Просмотр полной версии : *819. Дело Василия Кононова. Пересмотр итогов ВМВ или нет?
FORMER THIRD SECTION
CASE OF KONONOV v. LATVIA
(Application no. 36376/04)
JUDGMENT
STRASBOURG
24 July 2008
Referral to the Grand Chamber
26/01/2009
This judgment will become final in the circumstances set out in Article*44 §*2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
KONONOV v. LATVIA JUDGMENT
In the case of Kononov v. Latvia,
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Chamber composed of:
Boštjan M. Zupančič, President,
Corneliu Bîrsan,
Elisabet Fura-Sandström,
Alvina Gyulumyan,
Egbert Myjer,
David Thór Björgvinsson,
Ineta Ziemele, judges,
and Santiago Quesada, Section Registrar,
Having deliberated in private on 19 June 2008,
Delivers the following judgment, which was adopted on the last-mentioned date:
PROCEDURE
GRAND CHAMBER
CASE OF KONONOV v. LATVIA
(Application no. 36376/04)
JUDGMENT
STRASBOURG
17 May 2010
This judgment is final but may be subject to editorial revision.
In the case of Kononov v. Latvia,
The European Court of Human Rights, sitting as a Grand Chamber composed of:
Jean-Paul Costa, President,
Christos Rozakis,
Nicolas Bratza,
Peer Lorenzen,
Franзoise Tulkens,
Josep Casadevall,
Ireneu Cabral Barreto,
Dean Spielmann,
Renate Jaeger,
Sverre Erik Jebens,
Dragoljub Popović,
Päivi Hirvelä,
Ledi Bianku,
Zdravka Kalaydjieva,
Mihai Poalelungi,
Nebojša Vučinić, judges,
Alan Vaughan Lowe, ad hoc judge,
and Michael O'Boyle, Deputy Registrar,
Having deliberated in private on 20 May 2009 and on 24 February 2010,
Delivers the following judgment, which was adopted on the last‑mentioned date:
PROCEDURE
C. Оценки Большой Палаты
1. Требование заявителя о пересмотре вопросов, объявленных Палатой неприемлемыми
182.**В своем решении от 20 сентября 2007, Палата объявила приемлимой жалобу по Статье 7 Конвенции и неприемлимыми жалобы по статьям 3, 5 (в соединении со Статьей 18), 6 § 1, 13 и 15 Конвенции. Заявитель утверждал, что Большая Палата должна повторно рассмотреть и переоценить эти неприемлемые пункты жалобы.
183.**Большая Палата отмечает, что решение Палаты об объявлении вышеупомянутых жалоб неприемлемыми было окончательным: эта часть жалобы не рассматривается, следовательно, Большой Палатой (K. and T. v. Finland, no. 25702/94, § 141, ECHR 2001-VII, and Šilih v. Slovenia, no. 71463/01, §§ 119-121, 9*April 2009).
184.**Следовательно, Большая Палата будет рассматривать часть жалобы, объявленной приемлемой Палатой, а именно жалобу по Статье 7 Конвенции.
2. Основные Принципы Конвенции
185.** Гарантии, закрепленные в Статье 7 - важнейшем элементе верховенства права - занимают видное место в системе защиты Конвенции, что подчеркивается тем фактом, что никаких отступлений от них не допускается в соответствии со статьей 15 во время войны или при иных чрезвычайных ситуаций. Они должны толковаться и применяться, как следует из их предмета и цели, с тем чтобы обеспечить эффективную защиту от произвольного судебного преследования, осуждения и наказания. Таким образом, статья 7 не ограничивается запретом ретроспективного применения уголовного законодательства к невыгоде обвиняемого: она включает в себя также более общий принцип, что только закон может определять преступление и предписывать наказание («нет преступления, нет наказания без устанавливающего его закона»), а также принцип, что уголовный закон не должен быть широко толковаться во вред обвиняемым, например, по аналогии. Отсюда следует, что преступления должны быть четко определены в законе. Это условие выполняется, когда лицо может знать из формулировки соответствующего положения - и, в случае необходимости, с помощью толкования его судами и с помощью юридической консультации - что действия и бездействие могут повлечь за собой для него уголовную ответственность.
Говоря о "праве", Статья 7 ссылается на ту же концепцию, на которую Конвенция ссылается в других местах при использовании этого термина, понятие, которое включает в себя писаные и неписаные законы и которое подразумевает качественные требования, в особенности доступность и предсказуемость. Что касается предсказуемости, в частности, Суд напоминает, что, хотя в любой системе права в том числе уголовного права, могут быть четко разработанные правовые положения, элемент судебного толкования является неизбежным. Всегда будет необходимость для выяснения сомнительных моментов и для адаптации к меняющимся обстоятельствам. Действительно, в некоторых Государствах Конвенции, прогрессивное развитие уголовного права через судебное нормотворчество является хорошо укоренившейся и необходимой частью правовой традиции. Статья 7 Конвенции, не может быть прочитана как запрещающая постепенное уточнение правил привлечения к уголовной ответственности путем судебного толкования в каждом конкретном случае, при условии, что результирующее развитие находится в соответствии с сущностью правонарушения и может быть разумно предвиденным (Streletz, Kessler and Krenz v. Germany [GC], nos. 34044/96, 35532/97 and 44801/98, § 50, ECHR 2001‑II; K.-H.W. v. Germany [GC], no. 37201/97, § 85, ECHR 2001‑II (extracts); Jorgic*v. Germany, no.*74613/01, §§*101-109, 12*July 2007; and Korbely v. Hungary [GC], no. 9174/02, §§ 69-71, 19 September 2008).
186.**Наконец, два пункта статьи 7 взаимосвязаны и должны толковаться согласованным образом (Tess v. Latvia (dec.), no.*34854/02, 12*December 2002). Принимая во внимание обстоятельства данного дела и основываясь на законах и обычаях войны, применяемых до и во время Второй мировой войны, Суд считает необходимым напомнить указание в подготовительных материалах к Конвенции, что целью второго пункта Статьи 7 было определить, что Статья 7 не влияет на законы, которые, в совершенно исключительных обстоятельствах в конце Второй мировой войны, были введены в целях наказания, в частности, военных преступлений, так что Статья 7 ни в коей мере не направлена на правовое или моральное осуждение этих законов (X.*v. Belgium, no*268/57, Commission decision of 20 July 1957, Yearbook 1, p. 241). В любом случае, Суд отмечает далее, что определение военных преступлений, включенных в статью 6 (б) Хартии Нюрнбергского трибунала, декларировалось международными законами и обычаями войны в их толковании с 1939 года (пункт 118 выше, пункт 207 ниже).
187.**Суд вначале рассмотрит дело в соответствии со статьей 7 § 1 Конвенции. Это не включает вопрос об индивидуальной уголовной ответственности заявителя, который является главным образом предметом оценки в национальных судах. Вместо этого его задача в соответствии со статьей 7 § 1 имеет два аспекта: во-первых, изучить, имелась ли достаточно четкая правовая основа, с учетом состояния права на 27 мая 1944, для осуждения заявителя за военные преступления, и во-вторых, он должен изучить, были ли эти преступления определены в соответствии с законом с достаточной доступностью и предсказуемостью, с тем чтобы заявитель мог знать на 27 мая 1944 года что его действия и бездействие могли привести к уголовной ответственности за такие преступления, и регулировать соответственно свое поведение (Streletz, Kessler and Krenz, § 51; K.-H. W. v. Germany, § 46; and Korbely v. Hungary, § 73, all cited above).
3. Факты, относящиеся к делу
188.**Перед рассмотрением этих двух вопросов, Суд рассмотрит споры о фактах между сторонами и третьими сторонами.
189.**Суд напоминает, что, в принципе, он не должен подменять собой национальные судебные органы. Его обязанностью в соответствии со статьей 19 Конвенции, является обеспечение соблюдения обязательств, принятых Договаривающимися Сторонами Конвенции. Учитывая субсидиарный характер системы Конвенции, в функции суда не входит рассмотрение предполагаемых фактических ошибок, допущенных в национальном суде, за исключением случаев и в той мере, в которой они могут составлять нарушения прав и свобод, гарантированных Конвенцией (see, mutatis mutandis, Schenk v. Switzerland, judgment of 12*July 1988, Series*A no.*140, p.*29, §*45; Streletz, Kessler and Krenz, cited above, §*49; and Jorgic, cited above, § 102) и за исключением случаев, когда выводы национального суда являются очевидно произвольными.
190.Палата окончательным решением нашла судебный процесс заявителя совместимым с требованиями статьи 6 § 1 Конвенции (пункты 182-184 выше). В контексте жалобы по Статьей 7, и выводов Палаты, Большая Палата не имеет никаких оснований оспаривать фактическое описание событий 27 мая 1944, изложенное в соответствующих внутренних решениях, а именно, в решении Уголовного Отдела от 20 апреля 2004 года, подтвержденном в апелляционном порядке Сенатом Верховного Суда.
191.**Факты, установленные в национальных судах в отношении событий 27 мая 1944 были изложены выше (пункты 15-20), и суд извлекает следующие основные элементы. Когда подразделение заявителя вступило в Малые Баты, жители деревни не принимали участия в боевых действиях: они готовились к празднованию Пятидесятницы, и все погибшие жители были найдены партизанами в домах (один в своей ванне, другая в постели). Хотя в домах погибших крестьян были найдены оружие и боеприпасы, предоставленные немецкой военной администрацией, ни один из этих жителей не носил какого-либо оружия. Палата (§ 127) нашла этот последний факт не имеющим никакого значения, но, по причинам изложенным ниже, Большая Палата считает это относящимся к делу. Хотя Заявитель утверждал перед Большой Палатой, что ни один не был сожжен заживо, национальные суды установили, что четыре человека погибли в горящих деревенских домах, трое из которых были женщины. Наконец, ни один из убитых жителей не пытался бежать или оказывать в какой-либо форме сопротивление партизанам, так что, до того, как быть убитыми, все были не вооружены, не оказывали сопротивления и находились под контролем подразделения заявителя.
192.**Национальные суды отклонили некоторые представленные заявителем доводы о фактах. Не было установлено, что погибшие жители предали подразделение майора Чугунова, кроме того, что Meikuls Krupniks донес об этом подразделении немецким войскам, отметив, что присутствие группы в его сарае представляет собой опасность для его семьи. В архивах не показано, что погибшие жители деревни были Schutzmänner (немецкая вспомогательная полиция), но только то, что Бернард Šķirmants и его жена были aizsargi (Латвийская национальная гвардия). Также не было установлено точно, почему жители получили оружие от немецкой военной администрации (будь то в качестве награды за информацию о группе Чугунова, или потому что они являлись членами Schutzmänner, aizsargi или другой официальной вспомогательной силы).
193.**Стороны, а также правительство России, продолжили спор по этим вопросам в этом Суде, заявитель представил Большой Палате новые материалы из латвийских государственных архивов. Суд отмечает, что оспариваемые факты затрагивают вопрос, в какой степени погибшие жители принимали участие в боевых действиях (либо путем выдачи подразделения майора Чугунова немецкой военной администрации, либо как члены Schutzmänner, aizsargi или другой официальной вспомогательной силы) и, следовательно, их правовой статус и сопутствующее законное право на защиту. Национальные суды нашли жителей села "гражданскими лицами", анализ поддержан латвийским правительством. Рассматривая некоторые фактические выводы национальных судов, Палата считала мужскую часть жителей деревни как "коллаборационистов", сделав альтернативных предположения о женской части жителей. Заявитель, а также правительство России, считает жителей "комбатантами".
194.**С учетом вышеописанных споров, Большая Палата, в свою очередь, начнет свой анализ на основе гипотезы, наиболее благоприятной для заявителя: что погибшие жители относятся к категории "гражданских лиц, которые принимали участие в военных действиях" (передачей информации немецкой администрации как утверждается, действие, которое может быть определено как "военная измена"1) или что они имели правовой статус "комбатантов" (на базе одного из предполагаемых вспомогательных ролей).
195.**Суд уточняет, что жители деревни не были franc tireurs («вольными стрелками») с учетом характера их предполагаемых действий, которые привели к нападению и поскольку они не принимали, в рассматриваемый момент времени, участия в каких-либо боевых действиях2. Термин levée en masse («народное ополчение») неприменим, так как Малые Баты уже находились под германской оккупацией3.
4. Имелась ли достаточно четкая правовая основа в 1944 году для преступлений, в которых заявитель был обвинен?
196.**Заявитель был осужден в соответствии со статьей 68-3 Уголовного Кодекса 1961 года, положением, внесенным Верховным Советом 6 апреля 1993 года. Хотя и отмечая определенные действия в качестве примеров нарушений законов и обычаев войны, оно опирается на "соответствующие правовые конвенции" для точного определения военных преступлений (пункт 48 выше). Его осуждение за военные преступления, таким образом, было основано на международном, а не внутреннем законодательстве и должно, по мнению Суда, рассматриваться главным образом с этой точки зрения.
197.**Суд напоминает, что решение проблем толкования внутреннего законодательства в первую очередь является задачей национальных властей, в частности судов, так что его роль ограничивается выяснением того, является ли эффект такого толкования совместимым с положениями Конвенции (see Waite and Kennedy*v. Germany [GC], no.*26083/94, §*54, ECHR 1999‑I, and Korbely, cited above, § 72).
198.**Тем не менее, Большая Палата согласна с Палатой в том, что полномочия суда по пересмотру должны быть больше когда сама Конвенция, Статья 7, в данном случае, требует, чтобы имелась правовая основа для осуждения и приговора. Статья 7 § 1 требует от Суда изучить, существует ли современная правовая основа для осуждения заявителя и, в частности, он должен удостовериться в том, что результаты, достигнутые соответствующими национальными судами (обвинение в совершении военных преступлений в соответствии со статьей 68-3 бывшего Уголовного кодекса), совместимы со статьей 7 Конвенции, даже если существуют различия в между правовым подходом и аргументацией самого Суда и соответствующими национальными решениями. Предположение меньшего права на пересмотр этого Судом сделает Статью 7 лишенной цели. Суд не будет таким образом выражать свое мнение по различным подходам национальных судов нижнего уровня, и прежде всего Латгальского окружного суда в октябре 2003 года, на которое заявитель в значительной степени ссылается, но которое было отменено Отделом по уголовным делам. Вместо этого он должен определить, является ли результат, достигнутый Отделом по уголовным делам, как подтвержденный в апелляционном порядке Сенатом Верховного Суда, совместимым со Статьей 7 (Streletz, Kessler and Krenz, cited above, §§ 65-76).
199.**В итоге, суд должен рассмотреть, имелась ли достаточно четкая правовая основа, с учетом состояния международного права в 1944 году, для осуждения заявителя (see, mutatis mutandis, Korbely v. Hungary, cited above, at § 78).
(a) Значение правового статуса заявителя и жителей деревни
200.**Стороны, третьи стороны и Палата согласились, что заявителю может быть предоставлен правовой статус "комбатанта". С учетом военной службы заявителя в СССР и его командования отрядом красных партизан, который вступил Малые Баты (пункт 14 выше), он в принципе являлся комбатантом, принимая во внимание критерии для статуса комбатантов в рамках международного права, которые были кристаллизованы до Гаагских Соглашений 19074, которые были далее консолидированы этими Соглашениями5 и которые стали прочной частью международного права с 1939 года6.
201.**Большая Палата отмечает, что во внутреннем разбирательстве или в этом Суде не являлось предметом спора то, что заявитель и его подразделения были одеты в немецкую форму вермахта во время нападения на деревню, тем самым не соответствуя одному из вышеупомянутых квалификационных критериев. Это может означать, что заявитель потерял статус комбатанта7 (тем самым теряя право на атаку8), и ношение униформы врага во время боя может само по себе составлять нарушение9. Тем не менее, национальные суды не обвинили заявителя в отдельном военном преступлении на этой основе. Этот фактор имеет определенное значение, тем не менее, для других военных преступлений, в которых он обвинялся (в первую очередь, предательском убийстве и ранении, см. пункт 217 ниже). Суд таким образом продолжит исходя из того, что заявитель и его подразделения были "комбатантами". Одна из гипотез в отношении погибших жителей состоит в том, что они также могут рассматриваться в качестве "комбантов" (пункт 194 выше).
202.*В отношении прав, вытекающие из статуса комбатантов, jus in bello (правила войны) признавали в 1944 году право на статус военнопленного, если комбатанты были захвачены, сдались или оказывались hors de combat (покинувшими строй), а также право военнопленных на гуманное обращение10. Поэтому было незаконным по законам войны в 1944 году жестоко обращаться или казнить без суда военнопленного11, применение оружия будет разрешено, если, например, военнопленные пытались бежать или атаковать своих пленителей12.
203.**Что касается защиты, предоставляемой "гражданским лицам, участвовавшим в военных действиях", по другой гипотезе, выдвинутой в отношении погибших жителей, Суд отмечает, что в 1944 году различия между комбатантами и гражданскими лицами (и между сопутствующей защитой) являлись краеугольным камнем законодательства и обычаев войны, Международный Суд ("ISJ"), описывает это как один из двух "основополагающих принципов, содержащихся в текстах, составляющих ткань гуманитарного права"13. Положения и декларации ранее заключенных договоров показывают, что к 1944 году "гражданские" лица были определены a contrario к определению комбатантов14. Кроме того, общим международным правом в 1944 году диктовалось, что гражданские лица могут быть подвергнуты нападению только до тех пор, как они принимают непосредственное участие в боевых действиях15.
204.**Наконец, если он подозревал, что гражданские лица, которые участвовали в боевых действиях, совершают тем самым нарушение jus in bello (например, военную измену передачей информации немецкой военной администрации, пункт 194 выше), то они по-прежнему оставались подлежащими аресту, справедливому судебному разбирательству и наказанию военным или гражданским судом за любые такие действия, и их казнь без суда противоречит законам и обычаям войны16.
(b) Имелась ли индивидуальная уголовная ответственность за военные преступления в 1944 году?
205.**Определением военного преступления, преобладающим в 1944 году, было то, что нарушает законы и обычаи войны («военные преступления»)17.
206.**Суд отмечает ниже основные шаги в области кодификации законов и обычаев войны и развитие индивидуальной уголовной ответственности, до и включая период Второй мировой войны.
207.**Хотя понятие военных преступлений можно проследить в глубь веков, в середине девятнадцатого века наблюдается период прочной кодификации деяний, представляющих собой военное преступление и в отношении которых лицо может быть привлечено к уголовной ответственности. Кодекс Либера 1863 года (пункты 63-77 выше) изложил множество преступлений против законов и обычаев войны и предписывал наказания, и индивидуальная уголовная ответственность свойственна многим из его статей18. Хотя и являясь американским Кодексом, это была первая современная кодификация законов и обычаев войны и оказала большое влияние на поздние конференции по кодификации, в частности, в Брюсселе в 1874 (пункт 79 выше). Оксфордское Руководство 1880 запретило множество действий, как противоречащие законам и обычаям войны и прямо предусмотрело что "преступники подлежат наказанию, предусмотренному в уголовном праве". Эти ранние кодификации, и в частности проект Брюссельской декларации, в свою очередь вдохновили Гаагскую Конвенцию и Положение 1907 года. Последние документы были наиболее влиятельны из ранних кодификаций и были в 1907 году, декларацией законов и обычаев войны: они определяют, в частности, соответствующие ключевые понятия (комбатанты, народное ополчение, выход из строя), они перечисляют подробно преступления против законов и обычаев войны и они обеспечивают общую защиту через Статью Мартенса для жителей и воюющих сторон в случаях, не охватываемых конкретными положениями Гаагской Конвенции и Положения 1907 года. Ответственность в них возлагалась на государства, которые должны были выпустить последовательные инструкции для своих вооруженных сил и выплачивать компенсацию, если их вооруженные силы нарушили эти правила.
Жертвы среди гражданского населения Первой мировой войны вызвали положения в Версальском и Севрском договорах об ответственности, суде и наказании военных преступников. Работы Международной комиссии 1919 (после Первой мировой войны) и UNWCC (во время Второй мировой войны) внесли значительный вклад в принцип индивидуальной уголовной ответственности в международном праве. "Женевское право" (в частности, конвенции 1864, 1906 и 1929, см. пункты 53-62 выше), защищали жертв войны и предоставляли гарантии для небоеспособного состава вооруженных сил и лиц, не принимающих участия в военных действиях. И "Гаагская" и "Женевская" отрасли права тесно взаимосвязаны, последнее дополняет первое.
Хартия Нюрнбергского Трибунала представила неисчерпывающее определение военных преступлений, за которые была сохранена индивидуальная уголовная ответственность, и решения Нюрнбергского Трибунала выразило мнение, что гуманитарные нормы в Гаагской конвенции и правила 1907 года были «признаны всеми цивилизованными нациями и рассматривались как декларация законов и обычаев войны» с 1939 года и что нарушения этих положений представляет собой преступления, за которые лица подлежат наказанию. В современной доктрине существовало согласие, что международным правом уже определены военные преступления и требование индивидуальной ответственности19. В результате, Устав Нюрнбергского Трибунала не является ex post facto уголовного законодательства. Позднее принципы Нюрнберга, извлеченные из Хартии Нюрнбергского трибунала, и приговор подтвердили определение военных преступлений, изложенных в Уставе, и что любой, кто совершает преступление по международному праву, несет ответственность и подлежит наказанию20.
208.**В течение этого периода кодификации, внутренние уголовные и военные трибуналы служили основным механизмом для обеспечения соблюдения законов и обычаев войны. Международное обвинение с помощью Нюрнбергского Трибунала является исключением, его решение явным образом признавало сохраняющуюся роль национальных судов. Таким образом, международные обязательства государства, основанные на договорах и конвенциях21, не исключают обычной обязанности государства преследовать и наказывать лиц, с помощью своих судов по уголовным делам или военных трибуналов, за нарушения законов и обычаев войны. Международное и национальное законодательство (в том числе последнего переноса международных норм), служил в качестве основы для внутреннего уголовного преследования и ответственности. В частности, если национальное законодательство не предусматривает конкретных особенностей военное преступление, национальный суд может полагаться на международное право в качестве основы для своих рассуждений, не нарушая при этом принципов nullum crimen and nulla poena sine lege22.
209.**Обращаясь к практике таких внутренних судов, Суд отмечает, что, хотя многие государства наказывали военные преступления в своих внутренних правовых системах и военных наставлениях до Первой мировой войны, очень немногие преследовали своих военных преступников23, хотя в США военно-полевые суды на Филиппинах были значительным и информативным исключением24 также как проведение в Лейпциге и Турции судебных процессов после Первой мировой войны. Наконец, во время Второй мировой войны было высказано намерение с самого начала обеспечить судебное преследование военных преступников25 и, параллельно с международным судебным преследованием, принцип внутреннего уголовного преследования военных преступников был сохранен26. Соответственно, также как важные решения Нюрнбергского Трибунала, внутренние судебные процессы, проходившие в годы Второй мировой войны (в частности, в СССР)27 и сразу после Второй мировой войны28, все касались предполагаемых военных преступлений, совершенных в ходе войны, некоторые разбирательства могут быть отмечены за их комплексное использование соответствующих принципов, законов и обычаев войны, особенно в отношении необходимости справедливого судебного разбирательства комбатантов и гражданских лиц, подозреваемых в военных преступлениях.
210.**Суд принял к сведению подробные и противоречивые доводы сторон и третьих сторон по вопросу о правомерности включения Латвии в состав СССР в 1940 году и, следовательно, того, имеют ли события 27 мая 1944 какие-либо связь с международным вооруженным конфликтом и вследствие того могут рассматриваться как военные преступления. Большая Палата считает (как и Палата, по § 112 своего решения), что в ее роль не входит высказываться по вопросу о законности присоединения Латвии к СССР и, в любом случае в данном деле нет необходимости делать это. Хотя в 1944 году связь с международным вооруженным конфликтом была необходима для судебного преследования за действия как за военные преступления, это не означает что только личный состав вооруженных сил или граждан воюющего государства может быть обвинен в этом. Необходимым звеном была прямая и непосредственная связь между предполагаемым преступлением и международным вооруженным конфликтом, так что предполагаемым преступлением должно было быть действие, совершенное в военных целях29. Внутренние суды установили, что операция 27 мая 1944 года была основана на подозрении, что некоторые жители деревни сотрудничали с немецкой администрацией, так что очевидно, что оспариваемые события имели прямую связь с советско-германским международным вооруженным конфликтом и были совершены якобы для содействия советским военным целям.
211.**Суд понимает индивидуальную ответственность командира как режим уголовной ответственности за неисполнение обязанности начальника контролировать, а не как основанную на субсидиарной ответственности за действия других лиц. Понятие об уголовной ответственности за действия подчиненных взято из двух давних норм общепринятого права: комбатант, во-первых, должен находиться под командованием начальника и, во-вторых, должен соблюдать законы и обычаи войны (пункт 200 выше)1. Индивидуальная уголовная ответственность за действия подчиненных была поддержана в некоторых судебных процессах до Второй мировой войны2, в кодифицирующих инструментах и государственных декларациях во время и непосредственно после войны3 и была сохранена при (национальных и международных) преследованиях преступлений, совершенных во время Второй мировой войны4. Она была с тех пор подтверждена как принцип обычного международного права5 и является стандартным положением в уставных документов международных трибуналов6.
212.**Наконец, когда международное право не предусматривает наказания за военные преступления, с достаточной ясностью, внутренней суд может, найдя обвиняемого виновным, установить наказание на основе национального уголовного права7.
213.**Таким образом, Суд считает, что в мае 1944 года военные преступления были определены как действия, противоречащие законам и обычаям войны, и что международное право определило основные принципы, а также широкий спектр действий, составляющие эти преступления. Государствам по крайней мере разрешается (если не требуется) принять меры для наказания лиц за совершение таких преступлений, в том числе на основе командной ответственности. Следовательно, во время и после Второй мировой войны, международные и национальные суды преследовали солдат за военные преступления, совершенные во время Второй мировой войны.
(c) Конкретные военные преступления, за которые заявитель был осужден
214.**Суд таким образом изучит, имелась ли достаточно ясная и современная правовая основа для конкретных военных преступлений, по которым заявитель был признан виновным, и при этом он будет руководствоваться следующими общими принципами.
215.**Суд напоминает декларацию Международного Суда по делу Corfu Channel8, где обязательства по уведомлению о существовании минных полей в территориальных водах, а также предупреждению приближающихся военных кораблей были основаны не на соответствующей Гаагской конвенции 1907 года (No. VIII) которая применялась во время войны, а на "общих и широко признанных принципах", первый из которых был описан как "элементарные соображения гуманности", которые были еще более обязательными во время мира, чем во время войны. В своем позднейшем консультативном заключении О ядерном оружии9, МС сослался на "два кардинальных принципа, содержащихся в текстах, составляющих ткань гуманитарного права". Первым, упомянутый выше, является принцип различия, который направлен на "защиту гражданского населения и объектов", а второй является "обязательством избегать ненужных страданий комбатантов"10. Опираясь явно на Принцип Мартенса, МС отметил, что Гаагские и Женевские конвенции стали "нерушимыми принципами международного обычного права" с момента решения Трибунала в Нюрнберге. Причиной этому является то, что, по мнению МС, множество норм гуманитарного права, применяемого в вооруженных конфликтах, имеют основополагающее значение для "уважения человеческой личности" и "элементарных соображений гуманности". Эти принципы, в том числе Мартенса, представляют собой правовые нормы, согласно которым поведение в условиях войны могло оцениваться судами11.
216.**Суд отмечает, во-первых, что внутренние суды по уголовным делам в основном полагались на положения Женевской конвенции (IV) 1949 (пункты 60-62 выше), чтобы осудить заявителя за жестокое обращение, избиение и убийства жителей. Он считает, в частности с учетом статьи 23(с) Гаагских Положений 1907 года, что, даже если погибших жителей можно было считать комбатантами или гражданскими лицами, которые участвовали в боевых действиях, jus in bello в 1944 году считал обстоятельства их убийства и жестокого обращения военным преступлением, поскольку эти действия нарушают фундаментальные правила законов и обычаев войны, защищающих врага оказавшегося hors de combat. Для этой применения этой защиты человек должен был быть раненым, инвалидом или по другой причине, не иметь возможности защитить себя (в том числе, не обладая оружием), от лица не требуется иметь особый правовой статус и формальная капитуляция также не требуется12. В качестве комбатантов, жители также имели право на защиту в качестве военнопленных, находящихся под контролем заявителя и его подразделения, и их последующее жестокое обращение и казнь противоречила бы многочисленным правилам и обычаям войны о защите военнопленных (как это отмечается в пункте 202 выше). Таким образом, жестокое обращение, избиение и убийства жителей является военным преступлением.
217.**Во-вторых, Суд приходит к выводу, что национальные суды обоснованно ссылались на статью 23(b) Гаагских Положений 1907 для установления отдельного обвинения в отношении предательской ранения и убийства. Понятия о предательстве и вероломстве были тесно связаны в соответствующий момент времени, так что ранение или убийство считалось предательским, если оно было совершено путем незаконного введения противников в заблуждение, что они не находятся под угрозой нападения со стороны, например, неправомерным использованием вражеской формы. Как отмечается в пунктах 16 и 201 выше, заявитель и его подразделения действительно носили немецкую форму в ходе операции в Малые Баты. Статья 23(b), очевидно, действует, если жители считаются "комбатантами", а также может применяться, если они рассматривались как гражданские лица, участвовавшие в боевых действиях. В отношении последнего, текст статьи 23(b) указывает на вероломное убийство или ранение лиц, принадлежащих к неприятельской нации или армии, что может быть истолковано как любым лицам, находящимся под той или иной формой контроля вражеской армии, включая гражданское население оккупированной территории.
218.**В-третьих, латвийские суды ссылались на Статью 16 Женевской конвенции (IV) 1949 года, признавая что сожжение беременной женщины живьем представляет собой военное преступление в нарушение специальной защиты женщин. То, что женщины, особенно беременные женщины, должны быть объектом особой защиты во время войны, являлось частью законов и обычаев войны еще начиная с Кодекса Либера 1863 года (Статьи 19 и 37). Дальнейшее развитие это получило в "Женевском" законе о военнопленных (женщины считались особенно уязвимыми в этой ситуации)13. Суд считает, что этих выражений "особой защиты", понимаемых в сочетании с защитой согласно Принципу Мартенса (пункты 86-87 и 215 выше), достаточно, чтобы найти, что существовала убедительная правовая основа для осуждения заявителя за отдельное военное преступление в том, что касается сожжения госпожи Krupniks. Суд находит, что это мнение подтверждается многочисленными конкретными и специальными мерами защиты для женщин, в том числе сразу после окончания Второй мировой войны в Женевских конвенциях (I), (II) и (IV) 1949, в частности, в Статье 16 последней из упомянутых конвенций.
219.**В-четвертых, национальные суды ссылались на Статью 25 Гаагских Положений 1907, которая запрещает нападения на незащищенные места. Это положение является частью группы аналогичных положений в области международного права (в том числе статье 23(g) Гаагского Положения 1907), которые запрещают уничтожение частной собственности, не "диктуемое военной необходимостью"14. Не было никаких доказательств во внутреннем разбирательстве, и не утверждалось перед Судом, что сжигание фермы в Малые Баты так настоятельно требовалось.
220.**В-пятых, хотя различные положения Гаагской Конвенции 1907 года, Женевской Конвенция (IV) 1949 года и Дополнительного Протокола 1977 упоминались во внутреннем разбирательстве в отношении грабежей (воровство одежды и продуктов питания), не было положительных внутренних выводов, что такие кражи имели место.
221.**Наконец, Суд хотел бы добавить, что, даже если считать, что жители совершили военные преступления (вне зависимости от правового статуса, который они имели), заявитель и его подразделение имели право в соответствии с обычным международным правом в 1944 году только арестовать жителей, обеспечить им справедливое судебное разбирательство, и только потом осуществлять любые наказания (пункт 204 выше). Как заметило государство-ответчик, в версии событий заявителя изложенной в Палате (пункты 21-24 выше), и повторенной на рассмотрении Большой Палатой (пункт 162 выше), заявитель фактически описывает то, что ему следовало бы сделать (арестовать жителей для судебного разбирательства). В любом случае, независимо от того имел ли место или нет какой-либо партизанской суд (пункт 132 постановления Палаты), суд с обвинением жителей in absentia (заочно), без их ведома и участия, с последующей их казнью, не может считаться справедливым.
222.*Поскольку Суд считает, что вышеупомянутые действия заявителя могли считаться равносильными совершению военных преступлений в 1944 году (Streletz, Kessler and Krenz v. Germany, § 76, cited above), нет необходимости комментировать остальные обвинения против него.
223.Более того, Сенат Верховного Суда отметил, что Отдел по уголовным делам установил на основе доказательств, что заявитель организовал, командовал и возглавлял партизанский отряд, который намеревался, в частности, убить жителей и уничтожить хозяйство. Этот суд отметил, что этого было достаточно, чтобы привести к командной ответственности заявителя за действия подразделения, опираясь на Статью 6 Хартии Нюрнбергского Трибунала. В частности, такие установленные факты свидетельствуют, что он де-юре и де-факто контролировал подразделение. Учитывая цель миссии, установленную во внутреннем разбирательстве, он имел требуемое mens rea (преступное намерение). Действительно, собственные доводы в материалах заявителя на рассмотрение Большой Палаты (что его отряд не мог арестовать жителей учитывая, в частности, боевые задачи подразделения и ситуацию, пункт 162 выше), находятся в полном соответствии с вышеупомянутыми фактами, установленными Отделом по уголовным делам. Принимая во внимание командную ответственность заявителя, нет необходимости рассматривать вопрос о том, могли ли национальные суды достоверно установить, что заявитель лично совершал какие-либо действия в Малые Баты 27 мая 1944 года (пункт 141 постановления палаты).
224.**Наконец, Суд хотел бы прояснить два заключительных замечания.
225.**Правительство-ответчик утверждало, что действия заявителя не могут считаться законной репрессией воюющей стороны, на что ни заявитель, ни правительство Российской Федерации существенно не ответили. Национальные суды установили, что заявитель возглавил операцию в Малые Баты в качестве "мести", но они явно не принимали такие доводы в оправдание. Суд не видит никаких оснований ставить под сомнение отказ национальных судов в таком оправдании (рассматривать ли жителей комбатантами или гражданскими лицами, которые участвовали в военных действиях)15.
226.**Что касается § 134 постановления Палаты, Большая палата согласна с государством-ответчиком, что не является оправданием при обвинении в совершении военных преступлений утверждать, что другие также совершали военные преступления, если только эти действия других не были такого рода, распространенности и последовательности, чтобы служить доказательством изменения в международных обычях.
227.**В заключение, даже предполагая, что погибших жителей можно было бы считать "гражданскими лицами, которые принимали участие в военных действиях" или "комбатантами" (см. пункт 194 выше), имелась достаточно четкая правовая основа, с учетом состояния международного права в 1944 году, для осуждения заявителя и наказания за военные преступления в качестве командира подразделения, ответственного за нападение на Малые Баты 27 мая 1944 года. Суд хотел бы добавить, что, если рассматривать жителей как "гражданских лиц", a fortiori (тем более) они имеют право на получение еще большей защиты.
5. Были ли обвинения в военных преступлениях за пределами срока давности?
228.**Правительство Российской Федерации утверждало, что любое преследование заявителя было за пределами сроков исковой давности не позднее чем с 1954 года, с учетом максимального срока исковой давности, предусмотренного Статьей 14 Уголовного кодекса 1926 года. Латвийское правительство считает, что его уголовное преследование не было за пределами срока исковой давности, и заявитель со своей стороны опирается на решение Палаты.
229.**Заявитель был осужден в соответствии со статьей 68-3 Уголовного Кодекса 1961 года, Статья 6-1 того же Кодекса устанавливает, что нет срока исковой давности для, в частности, военных преступлений, и обе статьи были включены в Уголовный Кодекс в 1993 году. Сенат Верховного Суда также цитирует в подтверждение Конвенцию 1968 года (пункты 130-132 выше). Стороны, по существу, оспаривают тем самым, было ли уголовное преследование заявителя (на основании того, что не существует никаких ограничений срока давности для соответствующих преступлений) равнозначным ex post facto (постфактум) расширению национального срока исковой давности, который применялся бы в 1944 году и является ли, следовательно, преследование равнозначным приданию обратной силы уголовному закону (see Coëme and Others v. Belgium, nos. 32492/96, 32547/96, 32548/96, 33209/96 and 33210/96, ECHR 2000‑VII).
230.**Суд отмечает, что, если бы заявитель был обвинен в военных преступлениях в Латвии в 1944 году, Глава IX о воинских преступлениях в Уголовном Кодексе 1926 года, сама по себе, не охватывала бы описанных выше соответствующих военных преступлений (заявитель и Правительство Российской Федерации согласны с этим): национальному суду поэтому пришлось бы полагаться на международное право, чтобы обосновать обвинения в военных преступлениях (см. пункты 196 и 208 выше). Аналогичным образом, Статья 14 Уголовного Кодекса 1926 года, с установленным ей сроком исковой давности, применяется только к преступлениям, предусмотренным Уголовным Кодексом 1926 года, и не могла иметь никакого применения к военным преступлениям, устанавливаемым в соответствии с международным правом, также в этом Кодексе не имеется положения, говорящего, что эти предписания могли иметь любое такое приложение. Напротив, Суд отмечает, что в 1926 году Уголовный Кодекс понимался как система для преследования "опасных социальных действия", которые могут нанести ущерб установленному социалистическому строю16, используемая в официальных примечаниях к Статье 14 терминология иллюстрирует это. При таких обстоятельствах, внутренне преследование за военные преступления в 1944 году потребовало бы ссылки на международное право, не только с точки зрения определения таких преступлений, но также в отношении определения применимого срока исковой давности.
231.**Однако, международное законодательство не отвечало на этот вопрос. Предшествующие международные декларации17 об ответственности за военные преступления и обязанности преследовать и наказывать их, не упоминали какого-либо применимого срока давности18. Хотя в Статье II (5) Закона № 10 Контрольного Совета рассматривается вопрос по отношению к военным преступлениям, совершенным на немецкой территории до и во время Второй мировой войны, ни в уставах Нюрнбергского и Токийского Трибуналов, ни в Конвенции о геноциде 1948 года, Женевской Конвенции 1949 года или Нюрнбергских Принципах, не содержится каких-либо положений, касающихся давности в отношении военных преступлений (как это было подтверждено в Преамбуле к Конвенции 1968 года).
232.**Основной вопрос, который необходимо определить этому Суду, состоит в том, являлись ли в любой момент времени до привлечения к ответственности заявителя такие действия ограниченными по сроку исковой давности в международном праве. Как следует из предыдущего пункта, в 1944 не имелось срока исковой давности, установленного международным правом в отношении судебного преследования за военные преступления. Также и дальнейшее развитие международного права после 1944 года не устанавливало какой-либо срок исковой давности для обвинения в военных преступлениях в отношении заявителя19.
233.**Таким образом, Суд приходит к выводу что, во-первых, любые положения о давности национального законодательства не были применимы (пункт 230 выше), а во-вторых, что обвинения в отношении заявителя никогда не ограничивались давностью нормами международного права (пункт 232). Суд заключает, что уголовное преследование заявителя не было за пределами срока давности.
6. *Мог ли заявитель предвидеть, что соответствующие действия составляют военное преступление, в котором он может быть обвинен?
234.**Заявитель также утверждал, что он не мог предвидеть, что оспариваемые действия представляют собой военные преступления, или ожидать, что он впоследствии будет обвинен.
Во-первых, он подчеркнул, что в 1944 году он был молодым солдатом в боевой обстановке, в тылу врага и оторван от описанных выше международных достижений, в этих обстоятельствах он не мог предвидеть, что деяния, за которые он был осужден, могут составлять военные преступления. Во-вторых, он утверждал, что политически нельзя было предвидеть, что он будет подвергаться преследованию: его осуждение после провозглашения независимости Латвии в 1991 году было политической акцией латвийского государства, а не каким-либо реальным желанием выполнить международные обязательства по преследованию военных преступников.
235.**Что касается первого вопроса, Суд считает, что в контексте командующего и законов и обычаев войны, понятия доступности и предсказуемости должны рассматриваться в совокупности.
Суд напоминает, что объем понятия предвидения зависит в значительной степени от сути используемого средства, области его предназначения и количества и статуса тех, на кого оно направлено. Лица, осуществляющие профессиональную деятельность, должны действовать с высокой степенью осторожности при следовании своим занятиям, и от них можно ожидать особого внимания при оценке рисков, которые такая деятельность влечет за собой (Pessino v. France, no.*40403/02, §*33, 10 October 2006).
236.**В отношении того, можно ли квалификацию оспариваемых действий в качестве военных преступлений исключительно на основании международного права считать достаточно доступной и предсказуемой для заявителя в 1944 году, Суд напоминает, что ранее приходил к выводу, что индивидуальная уголовная ответственность рядового (пограничника) была определена с достаточной доступностью и предсказуемостью, в частности, требованием соблюдать фундаментальные международные документы по правам человека, которые, сами по себе, не порождают индивидуальной уголовной ответственности и один из которых не был ратифицирован соответствующим государством на тот момент (K.-H.W. v. Germany, §§ 92-105, cited above). Суд счел, что даже рядовой не может демонстрировать общее, слепое повиновение приказам, которые грубо нарушают не только внутреннее законодательство, но и международно признанные права человека, в частности право на жизнь, высшую ценность в международной иерархии прав человека (K.-H.W. v. Germany, at § 75).
237.**Справедливо, что в 1926 году Уголовный Кодекс не содержал ссылки на международные законы и обычаи войны (как в случае K.-H. W v. Germany) и что эти международные законы и обычаи не были официально опубликованы ни в СССР, ни в Латвийской ССР (как в Korbely v. Hungary [GC], cited above, at §§ 74-75). Однако, это не может иметь решающего значения. Как видно из выводов в пунктах 213 и 227 выше, международные законы и обычаи войны в 1944 году были достаточны, сами по себе, чтобы установить индивидуальную уголовную ответственность.
238.**Кроме того, Суд отмечает, что в 1944 эти законы представляли собой подробные lex specialis нормы, фиксирующие параметры преступного поведения во время войны, адресованные в первую очередь вооруженным силам и, особенно, командирам. Данный заявитель был сержантом Советской Армии, приписанным к резервному полку Латышской дивизии: на тот момент он был членом диверсионного подразделения и командиром взвода, чья основная деятельность состояла в военных диверсиях и пропаганде. Учитывая его положение в качестве командующего военного офицера, суд считает, что от него можно было бы разумно ожидать особого внимания при оценке рисков, с которыми была связана операция в Малые Баты. Суд считает, что, принимая во внимание грубо противоправный характер жестокого обращения и убийства девяти жителей деревни, установленные обстоятельства операции 27 мая 1944 (пункты 15-20 выше), даже в самом поверхностном отражении заявителем, указывают что оспариваемые действия, по меньшей мере, рисковали оказаться противоречащими законам и обычаям войны как они понимались в то время и, в частности, рисковали составить военные преступления, за которые он, как командир, может быть привлечен к индивидуальной и уголовной ответственности.
239.**По этим причинам Суд полагает разумным найти, что заявитель мог предвидеть в 1944 году, что оспариваемые действия могут быть квалифицированы как военные преступления.
240.**Что касается его второго представления, Суд отмечает декларации независимости 1990 и 1991 годов, немедленное присоединение новой Латвийской Республики к различным документам по правам человека (в том числе к Конвенции 1968 года в 1992 году) и последующее включение статьи 68-3 в Уголовный Кодекс 1961 года в 1993 году.
241.Суд напоминает, что является законным и предсказуемым для государства-преемника возбуждать уголовные дела в отношении лиц, совершивших преступления при прежнем режиме, и что суды-преемники не могут быть подвергнуты критике за применение и толкование правовых норм, действовавших на тот момент при прежнем режиме, но в свете принципов, ведущих государство к верховенству права и с учетом основных принципов, на которых строится система Конвенции. Особенно это так в случае, когда рассматриваемый вопрос касается права на жизнь, высшей ценности в Конвенции и международной иерархии прав человека, и право, в отношении которого Договаривающиеся Стороны несут главные обязательства по защите согласно Конвенции. Так же как обязанность государства преследовать вытекает из законов и обычаев войны, Статья 2 Конвенции тоже призывает государства принять надлежащие меры для защиты лиц, находящихся под их юрисдикцией, и подразумевает главную обязанность по обеспечению права на жизнь за счет внедрения эффективных уголовно-правовых норм для предотвращения совершения преступлений, ставящих под угрозу жизнь (see Streletz, Kessler and Krenz, §§*72 and 79-86, and K.-H.W. v. Germany, cited above, §§ 66 and 82-89). Для текущих целей является достаточным отметить, что вышеупомянутые принципы применимы и к смене режима, которая состоялась в Латвии после декларации независимости 1990 года и 1991 (см. пункты 27-29 и 210 выше).
242.**Что касается опоры заявителя на поддержку советской власти с 1944 года, суд считает, что этот аргумент не имеет отношения к правовому вопросу о том, можно ли было предположить, что оспариваемые действия в 1944 году могут представлять собой военные преступления.
243.**Таким образом, уголовное преследование заявителя (а затем и осуждение) в Латвийской Республике, на основе международного права, действовавшего на момент оспариваемых действий и примененного ее судами, не может считаться непредсказуемым.
244.**В свете всего вышеизложенного, Суд пришел к выводу, что в то время, когда они были совершены, действия заявителя составляли преступление, которые было определено с достаточной доступностью и предсказуемостью законами и обычаями войны.
D. Заключение Суда
245.**По всем вышеизложенным причинам, Суд считает, что осуждение заявителя за военные преступления не является нарушением статьи 7 § 1 Конвенции.
246.**Таким образом, нет необходимости проверять осуждение заявителя на соответствие со статьей 7 § 2 Конвенции.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД
1.**Отклоняет единогласно просьбу заявителя о рассмотрении жалоб, признанных неприемлемыми Палатой;
2.**Постановляет 14 голосами против трех, что не имело место нарушение статьи 7 Конвенции;
Совершено на английском и французском языках и оглашено на открытом слушании во Дворце прав человека в Страсбурге 17 мая 2010.
Michael O'Boyle Jean-Paul Costa
Deputy Registrar President
В соответствии со Статьей 45 § 2 Конвенции и Правилом 74 § 2 Регламента Суда, следующие особые мнения прилагаются к этому постановлению:
(a)**совпадающее совместное мнение Судей Rozakis, Tulkens, Spielmann и Jebens;
(b)**особое мнение Судьи Costa, поддержанное Судьями Kalaydjieva и Poalelungi.
J.-P.C.
M.O'B.
СОВПАДАЮЩЕЕ СОВМЕСТНОЕ МНЕНИЕ СУДЕЙ ROZAKIS, TULKENS, SPIELMANN И JEBENS
1.**Хотя мы полностью согласны с большинством в данном случае, что жалобы заявителя не могут привести к выводу о нарушении статьи 7 Конвенции, мы отступаем от их мотивировки по конкретному вопросу, в отношении их выводов по заявлению Российской Федерации о том, что уголовное преследование заявителя равносильно приданию обратной силы уголовному закону.
2.**Действительно, Россия, вмешавшись в данное дело, утверждала, что любое преследование заявителя было ограничено сроком исковой давности не позднее чем в 1954 году, с учетом максимального срока исковой давности, предусмотренного Статьей 14 Уголовного Кодекса 1926 года. С точки зрения России, заявитель был осужден в соответствии со Статьей 68-3 Уголовного Кодекса 1961 года, и Статьей 6-1 этого Кодекса указано, что не существует никакого ограничивающего срока, в частности, за военные преступления. В этих обстоятельствах Россия - и заявитель, - утверждает, что судебное преследование последнего равносильно постфактум расширению национального срока исковой давности, который применялся бы в 1944 году, и, соответственно, равнозначно приданию обратной силы уголовному закону (см. пункты 228 и 229 решения).
3.**Ответ Суда, данный в пунктах 230 и 233, который по существу отрицает, что основанием для установления ответственности заявителя в 1944 году — если бы заявитель был привлечен к суду за военные преступления в Латвии в 1944 году — был Уголовный Кодекс 1926 года (с ограничительным положением). Суд счел, принимая во внимание то, каким образом Уголовный Кодекс был сформулирован, что "внутреннее преследование за военные преступления в 1944 году требовало бы ссылки на международное право, не только с точки зрения определения таких преступлений, но также в отношении определения применимого срока давности". Вместе с тем, Суд продолжает: "международное право в 1944 не отвечало на этот вопрос. Предшествующие международные декларации об ответственности за военные преступления и обязанности преследовать и наказывать их, не упоминали какого-либо применимого срока давности ... Ни в уставах Нюрнбергского и Токийского Трибуналов, ни в Конвенции о геноциде 1948 года, Женевской Конвенции 1949 года или Нюрнбергских Принципах, не содержится каких-либо положений, касающихся давности в отношении военных преступлений (как это было подтверждено в Преамбуле к Конвенции 1968 года).". Отсутствие каких-либо упоминаний в послевоенных документах вопроса о ограничениях привело Суд к выводу, что международное право, не раскрывая этот вопрос, признавало преступления заявителя бессрочными; что в 1944 году никакого срока давности не было установлено международным правом в отношении судебного преследования за военные преступления; и что последующее развитие не указывает, что международное право после 1944 года вводило какие-либо ограничительные сроки по военным преступлениям, за которые заявитель был осужден.
4.**Мы считаем, что ответ, данный Судом на данное конкретное заявление, не является правильным. Простое молчание международного права не достаточно, чтобы доказать, что согласие и намерения международного сообщества в 1944 году были настолько ясны в том, что касается бессрочности военных преступлений, особенно если учесть, что до Нюрнберга и Токио состояние международного уголовного права, касающееся индивидуальной ответственности за военные преступления, еще не достигло той степени продуманности и полноты, позволяющей прийти к выводу, что технические и процедурные вопросы по поводу применения этого права были однозначно определены. В принципе, можно сказать, что до 1944 года общего международного права - как совокупности существующих общих международных соглашений и государственной практики - разрешало вопрос о личной ответственности (и не только государственной ответственности), и что только в послевоенный период были отточены процедурные вопросы, такие как вопрос о сроках исковой давности за военные преступления.
5.**Тем не менее, как нам кажется, Суд некорректно рассмотрел вопрос о бессрочности военных преступлений заявителя в 1944 году в качестве отдельного аспекта требований Статьи 7. Суд, в своих усилиях разобрать аргументы, выдвинутые сторонами, оставил впечатление, что связь, сделанная последними между (бес)срочностью военных преступлений и обратной силой закона, регулирующего подобные преступления, была правильной, и просто сосредоточил свои усилия на демонстрации того, что в обстоятельствах данного дела преступления, о которых идет речь, уже являлись бессрочными.
6.**Это не правильный подход. Правильный подход, на [наш] мой взгляд, состоит в том, что Статья 7 Конвенции и закрепленные в ней принципы требуют, чтобы в руководствующейся верховенством права системе любой, предполагающий совершить определенное действие, должен быть в состоянии, ссылаясь на определяющие преступления правовые нормы и соответствующие санкции, определить, является ли предполагаемое деяние преступлением и какое наказание ему угрожает, если оно осуществится. Поэтому никто не может говорить о ретроактивном применении норм материального права, если лицо осуждено, хотя и с опозданием, на основе правил, существующих на момент совершения деяния. Полагая, как предлагает Суд, что процедурный вопрос о давности является составным элементом применимости Статьи 7, связанным с вопросом обратной силы и, находящимися рядом, с равной силой, условиями существования преступления и наказания, можно прийти к нежелательным результатам, которые могут подорвать сам дух Статьи 7.
7.**Конечно, должен существовать ответ на аргументы сторон, касающиеся срока давности, с точки зрения как чисто технического вопроса, который уместнее переплетается со справедливостью судопроизводства и Статьей 6 Конвенции. И он состоит в том, на [наш] мой взгляд, что хотя, безусловно, вопрос о срочности не был полностью решен в 1944 году - хотя это не дает заявителю возможности воспользоваться таким пробелом - последующие события, после Второй мировой войны, тем не менее наглядно продемонстрировали что международное сообщество не только укрепилось в своей позиции решительного осуждения ужасных военных преступлений, но и постепенно сформулировало подробные правила — в том числе процедурные — определяющие то, как такие преступления должны разбираться международным правом. Это развитие представляет собой непрерывную цепь нормотворчества, не оставляя возможности считать, что международная система не была готова осуществлять осуждение преступлений, совершенных во время войны; на этом этапе, конечно, была полная тишина по вопросу о срочности. Это также может быть установлено из принятия Конвенции 1968 года, которая "подтвердила" бессрочность этих преступлений. Это именно та цепь событий, которая позволила латвийскому правительству призвать к ответственности и осудить заявителя за совершенные преступления.
ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ COSTA, ПОДДЕРЖАННОЕ СУДЬЯМИ KALAYDJIEVA И POALELUNGI
(Перевод)
1.**Мы пришли к выводу, как и Палата, но в отличие от большинства членов Большой Палаты, что статья 7 Конвенции была нарушена стороной государства-ответчика в форме преследования заявителя и его осуждения за военные преступления. Мы постараемся изложить нашу позицию по этому вопросу.
2.**Необходимо сделать предварительные замечания в отношении самой структуры Статьи 7 Конвенции.
3.**Как известно, первый из двух пунктов данной статьи излагает в общих чертах принцип, что преступления и наказания должны быть определены законом, что подразумевает, в частности, что они не должны иметь обратной силы, а второй пункт (по смыслу, lex specialis) предусматривает исключение из этого принципа в случаях, когда действие или бездействие, в то время, когда оно было совершено, являлось уголовным преступлением в соответствии с "общими принципами права, признанными цивилизованными нациями". (Это выражение в точности такое же, как используемое в Статье 38 Статута Международного Суда, и явно вдохновлено им).
4.**Большая Палата справедливо отметила в пункте 186 решения, ссылаясь на Tess v. Latvia ((dec.), no. 34854/02, 12 December 2002), что эти два пункта 7 статьи должны толковаться согласованным образом. Кроме того, решение верно, на наш взгляд, заключает в пунктах 245 и 246, что, поскольку осуждение заявителя не является нарушением Статьи 7§1, нет необходимости проверять осуждение на соответствие со Статьей 7§2. В самом деле, нити рассуждений не только должны быть согласованы, но они тесно связаны между собой. Если мы отклоняем правовую основу для преступления в национальном законодательстве, мы должны ссылаться на нормы международного договорного права или обычного международного права. И если это не предоставляет достаточного основания, Статья 7 в целом будет нарушена.
5.**Что касается фактов, как наш коллега Egbert Myjer отметил в своем совпадающем мнении, приложенном к решению Палаты, установившем нарушение, не является в принципе задачей Суда заменять своим мнением выводы национальных судов, за исключением случаев явного произвола. Суд не является четвертой инстанции, или международным уголовным судом. Он не призван переосуждать заявителя за события, которые произошли 27 мая 1944 года в Малые Баты. Окончательное решение, вынесенное Судом 20 сентября 2007 года, отклонило жалобу заявителя на нарушение его права на справедливое судебное разбирательство в соответствии со Статьей 6 Конвенции. Обсуждение по существу дела, следовательно, ограниченные Статьей 7, как было отмечено в пункте 184 решения Большой палаты. Исходя из этого, однако, Суд должен, не занимая место национальных судов, рассматривать вопрос о применении положений Конвенции о которых идет речь, другими словами, обеспечить, чтобы уголовные наказания, назначаемые заявителю, были предусмотрены законом и не имели обратной силы. Кроме того, очевидно, что по отношению к тяжести обвинений, выдвинутых против заявителя, эти санкции не были слишком тяжелыми, учитывая его возраст, немощь и неопасность (см. пункт 39 постановления); однако оказанное обвиняемому милосердие не имеет прямого отношения к существу жалобы о нарушении Статьи 7 Конвенции.
6.**Первый вопрос для рассмотрения касается национального законодательства. Во время событий УК РСФСР 1926 года, который стала применяться на территории Латвии указом от 6 ноября 1940 (см. пункт 41 постановления), не содержал каких-либо положений о военных преступлениях, как таковых. Кодекс был заменен 6 января 1961 на Уголовный Кодекс 1961 года, после обсуждаемых событий, и закон, принятый 6 апреля 1993 года, после того как Латвия вновь обрела независимость в 1991 году, включил в Уголовный Кодекс 1961 года положения о военных преступлениях, допускающие ретроспективное применение уголовного права в отношении таких преступлений и освобождающие их от ограничений (Статьи 6-1, 45-1 и 68-3, внесенные в Кодекс 1961 года - см. пункты 48 до 50 постановления). В этих условиях трудно найти правовую основу, существующую в национальном законодательстве на момент событий, и если мы не ошибаемся в нашем понимании решения, в частности в пунктах от 196 до 227, большинство нашли такую правовую основу только в ссылках на международное право, даже с учетом вступления в силу закона от 1993 года (см. пункт 196 особенно). Этот подход был также принят в национальных судах, по крайней мере Сенатом Верховного Суда в его постановлении от 28 сентября 2004, окончательном решении по делу на национальном уровне. Это решение было главным образом основано на статье 6§2, пункт (б), Устава Международного военного Трибунала в Нюрнберге, а также на Конвенции Организации Объединенных Наций 1968 года о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества (о мотивировке решения Сената Верховного Суда, см. пункт 40 постановления).
7.**Вопрос о правовой основе в международном праве, однако, намного сложнее. Он поднимает большое количество спорных проблем: существует ли на самом деле такая правовая основа, были ли, в случае таковой, обвинения в совершении военных преступлений в отношении заявителя за пределами истечения срока давности или не подпадают под срок давности, и, наконец, является ли преследование заявителя (с 1998 года), и его осуждение (в последнем случае в 2004 году) предвидимым, и мог ли он предвидеть его.
8.**На наш взгляд, следует проводить различие между нормами международного права, действующими на тот момент и теми, которые появились впоследствии и были созданы постепенно, главным образом, со времени Нюрнбергского процесса, который начался в ноябре 1945 и имел, и по-прежнему продолжает иметь, жизненно важное значение во многих отношениях.
9.**Решение, к его чести, содержит длительный и тщательный анализ норм международного гуманитарного права, и особенно jus in bello, до 1944 года. Это правда, что и договорное и обычное право в этой области развивались, в частности, из Кодекса Либера 1863 года и впоследствии Гаагской Конвенции и Положений 1907 года. В этой связи можно также отметить заявление, или "принцип Мартенса", добавленное в преамбулу второй Гаагской конвенции 1899 года и воспроизводенное в преамбуле к Гаагской конвенции 1907 года (см. пункты 86 и 87 постановления).
10.**Тем не менее, мы не убеждены, даже глядя на них в 2010 году через призму многих последующих позитивных сдвигов, что эти документы могли бы, в 1944 году, создать достаточно провозглашенную и признанную правовую основу для военных преступлений, чтобы считать ее точно определенной в то время, и для возможности предвидеть их определения. Как справедливо отмечает Судья Myjer в своем совпадающем мнении, о котором говорилось выше, не все преступления, совершенные во время войны, могут рассматриваться как "военные преступления", уголовное право должно быть строгим, и Суд часто замечал, что оно не должно быть широко истолковано в ущерб обвиняемому, например, по аналогии, поскольку это будет противоречить принципу nullum crimen, nulla poena, sine lege (см., например, Kokkinakis v. Greece, 25 May 1993, § 52, Series A no.*260‑A). Против заявителя было возбуждено уголовное дело, судебный процесс, и он был осужден более чем полвека спустя после этих событий, на основе уголовного права якобы существовавшего в то время - положение дел, которое явно проблематично.
11.**Конечно следует признать, что пункты постановления от 97 до 103 также ссылаются на практические примеры, от периода до Второй мировой войны, преследований за нарушения законов и обычаев войны (военно-полевые суды Соединенных Штатов Америки на Филиппинах, в Лейпцигские процессы, преследования турецких офицеров). Эти изолированные и эмбриональных примеры никоим образом не указывают на наличие достаточно установленных норм обычного права. Мы более склонны разделить мнение профессора Джорджа Аби-Сааба и г-жа Розмари Аби-Сааб в их главе под названием "О военных преступлениях" в коллективной работе Droit international pénal (Paris, Pedone, 2000), под редакцией профессоров Hervé Ascensio, Emmanuel Decaux и Alain Pellet (стр. 269):
“13.**Таким образом, до окончания Второй мировой войны, установление уголовной ответственности за нарушения правил jus in bello, другими словами, определение военных преступлений и наказаний связанных с ними, оставлялось воюющему государству, и его внутреннему законодательству (хотя эта власть может осуществляться только со ссылкой на и в пределах норм jus in bello, а иногда осуществлялось на основании договорного обязательства). Качественный скачок произошел, когда международное право непосредственно определило военные преступления и более не оставляло это определение внутреннему праву отдельных государств.”
(Авторы затем цитируют Нюрнбергский Трибунал как стартовую точку этого “качественного скачка”.)
12.**Перед тем как сделать вывод о законодательстве и практике до событий, рассматриваемых в данном деле, следует отметить, что, к сожалению, многие совершенные зверства, особенно во время двух мировых войн, обычно не подвергались судебному преследованию и наказанию, пока именно Нюрнберг не изменил ситуацию. Это подтверждает мнение г-на и г-жа Аби-Сааб, процитированное выше.
13.**Что касается "Нюрнберга" (Устава, судебного разбирательства и принципов), то следует отметить, прежде всего, что весь процесс начался более года спустя после событий данного дела. Лондонское соглашение о создании Международного военного Трибунала датируется 8 августа 1945. Устав Трибунала, прилагаемый к Соглашению, уполномочил его судить и наказывать лиц, которые, действуя в интересах европейских стран оси, совершили определенные преступления, включая военные преступления. Статья 6(б) Устава представила первое юридическое определение военных преступлений, и, как уже было отмечено в пункте 6 этого мнения, национальные суды сочли, что эти положения применимы к заявителю. Решение Трибунала утверждает, что классификация таких преступлений не является результатом исключительно Статьи 6(б) Устава, но также исходит из уже существующих норм международного права (в частности, Гаагской конвенции 1907 года и Женевской конвенции 1929 года); Тем не менее, возникает вопрос, должно ли это декларативное предложение, которое явно ретроактивно по сути, рассматриваться как имеющее эффект erga omnes в прошедшем, или сфера его применения, наоборот, ограничивается общей юрисдикцией Трибунала ratione personae, или даже его юрисдикцией только в отношении лиц, судимых им. Этот вопрос имеет решающее значение, так как в то время как заявитель был действительно подвергнут судебному преследованию за действия, которые он якобы совершил или был соучастником, он явно не действовал в интересах "европейских стран оси", поскольку он боролся против них. Если исключить возможность применения уголовного закона широко и по аналогии, трудно принять без колебаний, что "Нюрнбергские принципы" могут служить здесь в качестве правовой основы.
14.**Исторически, вновь как отметил судья Myjer в своем приведенные выше мнении, только Нюрнбергский процесс "впервые дал ясно понять всему миру, что тот, кто совершит аналогичные преступления в будущем, будет нести индивидуальную ответственность" . Таким образом, мы считаем, что только после фактов данного дела международное право закрепило нормы jus in bello с достаточной точностью. Тот факт, что Нюрнбергский процесс наказал задним числом лиц, представших перед трибуналом, не означает, что все преступления, совершенные во время Второй мировой войны, могут быть накрыты задним числом, в целях Статьи 7§2 Конвенции, определением военных преступлений и предусмотренных для них наказаний. "Общие принципы права, признанные цивилизованными нациями", по нашему мнению, четко изложены в Нюрнберге, и не раньше — пока кто-нибудь не допускает, что они существовали заранее. Если да, с какого момента они существуют? Вторая мировая война? Первая? Гражданская война и Кодекс Либера? Не является ли, при всем уважении, несколько спекулятивным определять этот вопрос в решении, вынесенном в начале двадцать первого века? Этот вопрос стоит задать.
15.**A fortiori, ни четыре Женевских Конвенции от 12 августа 1949, ни Конвенция Организации Объединенных Наций ноября 1968 о неприменимости срока давности к военным преступлениям, которая вступила в силу 11 ноября 1970 года, как представляется, не обеспечивают правовую основу для обратной силы делу, возбужденному в отношении заявителя в 1998 году, особенно в рамках национального законодательства, уголовное преследование преступления по которому было за пределами исковой давности с 1954 года (см. пункт 18 ниже).
16.**Все эти соображения приводят нас к выводу, что в тот момент ни внутреннее, ни международное право не являлись достаточно ясными в отношении военных преступлений, либо различий между военными преступлениями и обычными преступлениями, какими бы серьезными такие преступления не могли быть. И действия, совершенные 27 мая 1944 (независимо от их исполнителей и/или сообщников) действительно были крайне серьезными, если судить по фактам, установленных в национальных судах.
17.**Помимо того, неясно, являлось ли применимое право, и также возможно в качестве альтернативы, оставалось по-прежнему в силе, или же срок исковой давности применяется образом, исключающим возбуждение дела в отношении заявителя о совершении военных преступлений, а тем более его осуждение в результате такого разбирательства?
18.**По нашему мнению, уголовное преследование заявителя было за пределами исковой давности с 1954 года, в соответствии с действующим национальным законодательством, поскольку в 1926 году Уголовный кодекс предусматривал срок исковой давности 10 лет со дня совершения правонарушения. Только тогда, когда закон от 6 апреля 1993 года был принят — спустя почти 50 лет после событий, — в Уголовный Кодекс (1961) вошли поправки, установившие что срок давности привлечения к уголовной ответственности не распространяется на лиц, виновных в совершении военных преступлений. Поэтому мы считаем, что неприменение данного ограничения в деле заявителя составляет ретроспективное применение уголовного закона, которое, на наш взгляд, как правило, не совместимо со Статьей 7.
19.**Большинство, правда, заключило (см. пункты 232 и 233 постановления), что в 1944 году срок давности не был зафиксирован в международном праве в отношении судебного преследования за военные преступления. Во-первых, как было сказано выше, мы считаем, что рассматриваемые действия не могли быть классифицированы как военные преступления в 1944 году в отсутствие достаточно ясных и четких правовых основ, а во-вторых, уголовное преследование в отношении этих действий ограничено сроком исковой давности по 1954 год. Поэтому мы не убеждены этой аргументацией, которая сводится к нахождению что неприменение срока давности к уголовным преступлениям является правилом, а ограничение - исключением, в то время как, на наш взгляд, обратное должно быть истинным. Освобождение от ограничений по наиболее тяжким преступлениям является явным признаком прогресса, поскольку умеряет безнаказанность и допускает наказание. Международное уголовное правосудие получило значительное развитие, особенно после создания специальных международных трибуналов, а затем Международного уголовного суда. Однако без четких правовых оснований трудно решать постфактум, что сроки давности не применяются.
20.**И наконец, возможно, самое главное, мы должны рассмотреть вопрос о предсказуемости, в 1944 году, обвинения в году 1998, на основе документа, действующего начиная с 1993 года, за деяния, совершенные в 1944 году. Мог ли заявитель предвидеть тогда, что более чем полвека спустя, эти действия могут быть признаны судом служащими основанием для его осуждения за преступление, которое, кроме того, не подлежит давности?
21.**Мы не хотим вступать в прения о предсказуемости исторических и правовых изменений, происходящих после, а иногда и спустя долгое время после события (Нюрнбергский процесс, Женевские Конвенции 1949 года, Конвенция Организации Объединенных Наций 1968 года о неприменимости срока давности к военным преступлениям, закон 1993 года принятый после восстановления независимости Латвии в 1991 году). Мы просто хотели бы напомнить, что осуждение заявителя было основано на международном праве. На этот счет, проведенная Судом аналогия (пункт 236) с делом K.-H.W. v.*Germany ([GC], no. 37201/97, ECHR 2001‑II) не представляется нам тоже убедительной. Это дело касалось фактов, имевших место в 1972 году, которые были наказуемыми согласно национальному законодательству, действовавшему в то время, и суд счел, что они также должны быть оценены с точки зрения международного права - однако, существовавшего в 1972, а не 1944. Аналогичным образом, в случае Korbely v. Hungary ([GC], no.*9174/02, ECHR 2008-...), факты датируются начиная с 1956 года, но в любом случае после Женевских Конвенций 1949 года, в частности.
22.**В общем, мы хотели бы подчеркнуть, что цель здесь не повторить доводы заявителя, не определить его личную ответственность в качестве исполнителя, подстрекателя или пособника, либо подтвердить или опровергнуть оценки фактов национальными судами. Также не поднимается каким-либо образом вопрос снижения тяжести деяний, совершенных 27 мая 1944 года в Малые Баты. Речь идет о толковании и применении Статьи 7 Европейской конвенции прав человека. Данная Статья является не несущественной, но наоборот, крайне важной, о чем свидетельствует, в частности, тот факт, что никаких отступлений от нее не разрешается в соответствии со Статьей 15 Конвенции.
23.**В заключение, мы считаем, что в отношении Статьи 7:
(a)**правовая основа для преследования и осуждения завяителя не существовала с достаточной ясностью в 1944 году;
(b)**она не была достаточно предсказуемой в то время, в частности, для самого заявителя;
(c)**преследование преступлений, кроме того, было за пределами истечения срока давности в 1954 году в соответствии с применимым национальным законодательством;
(d)**и, как следствие, вывод, что на действия заявителя не распространяются сроки давности, что привело к его осуждению, составляет ретроспективное применение уголовного закона к его ущербу.
По всем этим основаниям, мы считаем что имело место нарушение Статьи 7.
Жертва на велосипеде
08.12.2013, 22:34
http://www.echo.msk.ru/programs/code/681519-echo/
И еще одна новость на этой неделе. Европейский суд по правам человека отказал Василию Кононову, которого, напомню, Верховный суд Латвии признал виновным в преступлениях против мирного населения. Это всё происходило в хуторе Малые Баты в Латвии, по-моему, 27 мая 1944 года, когда отряд под командованием Кононова убил девятерых человек, трое из которых были женщины, причем одна была беременная на девятом месяце. Ее сожгли вместе с мужем в доме. Она успела выбраться из окна, но люди Кононова затолкали ее, беременную, внутрь.
Для меня удивительное следующее. Невероятный шум, поднятый по этому поводу в российской прессе, ни разу не сопровождался точным пересказом того, что собственно произошло в хуторе Малые Баты. Например, даже по нормальным телеканалам, типа Рен-ТВ, можно было услышать, что осудили Кононова за убийство полицаев. Но это не совсем точное утверждение, потому что Кононов убивал людей, которые, как он утверждает (он действительно это утверждал), были полицаями. Можно посмотреть интервью Кононова и в них прочесть, что это шуцманы, которые были вооружены, которые были виноваты в гибели партизанского отряда.
Утверждение о том, что женщина на 9-м месяце беременности является полицаем, я оставляю на совести Кононова. Вот есть нацистский преступник Демьянюк, который уничтожал евреев. Представьте себе, что немецкое телевидение передает, что осудили Демьянюка, который уничтожал людоедов. Это мало характеризует Демьянюка, даже если он будет утверждать, что он уничтожал евреев, потому что они ели кровь христианских младенцев, но будет хорошо характеризовать немецкое телевидение. Немецкое телевидение подобного не может себе позволить. А наше телевидение почему-то открыто говорит, что Кононов уничтожал полицаев.
Эта история – я сейчас ее полностью перескажу в том виде, в котором она зафиксирована в решении Европейского суда, которое каждый может посмотреть в Интернете, – эта история для меня не совсем посторонняя вот по какой причине. Дело в том, что всё это происходило в Латгалии. Так сложилось, что у меня прадед и прабабка из Латгалии. Прадед Климентий Сильвестрович, он русский, но католик. Прабабка Анна Константиновна, она примерно из тех мест. Видимо, у нее латышские родственники.
Познакомились они в костеле, поскольку были католики, дело было еще до революции. Прадед уехал работать на Путиловский завод, в 16-м году вступил в партию. Путиловский завод был гнездом коммунистов. Потом организовывал МТС в Белоруссии. Прадеда к 37-му году должны были, по идее, расстрелять, но он сам умер от рака.
А прабабка Анна Константиновна уехала домой, т.е. в Латгалию, и всю оккупацию прожила там. У нее в избе стоял немецкий офицер. Т.е., с точки зрения Кононова и Сталина, она была пособницей гитлеровцев. Даже прабабка вспоминала о том, как офицер однажды набрал мухоморов и приказал приготовить из них суп. Видимо, голодное было время, если немецкий офицер мухоморы жрал. Она пыталась объяснить, что это мухоморы. Он сказал готовить – и всё. В конце концов она все-таки приготовила этот несчастный суп. Офицер его съел. Она потом ночью бегала смотреть, живой или нет. Утром офицер оказался живой. Так что, видимо, офицер в грибах разбирался лучше, чем прабабка.
Еще такая маленькая деталь, что эта часть Латвии – Латгалия, как и все, она была оккупирована в 40-м году Советским Союзом, который на тот момент был союзником гитлеровской Германии. Началось раскулачивание, очень жестокое. Матушка моя уже после войны была посылаема туда подкормиться. Она помнит, как она сначала приезжала, родственники ее встречали на бричке. Т.е. это были обычные крестьяне, никакие не зажиточные кулаки, но они встречали ее на бричке. Потом, на следующий год они встречали ее на телеге. И так далее, пока они вконец не обнищали. При этом они ругали всё время Сталина и колхозы, как они стали нище жить. Матушка моя, московская девочка, как-то даже пропищала: «Чего же вы не напишите товарищу Сталину?» На что несчастные латгальские крестьяне рассмеялись. Перерыв на новости.
Так вот в связи с тем, что представляли из себя люди, заброшенные за линию фронта, у них часто складывались напряженные отношения с мирным населением. Естественно, напряженные отношения с мирным населением, судя по всему, сложились и у отряда, которым командовал Кононов. Хотя бы уже следует учесть, что Кононов – уроженец этих мест. В 40-м году, когда Советский Союз оккупировал эти земли, Кононов вступил в комсомол. Он стал помогать, с одной стороны, тем, кто де-факто были оккупантами. С другой стороны, не забудем, что в этот момент Советский Союз был союзником фашистской Германии. Т.е. если он хотел бороться против фашистов или их пособников, ему в этот момент следовало уйти в леса.
Но он ушел в леса не в 40-м году, он отступил с Красной армией. Он уже достаточно зарекомендовал себя на службе Советскому Союзу. Он прошел школу диверсионной подготовки, был заброшен, поскольку он знал эту местность и этих людей, в тыл. И там, как я уже сказала, отношения отряда Кононова и других отрядов с местными жителями не сложились.
Они не сложились настолько, что когда один из предыдущих партизанских отрядов зашел в деревню Малые Баты и укрылся в амбаре, принадлежавшем человеку, которого звали Крупник, то, по-видимому, этот крестьянин стукнул немцам, несмотря на то, что он понимал, что ответные карательные меры со стороны… Мне очень затруднительно называть этих людей красными партизанами, но будем сейчас использовать термин «красные партизаны». Короче говоря, этот партизанский отряд был уничтожен. Более того, немцы выдали шестерым жителям Малых Бат по винтовке и по две гранаты.
В связи с чем была предпринята ответная акция, и люди Кононова вошли в хутор Малые Баты. Они были одеты в форменную одежду немцев. Никто из жителей, как установил латвийский суд, сопротивления им не оказывал. Малые Баты не были включены в список опорных пунктов полиции немецкого оккупационного управления, ни один из жителей не был мобилизован в действующую армию и не состоял в милитаризованных формированиях немецких властей.
Соответственно, было уничтожено, сожжено и убито девять человек, включая беременную женщину, которую, как я уже сказала, затолкали обратно в огонь, из которого она вылезла. Это то, что произошло на хуторе. Латвийский суд снял то обвинение, что имущество убитых было разграблено за трудностью его доказуемости спустя такое количество времени.
Самое интересное, что почему-то не приводятся в наших СМИ не только эти подробности, но и оправдание самого Кононова. Между тем, несколько раз, оправдываясь перед латвийским судом, адвокаты Кононова говорили несколько вещей. Первую вещь мы уже слышали, что все убитые, оказывается, были полицаями. Еще раз повторяю, женщина на девятом месяце беременности.
Второе, что говорил Кононов, что, оказывается, состоялся партизанский суд, на котором именно этих людей приговорили к смерти за пособничество фашистам. Это всё равно что сказать, что 22 тысячи польских офицеров были убиты в Катыни и Медном по решению суда. Что такое партизанский суд? Как справедливо замечает Европейский суд, если Кононов считал, что жители совершили военное преступление, он мог их только арестовать и судить. Заочный суд с исполнением приговора с переодеванием в военную форму противника – это как-то странно.
Кроме этого, Кононов, защищаясь, сказал еще две вещи. Во-первых, он заявил, что его приказ был только доставить этих людей на суд. Это уже очень странно: суд уже произошел, они приговорены. А потом Кононов сказал, что он не выполнил приказ, прятался в кустах и не участвовал в убийстве мирного населения, и это делал кто-то другой. Короче говоря, «во-первых, я его не брала, во-вторых, я его вернула». Во-первых, они были полицаи, во-вторых, я прятался в кустах и приказа своего командования не выполнил.
Что еще следует добавить? Мы постоянно используем в отношении Кононова термин «красный партизан». Слово «партизан» предполагает человека, как правило, не военнообязанного, который добровольно пошел в лес, сражается против оккупантов и пользуется поддержкой местного населения. В случае Кононова ни одно из этих условий не выполнялось. Кононов был кадровый служащий, который отступил с Красной Армией. Поддержкой местного населения он не пользовался. Он расстреливал и сжигал беременных женщин на девятом месяце, после чего заявлял, что они полицаи. И опять в хуторе Малые Баты он сражался не против оккупантов, а именно против мирного населения. В этом смысле он не партизан. Такие вещи называются терроризмом.
Я не совсем понимаю, чем Кононов, расстреливающий беременную женщину на девятом месяце, отличается от Мариам Шариповой, которая взрывает гражданское население в московском метро. И я не совсем понимаю, чем Сталин, который отдает приказы уничтожать жилье этого местного населения, которое виновато уже тем, что оказалось за линией фронта, отличается от Доку Умарова, который говорит, что все русские виноваты уже тем, что они русские.
Мы всё время говорим, что это пересмотр итогов Второй мировой войны, это пересмотр истории. Это действительно пересмотр истории, поскольку история Латвии после Второй мировой войны была написана Сталиным и была написана Кононовым, была написана людьми, которые в 40-м году оккупировали Латвию, будучи союзниками фашистов, и которые во время войны посылали вот такие в кавычках партизанские отряды, которые расстреливали мирное население и которые после войны продолжили делать то же самое.
Так получилось, что перестреляли не всех. Так получилось, что у жителей хутора Малые Баты остались сыновья и остались наследники. Как ни странно, они не считают Кононова героем. Они считают его карателем, который расстреливал беременных женщин. Переделать это их убеждение, заставить их считать иначе можно только одним способом – снова раздавить свободу Латвии танками и послать туда новых Кононовых жечь беременных женщин. С помощью, допустим, путинюгенда, забрасывающего яйцами латвийское посольство, это доказать невозможно.
http://www.echo.msk.ru/programs/code/683306-echo/
Вот есть Европейский суд по правам человека, который признал Василия Кононова не партизаном, а человеком, убивавшим мирных жителей, т.е. который отказал Кононову в иске и признал его человеком, убивавшим мирных жителей.
http://forum.yurclub.ru/index.php?showtopic=266231
17.05.2010 - 19:18
Сообщение #1
Группа: продвинутый
Сообщений: 628
Регистрация: 25-02-07
профиль
К сожалению, не могу пока дать перевод решений - переводить два постановления почти в сотню страниц каждое сложного и чувствительного к нюансам дела требует крайне много времени. Может быть, потом, когда-нибудь.
Прилагаю как есть - первое решение от 24.07.2008 и опубликованное сегодня постановление Большой Палаты.
Update:
Дополнено частичным переводом постановления Большой Палаты - пока только мотивировочная часть (статьи 182-247) и особые мнения. Перевод мой, непрофессиональный и неофициальный, хотя думаю что погрешности если и остались, то только стилистические, не по сути.
Сообщение отредактировал U'nik - 19.06.2010 - 11:18
Прикрепленные файлы
CASE_OF_KONONOV_v._LATVIA__1_.doc ( 368 килобайт ) Кол-во скачиваний: 64
CASE_OF_KONONOV_v._LATVIA__2_.doc ( 690.5 килобайт ) Кол-во скачиваний: 81
CASE_OF_KONONOV_v._LATVIA__2___Rus_.doc ( 730 килобайт ) Кол-во скачиваний: 41
17.05.2010 - 20:42
Сообщение #7
Группа: продвинутый
Сообщений: 422
Регистрация: 10-10-09
профиль
Оттуда же:
Решением от 30 апреля 2004 года Судебная коллегия по уголовным делам удовлетворила апелляцию обвинения, отменила приговор Латгальского окружного суда и признала заявителя виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьей 68-3 в 1961 Уголовного кодекса. Рассмотрев доказательства, суд отметил:
"... Таким образом, В. Кононов и партизаны из его специальной группы, которым командванием было приказано лишь изъять оружие, имеющееся у местных жителей в целях самозащиты, - убили 9 мирных жителей деревни, причем 6-ых из них сожгли заживо - в том числе трех женщин, одна из которых находилась в предродовом состоянии беременности. Они также сожгли две фермы.
Таким образом, касаясь фактов нападения на 9-х гражданских лиц из деревни Малые Баты, которые не принимали личного участия в боевых действиях, В. Кононов и партизаны по его командованием изъяли оружие местных жителей и убили их, Следовательно, В. Кононов и партизаны под его командованием ... совершили тяжкие нарушения законов и обычаев войны, изложенных в:
- Пункт (б) первый абзац статьи 23 Гаагской конвенции [18] октября 1907 года о законах и обычаях сухопутной войны, которая является обязательной для всех цивилизованных наций и запрещает неоправданные убийства или ранения гражданских лиц; Статья 25 [Гаагской конвенции (IV) 1907], которая запрещает любые способы нападения на незащищенные деревни, жилища или здания, и первого пункта статьи 46 [из Гааги (IV) Конвенции 1907], которой говорится, что жизнь людей и право их частной собственности должны соблюдаться.
- Статья 3 § 1, пункт (а), Женевской конвенции от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны ..., которая устанавливает, что лица, не принимающие активного участия в боевых действиях, не должны подвергаться угрозе лишения жи зни и нарушения их физической неприкосновенности, в частности, запрещены всякие виды убийства, увечья, жестокое обращение и пытки; пункт (d) той же статьи, предписывает ... , что вынесение приговора, а также приведение его в исполнение без предварительного судебного решения,принятого надлежащим образом учрежденным судом, обеспечивающим соблюдение всех судебных гарантий, признанных необходимыми цивилизованными нациями, запрещено; статья 32, которая запрещает убийства, пытки и другое жестое обращение в отношении защищаемых лиц, а также статья 33, которая предусматривает, что ни одно защищаемое лицо не может быть наказано за преступление, которое совершенное не им лично, и запрещает массовые наказания, и всякие меры запугивания, мародерства и репрессий в отношении защищаемых лиц и их имущества.
- Статья 51 § 2 Дополнительного протокола к [вышеуказанной Конвенции], касающиеся защиты жертв международных вооруженных конфликтов, принятая 8 июня 1977 ..., которая устанавливает, что гражданское население как таковое, а также отдельные гражданские лица , не могут быть объектом нападения, и запрещает акты насилия или угрозы насилием, главной целью которых является запугивание гражданского населения; § 4, пункт (а), [той же] Статьи, которая запрещает нападения неизбирательного характера и не направленные на конкретные военные объекты; § 6 [той же] Статьи, которая запрещает нападения на гражданское население или гражданских лиц в порядке возмездия, статья 75 § 2, пункт (а) ..., которая запрещает посягательство на жизнь, здоровье либо физическое или психическое благополучие лиц, в частности, их убийства, пытки всех видов, будь то причинение физического увечия или психического воздействия, а также пункт (d) [тот же параграф], который запрещает массовые наказания.
--------------------
"Я так люблю свою страну, но ненавижу государство"
"Ни в одной стране нет такого обилия законов, как в России. У нас на всё есть законы" (Ленин, 1901г.)
Россия-страна для чиновников
Оттуда же :
Действуя с особой жестокостью и циничностью, совершив сжигание беременной жительницы деревни в живом состоянии ..., В. Кононов и его партизаны явно нарушили законы и обычаи войны, изложенные в первом пункте статьи 16 Женевской конвенции ..., которая устанавливает, что беременные женщины должны быть объектом особой защиты и уважения.
Кроме того, поджог [жилища] домов и других зданий, принадлежащих жителям деревни ... Meikuls Krupniks и Бернарду Šķirmants, совершенный В. Кононовым и его партизанами противоречит положениям статьи 53 этой Конвенции, которая запрещает уничтожение объектов недвижимости, за исключением, когда такое уничтожение является абсолютно необходимым для военных операций, а также противоречит положениям статьи 52 первого дополнительного протокола .. . в котором говорится, что гражданские объекты не должны являться объектом нападения или возмездия. ...
В свете вышеизложенного, действия, совершенные В. Кононовым и подчиненными ему люди должны быть квалифицированы как военные преступления по смыслу второго пункта, пункт (б), статьи 6 Устава Международного военного трибунала для Нюрнберге, котором говорится, что убийства и пытки гражданских лиц на оккупированной территории, разграбление частной собственности, бессмысленное разрушение деревень или их разорение, не оправданное военной необходимостью, представляет собой нарушение законов или обычаев войны, т.е. - является военным преступлением.
Действия, совершенные В. Кононовым и подчиненными ему партизанами должны быть классифицированы как "тяжкие нарушения" по смыслу статьи 147 ... Женевской конвенции ...
Следовательно ..., В. Кононов является виновным в совершении преступления, квалифицируемого в соответствие со статьей 68-3 Уголовного кодекса ...
Доказательства, имеющиеся в материалах дела, показывает, что после войны, оставшиеся в живых члены семьи [родственники погибших] также были либо убиты, либо преследовались и подвергали репрессиям. После восстановления независимости Латвии, все эти лица были реабилитированы. Об этом говорится в их решениях о реабилитации, поскольку было установлено, что они [эти лица] не совершили "преступления против мира, [или] человечности, не совершали уголовных преступлений ... и не принимали приняли личного участия... в политических репрессиях ... нацистского режима..."
Поэтому В. Кононова, надлежит рассматривать, с учетом его положения, как субьекта преступления [военного преступления, о котором идет речь], в соответствии с положениями статьи 43 Первого дополнительного протокола к Женевской конвенции ..., которая предусматривает, что комбатантов, то есть тех, кто имеет право принимать непосредственное участие в боевых действиях, и является участником вооруженных сил стороны в конфликте.
Во время Второй мировой войны, В. Кононов был членом вооруженных сил воюющих сторон, [а именно] СССР и принимал активное участие в организации боевых действий.
В. Кононов был направлен со специальной миссией в Латвию, имея четкие указания по борьбе в тылу врага, [и] чтобы организовать подрывную деятельность.
Подразделение во главе с В. Кононовым не может рассматриваться как группа добровольцев, потому что она была организована руководством вооруженных сил одной из воюющих сторон (СССР), что подтверждается материалами дела. Кроме того, на момент преступления, в совершении которого он обвиняется, В. Кононов также выступал в качестве комбатанта, возглавляющего вооруженную группу, которая имела право принимать участие в боевых действиях в качестве подразделения вооруженных сил воюющей стороны ...
В. Кононов воевал на территории Латвии, оккупированной СССР, и тот факт, была двойная оккупация (также и со стороны Германии и других оккупационных сил), и тот факт, что СССР, входил в состав антигитлеровской коалиции, сами по себе не влияют на его статус как военного преступника ...
Напомню - это не ЕСПЧ установил, это ЕСПЧ лишь процитировал внутренние решения латвийских судов.
(Galov @ 18.05.2010 - 5:33)
И как из этого пассажа вытекает право Латвии судить гражданина СССР?
У В.Кононова двойное гражданство : и латвийское, и российское (по спец.указу российских властей)
И все такие сами "латыши" пишут про "военное преступление"
http://www.inosmi.ru/baltic/20100518/159994780.html
а это в качестве справочной информации :
http://ru.wikipedia.org/wiki/Кононов,_Василий_Макарович
18.05.2010 - 6:29
Сообщение #15
Группа: Старожил
Сообщений: 1570
Регистрация: 26-12-08
профиль
Galov, они увязывают суд над Кононовым с непризнанием Латвии в составе СССР, вот эта цитата
Цитата
В. Кононов воевал на территории Латвии, оккупированной СССР, и тот факт, была двойная оккупация (также и со стороны Германии и других оккупационных сил), и тот факт, что СССР, входил в состав антигитлеровской коалиции, сами по себе не влияют на его статус как военного преступника ...
18.05.2010 - 6:35
Сообщение #16
offline
Группа: Старожил
Сообщений: 2249
Регистрация: 9-04-05
Город: Ростов-на-Дону
профиль
протон
А кто уполномочил ЕСПЧ решать вопрос о границах государств и вообще обсуждать вопросы территориального статуса, которые имели место задолго до создания ЕСПЧ?
--------------------
Все-таки Фемида была истинной женщиной:кто еще бы додумался взвешивать с завязанными глазами и при этом не допускать сомнений!
(с) М.Мамчич
Позиция адвоката, представлявшего В.Кононова
http://online.trud.ru/onlineconf/486
Иоффе Михаил Леонидович
08.12.2013, 23:04
http://online.trud.ru/onlineconf/486
/ 21.08 13:41
Германия, Израиль. Конечно же, страны антигитлеровской коалиции, бесспорно, должны нас поддержать. Я встречался в Бельгии с руководителями Движения сопротивления, бельгийские партизаны были очень возмущены вот этим длящимся процессом, что латвийские власти осудили невиновного человека Кононова. Они говорят: если Кононов виноват, то мы тоже виноваты, мы не можем этого допустить, а наш бельгийский суд нас судил, мы даже без судебного решения убивали коллаборационистов сами, потому что это были активные пособники нацистов, и нас бельгийский суд оправдал. Из судили в 47-м и 52-м году. А у вас, говорят, до сих пор не могут разобраться в этой ситуации! Многие ветеранские организации откликнулись на этот процесс и поддержали Кононова в Страсбурге, направив свои обращения в поддержку и с требованием обращения политизированности процесса. Поэтому надеемся. С точки зрения закона Кононов никаких преступлений не совершал. Для того чтобы отменить латвийский обвинительный приговор, нужно решение европейского суда. Мы пошли по этому пути, потому что решение европейского суда в Латвии является обязательным, они вынуждены будут отменить свое решение, в случае если европейский суд утвердит уже выигранное дело 24 июля 2004 года, когда он признал, что Кононов вне уголовного закона признан виновным латвийскими властями.
18.05.2010 - 7:21
Сообщение #19
Showman
Группа: Старожил
Сообщений: 7411
Регистрация: 15-12-04
Город: Москва
профиль
Вы решение прочитайте. По-моему вполне правильное.
Добавлено немного позже:
Galov
А кто уполномочил ЕСПЧ решать вопрос о границах государств и вообще обсуждать вопросы территориального статуса, которые имели место задолго до создания ЕСПЧ?
Вы, похоже, тоже не читали решения. ЕСПЧ как раз отдельно рассмотрел этот вопрос и решил, что это не в его компетенции.
Pilot6
ЕСПЧ как раз отдельно рассмотрел этот вопрос и решил, что это не в его компетенции.
Да это самый некомпетентный суд из ныне существующих!
При подобном развитии событий отнюдь не удивлюсь, что в ЕСПЧ Россия будет признана виновной в непропорциональном применении силы в 1945 году и в доведении до самоубийства законного главы государства.
Galov
а это самый некомпетентный суд из ныне существующих!
На чем основан этот вывод. Решение по Кононову очень взвешенное и юридически выверенное. Жечь мирных жителей живьем нельзя. И факты все доказаны в национальных судах. Сомнений это не вызывает.
Дурокон
данное дело не только значительно болезненнее для Россия, чем приснопамятное "Илашку", но ставит перед нами очень серьезные вопросы.
А какие "серьезные вопросы" пан Дурокон имеет ввиду?
протон
Так если Кононова судили за военные преступления, то кто установил факт оккупации, если
Там речь идет не об оккупации Латвии СССР, а об оккупации СССР фашистской Германией. Кратко изложу фабулу, а то похоже суть дела мало кому понятна.
На оккупированной Германией территории группа советских граждан латвийской национальности сотрудничала с фашистами. Они дали прибежище группе советских партизан, и "сдали" их фашистам. После этого туда был направлен карательный отряд во главе с Кононовым, который по его словам, должен был арестовать и доставить предателей в полевой суд. Однако, они предателей расстреляли, заодно расстреляли или сожгли живьем несколько женщин, одну на девятом месяце беременности. Также сожгли все постройки.
Вот об этом речь. Ни Латвийский суд в приговоре, ни ЕСПЧ не ставили вопрос об оккупации Латвии СССР. Как один из доводов Латвии был в том, что советский режим был незаконным на территории Латвии, и поэтому советские законы не должны применяться. Но суды этот довод не приняли во внимание.
Добавлено немного позже:
Galov
какое отношение нынешняя Латвия имеет к преступлению ( если таковое и было), совершенное гражданами СССР против других граждан СССР и на территории СССР, причем не подпадающем под действие Гаагской Конвенции 1907 года?
Ну так почитайте в решении какое имеет отношение. Вы хотите сказать, например, что военный преступник, совершивший преступление на территории нынешней Латвии, не подлежит латвийской юрисдикции? На каком основании?
И причем тут Гаагская Конвенция?
Добавлено немного позже:
Кстати на Нюрембергском процессе тоже судили немцев, в частности, за то, что уничтожали евреев, являвшихся гражданами Рейха? И что?
Pilot6
Я прочитал оба постановления, и скажу, что решение секции является правильным и обоснованным, а постановление Большой палаты совершенно неприемлемо.
Коль скоро
Pilot6
а Нюрнбергском процессе тоже судили немцев,
Это был международный суд, созданный на основании международного соглашения.
Применительно же к Кононову речь идет о применении Уголовного кодекса Латвийской Республики с обратной силой к событиям, когда указанного государства не существовало. Тем более, Латвия отрицает свое правопреемство с Латвийской ССР.
военный преступник, совершивший преступление на территории нынешней Латвии, не подлежит латвийской юрисдикции
Подлежит, на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года № 39 "О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников".
Для сведения:
ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
УКАЗ
от 19 апреля 1943 г. N 39
О МЕРАХ НАКАЗАНИЯ ДЛЯ НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКИХ ЗЛОДЕЕВ,
ВИНОВНЫХ В УБИЙСТВАХ И ИСТЯЗАНИЯХ СОВЕТСКОГО ГРАЖДАНСКОГО
НАСЕЛЕНИЯ И ПЛЕННЫХ КРАСНОАРМЕЙЦЕВ, ДЛЯ ШПИОНОВ, ИЗМЕННИКОВ
РОДИНЫ ИЗ ЧИСЛА СОВЕТСКИХ ГРАЖДАН И ДЛЯ ИХ ПОСОБНИКОВ
В освобожденных Красной Армией от немецко-фашистских захватчиков городах и селах обнаружено множество фактов неслыханных зверств и чудовищных насилий, учиненных немецкими, итальянскими, румынскими, венгерскими, финскими фашистскими извергами, гитлеровскими агентами, а также шпионами и изменниками родины из числа советских граждан над мирным советским населением и пленными красноармейцами. Многие десятки тысяч ни в чем неповинных женщин, детей и стариков, а также пленных красноармейцев зверски замучены, повешены, расстреляны, заживо сожжены по приказам командиров воинских частей и частей жандармского корпуса гитлеровской армии, начальников гестапо, бургомистров и военных комендантов городов и сел, начальников лагерей для военнопленных и других представителей фашистских властей.
Между тем, ко всем этим преступникам, виновным в совершении кровавых расправ над мирным советским населением и пленными красноармейцами, и к их пособникам из местного населения применяется в настоящее время мера возмездия, явно не соответствующая содеянным ими злодеяниям.
Имея в виду, что расправы и насилия над беззащитными советскими гражданами и пленными красноармейцами и измена родине являются самыми позорными и тяжкими преступлениями, самыми гнусными злодеяниями, Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Установить, что немецкие, итальянские, румынские, венгерские, финские фашистские злодеи, уличенные в совершении убийств и истязаний гражданского населения и пленных красноармейцев, а также шпионы и изменники родины из числа советских граждан караются смертной казнью через повешение.
2. Пособники из местного населения, уличенные в оказании содействия злодеям в совершении расправ и насилий над гражданским населением и пленными красноармейцами, караются ссылкой в каторжные работы на срок от 15 до 20 лет.
3. Рассмотрение дел о фашистских злодеях, виновных в расправах и насилиях над мирным советским населением и пленными красноармейцами, а также о шпионах, изменниках родины из числа советских граждан и о их пособниках из местного населения возложить на военно-полевые суды, образуемые при дивизиях действующей армии в составе: председателя военного трибунала дивизии (председатель суда), начальника особого отдела дивизии и заместителя командира дивизии по политической части (члены суда), с участием прокурора дивизии.
4. Приговоры военно-полевых судов при дивизиях утверждать командиру дивизии и приводить в исполнение немедленно.
5. Приведение в исполнение приговоров военно-полевых судов при дивизиях - повешение осужденных к смертной казни - производить публично, при народе, а тела повешенных оставлять на виселице в течение нескольких дней, чтобы все знали, как караются и какое возмездие постигнет всякого, кто совершает насилие и расправу над гражданским населением и кто предает свою родину.
Председатель Президиума
Верховного Совета СССР
М.КАЛИНИН
Секретарь Президиума
Верховного Совета СССР
А.ГОРКИН
Galov
Я прочитал оба постановления, и скажу, что решение секции является правильным и обоснованным, а постановление Большой палаты совершенно неприемлемо.
Решение секции тоже достаточно обосновано, и имеет право на существование. Но не вижу ничего неприемлемого во втором постановлении. Они исходили из того, что латвийские граждане были либо коллаборационистами, либо комбатантами. Поэтому расстреливать их было нельзя. И это является военным преступлением. Если отбросить политику, то это две точки зрения, вполне нормальные.
Добавлено немного позже:
Применительно же к Кононову речь идет о применении Уголовного кодекса Латвийской Республики с обратной силой к событиям, когда указанного государства не существовало.
Ну читайте же внимательно. Большая Палата указывает, что латвийский УК неприменим. Подлежат применению только нормы международного права.
протон
Латвийский суд, в приведённых ранее цитатах, как раз говорил именно об оккупации (факт двойной оккупации) и квалифицировал как военные преступления по Гаагской Конв. 1907г.
Но ЕСПЧ эти доводы отверг.
Тогда на каких основаниях Кононова признали военным преступником?
Говоря, по-простому, за расстрел военнопленных.
Добавлено немного позже:
Galov
Немного перейду на личности. Вот вы говорите, что ЕСПЧ самый некомпетентный суд из ныне существующих. При этом Вы, наверное, считаете себя более компетентным в таком сложном вопросе. Хотите решить как Шариков "отнять и поделить". Типа, Латвии не было, поэтому нефиг им судить советского гражданина за убийство советских граждан.
А вопрос, рассмотренный ЕСПЧ, крайне сложный. И уровень юридической аргументации просто запредельный. Нашим судам вообще это недоступно в принципе. Да, решения оба спорные, но тем не менее...
Давайте я зеркальный пример приведу, чтобы было наглядно.
Если кто знает - Калининградская область была когда-то Восточной Пруссией. Так вот представим такую ситуацию. Восточная Пруссия уже оккупирована советской армией. Некие немцы сотрудничают с советскими войсками. Зондеркоманда СС приходит и убивает всех с детьми и женщинами.
Через много лет оказывается, что командир зондеркоманды проживает на территории Калининградской области. Его арестовывают и судят. Найдите 10 отличий.
Добавлено немного позже:
Galov
Все! Никаких других оснований для юрисдикции латвийского суда нет и не было.
А какие были основания для Нюрембергского процесса, стесняюсь спросить?
Добавлено немного позже:
vicktor
Какие доводы привела Большая палата?
Они изложены в постановлении. Вы хотите, чтобы Вам это все взяли и перевели?
Добавлено немного позже:
Вот что обе инстанции сказали про "двойную оккупацию": The Grand Chamber considers (as did the Chamber, at § 112 of its judgment) that it is not its role to pronounce on the question of the lawfulness of Latvia's incorporation into the USSR and, in any event in the present case, it is not necessary to do so.
Добавлено немного позже:
А вот так изложены вкратце правовые основания: 213. Accordingly, the Court considers that by May 1944 war crimes were defined as acts contrary to the laws and customs of war and that international law had defined the basic principles underlying, and an extensive range of acts constituting, those crimes. States were at least permitted (if not required) to take steps to punish individuals for such crimes, including on the basis of command responsibility. Consequently, during and after the Second World War, international and national tribunals prosecuted soldiers for war crimes committed during the Second World War.
Pilot6
Давайте я зеркальный пример приведу, чтобы было наглядно
Хорошо, попробуйте обосновать юрисдикцию российского суда над указанным казусом ( хорошо бы, конечно, со ссылкой на закон, а не некие неопределенные международные правила и обычаи, как Большая палата).
Pilot6
А какие были основания для Нюрембергского процесса, стесняюсь спросить
Не стесняйтесь. Повторяю, что Нюрнбергский процесс был проведен на основании международного соглашения, учредившего международный суд. Я не затрагиваю сейчас вопросы материального и процессуального права указанного процесса, но отмечаю фундаментальное отличие с делом Кононова, которого судил национальный суд, на основании национального закона, которому была придана обратная сила ( при том, что государство, юридически осуществлявшее юрисдикцию на территории, где произошли трагические события, такие действия преступлением не считало).
Pilot6
Считало. Там очень подробно советский УК на этот счет анализировался. Вопрос был только о сроке давности и т.п.
И срока давности уже достаточно, чтобы понять, что ЕСПЧ вынес бредовое постановление. А уж то, что он перепутал "воинские" и "военные" преступления, свидетельство некомпетентности евросудей.
Единственный международно-правовой документ, который тогда действовал в отношениях между СССР и Германией, Гаагская Конвенция 1907 года. Именно поэтому нацистских преступников и судили, поскольку их действия полностью попали под действие указанной Конвенции. Этим же обосновал свою юрисдикцию и Нюрнбергский трибунал. Германия была участником Конвенции 1907 года и ряда других Конвенций, которые она нарушила.
Но отношения партизанской группы советских граждан с другой группой советских граждан (пособников фашистов) на территории СССР никоим образом под Конвенцию не попадали, и говорить о военном преступлении невозможно с точки зрения субъектного состава.
18.05.2010 - 11:15
Сообщение #43
Группа: продвинутый
Сообщений: 628
Регистрация: 25-02-07
профиль
vicktor, коллеги.
Постановление Большой Палаты опубликовано вчера. Занимает без малого сотню страниц сложного текста, с включением цитат международного права и тд.
Ни один даже профессиональный переводчик даже за хорошие деньги к сегодня вам этот текст не переведет.
Правда, я сильно сомневаюсь что в России это постановление вообще будет опубликовано в доступном и понятном массам источнике.
Поэтому надеюсь перевод все-таки сделаем, но со временем, может быть общими усилиями (кто может, поделим).
А позицию Galov я понял. Никаких норм человечности не существует, главное творить свои дела в правильном месте в правильное время с правильными бумагами, и иметь хороших казуистов под рукой.
Знаете, тут вчера договорились до того, что это постановления якобы открывает путь чуть ли не к преследованию участников Сопротивления во Франции. Хотя на самом деле в нем ничего не говорится ни об итогах войны, ни об оценке нацизма, ни о роли СССР в победе над фашизмом итд. Главный вывод там - если ты убиваешь людей, бесчеловечно и с особой жестокостью, за это надо отвечать. Все. Точка. Не надо ставить здесь запятую "..., за исключением случаев когда..."
U'nik
Главный вывод там - если ты убиваешь людей, бесчеловечно и с особой жестокостью, за это надо отвечать
По нормам уголовного права и перед компетентным судом. Латвийский суд таковым не являлся, латвийский уголовный закон к произошедшим события неприменим, нормы международного права случившееся не регулируют.
протон
Здесь формировалось отношение к процессу, в частности по факту убийства беременной (по сути на сносях), она тоже причисляется ЕСПЧ к военнопленной?
Большая Палата высказала два альтернативных мнения на счет женщин:
1. Они были мирными гражданами.
2. Они также были коллаборационистами и предателями.
Достоверно это установлено латвийским судом не было.
Но вывод: в любом случае убивать нельзя было, поскольку они были безоружными.
Вот если бы их арестовали, судили бы полевым судом и расстреляли, то было бы нормально.
Добавлено немного позже:
эквизитор
Как видите - можно, но не правильно.
Я в этом не уверен. Вопрос философский, поэтому спорный.
То есть Вы считаете, что фашистов судить не надо было?
18.05.2010 - 14:04
Сообщение #65
Юридический робот
Группа: Старожил
Сообщений: 3918
Регистрация: 12-01-04
Город: Санкт-Петербург
Pilot6
Большая Палата высказала два альтернативных мнения на счет женщин:
1. Они были мирными гражданами.
2. Они также были коллаборационистами и предателями.
Достоверно это установлено латвийским судом не было.
Но вывод: в любом случае убивать нельзя было, поскольку они были безоружными.
Вот если бы их арестовали, судили бы полевым судом и расстреляли, то было бы нормально.
Так были ли они комбатантами или нет? У комбатантов кудча разных прав, но есть и одно неприятное обременение - их можно убивать без суда и следствия, без ссылок на "задержание преступника" и не вдаваясь в подробности, совершил ли данный конкретный индивидуум какие-то акты насилия или ему только вчера автомат на складе выдали. Живая сила противника - не преступники, а законный объект военных действий. У них много прав в случае пленения, но очень мало - пока они не сдались.
И вообще я не понимаю юридический статус полицаев и прочего активно сотрудничающего с вражеской армией гражданского населения. Если их не признавать комбатантами, то в какой ряж их ставить? Женевские конвенции знают три крупные категории: гражданское население и прочие мирные субъекты (их надо защищать), комбатанты (их можно убивать, но только в рамках военных действий, нельзя судить, можно интернировать) и уголовные преступники: наёмники, шпионы, агенты и им подобная шушера (их можно судить, в т.ч. военно-полевым судом, но вот нонсенс - неясно, можно ли их просто превентивно уничтожить, как простых комбатантов, ведь особенность статуса этой шушеры в том, что они не имеют преференций статуса комбатанта, но что делать с особенностями статуса комбатната, которые не являются преференцией???). Просто предатели, наверное, являются обычными преступниками. НЯП, хотя бы потому, что вред стране они наносят невоенными средствами, равно как, например, гражданская оккупационная администрация. А вооружённых предателей (полицаев) куда девать???
Сообщение отредактировал Carolus - 18.05.2010 - 14:05
--------------------
- Да, как-то это нехорошо получилось!
- Думать надо было ГОЛОВОЙ!
Говорите, отрицательный факт не доказывается? Ну-ну! Давай - докажи, что ты не верблюд!!!
Отправляясь на правое дело биться со Змеем Горынычем - помните о том, что победить может Змей Горыныч!
Carolus
Так были ли они комбатантами или нет?
Этот вопрос однозначно не разрешен. Секция рассмотрела это так, что вероятно комбатантами мужчины не были, но это не означает, что они были мирными гражданами, так как имели оружие, полученное от нацистов.
Большая Палата рассудила так, что даже, если они были комбатантами, то поскольку они не оказывали вооруженного противодействия - убивать их было нельзя.
У них много прав в случае пленения, но очень мало - пока они не сдались.
Так вот их сразу пленили, они вообще не сопротивлялись. Отсюда и права.
И вообще я не понимаю юридический статус полицаев и прочего активно сотрудничающего с вражеской армией гражданского населения. Если их не признавать комбатантами, то в какой ряж их ставить?
Вот секция очень подробно этот вопрос исследовала. Другое дело, что никто не доказал, что они были полицаями, хотя это вполне вероятно.
Pilot6
Это не тот случай. "Противник" оружие не носил, а только хранил.И применять, похоже не собирался.
Юмора не понял.
Во-первых, как секция установила отличие между ношением и хранением в данном случае? ИМХО, это физически не смог бы установить даже национальный суд, даже если б он состоялся в 1944 году. Поскольку здесь важно психическое отношение самих колобрационистов к факту выдачи им оружия, а они уже ничего сказать не могут. Ну, ещё показания соседей могли бы пролить свет на этот вопрос. Но если мы станем в постоянной практике разграничивать комбатантов именно по критерию "ношения"/"хранения", то не факт, что в следующей войне мы участие хотя бы одного комбатанта докажем.
Во-вторых, даже если считать, что подневольная выдача = хранение, то большинство обычных солдат сюда подпадают. Редкий солдат хочет воевать, но его призвали, дали автомат в руки и велели слушаться командира. Солдат Швейк носил оружие или хранил его??? Всё-таки обычный солдат - это и есть хрестоматийный пример комбатанта.
В-третьих, оружие оружию рознь. Ладно, стрелок с автоматом ... а ежели танк, самолёт или баллистическая ракета? Обслуживающий ракетные шахты персонал хранит или носит эти ракеты?
Надеюсь, ни у кого не возникает сомнения, что ракетные установки = законный объект военного удара?! Не требующий предупреждения, предварительной эвакуации или ультиматума о капитуляции!!!
Добавлено немного позже:
Galov
Конвенции 1949 года к делу Кононова неприменимы.
Тогда Нюрнбергский и Дальневосточный трибуналы незаконны. А проводившие их государства - виновны в неправосудном уголовном преследовании. Собственно, именно такой вывод я прочитал в одной из статей после решения секции в пользу Кононова. У Большой палаты в этом смысле был сложный выбор - на одной стороне один Кононов, а на другой - законность Нюрнбергского процесса.
В принципе, я поддерживаю мнение о том, что должна существовать категория преступлений, которая признаётся преступлением независимо от того, предусмотрена ли она законодательством. Если есть "естесственные права" человека, то обязательно должны быть и "естесственные преступления", т.е. такие преступления, которые посягают на эти права.
ИТОГО:
1) я считаю, что обвинять Кононова в военном преступлении можно, если на это есть фактические основания;
2) я глубоко сомневаюсь в наличии фактических обстоятельств совершения Кононовым военного преступления.
То есть: обвинять Кононова в военном преступлении можно было, но в действиях Кононова нет состава военного преступления.
IAY
Прекрасный аргумент! Главной, что он столь же убедительный сколь и правовой.
Вы плохо понимаете суть этого аргумента. Суть в том, что война отрицает право. То есть даже законы и обычаи войны суть жестоки и несправедливы. Судите сами: законы и обычаи войны позволяют лично мне лично Вас убить без суда и следствия, если Ваше государство в приказном порядке отправит Вас воевать против моей страны. И никто не вправе меня за это наказать. При этом тот же закон войны говорит: Вы - не преступник, но убить Вас можно. Убить Вас допустимо только за то, что Вы находитесь в войсках противника. Причём убивать можно обеим сторонам военного конфликта, в том числе и агрессору. Поскольку сами солдаты неподсудны за то насилие, которое они совершили в рамках войны, если они соблбдали законы и обычаи войны. Разве это правило не жестоко? Несомненно, оно целесообразно, в чём-то даже справедливо, но гуманным его не назвать.
Galov
Я уже указал на несколько явных ошибок ЕСПЧ, которые Вы как защитник сего неясного образования не опровергли.
Какие конкретно? Я что-то не заметил ничего такого.
Pilot6
Европейский Суд анализировал нормы УК РСФСР 1926 года о воинских преступлениях, которые никакого отношения к рассматриваемому делу не имеют.
Европейский Суд не учел, что потерпевшие по Гаагской конвенции не могли относиться к военнопленным или вражеским войскам и что указанная Конвенция к потерпевшим не применима. Поэтому категория "военного преступления" отпадает в том виде, в котором она была определена в действовавшем на 1944 год международном праве.
Отношения, возникшие между гражданами СССР на территории СССР, в принципе не попадали под действие действовавшей на то время конвенции. Поэтому при отсутствии возможности квалифицировать действие как военное преступление по нормам международного права речь могла идти об уголовной ответственности только по национальному закону соответствующего государства ( СССР). В любом случае срок давности привлечения к уголовной ответственности (даже если речь шла об уголовном преступлении) истек в 1954 году.
Carolus
Нацистов судили за преступления, совершённые в том числе на территории Германии и Австрии (последняя суть 100% аналог Латвии).
Да, но именно за преступления, предусмотренные уголовными законами этих стран, которые были введены в действие ДО совершения преступных деяний.
Pilot6
Уничтожение евреев не было преступлением в нацистской германии и многие другие преступления.
Это уже другой вопрос - пресловутые "нюрнбергские законы" как отступление от принципа правового государства, за что, к слову, были осуждены лица. исполнявшие такие законы. Но опять же национальными судами Германии и на основании УК Германии 19 века..
Pilot6
Это Ваше личное мнение, как было сказано выше.
Нет, в отличие от фантазий ЕСПЧ, поддержанных ( к вящему моему удивлению некоторыми российскими юристами), я четко указываю: почему не применима. Если не так, укажите в силу какой нормы Гаагской конвенции Вы делаете иной вывод.
Добавлено немного позже:
Pilot6
Хотя это опровергает Ваш довод, что в СССР такие деяния преступлением не считались.
Да? И в чем же? Воинские преступления - это преступления военнослужащих против порядка несения военной службы. Ну хотя бы посмотрите главу 9 УК РСФСР 1926 года.
Описание фактических обстоятельств дела на русском языке
http://www.hs-pr.ru/about-world/arti...renbergskii-pr
Galov
Описание фактических обстоятельств дела на русском языке
Описание крайне убогое и некорректное.
Durokon. Беспредельщик и скотина. Падла(с)
09.12.2013, 11:41
Группа: Старожил
Сообщений: 5358
Регистрация: 21-04-05
Город: Доротукан, самарская резиденция
профиль
1. рассуждая как обыватель, не вижу в действиях Кононова преступления.
карательная акция, которая (имхо) вполне допустима во время войны с учетом предшествующих событий (выдачи партизан, которых после этого явно не в санаторий отправили) и для предупреждения подобных вновь,т.е. с целью создания эффекта неотвратимости и жестокости наказания для всех коллаборционистов.
как юрист пока ничего не могу сказать, дождусь более-менее нормального перевода текста.
2. кроме того, постановление по данному делу усиливает позицию РФ при дальнейшем взаимодействии (неофициальной "торговли") по ряду принципиальных дел с ЕСПЧ.
как бы теперь "европейцы" дело "Юкоса" не слили.
хотя тут нужно будет проследить по
росту/спаду эмоциоанльных инф. материалов в центральных СМИ
выступлениях "топов" государства
содержания риторики МИДа
--------------------
Все кто хотят летать очевидно ненормальны и должны быть отстранены от полётов, но если они хотят быть отстранёнными — значит они вменяемы и должны продолжать летать (с)
Ответить с цитированием
Durokon
насколько я помню, функции СС были: карательные акции, охрана концлагерей и т.п.
соотств-но, в боевых действиях части СС не участвовали практически до окончания войны
Некоторая часть советских партизан представляло собой подразделения Красной Армии. Ну, и боестолкновения с партизанами (комбатантами) с правовой точки зрения суть то же самое, что с частями регулярной армии.
Galov
Правильно, поскольку полностью подпадают под действие Конвенции 1907 года.
Так чем карательная акция со стороны Германии отличается от карательной акции со стороны СССР? В данной ситуации не имеет значения, какая из сторон - агрессор. Обе считаются воюющими сторонами со всеми вытекающими правами и обязанностями.
Добавлено немного позже:
Самые известные примеры военных преступлений победителей:
1) ковровые бомбардировки Мюнхена;
2) депортация американских японцев;
3) использование атомной бомбы.
И никто же не спорит, что сейчас вполне можно было бы судить их организаторов и исполнителей.
Mongoose
09.12.2013, 11:57
19.05.2010 - 13:58
Сообщение #169
offline
Группа: почти ЮрКлубовец
Сообщений: 62
Регистрация: 31-07-06
Город: Город грёз и несбывшейся мечты
профиль
(mooner @ 19.05.2010 - 10:34)
какой уголовный закон действовал на день трагических событий и в силу какой нормы действовавшего международного права советские граждане в конфликте с советскими гражданами вдруг стали военнопленными или лицами, к ним приравненными по смылгу Гаагской конвенции
Вы хотите сказать, что сжигание беременной на девятом месяце было в рамках Положения о военнопленных от 1 июля 1941 года?
mongoose
Откуда Вы это взяли? Напомню, что среди погубленных партизан, которых выдали латыши. были женщины и ребенок. Вам их не жалко?
То, что произошло в тот злополучный день, не подпадает под действие Конвенции, а потому может рассматриваться только и исключительно в рамках советского уголовного закона, действовавшего на день трагедии.
Conquest
10.12.2013, 14:50
19.05.2010 - 14:52
Сообщение #176
Группа: Старожил
Сообщений: 1433
Регистрация: 15-04-09
профиль
vicktor
В голову приходит мысль, что решение Большой Палаты - результат спецоперации российских спецслужб, направленной на дискредитацию ЕСПЧ
В моём представлении, участники дискуссии слишком углубились в теоретических изысканиях, забыв при этом о явно политической окраске этого процесса,породившего серьёзный негативный прецендент.Суть прецендента заключается в том, что международная судебная инстанция квалифицировала борьбу с фашизмом в период Великой Отечественной войны как уголовное преступление,тем самым принизив роль Советской Армии в победе над фашизмом.Из постановления ЕС следует вывод, что Советская Армия и партизаны, воевавшие на её стороне, были обыкновенными уголовными элементами,а освобождение Европы от фашизма-это правое дело американской и английской армий.Ни один суд мира не пытался своим решением перекроить историю,а ЕС это сделал.Полагаю, что обсуждаемое постановление Большой Палаты серьёзно дискредитировало сам суд не только в глазах российских граждан, но и в глазах граждан Европы.Более того, это постановление создаёт прецендент для привлечения правоохранительными органами Франции и Италии к уголовной ответственности всех участников Сопротивления.Никто и никогда не дискредитирует Европейский Суд больше, чем это было сделано Большой Палатой
--------------------
"...Спешу всегда навстречу новым поединкам
и, как всегда, намерен побеждать..." В.С.Высоцкий
Conquest
10.12.2013, 15:05
(Galov @ 19.05.2010 - 14:15)
Откуда Вы это взяли?
Вы, полагаю, не читаете на английском, на коем цитировались в этой ветке материалы. Как раз с описанием события ввиде сжигания беременной на девятом месяце. Я вот сомневаюсь, что это норма для правовой системы СССР.
Добавлено немного позже:
(IAY @ 18.05.2010 - 14:56)
Galov ,
Особенно странно читать Ваши несколько эмоциональные высказывания вместе со следующим пассажем из решения Большой Палаты:
Two other groups of Red Partisans attacked the homes of two other farmers, Meikuls Krupniks and Ambrozs Buļs. Meikuls Krupniks was seized in his bath and severely beaten. The partisans took the weapons they had found in the two villagers' homes to Meikuls Krupniks' house. There they fired several rounds of bullets at Ambrozs Buļs, Meikuls Krupniks and Krupniks' mother. Meikuls Krupniks and his mother were seriously injured. The partisans then doused the house and all the farm buildings with petrol and set them alight. Krupniks' wife, who was nine months pregnant, managed to escape, but was seized by the partisans and pushed through a window of the house into the flames. The following morning the surviving villagers found the charred remains of the four victims. Mrs Krupniks' body was identified by the burnt skeleton of a baby next to her.
Игорь
Я, пожалуй, переведу выделенное:
Жена Крупника, будучи на 9-м месяце беременности, пыталась сбежать, но была схвачена и затолкана в окно горящего здания... Следующим утром выжившие опознали ее по скелетику ребенка рядом.
И это всё в рамках советской правовой системы вы хотите сказать?
mongoose
Я в достаточной степени владею английским. Вы невнимательны, я несколько раз назвал произошедшее трагедией. Но почему никто не учитывает предыдущую трагедию, когда по вине предателей были погублены партизаны?
mongoose
Где Вы видели военнопленных?
А что касается Ваших вопросов, читайте Уголовные кодексы об основаниях освобождения от уголовной ответственности, и Вы узнаете, что при определенных условиях даже лишение жизни другого человека может быть правомерным.
(Galov @ 19.05.2010 - 23:07)
mongoose
Я в достаточной степени владею английским. Вы невнимательны, я несколько раз назвал произошедшее трагедией. Но почему никто не учитывает предыдущую трагедию, когда по вине предателей были погублены партизаны?
Вы предлагаете и пытаетесь взвешивать вещи несопоставимые. С одной стороны, факты, которые достаточно хорошо установлены и подтверждены множеством доказательств, которые не отрицаются сами по себе ни Кононовым, ни его защитой - они настаивают лишь на другой их интерпретации. Но даже в их изложении партизанами был получен приказ лишь "захватить и привести пред лицо трибунала шестерых шуцманов", в котором ничего не говорится о женщинах и казни. С другой - предположения, известные только со слов самого Кононова. Какое отношение эти люди имели к гибели другой партизанской группы и какие у вас основания оправдывать этим их казнь?
Mongoose
10.12.2013, 16:23
(протон @ 19.05.2010 - 20:19)
А конкретная реализация убийства пусть живёт с этим человеком до его смерти и пусть его судит собственная совесть.
И только если это касается "наших", правда? Зверства всяких полицаев юридически не имеют срока давности, не подлежат прощению по-человечески!
Грусно.
Добавлено немного позже:
(vicktor @ 20.05.2010 - 5:38)
U'nik, нельзя коротко изложить позицию Большой палаты?
17 мая 2010 года, большинством в 14 голосов против 3 Большой палатой было принято решение в пользу латвийских властей. За решение в пользу Кононова проголосовали председатель ЕСПЧ, а также судьи от Черногории и Молдавии. В своем приговоре суд указал:
что в мае 1944 года военные преступления определялись как действия, противоречащие законам и обычаям войны, и что международное право определяло основные принципы, а также широкий спектр действий, составляющих эти преступления;
что, если Кононов считал, что жители совершили военное преступление, он имел право только арестовать жителей, чтобы затем обеспечить им справедливое судебное разбирательство. Осуждение же жителей заочно, без их ведома и участия, с последующей казнью не может считаться справедливым;
что Кононов проявил запрещенное международным правом предательство и вероломство, переодевшись в немецкую военную форму;
что Кононов нарушил статьи международного права, гарантирующие женщинам, в особенности беременным, особое покровительство на войне;
суд отверг утверждения, что действия Кононова подпадает под срок давности, указав, что военные преступления не имеют срока давности;
суд отверг утверждения, что Кононов не мог предвидеть, что его действия будут впоследствии квалифицированы как преступление, указав, что в момент совершения действия Кононова являлись преступлением, которое определено с достаточной доступностью и предскакуземостью законами и обычаями войны.
(с) http://ru.wikipedia.org/wiki/Кононов,_Василий_Макарович
с ссылкой на оф.решение, если нет проблем с английским
Вы, конечно, можете не верить... Но если нажать на ссылку Обстоятельства дела (версия обвинения) Директор Латвийского Центра документации преступлений тоталитаризма Индулис Салите то получите:
"Деревня была сожжена, 9 человек - расстреляны, в том числе была убита и беременная женщина, которую раненую бросили в горящий дом."
Неверие здесь ни при чём. Вот цитата перевода из первого решения ЕСПЧ.
Более того, Суд отметил, что операция 27 мая 1944 года носила избирательный характер, поскольку она была осуществлена против шестерых определённых, установленных мужчин, в отношении которых были серьёзные подозрения, что они сотрудничают с нацистскими оккупантами. Партизаны обыскали их дома, и только после того, как были обнаружены винтовки и гранаты, предоставленные немцами — материальное доказательство их сотрудничества — они были казнены. И наоборот, вся деревня была сохранена.
(протон @ 20.05.2010 - 19:33)
Вот цитата перевода из первого решения ЕСПЧ.
Это перевод не решения, а пресс-релиза Секретариата от 24.07.2008, выполненный мэрией Москвы. То есть двойное сокращение и переложение.
Выше приведенные мной цитаты - тоже из первого решения, из раздела "Факты".
Я напомню, обвинения в казни шестерых мужчин были сняты еще латвийским судом. Далее по тексту первого решения Палата ЕСПЧ перешла к обсуждению вопроса об описанной казни трех женщин (которое вы уже опускаете), и заняла по нему заняла довольно невнятную и двусмысленную позицию - "вот если считать, с одной стороны, что женщины были вовлечены в процесс предательства другой партизанской группы, например присматривали за партизанами пока мужики к немцам ходили, как это утверждает заявитель - то у партизан конечно были права казнить и их тоже. А вот если с другой стороны считать что они в этом не участвовали, то тогда конечно это преступление и могло быть осуждено. Правительство не доказало очевидным образом неправоту первой версии, поэтому мы не знаем что и решить".
Большая Палата в своем решении подошла к этому вопросу по-другому - сожжение людей живьем, женщин, к тому же беременной - преступление в любом случае, независимо от других обстоятельств.
Цитата
218. Thirdly, the Latvian courts relied on Article 16 of the Geneva Convention (IV) 1949 to hold that burning a pregnant woman to death constituted a war crime in breach of the special protection afforded to women. That women, especially pregnant women, should be the object of special protection during war was part of the laws and customs of war as early as the Lieber Code 1863 (Articles 19 and 37). It was further developed through “Geneva” law on prisoners of war (women were considered especially vulnerable in this situation)1. The Court considers these expressions of “special protection”, understood in conjunction with the protection of the Martens Clause (paragraphs 86-87 and 215 above), sufficient to find that there was a plausible legal basis for convicting the applicant of a separate war crime as regards the burning to death of Mrs Krupniks. The Court finds this view confirmed by the numerous specific and special protections for women included immediately after the Second World War in the Geneva Conventions (I), (II) and (IV) 1949, notably in Article 16 of the last-mentioned Convention.
Цитата
218. В-третьих, латвийские суды основывались на Статье 16 Женевской IV Конвенции 1949 года, постановляя что сожжение беременной женщины составляет военное преступление с нарушением специальной защиты, предоставляемой женщинам. То, что женщины, в особенности беременные, являются объектом специальной защиты, было частью законов и обычаев войны еще со времен Кодекса Либера 1863 года (Статьи 19 и 37). Это было расширено далее в женевском законодательстве о военнопленных, где женщины считались особенно страдающими в этой ситуации. Суд считает, что этих выражений "особой защиты", понимаемых в связи с защитой, предоставляемой Принципами Мартенса (преамбула к Гаагской Конвенции 1907 года), достаточно для того чтобы служить достаточными правовыми основаниями для обвинения заявителя в отдельном военном преступлении в части сожжения г-жи Крупникс. Суд находит эту точку зрения подтвержденной многочисленными специфическими и специальными положениями о защите женщин, включенных непосредственно после Второй Мировой войны в Женевские I, II и IV Конвенции, в частности в Статье 16 последней.
Одно это в моих глазах делает решение Большой Палаты более справедливым.
Это перевод не решения, а пресс-релиза Секретариата от 24.07.2008, выполненный мэрией Москвы.
К сожалению я не могу почитать в оригинале.
Оттуда-же, несмотря на Ваше негативное отношение.
Задачей Суда было не установить персональную уголовную ответственность истца, а рассмотреть, исходя из Статьи 7 § 1, составляли ли его действия 27 мая 1944 года преступления, которые были определены с достаточной доступностью и предсказуемостью местным или международным правом.
Суд отметил, что решение национального суда практически полностью умалчивало о том, являлся ли истец лично или прямо вовлечён в те события в Малых Батах. Единственным подлинным обвинением против него, которое выдвинули латвийские суды, заключалось в том, что он возглавлял отряд, который совершил карательную операцию 27 мая 1944 года. Поэтому Суду пришлось определить, могла ли та операция, сама по себе, объективно рассматриваться, как противоречащая законам и обычаям войны, как определено Гаагской конвенцией от 1907 года.
Текущее дело рассматривает определённую военную операцию, заключающуюся в избирательном наказании вооруженных пособников нацистских врагов, которые были заподозрены на законных основаниях в том, что они могут составлять угрозу красным партизанам, и действия которых уже привели к смерти их товарищей. Эта операция мало отличается от тех, что проводились в тот же период вооруженными силами союзников или местными группами сопротивления во многих европейских странах, оккупированных нацистской Германией.
Наконец, Суд считает, что не было удовлетворительно показано, что атака 27 мая 1944 года по существу противоречила законам и обычаям войны, как описано в Инструкциях, дополняющих Гаагскую конвенцию от 1907 года. Таким образом, принимая во внимание общую природу доводов латвийских судов, Суд постановил, что нет законодательной базы в международном законодательстве, по которой можно признать истца за то, что он возглавлял отряд, ответственным за операцию.
Что касается трёх женщин, убитых в Малые Баты, Суд может только сожалеть по поводу чрезвычайно общих и по сути одинаковых доводов национальных судов, которые не позволяют дать определённый ответ на два главных вопроса, а именно участвовали ли женщины и в какой степени в предательстве группы красных партизан, и были ли их казни запланированы изначально, или члены отряда превысили свои полномочия.
Суд считает, что существует два возможных объяснения того, что произошло. Во-первых, три рассматриваемы женщины играли определенную роль в предательстве, и что их казнь была запланирована с самого начала. Правительство не опровергло утверждение истца, что три женщины дежурили, пока мужчины ходили в соседнюю деревню, чтобы предупредить немецкий гарнизон о присутствии партизан. Если эта версия верна, то Суд вынужден заключить, что три женщины были также виновны в злоупотреблении своим статусом «гражданских», оказывая подлинное, определённое содействие шестерым мужчинам из Малые Баты, которые сотрудничали с нацистскими оккупантами. При таких условиях, выводы Суда в отношении мужчин, которые были казнены во время операции 27 мая 1944 года, верны и для трёх женщин.
Второе объяснение заключается в том, что смерть женщин не была изначально запланирована людьми истца и их командирами, а значит смерть женщин является следствием превышения полномочий. Суд считает, что ни подобное превышение полномочий, ни военная операция, в которой оно имело место, не может объективно рассматриваться, как нарушение законов и обычаев войны, как это определено в Гаагской конвенции от 1907 года. При таком сценарии Суд признаёт, что действия, совершенные членами отряда против трёх рассматриваемых женщин могут сами по себе составлять преступление в соответствии с общим правом, которое, по существу, должно быть исследовано с помощью соотнесения его с национальным правом, действовавшим в рассматриваемое время.
При допущении, что смерть трёх женщин из Мылые Баты была резульататом превышения полномочий красными партизанами, Суд установил, что, как и в случае шестрех мужчин, решения латвийских судов не содержат указаний точной степени вовлечённости истца в их казни. Таким образом, не было установлено, что он сам убил женщин, или он приказал или подстрекал своих товарищей сделать это.
В любом случае, Суд считает, что даже если виновность истца основаны на национальном праве, то очевидно несоответсвие требований Статье 7, поскольку, даже если допустить, что он участвовал в одном или большем количестве престулений в соответствии с общим правом в 1944 году, их законодательное действие окончательно прекратилось в 1954 году, и осуждать его за эти преступления практически полвека спустя после окончания их действия, противоречило бы принципу предсказуемости.
Следовательно, Суд считает, что истец объективно не мог предвидеть 27 мая 1944 года, что его действия будут расценены, как военное преступление по международным законам, которые регулировали критерии допустимого в войне в то время. Таким образом, не было законодательно достоверного основания в международном праве, по которому его можно было обвинить в подобном преступлении, даже если допустить, что истец участвовал в одном или нескольких преступлениях в соответсвии с национальным законом, национальне законодательство 2004 года также не может более служить основанием для обвинения, т. к. нарушается Статья 7.
Любопытно наличие в составе суда, судьи из Латвии, странно, почему только одна
Из нового решения, Ваша цитата
218. В-третьих, латвийские суды основывались на Статье 16 Женевской IV Конвенции 1949 года, постановляя что сожжение беременной женщины составляет военное преступление с нарушением специальной защиты, предоставляемой женщинам. То, что женщины, в особенности беременные, являются объектом специальной защиты, было частью законов и обычаев войны еще со времен Кодекса Либера 1863 года (Статьи 19 и 37). Это было расширено далее в женевском законодательстве о военнопленных, где женщины считались особенно страдающими в этой ситуации. Суд считает, что этих выражений "особой защиты", понимаемых в связи с защитой, предоставляемой Принципами Мартенса (преамбула к Гаагской Конвенции 1907 года), достаточно для того чтобы служить достаточными правовыми основаниями для обвинения заявителя в отдельном военном преступлении в части сожжения г-жи Крупникс. Суд находит эту точку зрения подтвержденной многочисленными специфическими и специальными положениями о защите женщин, включенных непосредственно после Второй Мировой войны в Женевские I, II и IV Конвенции, в частности в Статье 16 последней.
Из старого (пресс-релиз)
Отдел по уголовным преступлениям Высшего суда охарактеризовал действия истца, ссылаясь на три международных акта. Как бы то ни было, два из них вступили в силу после 1944 года и не содержали в себе положения, дававших им обратную силу, но в любом случае Статья 7 § 1 препятствует применению международного соглашения для определения действия или бездействия в случае событий, которые происходили до принятия этого соглашения. Только Гаагская конвенция от 1907 года, рассматривавшая право и условия наземных воин (или более точно, содержала дополнительные Инструкции), существовала и была в силе на момент совершения преступлений, которые стали предметом рассмотрения суда. Ни СССР, ни Латвия не подписала эту Конвенцию, которая, таким образом, формально не была применима к рассматриваемому вооруженному конфликту. Однако текст этой Конвенции всего лишь воспроизводит обычные фундаментальные правила, которые были твёрдо установлены сообществом наций в то время. Поэтому Суд предполагает, что истец, как «комбатант» в трактовке международного права, обязан был знать эти правила.
Добавлено немного позже:
операции на деревню Малые Баты
У деревни два названия, Латвийское и наше.
Вот эти вот выделенные вами "если эта версия верна, то Суд вынужден заключить одно, а при таком сценарии Суд признает прямо противоположное, а вообще к чему это, потому что в любом случае..." мне казалось крайне слабым местом в первом решении.
но в любом случае Статья 7 § 1 препятствует применению международного соглашения для определения действия или бездействия в случае событий, которые происходили до принятия этого соглашения
У Статьи 7 есть и § 2, который отменяет этот запрет для ряда преступлений. В книге Сальвиа по этому поводу приводится следующая
28. Отсутствие обратной силы уголовных законов. Преступ*ления против человечества. «Комиссия напоминает, что из подго*товительных работ Конвенции вытекает, что п. 2 статьи 7 имеет це*лью уточнить, что эта статья не затрагивает законы, которые, в исключительных обстоятельствах, возникших по окончании второй мировой войны, были приняты, чтобы наказать за военные преступ*ления и факты предательства и сотрудничества с врагом, и не стремится к какому-либо юридическому или нравственному осуждению этих законов. (...) Комиссия считает, что это разумно также имеет значение для преступлений против человечества». (CommEDH, D 29420/95, Touvier с. France, DR 88-A, p. 148, spec.p. 191).
Большая Палата исходила из более ясных соображений.
Кстати, к предшествующим спорам приведу еще одну данную Сальвиа цитату.
32. Наказание исключительно на основании закона. Пресле*дование и осуждение за деяния (приказ стрелять в беглецов, по*влекший смерть многих лиц), совершенные на территории, занятой впоследствии Договаривающейся Стороной, поэтому приговор был вынесен судом последней. Преемственность двух Государств, регу*лируемых разными правовыми системами. Законность преследова*ний. «Суд считает, что для Государства, руководствующегося верхо*венством права, является законным возбуждение уголовных дел против лиц, которые совершили преступления при прежнем режиме; точно так же и суды такого Государства, заняв место тех, которые существовали прежде, не могут подвергаться критике за применение и толкование правовых положений, действовавших во время совер*шения каких-либо действий, в свете принципов, которыми руково*дствуется каждое правовое Государство». (Streletz, Kessler et Krenz, 81).
Durokon. Беспредельщик и скотина. Падла(с)
10.12.2013, 17:43
пан Durokon до сих пор своего мнения по теме не высказал
почему?
http://forum.yurclub.ru/index.php?sh...post&p=3923309
с юр. точки зрения, позиция ЕСПЧ о том, что заявитель по умолчанию (с) должен был знать законы и обычаи войны, а таже положения Женевских конвенций, которые для СССР в указанный период времени не являлись даже некой абстракцией, кажется надуманной.
я также не понимаю, как указанные нормы МГП вообще могут быть применены в отношении граждан (заявителя и жертв) одного государства?
кроме того, я практически (на 99, 999999 %) уверен, что дело это мы "проиграли" исключительно ввиду отвратительной подготовки РФ к процессу в ЕСПЧ.
именно на это обстоятельство нашим горе-политиканам с чиновниками и следует обратить самое проистальное внимание, а не превычно обличать кого то там о непонятно чем.
(Durokon @ 23.05.2010 - 13:41)
с юр. точки зрения, позиция ЕСПЧ о том, что заявитель по умолчанию (с) должен был знать законы и обычаи войны, а таже положения Женевских конвенций, кажется слишком уж надуманной.
Это позиция не ЕСПЧ, а еще Нюрнбергского Трибунала, который установил что к 1939 году международное гуманитарное законодательство было достаточно разработанным, определенным и общепризнанным цивилизованными государствами, которые тем самым обязывались преследовать военные преступления и доводить до своих военнослужащих ответственность за них. Незнание конкретных норм от ответственности не освобождает. На этом основании было осуждено много нацистских преступников.
ЕСПЧ при рассмотрении вопроса на это и ссылается.
Я бы посмотрел на вопрос несколько шире, а то дискуссия ушла несколько в иную сторону. Что же все-таки признал ЕСПЧ, и что означает сей прецедент.
Некоторые понимают решение так, как будто бы ЕСПЧ судил Кононова. На самом деле это совсем не так. Кононов был осужден латвийским судом и срок уже отбыл.
Вопрос совсем в другом. Допустимо ли судить за подобные преступления без сроков давности и без позитивного материального закона, действующего на момент совершения преступления.
Суд ИМХО пришел к правильному выводу, что за военные преступления, которые признаны мировым сообществом судить можно, вне зависимости от того ратифицировало ли международные конвенции государство, на территории которого совершены преступления.
Ведь почему военные преступления не имеют срока давности? Видимо потому, что привлечь к ответственности, как правило, удается только через значительный промежуток времени. И цель международных норм дать понять, что наказание за эту категорию преступлений может последовать вне зависимости от разных обстоятельств и сроков. Иного способа реализации охранительной функции такого закона не придумано. Да и то она все равно работает слабо. Но хотя бы так.
30.05.2010 - 14:10
Сообщение #369
Группа: почти ЮрКлубовец
Сообщений: 11
Регистрация: 29-05-10
профиль
То есть ваше обвинение в "политическом характере решения ЕСПЧ" сжалось до "крайней сомнительности аргументов латвийского суда"? Хотя вы и не сказали в чем эта сомнительностью.
Еще раз. То, что Кононов несет ответственность командира, латвийский суд доказывает, ссылаясь не на нормы довоенного права, а на ст. 6 Нюрнбергской Хартии. Политизированность (или ошибка) ЕСПЧ заключается в том, что он воспроизвел в своем решении сомнительные (почему сомнительные, я уже писал выше) аргументы латвийского суда, не дав им правовой оценки и легализовав их тем самым на международном уровне.
ИМХО, аргументы латвийских судов не только сомнительные, но и политически ангажированные. Но этот вопрос – за рамками настоящего решения.
В этой ситуации, когда доводы сторон исходят из одного и того же, у суда нет необходимости углубляться в рассмотрение вопроса можно ли считать заявителя "командиром" или нет.
Обратимся к тексту решения:
233. Более того, Сенат Верховного суда Латвии отмечает, что Судебная палата по уголовным делам Верховного суда Латвии установила на основании свидетельских показаний, что Кононов организовал, командовал и возглавлял партизанский отряд, который намеревался, inter alia, убить крестьян и разрушить фермы. Тот суд отмечает, основываясь на ст. 6 Хартии Нюрнбергского трибунала, что этого достаточно для признания за Кононовым «ответственности командира» за действия отряда. В частности, эти установленные факты свидетельствуют о том, что он de jure и de facto руководил действиями отряда. С учетом установленной в национальном <суде> цели миссии, он обладал необходимой виновной волей (mens rea). В самом деле, показания самого Кононова перед БП (о том, что его отряд не мог арестовать крестьян с учетом, inter alia, боевого задания отряда и <общую> ситуацию - см. ст. 162), полностью соответствуют вышеуказанным фактам, установленным Судебной палатой по уголовным делам. Учитывая то, что Кононов несет «ответственность командира», нет необходимости обсуждать вопрос о том, могли ли латвийские суды должным образом установить то, что Кононов лично участвовал в событиях в Mazie Bati 27.05.1944 (ст. 144 решения Малой палаты).
Как видно из текста статьи, у ЕСПЧ не возникло необходимости определять, имело ли место личное участие Кононова, а не то, «можно ли считать заявителя "командиром" или нет». «Ответственность командира» у Кононова показывается ЕСПЧ в основном на рассуждениях и фактах, установленным латвийским судом, а аргумент о соответствии показаний Кононова перед Большой палатой этим фактам – здесь явно дополняющий. В любом случае, Ваш аргумент - «Доводы сторон исходят из одного и того же» - может относиться к установлению того, что Кононов командовал отрядом, что и утверждает ЕСПЧ: «показания … соответствуют…фактам», а не того, несет ли он «ответственность командира» в соответствии с международным правом. В этом вопросе ЕСПЧ некритично полагается на рассуждение латвийского суда.
Ну у вас и логика. Это после отмеченного вами же выше, что прямого отражения не было ни в одном национальном праве. Но если ЕСПЧ не нашел в советском - сразу "критика режима".
Вот не надо смешивать все в одну кучу. То, что ЕСПЧ не нашел в УК РСФСР war crimes – это факт. То, что я отметил, что и у других этого не было – это возражение на Ваш аргумент – «в разделе, где можно было бы ожидать найти соответствующие статьи, их нет». А то, что мне «не нравится», - это увязывание ЕСПЧ того, что их нет, с социальным строем РСФСР.
Лично я считаю, что оспаривание адвокатами Кононовым применения закона, который не был таковым в момент нарушения, заранее было обречено на провал. Простите, но я хочу, чтобы военные преступники на этом основании выходили бы из-под ответственности. Ведь именно первое решение ЕСПЧ как раз и ставило под удар все процессы над нацистами, включая приговоры Нюрнбергского и Дальневосточного трибуналов. Так что именно первое решение "пересматривало итоги Второй мировой войны".
Плюс моя правовая позиция состоит в том, что за явные преступления против человечества не должно быть уловки, что, мол, законом на момент совершения оно было не запрещено. За нарушение естесственных прав должно быть неотвратимое наказание. Если в стране дикарей уголовный кодекс не изобрели, и за убийство не наказывают, это ещё не значит, что абориген-убийца может спать спокойно. Поэтому первое решение ЕСПЧ было очень спорным с позиции прав человека, и позиция адвокатов Кононова имела в этом отношении существенный недостаток.
Хотя как юрист я понимаю, что у его адвокатов и не было другой возможности зацепиться за пересмотр приговора. Увы, ЕСПЧ действительно не является "новой инстанцией" при рассмотрении дела по существу. И коль скоро национальный суд Латвии признал Кононова виновным по существу дела, то никакой ЕСПЧ не вправе пересмотреть этот приговор, и оправдать Кононова по существу деяния. Более того, насколько я понимаю, ЕСПЧ вообще не вправе вмешиваться в юрисдикцию национального суда, посему в него бессмысленно жаловаться на необъективность, тенденциозность, пристрастность национального суда, и даже на недостаточность и противоречивость доказательств. Поскольку ЕСПЧ не вмешивается в юрисдикцию государств, а национальный суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению.
Поэтому, я, разумеется, не верю выводам латвийского правосудия о том, что убитые граждане были мирными жителями. Я верю Кононову в том, что это были пособники фашистов, колобрацианисты, нарушители советских законов, причём вооружённые фашистами и причинившие вред партизанам. То есть комбатантами в смысле международных законов. Но факт остаётся фактом - латвийское правосудие имело право вынести свой приговор. И оно его вынесло, признав данных граждан мирными жителями, невинными жертвами партизан Кононова.
Добиваться справедливости Кононов может только внутри Латвии, и нигде больше. Вот любые процессуальные ограничения пусть обжалует в ЕСПЧ. Но если он не может опровергнуть обвинение по существу - значит, такова судьба.
И напоследок добавлю горькую пилюлю в адрес защитников Кононова. Судя по российским источникам сторонников Кононова, всё-таки это был не бой, а казнь. То есть партизаны с помощью военной хитрости (немецкая форма) сумели застать противника врасплох и взять пособников фашистов тёпленькими так, что те не сумели воспользоваться выданным им оружием. А вот дальше с ними поступили якобы по законам военного времени.
И вот здесь не соглашусь. Законы военного времени = законы и обычаи войны. Для любого цивилизованного государства. За нарушение этих законов правомерно судили фашистов. Хотя тогда женевских конвенциях об этих законах ещё не существовало. Это значит, что советские военнослужащие и партизаны не должны были уподобляться фашистам. Не должны были действовать их методами. А законы и обычаи войны, с одной стороны, позволяют атаковать убить просто так любого комбатанта в рамках боестолкновения, с другой стороны, не позволяют казнить сдавшихся комбатантов. Их надлежит интернировать. А ежели это преступники по законам СССР - то судить. Пусть даже по законам военного времени, в условиях полевого трибунала.
Поэтому главная ошибка Кононова как организатора карательной акции в том, что он не стал соблюдать принципы законного возмездия. Даже партизанский суд и расстрел приговорённых существенно поменяли бы расстановку акцентов. А получилось так, как получилось. И даже способ казни был выбран совсем в духе самих фашистов. Ведь некоторых врагов попросту сожгли живыми вместе с домом. Извините, господа, но так советские люди не поступают! То есть, я понимаю, что в реальности ещё и не так поступали, что сердца советских партизан закономерно ожесточались до звериного уровня в ответ на зверства фашистов. Но, увы, кто даёт волю своим пусть понятным и благородным, но жестоким чувствам - тот пусть принимает закономерную расплату за это. И Кононов должен понимать, что пусть он убил не мирных жителей, но военное преступление он, возможно, всё-таки совершил. Из благих побуждений, не спорю. Со смягчающими обстоятельствами, бесспорно. Но, пардон, он и за решёткой пробыл очень недолго, что в сравнении со сроками, которые получают старики-пособники фашистов, выглядит как раз достаточным за совершение преступления со столь значительными смягчающими обстоятельствами. Так что даже если латвийский суд и неправ относительно квалификации жертв партизан, но в итоге Кононов получил наказание заслуженно. Как он должен был бы его понести ещё в СССР. Как в другом случае получил наказание полковник Буданов (тоже можно понять офицера, но его расправа со снайпершей была незаконной).
Chugunka10
11.12.2013, 10:30
На чем основан этот вывод. Решение по Кононову очень взвешенное и юридически выверенное. Жечь мирных жителей живьем нельзя. И факты все доказаны в национальных судах. Сомнений это не вызывает.
Вот в этом то я и сомневаюсь. Во взвешенности и выверенности решения. И это я попробую обосновать.
Chugunka10
11.12.2013, 10:32
А позицию Galov я понял. Никаких норм человечности не существует, главное творить свои дела в правильном месте в правильное время с правильными бумагами, и иметь хороших казуистов под рукой.
Знаете, тут вчера договорились до того, что это постановления якобы открывает путь чуть ли не к преследованию участников Сопротивления во Франции. Хотя на самом деле в нем ничего не говорится ни об итогах войны, ни об оценке нацизма, ни о роли СССР в победе над фашизмом итд. Главный вывод там - если ты убиваешь людей, бесчеловечно и с особой жестокостью, за это надо отвечать. Все. Точка. Не надо ставить здесь запятую "..., за исключением случаев когда..."
Вы не правы. Никто не говорит, что надо отменить нормы человечности. Да, в этом решении прямо не говорится "ни об итогах войны, ни об оценке нацизма, ни о роли СССР в победе над фашизмом и тд.", но это подразумевается.
И Вы этого не видите.
Добавлено немного позже:
Pilot6
Но вывод: в любом случае убивать нельзя было, поскольку они были безоружными.
Вот если бы их арестовали, судили бы полевым судом и расстреляли, то было бы нормально.
И как Вы себе это представляете? Арестовать, тащить через линию фронта и там судить. Вы не забывайте, что шла война и дело происходило на территории врага.
Manguste
11.12.2013, 10:34
chugunka10
Да, в этом решении прямо не говорится "ни об итогах войны, ни об оценке нацизма, ни о роли СССР в победе над фашизмом и тд.", но это подразумевается.
И Вы этого не видите.
Это невозможно увидеть, потому что там этого нет.
Прочитал (наконец то, U'nik - гран мерси! ) перевод решения Большой Палаты и особые мнения, действительно, обе позиции равнозначны и выбор зависел от выбранного тренда развития правоприменения Конвенции.
Очень интересное пстановление Суда, очень.
Я прочитал. Первое впечатление. Не особо высокое. Я ещё раз убедился, что ЕСПЧ не является судом. Решение политическое.
Прошу прощения, вы полагаете что ваша квалификция позволяет делать ткие вот далеко идущие выводы?
Chugunka10
11.12.2013, 10:37
Carolus
Так чем карательная акция со стороны Германии отличается от карательной акции со стороны СССР? В данной ситуации не имеет значения, какая из сторон - агрессор. Обе считаются воюющими сторонами со всеми вытекающими правами и обязанностями.
Я с Вами не соглашусь. Очень даже имеет значение.
Добавлено немного позже:
Manguste
Это невозможно увидеть, потому что там этого нет.
Прочитал (наконец то, U'nik - гран мерси! ) перевод решения Большой Палаты и особые мнения, действительно, обе позиции равнозначны и выбор зависел от выбранного тренда развития правоприменения Конвенции.
Очень интересное пстановление Суда, очень.
Попытаюсь убедить Вас и остальных в том, что Вы не правы.
Прошу прощения, вы полагаете что ваша квалификция позволяет делать такие вот далеко идущие выводы?
Когда изложу свои доводы тогда и поговорим.
Chugunka10
11.12.2013, 10:39
Я считаю решение Большой палаты по делу Кононова политическим. Как и большинство решений ЕСПЧ. По большому счёту ЕСПЧ и занимается политикой. Я и до этого решения ЕСПЧ был невысокого о нём мнения, теперь тем более. И от ожидаемого решения по делу ЮКОСа уже не жду правового решения. И это решение будет политическим, что нанесёт только вред Ходорковскому и Лебедеву.
Теперь по существу.
Большая палата по сути признала, что нападение на деревню Малые Баты было не мотивированным. Ну вот взяли ради потехи партизаны и расправились с мирными жителями. В том числе и сожгли беременную женщину. Даже утверждают, что затолкали её пытавшуюся вылезть обратно в огонь. Ну, ладно оставим пока в покое эту женщину. Но ведь не только её сожгли, но и ещё несколько человек. Вы можете себе представить, что бы людей специально не выпускали из домов для того, что бы они сгорели. Значит это надо каждый дом окружить и никого не выпускать. Сколько же тогда партизан было, что бы осуществить эту масштабную операцию?
Но ведь не всех же сожгли, кого-то расстреляли. Чего это они? Жгли бы уж всех. Чего церемониться. Значит здесь не всё так однозначно.
Вопросы остаются. Но нам говорят, что решение Большой палаты выверенное. Ой ли? Столько лет прошло и им всё ясно.
Палата вот уклонилась от чётких ответов на некоторые вопросы и в этом её упрекают. Но это наверное более честный подход к делу.
А было ли нападение на деревню не мотивированным? Нет, конечно. Это была месть. А вот в этом вопросе Большая палата уклонилась от ответа.
Вот такой пассаж Большой палаты: 225.**Правительство-ответчик утверждало, что действия заявителя не могут считаться законной репрессией воюющей стороны, на что ни заявитель, ни правительство Российской Федерации существенно не ответили. Национальные суды установили, что заявитель возглавил операцию в Малые Баты в качестве "мести", но они явно не принимали такие доводы в оправдание. Суд не видит никаких оснований ставить под сомнение отказ национальных судов в таком оправдании (рассматривать ли жителей комбатантами или гражданскими лицами, которые участвовали в военных действиях)15.
Здесь конечно и позиция нашей стороны не убедительна. В этом отношении я огласен с Ороконом.
А вот почему Большая палата не стала разбирать этот вопрос? Каких таких оснований у Большой палаты не нашлось, что бы поставить под сомнение решение судебных инстанций Латвии? А ведь мы знаем, что войне непременно сопутствует месть. И вообще война без мести невозможна. И является ли месть военным преступлением? Нет ответа на этот вопрос у Большой палаты. А ведь это один из главных вопросов этого дела.
Теперь по поводу того на каком основании действовали партизаны. Так на основании законов своего государства. Законы государства давали им право судить и казнить пособников врага. Были ли нарушены людьми Кононова законы нашего государства? И ответа на этот вопрос у Большой палаты нет. А собственно почему? Это ведь тоже один из главных вопросов этого дела.
Так действовали ли партизаны в соответствии с законами своего государства? Или превысили их? Известно точно какое задание стояло перед группой Кононова? Арестовать и привести в своё расположение пособников фашистов или приговор привести в исполнение на месте? А то что приговор был этого никто не отрицает. И право на этот приговор давали законы нашего государства. Вот где пересмотр истории. По сути Большая палата признала преступными законы на основании которых действовали партизаны. На основании которых были казнены пособники фашистов.
Далее Большая палата пишет: 221.**Наконец, Суд хотел бы добавить, что, даже если считать, что жители совершили военные преступления (вне зависимости от правового статуса, который они имели), заявитель и его подразделение имели право в соответствии с обычным международным правом в 1944 году только арестовать жителей, обеспечить им справедливое судебное разбирательство, и только потом осуществлять любые наказания (пункт 204 выше). Как заметило государство-ответчик, в версии событий заявителя изложенной в Палате (пункты 21-24 выше), и повторенной на рассмотрении Большой Палатой (пункт 162 выше), заявитель фактически описывает то, что ему следовало бы сделать (арестовать жителей для судебного разбирательства). В любом случае, независимо от того имел ли место или нет какой-либо партизанской суд (пункт 132 постановления Палаты), суд с обвинением жителей in absentia (заочно), без их ведома и участия, с последующей их казнью, не может считаться справедливым.
Я уже спрашивал об этом своих оппонентов, спрашиваю ещё раз. Как Большая палата себе это представляет осуществить во время войны? Ведь всё это происходило на территории врага. Рассказали бы нам судьи ЕСПЧ, как бы они осуществляли справедливое судебное разбирательство во время войны, да ещё на вражеской территории. И вообще в реальной жизни такое возможно? Они в мирное время не могут у себя обеспечить справедливое судебное разбирательство и в то же время предьявляют претензии к тем, кто не смог этого обеспечить во время войны.
Такую позицию я даже не знаю, как назвать.
Самый конечно убийственный аргумент у защитников ЕСПЧ это случай с беременной женщиной. Как бы подразумевается, что те кто на стороне Кононова оправдывают сожжение беременной женщины. Это не только подразумевается, но и высказывается. Но ведь это не так. Никто же не говорит, что сожжение беременной женщины, да и не сожжение, а просто убийство, не является преступлением.
Но ведь в решение ЕСПЧ не это главное.
Давайте перечислим выводы ЕСПЧ: 216.**Суд отмечает, во-первых, что внутренние суды по уголовным делам в основном полагались на положения Женевской конвенции (IV) 1949 (пункты 60-62 выше), чтобы осудить заявителя за жестокое обращение, избиение и убийства жителей. ........Таким образом, жестокое обращение, избиение и убийства жителей является военным преступлением.
Вот главное, что инкриминируется группе Кононова-убийство жителей. Не пособников фашистов, а убийство мирных жителей.
217.**Во-вторых, Суд приходит к выводу, что национальные суды обоснованно ссылались на статью 23(b) Гаагских Положений 1907 для установления отдельного обвинения в отношении предательской ранения и убийства. Понятия о предательстве и вероломстве были тесно связаны в соответствующий момент времени, так что ранение или убийство считалось предательским, если оно было совершено путем незаконного введения противников в заблуждение, что они не находятся под угрозой нападения со стороны, например, неправомерным использованием вражеской формы.
Ну Кононов с товарищами были вероломными, переоделись в немецкую форму. Это есть военное преступление.
218.**В-третьих, латвийские суды ссылались на Статью 16 Женевской конвенции (IV) 1949 года, признавая что сожжение беременной женщины живьем представляет собой военное преступление в нарушение специальной защиты женщин. То, что женщины, особенно беременные женщины, должны быть объектом особой защиты во время войны, являлось частью законов и обычаев войны еще начиная с Кодекса Либера 1863 года (Статьи 19 и 37).
Это единственное обвинение, которое я считаю военным преступлением.
219.**В-четвертых, национальные суды ссылались на Статью 25 Гаагских Положений 1907, которая запрещает нападения на незащищенные места. Это положение является частью группы аналогичных положений в области международного права (в том числе статье 23(g) Гаагского Положения 1907), которые запрещают уничтожение частной собственности, не "диктуемое военной необходимостью"14. Не было никаких доказательств во внутреннем разбирательстве, и не утверждалось перед Судом, что сжигание фермы в Малые Баты так настоятельно требовалось.
Сожжение фермы является военным преступлением.
220.**В-пятых, хотя различные положения Гаагской Конвенции 1907 года, Женевской Конвенция (IV) 1949 года и Дополнительного Протокола 1977 упоминались во внутреннем разбирательстве в отношении грабежей (воровство одежды и продуктов питания), не было положительных внутренних выводов, что такие кражи имели место.
Вот это я не понял, что такого и в этом случае товарищи Кононова совершили.
221.**Наконец, Суд хотел бы добавить, что, даже если считать, что жители совершили военные преступления (вне зависимости от правового статуса, который они имели), заявитель и его подразделение имели право в соответствии с обычным международным правом в 1944 году только арестовать жителей, обеспечить им справедливое судебное разбирательство, и только потом осуществлять любые наказания (пункт 204 выше). Как заметило государство-ответчик, в версии событий заявителя изложенной в Палате (пункты 21-24 выше), и повторенной на рассмотрении Большой Палатой (пункт 162 выше), заявитель фактически описывает то, что ему следовало бы сделать (арестовать жителей для судебного разбирательства). В любом случае, независимо от того имел ли место или нет какой-либо партизанской суд (пункт 132 постановления Палаты), суд с обвинением жителей in absentia (заочно), без их ведома и участия, с последующей их казнью, не может считаться справедливым.
Это я уже комментировал. Невозможно во время войны гарантировать справедливое судебное разбирательство, да ещё на вражеской территории.
Вот таковы шесть обвинений в совершении военных преступлений предьявленных Кононову. Из них правомерным на мой взгляд является лишь одно. Обвинение в сожжении беременной женщины. Если бы ЕСПЧ вынес своё решение основываясь только на одном этом обвинении у меня бы вопросов не возникло бы.
А вот по остальным пяти есть возражения. И я уверен, что если бы не было бы этого эпизода с беременной женщиной ЕСПЧ также бы признал Кононова военным преступником.
А без эпизода с беременной женщиной вся эта история выглядит уже не так впечатляюще.
Я утверждаю, что это решение ЕСПЧ есть попытка переписать историю. Ведь беременные женщины гибли не только в Малых Батах. Гибли они и в Дрездене и Хиросиме и в Нагасаки. Но тех, кто способствовал гибели этих беременных женщин не судят. А почему собственно? Чем они отличаются от Кононова?
Весь вопрос в том, кто виноват в гибели этих женщин и остальных жертв войны. А виноваты не Кононовы, виноваты те, кто развязал эту войну. А жители Малых Бат поддерживали тех, кто развязал эту войну. Выходит они сами и виноваты в гибели этих людей из Малых Бат.
Вот этот главный вывод на мой взгляд должна была сделать Большая палата.
Извините, но похоже вы не поняли ни постановления, ни сути самой деятельности ЕСПЧ. ЕСПЧ никого не обвиняет, не осуждает и не занимается доказыванием. ЕСПЧ лишь проверяет, не были ли в предшествующем внутреннем разбирательстве допущены нарушения Конвенции и соответствующих прав.
В данном случае предметом жалобы и рассмотрения были не доказывание виновности или невиновности Кононова, или оспаривание оценки его действий. Вопрос был лишь в том, имели ли основания и право национальные суды вообще преследовать его в связи с данными событиями. Были ли эти основания достаточными и имелась ли у них достаточная правовая основа.
Вы сами перечислили достаточно много вопросов. Вы их оцениваете с одной стороны, другие могут с другой, но уже сама их неоднозначность подтверждает - основания для рассмотрения и судебного разбирательства у национальных властей были.
А вот почему Большая палата не стала разбирать этот вопрос? Каких таких оснований у Большой палаты не нашлось, что бы поставить под сомнение решение судебных инстанций Латвии? А ведь мы знаем, что войне непременно сопутствует месть. И вообще война без мести невозможна. И является ли месть военным преступлением? Нет ответа на этот вопрос у Большой палаты. А ведь это один из главных вопросов этого дела.
Само положение Большой Палаты и ЕСПЧ не позволяет им заниматься подобными спекуляциями. Вот если бы ЕСПЧ занялся рассмотрением понятия "месть" и его правового значения (хотя в большом обзоре военного права, приведенном в постановлении, такое слово не встречается), и начал бы выносить решения на его основе вне всякой связи с Конвенцией, это и было бы политическим решением.
220.**В-пятых, хотя различные положения Гаагской Конвенции 1907 года, Женевской Конвенция (IV) 1949 года и Дополнительного Протокола 1977 упоминались во внутреннем разбирательстве в отношении грабежей (воровство одежды и продуктов питания), не было положительных внутренних выводов, что такие кражи имели место.
Вот это я не понял, что такого и в этом случае товарищи Кононова совершили.
Имеется в виду, что внутренние суды к такому выводу не пришли и виновным Кононова в этом не признавали, поэтому предмета рассмотрения ЕСПЧ здесь вообще нет. Если бы национальными судами Кононов был бы признан виновным в грабежах и мародерстве, что также является военным преступлением, то это могло бы подтвердить позицию ответчика, так что пункт в пользу заявителя.
Теперь по поводу того на каком основании действовали партизаны. Так на основании законов своего государства. Законы государства давали им право судить и казнить пособников врага. Были ли нарушены людьми Кононова законы нашего государства? И ответа на этот вопрос у Большой палаты нет. А собственно почему? Это ведь тоже один из главных вопросов этого дела.
Так действовали ли партизаны в соответствии с законами своего государства? Или превысили их? Известно точно какое задание стояло перед группой Кононова? Арестовать и привести в своё расположение пособников фашистов или приговор привести в исполнение на месте? А то что приговор был этого никто не отрицает. И право на этот приговор давали законы нашего государства.
Ваша позиция понятна. На ее основании, с заменой названий, могут быть полностью оправданы все каратели, в том числе эсэсовцы, уничтожавшие наши деревни и их жителей. Гитлеровское государство дало им все права судить и казнить.
А виноваты не Кононовы, виноваты те, кто развязал эту войну. А жители Малых Бат поддерживали тех, кто развязал эту войну. Выходит они сами и виноваты в гибели этих людей из Малых Бат.
Вы очень многое подвергаете сомнению и считаете недоказанным. А выделенное - считаете доказанным безусловно, достаточно для убийства предполагаемых виновников, на кого бы ни пали подозрительные мысли заявителя и с любой степенью жестокости?
Вот этот главный вывод на мой взгляд должна была сделать Большая палата.
Вот в этом случае решение и было бы полностью политическим, не имея никакого отношение ни к Конвенции, ни к положению и полномочиям ЕСПЧ.
Chugunka10
11.12.2013, 10:45
U'nik
Извините, но похоже вы не поняли ни постановления, ни сути самой деятельности ЕСПЧ. ЕСПЧ никого не обвиняет, не осуждает и не занимается доказыванием. ЕСПЧ лишь проверяет, не были ли в предшествующем внутреннем разбирательстве допущены нарушения Конвенции и соответствующих прав.
В данном случае предметом жалобы и рассмотрения были не доказывание виновности или невиновности Кононова, или оспаривание оценки его действий. Вопрос был лишь в том, имели ли основания и право национальные суды вообще преследовать его в связи с данными событиями. Были ли эти основания достаточными и имелась ли у них достаточная правовая основа.
Вы сами перечислили достаточно много вопросов. Вы их оцениваете с одной стороны, другие могут с другой, но уже сама их неоднозначность подтверждает - основания для рассмотрения и судебного разбирательства у национальных властей были.
Мне кажется это Вы не поняли и не понимаете. Как это ЕСПЧ не занимается доказыванием? А чем же тогда по Вашему мнению занимается любой суд? Именно оценкой доказательств. Или Вы считаете по другому? Тогда я сомневаюсь в Вашей компетентности, как юриста.
Как же не было предметом рассмотрения доказывание виновности или невиновности Кононова? А чем же тогда Большая палата занималась на ста листах? Да, вопрос был поставлен именно так, как Вы говорите: Имели ли право латвийские власти преследовать Кононова? Большая палата дала ответ: Да, имели. Потому что он был военным преступником. Именно это и есть главное, что решила Большая палата. Или Вы не поняли само решение? Тогда я Вам его напомню. Большая палата отвечала на несколько вопросов. Одним из таких вопросов был вопрос о том являлся ли Кононов военным преступником?
Есть специальный раздел: © Конкретные военные преступления, за которые заявитель был осужден. Вот что пишет палата: Суд таким образом изучит.....
Он считает, в частности.....нарушают фундаментальные правила законов и обычаев войны, защищающих врага оказавшегося hors de combat. Таким образом, жестокое обращение, избиение и убийства жителей является военным преступлением.Во-вторых, Суд приходит к выводу....Суд находит, что это мнение подтверждается многочисленными......Не было никаких доказательств во внутреннем разбирательстве, и не утверждалось перед Судом, что сжигание фермы в Малые Баты так настоятельно требовалось.
Наконец, Суд хотел бы добавить, что, даже если считать....не может считаться справедливым.
Большая палата изучила, оценила предьявленные доказательства, посчитала и добавила. К какому же главному выводу пришла Большая палата в итоге: Поскольку Суд считает, что вышеупомянутые действия заявителя могли считаться равносильными совершению военных преступлений в 1944 году (Streletz, Kessler and Krenz v. Germany, § 76, cited above), нет необходимости комментировать остальные обвинения против него.
Всё на искомый вопрос ответ дан: Кононов по перечисленным пунктам является военным преступником. Далее комментировать ничего не надо.
Или Вы хотите сказать, что я не прав. Что эти пассажи из решения ЕСПЧ не являются утверждением, что Кононов является военным преступником? Тогда что это такое по Вашему? Жду возражений.
Само положение Большой Палаты и ЕСПЧ не позволяет им заниматься подобными спекуляциями. Вот если бы ЕСПЧ занялся рассмотрением понятия "месть" и его правового значения (хотя в большом обзоре военного права, приведенном в постановлении, такое слово не встречается), и начал бы выносить решения на его основе вне всякой связи с Конвенцией, это и было бы политическим решением.
Как не занимается? Вам ещё раз процитировать этот пассаж Большой палаты. Цитирую, мне не трудно: 225.**Правительство-ответчик утверждало, что действия заявителя не могут считаться законной репрессией воюющей стороны, на что ни заявитель, ни правительство Российской Федерации существенно не ответили. Национальные суды установили, что заявитель возглавил операцию в Малые Баты в качестве "мести", но они явно не принимали такие доводы в оправдание. Суд не видит никаких оснований ставить под сомнение отказ национальных судов в таком оправдании (рассматривать ли жителей комбатантами или гражданскими лицами, которые участвовали в военных действиях)15.
Не принимали национальные суды такие доводы в оправдание. И Большая палата не видит никаких оснований ставить под сомнение этот отказ. Ну, а почему Большая палата не видит оснований? Вот и обьяснила бы. Почему то где-то она обьясняет, а где-то нет? Почему такая избирательность?
А я ещё раз говорю, что это один из основных вопросов рассматриваемого дела: Являлась ли месть частью законов и обычаев войны? Как Вы без разрешения этого вопроса установите истину?
Имеется в виду, что внутренние суды к такому выводу не пришли и виновным Кононова в этом не признавали, поэтому предмета рассмотрения ЕСПЧ здесь вообще нет. Если бы национальными судами Кононов был бы признан виновным в грабежах и мародерстве, что также является военным преступлением, то это могло бы подтвердить позицию ответчика, так что пункт в пользу заявителя.
Тогда я не понимаю. Зачем тогда Большая палата включила этот пункт в раздел: © Конкретные военные преступления, за которые заявитель был осужден.
Ваша позиция понятна. На ее основании, с заменой названий, могут быть полностью оправданы все каратели, в том числе эсэсовцы, уничтожавшие наши деревни и их жителей. Гитлеровское государство дало им все права судить и казнить.
Нет я этого не говорил. Это Вы хотите выдать эту мысль за мою. Не было в законах нашего государства такого. Там разрешалось пособников фашистов судить и вешать. Но Кононов не повесил, а расстрелял и сжёг. Вот в чём его было можно обвинить, что он не повесил, а расстрелял. Я говорю, что со сожжением не всё так однозначно. ЕСПЧ признал, что целью акции группы Кононова было именно сожжение беременной женщины. В чём я сомневаюсь. Хотя я могу допустить, что в то время на том самом месте вдруг оказался садист, который затолкал женщину обратно в огонь. Такое тоже в жизни бывает.
Вам надо Толстого почитать "Войну и мир" для понимания того, как человек действует в таких ситуациях. Любой человек. И судьям ЕСПЧ тоже.
Вы очень многое подвергаете сомнению и считаете недоказанным. А выделенное - считаете доказанным безусловно, достаточно для убийства предполагаемых виновников, на кого бы ни пали подозрительные мысли заявителя и с любой степенью жестокости?
Так это никем и не отрицается. Даже сегодня. По улицам Латвии даже сегодня нацисты маршируют. Какие Вам ещё нужны доказательства?
Ещё раз Вам говорю, что законы нашего государства давали такое право Кононову-убивать пособников фашистов. Согласен, что это надо делать так как на этом настаивает ЕСПЧ. Но ещё раз говорю, что в условиях войны добиться этого невозможно. ЕСПЧ нам не обьяснил, как этого добиться во время войны. Обьясните Вы.
Теперь о степени жестокости. Ещё раз говорю, что то что произошло не было намеренным действием, а стечением обстоятельств. Хотя готов допустить, что в группе Кононова могли быть садисты.
Но ведь те кто развязал войну должны понимать, что во время войны проявляются не лучшие человеческие качества. И они могут больно ударить по тем, кто развязал эту войну. Так надо думать перед тем, как развязывать войну. Также и жителям Малых Бат надо было думать перед тем, как принимать решение о сдаче немцам группы Чугунова. Или они не подумали? А кто тогда в этом виноват?
Я скажу, что Латвии до сих пор не даёт покоя. Как и всем маленьким нациям. Комплекс не полноценности. Вот как получилось в истории. Агрессор их завоевавший оказался на стороне сил добра, а они оказались на стороне сил зла-фашизма. И они никак с этим не хотят смириться. А придётся.
Вот в этом случае решение и было бы полностью политическим, не имея никакого отношение ни к Конвенции, ни к положению и полномочиям ЕСПЧ.
Ну это Вы так считаете. Признание человека не военным преступником это политическое решение. А признание этого же человека военным преступником не является политическим решением. Вы не заговариваетесь?
Chugunka10
11.12.2013, 10:46
Aidar
акцепт
А обосновать свой вывод. Или Вы как и судьи ЕСПЧ не способны обосновывать свои выводы?
Manguste
11.12.2013, 10:48
U'nik
Вот в этом случае решение и было бы полностью политическим, не имея никакого отношение ни к Конвенции, ни к положению и полномочиям ЕСПЧ.
ППКС!
chugunka10
А обосновать свой вывод. Или Вы как и судьи ЕСПЧ не способны обосновывать свои выводы?
А смысл? В чем смысл доказывать что либо не вполне адекватным (воинствующим и невежественным) персонам?
Добавлено немного позже:
Ещё раз Вам говорю, что законы нашего государства давали такое право Кононову-убивать пособников фашистов
Норму в студию!
chugunka10
Как это ЕСПЧ не занимается доказыванием? А чем же тогда по Вашему мнению занимается любой суд? Именно оценкой доказательств
Я вижу разницу между доказыванием и оценкой доказательств, а вы?
ЕСПЧ в сотнях своих постановлений повторял и напоминал, что не является "четвертой инстанцией" и не имеет компетенции по пересмотру и переоценке вопросов фактов и права, рассмотренных в национальных судах.
Есть некоторое количество концепций, которые ЕСПЧ считает "автономными" для Конвенции, то есть не зависящими от их определения в национальном праве, и рассматривает обстоятельства дела с этой точки зрения, но это не тот случай.
А чем же тогда Большая палата занималась на ста листах? Да, вопрос был поставлен именно так, как Вы говорите: Имели ли право латвийские власти преследовать Кононова? Большая палата дала ответ: Да, имели. Потому что он был военным преступником. Именно это и есть главное, что решила Большая палата.
Да ничего подобного. Могу только направить вас к резолютивной части решения.
245. По всем вышеизложенным причинам, Суд считает, что осуждение заявителя за военные преступления не является нарушением статьи 7 § 1 Конвенции.
Надеюсь, вы видите разницу между "Большая Палата решила, что Кононов военный преступник" и "Большая Палата решила, что осуждение (латвийским судом) Кононова за военные преступления не нарушает положения Статьи 7 Конвенции".
Все перечисленные и выделенные вами "пассажи" являются рассмотрением вопроса, имелась ли у латвийских судов фактическая основа для обвинения - ведь нельзя сходу исключать, что факты были взяты с потолка - да, была, факты имели место, сторона заявителя их не оспаривает, а лишь по-другому интерпретирует. Имелась ли правовая основа - да, ЕСПЧ пришел к выводу что квалификация подобных действий в международном праве как военных преступлений уже существовала. Значит, с точки зрения ЕСПЧ, судебное преследование было законным, а не произвольным. Апелляционной инстанцией ЕСПЧ не является и пересматривать собственно результаты этого преследования не компетентен.
Ваши соображения о том, что ЕСПЧ при этом подразумевал, комментировать не могу - телепатией не владею.
Национальные суды установили, что заявитель возглавил операцию в Малые Баты в качестве "мести", но они явно не принимали такие доводы в оправдание. Суд не видит никаких оснований ставить под сомнение отказ национальных судов в таком оправдании.
Не принимали национальные суды такие доводы в оправдание. И Большая палата не видит никаких оснований ставить под сомнение этот отказ. Ну, а почему Большая палата не видит оснований? Вот и обьяснила бы. Почему то где-то она обьясняет, а где-то нет? Почему такая избирательность?
Потому что в праве, в том числе военном международном, нет понятия "мести", тем более как оправдания, поэтому суд не может из него исходить или принимать его. Что тут объяснять?
Являлась ли месть частью законов и обычаев войны? Как Вы без разрешения этого вопроса установите истину?
Даже если у отдельных диких людей кровная месть является частью их законов и обычаев, суд не может принимать ее в оправдание убийства, и для этого ему не надо разрешать подобные вопросы, достаточно заглянуть в закон. В постановлении половину объема занимает обзор международного права, и слово "месть" там встречается лишь дважды, да и то в контексте "не может служить оправданием убийства мирных жителей".
Тогда я не понимаю. Зачем тогда Большая палата включила этот пункт в раздел
Потому что в отличие от российских судов ЕСПЧ не оставляет доводы вообще без упоминания и внимания. Пункт такой был, проверено - правовая основа есть, а события, фактов нет. Отметили и пошли дальше.
Нет я этого не говорил. Это Вы хотите выдать эту мысль за мою. Не было в законах нашего государства такого. Там разрешалось пособников фашистов судить и вешать.
А в законах гитлеровского государства разрешалось противников фашистов судить и казнить.
я могу допустить, что в то время на том самом месте вдруг оказался садист, который затолкал женщину обратно в огонь. Такое тоже в жизни бывает.
Мда. У батальона СС "Дирлевангер" в Хатыни тоже оказался вдруг. Бывает? Я бы не стал на вашем месте развивать эту тему, даже ссылками на Льва Толстого.
ЕСПЧ признал, что целью акции группы Кононова было именно сожжение беременной женщины.
Процитируйте, пожалуйста.
Признание человека не военным преступником это политическое решение. А признание этого же человека военным преступником не является политическим решением. Вы не заговариваетесь?
Решение ЕСПЧ и о признании, и о непризнании военным преступником было бы политическим. Решение же в том виде, какое оно есть, является конвенционным, а политическим его пытаетесь сделать вы, приписывая ему то, что в нем начисто отсутствует.
Тогда я сомневаюсь в Вашей компетентности, как юриста.
Можете не сомневаться. Ее нет, я не юрист.
Chugunka10
11.12.2013, 16:50
А смысл? В чем смысл доказывать что либо не вполне адекватным (воинствующим и невежественным) персонам?
И это всё, что Вы можете сказать. Вы такой же как и судьи ЕСПЧ, которые не могут обосновывать свои выводы. В отличие от меня.
Норму в студию!
В отличие от Вас я словоблудием не занимаюсь. Каждое своё слово могу обосновать и подкрепить выводами. Вам надо было всю тему читать, а не только перевод. Может быть не оказались бы в смешном положении. Потрудитесь сходить в начало темы и посмотреть сообщение № 32. Там норма.
Manguste
11.12.2013, 16:53
chugunka10
В отличие от меня.
И почему вы до сих пор еще не в ЕСПЧ?
ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
УКАЗ от 19 апреля 1943 г. N 39
Вы его хоть подтрудились прочитать то?
изменники родины
Наверное вы это имели в виду. Что ж, расскажите в чем состав измены родины у убитых Кононовым и Ко? Особенно интересует преступная деятельность древней старухи и беременной женщины (на 9 месяце).
возложить на военно-полевые суды
И каким же ВПС были признаны виновными убитые Кононовым и Ко? Или это все таки была внесудебная расправа?
Chugunka10
11.12.2013, 16:57
И почему вы до сих пор еще не в ЕСПЧ?
Потому что в шарашкиных конторах не имею желания быть. Это не для таких, как я.
Вы его хоть подтрудились прочитать то?
Ну, а как же. Вижу и Вы теперь прочитали.
Наверное вы это имели в виду. Что ж, расскажите в чем состав измены родины у убитых Кононовым и Ко? Особенно интересует преступная деятельность древней старухи и беременной женщины (на 9 месяце).
Вы видать читали невнимательно. Или хотели найти только то что Вам выгодно. Ну действуете точно, как и ЕСПЧ. А про пособников Вы там ничего не нашли? Посмотрите как ещё разок.
И каким же ВПС были признаны виновными убитые Кононовым и Ко? Или это все таки была внесудебная расправа?
Это я не знаю так как полного перевода у меня нет. Но в решении ЕСПЧ подразумевается, что суд был, но без обвиняемых. То есть был суд заочный.
Это ещё для войны хорошо, что какое-то подобие суда было, а могли бы вообще убить без всяких обьяснений, что для войны является отнюдь не редкостью.
Всё или ещё что будет? Давайте, я не Вы и не ЕСПЧ любые вопросы разрешаю.
Manguste
11.12.2013, 16:59
chugunka10
Ну действуете точно, как и ЕСПЧ
Вы мне чрезмерно льстите.
про пособников
Что про пособников? Я и спрашивая в чем состояли деяния по изменене родине (пособничество изменнику входит в этот вопрос).
Но в решении ЕСПЧ подразумевается, что суд был, но без обвиняемых. То есть был суд заочный.
Ну так процитируйте.
Освежу вам память - это Кононов приводил доводы (исключительно устные) что якобы был некий партизанский трибунал. Только непонятно, чего ж он тогда в кустах таился (как сам же утверждает)?
И обратите внимание на указ № 39 - там состав ВПС перечислен, где же все эти люди в случае с Кононовым?
я не Вы и не ЕСПЧ любые вопросы разрешаю.
Да я понял что вы просто волшебник.
Chugunka10
11.12.2013, 17:03
U'nik
Я вижу разницу между доказыванием и оценкой доказательств, а вы?ЕСПЧ в сотнях своих постановлений повторял и напоминал, что не является "четвертой инстанцией" и не имеет компетенции по пересмотру и переоценке вопросов фактов и права, рассмотренных в национальных судах.
Есть некоторое количество концепций, которые ЕСПЧ считает "автономными" для Конвенции, то есть не зависящими от их определения в национальном праве, и рассматривает обстоятельства дела с этой точки зрения, но это не тот случай.
Я вот не вижу. Да, в суде доказательства предьявляют стороны спора и суд оценивает их и выносит решение. И когда решение уже вынесено то говорят доказано судом, а не одной из сторон спора. Так что это Вы как-то не так понимаете доказывание. Наверное от того, что Вы не юрист.
Я знаю, что ЕСПЧ неоднократно об этом заявлял. Читать и слышать умею. Но и думать тоже. Вам как не юристу такое понятие как конклюдентные действия известно или нет? Человек № во всеуслышание говорит, что в права наследства вступать не будет, но в тоже время усиленно ремонтирует наследуемый дом.
Вот так же и ЕСПЧ. Говорит одно, а делает другое.
К Вашему сведению кроме буквы закона есть ещё и дух. И смысл. Как и у судебного решения. Вот я Вам задаю прямой вопрос: По смыслу решения ЕСПЧ признан В. Кононов Большой палатой военным преступником или нет? Я считаю, что признан. Также это решение ЕСПЧ воспринято в нашем обществе. Вот Вам пример:http://www.echo.msk.ru/programs/code/683306-echo/
Вот есть Европейский суд по правам человека, который признал Василия Кононова не партизаном, а человеком, убивавшим мирных жителей, т.е. который отказал Кононову в иске и признал его человеком, убивавшим мирных жителей.
То есть военным преступником. А Вы мне что-то про четвёртую инстанцию рассказываете.
Жду на прямой вопрос прямого ответа с обоснованием оного.
Да ничего подобного. Могу только направить вас к резолютивной части решения.
Я ответил на это выше.
Надеюсь, вы видите разницу между "Большая Палата решила, что Кононов военный преступник" и "Большая Палата решила, что осуждение (латвийским судом) Кононова за военные преступления не нарушает положения Статьи 7 Конвенции".
Все перечисленные и выделенные вами "пассажи" являются рассмотрением вопроса, имелась ли у латвийских судов фактическая основа для обвинения - ведь нельзя сходу исключать, что факты были взяты с потолка - да, была, факты имели место, сторона заявителя их не оспаривает, а лишь по-другому интерпретирует. Имелась ли правовая основа - да, ЕСПЧ пришел к выводу что квалификация подобных действий в международном праве как военных преступлений уже существовала. Значит, с точки зрения ЕСПЧ, судебное преследование было законным, а не произвольным. Апелляционной инстанцией ЕСПЧ не является и пересматривать собственно результаты этого преследования не компетентен.
Ваши соображения о том, что ЕСПЧ при этом подразумевал, комментировать не могу - телепатией не владею.
Я не нашёл в каком контексте была произнесена фраза на которую Вы даёте этот ответ. Фраза моя, но контекста не помню. В том сообщение на которое Вы отвечаете я этой фразы не нашёл. Будьте любезны быть пунктуальнее в споре. Из-за этого я не могу возразить на Вашу фразу о "подразумевании".
По остальному отвечу. Да всё про то что Вы пишите так и есть. Но из фразы
"Большая Палата решила, что осуждение (латвийским судом) Кононова за военные преступления не нарушает положения Статьи 7 Конвенции" и вытекает, что Кононов был военным преступником. Проверяла и разрешила Большая палата этот вопрос. Я же Вам специально выдёргивал слова из решения Большой палаты: Палата считает.... и далее по тексту. Большая палата считает Кононова военным преступником.
И далее. По Вашему Большая палата рассмотрела только вопрос о том были ли основания у латвийских судов подвергать Кононова преследованию. Рассмотрела и сделала вывод-имели. Я бы мог с этим согласиться если бы не было решения Малой палаты. Та сказала, что не имела. К сожалению я не знаю решения Малой палаты, также не знаю доводов Большой палыты почему она отвергла решение Малой.
Но ведь это нонсенс, когда по одному делу выносят взаимоисключающие решения. На Ваши упрёки в адрес Малой палаты я ответил, считаю их не обоснованными.
Обьясните мне эту коллизию. В отличие от меня меня Вы знакомы со всеми решениями.
Потому что в праве, в том числе военном международном, нет понятия "мести", тем более как оправдания, поэтому суд не может из него исходить или принимать его. Что тут объяснять?
Вот это то и надо было обьяснить. А Большая палата сказала только, что нет оснований. Ещё раз Вам задаю вопрос, что где-то большая палата до мелочей разбирается, а в особо важных вещах для заявителя не хочет обьяснять. Или обьяснять нечем?
Даже если у отдельных диких людей кровная месть является частью их законов и обычаев, суд не может принимать ее в оправдание убийства, и для этого ему не надо разрешать подобные вопросы, достаточно заглянуть в закон. В постановлении половину объема занимает обзор международного права, и слово "месть" там встречается лишь дважды, да и то в контексте "не может служить оправданием убийства мирных жителей".
Да, не только у диких людей, но и цивилизованных. Вопрос Вам: Сколько дали Калоеву? Скоко, скоко?
А речь Кони перед присяжными Вы читали? Советую и эту речь почитать, а не только Льва Толстого. Может другое мнение у Вас будет по этому вопросу.
И опять Вы про мирных жителей. Я Вам убедительно доказал, что Большая палата отказалась рассматривать этот вопрос просто согласившись с судами Латвии. Не были они мирными с точки зрения Кононова.
Потому что в отличие от российских судов ЕСПЧ не оставляет доводы вообще без упоминания и внимания. Пункт такой был, проверено - правовая основа есть, а события, фактов нет. Отметили и пошли дальше.
Значит мы с Вами по-разному понимаем решение ЕСПЧ. Большая палата отметила этот пункт, как военное преступление.
А в законах гитлеровского государства разрешалось противников фашистов судить и казнить.
В этом вопросе я не специалист.
Мда. У батальона СС "Дирлевангер" в Хатыни тоже оказался вдруг. Бывает? Я бы не стал на вашем месте развивать эту тему, даже ссылками на Льва Толстого.
Вот Вы уже и уравняли и событие в Малых Батах и Хатынь. Вам действительно надо читать Льва Толстого может тогда не будете ставить знак равенства между этими событиями.
Процитируйте, пожалуйста.
Я процитирую. Только смеяться будут над Вами, а не надо мной. Здесь как раз к месту рассказать про то что подразумевает Большая палата.
Есть такое понятие, как здравый смысл. Вот я Вам и остальным разьясню не букву, а смысл решения Большой палаты. Большая палата отвергла доводы Кононова, что расправились с жителями Малых Бат из мести. Вы это не будете отрицать. Тогда возникает вопрос: А каков был мотив этой акции?
Ведь никто не будет отрицать, даже Вы вместе с Большой палатой, что у людей не бывает немотивированного поведения. Не бывает.
А что сделала группа Кононова? Сожгла беременную женщину. Мотив мести отпадает. Какой остаётся мотив? Мотив садизма. Мотив получения удовольствия от этой акции. Вот к какому выводу может прийти здравомыслящий человек читая решение ЕСПЧ.
Люди Коновова пришли в Малые Баты сжечь беременную женщину в целях получения удовольствия.
Вот теперь смейтесь.
Решение ЕСПЧ и о признании, и о непризнании военным преступником было бы политическим. Решение же в том виде, какое оно есть, является конвенционным, а политическим его пытаетесь сделать вы, приписывая ему то, что в нем начисто отсутствует.
Нет я пытаюсь донести до всех истинную цель этого решения. Это Вы и Ваши сторонники хотите выхолостить суть этого решения. Пытаетесь исказить его.
И не я его делаю политическим. Политическим его уже сделали такие, как и Латынина. А точнее сами судьи ЕСПЧ.
Кононова осудили не как исполнителя этой акции, а как командира. Он несёт ответственность за случившееся. Как несут ответственность все кто в то время находились на стороне Кононова. Как несу ответственность сегодня и я. Потому что я на стороне Кононова.
Но Вы что думаете, что Вы и такие как Вы чистенькими в этом деле окажетесь. Нет Ваша участь и участь Ваших стронников гораздо страшнее. Вот такая цитата. Это Леонид Млечин: Вот это так. Красная армия с 22 июня 41-го по 9 мая 45-го года была на стороне сил добра. Всякий, кто помогал немцам, помогал вермахту, помогал преступления Третьего Рейха.
Вот жители Малых Бат помогали преступлениям Третьего Рейха. Тоже самое делают сегодня и судьи ЕСПЧ и Вы и Ваши сторонники.
Да, вопрос стоит именно так.
Manguste
11.12.2013, 17:05
chugunka10
Но ведь это нонсенс, когда по одному делу выносят взаимоисключающие решения. На Ваши упрёки в адрес Малой палаты я ответил, считаю их не обоснованными.
Нонсенс это когда профнепригодный субъект (в данном случае вы) начинает с пафосом нести ахинею и удивляется почему ему вертят пальцем у виска.
Большая палата отвергла доводы Кононова, что расправились с жителями Малых Бат из мести.
БП отметила что "месть" не является правомерным основанием, поскольку это противоречит цивилизованным законам войны.
Chugunka10
14.12.2013, 12:10
Manguste
Что про пособников? Я и спрашивая в чем состояли деяния по изменене родине (пособничество изменнику входит в этот вопрос).
Вы как-то однобоко понимает пособничество. Думаю составители Указа понимали его также, как и я. Пособничать можно не обязательно изменникам Родины, но и фашистам.
Ну так процитируйте.
Освежу вам память - это Кононов приводил доводы (исключительно устные) что якобы был некий партизанский трибунал. Только непонятно, чего ж он тогда в кустах таился (как сам же утверждает)?
И обратите внимание на указ № 39 - там состав ВПС перечислен, где же все эти люди в случае с Кононовым?
Так я и не утверждал, что суд был. Я написал, что говорили, что якобы суд был. То что я твёрдо говорил то это то, что в условиях военного времени, да ещё на территории врага, невозможно соблюсти все формальности.
ЕСПЧ не обьяснил, как это должно было происходить. Перемирие наверное надо было обьявить для этого? Да, вот какая незадача, немцы не соглашались на это.
Добавлено немного позже:
Нонсенс это когда профнепригодный субъект (в данном случае вы) начинает с пафосом нести ахинею и удивляется почему ему вертят пальцем у виска.
Это Ваш уровень компетентности? Ну, ну. "Пилите Шура, пилите".
БП отметила что "месть" не является правомерным основанием, поскольку это противоречит цивилизованным законам войны.
Я не заметил где она обосновала это. Она просто согласилась с мнением властей Латвии, без всякого обоснования.
А поступок Калоева не противоречит цивилизованным нормам поведения? И Вам задаю этот вопрос. Скоко ему дали?
Manguste
14.12.2013, 12:33
Пособничать можно не обязательно изменникам Родины, но и фашистам.
Ну так расскажите как "пособничали фашистам" старуха и беременная на последнем месяце.
Этим они занимались по вашему?
2. Пособники из местного населения, уличенные в оказании содействия злодеям в совершении расправ и насилий над гражданским населением и пленными красноармейцами
То что я твёрдо говорил то это то, что в условиях военного времени, да ещё на территории врага, невозможно соблюсти все формальности.
Т.е. вы враг Советской власти? Вы Указ Президиума ВС СССР обязательным не считате?
Да, вот какая незадача, немцы не соглашались на это.
Да я уже понял, что медицина бессильна
chugunka10
Видите ли, я за двадцать лет в сети повидал всякое, и подобные подскоки никакого впечатления не производят. Я и так знаю, что один человек может задать столько вопросов, что вся страна не ответит, потому что извлекает он их непосредственно из кипящего разума возмущенного, там же находит и ответы, и аргументы, и факты, и этим самодостаточен.
Я вот не вижу... Так что это Вы как-то не так понимаете доказывание. Наверное от того, что Вы не юрист.
И очень хорошо. Избави, как говорится.
Вот я Вам задаю прямой вопрос: По смыслу решения ЕСПЧ признан В. Кононов Большой палатой военным преступником или нет?
Я вам даю такой же прямой ответ. Большая Палата не рассматривала вопрос, признавать заявителя военным преступником или нет. Вопросы, вынесенные на рассмотрение Большой Палаты, перечислены в п. 187 постановления. Перечитайте.
Я считаю, что признан.
Считайте. Никто не может помешать вам так считать. Чего только люди не считают.
Жду на прямой вопрос прямого ответа с обоснованием оного.
Вы сначала сами что-нибудь обоснуйте, а то только домыслы, подразумевания, восприятия и считание.
К сожалению я не знаю решения Малой палаты
Так может быть, поузнавать прежде чем на трибуну лезть? Для справки: Палата ЕСПЧ посчитала, не оспаривая выводов латвийских судов, что в мае 1944 года заявитель не мог предполагать, что его действия являются военным преступлением и нарушением обычаев войны. Не знал он, что в цивилизованном мире уже считается преступным жечь людей живьем.
Но ведь это нонсенс, когда по одному делу выносят взаимоисключающие решения. Обьясните мне эту коллизию.
Вы повторяете слова какого-то из наших высокопоставленных чиновников, у которого в голове не укладывается то, что решение нижней инстанции может быть пересмотрено, а не механически проштамповано высшей.
Решение Палаты, среди прочего, было вынесено минимальным, шатким большинством голосов, 4-3, причем в особых мнениях минимум один из судей признал, что проголосовал в пользу заявителя исключительно по формальным соображениям, принося дух закона в жертву букве. Пересмотр такого спорного постановления в расширенном составе суда вполне вероятен и никак не нонсенс.
Вот это то и надо было обьяснить. А Большая палата сказала только, что нет оснований.
Кроме "мести", Большая Палата также не рассматривала и не объясняла значение для дела обычаев австралийских аборигенов, папуасского племени баруйя и фаз Луны.
Я Вам убедительно доказал, что Большая палата отказалась рассматривать этот вопрос
Вы ничего не доказали, разве что в своих глазах, ну там и доказывать нечего.
Вы требуете от ЕСПЧ заняться тем, в чем его здесь периодически обвиняют - нормотворчеством. То есть в отсутствие понятия "месть" в международном праве самостоятельно найти ему правовое значение, истолковать, определить место и роль в системе Конвенции, самому себе сформировать правовую базу и на основе собственного творчества вынести решение. Возможно, в некоторых странах суды так и поступают. Но ЕСПЧ, к счастью, к их числу не относится.
Я процитирую. Только смеяться будут над Вами, а не надо мной. ... Люди Коновова пришли в Малые Баты сжечь беременную женщину в целях получения удовольствия.
Вот теперь смейтесь.
Уже можно смеяться?
А где цитаты-то?
Кононова осудили не как исполнителя этой акции, а как командира. Он несёт ответственность за случившееся. Как несут ответственность все кто в то время находились на стороне Кононова. Как несу ответственность сегодня и я.
Прекрасный, просто классический, образец. Нимб не жмет?
Вы правда считаете, что для представителей советской армии и ее сторонников жечь людей живьем не является преступлением? Что положение на стороне сил добра дает полную личную индульгенцию на любые эксцессы? Можете только на это ответить, и на остальное время тратить не придется.
Chugunka10
14.12.2013, 12:39
Manguste
Освежу вам память - это Кононов приводил доводы (исключительно устные)
Вот Ваша предвзятость, как и судей ЕСПЧ. Я хочу Вас спросить: А жители Малых Бат какие доводы предьявляли? Исключительно письменные? С видеозаписью и т.д. Почему Вы, как и судьи ЕСПЧ в одних случаях устные доводы воспринимаете, а в других случаях нет. Где обьективность?
Ещё раз говорю Малая палата оказалась в этом вопросе честнее.
Chugunka10
14.12.2013, 12:45
Manguste
И обратите внимание на указ № 39 - там состав ВПС перечислен, где же все эти люди в случае с Кононовым?
Это называется чья бы корова мычала, а чья бы молчала. В правилах ЕСПЧ написано, что судебное разбирательство в нём является публичным. А на самом деле? Не является оно публичным. Оно является не публичным и заочным, особенно в комитетах. Более того в комитетах отказывают в принятии жалобы без обьяснения причин. А я бы на месте Кононова бил бы ЕСПЧ их же оружием. Так бы и сказал, что мы действовали так же как и вы действуете. Мы жителей Малых Бат осудили заочно. Причём по каким основаниям мы их присудили к смертной казне мы им не скажем и ничего обьяснять не будем.
Ведь именно такие правила в ЕСПЧ. Так к кому же они претензии предьявляют?
Добавлено немного позже:
Manguste
Ну так расскажите как "пособничали фашистам" старуха и беременная на последнем месяце.
Этим они занимались по вашему?
Вы меня на этом не поймаете. Свою позицию по беременной женщине я обьяснил. Обьясняю ещё раз для особо не понятливых. Если бы ЕСПЧ признал бы Кононова виновным только по этому пункту у меня вопросов не возникло бы. И ещё раз говорю, что эпизод с беременной женщиной не главный в решении ЕСПЧ. Главное в нём, что были убиты мирные жители.
И убиты не мотивированно. Во всяком случае мотив ЕСПЧ не указал. Остаётся только один мотив-садизм.
Вот с этим я не согласен. А беременная женщина здесь оказалась по стечению обстоятельств. Не было такой цели у группы Кононова-убийство беременной женщины. Ещё раз говорю читайте Толстого.
А Вы вместе с ЕСПЧ утверждаете, что у группы Кононова была именно такая цель.
Т.е. вы враг Советской власти? Вы Указ Президиума ВС СССР обязательным не считате?
Я Вам выше ответил по этому поводу. Добавлю ещё вот что. А Вы считаете обязательным для ЕСПЧ выполнение Конвенции в части публичности судебного разбирательства? Я считаю обязательным, но они отчего то это обязательство не исполняют. Можно делать вывод, что Вы враг Конвенции по правам человека.
Chugunka10
14.12.2013, 12:53
U'nik
chugunka10
Видите ли, я за двадцать лет в сети повидал всякое, и подобные подскоки никакого впечатления не производят. Я и так знаю, что один человек может задать столько вопросов, что вся страна не ответит, потому что извлекает он их непосредственно из кипящего разума возмущенного, там же находит и ответы, и аргументы, и факты, и этим самодостаточен.
Да, и это всё что Вы можете сказать. Сильная аргументация. И Вам говорю "Пилите, Шура пилите".
И очень хорошо. Избави, как говорится.
вам даю такой же прямой ответ. Большая Палата не рассматривала вопрос, признавать заявителя военным преступником или нет. Вопросы, вынесенные на рассмотрение Большой Палаты, перечислены в п. 187 постановления. Перечитайте.
Считайте. Никто не может помешать вам так считать. Чего только люди не считают.
Вы сначала сами что-нибудь обоснуйте, а то только домыслы, подразумевания, восприятия и считание.
Ну очень сильная аргументация. Как и у ЕСПЧ. Вы скоро их переплюнете.
Я Вам задал прямой вопрос: По смыслу, а не по букве решения БП признала Кононова военным преступником или нет? Прямого ответа нет. Одно словоблудие. Пилите, Шура пилите.
Так может быть, поузнавать прежде чем на трибуну лезть? Для справки: Палата ЕСПЧ посчитала, не оспаривая выводов латвийских судов, что в мае 1944 года заявитель не мог предполагать, что его действия являются военным преступлением и нарушением обычаев войны. Не знал он, что в цивилизованном мире уже считается преступным жечь людей живьем.
Комментировать не могу потому что это Ваш вольный пересказ. А я понял, что мы по разному понимаем те или иные выводы.
И на трибуну я вылез ознакомившись с мотивировочной частью решения. Или Вы считаете это не достаточным для того, что бы делать выводы?
Кроме "мести", Большая Палата также не рассматривала и не объясняла значение для дела обычаев австралийских аборигенов, папуасского племени баруйя и фаз Луны.
Ну сильнейшая аргументация. Вопрос мести рассматривался латвийскими судами? Рассматривался. Вопрос фаз Луны рассматривался? Нет, не рассматривался. Я вас в десятый раз спрашиваю: Почему БП вопрос, который был предметом рассмотрения латвийских судов отказалась рассматривать? Она приняла позицию латвийского суда без обьяснений. В сотый раз Вас спрашиваю: почему БП не захотела обьяснять этот вопрос? Вопрос мести, а не обычаи австралийских аборигенов.
Нет у Вас ответа и на этот вопрос.
Пилите, Шура пилите.
Вы ничего не доказали, разве что в своих глазах, ну там и доказывать нечего.
Вы требуете от ЕСПЧ заняться тем, в чем его здесь периодически обвиняют - нормотворчеством. То есть в отсутствие понятия "месть" в международном праве самостоятельно найти ему правовое значение, истолковать, определить место и роль в системе Конвенции, самому себе сформировать правовую базу и на основе собственного творчества вынести решение. Возможно, в некоторых странах суды так и поступают. Но ЕСПЧ, к счастью, к их числу не относится.
Да, что Вы говорите. А про обычаи войны БП ничего разве не обьясняла? А?
Разве она не толковала значение этих самых обычаев, не формировала эту самую правовую базу и соответствие действий Кононова этим самым обычаям? А Вы то сами не тоже самое делаете?
Уже можно смеяться?
А где цитаты-то?
Так смеяться будут над Вами и ЕСПЧ. Это Вы утверждаете, что у человека может быть немотивированное поведение. И ЕСПЧ. ЕСПЧ вместе с латвийскими судами установили мотив действий группы Кононова? Нет, не установили.
Ну так Вы за них тогда скажите, чем руководствовалась группа Кононова в своей акции.
Из решения ЕСПЧ вытекает, что они руководствовались садисткими побуждениями.
Прекрасный, просто классический, образец. Нимб не жмет?
Вы правда считаете, что для представителей советской армии и ее сторонников жечь людей живьем не является преступлением? Что положение на стороне сил добра дает полную личную индульгенцию на любые эксцессы? Можете только на это ответить, и на остальное время тратить не придется.
Так я уже обьяснил это. И обьяснил вполне однозначно. В тысячный раз говорю, что если бы группе Кононова было предьявлено только одно это обвинение у меня вопросов не возникло. В тысячный раз обьясняю, что и без эпизода с беременной женщиной Кононов был признан бы военным преступником. Эпизод с беременной женщиной не главный в этом деле. Главное в этом деле безнаказанность тех, кто выступал на стороне Третьего рейха. Почему то Вы никому не предьявляете претензий по поводу гибели группы Чугунова, по поводу гибели ребёнка. А вот по поводу гибели так называемых мирных жителей возмущаетесь. Почему такая избирательность?
Я отвечаю почему. Потому что Вы, как и судьи ЕСПЧ на стороне тех совершал преступления от имени Третьего рейха. Вы, да и судьи ЕСПЧ пособники фашистов.
Ведь ещё живы те на глазах у кого погибали в Дрездене, Нагасаки, Хиросиме, но они почему то в суд не подают. А чего это они? Ведь можно же привлечь к ответу тех кто отдавал приказы о бомбёжках этих городов. Однако же никто этого не делает. А ведь там нарушений обычаев войны на порядок больше, чем в Малых Батах. Да потому что эти люди понимают, что вина за то что произошло в этих городах лежит и на них самих.
Вот в Малых Батах считают по другому. И я обьяснил почему. Из-за комплеска неполноценности малых наций. Вот ведь как получилось агрессор оказался в героях, а они пострадавшие от действий агрессора оказались виноватыми. Так кто виноват, что они тогда такой выбор сделали? Сами и виноваты.
Просто в Прибалтике не хотят признать свою вину. Не хотят признать, что тогда они сделали неправильный выбор. А придётся это признать. И никакие потуги ЕСПЧ этому помешать не смогут. Как не смогут они переписать итоги ВМВ.
Durokon. Беспредельщик и скотина. Падла(с)
14.12.2013, 12:57
все не читал.
мини-опрос: тему будем чистить?
chugunka10
меньше общих рассуждений и больше правового содержания в постах.
иначе прокляну... в смысле, применю санкции
chugunka10
Постараюсь кратко, потому что пора завершать за беспредметностью.
Я Вам задал прямой вопрос: По смыслу, а не по букве решения БП признала Кононова военным преступником или нет? Прямого ответа нет.
Ответьте прямо - какого цвета инопланетяне, зеленого или синего?
Я не могу ответить на этот вопрос, потому что инопланетян не видел и для меня они не существуют.
Так же я не могу иначе ответить и на ваш вопрос. Я показал вам прямо место в тексте постановления, где БП перечисляет вопросы, которые выносит на рассмотрение. Я показал вам резолютивную часть решения, где сказано что по ним решено. Названного вами вопроса БП перед собой не ставила и не решала.
Вы же требуете ответа (да еще обоснованного!) на вопрос, который является порождением вашего отношения к ЕСПЧ и постановлению, исходя из придаваемого вами ему смысла. Ответ на него может быть только в вашем же сознании.
И на трибуну я вылез ознакомившись с мотивировочной частью решения. Или Вы считаете это не достаточным для того, что бы делать выводы?
Но в отношении неизвестного вами постановления Палаты следует быть более осторожным и менее безапелляционным.
Я уже давно и не раз говорил. Критерием искренности позиции правительства РФ и сторонников Кононова будет опубликование официального перевода обоих постановлений на русском языке. Насколько я понимаю, его нет до сих пор. Это и есть показатель, насколько они верят в собственную правоту.
Вопрос мести рассматривался латвийскими судами? Рассматривался.
Не рассматривался.
Почему БП вопрос, который был предметом рассмотрения латвийских судов отказалась рассматривать? Она приняла позицию латвийского суда без обьяснений. В сотый раз Вас спрашиваю: почему БП не захотела обьяснять этот вопрос?
Да потому что и в латвийском суде он не был предметом рассмотрения. Заявитель сослался на мотивы мести. Латвийские суды отметили его довод и не стали дальше уделять ему внимание, оценив как не имеющий правовой основы. БП отметила, что такой довод был заявлен, отметила, что национальные суды его не пропустили, согласилась, что рассматривать его нет необходимости, все.
А про обычаи войны БП ничего разве не обьясняла? А?
Разве она не толковала значение этих самых обычаев, не формировала эту самую правовую базу и соответствие действий Кононова этим самым обычаям?
Нет. БП перечислила множество существовавших международных документов, устанавливающих законы и обычаи войны, как источник международного военного права, процитировала их положения, изучила в развитии, оценила состояние на момент событий - потому что это было важно для поставленного на рассмотрение вопроса (см. выше). БП ничего не толковала, поскольку ЕСПЧ просто не полномочен это делать, все уже истолковано Нюрнбергским и Токийским трибуналами, и уж тем более БП ничего сама не формировала.
Но понятия "мести" БП там не нашла, потому и не рассматривала.
Точно так же, если бы заявителю вздумалось ссылаться на измененное состояние сознания в определенные фазы луны, у ЕСПЧ не было бы обязанности подробно изучать и объяснять этот вопрос, чтобы потрафить вам.
В тысячный раз говорю, что если бы группе Кононова было предьявлено только одно это обвинение у меня вопросов не возникло. В тысячный раз обьясняю, что и без эпизода с беременной женщиной Кононов был признан бы военным преступником.
То есть сжигать живьем небеременных женщин у вас вопросов не вызывает?
Главное в этом деле безнаказанность тех, кто выступал на стороне Третьего рейха. Почему то Вы никому не предьявляете претензий по поводу гибели группы Чугунова, по поводу гибели ребёнка.
Я обеими руками за установление и наказание виновных в этом.
Почему бы вам не направить энергию в эту сторону?
Партизанский трибунал почему-то озаботился этим вопросом только спустя три месяца после гибели группы Чугунова, и никаких доказательств вины хуторян в этом не оставил. Кононову, по его же словам, было приказано лишь "доставить шестерых шуцманов перед лицо трибунала", да потом еще и влетело от командования за их убийство вместо ареста. Видно, командование тоже было "как и судьи ЕСПЧ на стороне тех совершал преступления от имени Третьего рейха".
Вы, да и судьи ЕСПЧ пособники фашистов.
Знаете, вы переходите границы допустимого. Вашими выступлениями и так можно постатейно справочник по приемам демагогии иллюстрировать. В игнор.
Chugunka10
14.12.2013, 13:06
U'nik
chugunka10
Постараюсь кратко, потому что пора завершать за беспредметностью.
Да, пора. Только надо добавить за беспредметностью с Вашей стороны. Ни на один мой довод Вы не в состоянии аргументированно ответить. Как и второй Ваш сторонник. Он под неопровержимостью моих доводов "спрятался в кустах".
Ответьте прямо - какого цвета инопланетяне, зеленого или синего?
Я не могу ответить на этот вопрос, потому что инопланетян не видел и для меня они не существуют.
Так же я не могу иначе ответить и на ваш вопрос. Я показал вам прямо место в тексте постановления, где БП перечисляет вопросы, которые выносит на рассмотрение. Я показал вам резолютивную часть решения, где сказано что по ним решено. Названного вами вопроса БП перед собой не ставила и не решала.
Вы же требуете ответа (да еще обоснованного!) на вопрос, который является порождением вашего отношения к ЕСПЧ и постановлению, исходя из придаваемого вами ему смысла. Ответ на него может быть только в вашем же сознании.
Ну и смешные вопросы Вы задаёте. Такие как и Ваша позиция. Я обращаюсь не к Вам, а к тем, кто следит за нашим спором: Есть ли дух, смысл законов, судебных решений и т.д.? А не только буква.
И имеет ли право на существование этот вопрос: Каков дух(смысл) закона, судебного решения? Я считаю, что имеет право, Вы нет. Только это не говорит о том, что Вы правы. Просто такова Ваша позиция. И посетители данного форума согласятся со мной, что я прав, а не Вы.
Теперь по поводу моего отношения к ЕСПЧ. По поводу термина "нормотворчества". Вы что не знаете, что суды в том числе ЕСПЧ именно этим и занимаются-нормотворчеством. Вы знаете, что такое "преторское право"? И кто такой претор? В первую очередь судья или законодатель? А такое понятие, как прецедентное право Вам знакомо?
Хочется Вас спросить: А отчего тогда Вы и практически все юристы постоянно ссылаются на решения ЕСПЧ? Если они не являются нормами права?
Ну ка обьясните эту коллизию?
Отказавшись отвечать на вопрос в чём заключается смысл решения ЕСПЧ по делу Кононова Вы тем самым косвенным образом признаёте мою правоту. Потому что признать то что является смыслом решения ЕСПЧ по этому делу это по сути признать своё поражение.
И далее. Это в просторечье называется по сусалам. Вот я и буду сейчас по сусалам бить. Только в отличие от Вас аргументированно. Что рассматривала Большая палата на самом деле?
Буду спорить с Вами только по одному вопросу. По вопросу являлись ли жители Малых Бат мирными жителями. Или Вы будете утверждать, что этот вопрос Большая палата не рассматривала? Тогда мы с Вами разные решения ЕСПЧ читали.
189.**Суд напоминает, что, в принципе, он не должен подменять собой национальные судебные органы. Его обязанностью в соответствии со статьей 19 Конвенции, является обеспечение соблюдения обязательств, принятых Договаривающимися Сторонами Конвенции. Учитывая субсидиарный характер системы Конвенции, в функции суда не входит рассмотрение предполагаемых фактических ошибок, допущенных в национальном суде, за исключением случаев и в той мере, в которой они могут составлять нарушения прав и свобод, гарантированных Конвенцией (see, mutatis mutandis, Schenk v. Switzerland, judgment of 12*July 1988, Series*A no.*140, p.*29, §*45; Streletz, Kessler and Krenz, cited above, §*49; and Jorgic, cited above, § 102) и за исключением случаев, когда выводы национального суда являются очевидно произвольными.
Это Вам для справки имеет ли право ЕСПЧ пересматривать решения национальных судов? Ещё один прямой вопрос: Имеет или нет? Жду прямого ответа. Согласно этого пункта 189 имеет. ЕСПЧ просто обязан проверить, что выводы национальных судов не являются произвольными и не нарушающими прав и свобод заявителя. Довольно таки широкие полномочия по пересмотру решений национальных судов. Что ЕСПЧ и делал. Проверял решения национальных судов. Но проверял как-то однобоко. Вот я Вам по сусалам и дал. Дам ещё.
Далее. Факты установленные в национальных судах Латвии. Я выдёргиваю для краткости наиболее важные фразы: Когда подразделение заявителя вступило в Малые Баты, жители деревни не принимали участия в боевых действиях....
Палата (§ 127) нашла этот последний факт не имеющим никакого значения, но, по причинам изложенным ниже, Большая Палата считает это относящимся к делу. Хотя Заявитель утверждал перед Большой Палатой, что ни один не был сожжен заживо, национальные суды установили, что четыре человека погибли в горящих деревенских домах, трое из которых были женщины. Наконец, ни один из убитых жителей не пытался бежать или оказывать в какой-либо форме сопротивление партизанам, так что, до того, как быть убитыми, все были не вооружены, не оказывали сопротивления и находились под контролем подразделения заявителя....
192.**Национальные суды отклонили некоторые представленные заявителем доводы о фактах. Не было установлено, что погибшие жители предали подразделение майора Чугунова, кроме того, что Meikuls Krupniks донес об этом подразделении немецким войскам, отметив, что присутствие группы в его сарае представляет собой опасность для его семьи. В архивах не показано, что погибшие жители деревни были Schutzmänner (немецкая вспомогательная полиция), но только то, что Бернард Šķirmants и его жена были aizsargi (Латвийская национальная гвардия). Также не было установлено точно, почему жители получили оружие от немецкой военной администрации (будь то в качестве награды за информацию о группе Чугунова, или потому что они являлись членами Schutzmänner, aizsargi или другой официальной вспомогательной силы).
193.**Стороны, а также правительство России, продолжили спор по этим вопросам в этом Суде, заявитель представил Большой Палате новые материалы из латвийских государственных архивов. Суд отмечает, что оспариваемые факты затрагивают вопрос, в какой степени погибшие жители принимали участие в боевых действиях (либо путем выдачи подразделения майора Чугунова немецкой военной администрации, либо как члены Schutzmänner, aizsargi или другой официальной вспомогательной силы) и, следовательно, их правовой статус и сопутствующее законное право на защиту. Национальные суды нашли жителей села "гражданскими лицами", анализ поддержан латвийским правительством. Рассматривая некоторые фактические выводы национальных судов, Палата считала мужскую часть жителей деревни как "коллаборационистов", сделав альтернативных предположения о женской части жителей. Заявитель, а также правительство России, считает жителей "комбатантами".
А что писали ранее Вы. Цитирую: Для справки: Палата ЕСПЧ посчитала, не оспаривая выводов латвийских судов, что в мае 1944 года заявитель не мог предполагать, что его действия являются военным преступлением и нарушением обычаев войны. Не знал он, что в цивилизованном мире уже считается преступным жечь людей живьем.
Это Вы писали или нет?
А БП считает, что Палата установила, что жители Малых Бат не были мирными. Это с Вашей стороны является лживой подачей информации. А с моей по сусалам №2.
Далее.194.**С учетом вышеописанных споров, Большая Палата, в свою очередь, начнет свой анализ на основе гипотезы, наиболее благоприятной для заявителя: что погибшие жители относятся к категории "гражданских лиц, которые принимали участие в военных действиях" (передачей информации немецкой администрации как утверждается, действие, которое может быть определено как "военная измена"1) или что они имели правовой статус "комбатантов" (на базе одного из предполагаемых вспомогательных ролей).
195.**Суд уточняет, что жители деревни не были franc tireurs («вольными стрелками») с учетом характера их предполагаемых действий, которые привели к нападению и поскольку они не принимали, в рассматриваемый момент времени, участия в каких-либо боевых действиях2. Термин levée en masse («народное ополчение») неприменим, так как Малые Баты уже находились под германской оккупацией3.
И всё. Вот это выверенное решение. Перечислила Большая палата то, что решили национальные суды и просто согласилась с этим. Без всякого обоснования почему она согласилась с выводами национальных судов. Без всякого.
И что в итоге Большая палата постановила? Читаем резолютивную часть:
244.**В свете всего вышеизложенного, Суд пришел к выводу, что в то время, когда они были совершены, действия заявителя составляли преступление, которые было определено с достаточной доступностью и предсказуемостью законами и обычаями войны.
Права Латынина заявившая, что ЕСПЧ признал Кононова военным преступником.
Прямой вопрос Вам: Так признала ли Большая палата Кононова военным преступником или нет? Если Вы по-прежнему так считаете, то тогда как Вы понимаете этот пункт 244?
А были ли они определены с достаточной точностью? Я этого в выверенном решении ЕСПЧ не увидел. Ну тогда Вы мне укажите эти места, где обосновано, что жители Малых Бат являлись мирными жителями. И в каком месте было опровергнуты доводы заявителя, что действия группы Кононова было местью. Ну если Вам не нравится слово месть применим другое слово-возмездие. Или по Вашему возмездие тоже не является обычаем войны.
Ещё раз привожу этот пассаж Большой палаты, который Вы никак не хотите замечать. Не хотите потому что возразить на него нечем: 225.**Правительство-ответчик утверждало, что действия заявителя не могут считаться законной репрессией воюющей стороны, на что ни заявитель, ни правительство Российской Федерации существенно не ответили. Национальные суды установили, что заявитель возглавил операцию в Малые Баты в качестве "мести", но они явно не принимали такие доводы в оправдание. Суд не видит никаких оснований ставить под сомнение отказ национальных судов в таком оправдании (рассматривать ли жителей комбатантами или гражданскими лицами, которые участвовали в военных действиях)15.
Ещё раз Вас спрашиваю: Почему ЕСПЧ не видит никаких оснований?Обьяснил бы. Или просто нечем обьяснить? Обьяснил бы нам ЕСПЧ мотив действий группы Кононова. Не обьяснил. А почему? Вот это главный вопрос. Почему важные существенные вопросы для заявителя ЕСПЧ не захотел обьяснять. В этом и заключается предвзятость и политическое действо ЕСПЧ.
Ну Вы тогда за ЕСПЧ обьясните. Только Вам, как и ЕСПЧ нечего обьяснять.
Потому что невозможно обьяснить, что у человека может быть немотивированное поведение. Вы с ЕСПЧ признали, что может.
Надеюсь Вам хватит. Если, что я могу и по другим пунктам добавить. Особенно про справедливое судебное разбирательство. Которое ЕСПЧ требует от воющей стороны. Он бы на себя сначала поглядел.
Но в отношении неизвестного вами постановления Палаты следует быть более осторожным и менее безапелляционным.
Я уже давно и не раз говорил. Критерием искренности позиции правительства РФ и сторонников Кононова будет опубликование официального перевода обоих постановлений на русском языке. Насколько я понимаю, его нет до сих пор. Это и есть показатель, насколько они верят в собственную правоту.
А я комментирую решение палаты только по конкретным пунктам. То что знаю. И не выгляжу безапелляционным в отличие от Вас.
То что наше правительство не опубликовало решения ЕСПЧ это минус для правительства. Я же сказал, что наше правительство неубедительно защищало Кононова. А кому охота в этом признаваться?
Не рассматривался.
Опять лжёте.
Да потому что и в латвийском суде он не был предметом рассмотрения. Заявитель сослался на мотивы мести. Латвийские суды отметили его довод и не стали дальше уделять ему внимание, оценив как не имеющий правовой основы. БП отметила, что такой довод был заявлен, отметила, что национальные суды его не пропустили, согласилась, что рассматривать его нет необходимости, все.
В сотый раз Вам говорю обьясните почему они посчитали, что рассматривать этот довод нет необходимости. Отказались рассматривать мотив преступления.
Это как нормально для суда? Тогда это не суд.
Я Вам ещё раз задаю этот вопрос: Установили ли национальные суда или ЕСПЧ мотив этого на Ваш взгляд злодеяния?
И почему они не захотели это устанавливать?
Но понятия "мести" БП там не нашла, потому и не рассматривала.
Точно так же, если бы заявителю вздумалось ссылаться на измененное состояние сознания в определенные фазы луны, у ЕСПЧ не было бы обязанности подробно изучать и объяснять этот вопрос, чтобы потрафить вам.
А найти мотив преступления это не является обязанностью любого суда в том числе и ЕСПЧ?
Я обеими руками за установление и наказание виновных в этом.
Почему бы вам не направить энергию в эту сторону?
Партизанский трибунал почему-то озаботился этим вопросом только спустя три месяца после гибели группы Чугунова, и никаких доказательств вины хуторян в этом не оставил. Кононову, по его же словам, было приказано лишь "доставить шестерых шуцманов перед лицо трибунала", да потом еще и влетело от командования за их убийство вместо ареста. Видно, командование тоже было "как и судьи ЕСПЧ на стороне тех совершал преступления от имени Третьего рейха".
Так и судить тогда Кононова надо было за неисполнение приказа, а не за убийство мирных жителей. А это уже другая статья.
И она смягчается тем, что всё это происходило на территории врага. Ещё раз обращаю Ваше внимание на то, что ЕСПЧ не выполняет установленные для него правила в мирное время, но в то же время требует выполнение этих правил в военное время. Что согласитесь не одно и тоже. И к тому не за соблюдение этих правил называет военным преступником.
Знаете, вы переходите границы допустимого. Вашими выступлениями и так можно постатейно справочник по приемам демагогии иллюстрировать. В игнор.
Так Вы уже давно перешли. Кого это обвиняли в оправдании убийств беременных и не беременных женщин? Не меня ли? Я Вам ответил. Ответил тем, что Вы оказываетесь в оправдателях ещё больших пресуплений, чем я. В оправдании всех преступлений Третьего рейха. Да, именно так.
Вы меня справшивали нимб не жмёт? Нет, не жмёт. Нимб победителя никому не жмёт. Вот проигравшим до сих пор неймётся.
И я не только чувствую себя вместе со своим народом победителем. Я в отличие от Вас, как сказала Анна Ахматова, и там "Где мой народ к несчастью был". Да, случай с Кононовым это несчастье. И таких несчастий во время войны было миллионы и более страшных, чем случай Кононова. Так я не отрекаюсь как Вы от этих несчастий. Я признаю, что они были. Да, и готов нести за это ответственность вместе со своим народом. Вот Вы отказываетесь.
Это Ваш выбор. Быть на стороне пособников фашистов.
Вот и всё что я могу Вам сказать напоследок.
Как и то, что спор Вами проигран.
Добавлено немного позже:
Durokon
все не читал.
мини-опрос: тему будем чистить?
chugunka10
меньше общих рассуждений и больше правового содержания в постах.
иначе прокляну... в смысле, применю санкции
Проклинайте. Я всё сказал. Противная сторона с позором ретировалась.
А как же без общих рассуждений? Это невозможно.
Можете чистить. Но рукописи не горят. Я скопировал для себя сюда: http://chugunka.net/forum/showthread.php?t=127
Хуже Вам будет. У меня есть, а у вас нет.
Леонид Млечин
14.12.2013, 13:10
http://www.echo.msk.ru/programs/personalno/680142-echo/
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну и не забывайте про прямую трансляцию на сайте echo.msk.ru и про смс +7 985 970 4545, присылайте свои вопросы. Давайте начнем с одной из главных новостей сегодняшнего дня. Европейский суд по правам человека удовлетворил апелляцию Латвии, которая оспорила вердикт суда о незаконном приговоре в отношении ветерана Великой Отечественной Войны, партизана Василия Кононова. Это очень громкая история, и в России за ней очень внимательно следят. Европейский суд, собственно, встал на сторону Латвии. Я бы хотела, чтобы для начала вы прокомментировали вот эту часть, само решение. А потом уже поговорим про реакцию российской стороны.
Л.МЛЕЧИН: Болезненная очень реакция, и она мешает, я думаю, все-таки отнестись с доверием к Европейскому суду.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но вы доверяете решению?
Л.МЛЕЧИН: Я доверяю Европейскому суду, потому что это серьезный суд, и никакие политические мотивы, сколько я помню, на его решение не влияли. Поэтому я думаю, что нам надо спокойнее отнестись к этому решению и проанализировать, чем мы там недовольны. Но я думаю, знаете, что эмоции тут в любом случае перехлестывают, потому что мы, российское общество, воспринимаем все это в контексте сложных взаимоотношений с Прибалтикой и выяснения исторических споров. Споры эти совершенно еще не решены и далеки от решения. И мне бы казалось, что надо было бы заняться - кстати говоря, есть для этого повод, этим летом будет 70 лет присоединения трех балтийских республик к Советскому Союзу, и я думаю, что это будет отмечаться с грустью и печалью в трех этих республиках, а у нас, наверное, вообще пройдет незамеченным, что неправильно, потому что, конечно, это площадка, где нашим историкам надо было бы еще хорошо поработать и выяснить, потому что это очень сложная и запутанная ситуация. Что касается Кононова, то это связано вообще со сложнейшей ситуацией. Как относиться к антикоммунистическим партизанам, как они себя называют, которые не только на территории Прибалтики, а на территории всей Восточной Европы в 44-45 гг. оказались в противодействии к Красной Армии. И возникает, на самом деле, масса сложностей. Потому что, с одной стороны, они и те, кто им симпатизирует, говорят, что это были люди, сражавшиеся за независимость своих республик, а есть другой взгляд: эти люди фактически сражались на стороне фашистской Германии. Я объясню, почему. Даже если они не были вместе с ними, они задерживали продвижение Красной Армии на запад, и пока они помогали вермахту держать фронт, на территории нацистской Германии существовал Третий Рейх, существовало это преступное государство. Это не только в отношении Прибалтики. Сейчас возникла сложная история на Берлинском кинофестивале, где румынские кинематографисты представили фильм тоже об антикоммунистических партизанах, и их восхваляют как героев борьбы за независимость, на что им справедливо ответили, что это были те самые люди, которые фактически представляли профашистский режим Антонеску. Вы представляете, какая это сложная историческая коллизия!
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну вот для Василия Кононова сложного ничего нет. Он говорит о том, что было решение партизанского суда о том, что эти люди, которых в Латвии называют мирными жителями, были пособниками нацистов. Вот есть взгляд Василия Кононова, который говорит к тому же, что Латвия часть материалов из этого дела утаивает, изъяла, и поэтому у Европейского суда нет полной картины. Есть позиция Латвии о том, что это были мирные жители. Спор исторический понятен. Тут действительно есть о чем говорить. Но у нас есть Европейский суд по правам человека. Это другая уже история.
Л.МЛЕЧИН: Понимаете, если есть ощущение, что что-то в суде не так, это значит, что наши представители плохо поработали. Кононов получил российское гражданство. Если Россия считает необходимым поддержать его, значит, надо было приложить больше усилий. У нас есть достаточно объемная юридическая система. Но я хочу обратить внимание, что наши юристы, представляющие государственные структуры, почему-то неизменно терпят поражение во всех судах за пределами территории Российской Федерации. Не свидетельствует ли это о плохой их квалификации? Знаете, всякий раз, когда мы с этим сталкиваемся - запрос о выдаче кого-то, нас все время почему-то отказывают. Что-то, значит, не так.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А вы думаете, это проблема с юристами, а не с той позицией, которую они отстаивают?
Л.МЛЕЧИН: Значит, они отстаивают плохую позицию. А юрист не может отстаивать плохую позицию.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Какую дают, такую он и отстаивает.
Л.МЛЕЧИН: А, не годится. Значит, что-то не получается. Надо разбираться с юристами. Если есть недовольство судов, надо его аргументировать юридически, а не политически. Это не политический спор, а юридический. Значит, плохо поработали. Но я говорю, что, на самом деле, надо было бы заниматься выяснением этой истории. Я, кстати, хочу сказать, что я с огромным вниманием читал интервью Медведева «Известиям» на праздниках, где он говорил о необходимости как раз правильной оценки исторических событий. Замечательное совершенно интервью. Все его формулировки мне очень понравились, они все очень точны. И на основании этих формулировок, вообще говоря, надо было бы создавать сейчас новый курс истории нашей страны. Вот на основании этих формулировок. У него там, на самом деле, прямо очень четко и ясно изложены основные позиции.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А куда девать Комиссию по фальсификации истории?
Л.МЛЕЧИН: Она подчинена президенту. А он там, кстати, и говорит про комиссию. Он говорит там самую важную вещь - что фальсификацией истории занимались мы сами. Вот эта комиссия и может заняться избавлением нас самих от всего того, что нам всовывали в головы. Очень замечательно у Медведева просто сказано это все. Я бы это интервью раздал бы всем государственным чиновникам для прочтения, имеющим отношение к гуманитарным делам.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Дмитрий Медведев очень часто говорит потрясающе здравые и правильные вещи, согласитесь. Но, тем не менее, мы читаем в заявлении МИДа, вот пожалуйста, комментарий к сегодняшнему суду, что «сегодня большая палата суда фактически согласилась с теми, кто стремится пересмотреть итоги Второй Мировой войны и обелить нацистов и их пособников. Такая позиция берет начало в неприкрытом неприятии Ригой послевоенного устройства Европы, результатов Нюрнбергского процесса, который во всем мире рассматривается как основополагающий источник современного международного уголовного права, в том числе в части признания СС преступной организацией», это была цитата из заявления МИДа РФ, и уже пошли разговоры о том, что мы будем пересматривать наше отношение, мы подумаем о том, как нам дальше строить отношения с Европейским судом по правам человека после вот таких вот решений, как по делу Кононова.
Л.МЛЕЧИН: Это эмоции. И не думаю, что они правильные.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Разве Министерство иностранных дел может позволить себе эмоции?
Л.МЛЕЧИН: Да запросто. Это ж тоже живые люди.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это официальные представители Российской Федерации на международной арене.
Л.МЛЕЧИН: Они официальные, но живые. Эмоции определяют отношение нашего общества и, соответственно, наших чиновников, пусть даже самых высокопоставленных, к Прибалтике в первую очередь. Определяют эмоции, представления. И я думаю, что надо заменять их историческими знаниями, четким и ясным пониманием того, что и как происходило, и тогда преступники остаются преступниками. Я, между прочим, горячо поддерживаю уголовное преследование всех пособников нацистского режима. Горячо поддерживаю. Для этого нет срока давности. Я принадлежу к тем, кто считает, что все эти люди, в каком бы возрасте они не были, должны быть наказаны, что нет никакого оправдания тем, кто так или иначе оказался на стороне нацистской Германии. Это стопроцентно. Но: это должно быть все четко и ясно выяснено. Чего не хватает нам, это исторических знаний. Присутствуют, к сожалению, одни эмоции. Этого недостаточно.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Эмоции, конечно, эмоциями, но меня все-таки интересует: по вашему мнению, как будут дальше развиваться отношения между Россией и Европейским судом по правам человека? У нас и так, в общем, все не очень гладко.
Л.МЛЕЧИН: Потому что обиды накопились, да.
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А уж теперь-то как будет?
Л.МЛЕЧИН: Я крайне сожалею, если это и в самом деле захотят перевести в какую-то практическую плоскость. Потому что - ну мы же знаем деятельность европейских судов. Это высококвалифицированные юристы, очень высоко, и не коррумпированные, и не подчиняющиеся телефонному праву. Это юристы, о которых мы можем только мечтать. И надо здраво на это смотреть. Еще раз повторяю - если есть у кого-то ощущение, что позиция Российской Федерации была представлена плохо, значит, надо подумать, кто ее представляет, как готовятся эти материалы. Всякий раз возникает обида, когда суд выносит решение в пользу истцов против Российской Федерации. Ну надо посмотреть, кого вы туда отправляете, как вы готовите эти материалы, и так далее. Кстати говоря, еще лучше было бы это решить до того, как они туда отправляются. Это тоже простая мысль, которая не приходит в голову.
Chugunka10
14.12.2013, 13:12
Г-н Млечин Вы в передаче от 17.05.2010 выразили своё отношение на решение ЕСПЧ по делу Кононова. Насколько я понял Вы тогда с самим решением ЕСПЧ не были знакомы и сказали просто, что Вы доверяете судьям ЕСПЧ. И что это спор чисто юридический.
Я тогда не стал с Вами спорить потому что не был знаком с решением ЕСПЧ. Теперь познакомился и смею утверждать, что решение по этому делу чисто политическое. А ЕСПЧ и занмается только политикой. Я имею свой опыт общения с ЕСПЧ и очень невысокого о нём мнения.
Моя аргументация изложена здесь в споре с юристами:
http://chugunka.net/forum/showthread.php?t=127
Хочу всё таки услышать Ваше мнения после ознакомления с решением ЕСПЧ по делу Кононова. Оно осталось неизменным или Вы переменили свою оценку ЕСПЧ?
Вопрос я разместил здесь:
http://www.echo.msk.ru/programs/pers...94-echo/q.html
Chugunka10
14.12.2013, 13:14
Просмотр сообщенияОрокон (28 Сентябрь 2010 - 15:22) писал:
все не читал.
мини-опрос: тему будем чистить?
chugunka10
меньше общих рассуждений и больше правового содержания в постах.
иначе прокляну... в смысле, применю санкции
Господин Durokon я был о Вас более лучшего мнения. А вы от Пастика ничем не отличаетесь.
Я на своём форуме так и напишу, что юристы Юрклуба, как всегда сбежали с поля боя. С позором.
P.S. Весь мой спор размещённый здесь, Лётчик на Юрклубе удалил. Это говорит о том, что юристы Юрклуба не соображают в тех вещах в которых считают себя профессионалами. Я это давно понял. И что бы это не поняли другие Лётчик и убрал всю мою аргументацию в споре. Но рукописи не горят. Люди здесь прочитают и поймут что к чему.
Durokon. Беспредельщик и скотина. Падла(с)
14.12.2013, 13:16
доброго времени суток!
+33 за флуд в теме.
как и обещал
Chugunka10
14.12.2013, 13:17
А чего Вы 33, Вы уж не церемоньтесь блокируйте навсегда.
И это не флуд, это награда за заслуги. Это называется что посеешь то и пожнёшь. Вы же знаете, что у меня с этим не заржавеет.
Всё равно я на своём форуме данное сообщение воспроизведу. Я же говорю, что рукописи не горят.
Так что успехов Вам на Вашем поприще.
http://roman-n.livejournal.com/2791246.html#cutid1
2nd-Apr-2011 06:22 pm
Группа Чугунова находилась в непосредственном подчинении начальника разведки Западного фронта Е.В. Алёшина, хотя по роду своей деятельности, вступала в контакт с партизанскими отрядами, сама создавала боевые и агентурные звенья на захваченной фашистами территории и имела оперативное наименование — спецгруппа «Борец». Перед ней ставились привычные, но от этого не менее сложные, задачи — глубинная разведка расположения частей противника в преддверье большого весенне-летнего наступления Красной Армии направлением на Прибалтику, создание пунктов базирования тактических разведывательных и диверсионных подразделений, призванных обеспечить содействие наступающим войскам.
В январе 1944 года часть группы, возглавляемая самим майором Чугуновым, в составе восьми человек, приступила к выполнению боевого задания в т.н. Нумернских лесах Абренского уезда Латвийской ССР (частично ныне — Пыталовский район Псковской области).
Некоторое время спустя, в феврале, на соединение выходит и вторая часть отряда, двигаясь к запланированной точке встречи с командиром, определённой в соседнем Лудзенском уезде Латвийской ССР. В этом отряде, вместе с 12 бойцами, шла и жена майора Чугунова — отважная и опытная разведчица, не первый год служившая во фронтовом «спецназе», старший лейтенант медицинской службы Екатерина Петровна Долгополова.
С ней на руках была дочка, которой в момент выхода группы на задание исполнился всего месяц. Увы, не успев отправить её из за нелётной погоды самолётом на Большую Землю и не желая оставлять мужа и боевых друзей, расставаясь с ними на период, как она думала — длительного рейда, Екатерина взяла Алёнку с собой, рассчитывая опереться на помощь местных подпольщиков, которые могли приютить девочку.
Пройдя вражескими тылами по Псковской области, в сопровождении надёжного проводника, группа вышла на самый опасный участок маршрута — контролируемую пособниками немецких оккупантов приграничную зону Латвийской ССР. От деревни Столбово, где их оставил проводник — Алексей Осипов, до занимаемой партизанами территории предстояло идти по краю, давно зачищенному пособниками нацистов от врагов гитлеровского Рейха.
Немецкое командование было осведомлено об активизации партизанской и разведывательной деятельности в своём тылу, и для противодействия борцам с фашизмом, опиралось на местных пособников оккупантов, сформированных в отряды пограничной охраны, карательные и полицейские подразделения, опорные пункты фашистского оккупационного режима в населённых пунктах. Все они были ориентированы на поиск, выявление и уничтожение советских партизан, разведчиков и диверсантов.
Желание выслужиться перед «новой властью» было не показным, а проверенным в карательных операциях на оккупированных территориях. Так что, ничего удивительного, что в районе границы Латвийской ССР и РСФСР группа, в которой находилась Екатерина Долгополова, была обнаружена и атакована полицаями.
Отдав Алёнку санитарке отряда — Елене Парфёновой, Екатерина осталась прикрывать отход группы, вступив в бой с полицаями. Отряд оторвался от преследования и продолжал двигаться на юго-запад — в район деревни Малые Баты. Екатерина, раненая в бою, но сумевшая остановить погоню, тоже ушла от преследования и была подобрана местными жителями. Две недели её выхаживала в своём жилище, рискуя жизнью, Антонина Столпаня.
Отряд, тем временем, достиг деревни Малые Баты Мердзенской волости Лудзенского уезда, в которой не обнаружил ничего подозрительного. Хозяин хутора — Модестс Крупниекс, принял гостей приветливо, накормил их и положил отдохнуть в овине: «Можете спать спокойно. Никого нет, к нам немцы никогда не заглядывают».
Первая ночь подтвердила уверения хозяина, может быть, благодаря страху Крупниекса и выставленному во дворе посту. Беспокоило отсутствие Екатерины, поэтому, чтобы не разделять группу, было решено дождаться её, либо узнать о её судьбе. Так отряд остался на вторую ночь в деревне Малые Баты.
Ничто не говорило о несчастье. Местные женщины, отвлекая их внимание, носили партизанам воду и уверяли, что вокруг по-прежнему безопасно. Чуть позже эти женщины детально рассказали нацистам о положении разведгруппы, количестве оружия у партизан, расположении их огневых точек. Следующей ночью Крупниекс, покинув дом через лаз в крыше, поспешил в полицейский гарнизон, разместившийся в соседней деревне, чтобы сообщить о партизанах.
Утром 29 февраля постовой заметил шуцманов, окружающих сарай. Уходить было поздно, и группа приняла последний бой. Попытка дать выйти из окружения Елене Парфёновой с маленькой Алёнкой на руках закончилась трагически. Бойцы сосредоточили весь огонь в направлении ворот, расчищая им путь, но не смогли подавить пулемёт, который и поставил последнюю точку в их недолгой жизни.
Были отбиты десять атак полицаев, но силы разведчиков иссякли. Последние выстрелы, раздавшиеся из горящего сарая, были выстрелами из пистолета, отправившие в ад двух фашистов, решивших, что в живых не осталось никого.
Местные жители, предавшие отряд на гибель, накинулись на тела бойцов, деля между собой их вещи. Беременная Текла Крупниекс не погнушалась снять одежонку и с мертвого младенца — дескать, ему уже не понадобится… Потом она хвасталась детской обновкой: «вот какая у меня красивая русская шубка!»
Сам Модестс Крупниекс в награду за верность получил от гитлеровцев деньги, новую веялку, 10 килограммов сахара и строительный лес для того, чтобы отстроить сгоревший овин. Кроме того, нацисты выдали жителям Малых Бат оружие — для самообороны.
В этом бою погибли смертью храбрых 12 советских разведчиков и дочка майора Чугунова и Кати Долгополовой — Алёнка, возраст которой был месяц.
Вот установленные фамилии героев:
ВАСИЛЬЕВ П.
ЕГОРОВ А.
ЖУКОВ С.
КОНСТАНТИНОВ Виталий (или Ювеналий Вавилович)
НИКОЛАЕВ А.
ПАВЛОВ М.
ПАРФЁНОВА Елена
СЕМЁНОВ М.
ФЁДОРОВ И.
ЧУГУНОВА Алёна Константиновна
Неустановленными остались фамилии трёх советских воинов-эстонцев, павших в этом же бою вместе с русскими собратьями по борьбе. Вечная им память.
Командир отряда, майор Константин Чугунов, не дождавшись прибытия подразделения на место встречи, с тремя разведчиками отправился на его поиски, пытаясь узнать у местных жителей все сведения о каких-либо событиях в округе. К сожалению, уровень их лояльности гитлеровскому режиму был явно выше среднего, и группа Чугунова тоже была выдана полицаям, остановившись в одном из домов. Попытка уйти от преследования не удалась.
2 марта 1944 года в бою у хутора Яники погибли сам майор Чугунов и прикрывавший отход товарищей старшина Прохоров. Убедившись в гибели командира, оставшиеся разведчики, забрав документы майора, оторвались от полицаев.
Так закончился рейд 735 й разведгруппы Разведупра ГШ РККА по территории Латвийской ССР, в полосе наступления Западного фронта в феврале-марте 1944 года.
Впрочем, не совсем закончился. Оставшаяся в живых Екатерина Долгополова, после того, как оправилась от ранений — вышла в расположение партизанского отряда А.Поча, где продолжала воевать с оккупантами. Вместе с отрядом она приняла и свой последний бой против карателей.
Часть отряда, в которой была Екатерина, оказалась отрезанной на лесистом холме, в глуби лесного массива.
Екатерина отстреливалась до последнего, пока не была ранена в обе ноги. Истекающая кровью, потерявшая сознание, она была взята гитлеровцами в плен. После зверских пыток в штабе, расположившемся в Нумернскном лесничестве, старший лейтенант Красной Армии Екатерина Петровна Долгополова была расстреляна карателями.
Место последнего боя партизан в Балтинавской волости с тех пор именуют «Девичьей горкой».
Партизан Василий Кононов
Гибель одной из лучших разведывательных групп Западного фронта, возглавляемой опытным офицером, проведшим в разведывательных операциях в тылу врага несколько лет войны, не могла остаться вне тщательного расследования руководства разведки Западного фронта. Естественно, общая информация была собрана, было сразу понятно, что группу уничтожили шуцманы при помощи пособников оккупантов из числа местных жителей. Партизаны опубликовали воззвание «Смерть батовским собакам», в котором указывалась виновность пособников гитлеровцев в гибели советских воинов.
Военно-полевой суд, партизанской бригады В. Самсона, приговорил изменников, граждан СССР, виновных в гибели советских воинов — к смертной казни. В бригаде В. Самсона командирами были, в том числе Бурцев и Лебовский. Василий Кононов со своей группой находился в подчинении 7 соединения, под командованием Бурцева.
Решения военного трибунала, функционирующего в составе воюющего на законных основаниях, во взаимодействии с остальной армией, партизанского воинского соединения, имеют такую же силу, как и решение любого военного трибунала, любой регулярной воинской части.
Но в данном случае, ситуация не была столь однозначной. Поскольку погибла не просто партизанская рейдовая группа или отряд, а разведгруппа штаба фронта. Было принято решение не только покарать предателей — но и максимально выяснить все обстоятельства случившегося. Решение исходило из штаба Западного фронта, хотя и передавалось на исполнение структурам партизанского соединения.
Выполнение этой задачи было возложено на опытного воина, бесстрашного диверсанта, разведчика, уроженца Латгалии, знавшего территорию и обычаи — Василия Кононова. Для беспрепятственного выполнения миссии отряд Кононова был переодет в форму штатных формирований полицаев, а сам Василий Макарович изображал их командира.
27 мая 1944 года отряд беспрепятственно достиг Малых Бат, где оказался встречен обильным гостеприимством местных обитателей. Дело приурочено было к престольному празднику, который набожные пособники нацистов с размахом отмечали. Василий Макарович приказал созвать всех наличных шуцманов, что и было исполнено. С трудом отыскали только их начальника — Модестса Крупниекса, гнавшего самогонку в бане.
Кононов под видом представителя оккупационных властей, провёл подробное дознание о произошедших событиях, выслушав чистосердечное бахвальство предателей о совершённых ими «подвигах». После чего им был зачитан приговор Военного Трибунала. Предателей охватила паника, они начали открещиваться от только что сделанных признаний, но было уже поздно.
Однако, не беря на веру пьяную болтовню, пусть и очевидных изменников, бойцы Василия Макаровича провёли тщательный обыск в домах подозреваемых. Было обнаружено выданное нацистами оружие для борьбы с партизанами и сочувствующими Советской власти, патроны, гранаты. Никакой ошибки в идентификации приговоренных, как членов оккупационного карательного подразделения, быть не могло. После этого к преступникам была применена высшая мера наказания — расстрел.
В деревне Малые Баты, по совершенно законному постановлению Военного Трибунала советской воинской части, были расстреляны советские граждане, перешедшие на службу к захватчикам и виновные в гибели разведгруппы войсковой разведки Западного фронта. Были уничтожены девять предателей, в том числе три женщины. Одной из них была Текла Крупниекс, находившаяся на девятом месяце беременности. Вопрос о том, можно ли было оставить её в живых, бессмысленно обсуждать с позиций юрисдикции мирного времени. Бойцы, знакомые с нравами фашистских прихвостней, и зная роль родственницы Крупниекса в уничтожении их товарищей, в том числе младенца Алёнки, мародёрстве убитой малышки, решили так, как они решили. Это их право и не нам сегодня их судить. Они исполнили законное решение Трибунала.
http://admin.liga-net.com/my/analyti...f-history.html
Эх, нету Гитлера на вас, часть2 – Исполняю желания. Желайте осторожно ! Исполнится.
http://ment52.livejournal.com/
Умер Василий Кононов – каноническая фигура эпохи путинского неосоветизма, икона российских патриотов. Законченный красный бандит-террорист, чье имя Москва превратила в орудие борьбы с ненавистными балтийскими демократиями.
http://img1.1tv.ru/imgsize460x345/PR20100517222858.JPG
От А. Широпаева shiropaev.livejournal.com/63784.html
Напомню, что в мае 1944 года Кононов с подручными уничтожил по решению «партизанского суда» как «полицаев» девятерых антисоветски настроенных жителей латвийского села Малые Баты. При этом в «полицаи» попали три женщины, одна из них на девятом месяце беременности. Из девяти человек пятеро были расстреляны, а четверо сожжены заживо, включая беременную женщину. Она сперва выбралась из пламени, но большевики решительно затолкали ее обратно в огонь. Все люди Кононова были одеты в немецкую форму – возможно, поначалу «акцию возмездия» хотели, как обычно, списать на зверства оккупантов. Так же потом в Западной Украине будут зверствовать чекисты, переодетые в форму УПА, возбуждая в народе ненависть к «бандеровцам».
Это деяние Кононова названо в свободной Латвии своим именем – геноцид. В минувшем году Европейский суд по правам человека признал Кононова военным преступником, вызвав бурю протестов со стороны России: от заявлений Совета Федерации до беснований «нашистов» у посольства Латвии. Латвийский журналист Дидзис Мелькис писал в прошлом году: «Как показывает постановление Большой палаты Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по делу Василия Кононова и реакция на него официальной Москвы, моральный рубеж между Европой и не-Европой совпадает с восточной границей Латвии».
И вот теперь президент Медведев выражает соболезнования близким и родным покойного такими словами: «В годы Великой Отечественной войны Василий Макарович самоотверженно сражался с фашистскими захватчиками. Всю свою жизнь он хранил верность боевому содружеству, защищал правду о событиях тех лет». Премьер Путин в аналогичной телеграмме высказался так: «Искренне соболезную родным и близким ушедшего из жизни Василия Макаровича Кононова. Мы все глубоко уважали этого сильного духом, мужественного человека. Он с большим достоинством прошел через все испытания, выпавшие на его долю. До конца - сохранил веру в свои идеалы. И навсегда останется в нашей памяти».
В последнее время много говорят о «разногласиях» в правящем тандеме. Однако, как видим, в отношении одного из главных системообразующих мифов тандем демонстрирует полное единодушие. Я говорю о «великой победе». Уничтожать мирных граждан, сжигать их заживо, в том числе – беременную женщину, это, согласно Медведеву и Путину, значит «самоотверженно сражаться с фашистскими захватчиками». Жить и умереть нераскаявшимся палачом и садистом – это, по мнению «тандема», значит «хранить верность боевому содружеству, защищать правду о событиях тех лет», «сохранить веру в свои идеалы». Как видим, никакой моральной границы между Медведевым и Путиным не пролегает. Оба они – вне пределов европейской цивилизации.
В мае прошлого года я писал: «…кто такой Кононов? Ответ на этот вопрос является сегодня тестом на цивилизационную идентичность и просто на душевное здоровье. Нормальному человеку очевидно: Кононов – чекистский палач, подлый и циничный убийца, позор русского народа. Ведь, скажем, не делает же Америка кумира из лейтенанта Келли – "героя" вьетнамской деревни Сонгми. Америка лейтенанта Келли стыдится, предпочитает его не вспоминать. А путинская Россия изо всех сил делает Кононова одним из символов ”великой победы”. И это – диагноз. Мы – глубоко больное общество. Причем, опасное для окружающих. Защищая Кононова, Эрэфия подтверждает свою генетическую связь с людоедским сталинским государством. Защищая Кононова, нынешняя Россия защищает не просто “великую победу” как свой базовый миф. Защищая Кононова, нынешняя Россия отстаивает сталинизм как принцип и систему. Агрессивно расписывается в генетическом сталинизме. А значит мы вне цивилизованного мира».
Сегодня появилось много надежд, что Медведев станет альтернативой Путину и начнет новую «перестройку». Заговорили о попытках очередной «десталинизации».
Хочу лишь заметить, что истинная десталинизация должна начинаться с деканонизации кононовых.
Chugunka10
15.12.2013, 02:45
http://ment52.livejournal.com/335506...98130#t6698130
Я ответил и Роману и Лучинскому.
Лучинскому написал вот что:
2011-04-03 06:31
Я не согласен с Вашей оценкой решения ЕСПЧ по делу Кононова. Решение политическое, а не правовое. И приговор вынесен не Кононову, а всему советскому народу. Плохо что Вы этого не понимаете. Я спорил по поводу этого решения ЕСПЧ на Юрклубе. Мои оппоненты спор мне проиграли. Можете и Вы поспорить, если сможете, конечно.
Спор здесь: http://www.chugunka.net/forum/showthread.php?t=127
Столетие
15.12.2013, 02:47
http://www.stoletie.ru/rossiya_i_mir...2011-04-05.htm
http://www.stoletie.ru/upload/iblock/bf8/kononov2.jpg
Фонд исторической перспективы и Институт демократии и сотрудничества (Париж) подготовили книгу «Дело Кононова: политика против истории»
Михаил Иоффе
05.04.2011
В книгу вошли статьи российских и зарубежных авторов о партизанском движении на территории Латвии, немецко-фашистском оккупационном режиме, об интерпретации событий тех лет в современной латвийской историографии, о деятельности международных судов, которые сегодня, по сути, стали инструментом политики. Книга выйдет в издательстве «Вече» в серии «Актуальная история». 31 марта бывший партизан Василий Макарович Кононов ушел из жизни. 10 лет его интересы в суде представлял адвокат Михаил Иоффе. «Столетие» публикует сокращенный вариант его статьи, вошедшей в книгу.
Четвертого мая 1990 г. Верховный Совет Латвийской Советской Социалистической Республики принял Декларацию «О восстановлении независимости Латвийской Республики». Документом в одностороннем порядке признавалось, что «предъявленная 16 июня 1940 года правительством СССР ультимативная нота правительству Латвийской Республики с требованием смены правительства и военная агрессия СССР 17 июня 1940 года должны быть квалифицированы как международное преступление, результатом которого явилась оккупация Латвии и ликвидация суверенной государственной власти Латвии». Мало кто из советских политиков задумывался тогда над тем, что этот один из первых нормативных актов для пересмотра итогов Второй мировой войны, прежде всего, затронет судьбы солдат-победителей. Не подозревал о нависшей над ним угрозе и участник войны, пенсионер МВД Латвийской ССР Василий Макарович Кононов.
22 августа 1996 года Сейм Латвийской Республики принял декларацию «Об оккупации Латвии», в которой констатировалось, что, «нарушив основные принципы международного права, а также заключенные между СССР и Латвией договоры, СССР 17 июня 1940 года военной силой оккупировал Латвию и незаконно включил (аннексировал) ее в состав СССР. Летом 1941 года, когда начались военные действия Второй мировой войны на территории Латвии, ее оккупировала национал-социалистическая Германия. В конечном периоде Второй мировой войны СССР возобновил свой оккупационный режим в Латвии». Таким образом, власть независимой Латвии готовила правовое обоснование для уголовного преследования ветеранов войны и формировала общественное мнение о «преступной» советской власти в Прибалтике. Чтобы понять коллизию, в которой оказался ветеран, необходимо рассказать о некоторых событиях, сыгравших впоследствии важную роль в его деле.
Утром 29 февраля 1944 г. в овине айсарга Мекула (Мейкула) Крупниека (Крупника) в деревне Малые Баты была уничтожена разведывательно-диверсионная группа майора Красной армии Чугунова в составе 13 партизан. При этом были убиты две женщины и грудной ребенок.
В партизанском отряде установили, что этому способствовали девять местных жителей, которые не только донесли немцам о партизанах, но и провели их к месту отдыха партизан. После боя деревенские женщины сняли одежду с убитых, в том числе, и с грудного ребенка. Все девять были поощрены немецким командованием деньгами, сахаром, спиртным, а Крупниеку дали еще и лес, так как его овин сгорел. Отрядный трибунал приговорил всех коллаборантов к расстрелу. Исполнение приговора было поручено группе под командованием Кононова.
Чтобы не вызвать подозрений, партизаны переделись в немецкую форму и днем вошли в деревню. Они расстреляли всех предателей, тела шестерых бросили в сгоревшие дома. Спустя 54 года события в Малых Батах стали трактоваться иначе: предатели оказались жертвами, а партизаны были названы преступниками. 22 января 1998 г. Бюро по защите конституции Латвийской Республики возбудило против Кононова уголовное дело за … военное преступление. Он был допрошен в Генеральной прокуратуре Латвии и до предъявления обвинения взят под стражу, чтобы, согласно официальному объяснению, не мог оказывать давление на свидетелей. Тайная цель ареста старого человека, инвалида 1-й группы, была, конечно, другой: умертвить ветерана, оставив его в следственном изоляторе без медицинской помощи. В общем, власти задумали осуществить то, чего не смогло сделать гестапо - поймать партизана и прилюдно казнить за борьбу против фашизма.
С самого начала уголовное дело, не имевшее законных оснований, было направлено на то, чтобы доказать факт «оккупации» Латвии Советским Союзом. При этом власти решили доказывать вину СССР путем осуждения рядовых исполнителей, что, конечно, недопустимо с точки зрения права. Но с точки зрения политиков – даже необходимо. И совершенно не принимается во внимание, что на территории Латвии в 1944 г. действовали законы Латвийской ССР, согласно которым военный трибунал вправе был рассмотреть дело и осудить военных преступников (изменников). И сегодня никто не имеет оснований признавать незаконным деятельность трибунала партизанского отряда в целом и оспаривать вынесенный им приговор. А если власти Латвии признают незаконными действия трибунала партизанского отряда, то они обязаны признать незаконным как Соглашение о судебном преследовании и наказании главных военных преступников, так и сам устав Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Лондон, 8 августа 1945 г.). Но 21 января 2000 г. судебной коллегией по уголовным делам Рижского окружного суда было проведено судебное следствие, и за участие в событиях 27 мая 1944 года ветеран признан виновным в совершении военного преступления в редакции ст. 683 Уголовного кодекса Латвии, т.е. «в умышленных действиях, предусмотренных в соответствующих конвенционных нормативных актах, то есть нарушении правил ведения войны, проявившееся на оккупированных территориях в убийствах, пытках, грабежах мирных жителей, неоправданном разорении жилых и хозяйственных строений». В соответствии с этим решением Кононов был приговорён к шести годам лишения свободы с исполнением наказания в тюрьме закрытого типа. Фактически власти вынесли ему смертный приговор - без медицинской помощи в следственном изоляторе его здоровье сильно пошатнулось: он стал слепнуть на левый глаз, обострились другие хронические заболевания.
Так как родина признала его «международным военным преступником», ветеран обратился с заявлением о предоставлении гражданства к тогда исполняющему обязанности президента России Владимиру Путину.
Прошение было удовлетворено. По факту своего рождения Василий Кононов являлся гражданином Латвийской Республики (родился 1 января 1923 г. в Мердзенской волости Лудзенского района в селе Страуя), и когда 21 июля 1940 года Сейм принял декларацию «О вступлении Латвии в Союз Советских Социалистических Республик», то, как и все оставшиеся на латвийской территории, стал гражданином СССР. После нападения фашистской Германии на Советский Союз его призвали в Красную Армию. В 1942 году окончил курсы подрывников, был заброшен в тыл немецких войск и воевал на территории Латвии в партизанской бригаде «Лайвиня». Получил ранение, был контужен. После войны работал в органах милиции республики. Прошел путь от начальника волостного отделения до начальника управления. В 1988 г. вышел в отставку с выслугой в 43 года, был признан инвалидом 1-й группы. Награжден многими орденами и медалями, в том числе, орденом Ленина, Отечественной войны 1-й степени, Трудового Красного Знамени и орденом Знак Почета, грамотами Президиума Верховного Совета Латвийской ССР, отмечен званиями «Заслуженный работник охраны общественного порядка ЛССР», «Заслуженный работник МВД СССР», «Почетный железнодорожник».
Приговор от 21 января 2000 года был обжалован в Верховном суде Латвийской Республики. Все имеющиеся в деле судебные постановления различных судебных инстанций основаны на противоречивых и взаимоисключающих утверждениях. А, как известно, все сомнения толкуются в пользу подсудимого. Так, с одной стороны, Кононов признан партизаном, действующим в партизанском отряде на территории Латвии. С другой, он признан оккупантом. Эти понятия полностью противоречат одно другому. В 2004 г. Кононов обратился в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) с жалобой на нарушение ст. 7 Конвенции, полагая, что является жертвой применения уголовного закона, которому придана обратная сила. Инкриминируемые ему действия на момент совершения не считались преступлением ни согласно внутреннему, ни международному праву. Исключение, предусмотренное вторым параграфом статьи 7, также неприменимо по данному делу и на его действия не распространяется.
Дело Кононова является беспрецедентным не только в практике ЕСПЧ, но и в истории национальных судов послевоенного мира. Спустя более 60 лет после окончания Второй мировой войны впервые к уголовной ответственности за военное преступление привлечен солдат, сражавшийся в рядах Антигитлеровской коалиции.
Впервые государство отстаивает статус мирных жителей для вооруженных нацистских пособников, участвовавших в уничтожении героев Сопротивления и грудного ребенка.
Впервые государство ставит вопрос о необходимости исправления «недостатков» Нюрнбергского процесса, «который в большой степени был правосудием победителей, позволяющим преступникам со стороны союзников оставаться ненаказанными».
24 июля 2008 г. Палата ЕСПЧ большинством голосов отвергла доводы правительства Латвии и признала факт нарушения ст.7 Конвенции. Казалось, правда и историческая справедливость восторжествовали. Да, восторжествовали, но, увы, ненадолго. Правительство Латвии в своем меморандуме от 16 апреля 2009 г. после традиционного, обращенного к Европейскому суду призыва не становиться четвертой инстанцией, изложила факты в искаженном виде, отличном от того, что установили латвийские суды. Так, вопреки приговору от 30.04.04 г. сторона государства-ответчика умолчала об участии Мейкула Крупника в предательстве партизан. Обходится молчанием факт, что вместе с бойцами был убит грудной младенец. Не ставится вопрос и о том, откуда у жителей Малых Бат взялось оружие «для самообороны». Также в меморандуме появились вымышленные подробности казни местных предателей. Якобы, А. Булс был ранен выстрелом у себя во дворе, после чего партизаны перенесли его в дом Мейкулы Крупника и сожгли живым. Также живыми, по вымышленной версии, были сожжены Мейкул Крупник, Вероника Крупник и Гелена Шкирмант (§13 меморандума правительства от 16 апреля 2009 г.). Между тем, согласно приговору А. Булс, Мейкул Крупник, Вероника Крупник были расстреляны, только после этого их трупы были сожжены. Бернард Шкирмант с женой Геленой были убиты (расстреляны), а затем сожжены. Модест Крупник был ранен и умер от кровопотери. Владислав Шкирмант и Юлиан Шкирмант были расстреляны. Таким образом, правительство Латвии излагает обстоятельства дела не так, как они указаны в окончательных приговорах. Хотя на правовую квалификацию действий Кононова такие искажения не влияют, но появились они в меморандуме не случайно. Их назначение — представить партизан как можно более жестокими, и тем самым усилить негативный фон вокруг имени Кононова.
В §14 меморандума правительство указало, что партизаны перед уходом разграбили деревню, взяв с собой оружие и одежду. Между тем, согласно приговору «ограбление» заключалось исключительно в изъятии оружия, выданного жителям немцами. Одежду, еду партизаны не отбирали. Данное искажение влияет на правовую квалификацию, поскольку изъятие одежды или продовольствия у населения, действительно, может квалифицироваться как грабеж. А изъятие оружия, выданного врагом, всегда считалось законным военным трофеем.
17 мая 2010 года Большой палатой ЕСПЧ по апелляции Латвии предыдущее решение по делу заявителя было отменено, принято новое постановление с выводами, противоположными ранее сделанными судом. При таких обстоятельствах решение Большой палаты по делу Кононова имеет важное историческое значение.
Правительство Латвии в своем меморандуме настаивало на правомерности осуждения заявителя, ссылаясь на то, что его следует рассматривать в свете более широких исторических и политических событий, которые имели место перед Второй мировой войной и после нее (п.25 Меморандума Правительства Латвии от 16 апреля 2009 г.). Правительство имеет в виду Договор о ненападении между Германией и СССР (т.н. пакт Молотова – Риббентроппа), «вторжение Советской Армии в Латвию и две другие страны Балтии», «свержение законного правительства и навязывание силой советской власти» (§§26 и 27 меморандума правительства Латвии от 16 апреля 2009 г.). Правительство требует квалифицировать действия Кононова как военное преступление на том основании, что имела место агрессия в отношении Латвии, которая была оккупирована Советским Союзом, что «в соответствии с общим международным правом обязательство прекратить в международном порядке противоправное деяние, такое как оккупация одного государства другим, предполагает восстановление статус-кво и компенсации за причиненный ущерб» (§§28 и 31 меморандума правительства Латвии от 16 апреля 2009 г.). Отсюда ясно, что настоящей целью процесса над Кононовым является намерение Латвийского руководства осудить действия Советского Союза в период Второй мировой войны и обосновать требования «компенсации за причиненный ущерб», а недекларируемое стремление выполнить свое международное обязательство по осуждению военных преступников.
Надо отметить, что Кононов в предвоенный период был подростком и не может нести ответственность за подписание соглашений между Латвией и СССР, Германией и СССР, за выборы в Сейм, почти единогласное голосование депутатов Сейма в 1940 г. по вопросу о вхождении в состав СССР и проч.
Не по своей воле он стал гражданином СССР, но когда нацистская Германия напала на его Родину – Латвию, включенную в состав Советского Союза, он пошел воевать против нацистской Германии и ее пособников.
Департамент по уголовным делам верховного суда Латвии в приговоре от 30.04.2004 г. признал, что Кононов в мае 1944 г. представлял в республике оккупационную власть СССР и поэтому являлся субъектом военного преступления. Вывод департамента о том, что Кононов был оккупантом, противоречит историческим фактам и здравому смыслу, поэтому согласиться с ним невозможно. Но для квалификации действий Кононова здесь важно другое: толкование норм международного права латвийскими судами сводится к тому, что субъектом состава военного преступления мог быть только оккупант. Поскольку Кононов оккупантом не был, нормы международного права и ст.68-3 УК Латвии, посвященные военным преступлениям, к нему неприменимы. Хочется также напомнить, что в войне принимали участие не только регулярные войска Антигитлеровской коалиции, но и участники Сопротивления из СССР, Франции, Бельгии, Польши, других стран Европы, без которых, возможно, не было бы Победы. И тогда не было бы и европейской цивилизации, Совета Европы, ЕСПЧ и других основ современной европейской демократии.
Именно активное участие латвийских полицейских батальонов и айсаргов в уничтожении еврейского населения явилось весомым аргументом для судьи в определении правомерности их расстрела партизанами.
Правительство Латвии возмутил вывод ЕСПЧ о том, что никакое сотрудничество с нацистами, даже для спасения своей жизни, не может быть ничем оправдано. А ведь вся политика новой власти Латвии основана на этой реабилитации. Это разрешаемые властями каждый год шествие - 16 марта в день «памяти легионеров», дополнительные пособия «лесным братьям» от министерства обороны ЛР, реставрация и содержание за государственный счет кладбища латвийских легионеров Ваффен СС в Лейстане, установление памятников латышским легионерам-бандитам и многое другое. Пособники врага привлекались к уголовной ответственности за измену Родине, то есть за государственное преступление.
Защита не считала необходимым анализировать здесь, являлись ли действия заявителя уголовно наказуемыми по законодательству нацистской Германии. (Доводы правительства о том, что скрывавшиеся в лесах на оккупированной нацистами территории партизаны могли и обязаны были обеспечить жителям Малых Бат справедливое судебное разбирательство с участием защиты и других процессуальных гарантий не требует, на наш взгляд, комментариев.) Хотелось бы только напомнить, что партизаны действовали в тылу жестокого врага, не признававшего никаких законов, норм общечеловеческой морали и правил войны. Например, в приговоре Нюрнбергского трибунала приведен приказ, изданный Кейтелем 23 июля 1941 года: « Учитывая громадные пространства оккупированных территорий на Востоке, наличных вооруженных сил для поддержания безопасности на этих территориях будет достаточно лишь в том случае, если всякое сопротивление будет караться не путем судебного преследования виновных, а путем создания такой системы террора со стороны вооруженных сил, которая достаточна для того, чтобы искоренить у населения всякое намерение сопротивляться» (Нюрнбергский Приговор, глава «Военные преступления и преступления против человечности», раздел «Убийство гражданского населения и жестокое обращение с ним» §248).
Несмотря на суровые условия, в которых воевали, партизаны не допускали репрессий и произвола. В отношении жителей Малых Бат состоялся приговор трибунала партизанского отряда, вынесенный в соответствии с условиями военного времени. Наличие приговора партизанского отряда признают и национальные юрисдикции и Высокая договаривающаяся сторона (пар.15 Меморандума Правительства от 16 апреля 2009 г.). Однако 17 мая 2010 г. Большая палата ЕСПЧ признала, что Латвия при осуждении Кононова не нарушила ст.7 Европейской конвенции прав человека и основных свобод. Основным доводом (их всего пять) в признании законности вынесенного в Латвии обвинительного приговора ветерану В. Кононову Большая палата ЕСПЧ указала: он достоверно знал 27 мая 1944 года, что совершает военное преступление. Большая Палата отметила, что жители Малых Бат были захвачены партизанами в плен, при этом сопротивления не оказывали, поэтому превратились в военнопленных, их надлежало привести в отряд и там предать суду и наказать, а не расстреливать дома. Таким образом, ЕСПЧ признал за коллаборационистами новый статус - военнопленных или «мирных жителей, принимавших участие в боевых действиях». Такого определения не было даже в приговорах национальных судов. Исходя из их статуса, они имели право на справедливый, а не заочный суд, право на жизнь, на гуманное обращение. Нарушение этих прав Большая палата признала военным преступлением.
По мнению ЕСПЧ, партизаны не имели права нападать на деревню, так как у них не была организованна работа трибунала, не было места для содержания арестованных и т.д.
Женевская Конвенция 1949 г., к которой любят апеллировать обвинители, не действовала в 1944 г. Фактически ЕСПЧ сам придал уголовному закону обратную силу, что свидетельствует о политических основах такого решения. ЕСПЧ, вопреки приговору Нюренбергского трибунала, пришел к «историческому» выводу: убивать вооруженного врага - это военное преступление. Кроме того, судом оспаривается суровость приговора трибунала партизанского отряда (применение смертной казни) в отношении предателей. «Суд полагает, что, принимая во внимание вопиющее противоправное обращение с девятью жителями деревни и их убийство при установленных обстоятельствах операции, проведенной 27 мая 1944 г. (см. пункты 15-20 выше), даже наиболее поверхностное размышление заявителя показало бы, что оспариваемые деяния, по меньшей мере, содержали в себе риск вступить в противоречие с законами и обычаями войны в понимании того времени, а также, в особенности, риск того, что эти действия представляли собой военные преступления, за которые он, как командир, мог понести индивидуальную уголовную ответственность». Изложенные Большой палатой в 2010 г. правила ведения Второй мировой войны, известно, не были прописаны в 1944 г. Фактически по одним и тем же обстоятельствам уголовного дела Кононова палата ЕСПЧ признала факт придания закону обратной силы национальными судами Латвии, при пересмотре дел.
Пересмотр дела в Большой палате не имел законных оснований в соответствии с Регламентом суда. Палата указала, что политические и исторические аспекты дела Кононова не относятся к компетенции суда, однако пересмотр всего решения от 24 июля 2008 г. происходил по заявлению правительства Латвии именно по этим основаниям. Фактически ЕСПЧ признал виновным Кононова за то, что партизаны не сделали – не привели жителей в отряд для судебного разбирательства, но за несовершенные действия Кононов не осужден.
Анализ решения Большой палаты от 17 мая 2010 г. по делу ветерана В.М.Кононова выявил правовые моменты для составления прошения о пересмотре дела в ЕСПЧ на основании ст. 80 Регламента суда - единственно возможного для отмены постановления. В качестве вновь открывшихся обстоятельств имеется довод об использовании Большой палатой неправильного перевода с латышского на английский и французский языки приговоров, в результате которого ЕСПЧ указал обстоятельства, не установленные в приговорах латвийских судов и не вмененные Кононову как преступление. Эти обстоятельства в силу своего характера имеют решающее значение, но не были известны суду при вынесении постановления.
Стороне заявителя это обстоятельство о применении неправильного перевода стало известно только после оглашения постановления 17 мая 2010. (Кононов никого не сжигал 27 мая 1944 г., во время операции находился на околице села, он оправдан в пытках жителей и расстреле Буля и Шкирмантаса, поджоге строений, не признавался он виновным в расстреле военнопленных и т.д.). Например, факты, на которые может ссылаться ЕСПЧ, изложены в приговоре от 3 октября 2004 г. Латгальского окружного суда, а в п.15 постановления они имеют иное описание событий, чем в этом решении.
После ознакомления с описанием событий в постановлении от 17 мая 2010 г. возникает убеждение, что партизанский отряд заявителя действовал не на оккупированной противником территории, не в тылу немцев. Для воспроизведения фактических событий защитой были предоставлены переведенные на английский язык заверенные копии архивных документов того периода. В частности, к прошению о пересмотре приложены сведения латвийского штаба партизанского движения, инструкции и приказы нацистов по уничтожению партизан, сведения об уничтожении деревень в районах, примыкающих к Латвии и в месте действия партизанских отрядов, приговоры партизанских трибуналов, газеты, распространяемые в партизанских отрядах и т. д., документы, имевшие до этого гриф «Совершенно секретно».
Согласимся с мнением авторитетного историка Нормана Дейвиса и признаем, что действительно часть населения Латвии с распростертыми объятьями встретила немцев. В других европейских государствах тоже оказались свои «пятые колонны», жаждущие прихода нацистов, хотя там и не было советской власти. Многие из нацистов Латвии поступали на службу в полицию, различные немецкие вооруженные формирования. С участием этих, освобожденных от коммунистической «кабалы», латышских «патриотов» уже в 1941г. было уничтожено поголовно все местное мирное еврейское население, и в Латвию нацисты свозили на уничтожение евреев со всей Восточной Европы.
Известно, что последней охраной Гитлера был латышский батальон Ваффен СС. Международный военный трибунал в Нюрнберге признал охранные отряды национал-социалистической рабочей партии Германии (СС) преступной организацией. Однако латышские ветераны этой организации до сих пор под охраной властей торжественно отмечают свои нацистские годовщины.
Для них, как и для правительства, очень важно, чтобы их враг Кононов тоже был признан военным преступником. Но были и другие латыши - они сражались с нацистами в рядах Антигитлеровской коалиции. Признает ли Большая палата свои правовые ошибки и захочет ли их исправить, покажет время.
Chugunka10
15.12.2013, 02:49
Переделал и эту тему. На старую было 2,148 заходов.
Сергей Балмасов
27.06.2016, 14:36
СССР
http://www.pravda.ru/world/formerussr/latvia/18-05-2010/1032147-kononov-0/
18 май 2010 в 00:10
Мир » Бывший СССР » Прибалтика
Партизан Василий Кононов проиграл латвийским властям дело в Европейском суде по правам человека в Страсбурге. 17 мая стало известно, что этот орган удовлетворил апелляцию Латвии, которая оспорила предыдущее решение о незаконном приговоре в отношении Кононова.
Напомним, эта история длится с 1998 г. Тогда Василий Кононов был арестован латвийскими властями по обвинению в военных преступлениях периода Второй мировой войны. По версии обвинения, он участвовал в уничтожении местных полицаев, помогавших нацистам. Латвийское следствие доказало, что Кононов, в 1944 г. руководивший операцией в деревне Малые Баты, приказал "незаконно" расстрелять девять местных полицаев. Из-за действий которых, кстати, незадолго до этого был уничтожен советский партизанский отряд.
В 2000 г. Кононова приговорили к полутора годам лишения свободы. После оглашения приговора его отпустили на свободу, так как этот срок он уже отбыл, находясь в СИЗО. А в 2001 г. Кононова приговорили к шести годам тюрьмы. Партизан обжаловал этот приговор и дело отправили на доследование. И в апреле 2004 г. Верховный суд Латвии приговорил его к 20 месяцам тюрьмы "за военные преступления". Сразу после этого адвокат партизана подал иск в Европейский суд по правам человека.
Казалось, что после долгих лет борьбы против латвийских властей справедливость восторжествовала: в 2008 г. ЕСПЧ признал неправомерность действий Риги. Однако в январе 2009 г. Латвия это решение опротестовала. И в конце апреля 2010 г. Большая палата Суда отменила решение Малой палаты, признавшей приговор латвийских властей незаконным (основывая своё решение на положениях статьи 7 европейской Конвенции о защите прав человека). Однако известно об этом стало только сейчас. Представители ЕСПЧ почти месяц не делали официального заявления.
МИД РФ называет это решение Европейского суда опасным прецедентом. "Решение большой палаты рассматриваем не просто как пересмотр справедливого постановления палаты суда по данному делу, принятого 24 июля 2008 года, но в качестве попытки поставить под сомнение целый ряд ключевых политических и правовых принципов, сформировавшихся по итогам Второй мировой войны и послевоенного урегулирования в Европе, в том числе по привлечению к ответственности нацистских военных преступников.
Исключив ответственность Латвии, признанную ранее в постановлении от 24 июля 2008 года, за нарушение статьи 7 Европейской конвенции по правам человека, Большая палата Суда фактически согласилась с теми, кто стремится пересмотреть итоги Второй мировой войны и обелить нацистов и их пособников. Постановление Суда... означает, по сути, оправдание нацистов и их пособников и будет способствовать дальнейшему росту влияния в Европе реваншизма, пронацистских и крайних национал-радикальных сил", - говорится в официальном сообщении российского МИД.
В дипломатическом ведомстве России подчеркивают, что "решение... по делу В.М.Кононова наносит серьезный ущерб авторитету Совета Европы в целом и может рассматриваться как стремление провести новые разделительные линии в Европе, разрушить складывающийся на континенте консенсус относительно общеевропейских стандартов и ценностей. Российская Федерация, принимавшая участие в деле Кононова в качестве третьей стороны, после всесторонней оценки постановления и его юридических последствий сделает соответствующие выводы, в том числе относительно построения наших дальнейших отношений как с Судом, так и с Советом Европы в целом", - подчеркивается в документе.
У Кононова еще есть возможность настоять на пересмотре дела. Статья 80 регламента Страсбургского суда предусматривает, что решение Большой палаты может быть пересмотрено, если проигравшая сторона предоставит суду данные, которые ранее ему не были известны, но имеют решающее значение.
Почему ЕСПЧ вынес такой вердикт и в чем причины пересмотра дела? И главное, какие будут последствия? Об этом в интервью "Правде.Ру" рассказали эксперты Константин Затулин и Вячеслав Никонов.
"Я опасаюсь, что это решение развяжет руки в прибалтийских странах для еще большего преследования ветеранов. Но произошедшее не останется без последствий, - считает директор Института стран СНГ, депутат Госдумы, член Совета по внешней и оборонной политике Константин Затулин. - Госдума должна высказаться по этому вопросу и я буду настаивать на том, чтобы депутаты отреагировали на это дело. Ведь решение Страсбургского суда по правам человека конъюнктурно-политическое. Его судьи в своих решениях руководствовались стремлением защитить Латвию от якобы имеющего место давления со стороны России. Просто многим впечатлительным людям на Западе Россия по-прежнему представляется как "страшный СССР", который, дескать, угнетал Латвию, как и другие национальные республики.
Почему ЕСПЧ пересмотрел свой прежний вердикт? Главным образом, из-за того, что Латвия заявила, что решение, поддержавшее Кононова, фактически разрушает её институты и государственность. Это пример явного давления. Тем самым судьи Европейского суда солидаризировались с судебными властями Латвии, которые преследуют советских ветеранов и попустительствуют эсэсовцам.
Кононова судят за то, что он сражался за свою Родину. Ему вменяют в вину уничтожение тех, кто сотрудничал с гитлеровцами. Но это была не вина Кононова, что своими деяниями нацисты и их пособники из той же Латвии сами разожгли народную войну.
Что касается ЕСПЧ, то у нас с ним никогда не было теплых отношений. Мы распространили его юрисдикцию на свою территорию. Отчасти это носит положительный эффект. Те наши граждане, которые не могут добиться защиты своих прав здесь, обращаются туда. Но этот положительный эффект перечеркивается тем политическим пристрастием, которым выделяются дела вроде дела Кононова.
У меня лично есть свой опыт обращения в этот орган. В 2006 г. я обратился туда, поскольку тогдашний президент Украины Виктор Ющенко дал поручение запретить мне въезд на её территорию. Я прошел все инстанции, как того требует процедура подачи дел в ЕСПЧ. Моя заявка лежала там полтора года, пока мне не заявили, причем без права апелляции, что моя заявка рассматриваться не будет.
Дело в том, что по всем моментам это было выигрышное дело. Но судьям Страсбургского суда не хотелось выносить вердикт, который был бы неудобен западному ставленнику Ющенко. Поэтому дело и не стали рассматривать, что является явным нарушением для самого ЕСПЧ. Так же и в этом случае. После этого решения я абсолютно не верю ни в какую справедливость и беспристрастность ЕСПЧ. И сегодня я задаюсь вопросом: а нужно ли нам вообще с ним сотрудничать?" - сказал депутат.
"Это возмутительное, кощунственное и одновременно крайне неприятное эмоционально-политическое дело, - уверен Вячеслав Никонов, президент фондов "Политика" и "Русский мир". - О том, что европейские судьи решили именно так, было известно еще в конце апреля. Но тогда это решение не стали предавать широкой огласке накануне Дня Победы, чтобы их действия не выглядели как уж совсем откровенный вызов. Это очередное проявление двойных стандартов. Все мы знаем, как относятся в странах Прибалтики и в той же Латвии к ветеранам. И теперь мы видим очередное проявление взятого ранее курса на их преследование. Мы, конечно, можем высказать свои возражения, в которых подчеркнём, что это дело политизированное. Но изменить решение Страсбургского суда мы не можем. В любом случае это нанесет удар по нашему сотрудничеству с этим органом. Однако я не думаю, что из-за этого дела мы разорвём с ним отношения", - считает эксперт.
Сергей Балмасов
28.06.2016, 21:27
http://www.pravda.ru/world/formerussr/latvia/05-08-2010/1043599-kononov-0/
18 май 2010 в 00:10
Мир » Бывший СССР » Прибалтика
Партизан Василий Кононов проиграл латвийским властям дело в Европейском суде по правам человека в Страсбурге. 17 мая стало известно, что этот орган удовлетворил апелляцию Латвии, которая оспорила предыдущее решение о незаконном приговоре в отношении Кононова.
Напомним, эта история длится с 1998 г. Тогда Василий Кононов был арестован латвийскими властями по обвинению в военных преступлениях периода Второй мировой войны. По версии обвинения, он участвовал в уничтожении местных полицаев, помогавших нацистам. Латвийское следствие доказало, что Кононов, в 1944 г. руководивший операцией в деревне Малые Баты, приказал "незаконно" расстрелять девять местных полицаев. Из-за действий которых, кстати, незадолго до этого был уничтожен советский партизанский отряд.
В 2000 г. Кононова приговорили к полутора годам лишения свободы. После оглашения приговора его отпустили на свободу, так как этот срок он уже отбыл, находясь в СИЗО. А в 2001 г. Кононова приговорили к шести годам тюрьмы. Партизан обжаловал этот приговор и дело отправили на доследование. И в апреле 2004 г. Верховный суд Латвии приговорил его к 20 месяцам тюрьмы "за военные преступления". Сразу после этого адвокат партизана подал иск в Европейский суд по правам человека.
Казалось, что после долгих лет борьбы против латвийских властей справедливость восторжествовала: в 2008 г. ЕСПЧ признал неправомерность действий Риги. Однако в январе 2009 г. Латвия это решение опротестовала. И в конце апреля 2010 г. Большая палата Суда отменила решение Малой палаты, признавшей приговор латвийских властей незаконным (основывая своё решение на положениях статьи 7 европейской Конвенции о защите прав человека). Однако известно об этом стало только сейчас. Представители ЕСПЧ почти месяц не делали официального заявления.
МИД РФ называет это решение Европейского суда опасным прецедентом. "Решение большой палаты рассматриваем не просто как пересмотр справедливого постановления палаты суда по данному делу, принятого 24 июля 2008 года, но в качестве попытки поставить под сомнение целый ряд ключевых политических и правовых принципов, сформировавшихся по итогам Второй мировой войны и послевоенного урегулирования в Европе, в том числе по привлечению к ответственности нацистских военных преступников.
Исключив ответственность Латвии, признанную ранее в постановлении от 24 июля 2008 года, за нарушение статьи 7 Европейской конвенции по правам человека, Большая палата Суда фактически согласилась с теми, кто стремится пересмотреть итоги Второй мировой войны и обелить нацистов и их пособников. Постановление Суда... означает, по сути, оправдание нацистов и их пособников и будет способствовать дальнейшему росту влияния в Европе реваншизма, пронацистских и крайних национал-радикальных сил", - говорится в официальном сообщении российского МИД.
В дипломатическом ведомстве России подчеркивают, что "решение... по делу В.М.Кононова наносит серьезный ущерб авторитету Совета Европы в целом и может рассматриваться как стремление провести новые разделительные линии в Европе, разрушить складывающийся на континенте консенсус относительно общеевропейских стандартов и ценностей. Российская Федерация, принимавшая участие в деле Кононова в качестве третьей стороны, после всесторонней оценки постановления и его юридических последствий сделает соответствующие выводы, в том числе относительно построения наших дальнейших отношений как с Судом, так и с Советом Европы в целом", - подчеркивается в документе.
У Кононова еще есть возможность настоять на пересмотре дела. Статья 80 регламента Страсбургского суда предусматривает, что решение Большой палаты может быть пересмотрено, если проигравшая сторона предоставит суду данные, которые ранее ему не были известны, но имеют решающее значение.
Почему ЕСПЧ вынес такой вердикт и в чем причины пересмотра дела? И главное, какие будут последствия? Об этом в интервью "Правде.Ру" рассказали эксперты Константин Затулин и Вячеслав Никонов.
"Я опасаюсь, что это решение развяжет руки в прибалтийских странах для еще большего преследования ветеранов. Но произошедшее не останется без последствий, - считает директор Института стран СНГ, депутат Госдумы, член Совета по внешней и оборонной политике Константин Затулин. - Госдума должна высказаться по этому вопросу и я буду настаивать на том, чтобы депутаты отреагировали на это дело. Ведь решение Страсбургского суда по правам человека конъюнктурно-политическое. Его судьи в своих решениях руководствовались стремлением защитить Латвию от якобы имеющего место давления со стороны России. Просто многим впечатлительным людям на Западе Россия по-прежнему представляется как "страшный СССР", который, дескать, угнетал Латвию, как и другие национальные республики.
Почему ЕСПЧ пересмотрел свой прежний вердикт? Главным образом, из-за того, что Латвия заявила, что решение, поддержавшее Кононова, фактически разрушает её институты и государственность. Это пример явного давления. Тем самым судьи Европейского суда солидаризировались с судебными властями Латвии, которые преследуют советских ветеранов и попустительствуют эсэсовцам.
Кононова судят за то, что он сражался за свою Родину. Ему вменяют в вину уничтожение тех, кто сотрудничал с гитлеровцами. Но это была не вина Кононова, что своими деяниями нацисты и их пособники из той же Латвии сами разожгли народную войну.
Что касается ЕСПЧ, то у нас с ним никогда не было теплых отношений. Мы распространили его юрисдикцию на свою территорию. Отчасти это носит положительный эффект. Те наши граждане, которые не могут добиться защиты своих прав здесь, обращаются туда. Но этот положительный эффект перечеркивается тем политическим пристрастием, которым выделяются дела вроде дела Кононова.
У меня лично есть свой опыт обращения в этот орган. В 2006 г. я обратился туда, поскольку тогдашний президент Украины Виктор Ющенко дал поручение запретить мне въезд на её территорию. Я прошел все инстанции, как того требует процедура подачи дел в ЕСПЧ. Моя заявка лежала там полтора года, пока мне не заявили, причем без права апелляции, что моя заявка рассматриваться не будет.
Дело в том, что по всем моментам это было выигрышное дело. Но судьям Страсбургского суда не хотелось выносить вердикт, который был бы неудобен западному ставленнику Ющенко. Поэтому дело и не стали рассматривать, что является явным нарушением для самого ЕСПЧ. Так же и в этом случае. После этого решения я абсолютно не верю ни в какую справедливость и беспристрастность ЕСПЧ. И сегодня я задаюсь вопросом: а нужно ли нам вообще с ним сотрудничать?" - сказал депутат.
"Это возмутительное, кощунственное и одновременно крайне неприятное эмоционально-политическое дело, - уверен Вячеслав Никонов, президент фондов "Политика" и "Русский мир". - О том, что европейские судьи решили именно так, было известно еще в конце апреля. Но тогда это решение не стали предавать широкой огласке накануне Дня Победы, чтобы их действия не выглядели как уж совсем откровенный вызов. Это очередное проявление двойных стандартов. Все мы знаем, как относятся в странах Прибалтики и в той же Латвии к ветеранам. И теперь мы видим очередное проявление взятого ранее курса на их преследование. Мы, конечно, можем высказать свои возражения, в которых подчеркнём, что это дело политизированное. Но изменить решение Страсбургского суда мы не можем. В любом случае это нанесет удар по нашему сотрудничеству с этим органом. Однако я не думаю, что из-за этого дела мы разорвём с ним отношения", - считает эксперт.
Вадим Трухачев
29.06.2016, 19:21
http://www.pravda.ru/world/formerussr/latvia/05-04-2011/1072493-kononov-0/
05 апр 2011 в 14:00
Мир » Бывший СССР » Прибалтика
Сегодня в Риге похоронен советский партизан Василий Кононов. Его дело, дошедшее до Страсбургского суда, стало символом противостояния борьбе с историей, затеянной властями Латвии. И теперь весь вопрос в том, продолжится ли после его смерти дело "Кононов против Латвии" или же героизирующим нацизм прибалтам удастся спустить все на тормозах?
Напомним, что Василий Кононов скончался 1 апреля. Ему было 88 лет. Свое последнее пристанище он обрел рядом с сыном на рижском кладбище Матиса. Как раз там стоит один из самых известных памятников города — Участникам революционного движения. Его открыли в конце 50-х годов в память о членах Компартии Латвии, расстрелянных по приговору буржуазного военно-полевого суда в 1921 году.
Василий Макарович Кононов родился 1 января 1923 года в деревне Страуя на востоке Латвии. Когда нацисты заняли Прибалтику, он ушел в партизаны и принял участие в освобождении своей родины. За свои боевые заслуги Кононов был награжден орденом Ленина и многочисленными медалями. Только вот в 1991 году распался СССР, а власти независимой Латвии посмотрели на героическое прошлое этого человека по-другому.
Имя Кононова стало широко известно в 1998 году. Тогда латвийские власти арестовали его по обвинению в военных преступлениях времен Великой Отечественной, сославшись на то, что срока давности они не имеют. Главным эпизодом дела против него стала история, случившаяся в 1944 году. Тогда молодой Кононов руководил операцией своего отряда в деревне Малые Баты, где незадолго до этого по доносу местных жителей был уничтожен партизанский отряд.
По версии обвинения, Кононов "незаконно" приказал расстрелять девять коллаборационистов. Среди них были три женщины, одна из них — на девятом месяце беременности. Последнее было признано латышским правосудием как отягчающее обстоятельство. Прокуроры неустанно твердили, что речь шла не о предателях и полицаях, а о "мирных гражданах". Это вполне ложилось в идеологическую доктрину новой Латвии — герой тот, кто сражался с СССР и "красными".
Дальше началось действо, полностью противоречащее итогам Нюрнбергского процесса, которые не отменяли ни Евросоюз, ни НАТО, ни любая другая организация, куда Латвия на рубеже ХХ-XXI веков стремилась, а сегодня уже несколько лет входит. А итоги эти таковы: представители держав-победительниц и антифашисты не могут быть осуждены за действия против нацистов и их пособников. Тем не менее, у латышской Фемиды была на этот счет иная точка зрения.
В 2000 году Кононов получил свой первый приговор — полтора года лишения свободы. Поскольку он и так отбыл свой срок в СИЗО, его освободили в зале суда. После этого власти России, наконец, обратили внимание на проходящий в Риге процесс. В апреле 2000 года Владимир Путин подписал указ о присвоении партизану российского гражданства. (До того Кононов как уроженец Латвии был гражданином этой страны — паспорта "негражданина" у него не было.)
Однако то обстоятельство, что Россия вступилась за ветерана Великой Отечественной, только разозлило латышское правосудие. Спустя год Кононова приговорили к шести годам тюрьмы. Он подал апелляцию. 3 октября 2003 года Латгальский окружной суд освободил партизана из-под стражи в связи с истечением срока давности. Статья обвинения была переквалифицирована с "военных преступлений" на бандитизм.
Но на этом судебные мытарства Кононова, которому тогда уже было 80 лет, не закончились. В апреле 2004 года очередной латышский суд, опираясь на "историческую правду", приговорил партизана к 20 месяцам тюрьмы. Затем последовали апелляции. Получив отказ от латышских судебных инстанций, Василий Макарович обратился в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в Страсбурге. Юридическую помощь ему как своему гражданину оказала Россия.
В 2008 году показалось, что справедливость восторжествовала. ЕСПЧ признал незаконность судебного преследования Кононова и обязал Латвию выплатить партизану 30 тысяч евро. Однако потом уже Латвия опротестовала данное решение. И весной 2010 года ветерану пришлось пережить новый шок: большая ЕСПЧ удовлетворила апелляцию Латвии. Выходит, Страсбургский суд отменил решение Нюрнбергского процесса.
Тем не менее, Кононов не сложил оружия и был полон решимости пересмотреть приговор. "Латвия замахнулась на святое. Они хотят расширить возможности для переписи истории войны. Хотят сделать победителей преступниками. Хотят погасить потепление между Латвией и РФ и расширить пропасть между латышским и русским народом. И еще они хотят реабилитировать нацизм. Я верю в свою победу. Я ее уже вижу", — сказал ветеран год назад.
"В поселке (Малые Баты. — Ред.) немецкими спецслужбами был создан опорный пункт. Эти люди активно участвовали в ликвидации партизан. Они 12 человек заманили в ловушку, расстреляли и сожгли. Партизанский трибунал рассмотрел это дело и признал этих людей виновными. Они были приговорены к смертной казни", — пояснил Кононов свои действия.
Теперь Василия Макаровича больше нет. Однако дело его, в прямом смысле слова, живет. Стоит ли России добиваться продолжения его рассмотрения в ЕСПЧ? Член Общественной палаты РФ Александр Брод в интервью "Правде.Ру" высказал убеждение, что сделать это необходимо.
"Это дело принципа, дело чести. За последние 20 лет Кононову были принесены серьезные страдания, это все было для него оскорбительно. Мы очень надеемся, что суд объективно рассмотрит дело. Власти прибалтийских стран заявляют, что борются с фашизмом, но на деле наши ветераны ошельмованы. Надо добиваться правосудия, справедливости, отступаться от этого нельзя. Дело Кононова — показатель той серьезной ситуации, которая сложилась в странах Балтии", — сказал Брод.
В свою очередь, председатель Московского комитета ветеранов войны Иван Слухай сказал "Правде.Ру", что "надо чтобы человек имел честное имя, а не имя предателя". Лучше и не сказать. "Дело Кононова" — это лакмусовая бумажка способности России отстаивать и свое прошлое, и свое настоящее, и будущее. Международный престиж России проверяет на прочность героизирующая при молчаливом согласии Запада нацизм Латвия.
vBulletin® v3.8.4, Copyright ©2000-2026, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot