше решение не поможет российскому автопрому. Никогда снижение конкуренции не приводило к повышению качества отечественных автомобилей. Напротив, отсутствие конкуренции – причина отсталости российского автопрома.

3. Ваше решение снижает таможенные сборы, столь необходимые в условиях кризиса, на 1,5-2 млрд. $ в год.

4. Ваше решение — крупная геополитическая ошибка. Желающих жить на Дальнем Востоке и так немного, теперь будут уезжать последние. С таким правительством мы потеряем Дальний Восток окончательно.

5. Ваше решение жестоко подавить с помощью подмосковного ОМОНа мирных протестующих – цинично и провокационно. Это путь к развалу страны и разжиганию ненависти между людьми, живущими в разных регионах России.

Умейте признавать свои ошибки и извиняться — это признак силы.
Слабость – это упрямство, которое Вы демонстрируете сейчас.

Отменяйте неправедные решения!

Члены «Солидарности»

Борис Немцов

Александр Рыклин

Сергей Давидис

Сергей Жаворонков

Антон Малявский

Михаил Шнейдер

Марк Фейгин

Александр Батурин

Роман Доброхотов

Гарри Каспаров

Александр Гольц

Татьяна Котляр

Денис Билунов

Мы призываем граждан России присоединяться к нашей инициативе. В ближайшее время в Москве будут развернуты пикеты, на которых все желающие смогут поставить свои подписи под этим обращением.

"Ежедневный журнал"

24.02.2017, 09:53

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18709

27 ЯНВАРЯ 2009 г.
1 февраля в 15.00 в Москве у памятника Грибоедову (метро "Чистые пруды") состоится акция памяти Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой, убитых 19 января. Мы приглашаем тех, кто чтит память погибших товарищей и не хочет завтра стать следующим в "расстрельном списке". Мы предлагаем прийти всем неравнодушным к будущему нашей страны. Мы хотим рассказать, какими были Станислав и Настя. Мы хотим, чтобы все узнали, как много они сделали и как много нам еще предстоит сделать, чтобы их труды не пропали зря. Мы выразим свой протест насилию, ставшему возможным из-за безнаказанности множества подобных преступлений.

На этом же месте, около памятника Грибоедову, 30 ноября 2008 года проходил митинг под названием "Нет преступлениям против справедливости" в защиту социальных активистов - Михаила Бекетова, Алексея Этманова, Карин Клеман и других, подвергнувшихся нападениям неизвестных. В акции протеста приняли участие Станислав Маркелов и Анастасия Бабурова. Преступления против справедливости не прекратились: два месяца спустя молодые люди сами пали жертвами политического насилия.

Станислав Маркелов и Анастасия Бабурова были не просто адвокатом и журналистом. Они вмешивались в самые острые проблемы нашего общества. Станислав - правозащитник, участник экологических лагерей протеста и социальных форумов, автор статей о националистических движениях, создатель Института верховенства права, защитник по делам антифашистов, выселяемых жителей общежитий, похищенных чеченцев и многих других. Анастасия, анархистка, член редакции журнала "Автоном" и движения «Автономное действие», принимала участие в форумах, акциях протеста и экологических лагерях. Журналистика была для нее способом рассказать людям о самом важном, помочь им изменить мир к лучшему.

Мы обвиняем власть в том, что она не может остановить террор против общественных активистов. Так сложилось, что в государстве под названием Российская Федерация быть правозащитником, социальным активистом или независимым журналистом - смертельно опасно. Мы не знаем исполнителя убийства, но считаем, что главный виновник произошедшего - государство, которое не только не стремится защитить своих граждан, но и покрывает организаторов политических убийств.

Полное название акции 1 февраля, указанное в уведомлении: митинг «В память о трагически погибших Станиславе Маркелове и Анастасии Бабуровой, против политического террора, в защиту прав и свобод человека и гражданина, с требованием привлечения к ответственности виновных».

Акция пройдет под лозунгами: "Остановим политические убийства!", "Убийц к ответу!", "Не забудем, не простим", "Система убивает, пока мы молчим".

В митинге примут участие ИКД, Движение общежитий Москвы и Московской области, СИГ, Движение в защиту Химкинского леса, "Левый Фронт", СКС, СД "Вперед", Социалистическое Сопротивление, РРП, Левое Социалистическое Действие, ПЦ "Мемориал", Антивоенный клуб, РКП-КПСС, анархисты, антифашисты и неравнодушные граждане. (Список организаций-участников открыт для присоединения)

Предварительное согласие мэрии получено.

Дополнительная информация: 8-926-206-93-72

Аналогичный митинг пройдет в тот же день в Париже у Центра имени Помпиду в 15.00. 30 января — в Южно-Сахалинске на перекрестке

улицы Ленина и Коммунистического проспекта.в районе стойки с часами у центрального входа на

главпочтамт с 16.00 до 18.00 с числом участников от 2 до 15 человек без звукоусиления.

"Ежедневный журнал"

27.02.2017, 07:21

http://ej2015.ru/?a=note&id=26024
10 СЕНТЯБРЯ 2014,

Кузеванова Светлана, юрист «Медиафокуса» (специалист Центра защиты прав СМИ):

Уважаемый суд, у нас достаточно подробно все изложено в заявлении. Я остановлюсь только на основных вопросах, чтобы проиллюстрировать позицию, которую мы считаем правильной в настоящем процессе. 13 марта 2014 года был заблокирован ресурс, принадлежащий ООО «Медиафокус», www.ej.ru. «Медиафокус» никаким образом не был уведомлен об этой блокировке. На сайте Роскомнадзора в качестве причины указано требование Генеральной прокуратуры от 13 марта 2014 года. Аналогичные действия были совершены по отношению к другому ресурсу, который тоже принадлежит ООО «Медиафокус». Это — www.ejnew.com. 7 апреля он тоже был заблокирован. Но уже с уведомлением от Роскомнадзора, в котором было сообщено, что информация, размещенная на сайте www.ejnew.com содержит призывы к массовым беспорядкам, к экстремистской деятельности. Помимо этого, на официальном сайте Роскомнадзора опубликован реестр доменных имен, которые содержат незаконную информацию и которые подлежат, в соответствии со статьей 15.3, блокировке. Оба ресурса — www.ej.ru и www.ejnew.com — указаны в качестве заблокированных. Как я уже сказала, ООО «Медиафокус» является владельцем доменных имен. А три других заявителя — Н. К. Сванидзе, В. А. Шендерович и Г. А. Сатаров — являются постоянными авторами ресурсов www.ej.ru и www.ejnew.com. Мы полагаем, что действия официальных органов, в данном случае Роскомнадзора, по ограничению доступа к «Ежедневному журналу», а именно доменным именам www.ej.ru и www.ejnew.com, был незаконным. Поскольку была существенным образом нарушена процедура, с которой эта блокировка была осуществлена. Помимо этого, мы полагаем, что незаконными действиями Роскомнадзора и Генеральной прокуратуры были нарушены права авторов — как на свободное выражение своего мнения и распространение информации, так и, безусловно, право читателя на доступ к информации. Кроме того, эти неправомерные действия привели, в том числе, к тому, что на сегодняшний день отсутствует эффективный механизм защиты своих прав и законных интересов — как для этих трех авторов, так и для ООО «Медиафокус». В чем это выражается? Статья 15.3 Федерального закона, которая действует с февраля этого года, предусматривает процедуру и основание для блокировки Интернет-ресурсов. Там сказано, что Генеральная прокуратура и Роскомнадзор имеют возможности и право заблокировать Интернет-ресурс в случае, если на нем будет размещена информация, содержащая призывы к массовым беспорядкам, призывы к осуществлению экстремистской деятельности и призывы к участию в массовых публичных мероприятиях, которые проводятся с нарушением установленного порядка. Эта же статья закрепляет процедуру, по которой эта блокировка осуществляется. Эта процедура такова: первоначально Генеральная прокуратура должна вынести требование об ограничении доступа к конкретному ресурсу. В части 2 этой же статьи закона «Об информации, распространении информации» указано, что такое требование должно содержать. Так вот, это требование должно содержать доменное имя сайта в сети Интернет, сетевой адрес и указатели страниц сайта в сети интернет, которые позволяют идентифицировать конкретную информацию. В данном случае я хотела бы обратить внимание суда на то, что указатели страниц как существенное правовое основание не зря появляются в этой норме закона применительно к требованиям. Почему это важно? В том случае, если государство в лице Генеральной прокуратуры находит основания, что какая-то информация размещена с нарушением закона на каком-либо ресурсе, то эта информация может быть удалена. Мы против этого не возражаем. Но должно быть точечное удаление этой информации, поскольку полное удаление информации в виде блокировки всего ресурса приводит как раз к нарушению прав заявителей в возможности восстановить доступ к ресурсу. Дальше процедура предусматривает, что Генеральная прокуратура должна направить в Роскомнадзор требование с указанием конкретным страниц Интернет-ресурса. Роскомнадзор, который, как он сам заявляет, является техническим исполнителем требований прокуратуры, распространяет далее это требование незамедлительно оператору связи или провайдеру хостинга. Далее, по процедуре, которую опять же предусматривает закон, оператор незамедлительно должен заблокировать те интернет-страницы, которые указаны в этом требовании. Провайдер хостинга, опять же, в соответствии с этой процедурой, должен в течение суток сообщить об этом владельцу ресурса. Но при этом ресурс уже заблокирован, как я сказала. И тогда владелец ресурса может предпринять два действия, в которых и состоит вся защита его прав и интересов. Первое — удалить спорную информацию, о которой ему должно быть сообщено в этом требовании, т.е. какие статьи незаконно размещены на данном ресурсе. Он может удалить эту информацию, сообщить об этом в Роскомнадзор и незамедлительно, если эта информация об удалении подтвердится, должен быть доступ восстановлен. Либо, если владелец считает, что такой информации нет на его ресурсе, он имеет право оспорить законность или незаконность самого факта вынесения такого требования в суде. И здесь, я еще раз обращаю внимание, в процедуре прописано — «незамедлительно». Все действия совершаются незамедлительно. В этом специфика функционирования интернета. В нашем случае, в чем выразилось нарушение? Эта процедура, которая четко прописана в законе, не была соблюдена в отношении www.ej.ru и www.ejnew.com с самого начала. Генпрокуратура вынесла требование. Мы его не видели до сих пор. Представителями «Медиафокуса» было подано два запроса, в которых мы просили предоставить хоть какую-то информацию, позволяющую нам идентифицировать конкретные страницы, ставшие причиной блокировки. На наш запрос Генпрокуратурой был предоставлен достаточно пространный ответ. Нам просто было указано на норму статьи 15.3: ресурс заблокирован, потому что он содержит информацию, недопустимую с точки закона. При том на вопрос, какие конкретно страницы содержат незаконную информацию, нам было дословно сообщено: проверка прокуратуры установила, что в результате тенденциозной оценки действий участников несанкционированных акций, у аудитории сайта формируется убеждение о приемлемости подобных действий. И, соответственно, существенная часть информации в общем объеме материалов является основанием для ограничения доступа к ресурсу. По сути, нам на просьбу указать конкретные страницы, чтобы мы могли как-то защищаться или удалять эти страницы и возобновить доступ к ресурсу, не предоставили ни названий конкретных статей, ни адресов их размещения. Нам в общем виде ответили, что в целом контент нашего ресурса не нравится. Поэтому подлежит блокировке. То есть ответ более чем невнятный. И, безусловно, является злоупотреблением части применения закона со стороны Генпрокуратуры. А от Роскомнадзора нам поступил ответ тоже вполне формальный. Было просто указано, что им поступило требование прокуратуры и они технически выполнили свою работу. Не более того. Тем не менее, ситуация, в которой оказался ООО «Медиафокус», просто тупиковая. Это даже не замкнутый круг. Если регулирующие органы сочли какую-то информацию противозаконной, мы готовы рассмотреть возможность ее удаления, в том числе. Но мы не готовы биться четыре месяца, как рыба об лед, чтобы понять, какие конкретно страницы Генпрокуратуре и Роскомнадзору не нравятся. И на каких конкретно страницах содержится незаконная информация. И второе — мы не можем обжаловать законность признания конкретных статей экстремистскими или призывающими к массовым беспорядкам, только лишь потому, что мы конкретно эти статьи не знаем. И в итоге — как следствие всего этого процесса — получается отсутствие эффективного средства защиты для нас как для владельцев ресурса. Что касается заявителей, физических лиц, тут тоже достаточно интересная ситуация, потому что все мы понимаем, что на ресурсе размещается огромное количество информации. Архив одного автора — это огромное количество статей, публикаций, заметок на абсолютно разные темы. Это и освещение разных мероприятий. Это, что называется, мысли вслух о жизни, о проблемах и так далее. Поэтому «ковровая» блокировка всего ресурса вызвала невозможность доступа читателей к тем публикациям, которые сами по себе не могли представлять никакой опасности. Если часть незаконного контента блокируется, мы имеем возможность его устранить. Удалить этот контент. И у нас есть право оставить на ресурсе тот контент, который вполне правомерен. У читателей есть право читать этот контент. А у авторов есть право распространять этот контент. В этом случае читатели и авторы были всего этого лишены. Просто потому что была не соблюдена должным образом процедура, соответствующая закону. И фактически Генпрокуратурой и Роскомнадзором была введена цензура в отношении тех материалов, которые не содержат информацию с призывом к массовым беспорядкам (как они полагают), к осуществлению экстремистской деятельности или к участию в несанкционированных мероприятиях. Мы полагаем, что совершенно незаконным и необоснованным образом было ограничено право авторов на распространение информации и, соответственно, право читателей получать эту информацию.

Хочу еще особо отметить, что первый ответ из прокуратуры мы получили только 28 апреля. Блокировка состоялась 13 марта. Это при «незамедлительных сроках», которые указаны в статье 15.3. Возникает вопрос: если есть статья, которая предусматривает четкую процедуру, почему она совершенно не работает в отношении некоторых ресурсов? Почему нам не предоставляется возможность удалить этот спорный контент и начать дальше функционировать? Фактически эта возможность отсутствует из-за того, что мы до сих пор не знаем, какие конкретно интернет-страницы прокуратура посчитала незаконными. И то, как была проведена эта процедура, противоречит всем нормам международного права. Мы резюмируем, что свободное право на выражение мнения и право на свободу распространения информации не абсолютно. Оно, безусловно, может быть ограничено — мы с этим не спорим. Оно может быть ограничено в сторону защиты прав и интересов других людей. Это и репутация, и нравственность, и здоровье, и безопасность государства, суверенитет, основы конституционного строя. И в этом случае должны быть серьезные законные основания для такого ограничения. Международные стандарты, в виде практики Европейского суда и толкования конвенций защиты прав и свобод человека, напрямую об этом говорят. Помимо этого, я хотела бы приобщить к материалам дела подтверждение позиции в отношении авторов «Ежедневного журнала». Я просила бы суд приобщить к материалам дела эти публикации. Тут достаточно внушительный список публикаций наших трех заявителей. И они показывают разноплановость публикаций авторов, которые существовали на ресурсе ej.ru. Почему не была проведена точечная блокировка конкретных страниц, которые прокуратура считает спорными? Это главный вопрос, с которым мы пришли на это судебное заседание. Мы просим признать незаконным требование прокуратуры, хотя мы его в глаза не видели. И просим признать незаконными действия Роскомнадзора и Генпрокуратуры по проведению ограничения доступа к ресурсу «Ежедневного журнала». И на предварительном судебном заседании мы просили суд запросить требование Генпрокуратуры для того, чтобы все-таки с ним ознакомиться спустя пять месяцев после проведения блокировки. Если это требование было предоставлено, мы просим суд дать нам возможность с ним ознакомиться. Пока все.

Иванов Денис, судья:

Вы просите приобщить публикации к делу?

Кузеванова Светлана:

Да. Для подтверждения многообразия контента ресурса.

Иванов Денис:

А вы до этого не знакомились с материалами судебного заседания?

Кузеванова Светлана:

Нет, не знакомились, потому что я представитель не из Москвы и мне сложно с ними знакомиться.

Представитель Генпрокуратуры:

Материалы вам отправлялись. И тем более требование есть в открытом доступе.

Кузеванова Светлана:

Требования нет в открытом доступе.

Представитель Генпрокуратуры:

Это требование направлялось в соответствии с уведомлением Роскомнадзора. Весь комплект документов.

Кузеванова Светлана:

Ваша честь, вот говорят, что Роскомнадзор комплект документов для нас предоставлял. Мы его не получили. Если для нас нет копий, можем ли мы просить 5-минутный перерыв для ознакомления с этим пакетом документов (требование Генпрокуратуры и скриншот первой страницы «ЕЖа» от 13 марта 2014)? И можно сразу уточнить: это была единственная публикация, которая сопровождала это требование? Можно мы фотокопию сделаем? Ваша честь, а можно сразу реакцию на эти документы? Во-первых, вызывает серьезное недоумение этот документ, который существует в природе и он секретен, но почему-то не был предоставлен заявителю. Вернее, почему публикация, которая вызвала вопросы, не была предъявлена Роскомнадзору для того, чтобы он нам указал на эту конкретную публикацию, как это требует процедура? Это первое. И второе, в подтверждение нашей позиции. Всего лишь одна спорная публикация, в которой Генпрокуратура нашла призывы к совершению незаконных действий. И тогда тем более непонятно, почему процедура была проведена таким образом, что был заблокирован весь ресурс? Мы считаем это абсолютно незаконным.

Сванидзе Николай, автор «Ежедневного журнала»:

Я считаю, что мои права нарушены, Ваша честь, двояко. Потому что у меня есть свой привычный, прикормленный, с позволения сказать, читатель, который ко мне привык. Адресный читатель, на которого я рассчитываю. Я давно пишущий журналист. И вот это решение, по которому сайт заблокирован, оно порвало, нарушило мои творческие связи с этим читателем. Читатель ждет публикаций — он их не получает. Я жду выхода на читателя — я его не имею. Это нарушает мои творческие профессиональные права, и я не могу понять, почему? Радикалом себя не считаю, радикальных текстов не писал и не пишу. И я никак не могу понять, почему меня отделили от моего читателя? Считаю, что это нарушение моих авторских, журналистских, профессиональных прав. Это первое. И второе: мне затруднительно пользоваться архивом тех публикаций, которые уже имели место быть. И их немало накопилось в «ЕЖе» за долгие годы. Я имею право, так или иначе, пользоваться этим ресурсом. Вероятно, я хотел бы опубликовать в каком-то виде (и это не исключено, это мое право неотъемлемое), например, в виде какой-то книжки, мои многочисленные тексты в «Ежедневном журнале». Теперь я такой возможности фактически лишен. Я даже продолжаю иногда туда писать, но я не могу это даже прочитать. То есть это разговор вслепую. Потому что, как туда выходить — я не знаю. Сайт заблокирован. Что там написано? Что там вышло? Кто это прочитал? Я понятия не имею. И я считаю, Ваша честь, что этим нарушены мои права. Спасибо.

Шендерович Виктор, автор «Ежедневного журнала»:

Я полностью присоединяюсь к тому, что сказал Николай Сванидзе. Нарушены все права. Все это относится и ко мне. Причем, последнее относится и в практическом смысле. Я делаю книгу по своим публикациям, по своей публицистике, и это чрезвычайно затрудняет работу. Поскольку я не юрист и говорю свою оценку, то для меня совершенно очевидна политическая, а не законная составляющая в этом деле. Потому что, кажется, 17 ресурсам вынесены предупреждения, но только 3 ресурса мгновенно заблокированы целиком. И как мы сейчас видим, фактически из-за одной публикации, которая кажется незаконной прокуратуре. Кроме «ЕЖа», заблокированы «Грани.ру» и «Каспаров.ру». Всем остальным вынесены предупреждения. Это абсолютно недвусмысленно для людей здравого смысла указывает на политический характер этого действия. Это совершенно очевидная цензура. Это совершенно циничное, наглое и вполне демонстративное, действующее превентивно по отношению к другим участникам процесса (СМИ, я имею в виду) политическое действие. Это цензура, запрещенная Конституцией РФ. Это она и есть, и ничего другого. Для меня как для человека, чьи права были ущемлены здесь, и для моих читателей это совершенно очевидно. В этом нет никаких сомнений. Кроме того, все юридические основания, о которых говорил Николай Карлович, они, конечно, имеются.

Рыклин Александр, главный редактор «Ежедневного журнала»:

Ваша честь, мне представляется, что такие дела редко встречаются. Есть закон. Есть два ведомства, одно из которых по своей сути не то что бы должно этот закон соблюдать, оно должно надзирать за ним. А эти два ведомства цинично его игнорируют. Как будто этого закона и не существует. Эти люди как-бы нам говорят: знаете что, закон не для нас. Он для вас. А мы как хотим, так с ним и обращаемся. Давайте представим всю эту историю в какой-то жизненной ситуации. Вот мы работаем. Работает редакция. Работают авторы — уважаемые и известные люди. Нас читают. Аудитория журнала — больше миллиона человек в месяц. И вдруг появляются вот эти странные люди, которые на основании того, что у них погоны на плечах, что они могут делать все, что захотят — берут и рушат всю эту историю. Я уже не рассматриваю финансовую составляющую — понятно, что она тоже присутствует. И все, приходят люди в сером и говорят: все, вас тут больше не стояло. Вас тут больше нет. Мы вас закрываем. Почему? Зачем? При этом следуют комментарии разных официальных лиц. Заместитель Роскомнадзора недавно говорил, что он не видит оснований для разблокировки «ЕЖа». Это что, правовое сознание? И это как-то вообще с законом соотносится? Как это можно вообще терпеть? Мы не собираемся этого терпеть, собственно в этом-то и заключается смысл нашего похода сюда. Это совершенно очевидное недвусмысленное дело. Виктор Шендерович совершенно правильно сказал: это дело, конечно, политическое. Конечно, Генпрокуратуре позвонили из Администрации и объяснили, кого надо закрывать. Это же для всех ясно. Правда.

Пашкова Ольга, генеральный директор ООО «Медиафокус»:

Я хотела выступить с короткой справкой о «Ежедневном журнале». Ваша честь, «Ежедневный журнал» существует в сети Интернет с 2005 года. Сотрудники и авторы ежедневного журнала, в основном, профессиональные журналисты, публицисты, политики, общественные деятели. Перед блокировкой ресурс посещало более 80 тыс. читателей в день. С 2005 года у нас не было ни одного предупреждения от Министерства связи и других регулирующих органов. Мы безукоризненно и профессионально соблюдали права и обязанности, обозначенные в законе о СМИ. Поэтому столь внезапное вмешательство в нашу работу, в работу профессионального журналистского коллектива я считаю недопустимым. Кроме того, «Медиафокус», который является владельцем этого ресурса, который является и юридическим лицом, и коммерческой организацией, не имеет возможности осуществлять свою прямую коммерческую деятельность. А читатели лишены возможности посещать ресурс. Пользоваться архивом, в котором размещены более сотни тысяч материалов.

Представитель Роскомнадзора:

Скажите, пожалуйста, вы говорили про нарушение процедуры в том числе со стороны Роскомнадзора. Вы отрицаете то, что получали уведомление от провайдера хостинга об ограничении доступа к информационному ресурсу?

Кузеванова Светлана:

Мы получали уведомление от провайдера хостинга только в случае повторной блокировки 7 апреля. При первичной блокировке нашего ресурса мы не получали уведомления от провайдера хостинга. Мы это и пишем в заявлении.

Представитель Роскомнадзора:

Я Вам задала конкретный вопрос: отрицаете ли Вы, что в Ваш адрес направлялось уведомление от провайдера хостинга?

Кузеванова Светлана:

Я Вам конкретно ответила: мы не получали уведомление первый раз. Мы получали уведомление при повторной блокировке. Я же не знаю, направляли вы его или нет. Я только могу судить, получали мы или нет.

Направлялось и получалось – это две большие разницы. Во всех Ваших уведомлениях конкретного указателя на идентификатор страницы нет. Поэтому, если мы что-то и получали — это есть в деле.

Представитель Роскомнадзора:

Статьей 15.3 процедуры предусмотрено, что уведомление отправляет провайдер хостинга.

Кузеванова Светлана:

7 апреля нам пришло уведомление от провайдера хостинга о том, что заблокирован ejnew.com, когда блокировался ej.ru. 13 марта мы ни от кого не получали ничего. 14 марта мы написали два запроса — в Роскомнадзор и в Генпрокуратуру, чтобы понять, что случилось. Получили ответы в конце апреля. От вас пришел ответ 16 апреля. От прокуратуры — 28 апреля.

Представитель Роскомнадзора:

Тогда следующий вопрос, знаете ли Вы, что процедура рассмотрения обращений граждан осуществляется в соответствии с 59 статьей закона, а не соответствует статье 15 закона? Поясню, 59-я статья закона «О рассмотрении обращений граждан». Срок рассмотрения заявлений составляет 30 дней!

Кузеванова Светлана:

Вы уложились. Прокуратура — нет. Полтора месяца нам прокуратура отвечала. К вам нет претензий в этой части.

Представитель Роскомнадзора:

Я вам задаю вопрос. Предусмотрено статьей 15.3 направление информационному ресурсу в лице его законного представителя требования прокуратуры или уведомления Роскомнадзора?

Кузеванова Светлана:

Юрист с юристом разговаривает. Вы знаете, что предусмотрено статьей 15.3, я знаю… Статьей предусмотрено, что Генпрокуратура направляет требования Роскомнадзору. Роскомнадзор перенаправляет это же требование оператору связи — провайдеру хостинга. Провайдер хостинга перенаправляет то, что ему направил Роскомнадзор владельцу ресурса. И уведомляет его о том, что ресурс заблокирован.

Представитель Роскомнадзора:

Я правильно поняла, что Вы не должны были получать ни требование Генпрокуратуры, ни уведомление Рокомнадзора как владелец ресурса?

Кузеванова Светлана:

Нет. Я этого не сказала. Мы должны были быть уведомлены, какая часть нашего ресурса содержит призыв к осуществлению противозаконных действий. Нам в уведомлении должно было быть указано, какие конкретно доменные имена, страницы, адреса содержат этот незаконный контент. Иначе мы не можем выполнять обязанности, которые на нас лежат. И реализовать наше право, предусмотренное частью 5 статьи 15. Если мы получим от вас уведомление о блокировке просто как констатацию факта, часть 5 может быть вообще забыта как недействующая. Для чего тогда она написана в законе?

Представитель Генпрокуратуры:

Давайте я остановлюсь тезисно на основных моментах. Первым из таких моментов, по которому мы выразили возражение: мы считаем, что заявителем пропущены установленные законом сроки обращения в суд. О том, что им заблокировали сайт, владельцам «Медиафокуса» стало известно 15 марта. То есть о предполагаемых противоправных действиях в отношении заявителя стало известно в марте месяце. В суд они обратились только в июле, по-моему. Если мне память не изменяет.

Зинатулин Сергей, юрист «Ежедневного журнала»:

Ваша честь, позвольте. Дело в том, что сайты блокировались два раза. И «Медиафокус» обращался с иском в Арбитражный суд. Поскольку нам было отказано в рассмотрении дела по ходатайству Генпрокуратуры. О чем она не может не знать и вводит суд в заблуждение. Я хотел бы это отметить и обратить на это Ваше особое внимание.

Представитель Генпрокуратуры:

Я настаиваю на том, что срок действия был пропущен. И тот факт, что Вы обращались по своей юридической неграмотности сначала в Арбитражный суд, где дело было прекращено в связи с невозможностью рассмотрения подобных споров, не дает вам права. Закон предусматривает трехмесячный срок подачи жалобы на действия государственных органов. Поэтому мы считаем, что срок был пропущен, и это служит основанием для отказа в удовлетворении требований. Это первое. И второе — как подтвердили представители «Медиафокуса», их право было нарушено в марте. По процедуре, мы считаем, что действия со стороны заявителя основаны на неправильном толковании статьи 15.3. И я сейчас пытался выяснить этот вопрос с представителем «Медиафокуса» по поводу действий Роскомнадзора. В законе нигде не говорится, что он должен направить уведомление администратору доменного имени со ссылкой на конкретные статьи. Требование с указанием информационного ресурса было. В этом требовании, которое Генпрокуратура направила Роскомнадзору, были указаны нормативы, по которым было вынесено такое решение. По результатам проверки было установлено, что сайт «ЕЖ.ру» имеет единую тематическую направленность. И его цель — освещение массовых мероприятий, которые проводятся с нарушением закона. Так на сайте есть раздел «Болотное дело», где постоянно размещаются и накапливаются публикации о проводимых акциях в поддержку «Болотного дела», о массовых беспорядках на Болотной площади, которые проходили в Москве в марте 2012 года. Таким образом, Генеральная прокуратура сделала вывод, что основная масса размещаемых на сайте статей доносит информацию до читателей о том, что проведение массовых мероприятий и беспорядков является необходимой и приемлемой формой выражения гражданской позиции, что, по сути, побуждает граждан к выражению своего мнения. И таким образом является призывом к участию в подобных публичных противоправных акциях. И в результате тенденциозности у аудитории сайта формируется убеждение в правомерности данных деяний. И в силу этого было направлено требование о блокировке всего сайта. И направлено, в соответствии с процедурой, в Роскомнадзор. Таким образом, мы считаем, что доводы заявителя о неправильном характере действий Генеральной прокуратуры несостоятельны и основаны на юридической неграмотности заявителя. Мы считаем, что заявители — как и авторы, так и владельцы информационного ресурса «Медиафокус» — могут выражать свое гарантированное Конституцией право на распространение информации на других информационных ресурсах. Я пытался выяснить у представителей «Медиафокуса», что сейчас происходит с их ресурсом. Несмотря на блокировку сайта ej.ru, сейчас в сети интернет существует сайт ejforever.com, на странице этого сайта указано, что там всегда будет доступна информация о том, где сейчас можно почитать этот «Ежедневный журнал». Существует около 20 различных способов, как получить доступ к информационному ресурсу. Несмотря на действия Роскомнадзора и то, что должные меры по блокировке сайта предпринимаются. Как у авторов, так и у читателей есть возможность пользоваться ресурсом, который запретили. У всех доступ есть, поэтому мы считаем, что право не нарушено и заявители могут его реализовывать. Что касается сайта ejnew.com, о котором тоже идет речь в заявлении, то в требовании Генпрокуратуры на это указано не было. Но в требовании есть ссылка на то, что есть показания к блокировке как самого сайта, так и дублирующую противоправную информацию его зеркала.

Светлана Кузеванова:

Скажите, пожалуйста, еще раз. Что должно содержать требование об ограничении к информационному ресурсу, которое выносит Генпрокуратура?

Представитель Генпрокуратуры:

Это подробно прописано в статье 15.3,. и я цитировать ее не собираюсь.

Светлана Кузеванова:

Я задаю этот вопрос, только лишь потому, что в своем выступлении представитель прокуратуры сказал, что требование не должно, в соответствии со статьей 15.3, содержать указатели конкретной страницы. Обращаю внимание суда — здесь написано: данное требование (пункт 1 части 2-й) должно содержать доменное имя сайта в сети Интернет, сетевой адрес, указатели адреса страниц сайта в сети интернет, позволяющие идентифицировать такую информацию.

Представитель Генпрокуратуры:

Это неверно.

Светлана Кузеванова:

В законе написано неверно?

Представитель Генпрокуратуры:

Вы берете эту фразу в контексте. В законе все написано верно, просто вы ее неправильно трактуете. Эта часть 2-я, она касается Роскомнадзора. И у вас будет возможность задать этот вопрос представителю Роскомнадзора.

Светлана Кузеванова:

Хорошо. Я обязательно задам этот вопрос. Просто Роскомнадзор говорит: мы — технический исполнитель. Нам все дает прокуратура. А прокуратура говорит: это все Роскомнадзор должен делать. Тогда такой вопрос, кто определяет незаконный контент на информационном ресурсе? Роскомнадзор или прокуратура?

Представитель Генпрокуратуры:

Прокуратура выносит требование.

Светлана Кузеванова:

А Роскомнадзор должен догадаться, какие конкретно страницы содержат незаконный контент?

Представитель Генпрокуратуры:

В требовании есть указание на тот или иной информационный ресурс, который содержит незаконный контент.

Светлана Кузеванова:

Сотрудники прокуратуры определяют конкретные статьи, которые содержат незаконный контент?

Представитель Генпрокуратуры:

Нет. Они указывают информационный ресурс.

Светлана Кузеванова:

Хорошо. Вопрос: часть 5 этой статьи предусматривает случаи, как должны действовать мы, получая уведомление, которое приходит от Роскомнадзора. Как вы считаете, в ситуации тотальной блокировки «Ежедневного журнала», какие правомерные действия мы должны были совершить, чтобы возобновить доступ к этому ресурсу?

Представитель Генпрокуратуры:

Это опять же вопрос к Роскомнадзору. Потому что часть 5 статьи 15 касается ваших взаимоотношений с Роскомнадзором. Они предоставляют информацию, касающуюся удаления тех информационных ресурсов, которые указаны в требовании. Это конкретно прописано в статье 15.3.

Светлана Кузеванова:

Еще раз вопрос, какова роль прокуратуры в процессе блокирования информационного ресурса?

Представитель Генпрокуратуры:

В данном случае, вы и Роскомнадзор. Прокуратура вынесла требование. В этом требовании она указала информацию, которую она считает противоправной. И отправила это требование Роскомнадзору. Дальше, если вы хотите пойти по пути, который указан в части 5 статьи 15.3, вам надо те требования, которые указаны в статье, соблюсти и направить в Роскомнадзор подтверждение. Надо лучше читать статьи.

Светлана Кузеванова:

Я понимаю. В части 5 написано, что мы должны удалить незаконный контент и сообщить об этом Роскомнадзору. Какой незаконный контент мы должны удалить, если нас целиком заблокировали и не сказали, где этот незаконный контент?

Представитель Генпрокуратуры:

Вы этот вопрос Роскомнадзору задавайте.

Светлана Кузеванова:

В чем суть ваших взаимоотношений с Роскомнадзором?

Представитель Генпрокуратуры:

Я вам еще раз говорю – часть 1 статьи 15.3 прочитайте. Там все подробно написано.

Светлана Кузеванова:

Следующий вопрос. Вами в материалах дела вместе с возражением было представлено требование от 13 марта. К нему были приложены копия и скриншот с публикацией, которая содержит незаконный контент. Я правильно понимаю?

Представитель Генпрокуратуры:

Требование было направлено в Роскомнадзор.

Светлана Кузеванова:

Правильно я понимаю, что, исходя из требования, прокуратура полагает незаконной информацию, размещенную в разделе «Болотное дело»?

Представитель Генпрокуратуры:

В том числе. Потому что мы считаем, что информационный ресурс в большинстве своем содержит информацию, призывающую к противоправным действиям, нарушающих ФЗ.

Светлана Кузеванова:

Почему когда мы отправили запрос и попросили указать нам информацию, содержащую незаконный контент, с целью ее устранения, нам не была предоставлена в ответе эта информация?

Представитель Генпрокуратуры:

В ответе, который вам приложили, вам было дано обоснование о тенденциозности вашего сайта.

Светлана Кузеванова:

В обосновании было, что сайт содержит информацию, и дальше посылы к статье 15.3. Как мы должны были исполнить ваше требование?

Представитель Генпрокуратуры:

Это вопрос к Роскомнадзору. Мы направляли требование в Роскомнадзор.

Шендерович Виктор:

Этот вопрос не касается юридических материй. В выступлении представителя прокуратуры было заявлено о тенденциозности освещения как одной из причин блокировки. Я хочу спросить, в каких-нибудь нормах закона есть слово тенденциозность? И ответственность за тенденциозность? И кто определяет тенденцию? Прокуратура? Я по своей юридической безграмотности полагал, что есть вещи законные и незаконные. Противоправные и соответствующие праву. А то, что прокуратура может остановить действия СМИ, поскольку посчитает материал тенденциозным, об этом я услышал впервые. И я хотел бы получить Ваше объяснение.

Представитель Генпрокуратуры:

Я не готов сейчас говорить на эту тему. Слово тенденциозность — оно просто отдельно вырвано из контекста. И само по себе смысловой нагрузки не несет. При предоставлении заключения и анализа той информации, которая содержится на сайте «ЕЖ», был сделан вывод, что основная часть статей, которая размещена на ресурсе, содержит информацию с призывом к противоправным действиям. И носит тенденциозный характер. Здесь это употреблено, как фразеологический оборот.

Шендерович Виктор:

У Вас своя специальность. У меня своя. И я привык к точным значениям слов. Тенденция бывает такая или другая. Это предмет для обсуждения. Не может быть тенденции к противоправным действиям, призыв может, а тенденции нет! Я прошу, поскольку мой доступ к читателям прекращен, указать, где у меня в тексте были призывы к противоправным действиям. Если в моих текстах нет призыва к противоправным действиям, я не понимаю, почему мой доступ к читателям прекращен?

Сванидзе Николай:

Что касается тенденциозности. Это создает очень большую опасность произвола в толковании любых текстов. Произвола, который может оказаться преступным. Потому что любого автора, любого человека можно обвинить в тенденциозности и на этой основе выносить любое решение. Это вносит абсолютную дисфункцию во всю правовую систему государства. Спасибо.

Представитель Генпрокуратуры:

Следствие без анализа основ. Первое и основное, что было заложено в требовании — это то, что на данном сайте размещается информация, призывающая к нарушению установленного порядка и к участию в массовых мероприятиях. А остальная информация, которая размещается на этом сайте — она поддерживает эту тенденцию. Она содержит информацию с призывом к противоправным действиям. Одна статья в разделе «Болотное дело» прямо призывает к нарушению порядка. Остальные статьи они хоть и прямого призыва не содержат, но эту тенденцию продолжают. Вот в этом и заключается тенденциозность той информации, которая на сайте размещена. Что касается, опять же, нарушения ваших прав как автора, печатающегося на этих ресурсах, то мы полагаем, что вы и сейчас, в соответствии с Конституцией, имеете право свободным и не запрещенным способом размещать и публиковать свои труды. И, как я уже говорил, даже сейчас есть в свободном доступе та информация, которая размещалась на сайте www.ej.ru, несмотря на то, что он заблокирован. И у вас, и у ваших читателей есть к нему доступ. Но это опять же больше вопрос к Роскомнадзору, нежели к прокуратуре. Почему все это до сих пор происходит?

Зинатулин Сергей:

Вы сказали, что одна из статей в разделе «Болотное дело» носит экстремистский характер. А вы не можете сказать – какая именно статья?

Представитель Генпрокуратуры:

Сейчас я найду ее, если Вам интересно.

Зинатулин Сергей:

Мне интересно. Или вы это так, голословно утверждаете?

Представитель Генпрокуратуры:

Вот в блоге от 30 января, когда выносилось решение по «Болотному делу», был призыв устроить там политическую акцию с целью изменить стандарты, отбить своих товарищей. Вместе с тем, как вам известно, проведение несанкционированных мероприятий запрещено статьей 8 ФЗ о собраниях, демонстрациях, шествиях и митингах.

Рыклин Александр:

Ваша честь, это пример недобросовестный. Такого текста не было на сайте «Ежедневного журнала». Я не знаю, откуда господин прокурор его взял. Может быть, он его сам написал. Я бы попросил его доказать это. Вот то, что он сейчас зачитал: устроить, отбить… Вот Вы видите, абсолютно голословное обвинение, Ваша честь. Человек что-то говорит. За это не отвечает.

Представитель Генпрокуратуры:

Балаган какой-то.

Рыклин Александр:

Да какой балаган? Я без работы полгода, а вы говорите балаган.

Представитель Генпрокуратуры:

5 июня 2012 года была опубликована статья. Цитирую: «Я прекрасно понимаю, что при определенных условиях я с удовольствием взял бы в руки кусок асфальта и кинул в ОМОН. Но я никак не могу подозревать, что люди, которые это сделали — они провокаторы…» Это пишет ваш автор – Варшавский. И в блогах — Илья Константинов. Еще раз цитирую: «Впереди приговор по Болотному делу, я всех призываю, давайте придем в определенное время суток и поддержим. И покажем, что это не пустые слова и правозащита тоже дело благородное. Отбить своих товарищей, добиться соблюдения закона».

Рыклин Александр:

Ваша честь, простите, но на сайте www.ej.ru нет блогов. Откуда Вы все это берете?

Представитель Генпрокуратуры:

Это сайт ej.ru. Скриншот статьи.

Шендерович Виктор:

Ваша честь, я хочу сказать, поскольку прозвучала эта цитата. Эта цитата очень точная. «Отбить своих товарищей» в кавычках, «добиться справедливого решения суда». Поскольку представители прокуратуры не знают, что такое метафора, я готов объяснить суду его значение.

При этом я хочу отметить, что заседание по «Болотному делу» было открытым. И призвать людей прийти на открытое заседание суда, в этом нет ничего противозаконного. Может быть, с точки зрения прокуратуры это незаконно. Но я не вижу здесь никаких оснований.

Сергей Зинатулин:

Ваша честь, прошу прощения. Среди материалов, представленных Роскомнадзором, не видно тех материалов, на которые ссылается прокуратура. Прокуратура сейчас ссылается на некие анонимные материалы. Их фиксация неизвестно произведена должным или недолжным образом. Более того, трактовка этих материалов вообще уводит от предмета данного судебного заседания. Просто выходит за рамки. Мы оспариваем законность блокировки. И при этом смотрите, что нам дал Роскомнадзор — одну бумажку. А у Генпрокуратуры уже тома. Рассмотрение состоятельности тех материалов, которыми сейчас жонглирует прокуратура, не постесняюсь этого слова, это вообще похоже на отдельный процесс. Вопрос будет к представителю Генпрокуратуры. Вы говорите, что нет нарушений прав авторов и читателей. Они могут свободно публиковаться на других ресурсах. Таким образом, можно подумать, что у вас был приказ заблокировать конкретный сайт. Почему вы не можете дать ответ? Вы в административном порядке ввели санкции за правонарушение, суть которого вы не хотите раскрывать перед потенциальным, предполагаемым правонарушителем. А вина? Где вина?

"Ежедневный журнал"

27.02.2017, 07:21

Представитель Генпрокуратуры:

В требовании указано, что Ваш ресурс содержит призыв к противоправным действиям. И решение вынесено в соответствии со статьей 15.3.

Сергей Зинатулин:

Хорошо. Таким образом, ваши действия влекут за собой нарушение прав граждан. Вы это видите.

Представитель Генпрокуратуры:

Наши действия совершены в соответствии с ФЗ. Если вы считаете, что норма ФЗ каким-то образом нарушает ваши права, вы можете обратиться в Конституционный суд и озвучить свою позицию. Но в данном случае мы обсуждаем законность действий Генеральной прокуратуры. И она в данном случае действовала строго в соответствии с нормами статьи 15.3.

Представитель Роскомнадзора:

В данном случае, мы действовали в соответствии с теми нормами, которые установлены. Генеральная прокуратура действовала в соответствии с нормами закона о прокуратуре РФ, так и в соответствии с нормами статьи 15.3 ФЗ. Это требование есть и в открытом доступе. Мы сейчас сделаем вам ксерокопию. Еще раз скажу, составление такого заключения, оно не предусмотрено ни приказом Генерального прокурора, ни ФЗ. У меня есть с собой скриншот. Просто он в одном экземпляре.

Зинатулин Сергей:

Вопрос: этот скриншот анализировал эксперт? Специалист? Как мы можем это узнать, если это не приложено к требованиям и к заключению? И еще вопрос: вы говорите, что это есть открытом доступе. Это как-то предусмотрено вашими инструкциями и положениями, что вы должны это выложить?

Представитель Генпрокуратуры:

Это Роскомнадзор должен был выложить. И вам прислать.

Зинатулин Сергей:

У нас этого нет.

Представитель Генпрокуратуры:

Закон не предполагает направления вам требования Генеральной прокуратуры.

Кузеванова Светлана:

Вы мне объясните часть 5 статьи 15.3. Я как юрист этого не понимаю. Роскомнадзор говорит, что не предполагается указание страницы. Вы говорите, что не предполагает. А кто предполагает нам указать, в чем мы были не правы? А мы запрашивали через запрос только требование или основание, на которое было вынесено требование? То есть мы узко просили?

Представитель Роскомнадзора:
Уважаемый суд. Возражаем против удовлетворения требований. Считаем, что действия были совершены в рамках статьи 15.3. Обращаем внимание на то, что ссылки на Закон о средствах массовой информации в рамках данного отношения не могут быть применены. Потому что часть 2 статьи 4 149-го ФЗ говорит о том, что правовое регулирование отношений организаций, связанных с деятельностью СМИ, осуществляется в соответствии с законодательством РФ о СМИ. В этом случае ссылка на то, что в адрес СМИ могут приходить предупреждения и иные административные воздействия, не может быть рассмотрена. По существу требования можем сказать следующее. 13 марта 2014 года а адрес Роскомнадзора поступило требование Генеральной прокуратуры РФ об ограничении доступа к информационным ресурсам — к сайту www.ej.ru. В рамках требований статьи 15.3 Роскомнадзор в рамках ведения реестра запрещенной информации произвел выгрузку оператору связи, который осуществил блокировку доступа сайта www.ej.ru. Роскомнадзор на период, когда осуществлялись данные действия, руководствовался инструкцией по работе с требованиями Генпрокуратуры РФ. Она была приобщена к материалам дела и материалам судебного заседания. Подтверждена требованиями РФ 2014 года. Где есть пункт 7, который говорит о том, что Роскомнадзор в рамках обработки поступившего требования от Генеральной прокуратуры осуществляет проверку наличия на информационном ресурсе информации, распространяемой с нарушением закона. Роскомнадзор, реализуя данный пункт, действительно выявил, что требование прокуратуры, вынесенное 13 марта, основано на выявлении факта распространения в сети интернет информации, распространяемой с нарушением закона. Так в обосновании мы можем приобщить к материалам дела скриншот страницы, который был произведен путем применения прокси–сервера. И было выявлено две статьи, которые мы сейчас можем предъявить судебному заседанию. От 28 февраля 2014 года и от 12 марта 2014 года. Первая статья — «Россия не в тренде. У нас наступает глобальное похолодание». Автор Александр Рыклин. Вторая статья — «Поражение при Болотной». Автор Сергей Шаров. Если возможно, можно приобщить это к материалам дела или прислать отдельным письмом.

Кузеванова Светлана:

Как мы узнаем, что именно эти тексты были в требовании или в заключении прокуратуры? И что именно эти тексты пришли в Роскомнадзор? Прокуратура нам ссылается на какие-то публикации совершенно иные. Это конечно на усмотрение суда, но мне кажется, что эти документы не имеют отношения к делу, потому что ничем не подтверждается, что именно они были в том требовании, которое направляла прокуратура 13 марта.

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд. Если возможно, пояснить сразу заявителю по поводу возможности приобщения к материалам дела. Я поясняю, что на сайте сети Интернет есть такая функция, как постоянное обновление информации. И тот скриншот страницы, который пришел из Генпрокуратуры РФ, он действительно содержит совершенно нейтральный заголовок, который был представлен Роскомнадзору. Я могу согласиться, что статья «Мамут уволил главреда «Ленты. ру» за материалы с Украины» не имеет отношения к реализации статьи 15.3, но мы поясняем, что это просто скриншот страницы, подтверждающий, на каком ресурсе размещается противоправная информация. А далее, скриншот выявления того самого запрещенного контента. Я еще раз повторяю — мы проверяем наличие страниц, которые содержат противоправный контент.

Кузеванова Светлана:

Странная ситуация. Мы сейчас оспариваем процедуру. И впервые узнаем, что является основанием.

Представитель Роскомнадзора:

Роскомнадзор после проверки наличия информации направил провайдеру хостинга уведомление об ограничении доступа к информационным ресурсам. Данные действия были совершены в рамках подпункта 2 части 2-й статьи 15.3.

Кузеванова Светлана:

Как Вы можете это подтвердить?

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, я прямо сейчас могу приложить уведомление к материалам судебного заседания. И, кроме того, могу предоставить на обозрение суда и всем сторонам. Или копию уведомления, хотя, я еще раз повторяю, копии всех документов предоставлялись на предварительном судебном заседании.

Кузеванова Светлана:

Мы были на предварительном судебном заседании, а вас не было.

Представитель Роскомнадзора:

Дело в том, что был другой кабинет, к сожалению. Мы опоздали.

Кузеванова Светлана:

Но мы же имеем право на эти документы?

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, это не проблема. Мы готовы предоставить уведомление. Помимо уведомления, которое было направлено в рамках процедуры, было направлено уведомление, в котором содержалась информация о том, какая же именно информация подлежит исключению. Уважаемый суд, по поводу объема информации, я понимаю, что было очень много сказано в этой части. Как бы там ни было, Роскомнадзор — это орган правоприменительный, и в этой части он действует только в рамках того, что предписывает Генпрокуратура РФ. В данном случае, мы видим требование. А требование очень простое – ограничить доступ к информационному ресурсу по указателям — доменное имя. Там не был указан адрес страницы, не было сетевых адресов. Уважаемый суд, я прошу обратить внимание на то, что статья 15.3, а именно пункт 1 части 2-й, предлагает органам Генпрокуратуры РФ и Роскомнадзору реализовать содержащиеся нормы в рамках трех видов блокировки. Это — сетевой адрес, самая серьезная блокировка. Когда блокировка адреса влечет за собой блокировку нескольких сайтов в сети интернет. До 200 сайтов. В данном случае этого не было произведено. Следующий вид блокировки — это блокировка с указанием страниц в сети интернет. Это императивное установление закона. И разговор о том, что процедура нарушена. Или это не соответствует норме статьи 15.3, не соответствует действительности. Я еще раз прошу обратить на это внимание. Возможность блокировки по доменному имени в законе существует. И если заявитель считает, что право на блокировку по доменному имени нарушается, это вопрос для рассмотрения в суде общей юрисдикции. Это право осуществляется подачей заявления в Конституционный суд РФ, причем с определением насколько норма закона противоречит Конституции РФ. Определить, насколько правомерна блокировка по доменному имени в рамках решений Генпрокуратуры и Роскомнадзора, невозможно. Уважаемый суд, по поводу того, что блокировался еще один ресурс ejnew.com. В последнем абзаце требования Генпрокуратуры написано: в случае переноса указанной информации на другие страницы в социальных сетях либо создания зеркал этих ресурсов требуется также ограничить к ним доступ в установленном порядке. Когда мы говорим о ресурсе ejnew.com, это то самое зеркало. Когда зеркально переносится информация с одного ресурса на другой. Данные действия проводились в рамках блокировок Навального, «Граней» и Каспарова. Я не хотела, конечно, заострять на этом внимание в рамках судебного заседания, но все знают, что доступ к ресурсам возможен. Путем создания огромного количества зеркал — это возможно. Я услышала замечание представителя генпрокуратуры, что Роскомнадзору целесообразно увеличить контроль над сайтами в сети Интернет. Действительно, количество сайтов возрастет в геометрической прогрессии. И количество читателей тоже увеличивается. Уважаемый суд, кроме того я хотела бы обратить внимание на то, что на предварительном судебном заседании было представлено судебное решение по заявлению Рассудова, которое рассматривалось в Тверском районном суде, в котором была дана оценка законности блокировки сайта ej.ru. Суд в удовлетворении требования отказал.

Зинатулин Сергей:

Как это так? Предмет без нашего участия?

Представитель Роскомнадзора:

Был заявитель Рассудов. Он оспаривал законность блокировки сайта.

Зинатулин Сергей:

Насколько я знаю, рассматривался вопрос законности блокировки сайтов.

Очень интересно Вы освещаете информацию.

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, я хотела бы последнюю фразу сказать. В настоящее время действительно блокировка продолжается. И, повторяю, есть решение о законности действий Роскомнадзора, который считает, что в рамках происходящего судебного заседания удовлетворения заявления невозможно.

Кузеванова Светлана:

Можно, Ваша честь? Правильно ли я поняла, что, в соответствии с инструкцией о взаимодействиях Генпрокуратуры РФ и Роскомнадзора по применению статьи 15.3, Генпрокуратура пересылает требование об ограничении доступа к информационному ресурсу и обязана Вам предоставить информацию о доменном имени, о сетевом адресе и об указателях страниц?

Представитель Роскомнадзора:

В требовании Генпрокуратуры может содержаться один из трех видов возможных механизмов ограничений доступа информации.

Кузеванова Светлана:

Тогда можно к вам вопрос как к юристу, на основании толкования какой нормы вы к этому пришли?

Представитель Роскомнадзора:

А я могу вам рассказать. На основании пункта 1 части 2-й статьи 15.3. В ней говорится, что требование должно содержать доменное имя сайта, сетевой адрес, указатель адреса сайта в сети Интернет, позволяющий идентифицировать сайт.

Кузеванова Светлана:

Где три альтернативных пути? Или, или, или.

Представитель Роскомнадзора:

Я хочу обратить внимание уважаемого заявителя на то, что если бы в требованиях прокуратуры, не дай бог, был бы указан сетевой адрес, то заблокировали бы не только ваш ресурс. Я повторяю, что сетевой адрес позволяет блокировать до 200 сайтов как минимум в сети Интернет. Если бы в требовании прокуратуры содержалось такое указание, я думаю, что вопросов было бы еще больше.

Кузеванова Светлана:

Вместе с требованиями прокуратуры приходили ли скриншоты или в каком-нибудь другом виде указатели на конкретные Интернет-страницы с запрещенным контентом? И если приходили, то какие?

Представитель Роскомнадзора:

Я объясняю уважаемому суду и уважаемой стороне еще раз, что приходил скриншот страницы «Ежедневного журнала». Поскольку, Роскомнадзор проверяет наличие информации до 12 марта 2014 года и с 1 февраля 2014 года, данные действия были произведены. По крайней мере, те статьи, которые были приобщены к материалам дела, в рамках той компетенции, которую Роскомнадзор имеет. Роскомнадзор не анализирует информацию, не анализирует сведения. Мы действуем в рамках процедуры, установленной статьей 15.3, и мы не можем не доверять.

Кузеванова Светлана:

Понятно, что прокуратура все на вас перекидывает. Вы проверяете просто наличие этой информации?

Представитель Роскомнадзора:

Да. Проверяем наличие информации в соответствии с инструкцией.

Кузеванова Светлана:

Судя по тому требованию и тому скриншоту, который Вы представили, Вы проверяли наличие «Ежа» как доменного имени? Правильно?

Представитель Роскомнадзора:

С 1 февраля 2014 года по 13 марта 2014 года. До момента вынесения требования.

Кузеванова Светлана:

Вы просто смотрели, есть ли такое доменное имя?

Представитель Роскомнадзора:

Мы проверяли наличие информации. В рамках обработки поступившего требования Генпрокуратуры уполномоченным лицом осуществляется проверка наличия информации, распространяемой с нарушением закона. Это все.

Кузеванова Светлана:

Хорошо. При отсутствии конкретных страниц, прокуратура в требовании пишет: есть раздел «Болотное дело», в котором есть тенденциозность и призывы к участию. Что вы проверяли? Наличие раздела?

Представитель Роскомнадзора:

Мы проверяли информацию, которая указана в требовании. Давайте прочитаем требование.

Кузеванова Светлана:

Давайте прочитаем. Давайте будем все читать, потому что у нас расхождения в понимании закона. Мне не совсем понятно. Ваша честь, принципиальный вопрос. Прокуратура говорит, что обязанность указывать конкретные страницы — это обязанность Роскомнадзора.

Представитель Генпрокуратуры:

Я такого не говорил.

Кузеванова Светлана:

Роскомнадзор говорит, что они лишь проверяют ту информацию, которую указывает прокуратура. Вопрос, кто указывает информацию, которая незаконна? Как было в случае блокировки «ЕЖа». Когда было прислано требование, кто указал?

Представитель Роскомнадзора:

Мы правоприменители. Действуем в рамках требований Генеральной прокуратуры РФ. Проверяем наличие указанной информации. Потому что анализ указанной информации проводят они. И как представил документы представитель Генеральной прокуратуры, было представлено даже заключение, в котором содержались как раз выводы о том, что сайт содержит информацию, распространяемую с нарушением закона.

Кузеванова Светлана:

Было приложено к заключению что-то? Какие-то публикации?

Представитель Роскомнадзора:

К приказу был приложен скриншот страницы.

Кузеванова Светлана:

Он подтверждает наличие доменного имени. То есть никаких других конкретных публикаций Вам именно к заключению приложено не было?

Представитель Роскомнадзора:

Я еще раз пытаюсь пояснить — направляется именно требование. А не дополнительные материалы.

Кузеванова Светлана:

Но заключение вам же отправили.

Представитель Роскомнадзора:

Нам направили требование и скриншот.

Кузеванова Светлана:

Заключение, вы сказали, что вам тоже оправили. Можно, пожалуй, последний вопрос, который я задавала представителю Генпрокуратуры. Какими, на ваш взгляд, могут быть правовые действия «Еженедельного журнала» по возобновлению доступа к ресурсу?

Представитель Роскомнадзора:

Я думаю, что нужно обратиться еще раз к Роскомнадзору. Нужно провести еще раз анализ информации, которая размещена на этом сайте. И просмотреть в рамках того, что вы сейчас услышали, на тенденциозность. Напоминаю, что к материалам дела было приобщено две статьи.

Кузеванова Светлана:

Откуда они взялись, мы не понимаем.

Представитель Роскомнадзора:

Это было сделано Роскомнадзором. И эти статьи конкретно размещены на сайте ресурса.

Зинатулин Сергей:

Можно еще вопрос, Ваша честь? Я правильно вас понял: вы только что сказали, что не вы определяете, с точки зрения надзирательных органов, преступный контент. Правильно? Не Роскомнадзор это выявляет?

Представитель Роскомнадзора:

Мы не выявляем. Давайте я еще раз повторюсь, чтобы не были неправильно истолкованы слова. Роскомнадзор в рамках компетенции, которая определена законодательством, самостоятельно выявляет информацию в сети Интернет, которая наносит вред жизни и здоровью детей. Детской порнографии.

Рыклин Александр:

Но «ЕЖ» – это не детская порнография.

Представитель Роскомнадзора:

Не нужно неправильно истолковывать слова. Это именно та компетенция, которая осуществляется в принципе Роскомнадзором. Что касается статьи 15.3, компетенция самостоятельно выявлять информацию к Роскомнадзору не относится.

Кузеванова Светлана:

То есть правильно я вас понимаю, что в тех материалах, которые вам пришли из Генпрокуратуры, уже содержался непосредственный контент, который носит противоправный характер? Правильно?

Представитель Роскомнадзора:

Содержалось доменное имя.

Кузеванова Светлана:

Тогда на каком основании?

Представитель Роскомнадзора:

Вам же сказали, что был прикреплен скриншот.

Кузеванова Светлана:

Скриншота не было.

Представитель Роскомнадзора:

К требованию был прикреплен скриншот, где было указано доменное имя.

Кузеванова Светлана:

Уважаемый суд. Нам только что сказали, что нам должны прислать только требование. И как-то случайно прислали еще и заключение.

Представитель Роскомнадзора:

Посмотрите, пожалуйста, что было приобщено.

Кузеванова Светлана:

Что вы нам тогда голову морочите?

Если у вас был скриншот, значит, у вас были данные о..

Представитель Роскомнадзора:

Прошу обратить внимание — требование. А так как требование касается многих ресурсов, дальше идут конкретные скриншоты.

Кузеванова Светлана:

Здесь идет скриншот об увольнении Галины Тимченко. Не было про «Болотное дело».

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, я пояснила, что в этой ситуации прикрепляется скриншот, чтобы определить доменное имя. Поскольку идет постоянное обновление информации. Информация на блоге и блог начинает ползти вверх-вниз. И в данном случае было просто подкрепление того, что содержалось в данный момент на сайте «ЕЖа» и как идентифицировать данный ресурс. Это все.

Кузеванова Светлана:

Таким образом вы на момент блокировки имели возможность идентифицировать требуемые страницы?

Представитель Роскомнадзора:

Да.

Кузеванова Светлана:

А почему Вы, в соответствии с законом, не дали информацию, как это предполагает статья? Или не прислали, в конце концов, эти скриншоты, чтобы понимать о чем все-таки идет речь?

Представитель Роскомнадзора:

Я задавала вопрос вашему юристу, а потом дала пояснение. Что не предполагает порядок, установленный статьей 15.3, взаимодействия непосредственно с владельцем информационного ресурса. Провайдеру хостинга эта информация была предоставлена. Плюс еще и в авторизированном виде, который был представлен на обозрение.

Кузеванова Светлана:

С другой стороны, если вы сугубо исполнители, как вы говорите, правоприменительный орган. Таким образом вы превысили свои полномочия, блокируя сайт ejnew.com, потому что в тот момент ни в требовании, ни в заключении не было сказано об этом сайте.

Представитель Роскомнадзора:

Я еще раз повторю, в требовании содержится указание на блокирование сайтов, являющихся зеркалами. Ejnew.com — это зеркало ej.ru». Не исполнять требования Генпрокуратуры Роскомнадзор не может.
Можно я еще скажу по последнему тезису? Роскомнадзор не превысил свои полномочия. Роскомнадзор выполнял требование, которое было указано в последнем абзаце требования Генеральной прокуратуры от 13 марта 2014 года. Я прошу это внести в протокол, чтобы не было потом каких-нибудь дополнительных измышлений по поводу превышения полномочий Роскомнадзором.

Пашкова Ольга:

Ваша честь, у меня вопрос к представителю Роскомнадзора. Сейчас идет речь о том, что, согласно требованию Генпрокуратуры и в соответствии с законом, Роскомнадзор блокирует зеркала. В моем предыдущем заявлении было сказано, что ООО «Медиафокус» администрирует два ресурса. Два доменных имени с двумя соответственно разными адресами. Ejnew.com – не зеркало ej.ru. Если Роскомнадзор считает, что это зеркало, я прошу суд затребовать экспертизу, которая доказывает, что два сайта и два доменных имени, существующих раздельно, являются зеркалами друг друга.

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, я хочу пояснить, что к материалам предварительного судебного заседания приобщались выписки из реестра запрещенной информации под номерами 209 и 210, которые внесены в реестр Роскомнадзора. И номер требования также указан. Номер записи первоначальный, 87. Требование было то же самое. А вот на основании требования в реестр были внесены записи — 209 и 210.

Пашкова Ольга:

Но это не подтверждает то, что это зеркало.

Представитель Роскомнадзора:

Там содержится основание для блокировки. Это то же самое, что и в первоначальном требовании прокуратуры. Отдельного требования по ejnew.com не было, потому что в первоначальном требовании от 13 марта содержалось требование о блокировке зеркал.

Зинатулин Сергей:

То есть я правильно понял, что вы незаконно заблокировали сайт ejnew.com? Вы только что это сказали. Вы заблокировали сайт, не опираясь ни на какой закон. Потому что вам только прокуратура может предписывать, что вам блокировать, а что нет.

Представитель Роскомнадзора:

Прокуратура нам предписала блокировать все зеркала, на которых размещена та же самая информация, что и на ресурсе, в отношении которого ограничен доступ.

Пашкова Ольга:

Девушка, вы знаете, что означает слово зеркало? Поясните суду, пожалуйста, что с вашей точки зрения означает слово зеркало?

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, можно я не буду пояснять, потому что это не относится к материалам дела?

Представитель Роскомнадзора:

Когда мы говорим о копировании информации, мы говорим об информации, полностью идентичной и тождественной той, которая размещена на том сайте, в отношении которого поступило требование прокуратуры.

Пашкова Ольга:

Простите, пожалуйста, если Роскомнадзор утверждает, что они не проводят идентификацию — не определяют статьи, не определяют авторов, не определяют даты. Каким образом Роскомнадзор сделал вывод, что ejnew.com — это абсолютная копия ej.ru? Я хотела бы еще раз попросить экспертизу специалистов, которые подтвердят мне, администратору этого ресурса, их абсолютную схожесть. Я хотела бы понимать, на каком основании Роскомнадзор сделал такой вывод?

Представитель Роскомнадзора:

Я хотела бы обратить внимание на процедуру. Что согласно статье 15.3 прямое взаимодействие с владельцем информационного ресурса не предусмотрено.

Кузеванова Светлана:

Ну, у них и позиция.

Тогда вопрос такой. Возможно ли восстановление деятельности сайта?

Представитель Роскомнадзора:

Возможно.

Кузеванова Светлана:

Каким образом?

Представитель Роскомнадзора:

Возможна разблокировка данного сайта, уважаемый суд. Но я хотела бы обратить внимание на то, что этот вопрос касается другого заседания. Действительно, в статье 15.3 предусмотрено, что владелец информационного ресурса удалит информацию и сообщит об этом в Роскомнадзор. Полагаем, что действительно данная норма является в настоящий момент несовершенной. Полагаем, что, когда будет представлена информация, подтверждающая удаление.

Кузеванова Светлана:

Что мы должны удалить?

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, несмотря на то, что в данной статье не упоминается Генеральная прокуратура РФ, мы понимаем, что в данной ситуации прокуратура все-таки должна быть задействована. Потому что мы как правоприменительный орган не проводим анализ информации, будем проводить дополнительные консультации с прокуратурой о возможности удаления данной информации.

Зинатулин Сергей:

Электронная система не дает возможности сделать копии, поэтому у нас есть только запись на бумаге. Почему мы и продублировали на бумаге.

Светлана Кузеванова:

Уважаемый суд, постараюсь сказать кратко, хотя хочется очень длинно. Весь сегодняшний судебный процесс — это какая-то очень странная история. Одна и большая. Мы все, юристы, совершенно четко видим, что в законе прописана процедура. Процедура, которая вполне совершенна в тех случаях, когда она исполняется так, как это написано. Я абсолютно не согласна с позицией представителя Роскомнадзора, что в требованиях может быть три разных варианта указания роли незаконного контента, который должен быть заблокирован. Если мы все юристы и умеем трактовать систему законодательства, то в законе четко написано — «требование должно содержать». И дальше то, что оно должно содержать, перечисляется через запятую. Если бы законодатель предлагал нам три разных пути, было бы написано «или». Или как минимум «и». Тогда мы могли бы понимать, что либо то, либо другое возможно. Или возможно все вместе. Но в данном случае четкое прочтение этой нормы значит, что должно быть одновременно указано и доменное имя, и сетевой адрес, и страница. На это указывает и вся логика этой нормы. Поскольку, если будет заблокировано доменное имя, у владельца ресурса не будет никакой возможности восстановить доступ к этому ресурсу. Что же получается на самом деле? Прокуратура спускает требование, в котором есть некая информация о том, что на сайте «Ежедневного журнала» есть раздел «Болотное дело», который не нравится, потому что там есть тенденциозная подача материала, призыв, якобы, к участию в судебном процессе по фигурантам уголовного дела. При этом нет никаких дополнительных документов, которые позволяли бы идентифицировать эти страницы. А это необходимо. Необходимо, прежде всего, для того чтобы мы могли об этом узнать и удалить это. Мы не против блокировки как таковой. Но мы хотим иметь возможность реализовывать наши права и выполнять наши обязанности по закону. Мы — законопослушные граждане. Мы этого делать не можем. Дальше, Роскомнадзор действительно является техническим исполнителем. То, что сейчас прокуратура пытается все спихнуть на Роскомнадзор (другого слова просто не подберешь), это, конечно, вызывает удивление. Потому что, если вы вынесли это требование — отвечайте за него до конца. Роскомнадзор в данном случае только передает оператору связи и провайдеру хостинга все то, что спустила ему сверху прокуратура. А именно: указывает все то же самое. Ничего нового они там придумать не могут. Безусловно, действия Роскомнадзора по части блокировки ejnew.com являются абсолютно незаконными. Потому что те самые зеркала, на которые указывает прокуратура в своем требовании от 12.03.2014 года, все-таки должны хоть как-то прокуратурой быть определены. Сам Роскомнадзор, как я полагаю, не имеет полномочий определять, какие ресурсы могут являться зеркалами, а какие нет. Он действительно является техническим исполнителем в данном случае. Что еще абсолютно возмущает в данном деле? Мы направили много запросов. Если вся эта ситуация не стоит выеденного яйца, нам просто должны были на эти запросы ответить и написать: у вас на данном ресурсе есть такой раздел, и он нам не нравится. Это же не секрет. Это же было в требовании. Дайте нам возможность понять, что такого незаконного распространено на этом ресурсе. Мы только сегодня впервые увидели это требование. Ссылка представителя прокуратуры на то, что это можно найти в открытом доступе, неуместна. Так как никакие их положения и нормы закона не предусматривают необходимость того, чтобы это требование стало достоянием общественности путем выкладывания его на какой-то официальный ресурс в интернет. Как по аналогичным делам добывали стороны это требования, для меня лично остается загадкой. Но мы как владельцы ресурса, чей сайт был заблокирован, имеем право хотя бы знать, что там написано. Пусть нам не предоставят конкретную страницу. Но хотя бы напишите в общем виде, что вам не нравится. Не было делано даже этого. И в этой связи, есть статья закона — закон должен применяться абсолютно одинаково ко всем гражданам, которые его нарушают. Буквально две недели назад в Интернете появилось множество сообщений о том, что Роскомнадзор вынес предупреждение 14 разным ресурсам по той же статье 15.3. И представитель Роскомнадзора в своем выступлении сказал, что, вообще-то, мы должны блокировать эти ресурсы. Потому что статья 15.3 предусматривает блокировку. Но мы решили пока дать им предупреждение. Возникает большой вопрос, почему один и тот же закон в отношении разных информационных ресурсов применяется выборочно, как это решит правоприменительный орган? Нам это совершенно непонятно. В этой ситуации мы полагаем, что наше право заявителя и право «Медиафокуса» как владельца и администратора обоих ресурсов были однозначно нарушены. Мы готовы исполнить требование закона и удалить эту информацию. Но мы не знаем, что это за информация. И на сегодняшний день мы лишены вообще доступа к ресурсу. Люди без работы. Читатели без информации. Авторы лишены возможности распространять информацию на этом ресурсе. По-моему, статья 15.3 предусматривает несколько иной порядок и понимание того, как эта норма должна действовать. В статье 15.3., если вы заметили, везде есть слово «незамедлительно». Все должно быть «незамедлительно». А у нас получается, что незамедлительно в один час мы все блокируем. А потом можем потратить целую жизнь, чтобы доступ к этому ресурсу восстанавливать. И, в конце концов, у нас должна быть возможность, чтобы обжаловать это в суде. У нас ее по сути нет. Потому что ч.5 статьи 15.3 просто не реализуется так, как это должно быть. Просим, соответственно, удовлетворить наши требования и признать незаконными действия обоих органов.

Зинтулин Сергей:

Ваша честь, чтобы не повторяться, просто хотел бы резюмировать такую вещь. После выступления представителя Роскомнадзора мне, как и многим другим, стало ясно, что у них на момент блокировки была возможность идентифицировать — пусть не ссылкой, путь скриншотом. Но показать, что именно послужило основанием. Какой конкретно материал является крамольным? Они это заявили сами непосредственно в судебном заседании. Да, это было бы небольшое несоответствие закону. Но позволило бы нам хотя бы в дальнейшем реализовывать свои права. Не сделано было ничего. По праву сильного. И в данном случае тандем прокуратуры и Роскомнадзора выглядит таким образом: прокуратура вместо того, чтобы надзирать за соблюдением законности, попирает и поощряет. Берет сверху козырек и пинает всех тех, кто снизу. Не совсем правильно. Это не является воплощением законности, на мой взгляд. Тем более когда есть основания, есть обычный диалог. И все взаимоотношения сторон не ограничиваются только конкретным определенным ФЗ. Есть Конституция — основной закон страны, нормы которой по попустительству этих двух уважаемых органов попраны не менее. Вот, краткое резюме.

Сванидзе Николай:

Ваша честь, было сказано, что все здесь юристы. Это не так. Я как раз не юрист. Я журналист. Меня даже недавно в одной из стран Евросоюза приняли за Шендеровича. И я хочу сказать две вещи — локальную и общую, по итогам этого обсуждения. Локальная состоит в том, что было предложено мне осуществлять свои права по распространению информации, по общению с читателями через некий какой-то левый ресурс. Я не понимаю, почему представитель уважаемого законного органа предлагает мне чесать левое ухо правой рукой через голову? Почему блокируется основной ресурс, а мне говорят, знаете что? А вы можете пользоваться левым ресурсом. Мне запрещают выходить через дверь и говорят: знаешь что, парень, ты можешь через окно, по водосточной трубе. За одно и фитнесс хороший. Давай. Я не вижу в этом смысла. Я не вижу в этом логики. Я вижу в этом попытку издевательства надо мной, я бы сказал. Потому что если можно через левый ресурс, то, наверное, можно и через основной. Я не понимаю этого, не будучи юристом. Может быть, юристы понимают. Я не понимаю. Это первое. И второе соображение более общего порядка — у меня нет юридического образования, но у меня слух абсолютный, Ваша честь. Несколько раз задавали сегодня вопрос — и уважаемому представителю прокуратуры, и уважаемому представителю Роскомнадзора, главный вопрос, ради которого мы сегодня здесь собрались. А именно: что нужно сделать, чтобы восстановить ресурс? Я внятного ответа на этот вопрос не услышал. Каждый раз снова всплывало слово — «тенденциозность». И в устах представителя прокуратуры, и в устах представителя Роскомнадзора. Слово тенденциозность, которое, как мы выяснили, юридического, законодательного, правового эквивалента не имеет. Поэтому я до сих пор не знаю, что нужно сделать, чтобы ресурс был восстановлен и мои права тоже были бы восстановлены. Спасибо.

Шендерович Виктор:

Опять-таки не юридический взгляд. Есть какие-то важные вещи, которые сегодня, по мнению юристов, не прояснились. Есть здравый смысл. Нормальная, рабочая ситуация. Есть СМИ, которое опубликовало какой-то текст, который кажется прокуратуре как надзирающему органу нарушающим права других людей, разжигающим национальную рознь, призывающим к насилию. Прокуратура через Роскомнадзор представляет СМИ свои претензии. СМИ либо соглашается с ними, либо — нет. Если нет, идет в суд опровергать. Если соглашается, то — извините, погорячились. Убирает этот материал и все. Нормальная рабочая ситуация, которую можно принять, если мы в целеполагание Генпрокуратуры и Роскомнадзора закладываем соблюдение закона. Все бы можно было решить в течение 2-3 часов. К вам поступили претензии? Да. Соглашаетесь или не соглашаетесь. Не соглашаетесь — в суд. Соглашаетесь — убирайте. Все. Но по делам их узнаете их, как сказано в одной старой книге. И мы видим, что целеполагание вовсе не в том, целеполагание в другом. Закрыть ресурс целиком, вот в чем смысл действий Генпрокуратуры. Дважды попались на слове. И представитель прокуратуры, и представитель Роскомнадзора — ведь никто не тянул за язык. Дважды было повторено слово тенденциозность. Слово, не имеющее никакого вообще отношения к праву. Я призываю к насилию — избавьте публику от меня. Я не призываю, дайте мне возможность спокойно работать. А ваши тенденции обсуждайте в публичной полемике. Пусть мне господин Чайка возразит на что-нибудь из всего того, что я про него написал. Пусть он мне однажды ответит в письменном виде, а не в зале суда. И вот тут мы будем выяснять тенденцию. В данном случае, совершенно очевидно, что если Вы, Ваша честь, имеете целеполагание восстановить действие закона на подведомственной территории, то решение мне кажется совершенно очевидным. Мы только сегодня здесь впервые услышали о каких конкретно текстах идет речь. Ладно я, но и представители журнала тоже. Это совершенно не совпадает с тем, что было представлено раньше. Если другое целеполагание, то мы должны просто признать и констатировать, что мы имеем дело с цензурой, прямо запрещенной Конституцией РФ. Мы имеем дело с полным презрением к закону. Мы имеем дело с уходом, со страшной демагогией перекладывания ответственности. Мы тут наблюдали этот пинг-понг много раз. Оказывается, прокуратура передает Роскомнадзору. А Роскомнадзор не обязан оповещать. Они так между собой решили. Мы часто говорим слово «Кафка» применительно к российскому правосудию, но в романе «Процесс» буквально есть этот мотив, когда человек не может понять, в чем его обвиняют. Там его казнят. Слава богу, мы живыми выйдем. Но мы идем по пути Кафки. И мы только сейчас после длительных домогательств узнали, в чем, собственно говоря, наша вина. До этого, несколько месяцев, ресурс был закрыт. Люди без работы. Я без связи с читателями. Читатели без связи со мной. Просто потому, что так решила Генпрокуратура. Роскомнадзор вообще ни при делах. Ему велели — он закрыл. Я вижу логику. Но, к сожалению, эта логика не имеет совершенно никакого отношения ни к духу закона, ни к букве закона. Это, разумеется, цензура. Это, разумеется, политически мотивированное дело. При разной судьбе «ЕЖа», «Граней» и «Каспарова», и других информационных ресурсов, в одной и той же ситуации, хочу Вам напомнить, и Вы это знаете лучше меня, что выборочное применение закона является формой произвола. И ничем другим. Спасибо.

Александр Рыклин:

Я лишь добавлю пару слов к тому, что сказали мои красноречивые товарищи. Ваша честь, всем в этом зале очевидно, почему позиция ответчиков в этом процессе выглядит столь беспомощной. Они путаются в показаниях. Они не готовы к ответу. Потому что им их начальники сказали: слушайте, ребята, это пустая формальность. Вы там отсидите 3 часа, все будет, как нужно. Уже были прецеденты по другим изданиям. Просто сходите. Что-то там принесите. Что-нибудь скачайте там, положите на стол и все будет нормально. Мне кажется, что такое поведение — это демонстрация полного неуважения к суду. Демонстративное признание того, что вопрос уже решен раньше. Ваша честь, я очень рассчитываю на то, что Вы не предвзято рассмотрите эту ситуацию. С точки зрения обычного нормального российского гражданина и служителя Фемиды. Спасибо.

Представитель Генпрокуратуры:

Мы еще раз возражаем по причине пропуска заявителем сроков обращения в суд. И никаких доводов о причинах этого пропуска приведено не было. Что касается в целом позиции заявителя, она основана на их журналистском взгляде. Они сами говорят, что они юристами не являются, но, тем не менее, пытаются сделать какие-то юридические заключения. Фактически все доводы заявителя сводятся к тому, что они не согласны с самой статьей 15.3. С ее формулировкой. Они считают, что определенная процедура, которая прописана, нарушает их права как распространителей информации. И их читателей. Но тогда, как я уже говорил, существует способ защиты — нужно обращаться в Конституционный суд и доказывать, что это не конституционно. В данном случае Генпрокуратура и Роскомнадзор — мы — применяем это право. Мы не занимаемся правотворчеством. Есть нормы соблюдения законы, по которым мы и действовали. Эти нормы предусматривают в случае обнаружения противоправной информации направление требования о блокировке информационного ресурса. Прокуратура эту информацию обнаружила. Составила требование. Заместитель Генерального прокурора это требование подписал и направил в Роскомнадзор. Опять же, закон не предусматривает передачу этого требования в каком-то виде заявителям. Закон не предусматривает составление заключения. Хотя в данном случае оно было составлено и приобщено к материалам дела. Дальше, Роскомнадзор, как это предусмотрено статьей 15.3, направляет уведомление оператору хостинга. Опять же, не администраторам ресурса. И поэтому странно слушать возмущение со стороны заявителей. Они говорят, что закон должен соблюдаться. Хотя сами трактуют его совершенно иным образом. И настаивают на соблюдении тех требований, которые законом не предусмотрены. Поэтому их позицию я считаю необоснованной. Что касается доводов о не получении ответа на заявление, здесь я уже тоже сказал, что в пределах установленного законом срока было дано разъяснение. На жалобу, поступившую от гражданки Пашковой. Там также мотивировано был дан ответ на те вопросы, которые были поставлены в заявлении. Что касается того, что я предлагал пользоваться заявителям сайтом-дублером, я этого не говорил. Я предлагал авторам, которые считают, что их право распространять информацию нарушено, свободно распространять ее на других открытых информационных ресурсах. Это право гарантировано. Оно не нарушено ни Генпрокуратурой, ни Роскомнадзором. И они вправе реализовывать свою возможность сейчас и где угодно. Поэтому, я считаю, что в данном случае как формальная, так и фактическая стороны данного спора, она совершена прокуратурой с полным соблюдением правовых норм.

Представитель Роскомнадзора:

Уважаемый суд, еще раз хотелось бы обратить Ваше внимание, что заявители многократно путаются в положениях законодательства. Мы пытались донести, что положения 149 ФЗ не распространяются на Закон о СМИ. Это разные законодательства. Опять была совершена правовая ошибка. Уважаемый суд, то же самое идет в толковании статьи 15.3. Неправильное и неграмотное толкование реализации данных положений. Уведомление направлялось. Процедура была соблюдена. Взаимодействие происходило с провайдером хостинга. Здесь вопрос в том, что происходит у данного ресурса с провайдером хостинга? Почему данный провайдер хостинга не уведомляет о том, что осуществляется какая-то неправомерная и незаконная деятельность. Вот в этом вопрос. И я еще хотела обратить внимание, уважаемый суд, на формалистику самого уведомления. Актуальная версия уведомления содержит ссылку на то, что должно быть удалено. И удаление какой информации повлечет за собой получение доступа к данному информационному ресурсу. Еще раз обращаю внимание, уважаемый суд, если заявители полагают, что статья 15.3 не конституционна и нарушает Конституцию РФ, а именно право на информацию, то это иной порядок рассмотрения спора. И я прошу уважаемый суд отказать в удовлетворении заявления. И я считаю, что то законодательство, на которое они ссылаются в своем заявлении, должно применяться грамотно и с учетом того, как это прописано и истолковано в нормах. А не то, что написано между строк, как пытаются увидеть заявители.

Кузеванова Светлана:

Уважаемый суд, очень кратко. Уведомление Роскомнадзора. В графе «Описание запрещенной информации» значится www.ej.ru. Чтобы восстановить доступ к сайту еж.ру, мы должны удалить Еж.ру.

Сванидзе Николай: Я не пытаюсь, не будучи юристом, выступать в качестве юриста и что-то анализировать. Мне предлагается идти в Конституционный суд. Речь идет не о законе, не о самом отношении к закону. А о применении закона. В данном случае я выражаю сомнение в том, что он был применен правильно, законно и справедливо. Это первое. И второе — я снова не услышал ответ на главный вопрос. Мне объясняют: ты нарушил закон, мы тебя гасим. При этом не объясняют, что я нарушил. И что я должен сделать, чтобы меня не погасили.

Шендерович Виктор: Я не юрист, и я впервые держу в руках это. Но я литератор, буквы знаю и слова знаю. Вот смотрите, что тут написано: статья 15.3. пункт 4. «В течение суток, после получения уведомления, уведомить его (владельца сайта) о незамедлительном удалении им информации, содержащей призывы к массовым беспорядкам, осуществлению экстремистской деятельности». Удалить информацию, а не удалить сайт и расстрелять авторов. Я еще раз возвращаюсь к логике. С законом все в порядке. Никто не просил отменить статью 15.3, и нет никаких претензий к Конституции. Речь идет о применении закона. Здесь русским языком написано «удалить информацию». Но для того, чтобы я удалил информацию, мне надо знать, какую информацию удалить. Это норма здравого смысла, которая предусмотрена в законе. Поскольку об этой информации мы все узнали только сегодня, а несколько месяцев уже не работает сайт. Отсюда мы видим, что все это совершенно недвусмысленно. Никаких иных толкований быть не может. Это не каббала древнееврейская. Тут нечего толковать. Это написано черным по белому — «удалить информацию, содержащую призывы к экстремистским действиям». С удовольствием. Укажите нам экстремистскую информацию среди тонн публикаций с 2005 года. Покажите нам эту страницу. И если мы согласимся с тем, что она носит экстремистский характер, мы ее удалим. Если мы не согласимся с этим — мы пойдем в суд. И все — дел на час. Если вас волнует распространение информации, а не удаление сайта. Я держу сейчас в руках норму закона. Если речь идет об этом, представляющем какую-то опасность для общества, скажите нам, что не так, и мы рассмотрим этот вопрос. В случае нашего согласия, дел на два часа. В случае нашего несогласия, вы блокируете ресурс, а мы потом идем в суд. Нет, так не пошло. Вы заблокировали все. И сейчас, как «наперсточники», перекладываете друг на друга ответственность. И все. Включая все мои заметки — ко мне с 2005 года у прокуратуры не было претензий. Я пишу по два текста в день, можете сами умножить. У меня ни к чему не было претензий. Вы удалили это все. И предлагаете мне идти в окно и в зеркала.

Зинатулин Сергей:

Ваша честь, по пропущенному сроку, на который ссылается представитель прокуратуры могу представить один документ на обозрение. В арбитраже вопрос рассматривался. И, кроме того, последняя блокировка происходила, если я не ошибаюсь, 25 апреля. Я не знаю, про какие сроки вы говорите. И очень интересна логика прокуратуры — права владельцев сайта вообще не рассматриваются. Что читателям, что авторам предлагается идти на другой ресурс. Логика такова: нарушили твои права в России, ну и бог с ним. Езжай в другую страну. Как-то это вот немножко неправильно. И не от прокуратуры бы это слышать.

Представитель Генпрокуратуры:

Я не очень понимаю, почему 25 апреля? Если прямо указано, что 13 марта была совершена блокировка. И в суд обратились только 7 июля. Через 4 месяца обратились в суд. И пропустили трехмесячный срок.

Решение Тверского суда Москвы от 29 августа 2014(http://ej2015.ru/doc/29.pdf)

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:34

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30789
25 ФЕВРАЛЯ 2017, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ УЧАСТНИКОВ
МАРША ПАМЯТИ БОРИСА НЕМЦОВА
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30789//1488015630.jpg
Москва, 26 февраля

СБОР УЧАСТНИКОВ C 13:00 ДО 14:00
Место сбора - Страстной бульвар. Ближайшие станции метро: Тверская, Пушкинская, Чеховская. Рамки металлодетекторов будут установлены рядом с домом №5 на Страстном бульваре (позади ККЗ «Пушкинский»). После прохождения рамок участники марша могут занимать всю правую (внутреннюю) часть бульвара. По мере заполнения отведенного для сбора пространства передняя колонна будет понемногу сдвигаться вперед.
Ожидается много людей, поэтому просим по возможности приходить без лишних вещей, сумок, рюкзаков и т.д., поскольку их досмотр существенно увеличивает время прохождения через рамки.

ЗАПРЕЩЕНО

Как обычно запрещены для проноса колющие и режущие предметы, газовые баллончики, огнестрельное, травматическое и газовое оружие, деревянные и металлические палки (древки флагов), фаеры, и другие потенциально опасные предметы. Кроме того, запрещается проносить на территорию публичного мероприятия жидкости в любой таре, в том числе и напитки в пластиковых бутылках.

НАЧАЛО МАРША

После 14 часов начнется движение колонн. Участники марша пройдут по Петровскому, Рождественскому и Сретенскому бульварам до Тургеневской площади, затем повернут на проспект Академика Сахарова и пройдут по нему до пересечения с улицей Садовая-Спасская (Садовое кольцо).

ОКОНЧАНИЕ МАРША

Марш должен завершиться не позднее 16:00, именно до этого времени согласовано его проведение.
По окончании марша его участники смогут расходиться в любом направлении: по тротуарам Садового кольца в сторону станции метро Красные Ворота, обратно по проспекту Академика Сахарова в сторону станций метро Чистые Пруды, Тургеневская, Сретенский Бульвар, по тротуарам Садового кольца к станции метро Сухаревская.

До встречи на Марше!

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:41

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30839
10 МАРТА 2017,
15 марта 2017 года в рамках Акции национального покаяния состоится концерт-размышление «Февраль 1917», посвященный столетию февральской революции и отречению императора Николая II от трона. Приглашаем вас к совместному размышлению о событиях Февраля 1917 года и их последствиях для жизни России.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30839//1489131161.jpg
Свидетелями и историками эпохи на нашем вечере станут русские художники, композиторы, литераторы: Марина Цветаева и Сергей Рахманинов, Борис Пастернак и Валентин Серов, Александр Солженицын и Дмитрий Шостакович в исполнении заслуженных и народных артистов РФ. В концерте примут участие народный артист России Александр Филиппенко, актриса театра В. Маяковского Зоя Кайдановская, пианист Алексей Набиулин и другие.

Информация о концерте
Место: Большой концертный зал Культурного центра «ЗИЛ»
Адрес: м. «Автозаводская»,ул. Восточная, 4, к.1
Дата и время: 15 марта 2017 года, 19:00
Организатор: Культурно-просветительский фонд «Преображение»
Билеты: на сайте timepad.ru
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30839//1489131089.jpg
Для аккредитованных журналистов вход свободный.

КПФ «Преображение»
+7916 584 4856
rudakova@kp-f.ru

Фото-изображения предоставлены пресс-службой КПФ «Преображение»

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:43

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30917
28 МАРТА 2017,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30917//1490698606.jpg
ТАСС

Мы, жители блокадного Ленинграда, хотим высказать наше мнение по поводу передачи Исаакиевского собора в безвозмездное пользование Русской православной церкви. Считаем такое решение скоропалительным и неоправданным, поскольку все последние годы под куполом собора благополучно сосуществовали музей и церковь. Проведенные за минувший год 640 богослужений дают основание утверждать, что Исаакиевский собор являет собой прекрасный пример сотрудничества музейного и церковного сообществ. Кроме того, не стоит забывать, что в тяжелейшие блокадные дни именно в подвалах Исаакия были размещены эвакуированные из пригородных музеев бесценные экспонаты Петродворца, Пушкина, Павловска, Гатчины. Здесь же нашли приют и сотрудники этих музеев. Это наша общая история, которую мы как блокадники считаем недопустимым забывать при принятии судьбоносных решений.

ТАСС

Музей-памятник проводил и проводит огромную работу по увековечиванию памяти героической обороны Ленинграда. Тематические экскурсии, посвященная блокаде постоянная выставка, которую можно посещать бесплатно, также бесплатные концерты в честь прорыва и снятия блокады — это далеко не полный перечень того, что объединяет нас с музеем. У нас есть небезосновательные сомнения в том, что данная работа будет продолжена в случае передачи собора РПЦ, поскольку музей при церкви будет иметь совсем другие приоритеты.

Нельзя вырывать из истории города-героя его славные страницы. Исаакиевский собор не только храм, но и символ отстоявшего свободу Ленинграда. Он сохранился благодаря героическим усилиям его работников. Давайте не забывать об этом. В противном случае нас ждет историческое беспамятство, хуже которого может быть только полное забвение. Чтобы не допустить этого, нам нужен не церковный, а государственный музей, ведь рассматривать Исаакиевский собор лишь как храм — значит не видеть его исторического значения, в том числе в грозные военные годы.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30917//1490699117.jpg
ТАСС

Нам еще раз хочется повторить: Исаакиевский собор наше общее достояние — верующих и неверующих, тех, кто, как мы, пережил войну, и тех, кто ее не знал — наших детей, наших внуков. Только музей, отражающий историю собора целиком, а не ее отдельную часть, будет достоин нашего великого города.

Мы уверены, что наша позиция, позиция людей, переживших блокаду, не останется без внимания. Мы уверены, что нам всем хватит мудрости, чтобы не совершить исторической ошибки.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30917//1490698614.jpg
Оригинал здесь

P.S. Городская избирательная комиссия Санкт-Петербурга одобрила проведение референдума о статусе Исаакиевского собора. На голосовании жители города смогут решить вопрос о передаче собора и еще двух памятников архитектуры: Петропавловского собора и храма Спас-на-Крови. Однако одобрение избиркома не означает, что референдум состоится — решение комиссии должно поддержать законодательное собрание Петербурга, большинство в котором контролируют депутаты «Единой России».

Фото: 1., 3. Россия. Санкт-Петербург. 18 марта 2017. Участники градозащитного митинга на Марсовом поле против передачи Исаакиевского собора Русской православной церкви, застройки территории Пулковской обсерватории, а также против объединения российских Государственной и Национальной библиотек. Светлана Холявчук/Интерпресс/ТАСС
2. Ленинград. 1942. Аэростаты воздушного заграждения на Исаакиевской площади в дни блокады города. Фотохроника ТАСС

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:46

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8781
28 ЯНВАРЯ 2009 г.

В распоряжение «Ежедневного журнала» поступила копия письма ректору Государственного университета – Высшей школы экономики (ГУ-ВШЭ) Ярославу Кузьминову из Главного управления внутренних дел по городу Москве. В письме, подписанном первым заместителем начальника ГУВД генерал-майором Александром Ивановым, сообщается, что 14 декабря 2008 года (то есть во время последнего «Марша несогласных») «в центральной части города зафиксирован факт проведения массового мероприятия, несогласованного в установленном порядке с органами исполнительной власти». В означенном мероприятии, говорится в письме, принимали участие шесть человек, представившихся студентами ГУ-ВШЭ.

Генерал-майор заявляет, что «проведение несанкционированных массовых акций является одним из видов экстремистской деятельности, имеет высокую степень общественной опасности и требует от правоохранительных органов адекватных мер реагирования». В связи с этим он «просит» Кузьминова «рассмотреть вопрос об устранении обстоятельств, способствующих совершению правонарушений» (провести воспитательную работу, видимо, или не читать каких-нибудь вредных курсов) и – внимание! – «целесообразности дальнейшего обучения указанных лиц». То есть, проще говоря, милиция фактически рекомендует вузу отчислить неблагонадежных студентов. Далее генерал-майор Иванов просит ректора известить его о принятых мерах.

Валерия Касамара — первый заместитель декана факультета прикладной политологии ГУ-ВШЭ

С факультета прикладной политологии было задержано трое ребят. Двоих взяли сразу на выходе из станции метро «Маяковская», а третий был задержан, как только подошел к оцеплению. Задержали спокойно, без оскорблений, без применения физической силы, просто попросили пройти, и те, не оказывая сопротивления, последовали за стражами порядка. Позже им объяснили, что им могут приписать противоправную деятельность, поскольку участие в несанкционированном массовом мероприятии является одним из видов экстремистской деятельности. В суд никого из них не вызывали — видимо, решили ограничиться бумагой, которая была отправлена нам.

На бумагу из ГУВД по г.Москве администрация ВШЭ не имеет права ответить молчанием. Мы должны давать официальный ответ на любую бумагу, будь это письмо от родителя или что-то другое, такова политика университета — полная открытость. Пока не могу сказать, что будет написано в ответе, но мы отправим его в ближайшее время. Студенты уже написали объяснительные, теперь соберется общая комиссия и будет решать, какой дать ответ. Говорить о целесообразности дальнейшего обучения студентов в данном случае неуместно, для этого есть сессия, а гражданская позиция наших студентов остается на их совести. Кстати, бумага составлена некорректно, я консультировалась на этот счет с юристами, здесь смешены разные акты. Бумага рассчитана на юридическую безграмотность людей, которые при виде официального письма приходят в священный трепет.

Ольга Колесникова — пресс-секретарь ректора Государственного университета — Высшей школы экономики

Мы действительно получили такое письмо. В нем идет речь о студентах факультета прикладной политологии и факультета экономики. Мы запросили справку о них у факультетов, попросили самих детей написать объяснения. Никого выгонять мы не собираемся. У нас есть комиссия по работе со студентами, она выслушает детей, которые объяснят, как все случилось. Еще большой вопрос, как их задерживали. Мы знаем, как работают наши внутренние органы. Еще хорошо, что наши дети живы остались. Известно, что одна студентка просто стояла у филармонии и ждала подругу.

Мы можем отчислить студентов, если они двоечники. А если они хорошо учатся, с какой стати нам их отчислять? Они не уголовные преступники, почему мы должны запрещать им учиться? Одним словом, мы своих детей съесть никому не дадим.

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:47

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18713
28 ЯНВАРЯ 2009 г.
Группа людей, пострадавших от неправомерных действий сотрудников милиции, обращается с просьбой о помощи ко всем, кто стал свидетелем событий, произошедших в центре Москвы вечером во вторник, 20 января. Около 19:30 на Театральной площади примерно 35 сотрудников ОМОНа неожиданно напали на молодых людей, стоявших отдельными группами в сквере возле Большого театра. Работники правопорядка без объяснения причин хватали людей, заламывали им руки, били и бросали на землю, при этом нецензурно оскорбляя. Несмотря на недостоверную информацию, которую столичное ГУВД впоследствии распространило через информагентства, молодые люди не «выкрикивали антиправительственные лозунги», а также не держали в руках транспаранты и не совершали каких-либо иных действий, указывающих на проведение публичной акции. Задержав около 15-20 человек, сотрудники ОМОНа спустились в метро и продолжили неправомерные действия на платформе станции «Охотный ряд». Около 19:45 — 20:00 омоновцы под руководством людей в штатском наугад выхватывали из большого количества людей, находившихся на платформе станции в час пик, молодых людей, грубо валили на пол и заставляли не двигаться, били и угрожали физической расправой. На законные требования предъявить удостоверения и объяснить свои действия милиционеры не реагировали, пытавшихся вмешаться в происходящее возмущённых пассажиров также задерживали.

Всех задержанных в результате этого рейда ОМОНа (около 30 человек) доставили в ближайшие отделы внутренних дел (ОВД «Китай-город» и ОВД «Тверской»), откуда впоследствии выпустили без предъявления обвинений. Никто из сотрудников милиции причину задержаний и насильственных действий омоновцев объяснить задержанным не смог.

Мы просим всех, кто оказался свидетелем этих событий, заснял незаконные задержания на фото- и видеокамеры, обратиться по телефону (495) 691-62-33 или по электронному адресу zpch@mail.ru. Ваше содействие может помочь пострадавшим в отстаивании их законных прав.

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:49

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18731
5 ФЕВРАЛЯ 2009 г.

11 февраля в 18.00 в книжном магазине «Библио-Глобус» (Мясницкая д.6/3 стр.1) состоится встреча с лауреатом премии «Просветитель» Мариной Сванидзе. Премию, учрежденную в поддержку научно-популярной литературы фондом Дмитрия Зимина «Династия», Марина Сванидзе получила за двухтомник «Исторические хроники с Николаем Сванидзе», в основу которого лег сценарий одноименного цикла авторских программ.

На встрече с читателями Марина Сванидзе ответит на вопросы и проведет автограф-сессию. Ведущий мероприятия — главный редактор газеты «Книжное обозрение» и журнала «Что читать» Александр Гаврилов.

Студенты только 11 февраля при предъявлении студенческого билета смогут купить книгу «Исторические хроники с Николаем Сванидзе» по цене, вдвое дешевле магазинной. А также получить 30-процентную скидку на книги, вышедшие в финал премии «Просветитель». Это «Малыши и математика» Александра Звонкина, «Русский язык на грани нервного срыва» Максима Кронгауза, «Краткая история денег: Откуда они взялись? Как работают? Как изменятся в будущем?» Андрея Остальского.

Всю информацию о премии можно найти на сайте: www.premiaprosvetitel.ru

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:50

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=8819
17 ФЕВРАЛЯ 2009 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes_gallery/123488667838.jpg
ЕЖ/Олендская Анастасия

15 февраля 2009 года. В Москве состоялось шествие памяти адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой, убитых
19 января. Около 500 человек прошли от Дома журналистов до Пушкинской площади, а в Новопушкинском сквере состоялся согласованный с властями митинг. После длинной волокиты и всевозможных отказов шествие тоже удалось согласовать — об этом вечером 13 февраля сообщила председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева. До этого сообщалось, что мэрия отказывала правозащитникам в проведении шествия по Никитскому и Тверскому бульварам, якобы опасаясь за жизнь демонстрантов и сохранность памятников.
Организаторы шествия отказались от партийной символики и согласились сократить маршрут шествия — предполагалось, что оно пройдет от места убийства Маркелова и Бабуровой на Пречистенке.
Смотрите наш фоторепортаж.

Фото Анастасии Олендской

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:55

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9000
21 АПРЕЛЯ 2009 г.

newsru.com

ЗАЯВЛЕНИЕ

в порядке ст.273 УПК РФ

I.

Ваша честь!

Уважаемая защита и Михаил Борисович!

Глубоко презираемые члены преступной группы – «подставные прокуроры» Лахтин и Шохин!

Уважаемая «прекрасная» прокурорская половина, незнакомки – Ковалихина и Ибрагимова, еще не до конца понимающие, в какую мерзость и глупость они вляпались, а также «липовые» потерпевшие и гражданские истцы.

Мой краткий и лаконичный ответ «нет» на вопрос председательствующего «понятно ли мне обвинение?», не является какой-либо моей тактикой или уловкой для запутывания кого-либо или чего-либо. Наоборот – это искренний и ясный ответ. Но это вовсе не означает, что я не понимаю, что в действительности это шизофреническое т.н. «обвинение» нагло сфальсифицировано, т.е. совершено преступление, предусмотренное частью 2 статьи 299 УК РФ.

Объяснюсь, почему я говорю «нет» на вопрос председательствующего.

Во-первых, это вовсе не «обвинение», как в уголовно-процессуальном значении этот термин определяет пункт 22 статьи 5 УПК РФ: «обвинение – утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном настоящим Кодексом».

Это шизофреническая, противоречащая не только закону, но и здравому смыслу фальшивка, изобретенная преступной группой Бирюкова-Каримова и их соучастниками, для легализации преступлений и злоупотреблений власти, совершенных по т.н. «делу ЮКОСа», по которому была уничтожена и разворована разной политической и уголовной шпаной лучшая нефтяная компания России, ее акционерам нанесен колоссальный ущерб, исчисляемый десятками миллиардов долларов, а ее основные совладельцы, руководители и даже рядовые сотрудники были репрессированы.

Во-вторых, уголовно-процессуальный закон, ст.73, 171 и 220 УПК РФ, предписывает жесткие требования к обвинению таким образом, чтобы любой обвиняемый мог реально воспользоваться предусмотренным ст.47 УПК РФ правом «знать, в чем он обвиняется», для того, чтобы любой обвиняемый мог понять обвинение и защищаться, т.е. использовать свое конституционное право на защиту.

В праве, тем более в уголовном праве, принцип правовой определенности и принцип предсказуемости закона в первую очередь направлены на то, чтобы любой гражданин мог четко и ясно понимать и осознавать нормы права, для того, чтобы в полной мере реализовывать свои права.

Я этого права лишен.

Вынужден в связи с этим напомнить и объяснить суду более подробно, что я, Лебедев П.Л., на момент своего незаконного ареста в июле 2003 года [i] был единственным директором международной инвестиционной холдинговой компании Group Menatep Limited (позднее — GML), контролирующей инвестиции на сумму более 30 миллиардов долларов США в России, странах Западной и Восточной Европы, США и т.д.

Я возглавлял Международный консультационный комитет холдинга GML, в состав которого входили:

• Стюарт Эйзенстат (Stuart Eizenstst), бывший посол США в ЕС, бывший заместитель министра торговли, бывший заместитель государственного секретаря, бывший заместитель министра финансов;
• Дадли Фишборн (Dudley Fishburn), бывший член Британского парламента, бывший исполнительный редактор журнала The Economist;
• Марджери Краус (Margery Kraus), президент и ответственный руководитель компании APCO Worldwide Inc;
• Др. Отто Граф Ламсдорф (Dr. Otto Graf Lambsdorff), бывший министр экономики Германии, бывший член Германского Бундестага.

Я был членом Европейского Консультационного Совета фонда The Carlyle Group, где председателем Совета был Джон Мэйджор, бывший премьер-министр Великобритании, а в состав Совета входили известные мировые деятели, такие как:
• Джеймс Бэйкер, бывший государственный секретарь и министр финансов США;
• Франк Карлуччи, бывший министр обороны США. И другие.

В России я являлся:
председателем Совета директоров Международного финансового объединения «Менатеп»;
председателем Совета директоров Инвестиционного банка «ТРАСТ»;
председателем Совета директоров Банка «Менатеп - Санкт-Петербург», входил в различные Советы российских организаций «Экспортхлеб» и т.д.

Ранее я в течение 10 лет работал в ВО «Зарубежгеология», где возглавлял планово-экономический отдел, в связи с чем вопросы экономики, нефтедобычи для меня вовсе не чужды.

В то время, когда в России все еще шли споры о необходимости и методах борьбы с отмыванием преступно полученных средств, я уже консультировал экспертов FATF по этим вопросам.

Уверен, столь значительный опыт успешной работы в национальных и международных экономических структурах на руководящих должностях, а также несколько высших образований позволяют мне понять любые здравые и адекватные рассуждения так или иначе связанные с экономикой.

Однако ни одному вменяемому человеку не суждено понять сущность сфабрикованного обвинения в совершении якобы экономических преступлений, в котором в качестве предмета хищения по ст.160 УК РФ и предмета легализации по ст.174 УК РФ указаны «бездокументарные именные акции».

II.

Ваша честь!

Еще 11 марта 2009 года в ходе предварительных слушаний по данному сфабрикованному уголовному делу я обращал внимание гособвинения и суда на то, что:

«Бездокументарные акции, в силу отсутствия вещных признаков, формы и содержания (реквизитов) к имуществу по закону (ГК РФ и УК РФ) не относят, а отношения с бездокументарными акциями регулируются нормами обязательственного права, изложенными в разделе III ГК РФ «общая часть обязательственного права».

Бездокументарные акции удостоверяют обязательственные права их владельцев по отношению к акционерному обществу, в реестре которого особым способом производится фиксация имущественных прав акционеров, о чем знает любой юрист или просто образованный человек, добросовестно изучающий цивилистику.

Таким образом, институт бездокументарных акций существует только в виде права (прав), а не имущества».

Данная моя позиция основана не только на собственном понимании норм права, но и на общеобязательных для всех правоприменителей решениях Конституционного Суда РФ. В частности, в постановлении Конституционного Суда РФ от 24 февраля 2004 года №3-П по этому предмету дано официальное конституционно-правовое толкование, согласно которому акционеры акционерных обществ определены как лица, «которые реализуют свои права через владение акциями, удостоверяющими обязательственные права ее владельца по отношению к акционерному обществу».

Неудивительно, что профессор кафедры уголовного права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета Б.В. Волженкин, долгое время возглавлявший институт повышения квалификации Генеральной прокуратуры РФ (Санкт-Петербург), считает невозможным признание предметом хищения ценных бумаг в бездокументарной форме выпуска или, как их часто называют, бездокументарных ценных бумаг:

«Не могут быть предметом совершения кражи, присвоения, грабежа и разбоя так называемые бездокументарные ценные бумаги, которые являются особым способом фиксации имущественных прав участников гражданских правоотношений (ст. 149 ГК)… Бездокументарные ценные бумаги не могут быть объектом права собственности; в отношении них возникают не вещные, а сугубо обязательственные отношения» [ii].»

Также неудивительно, что по данному поводу однозначная позиция у Председателя Верховного Суда РФ Лебедева В.Н. и ныне бывшего заместителя Председателя Верховного Суда РФ, председателя Судебной коллегии по уголовным делам Верина В.П., которые в Комментарии к Уголовному кодексу, подготовленном судьями высшего судебного органа, указывают:

«Предмет хищения всегда материален, т.е. должен обладать вещными признаками» [iii].

Именно поэтому я, основываясь как на собственном понимании, так и на указанных выше позициях Конституционного Суда РФ, Председателя Верховного Суда РФ и ученых, утверждаю, что институт бездокументарных именных акций существует только в виде права, обязательственного права, а не вещи (имущества), которая может тайно физически изыматься.

Именно поэтому далее в своих доводах 11 марта 2009 года я пояснил, что:

«Любому профессиональному криминалисту понятно, что произвести тайное физическое изъятие (признак состава ст.160 УК РФ как способа хищения вверенного имущества) бездокументарных акций невозможно, поскольку они, в отличие от имущества, не обладают вовсе вещными материальными признаками и существуют исключительно в виде института имущественного права».

Полагаю, что у т.н. гособвинения как минимум с 11 марта было время для того, чтобы подготовиться к рассмотрению моих заявляемых требований в порядке ст.273 УПК РФ о понятности и пределах предъявленного мне шизофренического обвинения, в т.ч. и по таким вопросам:

1) отсутствие в материалах сфабрикованного уголовного дела доказательств моего нахождения в период с 6 по 12 ноября 1998 года (как утверждает гособвинение) в городе Москве [iv];

2) отсутствие в материалах сфабрикованного уголовного дела доказательств использования мною в период с 6 по 12 ноября 1998 года служебного положения заместителя председателя объединенного правления ЗАО «Роспром [v];

3) отсутствие в материалах сфабрикованного уголовного дела доказательств обращения мною в свою пользу [vi] бездокументарных именных акций ОАО «Томскнефть» и иных эмитентов в период с 6 по 12 ноября 1998 года;

4) отсутствие в материалах сфабрикованного уголовного дела доказательств вверения мне [vii] бездокументарных именных акций ОАО «Томскнефть» и иных эмитентов в период с 6 по 12 ноября 1998 года;

5) отсутствие в материалах сфабрикованного уголовного дела доказательств причинения мною крупного ущерба этим собственникам [viii] (?!!!) Кого гособвинение подразумевает под «этими собственниками», ведь из материалов сфабрикованного дела следует, что указанные бездокументарные именные акции принадлежали только ОАО «ВНК»?

6) Каким волшебным образом я мог причинить крупный ущерб миноритарным акционерам ОАО «Томскнефть» [ix]? Кого под этими миноритарными акционерами ОАО «Томскнефть» подразумевает гособвинение? Какое вообще имеют отношение миноритарные акционеры ОАО «Томскнефть» к договорам мены между ОАО «ВНК» и иностранными компаниями (риторический вопрос: может быть, уже пора позвать психиатра)?

7) С какого «потолка» или на какой волшебной фондовой бирже гособвинение взяло «рыночные цены» 17 112 200 акций ОАО «Томскнефть» стоимостью 3 199 981 400 рублей [x], тогда как согласно официальной финансовой отчетности ОАО «ВНК» их стоимость составляет 2 139 025 рублей (т.е. в 1496 раз меньше!)?

8) Почему на период с 6 по 12 ноября 1998 года гособвинение превратило Голубовича А.Д. в Лебедева П.Л.? Если серьезно, гособвинение обязано разъяснить мне свои недобросовестные «фирменные» приемы, о которых, в частности, идет речь в моем ходатайстве от 13 марта 2009 года и прилагающемся к нему ходатайстве моей защиты от 12 ноября 2008 года:

«Подмена фигурантов» — приписывание реальных действий Голубовича А.Д. (заключившего, как считается, «сделку» со следствием) Лебедеву П.Л., местонахождение которого в период с 6 по 12 ноября 1998 года, а также действительный, а не вымышленный характер его деятельност, следствие даже не удосужилось (или не смогло) установить! В любом случае, какие-либо доказательства по этому эпизоду, подтверждающие фальшивую версию следствия о якобы причастности Лебедева и опровергающие его вышеуказанные показания о непричастности (следовательно – невиновности) в материалах дела отсутствуют! (Ранее, по предыдущему уголовному делу, Каримов использовал этот «фирменный прием» в отношении Лебедева по эпизоду с акциями ОАО «Апатит» — также «поменяв» Голубовича на Лебедева)».

Вышеприведенный перечень вопросов вовсе не является исчерпывающим, но и этого хватает, чтобы убедиться в полной бредовости сфабрикованного обвинения.

И именно потому, что оглашенное в настоящем судебном заседании шизофреническое обвинение состоит из подобного рода многочисленных взаимоисключающих абсурдных фактов, я не имею возможности его понять и от него защищаться.

Лебедев П.Л.

[i] См. Постановление Европейского Суда по правам человека от 25.10.2007, вступившее в законную силу 2 июня 2008 года.

[ii] Практический комментарий к УК РФ / под ред. Х.Д. Аликперова и Э.Ф. Побегайло. – М., 2001. С. 158.

[iii] Научно-практическое пособие по применению УК РФ / под ред. В.М. Лебедева. – М., 2005. С. 392.

[iv] См. стр.10 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148)

[v] См. стр.9 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148).

[vi] См. стр.17 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148).

[vii] См. стр.17 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148).

[viii] См. стр.17 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148).

[ix] См. стр.17 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148).

[x] См. стр.11-12 Постановления о привлечении Лебедева П.Л. в качестве обвиняемого от 29 июня 2008 года (т.167, л.д.1-148).

Фотграфия из архива www.newsru.com

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:57

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9010
23 АПРЕЛЯ 2009 г.

iriney.ru

В России стартует общероссийская бессрочная акция против присутствия радикальных «сектоведов» в новом составе Совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Минюсте РФ — «Инквизиторам — нет!». Акция проводится по инициативе Института религии и права, который обращается ко всем с просьбой о поддержке.

Основу акции составляет сбор подписей под Открытым обращением к министру юстиции РФ Александру Коновалову, копии которого будут посланы президенту РФ Дмитрию Медведеву и премьер-министру России Владимиру Путину.

Министру юстиции Российской Федерации,
действительному государственному советнику
Российской Федерации 1 класса
А.В. Коновалову
119991, ГСП-1, город Москва, улица Житная, дом 14

Копии:
Президенту РФ
Д.А. Медведеву,
Председателю правительства РФ
В.В. Путину

От директора Института религии и права
Р.Н. Лункина
115035, Москва, 3-й Кадашевский пер.,
д. 5, стр. 5, тел.: (495) 953-76-10, Факс (495) 953-75-63

Уважаемый Александр Владимирович,

Научную, правозащитную и религиозную общественность всколыхнула новость о составе Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации, который был образован приказом Минюста России от 3 марта 2009 г. № 61. Уважая законодательство РФ и решение Министерства юстиции РФ, мы, нижеподписавшиеся, хотели бы обратить Ваше внимание на несколько ключевых моментов, которые могут создать многочисленные конфликтогенные ситуации в большинстве регионов нашей страны.

Во-первых, Приложение N 1 к Приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 18 февраля 2009 г. N 53 значительно расширяет объекты и задачи экспертизы, а также поводы для запросов о проведении экспертизы. По сути новый порядок проведения государственной религиоведческой экспертизы наделяет Экспертный совет беспрецедентными полномочиями государственного органа по контролю за религиозными организациями, а также формами и методами религиозной деятельности. Пункт 7(е) гласит, что Минюст России (его территориальный орган) вправе направить запрос о проведении экспертизы также и в иных случаях при возникновении при государственной регистрации и (или) осуществлении контроля за соблюдением религиозной организацией устава относительно целей и порядка ее деятельности вопросов, требующих специальных знаний. Несмотря на рекомендательный характер экспертизы, рекомендации Экспертного совета, а тем более решения Минюста России (или его территориальных органов), основанные на таких рекомендациях, могут рассматриваться как нарушение принципа отделения Церкви от государства и как грубое вмешательство во внутренние дела религиозных организаций.

При этом ст.11 п.8 Федерального закона № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» предусматривает проведение государственной религиоведческой экспертизы только при регистрации религиозной организации, а значит, проведение государственной экспертизы в иных случаях противоречит Закону о свободе совести. В данном случае грубо нарушается конституционный принцип верховенства закона. Ведомственный акт ставится выше Федерального закона, что недопустимо.

Во-вторых, принцип формирования Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Минюсте РФ ставит под сомнение вообще авторитет религиоведческой экспертизы и научного сообщества, является вызовом по отношению ко всем дипломированным и признанным специалистам по религиоведению, философии и социологии религии, истории религии.

В Экспертный совет были включены представители религиозных организаций (в частности, священнослужители), что нарушает п.2 Приложения N 2 к Приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 18 февраля 2009 г. N 53, в котором отмечается, что представители религиозных организаций могут привлекаться к работе Совета в качестве консультантов.

Целый ряд членов Экспертного совета является не только представителями конкретной религиозной организации, но и людьми, известными своей борьбой с неправославными организациями и движениями в нашей стране с позиций православного сектоведения. Сектоведческая активность является церковно-общественной деятельностью, которая осуществляется при прямой или косвенной поддержке Русской православной церкви Московского патриархата. Однако далеко не все православные иерархи, священнослужители и миряне согласны с радикальными высказываниями и публикациями сектоведов, которые вносят разлад в межконфессиональные отношения в России и порождают межконфессиональные и государственно-конфессиональные конфликты, чему есть многочисленные примеры. Между тем, именно такие радикально настроенные сектоведы были включены в Экспертный совет и получили право давать рекомендации от имени государства, что резко выделяет их на фоне других членов Совета при Минюсте РФ. В связи с тем, что тысячи религиозных организаций, официально зарегистрированные и не принадлежащие к Русской православной церкви Московского патриархата уже испытывали на себе публичные (в электронных и печатных СМИ) оскорбления со стороны этих сектоведов, и видят в их статусе «государственных экспертов» угрозу общественной стабильности и целостности государства, мы обращаемся с просьбой предотвратить будущие конфликты и судебные тяжбы о нарушении в России прав верующих.

Мы просим исключить из состава Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Минюсте РФ людей, у которых отсутствует религиоведческое образование и научные степени в этой сфере, признанные ВАК, которые не имеют отношения к светской науке и экспертизе и которые являются ангажированными представителями радикально настроенного околорелигиозного движения, которое осуждает все то, что субъективно считает вредным, не разбираясь в вероучении и практике религиозных организаций. Сектоведение является субъективным конфессионально окрашенным предметом, а не светской научной дисциплиной. Само их присутствие в экспертном органе подрывает авторитет светской науки в России и противопоставляет государство неправославным религиозным организациям. Таким образом мы просим исключить из состава Экспертного совета:

Дворкина Александра Леонидовича, главу сектоведческого Центра Св. Иринея Лионского;

Кузьмина Александра Валерьевича, руководителя Саратовского отделения сектоведческого Центра Дворкина;

Мухтарова Евгения Олеговича, ярославского журналиста-сектоведа;

Васильченко Андрея Вячеславовича, ярославского сектоведа, специалиста по немецкому фашизму, автора целого ряда популярных книг по истории Третьего рейха;

Льва Семенова, сотрудника Центра Дворкина, священника Русской православной церкви.

Наряду с этим их деятельность как общественных активистов вполне допустима в рамках закона и является частью межрелигиозных дискуссий.

В-третьих, цели и задачи государственной религиоведческой экспертизы и присутствие в Экспертном совете людей, вовлеченных в острые межрелигиозные конфликты со стороны одной из конфессий, создает угрозу конституционному порядку в России и безопасности граждан нашей страны, а также не учитывает религиозного многообразия, исторически сложившегося в России. Разрушение многоконфессионального поля в стране может привести к провоцированию межрелигиозных и межнациональных конфликтов, к распаду страны и гражданского общества по религиозному и национальному признаку. Ранжирование организаций, нацеленных на публичное поощрение того или иного мировоззрения, на безнормативной, внеправовой основе через предоставление или непредоставление государством статуса религиозной организации на основе решения Экспертного совета нарушает:

— ст. 14 Конституции РФ, которая провозглашает, что Российская Федерация — светское государство и указывает, что религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом;

— ст. 28 Конституции РФ в совокупности с п. 2. ст. 29 и ч.1 ст. 13 Конституции РФ, которые запрещают пропаганду мировоззренческого превосходства и неравенства;

— нарушается положение о том, что государство «не вмешивается в деятельность религиозных объединений, если она не противоречит Федеральному закону «О свободе совести и о религиозных объединениях» (п.2 ст. 4 ФЗ № 125).

Призываем Вас, уважаемый Александр Владимирович, проявить государственную мудрость и политическую дальновидность. Межконфессиональный и межнациональный мир в нашей стране необходимо всячески охранять, пресекая любые возможные попытки его разрушить.

P.S. Данное Обращение является открытым для подписания всеми людьми доброй воли, учеными, экспертами, религиозными лидерами и простыми верующими. В рамках акции «Инквизиторам — нет!» Институт религии и права предлагает всем присылать свои мнения и голоса в поддержку Открытого обращения к министру юстиции РФ А.В. Коновалову на наш специальный адрес — inkvisitoramnet@mail.ru — или по любым каналам (тел.: 495-645-10-44) обращаться в Институт религии и права и в Славянский правовой центр (просьба указывать свои фамилию, имя, отчество, город, область, научные степени, место работы, принадлежность к той или иной организации, движению, церкви). Мы приглашаем к сотрудничеству и к участию в этой акции научную и религиозную общественность со всей страны, общественных деятелей, юристов и правозащитников. Ваши голоса и мнения будут опубликованы на нашем сайте — www.sclj.ru. Акция является возможностью открыто и во всеуслышание заявить свой протест против дискредитации светской науки, самой религиоведческой экспертизы, а также заявить протест против разрушения основ светского государства в России.

На фото (слева направо): священник Лев Семенов, профессор А. Л. Дворкин, протоиерей Александр Новопашин

"Ежедневный журнал"

07.04.2017, 01:58

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18848
24 АПРЕЛЯ 2009 г.
21 апреля суд удовлетворил ходатайство об условно-досрочном освобождении Бахминой. Светлана дома, со своей семьей, с детьми... Это самое главное. Но еще очень важно, что нас оказалось много, больше, чем многие из нас надеялись — почти 100 тысяч подписавших письмо со словами о милосердии.
Мы благодарим всех, кто поддержал этот сбор подписей: СМИ, блоггеров, политиков. Конечно, жаль, что наш Президент нам не ответил. Жаль, что, имея возможность помиловать Светлану, он этого не сделал...
Имена непобоявшихся, непостеснявшихся своего порыва и комментарии к подписям не пропадут. Мы будем поддерживать сайт, сколько это будет возможно. Заходите иногда на него, посмотрите на фамилии тех, кто понимает, почему важно прощать. Почитайте комментарии — часто очень простые и трогательные. Вспомните, что Светлана дома. Вспомните, что вы не остались в стороне.
Bakhmina.ru

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 00:48

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30963
9 АПРЕЛЯ 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30963//1491737567.jpg
Известный историк, научный руководитель ИНИОН, академик РАН Юрий Сергеевич Пивоваров, который в течение 17-ти лет возглавлял ИНИОН РАН, сейчас находится в больнице, ему предстоит тяжелая операция. Ранее у него были проведены обыски по трем адресам и изъят загранпаспорт, в отношении него было возбуждено уголовное дело о якобы фиктивных трудоустройствах в институт. Юрий Сергеевич Пивоваров известен своей принципиальной позицией по защите ИНИОН, также ранее он выступал с критикой реформы Российской академии наук и никогда не боялся давать комментарии СМИ о проблемах исторического наследия и перспективах развития Российского государства. В ноябре 2016 года, выступая с лекцией в рамках проекта «Вечерние чтения», он отметил, что «Россия отчаянно нуждается в переменах», а в феврале 2017 года в интервью Международному французскому радио RFI заявил: «Ни одна диктатура в мире не заканчивалась хорошо».
В начале апреля Ю.С. Пивоваров рассказал о своем преследовании «Новой газете»: "Можно сказать, что с 20 апреля 2015 года в отношении меня продолжается уголовное преследование. Сначала я был обвиняемым в уголовном деле по факту пожара в моем институте. Но три экспертизы МЧС и экспертиза, проведенная Следственным комитетом, подтвердили мою невиновность. То есть в действиях или бездействиях академика Пивоварова нет связи с пожаром. Но вместо того, чтобы снять с меня обвинения и закрыть дело, в ноябре прошлого года оно было передано из Управления по особо важным делам СК Москвы в Следственный комитет Российской Федерации. И взамен одного следователя – старшего лейтенанта, теперь у меня их 8-10 генерал-майоров".
Свое уголовное преследование академик назвал травлей и политическим заказом: "Конечно, появление этого нового дела и связанные с ним следственные мероприятия, так же как и предыдущее уголовное преследования, не что иное как травля. Чисто политический заказ, я просто не знаю еще, с чем это связать! Из-за полутора миллионов рублей, что при нынешнем уровне коррупции в стране даже как-то оскорбительно выглядит! Причем я эти деньги ни в глаза не видел, ни в руках не держал, даже следователи были впечатлены скромным образом жизни заслуженного академика. Если сегодня-завтра меня не арестуют, буду говорить, рассказывать, выступать. Это не личное дело отдельного человека, Пивоварова, это может коснуться каждого".
Мы полагаем, что уголовное преследование Юрия Пивоварова, а также травля, развязанная против него в СМИ и в Интернете, не имеют никаких иных целей, кроме следующих – сломать и уничтожить общественного деятеля, пользующегося большим авторитетом среди российской интеллигенции и не боящегося публично высказываться по актуальным историко-политическим вопросам, а также посеять страх в научном сообществе, чтобы отбить желание у ученых свободно обсуждать текущее положение вещей в России и мире.
Очевидно, что это делается также для того, чтобы подорвать сопротивление думающих людей т.н. «оптимизации» научных и культурных институций, сводящейся к уменьшению государственного финансирования науки и культуры, увеличению бюрократического пресса и подавлению прав и свобод сотрудников академических институтов, вузов, музеев, библиотек, архивов и проч.
Мы призываем российские и международные общественные организации и СМИ обратить пристальное внимание на дело Юрия Пивоварова и выступить в его защиту как несправедливо преследуемого современного российского диссидента. Его жизнь сейчас находится в реальной опасности, и только общественное внимание к его делу может остановить российские власти или отдельные группы т.н. «силовиков» от дальнейшего произвола.

Поставить подпись можно на сайте Конгресса, пройдя по ссылке https://nowarcongress.com/petition/957/
Подписи:
Константин Азадовский, историк литературы
Александр Аникин, академик РАН
Юрий Апресян, академик РАН
Михаил Аркадьев, доктор искусствоведения, заслуженный артист РФ
Вера Афанасьева, доктор философских наук, профессор
Нуне Барсегян, писатель, психолог
Сергей Белеций, доктор исторических наук
Сергей Белоглазов, профессор Уральской государственной консерватории им.М.П. Мусоргского
Александр Бобров, филолог
Виктор Богорад, художник
Елизавета Бонч-Осмоловская, микробиолог, член-корреспондент РАН
Ольга Бугославская, литературный критик
Ольга Варшавер, переводчик
Алина Витухновская, писатель
Борис Вишневский, руководитель фракции "Яблоко" в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга, публицист, писатель
Андрей Воробьев, академик РАН
Сергей Гандлевский, поэт
Михаил Глазов, физик, член-корреспондент РАН
Татьяна Горячева, историк искусства
Наталья Громова, ведущий научный сотрудник ГЛМ, литератор
Михаил Дзюбенко, филолог
Виталий Диксон, писатель
Олег Дорман, режиссер.
Денис Драгунский, писатель
Ольга Дробот, переводчик
Галина Ельшевская, искусствовед
Константин Ерусалимский, доктор исторических наук
Виктор Есипов, литератор
Катя Капович, писатель, редактор журнала "FULCRUM: an annual of poetry and aesthetics"
Нина Катерли, литератор
Оксана Киянская, доктор исторических наук
Ольга Крокинская, профессор, доктор социологических наук
Павел Литвинов, правозащитник
Наталья Мавлевич, переводчик
Дина Магомедова, доктор филологических наук, профессор РГГУ
Алексей Макушинский, писатель
Александр Молдован, академик РАН
Мария Надъярных, филолог (ИМЛИ РАН)
Андрей Никитин-Перенский, основатель электронной библиотеки «Imwerden»
Сергей Николаев, доктор филологических наук
Наталья Пахсарьян, профессор МГУ, ведущий научный сотрудник ИНИОН РАН
Григорий Петухов, поэт
Татьяна Пинегина, геолог, профессор РАН
Андрей Пионтковский, публицист
Николай Подосокорский, публицист
Нина Попова, директор петербургского музея Анны Ахматовой
Адриан Селин, доктор исторических наук
Моника Спивак, доктор филологических наук
Михаил Соколов, журналист
Никита Соколов, историк
Наталия Соколовская, писатель
Ирина Стаф, филолог, переводчик
Любовь Сумм, переводчик
Ирина Сурат, доктор филологических наук
Лев Тимофеев, писатель
Елена Титаренко, искусствовед, журналист
Дмитрий Травин, экономист
Андрей Чернов, литератор
Елена Чижова, писатель
Никита Шкловский-Корди, врач
Борис Штерн, доктор физико-математических наук, главный редактор газеты «Троицкий вариант»
Андрей Юрганов, доктор исторических наук, профессор РГГУ

Фото: Филипп Киреев/ТАСС

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 00:53

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30965
9 АПРЕЛЯ 2017 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

Memoriam

1 апреля 2017, Талса, Оклахома, США — умер советский и российский поэт, прозаик, режиссёр, сценарист, публицист и актёр — Евгений Евтушенко.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491745550.jpg
ТАСС
09.10.1960. Москва. День поэзии. Поэт Евгений Евтушенко читает свои стихи на площади В.В. Маяковского. Фото Олега Иванова /Фотохроника ТАСС.

8 апреля 2017, Москва — умер советский космонавт, дважды Герой Советского Союза. Лётчик-космонавт СССР (1975) — Георгий Михайлович Гречко
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491745439.jpg
ТАСС
05.01.1978. Советский Союз. Космонавт Георгий Гречко на борту космического комплекса "Союз-26" - "Салют" - "Союз-27"./Фотохроника ТАСС

Протестное воскресенье №2. Спад или затишье?
02.04.2017. За попытку проведения несанкционированной акции протеста в центре Москвы задержан 31 человек
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746244.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746256.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746262.jpg
ТАСС
Russia, Moscow, рrotests. Pavel Golovkin/AP/TASS, Ilya Varlamov/AP/TASS
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746276.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746288.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746295.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746309.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746368.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746316.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746392.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491745579.jpg
АР/ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491745626.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491745568.jpg
АР/ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746436.jpg
АР/ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746457.jpg
АР/ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746470.jpg
АР/ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491747332.jpg
АР/ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746486.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746498.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746514.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746588.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746606.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30965//1491746614.jpg
ТАСС
Фотографии ТАСС, Associated Press

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 00:58

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9070
12 МАЯ 2009 г.

Заявление общества «Мемориал»

В связи с возобновлением судебного процесса по делу о выставке «Запретное искусство» считаем необходимым заявить, что вне зависимости от нашего отношения к эстетическим достоинствам или недостаткам данной выставки, процесс против ее организаторов вызывает у нас возмущение.

Тот факт, что это «дело» не только возбуждено, но и передано в суд и даже принято к рассмотрению, свидетельствует как о глубоком неблагополучии со свободой мнений в России, так и о плачевном состоянии отечественной юстиции. Похоже, что печальный опыт ХХ века — от «борьбы с формализмом» и разгромом генетики до скандала в Манеже и «бульдозерной» выставки — до сих пор не осознан, и уроки не усвоены.

Для любого человека, знающего историю — и здесь примером может быть история практически любой страны, — сегодня очевидно, что вопросы интерпретации произведений искусства так же не могут входить в компетенцию какого-либо суда, как и вопрос о существовании либо несуществовании Бога. Юридическая процедура в таких сюжетах неуместна и бессильна.

Несомненно, что те, кто затеял этот процесс, руководствуются вовсе не христианской любовью к ближнему, а ненавистью к инакомыслию. Будь их воля, они бы уничтожили изрядную часть мирового культурного наследия, да и собрание сочинений Пушкина укоротили бы на пару томов.

Мы все же надеемся, что Конституция РФ им не по зубам и что это дело, позорящее Россию, будет прекращено за отсутствием события преступления.

Правление Международного общества «Мемориал»

12 мая 2009 г.

sakharov-museum.ru

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 00:59

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9077
13 МАЯ 2009 г.

25 мая в ДК Горбунова в 19:00 состоится
благотворительный концерт в поддержку невинно осужденных
и узников совести «За вашу и нашу свободу».

В концерте примут участие Юлий Ким, Александр Филиппенко,
Александр Городницкий, Виктор Шендерович.

Билеты можно будет приобрести в кассах ДК Горбунова (Москва, Новозаводская улица, дом 27).

Продажа билетов начнется 14 мая.

Информация о концерте и билетах будет размещаться на сайте politzeki.voinenet.ru

Средства от продажи билетов будут использованы для поддержки российских узников совести и невинно осужденных.

Организаторы концерта: Союз солидарности с политзаключенными, Фонд в защиту прав заключенных, движение «Солидарность».

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 01:09

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9114
Заявление общества «Мемориал»
25 МАЯ 2009 г.

Москва, 22 мая 2009 г.

Продираясь через толщу грамматических согласований в названии новообразованной структуры («Комиссия по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России»), можно предположить, что речь идет о следующем: некие силы предпринимают попытки фальсифицировать историю; эти попытки наносят ущерб интересам России; Комиссия создана, дабы означенным попыткам противодействовать. Государственная важность этой Комиссии подчеркивается ее составом — тут и ФСБ, и Служба внешней разведки, и Совет безопасности, и МИД с Минюстом, и даже начальник Генерального штаба Российской армии; а председателем назначен глава президентской администрации Сергей Нарышкин. При этом историков-профессионалов среди 28 чиновных членов комиссии можно пересчитать по пальцам одной руки. И это неслучайно.

Вообще-то любые исторические фальсификации, чьей бы национальной истории они ни касались и в какую бы сторону ни были направлены, наносят ущерб всему человечеству — гражданам Франции и Польши, США и Финляндии, России и любой другой страны. Попытка выделить среди этих фальсификаций особую категорию подделок, «наносящих ущерб интересам России», кажется нам, мягко говоря, странной. Но не в этом только дело.

Сегодняшние попытки фальсифицировать отечественную историю действительно нередки. Продолжают тиражироваться сталинистские фальсификации о «пятой колонне» и «военно-фашистском заговоре» в 1937-м. По всей стране распространяются книги, где, вопреки общеизвестным фактам, доказывается непричастность НКВД к «катынскому делу» — расстрелу военнопленных поляков в 1940 г. Некоторые из современных российских политических деятелей, не обращая внимания на давно опубликованные документы, преуменьшают или, хуже того, оправдывают государственный террор сталинской эпохи. Подобные тенденции прослеживаются ныне даже в учебных пособиях для средней школы.

Наносят ли подобные грубые исторические фальсификации ущерб России? Несомненно, наносят. Они лишают народ Российской Федерации его уникального и трагического прошлого, подрывают основы национальной идентичности, уничтожают связь между поколениями, размывают нравственные ориентиры молодежи, вызывают трения и конфликты в отношениях с соседними народами, подрывают уважение к России за рубежом.

Мы не сторонники решения проблемы фальсификаций истории путем законодательных запретов. Мы полагаем, что с фальсификациями следует бороться, прежде всего, в рамках открытых и свободных научных дискуссий (в том числе и международных); при этом все спорящие стороны должны иметь возможность довести свои аргументы до широкой общественности. Общество может и вправе столь же свободно и открыто дискутировать об осмыслении и оценке исторических фактов, как известных, так и вновь открывающихся, об их возможных трактовках. Государство же должно лишь обеспечивать возможность таких дискуссий широким и быстрым рассекречиванием массивов исторических материалов, облегчением доступа к исторической документации, субсидированием архивов, исторических исследований и публикаций — и ни в коем случае не вмешиваться в их содержание. Обеспечение свободного доступа к историческим источникам, их широкая огласка — это лучший способ противодействия фальсификаторам. И никаких специальных новых комиссий для этого вовсе не нужно: достаточно активизировать и сделать эффективной работу комиссии, занимающуюся рассекречиванием государственных архивов, во главе которой стоит, между прочим, все тот же Сергей Нарышкин. В частности, например, пересмотреть решение о засекречивании результатов расследования Главной военной прокуратурой РФ «катынского дела».

Но не будем тешить себя иллюзиями: скорее всего Комиссия будет противодействовать не фальсификациям исторических фактов, а мнениям, оценкам и концепциям. Разумеется, лишь тем из них, которые идут вразрез с правительственной политикой в области национальной памяти. Именно эти оценки и концепции будут объявлены «наносящими ущерб интересам России»; именно они станут объектом государственного «противодействия». Как такое противодействие будет осуществляться, нетрудно себе представить, исходя из богатого отечественного опыта «борьбы с фальсификаторами истории».

Если наши опасения подтвердятся, то подобную комиссию надо будет рассматривать не только как контрпродуктивную, но и как антиконституционную, ибо подобное «противодействие» вводит в государственную практику элементы государственной идеологии — а это прямо запрещено ст.13 Конституции Российской Федерации.

Международное общество «Мемориал»

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 01:13

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18917
30 ИЮНЯ 2009 г.

30 июня состоятся международные акции в защиту Химкинского леса — уникального лесного массива в Подмосковье, которым местные власти хотят пожертвовать ради строительства магистрали. Акции пройдут в Москве и в Париже. В Москве в 15.00 возле памятника Грибоедову на Чистых прудах пройдет уличная пресс-конференция защитников Химкинского леса, после которой они в футболках в цвет национального флага и в противогазах строем пойдут к офису французской компании Vinci и передадут туда многочисленные обращения и символические подарки – вязанки дров. В акции помимо жителей Химок примут участие депутаты Мосгордумы Сергей Никитин и Сергей Митрохин, а также Олег Митволь («Зеленая альтернатива»), академик Алексей Яблоков («Зеленая Россия»), директор лесной программы «Гринпис» Алексей Ярошенко.

В тот же день в Париже активисты европейского молодежного правозащитного движения передадут в парижский офис Vinci свое обращение с требованием отказаться от соучастия в уничтожении уникальной Химкинской дубравы, пока проект строительства трассы Москва – Санкт-Петербург не будет пересмотрен в пользу сохранения леса. Химчане уже дважды обращались к руководству строительной компании и даже передавали письмо для французского президента Николя Саркози. Однако 16 июня министр экономики Франции Кристин Лагард заявила, что в июле Vinci подпишет контракт на строительство дороги. В то же время о пересмотре проекта ничего не сообщалось (хотя в декабре прошлого года мэр Химок Стрельченко и отменил все свои распоряжения, согласующие прохождение трассы по лесу).

Напомним, что конфликт из-за Химкинского леса стоил здоровья одному из немногих смелых химкинских журналистов Михаилу Бекетову: после публикации в его газете «Химкинская правда» статей с критикой местной администрации, где говорилось, что администрация под благовидным предлогом осуществляет захват земель, его жестоко избили в ноябре прошлого года. Сейчас он в тяжелейшем состоянии находится в больнице.

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 01:14

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18920
30 ИЮНЯ 2009 г.

Член бюро политсовета Объединенного демократического движения «Солидарность» Илья Яшин просит генерального прокурора Юрия Чайку проверить обоснованность и законность выделения бюджетных средств на проведение молодежного прокремлевского лагеря «Селигер-2009».

В заявлении на имя Чайки Яшин отмечает, что хотя официально лагерь в этом году проводит не движение «Наши», как раньше, а Федеральное агентство по делам молодежи, «содержание и стилистика мероприятия практически ничем не отличаются» от лагерей предыдущих лет, а главой агентства является бывший лидер «Наших» Василий Якеменко (а одним из нынешних лидеров движения – его брат Борис Якеменко). Символика лагеря прямо заимствует символику «Наших», продолжает Яшин. При этом лагерь финансируется, в частности, за счет бюджета России и субъектов федерации, а Якеменко требует от губернаторов компенсировать участникам лагеря транспортные расходы.
«По факту за счет бюджетных средств финансируется деятельность общественно-политического движения «Наши». Считаю, что бывший лидер этой организации В.Г.Якеменко, занимающий ныне правительственную должность, организовал коррупционную схему финансирования движения «Наши», злоупотребил служебным положением и несет прямую ответственность за нецелевое расходование бюджетных средств», — пишет Яшин и просит в случае выявления нарушений и нецелевого использования бюджетных средств «привлечь виновных лиц к ответственности, предусмотренной бюджетным и уголовным законодательством».

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 01:15

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18921
30 ИЮНЯ 2009 г.
С сегодняшнего дня движение «Солидарность» начинает регулярные информационные пикеты. Они будут проводиться в Новопушкинском сквере с 18:00 до 20:00. Первый пикет во вторник 30 июня проведут участник движения Елена Лебедева и ответственный секретарь Федерального политсовета «Солидарности» Михаил Шнейдер. В ходе этих пикетов актвисты будут информировать москвичей о «Солидарности», о работе движения, раздавать материалы и листовки.

"Ежедневный журнал"

26.04.2017, 01:16

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18928
5 ИЮЛЯ 2009 г.

Как и планировалось, 5 июля в 11.00 в Москве началась конференция «Россия после Путина». В ней участвуют представители как левой, так и либеральной части спектра российского аналитического сообщества. Предполагается, что на конференции будут обсуждаться пути и способы перехода страны к подлинному народовластию, основанному на широком общественном консенсусе по базовым принципам правового, социального и экономического устройства государства. Ожидаются доклады о параметрах переходного периода, о конституционной реформе, о легитимации в России частной собственности, о принципах взаимоотношений социальных и/или политических групп с качественно различными, а порой и противоположными интересами и целями.

Перед собравшимися уже выступили директор по макроэкономическим исследованиям Высшей школы экономики Сергей Алексашенко, главный редактор Форума.мск Анатолий Баранов, президент Института национальной стратегии Станислав Белковский, научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин, бывший заместитель министра образования Борис Виноградов, заместитель главного редактора «Ежедневного журнала» Александр Гольц, председатель Исламского комитета России Гейдар Джемаль, лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров, член бюро Национальной ассамблеи Алексей Кондауров, председатель московского отделения партии «Великая Россия» Александр Краснов. Таким образом, на конференции действительно представлены совершенно разные направления сегодняшней политической оппозиции.

На сайте «Ежедневного журнала» интересующиеся могут увидеть, как проходит конференция в прямой трансляции.

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:33

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31161
1 ИЮНЯ 2017, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31161//1496308089.gif
Основанный в 2002 году Информационно-аналитический центр «СОВА» ведёт информационную и исследовательскую работу. В сфере его интересов в настоящее время проблемы национализма и ксенофобии, бытование религии в светском обществе, а также практика применения антиэкстремистского законодательства в России.

Обращение Центра "СОВА":

Центр «СОВА» был оштрафован на 300 тысяч рублей за то, что сам себя не включил в реестр «иностранных агентов». Апелляцию мы, увы, проиграли.

Теперь нам предстоит до середины июля заплатить эти деньги. И для «СОВЫ» это значительная сумма.

Мы будем благодарны любой помощи. (see in English)

Если Вы готовы помочь, пожалуйста, воспользуйтесь счетами, указанными ниже.

Очень важно при этом указать цель перевода: «Целевое пожертвование на оплату штрафа».

РЕКВИЗИТЫ ДЛЯ ПЕРЕВОДА

в рублях:

Мы предпочли бы получить Ваш перевод на наш счет в банк «Юникредит»:

РОО Центр «СОВА»

ИНН 7709392054 / КПП 770901001

р/с 40703810400010865184

АО ЮниКредитБанк

БИК 044525545

к/с 30101810300000000545

Но можно также перевести деньги на наш счет в Сбербанк:

РОО Центр «СОВА»

ИНН 7709392054 / КПП 770901001

р/с 40703810338090109799

ОАО Сбербанк России

БИК 044525225

к/с 30101810400000000225

В Сбербанке также можно сделать перевод, придя в офис банка с заполненной квитанцией. Ее можно скачать с нашего сайта, затем вписать свои данные и сумму.

В долларах США:

РОО Центр СОВА (ROO Tsentr SOVA)

р/с 40703840700010865184 USD

Банк получателя: UniCredit Bank ZAO, Moscow, Russia.

SWIFT Code — IMBKRUMM

Банк-корреспондент: JPMorgan Chase Bank, New York,

SWIFT Code: CHASUS33

В евро:

РОО Центр СОВА (ROO Tsentr SOVA)

р/с 40703978300010865184 EUR

Банк получателя: UniCredit Bank ZAO, Moscow, Russia.

SWIFT Code — IMBKRUMM

Банк-корреспондент: UniCredit Bank AG,

SWIFT Code: HYVEDEMM

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:34

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31596
23 СЕНТЯБРЯ 2017, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31596//1506081163.jpg
Немецкий журналист и писатель Борис Райтшустер и российский социолог и публицист Игорь Эйдман несколько месяцев назад начали видеопроект "Хендехох! О России из Германии". В их видеороликах обсуждаются актуальные события российской политической жизни и взаимоотношения между Россией и Германией. Главный принцип программы – иронично о серьезном. Не всегда немцу просто понять русскую жизнь, но взгляд со стороны всегда полезен для понимания ситуации.

Видеоблог "Хендехох! О России из Германии"

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:36

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31626
29 СЕНТЯБРЯ 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31626//1506667414.jpg
«Ежедневный журнал» поздравляет своего постоянного автора, поэта и культуролога Бориса Колымагина, с юбилеем!

В московском Клубе любителей теории и истории литературы прошел поэтический вечер поэта, приуроченный к его 60-летию, «I’m just 60». Мы перепечатываем отчет о вечере Александра Люсого.

«Вспоминаю — и стекленею», — пишет Борис Колымагин в своем поэтическом сборнике «Земля осени». В начале прошлого века Анна Ахматова обещала своему «двойнику», помнится, стать «мраморной». Но теперь актуальнее другой строительный материал, позволяющий лучше собирать образы хрупкого мироздания.

В московском Клубе любителей теории и истории литературы, руководимом Людмилой Вязмитиновой и собирающемся в Библиотеке им. Юрия Трифонова, прошел поэтический вечер поэта и культуролога Бориса Колымагина, приуроченный к его 60-летию, «I’m just 60». Автор читал полиметрические тексты и верлибры, дополняя их «опытами не в стихах» и визуальными рядами. В ходе чтения стихов юбиляра присутствующие (а их было более трех десятков) смотрели серии слайдов, посвященных культуре Китая, природе Латвии, особенностям туристического быта и прохождению на байдарке сложного порога на реке в Карелии. Стихи Колымагина звучали и с экрана: поэт и дизайнер Андрей Дмитриев продемонстрировал видеоролики, в которых предложил свою версию прочтения некоторых его текстов. Зрителям явно было интересно наблюдать за постоянной сменой медиалогических акцентов. Вот поэт читает вживую. Вот он перемещается в виртуальное пространство — и мы видим образы далеких стран, слышим необычную музыку.

С приветственными словами к юбиляру обратились главный редактор журнала «Вопросы культурологии» Андрей Агошков, поэты Наталья Черных и Татьяна Данильянц, фотохудожник и писатель Левон Осепян и многие другие, и все они отмечали чистоту и свежесть поэзии Колымагина. Эстетика поэта, как точно заметила в послесловии к сборнику «Земля осени» Людмила Вязмитинова, зиждется на сочетании сложной образности со стремлением к той упрощенности восприятия мира и себя, которое граничит с опрощением жизни. Здесь это обусловлено открытостью всем проявлениям жизни, готовностью принять их — как равнозначные проявления ее природы, истинный смысл которых сокрыт от человека. Для Колымагина важна объективно сильная речь — которая цепляется за язык, остается в памяти. Эти разговорные фрагменты, вроде «Долгий разговор с самим собой:/ а не дурак он», остались в памяти благодарных слушателей.

Писатель и психолог Наталия Борисенко, аргументируя такое качество Колымагина, как несуетность, озвучила завидный, по ее мнению, факт: он — нефейсбучный человек. Приобщение к карнавальной, игровой стихии в литературной жизни осуществляется им посредством активного участия в Академии фуршетов, инициированной литературоведом Сергеем Дмитренко, вскоре после этого ставшим проректором по науке Литературного института. Полноценный фуршет состоялся и по окончании официальной части вечера. В ходе его обсуждались перспективы литературных спецвыпусков журнала «Вопросы культурологии» и широкий спектр других проектов с возможным участием Колымагина.

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:40

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31658
9 ОКТЯБРЯ 2017
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31658//1507499829.jpg
AР/ТАСС

В 2016 году Румыния заняла 58 место в индексе восприятия коррупции. За решеткой оказались 1500 высших чиновников, среди них и брат экс-президента Мирча Бэсеску. Хотя еще 10 лет назад именно коррупция была главным препятствием для вступления страны в Европейский Союз. Чтобы узнать, как Румынии удалось изменить ситуацию, мы встретилось с экс-министром юстиции Моникой Маковей.

1. Наличие политической воли

Я стала министром юстиции в 2004 году. В это время Румыния готовилась вступить в Европейский Союз. Однако коррупция оставалась проблемой номер один. Особенно волновала коррупция на высшем уровне — среди высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Это были не только взятки, но и уклонения от уплаты налогов.

Я действительно хотела бороться с коррупцией и чувствовала, что это необходимо обществу. Я не была членом какой-либо политической партии и не принадлежала ни к какой группе. К тому же, я видела большую заинтересованность в борьбе с этим злом со стороны румынского правительства.

С этой целью в 2005 году было создано Национальное антикоррупционное управление (DNA). Его главная задача — бороться с коррупцией среди топ-чиновников, а также дела на сумму от 2 млн евро. Новое ведомство включает в себя функции обычной полиции, а также прокуратуры, это позволяет значительно сэкономить время.

Наличие такого органа очень раздражает наше правительство и политические партии. На протяжении 12 лет они уже несколько раз пытались изменить законодательство. Последний раз в начале 2017 года такую попытку предприняли социалисты, которые сейчас при власти. Они планировали принять акт о помиловании для коррупционеров, а также внести изменения в криминальный кодекс. Это делалось с целью освобождения из тюрьмы лидера социалистов Ливиу Драгня.

Когда люди узнали об этом, то начались массовые протесты. На улицы вышли 250 тысяч человек. Еще 10 лет назад такое было трудно представить. Поэтому участие общества не менее важно, чем активность правительства. Поэтому в Румынии сейчас люди наблюдают за деятельностью политиков. В случае необходимости они готовы выйти в еще большем количестве.

2. Юридическая и финансовая независимость антикоррупционных органов

У нас есть два главных органа для борьбы с коррупцией. Первое — Национальное антикоррупционное управление, о котором я уже говорила. Все коррупционные дела находятся в руках управления, что уберегает от утечек информации. К тому же вDNAсобрались лучшие кадры как из прокуратуры, так и финансовые иIT-специалисты.

Также у нас есть Национальное агентство по вопросам добродетели. Оно специализируется не на коррупции как таковой, а на конфликте интересов. Специалисты агентства детально изучают декларации всех государственных чиновников. Это касается не только президента или премьера, но и работников полиции, таможенников, а также членов совета правления больших корпораций. Всего декларации подают 300 тысяч человек. Они указывают не только свое имущество, но также и имущество своих родственников, а также выписки по банковским операциям. Каждый документ — около 10 страниц. Любой гражданин может изучить декларацию. Если он находит несоответствие, то может потребовать через суд, чтобы такое имущество было конфисковано.

Однако, чтобы такая система существовала, очень важно обеспечить ее независимость. Как финансовую, так и юридическую. Поэтому в Румынии Национальное антикоррупционное управление финансируется из государственного бюджета через генеральную прокуратуру.

3. Доводить дела до суда

За 12 лет существования Национального бюро расследований суды вынесли 900 обвинительных приговоров. Всего в тюрьме сейчас находятся 1500 топ-коррупционеров. Среди них и брат бывшего президента страны Траяна Бэсеску — Мирча. Кроме того, удалось посадить 6 министров, а также бывшего премьера страны Адриана Настасе. В тюрьме сидят и многие судьи и мэры городов. Я считаю, что это замечательно. Поскольку поначалу люди боялись вести расследования против высокопоставленных коррупционеров. Судьи также не спешили рассматривать такие дела, в результате многим удалось избежать заключения. Однако потом нам все же удалось их посадить сразу по двум статьям — за коррупцию и за попытку избежать ответственности.

Поэтому очень важно добиваться, чтобы дело было рассмотрено в судах. Без долгих проволочек. По опыту Румынии могу сказать, что от момента открытия уголовного дела до окончательного решения проходит где-то год. И это в уголовном процессе. Дольше затягивать дело не вижу смысла.

Мне известно, что в Украине сейчас проходит судебная реформа. Я считаю, что она очень важна для будущего страны. Однако сейчас у вас есть около 7 тысяч судей. Они уже сегодня могут выносить решения по делам о коррупции. Для меня остается пока не понятным, почему еще до сих пор нет решений по делам НАБУ.

Считаю, что неправильно оправдывать бездеятельность судей отсутствием антикоррупционных судов. Однако это все отговорки.

4. Введение института гражданской конфискации

Криминальный процесс о коррупции — это, в основном, длительный процесс. Однако важно предусмотреть, чтобы государство могло вернуть украденное имущество. Для этого существует институт гражданской конфискации.

Особенность его в том, что в нем нет обвиняемого. Человеку не нужно оправдываться. Он только должен доказать, что этот дом или деньги принадлежат ему. Очень активно этот институт используют в Британии.

Я считаю, что в Украине не надо бояться гражданской конфискации. Это поможет рассматривать дела о коррупции быстрее. К тому же, по данным статистики, всего лишь 10% являются в суд, чтобы доказать свое право на имущество. В большинстве случаев оно законно возвращается в собственность государства.

5. Тщательный подбор персонала для антикоррупционных органов

Когда я была министром юстиции Румынии, передо мной поставили сложную и ответственную задачу — найти руководителя для Антикорруционного управления. Как я понимала, мне нужно было найти человека честного, с высокими моральными качествами, а также профессионала своего дела. Поэтому я обратилась к психологу. Он помогал мне найти такого человека. Для этого он проводил не только личностные тесты, но и выяснял, сможет ли этот человек попасть под политическое влияние или нет.Эти тесты проходили все, кто хотел работать в DNA.

Мне удалось найти такого человека. Его звали Даниэль Морарь. После разговора с ним психолог мне сказал, что этот человек как камень и не поддается никакому влиянию. Морарь стал вторым руководителем антикоррупционного управления.

Важно также, чтобы эти люди были и профессионалами с своей сфере. Поэтому для меня до сих пор является секретом, как в Украине Генеральную прокуратуру возглавляет политик. Это не приемлемо для эффективной борьбы с коррупцией.

Автор: Наталья Миняйло, журналист отдела "Политика", Delo.UA

Источник: https://delo.ua/ukraine/5-receptov-borby-s-korrupciej-ot-moniki-makovej-331814/ © delo.ua

Фото: 29.01.2017. Румыния. Массовые протесты против нового закона об амнистии в Бухаресте. Vadim Ghirda/AP/TASS

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:43

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31815
18 НОЯБРЯ 2017

В субботу 25 ноября 2017 г. в 16:00 в Москве в помещении Сахаровского центра состоится Благотворительный вечер в поддержку политзаключённых.
Ожидаются: актёр театра и кино Сергей ЮРСКИЙ, поэт Дмитрий БЫКОВ, бард Алексей КАЙДАЛОВ, гитарист-виртуоз Максим ДЕМИДОВ.

ВЫ СМОЖЕТЕ: внести посильные пожертвования для политзаключённых, поддержки их семей или оплаты адвокатов.
А ещё – написать политзаключённым письма-открытки, которые мы затем отправим адресатам; они их всегда очень ждут.

ОРГАНИЗАТОРЫ: Союз солидарности с политзаключёнными, Правозащитный Центр "Мемориал", Московская Хельсинкская Группа - МХГ, "За Права Человека", Партия 5 декабря и Движение "Солидарность".

АДРЕС Сахаровского центра: ул. Земляной вал, д. 57, стр. 5
(м. Курская, Чкаловская).
Приходите!

☼ ДЛЯ ТЕХ, КТО НЕ СМОЖЕТ ПРИЙТИ:
Вы в любое время можете помочь политзаключённым в России, внося посильные пожертвования через Союз солидарности с политзаключёнными (ССП) – на яндекс-кошелёк № 410011205892134.

Фото: Илья Питалев/ТАСС

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:48

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=18929
5 ИЮЛЯ 2009 г.

5 июня с 11.00 до 17.30 с двумя получасовыми перерывами прошла конференция «Россия после Путина». Вопреки ожиданиям, никаких эксцессов и скандалов за это время не произошло, никто никаких провокаций не устраивал и связь не глушил. Представителям как либерального, так и левого крыла сегодняшней политической оппозиции удалось выступить и изложить свои соображения, касающиеся того, что может ждать Россию в ближайшем будущем. Всего в конференции приняли участие более 50 экспертов. Большинство сошлось на том, что альтернативой смене существующего режима может стать только распад России. Однако у участников конференции возникли разногласия, связанные с тем. что, собственно, нужно делать для изменения политической ситуации. Так, лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров заявил, что необходимо принять новую Конституцию, поскольку в нынешней заложены основы авторитаризма. Его поддержали член бюро ОГФ и Объединенного демократического движения «Солидарность» Александр Осовцов, член бюро Национальной ассамблеи Валерий Смирнов. Однако другие соратники Каспарова по «Солидарности», в частности, сопредседатели движения Борис Немцов и Владимир Милов заявили, что в принятии новой Конституции нет смысла: Немцов утверждал, что необходимо добиваться принятия либеральных поправок, а Милов подчеркнул, что в сегодняшней ситуации Конституция вовсе не действует, поэтому принятие другого документа делу не поможет.

Будущее политическое устройство государства тоже видится участникам конференции по-разному.Каспаров и глава московского отделения партии «Великая Россия» Александр Краснов сошлись на том, что России должна быть парламентской республикой, в то время как политолог Станислав Белковский настаивал на идее конституционной монархии.

Видеоматериалы с конференции будут доступны на сайте «Ежедневного журнала» в начале следующей недели.

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:49

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9258
9 ИЮЛЯ 2009,
Александр Котляров

Вот уже пятый месяц тянется процесс над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым. Стратегия прокуроров очевидна – вывалить в ходе заседаний гигантское количество всевозможных документов, которые вовсе ничего не доказывают. Расчет делается на то, что рано или поздно всем станет скучно и общественность перестанет следить за процессом. И тогда можно будет вынести любой приговор, объявив его обоснованным, – ведь никто не сможет указать на подтасовки. Именно поэтому «Ежедневный журнал» начинает спецпроект «Процесс». По нашей просьбе художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ будет иллюстрировать наиболее яркие эпизоды этого суда.

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:50

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9279
14 ИЮЛЯ 2009 г.
Александр Котляров
«Ежедневный журнал» продолжает свой спецпроект: рассказ в рисунках Александра Котлярова о суде над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым.
https://d.radikal.ru/d34/2109/cf/235b8c2b1fb8.jpg
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes_gallery/124752600721.jpg
https://d.radikal.ru/d42/2109/6e/908f8d6b280f.jpg
https://b.radikal.ru/b42/2109/59/6f2d4b0802d3.jpg
https://b.radikal.ru/b27/2109/67/404b24f98263.jpg

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:52

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9293
17 ИЮЛЯ 2009 г.

Григорий Дурново / ЕЖ

Обращение правозащитнков

15 июля убита правозащитница Наталья Эстемирова. Погибла праведница, долгие годы посвятившая себя защите прав человека и расследованию убийств и похищений мирных жителей. Она неоднократно получала угрозы, однако продолжала свою подвижническую деятельность. Ее близкими друзьями и сподвижниками были убитые правозащитники — журналистка Анна Политковская и адвокат Станислав Маркелов.

Мы выражаем свои соболезнования ее дочери, родным, друзьям и коллегам, членам общества «Мемориал».

Злодейство было совершено открыто, вызывающе: Наталья была похищена в центре Грозного; вывезена в Ингушетию и расстреляна; тело выброшено на дорогу — среди бела дня.

Точно также демонстративно были обставлены другие убийства правозащитников, разоблачающих преступления силовиков в Чечне и в других республиках Северного Кавказа.

Это настоящий политический террор, ибо цель таких расправ — внушить страх и ужас другим: общественным деятелям, правозащитникам, журналистам; заставить их замолчать, смириться...

Произошедшая трагедия стала прямым следствием нынешней государственной политики.

Во-первых, это распространение через контролируемые властями информационные ресурсы представления о независимых правозащитниках и журналистах, оппозиционных общественных деятелях как о «пятой колонне» и врагах государства, что создает общественную атмосферу, прямо подстрекающую к расправам. Власти, в первую очередь, правоохранительные органы, очень часто стараются любой ценой покрыть самые вызывающие преступления должностных лиц, о которых заявляют правозащитники и пресса.

Во-вторых, это продолжение нынешней безответственной, антиконституционной, по сути, преступной политики в Чеченской Республике и других регионах Северного Кавказа, характеризующейся систематическим и массовым грубым нарушением прав человека, включая убийства, фальсификацию уголовных обвинений, пытки, похищения. Эти преступления совершают как силовики, так и некие близкие им группы, действующие как «эскадроны смерти». Миф о «стабильности» в Чечне лопнул, как мыльный пузырь, вооруженный конфликт постепенно распространяется на сопредельные субъекты Федерации.

Мы обращаемся ко всем должностным лицам государства, включая президента России, главу правительства, министров.

Если вы не хотите, чтобы наша страна окончательно превратилась в зону открытых политических убийств, должны быть приняты четкие и недвусмысленные меры по разоблачению преступлений в отношении общественных деятелей, правозащитников, журналистов, по выявлению организаторов и заказчиков политических убийств, по созданию адекватной системы быстрого реагирования на сообщения правозащитников о пытках, похищениях, убийствах.

Мы призываем в корне изменить нынешнюю политику в республиках Северного Кавказа, категорически исключить карательные акции, произвол и расправы. Начать реальную борьбу с коррупцией. Запретить нарушения свободы совести и общественной жизни, пресечь фальсификацию выборов.

Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы

Лидия Графова, писатель, правозащитник;

Валерий Борщев, член Московской Хельсинкской группы;
Любовь Волкова, президент Московского регионального Общественного благотворительного Фонда «Социальное Партнерство»;
Каринна Москаленко, адвокат, «Центр содействия международной защите»

Юрий Шмидт, Российский комитет адвокатов в защиту прав человека;

Лев Пономарев, исполнительный директор Общероссийского движения «За права человека», член Московской Хельсинкской группы;

Юрий Самодуров, куратор выставочных проектов, сопредседатель Всероссийского Гражданского конгресса;

священник Глеб Якунин, Общественный Комитет в защиту свободы совести,

член Московской Хельсинкской группы;

Эрнст Черный, секретарь Общественного Комитета в защиту ученых;

Борис Вишневский, член Бюро партии «ЯБЛОКО», обозреватель «Новой газеты»;

Борис Пустынцев, Юрий Вдовин, «Гражданский контроль» (Санкт-Петербург);

Нина Катерли, писатель, член Союза писателей Москвы, член русского ПЕН-клуба;

Владимир Шаклеин, Уральский межрегиональный центр прав человека;

Руслан Бадалов, Чеченский комитет национального спасения (Республика Ингушетия);

Ильдар Исангулов, Общественное движение «За права человека» в Республике Башкортостан;

Дмитрий Пысларь, Фонд «Право солдата»;

Cовет «Международного комитета по проблемам Северного Кавказа»;

Илья Хандриков, председатель Всероссийского движения «За честный рынок»;

Сергей Давидис, Союз солидарности с политзаключенными;

Евгений Ихлов, журналист, правозащитник;

Любовь Башинова, журналист, правозащитник;

Николай Гудсков, эсперантист;

Юлия Башинова, Молодежное Правозащитное Движение;

Анна Каретникова, Антивоенный клуб;

Михаил Кригер, Андрей Налетов, Комитет Антивоенный действий;

Леонид Романков, член Правозащитного Совета Санкт-Петербурга;

Светлана Исаева, Гюльнара Рустамова, Айша Селимханова, РОО «Матери Дагестана за права человека»;

Валерий Хатажуков, Мурат Хоконов, Муаед Безиров, Заур Шокуев, Тимур Тухужев, Кабардино-Балкарский Правозащитный Центр;

Элла Полякова, Елена Попова, СПб РОПО «Солдатские матери Санкт-Петербурга»;

Владимир Ойвин, Фонд «Гласность»;

Сбор подписей продолжается по zpch@zaprava.ru
Обсудить "Убийство Натальи Эстемировой — приговор государственной политике " на форуме

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:57

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9301
21 ИЮЛЯ 2009 г.
Александр Котляров
Процесс: день 130-й - день 136-й

Художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 11:58

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9318
28 ИЮЛЯ 2009 г.
Александр Котляров
Процесс: день 137-й - день 143-й

Художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ

"Ежедневный журнал"

27.11.2017, 12:00

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9336
4 АВГУСТА 2009 г.
Александр Котляров
Процесс: день 144-й – день 150-й.
Неделя ничем не отличалась от прочих. Прокуроры уныло и косноязычно, путаясь в числительных и иностранных названиях, зачитывали многочисленные документы, изъятые в ЮКОСе. При этом они старательно делали вид, что речь идет о «доказательстве вины» подсудимых. Стратегия Михаила Ходорковского, Платона Лебедева и их адвокатов сейчас сконцентрирована на двух задачах. Во-первых, продемонстрировать судье и общественности, что документы представлены выборочно и с фактическими искажениями. Во-вторых, попытаться добиться от обвинения хоть каких-то объяснений, что же все-таки доказывают предъявляемые документы…

Художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:03

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31914
15 ДЕКАБРЯ 2017 г.

В субботу 23 декабря 2017 г. в 16:00 в Москве в помещении Сахаровского центра состоится Благотворительный вечер в поддержку политзаключённых.
Основным элементом этого вечера будет показ фильма "Наталья Горбаневская: «Я не героиня» (реж. Кирилл и Ксения Сахарновы, 2016); также создатели фильма ответят на вопросы зрителей.

ВЫ СМОЖЕТЕ: внести посильные пожертвования для политзаключённых, поддержки их семей или оплаты адвокатов.
А ещё – написать политзаключённым письма-открытки, которые мы затем отправим адресатам; они их всегда очень ждут.

ОРГАНИЗАТОРЫ: Союз солидарности с политзаключёнными, Правозащитный Центр "Мемориал", Московская Хельсинкская Группа - МХГ, "За Права Человека", Партия 5 декабря и Движение "Солидарность".

АДРЕС Сахаровского центра: ул. Земляной вал, д. 57, стр. 5
(м. Курская, Чкаловская).
Приходите!

☼ ДЛЯ ТЕХ, КТО НЕ СМОЖЕТ ПРИЙТИ:
Вы в любое время можете помочь политзаключённым в России, внося посильные пожертвования через Союз солидарности с политзаключёнными (ССП) – на яндекс-кошелёк № 410011205892134.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:06

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31921
18 ДЕКАБРЯ 2017, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31921//1513590436.jpg

ТАСС

В сетях порой находишь заметки, удивляющие своей проницательностью. Не знаю фамилии автора, но почти во всем с ним согласен. Вопрос: что делать? Как вырваться из своего родного менталитета?

На протяжении десятилетий Россия, сохраняя свою самобытность, становится всё более похожей на страны Запада. В современной России мы так же питаемся в фастфудах, так же ходим за покупками в огромные торговые центры, так же живём в кредит, так же пользуемся социальными сетями и т.д. Ещё совсем недавно в это было трудно поверить, но сейчас это повседневная реальность. Однако между культурами России и стран Запада, несмотря на множество сходств, лежит и целая пропасть различий. Но что же стоит за ними? Что мешает русским стать ещё ближе по своему менталитету к американцам или европейцам? Ответ на этот вопрос столь же прост, сколь и сложен; говоря конкретно — это менталитет.

Безусловно, сам по себе менталитет не является чем-то априори инвариантным по своей сути; несомненно, сам он также обусловлен социальными, экономическими, политическими и прочими причинами. Не вдаваясь в подробности, что в каждом случае было первично, менталитет или условия, в которых он сформировался, я предлагаю вашему вниманию краткий перечень наиболее принципиальных различий менталитетов, из которых уже логически проистекают различия и в сфере повседневной культуры на социально-бытовом её уровне.

Свобода

В дискуссиях касательно свободолюбия русских часто утверждается, что понятие свободы русским чуждо, ввиду их совсем недавнего крепостного прошлого. Лично я с этим согласиться не могу; русские не менее свободолюбивы, нежели носители западного образа мышления, просто представление о свободе у них фундаментально различны, из-за чего и имеет место данное непонимание.

Для западного человека свобода — это возможность выбирать. Но за этой формулировкой таится (а зачастую замалчивается) один принципиальный момент. А именно: западная свобода в обязательном порядке подразумевает уважение к свободе других людей, к их праву на собственный выбор. Свобода в русском же её понимании основана на прямо противоположном: для россиян свобода — это отсутствие правил, либо же отсутствие наказания за их нарушение.

За примерами далеко ходить не надо. В пику западным странам россияне часто утверждают, что на Западе слишком много запретов и ограничений, да и договориться на месте (то есть дать взятку) нельзя. При этом забывается (или умышленно замалчивается), что эти ограничения появились не на пустом месте и уж тем более не от «кровавого западного режима», а лишь потому, что в противном случае «права» одних людей нарушали бы права других. Практически любой, даже вполне обоснованный запрет русский воспринимает не иначе, как посягательство на личную свободу, тогда как права и свободы окружающих в российском обществе традиционно принято игнорировать.

Другими словами, можно сказать, что представление о свободе у западного и русского человека диаметрально противоположны: у первых свобода основана на уважении к окружающим, у второго — на неуважении.

Патриотизм

Патриотизм — нормальное явление, свойственное любому обществу. Это естественно, что человек любит свою страну. На Западе люди любят свою родину как за «прикладные» заслуги (заботу государства, высокий уровень жизни, чистые улицы, ровные дороги и т.п.), так и за «фундаментальные»: общественные достижения, мировой вклад в культуру, науку и искусство, не исключая, впрочем, и военные достижения.

Россию же трудно любить за «прикладные» заслуги перед отдельно взятым патриотом, здесь от государства милости ждать не приходится. С «фундаментальными» вещами всё интереснее: спросите патриота, за что он любит Россию, и с вероятностью до 99 процентов он ответит что-то про ракеты, самолёты, автомат Калашникова и атомную бомбу. То есть почему-то повод для гордости у патриота почти всегда сводится исключительно к войнам, насилию и разрушению. Некоторые, впрочем, для разнообразия вспомнят и Толстого с Достоевским, однако мало кто сможет внятно объяснить, чем же они столь примечательны и почему, собственно, ими нужно гордиться. И в то же время всякий патриот готов часами с упоением рассказывать о преимуществах «калаша» перед М-16 или Т-90 перед «Абрамсом». А уж создателя классической теории химического строения вещества Бутлерова или театрального реформатора Станиславского вообще вряд ли кто-то вспомнит.

Отсутствие социально-бытовых причин любить свою страну у российских патриотов легко компенсируется ненавистью к другим странам. Как говорится, спроси патриота про Россию, он расскажет про Америку. И действительно, пожалуй, всякая дискуссия на тему России и патриотизма так или иначе сводится к Америке или Европе. Патриотизм в России так или иначе сводится к поиску внешнего врага; в отрыве от этого контекста он просто немыслим, ибо несостоятелен и не самодостаточен. В то время как западный патриотизм несёт в себе совсем иной посыл.

Таким образом, западный и русский патриотизмы также прямо противоположны по своей сути: первый основан на любви, второй же — на ненависти.

Структура власти

А это самая интересная тема... Как известно власть на Западе идёт «снизу вверх»: представители власти избираются народом, из народа и зависят от народа. В России же с точностью до наоборот: существующая вертикаль власти подразумевает, что власть либо назначается вышестоящей властью, либо наследуется, либо захватывается.

Всякий человек, оказавшийся у власти, тут же начинает ставить на руководящие должности «своих» людей, вероятность попадания туда зависит главным образом не от компетентности и умения руководить, но от лояльности и приближенности к верховному руководству. Причём вертикаль власти в российском обществе формируется «естественным путём». Взять к примеру... форумы в интернете. Пусть вас не смущает столь «легкомысленный» пример; форум — это отражение общества, наглядная модель государства в миниатюре.

Оказавшись у руля, администратор сразу же пишет правила под свои интересы и ставит на ключевые должности своих людей. В модераторы практически всегда набирают друзей администратора и никак иначе. Подобная, так сказать, кадровая политика автоматически формирует так называемую круговую поруку, ведь когда вся администрация состоит из друзей, жаловаться на неправомерные действия одного из них, получается, некому.

Правила всякого русского форума пишутся так, чтобы сделать власть администрации абсолютной и непререкаемой, пользователей же — максимально бесправными. Не будем вдаваться в подробности, дабы не загромождать этот и без того не слишком краткий текст. Вкратце: администрация имеет право на то, администрация имеет право на это, включая возможность нарушать свои же правила, а также блокировать [неугодных] пользователей без объяснения причин. Ну и, конечно, «классика жанра» — пункт, согласно которому, спорить с власть имущими по поводу правомерности их действий (и даже просто обсуждать таковые) публично строго-настрого запрещено, за соблюдением данного правила следят с особой пристальностью.

Ровно такую же картину мы можем наблюдать в российском обществе, где сбивать пешеходов формально запрещено законом, но сын влиятельного чиновника может запросто задавить пешехода и остаться безнаказанным, как это было, например, в марте 2011-го в Москве. И в то же время, чтобы получить «бан» вовсе не обязательно установленные правила нарушать, достаточно лишь перейти дорогу власть имущим. С назначением на руководящие должности «своих» людей тоже всё ясно, яркий тому пример — Газпром после прихода к власти сами знаете кого, чьё руководство сплошь состоит из его старых друзей.

Но самое любопытное то, что подобное положение вещей простых пользователей ничуть не смущает. Более того, я не раз становился свидетелем (а порой и жертвой) того, как администрация поступала явно неправомерно, но пользователи это лишь поддерживали и одобряли, в надежде, что и им перепадёт что-нибудь с «барского стола».

Найти подобные пункты в правилах на англоязычных форумах достаточно сложно. В РуНете же я встречал и форумы с совершенно диктаторскими порядками: с массовыми репрессиями, запредельной подозрительностью, доносами и прочими прелестями тоталитарного режима. Найти подобное на англоязычных форумах абсолютно немыслимо.

Резюмируя, можно сказать так: отношение к власти у русского и западного человека принципиально различно. Первый власть уважает, но и власть существует для него, а не сама по себе, в противном случае такая власть быстро заканчивается. Русский же склонен к тоталитаризму, кумовству и заискиванию перед действующей властью. Причём одними политическими взглядами дело не ограничивается; почти всегда, получив хоть какую-то власть, русский в той или иной мере сам становится тираном, будь он хоть государственным правителем, хоть начальником цеха, хоть просто вахтёром или модератором на форуме. На Западе в современной истории были лишь единичные случаи диктатуры, как в Италии при Муссолини или в Германии при Гитлере, на Руси же испокон веков был тоталитаризм, который порой принимал обличие монархии, порой социализма, а порой и демократии. Но в любом обличии он был и остаётся тоталитаризмом.

Пора валить?..

А при чём здесь, собственно, пора валить? — спросите вы. А при том, что я слышал не один десяток историй, как люди, свалив, после возвращались назад разочарованными и активно распространяющими миф, что там невозможно стать «своим». Причина тому очень проста: различия между русскими и нерусскими не в культуре, культура здесь вторична, а именно в ментальности. Согласитесь, хорошая жизнь подразумевает не только хорошую зарплату, но и полноценную интеграцию в новое общество. Для этого же просто необходимо изменить свой образ мышления. Это трудно, пожалуй, даже труднее, чем свалить, но тем не менее важно, а для того чтобы исправить проблему, для начала её нужно понять и признать факт её существования. И лишь когда прочтение этого текста будет вызывать у вас не «праведный гнев», но чувство сожаления и стыда за то, что описанное в нём применимо (или, я надеюсь, было применимо) лично к вам, можно будет сказать — да, Вы на правильном пути.

Желаю удачи!

Оригинал статьи

Фото: Россия. Москва. 14 декабря 2017. Во время большой ежегодной пресс-конференции президента РФ Владимира Путина в Центре международной торговли на Красной Пресне. Михаил Метцель/ТАСС

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:10

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31987
5 ЯНВАРЯ 2018 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31987//1515143102.jpg

Ксения Кривошеина о путинской России: "Очень похоже становится на брежневский застой" Из беседы Никиты и Ксении Кривошеиных с корреспондентом "Радио Свобода" Татьяной Вольтской. Поводом для разговора стал выход в издательстве «Алетейя» летом 2017 года книги Ксении Кривошеиной «Оттаявшее время, или Искушение свободой». Полностью материал можно прочесть на сайте издания
Нажмите на картинку, для того, чтобы закрыть ее

– Никита, это очень редкая ситуация, когда герой книги сидит рядом с автором и может кое-что рассказать от своего лица – пускай уже рассказанное в книге. Как вы познакомились с Ксенией?

– Мы познакомились в лифте – в Швейцарии, в доме, куда я приехал с Татьяной Георгиевной Варшавской, вдовой замечательного писателя Варшавского. У меня к тому времени был твердый статус холостяка. Я вернулся из командировки, и Татьяна Георгиевна говорит мне: Никита, ты должен познакомиться с молодой женщиной из Советского Союза, но так даже нельзя говорить – я в жизни еще не встречала столь несоветского человека, столь русского человека. Я согласился познакомиться – при этом ее несоветские параметры интересовали меня гораздо больше советских. И мы поехали в тот дом, где жила Ксения, – и в тот момент, когда мы пришли, она как раз тоже входила в дом, так что мы встретились в лифте. И возникло то, что называют "ударом грома" – любовь с первого взгляда. И этот удар грома вылился в уже почти 50-летнюю грозу.

– Ксения, вы тоже почувствовали сразу же этот "удар грома"?

– Да, это было взаимно – наверное, с моей стороны это была молния, а со стороны Никиты – гром. Этот лифт вез нас в квартиру Ирины Бриннер, а приехала я в Женеву, чтобы познакомится с моей столетней бабушкой.

– Никита, вам, гражданину Франции, ведь было в те годы практически нереально жениться на гражданке Советского Союза?

– То, что произошло в дальнейшем, можно рассматривать как чудо. У Ксении в Ленинграде оставался маленький сын, которого надо было вывезти к нам. И я думаю, что, возможно, это бы не удалось, если бы не прецедент, созданный психиатром Мариной Войханской. Она первая в конце 70-х – против всех запретов и препон – организовала невероятную общественную кампанию и добилась вывоза из Ленинграда в Кембридж своего несовершеннолетнего сына. Если бы этого события не было – не было бы и нашего воссоединения. Это был прецедент, а у прецедентов есть свойство повторяться. Помня этот случай, мы тоже пошли на некие реальные шаги в этом направлении. А вообще, в том, что мы встретились и что Ксения действительно оказалась такой несоветской, я вижу явный симптом того, что Советам, в отличие от Китая, не удалась поставленная задача полной антиселекции. Они очень старались и, как вы знаете, весьма преуспели, им удалось ко времени, близкому к полному загниванию режима, создать зиновьевского гомо советикус.

И вот каким-то чудом, буквально Божьим промыслом люди выжили, не став гомо советикус за эти 70 лет. Я многих таких встречал, например академика Беклемишева – у нас были соседние имения в Гродненской области, и он, и мои двоюродные тетки, которые были лишенками, спаслись и не были расстреляны. Таков пример и семьи Ксении – ее отец был близок к гибели – в какой-то момент физической и в течение долгих лет – личностной, но и он как-то сам себе помог, и Господь миловал его. И благодаря бабушке Ксении, армянской дворянке, музыканту, и другим людям – в этом кругу была полная замкнутость и отвержение того, что было вокруг. Это не было антисоветской деятельностью, это было добровольной глухо-слепотой. И благодаря этому – сохранением себя. Так вот, то, что Советам не удалась их антиселекция (хотя во многом и удалась), сделало лотерейно возможной нашу с Ксенией поездку в лифте.

– Никита, а вы-то сами как оказались за границей?

– Тут я вас отсылаю к моей книге "Дважды француз Советского Союза". Я родился в Париже. Мои родители по большому сочетанию наивности и, как ни странно, не ума, поддались послевоенной сталинской пропаганде, вернулись в СССР и были за наивность и отсутствие ума соответствующим образом наказаны. Отец был взят МГБ в 1949 году и получил 10 лет за сотрудничество с международной буржуазией. Его, как и миллионы людей, спасла смерть Сталина. А спустя 3 года по статье 58.10 упрятали и меня. А в 1973 году – опять же благодаря Божьему промыслу и благодаря доступности для меня окружения французского президента Помпиду, я покинул СССР и вернулся в город, где я вырос, где я живу и каждый день бываю счастлив.

– Ксения, все это сразу же наводит на мысли о том, что вы с Никитой при вашей встрече были не слишком совместимы – я имею в виду практическую сторону дела, возможность соединиться.

– После того как мы встретились в лифте, после того как я узнала, кто такой Никита Кривошеин, после тот как вспыхнул наш внезапный роман, стало ясно, что продолжение нашей совместной жизни – имея в виду Никитину историю – просто невозможно. Я ведь приехала по приглашению, чтобы повидаться со своей престарелой бабушкой, которая после разделения семей в 1915 году оказалась в Швейцарии. Я пробыла там всего лишь около 2 месяцев. За это время я узнала историю семьи Никиты – и это узнавание было для меня настоящим счастьем и открытием. В Женеве я встретилась с теми русскими эмигрантами, о которых я никогда даже не помышляла. Этот пласт русской эмиграции был где-то в книгах – а тут он вдруг предстал наяву. Но когда я возвращалась в Ленинград, я была уверена, что мы с Никитой расстаемся навсегда.

Железный занавес работал. Мы стали очень аккуратно писать друг другу письма каждый день – и они доходили. Думаю, известным органам было очень интересно читать нашу переписку. В книге все это подробно описано. Хочу только заметить, иногда все эти происки, все эти сети обращаются ко благу – и против тех, кто их плетет. Мы с Никитой в итоге смогли соединиться, самым тяжелым было вывезти мальчика. Когда эта история началась, ему было 4,5 года, и ждали мы его приезда целый год. Добиться того, чтобы его ко мне выпустили, было невероятно трудно, но слава Богу, все закончилось благополучно. Это было страшно тяжело, я жила в постоянном страхе, что ребенка мне не отдадут – и ведь обратного пути для меня не было. Если бы еще раз поехала в Ленинград, мы бы уже никогда не встретились с Никитой. И подозреваю, что моя собственная судьба в случае возвращения в СССР была бы плачевной.

– Ксения, но ведь книга ваша не сводится исключительно к этой истории?

– аНет, не сводится, одна ее часть посвящена той художественной атмосфере, которая меня формировала, тем людям, с которыми меня свела судьба. Никита уже говорил, что в СССР мы часто бывали окружены людьми, которые жили как бы вне этой системы. Это не то что внутренняя эмиграция – просто многие люди из моего окружения старались жить не правилам, не как надо. Из-за этого они страдали, было много посадок, многим приходилось жить двойной жизнью. Пожалуй, самый яркий пример – это мой отец, о котором я пишу очень много. Он родился в интереснейшей музыкальной семье, сам был очень талантливым, ярким, умным, образованным – и он попал в капкан этой системы. Двойную жизнь, трагедию моего отца можно, наверное, сравнить с трагедией миллионов советских людей, многие из которых мучились этим, а многие считали, что это нормально. Человеку стоило единожды оступиться – и все, он оказывался на крючке.

– Этот случай подробно описан в книге – война, молодой человек едет в поезде к своим родителям, которые находятся в эвакуации в Ташкенте, на остановке рассматривает карту, вырванную из немецкой книги, некий военный его забирает по подозрению в шпионаже, и хотя при выяснении личности все становится ясно, маховик допросов раскручивается, юноша не выдерживает – и выходит на свободу, подписав некую бумагу. И начинается трагическая двойная жизнь – он вынужден быть осведомителем, и он мучается этим. Никита, это ведь не исключительная ситуация, правда?

– Да, я знал таких людей, мой двоюродный дед, чей портрет работы Серова висит в Третьяковской галерее, – Мика Морозов, шекспировед, оказался осведомителем и не смог от этого отделаться. Он был очень привязан к семье своих друзей, которые вовсю "клеветали" на советскую действительность, и он понял, что если он их не выдаст, то его посадят. И он нашел странный способ этого избежать – хоть вообще-то он не пил, но тут он напился, пришел к ним, устроил скандал, дал по щекам хозяину дома, был выгнан и тем самым спас этих людей. И таких историй много.

– Ксения, наверное, непросто было писать об этом, если речь идет о вашем отце…

– Да, отец – главный персонаж этой книги. Мне было очень трудно, мы ведь любим человека помимо всего. Мы с отцом были очень близкими людьми, я была не только его ученица, но и соавтор многих работ, мы вместе иллюстрировали книги. Он очень много сделал для того, чтобы мы с Никитой соединились. Я надеюсь, что Господь облегчил его на том свете – ведь многие его грехи – невольные, несомненно, что его рассказы, отправляемые "туда", были вполне невинными – кто с кем пил, все эти художники, писатели, поэты. В этой среде вообще было много таких людей – о которых мы даже не подозревали ничего подобного.

– А как вы узнали, что ваш отец вынужден быть осведомителем?

– А он сам мне сказал. Вообще, мне эта книга далась довольно тяжело. Мы много говорим о необходимости покаяния, но тут все не так просто – это ведь должно быть добровольно. Кто-то не может говорить о таких вещах, кто-то хочет освободить свою душу, кто-то пишет "в назидание потомкам" – и так ведь можно сказать. Мы жили в страшную эпоху, даже в эмиграции были стукачи. Мама Никиты Нина Алексеевна как-то раз очень хорошо сказала: вот сидишь за столом и думаешь про кого-то – а, вот он он-то и есть тот самый. А на самом деле – не он, а совсем другой, симпатичный и хороший. В общем, книга эта – о том, что сейчас, в 2017 году, нам нечего праздновать – это не праздник, а сплошной траур. Тем более что сейчас происходит откат, возврат к прошлому, затмение душ.

– Никита, вам тоже так кажется?

– Недавно в Москве была открыта Аллея правителей, где Черненко посматривает на Екатерину Великую, а Брежнев любуется Александром Вторым и тут же – Иосиф Виссарионович. Это называют единой историей, и это показывает, что нам необходимы еще несколько поколений психотерапии.

– Ксения, ваша книга вышла, вам уже известно о какой-то реакции на нее?

– Знаете, меня попросили опубликовать маленький кусочек из нее на сайте "Православие и мир". Я выбрала совершенно невинный фрагмент о моей жизни в деревне в конце 70-х. О Боже! Я получила на Фейсбуке, наверное, за 200 проклятий – что это очернение советской действительности, что, мол, ты сидишь в своей Швейцарии и клевещешь. Ну, а что там было написано – мужики пьют, дети грязные, в автолавке, которая там вместо магазина, – слипшиеся конфеты, водка и больше ничего.

– Но это же не секрет, это видели все, кто бывал в ту пору в деревне…

– Я думаю, что это фабрика троллей работает. Это ужасное выражение – "лакировка действительности" – но она и правда затмевает разум. Ведь сколько издано книг, сколько вышло прекрасных фильмов, передач, даже сериалы вполне приличные появились о тех временах, но у меня такое впечатление, что у людей то ли память отшибает, то ли они специально не хотят во все это вникать. Наверное, людям так удобнее жить.

– Никита, а как вы думаете, почему так происходит?

– В стране не состоялась декоммунизация – и этим все сказано.

– Ксения, мы с вами начали разговор о книге с ее главных героев, с вашего романа с Никитой Кривошеиным, но когда мы размышляем над этими "почему", наверное, полезно вернуться к истокам. Возможно, тем, кто сегодня обливает вашу книгу грязью, родители в детстве не объяснили чего-то важного? Вы тоже в своей книге пишете о своем детстве – оно ведь было советским?

– Мне повезло, я была только пионеркой, в комсомол меня не приняли – наверное, я себя недостаточно хорошо вела – да и сама я заявления в комсомол не подавала. Мой папа был очень общительным, веселым человеком, настоящим наставником, которого очень любила молодежь. У нас собиралось много веселых компаний, мы танцевали под джаз. И вот мальчик, который бывал в этих компаниях, написал донос – что у Ершовых бывают всякие пьянки-гулянки. Меня вызвали на собрание и сказали: ну вот, Ершова, пока ты будешь так себя вести, не видать тебе комсомола как своих ушей. А потом началось такое время, когда в комсомол уже не очень-то и тянули, – это был конец 50-х годов, так что мне повезло.

– Оттепель началась.

– Да, скорее, такая слякоть.

– Ну, а саму оттепель-то вы на себе почувствовали?

– Ну, конечно! И я об этом пишу – оттепель меня сформировала, те люди, которые были вокруг, те книги, которые мы смогли впервые прочитать, те выставки, на которые мы смогли впервые пойти. Я уже была достаточно взрослая, чтобы все это понимать. Например, я пишу о Николае Павловиче Акимове, на факультете у которого я училась, – это был необыкновенный человек – человек вне времени. Несмотря на то что сам он очень пострадал в 1947 году, он сумел организовать интереснейший театрально-постановочный факультет, собрать вокруг себя талантливых студентов. Я рассказываю о Святославе Теофиловиче Рихтере, с его семьей дружила моя бабушка, и мне посчастливилось лично с ними встречаться. Я пишу о доме Зои Борисовны Томашевской, в котором я часто бывала, и в котором мне однажды довелось провести вечер вместе с Анной Андреевной Ахматовой. И потом, вокруг было много разной молодежи – ведь тогда были молодыми и Евгений Рейн, и Анатолий Найман, и Авербах, и я даже была немножко знакома с Иосифом Бродским, с его компанией, окружением. Это было такое типичное оттепельное общение.

– Ксения, вы ведь не собирались уезжать из страны?

–- Нет, не собиралась. Это произошло абсолютно помимо меня – хотя я была окружена людьми, которые уезжали. Это же были 70-е годы, когда очень многие уезжали в Израиль, и каждый человек, который уезжал, уезжал навсегда. И уж если его высылали – то тем более навсегда. А я никогда не думала об отъезде – моя профессиональная жизнь складывалась неплохо, но вот – в лифте мы познакомились с Никитой, и этот лифт увез нас далеко. В другую жизнь. Вторая часть книги посвящена эпопее с вывозом моего сына, кончине моего отца и нашей дальнейшей жизни здесь, во Франции.

– Ваш сын очень переживал без вас в тот год, когда вы были в разлуке?

– Вы знаете, трудно сказать. Очень важно, что он оставался с моей мамой, в своем доме. Потом, когда мы впервые поехали с ним в Ленинград, мы приехали в то место, которое он очень хорошо знал и очень любил, – была у отца такая загородная мастерская в Парголово. Он очень ждал этого момента – увидеть тот дом, где он жил, где он вырос. И вдруг мы приходим – а там пепелище, дом сгорел. Нам потом сказали, что это произошло незадолго до нашего посещения. И это произвело на него ужасное впечатление, он был потрясен. С другой стороны, в 5 с половиной лет для него началась другая жизнь, он вырос таким русским французом, при этом он хорошо говорит по-русски, да и женат он на русской.

– Ксения, в вашей книге вы размышляете о природе возникшей в современной России ностальгии по советским временам, но все-таки последних лет, последних событий книга не касается…

– Так получилось – и я об этом жалею, – что я не пишу ни о чем из того, что происходило в России после примерно 2002 года. На протяжении всех 90-х годов мы приезжали сюда каждый год, бывали в Москве, в Петербурге, даже ездили в Дивеево, а потом наши поездки стали сокращаться, и сейчас мы практически не бываем в России, хотя, конечно, следим за всем, что здесь происходит.

– Никита, это ведь, наверное, не случайно?

– Лучше бы уж не было этого 100-летия революции, оно даже нас, парижан, одолело. Меня позвали сказать несколько слов на вполне официальной конференции, которая здесь происходила, была очень хорошая реакция, но потом один молодой человек громким голосом воскликнул: "Старый антисоветский маразматик!"

– Как вы расцениваете это, Ксения?

– Мне кажется, мы сейчас переживаем странное явление: с одной стороны, то, что произошло в 1917 году, это трагедия, а с другой – нас призывают все это отмечать, превращают это в какой-то праздник. Так что действительность просто убивает. У меня такое впечатление, что есть некоторое количество думающих людей, которые понимают, что нужны перемены, но в массе своей народ всем доволен, никакая оппозиция ему не нужна. В 90-е годы многое поменялось, люди стали ездить, видеть мир, мозги зашевелились, а теперь опять все начинают думать как надо.

– Никита, вы тоже не видите никакого просвета?

– Я очень уважаю и сочувствую Леониду Гозману – мне нравится то, что он пишет, то, что он говорит, он и его коллеги.

– Ксения, вы согласны?

– Да, вот еще иногда мы с удовольствием слушаем Николая Сванидзе. Вообще, есть люди, которые вызывают уважение и даже страх за них, в атмосфере всех этих истерических телепередач – мы их время от времени смотрим, и нам становится страшно.

– У вас нет ощущения, что все может повториться?

– Да, конечно. Очень похоже становится на брежневский застой – в моей книге он как раз подробно описан, – и оказывается, что это картинка сегодняшнего дня: с одной стороны, есть яркие, мыслящие люди, с другой – все живут с фигой в кармане. И все довольны – имея свои квартиры, машины, дачи, возможность куда-то поехать. Так что я думаю, что моя книга имеет смысл только для тех, кто захочет увидеть в ней смысл, а для тех, кто не хочет ничего видеть, и "Архипелаг ГУЛАГ" будет бесполезен. Я очень надеюсь, что моя книга окажется полезна для молодежи, которая способна ее воспринять.

Оригинал текста

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:11

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32037
22 ЯНВАРЯ 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32037//1516617406.jpg

Оригинал статьи

Состоятельные россияне в рекордных количествах покупают гражданство зарубежных стран и избавляются от статуса налогового резидента РФ, чтобы иметь возможность покинуть страну или стать невидимым для российских налоговых органов.

Более 700 человек с типичными российскими именами и фамилиями, полные тезки крупных бизнесменов и чиновников, в том числе фигурирующих в списке Forbes, стали гражданами Мальты в течение последних трех лет, следует из данных, опубликованных правительством страны, передает finanz.ru.

Среди них — основатель и совладелец «Яндекса» Аркадий Волож с членами своей семьи, владелец инвестиционной компании O1 Group Борис Минц, совладелец холдинговой компании ICT Holding Александр Несис. Все трое входят в российский список Forbes с состояниями 1,1, 1,3 и 2,4 млрд долларов соответственно.

Мальтийцами также стали тезки крупнейшего производителя водки в России, совладельца Beluga Group Александра Мечетина, одного из крупнейших российских землевладельцев Игоря Худокормова и Алексея Марея — главного управляющего директора и зампреда правления Альфа-банка, в ноябре 2017 года оставившего свои посты в связи с переездом семьи в Лондон.

Также в списке — семья владельца крупной девелоперской компании ФСК «Лидер» Владимира Воронина, топ-менеджеры «Лаборатории Касперского», гендиректор золотодобывающей компании «Полюс» Павел Грачев, включенный в рейтинг топ-25 самых высокооплачиваемых менеджеров России журнала Forbes; Дмитрий Дойхен и Николая Фартушняк — сооснователи крупнейшей сети магазинов спорттоваров «Спортмастер»; брат экс-министра транспорта России, помощника президента России Игоря Левитина Леонид с семьей и многие другие.

Каждый второй участник программы «Гражданство за инвестиции», действующей на Мальте с 2013 года, предположительно оказался выходцем из РФ.

Чтобы стать гражданами Мальты, они должны были внести взнос в размере 650 тысяч евро, инвестировать не менее 350 тысяч евро в недвижимость Мальты и не менее 150 тысяч — в утвержденные правительством облигации.

Скупка мальтийских паспортов — лишь верхушка айсберга, показало исследование Tranio: одновременно большинство состоятельных граждан РФ стремятся избавиться от статуса российского налогового резидента. Такой выбор сделали три из пяти богатых россиян, имеющих капиталы в офшорах. С 2018 года Россия присоединилась к международному соглашению об обмене налоговой информацией, благодаря которому прежде невидимые для ФНС активы могут «выйти из тени».

Чаще всего россияне становятся резидентами Кипра (63% респондентов) или Великобритании (60%). Монако, Мальту или Швейцарию выбирают 30%. Спрос на налоговое резидентство Израиля вырос до исторического рекорда, заявили РБК в компании Smartgen, предоставляющей соответствующие услуги. Управляющий партнер Tranio Георгий Качмазов уверен в том, что одна из причин кроется в отсутствии уверенности в том, что российское государство сможет обеспечить конфиденциальность финансовых данных. «Они либо передают ФНС информацию о своих контролируемых иностранных компаниях и имеющихся зарубежных счетах, либо просто уезжают из страны», — говорит он.

Смена резидентства позволяет скрыть данные, в частности, о банковских счетах за рубежом: закрыть старый счет, открывавшийся с российским налоговым резидентством, и открыть новый в другом банке как европейский налоговый резидент.

Проблему видят и признают на уровне правительства, рассказывал ранее Reuters бывший федеральный чиновник, сохранивший тесные связи с Кремлем: план деофшоризации российской экономики, запущенный президентом Владимиром Путиным в 2014 году, дал эффект обратный желаемому. Не менее трети из 500 богатейших бизнесменов покинули родину, чтобы не платить налоги.

«Никто не хочет показывать деньги», — объяснил один из крупнейших российских бизнесменов, который входит в список топ-100 предпринимателей по версии Forbes.

«Первое, о чем говорят предприниматели — это большое чувство недоверия. Недоверие ко всему, недоверие друг к другу, недоверие к государству», — отмечает ректор московской школы «Сколково» Андрей Шаронов.

Фото: TASS\ Бобылев Сергей

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:13

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32058
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32058//1517081222.gif
27 ЯНВАРЯ 2018

Цель проекта «Дебаты на ЕЖе» — создать площадку для диалога между людьми, которые придерживаются демократических ценностей и не приемлют путинский режим, но имеют разные представления о стратегии и тактике протеста и, возможно, разные взгляды на отдельные аспекты происходящего в России и в мире.

В «Дебатах на ЕЖе» оппоненты придерживаются правил цивилизованного диалога, не переходят на личности, стремятся не использовать в дискуссии софистические уловки и пытаются понять позицию оппонента, признать ее право на существование и опровергнуть ее, опираясь на ошибки в аргументации.

«Дебаты» идут в прямом эфире, длятся один час и состоят из трех частей по 18 минут и подведения итогов 6 минут.

1. Представление участников, заявление ими своей позиции и приведение аргументов в ее защиту, а также критика позиции оппонента.

2. Дебаты с участием ведущего, в ходе которых ведущий поочередно принимает сторону каждого из оппонентов и пытается задать другому «неудобные» вопросы.

3. Обмен вопросами между оппонентами в течении 10 минут, после чего каждый из участников делает попытку найти здравое зерно в позиции своего оппонента и отметить то, что с его точки зрения, было наиболее убедительным в аргументации собеседника.

4. Итоги «Дебатов» подводят присутствующие в студии присяжные — студенты московских вузов, которые определяют победителя простым большинством голосов и объясняют, почему они сделали такой выбор.
cx6XEwt1TbA&feature
https://www.youtube.com/watch?v=cx6XEwt1TbA&feature=youtu.be
Посмотреть видеоролик на YouTube.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:16

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32076
31 ЯНВАРЯ 2018 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32076//1517483354.jpg
Генеральному прокурору РФ Чайке Ю.Я.

Министру внутренних дел РФ Колокольцеву В. А.

Председателю Следственного комитета РФ Бастрыкину А. И.

Юрий Яковлевич, Владимир Александрович, Александр Иванович!

Мы обращаемся к вам в связи с чрезвычайной ситуацией, сложившейся вокруг Правозащитного центра «Мемориал», - российской общественной организации, вот уже больше двадцати лет много и успешно работающей на Северном Кавказе.

Утром 9 января 2018 г. в Чечне был задержан руководитель грозненского представительства ПЦ «Мемориал» Оюб Титиев, в автомобиле которого был якобы обнаружен пакет с наркотическим веществом. С самого начала задержание, последующее дознание и следствие сопровождаются многочисленными нарушениями. Титиеву было предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 228 УК РФ (незаконное хранение наркотиков в крупном размере), и 11 января он был арестован на два месяца, до 9 марта. Дело ведут сотрудники следственного отделения отдела МВД РФ по Курчалоевскому району Чеченской Республики. На правозащитника и членов его семьи было оказано давление с тем, чтобы он признался в совершении преступления. Президенту РФ было передано письмо с изложением этих фактов. 16 января Титиев направил Президенту России, председателю Следственного комитета и директору ФСБ заявление о том, что наркотики были ему подброшены, и что если в уголовном деле появятся его признательные показания, это будет означать, что они получены путем давления и пыток.

19 января, десять дней спустя после задержания Титиева, в помещении представительства ПЦ «Мемориал» в Грозном сотрудники МВД провели обыск. Они, видимо, знали, что и где искать: при том, что курящих среди сотрудников в офисе не было, на полу незастекленного балкона нашли и изъяли пепельницу, которой там никогда ранее не было, и две сигареты со скрученными концами. Следствие продолжается.

Между тем, не менее тревожные события произошли в соседних республиках.

В ночь на 17 января в Ингушетии, в Назрани, двое неизвестных подожгли офис ингушского представительства ПЦ «Мемориал». Прибывшие на Кавказ коллеги Титиева и его адвокат ранее использовали при поездках в Чечню автомобиль этого представительства. Возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 167 УК РФ (уничтожение имущества путем поджога), дело ведут сотрудники МВД по Республике Ингушетия.

Поздно вечером 22 января в Дагестане, в Махачкале был подожжен автомобиль дагестанского представительства ПЦ «Мемориал». Ранее, 20 января, на этой машине адвокат ездил в Чечню на следственные действия по делу Титиева. А в 13:40 на телефон представительства с неустановленного номера пришла СМС: «Вы по краю пропасти ходите. Закройтесь! В следующий раз вместе с вами офис подожгем ваш. Машина – сигнал!» В органы МВД по Республике Дагестан подано заявление о поджоге и угрозах, возбуждено уголовное дело по ст. 167 УК РФ.

*****
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32076//1517482487.jpg
Есть все основания утверждать, что дело Оюба Титиева сфабриковано, а все перечисленные события взаимосвязаны и имеют один источник.

Люди, лично знающие Оюба Титиева, убеждены, в его невиновности, - он не пил, не курил, не имел иных вредных привычек, и как спортсмен, и как человек религиозный. С другой стороны, заявление Титиева о том, что наркотики были ему подброшены, заслуживает самой серьезной проверки: налицо и мотив, и возможность фальсификации уголовного дела о наркотиках.

В Чеченской Республике уже не раз фабриковались уголовные дела по ст. 228 в отношении общественных деятелей и журналистов. Известно, что руководители МВД по ЧР в выступлениях перед подчиненными призывали использовать такие методы в борьбе с врагом: «Если есть возможность что-то подбросить, что-нибудь в карман, подбрасывай...»

Правозащитники давно уже объявлены в Чечне врагами. 25 декабря 2017 г. спикер парламента Чечни Магомед Даудов прямо заявил, что врагами «являются правозащитники, которые работают во всяких «комитетах» и «центрах»», и намекнул, что они заслуживают смерти: «Если бы в России не действовал мораторий [на смертную казнь], то с врагами народа следовало бы «Салам Алейкум» и все».

Выступая 17 января перед руководителями структур МВД и Росгвардии по Чеченской Республике, Рамзан Кадыров не только однозначно высказался о виновности Оюба Титиева, но также весьма ясно и логично изложил свое отношение к правозащитникам вообще: защищать права человека можно лишь обращаясь к власти и к нему, Кадырову; предавать что–либо гласности – «стукачество», сообщать вовне – значит стать «врагом народа»; «они должны знать, в нашем крае у них работа не пойдет»; «сейчас со всего мира понаехали к нам всякие правозащитники в соседние регионы и оттуда оскорбляют нашу Чечню, пытаясь нас спровоцировать», но мы «сломаем их хребет».

Так было сказано в день поджога офиса «Мемориала» в Назрани, и в свете этих высказываний последние события в Чечне, Ингушетии и Дагестане трудно воспринимать иначе, нежели звенья одной цепи.

*****

Между тем, в Чеченской Республике объективное расследование дела Оюба Титиева невозможно из-за очевидной предвзятости структур МВД, полностью подконтрольных местной власти. В Ингушетии и в Дагестане расследование силами республиканских органов внутренних дел также невозможно, поскольку его сотрудники не смогут полноценно исследовать версию о возможной причастности к поджогу лиц или структур, находящихся на территории соседней республики.

В этой связи с этим мы обращаемся к Генеральному прокурору, Министру внутренних дел и председателю Следственного комитета РФ.

Мы просим изменить подследственность по уголовным делам, возбужденным в Чеченской Республике в отношении Оюба Титиева, делам о поджогах и угрозах в соседних республиках, передав дела структуре, подчиненной центральному аппарату МВД, - Следственному департаменту МВД РФ.

Мы просим Генерального прокурора РФ взять под контроль Генеральной Прокуратуры ход расследования вышеописанных событий, связанных с ПЦ «Мемориал» и его сотрудниками, кем бы это расследование не проводилось.

Мы просим Следственный комитет провести проверку и дать правовую оценку высказываний Магомеда Даудова и Рамзана Кадырова в отношении деятельности правозащитников в Чечне и на Северном Кавказе. Кроме того, необходимо передать материал проверки по заявлению Титиева о преступлении, совершенном в отношении него полицейскими, из следственного управления СК РФ по Чеченской республике в вышестоящий следственный орган.

Члены правозащитного совета России:

Людмила Алексеева

Лев Пономарев

Александр Черкасов

Олег Орлов

Валерий Борщёв

Игорь Каляпин

Светлана Ганнушкина

Наталья Таубина

Григорий Мельконьянц

Фото: Оюб Титиев. Фото из личного архива/memo.ru/ru-ru

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:17

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32087
3 ФЕВРАЛЯ 2018
TP3gyr-SxVU&feature
https://www.youtube.com/watch?v=TP3gyr-SxVU&feature=youtu.be
Приговор нынешней оппозиции вынесут Георгий Сатаров – политолог, руководитель Фонда ИНДЕМ, и Александр Рыклин – журналист, главный редактор «Ежедневного журнала». Как и в прошлый раз, дискуссию модерирует журналист и преподаватель, Игорь Яковенко.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:19

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32115
9 ФЕВРАЛЯ 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32115//1518180620.jpg
7 февраля, в день памяти святителя Григория Богослова, на 58-м году жизни скончался известный специалист по философии, один из ведущих профессоров СФИ Григорий Гутнер.

Григорий Борисович Гутнер родился в 1960 году в Москве. В 1983 году окончил Московский институт нефтехимической и газовой промышленности (кафедра прикладной математики). В 1998 году защитил кандидатскую, а в 2009 — докторскую степень по философии. Руководил в Свято-Филаретовском православно-христианском институте (СФИ) кафедрой философии, гуманитарных и естественнонаучных дисциплин. Был ведущим научным сотрудником Института философии РАН. В последние несколько лет вёл в СФИ круглый стол по философскому осмыслению тоталитаризма, активно участвовал в круглом столе «Физика и богословие» с ведущими российскими физиками-теоретиками и профессорами СФИ. Григорий Борисович много лет преподавал в СФИ философию и историю научной мысли, а также читал курсы этики и логики в Богословском колледже.

Священник Георгий Кочетков, ректор СФИ, духовный попечитель Преображенского братства:

Что чувствует человек, когда уходит близкий, родной, когда уходит брат или учитель? Человек в таких случаях всегда чувствует невосполнимую потерю. Мы можем засвидетельствовать, что Григорий Борисович был человеком глубокой и искренней веры, что он был настоящим братчиком, настоящим учёным, честным человеком, который внимательно смотрел за качеством своей христианской жизни, что, конечно, очень много в наше время.

Дмитрий Сергеевич Гасак, первый проректор СФИ, председатель Преображенского братства:

Для института и для всех нас уход Григория Борисовича — большая потеря. В наше время сомнений, которое трудно назвать христианским, он был с одной стороны учёным, человеком мысли, настоящим знатоком современной философии, а с другой стороны — человеком верующим, и не просто верующим, но и церковным. И, что чрезвычайно важно, он сумел соединить веру и знание не только в своём разуме, но и в жизни. И я думаю, что это имело плод и в его преподавании, и в его научных трудах, и в его церковной жизни, и просто в человеческом общении.

Александр Михайлович Копировский, профессор СФИ:

Тяжело говорить о близком человеке в прошедшем времени. Теперь Григория Борисовича мы будем вспоминать, слушая его лекции, читая его книги, статьи. Обязательно нужно издать сборник о тоталитаризме, которым он долго занимался и нас всех смог заинтересовать. Но ушёл не просто большой учёный, хотя настоящих ученых крайне мало — много людей учащихся, много наученных, научившихся, а учёных единицы. Человек ушёл, не падая, как желтый листок с дерева, а на взлёте. Он ещё очень много мог сделать, и, наверняка, сделал бы. Мне кажется, что как раз в последние годы наступил его настоящий расцвет — внутренняя свобода, зрелость, сила, спокойствие. Он стал не просто прекрасным знатоком философии, а действительно мудрым.

Материал целиком читайте здесь

Фото: sinergia-lib.ru

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:20

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32116
10 ФЕВРАЛЯ 2018

Отражают ли социологические опросы и статистика в РФ какую-то реальность, или это сплошной фейк? Политолог Дмитрий Орешкин попытается защитить честь этих наук в России. Оппонировать будет журналист Александр Сотник, опираясь на свой опыт работы "в поле" с микрофоном в руках. Модерирует дискуссию журналист и преподаватель Игорь Яковенко.
EQU45qREodg&feature
https://www.youtube.com/watch?v=EQU45qREodg&feature=youtu.be
Посмотреть видеоролик на YouTube.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:21

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32145
20 ФЕВРАЛЯ 2018

Политик и публицист Леонид Гозман сойдется в честной дискуссии с журналистом и политтехнологом, одним из руководителей избирательного штаба Ксении Собчак, Мариной Литвинович. Модерирует Игорь Яковенко, как обычно.
Основной вопрос дискуссии: кому, зачем и насколько важно, чтобы Ксения Собчак баллотировалась в президенты страны.
(Видиозапись дебатов см. в конце текста, просмотр ролика на YouTube. )

Яковенко:Участники дебатов – Леонид Яковлевич Гозман, политолог и политик, и Марина Алексеевна Литвинович, политолог, журналист, правозащитник. Дебаты, как обычно, будут состоять из трёх периодов, первый из которых – презентация. Итак, Марина Алексеевна – Ваши 5 минут.

Литвинович: Добрый вечер. Тема заявлена очень обширная – «Ксения Собчак в президенты». А мне кажется, что надо говорить, скорее, о том, насколько это нужно сейчас стране, обществу и разным группам, чтобы такой человек, как Ксения Собчак, участвовала в выборах. Потому что вопрос ставится именно так.

Яковенко: Да-да, почему Вы за то, чтобы Ксения Анатольевна Собчак участвовала в президентских выборах?

Л.: Мой ответ довольно просто строится. Я всегда была сторонником использования любой политической возможности для того, чтобы влиять на политику, участвовать в политике, для того, чтобы добиваться каких-то политических целей. Любая возможность, когда она открывается, позволяет что-то сделать. Другая позиция, когда человек говорит, что я не буду ни в чём участвовать, не буду мараться, не буду в это включаться и останусь чист – это хорошая позиция. Я её понимаю. Но она, к несчастью, не приводит ни к какому политическому результату. Она не приносит ничего нового в политику.

Поэтому мне кажется, что самое главное — то, что выборы президента предоставляют довольно хорошую возможность, в первую очередь – для общественной дискуссии. Если бы на этих выборах не было Ксении Собчак, то очень многие вопросы не звучали бы так, как они звучат сейчас. Например, вопрос Крыма. Это была одна из первых тем, которую Собчак подняла, и я напомню, что она её поднимала в тот момент, когда казалось, что про неё уже все забыли, никто больше не говорит и вопрос закрыт. Но она её подняла, и оказалось, что вопрос не закрыт, общественная дискуссия по-прежнему идёт, и это очень хороший результат.

Или сегодняшняя история, когда Верховный суд рассматривал жалобу на регистрацию Путина кандидатом. И была поднята важная общественная тема того, что «рокировка» между Путиным и Медведевым была притворной политической сделкой, когда два политических лидера договорились, что один «подержит» власть за другого и потом они поменяются. Была нарушена Конституция, и Собчак привлекла внимание к этой теме. Об этом многие и не помнили, потому что это было 6 лет назад, и некоторые молодые люди это полностью забыли. Вообще, в рамках избирательной кампании поднимается много тем, в частности, во время поездок, когда Ксения ездит в регионе и затрагивает темы, которые на локальном уровне также «закрыты» и о которых никто не говорит. А она включается во множество региональных правозащитных историй, политических историй. В ходе поездок к ней часто обращаются люди со своими бедами, и она вместе с ними идёт и пытается решить их проблемы. Она идёт в мэрию города, она идёт к начальникам и требует, чтобы проблемы людей решались.

И я скажу, что в регионах это производит фурор. Она и в Москве его производит, но, когда она появляется в регионе, её видят разные начальники, они действительно воспринимают её не как обычного человека. И за счёт этого внимания, и медийного, и уже политического, ей удаётся привлекать внимание к проблемам. И с учётом того, что это – не совсем выборы, и мы это понимаем, надо пользоваться любой возможностью. Есть возможность говорить, вести дебаты, общественную дискуссию, говорить о проблемах – отлично, давайте это делать.

Я.: Почему вы, Леонид Яковлевич, не будете голосовать за Ксению Собчак и считаете, что она плохой или неправильный кандидат?

Гозман: Я полностью поддерживаю пафос активизма, который звучал у Марины Алексеевны. Но я думаю, что участие Ксении Анатольевны вредно для страны и для либеральной идеи и полезно для Путина. При этом я не обсуждаю её мотивы, они мне не ведомы и могут быть кристально чисты, а могут быть циничны, но это не моё дело. Я говорю о самом факте и его влиянии на положение дел в стране, которое мне кажется очень вредным по следующим причинам.

Во-первых, наша система стоит на постоянной лжи и имитации. «Ихтамнет», выборы, которые не выборы, враньё про экономическую ситуацию и так далее. И вопрос у нас стоит не о смене одной экономической политики другой или одной военной стратегии другой. Вопрос стоит о возвращении к правде. Правда против лжи. Так стоял вопрос в августе 1991 года у Белого дома, где мне посчастливилось быть. Так стоял вопрос на Майдане или когда ломали Берлинскую стену. Это всё было не за идеологию, это было за правду. И нам нужна правда, а не другая ложь. И поддерживать надо не слова. Все самые главные слова, с моей точки зрения, уже давно в Евангелии были сказаны. Поддерживать надо людей, которые доказали, что они за эти слова будут драться, что они их не предадут. Мало ли у нас было негодяев, которые произносили правильные слова за последние годы. Даже Жириновский иногда правильные вещи говорит.

И то, что я знаю о Ксении Анатольевне, не даёт мне оснований ей доверять. И дело не только в жизненном пути, хотя весь этот гламур, корпоративы, брильянты для морской свинки и уж тем более «Дом-2» мне глубоко отвратительны, но тут я не судья. Но лицемерие, демонстративность и, простите, не могу найти другого слова, пошлость продолжается и сейчас. Я имею в виду разговоры о том, с каким трудом она пробивается на телевидение, хотя с ней очевидным образом играют в поддавки, как с Путиным играют в хоккей. Или купание в проруби – простите, она что, сильно православная? Это производит такое же впечатление, как Путин со свечкой. История с Ковалёвым, предложение Навальному стать доверенным лицом. Это всё неправда.

Она говорит правильные слова, но я опасаюсь, что это – не её мысли, но исполнение роли. Может быть, она её сама для себя написала. Я считаю её очень умным и талантливым человеком, который вполне способен придумать это сам. Но я не верю, что она готова жертвовать собой, а «дело прочно, когда под ним струится кровь». Когда есть готовность действительно чем-то пожертвовать. А вместо борьбы правды с ложью мы видим спектакль. Она высказывает правильные вещи, но, по-моему, это игра. Почему она раньше их не говорила? Почему не стояла в пикетах? Что, Титиев – первый, кто сидит в застенках ни за что? Нет. В 2005 году она уже создала движение «Все свободны» и собиралась ездить по регионам и делать ровно то, что Марина Алексеевна сейчас описала: ходить с людьми в мэрию, добиваться чего-то. И где это движение? Нет его.

Её нынешняя активность у меня ассоциируется с такой фантастической ситуацией: Рамзан Кадыров становится правозащитником и требует, чтобы его сделали главной «Мемориала». Но он же правильные слова скажет. Или человек пил по-чёрному, потом завязал, так сделайте его главным по трезвости в России. И он до самой субботы включительно будет за трезвость бороться, а в воскресенье — уж как фишка ляжет. И её участие выгодно Путину не явкой, это не так важно. И не совращением электората Навального, это явно не получилось. Оно выгодно тем, что позволяет превратить выборы в фарс, вызвать смех вместо возмущения. А адекватная эмоциональная реакция должна быть именно возмущение.

И, потом, лозунг «против всех». Кроме того, что он довольно бессмысленный — почему, если я против всех, то я должен взять её фамилию и поставить там крестик, но есть и другая проблема. После того, как за неё проголосуют, они возьмут число проголосовавших за Собчак и скажут: «Вот видите, сколько людей против всех? Всего ничего». Вместо того чтобы посчитать, сколько людей действительно против всех. А самое главное я скажу позже.

Я.: Марина, ваши 3 минуты. Вы можете откликнуться на то, что сказал Леонид Яковлевич, можете дальше развивать свою позицию.

Л.: Я откликнусь на слова Леонид Яковлевича, по пунктам. «Нужно, чтобы была правда» — несомненно. Это один из лозунгов нашей избирательной кампании, и мы стараемся делать так, чтобы говорить обо всём правду, даже тогда, когда это электорально невыгодно. Потому что нам совершенно с другой стороны предъявляются претензии, что мы себя загоняем в либеральное гетто, потому что говорим рафинированные либеральные вещи, и про Крым, хотя это не популярно. Нас с двух сторон атакуют за одну и ту же вещь, за то, что мы говорим правду, как она есть. И Вас смущает не то, что Ксения говорит неправду, а то, что какие-то вещи кажутся Вам лицемерными, но это не совсем так. Та же самая прорубь была не совсем политической историей, потому что это была просто попыткой Ксени проверить, может ли она нырнуть.

Г.: под камеру?

М.: это была поездка. Было -40 градусов, холод, Сибирь. Она никогда не ныряла, и вся команда решила нырнуть, и она себя проверяла. Это не носило никакого религиозного смысла, а было испытанием, достаточно ли она сильный человек. И она сильный человек, как мне кажется, который смог нырнуть. Возможно, это было лицемерием, но для неё это было важно.

Вы говорите, что она нехорошая, не самая лучшая. Но все политики неидеальные, и мы много политиков знаем и работали с разными политиками. У каждого есть свои проблемы и особенности. Ксения тоже не идеальная, но проблема в том, что других нету. Алексея Навального не зарегистрировали, и об этой проблеме Ксения тоже постоянно говорит. Она была бы счастлива, если бы его допустили, но этого не случилось. И если бы она не пошла, ты мы бы сейчас имели только Явлинского. Может быть это ок, но, мне кажется, что этого недостаточно.

Вы говорите, что политик должен жертвовать собой. Нет, я не думаю, что это требование ко всем политикам. Может быть, некоторые должны быть к этому готовы, но не стоит распространять такое требование на всех. Это, скорее, требование к правозащитникам. У меня закончилось время, так что я, наверное, остановлюсь.

Г.: Я рад, что вы признали, что прорубь – это лицемерие. Поездка не оправдывает то, что это делалось под камеры. Делать это так – всё равно, что Путин, стоящий со свечкой. Ровно то же самое. Но я хотел сказать про другое. Мне кажется, что главное, почему Путину выгодно участие Ксении Анатольевны – это не для выборов. А для того, что будет после. А после будет турбулентность. Начинается последний срок, и надо либо найти настоящего преемника, либо менять Конституцию. Оживится борьба вокруг него, оживится всё в обществе. И тут-то для него важной задачей является предотвращение формирования настоящей либеральной партии. И главной задачей Ксении Анатольевны является предотвращение создания такой партии после выборов.

Думаю, те, кто это курируют в Кремле, понимают необходимость определённых вложений. И вложениями тут является позволение говорить то, что другим говорить нельзя, и даже тиражирование этого не экранах. Тот же Явлинский на счёт Крыма давно говорит, но почему-то это не так слышно, как слова Ксении Анатольевны. Я думаю, что ей создадут партию и что её попытаются провести в Думу в 21-ом году, и это будет очень удобная партия для Кремля. Там будет небольшое фрондёрство, но абсолютная управляемость по серьёзным вещам. Она будет маленькой и слабой, и, обратите внимание, что вся кампания Ксении Анатольевны сейчас идёт не на расширение её электората, а на либеральную нишу. Она борется не с Путиным, она борется с Навальным и Явлинским ровно за этих людей. И один очень умный человек сказал, что Ксения Анатольевна станет «надгробной плитой на могиле русского либерализма». От себя добавлю, что плитой очень изящной, ажурной и красивой.

И ещё две вещи. Вред от её участия состоит в том, что, когда выборы ненастоящие, они могут служить для очищения общества. Люди понимают, что нет, власти все врут, а мы врать не будем, мы понимаем, что на самом деле. А тут будет только разочарование. И я здесь говорю не для того, чтобы снизить число поданных за неё голосов. Кто за неё проголосует, тот проголосует, мы ничего ни в плюс ни в минус не сделаем. Я говорю для того, чтобы донести до её кураторов наверху: ребята, вы хотите нас обмануть? Вы хотите нам впарить этот проект и сказать, что это и есть русский либерализм? Так вот, вы нас не обманули, мы знаем, что это неправда.

Я.: Прежде чем начать второй тайм, который будет называться «Политзачёт», я хочу обратиться к участникам дебатов с просьбой перевернуть листочки бумаги, лежащие перед ними и посмотреть на «экзаменационный билет». Первый вопрос – к Леониду Яковлевичу Гозману. Всё содержание вашей статьи, которую я внимательно посмотрел, базируется на том же, на чём базируется ваше выступление. Есть некое прошлое у Ксении Анатольевны Собчак. Это прошлое – разное. Вы его оцениваете одним образом, кто-то – иначе. Но мы исходим из того, что люди меняются. Борис Николаевич Ельцин был кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС, и, тем не менее, его поддерживали почти все демократы и правозащитники, в том числе Сахаров, Старовойтова да и Вы. Однако я не помню, чтобы он стоял и каялся на лобном месте за всё, что делал. Почему вы допускаете, что Ельцин изменился, а Ксения Анатольевна сегодня уже переросла времена «Дома-2», тусовок и так далее. Почему Вы не даёте ей шанс?

Г.: Я убеждён, что люди меняются. Я занимался психотерапией, у меня была психотерапевтическая практика, а этим бессмысленно заниматься, если не исходить из того, что люди могут измениться. Здесь вот какое дело. Я был бы рад в это поверить. Но я вижу сохранившуюся стилистику. «Нахрап» по отношение к Ковалёву, та же прорубь – всё тот же шоу-бизнес, отвратительный, с моей точки зрения. Это первое. Второе: когда её спрашивают про тот же «Дом-2», она говорит: «Я была молодая, это было давно, и так далее». Это ок. Но если ты в молодости выходил на дорогу с кистенём, а сейчас баллотируешься в президенты, то ты должен сказать, как ты относишься к своим выходам. С моей точки зрения, «Дом-2» и прочее – это не просто грехи молодости, которые есть у каждого из нас. Это преступление, сознательное, за деньги, циничное оглупление людей. Оно не имеет никакого отношение ни к эротике, ни к порно, дело в другом. Это распространение совершенно диких деструктивных представлений о человеческих отношениях.

Если бы она сказал: «Да, я позарилась на деньги, заработала вот столько, и тройную сумму передала на какие-то благие нужды, причём не сейчас, а несколько лет назад, и не говорила никому об этом, потому что благие дела делаются в тишине, а теперь уж приходится признаться», — то я бы ей поверил. Но я этого от неё не слышал. А человек, который с кистенём выходил, а теперь говорит: «Да ладно, это давно было».

Я.: Прямая параллель между «Домом-2» и кистенём – она всё-таки гиперболична, согласитесь?

Г.: У Генри есть в одном рассказике идея, что надо запретить два преступления: кражу со взломом и биржевые спекуляции. И один из героев соглашается, говоря: «Да, кражу со взломом тоже необходимо». Мне кажется, что «Дом-2» — это страшнее, чем с кистенём.

Я.: Марина, к Вам вопрос. Позиция Собчак по ряду тем выглядит сомнительно. Например, вы сказали о Крыме. Она действительно подняла эту тему и предложила совершенно экзотическую модель решения крымского вопроса. В частности, модель референдума, в котором примут участие граждане России, Украины и Крыма. У Вас персонально нет ощущения, что раз граждан России в 3 раза больше, чем граждан Украина, то сама идея поставить их в ряд и предложить всем проголосовать, нереализуема, а попытка ее осуществить вызовет смех, в Украине – уж точно?

Л.: Мы советовались с различными юристами и специалистами по международным вопросам, и эта позиция была сформулирована после консультаций. Нам было доказано, что это — единственная юридически обоснованная позиция, которая тут возможно. Мы не можем предложить ничего другого, что имело бы легальный смысл.

Я.: У Вас нет ощущения абсурда, когда примерно 110 миллионов граждан России и в три раза меньше граждан Украины?

Л.: Мы же можем посчитать проценты. В политике нет понятия «абсурдно», сам захват Крыма уже был абсурден. Очень многое, что происходит, абсурдно, и в политике часто бывают ситуации, когда надо выйти из такой ситуации. Должна быть правовая позиция, и мы держимся за то, что наша является правовой.

Я.: Леонид Яковлевич, ведь Марина права. Ксения Собчак – единственная из всех кандидатов обратилась в Верховный суд с требованием отменить регистрацию Путина. Можно говорить о пытках, о войне в Украине, в Сирии, о бедности, но главная проблема – узурпация власти. Все остальные производны. И Ксения Анатольевна Собчак выступила с открытым забралом против этого преступления. Никто другой этого не сделал, она выступила как защитница всех граждан России. И вопрос: что ещё должна сделать Ксения Анатольевна, чтобы Вы перешли на её строну?

Г.: Она должна сняться с выборов и не участвовать в этом фарсе. Она, кстати, приглашала меня на дебаты с собой, но в последний момент отменила это, не знаю, может, испугалась, а я был бы рад признать свою ошибку, если в течение следующих 6 лет она будет делать то, что делает сейчас.

Я.: Это ведь важная история, когда во время визита к Сергею Адамовичу Ковалёву Собчак сопровождали все федеральные каналы. Только Первого не было. И они полтора часа ждали на лестничной клетке, когда Ксения Анатольевна и Сергей Адамович поговорят. Как Вы думаете, есть ли хоть один кандидат, кроме, естественно, того, кто будет избран, который способен в такой степени управлять федеральным телевидением? Не является ли это свидетельством того, что она использует на 100% административный ресурс Кремля?

М.: Спасибо за вопрос, как говорит Ксения Анатольевна. Не могу уже молчать, потому что мне очень обидно, когда в разговоре вроде бы разумные люди руководствуются теорией заговора. Было сказано: «Вот, Ксения Анатольевна управляема кураторами из Кремля». Откуда это известно? Кто это сказал? Нет никаких кураторов, но почему-то всех о них говорят. Почему вы из этого исходите? Нет ни одного доказательства.

Г.: Игорь только что сказал – федеральные каналы.

Л.: С момент начала избирательной кампании, как только Ксения Анатольевна заявилась, федеральные каналы получили распоряжение освещать всех кандидатов одинаковое количество времени. У них есть требование, чтобы все кандидаты получали примерно одинаковое количество времени. Поэтому наша служба по работе со СМИ и несчастная Ксения Чудинова просто стонут от того, что каждый день или через день ей звонят с телевидения и спрашивают: «Какая у вас сегодня новость? Какое у вас сегодня событие? Нам надо это показаться!» Это показывают буквально 30-40 секунд, и им всё равно, что показывать. Зная это, мы даже стали стараться, чтобы у нас не было больше одного крупного события. Это происходит ровно в период выборов, а позже происходить не будет. Это было, между прочим, и на последних парламентских выборах и на предпоследних президентских. В такие периоды они пытаются немного соблюдать законность в виде того, что каждый кандидат должен получать одинаковое эфирное время.

Я.: Позиция ваша предельно понятно. Тем не менее, как и в случае с Леонидом Яковлевичем, я не совсем могу согласиться с Вашим ответом. Потому что прецедентов, когда телеканалы полтора часа, как привязанные, ждут где-то на лестничной клетке, не было. Возможно, это замечательная работа пиар-службы, но никто другой на такое не способен.

Л.: Сегодня мы час с лишним ждали решения суда, вместе со всеми телеканалами ждали решения суда. У каждого события есть своя логика, тем более что Сергей Ковалёв сказал, что не хочет камеры сразу.

Я.: Хочу зафиксировать, что решение Верховного суда – это всё-таки протокольная, официальная история, а достаточно частный визит Ксении Анатольевны к Сергею Адамовичу – это другая история.

Л.: Могу сказать, что в том, что касается Чечни и Оюба Титиева телеканалы нам показали «фигу». Мы им сообщили, что у нас сегодня событие, пикет, приезжайте и снимайте. И ничего не случилось.

Я.: Леонид Яковлевич, Вы пойдёте на выборы? Насколько я понимаю, нет, но кто из участников Вам наиболее симпатичен?

Г.: Я ещё не решил, пойду ли. Если пойду, то испорчу бюллетень. Наиболее симпатичен мне Явлинский, несмотря на все претензии за прошлые годы.

Я.: Марина, если проводить контент-анализ, то создаётся ощущение, что она борется не столько с Путиным, сколько с конкурентами из стана демократической оппозиции. Последний её эфир на «Эхе Москвы» был весь посвящён критике Явлинского, при этом про Путина были пассажи в духе того, что он не может участвовать в коррупционной деятельности, потому что у него всё есть. В чём всё-таки реальные цели Собчак: сменить власть или оппозицию?

Л.: Конечно, сменить власть. Она про это везде говорит и считает, что главная проблема состоит в том, что власть не сменяема и от этого всё исходит. Что касается критики других кандидатов, то сегодня уже говорили: лучше всего свидетельствуют не слова, а дела. Конкретное дело – подача заявления в Верховный суд с требованием признать, что Путин захватил власть. Это говорилось прямым текстом, это звучало сегодня на суде, и судья, очевидно, вздрагивала при этих словах, о том, что власть захвачена, удерживаема и был сговор между Путиным и Медведевым. Почему такое заявление не подал Явлинский – я не знаю.

Кроме того, кто ещё из кандидатов говорит, что Навального не зарегистрировали несправедливо? Только Собчак, даже Явлинский об этом не говорит. Она защищает право Навального на участие в выборах. Леонид Яковлевич говорил, что эти выборы не легитимны, что это фарс. Но это смешно – а если бы Навального зарегистрировали, то они перестали бы быть фарсом? Конечно, нет, это одно не решило бы проблему. Потом, про Навального, если Вы проводили контент-анализ, то кто первым напал на Ксению, причём напал низко? Он показал ролик, где изобразил подло и не по-мужски дебаты между Грудининым и Собчак. Это что было? Это было нападение, хотя она молчала и его не трогала. Он первым напал, и продолжил нападать, и делает это сейчас каждый день. Зачем он это делает?

Есть социология. У нас с Навальным не пересекается электорат, вот на крохотулечку.

Я.: А с кем пересекается?

Л.: Вы будете смеяться, но сильно пересекается с Жириновским, люди, которые не собираются идти на выборы, но, может быть, ещё пойдут. Но у Навального часть электората – это «путинские» люди, что стало для нас сюрпризом. Нам нечего делить. Навальный – человек, у которого одна стратегия: ломать систему до конца. Это понятная стратегия, пусть он делает такую партию. Но пусть Собчак делает свою. Вы правы, нам предстоит сложный период трансформации, и нам понадобится в парламенте партия, пусть она лучше будет, чем нет. Вот сейчас в парламенте нет либеральной партии, пусть плохой и маленькой. В парламенте сидел Гудков и Пономарев, их было двое, и они могли много сделать.

Г.: Они не были имитацией.

Л.: Если у нас будет фракция, хоть маленькая – это здорово. Мы не должны быть чистюлями, которые говорят, что пусть в Думе сидят только андреи сахаровы.

Я.: Леонид Яковлевич, представьте, что Вы получили машину времени. Мы все – люди с политическим опытом и прошлым, в котором были ошибки. В какой момент своего политического прошлого Вы хотели бы вернуться, чтобы исправить ошибку, что-то изменить? Единственное ограничение – не надо возвращаться в момент трагедии Бориса Немцова, понятно, что каждый из нас хотел бы вернуться туда и сказать ему, что не надо идти на проклятый мост.

Г.: Неожиданный вопрос, я думал, мы обсуждаем тут не нас. Но я не оцениваю себя настолько высоко, что бы думать, будто бы какое-то моё другое решение могло бы изменить ситуацию в стране. Но одно моё решение я был бы рад пересмотреть, хотя это было бы и тяжело. Если бы я мог вернуться в прошлое, я бы собрался с духом и не выполнил бы жёсткое требование Егора Гайдара возглавить «Правое дело». Я бы отказался.

Я.: Личный вопрос к Марине Алексеевне Литвинович. Вы в своей биографии имели невероятно широкий спектр партнёров, но вы работали в диапазоне от Немцова и Ходорковского до Кириенко и «Партии роста». И ваша работа с Собчак сейчас – это способ применить Ваши профессиональные знания или у Вас есть ощущение какой-то миссии по смене режимы?

Л.: Да, это миссия, без вопросов. Я мыслю инструментально, и мне кажется, что, если появился такой инструмент, как Ксения Собчак, и её интенция идти в президенты и создавать партию, то у нас на глазах создаётся шанс что-то поменять. Причём это возможность, на которую я могу повлиять.

Я.: Вы будете продолжать создавать партию вместе с Собчак?

Л.: Да, я бы хотела.

Я.: Леонид Яковлевич, прогноз: что будет на выборах& Сколько за Путина, сколько за Грудинина, сколько за господина Ж, и сколько за Собчак и Явлинского? Цифры, проценты. Я имею в виду, не реальные цифры, а сколько будет нарисовано.

Г.: Первый ответ – хрен его знает. Второй, более развёрнутый, состоит в том, что явка будет объявлена между 60 и 70. За солнце наше будет в районе 60, цифры по Грудинину, Ж., Собчак и Явлинского не представляю совершенно, но, думаю, что Грудинин возьмёт больше, чем Жириновский, а Собчак – больше, чем Явлинский. В этом я убеждён абсолютно, потому что именно это нужно Кремлю.

Л.: А Ксении Анатольевне это не нужно? А нам с Вами это не нужно?

Г.: Мне нужно, чтобы она не участвовала.

Я.: Марина, Ваш прогноз, прошу Вас.

Л.: Явка, думаю, в районе 70, но Путин, думаю, получит 80% в силу разных причин. Грудинин, думаю, порядка 10, Жириновский порядка 8,Собчак – больше, чем Явлинский, это очевидно.

Я.: Мы переходим к следующей части программы, она называется «Ближний бой». Я прошу в порядке свободного общения, но по очереди. Марина, вы кипели возмущением – пожалуйста, вербализуйте его.

Л.: Я вернусь к той же теме. Леонид Яковлевич говорит: «Кремлю важно, чтобы Ксения набрала больше, чем Явлинский, каким-то кураторам надо, чтобы она создала слабую партию». Вопрос – а Вам лично это не надо? Людям, которые здесь поддерживают демократические идеалы, – им это не надо?

Г.: Я думаю, что и мне, и Вам нужна настоящая либеральная партия. И даже если она будет очень маленькая, она может сработать. Дима Гудков один очень много делал в парламенте. Я помню, что ребята из комитета «Карабах» а армянском парламенте ещё тогда в 80-х годах поставили всё на уши.

Л.: Что такое «настоящие?»

Г.: Я объясню. Это как минимум последовательность. Например, Ксения Анатольевна поднимает вопрос Крыма, и хорошо, что она это сделала. А в 2014 году в первых числах марта она сказала, «если Путин вернёт Крым России бескровно, то он останется в истории России великим». И он сделал это.

Л.: Это же констатация исторического факта.

Г.: То есть констатация факта с точки зрения представителя либеральной команды состоит в том, что Путин не украл, а «вернул» Крым, и остаётся в истории великим.

Л.: Я вижу тут, скорее, констатация исторического факта. Если бы Вы встали и как политолог могли бы сказать подобную сентенцию.

Г.: Не надо мне приписывать такие слова, я их не говорил никогда.

Л.: Скажите, пожалуйста: то, что произошло с Крымом в 14-м году – это историческое событие? Не в смысле того, что мы его поддерживаем, а в смысле заслуживает ли оно место пунктика в учебнике истории, что это произошло?

Г.: Да, только знаете, как соответствует? Примерно как захват Судет Гитлером. Его очень радостно приветствовали.

Л.: Но это же есть в учебнике истории!

Г.: Но, простите, останется в истории «великим»! А я думаю, что это, несомненно, историческое событие является одним из самых трагических в постсоветской истории. А она говорила так, а теперь говорит иначе. Дальше, она была в Чечне, про которую у меня тоже есть моя точка зрения, как там всё происходило…

Л.: Можно я прерву? У Вас есть точка зрения, как там происходило, а перед Вами сидит человек, который с момента прибытия в Чечню и до момента отлёта всё организовала.

Г.: Вы первый раз были в Чечне?

Л.: Я в Чечне много лет работала. Я занималась там расследованием истории, которую расследовала Анна Политковская. И эту поездку придумала и планировала я.

Г.: Хорошо, про эту поездку я потом скажу. Но сейчас Вы говорите, что нужна либеральная партия, и раньше Ксения Анатольевна была гламур и «Дом-2», а теперь всё иначе. Замечательно. Был бы рад согласиться. Но сейчас она поехала в Чечню в организованную Вами поездку и говорила правильные слова, и всё она поняла, и она другая. А в октябре 16-го года, не так давно, она тоже ездила в Чечню и в сопровождении Рамзана, под охраной его бородатых товарищей закладывала или открывала аквапарк. А потом был концерт, на котором она выступала и сказала следующие слова. Это из её Твиттера: «Наше пребывание здесь доказывает, что жизнь в Чечне налаживается». Простите, когда она врала: когда сказала сейчас про Рамзана или тогда?

Л.: Вы не до конца посмотрели эту историю. Она поехала туда потому, что её пригласили на большую благотворительную акцию в Чечне. Это была исключительно благотворительная акция, где собирались деньги для детей, и она была ведущей концерта. Она участвовала там в исключительно благотворительных целях, и, как она сказал, после концерта её пригласили участвовать в открытии аквапарка, куда они действительно поехали.

Г.: «И жизнь в Чечне налаживается» сказано в октябре 16-го года. Мне не нужна такая либеральная партия в парламенте, мне она не нужна.

Л.: Вы же сами сказали, что человек может меняться и должен меняться.

Г.: Объясните мне, с какой даты она стала другой?

Л.: Если говорить про застройку города и про строительство в Чечне, то там действительно произошли сильные изменения. Вы и сами видели, наверное. Для меня это было очень заметно, потому что мы приехали из Ингушетии, которая абсолютно бедная и где все деньги испарились. А в Чечне видно, что деньги пошли на строительство.

Г.: Я тут хочу Вас поддержать. Для меня самым сильным аргументом по поводу Чечни стало то, что во время одной поездки ещё до войны я увидел, как люди вставляли стёкла в дома. А раньше они этого не делали, потому что по ночам их всё равно разбивали.

Л.: Мы же там были, и мы не отрицаем, что город изменился, и это элемент того, что жизнь изменилась.

Г.: В общем, я не хочу видеть в парламенте партию, лидер которой полтора года назад публично, стоя рядом с Рамзаном, говорил, что «жизнь в Чечне налаживается». Я не хочу видеть партию, которая будет так, как флюгер, менять оценки. И часто говорить, что политика – дело грязное, невозможно её вести последовательно и так далее. Ну какого чёрта невозможно? Я вот знал людей, которые занимались политикой весьма успешно и оставались порядочными и цельными людьми.

Л.: Мне кажется, что очень важно давать людям шанс. Некоторые говорят, «если не Навальный – то кто!» Но должны быть разные силы представлены. И Ксения представляет часть людей.

Г.: То есть я должен ей дать шанс стать лидером либеральной партии?

Л.: Вы можете не давать, просто не должны так сильно переживать из-за того, что такая партия появится.

Г.: Моя позиция в том, что, если она появится, то Кремль, вне зависимости от желаний Ксении, использует эту партию для того, чтобы не допустить создание настоящей партии. И все преференции, которые ей даются, пусть Вы с их существованием и не соглашаетесь, даются не для повышения явки.

Л.: А Вам не кажется, что Кремль в любом случае не даст Навальному создавать ничего?

Г.: А причём тут Навальный?

Л.: А кто у нас ещё?

Г.: Кто знал Валенсу до того, как он стал лидером Польши?

Л.: Мы либо говорим о конкретных людях, либо ни о чём.

Г.: Если говорить о конкретных людях, то я не являюсь сторонником Навального, но должен заметить, что у него брат сидит в тюрьме, а у Ксении Анатольевны мама – в Сенате.

Л.: Это не является её ошибкой или проблемой.

Г.: Это является фактом, который свидетельствует об отношении Кремля к её кампании. Если бы Кремль беспокоился, то её маму быстро бы выкинули.

Л.: Кремль не беспокоится по поводу Ксении, потому что они считают, что она возьмёт свой 1% и займётся дальше своими корпоративами. Они считают её несерьёзной, как и Вы.

Г.: Я считаю её очень серьёзной!

Я.: И на этой ноте, когда мы согласились, что Ксения Анатольевна – это серьёзно, мы и закончим. При этом Леонид Яковлевич считает, что она – это серьёзно плохо, а Марина Алексеевна как член штаба Собчак считает, что это серьёзно хорошо. У меня остался последний вопрос: Леонид, что-то из того, что сказал Марина, показалось Вам убедительной?

Г.: Это не сдвинуло мою позицию, я как считал это опасным и вредным проектом для страны, так и считаю. Но что для меня была значимо из слов Марины — так это то, что она сама организовывала поездку в Чечню.

Я.: Что из сказаного Леонидом Яковлевичем показалось Вам убедительным?

Л.: Есть важная тема, которую я могу спроецировать на себя – «я вам Путина избрала». Но потом я много лет искупала свою вину. Но мне кажется, что Ксении надо дать шанс, и она покажет, что она действует всерьёз, и она покажет, что её позиция изменилась, что она всерьёз, и мы увидим в ближайшее время настоящего политика.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:22

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32177
25 ФЕВРАЛЯ 2018

Краткая видео-версия дебатов на ЕЖе за 22 февраля 2018 года:
"Отказ России от ядерного оружия - ЗА и ПРОТИВ: АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ vs АЛЕКСАНДР СКОБОВ."

Журналист и военный эксперт Александр Гольц сойдется с публицистом и советским диссидентом Александром Скобовым в битве за мир без радиоактивного пепла. За тем, чтобы дискуссия не перешла к превентивному обмену ядерными ударами, следит ведущий Игорь Яковенко. Он же задает участникам вопросы.

(Полна расшифровка дебатов и видеоролик здесь...)

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:24

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32171
25 ФЕВРАЛЯ 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32171//1519554025.jpg

Представляем полную расшифровку дебатов, видеоролик и реплику Игоря Яковенко "Послевкусие". Просмотр ролика на YouTube.
9OcmWaFv13g&feature
https://www.youtube.com/watch?v=9OcmWaFv13g&feature=youtu.be
Яковенко: Тема сегодняшнего разговора — «Россия после Путина без ядерного оружия: за и против». Участвуют в разговоре Александр Матвеевич Гольц, журналист и один из лучших военных экспертов в России, и Александр Валерьевич Скобов, публицист, советский диссидент и политический заключённый, считающий, что России после Путина от ядерного оружия надо отказаться. Итак, Александр Валерьевич, ваши пять минут. Почему России после Путина, демократической России, как мы надеемся, не нужно ядерное оружие?

Скобов: Прежде всего давайте вспомним, что из себя представляет российской ядерный арсенал. Это ядерный арсенал Советского Союза, который создавался с исключительной целью глобального противостояния Соединённым Штатам Америки и, в целом, Западу. Между ними был жёсткая конфронтация, борьба глобальных политических проектов. Они постоянно находились на грани войны, и две сверхдержавы, США и Советский Союз, создали такие арсеналы, использование которых гарантировало уничтожение противника в случае войны. И каждая из сторон считала свой арсенал орудием сдерживания и «удара возмездия» в случае массированной ядерной атаки со стороны противника. Никакого другого рационального назначения для такого арсенала, способного уничтожить не только главного противника, но и всю цивилизацию на Земле, нет. Зачем ещё оно? Значит, всё упирается в то, что между Советским Союзом, а теперь Россией и Соединёнными Штатами как лидером западного мира существует противостояние, которое может превратиться в силовое столкновение.

Теперь давайте посмотрим, в чём причина нынешнего противостояния Запада и России. Имперские шовинисты, а также некоторая часть примкнувших к ним «полезных левых идиотов» утверждают, что в подоплёке борьба за ресурсы, более выгодные условия встраивания в мировую экономику и каждая из сторон просто стремится к своей выгоде, подкрепляя свои экономические притязания военной силой. Но я считаю, что это абсолютно не так, в современном мире вопросы борьбы за экономическую выгоду не решаются военным путём, мир перерос тот этап, когда это было характерно. И уж тем более совершенно не рационально использовать ядерное оружие для получения экономических выгод. Значит, причина в чём-то другом. И я считаю, что путинская Россия противостоит Западу потому, что она стремится утвердить миропорядок, в котором Путин в России, или Милошевич в Югославии, или Асад в Сирии будут иметь неограниченное право устраивать на своих территориях большие и малые Сребреницы. Тот проект миропорядка, который продвигает западный мир, такую возможность должен исключить.

Подоплёка противостояния именно в этом. Мир, где каждый людоед ест своих поданных как хочет, или мир, где это ограничено правом. Противостояние России Западу — это противостояние прогрессу, и послепутинская Россия должна от него отказаться. Но если она отказывается от противостояния Западу, то ядерный арсенал оказывается не нужен.

Яковенко:Пожалуйста, Александр Матвеевич Гольц.

Гольц:Мне досталась роль «адвоката дьявола». Потому что никого не надо убеждать в том, что ядерное оружие — это самое мощное, неизбирательное оружие, изобретённое человечеством, и любое ядерное столкновение неизбежно приведёт к исчезновению всего живого на планете. Но я бы отметил прежде всего, что вопрос, который вы задали, до некоторой степени схоластический. Потому что понятно, что только демократическая власть в России может поставить вопрос об отказе от ядерного оружия. Но для того чтобы поставить такой вопрос, она должна получить власть. И тогда задумаемся — она же придёт к власти в результате достаточно жестокого кризиса. По меньшей мере — сопоставимого с распадом Советского Союза.

И в этот момент обычные вооружённые силы должны будут находиться, мягко говоря, в весьма скверном состоянии. Очень сомнительно, что они будут в состоянии обеспечить территориальную целостность страны. Ядерное оружие не только предназначено для противоборства с Западом. Увы и ах, Россия имеет соседей не только на Западе, но и на Востоке. И лидеры этих стран, прежде всего Китайской Народной Республики, руководствуются совсем иными подходами. Да, мы можем сказать, что демократии не воюют друг с другом. Это правда. Но одновременно правдой является и то, что государства с авторитарными режимами считают себя вправе воспользоваться слабостью соседа для захвата территорий, «создания жизненного пространства» и прочее. А надо иметь в виду, что хотя и сегодня, и особенно завтра нам будут много говорить о мощи российских вооружённых сил, российская армия намного уступает китайской. И уже не только по численности. Китай сегодня располагает обычными вооружениями, сопоставимыми, а порой и превосходящими вооружения, которыми располагает российская армия. Единственным способом сдерживания Китая будет ядерное оружие. И здесь оно совершенно незаменимо.

Второе: увы, в прошлом году был открыт ящик Пандоры. И другой российский сосед, Корейская Народная Демократическая Республика, с диктаторским режимом во главе, стала ядерным государством. Мало того что лидеры этой страны трудно предсказуемы и единственный способ сдержать их — это наличие у России ядерного оружия. «Ящик Пандоры» открыт, и я могу предполагать, что в ближайшие 10-15 лет вокруг нас появится много других ядерных государств. В таких условиях отказываться от единственного средства территориальной целостности и суверенитета Российской Федерации было бы, по меньшей мере, наивно. Поэтому безъядерный мир хорош как лозунг, но двигаться к нему одномоментным отказом от ядерного оружия в условиях, когда ничего другого для обеспечения нашей безопасности не существует, довольно легкомысленно.

Яковенко: Александр Валерьевич, у вас три минуты для возражений или уточнения своей позиции.

Скобов:Действительно, те, кто скептически смотрит на перспективы отказа будущей России от ядерного оружия и при этом всё-таки относит себя к прогрессивно мыслящим людям, как правило, ссылаются на угрозу китайскую. И пока Китай остаётся государством тоталитарным, а он таковым остаётся, несмотря на все рыночные реформы, политический строй там мало меняется и продолжает представлять угрозу. Но я бы возразил тут следующее: прекращение противостояния России Западу и как гарантия его односторонний отказ от ядерного оружия будет способствовать интеграции России в западное сообщество. Мы же говорим о послепутинской России, которая встанет на демократический путь. И для неё гарантией безопасности станет именно принадлежность к западному сообществу.

Будет ли эта принадлежность оформлена официально вступлением в какой-то военно-политический союз, НАТО или как-то иначе, не знаю. Но я хочу обратить внимание на другое: Запад будет категорически не заинтересован в создании прецедента аннексии. То, что Китай делает сейчас ставку на постепенное, тихой сапой, экономическое переваривание Дальнего Востока и Сибири — это правда. И что с этим делать — большой вопрос, но не ядерным оружием тут что-то можно сделать. А если будет сделана попытка силовой аннексии российской территории, то мировое сообщество даст жёсткий отпор, просто потому, что это разрушает основы существующего миропорядка. Категорический запрет на аннексии — это основа существующего мира, никаких шансов на признание аннексии Крыма нет.

Яковенко:Спасибо, три минуты Александр Матвеевича.

Гольц:Не могу здесь согласиться. Прежде всего потому, что наш недавний исторический опыт показывает, что Запад чрезвычайно осторожен, когда молодая демократия хочет влиться в его ряды. Мы помним историю начала 90-х годов, и знаменитое письмо с просьбой о приёме в НАТО, и многие другие попытки России быстро интегрироваться в западное сообщество. Всё это наткнулось на осторожность западной бюрократии.

Нужно понимать, что слова «Запад не примет», «Запад даст жёсткие ответ» — это просто слова. Есть конкретные формы обеспечения безопасности союзников США. Это «ядерный зонтик», который распространяется на членов НАТО, Японию, Южную Корею и Австралию. Точка. Никого больше США не обещают защищать в случае конфликта. И нет никаких гарантий, что после того как в России случится демократия, американцы, помятуя обо всех извивах российского пути к ней, тут же с распростёртыми объятиями нас примут и дадут гарантии, которые представляют собой наивысшую форму союза.

Второе: никто за Россию и какую-либо другую страну не будет затевать ядерную войну. В этом особенность феномена ядерного оружия, которым активно пользуется российская власть. Непонятно, что делать с великой ядерной державой, когда она нарушает международное право. Вот никак не могут этого понять. В лучшем случае это какие-то санкции. В случае если произойдёт аннексия российской территории, эти санкции помогут нам как мёртвому припарки.

Яковенко: Презентация позиция состоялась, и мы переходим к следующему раунду, который называется «Политзачёт». Можно перевернуть «экзаменационные билеты» с вопросами. И первый вопрос я бы хотел задать Гольцу. СССР обзавёлся ядерным оружием в условиях конфронтации с Западом. Если Россия не собирается вступать в конфронтацию, то зачем ей ядерное оружие? Этот вопрос прозвучал, но всё-таки: в плане противостояния Западу сохраняется эта потребность?

Гольц: Нет. В плане противостояния Западу такой необходимости нет. Но я повторю, что в ближайшие годы, по моему мнению, ядерным оружием обзаведутся государства, не имеющие никакого отношения к западной демократии, со своим представлением о национальных интересах и праве использовать такое оружие. И Россия должна сохранить это оружие как некую гарантию на будущее.

Яковенко: Вопрос Александру Скобову: у нас был прецедент, когда несколько стран, в частности все 14 постсоветских республик, отказались от ядерного оружия. В том числе и Украина, под прямые гарантии мирового сообщества. А теперь, думаю, в Украине многие жалеют об этом, потому что вероятности прямой российской агрессии, которую мы сейчас наблюдаем, не было бы. И где гарантии, что в случае отказа от ядерного оружия демократическая Россия не подвергнется агрессии со стороны соседа при возмущённом равнодушии мирового сообщества?

Скобов: Отвечу несколько парадоксально на этот вопрос. Мне представляется, что, если бы у Украины сохранилась часть советского ядерного арсенала, к тому моменту, когда Кремль предпринял бы свои агрессивные действия, этот арсенал Украине мало бы помог. Потому что решало здесь несомненное превосходство РФ и по обычным вооружениям, и по ядерным, и несомненное превосходство РФ по наглости напора. Если бы была решимость шантажировать ядерной войной, играть на нервах, то Россия действовала бы точно так же, говоря: а попробуйте, а попробуйте применить ядерное оружие, посмотрим, что будет.

Что касается Китая, то при всём моём крайне негативном отношении к китайскому режиму, о котором я говорил, давайте посмотрим, насколько более ответственную политику проводит китайское руководство на международной арене. Как минимум не менее ответственную, чем позднесоветское руководство, которое не позволяло себе «кидать камни в стеклянном доме». Китай не позволяет себе шантажировать ядерной войной, добиваясь, например, присоединения Тайваня, хотя, казалось бы, мог.

Яковенко: Позиция понятна. В продолжение этой темы хочу задать вопрос Александру Гольцу: как правило, когда говорят о безъядерной России, говорят про большой, страшный и ядерный Китай. Но у Китая из 14 стран, с которыми он граничит, 10 стран безъядерные. Китай имеет территориальные проблемы и конфликты почти что со всеми. В 1979 году Китай вёл кровопролитную войну с безъядерным Вьетнамом. Потерял там, по минимальным оценкам, 22 тысячи человек. И тем не менее, никаких угроз применения ядерного оружия не было. Откуда возникает гипотеза, что Китай будет угрожать ядерным оружием безъядерной России, если он не угрожает им всем своим другим оппонентам?

Гольц: Игорь, вы заранее заготовили вопрос, но у меня не было тезиса, что Китай будет угрожать ядерным оружием. Как я только что сказал, у Китая с головой хватит обычных вооружений, чтобы, не рискну сказать, «одержать победу», но создать серьёзные проблемы на поле боя для безъядерной России. В этом проблема.

Яковенко: Но почему Китай не создаёт эти проблемы всем своим безъядерным оппонентам? Да, бывают отдельные столкновения, но он не стремится одержать победу над крошечным Бутаном, над тем же самым Вьетнамом?

Гольц: Не могу тут согласиться. Китай создаёт проблемы. Восточно-китайское море стало местом серьёзной конфронтации. Китай имеет территориальные претензии, и, когда ему кажется, что он может действовать, он вводит корабли в спорные районы, вытесняет корабли других стран, там действует авиация. Другой вопрос, что там у него есть сильный оппонент — ядерная держава США. Что касается истории с Вьетнамом, не будет забывать, что де-факто Вьетнам был под советским «ядерным зонтиком» и использование ядерного оружия неизбежно повлекло бы ответ. Это конец 70-х, самый расцвет советско-китайской военной конфронтации. Тогда наши генералы предлагали Леониду Ильичу Брежневу нанести так называемый кастрирующий удар, фактически превентивный, по китайским ядерным силам и решить проблему окончательно. Согласно легенде, Леонид Ильич спросил: «А у вас есть твёрдые гарантии того, что они не запустят ни одну ракету?» И генералы сказали: «Ну какая такая гарантия?» На что Леонид Ильич, человек, который помнил войну, велел им пойти очень далеко.

Яковенко: Вопрос к Александру Скобову: в «ядерном клубе» мировых держав находятся разные страны. Есть демократические страны, есть недемократические, такие как Франция, Великобритания, Индия. Очевидно, что ядерным оружием обладает и Израиль, хотя официально этого не признаёт. Почему именно Россия должна в одностороннем порядке отказаться от ядерного оружия?

Скобов: Самый короткий ответ будет таким. Из официальных обладателей ядерного оружия только РФ позволила себе открытый ядерный шантаж при совершении агрессивных действий в адрес соседнего государства. Кроме неё этим занимается только Северная Корея, которая, если исходить из международного права, завладела этим оружием незаконно и не должна быть в числе ядерных держав. Я, кстати, не считаю, что режим нераспространения обречён. И что нельзя будет остановить «расползание» этого оружия на новые и новые страны. Но восстановить и подкрепить режим нераспространения могло бы как раз прекращение противостояния Российской Федерации и западного сообщества.

Яковекнко: Вопрос к Александру Гольцу. Мы все понимаем, что «имперский синдром» глубоко укоренён в российском обществе и во власти. В ельцинские времена он дремал, но в путинские — проснулся. Наличие ядерного оружия даёт таким настроениям почву, создаёт и провоцируют на реальную возможность противостояния всему миру. Как искоренить «имперскую болезнь», не устраняя этот стимулирующий фактор?

Гольц: Ядерное оружие не является первопричиной «имперского синдрома». Можно назвать целый ряд стран, которые обладают ядерным оружием, но как-то вылечили свой «имперский синдром», не отказываясь от ядерного оружия. Например, и Великобритания, и Франция вели в своё время колониальные войны, обладая ядерным оружием, потом от них отказались, пережили в себе этот имперский период и продолжают обладать ядерным оружием. Так что я думаю, что с этим надо бороться другими средствами. В скобках замечу, что демократической России не надо добиваться и мучительно выдерживать, как это делает сегодняшняя Россия, ядерный паритет с США. России нужно сохранить скромный, ограниченный ядерный потенциал.

Яковенко: Вопрос Александру Скобову. Совершенно очевидно, что сегодня идёт интенсивная разработка новых видов вооружений, которые невозможно остановить. Целый ряд таких новых видов, как говорят, может обладать большей мощностью, чем ядерное оружие. До какой степени должна дойти демилитаризация, с вашей точки зрения, для того чтобы не утратить возможность сохранить целостность своей территории?

Скобов: Думаю, что прежде всего должны быть исключены те виды вооружений, которые создают реальную угрозу уничтожения цивилизации. Наиболее неизбирательные, наиболее катастрофические по экологическим и гуманитарным последствиям. А таковым есть и остаётся оружие ядерное. Это самое опасное для человечества оружие. И прежде всего нужно эту бомбу, на которой живёт человечество, разрядить. А что касается новых видов вооружения, то я, конечно, не военный специалист, но в основном сейчас ведётся разработка высокоточных видов оружия, не столько большей разрушительной силы, сколько более точных, способных добиваться поставленных целей, не разрушая огромные площади. Мир становится более технологичным, соответственно развитие вооружений идёт по этому пути. И ядерное оружие становится просто анахронизмом.

Яковенко: Спасибо. У меня есть дополнительный вопрос каждому из участников. Александр Матвеевич, вы наверняка как человек образованный читали рассказ Сартра «Герострат». Там история, как человек купил револьвер и его жизнь изменилась. Она была вся нацелена на убийство. Сам факт обладания оружием провоцирует. Существует и проблема интересов структуры, которая создаёт ядерное оружие и в значительной степени влияет на политику. Лоббизм никто не отменяет. Мы понимаем, что есть разница между обладанием ядерным оружием Францией и Россией. Не делает ли само это обладание «револьвером» российскую власть психопатической и милитаристской?

Гольц: Да, делает. Тут нет никаких противоречий. Я совершенно согласен с тем, что обладание ядерным оружием тешит комплекс неполноценности российской власти и позволяет шантажировать окружающий мир. Это не предмет спора. Но ядерное оружие ужасно своими последствиями, факт обладания им — не ужасен. Мы говорим о каком-то светлом будущем, которое настанет. И оно должно включать в себя очень ясные процедуры, прежде всего законодательные.

Напомню, что Совету Федерации потребовалось 10 минут для принятия решений о посылке войск в Сирию. Вот этого надо избежать. Надо создать нормальные государство, имеющее нормальные процедуры, раздельные ветви власти, которые контролируют друг друга, и действовать в рамках этих процедур, как это делается в западных странах. Там есть ясные процедуры относительно этого оружия.

Приведу только один пример. Только что американская администрация издала документ, который у нас переводят как «Состояние ядерных сил». Фактически это ядерная доктрина. Это очень спорный документ, который тут же оказался под огнём критики в американском Конгрессе, со стороны аналитиков, и знающие люди говорят, что в том виде, в котором это было предложено, это не будет исполнено. Потому что есть Конгресс, у которого есть возможность остановить власть, если она будет тешить с помощью ядерного оружия свои комплексы. Вот как надо это всё лечить.

Яковенко: Тем не менее, мы согласимся, что у психопатов типа «Герострата» ядерное, да и простое оружие надо изымать.

Гольц: Да, но вопрос в том, как это делать. Надо «отделить» ядерное оружие от психопата.

Яковенко: И в продолжение этого вопрос Александру Скобову, не из тех, которые были заготовлены заранее. Мы сталкиваемся с проблемой, которая напоминает спор о первичности курицы и яйца. Мы говорим, что ядерное оружие должно быть изъято из обращения в послепутинской демократической России. Совершенно очевидно, что путинская Россия или Россия, которая продолжит путинскую агрессивную политику, от оружия не откажется. Следовательно, мы будем требовать изъятия ядерного оружия у демократической России, которая гарантированно никогда не применит его в целях разрушительных и агрессивных. То есть мы будем отнимать у миролюбивых людей инструмент защиты, а иначе постановка вопроса бессмысленна. Не вступаем ли мы здесь в порочный круг?

Скобов: Рискую показаться наивным идеалистом, но мне кажется, что если одна из двух главных стран — участниц глобального ядерного противостояния, длившегося много десятилетий, таким образом из него выйдет и добровольно откажется от обладания ядерным оружием, то это окажет огромное влияние на все процессы в мире. Это вызовет какую-то цепную реакцию, сокращение, хотя бы, ядерных арсеналов других стран. США станет не нужен ядерный арсенал, сопоставимый с российским. Им будет нужно только то, что необходимо для сдерживания Китая, а китайский ядерный потенциал на сегодняшний день гораздо ниже американского. Он ниже порога гарантированного уничтожения цивилизация. Сама атмосфера в мире изменится, если страна вроде России пойдёт на такой шаг. И я уверен, что в этом случае можно будет создать механизмы, гарантирующие нераспространение ядерного оружия, и мир постепенно пойдёт к ликвидации такого оружия.

Яковенко: Спасибо, но я не вижу чёткой причинно-следственной связи между отказом России от ядерного оружия и чёткими механизмами нераспространения. Но мы завершили «Политзачёт», и начинается самое главное — «Ближний бой». То есть свободный обмен репликами и аргументами. Пожалуйста, Александр Матвеевич.

Гольц: Мысль, в высшей мере спорная, пришла мне в ходе нашего разговора. Мы все согласны, что в нынешней ситуации ядерное оружие вредит России. Это источник имперских настроений и средство защиты России от иных, кроме санкций, средств воздействия в ответ на совершения агрессивных актов. Но если совсем по-честному: господа либералы, а не было бы ядерного оружия, значит, против России могли бы начать войну.

Яковенко: А когда начали бы войну?

Гольц: Когда аннексировали Крым.

Яковенко: А Россия аннексировала бы, если бы понимала, что у неё нет этой «заточки»?

Гольц: То есть вы хотите сказать, что нынешнего режима не было бы без ядерного оружия?

Яковенко: Режим был бы, но он не был бы таким. Это моё мнение, оно может быть ошибочно.

Гольц: А позвольте мне задать вопрос. Да, режим плох, да, народ поддерживает этот режим. Но мы желаем ему неприятностей в виде войны?

Скобов: Вы обратились к нам со словами «вы либералы», хотя я вообще-то не либерал, я социалист.

Гольц: Хорошо, демократически настроенные люди.

Скобов: Мне не чужда позиция известного исторического деятеля, что поражение имперской России в империалистической войне есть наименьшее зло.

Гольц: Но этот деятель куда-то не туда привёл эту страну…

Скобов: Не туда. Но, тем не менее, в обеих мировых войнах, в холодной войне, сколько бы кто ни говорил, что там всё было неоднозначно, что все в какой-то степени вели себя нехорошо и все были виноваты, всегда можно назвать ту сторону, которая была однозначно виновата. Которая разрушала цивилизацию, была виновником войны.

Гольц: Даже в Первую мировую войну?

Скобов: Даже в Первую мировую. Я в этом плане доверяю старой советской историографии, которая утверждала, что агрессивность Германской Империи была главной причиной Первой мировой войны. Можно и про Вторую мировую войну говорить, что Гитлер был такой агрессивный, потому что Версальский мир был несправедливый. Тем не менее, никаких прав начинать мировую бойню из-за ущемлённых прав судетских немцев у него не было. Возьмём холодную войну. Тоже всё неоднозначно, потому что говорить, что СССР нёс только политические репрессии, ГУЛАГ, порабощение личности государством, а хападный альянс отстаивал только плюралистическую демократию, права человека и демократию — это упрощение. В каких-то случаях Советский Союз поддерживал реформаторские силы.

Яковекнко: Пример приведите, пожалуйста.

Скобов: Когда СССР поддерживал прогрессивные силы? У него были, например, хорошие отношения с умеренно реформистскими режимами в Латинской Америке, некубинского типа. А можно привести примеры, когда США поддерживал «своих сукиных сынов». Всё неоднозначно. Но при этом можно чётко сказать, кто был в первой холодной Войне на стороне прогресса, а кто нёс реакцию. И проигрыш Советского Союза в холодной войне — это благо для мира.

Яковенко: С этим сложно спорить, но я не понимаю, какая тут связь с темой.

Гольц: Мы оттолкнулись от желания поражения своей стране ради дальнейшей победы прогресса.

Скобов: Если бы Россия получила отпор в ответ на военную агрессию, я бы считал это справедливым.

Гольц: Я не о справедливости, я о том, желаем ли мы войны своему народу.

Яковенко: Но мы уже получили войну своему народу, в Сирии и в Украине.

Гольц: Пока что она не приобрела масштаба того, что мы называем «Войной» с большой буквы.

Яковенко: То есть гробов маловато. Но гробов маловато наших, а есть 10 000 гробов в Украине и несколько десятков, а то и сотен тысяч гробов в Сирии. Их мы не считаем?

Гольц: Считаем, конечно. Я говорю только о том, что тяготы и лишения нашего народа без ядерного оружия в этой ситуации были бы куда больше.

Яковенко: Но, может быть, их было бы меньше, потому что Россия не вела бы себя таким хамским образом. Этого вы не допускаете?

Гольц: Допускаю.

Яковенко: Александр Скобов, ваша реплика?

Скобов: Допускаю ли я военный отпор в случае продолжения российской агрессии? Да, допускаю.

Яковенко: То есть вы твёрдо стоите на ленинских принципах, желая поражения своему отечеству.

Скобов: Есть войны справедливые, а есть войны несправедливые. Война в поддержку режима Асада, который уничтожил несколько сотен тысяч своих подданных, — несправедливая.

Гольц: Тут нет предмета для спора. Справедливы ли или нет войны, которые ведёт сейчас Россия. Другой вопрос в том, что наличие ядерного оружия у всех или у некоторых участников конфликта в Сирии ограничивает их желание утереть друг другу нос или дать друг другу по физиономии. Последний пример — уничтожение американцами группы российских наёмников в Сирии. Очень показательно, что американцы стоят насмерть, что они не знали, понятия не имели, по кому стреляли. Потому что ветерок из могилы подул ровно в тот момент, когда стало понятно, что столкновение произошло между русскими и американцами впервые со времён Корейской войны.

В ту войну был очень интересный эпизод. Пентагон практически сразу выяснил, что за штурвалами истребителей сидят советские пилоты. Но не стал говорить об этом официально. Был секретный меморандум Пола Нитце, который служил всем американским президентам до Рейгана, Нитце доказывал, что в случае признания этого факта общественное возмущение будет таково, что США неизбежно придут к использованию ядерного оружия. И ядерное оружие в этом случае ограничило конфликт масштабами Кореи.

Яковенко: На этом мы заканчиваем нашу программу. Вопрос этот — вопрос о будущем, что касается сегодняшних дебатов, то «Политзачёт» однозначно выиграл Александр Скобов, а «Ближний бой» — Александр Гольц. Таким образом ничья.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:27

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32201

4 МАРТА 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32201//1520261475.jpg

Представляем полную расшифровку дебатов, видеоролик после расшифровки.
qwQ5-EXmjgA&feature
https://www.youtube.com/watch?v=qwQ5-EXmjgA&feature=youtu.be
Просмотр ролика на YouTube.

Игорь Яковенко вызвал на дебаты Григория Явлинского, полагая, что главный оппонент Явлинского сегодня не Путин и не все те люди, имена которых будут присутствовать в избирательном бюллетене. Главный его оппонент – это те граждане России, которые раньше поддерживали Явлинского и «Яблоко», а теперь не хотят идти на выборы или планируют голосовать за другого кандидата. Таких много. Цель этих дебатов – показать политика Григория Явлинского с его слабыми и сильными сторонами. В нормальной стране это достигается в ходе дебатов между кандидатами. Но Россия – больная страна и то позорище, которое показывают сегодня по федеральным каналам, не имеет ничего общего с политическими дебатами.

В ходе подготовки к этим дебатам мы собрали много вопросов, адресованных Явлинскому, и самые острые и важные были ему заданы. Мы совершили с Григорием Алексеевичем путешествие в его политическое прошлое, начиная с 1993 года, и постарались вместе выяснить, куда девались те 3,5 миллиона избирателей, которые голосовали за его партию тогда и не хотят это делать сегодня. Мы попробовали понять, почему он не подал иск в Верховный Суд о незаконности выдвижения Путина на четвертый срок, считает ли он происходящее в России сегодня выборами, а также при каких условиях готов заявить свой протест и снять свою фамилию из бюллетеня. Мы детально обсудили программу и политическую практику Григория Явлинского и постарались понять, почему первое не всегда совпадает со вторым.

Дебаты разбиты на 9 раундов по 10 минут каждый. В ходе дебатов у зрителей была возможность выразить свое отношение голосованием: «за» Григория Явлинского или «против».

Игорь Яковенко: Мы начинаем шестые дебаты. Это дебаты с Григорием Алексеевичем Явлинским, кандидатом в президенты Российской Федерации. Прежде всего хочу поблагодарить вас за то, что вы нашли время приехать к нам, мы знаем ваш напряжённый график, последнее время вы побывали в девяти регионах Российской Федерации, каждый день посещаете пять федеральных эфиров. Так что я понимаю, насколько сложно было найти время для того, чтобы к нам приехать.

Григорий Явлинский: Спасибо вам за приглашение.

Яковенко: Первый раунд — презентация. Я ставлю себе пять минут. Я принял неожиданное и странное для журналиста решение пригласить на дебаты кандидата в президенты, хотя в нормальной стране этот жанр не встречается. Это небывалая вещь, но мы в гибридной стране, где нет выборов, нет дебатов, а то, в чём вы, Григорий Алексеевича, участвуете на федеральных каналах, назвать дебатами очень сложно. И я должен сказать, что вам там не с кем дебатировать. Присутствует шесть человек, ни один из которых не является для вас оппонентом. Потому что мне не кажется, что вам есть о чём дебатировать с господином или товарищем Сурайкиным, я с трудом представляю себе, как вы будете говорить с Максимом Шевченко, который является «аватаром» товарища Грудинина. Там говорить не с кем.

Мне показалось, что вашим главным оппонентом являются те несколько миллионов человек, которые считали, что вы являетесь единственным шансом для России. Они так думали в 90-е, голосовали за вас, а в последнее время так не думают. И либо не ходят на выборы, либо голосуют за других кандидатов. Таких людей довольно много: в 1996 году за вас проголосовало более 5,5 миллионов человек. Потом, в 2000 году, их было 4,3 миллиона, а если брать парламентские выборы, то «Яблоко» потеряло за весь этот период с 90-х годов порядка 3,5-4 миллионов избирателей. И весь вопрос в том, куда они делись? Я хотел бы, чтобы наш разговор дал ответ на это.

То, что вы в интеллектуальном плане превосходите всех остальных участников мероприятия, признают, думаю, и ваши оппоненты. Но за последние годы вы делаете «политику не для всех». «Кино не для всех» бывает, бывает «театр не для всех», наверное, может быть и «журналистика не для всех», но «политика не для всех» — нонсенс, а вы пока действуете именно так. Я приведу конкретные примеры, в чём проблема.

В 2016 году вы собрали потрясающую команду на выборах. Это была команда мечты, с которой вы вышли на сцену, взялись за руки, и это было здорово. Я подумал, что всё, фракция «Яблоко» восстановится в парламенте. Но потом вы забыли провести избирательную кампанию. То есть она прошла, но она никому не была известна. Вы единственный политик в стране, который последовательно протестует против войны в Сирии. Но вы делаете это так, что об этом никто не знает. Вы единственный из известных, федеральных политиков, который помогает бездомным животным. Это потрясающая вещь! Но об этом тоже мало кто знает.

Я не знаю, стояли ли вы когда-либо в пикете напротив Министерства обороны с протестом против войны в Сирии. Думаю, если бы вы это сделали, то об этом бы узнал весь мир. Этот поступок заметили бы все. Если бы вышел фильм о том, как вы спасаете бездомных животных от дог-хантеров, это заметили бы все. Григорий Алексеевич, вам надо завоёвывать сердца людей, а не только их умы. Прежде чем стать шансом на изменение страны, вам надо начать с изменения себя. И если мы будем исходить из того, что «ветер в лицо», всё против вас, что в эфир не пускают, что административный и медийный ресурсы против вас — так ведь будет. Никто этого не изменит. Значит, надо что-то изменить в самой партии и в себе. Именно ради этого я пригласил вас на дебаты. Я желаю, чтобы вы на этих дебатах выиграли, я болею за вас. Но я буду оппонировать вам изо всех сил. Просто потому, что я считаю себя вашим товарищем, а цель дебатов — чтобы вы стали шансом для страны.

Явлинский: Вы меня, конечно, обезоружили, потому что дебаты, в которых оппонент говорит «я ваш сторонник, я желаю вам добра», — это странная история. Я-то не воспринимаю наш с вами разговор как дебаты, я воспринимаю его как интервью, обычное дело. Ну а что касается дебатов, то их действительно особо не с кем вести. После выступления Путина вчера и с ним стало не о чем вести дебаты.

Что касается того, что вы говорили о выборах, то у этого вопроса есть две стороны. Вся же эта «команда мечты»… все могли вести выборы, все могли вести кампанию. Но таковы были правила игры, которая закончилась тем, что за нас проголосовал миллион человек. Мы очень благодарны этому миллиону человек, мы очень их ценим и считаем это очень важным. И то, что их, по подсчётам Центризбиркома, миллион – что же, я не верю в подсчёты Центризбирома. Получается, что вроде бы с одной стороны ничего нет, а с другой — вот такие проценты. Надо как-то определиться: либо такие проценты, либо ничего нет, либо одно, либо другое.

Теперь что касается пикетов, то это опять проблема вашей компетентности. Я стоял в пикете, но не у Министерства обороны, а у рязанского десантного училища, прямо рядом, стоял и раздавал листовки против войны с Сирией. Это всем известно, это было на сайтах, это было у меня в фейсбуке, который читает 100 тысяч человек. Там всё это было показано, и это полезно было бы взять и прочитать, особенно журналисту. Про дог-хантеров тоже могу сказать. Я трижды вносил закон о дог-хантерах, потому что считал эту тему очень важной, она обсуждалась в Петербурге в парламенте. Что ещё вам рассказать? Я вам очень благодарен за поддержку. Вот, собственно, и всё. Просто надо лучше знать матчасть.

Яковенко: Это ещё ваше время, так что я просто задам вам дополнительный вопрос. Я принимаю ваш упрёк, может быть, я недостаточно глубоко знаком с материалом. Но факт в том, что я сталкиваюсь с очень многими людьми, которые не могут ничего найти на вашем сайте. Я сталкиваюсь с очень многими людьми, которые не знают о том, что происходит в «Яблоке», о том полезном, что вы делаете. Прежде чем прийти на этот разговор, я спросил у очень многих людей. В стране больше чем у половины населения есть собаки и кошки. Вот то, что вы делаете, может сделать вашими сторонниками процентов 60! И я хочу спросить: почему об этом никто не знает?

Явлинский: Я не знаю, это проблема зрения и слуха. Хочу добавить, что есть множество людей, которые знают о том, что я делаю, и я им постоянно это рассказываю, им достаточно просто приходить в мой фейсбук, там каждый день написано, что я делаю, что я считаю самым важным. Это же очень просто: пальчиком «раз-раз», там же всё написано. Особенно это касается, скажем так, журналистов.

И вот ещё что. Я не Путин. Вам всем хочется видеть Путина, чтобы я нырял за амфорами, чтобы я летал со стерхами, чтобы я ловил рыбы неизвестного размера, чтобы я каждый день встречался с иностранными кинорежиссёрами, чтобы я показывал мультфильмы. Я этого не собираюсь делать. Я не шоумен. Я отличаю содержание политики от политического шоу, точно так, как я отличаю это сейчас. Вам нужна кампания! Для вас не важно, что мы выходим в кампанию со словами о том, что такое война с Украиной, что такое война с Сирией. Мы говорим это публично и отстаиваем свою позицию. А нам предъявляют претензии, что у нас листовка не того цвета, что ролик на какую-то тему оказался сделан так, что чья-то знакомая ничего не поняла и жаловалась на это. Вот точно так же, как сейчас. Вы мне задали все вопросы, кроме того, что происходит в стране. Вы спросили, что происходит в «Яблоке», что происходило с нами пять лет назад, что происходило 25 лет назад. Это важные вопросы, но они не касаются того, что происходит в стране.

Яковенко: Это вопрос доверия.

Явлинский: Согласен.

Яковенко: Я просто хочу сказать, что в политике форма от содержания неотрывна.

Явлинский: Да что вы?

Яковенко: Поэтому публичная политика должна быть яркой. Можно говорить о том, что народ какой-то «не тот».

Явлинский: Почему? Народ очень тот. Вы только, пожалуйста, от своего имени это говорите! Вы считаете, что народ — не тот?

Яковенко: Народ тот.

Явлинский: Ни один человек в народе мне не говорил, что у меня должна быть яркая политика, у меня спрашивали по существу. Что делать с бедностью, с экономикой?

Яковенко: Ну понятно.

Явлинский: Не «понятно», а это главное! А насчёт яркости — вот у вас есть Владимир Вольфович, очень ярко.

Яковенко: Политик любой должен быть ярким, убедительным. И проблема заключается в том, что свою замечательную мысль надо упаковать в такую форму, чтобы она была понятна всем. К сожалению, результаты голосования говорят о том, что это не получается. Да, у вас крадут. Но крадут не очень много.

Явлинский: А теперь давайте поговорим по существу, ладно? Вы отдаёте себе отчёт в том, что система, в которой мы живём, — это авторитарная система? Вы отдаёте себе отчёт в том, что это не парламентская система?

Яковенко: Конечно.

Явлинский: Вы отдаёте себе отчёт, что в этой системе монополизированы все политически значимые средства массовой информации? Вы отдаёте себе отчёт, что в этой системе монополизированы все финансовые потоки? В этой системе монополизированы все суды? Так вот, если в системе нет независимых финансов, независимых СМИ, независимых судов, то не надо рассказывать про парламентские методы борьбы и «ярких политиков». Тут все политики, которые высказывают реально оппозиционную точку зрения, ходят на грани того, что их убивают. Здесь серьёзные вещи. И вот эти «шарики», красивости, убедительность лозунгов — это важные вещи. Но в нашей системе они не первые, и не главные. Тем более для той аудитории, с которой мы сейчас разговариваем.

Яковенко: Спасибо, Григорий Алексеевич, хотя я думаю, что вы очень сильно ошибаетесь.

Явлинский: Зафиксируем наши разногласия.

Яковенко: Если следовать вашей логике, то тогда ваше участие в избирательной кампании становится бессмысленным. Потому что в этой системе невозможно сменить президента путём голосования.

Явлинский: Вы бы хоть задали вопрос, а то вы прямо утверждаете. А я вам скажу: с моей точки зрения, и с точки зрения моих избирателей, моё участие в кампании очень осмысленно. Оно очень важное, очень содержательное.

Яковенко: Согласен, что оно очень важное, но я считаю, что вы делаете много ошибок, о которых я и хотел с вами поговорить.

Явлинский: Прекрасно! Все люди делают ошибки, и я их делаю. Но я их исправлю все. Мы сделаем яркие кампании, устроим клоунаду по всем направлениям. Я постараюсь что-нибудь придумать, буду ждать рекомендаций, мне посоветуют, какую ещё веселуху устроить, а то её мало. Вон тут ракеты летают.

Яковенко: Не надо веселухи, и не надо передёргивать.

Явлинский: Я не передёргиваю, я про себя говорю.

Яковенко: Давайте проанализируем, что произошло за почти 30 лет истории вашей партии.

Явлинский: Погодите, мы про кампанию будем говорить?

Яковенко: Но надо понять, почему за вас голосовало более 5,5 миллионов реальных людей, а сейчас голосовал миллион. Давайте попытаемся понять, какие достижения у вас были в 90-х, нулевых и десятых годах. Давайте попробуем сделать так. Вот что было в 90-е?

Явлинский: Только надо понимать, что вы, Игорь Александрович, выступаете здесь не как судья и не как прокурор, а как вопрошающий журналист, который был членом «Яблока».

Яковенко: Членом «Яблока» я не был, я был одним из инициаторов создания фракции. Итак, Григорий Алексеевич, нужна же история вопроса. Куда делись эти люди? Ваши достижения в 90-е годы, нулевые и десятые? И ваши ошибки, они ведь тоже есть?

Явлинский: Ещё бы. Я должен признать, что одной из важных моих ошибок была недостаточно активная борьба с реформами Егора Гайдара. Это важная проблема. Мне всё время казалось, что в конце концов люди поймут и откажутся от преступных глупостей, например, от экономической политики, которая привела к гиперинфляции, то есть к конфискации. От преступной политики, которая привела к мошенническим залоговым аукционам. От преступной политики, которая привела к преступлению в виде расстрела Белого дома. Когда люди поймут, что политика, проводившаяся после 1996 года, это политика, которая закончилась крахом в 1998-м в виде дефолта. Мне всё время казалось, что всё-таки это ошибки, которые люди образованные, по сути своей неплохие, поймут. Но оказалось, что я жестоко ошибался, и люди эти ошибки не поняли до сих пор.

Они до сих пор не поняли, что создали систему слияния бизнеса и власти, что это система, на которой не может быть основано современное государство. И не поняли этого настолько, что в конце 90-х годов главным тезисом было «Кириенко в Думу, Путина — в президенты». Была целая партия власти, которая обвинила меня в том, что я «вонзаю нож в спину российской армии», которая в это время просто уничтожала людей в Чечне. И потом вся эта публика села в студии НТВ и клеймила меня, почему я выступают против Путина и войны. И только один Отто Лацис спустя три года перед своей смертью сказал, что я был прав и это была очень большая ошибка с их стороны.

Это была моя ошибка, что я недостаточно сильно боролся. Я боролся в виде диалога, а надо было бороться политически. Точно так же надо было бороться с политикой, которую проводил Борис Николаевич Ельцин в части войны Чечне, в части политики по многим регионам, которая закончилась войной с Грузией. Точно так же, как надо было проводить более жёсткую линию по отношению к Борису Николаевичу с точки зрения того, какую коррупцию он развёл у себя в правительстве. А я всё-таки рассчитывал на диалог. И хотя я не снял свою кандидатуру с выборов 1996 года, я не смог убедить Бориса Николаевича в том, что ему нужно срочно расстаться с целым рядом фигур.

Я допускал и тактические ошибки. Например, предполагал, что генерал Лебедь сдержит своё слово и не поддастся на уговоры таких граждан, как Березовский и Чубайс, и не будет участвовать в выборах. А мы разработаем с ним общую стратегию, которая заставит Ельцина изменить экономическую политику. Я об этом почти никогда не говорил, но это тоже была моя ошибка, мне не следовало верить Лебедю. Генерал не сдержал своё слово, а потом пришёл ко мне и сказал: «Да, извините, изменились обстоятельства, я не могу сдержать слово».

Думаю, я ошибался и тогда, когда после выборов 1999 года надеялся, что смогу найти общий язык с Союзом правых сил, чтобы там осознали: проблемы с Путиным более существенны, чем им тогда казалось. Борис Немцов заплатил за это очень высокую цену. В этом смысле есть ещё группа просчётов, которые я допустил, я могу их тоже повторить. Я о них говорил, но могу сказать ещё раз, если у меня есть время.

Вторая группа причин состоит в том, что я действительно в начале 90-х годов предполагал, что рекомендации политикам и советы, которые приходят к нам от, как их сейчас называют, «зарубежных партнёров», компетентны. Но они оказались далеко не всегда компетентны. Причём некомпетентны настолько, что, когда я считал, что не нужно уничтожать людей в Чечне, наши партнёры продолжали финансировать это дело через кредиты Международного валютного фонда. Некомпетентны настолько, что рекомендации, которые они давали, приводили к огромным инфляциям — 600% в 1991 году! И к конфликтам, которые привели к событиям 93-го года. Они оказались крайне некомпетентны в том, что касается ключевого вопроса российской экономики — всего, что касается приватизация. Это были серьёзные ошибки. Я надеялся, что у них есть понимание, что и как нужно делать в России, но оказалось, что это было так далеко не всегда. Я думал, что они знают больше, но теперь понимаю, что нужно принимать все ключевые решения самим.

Третье: я не смог убедить Бориса Немцова, моего друга и товарища, в том, что нельзя связываться с персонажами, с которыми он связался, в частности с Березовским и, отчасти, Анатолием Чубайсом. Потому что для его судьбы это будет иметь очень негативное значение. Он был человеком добрым, открытым, искренним и доверчивым, и я не смог его убедить в том, что эта дорожка ведёт не туда. В общем-то, таких событий было немало.

Наверное, я не в такой цвет красил листовки или не таким цветом…

Яковенко: Григорий Алексеевич, ну не надо ёрничать, это же ерунда! Речь не идёт об этом!

Явлинский: Вы не задавайте мне ёрнических вопросов, я не буду давать ёрнических ответов.

Яковенко: Хорошо, я тогда спрошу по-другому и объясню, что имеется в виду под «не те листовки» и так далее. Понимаете, политик — это такое большое тело, которое распространяется не только на себя, но и на свою партию, на свои листовки, на свои плакаты и на свои ролики. И по телевизору сейчас никто не видит вашу программу. Я её читал, внимательно и детально её изучил, но я не знаю, сколько ещё народа это сделало. А вот ролики ваши — трудно представить себе, какой враг их придумал! А ролик про Явлинского видят миллионы людей.

Явлинский: Ну вот мне сегодня один человек сказал, что он в восторге от моих роликов.

Яковенко: Прекрасно, значит, у вас есть один избиратель!

Явлинский: Нет, у меня есть один оппонент, потому что мне никто, кроме вас, ничего такого не говорил, и один человек, который их поддерживает. Но я ещё раз хочу сказать, обращаясь к нашим зрителям, что я считаю, что в тех политических условиях, которые сейчас есть, приходить на интервью в ходе избирательной кампании, чтобы обсуждать с уважаемым Игорем Александровичем ролики, я считаю ошибочкой. Потому что Игорь Александрович не является ни пиарщиком, ни кинорежиссёром, ни продюсером мультфильмов. И почему он мне рассказывает про ролики, как будто ничего другого по телевизору показывать уже не имеет смысла. Я настаиваю на том, что это не предмет разговора.

Яковенко: Вы сводите к роликам, хотя речь идёт о форме, а форма имеет значение!

Явлинский: Давайте о содержании, а потом о форме.

Яковенко: Хорошо, ваше содержание. Это важный вопрос, который задало много людей. Что вы считаете вашими достижениями?

Явлинский: Моими достижениями. То, что привёз семь солдат из Чечни живыми, — вот мои достижения. 21 человека в гробу. Собирал три дня останки солдат. Это я считаю моими личными достижениями. Их там жрали собаки, а я их собирал и привозил в Москву, отдавал родителями. Своими личными достижениями я считаю то, что ходил на Дубровку и восемь детей оттуда освободил. Вот мои самые главные достижения. А какие ещё могут быть в жизни у человека достижения, кроме спасения жизней других людей? Почему вы мне задаёте такие вопросы?

Я считаю, что любой политик, который спас жизни людей, поступил правильно и хорошо, и это является его достижением. В нашей системе количество процентов, заработанных на выборах, — вещь довольно условная и весьма сомнительная. Я считаю, что мы живём в системе совершенно не институализированной, гибридно-тоталитарной, очень опасной страны, у которой очень опасные перспективы. И подсчёт количества процентов, которые выписывает Центризбирком в условиях монополизированного телевидения, — это вещь наивная и несерьёзная. Это всё равно что спрашивать, а какие были проценты, когда шесть человек вышли на Красную площадь сказать, что вторжение в Чехословакию — преступление? Да ноль у них было процентов.

Яковенко: Но они не участвовали в выборах…

Явлинский: Да в каких выборах, что вы говорите! Здесь нет выборов с 91-го, в крайнем случае — с 95-го года. Вы сначала определитесь: у вас здесь выборы или что-то другое. Потому что у меня нет выборов. Я иду к своим людям, к гражданам. Я вот получил возможность собрать всех вас тут и что-то вам сказать. Только ради этого можно было участвовать. Это такая особая политическая процедура, когда можно сказать, что война с Украиной — преступление, что Донбасс — преступление, что кровопролитие в Донбассе — преступление без срока давности. Когда можно встать и задать вопрос: я как кандидат в президенты спрашиваю у вас, Путин, что случилось в Сирии? Ответьте на этот вопрос! Мне не отвечают.

Туда нужно идти, чтобы выйти на телевидение и сказать: «40 процентов людей в Саратове живёт без горячей воды, 30% — без канализации, 20% — без воды вообще».

Яковенко: В нынешней ситуации, Григорий Алексеевич, это можно сделать без всяких выборов! Каналы Youtube открыты для всех.

Явлинский: Вы можете сделать, я не могу!

Яковенко: Почему?

Явлинский: Потому что Youtube — это не то.

Яковенко: Это средство коммуникации, которое позволяет связываться с людьми!

Явлинский: Ну так почему вы не выигрываете выборы, если всё так?

Яковенко: Я вообще не по этой кафедре.

Явлинский: Так вот, объясняю! Я говорю в Youtube, у себя на фейсбуке об этом каждый день. Этого недостаточно! Потому что три четверти страны формируют свою точку зрения о том, что происходит, по телевизору, а не по Youtube. И в мире, кстати, Youtube не решает никаких политических вопросов. Не надо этих наивных фантазий!

Якрвенко: Трамп выиграл выборы благодаря своему твиттеру. Против него работали все мировые средства массовой информации. И не только Трамп, Youtube сейчас собирает большую аудиторию, чем телевизор. Так что я думаю, что вы здесь тоже неправы, и использовать только выборы раз в шесть лет — это ошибка.

Григорий Алексеевич, когда вы говорили об ошибках, вы правильно сказали о серьёзной ошибке СПС.

Явлинский: Я говорил о своей, я не судья СПС.

Яковенко: А я как журналист имею право оценивать. И я считаю, что это была серьёзная ошибка, из-за которой СПС в конечном итоге скончался. Но я очень хорошо помню ваше выступление 16 августа 1999 года. У вас был шанс остановить Путина! Я не утверждаю, что вы могли это сделать, но, когда Путина назначал и проводил через парламент Ельцин, вы проголосовали за Путина и выступили с самой неубедительной речью, которую я от вас слышал. Вы говорили о том, что нельзя чекистов допускать до власти, но тем не менее 40% «Яблока» проголосовало за Путина. И результат был такой: решение было принято 51,6 процентов. Голоса «Яблока» могли изменить ситуацию. Я не утверждаю, что мы могли тогда точно всё изменить, но, как в «Полёте над гнездом кукушки», вы могли попытаться. Я знаю ситуацию, вы стали жертвой разводки. Вас обманули

Явлинский: Нет, меня не обманули! Не надо ничего утверждать, говорите только то, что вы думаете!

Яковенко: Конечно, я говорю только то, что я думаю. Точно так же, как и вы говорите только то, что думаете, вы не являетесь носителем истины в последней инстанции, равно как и я. Я думаю, что бессмысленно подтверждать каждый раз, что речь идёт о моём мнении. Я просто знаю, что Путин лжёт всегда, у него такая работа. Поэтому я нисколько не сомневаюсь в том, что он вас обманул, по крайней мере, вероятность этого велика. И думаю, что вашей ошибкой был отказ в 2004 году от выдвижения кандидатом в президенты. «Яблоко» тогда приняло решение не выдвигать вас по причине того, что у нас резко сузилось пространство свободы, выборы имитационные. А сегодня, 14 лет спустя, у нас что, полная свобода? Тут есть либо непоследовательность, либо ошибка.

Я думаю, что ошибка, и очень серьёзная. Ведь в начале десятых годов, в 2011-м и 2012-м, это, по сути дела, ваши обманутые избиратели вышли. Ведь у кого украли голоса в тех парламентских выборах? У «Яблока». Это ваши наблюдатели устроили всю эту бучу. Почему вы не возглавили протест, почему отдали уличный протест другим людям, кто вам мешал встать во главе этого уличного протеста? Григорий Алексеевич, какие силы вам помешали тогда?

Явлинский: А какие люди возглавили? Можете их назвать, помогите мне, пожалуйста.

Яковенко: Пожалуйста. Я не понимаю, какое отношение к украденным голосом имел журналист Сергей Пархоменко. Какое отношение к украденным у «Яблока» голосом имел Сергей Удальцов. Ксения Анатольевна Собчак… А эти люди оказались во главе! Ваши наблюдатели всё это вытащили, и ваши люди вышли на улицу, возмущённые тем, что у «Яблока» украли голоса, где были вы, почему вы ждали, что вас пригласят?

Явлинский: Прежде всего я должен сказать, что из того, что вы говорили раньше, со многим можно серьёзно не согласиться, это касается твиттера, Трампа. Это очень смешные и странные сравнения в части Трампа и Российской Федерации, выборов в США и выборах в России. Вы ещё скажите, что Путин мог изменить результаты выборов Трампа, и тогда возникает вопрос, а что вообще делать в Российской Федерации и почему у вас такое набожное отношение к процентам на выборах тут, если Путин меняет проценты на выборах даже в Америке?

Но я ещё раз обращаю внимание на то, что мы с вами занимаемся либо архивными вопросами, либо крайне незначительными. Но поскольку я к вам пришёл и очень уважаю вас, вашу аудиторию и мою аудиторию, то вынужден отвечать на вопросы, которые имеют мало отношения к реальности.

А теперь по существу. В 2011-м и 2012 году я собрал почти два миллиона подписей. Это была очень трудная работа. Собирать подписи — вообще очень трудная вещь, тем более зимой, под ёлкой, когда люди празднуют Новый год. Сейчас мы собрали 180 тысяч, и было очень трудно, а два миллиона — это вообще… Но мы их собрали, и я тогда обратился ко всем своим коллегам, к покойному Борису Ефимовичу, к Рыжкову, к Касьянову, с просьбой помочь, но они отказались. И я собирал подписи один и делал всё возможное для того, чтобы зарегистрироваться кандидатом в президенты. Это и была моя работа в ответ на то, что тогда случилось на выборах, и это во многом действительно было открыто именно «Яблоком». За то, что вы это сказали, я вам очень благодарен.

«Яблоко» было единственной демократической партией, которая тогда баллотировалась, и оно смогло привести своих наблюдателей. И я чувствовал свою ответственность, собирал средства, подписи, для того чтобы выдвинуться кандидатом в президенты. Я сдал подписи в Центризбирком, я вёл самую настоящую кампанию. В течение недели Центризбирком снимал меня с выборов. Он не понимал, как поведут себя люди, будет ли протест, не будет ли протеста, не выйдет ли толпа на улицы. И когда мы обращались к, так сказать, «властителям дум», которых вы назвали, и ко многим другим, которые сначала кричали «нах-нах», а потом выскакивали на сцену и кричали: «Отдайте наш голос, верните голос!». И мне хотелось сказать: ну, ребята, определитесь!

Яковенко: А почему вы сами там не были? Вы же там присутствовали как гость!

Явлинский: Это у вас такое впечатление, я совсем не был как гость. Я был там один. Никто не пришёл ко мне и не сказал: давайте будем вместе двигаться! Это было трудное время, потому что выбегали персонажи с «Эха Москвы» и кричали, что «нам политики не нужны», и толпа им вторила: «Нам политики не нужны!». Мы говорили им, послушайте, через три месяца выборы президента, нужен кандидат в президенты, а нам кричали: ничего не нужно, мы будем только контролировать! Я шесть раз обращался к ним, Митрохин ходил на каждый оргкомитет, мы обращались с тем, чтобы все эти люди потребовали от Центризбиркома сохранить своего кандидаты в президенты. Но благодаря тем персонажам, которых вы назвали, а решения там принимались коллективно, обсуждениям и голосованиям этого не случилось. И меня сняли, а Болотная площадь это проглотила. И потом написала в тех самых твиттерах: да, мы сдали Явлинского, мы виноваты. Я могу их вам показать, я их сохранил на всю жизнь. Но вопрос был не в том, что сдали Явлинского…

Яковенко: Вопрос был в том, что вы пришли на чужой митинг, который организовывали другие люди, а надо было организовывать свой!

Явлинский: 46 процентов людей на этом митинге голосовали за «Яблоко».

Яковенко: Это правда.

Явлинский: Вообще каждое слово, которое я говорю, претендует на правду, я за него несу ответственность, я специально пришёл ради этого на ваше интервью. Но я хочу добавить, что это был очень показательный момент, продемонстрировавший, что если нет политического лидера, политической программы, если есть иллюзия, что простой «гражданский протест» может изменить ситуацию, то это кончается ничем. Это, кстати, проблема не только России, это проблема многих государств.

Яковенко: Мне жаль, что вы меня не поняли и ответили не на тот вопрос. Я же не спрашивал, как всё было, это многие знают, это интересно и важно, но это не главное. Вопрос в другом. Лидеров не назначают, ими становятся. И я задал вопрос, почему вы тогда не возглавили протест, почему не создали штаб, чтобы к вам приходили, почему не организовали митинг, чтобы к вам записывались.

Явлинский: Объясняю. Потому что это означало бы смертельный конфликт с Немцовым, со всеми лидерами общественного мнения. А «Яблоко» сыто этими конфликтами по горло. Нам надоело то, что вы нас провоцируете. Поэтому мы оказались вынуждены соблюдать дипломатические отношения с этими людьми, хотя и видели, куда всё идёт. Все СМИ демократические тогда были на стороне этого бессмысленного политического протеста.

Яковенко: Спасибо, но я по-прежнему думаю, что вы ошибаетесь!

Явлинский: Вы так думаете, потому что не знаете фактуры!

Яковенко: Я знаю фактуру, потому что был в этом процессе. И у меня было СОТВ, на которое в студию набивалось 250 человек. И я был открыт, и вы прекрасно знаете, что готов помогать вам. Но приходили другие люди.

Явлинский: Дорого, Игорь Александрович, это не моё частное предприятие. Мне не надо помогать. Вы себе помогайте! Как вы любите говорить, так и я отвечу: почему я вас не видел? Почему ни один человек в природе ничего мне не сказал про ваше СОТВ? Почему вы так слабо работаете? Я сейчас проехал гораздо больше, чем девять городов, и хоть один человек вышел и мне сказал: а я вот там видел такое! Не было этого. Про ваши передачи и разговоры мне рассказывают только наши общие доброжелатели и друзья, чему я очень рад. Но больше никто ничего не знает. И если вы так прекрасно понимали тогда, что надо делать, что же вы сами не вели эту работу? Это же ваша работа и ваша страна, что же вы изображаете из себя «нейтрального журналиста»?

Яковенко: Я не изображаю «нейтрального журналиста», я им являюсь.

Явлинский: В России это невозможно.

Яковенко: Возможно, иначе это партийный пропагандист.

Явлинский: В России нет партийных структур и партийных пропагандистов, всё это иллюзия.

Яковенко: Григорий Алексеевич, давайте попробуем поговорить про вашу программу, это очень существенная вещь. Один из центральных пунктов, который сейчас есть, — это, безусловно, оккупация Крыма и Украины. В вашей программе сказано, что проблема Крыма должна решаться на международной конференции. В качестве варианта вы предлагаете решить его на референдуме.

Явлинский: Нет, этого там нет…

Яковенко: Но я её читал…

Явлинский: Можно я объясню свою программу, я её лучше знаю? Проблема статуса Крыма, поскольку Крым аннексирован, может решаться международной конференцией. Это было абсолютно незаконное с международной точки зрения мероприятие. И теперь проблему надо решать на международной конференции — такова точка зрения моя и моей партии. В этой конференции должны принимать участие Россия, Украина, Евросоюз, Германия и Франция отдельно, Великобритания, США и Турция. Они должны выработать «дорожную карту» для решения этой проблемы.

Если бы я участвовал в этой конференции, то скорее всего сказал бы, что надо провести референдум под эгидой ООН или отдельно в Крыму, без вмешательства «вежливых людей», односторонней пропаганды, по всем правилам. Украина должна будет по итогам этой конференции принять соответствующий закон как европейская страна. Однако я как политик страны, которая совершила это незаконное действие в отношении Крыма, не вправе давать советы Украине и считаю, что я лично несу ответственность за всё, что происходит, и мне очень стыдно. Но я не даю советов и не учу никого, как жить. Я высказываю своё экспертное предположение.

Суть дела в том, что международная конференция должна выработать дорожную карту для решения этой проблемы. Да, я не сказал, но на этой конференции обязательно должны быть представлены люди, живущие в Крыму, хотя не знаю, в какой форме. Пусть они и представители этих стран решают, как решить эту проблему. Её решение — в интересах всех, в первую очередь людей, живущих в Крыму, а также России, Украины и всего мира. И решать её надо таким образом.

Яковенко: На мой взгляд, Григорий Алексеевич, это ошибочная позиция. Потому что вы не высказываете экспертное мнение, а пишите пункт в программе кандидата в президенты. Кандидат в президенты — это не эксперт, это политик, который претендует на верховный пост в стране. И вы в своей программе написали, непонятно зачем, что одним из предположительных вариантов будет референдум. Программа кандидата в президенты — это не экспертное заключение, и я считаю, что вы допустили ошибку, по многим причинам.

Во-первых, я не считаю, что референдум в Крыму, который противоречит законам Украины, является легитимным. Я не считаю, что человек, который претендует на должность президента России, страны-агрессора, может говорить о том, как вести себя стране, которая стала жертвой агрессии. А в данном случае вы действительно даёте рекомендации. Я не считаю, что сама идея международной конференции на сегодняшний момент является актуальной. Прежде всего потому, что это внутрироссийское дело.

Мы оккупировали часть украинской территории, и мы, прежде всего, должны решить свои внутрироссийские проблемы. Они связаны с тем, что мы должны отменить все нормативные документы, являющиеся незаконными. Признать свою вину. А остальное уже должно делать международное сообщество. Но самое главное: референдум, который проводится в противовес законам Украины, — это вещь невозможная.

И другой вопрос, который мне в голову не приходил, но его прислала из Феодосии Анна Яковлевна Гершберг. Она говорит, что если часть населения Крыма хотела бы вернуться в состав Украины, а часть захотела бы вернуться в состав России, то как можно решить эту проблему бескровно? Часть скажет, мы хотим в Россию, а часть — что нет. И что дальше делать? Мы же просто столкнём людей лбами…

Явлинский: Дорогой Игорь Александрович, я услышал вашу точку зрения. Она бессмысленна и не связана с реальностью, извините меня. Вы очень хороший человек, вы говорите честные вещи, но ни в какой степени, ни к какой реальной политике это не имеет никакого отношения. Я уже пытался объяснить, попытаюсь ещё раз. Для того и проводятся международные конференции, чтобы принять все необходимые законы для решения этого вопроса. Будет ли эта конференция длиться 10 лет? Пять лет? Может быть. Может быть, ещё дольше, но другого способа решения этой проблемы нет.

Теперь что касается вопроса Анны Яковлевны. Это очень правильный вопрос, который нужно будет задать тем, кто будет разрабатывать «дорожную карту». Я своё решение обосновываю тем, что без какого-либо референдума вопрос это решён быть не может, потому что без учёта мнения людей, живущих там, ничего бескровного, разумного и дельного сделать нельзя. И я, например, очень рад, что такую же точку зрения, спустя два года после того, как я её высказал, поддержала специальная комиссия, созданная британским парламентом. Мне это было интересно и важно, потому что это люди, которые изучали вопрос в течение двух лет и сделали вывод, что в той или иной форме этот вопрос придётся решать именно так. Я очень рад тому, что моя точка зрения совпала с их выводами.

Это позиция обдуманная, вынужденная, мы с вами её много раз обсуждали. Так не надо говорить, будто я её только вчера придумал.

Яковенко: Я просто считаю, что она ошибочная.

Явлинский: Прекрасно, но это ваша личная точка зрения. У нас в стране много разных людей, у них много разных мнений. Я даже вас не спрашиваю, как надо. Потому что вас не надо спрашивать об этом. Вы считаете, что она ошибочная, а я говорю, что она правильная. Для кандидата в президенты, который говорит, что нужно не только ставить вопрос о том, что аннексия произошла, но и о том, как теперь решать вопрос, она правильная. Международная конференция и возможный вариант её решений через международно признанный референдум, признанный, в том числе, и Украиной. Это один из вариантов решения этого вопроса, подтверждённый с самых разных сторон, в том числе и с той, о которой я только что сказал.

Яковенко: Я хорошо знаю мнение огромной части жителей Украины и властей Украины. Я понимаю, что Украина на это не пойдёт. Это украденный кусок территории.

Явлинский: Вы как Игорь Яковенко сейчас хотите представлять на этой международной конференции Украину.

Яковенко: Не хочу.

Явлинский: Тогда дайте международной конференции решать этот вопрос. Дайте возможность. Украине, России. Что касается России, то ключевым, принципиальным шагом на данном этапе является признание того, что есть проблема. Россия должна хотя бы сказать, что есть что обсуждать, пока она тупо говорит: нечего обсуждать, нет вопроса. Это тупик. То предложение, которое я сделал, позволяет сказать: да, мы признаём, что проблема есть.

Яковенко: У нас с вами понятная проблема. Смотрите, Крым оккупирован Россией, и Россия не должны высказывать свою точку зрения по поводу того, как эта проблема должна решаться. Ваша точка зрения серьёзно нарушает международное право.

Явлинский: Это только ваше мнение.

Яковенко: Вы здесь садитесь меж двух стульев. Вас с одной стороны обвиняют «крымнашисты», и это понятно и ясно…

Явлинский: Игорь Александрович сейчас ясно сказал очень важную вещь. Но вообще мне это напоминает дебаты по телевизору…

Яковенко: А вы заразились, вы пришли от Соловьёва…

Явлинский: Но вы же меня пригласили! С позиции кого вы ведёте дебаты со мной?

Яковенко: Я веду дебаты от имени людей, которые написали мне кучу писем.

Явлинский: У меня есть куча других писем, и что? Давайте не будем препираться, я ничем не заразился, просто вы как умеете, так и ведёте интервью. Но вы сказали очень важную вещь, и я пятый раз повторяю: действительно, начало процесса является средней позицией между разными точками зрения. Иначе процесс не начнётся никогда. Занятие жёсткой позиции с одной стороны ведёт в никуда, в тупик. А я хочу задачу решить. Я считаю страшным, кровавым преступлением то, что Путин совершил в Украине и Киеве. Но я хочу начать решать эту проблему.

Яковенко: С моей точки зрения, занятие промежуточной позиции между агрессором и жертвой агрессии является ошибкой. Промежуточная позиция тут неверная.

Ещё одна важная часть вашей программы — политическое устройство России. Я коротко выскажу свою точку зрения по этому поводу, а потом — что мне кажется неточным и неправильным в вашей программе.

Главная проблема политического устройства России его имперский, самодержавный характер. Главная проблема была заложена ещё в Конституции — самодержавный характер президентской власти. Вы в своей программе решаете эту проблему косметически, увеличиваете полномочия парламента и регионов по отношению к центру.

Но вы не решаете проблему кардинально, не убираете имперскую, самодержавную вертикаль, висящую над всеми ветвями власти. Вы не убираете президентство и не создаёте парламентскую республику, а создаёте большую проблему. Когда на смену вам, демократическому президенту, придёт кто-то другой, а вполне возможно, это будет человек с самодержавными инстинктами, то он обязательно вернёт то же самое. На смену Ельцину, под которого и писалась эта Конституция, пришёл Путин, и у нас восстановилось фашистское самодержавие.

И то, что вы написали в своей программе, фактически не устраняет эту проблему. Вы написали, что она будет решаться конституционным совещанием и учредительным собранием. Вы высказали своё предположение, как она должна решаться, но, с моей точки зрения, вы не устранили главную беду, заложенную в нашем политическом устройстве. Почему этот маньяк сидит в Кремле и никто не может с ним ничего сделать? Потому что основы его самодержавия заложены в нашей политической системе.

Явлинский: Да, я претендую на то, чтобы стать президентом переходного периода, вы правы. На следующем этапе следующий президент устранит эти вещи, сделать это сразу нельзя. Простой ответ. Все ваши претензии справедливы, только это сразу нельзя сделать. Даже если собрать девять беременных женщин в одной комнате, ребёнок не появляется сразу. Так и здесь, как бы я этого ни хотел. Но я предложил механизмы, через которые это решается, и если бы я стал президентом, то я бы свято соблюдал верность идее, что страна сама должна это решить. Но это будет уже не мой период, это будет период следующий, страну надо к этому подготовить.

Я — человек переходного периода. Я по рождению оказался в переходном периоде, и всё, что я делаю по всем ключевым вопросам, носит на себе отпечаток переходного периода. Потому что я осуществляю политику, адекватную, как я её понимаю, своей страны в данный момент. Как известно, времена не выбирают, и вот такие у меня времена. Мы все одной ногой стоим «там», а другой — «здесь», и это неминуемо отражается в политике. Я же пишу не сказки, я пишу программу реальной политики. У меня нет возможности писать фантазии о том, как бы мне хотелось.

Как известно, я был против этой конституции. Меня, кстати, вместе с вами чуть было не сняли с выборов за то, что мы выступали против неё. Но она была принята, хотя я даже не уверен, была ли: в 10 вечера сказали, что приняли, потом съели бюллетени, которые тогда бросали, их не видел никто. Я так думаю, что её и не приняли, поэтому Шумейко и кричал: «Снимайте “Яблоко”, каждый, кто против конституции, должен быть снят!».

Яковенко: А не помните, кто от нашей фракции был среди разработчиков?

Явлинский: Шейнис был.

Яковенко: Ну так чего же вы?

Явлинский: Как вы знаете, от нашей фракции всегда были разные люди…

Яковенко: Но нельзя говорить, что вся наша с вами фракция была против!

Явлинский: Это было просто программное положение на выборах. Но когда шёл вопрос о голосовании за конституцию, вся партия, или общественное объединение, была против. И мы были единственными с такой позицией.

Вы тут ещё задели один вопрос, а я потом о нём забыли. Вы упомянули историю о том, как я голосовал за Путина как за премьер-министра. Меня никто не разводил, я могу привести все фамилии, кто мне и что говорил тогда. Это известная история, но я хочу её ещё раз повторить. В 1998 году премьер-министр Примаков в связи с тем, что я достаточно жёстко критиковал его правительство, состоящее из Кулика, Маслюкова, Геращенко, которые выступали против частного бизнеса, пригласил к себе Путина как директора ФСБ. И он предложил ему слежку за мной и моей семьёй. По каким-то своим соображениям Путин пошёл в Администрацию президента и рассказал об этом Волошину, тот доложил Ельцину. Мне об этом рассказал Малашенко, потом подтвердила Татьяна Дьяченко, много лет назад. А я такие вещи ценю. Я считаю, что, когда впервые в истории КГБ кто-то вдруг отказывается следить за членом парламента, — это событие. Вот и всё.

Поэтому я своей фракции сказал, что проголосую за него, потому что он так поступил. А вы должны голосовать иначе, потому что чекист не может управлять государством, и я об этом скажу в своём выступлении, и большая часть фракции не должна голосовать за это. А дальше — свободное голосование, и пусть каждый действует как может в этих условиях.

Но говорить, что тогда решался какой-то вопрос, неправильно. Он бы всё равно стал премьером. Но принципиальная наша позиция состояла в том, что лозунг «Кириенко — в Думу, Путина — в президенты» для нас неприемлем. И когда я вышел на выборы в Думу против Путина весной 2000-го, то заявил, что он будет хуже Зюганова, что и подтвердилось. И я призывал всех не голосовать за него, поэтому и получил 24% в Москве, что считал очень важным.

Кстати, вы спрашивали, почему в 2004 году я не пошел на выборы президента. В силу абсолютной бессмысленности этого мероприятия. Мы тогда говорили, что выборы надо бойкотировать, потому что был предел явки. Потом его отменили, и бойкот потерял всякий смысл. А ещё потому, что тогда начинался экономический рост, он был очень чувствительным, это был второй его срок, и было ясно: нет развилки, нет перепутья. А сейчас есть трагическая развилка. Я не участвую в выборах как дежурный, я это делаю, когда считаю, что страна на трагическом перепутье. В 1996 году, в 2000-м, попытался в 2011-м и 2012-м, когда была такая же ситуация.

Но я хочу ещё раз подчеркнуть, дорогие друзья. Это вообще никакие не выборы. Это политическая процедура, которую в лучшем случае можно сравнить с референдумом. Сейчас не выбирается президент. Но у десятков миллионов людей есть возможность заявить свою позицию, показать, что она не совпадает с тем, что говорит Путин. Такая возможность есть, и любой политик обязан ей воспользоваться. И вот я стараюсь изо всех своих сил, несмотря на все мои недостатки, промахи, потери, несмотря на то, что вы уже многие годы не ходите голосовать, что многие из вас уехали, а многие мои избиратели ушли из жизни и, самое главное, разуверились, потеряли веру в будущее. И я это понимаю и очень ценю вашу поддержку.

Сейчас наступает другой момент, сейчас — критическая развилка, и сейчас очень важно было бы показать, что есть альтернатива. И не идти по пути голосования против всех или бойкота, а голосовать за альтернативу, которая считает, что Крым аннексирован, война в Донбассе — преступление, а из Сирии, охваченной гражданской войной, надо уходить. Что в России происходит серьёзный удар по экономике. Что политика убивает экономику. За эти вещи надо голосовать как за альтернативу Путину.

Яковенко: Ваша программа в области армии и внешней политики, давайте поговорим об этом. Но я начну немного с другого, с той части, которая называется «Идеология нового курса, семь аксиом». Аксиома номер два — преобразование на фундаменте отечественной культуры. Сейчас я объясню, как это связано с тем, что я хочу сказать и спросить. На мой взгляд, то, что вы написали, это не только не аксиома, это, если считать это теоремой, является теоремой ошибочной. Преобразование на фундаменте отечественной культуры, к сожалению, невозможно. Потому что фундамент отечественной культуры — это не только Пушкин, Чехов, Чайковский, это и «православие, самодержавие, народность», это Победоносцев и Сталин, это Домострой и принципы симфонии с властью. Путин растёт на фундаменте отечественной культуры. К сожалению, это неразрывные вещи.

И говорить о том, что мы будем строить перемены на фундаменте отечественной культуры — это невольный обман. Я не сомневаюсь в том, что вы честны, я думаю, что опираться надо не на фундамент отечественной культуры, надо её изменять, как это сделал в Европе Лютер, как это сделал в Турции Ататюрк, как в Сингапуре это делал Ли Куан Ю. Надо изменять фундамент, а не строить на нём что-то, что никогда там не вырастет.

Теперь перехожу к армии. «Спички детям не игрушка». И пока в России есть шанс прихода к власти таких маньяков, которые сейчас сидят в Кремле, а такой шанс есть, то в России не должно быть ядерного оружия. Для того чтобы Россия перестала представлять опасность для всего мира, она должна отказаться от ядерного оружия в одностороннем порядке, и она должна взять в курс на вступление в НАТО. Все разговоры о том, что завтра у нас на кухнях будут американские морпехи — это сказки для детей, в которые верят люди, участвующие в передачах Соловьёва. Истории о том, что Китай на нас нападёт, — это бред сивой кобылы, потому что Китай прекрасно реализует свои экономические потребности, переваривая экономическим путём половину мира, им не надо на нас нападать и тратить жизни своих солдат.

Так что мне представляется, что отсутствие этих двух серьёзных тезисов в вашей программе является проблемой. Вы не убираете зубы дракона, которые есть в нашем фундаменте. Вы не убираете главную проблему — имперскую, самодержавную суть российского общества и государства. С моей точки зрения, это делает вашу программу недостаточно реформистской.

Явлинский: Учитывая недостаток времени, мне проще с вами согласиться. И сказать, что я обязательно учту. Потому что что я могу вам сказать? Абсолютный факт, что Россия никогда в обозримом будущем не откажется от ядерного оружия. Это не произойдёт, не может произойти и не должно происходить. Зачем обсуждать вопросы земного тяготения? Это просто факт. Всю реальную политику, которую любой политик должен строить в России, он должен строить, исходя из того, что это оружие здесь есть, что оно здесь будет и, мало того, что его тут будут как умеют совершенствовать. Это налагает особую ответственность на любого, кто станет здесь политиком. Но это просто факт, не отменимый. И это, конечно, отражено в моей программе.

Что касается русской культуры и фундамента, то у нас тут разные точки зрения. В моё представление о русской культуре совершенно не включается элемент имперскости, и мне отвратительно слышать ваши соображения о том, что Сталин есть часть русской культуры. Для меня это не так. Для меня фундамент русской культуры — это русская литература XIX века, всемирное историческое достижение. Мало того, я хотел бы обратить ваше внимание на то, что, когда я думал об этом, у меня была два важных основания. Во-первых, нам ещё только предстоит огромная работа — избавиться от советского перетолкования литературы XIX века. Мы все продолжаем жить в ситуации советского взгляда на русскую литературу XIX века. Нам здесь предстоит огромная работа. Я на неё не претендую, но знаю людей, которые работают над этим: философов, филологов. И для меня их работа очень интересна, я обращаю на неё внимание, читаю их труды.

Второе: я хочу сказать ещё одну вещь, напрямую примыкающую к одному из ваших вопросов. 20 и 25 лет назад я многого не понимал. Я был просто экономистом, а оказывается, что реформы в России требуют глубокого культурного основания и понимания русской культуры. В том числе и понимания причин тех трагедий, которые были связаны со Сталиным, большевиками и империализмом. Потому что без понимания этих особенностей культуры и традиций никакую успешную реформу провести нельзя. И, кстати, невозможно провести ни в Германии, ни в Польше, ни в Сингапуре. Россия в начале 90-х была к этому совершенно не готова. И мне понадобилось 25 лет, чтобы понять и вникнуть в это. Позже я сформулировал, скорее всего для будущего, что тот, кто начнёт проводить в России ключевые реформы, должен обязательно учитывать эту аксиому.

Я приду к вам, если вы меня захотите видеть, в качестве президента и расскажу, как связаны особенности русской культуры с профессиональными и экономическими вещами. Которые жизненно важны для нашей экономики и которые надо реализовать. Поэтому спасибо вам за вопрос, я рад, что вы обратили на это внимание и я, как смог, постарался на него ответить. Ещё хотел подчеркнуть: в моей программе много неточностей. Уверен, что на одну из них вы обратили внимание, но не сказали об этом: слова, что президент будет создавать гражданское общество.

Однако президентская программа — это не расписание поездов, и даже не программа «500 дней». Это общее направление, интенция, что я хочу сделать и в каком направлении надо работать. И с этой точки зрения я действительно несу ответственность за каждое слово, сказанное мною в программе, и готов их исправлять, вникать, думаю, что если бы дело дошло до практики, то многое пришлось бы изменить. Но на сегодняшний день основные направления выглядят вот так вот.

Яковенко: Нам надо осветить ещё один вопрос, а время действительно истекает и вам надо отдыхать.

Явлинский: Мне ещё не надо отдыхать, у меня ещё вся кампания впереди.

Яковенко: Я думаю, что, хотя на некоторые вещи вы сейчас болезненно и остро реагируете, на самом деле через какое-то время признаете свои ошибки. Я вас знаю больше 25 лет и я помню, что в свое время, когда я подверг одну вшу программу жёсткой критике, заявив, что не бывает нормальных стран с государственным телевидением, а у вас оно было заложено…

Явлинский: Почему не бывает? Бывает!

Яковенко: Ну вы сейчас даёте уже реверс назад.

Явлинский: Только с государственным — не бывает, но бывает, если и с государственным, и с негосударственным.

Яковенко: Италия. Больше нет.

Явлинский: Не только Италия — Германия!

Яковенко: Вас сильно обманули!

Явлинский: Так написано в интернете, проверьте.

Яковенко: Да плевать мне на интернет! Я же с вами не спорю на тему экономики, вот и вы со мной не спорьте про СМИ. В интернете есть разные вещи, в том числе и ошибочные. В Германии нет государственного телевидения. Там есть Deutsche Welle, который вещает на другие страны и финансируется государством. Там есть общественное телевидение, которые финансируется тоже государством

Но сейчас о другом — вы позже отказались от этого, и спасибо вам. Сейчас у вас в программе нет государственного телевидения.

Явлинский: А знаете почему? Не потому, что нет нигде, а потому что в нашей стране нельзя делать государственное телевидение. Конкретно в нашей. А в других странах можно, и оно там есть, во Франции, например.

Яковенко: Во Франции это общественный вещатель, который сильно этатирован, но называется «общественный».

Явлинский: Ну, у нас много чего называется, канал вот называется ОРТ.

Яковенко: В общем, очень правильно, что вы убрали эту неправильную вещь, и надеюсь, пройдёт больше времени и вы согласитесь с теми серьёзными замечаниями, которые я вам высказал. Очень надеюсь, что вы сможете признать свои ошибки. Я вынужден выкинуть несколько вопросов, которые хотел задать, но два всё-таки задам, потому что это вопросы примерно половины тех людей, которые мне написали. Вопрос первый: существуют ли обстоятельства, при которых вы снимете свою кандидатуру незадолго до выборов?

Явлинский: Да, существуют.

Яковенко: Можете их назвать?

Явлинский: Нет.

Яковенко: Ну и ладно.

Явлинский: Я мог бы их назвать, но это целое большое дело.

Яковенко: Скажите, пожалуйста, почему вы, как многие от вас ожидали, не подали иск в Верховный суд против узурпации власти Путиным?

Явлинский: Потому что это выглядит немножко как шоу. Тем более что Собчак подала.

Яковенко: Надо было вам подать.

Явлинский: Да не надо всем вместе подавать, она подала — ну и ладно, это её предвыборное мероприятие. Это же бессмыслица. Я не верю в эти суды, в эти верховные суды, в эти конституционные суды. То это такой режим, то подайте в суд! Зачем людей морочить? На каждую встречу ко мне приходил человек с горящими глазами и приносил одну и ту же бумажку, то есть была целая кампания. Но в этой бумажке написаны глупости. После нашего разговора я попросил юристов, очень уважаемых, изучить вопрос, и они сказали: не работает это из-за того, как написано про сроки в Конституции.

Яковенко: Но в 1998 году Конституционный суд…

Явлинский: Давайте я объясню. Соображение первое: в 98-м году обсуждение этого вопроса касалось первого срока Ельцина. Это не имеет никакого отношения к нынешней ситуации. То решение Конституционного суда определяло, признавать ли первый срок Ельцина частью двух сроков или не признавать. И тогда Конституционный суд сказал, что, несмотря на то, что Ельцин избирался по Конституции совсем другой, его срок тем не менее признаётся и у него есть всего два срока. Но это никакого отношения не имеет к слову «подряд».

И второе, что сказали юристы. Никакой Конституционный суд в мире не пройдёт мимо слова «подряд», все будут концентрировать своё внимание на нём. Так что это абсолютно пустая затея, тем более с нашими судами.

При этом я категорически считаю, что срок президента должен быть четыре года только. И два раза. А дальше можете менять фамилию, пол, всё, что угодно: два срока по четыре — и свободен. Если ты чего-то не успел сделать за восемь лет, то, слава Богу, уходи. Это моя принципиальная позиция. Посылать на эту тему ещё одну записку — это просто лишний раз давать повод, чтобы на каждом повороте, как сейчас и происходит, всё время говорили: Верховный суд принял решение, что Путин может быть президентом. Это просто лишний раз дать возможность развести агитацию за Путина ещё и на этом направлении.

Яковенко: На мой взгляд, это довольно неубедительная позиция, потому что с такой же аргументацией можно сказать, что и в выборах не надо участвовать. Это не выборы, это не Конституционный суд и так далее. Но этот человек незаконно занимает своё место!

Явлинский: Так я же говорю, что это не выборы, я сам это говорю. У нас всё незаконно с 1917 года. Надо всё-таки иметь какую-то последовательность. Государственный переворот, кровавый, произошёл в 17-м году, он унёс с 17-го по 53-й год 53 миллиона человеческих жизней, считая войну. Это был захват власти террористами. О какой конституционности можно говорить, если нынешнее государство считает себя прямым преемником большевистского режима? Оно культивирует Сталина, оно присоединяется к террористам. Мы находимся в особых обстоятельствах, у нас вообще ничего не произошло, современная Россия — это просто постмодернистская смена оболочки по сравнению с большевистским режимом. Они его развивают, они ставят памятник жертвам репрессий, а через два километра — памятник автомату Калашникова. Вот что сейчас происходит.

И в заключение я хотел бы сказать. Я очень люблю Игоря Александровича. Он мне уже это говорил, и теперь я это говорю, искренне. Он выдающийся журналист, один из самых смелых в России. Не только потому, что он пишет то, что думает, но и потому, что Яковенко является единственным журналистом, который не боится «тусовки». Быть против Путина — большой смелости не надо, много людей против него. А вот чтобы не боятся «тусовки», своего окружения, гавкающих вокруг него людей, надо иметь огромную смелость. И таких журналистов у нас практически нет, за что я его очень уважаю. Это — первое.

Второе. Я считаю, что то, что мы сегодня обсуждали, три четверти вопросов — неактуальные и несерьёзные. Путин позавчера объявил не то что о гонке вооружений, он объявил, что мы практически находимся на черте ядерной войны. Он заявил программу милитаризации страны и сознания и пугал весь мир ядерной угрозой в гораздо большей степени, чем Ким Чен Ын. Вот что на самом деле произошло.

Его речь говорит о том, что экономику ожидает глубочайший кризис, если так пойдёт — то даже не кризис, а крах. Плюс ещё санкции, которые мы не обсуждали. Плюс вопрос того, куда ведёт это внутренняя и внешняя оборонная политика, экономическая, которую даже политикой нельзя назвать. Вот главные проблемы, которые со мной обсуждают люди по всей стране. А мы обсуждали тему Болотной площади, моих ошибок 25 лет назад. Жаль, но ничего. Мы ещё будем иметь возможность всё обсудить.

Эта проблема — одно из следствий того, что часть моих избирателей, вместо того чтобы касаться самых главных вопросов, отделять главное от второстепенного в голосованиях и политике, сосредотачивается на маленьких темах и интересах маленького класса. Одним из следствий этого явилось то, что мы оказались там, где мы оказались. У политиков своя работа, и они не судят своих избирателей. Я люблю своих избирателей, свою страну и уважаю русскую культуру. Думаю, что вы тоже, примирительно скажу я.

Яковенко: А я примирительно скажу следующее. Моя социологическая интуиция мне подсказывает, что примерно 40% граждан в России поддерживает то, что вы говорите. Но реально вас поддерживает гораздо меньше, и это свидетельствует о том, что вы ваши правильные слова заворачиваете не в ту упаковку, в которой она съедается. И это важно.

Явлинский: Друзья, я торжественно прошу Игоря Александровича в оставшиеся две недели упаковать это так, чтобы вы это, наконец, купили. Ну не умею упаковывать.

Яковенко: Подберите команду!

Явлинский: Вот я и подбираю!

Яковенко: Не по адресу.

Явлинский: Критиковать вы умеете, значит. Вы как в райкоме со мной!

Яковенко: Но если говорить о действительно важных вещах, то, с моей точки зрения, и почему я позвал вас на разговор, то этот сумасшедший действительно в очередной раз послал нашу страну в ад и он действительно может устроить конец человечества. С моей точки зрения, проблема заключается в том, что ваши слова не доходят до аудитории. Как это изменить — отдельный вопрос. Но дело обстоит несколько хуже, чем мы с вами только что говорили. Дело обстоит так, что я вижу очень серьёзные проблемы у той политической силы, которую я хотел бы видеть шансом для нашей страны. Поэтому я надеюсь, что всё-таки, несмотря на столь жёсткий разговор, вы попробуете что-то изменить.

Явлинский: Я буду всё изменять. Но в свою очередь прошу: пожалуйста, если придёт в голову, как что упаковать, скажите. Я не шучу. Мы только этим и занимаемся, думаем, как это сделать. Я уже видел граждан, которые упаковали себя в самолёт, полетели и оказались без посадки.

Яковенко: Последнее, что хочу сказать: мы собрали более 100 вопросов. Мы отобрали те из них, которые были содержательными. И я хотел бы заверить, что, когда у вас или у ваших коллег будет время, вы ответите на все эти вопросы.

Явлинский: Я вам скажу. Я возьму эти 100 вопросов и отвечу на них. Не обещаю, что сделаю это до конца избирательной кампании, потому что буду только тем и заниматься — отвечать на вопросы. Но вместе с Игорем Александровичем мы придумаем, как передать эти ответы вам.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:28

10 МАРТА 2018

Один из главных идеологов приватизации 90-х столкнется, наверное, с самым известным фермером России в честном споре о том, как следует воспринимать кандидата в Президенты Павла Грудинина. Разговор ведут: Петр Филиппов и Василий Мельниченко. Ведущий: Игорь Яковенко.

Яковенко: Добрый день, уважаемые зрители. У нас начинаются очередные дебаты на «ЕЖе», и я – Игорь Яковенко, ведущий. А в студии у нас два замечательных человека. Это Василий Александрович Мельниченко и Пётр Сергеевич Филиппов. Темой сегодняшнего разговора будет Грудинин: «за» и «против»». Первый раунд – презентация. Пётр Сергеевич, отмерьте Василию Александровичу 5 минут. Василий Александрович, почему вы считает, что Грудинин-президент – это хорошо?

Мельниченко: Здравствуйте. Сначала всех женщин с весной поздравляем, быть красивыми желаем, и пусть вам светит солнце в каждое оконце. На эту тему мы ещё поговорим.

Действительно, более 6-7 месяцев назад я был одним из первых, кто сказал, что Павел Николаевич Грудинин – это достойный кандидат в руководители страны Российской Федерации. На что я обратил внимание? Посмотрите просто на его фотографии. Из всех кандидатов, которые у нас есть, он единственный похож на президента России, все остальные по фотогеничности не дотягивают. Я так считаю.

Второе – я знаю хорошо его хозяйство, закрытое акционерное общество «Совхоз имени Ленина», которым Павел Николаевич уже давно руководит. Он начинал там практически с рядового, с мастера, механика. И это образец построения населённого пункта вместе с производством. Образец взаимодействия местного самоуправления с коммерческой структурой «Совхоз имени Ленина». Я, наверное, скажу правду, что это – лучшие хозяйства России. Не только в плане доходности, надоев молока и сборов урожая, а в плане обустройства территории. Там самые красивые детские садики, там самая красивая и лучшая школа, очень высокий уровень доходности и, из важного, там есть уверенность в завтрашнем дне. По одной причине: система наставничества, система замены и ротации следующего поколения нигде так хорошо и чётко не отработана, как в «Совхозе имени Ленина». Даже в Кремле система смены не отработана там хорошо.

Поэтому, конечно, в моих глазах это хороший руководитель хозяйства. И я напомню вам слова бывшего президента Башкирии, что, если человек правильно управлял хотя бы тремя курицами, он будет управлять и страной правильно. Поэтому для меня один из хороших руководителей, из нормальных, адекватных людей со здравым смыслом – это Павел Николаевич Грудинин. Который все ресурсы своей территории, воспользовавшись тем, что это подмосковное хозяйство, смог использовать для блага тех граждан, которые живут в его посёлке. И я знаю даже, что многие люди, которые живут в центре Москвы, часто продают свои квартиры, чтобы любой ценой переехать в посёлок «Совхоз имени Ленина», то есть за МКАД. Побывайте там, это не реклама, и вы увидите там идеальную зону отдыха. Пруды, лебеди – всё это есть. И если вы даже сравните те будки для уточек, которые построил Грудинин и Медведев, то вы увидите, что Грудинин даже это смог построить лучше и дешевле, не используя ни одного рубля бюджетных денег. Это важно.

И я думаю, что, если человек сумел управлять таким хозяйством, выжить в этих условиях и сделать идеальное хозяйство в плане коммерции и обустройства территории, где средняя зарплаты, всё-таки, 80000 рублей в месяц, то у него действительно есть преимущества. Ну и видно, что это мужик настоящий. И поэтому я и ратовал за то, чтобы Грудинин стал кандидатом в президенты. И более того, проезжая теперь по России и видя, как всё есть, я понимаю, что мы не прогадали, выборы стали хоть чуть-чуть интереснее, благодаря только тому, чтобы в них был включён Павел Николаевич Грудинин.

Яковенко: Спасибо. Пётр Сергеевич, почему вы против того, чтобы Грудинин стал президентом России?

Филиппов: Прежде всего, потому что Грудинин считает Сталина лучшим руководителем нашей страны. Я обращаюсь ко всем, в первую очередь – к молодым. Напрягите фантазию. Вы пошли летом работать, записались в строительную бригаду, строите дом, у вас хороший бригадир, он расставляет всех по местам. Но раз в неделю он одному из вас перерезает горло, чтобы дисциплина была получше. Так делал Чингисхан, так делал Сталин. Я не могу считать человека, который поддерживает тирана и убийцу, достойным кандидатом в президенты.

Моя вторая претензия состоит в том, что Грудинин – нацист и ксенофоб. Ведь он, сдавая в аренду под строительство домов землю, требует от застройщиков фейс-контроль. Фамилия Иванов — хорошо. Загорулько — хорошо. Лукашенко — ладно. Арутюнян — подумайте. Пусть даже у вас будет меньше денег». Всё это он высказал в интервью «Русскому репортёру» 31.10.2011 года. Я с таким президентом жить в одной стране не хотел бы.

Кроме того, Грудинин – лжец, который утверждал, что у него нет заграничных счетов. Но есть документы, подтверждающие у него наличие 13 счетов в швейцарских банках на общую сумму 1 миллион долларов. Я не против богатых людей. Я считаю, что богатый человек, который может, как, скажем, американский создатель космических аппаратов Маск, создавать новые ракеты, гаджеты, является огромным достоянием для страны. Но ведь капитализм Грудинина – это не капитализм изобретателя и организатора, у него капитализм паразитический. Потому что львиную долю доходов его капиталистическое хозяйство, хотя он и коммунист, получает от сдачи в аренду земель, примыкающих к МКАД. Поэтому я не понимаю резона: зачем нужно избирать Грудинина президентом страны. Ни в коем случае нам не нужны руководители, которые являются одновременно и коммунистами, и паразитическими капиталистами, сталинистами и ксенофобами. Это главная причина, почему так не нужно.

И, естественно, нужно сказать, особенно молодым людям, почему отношение к Сталину не может быть позитивным. Я напомню, что в бывшей нашей стране, в СССР умерло от Голодомора около 8 миллионов крестьян. И что же стало причиной этого? Сталинская сплошная коллективизация. Когда у крестьян либо забирали все продукты, и они умирали с голоду, либо их выселяли в Сибирь. Причём в Сибирь выслали «кулаков», то есть самых трудолюбивых крестьян. Выселяли целыми народами. Чем это закончилось? Для того чтобы убирать урожай в 31-32 году, нужно было мобилизовать РККА, Красную армию. И всё равно на полях Украины осталось 40% урожая. А при этом Сталин подчёркивал в письме от 6 августа 30 года: «Форсируйте вывоз хлеба вовсю, в этом теперь гвоздь. Если хлеб вывезем, то капиталисты кредиты нам дадут». Для чего? Для строительства оборонных военных предприятий для будущей войны.

Яковенко: Спасибо. Василий Александрович, ваши три минуты.

Мельниченко:: Пётр Сергеевич, есть такая загадка: «нет ни окон, ни дверей, полна горница людей». Что это такое?

Филиппов: Я не знаю, может быть, вы имеете в виду огурец, а может быть – тыкву.

Мельниченко:: Нет. Это дом в Сколково, построенный с видом на дом Шувалова. Окна все замуровали, чтобы люди не видели даже наших нынешних руководителей: как они живут, где они живут и в чём они живут. А теперь конкретно на вопросы о Павле Николаевиче Грудинине и о том, что сказано. Я не считаю его сталинистом. До того, как он был выдвинут Коммунистической партией Российской Федерации, я много с ним дебатировал и выступал на разных телевизионных передачах, и я ни разу не слышал от него, что он предпочитает Сталина как руководителя. Этого, конечно, не было. Возможно, он говорит это лишь потому, что это положено говорить по программе КПРФ. Он выдвинут всё-таки партией и говорит не свою личную программу, а программу коммунистической партии, и, возможно, это стало причиной. Я тоже не сталинист и не сторонник Сталина, я не считаю, что за ним были какие-то заслуги в великом развитии страны. Вряд ли это так, как и у нынешнего руководства их нет совершенно. Но на данном этапе я не вижу среди кандидатов в руководители равных по потенциалу Грудинину. Возможно, где-то в России кто-то запрятался, в чём я сомневаюсь. Возможно, вообще уже других нету, кроме тех, кто выдвинулся. Это сильные личности, и среди них Грудинин блистает. Он хорошо выступает, он хорошо говорит. А почему говорит хорошо? Потому что тот, кто ясно мыслит, товарищи, тот ясно и скажет. А ясно скажет тот, кто знает, как надо делать. А ясно знает тот, кто делает. И Грудинин – человек, который делает. Это не болтун, не рассказчик фантастических историй. Он построил фантастику в России. Где невозможно вести даже предпринимательство какое-то.

Яковенко: Спасибо. Пётр Сергеевич, три минуты для вашего ответа.

Филиппов: У меня никогда не вызывали уважения люди, которые стремительно меняют свои взгляды ради продвижения по службе или поддержки со стороны руководства. Грудинин до 2010-го года был в «Единой России», был доверенным лицом Путина. Потом, когда «Единая Россия» отказалась поддерживать его кандидатуру на пост главы Ленинского района, он вышел из партии и вступил в КПРФ, капиталист в компартии. Для того чтобы в стране был порядок, чтобы она развивалась, ею должны руководить люди по психологии похожие на героя Горького Данко. Он шёл с людьми, и когда стало очень темно в ущелье, он вырвал из груди сердце, и это сердце освещало им дорогу. Люди самоотверженные и должны быть во главе власти. Но мы не научились отбирать этих людей, мы не умеет это делать. Маленький рисуночек. Туристический автобус с русскими туристами въезжает в небольшой немецкий городок в западной Германии в пятницу вечером. Двухэтажный дом, освещены окна, люди что-то там спорят. Экскурсовода спрашивают: «А что они там делают?» А он отвечает: «Это отделение социал-демократической партии. Они по пятницам встречаются и обсуждают проблемы города и то, как власть эти проблемы решает. Контролируют, как власть тратит деньги». Какова была реакция русских, сидящих в автобусе? «Во идиоты, делать им нечего!»

Пока мы будем, извините, идиотами, которые не в состоянии сформировать нормальные партии, у нас будет нынешняя ситуация. Партии – это не что иное, как фильтр, который отсеивает толковых и умных людей. Когда человек хорошо работает в партии, обсуждает проблемы страны вместе со своими коллегами, сразу видно, кто умный, кто дурак, кого можно поставить в депутаты, кого нельзя. Поэтому интеллектуальный уровень конгрессов и парламентов в развитых странах гораздо выше, чем в России.

Яковенко: Спасибо. Итак, первый раунд закончился, и объявляется раунд «политзачёт». Пётр Сергеевич, переверните, пожалуйста, загадочную бумажку перед вами. Кто-то, может быть, не знает, что Пётр Сергеевич — это тот человек, по лекалам которого проводилась российская приватизация, он был председателем подкомитета по приватизации в Верховном совете РСФСР. Господин Ж., лидер ЛДПР, мечтал повесить на берёзах Гайдара и Чубайса. Он ошибся, надо было, конечно, выбрать целью Петра Сергеевича Филиппова, он был идеологом процесса. Итак, Пётр Сергеевич, вопрос к вам. В 96 году был популярен Зюганов, и сегодня достаточно серьёзные позиции занимает «левая» идея в лице Грудинина. Не чувствуете ли вы, что здесь есть ваша ответственность? Не получилось создать эффективную экономику, значительные массы народ стали жить беднее.

Филиппов: Прежде всего, почему нужна приватизация. Мировым опытом доказано, что государственные предприятия всегда проигрывают частным. Почему? В русском языке есть пословица «без хозяина дом – сирота». Без хозяина предприятие – тоже сирота. Государственное предприятие – ничьё предприятие. Менеджер этого предприятия занимается тем, что ищет способ, как больше украсть. Мы все знаем это про строительство космодрома «Восточный» и по множеству других примеров. Государственные предприятия, сплошь и рядом – кормушки для вороватых чиновников, а частные находятся под контролем акционеров и владельцев контрольных пакетов. Поэтому приватизация была нужна.

Но что интересно. Ни в одной из бывших республик СССР она не одобрена народом, за исключением республик Прибалтики. Но почему так получилось? Когда хирург оперирует пациента, то успех операции зависит не только от мастерства хирурга, но и от воли к жизни пациента. В нашем случае воли к построению нормальной рыночной экономики, построенной на частной собственности, у пациента, нашего народа, было очень мало. Кто руководил государственными предприятиями при СССР? Это были вчерашние инструктора райкома партии, их так и присылали. Что они умели? Только одно: выходить из-под давления министерства. Для этого занижались материальные и трудовые ресурсы, возили взятки министерским чиновникам. Было такое движение «декабристов», когда все директора со всего Советского Союза в последнем месяце года ехали пересматривать план, потому что выполнить они его не могли, а так как им его урезали, они становились передовиками производства.

И эти люди захотели приватизировать предприятия. Они приходили на акционерные собрания, посвящённые приватизации. Но они хотели их себе для того, чтобы продать на металлолом, что и получилось. В том округе, от которого я был избран, большинство предприятий отдано под склады.

Яковенко: Время, увы, я вынужден регулировать или мы не успеем. Итак, Василий Александрович, всё-таки прямая цитата из Грудинина, сказанная в 2011 году, до того, как он мог хотя бы заподозрить, что пойдёт кандидатом в президенты: «Фамилия Иванов — хорошо. Загорулько — хорошо. Лукашенко — ладно. Арутюнян — подумайте». То есть выбирать клиентов по национальности. У нас в стране около 200 народностей. Как президентом страны будет человек, который делит людей таким образом?

Мельниченко: Я так скажу – а когда в России было по-другому? Когда у нас не делили по национальности. Какой президент этого не делал?

Яковенко: Вы задаёте вопрос ведущему – я отвечаю. У нас в стране 74 года советской власти официально была интернациональная политика.

Мельниченко: Официально была, неофициально всё же землячество было. Я прошёл армию, я побывал в зоне, как настоящий русский мужик. Я всё это видел и знаю. Особой интернациональной дружбы никогда в России не было, так что чему тут удивляться. А второе – почему не подумать, как всё-таки должно обустраиваться хозяйство? Почему не думать, как нанять себе лучших работников туда, куда требуются? Это же выбор частный. Я частник, я имею право выбирать, кого поставить, а кого нет. Не обязательно по национальному признаку, но мало ли что. Есть же некая приверженность. Кто-то может работать слесарями и трактористами, а кто-то может только торговать. Возможно, в «Совхозе имени Ленина» торговцев не надо.

Яковенко: То есть вы согласны с тем, что человек, который делит людей по национальности, был президентом?

Мельниченко: Ну почему по национальности, по приверженности какой-то специальности и так далее.

Яковенко: Спасибо, вполне исчерпывающий ответ. Пётр Сергеевич, к вам вопрос. Коммунизм или коммунистическая идеология была во многих странах, и вот в постсоциалистических странах после того, как к власти пришли либералы-реформаторы, им на смену пришли «левые», и никакой катастрофы вроде бы не случилось. Почему в 96 году воспринималось как катастрофА приход Зюганова, а вот сейчас так против прихода к власти «левого» Грудинина?

Филиппов: Понимаете, «левые», «левым» рознь. Большевики были левыми, но они отправляли в лагеря людей, убивали или переселяли в Сибирь миллионы. Они творили расправы без суда. А есть шведские «левые», социал-демократы, которые отказались от национализации предприятий. Они решили, что резать курицу, несущую золотые яйца, неэффективно. Зато организовали так работу предприятий, что профсоюзы участвуют в их управлении и ищут способы улучшить производительность труда и повысить качество продукции, чтобы фирма «победила» конкурентов. Посмотрите на наших «левых» и на тех «левых», которые были в Восточной Европе, например, в Чехословакии. Вы понимаете: наши «левые» и тогда, и сейчас вполне могут привести к сталинскому террору, а те «левые» этого не сделали и не сделают.

Я предлагаю посмотреть на Зюганова и Грудинина. По своим выступлениям это отъявленные сталинисты, поклонники тирана и убийцы. Зачем они нам такие нужны?

Яковенко: Спасибо. Василий Александрович, второй вопрос, хотя он тоже уже звучал, в отношении последовательности вашего кандидата в президенты. До 2010 года «Единая Россия», после этого был эпизод, когда эта партия не поддержала Грудинина на должность главы Ленинского района. Я подчёркиваю, что не утверждаю, что по этой причине, но после этого он вышел из «Единой России» и стал баллотироваться от КПРФ.

Мельниченко: Он не член КПРФ, это партия его выдвинула.

Яковенко: А завтра он может и новые взгляды выскажет.

Мельниченко: Абсолютно верно. Он как кандидат в президенты был выдвинут Коммунистической партией, членом которой он не был. Но другой такой силы и не было, чтобы можно было выдвинуть равного ему человека. Какая-то иная партия была бы значительно слабее. И тут он поступил правильно, выдвинувшись именно от этой партии.

Что касается «левых» или «правых» взглядов, то в России нет ни «левых», ни «правых». Я хочу всем напомнить, что в России есть только коммунисты, только одни «белые», а другие «красные». И никогда они не были ни «левыми», ни «правыми». Кого бы вы сегодня ни взяли, даже тех, кто себя считает либералом, то это тоже все коммунисты. Возьмите, посмотрите их биографию. Поэтому говорить, что у Грудинина или у Путина есть коммунистическое прошлое – у всех коммунистическое прошлое, кроме того поколения, которое к этому отношения не имеет. Вот если бы из этого поколения выдвинулись люди, то можно было бы говорить о том, что у нас есть какие-то другие взгляды. Но пока нет других взглядов ни у кого, кто выходит: ни у Явлинского, ни у Грудинина, ни у Зюганова, ни у Путина. Взгляды только коммунистические, у всех.

Яковенко: Спасибо. Пётр Сергеевич, третий вопрос. Сегодня в России партии последователей ваших идей, такие как «СПС», «ПАРНАС» в какой-то степени, имеют очень невысокий уровень популярности. С чем вы это связываете? Это действительно продолжатели ваших идей. Почему так получается, с вашей точки зрения?

Филиппов: Прежде чем ответить на ваш вопрос, я скажу, что в России всё-таки есть «левые» и «правые», и не важно, были ли они вынуждены быть членами КПСС, потому что без этого порой просто не принимали на работу. «Левые» — те, кто отстаивает «отнять и разделить», лозунг первобытного общества. «Правые» — это те, кто считает, что без частной собственности, свободы и неотъемлемых прав человека построить эффективную экономику невозможно. И мировой опыт это доказывает.

Другое дело, что государство, избранное народом, всегда должно действовать так, чтобы люди, владеющими капиталами, не слишком жировали за счёт своих работников. Просто пример: за несколько лет в Китае, благодаря деятельности руководства страны, заработная плата китайских рабочих вырастала по 20% в год. Китайцы сейчас получают зарплату больше, чем в России, китайцы с Дальнего Востока бегут обратно в Китай. Россия им теперь не интересна. В России ничего подобного не сделано. Когда мы говорим о «правых», мы понимаем, что они могут быть разными, и правильная политика рождается в ходе свободной дискуссии. Нужна политическая конкуренция, которая позволяет в ходе свободной дискуссии выбрать правильный путь развития для страны.

Если же говорить про нашу ситуацию, про ситуацию с нашим народом, то дело в том, что мы с вами родом из служилого государства. Где не только крестьяне, но и помещики получали свои поместья «по месту». Они целиком и полностью зависели от воли верховного владыки. И поэтому в нашей стране у кого сила, у того власть и собственность. И большинство людей это понимают. Если у вас 70% населения живёт за счёт бюджета, то эти люди будут выполнять функции «голосовальщиков» на выборах. Вспомните, сколько у нас было подтасовок в течение избирательных кампаний, но только одна женщина в Петербурге выступила с разоблачением, и тут же была уволена. А вы хотите, чтобы люди шли работать в такие партии, как «ПАРНАС» и «Союз правых сил»? Да они дрожат, у них нет смелости. Наши люди трусят, они терпилы, они терпят, будут жить в нищете и не будут возникать никогда. Зачем же им партии, которые возникают?

Яковенко: Спасибо. Василий Александрович, последний вопрос, хотя вы на него частично отвечали, я хочу уточнить. Всё-таки никто под дулом пистолета не заставлял Грудинина говорить, что Сталин был лучшим руководителем. А он говорит про репрессии, что «время было такое», то есть поддерживает всё, что было связано со сталинским временем. Это исторический факт. И то, что он выдвигался как кандидат от КПРФ, не заставляет его говорить об этом. Вопрос: насколько сегодня сталинские методы руководства страной востребованы?

Мельниченко: Моя позиция такова. Многие, в том числе даже некоторые мои друзья, сегодня хотят Сталина. Народ кричит внутри, что «надо Сталина», потому что не вмоготу. Приватизация, которая была проведена, уже признана всеми, как преступная, самые честные частники стали частными ворами. Все частные банки, которые мы видим, тоже воры и жулики, единственная задача которых – вывод денег за рубеж. Кого бы ни проверял Центробанк – все частные банки оказываются ворами. То есть частная собственность тоже честно не работает. Оказывается, что она тоже вся воровская.

А у Грудинина, как мне кажется, есть здравый смысл. Возможно, он использует это для того, чтобы привлечь как можно более широкий электорат. Но в его хозяйстве никаких сталинских методов не присутствует. В его посёлке, где он работает очень тесно с местным самоуправлением, это местное самоуправление самое настоящее. В пику всей России, где такого не бывает, там частное предприятие работает вместе с поселковым советом на благо людей. У нас и местного самоуправления нету. А для нас, для жителей России это очень важно: иметь местное самоуправление.

Да, частная собственность должна быть, эффективная и нормальная. Да, предпринимательство должно быть. Но да, надо, кстати, отменить итоги приватизации, которая произошла. Потому что оказалось, что в руках воров и жуликов находится вся собственность в России, как же это случилось?

Яковенко: Я должен сделать одно замечание. Когда вы говорите, что приватизация преступна, то это всё-таки не общепризнанная вещь, потому что не было суда.

Мельниченко: Но народ-то это признаёт.

Яковенко: Народ много что признаёт. Надо разбираться, какой народ, кто признаёт, а кто нет. Но вы утверждаете, что собственность оказалась в руках и жуликов, а 42% акций «Совхоза имени Ленина» находятся в руках Грудинина. Следовательно, Грудинин – тоже вор и жулик. Что с этим будем делать?

Мельниченко: Следуя моей логике, получается так. Я знаю ситуацию, как в совхозах получалось. Многие люди продавали на сторону свои паи и акции в хозяйствах. И многие люди брали на себя роль тех, кто не допускал сторонних людей, не позволяя им забрать это. И они были вынуждены каким-то образом выплачивать и выкручиваться. Я против того, чтобы такое было, но такое есть, и повсеместно. Где были руководители сильные, они постарались так сделать. Но, к сожалению, я имею в виду не только совхозы. Я говорю о том же самом «Норникеле», об алюминиевых заводах, об электростанциях, которые вдруг стали частной собственностью. Это что было, кроме как не хищение всей собственности. В совхозах паи, их продавали, а там-то как?

Яковенко: Спасибо. Раунд закончен, и мы преступаем к завершающей части под названием «Ближний бой». Это свободный обмен мнениями, но убедительная просьба: не лекции, а короткие ясные тезисы. Пётр Сергеевич, пожалуйста.

Филиппов: Если мы хотим иметь нормальное государство, нормальную жизнь, нам нужно верховенство закона. Нам нужно, чтобы закон и право были обязательны для всех. Мало кто знает, что любой гражданин Соединённых Штатов Америки может выступать в роли прокурора. У нас это невозможно. Любой гражданин Соединённых Штатов Америки может подать гражданский иск в защиту общественных интересов. У нас это невозможно. Нам надо менять общество. А Грудинин зовёт нас назад. Он зовёт нас к сталинизму. А дело в том, что у большинства наших людей, как говорят учёные, патерналистское мировоззрение. То есть наши люди надеются на «доброго царя», который придёт, все исправит и всё станет хорошо, а им делать ничего не нужно.

Это проявляется во всём, даже когда вы пытаетесь собрать людей на собрание в ТСЖ, приходят три-четыре человека, остальным наплевать. Мы такой народ. И если мы как народ не изменим свои взгляды, не вылечим свои мозги и не начнём жить так, как живут люди в Европе, то мы будем пребывать в нищете. Сколько получает квалифицированный немецкий рабочий? 4000 долларов, 200 000 рублей. А сколько получает где-нибудь в Калуге наш квалифицированный рабочий? 15-20 тысяч. Вот разница в жизни россиян и европейцев, и это связно, в первую очередь, с менталитетом. И никакой Сталин, призываемый Грудининым, ничего не исправит. Исправляться надо самим. Нам нужна политическая конкуренция, партии, свобода слова, прежде всего на телевидение, нам нужна свобода, и тогда мы будем жить лучше.

Яковенко: Спасибо. Василий Александрович, ваша реплика.

Мельниченко: Я бы сказал так. Всю вторую часть того, что сказал Пётр Сергеевич, я абсолютно поддерживаю. Нам нужна политическая сила, нам нужны объединения, по-настоящему народные, это должна быть власть рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции, это само собой. И очень нужен независимый суд, без него мы ничего не построим. Но, скажите, если не за Грудинина, то за кого тогда голосовать? Ведь у нас был 18 лет Брежнев, и при нём действительно были успехи. Мы стали лучше жить, я это помню, мы привычно оделись. И, кстати, при Владимире Владимировиче Путине мы тоже стали, как говорили, «лучше одеваться», лучше кушать, появилось больше дорогих машин. Но вы помните, как последние годы плевали люди в телевизор, когда появлялся Брежнев. Люди устали от него, хотели перемен. Наверное, и сегодня настало такое время, когда хочется перемен.

Конечно, очень жаль, что дебатирует наше поколение, поколение советских людей, а не нынешнее поколение, молодёжь, которая сказала бы своё веское слово, как должна быть обустроена Россия уже для них. Нам-то чего, мы свою Россию уже видели и свою Родину видели, Советский Союз, от которой отказались почему-то. Нам ли теперь решать судьбу дальнейшую?

То, что сказал Пётр Сергеевич, что надо сделать демократическое государство, чтобы была зарплата. А кто сказал, что у граждан России, таких как Шувалов, Ротенберг, Миллер, кто сказал, что у них маленькая зарплата? Очень приличная, по 3, по 5 миллионов в день. Значит, есть возможность зарабатывать прилично, берите пример с них! Никто в рабочие не хочет у нас идти, потому что зарплаты уже не будет никогда. А Грудинин может повернуть Россию на очень правильный путь, на путь созидания. От неопределённости и бессмыслия надо перейти, наконец, к осмысленному созиданию, строить и делать нормальную страну, осваивать великолепнейшее пространство России. И мы бы это смогли, но ещё немного, и мы этого не сможем сделать.

Яковенко: Пётр Сергеевич, ваша реплика в ответ.

Филиппов: То, что для перемен в стране нужен толковый лидер, показывает опыт и Сингапура, и Южной Кореи, и Тайваня и многих стран, которые выпрыгнули из отсталости и стали настоящими развитыми странами с высоким уровнем доходов населения. А это главное. Но не верю я в то, что сталинист Грудинин принесёт счастье нашему народу сталинскими методами. Это должен быть человек, похожий на Ли Куан Ю или на нынешнего руководителя Китая, который умудрился поднять за 4 года заработную плату своих граждан на 100%. Вот такие нам нужны. Грудинин на эту роль не тянет.

Яковенко: Василий Александрович, что вы можете возразить.

Мельниченко: Я прямо не знаю, Грудинину хоть узкие глаза теперь делай, чтобы стать похожим на Ли Куаня или кого там. Конечно, нет. У нас есть возможность делать. Есть генеральный план социально-экономического развития России, «пятилетка» укоренения народа на земле. Мы это сделаем, и Павел Николаевич тоже будет в этом участвовать, и уже будет неважно, выиграл он выборы или нет. Он уже состоялся перед самими выборами, так как мы перед самими выборами видим, что у нас есть люди, знающие и умеющие. Сделаем всё, как надо, всё получится, в мае месяце увидите, всё пойдёт по заданному пути.

Яковенко: В завершение я хочу задать вам по одному вопросу, немного в разном ракурсе. Василий Александрович, скажите, пожалуйста: почему ваш кандидат, Грудинин, так неубедительно отвечает на вопросы о своей собственност? То одно, то другое, приводятся данные. Я не хочу утверждать, что он обманывает, но есть достаточно серьёзные данные, свидетельствующие в пользу того, что он, по меньшей мере, не точен относительно своей зарубежной собственности: счетов, золота, имущества.

Мельниченко: Мне сложно, конечно, это надо Павлу Николаевичу задавать вопрос. Мне кажется, что он вполне нормально говорит, что нет у него этих счетов. Они были, потому что «Совхоз» работает с Германией и другими странами, они покупают там оборудование, семена, технологии, я действительно это знаю. Это правильно, а как иначе? В этом отношении счета были, и он это не отрицает. Но говорит, что закрыл все счета, значит, будем верить, почему бы не верить человеку, который так говорит.

Яковенко: Пётр Сергеевич, тот же вопрос, только немножко в другом ракурсе. Скажите, пожалуйста, совершенно очевидно, что государственное телевидение целенаправленно работает на то, чтобы снизить результата Грудинина. Нет ни одного кандидата в президенты, по отношению к которому так целенаправленно, настойчиво и убедительно приводятся всё новые и новые факты. То нашлась вторая жена, то ещё что-то. Может, действительно Грудинин представляет какую-то опасность нынешнему режиму?

Филиппов: Если люди в чём-то соревнуются, в чём-то специализируются, то они естественно стараются друг друга ущемить и подвинуть, особенно если есть для этого возможность. Если мы посмотрим на официальную пропаганду по телевидению, то видим, что она и сама по себе носит просталинский характер. А тут Грудинин вылезает, можно сказать, с той же программой. Так зачем он нам нужен? Давайте задвинем его в уголок. Если у каких-то стариков и старушек появилось жажда Сталина, пусть она работает на Путина, а не на Грудинина.

Яковенко: То есть Грудинин как идеологический конкурент?

Мельниченко: Совершенно верно. Поэтому он не нужен.

Яковенко: Мне осталось задать вам по одному вопросу. Мы прекрасно понимаем, что то, что происходит сейчас, – это никакие не выборы. Это похоже на выборы в чём-то.

Мельниченко: Даже не похоже.

Яковенко: Там есть бюллетени, кабинки, кандидаты, какие-то дебаты. Но это не выборы. Понятно, что 19 числа фамилия президента будет такой же, какая сейчас. Скажите, пожалуйста, какова будет политическая судьба Грудинина после 19 марта?

Мельниченко: Великолепная. Это будет движение вперёд. Если Павел Николаевич возьмёт хотя бы 27%, а он легко это сделает, мы недавно были в Уфе, и там его поддерживает более 40%, как и в некоторых других регионах, то у него будет нормальная политическая карьера. И даже нынешний наш политический руководитель, Владимир Владимирович Путин, должен понимать, что запрос на социальную справедливость созрел так, что дальше его отодвигать уже нельзя никак.

Филиппов: Я не могу связывать слова «социальная справедливость» с фамилией Грудинин хотя бы из-за его политической позиции как сталиниста. Я думаю, что нас может не миновать трагедия народа. Я напомню, что, когда Гитлер приходил к власти, во многих городах, где даже не было агитаторов, за него отдавали голоса 83-85%. И таким образом немцы влезли в нацизм, в страшную войну и, в конце концов, проиграли. Я не исключаю, что наш народ сочтёт возможным опять опираться на людей типа Сталина. И тогда нас ждёт поражение в ядерной войне, а возможно — гибель человечества. Во всяком случае, наш президент – за войну, он размахивает ядерным чемоданчиком. И Грудинин будет заниматься тем же самым.

Яковенко: Есть ли короткая, по 30 секунд, реплика?

Мельниченко: Знаете. Мы добьёмся и нормально решим судьбу нашей страны и наших людей. Только перестаньте быть просто населением. Мы – народ, это мы скажем, как должно быть, и никого больше не слушайте.

Филиппов: У нас был период в начале века, когда по темпам экономического развития мы превосходили США. У нас были многие партии, Конституция, было подотчётное правительство. Это было до захвата власти большевиками. Я бы очень хотел, чтобы эта воля нашего народа повторилась, и мы стали развитой страной. Ведь обидно. Когда-то Финляндия была частью Российской Империи, а как теперь живут финны, а как живём мы.

Мельниченко: А остались бы они у нас, жили бы плохо, как в Карелии. Россия всегда поступала плохо со своими людьми, всегда. И причём тут большевики?

Филиппов: Большевики показали, как легко истреблять миллионы с ними не согласных!

Мельниченко: А разве цари этим не занимались, или князья? Всегда руководители у нас жили за счёт своего народа. Гнобили до последнего, поэтому слово – за самим народом, он должен сказать.

Яковенко: Мы завершили наши дебаты, симпатии большей части нашей аудитории оказались на стороне Василия Александровича Мельниченко. Но что касается итогов, то, как проголосуют граждане России, или, скорее, как посчитают, мы увидим 19 числа. На этом дебаты завершаются.

Просмотр ролика на YouTube

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:30

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32258
18 МАРТА 2018

Александр Подрабинек — журналист и диссидент, Леонид Гозман — политик и публицист, Роман Попков — журналист, бывший глава Московского отделения ныне запрещенной НБП, и Александр Рыклин — редактор "Ежедневного журнала" — эти разные, но имеющие жесткую позицию люди обсудили предварительные итоги «выборов» и дали свои прогнозы результатов. Ведущий, как всегда, Игорь Яковенко.
(Полная расшифрофка дебатов и видеоролик, видео, размещенное на Youtube, здесь.)
2BYYwWVT_zU&feature
https://www.youtube.com/watch?v=2BYYwWVT_zU&feature=youtu.be
Игорь Яковенко: Добрый вечер, дорогие друзья, мы начинаем дебаты № 8 на «ЕЖе. Сегодня в студии у нас большая компания. Это Александр Рыклин, Александр Подрабинек, Леонид Гозман и Роман Попков. Тема сегодняшнего разговора — предварительные итоги выборов и «парад прогнозов». Мы начинаем первый раунд, «презентация позиций». Каждый из участников расскажет, что, с его точки зрения, было интересным и важным на этом мероприятии, которое правильнее называть не «выборами», «референдумом доверия» одному человеку. Я предлагаю начать с вас, Александр Рыклин.

Рыклин: Добрый вечер, друзья. На самом деле мне кажется, что такой тяжёлой, даже гнетущей общественной атмосферы, в которой проходила эта избирательная кампания, я не припомню за всю свою жизнь. Тому есть ряд причин. Во-первых, она начиналась в одной стране, а закончилась уже в совершенно другой. Потому что всё, что произошло за эти месяцы, свидетельствует, прежде всего, о том, что в течение этого времени российская государственность планомерно разрушалось. И к нынешнему моменту можно говорить о том, что она фактически руинирована.

Мы стали свидетелями беспрецедентной по своей бессовестности и оголтелости имперской истерии. Причём она пролилась не только на граждан России, призванных участвовать в мероприятии, которые выборами, разумеется, назвать нормальные люди не могут, но и на весь мир. Я уж не знаю, случайно ли совпал по времени чудовищный скандал с покушением на жизнь бывшего полковника ГРУ с этой предвыборной кампанией или так было запланировано заранее. Потому что многие сейчас говорят, что конфронтация с Западом, дальнейшая и бесповоротная, была в условиях задачи и входила в планы нынешних кремлёвских властителей.

В этом смысле у людей, которые наблюдали за всем со стороны, не участвуя в самой кампании, сложилось чудовищное впечатление. Люди находятся в раздрае, растерянности. И если большинство нормальных людей поначалу было в состоянии апатии, то теперь их состояние можно описать скорее как отчаяние. Моё время кончается, но я думаю, что мы ещё об этом поговорим.

Яковенко: Спасибо. Три минуты Александра Подрабинека.

Подрабинек: Мне кажется, что ничего существенного к этим выборам не произошло. Не случилось ничего, чего не было бы раньше. Мы с господином Путиным 18 лет катимся всей страной по ледяной горке вниз. Скорость всё время увеличивается. Нам всё время кажется, что мы дошли до предела, но никто не знает, насколько эта ледяная горка длинная в действительности и когда у неё будет конец.

Единственное, что отличает эти выборы — то, что в значительной части общества созрело понимание, что нас дурачат, что это шоу, «иллюзион», участвовать в котором не имеет смысла. Потому что результат заранее определён, всем понятно, как он будет достигнут, и больше половины людей на выборы не придёт. Не придёт отчасти из чувства протеста против манипуляции, а отчасти потому, что людям не свойственно делать бесполезные поступки. Зачем вставать и идти на выборы, если это всё заранее обречено на провал. 15 лет потребовалось нашему обществу, чтобы понять: его дурачат, всё это «лохотрон», и если пытаться добиться чего-то другого, то это надо заведомо делать не через такие выборы, которые предлагает господин Путин.

Яковенко: Леонид Яковлевич, пожалуйста, ваше время.

Гозман: Хочу рассказать анекдот, который характеризует нашу ситуацию. Помните отличие пессимиста от оптимиста? Пессимист говорит, что хуже некуда, а оптимист говорит, что можно, ещё как. Вот за эти несколько месяцев мы убедились в правоте оптимиста: казалось, что хуже уже некуда, а оказалось, что можно.

Если говорить о кампании, то мне кажется, что надо обратить внимание на несколько моментов. Во-первых, власть впервые испугалась. Истерическая борьба за явку говорит об определённой неуверенности. Точно так же, как о неуверенности говорит перенос плебисцита на дату аннексии Крыма. Выборы должны были быть на неделю раньше, а их перенесли, и это показатель определённой панки. Паники не в том смысле, что они сомневаются в первом месте, но в чём-то другом они сомневаются достаточно сильно.

Кроме того, на этих выборах обращает на себя внимание фантастический милитаризм. Он говорит не только об установках первого лица и его команды, что видно по тому, как Владимир Владимирович оживился, перейдя в ходе послания Федеральному собранию от скучной информации о жизни обычных людей к весёлым и интересным историям о том, как мы раздолбаем Флориду. Дело не только в этом. Думаю, люди, планировавшие кампанию, справедливо решили, что милитаристская и ксенофобная составляющие политики — ключевые для поддержки властей. Их поддерживают ровно за это, и именно это презентуют населению сегодня.

Ещё одна особенность кампании состоит в её стратегическом характере. Они явно всё делают не на 18 марта, про него всё давно решено. То, что они делают, рассчитано на действия после 18 марта, которые очень интересны. Мне кажется, что они всерьёз впервые озаботились оппозицией. Они использовали эту кампанию для того, чтобы сделать фейковую партию. Думаю, что теперь будет фейковая партия КПРФ, которую отдадут Грудинину в надежде, что она способна остановить формирование реальной «левой» оппозиции, на которую есть запрос. И, естественно, будет либеральная партия, связанная с именем Ксении Анатольевны Собчак. Они думают далеко вперёд, и у них серьёзные планы на период после 18 марта.

Яковенко: Спасибо, Леонид. Роман?

Попков: Смотрите, за время с 2000 года, или даже с 96-го, мы видели разные балаганы разной степени отвратительности. Но нынешний превзошёл намного то, что было до этого. Чем он был лично для меня так омерзителен? Тем, что довольно цинично издевались над самой процедурой свободной дискуссии между кандидатами. То, во что её превратили под руководством блистательного и очень счастливого в этой роли Соловьёва, это полный кошмар и ад. Люди, плескающие водой, кроющие друг друга матом, трясущие кулаками. Нации демонстрировали: вот такая у нас демократия, вот такая у нас политическая культура. Это одно из главных явлений нынешней кампании.

Если говорить о кандидатах, то там был один важный момент, который демонстрирует страх и неуверенность системы: очень интересная история с Грудининым. Есть разные версии того, почему он появился в бюллетене. Есть теория, что Зюганов сам, чувствуя нарастающую ветхость, не захотел участвовать, боясь третьего места после Жириновского и не желая на такой ноте заканчивать карьеру. Есть версия, что в АП поднимали явку.Может быть, это были встречные инициативы. Но, так или иначе, Грудинин появился, и власть в его лице чего-то испугалась.

Потому что шквал пропагандистского ада, который был на него обрушен, не снился Алексею Навальному. Открываешь в Интернете самые популярные молодёжные сайты вроде Рутрекера, где скачивают фильмы, — всё увешано баннерами про Грудинина, его любовниц, дворцы, совхоз, выселенных женщин. То есть были предприняты серьёзные усилия.

Думаю, что этот страх не рациональный, просто они на каком-то этапе решили, что голосование за него может приобрести волнообразный протестный характер. Кроме того, Кремль очень боится людей, которые могут перетянуть на себя над-идеологическое голосование, людей, которые по тем или иным параметрам устраивают и либеральную часть общества, и «левую», от социал-демократов до обычных коммунистов, и национал-патриотическую. Я говорю сейчас не о Грудинине как физическом лице, а о том образе, который он имел на старте кампании. И власти перепугались, за чем последовало неадекватное реальной угрозе «мочилово», которое в высшей степени интересно.

Яковенко: Спасибо. Сейчас я хотел бы, чтобы мы продолжили дискуссию уже с более короткими репликами.

Рыклин: Прежде всего давайте вспомним, зачем Кириенко взяли на работу. Его позвали в АП, потому что Путину в какой-то момент стало важно, чтобы эти выборы были похоже на выборы. Это единственное, зачем нужен Кириенко: чтобы было похоже на выборы, чтобы были дебаты, дискуссии, интриги. Отсюда, разумеется, появился Грудинин, отсюда появилась Собчак. Проблема нынешних выборов — это не низкое голосование за Путина, ровно наоборот.

Мы же понимаем, что на сегодняшний день реальная явка будет процентов 50, а может и 45. Из них Путин набирает 85% голосов. Это совершенно диктаторские результаты, и это не устраивает Кириенко. Ему нужно понизить результат, но заставить губернаторов «опускать» Путина невозможно, нет такого инструмента, они этого не понимают.

Подрабинек: Думаю, это абсолютно фейковые выборы. И им абсолютно всё равно, какие партии будут в них участвовать, им важно создать картинку. Вот картинка того, что они мочат Грудинина. Это же атрибут нормальных выборов, нормальной предвыборной борьбы! Один кандидат достаёт компромат на другого, они дерутся в эфире, плескаются водой, плачут и уходят со слезами. Это всё создаёт эффект того, что происходит что-то настоящее!

Рыклин: Грудинин плакал?

Подрабинек: Грудинин пока нет, Собчак плакала. Всё это создаёт ощущение того, что выборы действительно есть. А Путину нужна, безусловно, только явка, потому что явка даёт ему легитимность в глазах мирового сообщества. Встречаясь с западными лидерами, как он надеется, он сможет сказать: меня избрало большинство народа, я законный президент, извольте с этим считаться.

Гозман: Думаю, что то, насколько им важна явка и результаты, говорит о больших планах на последующий период. Путин должен будет либо назначить преемника, который будет уже «не лабрадором, а настоящим», на два срока минимум, либо менять Конституцию и политическую систему так, чтобы остаться настолько, насколько Господь даст. Стать либо товарищем Си, либо аятоллой Хаменеи, в общем, кем-то таким. Для этого нужна массированная народная поддержка, которая станет обоснованием того, зачем это делается.

А ещё в этих выборах меня поразила позиция оппозиционно настроенных граждан слева и справа. Люди готовы верить словам. Достаточно озвучить правильные слова, и люди готовы им верить. Из тех, кто сегодня участвует в этом цирке, есть Жириновский, который всегда несёт одну и ту же ахинею, ему и его избирателям важна стилистика. И есть Явлинский, который говорит более-менее то, что он говорил всегда, хочешь верь, хочешь нет. А остальные кандидаты появились только что, и нет никаких доказательств того, что они будут защищать свои идеи. Но людям это не важно, а важно то, что было сказано.

Попков: На самом деле с точки зрения будущего России важно то, как активная часть общества эти выборы переживает. Меня радует то, что далеко не все находятся в глубочайшей депрессии и посыпают голову пеплом. Довольно удачно и энергично Навальный мотивирует людей идти на выборы наблюдателями и фиксировать явку. Я надеюсь, что каким-то образом ядро протестных активистов отработает эти выборы, между ними окрепнут связи, и это момент позитивный. Но, к сожалению, сил не хватает. Мы представляем себе огромное количество районных центров в Брянской и Тамбовской областях, где не будет никакого наблюдения. Мы знаем эти «электоральные султанаты», и, к несчастью, эти белые пятна дадут колоссальную явку и атмосферу плебисцита.

Яковенко: У нас закончился первый раунд, и я хочу попросить всех участников перевернуть листочки бумаги, и мы перейдём к «параду прогнозов». Без всякого тайминга, короткий вопрос и короткий ответ. Есть ли в бюллетене для голосования человек, которого вы хотели бы видеть президентом России?

Рыклин: Нет.

Подрабинек: Нет.

Гозман: Нет.

Попков: Даже близко похожего нет.

Яковенко: Второй вопрос: что вы будете делать 18 числа? Тут есть варианты: примите участие в голосовании, пойдёте на акцию протеста, пойдёте наблюдать, будете бойкотировать или испортите бюллетень.

Рыклин: Буду бойкотировать, потому что я не слышал, чтобы были какие-то акции протеста.

Яковенко: Я об этом слышал, но ничего конкретного тоже не знаю.

Подрабинек: Я несколько раз призывал граждан России выйти 18 марта на улицы и устроить «белое кольцо» в Москве, каким-то образом выразить свой протест, не «сидя на диване», как нас упрекают сторонники выборов, а выйти и сказать. Думаю, что присоединюсь к некоторому количеству людей, которые планируют выйти в полдень на Пушкинскую площадь.

Рыклин: Это я тоже пойду. Я просто не готов это называть акцией протеста.

Подрабинек: Протест может быть и личным. Посмотрим, сколько будет народу.

Гозман: Я долго колебался между позициями «бойкотировать» или «испортить бюллетень». В последние несколько дней я всё-таки решил, что не буду участвовать в голосовании. Но я хочу как можно ближе к восьми вечера пойти на свой участок и убедиться в том, что мой бюллетень не использован кем-то другим. И если будут акции протеста, я, разумеется, приму в них участие.

Попков: На выборы я не иду. Вместе с тем мы в «МБХ-медия» организуем трансляцию, будем работать с наблюдателями, отслеживать все конфликтные ситуации и бить во все имеющиеся у нас колокола. День будет тяжёлый, фальсификации будут огромные.

Яковенко: Это уже профессиональная позиция, а вы лично в выборах участвовать не будете.

Попков: Нет, конечно.

Яковенко: Третий вопрос. Что не так делала российская оппозиция в прошлом, и какие действия сегодня могут повлиять на ситуацию в стране? На вопрос одна минута, пожалуйста.

Рыклин: Хочу сказать, что то, о чём я говорил в начале, о чудовищной общественной атмосфере, связано с российской оппозицией в том числе. Она за все эти годы не смогла выработать не просто единого подхода к проблеме, а хотя бы консолидироваться в частных простых вопросах, например, о стратегии поведения на этих выборах. Тут тоже нет единой позиции среди лидеров оппозиции! Это странно и это удручает.

Если говорить о будущем, то Леонид Яковлевич уже затронул тему фейковых партий. Есть две стратегии реагирования на развал российской государственности. Когда все институты из папье-маше, они похожи на настоящие, но проблема в том, что они быстро рассыпаются. И есть стратегия это руинирование ускорить, а есть стратегия его остановить, замазать щели. Задача фейковых партий, возникающих сразу с с декларированием участия в Думских выборах в 2021 году, — ровно такое «замазывание». И понятно, почему Кремль на это пошёл: все их институты начинают рассыпаться в пыль и прах. Создание новых фейковых партийных структур является попыткой цементировать это политическое пространство.

Подрабинек: Мне кажется, что либеральная российская оппозиция себя проявила трусливо и нерешительно. Даже в тот момент, когда она пользовалась поддержкой гражданского общества, в 2011 и 2012 году, она не смогла реализовать свои преимущества. Она довольствовалась тем, что получила возможность участвовать в политическом процессе, и не была нацелена на результат, на изменение системы. Им хотелось участвовать, переговариваться с Путиным. Лидеры оппозиции спорили о том, кто будет переговариваться с ним, кто сядет за круглый стол. И то, что они не хотели реальных изменений, а хотели красоваться на трибунах, говорить пламенные речи и срывать аплодисменты собравшейся толпы, привело к тому, что мы сегодня оппозиции практически не имеем.

Поэтому говорить о том, что оппозиция сегодня должна делать, бессмысленно, дееспособной оппозиции сегодня нет. Может, появится какая-то новая.

Гозман: Если коротенько — то это минут на 45. Но если попробовать рассказать за минуту, то мне кажется вот что. Одна из трагических, фундаментальных ошибок оппозиции и того, что от неё требуется изменить сейчас, это согласие на ложь. Система стоит на лжи, ложь в её основе: Земля плоская и стоит на трёх китах, «русский мир» пользуется авторитетом, нас-там-нет и так далее. И многие лидеры оппозиции видели свою задачу в том, чтобы заменить эту злобную и агрессивную ложь другой, хорошей и конструктивной, которая приведёт нас непосредственно в парадиз. Но лжи должна противостоять правда, а нравственный релятивизм оппозиции привёл к той катастрофе, которую мы имеем сейчас.

Попков: По поводу печального пути нашей оппозиции ещё будут целые книги написаны, и много, но есть два самых трагических момента. Первый — развал коалиция «Другая Россия» в 2007-2008 годах из-за склочности, глупости и маниакальной зависти друг к другу тогдашних оппозиционных лидеров. И второе — это довольно печальные события 2011-го и 2012-го. Все мы знаем, что тогда было сделано не так.

Что делать дальше? На самом деле, необходимо с нуля, постепенно, начать собирать над-идеологическую оппозицию. Только этого Кремль боится, именно поэтому он фанатично не переносил коалицию «Другая Россия». Союз идеологически разных сил за освобождение нашей родины придётся вот так, с нуля, создавать.

Яковенко: А сейчас мы переходим непосредственно к «параду прогнозов». Четвёртый вопрос: цифры?

Рыклин: Думаю, явку они объявят примерно 67%, а за Путина объявят 69%. За Грудинина процентов 13, за Жириновского 9, за Собчак 3. И за Явлинского — 1,5.

Яковенко: Очень важна цифра испорченных бюллетеней.

Рыклин: Думаю, процентов 6.

Подрабинек: Думаю, явка объявлена будет 60-65%. А Путину объявят 70-75. Испорченных бюллетеней поставят процента 2-3. Но про остальных я ничего не могу сказать, мне даже думать про них лень.

Яковенко: Это позиция очень выгодная, но понижает симпатии аудитории, так как все ждут прогноза.

Гозман: Думаю, что явка будет объявлена где-то в районе 65-70. Путину они напишут 65-70, вряд ли больше 70, они понимают, что это не очень серьёзно, но вряд ли меньше 65. Грудинин где-то 10-15, Жириновский 8-12, он должен быть меньше Грудинина. Собчак и Явлинский — важная пара для дела. Думаю, что Собчак будет 3-4%, Явлинский 1,5-2. Для них важно, чтобы Собчак взяла больше, чем Явлинский, пусть и немножко. Я, кстати, думаю, что Собчак реально возьмёт больше, чем Явлинский, потому что все её действия на определённую часть либерального электората вполне работали. И поездка в Чечню, и плеснуть водой Жирику, и слёзы, всё это было скорее в плюс, чем в минус, вне зависимости от того, что было домашней заготовкой. Бабурин, Сурайкин, Титов — где-то ниже плинтуса. Просто будут люди, которые хотели поставить в одну часть галочку, но ошиблись и поставили Титову. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов самого Титова и Сурайкина, их жён и детей. Испорченных бюллетеней будет 5-6%, не больше.

Попков: Явка 66-67, вряд ли они рискнут больше. Путин будет где-то в районе 69, может даже 70, чтобы было не слишком сильно меньше, чем у Медведева на выборах 2008 года, абсолютно жутких, кстати говоря, по атмосфере. Грудинин — тут интересно, насколько эффективным было его шельмование, и очень тяжело прогнозировать, но думаю, что от 7 до 10. Жириновский, для которого это последняя глава его биографии, получит около 5, не больше. Думаю, что Собчак нарисуют процента 3, Явлинскому тоже где-то так, хотя символически могут меньше, тут важен именно символизм. Испорченных будет достаточно много, 7-10 процентов. Бабурин, Сурайкин, Титов — такие фигуры, которые трудно оценивать. Бабурин, думаю, где-нибудь в районе 2%, у него богатый патриотический бэкграунд.

Яковенко: Спасибо. Мы переходим к заключительному этапу наших дебатов — свободного обмены мнениями. Пожалуйста, Александр Рыклин, что вы можете сказать о последствиях, которые эта избирательная кампания будет иметь для судеб страны?

Рыклин: Тут Саша (Подрабинек) говорил, что Путину очень важно, чтобы эти выборы напоминали настоящие, потому что его волнует общественное мнение за рубежом. Мне это не очень понятно. Сегодня министр иностранных дел Великобритании напрямую обвинил Путина в покушении на Скрипаля. Так и сказал: мы считаем, что Путин убил! И какие тут выборы?! Ему с английской королевой чай больше не пить никогда в жизни. И всей этой возни вокруг легитимации режима я не понимаю.

У них другая проблема, у них всё рушится. Вот это фейковое, что они тут настроили, с институтами из картона, начало рушиться. Это было какое-то время похоже на настоящее, но теперь рушится, и они не понимают, что с этим делать. А оппозиции нужно начать рассказывать людям про будущее. Сесть и выработать общую повестку, чего ждать завтра, как это будет выглядеть после того, как всё рухнет, как будет выглядеть переходный период, что будет происходить, что будет с Конституцией, с институтами, со страной. Вот о чём нужно говорить. Такая оппозиция будет людям интересна, они будут это слушать.

Подрабинек: Думаю, что эти выборы для Путина ничего не решают. На заводе, проходя через проходную, ты опускаешь в турникет карточку и получаешь отметку о том, что пришёл, и можешь дальше работать или не работать. 18 марта Путин «вставит карточку» всем нам и пойдёт дальше исполнять свои обязанности. Это заурядная процедура, которая повторяется уже не первый раз, уже с десяток выборов так выглядело.

Но есть проблема последнего срока. Она заключается в том, что он от этой власти оторваться не может, на нём столько всего весит, начиная с взрывов домов и заканчивая бомбёжками в Сирии, что просто так от правосудия ему не отвертеться. И у него будет два пути. Либо провести конституционную реформу и превратить президентскую республику в парламентскую. Где премьер-министра будет назначать хорошо управляемый парламент. И сидеть там бесконечное количество раз, как в Германии, где Ангела Меркель пошла в четвёртый раз на должность канцлера. Но это маловероятно. А другой сценарий — ввести чрезвычайное положение в стране к 24-му году, воспользоваться 56-й статьёй Конституции России, отменить большинство конституционных норм. Выборы во время чрезвычайного положения не проводятся.

А поводом для этого будет война. Либо приграничная война с Украиной, Белоруссией и Казахстаном, либо полноценное противостояние с Западом. Я совершенно этого не исключаю, потому что нам это кажется странным, излишним, но у них другая логика и точка отсчёта. Они вполне могут решиться на любую войну, включая ядерную. Но у меня оптимистический прогноз в отношении России. У нас будет ухудшаться всё постепенно, и это даёт нам шанс на то, что мы сможем консолидировать свои силы, если в Росси найдутся такие люди, которые спросят, а куда мы катимся и что будет через 6 лет. Если ситуацию удастся изменить, то, может быть, у нас есть шанс на выживание.

Рыклин: Тут тысячу лет всё постепенно ухудшается.

Яковенко: Если взять ситуацию тысячу лет назад и сейчас, то думаю, что некоторые положительные изменения произошли. Леонид Яковлевич, ваш прогноз?

Гозман: Мне кажется, что после 18 марта этого года в стране будут очень серьёзные изменения. Тут совпадают две вещи. Первая — то, что это последний срок, и за оставшиеся две тысячи дней надо что-то изменить в стране или отдавать власть. А с этим совпадает ещё более важный фактор: понимание начальством неэффективности системы и формальных институтов, несоответствие этих институтов их собственным представлениям. Ну, не работает всё это. На фига эта Дума, которая занимается ерундой, а депутатам нужно платить зарплату, несмотря ни на что? Зачем эти разговоры про «независимые суды»? Про «независимую прессу»?

Поддерживать эти конструкции «из папье-маше», как сказал Саша, стоит определённых усилий, но ясно, что они работают не так. Различия между реальной системой и декларируемой становятся совсем уже нетерпимыми, с их собственной точки зрения. И поэтому они будут эту систему менять. И не мягко в парламентскую республику, чтобы Путин мог переизбираться.

Рыклин: Монархия, монархия!

Гозман: Монархия, конечно, слишком радикально, но я думаю, что они будут менять в сторону Ирана. Аятолла Хаменеи — духовный лидер, который стоит над президентом, а дальше делайте, что хотите, избирайте, кого хотите. Это должно быть закреплено в Конституции, и так далее. И тут я согласен с Сашей Рыклином, что нашему вождю на общественное мнение Запада уже плевать, они его признают в любом случае, так же, как признают Ким Чен Ына. Они же признают его, куда денешься: он управляет Северной Кореей, а Владимир Путин управляет Россией. Ракеты из шахт поползут не потому, что кто-то из нас это скажут, а потому что он это скажет.

Подрабинек: Зачем «Ким Чен Ын» проводит тогда выборы?

Гозман: Потому что он ещё не совсем оформил эту систему. Моя гипотеза в том, что он их потому и проводит, чтобы сказать своему народу: посмотрите, какой результат, а альтернативы нет. Как Наполеон сказал в своё время людям: что мы дурака валяем с этими консулами, давайте сделаем Империю! И сделал, даже сделал монеты «французская республика, император Наполеон».

Рыклин: Потом в авторитарных конструкциях выборы — это, прежде всего, демонстрация поддержки.

Подрабинек: Значит, демонстрация ему всё-таки важна? Зачем?

Рыклин: Он сам себя подпитывает. Демонстрация важна и совсем диктаторам, даже если он станет «аятоллой» по должности, ему нужно будет собирать какие-то митинги, где люди будут испытывать оргазм при виде него.

Попков: Товарищ Путин, совершенно точно, президент войны. Он вошёл во вкус и видит себя только в качестве президента войны, реванша и ненависти. Он и дальше будет наращивать брутализацию отношений с окружающим миром, и мы так и будем идти от одной военной авантюры к другой. Какие они будут — совершенно невозможно предсказывать. Это может быть что-то в Эстонии или в Северном Казахстане, в Ливии или в Судане. Везде найдётся, где приложить усилия.

Дело даже не в том, что он так уж сильно ненавидит Америку, у него другая психология. Он хочет быть членом мирового «клуба господ», или «решал», как это понимает. У него же гэбистско-бандисткая психология. Он считает, что его не уважают, против него плетут заговоры, нужно брутализировать внешнюю политику, и тогда его зауважают и пустят за стол.

Другое дело, как быть стране, которая стремительно беднеет. Мы доедаем последний резервный фонд, денег на огненные шары из его мультфильмов уже не хватает. И дальше будет хватать всё меньше. В этом смысле мы, конечно, очень бедная страна с большими президентскими амбициями, которая будет беднеть всё сильнее, будет нарастать социальная депрессия. Но я считаю, что наше общество в целом растёт, я с надеждой смотрю на нашу молодёжь, это совсем другая цивилизация, чем вы или я. Московская молодёжь от брянской уже не отличается, это единая система этики, эстетики, чего угодно. И я не думаю, что она позволит так собой помыкать, устраивая тут военный коммунизм. Я ожидаю очень серьёзных вызовов для Кремля со стороны омолаживающейся нации.

Другое дело, что с этими ребятами нужно как-то уметь разговаривать, конструируя новую оппозицию. Наша либеральная или «лево-патриотическая» тусовка говорить с ними не умеет, Навальный пытается с переменным успехом. И вот эту молодёжь поднять и структурировать — огромная задача в условиях обеднения страны и отсутствия перспектив на фоне победных реляций про «Армату».

Яковенко: Буквально по одной завершающей фразе.

Рыклин: Думаю, что если мы всё-таки говорим про оппозицию, то ответственная оппозиция должна каким-то образом сесть за общий стол. Ничего другого нам не остается. И эта оппозиция должна объяснить людям, каким образом будет меняться жизнь в нашей стране. Нужно понимать, что в следующий раз перемены произойдут не на выборах, власть на выборах не сменится. Любой человек, которого волнует ситуация в России, должен это отчётливо осознавать. К сожалению, власть в России сменится на улице.

Подрабинек: Думаю, вопрос не в том, что кто-то чего-то не понимает или не может договориться. Совершенно не обязательно садиться за общий стол и в очередной раз обсуждать, кто, с кем, как и по какой программе. Мы утонули в словах и словоблудии, обсуждение для нас является самым важным делом. Мы умеем говорить, и это всё, что мы умеем делать. Между тем, народ не дурнее нас и понимает, что происходит со страной, не хуже нас. Их не надо воспитывать, их не надо мобилизовывать, им надо дать альтернативу политического поведения. И если оппозиция наберётся смелости прекратить разговаривать и начать что-то делать, организовывать людей, предложить им путь политического сопротивления, гражданского неповиновения или какой-то другой, то, может быть, люди за такой оппозицией пойдут.

Гозман: Я не хочу никого призывать из оппозиции или якобы оппозиции к тем или иным действиям. Призывай, не призывай — всё равно никто не послушает. Есть другой аспект. Мы уже попали в очень тяжёлые времена, и дальше будет ещё тяжелее. И будущее нашей страны во многом зависит не от тех, кто называется лидерами оппозиции, а от нормальных мыслящих людей. Смогут или не смогут те, кто не подпал под действие пропаганды, сохранить чувство собственного достоинства? При принятии решений о том, как поступить и что сказать, надо думать не только и не столько о политических последствиях этого шага, как с выборами сейчас, сколько о сохранении чувства собственного достоинства. О том, чтобы продолжать чувствовать себя человеком. Если мы не впадём в ощущение собственной ничтожности перед лицом этого монстра, то этот монстр рано или поздно, тем или иным путём — скорее всего через улицу — сдуется. Если людей с чувством собственного достоинства будет много, то страна выживет, если мало — то погибнет.

Попков: Я думаю, что история будет милостива к России, нашей неповторимой и прекрасной Родине. Важно этот шанс не упустить. Не нужно ходить с вискарём в мэрию, не нужно договариваться с упырями, людоедами и шакалами о компромиссных вариантах, как всё поскорее разрулить на улице. Не нужно надеяться, что нам подсунут очередного Горбачева и он сделает нам Перестройку. Нужно в решающий момент иметь историческую ответственность, как прекрасный и, на мой взгляд, братский нам народ Украины. На этой ноте я бы и закончил. Главное — чтобы не повторился бессмысленный кошмар зимы 2011 года.

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:32

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32263
19 МАРТА 2018

Ирина Гордон

Александр Подрабинек — журналист и диссидент, Леонид Гозман — политик и публицист, Роман Попков — журналист, бывший глава Московского отделения ныне запрещенной НБП, и Александр Рыклин — редактор "Ежедневного журнала" — обсуждают итоги голосования и основные параметры нового политического сезона.

Просмотр ролика на YouTube
TOn1QXiDJZI&feature
https://www.youtube.com/watch?v=TOn1QXiDJZI&feature=youtu.be

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:34

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9351
11 АВГУСТА 2009 г.
Александр Котляров
Процесс: день 151-й - день 157-й. Эта неделя процесса не слишком отличалась от предыдущих. Прокуроры, ничуть не стесняясь очевидными нестыковками, представляли документы, которые они хотели бы выдать за доказательства. При этом участникам процесса по-прежнему остается только догадываться, что доказывает тот или иной зачитываемый документ. Судья с подкупающей откровенностью отметил, что не может заставить прокуроров объяснять, почему они представляют тот или иной документ. В то же время Ходорковский и Лебедев пытались объяснить, что нефть нельзя «украсть путем перевода на баланс». Дело в том, что физически существующую нефть невозможно похитить путем переписывания цифр в бухгалтерской отчетности. Вопрос в том, услышит ли судья эти аргументы…

Художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:35

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9353
11 АВГУСТА 2009 г.

Заявление Московской Хельсинкской группы

ingushetia.orgСообщения о гибели наших коллег становятся трагической обыденностью. Сегодня стало известно об убийстве похищенных накануне в Грозном активистов неправительственной организации «Спасем поколение» Заремы Садулаевой и ее мужа Умара Джабраилова. Они посвятили себя помощи жертвам необъявленной войны, в том числе пострадавшим от мин детям-инвалидам. Это убийство стало очередным подтверждением неспособности власти обеспечить элементарную безопасность своим гражданам и еще одним напоминанием о том, сколь дорогой бывает цена стремления к справедливости.

Мы квалифицируем произошедшее как внесудебную казнь.

Мы требуем прекращения террора, развязанного на Северном Кавказе против гражданских активистов и мирного населения. Обстоятельства участившихся в последнее время случаев похищений и убийств, их безнаказанность дают основания сказать, что федеральные и региональные власти проявляют преступную бездеятельность.

Мы призываем власти приложить усилия для прекращения террора, розыска и наказания преступников.

Со своей стороны мы заявляем, что мы не прекратим борьбу за достоинство и права человека в любой части страны, включая Северный Кавказ.

Рано или поздно убийцы гражданских активистов и их покровители понесут справедливое и законное возмездие.

Мы сделаем все возможное для этого.

11 августа 2009 г.

Людмила Алексеева, Председатель Московской Хельсинкской группы

Лев Пономарев, член Московской Хельсинкской группы, исполнительный директор ООД «За права человека»

священник Глеб Якунин, член Московской Хельсинкской группы, Общественный комитет в защиту свободы совести

заявление МХГ поддержали:

Юрий Самодуров, куратор выставочных проектов

Эрнст Черный, Общественный комитет защиты ученых

Любовь Башинова, журналист, правозащитник

Евгений Ихлов, журналист, правозащитник

Андрей Налётов, Комитет Антивоенных действий

"Ежедневный журнал"

23.03.2018, 20:36

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=9370
18 АВГУСТА 2009 г.

ПРОЦЕСС: день 158-й – день 164-й

Ключевым событием минувшей недели стало ходатайство обвинения о продлении срока содержания обвиняемых под стражей. Выдвинув традиционные и весьма абсурдные резоны своего ходатайства — возможность того, что Ходорковский и Лебедев могут оказать давление на свидетелей или устранить доказательства — прокуроры проговорились об одной из существенных причин нового дела. Лахтин заявил, что подсудимым, якобы, удалось скрыть часть принадлежавших им активов. Может быть, подлинным хозяевам печально известной «Байкалфинансгруп» показалось, что они украли недостаточно? Впрочем, не исключено, что прокуроры просто хотят сделать условия содержания обвиняемых максимально тяжелыми. Вот как прокомментировала ходатайство обвинителей в интервью «Ежедневному журналу» Елена Липцер, адвокат Платона Лебедева: «На наш взгляд, в ходатайстве обвинения о продлении на три месяца срока содержания Ходорковского и Лебедева под стражей есть подмена понятий, потому что они и так находятся под стражей по приговору суда. Когда прокуроры говорят о том, что Ходорковский и Лебедев могут каким-то образом оказать на кого-то давление или повлиять на какие-то доказательства или свидетелей — это просто цинизм. Прокуроры понимают, что люди, отбывающие наказание в колонии, ничего такого сделать не могут. С помощью этого продления срока содержания под стражей их могут держать в следственном изоляторе, то есть в совершенно не тех условиях, которые были им назначены по приговору суда — не в колонии общего режима, а фактически в тюрьме».

Художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ

"Ежедневный журнал"

18.04.2018, 04:30

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32319
1 АПРЕЛЯ 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32319//1522690400.jpg
В честной дискуссии сошлись: Сергей Бунтман, журналист, первый заместитель главного редактора «Эха Москвы»; Сергей Митрохин, политик, руководитель Московского отделения партии «Яблоко». Ведет Игорь Яковенко.

Яковенко: Сегодня мы поговорим о ситуации с господином Слуцким. В студии Сергей Сергеевич Митрохин, политик, руководитель московского отделения партии «Яблоко», и Сергей Александрович Бунтман, первый заместитель руководителя «Эха Москвы». Пожалуйста, Сергей Сергеевич, поскольку вы оппонент, вы противник идеи бойкота, о чём вы говорили на том же самом «Эхе Москва», объясните вашу позицию.

Митрохин: Спасибо за приглашение. Я вообще не настроен по этой теме на формат каких-то дебатов, тем более — с уважаемым мной Сергеем Бунтманом. Хотелось бы просто обсудить тему, раз мой материал на сайте «Эха Москвы» вызвал интерес. В нём я выразил сожаление, что теперь мы все, кто занимается политикой, общественной деятельностью, гражданскими проектами, блогеры и неравнодушные граждане, будем получать ещё меньше информации о тех законодательных инициативах, которые нам регулярно выдаёт тот самый «бешеный принтер», который так назвали не случайно. Теперь информации станет ещё меньше.

Для меня это особенно огорчительно потому, что у московского «Яблока» есть своя линия в политике. Раньше она была у федерального, сейчас в основном у московского: мы пытаемся не допускать принятия постоянных поправок, изменений и дополнений. Как правило, нам это не удаётся, но мы стремимся сделать максимум возможного. Мы не любим ходить на абстрактные мероприятия, например, «против коррупции», куда все собрались и шумят, а потом непонятно, что дальше. Мы привыкли ходить в те места, где принимаются решения, которые нам же потом по голове и ударят, и в тот момент, когда они там принимаются. Как правило, это происходит либо в Государственной думе, либо в Совете Федерации. И очень досадно бывает, когда мы упускаем подобные моменты.

Я могу привести пример. Так было в конце прошлого года, когда принимались поправки в Градостроительный кодекс России, отменившие публичные слушанья по градостроительным проектам. Это совершенно убойная вещь, ужасная для любого человека, которого затрагивает точечная застройка. Мы, к сожалению, узнали об этом очень поздно, успели провести акцию только у Администрации президента, и это было очень досадно. Но теперь таких случаев станет намного больше. Потому что будет ещё меньше информации публиковаться в независимых изданиях и радиостанциях вроде «Эха Москвы», РБК, «Ведомостей», где такая информация и появлялась. Когда заранее говорили, что вот Сидякин что-то собирается внести, или Яровая и так далее. И в этом смысле я являюсь противников бойкота. Я был противником бойкота на выборах, о чём я неоднократно говорил.

Бойкот — это отстранение от борьбы в любом случае. Вы выражаете свою позицию, но ценой отказа от борьбы. Если вы не участвуете в выборах, вы не можете бороться с их фальсификацией. Сидя в стороне, «на трибуне», этого делать невозможно. И то же самое здесь. Я считаю, что sexual harassment это крайне неприятная вещь, поведение Думы ужасно, поведение не только Слуцкого, но и остальных — отвратительно и мерзко. Но бороться с ними надо иными методами. Какими? Можно предлагать законодательные инициативы, и если все независимые СМИ объединятся в их поддержке, то у них будет большой шанс принятия, даже в наших условиях. Например, ввести уголовную ответственность, которая есть во многих странах, но отсутствует в России. Я, немного поиронизировав, в своём блоге предложил разрешить журналистам проходить с газовыми баллончиками и обучать их рукопашному бою. Понятно, что это ирония, так никогда не будет. Но надо немного по-другому бороться, и бойкот — это неправильно.

Яковенко: Спасибо, Сергей Сергеевич. Пожалуйста, Сергей Александрович.

Бунтман: Я хочу сказать вот что. Бойкот — не очень удачное слово. Бойкотом называется вот что. Во-первых, мы игнорируем Леонида Слуцкого как депутата. Он не существует как человек, ушёл с наших радаров. Комитет его может делать всё что угодно, он просто исчез с радаров. Члены комиссии по этике исчезли с радаров. Мы не цитируем их ни по каким поводам, не рассказываем, что они делают. Но это второстепенные вещи, а главное — мы не будем туда ходить. Всё, что узнаётся в Думе, можно узнать и массой других способов. Мы общаемся с депутатами, есть такие, кто вне зависимости от своей фракционной принадлежности занимается делом как может. И у некоторых из них открываются глаза на то, что происходит в России. Как у писателя Сергея Шаргунова, который перестал заниматься только тем, что касается Украины, и теперь пытается решать разные проблемы. Но мы не будем ходить в это здание.

Они сами, устами Володина, объявили своё здание борделем, шалманом, очень плохим злачным местом. Так что даже пивная напротив сказала, что они там отныне — нежелательные люди. Это было очень смешно и правильно. Их поведение должно подвергаться презрению и игнорированию. Ум может зайти за разум у человека, но самым интересным было то, что подчёркивала Екатерина Катрикадзе, это глумление, устный выпуск журнала «Казарма», которому они предавались во всех соцсетях и то, как они к этому отнеслись.

Володин сразу сказал, кто все журналисты и где они должны быть, и предложил менять профессию. Менять профессию им предлагал сначала Слуцкий, а теперь Володин, наглые люди. Это даже не приставание, я думаю, что каждый из здесь присутствующих когда-нибудь к кому-нибудь приставал, или к нему приставали. Но это не приставание. Это грубейший, бульдозерный шаг человека, который абсолютно не помнит, кто он, где он и кто перед ним. У меня сложилось ощущение, которое только укрепилось после выступления Пескова перед студентами Высшей школы экономики, что они совсем сошли с ума. Они представляют себе журналистов и, особенно, журналисток как персонажей порнографического фильма с пятью Х. Которые могут переодеваться официантками, горничными, медсёстрами, а могут — журналистками.

Так что Дума — абсолютно непристойное место, в которое нельзя посылать своих журналистов. И это я говорю как человек, который относится к администрации средства массовой информации. Туда нельзя посылать своих журналистов, они там находятся в опасности. А все замечательные законы и предложения Яровой, то, против чего Сергей Митрохин стоит часто физически грудью, мы всё равно будем знать.

Митрохин: Хорошо, если так.

Бунтман: Завершаем дискуссию?

Яковенко: Дискуссию мы продолжаем. Сергей Сергеевич, пожалуйста, ответное слово.

Митрохин: Сергей немного прояснил смысл этого бойкота. Он сказал то, что я не видел в заявлениях, которые были опубликованы в связи с бойкотом, возможно, я не все прочитал. Но вообще понятие «бойкот» подразумевает игнорирование полное, когда ни общение невозможно, ни звонки по телефону и так далее. Если речь идёт только об одном депутате Слуцком, то я готов с этим согласиться.

Бунтман: Не только. Это Володин, члены комиссии по этике, все, кто активно поддержал Слуцкого.

Митрохин: Но те, кто активно Слуцкого не поддержал, они же ничего не возражали, они тоже в этом замешаны. Они не выступили с гневными заявлениями, фракция «Справедливая Россия» ничего не сказала.

Бунтман: С одной стороны, это история моральная, но это — не «товарищеский суд». Встаньте в угол депутат такой-то, потому что вы ничего не сказали. Это мы просто запоминаем, как запоминаем все чудесные голосования по людоедским законам, закону о запрете на усыновление, который я принципиально не буду называть «законом Димы Яковлева», чтобы не вспоминать несчастного ребёнка в связи с этим бредовым законом. Мы это будем делать, мы помним всё, это наша обязанность. Потому что мне хочется у многих депутатов, да и не только у них, у многих людей вообще, взять подписку под бланком, где будет написано: «Я всё знал, я был полностью информирован». Чтобы потом не говорили, «я не знал», все же всё знают.

Митрохин: Я хочу с одним моментом всё-таки не согласиться. Что значит «опасное место»? У нас есть и горячие точки так называемые, где могут и убить. Где-то, всем понятно где, идёт война. И что, редакторы должны принять решение, что туда никаких журналистов не направляют? Это первое. А второе — есть личный выбор самого журналиста, его никто не заставляет, если он готов ехать в «горячую точку», готов к этому риску, готов работать и выполнять свою журналистскую работу, несмотря на существующие риски.

Тут риски другого рода, когда мы говорим о Госдуме в этой ситуации. И мне кажется, не совсем правильно давать такие указания человеку, который является самостоятельной личностью. Он либо готов, например, давать отпор в случае приставаний к нему или к ней. Или он не готов. Но это отдельный вопрос. Сергей сейчас привёл самый знаменитый случай, «закон Димы Яковлева», «пакет Яровой», это то, что у всех на слуху. Но я хочу подчеркнуть: на каждом заседании Государственной думы принимается какая-нибудь гадость. Возможно, в сфере, не интересной широкой публике, но это не значит, что они не могут её когда-нибудь затронуть с какой-то стороны.

Я привёл пример о публичных слушаниях, когда их отменили, и на них никто не обратил внимание. И мы поздно узнали. Но для того, чтобы отслеживать это, нужны специалисты в журналистки, понимающие, что такое законодательный процесс во всех его аспектах. Игорь Александрович прекрасно знает как экс-депутат. И для этого невозможно просто говорить по телефону с кем-то: надо туда ходить, надо отслеживать, мониторить, терпеть неприятные ситуации. Это не означает, что надо поддаваться хамству, мерзости, всей этой «володинщине» и «слуцковщине», сопротивляться всё равно надо.

Бунтман: Значит, война. Но на войне журналист носит голубую каску с надписью «Пресса», специальный жилет «Пресса». На автомобиле сверху написано «ТВ», и так далее. Есть целый свод правил, что делать, если журналист едет в опасное место. Когда он идёт в Думу, все знают, что он журналист, это во-первых. Во-вторых, он идёт туда, где заведомо нет опасности быть оскорблённым, оплёванным, подвергнуться угрозе насилия, в том числе и сексуального, этой опасности нет заведомо. Если мы объявляем это место опасным, значит, мы будем пускать в бронежилетах? Мы должны их специально экипировать? Чем? Я исключил все шутки по этому поводу, так что продолжать не буду.

Второе — готовность к риску. У нас был мощнейший думский корреспондент — Инесса Землер. Умный, образованнейший, обладающий невероятным терпением человек. После нескольких созывов ей начало становиться плохо. Никаких приставаний, во всяком случае объявленных, не было, но она самой атмосферы тамошней не выдерживала. Чем меньше там оставалось внятных и адекватных людей, тем тяжелее ей становилось, и она наконец сказала: больше не могу. У нас давно нет корреспондента в Думе, но, тем не менее, все гадости, о которых мы говорим, мы узнаём, и когда надо поднять шум, мы его поднимаем.

Яковенко: У меня просьба — переверните листочки перед вами, начинается второй период, который называется «политзачёт». Первый вопрос, Сергей Александрович, к вам. Вы уже упомянули, что Дмитрий Песков сравнил российских журналисток, ставших жертвами Слуцкого, с голливудскими актрисами, которых домогался Харви Вайнштейн, а тех, в свою очередь, назвал проститутками. Вполне очевидный аллегорический ряд, было прямо сказано, что эти журналистки — проститутки. Вы будете Пескову бойкот объявлять?

Бунтман: Не знаю, в понедельник решим. Это не Алексей Алексеевич Венедиктов слетает с небес и говорит: «Мы теперь делаем то-то и то-то», мы собираемся и обсуждаем, иногда очень жёстко.

Яковенко: И ваша позиция?

Бунтман: Я как с ним не общался, так и не буду. Мне не хочется с ним общаться. Я свой человеческий бойкот ему уже объявил. А что делает радиостанция и как она поступит, мы обсудим, когда все администраторы соберутся в понедельник.

Яковенко: Сергей Сергеевич, к вам первый вопрос. Он частично уже прозвучал. Вы видите вред от бойкота в том, что не сможете узнавать о новых опасных законопроектах, тем самым будете лишены возможности им противодействовать. Но очевидно, что центр законотворческой деятельности находится в Администрации президента и в правительстве, а депутаты в основном используют взаимоотношения с прессой для собственного пиара, скандальных заявлений и тщательно подсчитывают свои рейтинги в прессе, гордятся ими и отчитываются в Администрации президента. Может, лучше свести общение с ними к формату медийных запросов, чисто формализованно, по законотворческой деятельности?

Митрохин: Во-первых, если мы говорим об администрации, президенте и правительстве, я подозреваю, что там сидят люди не лучше, чем в Госдуме, об этом говорят заявления Пескова.

Яковенко: Это произошло после того, как президент публично сказал, что Песков несёт пургу, и тот решил это делать постоянно.

Митрохин: Во-вторых, администрация и правительство — это органы по самой своей природе гораздо более закрытые, чем Госдума, там есть своя ведомственная дисциплина, гораздо более жёсткая. Оттуда что-то достать очень тяжело. А в Госдуме с целью этого самого самопиара депутаты несут ахинею, но одновременно они могут проговариваться о том, что реально готовится, что было внесено. Там гораздо легче получать информацию, просто потому, что так устроены эти органы. А если мы будем делать просто официальные медийные запросы, то нам всегда будут поступать такие же тупые отписки, которые я получаю на 99% моих обращений к московским чиновникам. Если у вас нет контакта с людьми, которые знакомы с тем, что происходит внутри, то вы ограничиваете свои источники получения информации.

И последнее, что я хотел сказать, про «отвратительное место, похожее на бордель». Бывают репортажи журналистов и про бордели, про притоны. Это не повод запрещать туда ходить, чтобы делать из этого репортаж.

Бунтман: Они и называются бордели. И если мне нужно будет совершить репортаж из борделя, я пошлю туда человека, которого не будут принимать за проститутку. Конечно, если он не будет под прикрытием и специально обучен. Вообще бордель — это хорошая организация, которая, хотя бы, заявляет свои цели и честно выполняет свои задачи. А на Думе до сих пор написано «Государственная Дума РФ», висит герб, советский герб и флаг.

Яковенко: Мы немного отвлеклись. Сергей Александрович — вам второй вопрос. «Бешеный принтер» за последние годы произвел массу зла. Почему поводом для бойкота не стал «закон подлецов» или «закон Яровой»? Почему всё сошлось на Слуцком, есть же более страшные вещи, особенно сейчас, на фоне «Зимней вишни»?

Бунтман: Если вспомнить, как реагировали на эти законы, то это была борьба. Противостояние пагубному решению до, во время и после его принятия гигантской государственной машиной. Откуда выдвигаются эти инициативы? Есть предложения, которые приходят снизу, от депутатов, но потом они обретают чудовищные размеры, потом приходит «добрый президент Путин» и обрезает самую страшную часть этого решения, и все говорят: слава Богу, не четвертовать, а только повесить. Это борьба, которую надо вести, борьба с машиной.

А здесь речь идёт об абсолютно оскорбительном поведении. Вы знаете, какого порядка это поведение? Это из области «всё можно, и никто ничего не скажет». Сечин не приходит на суд по поводу Улюкаева, где он — центральная фигура. И ничего. По поводу Слуцкого у меня нет никаких оснований не доверять Кате Катрикадзе и остальным. И ничего, как с гуся вода. А потом выступает какая-то тётя и говорит: «Пусть одеваются скромнее». То есть обвинение бросают жертве! Это мерзко, это мерзейшее поведение! Наш бойкот — это акт не профессиональной или политической борьбы, которую партии настоящего демократического толка ведут с системой. Это акт брезгливости, гигиенический акт.

Яковенко: Мы выяснили уже, что это была ирония, но всё-таки вы говорите о законопроектах в сфере ношения средств самообороны для журналистов в Думу. Какими они должны быть?

Митрохин: Я хочу оттолкнуться от того, что Сергей сказал. Слово «борьба» ключевое. Не может быть такого повода, который позволял бы отказываться от борьбы, даже брезгливость не может стать поводом для отказа от борьбы. Но борьбы за что? Я считаю, и это ключевой момент, если речь идёт о Государственной думе. Бороться надо за законы. Нельзя отдавать законы этой своре, которая доминирует там сегодня на 100%. Да, это тяжело. Но есть оружие, особенно у журналистов, — это гласность. Разоблачение на ранних стадиях, когда инициатива совсем чудовищная.

Повесить, а не четвертовать — немного утрированный пример. Но я могу вспомнить закон о полномочиях ФСБ и какая была борьба, в которой участвовало и «Эхо Москвы», а «Яблоко» проводило пикеты. Всё-таки самые чудовищные вещи не прошли. У нас есть общая черта, и для власти, и для общества, и для какой-то части оппозиции — правовой нигилизм. У власти понятно, как он проявляется, а у оппозиции — как игнорирование законодательного процесса, я сейчас говорю не про «Эхо Москвы». Протестовать против законов, которые принимаются здесь и сейчас, приходит только московское «Яблоко», больше никто. Раньше приходила Людмила Алексеева, которая понимала, что потом этим законом тебя будут бить, будут тебя по нему сажать.

А в данном случае о чём идёт речь? Требовать принятия законов, элементарных. Что касается сексуальных домогательств, то давайте просто перепишем норму из американского закона. Мы же переписали про иностранных агентов! Давайте это же перепишем, и давайте за это бороться.

Яковенко: Вы это кому говорите? Я уже 20 лет не депутат Государственной думы. И вы не депутат. И Сергей Александрович не депутат. Это более широкий вопрос, чем то, что мы взяли на обсуждение. После того что произошло во время спецоперации 18 марта, после «Зимней Вишни», мы оказались в принципиально новой политической ситуации. В ситуации, когда нас не только нет в поле власти, — нас вообще не видят. И то, как ведут себя Слуцкий, Песков, Тулеев или Мизулина, показывает, что нас вообще не видят, нас нет. И какая должна быть наша позиция? Никакие наши с вами законопроекты, хорошие, разумные и правильные, не будут приняты не только потому, что их никто не будет утверждать, а потому, что их никто не будет рассматривать. И где у нас точка опоры?

Митрохин: Точка опоры — это общество. Власть уже давно нас всех в упор не видит. Я не думаю, что Кемерово принципиально что-то изменило, до этого были другие чудовищные вещи. Был «Норд-Ост», а в начале «Курск». Поэтому я не согласен, что произошли качественные изменения. Но гражданское общество и независимая пресса не должны ориентироваться на власть. Они должны ориентироваться на граждан, ради которых они ведут свою работу.

Яковенко: Исчерпывающий ответ. Я хотел бы только повесить в воздухе один вопрос. Когда у нас была дискуссия о результатах спецоперации 18 марта, один из участников, диссидент и правозащитник Александр Подрабинек, сказал, что «надо вырыть ров между властью и обществом». А у меня сложилось ощущение, что этот ров уже вырыт между нами и основной массой населения. Но сейчас я хотел задать вопрос вам, Сергей Александрович. Какова окончательная цель бойкота в ситуации, когда явно видно, что большинство СМИ его не поддержит?

Бунтман: Ну, 90 процентов, или заветные 86, никогда не поддерживают то, что мы делаем.

Яковенко: Я хочу по факту поправить: это не так. Я в своё время служил генеральным секретарём в Союзе журналистов России, и мы несколько раз организовывали такие акции, как выпуск общей газеты, если случалось что-то трагическое. И были времена, когда подавляющее большинство ведущих СМИ, в том числе государственных, поддерживали нашу акцию и ставили свой логотип. Это были «проклятые нулевые».

Бунтман: Я помню «проклятые нулевые», наследники «лихих девяностых», когда ещё, если помните, случилась бесланская трагедия и произошёл словно «прыжок Нижинского». Он был уже давно сумасшедший, но на секунду всё вспомнил. И ребята на останках НТВ продолжили свой прямой эфир. Это были остатки.

Яковенко: «Комсомолка» Володи Сунгоркина присоединялась, а никому не надо объяснять, кто это такой!

Бунтман: Я понимаю. Но сейчас ситуация гораздо хуже, настрой общества и сам по себе не очень хорош, да еще постоянно происходит «взаимное опыление» с властью. Власть что-то подхватывает, транслирует в общество, общество в свою очередь подхватывает, начинается истерика. Мы это знаем, что по Германии, что по Советскому Союзу. Я сейчас читаю «Известия» 37-го года, каждый день делаю по ним передачу — волосы дыбом встают, до чего всё знакомое. Мы к этому приближаемся и приближаемся.

Но что надо делать? Во-первых, надо стоять и не отпускать. Главная цель того, что условно назовём «бойкотом», это ещё и преследование. Не бегать, сыпать какашки и мазать зелёнкой, но постоянное, занудливое задавание вопросов по всем азимутам и всем направлениям. Каждый факт, происходящий с этими людьми по вопросам, относящимся к делу, должен стать публичным. Это игнорирование в том смысле, что мы игнорируем их всю остальную жизнь, их общение с принцем Монако. А именно про это — расскажите нам, расскажите нам. Это постоянное давление. Может быть, ни к чему не приводящее, но оно должно быть. Это не должно утонуть. Ни, увы, на фоне Кемерово, ни на фоне чудовищного «мусорного» дела, ни на фоне того, что надо всё-таки расследовать и понять позицию и роль России в деле Скрипаля. Это не должно утонуть.

Яковенко: Сергей Сергеевич, ваш завершающий вопрос. Вы внятно и членораздельно обозначили свои мотивы. А как же всё-таки должны были реагировать СМИ на это чудовищное унижение своих коллег и позицию, которую заняла большая часть Государственной думы?

Митрохин: Думаю, что журналисту даже не надо такой вопрос задавать. Он должен делать то, что он делает: освещать события, которые происходят, в том числе и с ним самим. Объективно, где это возможно, предавать их гласности и доносить до максимально большой аудитории, проводить расследования, есть ли иные случаи приставаний, и выводить всех на чистую воду. Это уже серьёзное орудие, которого может быть достаточно. Не надо «бросаться на амбразуры», проводить пикеты и так далее.

И второй момент — ещё раз повторю, что надо требовать изменения законодательства. Есть закон «О средствах массовой информации», он не защищает в надлежащей мере журналиста, не только с точки зрения домогательств, но и со многих других. Все это прекрасно знают, журналист беззащитен, сколько у нас было политических убийств. И я считаю, что любая категория, профессиональная, социальная, должна бороться за такие законы, которые её, в том числе, защищают. Это деятельность, направленная на создание правового государства. Что такое «правовое государство»? Это государство, где мои права, как и всех остальных граждан, защищают, и, если я к какой-то категории отношусь, я должен бороться за то, чтобы её права были гарантированы. К этому я и призвал в своём посте. Направить эту энергию не на бойкот, а на то, чтобы закон защищал журналиста как личность, обладающую всей полнотой человеческого достоинства. Потому что сейчас он не защищает. И просто уйти, сказав, что теперь мы будем брезгливо игнорировать, я считаю неправильным. Меня всё-таки Сергей не убедил.

Яковенко: Понятно. Сейчас у нас третий период, «Ближний бой», короткий обмен репликами по данной теме. Если можно чуть-чуть расширить в связи с последними событиями, то мне представляется, что «Зимняя вишня» всё-таки является определённым рубежом. Дно пробито. И как должны вести себя СМИ перед лицом власти, которая предстала немного в новом обличье. Такого уровня цинизма и подхалимажа до этого всё-таки не было. Новый рубеж единогласного голосования за нашего фюрера тоже несколько изменил власть. Как в такой ситуации вести себя СМИ и обществу?

Бунтман: СМИ и общество должны продолжать своё дело. Мы понимаем, какова глубина падения Амана Тулеева, я, правда, не знаю, откуда он падал, он же там вечный. Но это не удивляет. Надо заострять внимание на том, что происходит. Мы ещё во время трагедии «Курска» поняли всё о поведении Путина. Все этого никогда не поймут, и понимание «всех» — очень опасная вещь. Но что касается властей и их реакции, то эти мерзопакостные заявления о провокации, о том, что это всё какие-то «бузатёры», — это такое жалкое и ничтожное в этой трагедии поведение!

Однако мы должны всё досконально выяснять. Нам могут сказать всё что угодно, в катастрофах бывает масса панических заявлений, масса аберраций зрения. Мы все бывали свидетелями и знаем, как мы точно всё помним, а на самом деле чего-то не было, у нас совмещение событий. Особенно часто это бывает в состоянии шока. Разбираться!

Во-вторых, что я говорю украинским журналистам, да и нашим: журналисту надо убрать куда-то пафос и «благородный гнев». Кто бы ни был и что бы ни случилось, он обязан в первую очередь понять, как это произошло, сложить два и два, чтобы не вышло 5, если мне нравится, и 4, если не нравится.

Яковенко: Извините, что перебиваю, но против вас вся русская публицистика.

Бунтман: А я говорю о журналистике. Не бывает двух журналистик на свете. У меня была знакомая журналистка из Руанды, замечательная тётя, которая рассказывала, как во время резни в Руанде ей говорили на уровне президента страны: вы же понимаете, там «наши» и «не наши». А она шла, как полагается журналисту, и не важно, что это происходит — в Руанде, в России, в Восточном Тиморе или где угодно ещё!

Яковенко: Нам слушают люди, которые участвуют и не участвуют в журналистской работе. Но категорически отрицать пафос — невозможно. Все Пулитцеровские премии включают в себя пафос. Знаменитая триада «пафос, логос, этос» едина, и никуда от этого не деться. Я понимаю, о чём вы говорите, но кажется, что вы вместе с водой выплёскиваете и ребёнка.

Бунтман: Тот «благородный гнев», который застилает тебе глаза и уши, нужно убрать. Ты можешь сжиматься в комок, слушая свидетеля, можешь плакать, как наши информационщики написали в фейсбуке, а я помню наших девочек во время «Норд-Оста», как они приходят и рыдают. Комментатор может не сдерживаться! Но надо взять себя в кулак и сделать всё так, чтобы потом можно было сказать: вы меня нигде не подловите на том, что я выдумал что-то для красоты. Политики могут это делать, особенно политики трибуны! Я почему-то показываю на Сергея, хотя он так себя не ведёт.

Митрохин: Это называется «популизм».

Бунтман: Да. Но у нас другая профессия!

Яковенко: Политик без популизма невозможен, это академический учёный.

Митрохин: Смотря что считать популизмом…

Бунтман: Без яркости, без обострения…

Яковенко: Сергей Сергеевич, с вашей точки зрения, что делать политикам, обществу, журналистам.

Митрохин: Я совершенно согласен с мыслью Сергея, что надо убрать пафос из работы с фактами. Пафос не должен становиться критерием подбора фактов и вести к созданию тенденциозного образа, чем занимается официальная пропаганда. Это касается СМИ. А что касается политиков, то я бы сказал так: сейчас надо учиться работать с массовым зомбированным сознанием. Это не вина людей, хотя многие и начинают обвинять народ в том, что он у нас такой. Народ у нас десятилетиями подвергался специфической массированной обработке, изощрённой, основанной на последних достижениях науки манипуляции общественным мнением. Режиму удалось таким образом завладеть массовым сознанием.

Я имел возможность разъяснять, не в массовой аудитории, но в довольно крупной, и мне кажется, что это может быть успешно. Можно снимать эту «лапшу», показывать связь между голосованием на выборах и вашей дальнейшей жизнью, тем, что происходит с вами, происходит в Кемерове сейчас. Выстраивать эти цепочки. В этом ответственность.

Яковенко: Судя по результатам, пока не очень получается.

Митрохин: А я разве говорю, что получается?

Яковенко: Но получается всё хуже и хуже! Есть ли ощущение, что надо менять что-то в подходах, искать какие-то новые слова, формы?

Митрохин: Вы говорите, что всё хуже и хуже, но мне кажется, что есть предел у этого всего. Давайте посмотрим. За последние 5 лет к этому подключили уже и внешнюю политику, уже устраиваются специальные войны для того, чтобы удержать в народе психологию «осаждённой крепости». Думаю, что операция в Солсбери под выборы была направлена на то же. Но идёт исчерпание ресурса, уже непонятно, а что ещё? Атомную бомбу сбросить?..

Бунтман: Не надо подсказывать!

Митрохин: Да они уже давно это прорабатывают, насколько я анализирую события. Но тут уж извините, это война нервов. Надо выстоять, выдержать и продолжать работать, без всяких бойкотов.

Бунтман: Дело не в бойкотах. Я сейчас скажу ужасную вещь, но ничего не изменилось. Вся эта феерия была устроена для того, чтобы нам показалось, будто что-то изменилось, и мы начали говорить: как же теперь? Чтобы мы, как меньшевики с эсерами в кафе в Париже в 27-м году, стали хватать друг друга за грудки и говорить: вот вы были не правы, а вы не пошли! Этого не надо делать, потому что есть очень много вещей, которые делаются правильно. Например, выборы муниципальных депутатов — это была правильная акция. Что мы потеряли оттого, что Яшин, Азар и масса другого народа стали депутатами? Они, что ли, свою «девственную чистоту» потеряли? Ничего подобного. Когда Сергей стоит и защищает от точечной застройки или от какого-то мыльно-пильного завода посереди жилого квартала — это очень важно. Это конкретная вещь.

Отстояли детскую площадку во дворе дома, где мой отец жил — прекрасно! А есть «Архнадзор», есть люди, которые занимаются этом как энтузиасты, была несколько лет возможность участвовать в общественной комиссии по застройке. И этими разными путями надо строить, строить и строить. Это не исключает ни уличных протестов, ни гражданской ответственности, ни чёткого заявления своей позиции. Но надо строить, строить и строить, не говорить «вот, это такой народ». Это твои соседи по подъезду, будешь с ними здороваться — они будут с тобой здороваться, будешь заниматься своим двором — они начнут.

Это не «теория мелких дел», чтобы всё было благостно, пока власть действует. У меня один вопрос всегда ко всем: вы готовы к серьёзной и кровавой революции? Чтобы ничего не делать сейчас и позволять власти деградировать до того, чтобы это иначе как кровавым мятежом не закончилось?

Митрохин: Потом станет ещё хуже.

Бунтман: Ну конечно, после кровавого мятежа мы же первые, я, Митрохин, Рыклин, вон Яковенко, и будем висеть, в любом самом благородном мятеже. Если до этого доведут, то он будет необходим, но как его избежать? Вы готовы на это работать? Тогда будем работать! Вот и всё.

Яковенко: Сергей Сергеевич, последняя реплика.

Митрохин: Я с Сергеем в последней реплике абсолютно согласен, хотя она и была сказана с пафосом. Мы должны продолжать делать то, что журналист может и умеет. Должен развиваться, совершенствоваться, отвечать на те вызову, которые бросает окружающий мир.

Яковенко: Бойкот вообще исключаем из арсенала средств? Были случаи в других странах, где он сработал.

Митрохин: Я бы не хотел говорить, что абсолютно исключён при любых ситуациях. Но я считаю, что это крайнее средство, которое надо применять тогда, когда уже вообще ничего невозможно. Когда вообще ничего не можешь сделать. Я считаю, что такой момент ещё не наступил, и Сергей только что это подтвердил, когда сказал, что надо работать, надо продолжать борьбу. Пока есть возможность продолжать борьбу, нужно это делать на всех площадках, где возможно. Потому что жизнь и так ограничит их количество, не надо дополнительно это делать.

Бунтман: Бойкот не надо путать с бегством. С дезертирством. Мы не дезертируем от государственных дел, от их освещения. С пафосом, без пафоса, но главное — мы опирались на факты. Это моральный акт, акт презрения. Они любят, чтобы их любили даже те, кто с ними не согласен, чтобы их принимали в приличном обществе. Но мы хотим показать, что они непристойны. Это не «куклуксклановщина», когда каждый депутат заранее виновен и не нужен. Но это моральный акт. А никто удаляться под сень струй и не заниматься своей профессией не собирается.

"Ежедневный журнал"

18.04.2018, 04:53

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32343
Ляскин vs Дижур - дебаты на ЕЖе - 11
9 АПРЕЛЯ 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32343//1523250841.jpg
Почему люди, протестующие против мусорных свалок, реновации, варварских застроек и "реконструкций", всеми силами дистанцируются от политической оппозиции?
Об этом 6 апреля в 19.30 в студии Sota.Vision сетевое издание говорили Николай Дижур, депутат городского округа Чехов, и Nikolay Lyaskin, член команды Навального.
Ведел дебаты Игорь Яковенко.

Полная расшифровка дебатов:

Яковенко: Добрый день, друзья, мы начинаем одиннадцатые дебаты. У нас важная тема: политический и социальный протест, проблема объединения. В студии будут разговаривать, и я специально говорю «разговаривать», а не «дебатировать» два очень ярких представителя гражданского общества. Это член команды Навального Николай Ляскин и Николай Дижур, член трёх созывов Серпуховского района, депутат городского округа Чехов. Первый наш период – заявление позиций. Итак, Николай Дижур, почему у нас политический и социальный протест не объединяются и нужно ли это вообще?

Дижур: Моя позиция диаметрально противоположна вашей, потому что я социальный и политический протесты не разделяю. В силу того, что это органические процессы. Взять ситуацию с Волоколамском. Мы с вами наблюдали очень короткую эволюцию от первых деклараций о том, что нам не нужно политики и мы хотим решать только вопрос закрытия свалки. И когда власти на это не реагируют, тогда протестная среда обращается к политикам и ставит вопросы. Уже на последнем митинге первого апреля, куда меня устроители-организаторы пригласили официально, где я выступал как политик, каждое второе требование было: «Воробьёва в отставку», «Вюхирева в отставку». Это звучало рефреном на митинге. Разделять социальный и политический протест на этом митинге я вообще не стал бы, потому что там выступал Пётр Лазарев, глава городского поселения Волоколамск, политик, избранный глава, который очень ярко, доходчиво, простым народным языком сказал: «На меня оказывают давление, но я разрешал и буду разрешать митинги. В силу того, что именно здесь мы можем узнать консолидированное мнение населения».

Поэтому я никак не могу делить формы протестов. И как их можно делить? Я – профессиональный политик, 15 лет депутат. И я никогда не приезжаю и не выступаю на публичном мероприятии, на которое меня бы не пригласили. Так что ваш вопрос из серии, «почему протестные мероприятия отторгают чужеродных политиков, которые приезжают на эти мероприятия я целью попиариться?» Если ставить вопрос так, то я объясню. Прогоняют политиков, которые, паразитируя на протестной среде, хотят получить политические дивиденды. Фейковый слух о том, что Навальный был, но его прогнали – он, разумеется, фейковый. Но нужно понимать, что мы находимся в среде, где,. с одной стороны, неделимый протест, а, с другой стороны, есть те, к кому он направлен, и они тоже не сидят сложа руки.

Я.: Спасибо, Николай, у вас будте возможность ответить на вопрос, который вы сами себе задали. Я только хочу зафиксировать, что речь идёт о том, что существуют политические партии. Весь мир так устроен, что политикой занимаются партии. И лидеры политических партий на этих митингах не зафиксированы. Вы обозначили очень чёткую позицию, разделив политиков на «своих» и «чужих». Свои – представители местного самоуправления, а чужие – это, видимо…

Д.: Паразиты.

Я.: Вы подробно расскажете позже, у вас будет несколько минут на то, чтобы подробно объяснить, кто такие паразиты в политике. Но перед этой небольшой лекцией свою позицию изложит Николай Ляскин, член команды Навального.

Ляскин: Дорогие зрители, Николай, Игорь – всем привет. Хочу рассказать свою историю. Она такова: мы говорим «политический процесс», люди в политике, люди вне политики. Но все в политике! Реально – все в политике. Общественные активисты, общественные движения, экологи – реально они все в политике. Просто кто-то себе в этом признаётся, а кто-то – нет. Кто-то решил: «Да, мы способны заявлять о себе как о политической силе, и мы хотим влиять на депутатов, мэров, глав регионов. И мы можем себе это позволить, мы та сила, которая может заставить нас слушать». А кто-то говорит: «Нет, мы ещё не набрались той силы, мы пойдём просить, упрашивать, говорить, чтобы нас чуть-чуть заметили». Но любое общественное движение уже сильное. Люди сорганизовались – они уже сильнее, чем местные депутаты, потому что рядовые депутаты – это люди, которые рвут друг у друга кусок, они каждый за своё.

Я.: Рядом с вами сидит такой.

Л.: Рвёт, конечно, просто свой. А люди, которые сделали общественное движение – они работают вместе. Они знают, зачем они собрались. Они хотят закрыть свалку, хотят решить конкретную проблему, хотят, чтобы их дети дышали нормально. Здесь вот Николай Дижур, я знаю, что он перемещается по разным протестам, и мы к этому ещё вернёмся. Но если люди говорят, что «мы вне политики», это значит, что они не признали свою силу, они не решили для себя, что они готовы диктовать депутатам, которые от них зависят или Воробьёву, если мы говорим про Подмосковье. А он, наверное, единственная фигура, которая может повлиять на процессы с мусороперерабатывающими и мусоросжигающими предприятиями, свалками и полигонами. И от которого хоть что-то будет зависить. Но они не готовы говорить Воробьёву: «Эй, дорогой, у тебя выборы, и тебе надо слушать нас, тебе надо нас бояться. От нас зависит, кто ты будешь. Ты будешь обкиданный снежками или ты будешь человеком, с которым мы хотя бы попытаемся разговаривать». Так что, друзья, решать только вам, политики вы или нет. Если вы хоть что-то начали делать, то вы уже политики.

Я.: Спасибо. Николай Дижур, ваш ответ.

Д.: Категорически не согласен с Николаем. Категорически. История моя – это история роста из общественного движения, созданного в ответ на действия, направленные против большой группы лиц, пайщиков совхоза «Заволжский», когда нас лишили прав и мы объединились в общественное движение. А дальше, 18 сентября, на собрании пайщиков, где нас ограбили всех, мы восстали, объединились и стали заниматься политикой, пытаться оказывать влияние на тех, кто отобрал у нас паи. И понимая, что для того, чтобы эффективнее это делать, нам надо идти на выборы, мы так и поступили, в результате чего я стал депутатом. Причём я был зарегистрированным кандидатом в депутаты Государственной думы Российской Федерации, но товарищ Сурков сказал: «Вы либо уберёте этого жида из списка, либо я сниму весь список «Народной партии».

И когда уже было поздно что-либо делать по части того, чтобы кого-то снимать, ко мне обратились коллеги с просьбой, чтобы я написал об уходе сам. Поскольку под угрозой были все остальные, которые потом 19 мандатов получили, я снялся. Но в последней передаче «Свобода слова» 5 декабря 2003 года я принимал самое активное участие, потому что мне было не принципиально. Я стал депутатом своего поселения. И, став депутатом поселения 7 декабря 2003 года, я уже 24 января возбудил два уголовных дела в отношении главы Серпуховского район Евгения Головко и в отношении конкурсного управляющего. Таким образом, это естественные, неразрывные протесты.

И я могу привести пример, когда люди неразрывно решают эти вопросы. В Чеховском районе великолепные замечательные люди, патриоты своего края закрывали Кулаковский полигон 5 лет и не могли его закрыть. Они обратились ко мне как к профессиональному политику, чтобы я в их интересах выступил в суде от лица политической партии с иском о закрытии полигона. Что я и сделал, с этого началась история, почему я, из Серпуховского района, сегодня являюсь депутатом Чехова. Это были очень добрые, отзывчивые люди, которые все своё свободное время занимались тем, что пытались закрыть этот полигон. Но против них была «мусорная мафия» с конкретными именами и фамилиями, от которых оторопь берёт и волосы встают дыбом на моей голове. Но мы этот полигон закрыли за 56 дней, после того как я профессионально определил ту точку, с которой мы начали отсчёт, а это было нахождение в санитарной зоне полигона Кулаковской средней школы. Где 362 ребёнка находилось в газовой камере. И мы этот полигон закрыли. Вот так политики эффективно защищают интересы, и общественное благо становится возможным исключительно благодаря профессиональному подходу. В противном случае против нас будут «акулы политического бизнеса».

Я.: Спасибо. Николай Ляскин, ваша ответная реплика?

Л.: Мы можем сейчас очень долго разговаривать про то, у кого какие заслуги, кто закрыл полигон. Очень хорошо, что вы это сделали, прямо шикарно. Я вам скажу, что очень много полигонов было закрыто по Московской области. Но когда часть из них закрылась, мусор просто перераспределили на другие. И почему Волоколамск, Коломна так взорвались?!

Я.: Балашиху закрыли по приказу Путина!

Л.: Я расскажу очень коротко. Я живу так, что Некрасовка, Балашиха – это то, что меня окружает, ребятушки, с которыми мы хорошо работаем и общаемся. И я написал большой сюжет про эту свалку. Через три дня послание Путина: закрываем, всё закрыть. Местная власть закрыть закрыла, а два дня назад у меня были представители этих населённых пунктов в эфире. И они говорят, что хуже стало, потому что они закрыть закрыли, но что делать с этим – не знают, нормальную дегазацию и рекультивацию не проводят, денег не выделяют. Поэтому, к сожалению, надо признать, что ни федеральная власть, ни власть Московской области не понимает либо, что скорее, не хочет решать проблему со свалками нормально. Почему? Потому что они не чувствуют своей ответственности перед людьми.

Сидит Воробьёв и думает: «Кто надо мной? Надо мной – Путин, а не люди». И когда он только задумался, что что-то пошло не так? Когда приехал в Волоколамск в больницы, и мужики спросили: «Слушай, ты чего творишь-то?» До этого-то он общался только с руководством регионов, раздавал «по шапке» местным мэрам и говорил: «Что у вас такое, наведите порядок!» А тут к нему пришли люди и спросили: «Дружище, что это у нас происходит? Доколе наши дети будут страдать!» И Воробьёв понял, что ответить ему нечего. Перед Путиным он знает, что ответить, и мудрые слова сказать про дегазацию и рекультивацию, и главное планом прибить. А перед людьми – нет. И это и есть настоящая политика: когда люди пришли к ответственному человеку и спросили у него: «Либо мы тебе по шапке надаём, либо ты отвечай перед нами».

Я.: Спасибо. Я хотел сделать некоторые уточнения. Дело в том, что у нас понятийная путаница, когда мы говорим «политики и не политики». А речь идёт об очень простой истории. Есть низовой протест, в котором принимают участие люди. Они выдвигают из своей среды каких-то лидеров. Иногда эти лидеры бывают самозваные. И у нас был яркий пример, когда во время самого большого за несколько лет социального и политического протеста, в 2011-2012 годах его руководители, объявившие, что «мы тут власть», заявили, что «никаких политиков на трибуне не будет, никаких политиков мы не пустим». Я не хочу сейчас оценивать, хорошо это или плохо, но в результате потом появился термин «слили протест». Было ли это по причине того, что политиков не пускали, или по каким-то другим?

И я хочу ещё один момент затронуть. Хочу привести пример. Вы говорите про экологию, а скажите – кто у нас лидер экологического движения в стране?

Д.: Иванов, спецпредставитель президента.

Л.: Я бы с этим далеко бы не согласился.

Я.: А я хочу сказать, что в 1993 году у нас зарождалась мощнейшая экологическая партия. Кто был её лидером, не помните? Она принимала участие в выборах в Госдуму.

Л.: Я был ещё слишком молод.

Д.: Я постарше, но я хочу сказать, что сегодня я совершенно чётко обозначил ту историческую дату, когда я стал заниматься политикой. 13 сентября 2002 года. В 93-м году я очень поверхностно относился ко всем этим процессам.

Я.: Это был очень короткий вопрос, потому что лидером, первым номером в списке экологической партии был академик Лихачёв. Они не попали в Госдуму, потому что не смогли правильно собрать подписи, но это был мощнейший шанс. И нет у нас сегодня в стране экологической партии. «Партии зелёных» во всём мире занимают всё больше и большие места парламенте, а у нас в стране нет экологической партии, и нет партий, которые реально представляют частные интересы граждан. Это очень важная история.

Когда один из вас говорит про политиков-паразитов, возникает вопрос о том, кто это такие? Я хотел, чтобы вы ответили на это в предыдущем сегменте, а сейчас мы перейдём к следующему периоду. Я рассчитывал, что у нас тут будет сплошная симфония, поэтому вопросы для всех одинаковы. А оказывается, что есть разногласия, и я хотел бы, чтобы ответили по возможности коротко. Вопрос первый: почему на митингах в Волоколамске и Кемерове не было ни Навального, ни Собчак, ни Грудинина, ни Явлинского – никого из тех, кто в той или иной степени хочет представлять оппозицию. Пожалуйста, Николай Дижур.

Д.: Отвечаю. Поскольку моя фамилия не Явлинский, Собчак и Навальный, а Дижур, я на этом митинге был. Соответственно, вопрос, почему там не было этих людей, кстати, Собчак в Волоколамске была, но сам вопрос надо адресовать им. Я не уполномочен отвечать, почему их не было на этом митинге.

Я.: Но вы же понимаете смысл вопроса?

Д.: Нет, не понимаю

Я.: Тогда иначе его поставлю. Вы не являетесь членом какой-либо партии, и у вас нет гипотез, что их отторгает? Они ленивые?

Д.: Если вы хотите знать моё мнение, почему этих великих политиков нашей современности там не было, то, по-моему, это связано с тем, что для великих политиков они, к сожалению, не видят в силу своего величия масштабов того, что сегодня происходит. И реально не ощущают, что сегодня эта тема, вонь, которая стала драйвером политических процессов в Московской области, является началом процессов, которые могут радикально изменить политическую ситуацию в России. А они, в силу своего величия и божества, этого не видят. Нам это проще. Мы ходим по земле, мы реально видим, как это происходит, и реально отличаем волоколамский протест от протеста в Серпуховском районе, отличаем проблемы Дмитрова от Коломны. Я лично знаком с каждым из тех, кто сегодня воплощает протест там, на местах, и это местные ребята. Они либо имеют статус депутата либо не имеют, и это на самом деле неважно.

Вот, Навальный, не депутат, а он собирает тысячные аудитории. Статус депутата не говорит об этом. У меня есть на этот счёт тоже определение. Когда мне говорили, что я как депутат ушёл из Серпуховского района, в котором я жил и работал три созыва, я отвечал: «Депутат – это не тот человек, у которого мандат в кармане. Это человек, который достойно представляет интересы избирателей».

Я.: Николай Ляскин, ваш ответ на тот же вопрос?

Л.: Не буду отвечать за Грудинина, Явлинского или Собчак, это не моя категория. Скажу про Алексея Навального. Непосредственно команда Навального настолько сильно поддерживает протест в Волоколамске, что жители Волоколамска об этом, может быть, и не подозревают. Уж насколько мы организовали наблюдение в Волоколамске, что позволило зафиксировать там самую низкую явку в Московской области – это неоспоримый факт. И это сделано с помощью жителей Волоколамска нашими организационными ресурсами. Последний митинг: люди из Москвы приезжали в Волоколамск, из Люберецкого района. Я, ваш покорный слуга, два дня назад делал большой экологический эфир на канале «Навальный-live», где Волоколамску было отведено большое количество времени. У нас были люди из Троицка, где находится маленький полигон, был Железнодорожный, по связи была Коломна. И я с ними всеми всегда общается.

У нас есть такое движение – «стопВыброс», которое Николай Дижур почему-то не любит и с ними не сдружился. Он говорит, что его всюду приглашают, но его приглашают не всюду.

Д.: Я сказал, что хожу только туда, куда меня приглашают.

Л.: Мы просто прилагаем колоссальные организационные ресурсы и тратим максимум сил на то, чтобы информировать людей о ситуации везде, не только в Волоколамске, потому что это – частный случай. А конкретно Алексей Навальный не приехал просто потому, что у него, видимо, был такой график, и он не попадал конкретно туда.

Я.: Вы понимаете, что вы сейчас сказали, Николай? Волоколамск – это абсолютно маркер сегодня протестных событий в России. Их два, это «Зимняя вишня» и Волоколамск. И политик федерального уровня, который в свой график не включает Волоколамск – это тревожный симптом.

Л.: Алексей много делает и для Волоколамска, и для всей Московской области. И почему у меня не была представлена, например, Коломна? У меня на эфир не смогла прийти Оксана Ненич, а мы договаривались с ней, потому что она стояла и физически перекрывала дорогу мусоровозам. И у них тоже там война.

Я.: Вы подменяете тезис. Одно дело – человек из Коломны и Волоколамска не может приехать на эфир, а другое дело – политик, который реально претендует на «номер один» в оппозиционном движении. И поверить, что он не смог в своём графике выделить несколько часов…

Л.: Я за его график не отвечаю. Но я знаю, что он делает, чтобы информировать не только жителей Волоколамска, но жителей всей Московской области и всей страны о том, что там происходит. Я туда не поехал потому, что у меня подписка о невыезде, я не могу выезжать из Москвы. Но я сделал так, чтобы в Москве люди рассказали о своих проблемах.

Я.: Спасибо. Второй вопрос – может ли какой-либо социальный протест породить политического лидера федерального масштаба?

Д.: Политики берутся не из пробирок, они именно так и появляются, от земли. Сегодня что-то маленькое, а завтра – новый вождь революции и политик федерального масштаба. Из пробирок они не выводятся.

Я.: Я хочу вам прооппонировать. Вся реальная политическая жизнь России противоречит тому, что вы сказали. Политиков реального федерального масштаба, которые могли бы создать партию, претендовать на место в Госдуме, не возникло ни в результате нынешнего «мусорного протеста», ни в результате кошмара в «Зимней вишне», ни в результате других протестов, которые возникают, как грибы.

Д.: Я плохой политик, я сделаю прогноз. Во-первых, мусорная проблема и волна «мусорных протестов» сегодня только началась, только оформляется и набирает обороты. 14 апреля по нашей инициативе, инициативе фракции «Яблока» в городском совете Чехова, меня и Юрия Бурова, мы предложили всем, кто любит или не любит выйти на улицы. И мы впервые разрушили структуру, когда протесты пытались объединить в нечто централизованное. Мы пошли в этой инициативе другим путём, который показался нам положительным: идти от местной повестки. Но в один день, в одно время провести митинги во всей Московской области. И все поддержали идею сделать это в день рождения Андрея Юрьевича Воробьёва.

Я.: Замечательно. Но не из дальнобойщиков не выросли деятели федерального масштаба, не из проблем, связанных с дольщиками.

Д.: Я завершу свой прогноз. Суть в том, что те процессы, которые вы назвали, видимо, разрешились. Я не дальнобойщик, я не владею материалом.

Я.: Даже близко не разрешились.

Д.: Мы говорим сегодня о мусорной проблематике, которой я занимаюсь уже 3 года, с тех пор, как проблема обозначилась, и мои избиратели обратили на неё моё внимание или я сам заметил или учуял. И эта проблема сегодняшними политическими институтами не разрешима, все действия, которые они совершают, только усугубляют. И «мусорная проблема» станет драйвером политических процессов не только в Москве, но и по всей России. Почему? Потому что ¼ всего мусора в стране генерируется здесь. И тут же, в Подмосковье проживает большая часть элиты, которой также нечем дышать.

Вы не представляется, как у меня расширился круг «небожителей», которые хотят помочь нам в этих процессах, потому что свалка пришла к их домам. Поэтому я однозначно убеждён в том, что к осени или даже раньше этот процесс разовьётся, последите за его динамикой. И степень влияния на неё нас, местных депутатов, местного сообщества, такова, что вчера в администрацию Серпуховского района, которая согласовала нам митинг, пришли сотрудники ФСБ и проводили выемку. Во дворец спорта «Надежда», где нам согласовали митинг, пришло 15 сотрудников Главного управления по экономической безопасности. Это реакция, ответ власти на наши действия.

Я.: Но это не отвечает на вопрос, почему не возникают политики из других процессов?

Д.: Ответ-то простой. Потому что предыдущие проблемы не приняли федерального масштаба, чтобы из них появился соответствующий политик.

Я.: Ничего себе! Дальнобойщики – это не федеральный масштаб, дольщики – это не федеральный масштаб? Николай Ляскин, пожалуйста.

Л.: Я знаю точно, что социальные протесты рождают политиков.

Я.: Примеры приведите, федерального масштаба.

Л.: Пример чёткий и, кстати, экологический: Женя Чирикова. Она вынуждена была уехать, но это политик федерального масштаба, которая сделала себя сама на экологической теме. Просто Женя Чирикова не выдержала давления спецслужб. Мы люди, и винить никого не должны.

Я.: Упаси Господь винить! Но при всём уважении – это очень яркий человек, но, тем не менее, сказать, что политик уровня Химкинского леса стал федеральным, очень сложно. Партии же её нет!

Л.: Любая экологическая партия, которая будет сейчас зарегистрирована, вызовет у меня вопросы. Просто потому что я знаю, как регистрируются партии в современной России. Просто потому, что это должна быть сверхювелирная работа юристов, где всё должно быть аккуратно…

Я.: Но партию можно создать! Партию Навального не зарегистрировали, но он сам является политиком федерального масштаба.

Л.: Я уверен, что что-то возникнет на экологической почве. Тут надо сделать небольшой отступ. У нас люди очень плохо об этом думают, для них проблема экологии – не первостепенная. Для жителей Волоколамска, которые этим воздухом дышат, она очевидна, но жители любого другого района, где воздух посвежее, говорят: «Да они там зажрались. У них там как-то воздух, а у нас зарплата 12 тысяч, детей прокормить не на что. «Партия голодных детей» нужна, проблемы по всей области с больницами, со школами, уроды и жулики у власти, а они ещё говорят, что дышать нечем». И такая же история с дальнобойщиками. Эта проблема касается всех, из-за добавленной стоимости продукта. Но многие люди недопоняли, и не смогли дальнобойщики донести до них, что это касается всех, не смогли внутри себя кристаллизовать такого лидера, который смог бы объединить всех и донёс бы до каждого жителя России, что это общая проблема.

Тот человек или та группа, которая сможет донести до каждого, что проблема экологии — это важнейшая проблема, проблема мусоропереработки – важнейшая проблема, что об этом надо думать сейчас, что субсидии надо выделять не на плитку, а на мусороперерабатывающие заводы. Что надо полигоны нормально рекультивировать. Мы об этом говорим. Но каналы связи у нас известны, и те люди, которые смотрят нас, смотрят вас – они примерно понимают всё. И это, дорогие зрители, касается вас в первую очередь, вас всех. Вне зависимости от того, живёте ли вы в Москве, в Новокосине, в центре Москвы или в чистейшем регионе России. Проблема экологии действительно важнейшая, о проблеме мусора нельзя забывать. А политики, конечно же, будут рождены, и не только этими протестами, а тем, что нынешние политики никак не отвечают требованиям, они никак не пытаются решать проблемы.

Я: Перед тем, как мы перейдём к третьему вопросы, я хочу зафиксировать некоторую проблему и попросить вас сделать прогноз. Проблема заключается в том, что вы абсолютно правильно всё сказали. Дальнобойщики действительно не смогли объяснить, не нашлось в их рядах водителя, который оказался бы ярким публичным политиком, способным на федеральном уровне объяснить народу, что это общая проблема. Пока что не нашлось среди людей, которые вышли бы на протесты в Кемерове, кого-то, кто вышел бы и, невзирая на попытки давления со стороны местной власти, действительно объяснил людям, какой кошмар произошёл, что надо делать и кто в этом виноват.

Но обычно политика устроена так: находится человек не из этой среде. Когда я назвал человека, возглавившего экологическое движение в России, это был Дмитрий Сергеевич Лихачёв, ни разу не эколог, выдающийся мыслитель. Это бывает именно так: профессиональный политик, юрист, социолог, философ берёт на себя функцию внятно, членораздельно объяснить эти проблемы. И давайте согласимся с тем, что пока таких людей, которые оказались в состоянии возглавить этот протест, не быть им отторгнутыми, оказаться «своими», у нас нет. Экологический протест, протест дальнобойщиков, протест дольщиков – таких людей нет. И у меня такой вопрос: пожалуйста, сделайте прогноз, возникнут ли такие люди, и когда?

Д.: Проблема дольщиков – это проблема дольщиков, локальная проблема. Проблема дальнобойщиков – это проблема дальнобойщиков, проблема пайщиков – это локальная проблема, проблема обманутых вкладчиков банков – это локальная проблема. Проблема мусорных полигонов не локальная. Каждый человек производит мусор. Я сам стою в пикетах, я занимаюсь реальной политикой, работой с людьми и отражением их чаяний. И когда я стою в пикетах, они мне оставляют свои телефоны, и мы собрали уже больше двух с половиной тысяч номеров. Все производят мусор, и, главное, все рожают детей, и все хотят рожать здоровых детей.

Я.: Вы ошибаетесь, проблема дальнобойщиков – глобальная проблема, потому что это добавленная стоимость абсолютно на все товары.

Д.: Ошибаетесь вы, потому что про добавленную стоимость 80% населения России не знает, что это такое, и не понимает, откуда цены. А нюхают все, рожает половина. А прогноз – политик берётся из того, когда протест обретёт федеральную повестку.

Я.: То есть вы не можете назвать конкретную дату? Месяц, год?

Д.: Это вам ни один человек не назовёт. Но как только протест достигнет федерального масштаба, из его среды появятся политик, и не один. Даже сегодня в протесте я благодарен Андрею Юрьевичу Воробьёву, потому что, благодаря тому, что он уничтожает местное самоуправление в Московской области, мы первый раз собирались на митинг протеста в Гайд-парке в 16-м году, и я там познакомился с прекраснейшими людьми, с которыми мы сегодня идём бок о бок. Это прекрасные, честнейшие и состоявшиеся люди, депутаты и главы.

Масса людей с активной гражданской позицией. Которые хотят жить не «в этой стране». Почему мне не нравится Николай и многие другие – только за одну фразу «эта страна», Мы живём у себя на Родине, в России, и если мы её любим, то надо говорить «в нашей стране», а когда говорят «эта страна», я этого не понимаю.

Я.: Николай, попробуйте вы.

Л.: Дольщики, пайщики, дальнобойщики, люди, которые борются со свалками, – это все люди, которые борются с коррупцией на самом деле, с кумовством. Когда мы говорим «свалки», мы подразумеваем Чайка, Тимченко, Ковальчуки. Дальнобойщики – Роттенберги. Есть шайка негодяев, которая монополизировала всю страну и убивает всю экономику, экологию, социалку. И есть люди, которые, к сожалению, воспринимают эти проблемы как свои. Это даже не проблема всех пайщиков – это его конкретный дом. Дальнобойщики хоть, слава Богу, с этим разобрались.

Но когда появится человек, который скажет, что не только Волоколамск его забота, не просто полигон в Кучино или мусоросжигающий завод номер 4, а экологическая ситуация в стране является моей проблемой. Когда появится человек, который скажет: «Друзья мои, ликвидацией свалок в Московской области мы не решим проблему. В Казани строят такой же мусоросжигающий завод, давайте думать о жителях этого города!» Он будет сидеть в Москве, в Тамбове, в Перми, а думать о проблемах Казани. Когда появится такой человек, который целый день будет заниматься этими проблемами, и все поймут, что он это делает по-настоящему, искренне и готов положить на это жизнь.

Я.: Такой человек сидит рядом с вами, это Николай Дижур.

Л.: Про Николая Дижура я сейчас вам расскажу. Я когда готовился к эфиру, я начитался и наслушался такого про Николая Дижура! И очень интересно от него слышать про людей, «которые пытаются везде появиться на всех протестах и что-то к себе привлечь».

Д.: Николай, а если оставить литературу, давайте с вами живьём пообщаемся, вы можете задать все вопросы, которые вас интересуют.

Л.: У нас вопросы будут с вами в следующей, заключительной части.

Д.: А вы всё читаете, что пишут?

Л.: Я стараюсь читать многое, про вас было и хорошее, и плохое. Мы же сюда пришли разобраться, где хорошее, где плохое.

Д.: Но вы же не разбираетесь, вы ставите клеймо в прямом эфире.

Я.: Коллеги, брейк. Во-первых, я хочу категорически табуировать все попытки рассмотреть персональные дела Николая Дижура, Николая Ляскина, Алексея Навального, Игоря Яковенко. Это тема для других передач, а в моей авторской программе ничего похожего не будет. Если у меня возникнет желание рассмотреть личное дело кого-то из вас, я вас заранее предупрежу и приглашу вас для этого. Мы рассматриваем не персоны, мы рассматриваем проблемы. А, во-вторых, к вам, Николай Ляскин, я хочу обратить тот же упрёк, который только что обратил к Николаю Дижуру. Потому что вы фактически тоже отказались дать прогноз.

Л.: Я не успел сказать. До конца года будет серьёзный важнейший момент, и, скорее всего, он будет на базе московских областных активов, но он никуда не денется без федеральных. Скорее всего, это будет группа людей.

Я.: Я хочу сказать, что у нас программа добрая, но злопамятная. И когда мы задаём вопросы о прогнозах, мы потом обязательно подводим итог. Потому что Николай Дижур сказал, что только больной человек может что-то прогнозировать до года и месяца. Но это не так. Это называется политическая интуиция. Мы можем сказать, что всё неопределённо…

Д.: Можно я задам вопрос – для чего это нужно?

Я.: Объясню. Потому что если мы понимаем, что из этого регионального протеста может вырасти федеральный лидер, который все многочисленные протесты объединит, то это важная история, на которую надо работать. Если мы понимаем, что может возникнуть действительно серьёзное экологическое движение общероссийского характера, то на это надо работать. И вот почему.

Вы говорите, что закрыли полигон – замечательно. А Путин закрыл Балашиху. И в результате стало хуже, потому что этот мусор стал перегружать остальные свалки. Сейчас уволили главу Волоколамского района – он-то тут причём? Это так себе человечек на самом деле, но он вообще не при чём, эта проблема на уровне района не решается. Она не вполне решается даже на уровне области, она решается на федеральном уровне, и нужен политик такого масштаба. Николай Ляскин заявил, что такой человек появится до конца года и будет отвечать за свои слова. Николай Дижур поступил мудро и не дал никакого прогноза.

А теперь третий вопрос: политизация гражданского социального протеста неизбежно вызовет более жёсткое отношение к нему власти, сулит неприятности для гражданских лидеров и уменьшает вероятность того, что власть пойдёт на уступки. Какой смысл для местных гражданских активистов идти на его политизацию? Власть действительно очень не любит политизацию протеста. Она говорит: «Хотите что-то сделать со свалками? Требуйте конкретно по свалкам, не трогайте власть, не мешайте воровать». Пожалуйста, Николай Дижур.

Д.: Объясняю. Картины рисуют все, но настоящих художников единицы, так и политикой занимаются все, а настоящих политиков единицы. Почему я могу выйти на улицу, и меня могут задержать, как произошло с Артёмом Любимовым? Я такой же организатор, только не одного митинга, а серии. Это уже вызвало ответную реакцию: ФСБ, Главное управление по борьбе с экономическими, выемки. Это была акция устрашения против администрации района. Если вы спросите, почему я это делаю? Потому что 15 лет моего депутатства привели не столько меня к тому, чтобы заниматься такими вопросами. Я всегда ими занимался добросовестно, представляя интересы моих избирателей настолько, насколько мне позволял мой профессиональный опыт, ум, происхождение, рождение и всё остальное.

Критерием моей добросовестности было то, что избиратели всегда отдавали мне свои голоса на выборах. При том, что на последних, 10 сентября, мне противостояла вся эта машина, включая губернатора Воробьёва. Это был вал клеветы, которую Николай читает с удовольствием, растиражировано то, что я – родственник Ходорковского, агент Госдепа, традиционный набор. С их точки зрения, это должно было меня опорочить перед избирателями. У меня даже была ситуация, когда я в одном селе проводил встречу, и мне сказали: «Какой вы замечательный человек!» Я спросил: «С чего вы так решили?», — а мне ответили: «Сколько же грязи на вас выливают!» И результат выборов был не моей победой, а их поражением. Их специалисты могли нарисовать мне 4,99%, а пройти нужно было 5, так как я баллотировался по списку партии «Яблоко», единственной, которая предоставила мне место в списке, сбор подписей привёл бы к тому, что они все были бы фальшивые. А я обнаружил, что у нас 6,93%, я получил мандат, и после этого его у меня трижды отобрали. 13 числа огласили результаты выборов, а 19 числа решением избирательной комиссии у меня его отобрали. Потом было два решения суда, гражданский иск и так далее.

Но почему я всем этим занимаюсь? Потому что на сегодняшний день я живу в селе Липицы Серпуховского район Московской области. Я родился в Московской области. И я в силу своего опыта, знаний и профессиональной подготовки понимаю ту угрозу, которую несёт сегодняшняя система власти моей стране. Я не хочу революции. Я хочу демократическим путём изменить систему власти.

Я.: Вопрос не в риске. Политизация приводит к сопротивлению власти и уменьшает шансы договориться с властью о конкретном локальном решении локального вопроса.

Д.: Отвечаю. Лично я за стол переговоров с отравителями не сяду, с убийцами не сяду. Моя позиция заключается в следующем. Протест людей должен оказывать на этих ребят такое давление, чтобы они ушли с политической сцены.

Я.: Вы за то, чтобы «валить» власть, а не путём переговоров решать конкретные задачи?

Д.: Я не могу разговаривать с убийцами, и не буду.

Я.: Понятно. Николай Ляскин?

Л.: У меня к несчастью нет такой долгой истории про своё депутатство. Но я могу ответить. Люди ждут конкретных вещей, но тогда не рождаются политики, ни федерального уровня, ни регионального, ни районного. Возможно, когда люди идут на уступки власти и, сгорбившись, идут на поклон, может получиться ситуация, как в Балашихе: закрыли полигон, но стало хуже. Потому что люди пошли на сговор с властью. Когда люди занимают принципиальную политическую позицию, они добиваются решения не только своей проблемы, они добиваются решения проблемы широкого круга. Вот насколько у человека «широкая душа», насколько ему хватает силы и политического веса заявить о проблемах, тем больший ореол решаемой проблемы. Когда мы говорим о появлении политика, который решит экологические проблемы, то этот человек должен несгибаемо стоять на защите жителей Волоколамска, и жителей Казани, и жителей Красноярска, которые дышат углём. Вот этот человек пойдёт и будет решать политические вопросы, до тех пор, пока не полетят головы тех, кто отвечает сейчас, Чайки и всех этих людей. И они скажут: «Да, мы проиграли». Но стоит ему пойти на уступки, проиграет и политик, и люди. Поэтому никаких уступок.

Я.: То есть конкретные локальные переговоры вы не считаете нужными.

Л.: В них невозможно победить, ты в них проиграешь! В локальных переговорах эти жулики тебя обыграют. Чайке без разницы, валить это под Волоколамском или под Рузой. Он будет направлять машины туда или сюда. Просто жители Волоколамска смогут вздохнуть чуть-чуть посвободнее, а жители Рузы будут задыхаться. И тут человек должен стоять твёрдо и говорить: «К чертям этого Чайку, потому что он – никчёмный политик! К чертям этого Воробьёва, потому что он не справился с управлением этой проблемой в области!»

Я.: Ваша позиция тут понятно, и здесь вы с Николаем Дижуром неотличимы. Я вынужден сейчас переходить к последнему завершающему периоду и хочу, чтобы вы перешли к обмену репликами. Расскажите, как вы будете сейчас действовать для решения этой проблемы? Есть проблема – вонь. Ваши действия?

Д.: Во-первых, я не хочу, чтобы сложилось ошибочного мнения, будто закрыли полигон – это плохо. Это первый шаг, и это хорошо, потому что объём свалочного тела не растёт. Чем больше объём, тем больше производство свалочного газа. Полигон Кучино – в час 5000 кубов, полигон Лесная – 3000. Закрыли – остановили, и это первый шаг.

Второй – рекультивация, не по тем схемам, которые нам предлагают, как папуасам: ставят голландца и говорят: «Вот голландец, он не ворует, не то, что мы». Они ставят «свечку» и сжигают, а она производит тот же углекислый газ, я это говорю как горный инженер. Я в Советском Союзе руководил горным предприятием, и мы сдавали рекультивированные выработанные пространства. И госкомиссия принимала и возвращала в хозяйственный оборот. Я знаю, что это такое, для меня это всё профессионально знакомо с точки зрения технологий.

А с точки зрения политики я принёс свою книжку, являющуюся ответом на ваш вопрос. Как секретарю Союза журналистов…

Я.: Я уже почти 10 лет не секретарь.

Д.: Но журналистом вы на сегодняшний день являетесь, думаю, это будет вам понятно. Решение этой проблемы находится исключительно в политической плоскости. Это не прерогатива тех, кто этим профессионально занимается, но также и людей. Участники митингов это осознали и поняли, это неизбежно. Всякий многотысячный митинг – это замечательные люди, а не структура и не организация. Те, кто находятся в Красногорске, на раз обманут и «разведут», это шулеры и напёрстничники. Только народный губернатор сможет решить эту проблему, и я в течение года смог бы это сделать, решив проблему мусороперерабатывающей отрасли в Московской области.

Я.: Ваша «дорожная карта» – губернаторство Московской области, и на уровне субъекта федерации эту проблему можно решить?

Д.: Да, я в этом абсолютно убеждён.

Я.: Теперь «дорожная карта» Николая Ляскина.

Л.: Маленький вопрос. Николай, вы говорили, что вы ответственны перед своими избирателями, вы за них горой. А сколько за вас проголосовало человек?

Д.: 1523, это последние выборы 10 сентября.

Л.: Вы же шли в Госдуму?

Д.: В Госдуму, я же сказал, меня исключили «по моему собственному желанию» в 2003 году.

Л.: Но вы же одномандатником шли и набрали, мне кажется, меньше всех.

Я.: Начинается персональное дело.

Л.: Хорошо. Николай сказал, что «не надо людям объединяться» — конечно же, надо.

Д.: Когда я сказал, что не надо?

Л.: Вы говорили, только что.

Я.: Я этого не слышал, но, возможно, это было сказано другими словами.

Л.: Обязательно надо объединяться. Во-первых, у себя в территориальных группах. Московская область настолько огромна, что сейчас сделать там одно движение будет очень тяжело. Если оно появится, то это будет колоссальное движение, которое будет способно сдвинуть горы. Но пока его нету.

Д.: Его нет, и не будет.

Л.: Но пока надо районами объединяться. Взаимодействовать друг с другом. Кроме того, реально смотреть, когда к ним приезжают политики. Я всегда за то, чтобы выдвигать своих. Политик от Волоколамска, от Новокосино, от Коломны. Они встречаются и говорят: «Друзья мои, а давайте решать общую проблему». И создают общий орган, и не дай Бог кто-то из них пойдёт на поклон к начальству области – сразу выгоняется! Это входная история, разу договориться, что с этими жуликами мы не ведёмся на такой расклад, что у кого-то будет хуже, у кого-то – лучше. Мы сразу решаем, что будет с областью. Ведь там уже есть планы по мусоропереработке. Там ведь уже есть такие заводы, но им не дают участвовать, потому что Чайка и Кавальчуки, им удобнее свозить мусор на свалки. Не ведётся кампания по раздельному сбору мусора. Как только это всё включается, проблема уменьшается за года-два.

А можно подключать Москву, потому что товарищ Бирюков тоже очень активно участвует в мусорной проблеме. Вместо того чтобы он развивал ГБУ «Жилищник», которое обворовывает всех москвичей, вместо того, чтобы мы три раза в год перекладывали плитку, мы бы занялись проблемами всей московской агломерации, Москвы и Московской области. То реально года за два всё можно наладить. Это что касается мусора и свалок.

Но что касается экологии в целом, то тут всё гораздо сложнее. Потому что жадность людей, которые добывают полезные ископаемые, гораздо сильнее.

Я.: Спасибо, Николай. Заключительные две минуты. Николай Дижур, как вы оцениваете свои шансы, как вы собираетесь стать губернатором Московской области?

Д.: Ситуация очень простая. На сегодняшний день у нас есть один кандидат – Андрей Воробьёв. Все остальные в панике и страхе, реально не могут себя предложить на этом рынке. «Великим» он слишком мал, а у людей моего, муниципального уровня, кишка тонка. Либо есть большая категория людей, которые сегодня, к сожалению, зарабатывают на протесте тем или иным путём, или приходят «поучаствовать». Я выиграю эту избирательную кампанию простым путём, как это происходит, в результате голосования. Как я это сделал четырежды на муниципальном уровне, как я это не сделал в ту кампанию губернаторскую, когда я был выдвинут кандидатом в губернаторы и был членом президиума Совета муниципальных образований Московской области. Меня исключили из председателей Совета, исключили из Совета муниципальных образований, все подписи муниципальных депутатов разобрали на шестерых остальных кандидатов, мне осталось 4 подписи. Учитывая тот горький опыт, мы сегодня производим политические технологии, ноу-хау, которые увидят господа в этом политическом процессе и которые я не буду сегодня озвучить, для них это будет сюрпризом, неожиданностью. Но муниципальный фильтр, который сегодня всех так пугает, меня не пугает совершенно. Принесут на блюдечке все необходимые подписи для регистрации кандидатом в губернаторы Московской области.

Я.: Спасибо. Николай Ляскин, как движение Навального будет решать эту проблему? Будет ли от него кандидат в губернаторы области?

Л.: Действительно есть муниципальный фильтр. И это вообще то колоссальнейшая проблема. Сейчас даже у коммунистов нет возможности выдвинуть своего кандидата без согласования с Воробьёвым и его администрацией. Сейчас все, и КПРФ, и «Яблоко», и Собчак будут говорить, что у них есть свои кандидаты, классные ребята. Ни один из них без согласования с администрацией области не сможет принять участие в выборах, и это надо каждому запомнить. И, наверное, если говорить правду, то сейчас нужно требовать отмены муниципального фильтра. Как только это случится, тогда мы сможем говорить о честном выборе, о праймериз и о политизации протеста. Но пока есть муниципальный фильтр, каждый кандидат будет согласован с Воробьёвом лично. Поговорил ли он с ним, с его администрацией или ещё как-то. Это будет касаться всех.

"Ежедневный журнал"

18.04.2018, 04:54

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=32367
15 АПРЕЛЯ 2018
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/32367//1523822979.jpg
Дмитрий Гудков встретится с журналистом Игорем Яковенко, в честной дискуссии по вопросу участия Дмитрия в выборах мэра Москвы и новом партийном проекте Ксении Собчак.

Полная расшифровка дебатов:

Яковенко: Добрый день. Мы начинаем двенадцатые «дебаты на ЕЖе», и у нас дорогой гость, Дмитрий Гудков, который, несмотря на то, что завтра у него съезд, согласился принять участие в этих дебатах.

Гудков: С удовольствием.

Я: Удовольствия я не очень обещаю, но общаться нам будет, я надеюсь, интересно. Для начала я хочу ответить на вопрос, который несколько раз задавали в социальных сетях: в качестве кого я пригласил Дмитрия Гудкова? Я обычно приглашаю на дебаты тех людей, которые лично мне интересны и, по моему ощущению, создают информационные поводы, интересные аудитории. Дмитрий Гудков, с моей точки зрения, такой человек. Итак, Дмитрий, ещё раз добрый день, и мы начинаем. Первый раунд будет разговором о вашем участии в выборах мэра Москвы. Первый вопрос: вы разумный, умный человек, и прекрасно понимаете, что 10 сентября фамилия мэра будет та же, что и 8 сентября. В чём смысл участия в заведомо постановочном шоу с запрограммированным итогом? Так же, как с Путиным, все и до 19 марта знали, что фамилия президента останется той же, и было много вопросов, зачем участвовать в таком шоу? Собянин будет 10, 11 и далее везде. Зачем?

Г: Во-первых, это очень пессимистичный посыл с вашей стороны. Я считаю, что если будет единый кандидат, если будет хорошая кампания, то мы имеем все шансы на второй тур. Объясню почему. Я прекрасно помню разговоры до муниципальных выборов, когда мне также говорили: «Дмитрий, зачем вы участвуете в этой кампании? У вас новички! Там есть 5-6 известных фамилий, но остальные же никуда не пройдут! Зачем в этом участвовать?» В итоге мы провели 267 депутатов, мы провели отличную кампанию. А самое главное – мы впервые дали людям надежду. Не впервые, конечно, но впервые за последние 3-4 года. И очень часто ко мне в Москве подходят люди и говорят «Дмитрий, спасибо вам большое, мы впервые в жизни проголосовали за людей, которые победили на выборах!» Это очень приятно.

Что мы имеем после муниципальной кампании, кроме депутатов? Это порядка 50000 сторонников, серьёзная инфраструктура, современная IT-инфраструктура, наш «софт», наш «политический Uber». И на следующие выборы мы идём уже подготовленными. Я так же, как вы, относился к этой президентской кампании, не верил, что у Путина можно выиграть, просто Путин – не Собянин, это разные истории. Но я поставил задачу защитить в Москве все избирательные участки от фальсификаций. И мы, обладая нашей инфраструктурой, нашим «политическим Убером», нашими сторонниками, смогли сделать так, что 4107 наблюдателей вышли подготовленными и натренированными. В итоге в Москве серьёзных фальсификаций не было, потому что у нас практически везде были наблюдатели.

Каждая кампании – это как спорт. Я КМС по баскетболу, и я хожу в тренажёрный зал регулярно. Когда-то я лёг под штангу 80 килограмм, и не смог её поднять, она меня придавила, в зале никого не было, так что я с большим трудом её снял. А сейчас я спокойно выжимаю 100 килограмм на 8-10 раз, летом могу и побольше. Мы накачиваем «политический мускул», мы сражаемся с политическим режимом, у которого спецслужбы, огромные деньги, олигархи и так далее. Победить их сразу, сходу, очень сложно. Но если мы не будем готовиться, если мы не будем развиваться, если мы не будем рекрутировать сторонников и побеждать, хотя бы локально, то в нашей стране ничего не изменится. Я верю, что можно победить, если «фортуна нам улыбнётся», Если зарегистрируют, если будет единый кандидат, если будет хорошая кампания, успешный фандрайзинг, то всё может получиться.

Я: То есть вы не видите разницу между выборами мэра Москвы и муниципальными?

Г: Не вижу, конечно.

Я: Потому что на выборах мэра Москвы меняется власть. Мэр – это власть, государственная власть. Муниципальные выборы – это выборы, в значительной степени, безвластных людей. Это первое. А второе – да, та кампания была огромным успехом, я восхищаюсь её результатами, так же, как и ваши сторонники, которые вас поздравляют. Но вы же прекрасно понимаете, что вы не набрали того количества муниципальных депутатов, которое может позволить вам преодолеть «муниципальный фильтр». Это победа, но она не позволяет утверждать, что власть на выборах можно сменить. Вот вы можете себе представить ситуацию, при которой кто-то, когда-то выигрывает выборы у Путина, и он говорит «всё, Дмитрий Геннадьевич или Алексей Анатольевич, я проиграл, берите ядерный чемоданчик, а я поехал в Гаагу».

Г: Хотите, один пример приведу? Когда я участвовал на выборах в Госдуму, я впервые пошёл бороться в одномандатный, северо-западный, округ. Он состоял из 6 районов, один из них – Щукино. В нём когда-то участвовал в выборах в Мосгордуму Максим Кац, который уже создал там сеть сторонников. Во всех остальных районах мы её создавали заново. И Щукино был единственным районом, где я вообще выиграл, не смотря на давление, на пропаганду. Грубо говоря, если вы где-то проигрываете на каком-то этапе, но идёте всерьёз, и люди вам верят, то вы уже на следующем этапе начинаете не с нуля.

Я: Это понятно. Но какова цена вопроса?

Г: Давайте так. Меня всё время наши муниципальные кандидаты спрашивали: «а как убедить людей, что им надо прийти и проголосовать? Они ни во что не верят». Но нельзя менять власть без веры в то, что ты когда-то сможешь это сделать. Вы футбол любите?

Я: Ну так.

Г: Но многие люди смотрят. И я спрашиваю: «а вы верите, что наша сборная победит на чемпионате мира?» Отвечают: «нет, не верим, это невозможно!» «Но вы будете болеть за нашу сборную, смотреть чемпионат?» «Конечно, будем». «Почему? Вам же хочется, чтобы она когда-нибудь выиграла?» «Хочется». Я в любом случае это делаю, и верю, что рано или поздно у нас получится. Потому что власть с каждым годом становится слабее, а гражданское общество – сильнее.

Я: Это откуда следует, что власть с каждым годом становится слабее, а гражданское общество – сильнее?

Г: А какой маркер?

Я: Маркер очень простой. С каждым годом те, кто представляют гражданское общество, всё меньше и меньше получают на выборах.

Г: На каких выборах?

Я: На любых!

Г: На муниципальной кампании мы впервые показали такое результат. Если мы говорим о результатах выборах, то вот вам Аман Туелев? Какой у него был результат на выборах? Больше, чем у Путина на президентских. А вот его сняли, и нет никакого Тулеева. Это просто административный ресурс и нежелание людей участвовать в этом фарсе.

Я: Значит, этот административный ресурс тотален, и все разговоры об ослаблении власти – наивность.

Г: Дальше берём Путина. Он участвовал в кампании, куда не пустили Навального. И какие это выборы? Кончено, если наша власть будет участвовать в безальтернативных выборах…

Я: Конечно, она так и будет.

Г: Ну это же не значит, что она становится сильнее. Она получает выше процент на «липовых» выборах.

Я: Давайте реально смотреть. Вы подняли ваш результат с 80 до 100 килограмм. А есть ли реальная возможность подойти к тонне?

Г: Есть, конечно же.

Я: Понятно. Дмитрий Гудков обещает выжать лёжа тонну.

Г: Во-первых, не надо «тонну выжимать». Наши противники с той стороны и 20 не выжимают. Стоит десять помощников, и они её поднимают вдесятером.

Я: Но важен результат!

Г: Если бы были честные условия, честная конкуренция, то мы бы, конечно, выиграли.

Я: Но мы говорим о фантастических вариантах, когда у нас будут честные выборы.

Г: Я могу тезисно объяснить, почему им становится сложнее. Тезис первый: назовите мне каких-то молодых политиков среди парламентской оппозиции или «Единой России», которых вы знаете?

Я: Это вообще не имеет никакого значения.

Г: Имеет! И все фамилии молодых политиков, которые вы назовёте – это будут люди из оппозиции. Дальше: если вы возьмём парламентские партии, то ни у Миронова, ни у Жириновского, ни у Зюганова, по сути, нет никаких кандидатов…

Я: У нас нет никакого парламента, у нас нет разделения властей! Вы говорите о вещах, которые никакого отношения к предмету разговора не имеют. То, что у нас тоталитарный, персоналистский режим фашистского типа – это совершенно очевидная вещь. И вы сейчас описываете его со стороны разных подходов. Но это не имеет отношения к делу. Этот режим достаточно устойчив, он длиться 18 лет, а я слышу разговоры о том, что «режим падёт», начиная с 2005 года.

Г: Мне кажется, что и намного раньше.

Я: И ничего не происходит. Альберт Эйнштейн, довольно толковый человек, говорил, что если ты всё время делаешь одно и то же, и обстоятельства не меняются, то почему ты думаешь, что будет другой результат.

Г: Безусловно. Но мы не делаем одно и то же. Я всё-таки хочу сказать, что выборы, борьба за власть – это борьба ресурсов. Административного, финансового, медийного, человеческого капитала – вот четыре главные составляющие. А теперь давайте посмотрим, что происходит. Административный ресурс есть только у них, у нас его нет. Медийный ресурс: если мы возьмём конец 90-х и начало нулевых, то весь медийный ресурс, вся монополия принадлежала власти.

Я: Вы по факту ошибаетесь.

Г: Хорошо, давайте исключим начало 90-х и возьмём начало нулевых и уничтожение НТВ.

Я: Всё равно нет…

Г: А что сейчас происходит? Произошла технологическая революция, и какие-нибудь ролики Навального на Youtube набирают по 20, а иногда и больше, миллионов просмотров. Это больше, чем рейтинги федеральных телеканалов. То есть медийный ресурс пока у них больше, но с развитием Интернета, новых технологий этот ресурс будет если и не равный, то хотя бы достаточный для того, чтобы мы могли его использовать. Финансовый ресурс. Раньше финансы были только у них, принадлежали представителям власти, а сегодня мы с помощью Интернета можем собрать достаточно денег для избирательной кампании. В рамках фандрайзинга на муниципальной кампании мы собрали 61 миллион рублей.

Я: Дмитрий, в каждом тезисе ошибаетесь. Финансовый ресурс в начале нулевых был, в том числе, на стороне оппозиции, мощный финансовый ресурс. И ничего, всё равно режим был крепок. Конвертация того медийного ресурса, который есть у Навального, у вас, в протестную активность… Мы с вами были на этих митингах. И мы прекрасно понимали, что силовой ресурс, который есть у власти, полностью обнуляет весь этот медийный ресурс. Потому что, когда несколько тысяч, может даже несколько десятков тысяч оппозиционных ребят стоят, то в них врезается небольшая группа «космонавтов», которая хватает нескольких. И остальные, вместо того, чтобы отбить, разбегаются.

Г: Это не медийный ресурс, это административный, силовой.

Я: Я объясняю. Медийный ресурс, который позволяет вывести людей на улицу, получить поддержку – он обнуляется силовым.

Г: До поры, до времени. До раскола элит.

Я: Слушайте, болото не раскалывается…

Г: Раскалывается!

Я: Это долгий разговор с несколькими «петлями», потому что для того, чтобы элиты раскололись, вам надо пройти в Государственную Думу и создать фракцию.

Г: В этом я с вами полностью согласен, это и есть основная цель.

Я: Сейчас дойдём до этого. Но для того, чтобы элиты раскололись, нужно, чтобы пошли «перебежчики». Элиты раскололись, когда был «российский» центр, Ельцин, и «союзный» центр, Горбачёв и компания сумасшедших, которые его предали. Тогда пошли перебежчики, но они должны куда-то перебегать. Если вы на улице, к вам никто перебегать не будет.

Г: Всё правильно.

Я: Так проблема заключается в том, что сначала вам нужно проломить стену, чтобы попасть в Госдуму, причём крупно попасть, а потом, может быть, начнётся раскол элит. И то вряд ли, потому что вам нужно, чтобы исполнительная власть тоже где-то была. Я помню хорошо эту ситуацию, когда пошли перебежчики. То есть всё закольцовываете. Вам сначала нужно «выжать тонну», а потом нарастить мускулатуру.

Г: Ваши тезисы абсолютно верные. Я всегда говорю, что если мы хотим каких-то перемен, то мы должны делать всё для того, чтобы произошёл раскол. И фракция в Госдуме является обязательным условием.

Я: Сейчас мы до этого дойдём. А пока такой вопрос: на вашем демократическом протестном поле на этих выборах будут неизбежно конкурировать с вами Илья Яшин, Сергей Митрохин, может быть ещё кто-то. И логика всей этой истории, избирательной борьбы, неизбежно приведёт к тому, что вы будете «мочить» друг друга, а не Собянина, потому что вы находитесь на одном пятачке. А главная проблема – преодолеть муниципальный фильтр, можно только в том случае, если Собянин, по приказу Путина или по своей собственной доброте, отстегнёт вам «с барского плеча» сотню-другую муниципальных голосов, как произошло с Навальным в прошлый раз. То есть вы, фактически, рассчитываете на административный ресурс. Сколько в этой ситуации можно играть? Всех не пропустят, это очевидно. Всем Собянин не раздаст по сотне голосов. Получится, что это будет тот человек, которого Собянин выбрал себе в конкуренты.

Г: Во-первых, никто не будет конкурировать. Я не могу сказать про «Яблоко», не знаю. Но уверен, что с Ильёй Яшиным никакой конкуренции не будет. Мы с ним всё-таки многое прошли, сейчас идут разные консультации по поводу праймериз. Посмотри, чем это всё закончится.

Вы правильно сказали, что никто сегодня не может пройти муниципальный фильтр, кроме Собянина. В принципе он сам себе может определить спарринг-партнёров. Я себе не могу представить ситуацию, при которой он зарегистрирует всех. В лучшем случае он зарегистрирует кого-то одного.

Я: Или никого, а выберет себе в конкуренты какого-нибудь, извиняюсь, Сурайкина! Там ещё какой-то безумный справедливорос идёт, если я не ошибаюсь.

Г: Мы с вами говорим всё-таки про демократическую оппозицию. Власть может всё, вы правы. Поэтому для того, чтобы оказать на них давления, было бы идеально, если бы все, подчёркиваю, абсолютно всех кандидаты, Яшин, Гудков, представители «Яблока», все остальные, согласовали бы единую процедуру и формат праймериз, чтобы выбрать единого кандидата. Тогда не регистрация такого кандидата создаёт разные риски.

Я: Можете эти риски обозначить?

Г: Нелегитимные выборы в Москве, всё-таки, это проблема для мэрии.

Я: Что такое «нелегитимные выборы в Москве»? Легитимность – это слово, которое имеет определённое значение. Нелегитимность бывает в глазах международного сообщества…

Г: В глаза москвичей. Мы должны сделать так, чтобы в глаза москвичей нерегистрация кандидата от демократической оппозиции, а это всё-таки вторая политическая сила в городе по итогам муниципальной кампании и по социологии, делала эти выборы ненастоящими.

Я: Навального на президентских выборах не зарегистрировали…

Г: И как к выборам отношение поменялось? Уверен, что очень многие считают, что Путин победил не на настоящих, а не фейковых выборах.

Я: И что? Меню в кремлёвском буфете изменилось?

Г: В настоящий момент – ничего. Но режим подтачивается таким образом. Сегодня они Навального не пустили, завтра они на выборы мэра Гудкова не пустили.

Я: Он 18 лет подтачивается.

Г: Рано или поздно это изменится, это же не может подтачиваться 40 или 50 лет,

Я: Вы ещё проживёте столько лет, а я точно нет. И меня не устраивает такой подход.

Г: А какой подход вас устраивает? Мы делаем всё, что в наших силах. Думаю, что участие в любом случае создаёт базу для следующих выборов. Впереди у нас выборы в Московскую городскую думу, муниципальные выборы в Санкт-Петербурге, где можно выдвинуть полторы тысячи кандидатов.

Я: Вопрос. Одна из главных проблем, сегодня – это муниципальный фильтр. Я уже 25 лет не политик, я журналист, я задаю вопросы. Решать должны вы. Но почему бы не договориться всем, и главной точкой удара, протеста, не сделать отмену муниципального фильтра, не сделать мощное движение за его отмену. Он никому из вас не нужен, но вы сейчас как русские князья в начале Орды, ползёте на четвереньках к Собянину: «дай нам голоса», Я понимаю, что вы так не делаете и никуда не поползёте, но формально это именно так. Он даст вам «ярлык» на то, чтобы вы были его оппонентом, или не даст. Это его воля. Неужели независимому протестному политику можно находиться в таком положении?

Г: Вы знаете, что сейчас мой штаб занимается тем, что собирает подписи против отмены муниципального фильтра. Это то, чем я занимаюсь. Более того, мы подготовили в своё время поправки в федеральный закон. В Госдуме лежит мой законопроект, и его можно принять в любой момент, и никакого фильтра не будет. И я знаю, что этот фильтр будет отменён, но не до сентября, а после. Надо отменить муниципальный фильтр? Надо. Надо добиться регистрации независимого кандидата? Надо. Но инструменты одни и те же.

Я: Это разные инструменты. Я уже на протяжении 10 лет повторяю одно и тоже. Это концепция политической дополнительности. Сегодня есть три силы: та сила, которая каким-то образом инициирует уличную активность, и это важная история, та сила, которую вы представляете, это люди, которые хотят участвовать в выборах, и есть те люди, которые собрались на форуме в Вильнюсе, они организовывают мировое общественное мнение, поднимают его на борьбу с безобразием, которое здесь творится. И надо всё-таки играть в «пасс». Надо объединить эти силы, потому что иначе невозможно.

На выборах эта власть не меняется. Вы можете выиграть муниципальные выборы, можете выиграть мэра какого-нибудь посёлка, но вам никто не позволит выиграть мэра Москвы. Власть не меняется в нынешней ситуации на улицах, потому что люди дорожат своей жизнью и не пойдут под удары ОМОНа. И власть не меняется из-за границы. Только тандем, только давление из-за рубежа, участие в выборах и массовые уличные протесты по поводу того, что кого-то не допустили. Исходя из этого, вы не можете принимать участие в выборах, если есть муниципальный фильтр. Надо не просто подписи собирать.

Г: Митинги надо проводить. Я просто вас услышал и вспомнил анекдот про филина, к которому пришли мыши, и он им сказал «станьте ёжиками». Они спросили «а как?», на что он отвечает «я – стратег, а с тактикой сами разбирайтесь!»

Я: В отличие от филина, я – не стратег. На Вильнюсском форуме, с которого я только что прибыл, я представлял проект, который уже идёт. Он называется «международный общественный трибунал», и мы готовим действия, призванные сделать так, чтобы во всём мире представителей наших фашистских «информационных войск» перестали воспринимать как журналистов. Мы этого добьёмся.

Г: Я вас поддерживаю, всё, что вы сказали, это абсолютно правильно, и когда мы готовились к муниципальной кампании, то объединили вообще всех. Были даже демократы, которые шли от КПРФ, что я не очень поддерживал. Там было «Яблоко», «ПАРНАС», самовыдвиженцы. Вот оно произошло, объединение демократов.

Второе – вы говорите про митинги. Я был на всех митингах, может быть один какой-то пропустил. Я занимаюсь выборами, но я считаю, конечно, что нужно участвовать в уличном движении. И я тоже езжу на различные форумы и там выступаю. Так что мне вряд ли можно предъявить в этом участие. Я с вами согласен, тут нет предмета спора.

Я: Здесь не персональное дело Гудкова. Это не тот формат. А предметы спора есть, и ещё один я сейчас обозначу. Это ваш подход к определению монолидера. Это правильное начинание. Если все будут тащить в разные стороны, и если вы сами друг с другом не договоритесь, тот же Собянин скажет: «я готов, дайте подставить плечо, но кому?». Но ваше предложение относительно праймериз включает, например, праймериз среди муниципальных депутатов. То есть вы предлагает отметить муниципальный фильтр, но сами же хотите, чтобы он был включён в праймериз.

Г: Если мы говорим про праймериз, то их основная задача – не определить, кто «круче», а с помощью этой процедуры оказать давление на мэрию и добиться регистрации нашего кандидата. Для того, чтобы эта процедура была эффективна, первое, что нужно сделать – обеспечить участие всех кандидатов. Потому что иначе получается так: «Яблоко» говорит, что у нас больше всех депутатов, давайте на их уровне решать. Яшин: « а у меня поддержка Навального и его инфраструктуры, давайте решать в Интернете». Каждый будет предлагать тот формат, где он изначально выигрывает, и кандидаты не смогут договориться между собой. Поэтому я постарался учесть интересы всех игроков, так, чтобы они заранее не проигрывали. Я не говорю, что это идеальная конструкция, мы её будем обсуждать, в том числе завтра. И я считаю, что если мы говорим только о голосовании в Интернете или оффлайн, то что мешает мэрии мобилизовать 20 000 человек и прислать их с паспортами? Как вы определите, они от мэрии пришли, или нет?

Я: Вы сейчас чётко излагаете бессмысленность любых праймериз. Потому что не существует модели, при которой небольшая группа, а мы всё-таки меньшинство, смогла бы огородить себя. Нельзя отделить в бассейне один кубометр воды и устроить там искусственное другое течение. Это невозможно. Все праймериз, которые проводит оппозиция, ущербны, и предлагать идею праймериз в этой ситуации невозможно.

Я же понимаю, о ком мы говорим. Митрохин скажет «извините, у меня вообще-то партия есть». Вот внутри партии можно устраивать праймериз, потому что это не громадный океан, в котором нельзя изолировать один кубометр. У меня конкретное предложение: мы готовы сегодня объявить предложение всем 6 кандидатам собраться у нас тут за «овальным столом».

Г: Приходите завтра (в субботу, 15 апреля) к нам на съезд, надеюсь, все кандидаты там будут. Я пригласил и их, и депутатов, и представителей разных партий, которые могут выдвинуть.

Я: А вы уверены, что придут?

Г: Мне многие подтвердили уже. Более 100 депутатов будет. Некоторые кандидаты подтвердили, некоторые думают. Завтра у нас нет никакого сценария, будет свободный микрофон. Мы будем вести трансляцию, она открыта для журналистов, мы соберёмся просто для того, чтобы поговорить.

Я: Это ваше мероприятие, и у меня есть некоторые сомнения, что основные конкуренты, Митрохин и Яшин, туда придут.

Г: А вы думаете, что они сюда придут?

Я: Здесь есть возможность, потому что эта площадка и ваш покорный слуга достаточно очевидно не ангажированы. Я не митрохинский, я не яшинский, я не гудковский. Никто не может меня в этом заподозрить. Это моя авторская программа, и мы никак не ассоциированы ни с кем из трёх основных.

Г: Я не против никаких дискуссий, на самом деле, если все будут готовы принять участие, то я с радостью, без проблем, приду. Но подчёркиваю, что завтра мероприятие – не моё, я пригласил туда всех, и готов пригласить нейтральную фигуру для модерации.

Я: Перейдём ко второй теме. Я не настаиваю на том, чтобы подводить итоги, но у меня есть такое ощущение, что участие в такой игре, когда вы зависите от милости вашего главного оппонента – что-то здесь не так?

Г: Если следовать той же логике, то и «Эхо-Москвы» и SotaVision, и телеканал «Дождь», все зависит от милости администрации президента. Они что, не могут прямо сейчас прийти, опечатать кабинет и выгнать? «Эхо-Москвы» не могут закрыть?

Я: Тем ни менее, официальные правила игры, которые сегодня существуют, не позволяют этого сделать, напрямую.

Г: Ну мы же не про правила.

Я: Мы про экстремизм, и он со стороны государства существует. А вы будете участвовать по легально утверждённым правилам, которые вас просто унижают, и это другая история.

Г: Но не прилетят завтра инопланетяне, и не поменяют нам правила. Поэтому мы должны научиться выигрывать и на таких выборах. Действие – лучше, чем бездействие.

Я: Насчёт действия я полностью согласен. А теперь вторая история, по поводу вашего участия в создании «Партии перемен».

Г: Это пока рабочее название.

Я: Нормальное название, пока, правда, непонятно, в какую сторону перемены, но разберёмся по ходу. Я не могу не задать вопрос насчёт партии «Яблоко» и ваших обязательств, которые вы брали перед думскими выборами: поддерживать Явлинского на президентских выборах. А за три дня до выборов вы объявили о том, что вы создаёте новую партию вместе с основным его оппонентом.

Г: Нет, основной оппонент – Путин.

Я: Все это говорят, но какой Путин оппонент? Он царь, хан, фюрер, не важно.

Г: Сам вопрос понятен.

Я: Один маленький нюанс – три дня нельзя было подождать?

Г: Сейчас объясню. Есть дух закона, есть буква закона, есть дух соглашения, есть буква соглашения. Дух соглашения я не нарушил, тем более, что когда Ксения меня просила о поддержке в качестве кандидата, я сказал ей, что у меня есть обязательства, и я не могу этого сделать. И на следующий день в пятницу я ещё раз подчеркнул это и поддержал Григория Алексеевича. Обязательств перед «Яблоком» у меня не было никаких.

Но на следующий день после выборов в Госдуму я получил предложение от «Гражданской инициативы», с которой мы ещё давно формировали коалицию, и пытались принять участие в региональных выборах, по-моему, в 14-ом году. Там был Рыжков, я, ещё несколько людей, когда развалилась демкоалиция. И после того, как я провёл самую успешную кампанию, набрав больше 20%, в единственном округе, где была борьба за первое место, Нечаев мне предложил сделать партию на базе «Гражданской инициативы».

Тем более, что «Яблоко» получило 2%, и вряд ли что-то изменится. Но поскольку наша команда начала вступать в «Яблоко», я от этого предложения отказался, и мы стали выстраивать отношения с «Яблоком». У нас прошла первая муниципальная капания, я вложился по полной программе, мы собрали больше 60 миллионов рублей, провели депутатов и я думал развивать сотрудничество с «Яблоком». Я рассчитывал, что мы будем вместе участвовать в выборах мэра Москвы и развивать партию.

Но я не знаю, что произошло. В последний раз, когда я видел Григория Алексеевича, это был сентябрь, когда мы встретились и отметили хорошее выступление. После этого – никаких контактов. Я ему звонил, я ему писал SMS, я просил встретиться, просто чтобы понять, какие будут праймериз, как партия видит работу со мной. Меня всё время «кормили завтраками», и в итоге, когда он был зарегистрирован в качестве кандидата в президенты, я делал всё по требованию штаба, снимался в роликах, писал посты, выступал на передачах, был готов ездить в регионы. А потом согласовал с партией, что я буду осуществлять проект наблюдения в Москве, собирал деньги и вкладывал свои, у меня этим занимался весь штаб. А в итоге меня демонстративно не включают в общественный штаб. Всех пригласили, Рыжкова и остальных – меня нет. Меня не включили в число доверенных лиц, хотя включили всех подряд, там сотни людей. Я понял, что они отказались работать даже с моим наблюдательским проектом.

И потом приходит Ксения и говорит «тебя оттуда никто не выдвинет, давай делать партию». Я ответил, что мне нужно время, чтобы определиться. И написал конкретно письмо Григорию Алексеевичу, что надо встретиться, есть серьёзные вопросы, есть серьёзные предложения. Мне ответили «да, давай я завтра позвоню, встретимся». Так прошёл месяц. И когда он закончился, я понял всё. Я уже не нужен, я свободен. А дальше Григорий Алексеевич, который до этого говорил, что будут праймериз, появляется везде, на всех акциях с лозунгом «Явлинского в президенты, Митрохина в мэры». Я это пытаюсь обсудить – со мной никто не хочет встречаться.

Я: Ваша правота была бы абсолютно, а репутация не запятнана совсем, если бы вы подождали три дня. Причём информационный повод существовал – 10 числа все ещё горячие от выборов, они уже закончены, но все ещё обсуждают и всё здорово. Как бы было красиво.

Г: Это не было бы красиво в любом случае, тут вообще не может быть ничего красивого. Никому не нужна была бы эта партия после выборов. Даже сейчас её уже не обсуждают. Внимание к политическим темам закончилось.

Я: Внимание было огромным. Подведение итогов, проценты, кто, что, как. И тут вы бы выехали «на белом коне» и, во-первых, сказали бы очень красивую вещь – я выполнил все обязательства перед «Яблоком» и Явлинским.

Г: У меня не было обязательств перед «Яблоком», а перед Явлинским я все обязательства выполнил.

Я: За три дня сказать, что я создаю другую партию… вы говорите, что вы выполнили дух соглашения, но вы выполнили только букву.

Г: А дух с той стороны был уже давно нарушен.

Я: Это же другая история. Зачем вам это надо было вам делать? Я очень хорошо отношусь к Григорию Алексеевичу, знаю все его проблемы, я очень хорошо отношусь к вам. Но это – очевидный удар по вашей репутации. В очень небольшом кругу людей, но это люди репутационные. У нас нет сейчас Сахарова, нет Лихачёва, нет тех людей, которые называются «совестью нации», но есть какие-то репутационные люди. Я себя таким не считаю, я человек очень грешный, но тем ни менее я сам удивлён.

Г: Ваши упрёки отчасти справедливы. Но я хочу сказать, что если бы он хотя бы встретился… нужно было хотя бы нормальное человеческое ко мне отношение, а не так, демонстративно унижать.

Я: Вы понимаете, как вы сейчас выглядите? Вы, взрослый мужик, который жмёт 100 килограмм на 10 раз, играли в баскетбол, потом пошли в политику и ведёте себя, как обиженный мальчик.

Г: Мы действительно решили создавать эту политическую партию, и любой политтехнолог скажет вам, что создание партии заметнее всего в этот период, за 3 дня, в пятницу. И моё появление там не повлияло ни на какие политические расклады, что также скажет вам любой политтехнолог.

Я: Да. Но за мной никого не стоит, я сам не политик, я журналист, и мне лично – странно.

Г: Но вы считаете, это нормально, когда партнёр, с которым сделали успешный проект, демонстративно игнорируют – это же унизительно

Я: Вы же политик, у вас есть задача сохранить репутацию. Более того, есть задача, чтобы с вами хотелось иметь дело. Не будем сейчас говорить о людях, которые нарушали соглашения, нарушали договорённости, договаривались о коалиции, а потом вдруг говорили, что: «тут что-то изменилось, мы всё расторгаем, и вообще никакой коалиции нет, идите лесом».

Г: Я ничего не расторг, я букву выполнил.

Я: Мы идём по кругу. Но я думаю, что это ваша большая ошибка, хотя она политтехнологически может быть оправдана.

Г: Игорь, для меня эта ситуация неприятная, и неприятна она для меня с сентября. Я не буду выносить разные детали.

Я: Следующая история. Вы создаёте партию с Ксенией Собчак. Она ваш главный партнёр, это очевидно, и так было подано. Согласны ли вы со всеми пунктами её предвыборной президентской программы? Я не буду останавливаться на всех, но там есть чудовищный пункт, связанный с решением крымского вопроса, когда она заявляет о том, что его нужно решать международным референдумом, в котором будут участвовать, в том числе, россияне.

Г: У нас с Ксенией на многие вопросы разные точки зрения. И когда мы договаривались о формировании партии, то мы решили, что это будет коллегиальный орган, куда войдут представители «Открытой России», Елена Лукьянова и так далее. Мы совместно будет формировать программу, которая будет более центристской. Я, например, социал-демократ, она – либерал, но мы хотим найти те точки, где мы совпадаем. Если мы говорим про политическую партию, то мы будем подходить к этому серьёзно. Да, на многие вопросы у нас могут быть разные точки зрения, но сейчас не время обсуждать, какая там будет шкала налогов. Это всё равно, что обсуждать интерьер в доме, который горит или расставлять стулья на «Титанике».

Мы на пороге войны, или большой или гражданкой, первое, что нужно сделать – потушить пожар и остановить эти процессы. А дальше мы все уже перессоримся в парламенте, главное – туда попасть, и будем спорить, какая должна быть шкала, прогрессивная или плоская, как поступать с Крымом, это вопрос будущего, и тут тоже нужно, конечно, находить компромиссы. Самое главное – это партия не вождистская.

Я: Вы уверены?

Г: Я уверен абсолютно, именно это было моим условием вступления.

Я: Следующий вопрос связан с самой конструкцией партии. Совершенно очевидно, что во время президентской кампании сам факт выдвижения Ксении Анатольевны произошёл при поддержке администрации.

Г: При одобрении, наверное.

Я: И мне совершенно неважны разговоры о том, проект она Кремля или нет. Ясно, что её поддерживают, огораживают, несут. И неважно, какие детали и конструкция этой поддержки. Но все понимают, что это – близкий человек Путина. И когда Ксения Анатольевна поехала в Чечню, то я понимаю, что это выглядело прекрасно. Но я также точно знаю, что если бы вы там стояли, то у вас были бы серьёзные проблемы, в том числе с целостностью кожаного покрова, и со здоровьем.

Г: Там был Явлинский, и ничего.

Я: Ну Явлинский не стоял там в пикете, там был а другая ситуация. И Ксении Анатольевне очень много разрешается, чего не разрешается остальным.

Г: Я не отрицаю, что личные отношения всегда есть. В том числе и ко мне относятся не так, как к другим, потому что я работал в Госдуме, я там многих знаю.

Я: Но разницу вы видите? Привлекательность создания этой партии, в которую сейчас пойдут люди, которых можно назвать «лоялистами».

Г: Это кто? Бывший председатель «Открытой России» Саша Соловьёв? Или Елена Лукьянова?

Я: Туда Красовский начинает тянуться, насколько я понимаю.

Г: Вы читаете его? Последние посты? Ровно обратное.

Я: Тут опять, как в ситуации с муниципальным фильтром. Либо позволят пройти, либо не позволят. И вероятность того, что партии, возглавляемой Ксенией Анатольевной Собчак, позволят…

Г: Это исключено. Единоличного лидера не будет в этой партии.

Я: Хорошо. Которая поддерживается, и является всё-таки «её» партией.

Г: С чего вы решили? Давайте я вам расскажу. У нас есть три политические партии, на нашем фланге: «Яблоко», «ПАРНАС» и «Гражданская инициатива». Соответственно, с «Гражданской инициативой» Нечаева мы давно знакомы, «дружим семьями», поддерживали его в 2015 году и давно выстроили отношения. В том числе и в руководстве этой партии, куда входит Дмитрий Некрасов, с которым я тоже давно знаком. И продолжение моего сотрудничества с «Гражданской инициативой» абсолютно естественно, с учётом того, что не получилась с «Яблоком». Да, там появилась Ксения, да, безусловно, она сделала мне определённое предложение, но я выставил ей определённые условия.

Я сказал, во-первых, что я как был Дмитрием Гудковым, который пишет, что хочет, и говорит, что хочет, так и останусь. Никаких кураторов мне не надо. Во-вторых, программа должна быть серьёзная…

Я: У вас с Мироновым какие отношения были?

Г: С Мироновым были всё-таки другие.

Я: Но вы были Дмитрием Гудковым, у вас фамилия была та же, вы говорили и делали, что хотели, но насколько вы влияли на партию?

Г: Сейчас я договорю. Третий момент, очень важный. Я сказал, что не буду вступать в партию, где будет один лидер. Это будет коллегиальная структура, где Дмитрий Гудков будет играть абсолютно такую же роль, как и Ксения Собчак и другие. Для меня это была принципиальная позиция, и сказал, что я ещё посмотрю, как она будет проводить предвыборную кампанию. Для меня важно, чтобы там была критика Путина и так далее. Кампанию нельзя назвать удачной. Но тем ни менее она подала в суд, единственная из всех кандидатов, ездила в Чечню. Понятно, что это было для неё безопаснее, чем для меня, с этим я согласен. Но нет другого варианта. Никто не даст иначе зарегистрировать партию в путинской России. Очевидно, что любой успех, регистрация Навального в 13-ом году, регистрация списка «Яблока», включение меня в список…

Я: Это всё-таки разные истории. Снятие списка – это уже государственный экстремизм. Я говорю о том, что муниципальных депутатов отсыпали «с барского плеча», а в другом случае был бы уже государственный экстремизм.

Г: Я хочу сказать, что если что-то происходит: работает «Эхо-Москвы», дали подписи Навальному, зарегистрировали Собчак – конечно же, это значит, что части людей в администрации президента выгодно, чтобы кто-то продвигал либеральную повестку.

Я: Есть отличие в том, что не закрывают «Эхо-Москвы», что можно было бы сделать только вопреки закону, как с НТВ, даже хуже. Это не нужно делать. Есть разница между тем, когда совершается заказное убийство, и тем, что человеку позволяют продолжать делать своё дело. Это пропасть.

Г: Я говорю только о том, что если бы режим захотел, то мог бы всё закрыть, и мы могли бы сейчас разговаривать в Лефортово. Но где-то он не идёт на какие-то избыточные меры. Значит, есть разные настроения. Например, «кремлёвский список». Совершенно очевидно, что он серьёзно бьёт по многим представителям российской элиты. Внешняя политика, которую проводит Путин, ситуация в Сирии, на Украине, уничтожает экономику. А это значит, что многие депутаты, которые являются людьми из бизнеса, теряют деньги. Им это не нравится. И идёт борьба. «Системные либералы» против «силовиков», «силовики» против «кадыровцев». Там же постоянно идёт конфликт. И в зазорах между этими «башнями Кремля» создаются какие-то островки возможности, или «форточки» для возможностей, которые вдруг могут дать эффект.

Я: Дмитрий, вы сейчас сами в иллюзиях, и порождаете ещё. Разница между ситуацией, при которой у всех этих разных «башен Кремля» есть субъектность, и ситуации, при которой есть вертикаль власти, в конченом итоге слипшаяся настолько, что на самом деле никаких зазоров нет. Это иллюзия, что есть зазоры.

Г: Я знаю, что есть люди, которые не хотят, чтобы Россия шла в изоляцию. Есть люди, которые категорически выступают против этой внешней политики, просто они не могут прийти к вам и это сказать. Есть люди, которые просто бесятся, когда видят, что в Госдуме происходит

Я: В открытую дверь ломитесь. Это правда. А теперь вот в чём проблема: у всех этих людей нет субъектности, своей партии, ресурсов. Мало того – они все сидят «в мокрых штанах», и эти штаны не высыхают никогда. Всё, что вы сейчас сказали, это абсолютная правда, но «наплевать и забыть». Потому что они не являются акторами политики, у них нет возможности.

Г: Как решения принимаются, вы знаете? Приходят с папочками, папочка такая и папочка сякая, и вот так принимаются решения.

Я: Проблема заключается в том, что это находится где-то там, под ковром, полностью залитым и мочой, которую они выделяют постоянно от безумного страха. Что, Дерипаске приятно, что он потерял миллиарды? Конечно, неприятно. Он их, можно сказать, зарабатывал, воруя и убивая людей, что творилось в этом алюминиевом бизнесе, мы все знаем. Он положил на это душу, а у него сейчас всё обнулилось. И что, Дерипаска хоть голос поднимет против этого режима?

Г: Давайте я вам на примере Нижнего Новгорода расскажу, как это происходит. Я лично сталкивался с ситуацией, и уверен, что любой из оппозиционных политиков сталкивался с такой же. Я проводил кампанию за возвращение прямых выборов мэра, вносил такой закон, и мы решили сделать штаб-квартиру нашей кампании в Нижнем. Мы провели там «народный референдум», за прямые выборы мэра. Обычный провести нам, конечно, не дали. И против нас тогда активно выступил бывший мэр Нижнего Новгорода Олег Сорокин, находящийся сейчас в СИЗО.

Естественно, мы начали кампанию, в том числе, и против него. И в какой-то момент мы объявляем фандрайзинг, и к нам поступают деньги, от кого – я не знаю. Мы открываем возможность поделиться с нами информацией, и получаем наводки, что во Франции у него две виллы. Я начинаю проверять, и сразу же с Андреем Заякиным мы их находим, запрашиваем документы. То есть кто-то нам помогал, и сейчас я понимаю, что это были оппоненты внутри региональных элит. И то же самое будет происходить тут.

Вот у меня есть биткойн-кошелёк. Мне нужно, например, напечатать газету. Я не знаю, кто мне пришлёт деньги, но ресурсы я получу. Так оно всё и работает, это и есть раскол элит.

Я: Ваша логика понятна, но оно работает не так. Так работало все девяностые, и в самом начале «нулевых». Но так не будет работать дальше. Нет никакого раскола.

Г: Пока нет, но он начинается.

Я: Нижний Новгород – это не федеральная власть, которая что-то решает. И вы не назовёте сейчас ни одного губернатора, ни одного главы субъекта федерации, который был бы хоть как-то автономен.

Г: Есть мэр Ройзман.

Я: Во-первых, у него нет вообще никаких полномочий, это большая жилетка, в которую все плачутся. Во-вторых, его уже нет.

Г: Вы говорите, как плохо. Я знаю, как плохо, но кто хочет что-то изменить, должен искать возможности. Причины того, почему это может не получится, я тоже могу назвать.

Я: Разговор в другом формате. Мне представляется, что вы сейчас начинаете участвовать в игре, которая заведомо не может быть выиграна. Этот путь не ведёт к храму. У меня есть ощущение, что какой-то маленький шанс, что из этой партии что-то может получится, есть, но кажется, что этот шанс слишком мал, чтобы с ним начинать играть. Я отношусь к вам, к Явлинскому, к Навальному, к Митрохину, который в тысячу раз больше остальных делает для города, хотя и не избираем, на нём клеймо, как к ценности. Но мне обидно, что ваша ценность может уменьшиться, если вы начнёте играть в эту игру. Как она уже немножко уменьшилась, когда вы не потерпели три дня из-за каких-то идиотских политтехнологов.

Г: Если бы мы жили в прекрасной стране и выбирали бы между лучшим и прекрасным, то вы могли бы такое сказать, и я бы с вами согласился. Но мы выбираем из того, что вообще есть. К сожалению, невозможно сегодня начинать какие-то другие проекты. Партию не зарегистрируют. Возьмём Алексея Навального, который делает свою партию уже давно – он хоть кого-то пригласил туда? Нет объединения. С «Яблоком» мы попытались, я много вложил, особенно на муниципальных выборах, и надеялся, что это будет такой мой аванс, хотел продемонстрировать, что я готов приносить пользу и добиваться результатов. Не получилось. Вот три партии, и всё, осталась только «Гражданская инициатива».

И я понимаю, что в следующем году Мосгордума и муниципальная кампания в Питере. А хотите вы этого или нет, но нужна политическая структура, от которой можно выдвигать наблюдателей, кандидатов. Нужно побеждать хотя бы в одном регионе, чтобы у партии была лицензия на выдвижение в Госдуму. А если мы сможем сделать партию, которая получит лицензию на выдвижение в Госдуму, то я вижу, что мы и с «Яблоком», и с Навальным будем формировать единый список. Я к этому готов.

Я: А вы считаете, что после этих трёх дней в «Яблоке» с вами кто-то может разговаривать?

Г: Да. И разговаривает. И я считаю, что без Льва Шлосберга, к которому отношусь с большим уважением, и считаю, что если бы он стал председателем, то никаких проблем не было, никакого списка в Госдуму быть не может.

Я: Когда вы следуете логике политтехнологов, то эта логика людей, чьи мысли короткие, как у Буратино. Они видят сейчас возможность…

Г: Я не сжигаю ни с кем мосты. Там были взаимные ошибки, с обеих сторон. Но если люди захотят их исправить, то я готов. И надо в любом случае двигаться в направлении единого сильного списка с хорошей кампанией.

Я: У нас с вами «игра в долгую». Это стайерская дистанция и длительная история. Я не верю, что в ближайшее время мы что-то в стране изменим, если какой-то «чёрный лебедь», а лучше – стая, не прилетит. И надо беречь свою репутацию, моральный капитал. У вас нет и не будет силового капитала, а моральный капитал важен. У нас нет Лихачёва, нет Вацлава Гавела, а почему? Потому что каждый из тех, кто участвует в политике, сиюсекундные выгоды предпочитает репутации. А это большая беда.

Г: Только это надо говорить всем участникам.

Я: Сахаров и Лихачёв – они что, говорили, «ты сначала веди себя прилично?» Это не так работает.

Г: У меня была возможность в 12-ом году очень хорошо устроится. Но я не пошёл ни на какие компромиссы и поддержал протестное движение, не изменив тем людям, которые за меня голосовали. Хотя мне предлагали гораздо больше.

Я: Поэтому вы – Дмитрий Гудков, а не какая-то серая масса, которая сейчас заполнила Государственную думу, стала губернаторами. Они никто, их нет и звать их никак.

Г: Я хочу создать возможности для нас. Для того, чтобы мы не стали ни диссидентами, ни эмигрантами, ни политзаключёнными. И я понимаю, что если есть хотя бы маленькое окно возможностей, его надо использовать. Вы можете быть уверенными в том, что Дмитрий Гудков всегда останется Дмитриев Гудковым, в какую-бы коалицию или партию он не вошёл.

Я: Смотрите за тем, что там происходит.

Г: Я буду влиять на этот процесс!
Я: Мне кажется, что там затевается что-то не очень хорошее.

Г: Я всегда могу выйти из любого процесса, и не буду участвовать ни в каких подлых заказных историях.