*1984. Маршал Г.К. Жуков

[ТВ 3]

Qs24j7aC2tg
Жуков - солдат не жалеть

[Столетие]

http://www.stoletie.ru/territoriya_i...2011-06-24.htm
http://www.stoletie.ru/upload/iblock/b8c/kxuuv.jpg
О новом документальном фильме «Маршал Жуков: “солдат не жалеть!”»
Ярослав Бутаков
24.06.2011
Комментарии Версия для печати Добавить в избранное Отправить материал по почте

Не зря телеканал ТВ-3 сам себя рекламирует как «первый мистический». Фильм, о котором идёт речь, полностью подменяет историческую реальность разнузданной фантазией.

Вечером 22 июня на телеканале ТВ-3 был продемонстрирован фильм «Маршал Жуков: “солдат не жалеть!”» (автор текста – Илья Богданов, шеф-директор – Алексей Перевощиков, режиссёр – Владимир Луцкий). Как ясно уже из названия, фильм подчёркнуто тенденциозный. Материал строится в форме обвинения Жукова в худших человеческих качествах: патологической жестокости, деспотизме, угодничестве перед сильными и мародёрстве.

В качестве главного исторического «эксперта» на протяжении всего фильма выступает известный Виктор Резун-Суворов, по некоторым данным, заочно приговорённый в СССР к высшей мере наказания за измену Родине в форме шпионажа (если это так, то данный приговор в России пока не отменён).

В фильме ничего не говорится о сражениях, выигранных под руководством Жукова Красной Армией у вермахта. Поскольку отрицать факт таких побед невозможно, внимание акцентируется на якобы неоправданно больших человеческих жертвах, которыми были оплачены все без исключения такие победы.

Главная черта в личности маршала Жукова, по мнению создателей фильма, это его доходившая до садизма патологическая жестокость, не оправданная никакими военными соображениями. Основное содержание полководческой деятельности Жукова – факты следующего рода. Во время сражения с японцами на Халхин-голе в 1939 г. Жуков подписывал в среднем по шесть смертных приговоров в день. Во время обороны Ленинграда Жуков отдал приказ расстреливать не только сдавшихся в плен советских солдат, если те каким-то образом сумеют вернуться, но их семьи. При обороне Сталинграда Жуков «подбадривал» лётчиков, расстреливая на их глазах солдат, обвинённых в трусости. Его отношение к солдатам полностью выражается во фразе, взятой в название фильма. Так нас стараются уверить его авторы.

Но почему авторы фильма полагают, что им известна мера допустимой суровости к подчинённым на войне и что им дано право судить за превышение этой меры?!

«Для малодушных, оставляющих строй или сдающихся в плен, не должно быть пощады; по сдающимся должен быть направлен и ружейный, и пулемётный, и орудийный огонь, хотя бы даже и с прекращением огня по неприятелю; на отходящих или бегущих действовать таким же способом, а при нужде не останавливаться также и перед поголовным расстрелом… Слабодушным нет места между нами, и они должны быть истреблены».

Это строки из приказа генерала А.А. Брусилова, по мнению многих – лучшего полководца Русской армии в Первой мировой войне, отданного им в 1915 г. в бытность командующим 8-й армией, во время Великого отступления русских войск.

«Каждый должен помнить, что теперь не время оглядываться назад: все усилия должны быть направлены к тому, чтобы атаковать и отбросить противника. Войсковая часть, которая не будет в состоянии продолжать наступление, должна во что бы то ни стало удерживать захваченное ею пространство и погибнуть на месте, но не отступать» [выделено мною – Я.Б.]

Это строки из приказа генерала Жоффра, главнокомандующего армиями свободной и демократической Франции, перед исторической битвой на Марне в сентябре 1914 г.

«— Одного моего земляка там расстреляли, — сказал Пассини. — Большой такой, красивый парень, высокий, как раз для гренадера… Теперь у его дома поставили часового со штыком, и никто не смеет навещать его мать, и отца, и сестер, а его отца лишили всех гражданских прав, и даже голосовать он не может. И закон их больше не защищает. Всякий приходи и бери у них что хочешь.

— Если б не страх, что семье грозит такое, никто бы не пошел в атаку».

Это уже классика. Если кто не помнит: Эрнест Хемингуэй, «Прощай, оружие!», про ещё одну демократическую страну – Италию – в годы Первой мировой войны.

В этих случаях опасность для всех трёх стран была значительно меньшей, чем для СССР во Вторую мировую войну.

Способный мыслить да разумеет!

Кстати, авторы фильма так и не уточнили, когда был отдан тот самый приказ Жукова о расстреле членов семей сдавшихся в плен и в каком архиве они его выкопали. Есть все основания думать, что это полная ложь. Откровенной ложью фильм перенасыщен.

Неосведомлённость авторов в исторических фактах либо настоящая либо наигранная. Вот, например, такая фраза про настроение Жукова: «Главное – Верховный Главнокомандующий доволен». Это – про руководство войсками на Халхин-голе в 1939 г., когда в Советском Союзе не было ещё никакого Верховного Главнокомандующего!

Но невозможно, что с фактами незнаком главный исторический консультант фильма Резун. Здесь уже идёт виртуозная игра на неосведомлённости обывателя.

Нам предлагают такую версию. Жуков, напуганный поражениями летом 1941 г. и возможной ответственностью за них, решает уйти с поста начальника Генштаба, разыграв конфликт со Сталиным из-за стратегических разногласий. Он предлагает Сталину оставить Киев и одновременно провести контрнаступление под Ельней. Оба предложения, уверяют нас, не имели под собой никакого стратегического обоснования. Сталин, как известно, 30 июля 1941 г. снимает Жукова с должности начальника Генерального штаба и отправляет реализовывать его план контрудара в должности командующего фронтом.

Между тем, говорит Резун, под Киевом немцы окружают огромную группировку советских войск, которым из-за замысла Жукова не оказано никакой помощи. А Киев, считает он, можно было отстоять. Наступление под Ельней приводит к тому, что немцы очищают выступ фронта. Но оказывается, что они и так хотели его оставить. Тем самым, решение Жукова привело к гибели огромной массы наших солдат, но не дало Красной Армии никакого стратегического выигрыша. В личном выигрыше оказался лишь сам Жуков.

Как же это было на самом деле? Сталин и всё высшее советское военное руководство до последнего момента старалось отстоять Киев. Предлагал ли Жуков оставить Киев ещё 29 июля 1941 г. – достоверно неизвестно, так как у историков есть основания сомневаться в точности разговора, переданного самим Жуковым в его мемуарах (мудрено ли – столько времени прошло!). Но точно известно, что 14 августа 1941 г. в помощь Юго-Западному фронту под Киевом был образован Брянский фронт, задачей которого было провести контрнаступление в тыл наступающей на Киев немецкой танковой армии генерала Гудериана. Наступательной операции Брянского фронта Ставка придавала гораздо большее значение, чем контрудару под Ельней. В последних числах августа и начале сентября Брянский фронт действительно попытался выполнить поставленную задачу, но успеха не имел. К тому моменту, когда стало ясно, что наступление Брянского фронта потерпело неудачу, армия Гудериана вышла глубоко в тыл защитникам Киева.

Масштабы частной наступательной операции советских войск под Ельней в августе-сентябре 1941 г. долго преувеличивались. Ясно, что речь не может идти о разгроме там восьми вражеских дивизий (как долго утверждалось). Но пусть небольшой, успех под Ельней действительно показал, что наши войска могут наступать и бить гитлеровцев. А это в условиях лета-осени 1941 г. имело колоссальное моральное значение. На войне же, как учил великий её знаток Наполеон Бонапарт, моральный факт относится к материальному как 3:1.

О стратегических результатах боёв под Ельней и под Киевом. Активизация советских войск на центральном направлении сыграла главную роль в решении германского командования (короче – Гитлера) 21 августа 1941 г., которое после войны генералы вермахта дружно объявили «роковым», не позволившим им выиграть войну с Советами до наступления зимы. В тот день Гитлер настоял на повороте армии Гудериана из-под Ельни на юг с целью окружения и взятия Киева. Хотя под Киевом и была разгромлена очень крупная группировка советских войск, вермахт потерял столь драгоценное время для блицкрига.

Сознаю, что убедил далеко не всех читателей. Что же…

Нас уверяют, что и оборона Ленинграда вовсе не имела никакого значения для хода Великой Отечественной войны. Немцы, дескать, вовсе и не собирались брать Ленинград, а лишь хотели его окружить, что и сделали с успехом. И здесь никакой победы Жуков якобы не одерживал.

О победах, одержанных под руководством Жукова под Москвой, под Сталинградом, под Курском – победах, решающих для всего хода Второй мировой войны – у создателей фильма не нашлось ничего, кроме пары-тройки эпизодов, призванных подчеркнуть всё ту же пресловутую «жестокость» главного полководца Победы. Они сразу перебрасывают нас в весну 1945 года, где в ходе боёв за Берлин, стремясь как можно быстрее взять столицу рейха, Жуков якобы уложил без малого полмиллиона наших солдат.

Нам при этом пытаются доказать, что спешка при взятии Берлина была не нужна, так как американцы вовсе и не хотели сами брать столицу Германии. Так ли это? Конечно, нет. Известно, что некоторые военные руководители рейха находились в контакте с американской и английской разведкой и готовили сдачу Берлина до того, как туда войдут советские войска (операции «Рэнкин» и «Эклипс»). Но в фильме об этом, конечно, ни слова. Не надо было брать Берлин, говорят нам, и точка!

Слова же о полумиллионе погибших при взятии Берлина авторы фильма повторяют три раза, причём последний раз особенно смакуя: «Полмиллиона наших солдат осталось лежать на улицах Берлина». Фантасмагорическая картина…

Сколько же советских военнослужащих на самом деле погибло в ходе Берлинской операции? Данные об этом давно рассекречены, никакой сенсации тут нет. Армии трёх советских фронтов (1-го и 2-го Белорусского, 1-го Украинского), участвовавших в Берлинской операции, безвозвратно потеряли с 16 апреля по 8 мая 1945 г. 81 116 человек.

Зачем же в фильме так назойливо повторяется эта цифра – полмиллиона? Видимо, по рецепту доктора Геббельса: ложь, повторенная многократно, становится правдой.

Не ограничиваясь перечислением сфальсифицированных «фактов», создатели фильма постоянно твердят про Жукова: хам, тиран к подчинённым, угодник перед Сталиным, хапуга и мародёр. Последние два эпитета связаны с компроматом, собранным на Жукова и использованным для его понижения на должность командующего Одесским военным округом. Отрицательно относясь к Сталину и его присным, здесь создатели фильма слепо доверяют сталинскому компромату на Жукова и на нём основывают свои оценки маршала: «хапуга и мародёр».

Про деятельность Жукова в Одессе, где он для борьбы с распоясавшейся преступностью ввёл комендантский час и расстрел бандитов на месте преступления, авторы фильма не находят других слов, кроме: «Одесса умылась кровью и возненавидела [Жукова]». Какая Одесса? Бандитская Одесса? С нею отождествляют себя создатели фильма?

Но особенное возмущение у авторов фильма вызывает почему-то резолюция Жукова на деле трёх офицеров из подчинённой ему группы советских войск в Германии в 1945 г., которые сбежали покутить в западную часть Германии, оттуда добрались до Парижа и там в пьяном виде были задержаны французской полицией. «Удивительно, – внушают нам, – как это Жуков, расстреливавший за гораздо более мелкие проступки, на этот раз написал на деле такую резолюцию: “Не наказывать сурово. Они – победители”».

Что же, «жестокий деспот» поступил в этом случае не принципиально?!

Он – победитель.

И не мелкотравчатым субъектам, создавшим эту грязную телевизионную поделку, мерить его их мерками.

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/787479-echo/
Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, +7 985 970-45-45 – это наши смски. И естественно вы можете смотреть нас на iPhone’ах, iPad’ах и прочих устройствах с помощью компании Сетевизор. На этой неделе отмечали 70 лет 22-му июня, дню начала Великой Отечественной войны. Это полностью фиктивная дата. Что произошло 1 сентября 1939 года? 2 тоталитарные державы начали Вторую мировую войну, договорившись за неделю до этого о том, как разделить Европу. Что произошло 22 июня 1941 года? В этот день Гитлер нанес удар Сталину, готовившемуся нанести удар Гитлеру.


Или говорят «Жуков – гениальный полководец». Ну а вопрос: а чем же, собственно, Жуков был гениальным полководцем? Человек, который израсходовал в огне этой войны вместе со Сталиным русский народ, как это писал Виктор Астафьев. Что делал Жуков? Под Ельней в августе 1941 года бросал пехоту на штурм врытых в землю танков и минных полей. Под Ржевом этот браконьер народа русского, опять же по выражению Астафьева, в течение 15 месяцев бросал полк за полком, дивизию за дивизией на абсолютно бессмысленные штурмы укрепленных немецких позиций. Потери войск превысили 2 миллиона человек, сам город был уничтожен полностью: из 40 тысяч населения осталось 248 человек. Ржев – самая кровопролитная битва за всю историю человечества. Что мы о ней знаем? Ничего. Зато у нас принято называть Жукова «гениальным полководцем». Странная гениальность. Это не гениальный полководец, это гениальный палач.

[Частный корреспондент]

http://www.chaskor.ru/article/zigzag...a_pobedy_19162
Александр Головков суббота, 20 августа 2011 года, 09.00

20 августа 1915 года 18-летний скорняжный подмастерье Георгий Жуков был призван в армию
http://www.chaskor.ru/posts_images_201008/392_300_19162_zhukovbigjpg
Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков, 1945 год // Итар-Тасс

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.

Необходимый Жуков

29 июля 1941 года генерал армии Жуков, начальник Генерального штаба Вооружённых сил СССР доложил Сталину о некоторых мерах, необходимых для стабилизации фронта, прогибавшегося под ударами немецких войск. В частности, Жуков настаивал на отводе за Днепр войск Юго-Западного фронта.

— А как же Киев? — спросил Сталин.

— Киев придётся оставить, — ответил Жуков.

Он знал, что Сталин запрещает даже поднимать вопрос о сдаче матери русских городов. И своим западным союзникам великий вождь обещал удержать фронт западнее Ленинграда, Москвы и Киева! Тем не менее Жуков сказал то, что считал нужным сказать, после чего перешёл к следующему пункту доклада: о контрударах на Западном фронте.

Прервав доклад, Сталин разразился гневной тирадой, не выбирая слов:

— Какие там ещё контрудары? Что за чепуха? И как вы могли додуматься сдать врагу Киев?

Жуков не сдержался:

— Если вы считаете, что я как начальник Генерального штаба способен только чепуху молоть, тогда мне здесь делать нечего. Я прошу освободить меня от должности начальника Генштаба и послать на фронт.

Сталин тут же поставил на место генерала, слишком много возомнившего о себе:

— Мы без Ленина обошлись, а без вас тем более обойдёмся.

Однако обойтись без Жукова не удалось.

За дерзость его всего лишь отправили на фронт (могли бы и расстрелять!). А через сорок дней, 9 сентября 1941 года, вновь вызвали к Сталину, прямо на квартиру.

Принимая гостя со всей любезностью, Верховный главнокомандующий похвалил проведённую Жуковым наступательную операцию под Ельней и, стараясь загладить резкость предыдущего разговора, выдавил из себя что-то вроде извинения: «Вы были правы тогда. Плохо идут дела у нас на Юго-Западном направлении…»

В ходе долгой беседы Сталин переходил от одной темы к другой, советовался с Жуковым по кадровым назначениям и только в конце перешёл к главному:

— Очень тяжёлое положение сложилось сейчас под Ленинградом, я бы даже сказал, положение катастрофическое. Я бы даже сказал, безнадёжное…

После таких слов Жуков, конечно же, согласился (даже, можно сказать, сам вызвался) командовать Ленинградским фронтом. И поспешил в осаждённый город, где уже готовились минировать корабли и важнейшие объекты, чтобы не отдать их врагу.

В начале октября, когда усилиями нового командующего положение в Ленинграде стало уже не безнадёжным, а просто тяжёлым, но стабильным, Жукова снова отозвали в Москву в срочном порядке.

Если бы Александр I, наделавший, подобно Сталину, немало ошибок при подготовке к войне 1812 года, и далее вёл себя по-сталински, он приказал бы своим войскам не отходить, а отразить неприятеля и перейти в наступление. Барклай и Багратион были бы разбиты, и Кутузову пришлось бы спасать Россию с остатками армии да с ополченцами, едва наученными держать ружья. Примерно в таком положении оказался Жуков, назначенный 10 октября 1941 года командующим Западным фронтом, которого фактически не существовало после прорыва немецких танковых армад.

Он заново создал этот фронт из остатков разбитых армий, из ополченцев и всех, кого можно было поставить в строй.

Он переиграл противника тактически и стратегически, на стадии обороны и в ходе последовавшего затем контрнаступления.

В самые тревожные дни октября 1941 года даже Сталин утратил обычную уверенность в себе и в конечной победе своего дела.

Однажды Верховный позвонил Жукову и спросил:

— Вы уверены, что мы удержим Москву? Я спрашиваю вас об этом с болью в душе. Говорите честно, как коммунист.

— Москву, безусловно, удержим, — ответил Жуков. И тут же попросил подкреплений и танков.

Жукова встревожила паническая тональность сталинского вопроса. Он послал офицера в Москву посмотреть, что там делается. Тот вернулся и сообщил, что всё в порядке, Кремль на месте, Сталин — в Кремле.

Вождь, надо полагать, в какой-то мере успокоился после разговора с командующим фронтом и занялся нужным делом — поиском подкреплений и танков для фронта.

21 октября 1941 года в газетах опубликовали постановление Государственного комитета обороны, где, в частности, говорилось: «Настоящим объявляется, что оборона столицы на рубежах, отстоящих на 100—120 километров западнее Москвы, поручена командующему Западным фронтом генералу армии товарищу Жукову».

И там же помещалась большая фотография командующего, чего никогда не делалось ранее. Это могло означать только одно: Сталин продемонстрировал народу человека, на которого потом ляжет вся вина за возможное поражение в битве за столицу СССР.

И после исторической победы под Москвой советский народ знал по имени и в лицо того, кто спас столицу и в конченом итоге всю страну от катастрофического поражения. Победа под Москвой спасла и престиж вождя Страны Советов.

Полководческая слава Жукова, высветившаяся на фоне грубых просчётов Верховного главнокомандующего, не могла не раздражать Сталина, нетерпимо относившегося к чьему-либо превосходству. Однако до самого конца войны Сталин не выдавал своего истинного отношения к Жукову, а тот, по прямоте душевной, полагал, что Верховный к нему искренне расположен.

Заместитель Верховного

Ко второму году войны в рядах Советской армии выявилось немало толковых военачальников, но Жуков по-прежнему возвышался над всеми как авторитетнейший стратег и организатор побед.

Беда в том, что сам миф о Великом и Непобедимом Полководце уязвим, как гипсовая скульптура в советском парке. Стоит задаться хотя бы парой каверзных вопросов — и вот уже по лицу гипсового героя пошла трещина, а потом вдруг отваливается рука, согнутая в пионерском приветствии… Если мы сомневаемся и опровергаем официальную трактовку Ржевской битвы (это, дескать, не величайшая катастрофа, а серия «локальных боёв» второстепенного значения), то логично обратить взоры и на события годом раньше — скажем, на 22 июня 1941 года. Кто виноват в этой трагедии? Можно ли было противостоять немцам?
Бои за правду

В августе 1942 года Сталин назначил его заместителем Верховного главнокомандующего.

К тому времени немцы вновь овладели инициативой, нанесли ряд поражений советским войскам и прорвались к Волге севернее Сталинграда.

Сталин, как и осенью 1941 года, не знал, что делать, как помочь защитникам города, носившего его имя. И, отозвав Жукова с Западного фронта, направил его в качестве своего заместителя и представителя Ставки Верховного главнокомандования руководить грандиозным сражением, разворачивавшимся на пространствах между Доном и Волгой.

Помогать Жукову должен был начальник Генштаба Василевский, также назначенный представителем Ставки на указанном направлении.

Не споря о главенстве, они общими усилиями стабилизировали оборону советских войск и в подходящий момент сообща выдвинули идею двойного удара по флангам немецкой группировки с целью её окружения и последующего уничтожения.

Но когда основанная на этой идее операция «Уран» была вполне подготовлена, осуществлять её Сталин поручил одному Василевскому, а Жукова отправил командовать отвлекающим ударом по немецким войскам, занимавшим Ржевско-Вяземский плацдарм.

Предощутив великую победу, вождь решил не отдавать всю её славу своему заместителю, которому и так уже досталось слишком много лавров под Москвой.

Впрочем, без наград Жуков не остался: за Сталинград он получил звание маршала и вторую звезду Героя Советского Союза.

В дальнейшем Жуков и Василевский (проявивший незаурядные таланты под Сталинградом) в качестве представителей Ставки координировали действия фронтов в крупнейших сражениях. Иногда вместе (как на Курской дуге и в операции «Багратион»), иногда по отдельности.

Накануне победного финала, в ноябре 1944 года Сталин радикально изменил порядок управления войсками. Он упразднил институт представителей Ставки и передал их функции Генштабу под своим личным верховным руководством.

Жуков из начальника над командующими фронтами превратился в одного из таких командующих.

Это статусное понижение было устроено с максимальной деликатностью. Жуков формально остался заместителем Верховного главнокомандующего. И фронт ему достался особенный — Первый белорусский, нацеленный на Берлин.

Война ещё не была закончена, и Сталину приходилось демонстрировать уважительное отношение к неформальному лидеру армейской верхушки.

Подследственный

В июне 1946 года состоялось заседание Главного военного совета, где разбиралось личное дело главкома сухопутных войск, маршала Жукова Георгия Константиновича.

Его обвиняли в прегрешениях разного рода, более всего — в превышении собственных заслуг и умалении заслуг других командующих в проведении военных операций Великой Отечественной войны.

Выступавшие на совещании, по воспоминаниям маршала авиации Голованова, говорили, что Жуков стал изображать Наполеона. Жуков, без лишней скромности, возразил: «Наполеон проиграл войну, а я её выиграл!»

Эти слова не могли не возмутить Сталина, который, как вспоминал потом маршал Конев, заявил: «Жуков присваивает все победы Советской армии себе. Что же выходит, Ставка, ГКО, все мы были дураки? Только один товарищ Жуков был умный, гениальный?»

Члены Главного военного совета, конечно же, знали, что величайшим военным гением всех времён был сам товарищ Сталин. Об этом сообщали бесчисленные публикации советских СМИ. Учебники учили и учёные монографии разъясняли, что именно Сталин был автором всех великих побед на пути от Москвы до Берлина.

Гениальный вождь, видимо, рассчитывал, что все участники заседания единодушно осудят маршала Жукова и потребуют для него самого строго наказания (как это было на заседании ГВС в 1937 году, когда решалась судьба Тухачевского). Однако некоторые из военачальников осторожно защищали своего боевого товарища от самых опасных обвинений в нелояльности (вероятно, помня о том, чем обернулось в своё время разоблачение врага народа Тухачевского). Ощутив их настроение, Сталин смягчил свой гнев.

В конечном итоге Жукова оставили в рядах армии, но понизили в должности — отправили командовать Одесским военным округом. И это был удачный исход для него, так как параллельно с обвинениями в нескромности (проявлявшейся лишь в приватных разговорах) уже разворачивалось грозное трофейное дело.

В 1945 году Советская армия расположилась в стране сказочно богатой (по аскетическим меркам советской жизни). Брошенные хозяевами дома и дворцы изобиловали заманчивыми вещами, которые сами просились в руки. Трофейная лихорадка мало кого не зацепила из воинов-победителей, и это открыло большие возможности для компетентных органов, разбиравшихся с теми армейскими чинами, на которых указывало высшее политическое руководство.

Органы плотно занялись некоторыми лицами из окружения Жукова, командовавшего на первых порах советскими оккупационными войсками. Благодаря показаниям этих лиц постепенно выяснилось, что прославленный маршал кое-что прихватил по мелочам (золотые украшения, часы, картины, охотничьи ружья и т.п.).

То есть он допустил не слишком значительное, но непростительное злоупотребление служебным положением, что и признал в объяснительной записке на имя секретаря ЦК ВКП(б) Жданова:

«Я признаю себя очень виновным в том, что не сдал всё это ненужное мне барахло куда-либо на склад, надеясь на то, что оно никому не нужно. Я даю крепкую клятву большевика — не допускать подобных ошибок и глупостей. Я уверен, что я ещё нужен буду Родине, великому вождю т. Сталину и партии».

Подкреплённое вещдоками обвинение в присвоении чужого имущества логично увязывалось с обвинениями в присвоении чужих побед.

А если бы не возникло трофейное дело, нашлись бы другие способы опорочить Жукова. Вождю, полюбившему мундир генералиссимуса, не нужны были своенравные умники.

Кумиров военной поры в руководстве оборонного ведомства оттесняли новые герои. Такие, как Николай Булганин — штатский аппаратчик, который по прихотливой воле Сталина назначался членом военных советов (партийно-политическим руководителем) различных фронтов и вырос в чинах до маршала, хотя до конца войны не научился пользоваться военными картами.

В 1947—1949 годах Булганин занимал пост министра Вооружённых сил СССР.

Некоторое представление об этом боевом командире даёт докладная, представленная за подписью его сослуживца по Совмину Лаврентия Берии, на имя товарища Сталина.

«Маршал Булганин в ночь с 6 на 7 января 1948 года, находясь в обществе двух балерин Большого театра в номере 348 гостиницы «Н», напившись пьяным, бегал в одних кальсонах по коридорам третьего и четвёртого этажей гостиницы, размахивая привязанными к ручке от швабры панталонами фисташкового цвета одной из балерин, и от каждого встречного требовал кричать: «Ура Маршалу Советского Союза Булганину, министру Вооружённых сил СССР!» Затем, спустившись в ресторан, Н.А. Булганин, поставив по стойке смирно нескольких генералов, которые ужинали там, потребовал от них «целования знамени», то есть вышеуказанных панталон. Когда генералы отказались, Маршал Советского Союза приказал метрдотелю вызвать дежурного офицера комендатуры со взводом охраны и дал команду прибывшему полковнику Сазонову арестовать генералов, отказавшихся выполнить приказ. Генералы были подвергнуты арестованию и увезены в комендатуру г. Москвы. Утром маршал Булганин отменил свой приказ».

Докладная осталась без последствий.

Между тем следственное дело Жукова продолжало развиваться. В январе 1948 года ему предъявили показания некоего адъютанта Сёмочкина, обвинившего маршала во враждебном отношении к Сталину и моральном разложении.

У Жукова случился инфаркт, и после выздоровления его перевели в Уральский округ, где почти не было войск.

Дело подследственного маршала медленно, но верно выходило к судебной развязке.

Но в 1950 году грянула корейская война и Сталин не решился добить полководца, который мог оказаться необходимым в случае перерастания локального конфликта в большую войну с участием Вооружённых сил СССР.

Знаком прощения и высочайшей милости стало избрание Жукова депутатом Верховного совета СССР и кандидатом в члены ЦК КПСС.

Финал карьеры

Весной 1953 года при дележе наследия только что умершего отца народов Министерство обороны вновь досталось Булганину.

Строя вместо дорог (руками рабов) каналы, Сталин метафорически сам выразил свою вполне азиатскую, вавилонскую природу. В конце концов он даже не неудачник, он сам — воплощённая неудача нашей страны. Трагическая неудача.
Неудачник Сталин

У ценителя дамских панталон хватило ума воспользоваться авторитетом прославленного маршала, и Жукова срочно вернули в Москву, назначили первым заместителем министра.

Сыграв не последнюю роль в операции по устранению Лаврентия Берии, Жуков стал одним из влиятельнейших деятелей правящей верхушки, так как фактически руководил Вооружёнными силами СССР, предоставляя Булганину возможность не отвлекаться от его главного дела — политических интриг.

В 1955 году Жуков занял пост министра обороны, в 1957-м вошёл в состав высшего партийного органа — Президиума ЦК. Он мог бы достичь и большего, используя свой авторитет и авторитет армии, в ходе ожесточённой борьбы партийно-бюрократических группировок, происходившей в первые годы после смерти Сталина.

Однако амбиции маршала Жукова не выходили за пределы военного ведомства, которое он возглавлял. А в делах общегосударственной политики он неизменно поддерживал партийного лидера Никиту Хрущёва, ставшего главным проводником антисталинистских преобразований.

Когда большая часть партийно-государственной верхушки объединилась и решила сместить Хрущёва, Жуков заявил: «Армия против этого решения».

На Пленуме ЦК в июне 1957 года министр обороны пригрозил высокопоставленным противникам Хрущёва: «Если вы и дальше будете бороться против линии партии, то я вынужден буду обратиться к армии и народу».

В награду за такую принципиальную поддержку Хрущёв, добившись единоличной власти, при первой же возможности отправил Жукова в отставку.

Властитель слабый и лукавый, разоблачивший культ личности Сталина и создавший пародию на этот культ вокруг своей комичной персоны, не мог чувствовать себя комфортно рядом с настоящим, не выдуманным пропагандой героем-маршалом.

*****

Зигзаги карьерной судьбы Жукова способствовали появлению взаимно несовместимых оценок его личности и деятельности, сформулированных под воздействием политической конъюнктуры. Подобный разнобой мнений существует и сейчас.

Жуков и в самом деле был неоднозначен, как та эпоха, в которой он жил и служил своей стране, великой и нескладной.

Гениальный полководец, безжалостный губитель солдатских жизней, спаситель отечества, тщеславный честолюбец, отец-командир, самодур, не считавшийся с подчинёнными, и т.д.

Для любого из этих (и для множества других) определений, применительно к Жукову, можно найти обоснование в неисчерпаемой фактографии величайшей и жесточайшей войны, пережитой нашей страной.

Но невозможно отрицать очевидное и общеизвестное: Жуков спас Москву и взял Берлин, он поставил свою подпись под актом о безоговорочной капитуляции Германии и на белом коне принимал исторический Парад Победы на Красной площади.
484

[Леонид Млечин]

http://www.mk.ru/social/2014/06/17/v-chem-prestuplenie-marshala-zhukova.html
Выдающийся полководец не реабилитирован до сих пор
Сегодня в 16:20,

Покинувший этот мир 40 лет назад, 18 июня 1974 года, маршал Георгий Жуков навсегда обеспечил себе место в истории. Но отчего же самый выдающийся полководец страны чуть не полжизни провел в опале?
http://www.mk.ru/upload/objects/articles/detailPicture/31/c1/43/66/7435766_7235312.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Политики подозревали маршала в желании совершить переворот и взять власть в стране. Коллеги-военные сомневались в его полководческих талантах. В последние годы звучат обвинения в жестокости, нежелании беречь своих солдат, недостатке образования. Хотя отсутствие академического диплома у Георгия Константиновича компенсировалось дарованием: он был прирожденным военным.

Осенью 1941-го, когда вермахт стоял у ворот Москвы, Сталин в отчаянии призвал на помощь Жукова. Этот беспредельно жесткий и уверенный в себе человек вселял в него надежду. Георгий Константинович тогда руководил обороной окруженного Ленинграда. 5 октября Сталин приказал ему немедленно прибыть в столицу.

Прямо с аэродрома Жукова доставили на кремлевскую квартиру вождя. Сталин пребывал в бешенстве от неумелых действий командующих фронтами, оборонявших столицу. Подошел к карте, указав на район Вязьмы, объяснил:

— Немцы через три-четыре дня могут подойти к Москве. Я не могу добиться от Западного и Резервного фронтов доклада об истинном положении дел. Ни Конев, ни Буденный не знают, где их войска и что делает противник.

Пути на Москву, по существу, были открыты. В этой ситуации Жуков принял под командование Западный фронт с одной задачей: остановить немцев.

16 октября, уже подписав постановление об эвакуации столицы, Сталин все-таки спросил Жукова, смогут ли войска удержать Москву. Георгий Константинович ответил, что он в этом не сомневается. Его слова подействовали на Сталина. Выяснилось, что бежать нужды нет. Железная воля Жукова помогла спасти Москву в сорок первом.

Сталин выделял его из всех маршалов. Сделал своим заместителем. Заботился о том, чтобы он оказывался на самых важных направлениях, чтобы с его именем связывались главные успехи: где Жуков — там победа. И Георгий Константинович уверился в своей непогрешимости. Если ему пытались возражать, обрывал:

— Я уже докладывал Верховному, и он мои соображения одобрил!

Но после войны генералиссимус Сталин ополчился против маршала Жукова. Есть ощущение, что вождь ревновал, завидовал ему. Маршалы и генералы вернулись с войны победителями, в блеске славы. Не станут ли они претендовать на более заметное место в жизни страны? Сталина это тревожило, и он решил указать им их место. Почему взялся за Жукова? Видимо, чувствовал в нем качества такого же прирожденного вождя, как и он сам. Природа щедро наделила полководческим талантом и Василевского, и Рокоссовского, но у Жукова было нечто большее.

В 1946 году, публично унизив и оскорбив Жукова, Сталин лишил его должности главнокомандующего сухопутными войсками и заместителя министра Вооруженных Сил, отправил служить во второстепенный военный округ. На пленуме его вывели из ЦК. На даче провели обыск. Маршала свалил инфаркт.

Как только Сталина в 1953-м хватил удар, Жукова немедленно вызвали в Москву. Все претензии к нему были забыты. Начались лучшие годы в жизни маршала. Назначенный министром обороны, он модернизировал армию. Добивался восстановления справедливости в отношении репрессированных военных. На пленуме ЦК рассказал, как Сталин и другие члены Политбюро утверждали расстрельные списки.

— Мы верили этим людям, — жестко говорил Жуков, — носили их портреты, а с их рук капает кровь... Они, засучив рукава, с топором в руках рубили головы... Как скот, по списку гнали на бойню... Если бы только народ знал правду, то встречал бы их не аплодисментами, а камнями.

Маршал требовал изменить отношение к военнопленным, ведь они попали в плен не по своей вине, а потому, что оказались в окружении. Жуков предложил изъять из анкет пункт о пребывании в плену или на оккупированных территориях, а время пребывания в плену включить в срок воинской службы. Тех, кто совершил побег из плена, — наградить… Но Жукова вновь лишили должности, и вопрос в анкете «Был ли в плену или на оккупированных территориях?» отменили лишь в 1992 году.

Жуков думал об интересах государства, не уважал политработников и этим противопоставил себя партаппарату. Маршала обвинили в том, что он не слушается ЦК, сократил политорганы в армии, что он груб, жесток и вообще — готовил военный переворот.

Никиту Хрущева пугал жесткий характер Жукова, его самостоятельность и властность. А ну как он со своей всенародной славой захочет возглавить государство? В октябре 1957 года маршала с позором лишили поста министра обороны. Жуков рассчитывал, что ему позволят перейти в академию Генерального штаба, а его отправили на пенсию. На даче установили аппаратуру прослушивания, записывали даже его разговоры с женой в спальне.

Но летом 1964 года Никита Сергеевич вдруг сам позвонил Георгию Константиновичу. Примирительно сказал:

— Тебя оговорили. Нам надо встретиться.

Фактически — извинился перед маршалом за то, что отправил его в отставку:

— Знаешь, мне тогда трудно было разобраться, что у тебя в голове, но ко мне приходили и говорили: «Жуков — опасный человек, он игнорирует тебя, в любой момент он может сделать все, что захочет. Слишком велик его авторитет в армии».

Жуков с обидой заметил:

— Как же можно было решать судьбу человека на основании таких домыслов?

— Сейчас я крепко занят, — сказал Хрущев. — Вернусь с отдыха — встретимся и по-дружески поговорим.

Помощник первого секретаря ЦК записал распоряжение Хрущева: после отпуска в Пицунде запланировать встречу с маршалом. Что это означало? Никита Сергеевич, чувствуя, что теряет поддержку, решил опереться на национального героя. Судя по всему, хотел вернуть маршала в политику, точнее, призвать себе на помощь. Если бы Жуков осенью 1964 года был министром обороны, противники Хрущева не могли бы рассчитывать на помощь армии. Маршал, что бы про него ни говорили, своих принципиальных убеждений не менял.

Но из отпуска Никита Сергеевич сам вернулся пенсионером. А Жуков и при Брежневе остался в опале. 3 марта 1968 года на заседании Политбюро Леонид Ильич возмущался:

— У нас появилось за последнее время много мемуарной литературы... Освещают Отечественную войну вкривь и вкось, где-то берут документы в архивах, искажают, перевирают эти документы... Где это люди берут документы? Почему у нас стало так свободно с этим вопросом?

Министр обороны маршал Гречко пообещал:

— С архивами разберемся и наведем порядок. О мемуарах Жукова мы сейчас пишем свое заключение. Там много ненужного и вредного.

Когда Жукова вычеркнули из истории, на первый план вышли другие полководцы, менее удачливые на войне. Они были довольны тем, что Георгий Константинович в опале. Завидовали его славе и народной любви… Воспоминания Жукова вышли в свет только после того, как в текст, чтобы доставить удовольствие Брежневу, вписали нелепый абзац.

«В 18-ю армию, — будто бы писал маршал, — мы прибыли вместе с наркомом Военно-Морского флота Кузнецовым, командующим ВВС Новиковым и работником Генштаба генералом Штеменко... Всех нас тогда беспокоил один вопрос, выдержат ли советские воины испытания... на Малой Земле. Об этом мы хотели посоветоваться с начальником политотдела 18-й армии Л.И. Брежневым, но он как раз находился на Малой Земле, где шли тяжелые бои».

Осведомленные читатели посмеивались: надо же, маршалу Жукову понадобился совет полковника Брежнева!

В последние годы часто звучат обвинения в том, что маршал не жалел людей. На склоне лет его самого спросили:

— Правда ли, Георгий Константинович, что вы были на войне жестоки?

Маршал ответил:

— Время было такое — война вообще жестока.

Полководческие методы Жукова, его промахи и ошибки — естественная тема научных дискуссий, которые ничем не должны быть ограничены. Но дело в том, что Георгия Константиновича когда-то обвинили в преступной антигосударственной деятельности, в попытке совершить военный переворот. Его, к счастью, не судили, однако обвинения так и не сняты! Фактически Жуков по сей день не реабилитирован.

Через сорок лет после его смерти надо найти способ снять с выдающегося полководца и героя России историческую ответственность за то, чего он не совершал.

[Столетие]

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/tanoe_pismo_zhukovu.htm
09.08.2005

Личность Георгия Константиновича Жукова до сих пор вызывает пристальный интерес и у профессиональных историков и публицистов, и у всех, кому небезразлична отечественная история. Публикуемая статья дает читателю возможность лучше представить непростые взаимоотношения самых знаменитых полководцев Великой Отечественной, понять отношение Жукова к тем, кто, как он считал, предал его в трудную минуту.

В период Великой Отечественной войны Сталин благоволил Жукову. Он был удостоен самого высокого воинского звания и самых высоких наград: маршал, трижды Герой Советского Союза, два ордена Победы (второй – за разгром Японии). Видный полководец в тот период нужен был Сталину. Но как только стихли залпы салюта Победы, он немедленно выслал Жукова подальше от Москвы, в Одессу, командовать округом, а затем еще дальше, на Урал. За сталинскую ссылку Жуков дорого заплатил здоровьем: перенес инфаркт...

Вознёс и тут же "разнёс"

Когда Хрущев пошел на штурм властных кремлевских высот, то сразу смикитил: "Георгий Жуков поможет". Вернул того в столицу. За борьбу с Берией в июне 1953 года и с "антипартийной группой" Маленкова-Молотова-Булганина-Кагановича назначил министром обороны, воздал ему высокие почести.

На этом этапе борьбы Хрущева за власть, Жуков для него был ближайшим другом. Но как только достиг своей цели, услуги Жукова стали не нужны. Да и возросший авторитет Георгия Константиновича беспокоил Хрущева: как бы чего не вышло! И тогда решил он избавиться от могучего министра обороны.

Обманом, чтобы не сумел разгадать заговор, отправил он Жукова с "официальным визитом" в Югославию и Албанию морским кружным путем на крейсере "Куйбышев". Министр обороны и член Президиума ЦК Жуков верил, что идет на Балканы налаживать разорванные Сталиным контакты с Белградом. В общем, визит казался ему серьезным, деловым. Крейсер "Куйбышев" не торопился, важничал. Весь длинный морской путь неспешно "мотал" он с подчеркнутой помпезностью: с гордо реющим штандартом министра обороны СССР, в сопровождении эскорта надводных кораблей и субмарин, эскадрильи истребителей. Каждый очередной порт гремел залпами приветственных салютов.

Турецкий морской пост на мысе Шиле семафором передал текст: "Великому маршалу Советского Союза, Высокочтимому полководцу Второй Мировой войны. Поздравляем и приветствуем Вас с заходом в турецкие воды. Долгих лет жизни и наилучшие пожелания. Счастливого плавания!"

Эскадру с флагом легендарного советского полководца встречали тысячи восторженных людей. И невдомек было умудренному опытом маршалу, что в это же самое время, в родной стране, шло уже полным ходом его развенчание. В домах офицеров и солдатских клубах сбрасывались со стен портреты полководца, маршала, министра обороны СССР. О Жукове замолчали радио и газеты.

Великий полководец попался в ловушку и понял это только тогда, когда тихо, не отсалютовав министру обороны, ушел крейсер "Куйбышев" и сопровождавшая его эскадра. Первый этап тайно спланированной операции Хрущева удался. Можно было приступать ко второму. По прибытии в Москву Жукова без промедления пригласили в Кремль, на внеочередной Пленум ЦК. Это было в октябре 1957 года.

Политический спектакль

По разработанному Хрущевым сценарию, главные роли исполняли боевые друзья и соратники Жукова: маршалы Советского Союза Конев, Рокоссовский, Еременко, Бирюзов, Захаров, Чуйков, Соколовский и Тимошенко. Они судии и осуждали фронтового кумира и боевого товарища как заговорщика, поднявшегося против норм "партийной жизни", как зарвавшегося "бонапартиста", стремящегося к неограниченной власти, планирующего подмять под себя руководство партии. Топтали и бил маршала те, кто карьерой и жизнью своей был обязан ему.

Однако Хрущеву этого показалось недостаточно. "Добивать, так добивать". И тогда он выпустил на сцену резервный корпус экзекуторов рангом помельче, приглашенных на пленум командующих округов, армиями, флотами и членов Военных советов. Разумеется, они заранее были надежно обработаны партаппаратом, чтоб не случилось осечки. В заключение, глядя, торжествующе, на побледневшего, сникшего Жукова, Хрущев, вскинув правую руку над головой, прокричал:

- Кто за то, чтобы вывести товарища Жукова из состава Президиума ЦК и снять с поста министра обороны, прошу поднять руку!

Жуков припал к столу и, остатками сил, сжал голову ладонями, чтобы ничего больше не видеть и не слышать. Лес рук потянулся кверху...

Единогласно. Прошу опустить. Кто против? Никого. Кто воздержался? Никто.Принимается единогласно, - злорадно произнес охрипший Хрущев.

Непобедимый полководец встал и под осуждаемыми взглядами маршалов и генералов, шатаясь, покинул зал пленума ленинской партии.

На очереди - Хрущев

Настал черед быть битым и самому Никите Хрущеву, в 1964 году, и тоже в октябре, на очередном Пленуме ЦК КПСС. На партийном пленуме, вдоволь натешились над ним, отвели душу его ближайшие "друзья" – Брежнев, Подгорный, Мазуров и другие.

И теперь уже бывшие участники пленума 1957-го года спохватились: "Как нелепо получилось, в угоду отъявленному авантюристу Хрущеву мы растоптали хорошего человека – маршала Победы Георгия Жукова!" Покаяться бы, упасть перед ним на колени, просить прощения. Но гордый, не сломленный до конца Жуков отказывался встречаться и говорить с предателями.

Конева мучили угрызения совести

К концу жизни Ивана Конева все чаще стали донимать угрызения совести. Не раз он пытался дозвониться до Георгия Константиновича, но тщетно: услышав знакомый голос, тот бросал трубку. В разговоре со мной (Конев полностью доверял мне) Иван Степанович корил себя за содеянное. А однажды поведал, что произошло с ним в октябре 1941-го.

- В смоленском сражении, - рассказывал маршал, - наши оборонявшиеся войска понесли огромные потери. Три армии - 16-я, моя 19-я и 20-я попали в окружение. А ведь это паника, неуправляемость... Кое-как справившись с этим, в начале сентября, с помощью 30-й армии, мы перешли в наступление, которое, к сожалению, успеха не имело.

Дорога на Москву для немцев оказалась открытой. Надо было, во что бы то ни стало преградить путь наступающему врагу – мощной группе армий "Центр".

- Сталин лихорадочно искал выход из опасного положения. Искал замену командующему Западным фронтом маршалу Тимошенко. Выбор пал на меня, командарма 19-й, - продолжал фронтовые воспоминания Иван Степанович. - Мне, 11 сентября, в срочно порядке присвоили звание генерал-полковника, и на следующий день я уже был командующим Западным фронтом. Но чуда не произошло. 2 октября Гитлер двинул на Москву 78 дивизий, 1700 танков и свыше 1000 самолетов. Наши войска второй раз попали под Смоленском в окружение. И огненная лавина гитлеровцев устремилась к столице.

- Моя жизнь повисла на волоске, - вспоминал Конев, - меня ждала печальная участь первого командующего Западным фронтом генерала армии Д.Павлова. И только решительное, смелое вмешательство Георгия Константиновича, прибывшего возглавить вместо меня Западный фронт, спасло от сталинского гнева. Жуков отстоял меня и назначил своим заместителем. Спасибо ему.

Как на охоте – красные флажки

В канун 25-летия Победы Конев пригласил меня для рассылки и доставки адресатам праздничных поздравлений. В тот день ему, казалось, повезло: наконец-то дозвонился до Жукова. Однако разговора не получилось. Жуков, услышав голос Конева, опять бросил трубку телефона. Раздосадованный Иван Степанович тяжело опустился в кресло и, как бы оправдываясь, заговорил сбивчиво и нервно:

- Я, конечно, виноват: будучи его первым заместителем, не сообщил о грядущем заговоре. Тогда, в Югославии, Жуков был поставлен в глупое, дурацкое положение. Но, подумай, что я мог тогда поделать? Обстоятельства сложились так, как на охоте за зверем, ни назад, ни вперед, ни влево, ни вправо – кругом красные флажки, расставленные партноменклатурой. Единственное требование: ты коммунист, выполняй партийное решение, партийный долг. Дисциплина, брат, да еще какая – партийная, не хухры-мухры. А ведь я не рядовой коммунист – член ЦК, депутат Верховного совета, маршал, герой, - досадовал Конев. - Я пытался отвертеться, но тут же намекнули на сговор, мол, и тебя, как первого зама, вместе с Жуковым привлечем к ответу. Вертелся, крутился, положение безвыходное. Ну хоть стреляйся, - Иван Степанович задумался и, собравшись с мыслями, произнес: - Признаюсь, впервые в жизни спасовал, можно сказать, струсил.

В войну – другое дело. Там все проще; перед тобой враг, агрессор, бандит, полицай, оккупант. Его надо уничтожить. И точка. А тут черт знает что и кто: ЦК, Хрущев, Суслов, "политическая целесообразность". Поди, сразу разберись… Вот когда выбросят "вождя" из Кремля, тогда все вроде бы становится ясным.

…Надо заметить, что к концу своей жизни Конев был уже не тот безоглядный рубака-коммунист. В разговорах то и дело отчетливее сквозили слова разочарования: боль за армию постепенно умирающую, за страну разваливавшуюся, за народ скудеющий. "Куда идем, куда катимся?" - не раз говаривал Конев.

"Скрутили в бараний рог"

- А про Жукова в "Правду" я не писал, - спохватился Конев. - Из ЦК, из отдела пропаганды мне позвонили: "Статья о проделках Жукова готова. Вам остается только подписать ее". - "Какая там еще статья? - возмутился я. - Хватит того, что было на пленуме. Подписывать не буду, и точка!"

Часа через два позвонил сам Никита Хрущев: "Завтра в "Правде" читай свою статью. И без фокусов. Понял?" Что оставалось делать? Ждать появления не мной сочиненную против Жукова враждебную статью. "Но, нет, не напечатают, совести не хватит", - подумал...

Назавтра, 3 октября, развернул "Правду" и глазам не поверил: действительно, статья, за моей подписью. Огромная такая, в два подвальных разворота: "Сила Советской Амии и Флота - в руководстве партии, в неразрывной связи с народом". А далее... Не статья, а целое обвинительное заключение. И сразу, по сути дела, приговор Жукову, приговор окончательный, обжалованию не подлежащий.

- Почему не опровергли? - взволнованно упрекнул я Конева.

- Перед кем выступать с речами? С критикой ЦК? Тут же скрутили бы в бараний рог. Любого, не взирая на лица. Мало примеров?

- Уж если полководца в бараний рог крутят, то что остается делать нам - простым смертным?- Что, что... Жить по совести. Во что! - выпалил Конев и принялся за поздравления.

"Прощения проси у Бога"

Глядя на то, как Иван Степанович усердно подписывал поздравления с Днем Победы, я посоветовал:

- Георгию Константиновичу подписать надо.

- А что, предложение дельное, - согласился Конев. - Напишу, так, мол, и так, мой фронтовой друг Георги Константинович. Виноват. Прости меня, грешного, хоть перед смертью прости.

Обычно наша работа строилась так: я сидел за столом и писал, а Иван Степанович ходил по кабинету и диктовал. Но в этот раз все поменялось. Волнуясь, маршал сам взялся писать, а мне уже пришлось ходить возле него и подсказывать формулировки.

Конев стал писать, но письмо не получалось. Рвал в клочья исписанный лист и брался за другой. Писал долго, мучительно долго. Закончив, он напутственно молвил:

- Ну, с Богом!

Прибыв к Жукову, изрядно волнуясь, протянул ему фирменный конверт. Достав письмо, Георгий Константинович прочел его, хмурясь и, ни слова не говоря (о радость!), размашисто начертал на письме "резолюцию":

"Предательства не прощаю. Прошения проси у Бога. Грехи отмаливай в Церкви. Г. Жуков".

От энергичного росчерка Жукова восклицательный знак прорвал дыру в письме. "А это вместо печати", - беспощадно съязвил маршал.

Моего возвращения Конев ждал с нетерпением. Взглянув на четкий, как выстрел ответ, вздрогнул и, видимо смирившись с происшедшим, удрученно произнес:

- Молодец! По-снайперски, прямо в сердце! И поделом. Ну что ж, история рассудит...

И рассудила: вечным сном они мирно спят рядом у кремлевской стены.

В то время Конев взял с меня слово, держать эту невеселую историю в строгой тайне до нового столетия и только тогда можно будет раскрыть тайну письма Жукову.

Слово, данное моему дорогому наставнику, я сдержал...

Степан Кашурко,

руководитель поискового центра "Подвиг" Международного Союза ветеранов войн и Вооруженных сил, бывший порученец маршала Конева, в то время председателя Центрального Штаба Всесоюзного похода по фронтовым дорогам Отечественной войны.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/999/
Маршал Жуков был полководцем своего времени и своего народа: жесткий, волевой, бескомпромиссный. О его полководческом даре, редком аналитическом таланте предвидения действий врага, непоколебимости и умении повелевать написано множество книг. У Жукова было одно качество, которое со всеми мыслимыми оговорками выделяло его на фоне других полководцев Великой Отечественной – он не просто умел побеждать, он умел побеждать сокрушительно.
Георгий Константинович Жуков родился (19 ноября) 1 декабря 1896 года в деревне Стрелковка Калужской области, в крестьянской семье. После окончания трех классов церковно-приходской школы в 1907 году он начал трудовую деятельность учеником в скорняжной мастерской в Москве и одновременно окончил двухлетние курсы городского училища.

В 1915 году Жуков был призван в кавалерию царской армии и после окончания унтер-офицерской школы отправлен на фронт Первой мировой войны. За проявленные заслуги был награжден Георгиевским крестом IV и III степени.

После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в деревню к родителям.

Осенью 1918 года Жуков добровольно вступил в ряды Красной Армии, и, окончив курсы красных командиров, участвовал в Гражданской войне – сражался против уральских казаков под Царицыном, дрался с войсками А.Деникина и П.Врангеля, принимал участие в подавлении крестьянских восстаний в Воронежской и Тамбовской губерниях. Командовал взводом и эскадроном.

Затем Георгий продолжил военное образование – окончил Кавалерийские курсы усовершенствования командного состава конницы и курсы усовершенствования высшего начсостава.

В 1930-х годах он занимал различные командные должности, участвовал в организации командно-штабных игр, полевых учений и сборов, разработке воинских уставов и программ, в реорганизации и техническом перевооружении кавалерийских войск. Уже в эти годы сформировался характерный для Жукова крайне жесткий стиль поведения.

В 1939 году, командуя особым корпусом, а затем армейской группой войск, он успешно руководил разгромом японских войск на реке Халхин-Гол (МНР). Тогда Жукову было присвоено воинское звание «генерал армии».

В 1940 году он получил назначение на должность командующего Киевским военным округом, а после ряда удачных маневров, стал Начальником Генерального штаба и заместителем наркома обороны СССР.

С первых дней Великой Отечественной войны Жуков находился на Юго-Западном фронте как представитель Ставки Главного командования. Но, несмотря на тяжелые бои и самоотверженность советских солдат, сдержать продвижение германских войск не удалось, и Георгий Константинович был снят с должности и назначен командующим Резервным, а затем Ленинградским фронтами. Он участвовал в разработке и осуществлял непосредственное командование в крупнейших операциях войны – Московской битве, при прорыве блокады Ленинграда, в Ржевско-Вяземской операции.

В августе 1942 года был назначен на должность первого заместителя наркома обороны СССР и заместителя Верховного главнокомандующего. Жуков также осуществлял координацию действий фронтов по разгрому немецко-фашистских войск под Сталинградом (за победу в Сталинградской битве он получил звание маршала Советского Союза), при разгроме противника в Курской битве, по освобождению Правобережной Украины, руководил проведением операции «Багратион», в результате которой была освобождена Белоруссия, Висло-Одерской и Берлинской операций.

8 мая 1945 года Маршал Жуков от имени Верховного Главнокомандования Красной Армии принял капитуляцию войск фашистской Германии и со стороны СССР подписал Акт о безоговорочной капитуляции Германии. 24 июня 1945 года он принимал Парад Победы Советского Союза над Германией в Великой Отечественной войне, который проходил в Москве на Красной площади, а 7 сентября 1945 года он принимал Парад Победы союзных войск во Второй Мировой Войне, проходивший в Берлине у Бранденбургских ворот.

Сразу после окончания военных действий до весны 1946 года Жуков был главнокомандующим Группой оккупационных войск и возглавлял Советскую военную администрацию по управлению Советской зоны оккупированной Германии, а затем был отозван в Москву – в марте 1946 его назначили главнокомандующим Сухопутными войсками и заместителем министра вооруженных сил СССР. Но очень скоро Георгий Константинович попал в немилость. Летом этого же года его обвинили в подготовке военного заговора с целью государственного переворота и в преувеличении собственной роли в ходе войны. В результате маршал был смещен с поста главкома, выведен из ЦК и отправлен руководить Одесским военным округом, через два года был назначен командующим войсками Уральского округа.

Стоит отметить, что отношение Жукова к Сталину было неоднозначным. С одной стороны, он был одним из немногих людей, кто мог отстаивать свою точку зрения перед Вождем народа в военных вопросах, но, в то же время, маршал всегда сохранял лояльность по отношению к нему и защищал его даже в период позднейшей «десталинизации», призывая не перегибать палку и «отдать должное» его «выдающимся организаторским» способностям.

После смерти Сталина Жукова вернули из политического «изгнания» - в марте 1953 года он был назначен на должность первого заместителя министра обороны СССР, а в 1955-1957 годах занимал пост министра обороны СССР. Вновь был введен в ЦК КПСС.

В июне 1953 года Жуков руководил военной стороной операции по аресту Берии, в 1954 году руководил подготовкой и проведением учений с применением атомного оружия на Тоцком полигоне, в 1956 году сыграл одну из ключевых ролей в подавлении антикоммунистического восстания в Венгрии (операция «Вихрь»), а в 1957 году помог Н.С. Хрущеву победить в борьбе с его противниками. Это был пик политической карьеры Георгия Жукова.

Но Хрущев, победив во внутрипартийной борьбе, не собирался терпеть растущей самостоятельности маршала. В октябре 1957 года по распоряжению Хрущева Жуков был смещен со всех партийных и государственных постов и в марте следующего года «уволен из Вооруженных Сил в отставку с правом ношения военной формы одежды».

После продолжительной изоляции, с приходом к власти Л.И. Брежнева, опала с Жукова была частично снята. В 1969 году ему разрешили издать книгу «Воспоминания и размышления», начатую им еще в 1965 году.

Жуков умер 18 июня 1974 года в Москве.
http://www.istpravda.ru/upload/medialibrary/74b/74b995fc33106110021e3269dee622d1.jpg

[Леонид Максименков]

http://www.kommersant.ru/doc/2981803
Что нашли в рассекреченных документах на маршала Победы из архива ЦК КПСС
06.05.2016, 15:55
http://im0.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK_Online/2016/05/06/KMO_131989_00002_1_t218_170016.jpg
У историков и архивистов событие: наконец-то стал возможен доступ к личному делу маршала Жукова. То есть к «Личному делу» на работника, снятого с номенклатурного учета под шифром 45-Ж/4-а. Специалисты убеждены: это сродни чуду.

Вместе с документами из этого дела доступ открыт еще к нескольким литерным папкам цвета бургундского красного — все это из бывшего архива Политбюро ЦК КПСС. Вообще-то решение об их рассекречивании и передаче из Президентского архива в Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ) было принято Межведомственной комиссией по охране государственной тайны (МВК) за № 517-рс еще 22 ноября 2011 года. Но у нас ведь решить не значит рассекретить, надо еще пройти «оформление результатов рассекречивания». Этот процесс начался лишь четыре года спустя и, как показывает практика по другим делам, мог продолжаться годами, а мог — десятилетиями. Потому сведущие люди и убеждены: с личным делом маршала Победы случилось чудо — жуковские папки стали доступными в рекордные сроки.
http://im1.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK_Online/2016/05/06/KMO_121006_05108_1_t218_170053.jpg
Скорее всего это произошло по ошибке какого-то анонимного инспектора из этой самой МВК. Почему? Да потому что едва ли не любая часть жуковского досье сегодня может быть вновь объявлена закрытой в соответствии с нормами… закона.

Судите сами: доносы на маршала, содержащиеся в досье, раскрывают механизмы творчества, описанного и охраняемого Федеральным законом № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»; врачебные тайны и заключения о смерти запрещено разглашать другим Федеральным законом № 323-ФЗ «Об охране здоровья граждан»; привилегии маршала и его детей и внуков — вообще святая личная тайна (см. Гражданский кодекс, статья 152.2); адреса квартир, где он жил,— это «наличие сведений о личной и семейной тайне граждан, их частной жизни, а также сведений создающих угрозу для их безопасности» (Федеральный закон № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации»). И так до бесконечности, вернее, умопомрачения. Было бы «дело», а отговорки для его сокрытия найдутся всегда.

Можно ли при таких рогатках писать вменяемые и адекватные биографии, создавать документальные фильмы, не говоря об академических трудах и о сборниках документов о персонажах из отечественной истории XX века? Вопрос не столько риторический, сколько сугубо практический, особенно в наши дни. Ведь от историков охраняют даже Октябрьскую революцию, которой вот-вот исполнится 100 лет! По сей день ограничивают доступ к рассекреченным личным делам народных комиссаров из первых большевистских правительств: Михаила Фрунзе (умер в 1925 году) Феликса Дзержинского и Леонида Красина (умерли в 1926-м), Георгия Чичерина (умер в 1936-м). Близко не подпускают даже к Надежде Константиновне Крупской (скончалась в 1939-м)…

Хочется верить, что теперь, когда Росархив перешел в непосредственное подчинение президенту, ситуация переменится. Основание есть: досье Жукова.

Его еще предстоит кропотливо изучать. Не только для того, чтобы знать больше и достовернее о самом маршале Победы, но и чтобы получить исчерпывающее представление о нравах и традициях советской номенклатуры. Здесь открытия поджидают исследователей буквально на каждой странице архивных документов. О некоторых «Огонек» расскажет первым — прежде ведь этого никто не знал.

Агент из Парижа и фрау из Дрездена

Вот, например, как детектив читается в личном деле бумага, пришедшая летом 1954 года в Москву из-за кордона. Георгий Константинович уже год работает первым заместителем министра обороны — при опереточном министре маршале Булганине. Соседство с Жуковым для этого аппаратчика и паркетного деятеля явно не комфортное, и вот в личном деле появляется бумага (документы приводятся в орфографии оригинала).

«Л и ч н о

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Экз. единственный

Товарищу Б У Л Г А Н И Н У Н.А.

1 июля 1954 года в Париже в помещении Посольства ст. помощник Военно-воздушного атташе полковник ШЕВЫРИН принял пакет от гражданина, назвавшимся господином МОТАР.

МОТАР от заполнения бланка посетителя посольства отказался так же, как отказался сообщить, от имени кого он передавал пакет.

После вручения пакета МОТАР немедленно ушел и говорить с ним не пришлось.

При вскрытии пакета в нем оказалось провокационная записка. Записку на французском языке и ее перевод при этом представляю.

ГЕНЕРАЛ-ПОЛКОВНИК (подпись) Ш А Л И Н.

24 июля 1954 г.» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 62. Д. 53. Л. 3).

Автор донесения, Михаил Алексеевич Шалин,— начальник Главного разведывательного управления Генштаба Вооруженных сил СССР. Сведений о полковнике Шевырине в открытых источниках, по понятным причинам, не обнаружено. О чем же говорилось в «провокационной записке»?

«Перевод с французского.

Я вас информирую, что маршал ЖУКОВ ведет переговоры с западными державами через посредничество одного французского секретного агента под именем ТАЛЬМАР, имея в виду подготовить восстание в России и захватить власть. Маршал ЖУКОВ обязуется арестовать всех руководителей компартии, распустить партию и подписать союз, направленный против народов Азии.

Подпись ЕГА» (там же, л. 4).
http://im8.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK_Online/2016/05/06/KMO_121006_05109_1_t218_170140.jpg
Мистификация? Чья-то злая шутка? Ошибка особистов и кадровиков, которые случайно подложили мусор в краткий биографический очерк военачальника под названием «Личное дело»?

Отнюдь нет. Все правдоподобно и поэтому серьезно — бумаге Булганин дает ход. Причем в лучших номенклатурных традициях: по иерархическому ритуалу министр должен был докладывать премьеру Георгию Маленкову, но сигнал от Булганина идет по другому маршруту — сразу первому секретарю ЦК. «Никита Сергеевич! Прошу ознакомиться. Вероятно, это дело американской разведки. Н. Булганин. 17/VIII» (там же, л. 2). Так единственный экземпляр диковинного доноса попадает не в мусорную корзину, а в партийный архив — на контроль и на заметку.

В 1961-м Хрущев рассказывал делегатам партийного съезда о том, как было сфабриковано дело маршала Тухачевского: немецкая разведка подсунула дезу-компромат президенту Чехословакии Эдварду Бенешу, тот переслал ее Иосифу Сталину, бумагам был дан ход, а летом 1937-го был раскрыт «военно-фашистский заговор», трагический финал которого и последствия хорошо известны. Но трудно избавиться от ощущения, что подобный прием был использован и в истории со свержением маршала Жукова. Ведь вчитываясь в текст парижского доноса, невольно ловишь себя на мысли, что в нем, с поправкой на детали,— краткая аннотация октябрьского (1957 года) Пленума ЦК КПСС, на котором маршала изгнали из Президиума ЦК КПСС, вывели из состава ЦК, попросту превратили в политический труп. Было, кроме того, принято постановление «Об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте», на места разослано убойное закрытое письмо ЦК.

Вот лишь одна цитата из доклада на этом Пленуме члена Президиума и секретаря ЦК Михаила Суслова. «[Жуков] вел линию на отрыв вооруженных сил от партии, на ослабление партийных организаций и фактическую ликвидацию политорганов в Советской Армии, на уход из-под контроля Центрального Комитета». Суслов, правда, не доложил, что еще в 1954 году именно об этом нас предупреждали «друзья» с берегов Сены.

Надо отметить, что в случае с Жуковым все доносы доходили до инстанций. А самые «перспективные» складировались в кремлевское досье. Вот в том же 1954 году одна немецкая фрау по фамилии Ланге из оккупированного войсками Советской армии города Дрездена шлет письмо на имя премьера Георгия Маленкова. И это письмо доходит до адресата:

«Перевод с немецкого.

Дрезден, 17 мая 1954 г.

Глубокоуважаемый г-н председатель!

К сожалению, обстоятельства вынудили меня просить у маршала Советского Союза Жукова помощи в размере 10 000 марок для воспитания моего шестилетнего сына. Так как г-н маршал мне не отвечает, я должна предположить, что его молчание объясняется сознанием вины. Мой сын должен сейчас жить не со мной, и чужие люди должны о нем заботиться. Весьма печально писать о том, что ребенку русского офицера никто не хочет помочь.

Я прошу Вас сообщить мне, является ли г-н маршал членом партии, потому что я намереваюсь обратиться с жалобой в Центральный Комитет на этого ленивого человека.

С глубоким уважением,

Руфь Ланге.

ГДР, Дрезден, А 45, Стефенсонштрассе, 38, П с.

Перевела: (подпись) (Н. Гаврилова)» (там же, л. 1).

Просьба, читай — донос, составлена грамотно. Политически корректно. Вроде бы напрямую, по имени никого не называют и не обвиняют. Но при этом налицо конкретика существа вопроса. «Адреса, пароли, явки». Имя и фамилия матери, возраст ребенка, требуемая сумма алиментов. Такие сигналы в личных делах маршалов и членов Политбюро встречались редко. Полученные из-за границы? Что-то не припомню. А вот в личном деле Жукова — имеется.

Зав. Общим отделом (канцелярии) ЦК Владимир Малин помечает: «Доложено». Маленков, подобно Хрущеву в случае с парижским агентом, дает устное поручение: «В архив». Для чего он оставляет письмо немецкой доброжелательницы в резерве? На всякий случай: возникнет проблема — и о фрау можно вспомнить…

Так два типовых компромата на одного человека оказываются в руках у двух вождей. Примерно в одно время. Летом 1957-го эти соратники сойдутся в смертельной политической схватке. Арбитром противостояния выступят Жуков и армия. Маршал поддержит Хрущева против Маленкова и антипартийной группы. За что сам сполна расплатится через пару месяцев, осенью того же года. Ведь компромат хранился независимо от политических фаворов. Такие были нравы.

Цидуля из Дрездена, подобно навету из Парижа, навечно легла в кремлевское досье.

Приключения мемуаров

Судя по документам, Жуков при Хрущеве, начиная работу над мемуарами, вспоминал вслух. Спецтехника и осведомители скрупулезно фиксировали высказывания. Председатели КГБ докладывали их товарищам по Президиуму ЦК. После октябрьского переворота и смещения Хрущева внимание к мемуарному процессу стало более заостренным и пристальным: высшая власть если не испугалась, то насторожилась: что будет в этих воспоминаниях? Чего не будет? Выгодно нам это или нет?

О судьбе жуковских мемуаров известно многое. Но сегодня, благодаря «Личному делу», можно уточнить некоторые детали. В хронологическую канву, в частности, с уверенностью можно включить даты и тексты решений Политбюро: все решалось на самом высшем уровне в Кремле.

Вот лишь отдельные новые эпизоды.

19 декабря 1967 года. Из Тбилиси первый секретарь ЦК компартии Грузии Василий Мжаванадзе посылает в ЦК КПСС (читай — Политбюро) свою аналитическую записку «О мемуарах маршала Г.К. Жукова».

1 июня 1968 года. Третий секретарь посольства СССР в Великобритании Е.И. Кутузов встречается за ланчем с директором лондонского издательства «Флегон пресс» Алеком Флегоном (Alec Flegon, 1924–2003). Издатель-делец сообщает, что у него имеется копия мемуаров Жукова.

14 июня 1968 года. Председатель КГБ Андропов докладывает о том, что Флегон в Лондоне действительно готов начать пиратскую публикацию «мемуаров» на Западе: «Комитетом госбезопасности приняты меры к выяснению факта наличия копии мемуаров т. ЖУКОВА Г.К. у ФЛЕГОНА, а также обстоятельств возможного нелегального вывоза копии мемуаров за границу. Представляется целесообразным опубликовать в советской печати и передать по радио на заграницу заявление маршала ЖУКОВА Г.К. о том, что он продолжает работать над своими мемуарами и любые версии, распространяемые за границей о наличии у кого-либо из зарубежных издателей копии его рукописи, являются фальшивкой» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 62. Д. 62. Л. 11).
http://im4.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK_Online/2016/05/06/KMO_121006_05110_1_t218_170209.jpg
Появление Флегона убыстряет процесс прохождения мемуаров через цензуру, и в начале сентября Петр Демичев, ответственный за идеологию секретарь ЦК, докладывает Политбюро: «В данном виде рукопись Маршала Советского Союза Г.К. Жукова может быть опубликована».

Текст рассылается вкруговую товарищам по Политбюро. Соглашаются все, кроме Андрея Кириленко: «Не плохо бы знать мнение п/управления МО (главное политическое управление Советской армии и Военно-морского флота, Главпур.— “О”) и руководителей этого министерства. Как мне известно, о сделанных исправлениях в МО не знают».

В Политбюро Кириленко — куратор Министерства обороны и всего военно-промышленного комплекса. К его мнению прислушиваются.

16 сентября. Начальник Главпура генерал армии Епишев докладывает Политбюро: «…при окончательном редактировании рукописи, по нашему мнению, в нее следует внести ряд фактических поправок по прилагаемым замечаниям, которые устраняют допущенные в рукописи неточности». Записка Епишева и «Замечания» по новой рассылаются членам Политбюро.

18 декабря, в канун дня рождения Сталина, Политбюро дает окончательное добро, но держит это в абсолютном секрете: «Без оформления решением. О согласии членов Политбюро сообщено т. Демичеву П.Н. (через т. Гаврилова). М. Соколов». «За» проголосовали Брежнев, Воронов, Кириленко, Косыгин, Мазуров, Пельше, Подгорный, Суслов, Шелепин, Шелест. Кандидатов в члены и Секретарей ЦК до голосования не допустили.

И только 6 января 1969 года фиксируется окончательное гласное (для аппарата) решение по мемуарам (резолюция Политбюро засекречена и даже не записана в протокол).

«ЦК КПСС

В Отделе пропаганды ЦК КПСС перед сдачей в печать рассмотрен окончательный вариант рукописи мемуаров Маршала Советского Союза Г.К. Жукова “Воспоминания и размышления”.

Все замечания, высказанные по книге членами Политбюро ЦК КПСС, Министерством обороны СССР, Генеральным Штабом и Главным политическим управлением Советской Армии и Военно-Морского Флота, автором полностью учтены.

Докладываем в порядке информации.

Заведующий Отделом пропаганды

ЦК КПСС (подпись) В. Степаков.

6 января 1969 г.

300А/6».

Сегодня «Воспоминания и размышления» с их многомиллионными тиражами едва ли не самые известные мемуары о Второй мировой войне во всем мире. Но это не оригинал — бестселлер с поправками и уточнениями «товарищей».

Секретный диагноз

Официальный документ под названием «Медицинское заключение о болезни и причине смерти Г.К. ЖУКОВА — Маршала Советского Союза» (№ 01-25/1642 от 18 июня 1974 года) есть в «Личном деле». Но 42 года этот документ был засекречен, хотя обычно подобные справки об исторических деятелях масштаба Жукова публиковались вместе с сообщениями о смерти и некрологами.
http://im6.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK_Online/2016/05/06/KMO_121006_05111_1_t218_170238.jpg
Из бумаг жуковского досье понятно, что эпикриз прошел вкруговую между товарищами по Политбюро. И именно на этом уровне получил высшую степень секретности — «Особая папка». Ход болезни, документированные причины смерти не называются по сей день в многочисленных биографиях ни у нас, ни тем более за рубежом. И этот официальный документ ждал обнародования десятилетия. Впервые его увидят и прочитают только сегодня, на страницах «Огонька».

Причина очередной фигуры умолчания? Похоже на то, что консилиум во главе с начальником Четвертого главного управления при Минздраве, академиком Академии медицинских наук профессором Евгением Чазовым переборщил текст конкретными датами. Все они по неведомой причине приходились на период после исторического пленума ЦК КПСС, который покончил с «волюнтаризмом и субъективизмом» Хрущева: болезни маршала обострились после смещения Хрущева, а «обширные инфаркты миокарда» и два «нарушения мозгового кровообращения» сопутствовали развитию сюжета с публикацией мемуаров маршала. Такие совпадения номенклатура сочла опасными: власть боялась «нездоровых ассоциаций» и «неправильных выводов».

Неудобный, словом, был маршал. В итоге даже историю болезней и смерти Жукова — засекретили...

[CALEND.RU]

http://www.calend.ru/person/2208/
Георгий Жуков советский военачальник и государственный деятель, Маршал Советского Союза
1 декабря 1896
120 лет назад
— 18 июня 1974
42 года назад
http://www.calend.ru/img/content_events/i2/2208.jpg
Георгий Жуков
Маршал Жуков был полководцем своего времени и своего народа: жесткий, волевой, бескомпромиссный. О его полководческом даре, редком аналитическом таланте предвидения действий врага, непоколебимости и умении повелевать написано множество книг. У Жукова было одно качество, которое со всеми мыслимыми оговорками выделяло его на фоне других полководцев Великой Отечественной – он не просто умел побеждать, он умел побеждать сокрушительно. Жизнь маршала, ее настоящие события тесно сплелись с легендой. Георгий Константинович Жуков родился (19 ноября) 1 декабря 1896 года в деревне Стрелковка Калужской области, в крестьянской семье. После окончания трех классов церковно-приходской школы в 1907 году он начал трудовую деятельность учеником в скорняжной мастерской в Москве и одновременно окончил двухлетние курсы городского училища. В 1915 году Жуков был призван в кавалерию царской армии и после окончания унтер-офицерской школы отправлен на фронт Первой мировой войны. За проявленные заслуги был награжден Георгиевским крестом IV и III степени. После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в деревню к родителям.
Осенью 1918 года Жуков добровольно вступил в ряды Красной Армии, и, окончив курсы красных командиров, участвовал в Гражданской войне – сражался против уральских казаков под Царицыном, дрался с войсками А.Деникина и П.Врангеля, принимал участие в подавлении крестьянских восстаний в Воронежской и Тамбовской губерниях. Командовал взводом и эскадроном. Затем Георгий продолжил военное образование – окончил Кавалерийские курсы усовершенствования командного состава конницы и курсы усовершенствования высшего начсостава. В 1930-х годах он занимал различные командные должности, участвовал в организации командно-штабных игр, полевых учений и сборов, разработке воинских уставов и программ, в реорганизации и техническом перевооружении кавалерийских войск. Уже в эти годы сформировался характерный для Жукова крайне жесткий стиль поведения. В 1939 году, командуя особым корпусом, а затем армейской группой войск, он успешно руководил разгромом японских войск на реке Халхин-Гол (МНР). Тогда Жукову было присвоено воинское звание «генерал армии». В 1940 году он получил назначение на должность командующего Киевским военным округом, а после ряда удачных маневров, стал Начальником Генерального штаба и заместителем наркома обороны СССР. С первых дней Великой Отечественной войны Жуков находился на Юго-Западном фронте как представитель Ставки Главного командования. Но, несмотря на тяжелые бои и самоотверженность советских солдат, сдержать продвижение германских войск не удалось, и Георгий Константинович был снят с должности и назначен командующим Резервным, а затем Ленинградским фронтами. Он участвовал в разработке и осуществлял непосредственное командование в крупнейших операциях войны – Московской битве, при прорыве блокады Ленинграда, в Ржевско-Вяземской операции. В августе 1942 года был назначен на должность первого заместителя наркома обороны СССР и заместителя Верховного главнокомандующего. Жуков также осуществлял координацию действий фронтов по разгрому немецко-фашистских войск под Сталинградом (за победу в Сталинградской битве он получил звание маршала Советского Союза), при разгроме противника в Курской битве, по освобождению Правобережной Украины, руководил проведением операции «Багратион», в результате которой была освобождена Белоруссия, Висло-Одерской и Берлинской операций. 8 мая 1945 года Маршал Жуков от имени Верховного Главнокомандования Красной Армии принял капитуляцию войск фашистской Германии и со стороны СССР подписал Акт о безоговорочной капитуляции Германии. 24 июня 1945 года он принимал Парад Победы Советского Союза над Германией в Великой Отечественной войне, который проходил в Москве на Красной площади, а 7 сентября 1945 года он принимал Парад Победы союзных войск во Второй Мировой Войне, проходивший в Берлине у Бранденбургских ворот. Сразу после окончания военных действий до весны 1946 года Жуков был главнокомандующим Группой оккупационных войск и возглавлял Советскую военную администрацию по управлению Советской зоны оккупированной Германии, а затем был отозван в Москву – в марте 1946 его назначили главнокомандующим Сухопутными войсками и заместителем министра вооруженных сил СССР. Но очень скоро Георгий Константинович попал в немилость. Летом этого же года его обвинили в подготовке военного заговора с целью государственного переворота и в преувеличении собственной роли в ходе войны. В результате маршал был смещен с поста главкома, выведен из ЦК и отправлен руководить Одесским военным округом, через два года был назначен командующим войсками Уральского округа. Стоит отметить, что отношение Жукова к Сталину было неоднозначным. С одной стороны, он был одним из немногих людей, кто мог отстаивать свою точку зрения перед Вождем народа в военных вопросах, но, в то же время, маршал всегда сохранял лояльность по отношению к нему и защищал его даже в период позднейшей «десталинизации», призывая не перегибать палку и «отдать должное» его «выдающимся организаторским» способностям. После смерти Сталина Жукова вернули из политического «изгнания» - в марте 1953 года он был назначен на должность первого заместителя министра обороны СССР, а в 1955-1957 годах занимал пост министра обороны СССР. Вновь был введен в ЦК КПСС. В июне 1953 года Жуков руководил военной стороной операции по аресту Берии, в 1954 году руководил подготовкой и проведением учений с применением атомного оружия на Тоцком полигоне, в 1956 году сыграл одну из ключевых ролей в подавлении антикоммунистического восстания в Венгрии (операция «Вихрь»), а в 1957 году помог Н.С. Хрущеву победить в борьбе с его противниками. Это был пик политической карьеры Георгия Жукова. Но Хрущев, победив во внутрипартийной борьбе, не собирался терпеть растущей самостоятельности маршала. В октябре 1957 года по распоряжению Хрущева Жуков был смещен со всех партийных и государственных постов и в марте следующего года «уволен из Вооруженных Сил в отставку с правом ношения военной формы одежды». После продолжительной изоляции, с приходом к власти Л.И. Брежнева, опала с Жукова была частично снята. В 1969 году ему разрешили издать книгу «Воспоминания и размышления», начатую им еще в 1965 году. Официально Георгий Константинович был женат дважды. Его первая супруга – Александра Зуйкова (1900-1967), их дочери – Эра и Элла. Вторая супруга – Галина Семенова (1926-1973), с которой официальный брак был оформлен в 1965 году. В этом браке родилась дочь Мария. Также у маршала была еще одна дочь – Маргарита – от связи с М.Н. Волоховой. В ноябре 1973 года скончалась жена Жукова – Галина Александровна, и после ее смерти он чувствовал себя все хуже, и вскоре у него случился инфаркт. Маршал Советского Союза, четырежды Герой СССР, Герой МНР – Жуков был награжден 6 орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, 3 орденами Красного Знамени, 2 орденами Суворова I степени, 2 орденами «Победа», почетным оружием (именная шашка с золотым изображением Государственного герба СССР), а также многими иностранными орденами и медалями. Умер великий полководец Георгий Константинович Жуков 18 июня 1974 года в Москве. Тело его было кремировано, урна с прахом захоронена в Кремлевской стене на Красной площади Москвы. В честь Георгия Жукова названы улицы во многих городах России и СНГ, станции метро разных городов, Военная академия воздушно-космической обороны в Твери, танкер, пассажирский теплоход, сухогруз и малая планета, открытая в 1975 году. Его имя носит город в Калужской области. Памятники маршалу установлены во многих городах России, СНГ и в Монголии. В 1994 году были учреждены государственные награды Российской Федерации имени полководца: орден Жукова и медаль Жукова. В 1995 году учреждена ежегодная Государственная премия РФ его имени за выдающиеся достижения в области военной науки и создания военной техники, а также за лучшие произведения литературы и искусства, посвященные Великой Отечественной войне.

© Calend.ru

[Валерий Тимощенко]

http://www.stoletie.ru/sozidateli/odinochestvo_pobeditela_169.htm
К 120-летию со дня рождения Маршала Советского Союза Г.К. Жукова
http://www.stoletie.ru/upload/iblock/df4/zhukov1.jpg
06.12.2016

Эту Победу нам не простят никогда. Ни 6-е декабря 1941-го, ни 6-е мая 1945-го. Она, как помнится – одна на всех, каждый из соотечественников, да просто наших родных, чьи портреты мы несём в мае, в колонне Бессмертного полка, что-то в неё вложил – труд, талант, кровь, жизнь... И всё-таки на самом острие истории всегда кто-то один. Оно неизбежно и неизбывно – одиночество победителя. Маршал Победы, так солдаты между собой называли Георгия Жукова – тому, пожалуй, самое яркое и отчётливое подтверждение.

Трудно представить личность в новейшей истории Отечества, на которую в последние годы велась бы более яростная, злобная, массированная атака в прессе. Всё не так делал, солдат не жалел, всех подряд расстреливал. Принцип понятен, клевещите, клевещите, что-нибудь да останется.

Само то, что именно его выбрали в качестве объекта беспрецедентной атаки больше всех жуковских орденов вместе взятых, говорит о масштабе его личности и важности её для истории страны.

Увы, враг обычно лучше знает, кто из нас самый лучший, самый талантливый и, стало быть, самый для него опасный. По такому герою и ведётся самый плотный огонь.

Он не проиграл ни одного сражения, хотя все четыре года войны его перебрасывали, как пожарную команду, туда, где горит, где самое тяжёлое положение. Даже штабную военную игру, моделирующую возможную войну с Германией, проведённую РККА перед самой войной, он, как известно, тоже выиграл, при том, что в этой игре «воевал» за немцев…

Жаль, что урок этот не был усвоен тогдашним нашим генералитетом, никто так и не поверил, что гитлеровцы будут мыслить, как Жуков. Но зато он всю войну мог мыслить, как противник, непостижимым образом считывая его логику и психологию.

Обо всех его сражениях не расскажешь, давайте возьмём хотя бы два из них. Москва и Берлин.

Битва за Москву ни с чем не сравнима... Семь миллионов в одном сражении с обеих сторон, в голове не укладывается, такого никогда не было в истории и хочется надеяться, никогда не будет.

Жуков – командующий Резервным фронтом, ему поставлена задача оборонять Москву, сдержать атаку врага, во что бы то ни стало. Надо понимать – перед ним, без всяких сомнений, сильнейшая армия мира, до этого дня она уже два с половиной года только побеждала, била всех, в том числе и нас. Французская армия, одна из самых мощных в Европе, уничтожена за несколько недель, вся остальная Европа тоже уже давно сдалась, с этим, хочешь – не хочешь, надо считаться. Мы ведь должны были реально оценивать противника.

И был такой момент в самом начале декабря 1941-го, когда все смертельно устали... И мы, и немцы... Нацисты не то чтобы остановились, но некое мимолётное равновесие возникло...

Жуков почувствовал это.

Что в этой ситуации будет делать обычный хороший, талантливый, опытный генерал, который понял, что противник на мгновение замер, устал? Ну, конечно, использует эту минутную передышку, чтобы укрепиться, подтянуть резервы, дать войскам вздохнуть, ещё и ещё раз приготовиться к обороне.

Жуков переходит в наступление!

Риск? Да огромный. Но это единственное спасительное решение...

Если бы мы помедлили хотя бы несколько дней, немцы, наверняка, подтянули бы тяжелую артиллерию и скорее всего разнесли бы нашу столицу, белокаменную, сорок сороков, все святыни.

Победа всегда таинственна.

Враг отброшен. Где-то он бежал на сто километров, где-то на двести, где-то ещё дальше. И мир изменился – далеко-далеко по всей планете, в Сербии, Греции, Англии, Америке люди поверили в победу... И кто-то сделал свой выбор, шагнул в Сопротивление, ушёл в партизаны, пошёл на флот воевать с гитлеровскими подлодками как Эрнест Хэмингуэй, например.

Без всякой натяжки 6-го декабря дважды Георгиевский кавалер Первой мировой (все связано в нашей истории), генерал армии Георгий Жуков спас мир от страшной участи.

Понятно, что это не только его, Жукова, заслуга. Несомненно, за Победой этой стоит и Александр Василевский, сын священника с Волги, штабс-капитан царской армии, в тот момент начальник Генерального штаба и особенно его учитель Борис Шапошников, загадочная фигура, гений, военный теоретик... В Первую мировую он уже полковник, командир сводной Донской казачьей бригады, кавалер ордена святого Владимира первой степени – почётная боевая офицерская награда, глубоко верующий человек, который всю жизнь носил на груди древнюю казачью икону. Сталин всё это знал, Шапошников был единственным человеком в Ставке, кого он называл по имени-отчеству.

Все что-то вложили в спасение в декабре сорок первого, но всё же Жуков на самом острие этой Победы, в самом первом окопе, это точно.

Поразительно, но строить оборону и потом наступать ему пришлось в Калужской области, в районе Обнинска, в двух шагах от его родной деревни Стрелковка. Жуков обмолвился как-то Константину Симонову, что приехал тогда на линию обороны, которую ещё надо было создать, увидел горящую деревню после вражеского артобстрела и спросил какую-то пожилую женщину, как проехать, искал штаб маршала Буденного.

Та ответила что-то неясное, невразумительное... Другая бабушка, стоящая рядом пояснила, что соседка сошла с ума от горя. Двух её пятилетних внуков только что задавило под обломками дома. Жуков вырос в 15-ти верстах в таком же деревенском доме, и воспитывала его такая же точно русская крестьянка, бабушка, самая любимая на свете. Так что мотивация у Георгия Константиновича под Москвой была самая отчётливая, до самого Берлина её хватило за глаза.

Именно об этой деревне, о битве за Москву он вспоминал 16 апреля 1945-го, за Одером у Зееловских высот, последней мощнейшей линии обороны немцев. От них до Берлина километров семьдесят. Чуть меньше, чем Малоярославец или Клин от Москвы.

Все отразилось зеркально. Кюстринский плацдарм, Зееловские высоты, самый прямой и короткий путь на Берлин. Это каждый наш боец понимал, но и нацисты, ясное дело, понимали не хуже. Поэтому наибольшая плотность врага: 14 дивизий на 44 километра фронта, два – три солдата на метр – именно перед частями 1-го Белорусского фронта. То есть перед Жуковым. Такая уж видно доля богатырская.

Немцы ждали атаки, как обычно, на рассвете, но Жуков принял решение атаковать ночью при свете прожекторов, после колоссальной артподготовки. Последний, самый страшный бой войны, «Атака века», вне сомнений. И её нельзя было избежать, за высотами – автострада, прямая как стрела, и Берлин – рукой подать. Все понимали – от солдата до маршала, войдём в него – конец войне. Жуков с болью признаёт, что мощнейшая артподготовка не смогла до конца подавить оборону врага, похоже мы недооценили её мощь... Но это война, а не шахматы.

Именно Зееловские высоты ставят Жукову в вину бесчисленные псевдоисторики, «диванные войска». Доходит до заявлений, что потери наши составили чуть ли не миллион, что надо было немцев обложить и ждать, пока сами сдадутся. Бред, конечно, Зеелов – достаточно локальный участок огромного фронта, да, мы несли тяжёлые потери, погибло около пяти тысяч бойцов, Царство им Небесное и земля пухом, почти 20 тысяч ранено... Но немцы несли не меньшие потери. Из более чем 50 тысяч, участвовавших в операции, отошли меньше 13-ти... Но атаковать высоты необходимо было именно так, в лоб, иначе враг успел бы отступить в Берлин.

Ни одна из жертв атаки века, Зееловских высот не была напрасной. Потому что сразу после прорыва обороны Зееловских высот Жуков, не медля ни минуты, бросает танковые армии на Берлин, сразу выходя в тыл 9-й армии.

Это нелегко понять, но, похоже, именно Зееловские высоты, наши потери там и задержка наступления на полтора дня, на мгновение вернувшая гитлеровцам надежду, что русских можно остановить, сыграла роковую роль в судьбе 9-й гитлеровской армии генерала Теодора Бюссе. И в конечном счёте в судьбе Берлина, ведь именно 9-я армия должна была его оборонять.

Простой, рискованный, без преувеличения, гениальный план: танковым армиям, одним, без стрелковых частей, стремительно, с боем выйти на окраины Берлина и образовать своего рода «кокон» вокруг города, который не даст усилить немецкий гарнизон за счёт отступающей 9-й армии и подхода резервов с запада.

Входить же в город на данном этапе Жуков запретил.

Тайна Берлинской операции в судьбе 9-й армии… В момент прорыва зееловского укрепрайона в ней около 220 тысяч бойцов – отборная армия с танковыми дивизиями. Вместе с лучшими частями вермахта в неё входит 5-й горный корпус СС, которым командует генерал Еккельн, начальник полиции рейха, палач Белоруссии и Риги. Военный преступник.

Берлин у них за спиной.

Командующий армией генерал Бюссе медлил. Отступить в город или всё же попытаться остановить русских на подступах. Тяжёлое решение... Ведь там, в Берлине, кроме Гитлера и генштаба ещё остаётся два с половиной миллиона жителей. Им кажется, что отступить просто – ведь это их дом, Германия. Всё знакомо. И транспорта много, и автострада прямая, как стрела цела. Русские же в сорок первом не отступили в Москву, а остановили немцев на подступах к столице.

Когда они всё же решились отступать, было поздно.

Видя полное превосходство русских в воздухе, не раз атакованные штурмовиками, они отступали к Берлину, избегая открытых пространств, старались двигаться через лес.

В районе деревни Хальбе они решили сделать последний рывок к столице, используя всё, что движется. Разведка сработала, штаб маршала Конева точно знал об их передвижениях. Советские танкисты сознательно стреляли по вершинам деревьев, щепки летели сверху вниз со скоростью пули и поражали солдат страшнее металлических осколков.

Немецкая колонна остановилась и уже окончательно была накрыта огнём нескольких полков тяжёлой артиллерии и «катюш»... Константин Симонов, в те дни военный корреспондент, волею судьбы оказался в центре событий под деревней Хальбе.

«В этом месте, – писал он, – по обе стороны автострады густой лес и через него поперечная просека, которой и в ту и другую сторону не видно конца... Просека сплошь забитая чем-то совершенно невероятным – нагромождение танков, легковых машин, броневиков, грузовиков, санитарных автобусов. Всё перевёрнутое, вздыбленное, искрошившее вокруг себя сотни деревьев. И в этой каше из железа, дерева, оружия, среди чего-то непонятного, сожжённого и почерневшего – месиво изуродованных человеческих тел. И всё это уходит вдоль по просеке буквально в бесконечность. Трупы вперемешку, как я вдруг замечаю, с живыми. Эти живые – раненые – сидят, прислонившись к деревьям, одни перевязанные, нашими санитарами, другие окровавленные и ещё не перевязанные».

Генерал Еккельн, на котором сотни сожжённых белорусских деревень, тысячи расстрелянных заложников, массовые казни евреев в Риге, попал в плен под Хальбе, после Нюрнберга казнён.

Из более чем 200 000 солдат только 24 000 прорвались, просочились, но не в Берлин, на Запад, выбыв из борьбы.

Если бы 9-я армия смогла отойти в Берлин, укрыться за его стенами, потери наши при штурме были бы действительно иными. Огромными. Продержись Берлин ещё с месяц, и мир послевоенный мог быть совсем иным. У Жукова и Конева не было другого выхода, они должны были оставить 9-ю армию в этом лесу навсегда. В этом малоизвестном эпизоде войны потери гитлеровцев вполне сравнимы со сталинградскими.

Дальше три фронта, три маршала: Жуков, Конев и Рокоссовский уже спокойно начали планомерный классический штурм города.

Берлинская операция – вершина мастерства Красной армии во Второй мировой войне. Огромный четырёхмиллионный город, с немецкой тщательностью подготовленный к обороне, пал за 10 дней, за 240 часов, при том что окружённый Будапешт продержался почти 50 дней.

Наши безвозвратные потери с 16 апреля по 12 мая 1945-го – 78 251 боец. Потери противника только убитыми около 400 тысяч, более 380 тысяч попало в плен. То есть безвозвратные потери нацистов ровно в 10 раз больше.

Из-за опалы Жукова его блестящий план с «коконом», и дерзкий прорыв танковых армий к Берлину через Зееловские высоты, буквально «через игольное ушко», в учебники не попали.

А вообще-то война была проиграна нацистами в первые часы 22 июня 41-го года, когда какой-то безвестный русский солдат, отстреливаясь до последнего, написал на стене каземата: «Умираю, но не сдаюсь». В подвале Рейхстага такой надписи не нашли, не было её.

Победа – это то, что принимают оба противника, только тогда война заканчивается. Пока они были живы, те старые солдаты вермахта, что унесли ноги, выжили чудом, под Москвой, в Сталинграде и Новороссийске, в небе над Кубанью, в снегах Кавказа в Севастополе и Берлине, никто всерьёз не пытался эту Победу подвергнуть сомнению.

Что нам остаётся... Верить своим старикам, живым и ушедшим, а не вранью в Интернете, взять свою силу и веру...

Рядового солдата не обманешь, на войне ничего невозможно скрыть в человеке, он поневоле – тонкий психолог и точно знает: с одним командиром пропадёшь, с другим выживешь и победишь. А солдатская, народная любовь к Жукову неопровержима, несомненна.

«Сначала Победа, потом сражение», – есть такая самурайская поговорка, если у тебя в душе Победы нет – бессмысленно сражаться. У Жукова она была – эта Победа в душе изначально.


Автор - кинодокументалист, автор сценария и режиссер цикла «Чистая победа» на телеканале «Культура»
Специально для «Столетия»

[Андрей Сидорчик]

http://www.aif.ru/society/history/ya_sdelal_vse_chtoby_vypolnit_dolg_pobedy_i_porazh eniya_marshala_zhukova?utm_source=aif&utm_medium=free&utm_campaign=main
00:05 01/12/2016

1 декабря 1896 года родился Маршал Советского Союза Георгий Жуков.
http://images.aif.ru/010/480/d59458ba3c0d3e48999f6ed070af72db.jpg
Георгий Жуков. © / Commons.wikimedia.org

«Здравствуйте, дядя Миша»

XX век в русской истории был противоречивым, полным грандиозных катастроф и величайших побед, примеров высокого гуманизма и нечеловеческой жестокости.

Главным полководцем страны в этом веке стал человек такой же противоречивый, как и сама история страны. Личность и образ действий Георгия Жукова будут вызывать яростные споры ещё многие десятилетия, и вряд ли когда-нибудь будут приведены к единому знаменателю.

Будущий маршал Победы появился на свет 1 декабря (по новому стилю) 1896 года в деревне Стрелковка Малоярославецкого уезда Калужской губернии в семье крестьянина Константина Артемьевича Жукова.

О большой карьере для сына родители не мечтали. Когда Георгий окончил три класса церковно-приходской школы, мама стала собирать его в дорогу: в Москву, к дяде Михаилу Пилихину, меховщику, в мастерской которого мальчику предстояло осваивать профессию скорняка.

«Когда подойдёшь, поклонись и скажи: „Здравствуйте, Михаил Артемьевич“, — наставляла мама.

— Нет, я скажу: „Здравствуйте, дядя Миша!“», — упрямо возразил 12-летний мальчик.

Безропотное подчинение никогда не было характерно для Жукова. Во время войны он будет одним из тех немногих, кто посмеет открыто перечить Верховному Главнокомандующему. Свою точку зрения, вне зависимости от того, насколько она правильная, Жуков всегда оборонял яростно.

Из скорняков — в красные командиры

Обучение проходило успешно. К 1912 году Георгий Жуков — один из самых способных и перспективных учеников, который помогает хозяину торговать в лавке во время Нижегородской ярмарки. Еще спустя два года, в 1914, Жуков уже молодой мастер скорняжных дел, строящий планы собственного бизнеса и присмотревший себе невесту.

Всё изменила Первая мировая война. Летом 1915 года скорняк Жуков призван в армию. Вряд ли тогда ему приходило в голову, что со своей гражданской профессией он попрощался навсегда.

После кавалерийских курсов в 1916 году унтер-офицер Жуков был откомандирован на Юго-Западный фронт в распоряжение командира 10 Новгородского драгунского полка. Участвуя в боевых действиях, «за захват немецкого офицера» награждён Георгиевским крестом 4 степени. В октябре получил тяжёлую контузию и вследствие частичной потери слуха, направлен в запасный кавалерийский полк.

За ранение в бою удостоился второго Георгиевского креста, на этот раз 3 степени. После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в Москву, затем в деревню к родителям, где долго болел тифом.

В августе 1918 года Жуков поступил на службу в Красную Армию, дрался на фронтах Гражданской войны, после окончания Рязанских кавалерийских курсов стал сначала командиром взвода, а затем командиром эскадрона.

В 1922 году краском Георгий Жуков был награждён орденом Красного Знамени за участие в подавлении Антоновского восстания.

Первая звезда Героя

Его карьера в межвоенный период развивалась параллельно с карьерой другого знаменитого маршала Великой Отечественной Константина Рокоссовского. В 1930 году Рокоссовский командовал 7 Самарской кавдивизией, командиром бригады в которой был Жуков.

Жуков обойдёт его в период «большого террора», когда Рокоссовский окажется на волосок от гибели. Жукова репрессии обойдут стороной, и он впоследствии поможет бывшему начальнику вернуться в строй. В Великую Отечественную они будут сражаться бок о бок, делая общее дело, но продолжая спорить и конкурировать между собой.

В 1939 году Георгий Жуков одержит свою первую значительную победу, разгромив японцев на Халхин-Голе и заставив их отказаться от планов масштабного нападения на СССР.

За эту операцию комкор Жуков удостоился звания Героя Советского Союза и ордена Красного Знамени МНР.

Константин Рокоссовский, давая характеристику своему подчинённому в начале 1930-х, укажет, что для штабной работы Жуков не подходит, так как «ненавидит её». По иронии судьбы, в начале 1941 года начальником Генерального штата РККА станет именно Георгий Жуков.

На такое решение во многом повлияли блестящие действия Жукова во время оперативно-стратегических игр на картах. Играя за условного противника, он наглядно покажет слабые места советских войск на западном направлении, используя во многом те же манёвры, какие в июне 1941 года будут применять немцы. Увы, предвидение Жукова в начале реальной войны не очень помогло.

«Надо откровенно сказать, ни у наркома, ни у меня не было необходимого опыта в подготовке вооружённых сил к такой войне, которая развернулась в 1941 году», — писал впоследствии Жуков в воспоминаниях.

«Кризис-менеджер» Великой Отечественной

Пост начальника Генштаба Жуков оставит в конце июля 1941 года, передав его опытнейшему Борису Шапошникову. Многие полагают, что этот уход с должности станет свидетельством непригодности военачальника к такой работе, о чём предупреждал Рокоссовский.

Произойдет это, однако, после одного из самых жестких разговоров между Жуковым и Сталиным, где у каждого будет своя правда. Жуков будет требовать оставления Киева и отвода войск, предупреждая об опасности военной катастрофы. Сталин, рассматривавший вопрос с точки зрения политика, считал, что утрата Киева нанесет слишком значительный политический ущерб. Перепалка кончилась уходом Жукова с поста, но прав оказался он: Киев пал, а разгром группировки советских войск в этом районе стал одной из самых масштабных неудач Красной Армии за всю войну.

Парадокс, но эта отставка Жукова, возможно, стала решающим фактором, повлиявшим на провал немецкого блицкрига. Жуков стал выполнять обязанности военного «кризис-менеджера», которого отправляли спасать положение там, где оно казалось безнадёжным.

В начале сентября Жуков организует и проведёт Ельнинскую наступательную операцию, освободив Ельню и срезав так называемый «ельнинский выступ».

Через три дня после окончания операции под Ельней Жуков примет Ленинградский фронт, где положение стало катастрофическим, а город оказался на грани сдачи. За три недели путём активных действий и жёстких решений Жуков стабилизирует фронт, не допустив падения Ленинграда.

8 октября 1941 года его отзовут под Москву, где из разбитых и разрозненных частей Резервного и Западного фронтов он будет строить оборону, чтобы удержать столицу.

В разгар оборонительных боёв на подступах к Москве Жукову позвонит Сталин:

«— Вы уверены, что мы удержим Москву? Я спрашиваю вас об этом с болью в душе. Говорите честно, как коммунист.

— Москву, безусловно, удержим», — ответит Жуков. Ответит, взяв на себя неимоверно тяжёлое обязательство.

Он будет отдавать жёсткие распоряжения, за трусость и отступление без приказа грозить расстрелом на месте. Многим его жёсткость будет казаться неоправданной. Но Москву удержали...

Право посылать на смерть

Когда контрнаступление под Москвой уже успешно развивалось, Жуков однажды прилёг отдохнуть и проспал больше суток. Добудиться не могли: тяжелейшие нагрузки и невероятное нервное напряжение дали о себе знать.

Георгий Жуков в течение войны принимал участие в разработке крупнейших операций советских войск, как успешных, так и неудачных. Ему в укор часто будут ставить пренебрежение солдатскими жизнями, приписывая фразы, которых он никогда не говорил.
Как искать данные о погибших на войне. Советы эксперта

«— Моя эмоциональность понятна — там люди гибнут, а ты бессилен им помочь!

— Солдаты.

— А вы не помните, что они ещё и люди?

— Нет, не помню, не имею права, иначе начну думать, что у них есть отцы, матери, дети, что их ждут дома... тогда трудно будет на смерть их посылать... а приходится...»

Это спор между членом военного совета Исаевым и командующим армией генералом Бессоновым из романа «Горячий снег» писателя Юрия Бондарева. Бондарев, который сам прошёл войну, вложил в уста своего героя слова, которые во многом объясняют смысл и образ действий Георгия Жукова.

Жуков был жесток и требователен и посылал людей на смерть, но не ради самолюбования, а ради достижения необходимого результата.

Говоря о Жукове, часто проводят параллели с одним из самых почитаемых американских полководцев, триумфатором Гражданской войны, лидером северян и президентом США Улиссом Грантом. «Я никогда не считаю своих мертвецов», — такую фразу приписывают Гранту, который никогда не считался с потерями для достижения цели.
Передовица «Известий» № 208 (8818) от 4 сентября 1945 г. «Запад и Восток очищены от туч». Что писали газеты в сентябре 1945 года

Маршал Победы

Безжалостность Жукова к своим подчинённым преувеличивается: будь так, не было бы в победившей стране народного почитания маршала. Однако военачальник, умевший принимать на себя груз ответственности, готов был приносить жертвы, если это действительно было нужно для победы.

В 1945 году Георгию Жукову как командующему Первым Белорусским фронтом, будет поручена главная роль в операции по взятию Берлина. Критики маршала спустя десятилетия будут рассказывать о немыслимых жертвах Красной Армии, выдумывая несуществующие слова самого Жукова и западных военачальников, якобы резко критиковавших его за методы её проведения.

Однако факты говорят о другом: во время Второй мировой войны не было других примеров взятия столь хорошо укреплённого города в столь краткие сроки. При этом потери для такой операции оказались весьма умеренными. Берлинская операция оказалась жемчужиной советской военной мысли.

8 мая 1945 года в 22:43 (9 мая в 0:43 по московскому времени) в Карлсхорсте Жуков принял от генерал-фельдмаршала Вильгельма Кейтеля безоговорочную капитуляцию войск нацистской Германии.

24 июня 1945 года маршал Жуков принял Парад Победы Советского Союза над Германией в Великой Отечественной войне, который состоялся в Москве на Красной площади. Командовал парадом вечный соратник и оппонент Константин Рокоссовский.
Репродукция портрета Народного комиссара внутренних дел СССР Лаврентия Берия. Казнь в бункере. Лаврентий Берия разделил судьбу своих жертв

«Придворные» интриги страшнее вражеских армий

В мирной жизни Жуков, обретший огромное влияние и популярность, оказался слишком неудобен. При Сталине он отправился командовать Одесским, а затем Уральским военными округами, вернувшись на должность первого заместителя министра обороны СССР уже после смерти вождя.

В схватке за «сталинское наследство» Никита Хрущёв использует Жукова как «ферзя», который 26 июня 1953 года поставит «мат» Лаврентию Берии. Всесильный глава МВД мог смутить кого угодно, но только не Жукова.

В 1955 году Жуков займёт пост министра обороны СССР, и в этой должности даст команду на проведение операции «Вихрь» по подавлению антиправительственного восстания в Венгрии.

В 1957 году под Хрущёвым всерьёз зашатается кресло, и лишь вмешательство Жукова спасёт главу государства от отставки. Но Никита Сергеевич этого спасения перепугается ещё больше, и в конце того же года в «Правде» появится статья, в которой Жукова будут обвинять в том, что он «оказался политически несостоятельным деятелем, склонным к авантюризму в понимании важнейших задач внешней политики СССР и в руководстве Министерством обороны».

В феврале 1958 года самый народный маршал страны окажется в отставке и информационной блокаде. Четырежды Герой Советского Союза, кавалер двух орденов «Победа» словно исчез. Константин Рокоссовский поддержит линию Хрущёва в отношении Жукова, но скоро и сам попадёт в опалу, когда откажется писать по его заказу антисталинскую статью.

Лишь в 1965 году, на 20-летие Победы Жукова вновь пригласят на официальное мероприятие в Кремль, где его встретят продолжительной овацией.

До самой смерти Жуков будет находиться в очень странном статусе. Кажется, новое советское руководство во главе с Леонидом Брежневым его побаивалось. Интервью у маршала брали редко, статьи его тщательно редактировали, как и мемуары под названием «Воспоминания и размышления», которые впервые были выпущены в 1969 году.

В ноябре 1973 года умерла жена маршала, и это всерьёз подкосило его собственное здоровье. Последовал инфаркт, после которого он уже не оправился. Георгий Константинович Жуков умер 18 июня 1974 года.
Иосиф Бродский. «Лучший период в моей жизни». Как Иосиф Бродский время в ссылке проводил

Будущий Нобелевский лауреат Иосиф Бродский, к тому времени уже два года находящийся в эмиграции в США, написал стихотворение «На смерть Жукова», которое и сейчас вызывает не меньше споров, чем личность маршала:

Вижу колонны замерших внуков,
гроб на лафете, лошади круп.
Ветер сюда не доносит мне звуков
Русских военных плачущих труб.
Вижу в регалиях убранный труп:
В смерть уезжает пламенный Жуков.
Воин, пред коим многие пали
Стены, хоть меч был вражьих тупей,
Блеском манёвра о Ганнибале
Напоминавший средь волжских степей.
Кончивший дни свои глухо в опале,
Как Велизарий или Помпей.
Сколько он пролил крови солдатской
В землю чужую! Что ж, горевал?
Вспомнил ли их, умирающий в штатской
Белой кровати? Полный провал.
Что он ответит, встретившись в адской
Области с ними? «Я воевал».
К правому делу Жуков десницы
Больше уже не приложит в бою.
Спи! У истории русской страницы
Хватит для тех, кто в пехотном строю
Смело входили в чужие столицы,
Но возвращались в страхе в свою.
Маршал! Поглотит алчная Лета
Эти слова и твои прахоря.
Всё же, прими их — жалкая лепта
Родину спасшему, вслух говоря.
Бей, барабан, и военная флейта,
Громко свисти на манер снегиря.

Сам Георгий Константинович, местом последнего упокоения которого стала стена Московского Кремля, подводя итоги жизни, в мемуарах написал так: «Для меня главным было служение Родине, своему народу. И с чистой совестью могу сказать: я сделал всё, чтобы выполнить этот свой долг... Я прожил жизнь с сознанием, что приношу пользу народу, а это главное для любой жизни».

[Юрий Рубцов]

https://topwar.ru/125130-partiynaya-elita-protiv-marshala-pobedy.html
16 сентября 2017
Партийная элита против Маршала ПобедыСостоявшийся ровно 60 лет назад октябрьский 1957 года пленум ЦК КПСС в тогдашней советской печати характеризовался как новый шаг к возвращению «ленинских норм партийной жизни», освобождению рядов партийного руководства от сталинских духовных наследников.
https://topwar.ru/uploads/posts/2017-09/1505506006_1.jpg
В действительности опиравшийся на группу более молодых и умеренных сталинистов Никита Хрущев продолжал линию на изгнание либо своих конкурентов, либо политиков, которые могли стать у него на пути к утверждению единоличного правления, ибо «коллективное руководство» было лишь фиговым листиком. К отстраненным от ключевых постов в июне того же года Лазарю Кагановичу, Георгию Маленкову, Вячеславу Молотову и Дмитрию Шепилову в октябре присоединился член Президиума ЦК КПСС, министр обороны СССР Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков.

Но если в случае с так называемой антипартийной группой речь, по сути, шла о банальной борьбе за власть, то за противостоянием Хрущева и его сподвижников, с одной стороны, и Маршала Победы, с другой, скрывались совсем другие причины.

ВОСХОЖДЕНИЕ НА ПОЛИТИЧЕСКИЙ ОЛИМП

Если Великая Отечественная война возвысила Жукова как лучшего военачальника Второй мировой, то середина 1950-х годов стала для него звездным часом как для политика. Возвращенный с поста командующего Уральским военным округом в марте 1953 года в Москву, он стал сначала заместителем министра, а в 1955 году – министром обороны СССР. В июне 1957 года вошел в состав Президиума ЦК КПСС (так тогда называлось Политбюро). В декабре 1956 года в связи с 60-летием со дня рождения удостоился четвертой звезды Героя Советского Союза.

В эти годы Жуков сыграл важную роль в десталинизации нашего общества. Решающее значение имела его политическая позиция в июне 1957 года, когда Молотову, Маленкову и Кагановичу на заседании Президиума ЦК удалось провести решение об освобождении Хрущева с поста первого секретаря ЦК КПСС. Действия министра обороны спутали все их карты. Жуков добился, чтобы вопрос о судьбе Хрущева был перенесен на пленум ЦК, а затем в считаные дни, используя военно-транспортную авиацию, сумел собрать для участия в нем большое число членов Центрального комитета. Пленум завершился изгнанием с руководящих постов наиболее одиозных сталинистов и укреплением позиции Хрущева.

Первый секретарь ЦК, однако, воспринял действия Жукова в его поддержку по-своему. Его линию поведения продиктовала не совесть, а опыт многолетней беззастенчивой борьбы за власть. Ведь, в сущности, он был таким же сталинистом, как и только что изгнанные с руководящих постов политики, и ничем не отличался от них в способах сохранения себя в кадровой обойме вождя. Хрущев уловил, насколько велики авторитет и влияние министра обороны, коль скоро тот сумел так кардинально развернуть ситуацию в руководстве партии, и заподозрил опасность своему монопольному положению.

ОТВЕТНЫЙ ХОД

Меры по скорейшему удалению своего спасителя с политической арены Хрущев инспирировал сразу же по горячим следам июньского пленума. Чтобы Жуков не узнал о кознях против себя раньше времени, он был направлен в заграничную поездку в Югославию и Албанию. За 22 дня, в течение которых маршал отстутствовал на родине, Президиум ЦК во главе с Хрущевым полностью реализовал замысел закулисного сговора. Зарубежный визит полководца был сознательно синхронизирован по времени с крупными войсковыми учениями на базе Киевского военного округа, для чего туда вызвали командующих всеми военными округами. Позднее первый секретарь ЦК откровенно заявил, что все это входило в заранее разработанный план по устранению министра обороны: «Если говорить, то я не случайно попал на охоту из Крыма в Киев… Я хотел встретиться с командующими округов, хотел их послушать, с ними поговорить, а потом в выступлении подбросить кое-каких ежиков. Я думаю, командующие меня более или менее правильно поняли».

Каких же «ежиков», по словам этого крайне косноязычного оратора, подбросил он высшему руководящему составу Вооруженных сил? Мысль о том, что Жуков опасен для государства и партии, поскольку вынашивает бонапартистские устремления, и что положение может спасти только немедленное удаление его из руководства партии и государства. Как показали дальнейшие события, высшие военачальники в самом деле «правильно» поняли первого секретаря. Как ни прискорбно, среди них не нашлось ни одного человека, который бы возвысил голос против наветов на боевого товарища.

Как члена высшего партийного органа Жукова нельзя было удалить с поста кулуарно, обычным решением Президиума ЦК. Его судьбу мог решить только пленум, лихорадочную подготовку которого провели в отсутствие маршала. Готовя расправу над ним, окружение Хрущева не могло не понимать, что времена изменились и в одночасье объявить заговорщиком и путчистом всенародно почитаемого полководца, подобно тому, как 26 июня 1953 года Берия из «верного соратника товарища Сталина» мгновенно превратился в «агента иностранных разведок», не удастся. Чтобы обеспечить поддержку крутых мер по отношению к Жукову, партийная элита пошла на широкомасштабный подлог и обман. Начиная с 18 октября была организована целая серия собраний партийных активов в центре и военных округах, на которых в качестве докладчиков выступали члены и кандидаты в члены Президиума ЦК, сообщавшие коммунистам ложную информацию относительно действий и замыслов Георгия Константиновича.

Партийный актив центральных управлений Министерства обороны СССР, Московского военного округа и Московского округа ПВО 22–23 октября был задуман как генеральная репитиция октябрьского пленума. С большой речью на нем выступил Хрущев. Сбивчиво, с пятого на десятое, он тем не менее впервые с начала антижуковской кампании столь определенно сформулировал политические обвинения в адрес министра обороны, заключавшиеся в якобы имевших место попытках Жукова оторвать армию от партии, поставить себя между военнослужащими и Центральным комитетом. Он дал понять присутствующим также и то, что вывод министра обороны из состава Президиума ЦК предрешен.

Справедливости ради надо сказать, что несколько человек из числа участников собрания все же попытались осторожно высказать сомнения, нормально ли обсуждать действия Жукова в его отсутствие. Однако Хрущев одернул их, заявив, что «семеро одного не ждут», вопрос назрел, и в интересах партии его надо решать безотлагательно.

Руководящая верхушка КПСС сознательно пошла при этом на нарушение всех норм партийной жизни. Деятельность коммуниста, тем более члена высшего политического руководства, обсуждалась без его участия и даже без его информирования о факте обсуждения. Только действуя в лучших сталинских традициях – запечатав уста обвиненному маршалу, скрыв под предлогом военной и государственной тайны происходящее судилище от широких партийных масс и манипулируя послушным активом, можно было добиться устранения Жукова. Любое же публичное объективное разбирательство и камня на камне не оставило бы от обвинений маршала в некоей антигосударственной деятельности.

Через три дня антижуковская кампания вступила в решающую стадию: 26 октября вопрос о состоянии партийно-политической работы в армии и на флоте был вынесен на заседание Президиума ЦК, на сей раз уже в присутствии Жукова, прибывшего в Кремль прямо с аэродрома. Хрущевское окружение было спокойно: партийные активы показали, что союзников у министра обороны в верхних эшелонах политиков и военных гарантированно нет и не будет.

Жуков пытался опровергнуть предъявленные ему обвинения. Судя даже по скудной протокольной записи, он резко возражал против «дикого», по его словам, вывода, будто он стремился отгородить Вооруженные силы от партии, и отказался признать, что принижал значение партийно-политической работы. Вместе с тем он высказал готовность признать критику и исправить ошибки, попросив в заключение назначить компетентную комиссию для расследования обвинений в свой адрес.

Но, как видно, исход дела был предрешен заранее. Члены партийного ареопага боялись Жукова, боялись его славы, авторитета, характера, он нужен был им не исправляющий ошибки, а низвергнутый. Они все (особенно усердствовали Н.А. Булганин, М.А. Суслов, Л.И. Брежнев, Н.Г. Игнатов) выступили в поддержку уже не раз звучавших обвинений. Итог подвел Хрущев: по его предложению Георгий Константинович был снят с поста министра обороны.

Ему, однако, предстояло еще раз пройти тягостную процедуру шельмования на намеченном на 28 октября пленуме ЦК. Оставаясь пока членом ЦК КПСС, он, даже если бы и хотел, не мог ее избежать. Впрочем, уклоняться от испытаний было не в привычках Жукова. Другое дело, что одновременно с полномочиями министра обороны он лишился доступа к служебной документации, которая позволила бы аргументированно отвечать на выдвинутые обвинения.

УДАР СИСТЕМЫ

Система навалилась на Жукова всей мощью. Помимо 262 членов ЦК, кандидатов в члены ЦК и членов Центральной ревизионной комиссии, а также нескольких десятков секретарей обкомов партии, заведующих отделами и ответственных работников аппарата ЦК КПСС, к работе октябрьского пленума были привлечены 60 высших военачальников. Знаменательно, что с докладом выступал секретарь ЦК Суслов, которому такая миссия отводилась практически всегда, когда рассматривались «персональные» вопросы.

В часовом докладе в адрес Жукова были выдвинуты очень серьезные по тем временам обвинения в недостатках и извращениях в партийно-политической работе, которые конспективно сводились к следующему:

– грубое нарушение партийных принципов военного строительства, отрыв Вооруженных сил от партии;

– ослабление партийно-политической работы среди личного состава, принижение роли политорганов и партийных организаций в армии;

– шельмование политических работников, огульная расправа с командно-политическими кадрами;

– отсутствие скромности, поощрение в Вооруженных силах культа собственной личности, претензии на исключительность роли в стране;

– стремление к неограниченной власти, установлению контроля над силовыми структурами.

Раскрывая суть обвинений в адрес Жукова, Суслов привел ряд фактов. Его дополнил, получив слово вслед за докладчиком, начальник Главного политического управления СА и ВМФ генерал-полковник Алексей Желтов, сыгравший в решении судьбы маршала одну из самых неприглядных ролей. Факты прозвучали громко, однако, большинству участников пленума было невдомек, что многие из них передернуты, а то и прямо носят лживый характер.
https://topwar.ru/uploads/posts/2017-09/1505505999_2.jpg
Так, в качестве важнейшего свидетельства тягчайшего, с точки зрения Президиума ЦК, преступления Жукова было названо учреждение без ведома ЦК спецназа – школы диверсантов в две с лишним тысячи слушателей как своего рода ударный кулак в личном распоряжении министра обороны, могущий быть использованным во вполне конкретных заговорщических целях. («Диверсанты. Черт его знает, что за диверсанты, какие диверсии будут делать», – расценил новую воинскую часть в своем выступлении и Хрущев.)

Давая объяснения, Жуков особо просил обратить внимание на отсутствие у него какого-то преступного умысла, что легко могла бы установить соответствующая партийная комиссия, о создании которой маршал ходатайствовал здесь же. Школа была создана из имевшихся в военных округах 17 рот, готовивших спецназовцев, чтобы сделать уровень подготовки (обучение иностранным языкам, сохранение военной тайны) соответствующим тем требованиям, которые предъявляются к такого рода учебным заведениям.

Признав, что он допустил ошибку, не проведя решение о создании такой школы через Президиум ЦК, Георгий Константинович вместе с тем решительно отверг обвинения, будто он вообще действовал тайно. Он сослался на то, что дважды устно докладывал об этом Хрущеву, и характерно, что первый секретарь, так охотно, судя по стенограмме пленума, вступавший в полемику с ораторами, не решился опровергнуть эти слова перед лицом участников пленума.

Причиной другого принципиального обвинения в адрес Жукова стали слова, сказанные им в июне 1957 года в тот момент, когда члены Президиума ЦК, противостоявшие Хрущеву, попытались выяснить, не удастся ли привлечь армейские части для разрешения в свою пользу политического кризиса. «Без моего приказа ни один танк не тронется с места», – заявил министр обороны, и Хрущев тогда же оценил эанятую им позицию как партийную. Да и какую иную оценку он мог дать, если это веское заявление Жукова обеспечивало ему сохранение поста руководителя КПСС? Теперь же, всего через четыре месяца, первый секретарь ЦК предпочел «забыть» об этом, доверив своим приближенным искажение реальной картины происшедшего. Так, Анастас Микоян заявил: «Оказывается, танки пойдут не тогда, когда ЦК скажет, а когда скажет министр обороны». И по существу, бросая в адрес Жукова обвинение в антисоветской и антипартийной деятельности, заметил, что таким образом поступают в странах, где компартия в подполье, где «всякие хунты-мунты», а «у нас политический климат не подходит для таких вещей».

Слова Жукова относительно его готовности напрямую обратиться к армии и народу в случае, если оппозиционеры (Молотов и Ко) будут настаивать на снятии Хрущева, по мнению Микояна, прямо указывали на бонапартистские устремления маршала. «Разве не ясно, что это позиция – непартийная и исключительно опасная?» – вопрошал по этому поводу и Суслов.

Фарисейство этих слов было очевидным для всех, кто знал обстоятельства кризиса в партийных верхах в июне 1957 года. Ведь, по существу, именно твердая позиция трезво мыслящего, волевого и патриотически настроенного маршала уберегла страну от острейшего рецедива сталинизма. И если уж доводить мысль Суслова о бонапартизме Жукова до логического завершения, то напрашивается вопрос: что мешало министру обороны уже в тот момент взять власть в свои руки, если он к ней стремился? «Мешало» элементарное – отстутствие такого стремления.

И уж, конечно, пленум отмахнулся от объяснений Жукова, что он намеревался обратиться через голову антипартийной группы к парторганизациям Вооруженных сил единственно для того, чтобы посредством их довести до сведения широких партийных масс информацию о положении в Президиуме ЦК. К слову, это тоже вопринималось партноменклатурой как огромное преступление, ибо парторганизации на местах могли получать информацию, только просеянную через аппарат и только в концепции высшего руководства. Любое отступление от этих канонов воспринималось как антипартийное проявление.

ОТВЕТНОЕ СЛОВО

В своем выступлении Жуков – а он получил слово после Суслова и Желтова – охарактеризовал состояние Вооруженных сил, обратив внимание на существенное укрепление воинской дисциплины и уставного порядка, сокращение числа чрезвычайных происшествий и преступлений, рост боевой выучки личного состава. Одним из главных средств достижения такого положения он назвал укрепление авторитета и значения командира-единоначальника.

Вот здесь-то, как представляется, и был корень разногласий маршала и партийной верхушки. Ибо укрепление единоначалия неизбежно вело к снижению властных полномочий политсостава, а идеологическая работа переставала быть самоцелью и должна была всецело подчиняться интересам боевой учебы и службы. Но это как раз и не устраивало ни ЦК, ни политорганы, отстаивавшие принцип «единоначалия на партийной основе», что давало им рычаги контроля над служебной деятельностью командного состава.

Защищаться от нападок маршалу Жукову было сложно еще и потому, что он был человеком рационалистического склада ума, мыслил и говорил по существу, не выносил политического пустозвонства и демагогии, которые как привычное средство взяли на вооружение его оппоненты. Многолетняя традиция партийных форумов – съездов, конференций, пленумов требовала от любого члена партии, независимо от заслуг и занимаемого поста, непременно отдавать дань «мудрости» партии, каяться в собственных ошибках, действительных и мнимых, скатываясь буквально до самоуничижения.

В целом свою речь Георгий Константинович был вынужден построить так, чтобы она отвечала этой традиции, ибо только такая линия поведения оставляла, как, вероятно, казалось ему самому, надежду на продолжение служебной деятельности, а вне службы он себя не мыслил. Явно противно своей натуре, хорошо зная, что большинство выдвинутых против него обвинений буквально висит в воздухе, Георгий Константинович тем не менее исполнил положенный ритуал, заявив, в частности: «Я уверен, что вы по-настоящему оцените те ошибки, которые я допустил… Любое наказание, любое указание в этой части я приму как должное, как полагается в таких случаях каждому члену партии».

И все же даже соображения личной безопасности не могли перебороть жуковской натуры, жуковского характера. Отдав дежурную дань «объективности» сидящих в президиуме и зале, он тем не менее настойчиво боролся за правду. Беда только в том, что каждый поднимавшийся после него на трибуну погребал эту правду под новыми вымыслами и подтасовками.

БРЕЖНЕВ, ФУРЦЕВА И «СТАРЫЕ КОТЫ»

Секретарь ЦК Брежнев фактически обвинил Жукова в диктаторских замашках. Он первым из членов высшего политического руководства озвучил на пленуме планы вывода Георгия Константиновича из состава Центрального комитета. Проводя линию Хрущева на более жесткое отношение к Жукову, секретарь ЦК Екатерина Фурцева отвергла предположение о «политической незрелости» маршала, а расценила его действия как «определенную линию в поведении, антипартийную линию».

Особенно больно Георгию Константиновичу было слышать боевых соратников, с которыми он вместе воевал, а затем и строил послевоенную армию. Военачальники словно состязались друг с другом, кто больнее уязвит вчерашнего министра обороны.

«Сказать, что т. Жуков недопонимал и недопонимает роли партийно-политической работы в армии это, конечно, несостоятельно и несерьезно, и те крупные ошибки, которые допущены были Жуковым, конечно, не от недопонимания, как он, выступая здесь, говорил, это ерунда, – заявил начальник Генерального штаба маршал Василий Соколовский. – Дело заключается именно в линии поведения... Эта особая линия поведения вела к тому, чтобы армию прибрать к рукам в полном смысле этого слова и через армию, конечно, воздействовать тем или иным путем, я не хочу фантазировать, но воздействовать тем или иным путем, может быть, даже на Президиум ЦК, чтобы играли… чуть ли не под его дудку…»

«Дело идет о принципиальных политических ошибках тов. Жукова, который умалял роль Центрального Комитета нашей партии в строительстве Вооруженных Сил», – вторил первый заместитель министра обороны маршал Иван Конев.

Вовсю подыгрывал высшему руководству и новый министр обороны маршал Родион Малиновский. «Я слышал мельком, краем уха, от некоторых, что нет убедительных фактов, что не ясно вроде, ошеломленно и так далее. Есть убедительные факты и есть очень опасные для нашей партии и для нашего государства факты», – сказал он. Но, кроме уже много раз озвученных на пленуме и не ставших от этого убедительнее «фактов», ничего нового привести не смог.

Обвинения носили явно надуманный характер. Жуков был убежденным коммунистом, хорошо знал, какую цементирующую роль играли армейские коммунисты (но не партийные функционеры) и на фронте, и в мирные будни. Он всегда отдавал должное высокому моральному духу солдата и офицера. Но в то же время, пройдя несколько войн, отлично знал, что прямой зависимости между крепостью духа и количеством политико-массовых мероприятий нет. Поэтому настойчиво выступал против все возраставшего формализма, бездумного наращивания числа штатных политработников, резонно считая, что более эффективным является другой путь – повышение роли и участия командного состава в воспитательном процессе. Оценка Жуковым политработников, приведенная Сусловым и сопровождавшаяся репликами «позор!» из зала: «Привыкли за сорок лет болтать, потеряли всякий нюх, как старые коты», была, конечно, резкой, но, по существу, справедливой.

Безусловно, маршалу выдвигались претензии не только политического плана. Обращалось внимание – и обоснованно – на его властность, грубость, тщеславие, стремление, пользуясь его же выражением, «подвосхвалить» себя. Что сказать, излишняя скромность и выдержанность никогда не были достоинствами Георгия Константиновича.

Но маршал был устранен с политической арены не за это. «Водораздел» проходил совсем по другой линии: партийная элита почувствовала, что при такой личности во главе Министерства обороны, как Жуков – подлинном герое войны, авторитетном военном руководителе, человеке независимом, властном, не склонном к компромиссам и политиканству, использовать армию в качестве орудия захвата и (или) удержания власти невозможно. Если ЦК рассматривал армию как орудие борьбы за власть, как «орган подавления» любых действий, враждебных политическому режиму, то Жуков – как орудие защиты Отечества от внешней опасности. Столкнулись, таким образом, интересы государства, за которые ратовал Жуков, и интересы партийного руководства, которые отстаивал Президиум ЦК. В этом состояла объективная основа глубоких подлинных, а не мнимых разногласий Жукова с партийной номенклатурой.

В постановлении пленума записали поручение Секретариату ЦК КПСС предоставить Жукову «другую работу». Для видимости демонстрировали некий партийный гуманизм, на самом же деле это был не более чем банальный бюрократический штамп. Никакой работы для Георгия Константиновича не нашлось, а в следующем, 1958 году его и вовсе отправили в отставку, хотя увольнение с военной службы Маршала Советского Союза шло вразрез с законом.

…Лет десять спустя, уже и сам отправленный соратниками на пенсию Хрущев в своих мемуарах продолжал настаивать на том, что удаление Жукова с политической арены было вынужденным, ибо «постепенно накопились факты, которые нельзя было игнорировать без опасения подвергнуть страну перевороту типа тех, которые совершаются в Латинской Америке». Правда, сколько-нибудь заслуживающих внимания фактов, подтверждающих «бонапартизм» Жукова, как и на октябрьском пленуме, не приводил. Надо понимать, за их полным отсутствием.

[Историческая правда]

http://www.istpravda.ru/chronograph/999/
Маршал Жуков был полководцем своего времени и своего народа: жесткий, волевой, бескомпромиссный. О его полководческом даре, редком аналитическом таланте предвидения действий врага, непоколебимости и умении повелевать написано множество книг. У Жукова было одно качество, которое со всеми мыслимыми оговорками выделяло его на фоне других полководцев Великой Отечественной – он не просто умел побеждать, он умел побеждать сокрушительно.
Георгий Константинович Жуков родился (19 ноября) 1 декабря 1896 года в деревне Стрелковка Калужской области, в крестьянской семье. После окончания трех классов церковно-приходской школы в 1907 году он начал трудовую деятельность учеником в скорняжной мастерской в Москве и одновременно окончил двухлетние курсы городского училища.

В 1915 году Жуков был призван в кавалерию царской армии и после окончания унтер-офицерской школы отправлен на фронт Первой мировой войны. За проявленные заслуги был награжден Георгиевским крестом IV и III степени.

После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в деревню к родителям.

Осенью 1918 года Жуков добровольно вступил в ряды Красной Армии, и, окончив курсы красных командиров, участвовал в Гражданской войне – сражался против уральских казаков под Царицыном, дрался с войсками А.Деникина и П.Врангеля, принимал участие в подавлении крестьянских восстаний в Воронежской и Тамбовской губерниях. Командовал взводом и эскадроном.

Затем Георгий продолжил военное образование – окончил Кавалерийские курсы усовершенствования командного состава конницы и курсы усовершенствования высшего начсостава.

В 1930-х годах он занимал различные командные должности, участвовал в организации командно-штабных игр, полевых учений и сборов, разработке воинских уставов и программ, в реорганизации и техническом перевооружении кавалерийских войск. Уже в эти годы сформировался характерный для Жукова крайне жесткий стиль поведения.

В 1939 году, командуя особым корпусом, а затем армейской группой войск, он успешно руководил разгромом японских войск на реке Халхин-Гол (МНР). Тогда Жукову было присвоено воинское звание «генерал армии».

В 1940 году он получил назначение на должность командующего Киевским военным округом, а после ряда удачных маневров, стал Начальником Генерального штаба и заместителем наркома обороны СССР.

С первых дней Великой Отечественной войны Жуков находился на Юго-Западном фронте как представитель Ставки Главного командования. Но, несмотря на тяжелые бои и самоотверженность советских солдат, сдержать продвижение германских войск не удалось, и Георгий Константинович был снят с должности и назначен командующим Резервным, а затем Ленинградским фронтами. Он участвовал в разработке и осуществлял непосредственное командование в крупнейших операциях войны – Московской битве, при прорыве блокады Ленинграда, в Ржевско-Вяземской операции.

В августе 1942 года был назначен на должность первого заместителя наркома обороны СССР и заместителя Верховного главнокомандующего. Жуков также осуществлял координацию действий фронтов по разгрому немецко-фашистских войск под Сталинградом (за победу в Сталинградской битве он получил звание маршала Советского Союза), при разгроме противника в Курской битве, по освобождению Правобережной Украины, руководил проведением операции «Багратион», в результате которой была освобождена Белоруссия, Висло-Одерской и Берлинской операций.

8 мая 1945 года Маршал Жуков от имени Верховного Главнокомандования Красной Армии принял капитуляцию войск фашистской Германии и со стороны СССР подписал Акт о безоговорочной капитуляции Германии. 24 июня 1945 года он принимал Парад Победы Советского Союза над Германией в Великой Отечественной войне, который проходил в Москве на Красной площади, а 7 сентября 1945 года он принимал Парад Победы союзных войск во Второй Мировой Войне, проходивший в Берлине у Бранденбургских ворот.

Сразу после окончания военных действий до весны 1946 года Жуков был главнокомандующим Группой оккупационных войск и возглавлял Советскую военную администрацию по управлению Советской зоны оккупированной Германии, а затем был отозван в Москву – в марте 1946 его назначили главнокомандующим Сухопутными войсками и заместителем министра вооруженных сил СССР. Но очень скоро Георгий Константинович попал в немилость. Летом этого же года его обвинили в подготовке военного заговора с целью государственного переворота и в преувеличении собственной роли в ходе войны. В результате маршал был смещен с поста главкома, выведен из ЦК и отправлен руководить Одесским военным округом, через два года был назначен командующим войсками Уральского округа.

Стоит отметить, что отношение Жукова к Сталину было неоднозначным. С одной стороны, он был одним из немногих людей, кто мог отстаивать свою точку зрения перед Вождем народа в военных вопросах, но, в то же время, маршал всегда сохранял лояльность по отношению к нему и защищал его даже в период позднейшей «десталинизации», призывая не перегибать палку и «отдать должное» его «выдающимся организаторским» способностям.

После смерти Сталина Жукова вернули из политического «изгнания» - в марте 1953 года он был назначен на должность первого заместителя министра обороны СССР, а в 1955-1957 годах занимал пост министра обороны СССР. Вновь был введен в ЦК КПСС.

В июне 1953 года Жуков руководил военной стороной операции по аресту Берии, в 1954 году руководил подготовкой и проведением учений с применением атомного оружия на Тоцком полигоне, в 1956 году сыграл одну из ключевых ролей в подавлении антикоммунистического восстания в Венгрии (операция «Вихрь»), а в 1957 году помог Н.С. Хрущеву победить в борьбе с его противниками. Это был пик политической карьеры Георгия Жукова.

Но Хрущев, победив во внутрипартийной борьбе, не собирался терпеть растущей самостоятельности маршала. В октябре 1957 года по распоряжению Хрущева Жуков был смещен со всех партийных и государственных постов и в марте следующего года «уволен из Вооруженных Сил в отставку с правом ношения военной формы одежды».

После продолжительной изоляции, с приходом к власти Л.И. Брежнева, опала с Жукова была частично снята. В 1969 году ему разрешили издать книгу «Воспоминания и размышления», начатую им еще в 1965 году.

Жуков умер 18 июня 1974 года в Москве.

[Александр Мельман]

https://www.mk.ru/culture/article/2010/05/06/483673-reshayuschee-srazhenie-za-marshala-zhukova.html
Какой из главных каналов самый главный?
https://static.mk.ru/upload/iblock/4fc/4fcbf9d9f82ab62d571b7430cbb3b44e.jpg
06.05.2010 в 17:53

Милые бранятся — только тешатся. Известно, что у нас на телевизионном поле есть два самых больших и крутых канала, и оба первые. Один так и называется — Первый, а второй — “Россия-1”. Но, к сожалению, оба этих гиганта на одном поле вместе даже не присядут. Последние фронтовые сводки это лишь подтверждают.

Во вторник на Первом в программе “Познер” было показано уникальное интервью маршала Жукова Константину Симонову. Однако, судя по долговременным анонсам, на уникальность претендовал и канал “Россия-Культура”, обещавший 9 мая абсолютный эксклюзив… с тем же четырежды Героем Советского Союза маршалом Жуковым тому же знаменитому писателю Константину Симонову.

Не секрет, что каналы у нас частные (даже если и государственные) и единому руководству не подчиняются. Время центрального телевидения давно прошло. Каждый импровизирует по мере своих финансовых и креативных возможностей. Бывает же: на одной кнопке “Три мушкетера”, щелкнешь другую — и там Д’Артаньян—Боярский героически добывает подвески, уйдешь в дециметры — опять “Пора-пора-порадуемся…” И с документальным кино порой та же самая петрушка происходит. Но это лишь в случае, если одна ТВ-компания переуступит право на показ другой, пусть даже конкурирующей.

Казалось бы, то, что интервью Жукова Симонову показали в программе “Познер”, — сам бог велел. Ведь именно папа Владимира Владимировича возглавлял Экспериментальную творческую киностудию, которая и решилась на этот проект. Однако дальше из-за откровенности маршала показ отложили, а затем и вовсе положили на полку. И вот наконец свершилось, да еще и в двойном экземпляре. Однако ВГТРК уже выразила протест. Она считает, что сей прецедент — контрафакт. Были разговоры, что Первому каналу вскоре даже предъявят иск. Однако этого не произойдет. И тем не менее…

В пресс-службе “России-1” сообщили, что все права на этот документальный фильм были у “Союзмультфильма”. Еще 31 марта ВГТРК обговорила возможность собственного показа интервью и заплатила за это деньги.

Алексей Симонов, сын Константина Симонова:

— Это интервью — фрагмент документального фильма “Если дорог тебе твой дом” и записано в августе 1966 года. В нем нет ничего сенсационного. Все, о чем говорит там маршал Жуков, давно уже известно. Это кино снимал очень хороший режиссер-фронтовик Василий Ордынский. Против показа фильма выступило Главное политическое управление армии и флота. Для верности пригласили высказать свой вердикт старого маршала Тимошенко. Он посмотрел и сказал: “Горькая, но правда”.

ГлавПУР осталось в дураках. Фрагменты интервью ранее показывали, но в столь полном виде не транслировали никогда. Сам же фильм “Если дорог тебе твой дом” я обнаружил в единственном экземпляре во ВГИКе. Качество пленки было ужасным. Ну а то, что сейчас за беседу моего отца с маршалом Победы борются аж два канала, меня только радует. Пусть лучше так они обнаружат свою любовь к Родине, нежели та фальшивая пропаганда, которая порой льется с экранов ТВ.

Казалось бы, 9 Мая, День Победы, Жуков, Симонов. Неужели это обычные снаряды в боевых действиях между телевизионными монстрами? Когда бы знали, из какого сора рождаются… ТВ-программы, не ведая стыда.

[Новомосковск]

http://www.nmosktoday.ru/u_images/1-215.jpg

1 декабря 1896 года родился Георгий Жуков, Маршал Советского Союза, четырежды Герой Советского Союза.

[Shatff]

Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История
В этот день… 1 декабря – 2
О загадочной смерти императора Александра I

1 декабря 1825 года скончался Александр I – император, чьё 25-летнее правление стало одним из самых драматических в отечественной истории… Драма начнётся с первой минуты – хотя роль Александра в перевороте не вполне ясна, но, как минимум, он был в курсе приготовлений. (Причём, как говорят, настаивал, чтобы отца оставили в живых). Потому, когда ему сообщат о смерти Павла, Александр буквально впадёт в истерику – на что граф Пален бросит ему: «Хватит ребячиться – ступайте царствовать!» Пришлось идти – причём в своём первом манифесте император обязуется править «…по законам и по сердцу в бозе почивающей августейшей бабки нашей государыни императрицы Екатерины Великой».



(…Между прочим, имя ему дала именно бабка – в честь Александра Невского). Это окажется очень кстати – полжизни император проведёт, воюя с Наполеоном (не считая заварушек помельче) – и, в конечном, счёте, станет Освободителем Европы!..

Более того, как сказал А. С. наш Пушкин:

И скоро силою вещей
Мы очутилися в Париже,
А русский царь главой царей.

…Но – вернёмся к сегодняшней теме. Как известно, император внезапно заболеет и скончается в Таганроге, по пути на юг – ему было всего сорок семь... Источники называют разные причины этой скоропостижной и странной смерти – от холеры до банальной простуды; из чего, в сущности, следует, что они остались неизвестны…


https://img-fotki.yandex.ru/get/4303/15397073.378/0_1406aa_75e2ffc8_XL
Странности продолжились… забальзамированное тело повезут в Петербург – при этом гроб было рекомендовано не открывать… так возникнут слухи, что тело – не настоящее. (По прибытии, к нему будут допущены только члены семьи – а впоследствии появятся сомнительные очевидцы, якобы видевшие пустую гробницу. Более того – случившийся в ночь смерти императора поблизости офицер, якобы, вспомнит, что видел поспешно удалявшуюся от дома знакомую фигуру!..)

…Закономерно последующее возникновение мифа о сибирском старце Фёдоре Кузьмиче – в 1836 году подозрительного бродягу остановят в Пермской области, высекут – и сошлют дальше на восток. …Однако, тот отнюдь не сгинет «во глубине сибирских руд» – и на этапе, и в Томской губернии старец проявит какой-то удивительный талант расположить к себе окружающих – и, в конечном счёте, станет почитаемой местной достопримечательностью.

…Источники приводят множество свидетельств о людях, признавших в старце давно почившего императора (утверждается, что они не раз видели Александра при жизни); о его необычных посетителях (включая Льва Толстого и цесаревича – будущего Александра II); о якобы имевшей место переписке Фёдора Кузьмича с Николаем I (разумеется, бесследно пропавшей) – но всё это окутано ореолом «предположительности» и «вероятности»…


https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/f6/Alexander_I_of_Russia_by_G.Dawe_%281826%2C_Peterho f%29.jpg/800px-Alexander_I_of_Russia_by_G.Dawe_%281826%2C_Peterho f%29.jpg
(Как говорят, принимая предсмертное причастие, Фёдор Кузьмич не назовёт ни имени своего небесного покровителя (со словами: «Это Бог знает»); ни имён родителей («Святая Церковь за них молится»).

…Так или иначе, старец скончается в Томске, пережив Александра I почти на четыре десятилетия. (Хотя и примерно в его возрасте – доживи царь до столь преклонных лет!..) Потому многие и сейчас уверены, что Фёдором Кузьмичом был никто иной, как инсценировавший свою смерть император – обронит же он как-то: «Я отслужил двадцать пять лет – и солдату бы пора в отставку». Мог ли Александр пойти на такую грандиозную мистификацию остаётся загадкой – хотя при жизни именно за загадочность его прозвали «Северным сфинксом»…

…Дополнительную интригу ситуации придаст смерть жены Александра Павловича – Елизаветы Алексеевны; она переживёт мужа менее чем на полгода, и скончается при не вполне ясных обстоятельствах. Так родится легенда о том, что императрица пошла по пути мужа – и стала затворницей в Новгородской области под именем Веры Молчальницы… эта неизвестно откуда взявшаяся особа действительно двадцать три года будет хранить обет молчания и прославится невероятной прозорливостью – а среди её посетителей окажутся важные персоны, включая, якобы, опять самого́ Николая I!..



PS: …Наверно, эти тайны можно было бы решить с помощью генетической экспертизы (мощи старца, как будто, сохранились) – но о чём тогда писать книги?.. Впрочем, это – совсем другая история.

[Владимир ВОРОНОВ]

1 декабря (19 ноября по ст. ст.) 1896 – в деревне Стрелковка Малоярославецкого уезда Калужской губернии родился Георгий Константинович Жуков, будущий Маршал Советского Союза.

[Tunnel.ru]

https://tunnel.ru/tmp/R1WKI2YvadgqhH8S634B/luppov-s-portret-generala-g.k.-zhukova-do-1943.jpg
1 декабря 1896 года родился Г.К. Жуков (дер. Стрелковка, Калужская губ.), Маршал Советского Союза (1943 г.), четырежды Герой Советского Союза (1939 г., 1944 г., 1945 г., 1956 г.). Участник Первой мировой войны, награжден двумя Георгиевскими крестами. В Красной Армии – с 1918 года. Участвовал в Гражданской войне. В 1939 году под его руководством разработана и осуществлена операция по окружению и разгрому группировки японских войск, вторгшихся на территорию МНР. С 29 июня 1941 года – член Ставки Верховного Главнокомандования, с августа 1942 года – 1-й зам. наркома обороны СССР и зам. Верховного Главнокомандующего. В 1941 году командовал Резервным фронтом, осуществившим первую наступательную операцию по разгрому гитлеровских войск в районе г. Ельни. В 1942-1943 годах координировал действия фронтов под г. Сталинградом, при прорыве блокады г. Ленинграда, в сражениях под г. Курском и битве за Днепр. В марте-мае 1944 года командовал войсками 1-го Украинского фронта, летом координировал действия 2-го и 1-го Белорусских фронтов в стратегической наступательной операции «Багратион». На завершающем этапе войны возглавлял войска 1-го Белорусского фронта, которые участвовали в крупнейшей Висло-Одерской операции и взятии г. Берлина. По поручению Верховного Главнокомандования 8 мая 1945 года в предместье г. Берлина – Карлсхорсте – принял капитуляцию вооруженных сил фашистской Германии. За выдающийся вклад в разгром фашистской Германии дважды удостоен высшего военного ордена страны – ордена «Победа». Принимал триумфальный Парад Победы в г. Москве 24 июня 1945 года. В послевоенные годы (до 1953 г.) командовал войсками ряда военных округов. В 1953-1955 годы – 1-й зам. министра обороны. В 1955-1957 годы – министр обороны СССР. Умер 18.06.1974 г.

фото: Потрет Жукова 1941 г. Будущему Маршалу Победы 45 лет

https://tunnel.ru/tmp/jYofALSBlORQpzrJd1Dk/georgiy-konstantinovich-jukov.jpg
1896 — Георгий Константинович Жуков (1896 - 18.06.1974), советский полководец. Маршал Советского Союза, четырежды Герой Советского Союза. В послевоенные годы получил народное прозвище «Маршал Победы». Министр обороны СССР (1955—1957).
Георгий Жуков родился в деревне Стрелковка Калужской области, в крестьянской семье. После окончания трех классов церковно-приходской школы в 1907 году он начал трудовую деятельность учеником в скорняжной мастерской в Москве и одновременно окончил двухлетние курсы городского училища. В 1915 году Жуков был призван в кавалерию царской армии и после окончания унтер-офицерской школы отправлен на фронт Первой мировой войны. За проявленные заслуги был награжден Георгиевским крестом IV и III степени. После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в деревню к родителям. Осенью 1918 года Жуков добровольно вступил в ряды Красной Армии, и, окончив курсы красных командиров, участвовал в Гражданской войне – сражался против уральских казаков под Царицыном, дрался с войсками А.Деникина и П.Врангеля, принимал участие в подавлении крестьянских восстаний в Воронежской и Тамбовской губерниях. Командовал взводом и эскадроном. Затем Георгий продолжил военное образование – окончил Кавалерийские курсы усовершенствования командного состава конницы и курсы усовершенствования высшего начсостава. В 1930-х годах он занимал различные командные должности, участвовал в организации командно-штабных игр, полевых учений и сборов, разработке воинских уставов и программ, в реорганизации и техническом перевооружении кавалерийских войск. Уже в эти годы сформировался характерный для Жукова крайне жесткий стиль поведения. В 1939 году, командуя особым корпусом, а затем армейской группой войск, он успешно руководил разгромом японских войск на реке Халхин-Гол (МНР). Тогда Жукову было присвоено воинское звание «генерал армии». В 1940 году он получил назначение на должность командующего Киевским военным округом, а после ряда удачных маневров, стал Начальником Генерального штаба и заместителем наркома обороны СССР. С первых дней Великой Отечественной войны Жуков находился на Юго-Западном фронте как представитель Ставки Главного командования. Но, несмотря на тяжелые бои и самоотверженность советских солдат, сдержать продвижение германских войск не удалось, и Георгий Константинович был снят с должности и назначен командующим Резервным, а затем Ленинградским фронтами. Он участвовал в разработке и осуществлял непосредственное командование в крупнейших операциях войны – Московской битве, при прорыве блокады Ленинграда, в Ржевско-Вяземской операции. В августе 1942 года был назначен на должность первого заместителя наркома обороны СССР и заместителя Верховного главнокомандующего. Жуков также осуществлял координацию действий фронтов по разгрому немецко-фашистских войск под Сталинградом (за победу в Сталинградской битве он получил звание маршала Советского Союза), при разгроме противника в Курской битве, по освобождению Правобережной Украины, руководил проведением операции «Багратион», в результате которой была освобождена Белоруссия, Висло-Одерской и Берлинской операций. 8 мая 1945 года Маршал Жуков от имени Верховного Главнокомандования Красной Армии принял капитуляцию войск фашистской Германии и со стороны СССР подписал Акт о безоговорочной капитуляции Германии. 24 июня 1945 года он принимал Парад Победы Советского Союза над Германией в Великой Отечественной войне, который проходил в Москве на Красной площади, а 7 сентября 1945 года он принимал Парад Победы союзных войск во Второй Мировой Войне, проходивший в Берлине у Бранденбургских ворот. Сразу после окончания военных действий до весны 1946 года Жуков был главнокомандующим Группой оккупационных войск и возглавлял Советскую военную администрацию по управлению Советской зоны оккупированной Германии, а затем был отозван в Москву – в марте 1946 его назначили главнокомандующим Сухопутными войсками и заместителем министра вооруженных сил СССР. Но очень скоро Георгий Константинович попал в немилость. Летом этого же года его обвинили в подготовке военного заговора с целью государственного переворота и в преувеличении собственной роли в ходе войны. В результате маршал был смещен с поста главкома, выведен из ЦК и отправлен руководить Одесским военным округом, через два года был назначен командующим войсками Уральского округа. Стоит отметить, что отношение Жукова к Сталину было неоднозначным. С одной стороны, он был одним из немногих людей, кто мог отстаивать свою точку зрения перед Вождем народа в военных вопросах, но, в то же время, маршал всегда сохранял лояльность по отношению к нему и защищал его даже в период позднейшей «десталинизации», призывая не перегибать палку и «отдать должное» его «выдающимся организаторским» способностям. После смерти Сталина Жукова вернули из политического «изгнания» - в марте 1953 года он был назначен на должность первого заместителя министра обороны СССР, а в 1955-1957 годах занимал пост министра обороны СССР. Вновь был введен в ЦК КПСС. В июне 1953 года Жуков руководил военной стороной операции по аресту Берии, в 1954 году руководил подготовкой и проведением учений с применением атомного оружия на Тоцком полигоне, в 1956 году сыграл одну из ключевых ролей в подавлении антикоммунистического восстания в Венгрии (операция «Вихрь»), а в 1957 году помог Н.С. Хрущеву победить в борьбе с его противниками. Это был пик политической карьеры Георгия Жукова. Но Хрущев, победив во внутрипартийной борьбе, не собирался терпеть растущей самостоятельности маршала. В октябре 1957 года по распоряжению Хрущева Жуков был смещен со всех партийных и государственных постов и в марте следующего года «уволен из Вооруженных Сил в отставку с правом ношения военной формы одежды». После продолжительной изоляции, с приходом к власти Л.И. Брежнева, опала с Жукова была частично снята. В 1969 году ему разрешили издать книгу «Воспоминания и размышления», начатую им еще в 1965 году. В 1973 году после смерти жены Жукова – Галины Александровны, он чувствовал себя все хуже, и вскоре у него случился инфаркт. В мае 1974 года Жуков впал в кому. Георгий Константинович Жуков умер 18 июня 1974 года.
Маршал Жуков был полководцем своего времени и своего народа: жесткий, волевой, бескомпромиссный. О его полководческом даре, редком аналитическом таланте предвидения действий врага, непоколебимости и умении повелевать написано множество книг. У Жукова было одно качество, которое со всеми мыслимыми оговорками выделяло его на фоне других полководцев Великой Отечественной – он не просто умел побеждать, он умел побеждать сокрушительно. Жизнь маршала, ее настоящие события тесно сплелись с легендой.

[Foto_history]

https://foto-history.livejournal.com/12508306.html

«Воспоминания и размышления» Г.К.Жукова в советские годы никто не критиковал. И даже не смел усомниться в чем-то там написанном. Хотя и во времена СССР, как минимум удивление вызывало большое количество нестыковок и противоречий. И лишь к концу 80-х книгу начали подвергать конструктивной критике.


Глава, по которой вопросы возникают чаще всего — это 9-я, называется она «Накануне Великой Отечественной войны». Есть там описание совещания у Сталина, которого, либо никогда не было, либо обсуждали там не так и не то. Что принципиального значения не имеет.



По словам Жукова, когда он доложил о количестве наших войск в приграничных округах, то Сталин удивился и заметил, что дивизий у нас больше, чем у немцев. На что Жуков ответил, что немецкие дивизии 14-16-тысячного состава вдвое больше наших 8-тысячных. Замечание более чем странное.

Во-первых, силу дивизий по численности личного состава определяли во времена наполеоновских войн и ранее. И если исходить из такой логики, самые сильные дивизии на Восточном фронте были румынские. В них же было от 17-ти до 19-ти тысяч человек. Что не мешало румынским дивизиям быть одними из самых слабых.

Во-вторых, вообще непонятно что это за «8-тысячные дивизии». Соединения имеют штаты мирного времени и военного. Понятно, что в мирное время они содержаться по штатам мирного времени, то есть в сокращенном составе. Штатов этих, как правило, несколько, и в Красной Армии обычно эти дивизии называли по их примерной численности: 12-тысячные, 10-тысячные, 6-тысячные, 3-тысячные. Конечно, начальнику Генштаба РККА точно должно быть известно, какие у него есть дивизии.


В книге есть и другие упоминания про численность дивизий: «В середине марта 1941 года С. К. Тимошенко и я просили разрешения И. В. Сталина призвать приписной состав запаса для стрелковых дивизий… в конце марта было решено призвать пятьсот тысяч солдат и сержантов и направить их в приграничные военные … чтобы довести численность стрелковых дивизий хотя бы до 8 тысяч человек». «… накануне войны в приграничных округах из ста семидесяти дивизий и двух бригад 19 дивизий были укомплектованы до 5-6 тысяч человек, 7 кавалерийских дивизий в среднем по 6 тысяч человек, 144 дивизии имели численность по 8-9 тысяч человек. Во внутренних округах большинство дивизий содержалось по сокращенным штатам…»

Вроде бы убедительно написано. И сразу понятна причина неудач в начале войны — просто войск было мало у нас, а у немцев много. Однако товарищ Жуков сильно лукавит. Ещё в 2000-м году Андрей Ленский в своей книге «Сухопутные силы РККА», камня на камне не оставил от этих утверждений. А позже появились и документы в значительных объёмах, с которыми уж совсем не поспоришь.


В апреле 1941 года в РККА был принят штат стрелковой дивизии, по которому численность личного состава военного времени была 14483 человек. Кроме штата военного времени было принято и два (всего лишь) штата стрелковой дивизии мирного времени. По «основному» штату численность дивизии составляла 10 291 чел., и называли эти дивизии 10-тысячными, а по «сокращенному» штату полагалось иметь 5 864 чел. И называли эти дивизии 6-тысячными.

Никаких 8-тысячных дивизий в 41-го году не существовало, такие дивизии были только в предыдущие годы.

Что собой представляли дивизии по основному штату мирного времени. В этих соединениях были полностью развернуты не только все боевые подразделения, но и почти все тылы. Все основное вооружение и техника имелось. Чтобы развернуть эти дивизии по штатам военного времени нужно было 150 автомашин (из 550 положенных по штату), 1100 лошадей (из 3-х тысяч по штату) и чуть более 4-х тысяч человек, причем половина даже без винтовок.

Дивизии сокращенного штата не имели тылов, две трети боевых подразделений в них лишь «обозначались». То есть вместо роты был один-два офицера и пять-шесть солдат и сержантов. На развертывание таких дивизий по штатам военного времени требовалось от 20 до 30 суток. Но эти дивизии находились во внутренних округах, на границе их почти не было.


Конечно, нехватка в дивизии поваров, сапожников, парикмахеров или лошадей для перевозки запасных портянок и брошюрок политотдела (именно в этом была нехватка по штату 4/100) тоже сказывается на боеспособности частей. На войне все имеет значение, и вовремя накормить солдата и правильно одеть, так же важно, как ходить в атаку. Но дело в том, что все соединения приграничных округов к началу войны получили почти восемьсот тысяч резервистов, призванных на очередные летние сборы.

Этого с лихвой хватило для того, чтобы довести численность войск до штатной по меркам военного времени. Причем официально в дивизиях числился лишь кадровый состав, призванные на сборы запасники шли по другим ведомостям. Поэтому командующие армиями и фронтами, с одной стороны имели ведомости с данными дивизий, укомплектованных по штатам мирного времени, а в уме держали, что дивизии полностью укомплектованы по штатам времени военного.

Такая вот интересная получается ситуация. Как только началась война и была объявлена мобилизация, все прибывшие на сборы были включены в кадровый состав. Так что все дивизии в приграничных округах встретили немцев полностью укомплектованными личным составом, даже иногда сверх штата.

Начальник Генштаба этого не знал?

[Г.К. Жуков]

https://graf-orlov33.livejournal.com/765620.html
graf_orlov33
9 августа 2019, 21:57


С просьбой ознакомиться с проектом его доклада «Состояние и задачи военно-идеологической работы» и дать замечания. 19 мая 1956 г. (Секретно)
Товарищу Хрущеву Н.С.
Посылаю Вам проект моего выступления на предстоящем Пленуме ЦК КПСС.
Товарищи!
Главным недостатком во всей военно-идеологической работе у нас в стране до последнего времени являлось засилье в ней культа личности.
Как известно, особенно широкое распространение культ личности приобрел в вопросах, связанных с Великой Отечественной войной.

Отдавая должное заслугам, энергии и организаторской деятельности Сталина, я должен сказать, что культ личности Сталина в освещении войны приводил к тому, что роль нашего народа, Партии и Правительства, наших Вооруженных Сил принижалась, а роль Сталина непомерно преувеличивалась. Во имя возвеличивания Сталина в нашей военно-идеологической работе было допущено грубое искажение ряда исторических фактов, замалчивание неудач, ошибок, недочетов и их причин, а достижение успехов приписывалось исключительно руководству Сталина. Все это создавало извращенное представление об исторических фактах и их оценке. Тем самым нарушалась основа партийности в нашей идеологической работе — ее историческая правдивость.


Написать комментарий

На протяжении нескольких лет перед Отечественной войной советскому народу внушалось, что наша страна находится в постоянной готовности дать сокрушительный отпор любому агрессору. На все лады восхвалялась наша военная мощь, прививались народу опасные настроения легкости победы в будущей войне, торжественно заявлялось о том, что мы всегда готовы на удар врага ответить тройным ударом, что, несомненно, притупляло бдительность Советского народа и не мобилизовало его на активную подготовку страны к обороне.
Действительное же состояние подготовки нашей страны к обороне в то время было далеким от этих хвастливых заявлений, что и явилось одной из решающих причин тех крупных военных поражений и огромных жертв, которые понесла наша Родина в начальный период войны.

Накануне войны организация и вооружение наших войск не были на должной высоте, а что касается противовоздушной обороны войск и страны, то она была на крайне низком уровне.
Качество нашей авиации оказалось ниже немецкой, да и та из-за отсутствия аэродромов была крайне скученно расположена в приграничной зоне, где и попала под удар авиации противника.
Артиллерия, особенно зенитная, была очень плохо обеспечена тягачами, вследствие чего не имела возможности передвигаться и в какой-либо степени обеспечить маневр наших войск на поле боя. Очень много артиллерии из-за отсутствия артиллерийских тягачей было брошено при отходе наших войск.


Написать комментарий

У Генерального штаба не было законченных и утвержденных Правительством оперативного и мобилизационного планов.
Промышленности не были выданы конкретные мобзадания по подготовке мобилизационных мощностей и созданию соответствующих материальных резервов.
Особенно плохо обстояло дело с руководящими военными кадрами, которые в период 1937—1939 гг., начиная от Командующих войсками округов до Командиров Дивизий и полков включительно, неоднократно сменялись в связи с арестами. Вновь назначенные к началу войны оказались слабо подготовленными по занимаемым должностям. Особенно плохо были подготовлены Командующие фронтами и армиями.

Огромный вред для Вооруженных Сил нанесла подозрительность Сталина по отношению к военным кадрам. На протяжении только четырех лет, с 1937 по 1941 гг., в наших Вооруженных Силах дважды упразднялось единоначалие и вводился институт военных Комиссаров, что сеяло недоверие к командным кадрам, подрывало дисциплину в войсках и создавало неуверенность у командного состава.
Слабые стороны в подготовке нашей страны и армии к войне, выявленные в ходе советско-финляндской войны и событий на Дальнем Востоке, не только не устранялись, но по-серьезному даже и не обсуждались ни в ЦК, ни в Совнаркоме, так как все эти вопросы находились в руках Сталина и без его указаний никто не мог принять какого-либо решения.


Написать комментарий

Вследствие игнорирования со стороны Сталина явной угрозы нападения фашистской Германии на Советский Союз наши Вооруженные Силы не были своевременно приведены в боевую готовность, к моменту удара противника не были развернуты, и им не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника, чтобы, как говорил Сталин, «не спровоцировать немцев на войну».

Знал ли Сталин и Председатель Совнаркома В.М.Молотов о концентрации гитлеровских войск у наших границ? — Да знали. Кроме данных, о которых на XX съезде доложил тов. Н.С.Хрущев, Генеральный штаб систематически докладывал Правительству о сосредоточениях немецких войск вблизи наших границ, об их усиленной авиационной разведке на ряде участков нашей приграничной территории с проникновением ее в глубь нашей страны до 200 километров. За период январь-май 1941 г. было зафиксировано 157 разведывательных полетов немецкой авиации.
Чтобы не быть голословным, я оглашу одно из донесений Начальника Генерального штаба главе Правительства тов. В.М.Молотову:
«Докладываю о массовых нарушениях государственной границы германскими самолетами за период с 1 по 10.4.1941 г. Всего за этот период произведено 47 нарушений госграницы.
Как видно из прилагаемой карты, нарушения в преобладающей своей массе ведутся:
а) на границе с Прибалтийским особым военным округом и, особенно, в районах ЛИБАВА, МЕМЕЛЬ и КОВНО;


Написать комментарий

б) на Львовском направлении, на участке госграницы COKAЛb, ПЕРЕМЫШЛЬ.
Отдельные случаи нарушения госграницы произведены в направлениях на ГРОДНО, БЕЛОСТОК, КОВЕЛЬ и ЛУЦК, а также на гос-границе с РУМЫНИЕЙ.
Полеты немецких самолетов производились на глубину 90—200 км от госграницы как истребителями, так и бомбардировщиками. Это говорит о том, что немцы производят как визуальную разведку, так и фотографирование.
Прошу доложить этот вопрос тов. Сталину и принять возможные мероприятия.
Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Жуков
4 апреля 1941 г. N° 503727.

Никаких реальных мер ни по этому донесению, ни по ряду других не последовало, и должных выводов не было сделано...


Написать комментарий

Примером полного игнорирования Сталиным сложившейся военно-политической обстановки и беспрецедентной в истории дезориентации нашего народам армии является сообщение ТАСС, опубликованное в печати 14 июня 1941 г., т.е. за неделю до нападения фашистской Германии на Советский Союз. В этом сообщении указывалось, что «По данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз, ввиду чего, по мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы, а происходящая в последнее время переброска германских войск, освободившихся от операций на Балканах, в восточные и северо-восточные районы Германии, связана, надо полагать, с другими мотивами, не имеющими касательства к советско-германским отношениям».
Это заявление дезориентировало советский народ, партию и армию и притупляло их бдительность.

Неудачи первого периода войны Сталин объяснял тем, что фашистская Германия напала на Советский Союз внезапно. Это ИСТОРИЧЕСКИ НЕВЕРНО. Никакой внезапности нападения гитлеровских войск не было. О готовящемся нападении БЫЛО ИЗВЕСТНО, а внезапность была придумана Сталиным, чтобы оправдать свои просчеты в подготовке страны к обороне.
22 июня в 3 ч. 15 мин. немцы начали боевые действия на всех фронтах, нанеся авиационные удары по аэродромам с целью уничтожения нашей авиации, по военно-морским базам и по ряду крупных городов в приграничной зоне. В 3 ч. 25 м. Сталин был мною разбужен и ему было доложено о том, что немцы начали войну, бомбят наши аэродромы, города и открыли огонь по нашим войскам. Мы с тов. С.К.Тимошенко просили разрешения дать войскам приказ о соответствующих ответных действиях. Сталин, тяжело дыша в телефонную трубку, в течение нескольких минут ничего не мог сказать, а на повторные вопросы ответил: «Это провокация немецких военных. Огня не открывать, чтобы не развязать более широких действий. Передайте Поскребышеву, чтобы он вызвал к 5 часам Берия, Молотова, Маленкова, на совещание прибыть вам и Тимошенко».


Написать комментарий

Свою мысль о провокации немцев Сталин вновь подтвердил, когда он прибыл в ЦК. Сообщение о том, что немецкие войска на ряде участков уже ворвались на нашу территорию, не убедило его в том, что противник начал настоящую и заранее подготовленную войну. До 6 часов 30 минут он не давал разрешения на ответные действия и на открытие огня, а фашистские войска тем временем, уничтожая героически сражавшиеся части пограничной охраны, вклинились в нашу территорию, ввели в дело свои танковые войска и начали стремительно развивать удары своих группировок.
Как видите, кроме просчетов в оценке обстановки, неподготовленности к войне, с первых минут возникновения войны в Верховном руководстве страной в лице Сталина проявилась полная растерянность в управлении обороной страны, использовав которую, противник прочно захватил инициативу в свои руки и диктовал свою волю на всех стратегических направлениях.

Я не сомневаюсь в том, что если бы наши войска в западной приграничной зоне были приведены в полную боевую готовность, имели бы правильное построение и четкие задачи по отражению удара противника немедленно с началом его нападения, характер борьбы в первые часы и дни войны был бы иным и это сказалось бы на всем ее последующем ходе. Соотношение сил на театре военных действий, при надлежащей организации действий наших войск, позволяло по меньшей мере надежно сдерживать наступление противника.
Неправильным является утверждение о том, что Сталин, разгадав планы немецко-фашистского командования, решил активной обороной измотать и обескровить врага, выиграть время для сосредоточения резервов, а затем, перейдя в контрнаступление, нанести сокрушительный удар и разгромить противника. В действительности такого решения не было, а «теория активной обороны» понадобилась для скрытия истинных причин наших неудач в начальном периоде войны.


Написать комментарий

Что же произошло в действительности, почему наши войска понесли поражение на всех стратегических направлениях, отступали и оказывались в ряде районов окруженными?
Кроме неподготовленности страны к обороне и неполной подготовленности Вооруженных Сил к организованному отражению нападения противника, — у нас не было ПОЛНОЦЕННОГО Верховного командования. Был Сталин, без которого по существовавшим тогда порядкам никто не мог принять самостоятельного решения, и надо сказать правдиво, — в начале войны Сталин ОЧЕНЬ ПЛОХО разбирался в оперативно-тактических вопросах. Ставка Верховного Главнокомандования БЫЛА СОЗДАНА С ОПАЗДАНИЕМ и не была подготовлена к тому, чтобы практически взять в свои руки и осуществить квалифицированное управление Вооруженными Силами.
Генеральный штаб, Наркомат обороны с самого начала были дезорганизованы Сталиным и лишены его доверия.

Вместо того, чтобы немедля организовать руководящую группу Верховного командования для управления войсками Сталиным было приказано: Начальника Генерального штаба на второй день войны отправить на Украину, в район Тернополя для помощи Командующему Юго-Западным фронтом в руководстве войсками в сражении в районе Сокаль, Броды; маршала Б.М.Шапошникова послать на помощь командующему Западным фронтом в район Минска, а несколько позже Первого заместителя начальника Генерального штаба генерала Е.Ф. Ватутина — на северо-западное направление.

Сталину было доложено, что этого делать нельзя, так как подобная практика может привести к дезорганизации руководства войсками. Но от него последовал ответ: «Что вы понимаете в руководстве войсками, обойдемся без вас». Следствием этого решения Сталина было то, что он, не зная в деталях положения на фронтах, и будучи недостаточно грамотным в оперативных вопросах, ДАВАЛ неквалифицированные указания, не говоря уже о НЕКОМПЕТЕНТНОМ ПЛАНИРОВАНИИ крупных контрмероприятий, которые по сложившейся обстановке надо было проводить.
Наши войска, не будучи развернутыми в правильных оперативных построениях, фактически дрались отдельными соединениями, отдельными группировками, проявляя при этом исключительное упорство, нанося тяжелые поражения противнику. Не получая своевременных приказов от высшего командования, они вынуждены были действовать изолированно, часто оказывались в тяжелом положении, а иногда и в окружении.

Положение осложнялось тем, что с первых дней наша авиация, ввиду своей отсталости в техническом отношении, была подавлена авиацией противника и не могла успешно взаимодействовать с сухопутными войсками. Фронты, не имея хорошей разведывательной авиации, не знали истинного положения войск противника и своих войск, что имело решающее значение в деле управления войсками.
Войска, не имея артиллерийских тягачей и автотранспорта, сразу же оказывались без запасов горючего и боеприпасов, без должной артиллерийской поддержки. В последующем, будучи значительно ослаблены в вооружении, без поддержки авиации, не имея танков и артиллерии, часто оказывались в тяжелом положении.

Все это привело наши войска к тяжелым жертвам и неудачам в первый период войны и оставлению врагу громаднейшей территории нашей страны.
И только величайшая патриотическая любовь советского народа и его Вооруженных Сил к своей Родине, преданность их Коммунистической партии и Советскому Правительству, дали возможность под руководством нашей партии преодолеть тяжелую обстановку, которая сложилась вследствие ошибок и промахов сталинского руководства в первый период войны, а затем вырвать у врага инициативу, добиться перелома в ходе войны в нашу пользу и завершить ее блестящей победой всемирно-исторического значения.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Начнем с того, что в стране царил такой накал страстей против совецкой власти, что этот доклад был вынужденным - коммунизм после СТРАШНОЙ БОЙНИ висел на волоске и необходимо было спустить искусно пар. Люди пережили такой ад и потеряв не только родные города, села, дома и имущество, но и множество родных и близких... Народу нужен был жирный козел "отпущения". И этот Козел должен был быть самым главным из всех козлов ВКПб. ВЫВОДЫ после доклада... 2) Вывод: хотя СССР и готовился 20 лет непрерывно к войне, он к ней оказался НЕ ГОТОВ, несмотря на свою хваленую индустриализацию...
3) Сталин есть ТИПИЧНЫЙ ВРАГ НАРОДА. Описанный Жуковым ОШИБКИ - ЭТО МИЛЛИОНЫ ТРУПОВ. М И Л Л И О Н Ы. И МИЛЛИОНЫ ПОЛОМАННЫХ СУДЕБ и выброшенных на помойку жизней.

+++

Беседа марш. И.Конева с ген.полк Кошурко: — Ознакомься, каково живется у нас защитникам Родины. И как живется их близким. До ликованья ли ИМ победного?!

Бумага с грифом «Совершенно секретно» пестрела цифрами. Чем больше я в них вникал, тем больнее щемило сердце: «...Ранено 46 миллионов 250 тысяч. Вернулись домой с разбитыми черепами 775 тысяч фронтовиков. Одноглазых 155 тысяч, слепых 54 тысячи. С изуродованными лицами 501342. С кривыми шеями 157565. С разорванными животами 444046. С поврежденными позвоночниками 143241. С ранениями в области таза 630259. С оторванными половыми органами 28648. Одноруких 3 миллиона 147. Безруких 1 миллион 10 тысяч. Одноногих 3 миллиона 255 тысяч. Безногих 1 миллион 121 тысяча. С частично оторванными руками и ногами 418905. Так называемых "самоваров", безруких и безногих — 85942».

— Ну, а теперь взгляни вот на это, — продолжал просвещать меня Иван Степанович.
«За три дня, к 25 июня, противник продвинулся вглубь страны на 250 километров. 28 июня взял столицу Белоруссии Минск. Обходным маневром стремительно приближается к Смоленску. К середине июля из 170 советских дивизий 28 оказались в полном окружении, а 70 понесли катастрофические потери. В сентябре этого же 41-го под Вязьмой были окружены 37 дивизий, 9 танковых бригад, 31 артполк Резерва Главного командования и полевые Управления четырех армий. В Брянском котле очутились 27 дивизий, 2 танковые бригады, 19 артполков и полевые Управления трех армий. Всего же в 1941-м в окружение попали и не вышли из него 92 из 170 советских дивизий, 50 артиллерийских полков, 11 танковых бригад и полевые Управления 7 армий. В день нападения фашистской Германии на Советский Союз, 22 июня, Президиум Верховного Совета СССР объявил о мобилизации военнообязанных 13 возрастов — 1905-1918 годов. Мгновенно мобилизовано было свыше 10 миллионов человек. Из 2-х с половиной миллионов добровольцев было сформировано 50 ополченческих дивизий и 200 отдельных стрелковых полков, которые были брошены в бой без обмундирования и практически без надлежащего вооружения. Из двух с половиной миллионов ополченцев в живых осталось немногим более 150 тысяч».

Говорилось там и о военнопленных. В частности, о том, что в 1941 году попали в гитлеровский плен: под Гродно-Минском — 300 тысяч советских воинов, в Витебско-Могилёвско-Гомелъском котле — 580 тысяч, в Киевско-Уманьском — 768 тысяч. Под Черниговом и в районе Мариуполя — еще 250 тысяч. В Брянско-Вяземском котле оказались 663 тысячи, и т.д. Если собраться с духом и все это сложить, выходило, что в итоге за годы Великой Отечественной войны в фашистском плену умирали от голода, холода и безнадежности около четырех миллионов советских бойцов и командиров, объявленных Сталиным врагами и дезертирами (на самом деле более 6 млн. — прим.).

[Константин Симонов, поэт]

https://warsh.livejournal.com/10154423.html

2020-05-28 18:08:00

"Съемки фильма были долгими и трудными. Были трудности и связанные с участием в нем Жукова. Мы понимали ту моральную ответственность, которую взяли на себя, попросив Жукова принять участие в фильме, и ту тяжесть положения, которая возникла бы, если бы по независящим от нас причинам включение в фильм кадров бесед с Жуковым оказалось бы невозможным. Думаю, что это понимал сам Жуков, хотя он ни разу ни словом не коснулся этой темы.

Съемки затягивались и переносились. Не хочу входить ни в причины, ни в основательность этих причин, но то место, связанное с историей боев за Москву, где мы первоначально собирались снимать Жукова (о чем ему было известно), как выяснилось, оказалось неприемлемым Для съемок — по мнению тех лиц, от которых зависело решение этого вопроса. А потом одно время стала под сомнение и сама возможность съемок. Тем не менее съемки в конце концов состоялись, правда, не там, где мы сначала предполагали, а дома у Жукова, на подмосковной даче, где он жил уже много лет.

Хорошо помню, как, приехав к нему, чтобы договориться о днях съемок и сказать, что их придется делать не там, где мы думали, а у него дома, я с тревогой ожидал вопроса: «Почему?», на который мне было бы трудно ответить. Но Жуков ничего не спросил, только понимающе усмехнулся и сказал: «Ну что ж, на даче так на даче. Как-никак — тоже зона обороны Москвы».

Накануне съемок Жукову не повезло. Он был на рыбалке и, поскользнувшись на мокрых мостках, сильно разбил ногу. Ему было трудно ходить, сидеть, вообще двигаться. Но он был готов к съемке и не захотел откладывать её. Ему предстояла трудная задача: рассказать перед аппаратом миллионам будущих зрителей о решающих моментах огромного сражения. Краткий очерк этого сражения, работу над которым он в то время заканчивал, все-таки составлял девяносто страниц на машинке. А мы еще просили у него некоторые живые подробности тех дней, не входившие в этот краткий очерк. В предшествовавших съемкам размышлениях в его памяти вставали сотни подробностей и обстоятельств битвы. Но из всего этого ему предстояло отобрать лишь наиболее существенное и рассказать об этом перед аппаратом сжато и свободно.

Я хорошо представлял себе то напряжение, какого все это требовало. А тут еще вдобавок все время напоминавшая о себе резкой болью травма ноги. Конечно, это лишь деталь человеческого поведения, но меня поразила та железная сосредоточенность, с которой в тот день рассказывал перед аппаратом Жуков о Московской битве, не забывая о ее живых подробностях и в то же время неуклонно проводя то главное, что он намеревался сказать, — историческую правду об остроте сложившегося под Москвой положения и о мере нависавшей над ней опасности".

Константин Симонов, "Глазами человека моего поколения".

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

Огонек № 48 (3097) 22 ноября 1986 года

https://chugunka10.net/img/O/1986/48/48-08-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/48/10-48-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/48/11-48-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/48/48-12-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

Огонек № 49 (3098) 6-13 декабря 1986 года

https://chugunka10.net/img/O/1986/49/49-08-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/49/49-09-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/49/49-39-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/49/49-40-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

Огонек № 50 (3099) 13-20 декабря 1986 года

https://chugunka10.net/img/O/1986/50/50-08-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/50/50-09-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/50/50-10-1200.r.png

[Megabook]

https://megabook.ru/article/%d0%96%d1%83%d0%ba%d0%be%d0%b2%20%d0%93%d0%b5%d0%b e%d1%80%d0%b3%d0%b8%d0%b9%20%d0%9a%d0%be%d0%bd%d1% 81%d1%82%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8%d0%bd%d0%be%d0%b2 %d0%b8%d1%87

https://megabook.ru/stream/mediapreview?Key=%d0%96%d1%83%d0%ba%d0%be%d0%b2%20 %d0%93%d0%b5%d0%be%d1%80%d0%b3%d0%b8%d0%b9%20%d0%9 a%d0%be%d0%bd%d1%81%d1%82%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8% d0%bd%d0%be%d0%b2%d0%b8%d1%87%20(%d0%bf%d0%b0%d1%8 0%d0%b0%d0%b4%d0%bd%d1%8b%d0%b9%20%d0%bf%d0%be%d1% 80%d1%82%d1%80%d0%b5%d1%82)&Width=200
Жуков Георгий Константинович (парадный портрет)
Парадный портрет
Жу́ков Георгий Константинович (19 ноября (1 декабря) 1896, деревня Стрелковка, Калужская губерния, позднее Жуковский район, Калужская область — 18 июня 1974, Москва) — советский государственный и политический деятель, полководец, Маршал Советского Союза (1943), четырежды Герой Советского Союза (29 августа 1939, 29 июля 1944, 1 июня 1945, 1 декабря 1956), министр обороны СССР (1955-1957), член Президиума ЦК КПСС (1956-1957), в годы Великой Отечественной войны — заместитель Верховного главнокомандующего, командующий рядом фронтов.

[Megabook]

1.
Биография
2.
Годы Гражданской войны
3.
Жуков на Ханхин-Голе
4.
Годы Великой Отечественной войны
5.
Маршал Победы
6.
Послевоенные годы
-
Последние годы жизни
7.
Награды
-
Награды Российской империи
-
Государственные награды СССР
-
Награды иностранных государств
8.
Библиография

[Megabook]

Георгий Жуков родился 1 декабря 1896 года в деревне Стрелковка Калужской губернии в крестьянской семье. В 1915 году был призван в армию, в унтер-офицерском чине участвовал в Первой мировой войне.

[Megabook]

В Красной Армии он служил с 1918 года, в 1919 году вступил в РКП(б). В годы Гражданской войны Жуков был красноармейцем, командиром взвода и эскадрона; окончил кавалерийские курсы (1920). С 1923 года он командовал кавалерийским полком. После окончания Курсов усовершенствования командного состава кавалерии (1925) и Курсов высшего начсостава (1930) с мая 1930 года Г.К. Жуков командовал бригадой, позднее был помощником инспектора кавалерии РККА, командиром 4-й кавалерийской дивизии, 3-го и 6-го кавалерийского корпусов. С июля 1938 года он занимал должность заместителя командующего войсками Белорусского военного округа.

[Megabook]

Летом 1939 года Жуков возглавил 1-ю армейскую группу советских войск в Монголии, которая совместно с частями Монгольской народно-революционной армии разгромила группировку японских войск на реке Халхин-Гол. За умелое руководство войсками Жукову было присвоено звание Героя Советского Союза. С июня 1940 года он командовал войсками Киевского военного округа, с января 1941 года был начальником Генерального штаба Красной Армии — заместителем народного комиссара обороны СССР. Тогда же Жуков стал кандидатом в члены ЦК ВКП(б).

[Megabook]

С началом Великой Отечественной войны генерал армии Г.К. Жуков был введен в состав Ставки Главного командования Красной Армией (позднее Ставки Верховного главнокомандования). В первые дни войны как представитель Ставки он совместно с командованием Юго-Западного фронта организовал контрудар силами нескольких механизированных корпусов в районе городов Броды и Дубно, в результате которого была сорвана попытка противника прорваться с ходу к Киеву. 30 июля 1941 года Жуков был смещен с должности начальника начальник Генштаба. В августе-сентябре 1941 года Жуков, являясь командующим войсками Резервного фронта, успешно провел первую в ходе войны наступательную операцию по разгрому ударной группировки немецко-фашистских войск в районе Ельни. В сентябре-октябре 1941 года в период тяжелых боев на подступах к Ленинграду он командовал Ленинградским фронтом, войска которого совместно с Балтийским флотом остановили врага, сорвав его попытки ворваться в город. Во время Московской битвы (с октября 1941) Жуков был назначен командующим Западным фронтом. Войска фронта в оборонительных боях измотали и обескровили гитлеровские войска, а затем, перейдя в контрнаступление, во взаимодействии с войсками Калининского и Юго-Западного фронтов завершили разгром врага и отбросили его от столицы на 100-250 км.
С августа 1942 года Г.К. Жуков занимал должность первого заместителя наркома обороны СССР и заместителя Верховного главнокомандующего. Он непосредственно участвовал в разработке и осуществлении стратегических планов Ставки, в подготовке и проведении крупных операций Красной Армии. В 1942-1943 годах Жуков руководил действиями фронтов под Сталинградом, затем по прорыву блокады Ленинграда, в битвах под Курском и за Днепр. В марте-мае 1944 года он командовал войсками Первого Украинского фронта, летом 1944 года координировал действия Второго и Первого Белорусских фронтов в Белорусской наступательной операции. За эту операцию и изгнание врага с Украины полководец был удостоен второй медали «Золотая Звезда». На завершающем этапе Отечественной войны (ноябрь 1944 — май 1945) Жуков командовал войсками Первого Белорусского фронта, которые в начале 1945 года совместно с войсками Первого Украинского фронта провели Висло-Одерскую наступательную операцию.

[Megabook]

https://megabook.ru/stream/mediapreview?Key=%d0%96%d1%83%d0%ba%d0%be%d0%b2%20 %d0%93%d0%b5%d0%be%d1%80%d0%b3%d0%b8%d0%b9%20%d0%9 a%d0%be%d0%bd%d1%81%d1%82%d0%b0%d0%bd%d1%82%d0%b8% d0%bd%d0%be%d0%b2%d0%b8%d1%87%20(%d0%bf%d0%be%d0%b 4%d0%bf%d0%b8%d1%81%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d0%b5%20%d0% b0%d0%ba%d1%82%d0%b0%20%d0%be%20%d0%ba%d0%b0%d0%bf %d0%b8%d1%82%d1%83%d0%bb%d1%8f%d1%86%d0%b8%d0%b8%2 0%d0%93%d0%b5%d1%80%d0%bc%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d0%b8)&Height=150
Подписание акта о капитуляции Германии
В апреле-мае 1945 года войска Первого Белорусского фронта под командованием Жукова во взаимодействии с войсками Первого Украинского и Второго Белорусского фронтов провели Берлинскую операцию, разгромили крупнейшую группировку гитлеровских войск и овладели Берлином. От имени и по поручению советского Верховного главнокомандования Жуков 8 мая 1945 года в Карлсхорсте (близ Берлина) принял капитуляцию вооруженных сил Германии. За образцовое выполнение заданий Верховного главнокомандования по руководству операциями в районе Берлина он был награжден третьей медалью «Золотая Звезда».
24 июня 1945 года Жуков принимал Парад Победы в Москве.

[Megabook]

После войны он командовал Группой советских войск в Германии (июнь 1945 — март 1946), был главнокомандующим Сухопутными войсками и заместителем министра Вооруженных сил СССР (март-июль 1946). В 1946 году Жуков попал в опалу, был выведен из состава кандидатов в члены ЦК ВКП(б), в дальнейшем командовал войсками Одесского военного округа, Уральского военного округа. В 1952 года он стал кандидатом в члены ЦК КПСС. После смерти Сталина с марта 1953 года Жуков вернулся в Москву, занял должность первого заместителя министра обороны СССР, стал членом ЦК КПСС. Г.К. Жуков сыграл решающую роль в устранении от власти и аресте Л.П. Берии, в утверждении Н.С. Хрущева в роли главы Советского государства. С февраля 1955 года Жуков руководил деятельностью министерства обороны СССР, в 1956 году был введен в состав высшего партийного руководства.
В связи с 60-летием со дня рождения в 1956 года он награжден четвертой медалью «Золотая Звезда». Однако в октябре 1957 года Г.К. Жуков был отстранен от всех занимаемых должностей и отправлен в отставку. Причиной этого стали опасения Хрущева из-за роста жуковского влияния на партийные и государственные дела.

[Megabook]

В марте 1958 года Георгий Константинович Жуков ушел отставку, однако оставался единственным маршалом СССР, который после отставки не был зачислен в Группу генеральных инспекторов Министерства обороны СССР
После снятия в 1964 году Н.С. Хрущева со всех партийных и государственных постов и приходом к власти Л. И. Брежнева с Жукова была снята продолжительная изоляция и опала.
В 1960-х годах Г.К. Жуков работал над мемуарами «Воспоминания и размышления», которые были опубликованы в 1969 году и имели большой общественный резонанс. С тех пор книга выдержала в нашей стране 13 изданий. Она издана более чем в 30 странах на 19 языках мира.
В 1967 году Г.К. Жуков перенес тяжелый инсульт, а затем, после смерти жены в 1973 году — инфаркт. В мае 1974 года он впал в кому в Кремлевской больнице и не приходя в сознание скончался 18 июня 1974 года.
Тело великого полководца было кремировано и урна с его прахом захоронена в Кремлевской стене на Красной площади Москвы.

[Megabook]

Награды Российской империи

Георгиевский крест 3-й степени
Георгиевский крест 4-й степени

[Megabook]

4 медали «Золотая Звезда» Героя Советского Союза (29.08.1939; 29.07.1944; 01.06.1945; 01.12.1956)
6 орденов Ленина (16.08.1936, 29.08.1939, 19.07.1944, 01.06.1945, 01.12.1956 01.12.1971)
2 ордена «Победа» (№ 1 — 10.04.1944, № 4 — 30.03.1945)
Орден Октябрьской революции (22.02.1968)
3 ордена Красного Знамени (31.08.1922, 03.11.1944, 20.06.1949)
2 ордена Суворова 1-й степени (№ 1 — 28.01.1943, № 39 — 28.07.1943)
Медаль «В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина»
Медаль «20 лет Рабоче-Крестьянской Красной Армии»
Медаль «За оборону Ленинграда»
Медаль «За оборону Москвы»
Медаль «За оборону Сталинграда»
Медаль «За оборону Кавказа»
Медаль «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
Медаль «За Победу над Японией»
Медаль «За взятие Берлина»
Медаль «За освобождение Варшавы»
Медаль «20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
Медаль «В память 800-летия Москвы»
Медаль «В память 250-летия Ленинграда»
Медаль «30 лет Советской Армии и Флота»
Медаль «40 лет Вооруженных Сил СССР»
Медаль «50 лет Вооруженных Сил СССР»
Почетное оружие — именная шашка с золотым изображением Государственного герба СССР (22.02.1968)
Награды иностранных государств
Орден Красного Знамени (Монголия) 1939
Орден Республики (Тува) 1939
Орден Красного Знамени (Монголия) 1942
Почетный Рыцарь Большого Креста Ордена Бани (Великобритания) 1945
Орден Почетного легиона 1-й степени (Франция) 1945
Орден «Легион Почета» степени Главнокомандующего (США) 1945
Орден «Виртути милитари» 1-го класса (Польша) 1945
Орден «Крест Грюнвальда» 1-го класса (Польша) 1945
Орден Белого Льва «За победу» 1-й степени (Чехословакия) 1945
Орден Белого льва 1-го класса (Чехословакия) 1945
Военный крест 1939 года (Чехословакия) 1945
Медаль «За Победу над Японией» (Монголия) 1945
Медаль «За Варшаву 1939—1945» (Польша) 1946
Медаль «За Одер, Нейсе, Балтику» (Польша) 1946
Медаль «Китайско-советская дружба» (Китай) 1953
Орден Свободы (Югославия) 1956
Медаль «Гарибальди» и звание Почетного итальянского партизана (Италия) 1956
Орден Военных заслуг 1-го класса (Большой офицерский крест), (Египет) 1956
Медаль «Китайско-советской дружбы» (Китай) 1956
Орден Возрождения Польши 2-го класса (Польша) 1968
Орден Сухэ-Батора (Монголия) 1968
Золотая Звезда «Герой Монгольской Народной Республики» (Монголия) 1969
Орден Сухэ-Батора (Монголия) 1969
Медаль «XXX лет Победы на Халхин-Голе» (Монголия) 1969
Орден Сухэ-Батора (Монголия) 1971
Медаль «50 лет Монгольской Народной Революции» (Монголия, 1971
Орден Возрождения Польши 3-го класса (Польша) 1973
Медаль «90-летие со дня рождения Георгия Димитрова» (Болгария)
Медаль «25 лет Болгарской Народной армии» (Болгария)

[Megabook]

Г.К. Жуков «Воспоминания и размышления», «Издательство Агентства печати Новости», 1969
Жуков Георгий Константинович (с. с Тимошенко)
Г. Жуков и С. Тимошенко
Эйзенхауэр Дуайт (с Г. Жуковым)
Г. Жуков и Д. Эйзенхауэр
Жуков Георгий Константинович (портрет работы П.Д. Корина)
Портрет работы П.Д. Корина
Жуков Георгий Константинович (портрет работы П.И. Котова)
Портрет работы П.И. Котова
Жуков Георгий Константинович (портрет работы В.Н. Яковлева)
Портрет работы В.Н. Яковлева
Жуков Георгий Константинович (вторая половина 1950-х годов)
Жуков. Г.К. Вторая половина 1950-х годов
Жуков Георгий Константинович (видео)
Георгий Жуков в 1940 году (видео)

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

Огонек № 51 (3100) 20-27 декабря 1986 года

https://chugunka10.net/img/O/1986/51/51-36-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/51/51-37-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/51/51-38-1200.r.png

[Игорь Ицков, Марина Бабак]

https://chugunka10.net/img/O/1986/51/51-39-1200.r.png