*239. Инсинуации Латыниной

[Жертва на велосипеде]

http://www.novayagazeta.ru/data/2011/031/12.html

Защита прав людоеда, или Либеральный фундаментализм

Некоторые замечательные принципы в реальности обарачиваются своей противоположностью. Принцип «надо защищать права каждого человека» — один из них

11 января 2008 г. Посольство США в Лондоне. Акция Amnesty International с требованием закрыть тюрьму в Гуантанамо

Лори Беренсон, освобождения которой требовало террористическое «Движене им. Тупака Амару». Признана политической заключенной

Моаззам Бегг, член «Аль-Каиды» и бывший узник Гуантанамо. Ездил по Европе с лекциями о том, как его пытали американские палачи
Юлия Леонидовна Латынина написала человеконенавистнический текст.

В принципе, это уже тренд: свержение моральных табу. То А. Никонов позовет уничтожать больных младенцев, то Ямпольская & Михалков интерпретируют катастрофу в Японии как божественное воздаяние.

Юлия Леонидовна исчадием и врагом человечества объявила все правозащитные организации. В том числе и давних партнеров «Новой газеты».

Мы тем не менее печатаем текст своего обозревателя. Тому три причины:

Обозреватель имеет право на точку зрения, отличающуюся от редакционной.

Правозащитные организации, которые размазала Латынина, вступятся за Латынину, если мы ее не опубликуем. Будет вой!

Наконец-то в «Новой газете» появится материал, который понравится В.В. Путину.

Дмитрий Муратов

Волкодав — прав.
Людоед — нет.

Новая идеология господствует в мире, и имя этой идеологии — либеральный фундаментализм. Либеральный фундаментализм отрицает за государством право вести войны и арестовывать людей, зато считает, что государство должно обеспечить всех деньгами, жильем и образованием. Либеральный фундаментализм называет любое западное государство — диктатурой, а любого террориста — жертвой западного государства.

Либеральный фундаментализм отрицает право на насилие за Израилем и признает его за палестинцами. Либеральный фундаменталист громко обличает США, убивающие мирное население в Ираке, но если ты напомнишь ему, что в Ираке мирное население убивают прежде всего боевики, он посмотрит на тебя так, словно ты сделал что-то неприличное или пукнул.

Либеральный фундаменталист не верит ни одному слову государства и верит любому слову террориста.

Как получилось, что монополию на «западные ценности» присвоили себе те, кто ненавидит открытое общество и потворствует террористам? Как получилось, что под «европейскими ценностями» подразумевается нечто, что показалось бы Европе в XVIII–XIX веков глупостью и демагогией? И чем это кончится для открытого общества?

Лори Беренсон

В 1998 году Amnesty International признала некую Лори Беренсон политической заключенной.

Лори Беренсон была американской левой активисткой, которая в 1995 году приехала в Перу и там стала ходить в парламент и брать у депутатов интервью. Интервью эти, по странному совпадению, нигде так и не появились. В парламент Лори Беренсон ходила вместе с фотографом Нэнси Гильвонио, которая, опять-таки по странному совпадению, была женой Нестора Карпы — второго по старшинству лидера террористической группировки «Движение имени Тупака Амару».

Вместе с Нэнси она и была арестована. Дом американки оказался штаб-квартирой террористов, готовивших захват парламента. В нем нашли планы парламента, полицейскую форму и целый арсенал оружия, в том числе 3 тысячи брусков динамита. При штурме были убиты трое террористов, а четырнадцать были захвачены живьем. Когда Беренсон предъявили публике, она громко закричала, сжав кулаки: «Тупак Амару» не террористы — они революционеры».

Судил Лори Беренсон судья в капюшоне, потому что у «Движения Тупака Амару» в это время была привычка расстреливать судей, которые выносят им обвинительные приговоры. На суде Лори Беренсон заявила, что она ничего не знала. Как, ее фотограф — жена Карпы? Да она понятия не имела! Как, ее дом — штаб-квартира террористов? Что вы говорите, она не в курсе! А где же ее репортажи? Так она их готовила-готовила, но кровавый перуанский режим украл все ее заметки.

Уверения Лори Беренсон не показались убедительными ни перуанскому суду, ни американскому конгрессу, который не стал вступаться за соотечественницу. Однако они показались, видимо, убедительными Amnesty International. Борцов за права человека не остановило даже то, что когда в декабре 1996-го «Движение им. Тупака Амару» захватило японское посольство, то в списке членов движения, освобождения которых требовали террористы, имя Лори Беренсон стояло на третьем месте.

Moazzam Begg

Моаззам Бегг, англичанин пакистанского происхождения, член «Аль-Каиды», переехал в Афганистан в 2001 году. Как писал сам Бегг, «я хотел жить в исламском государстве, свободном от коррупции и деспотизма». Афганистан под властью талибов показался Беггу именно таким, истинно свободным и прекрасным местом.

До своего переезда в Афганистан Бегг, по его собственному признанию, прошел подготовку по крайней мере в трех террористических лагерях. Он также побывал в Боснии и содержал в Лондоне книжный магазин, где продавались книжки о джихаде. Самой популярной книжкой в магазине была «Защита исламской земли», написанная одним из основателей «Аль-Каиды» Абдуллой Аззамом.

После того как американцы вошли в Афганистан, Бегг скрылся вместе с бен Ладеном в Торо-Боро, а затем переехал в Пакистан. Арестовали его потому, что в тренировочном лагере «Аль-Каиды» в Дерунте был найден банковский перевод на имя Моаззама Бегга.

Бегг провел несколько лет в Гуантанамо и в 2005-м вышел на свободу. После этого он стал одной из суперзвезд Amnesty International. На деньги Amnesty он ездил по Европе с лекциями о том, как его пытали кровавые американские палачи.

Amnesty International не смутило то, что одновременно с правозащитной деятельностью Бегг продолжал заниматься прямой пропагандой терроризма. В качестве президента «Исламского общества» (все предыдущие президенты которого сели за терроризм) он организовывал в Великобритании лекции Анвара аль-Авлаки (по видеотрансляции, естественно, ибо в случае физического появления на территории Соединенного Королевства аль-Авлаки был бы арестован).

Amnesty International не смутило и то, что рассказы Бегга о невыносимых пытках в Гуантанамо в точности совпадают с инструкциями т.н. Manchester Manual «Аль-Каиды» и отвечают практике «таккийи», — то есть умышленной лжи неверным, к которой исламский фундаменталист не может, а обязан прибегать.

Не смутило Amnesty и то, что рассказы эти противоречат здравому смыслу. Если бы человека с биографией Бегга действительно подвергали пыткам, то он наговорил бы на три пожизненных срока.

Зато когда сотрудница Amnesty International Гита Сангал публично напомнила, что вообще-то Бегг — член «Аль-Каиды», она была уволена. Правозащитное сообщество объявило Гиту Сангал персоной нон грата, и в отличие от Моаззама Бегга, она не смогла найти поддержку ни у одного адвоката, защищающего права человека.

Колумбия

В 2002 году президентом Колумбии был избран Альваро Урибе.

К этому времени Колумбия представляла из себя failed state («недееспособное государство». — Прим. ред.). Не меньше 10% страны контролировалось левыми повстанцами, за которыми стояли десятилетия институционализированного насилия. Пабло Эскобар, будущий основатель Медельинского картеля, в семилетнем возрасте чуть не стал жертвой повстанцев, вырезавших его родной город Титириби.

Именно левые повстанцы, Chusmeros, завели привычку под названием «колумбийский галстук» — это когда у человека разрезали шею и через горло вытаскивали язык. Еще было популярно Corte de Florero, или Цветочная ваза, — это когда отрубленные руки-ноги человека втыкали в его разрезанный живот. В 50-х годах Chusmeros убили 300 тыс человек.

Ответом на левый террор при бессилии правительства стал террор правый; в разных провинциях люди объединялись в полуавтономные отряды самообороны. К началу XXI века в Autodefencas Unidas de Colombia состояло более 20 тыс бойцов. Левые финансировались из наркотрафика. Правые — тоже. Когда Пабло Эскобару понадобилось уничтожить свои судебные дела, хранившиеся в Верховном суде, он просто заплатил повстанцам из М-19, и те в 1985-м захватили, а потом сожгли здание суда с 300 заложниками.

Еще были наркокартели. Еще были похитители людей, которые крали самых богатых, в т.ч. прежде всего наркоторговцев.

Харизматический трудоголик и аскет, Урибе сделал невозможное: он воскресил разрушенное государство. За два года, с 2002-го по 2004-й, количество террористических актов и похищений людей в Колумбии упало вдвое, количество убийств — на 27%.

К началу президентства Урибе в Колумбии действовало 1300 гуманитарных и некоммерческих организаций. Многие из них оказывали помощь левым повстанцам; в 2003 году президент Урибе впервые позволил себе назвать кошку кошкой и призвал «защитников терроризма» «перестать трусливо прятать свои идеи за правами человека».

Что тут началось! Amnesty International и Human Rights Watch засыпали США и Европу петициями, которые требовали бойкотировать Колумбию и ее «политику, которая ведет к углублению кризиса с правами человека в стране» (Amnesty International), а также «воздержаться от поддержки законодательства, которое позволит военным проводить беззаконные аресты и обыски» (HRW).

В мае 2004 года президент Урибе конкретно обвинил иностранных правозащитников из Peace Brigades International и Fellowship Of Reconciliation, поддерживавших «Мирную коммуну» в Сан Хозе де Апартадо в пособничестве наркотеррористам из FARC.

Визг правозащитных организаций по этому поводу побил все рекорды; когда спустя месяц та же FARC вырезала 34 крестьянина в Ла Габарра, Amnesty International скромно промолчала.

Прошло шесть лет; второй по старшинству террорист из FARC, Даниэл Сьерра Мартинез по кличке Самир, перешел на сторону правительства и рассказал Мэри О’Греди из Wall Street Journal, какую неоценимую услугу оказывали наркотеррористам «Мирная коммуна» в Сан Жозе де Апартадо вкупе с Peace Brigades International и Fellowship Of Reconciliation.

По словам Мартинеза, дело с пропагандой в «Мирной коммуне» было поставлено так же хорошо, как у ХАМАС: под предлогом «мирности» коммуна отказывалась допускать на свою территорию правительственные войска, но всегда предоставляла убежище FARC, в случае если террориста убивали, его всегда выставляли мирным жителем.

Mungiki

В 2009 году основатель Wikileaks, эксцентричный австралийский компьютерный гений Джулиан Ассанж получил премию Amnesty International за свое участие в расследовании внесудебных расправ в Кении: в 2008-м «эскадроны смерти» убили там около 500 человек.

Получая премию, Ассанж назвал доклад об этих расправах «признаком силы и роста кенийского гражданского общества». «Разоблачение этих убийств, — сказал Ассанж, — стало возможно благодаря грандиозной работе таких организаций, как Oscar Foundation».

К сожалению, г-н Ассанж забыл упомянуть об одной важной детали. Убитые были членами «Мунгики». Это сатанистская секта, к которой могут принадлежать только представители племени кикуйю.

Секта отрицает христианство и требует возврата к традиционным африканским ценностям. Во что именно верят члены секты, сказать сложно, потому что наказание за разглашение тайны — смерть. Во всяком случае, известно, что они пьют человеческую кровь и приносят в жертву двухлетних детей. «Мунгики» занималась беспощадным рэкетом и сплошным террором — только в июне 2007-го в рамках своей кампании террора секта убила свыше 100 человек.

Джулиан Ассанж провел в Кении несколько лет и не мог не знать, что власти Кении прямо обвиняли Oscar Foundation в том, что она является ширмой для «Мунгики».

Что все это значит?

Как все это понять? Может быть, в Amnesty International на самом деле сидят скрытые сторонники «Мунгики» и по ночам приносят в жертву двухлетних детей?

Вряд ли. Во-первых, в «Мунгики» состоять могут только кикуйю. Во-вторых, члены сатанистского культа не могут быть одновременно членами «Аль-Каиды».

Может быть, Amnesty International и другие правозащитные организации — это просто блаженные, которые не могут перенести даже малейшего насилия? Вряд ли. Потому что хотя правозащитники активно критикуют тех, кто истребляет людоедов и террористов, они не торопятся прийти в тренировочный лагерь «Аль-Каиды» и проповедовать ненасилие там.

Откуда берется эта интеллектуальная трусость, необыкновенная неспособность к нравственной арифметике?

HRW

Франциск Ассизский дал обет вечной нищеты и проповедовал птичкам. Но уже при его преемнике францисканский орден стал одним из богатейших и вовсе не бескорыстных институтов Европы. С правозащитным движением к концу XX века произошло то же, что с францисканским орденом.

Старейшая и известнейшая из правозащитных организаций, Human Rights Watchs, была создана Робертом Бернстайном в 1978-м, чтобы следить за тем, как СССР выполняет Хельсинкские соглашения. Но в 1992 году СССР развалился, а HRW осталась жива. Более того, она только выросла; бюджет ее составляет десятки миллионов долларов, представительства находятся в 90 странах.

А 19 октября 2009 года произошел грандиозный скандал: восьмидесятилетний основатель HRW выступил в The New York Times со статьей, в которой упрекал HRW в измене принципам и последовательной поддержке ХАМАС и «Хезболлы», при постоянно пристрастном и несправедливом отношении к Израилю.

Два приема, которые HRW использует для постоянной критики Израиля, очень просты. Первый — это отказ от изучения причин конфликта. «Мы не изучаем причины конфликта, — говорит HRW, — мы изучаем, как стороны конфликта соблюдают права человека».

Здорово! Представьте себе, что вы — женщина, на которую в лесу напал маньяк, а вы сумели его застрелить. С точки зрения правозащитников из HRW, вы и будете виноваты.

Позиция «мы не изучаем причину» заведомо ставит агрессора-террориста, располагающего меньшими ресурсами, в выгодное положение по сравнению с государством, которое отвечает на террор.

Второй прием еще проще — это передергивание, умолчание и ложь. Так, в отчете 2007 года HRW заявила, что у «Хезболлы» нет привычки «использовать население как живой щит», и одновременно заявила, что у нее есть свидетельства о том, что израильская армия «намеренно делала своей мишенью мирное население». Когда в 2002 году эпидемия взрывов палестинских смертников достигла пика, HRW публиковала пресс-релизы о нарушениях прав человека Израилем. HRW понадобилось еще 5 месяцев, чтобы выпустить отчет по террористам-смертникам, и 5 лет, чтобы выпустить отчет о обстрелах Израиля с территории Газы.

В 2009 году HRW отправилась в Саудовскую Аравию, где собирала деньги на антиизраильские отчеты. Дело с правами человека в Саудовской Аравии обстоит несколько хуже, чем в Израиле. К тому же Саудовская Аравия является крупнейшим спонсором терроризма. Но HRW это не смутило.

Точно такую же позицию занимает HRW на Шри-Ланке, где правительственные войска борются против «Тигров освобождения Тамил-Илама», жесточайшей террористической организации, убившей десятки тысяч людей и использующей тамилов в качестве живого щита. При любой попытке наступления правительственных войск HRW немедленно заявляет о том, что правительственные войска наносят удары по мирным жителям.

Amnesty International

Вторая старейшая и известнейшая правозащитная организация — это Amnesty International. Ее основал в 1961 году адвокат Петер Бененсон; причиной основания послужила статья о двух португальских студентах, которых бросили в тюрьму на семь лет за то, что они «выпили тост за свободу». Amnesty следила за тем, чтобы узники совести в Европе были освобождены, а политические заключенные получали справедливый суд.

Но к началу 90-х узники совести в Европе перевелись, а между тем размеры Amnesty (как и францисканского ордена) только возросли: 2,2 млн членов в 150 странах. Возник вопрос: где взять узников совести, права которых надо защищать? Конечно, Amnesty вела кампании и за права женщин, и против глобального потепления, но все-таки, согласитесь, это не то: главный спрос у людей совестливых всегда будет на узников совести, причем желательно в Европе или в Америке: в Конго это как-то далеко и неинтересно.

И Amnesty отыскала своих узников совести: в Гуантанамо. Уже с 1986 по 2000 год страной, которой было посвящено наибольшее количество отчетов Amnesty, были США — 136 отчетов, на втором месте был Израиль. Такие милые государства, как Уганда или Конго, вовсе не входили в десятку самых главных нарушителей прав человека.

А после того как США объявили «войну террору», Amnesty тоже объявила свою кампанию: Counter terror with justice («Противостоять терроризму по закону». — Прим. ред.). И как вы понимаете, главным злодеем в этой кампании оказались не террористы. А те, кто с терроризмом борется. Кто больше борется — тот и больший злодей.

Из двадцати новостей этого раздела (по состоянию на 20 декабря 2010 года) одна касается Турции, одна — Ливии, одна — Йемена (Amnesty требует от Йемена stop sacrificing human rights as they confront Al-Qa’ida), еще одна — Пакистана (Amnesty возмущена тем, что пакистанские власти не защищают права человека в районах, занятых талибами, хотя очень трудно понять, как они могут это сделать. Ведь если пакистанские военные поведут наступление на талибов, то от них потребуют stop sacrificing human rights as they confront Al-Qa’ida). Еще две посвящены Великобритании, а остальные 14 — Гуантанамо, ЦРУ и США.

Трудно бороться против террора. Для этого надо ползать на брюхе по горам, прыгать с парашютом, рисковать жизнью. Хорошо и просто бороться за справедливость для террористов: для этого достаточно рассылать пресс-релизы о том, что в Гуантанамо творится «daily injustice» («ежедневное беззаконие») и что «president Obama’s administration has failed to match its words with concrete action when it comes to accountability and remedy for human rights violations committed in the name of «countering terrorism» («администрация президента Обамы оказалась не в состоянии подкрепить свои слова конкретными действиями, когда дело доходит до отчета о нарушениях прав человека, совершенных во имя «борьбы с терроризмом»).

Amnesty объясняет свою политику так: мы, мол, чаще пишем о развитых государствах, потому что положение дел в них является ориентиром для всего человечества. Боюсь, что реальное объяснение тут другое. Критиковать США куда безопасней, чем критиковать настоящих людоедов. Да и спонсоров для критики США найти гораздо легче.

Есть простая человеческая логика: волкодав — прав, людоед — нет. Есть логика правозащитников: волкодав не прав, потому что он нарушил права людоеда. А с людоеда мы спрашивать не будем.

Идеология международной бюрократии

Такое критическое отношение к собственной цивилизации в истории Запада существовало не всегда. В XVII–XIX веках Европа завоевывала мир и вовсе не переживала из-за нарушенных ею прав народов. Когда Кортес увидел кровавые жертвоприношения ацтеков, он не впал в умиление по поводу «уникальных местных обычаев», которые надо сохранить. Когда англичане отменили в Индии обычай сожжения вдов, им не пришло в голову, что они нарушают права этих вдов, желающих последовать за мужьями.

Время, когда это отношение появилось и, более того, стало почти общепринятым дискурсом для интеллектуальной элиты Запада, можно назвать совершенно точно: это 30-е годы, время, когда Сталин финансировал Коминтерн и строил планы завоевания всего мира. Вот тогда-то в большом количестве на Западе появились «полезные идиоты» (по выражению Ленина), которые обладали одним странным качеством: усердно критикуя «кровавый буржуазный режим», они почему-то в упор не замечали ГулАГа.

Это странное интеллектуальное поветрие продолжилось и дальше, например, во время войны во Вьетнаме. Левая элита изо всех сил обличала «зверства американской военщины». Тот мелкий факт, что войну начали не американцы, а коммунисты и что для вьетконговцев сплошной террор был просто тактическим приемом, — левые как-то не замечали.

Классическим примером тому может служить знаменитая фотография, сделанная фотографом Эдди Адамсом. На ней вьетнамский генерал Нгуен Нгок Лон пускает пулю в связанного вьетконговца Нгуен Ван Лема. Фотография облетела весь мир как символ жестокости империалистов. Правда, Эдди Адамс потом рассказал, что вьетконговца убили, вытащив из дома, где он буквально за минуты перед этим вырезал целую семью, — но это для левых было уже неважно.

Современное правозащитное движение на Западе идеологически выросло из крайних левых.

И если исторически крайние левые были пешками в руках тоталитарных режимов, то теперь либеральный фундаментализм стал пешкой в руках террористов и людоедов.

Идеалы FARC, «Аль-Каиды» или африканских каннибалов очень отличаются друг от друга. Одни хотят построить коммунизм, другие — царство Аллаха, третьи хотят вернуться к традиционным ценностям в виде колдовства и каннибализма. У них есть только одно общее: ненависть к нормальному западному государству. Эту ненависть значительная часть либеральных фундаменталистов разделяет с террористами.

«Так, собственно, чего беспокоиться? — спросите вы. — Если «борцы за мир» и «полезные идиоты» не смогли одолеть Запад, когда за их спиной стояли могучие тоталитарные спецслужбы, под силу ли им это сейчас?»

Проблема заключается в том, что еще полвека назад «борцы за мир» были в основном идеалистами, которых по мере надобности использовали тоталитарные режимы. Сейчас «борьба за права человека» превратилась в философию целого класса — класса международной бюрократии.

«Нефть в обмен на продовольствие»

Вот, знакомьтесь, знатный борец за права человека Дэнис Холидей, глава гуманитарной миссии ООН в Ираке, а потом — участник «флотилии Свободы», пытавшейся прорвать израильскую блокаду сектора Газа. После того как ООН отменила программу «Нефть в обмен на продовольствие», г-н Холидей сложил с себя полномочия, публично заявив, что ООН и Джордж Буш занимаются геноцидом против «невинного населения Ирака».

После этого г-н Холидей снял фильм о 500 тысячах иракских детей, которые умерли из-за нациста Буша. Когда журналист Дэвид Эдвардс спросил борца за права человека Дэниса Холидея, а не воровали ли лекарства иракские чиновники, Холидей даже возмутился: «there’s no basis for that assertion at all» («Нет никаких оснований для такого утверждения»).

Когда журналист Дэвид Эдвардс спросил, почему в то время когда иракские дети умирают без лекарств, на курируемых Холидеем складах ООН скопились десятки тысяч тонн не розданных лекарств, Холидей, не моргнув глазом, ответил, что эти лекарства надо давать в комплексе: «The warehouses have stores that cannot be used because they are waiting for other components that are blocked by the Sanctions Committee» («На складах есть запасы, которые не могут быть использованы, потому что ждут компонентов, заблокированных Комитетом по санкциям»).

Холидей был не единственным бюрократом в ООН, недовольным отменой программы «Нефть в обмен на продовольствие». Его преемник, Ханс фон Спронек, тоже ушел в отставку, публично воскликнув: «Как долго еще гражданское население Ирака будет подвергаться наказанию за нечто, чего оно не совершало?» Через два дня после отставки фон Спронека его примеру последовала глава World Food Programmе in Iran.

Странное дело. С точки зрения здравого смысла ответственность за насилие и нищету несут те, кто является причиной насилия и нищеты. В Ираке это был Саддам Хусейн. Но гуманитарные бюрократы из ООН поступали другим образом: ответственность за происходящее в Ираке они возлагали на весь мир, а не на кровавого диктатора, а сами в это время вместе с кровавым диктатором пилили деньги в рамках программы «Нефть в обмен на продовольствие».

И тут такая маленькая проблема: чтобы деньги можно было пилить, народ должен страдать.

Голод в Эфиопии

Голод в Эфиопии в середине 80-х вызвал необыкновенную активность гуманитарных организаций. Только в 1985 году концерт Live Aid, в котором участвовали Боб Дилан, Мадонна, Queen, Led Zeppelin, собрал в помощь голодающей Эфиопии 249 млн долларов. Концерт был организован Бобом Гелдофом, бывшим рок-певцом, ставшим еще более известным антрепренером, специализирующимся на помощи голодающей Африке. Еще сотни миллионов собрала организация Christian Aid.

Ничему миллионы не помогли: от голода умерло свыше миллиона человек. А в марте 2010 года разразился скандал: бывший эфиопский мятежник Арегави Берхе, поссорившись с бывшим главой мятежников, а ныне главой Эфиопии Мелесом Зенави, заявил BBC, что 95% гуманитарной помощи пошло на закупку оружия.

Его заявление вызвало бурю возмущения. Боб Гелдоф заявил, что в словах Берхе «нет ни грана правды». Макс Пеберди, представитель Christian Aid, заявил, что помощь никак не могла быть украдена, и даже в красках живописал, как он за наличные покупал зерно у торговцев.

В ответ один из боевиков, продававших у Пеберди зерно, рассказал, как он притворялся мусульманским торговцем. Звали боевика Гебремедин Арайя. По словам Арайи, под мешками с зерном лежали мешки с песком, и наличные, которые Арайя получил за зерно, тут же были переданы на закупку оружия.

Проблема голода в Эфиопии заключалась не только в том, что от него умерло свыше миллиона человек. Но в том, что и правительство, и мятежники намеренно переселяли людей, чтобы под предлогом их страданий выжать больше денег из НКО. Получение денег от НКО было не следствием, а целью этого намеренно устроенного голода.

То же самое происходит и в секторе Газа. ХАМАС (а до него ООП — Организация освобождения Палестины) держит население в нищете, чтобы пользуясь этой нищетой как моральным рычагом выбивать деньги у гуманитарных и бюрократических организаций. В результате ХАМАС и НКО становятся тем насосом, которым накачивают деньги из мира в сектор Газа, а нищета его населения — атмосферным давлением, благодаря которому насос работает.

Понятно, что при таком положении дел HRW и другие НКО будут всегда на стороне ХАМАС.

Ведь если господин Холидей и Ко предложат гуманитарную помощь народу Израиля, то их услуги не примут. Защиту народа Израиля обеспечивает государство Израиль, а не борцы за права человека. А государство Израиль не заинтересовано в том, чтобы превратить свой народ в бомжей, с помощью несчастий которых политическая элита будет вымогать и пилить деньги.

Часть истеблишмента

Вот это, пожалуй, самое опасное. Либеральные фундаменталисты, точно так же как климатические алармисты, позиционируют себя как противники истеблишмента. На самом деле они давно являются интегрированной частью истеблишмента, при этом самой злокачественной его частью — международной бюрократией.

Мы часто ругаем государство и бюрократию. Но государство, какое ни есть, заинтересовано в защите своих граждан и решении их проблем. Международная бюрократия не несет ответственности ни перед кем.

Нам говорят, что гуманитарные организации помогают там, где есть голод и насилие. Но на практике происходит ровно обратное: там, куда приходят гуманитарные организации, голод и насилие длятся вечно.

Поэтому правительства, пытающиеся справиться с террористами, как в Колумбии, неизменно оказываются главным объектом критики защитников прав человека.

И, наоборот, союзниками НКО становятся самые страшные режимы — такие как в секторе Газа или в Эфиопии — не способные организовать в своей стране экономику, но способные на организацию насилия и голода с целью получения денег от международного сообщества.

Борьба за права человека привела к появлению нового вида терроризма: это террористы, которые, как ХАМАС, не столько стремятся уничтожить чужих детей, сколько стремятся сделать так, чтобы ответный израильский удар уничтожил гораздо больше палестинских детей. Борьба за права человека привела к новому виду псевдогосударства: это жуткие анклавы, управляемые чудовищными режимами, которые не выжили бы в нормальном мире и были бы завоеваны или уничтожены. Но деньги от НКО и запрет на войну против таких анклавов позволяют держать их население в нечеловеческих условиях, а их элите — пользоваться абсолютной властью.

Заключение

Основной тезис human rights movement очень прост. Надо защищать права человека, кем бы он ни был. Я должна сказать, что этот тезис порочен по своей сути. Он противоречит основной аксиоме человеческого поведения: зло должно быть наказано. Человек должен делать выбор.

Он противоречит всему, чему нас учат о герое, добре и зле мифы и литература. С точки зрения прав человека Геракл не герой, а военный преступник. Он не соблюдал права Лернейской гидры и права царя Диомеда, скармливавшего людей своим лошадям.

С точки зрения прав человека Одиссей — военный преступник; без суда убил Полифема, причем вторгшись на его, Полифема, территорию. Тезей, Персей, Зигфрид, Ёсицунэ — все они преступники. Гильгамеша надо судить в Гааге, а принца Гамлета, убившего без суда своего отчима, внести в черные списки Amnesty International.

Всех, кого человечество называет героями, правозащитники должны считать военными преступниками.

Защита прав человека ставит крест на самом понятии войны, ибо война — это когда убивают без суда. Это, конечно, хорошо, отказаться от войны, но что делать, если от нее не отказывается ваш противник? Если мне не изменяет память, это не американские шахиды на арабских «Боингах» врезались в Каабу, дело было немного наоборот.

Если бы во времена Второй мировой существовал CNN, то союзники никогда бы не выиграли у Гитлера. «После дрезденских бомбардировок с экранов не сходил бы Геббельс с трупами дрезденских детей на руках», — заметил мне ехидно Гарри Каспаров в частном разговоре.

Если всякую войну признавать нарушением прав человека, это приводит к удивительному следствию: виноватой становится защищающаяся сторона. Ведь, согласитесь, это логично: если не отвечать на нападение, то и войны не будет. Значит, виноваты не те, кто напал, а те, кто вздумал защищаться.

У либеральных фундаменталистов благие намерения. Но благими намерениями вымощена дорога в ад. Мы 70 лет жили в стране, у которой тоже были благие намерения. Эта страна строила коммунизм и обещала всем бесплатное образование и бесплатную медицину. Но в реальности бесплатная медицина оборачивалась хлевом вместо больницы. Некоторые замечательные принципы в реальности оборачиваются своей противоположностью. Принцип «надо защищать права каждого человека» — один из них.

Но этого мало. Очевидно, что если суда над тем или иным человеком не было, или нам кажется, что права его были не соблюдены должным образом, то в отношении этого человека мы должны руководствоваться здравым смыслом.

Не тут-то было. Защита прав человека на деле превращается в защиту прав террориста. Правозащитники не руководствуются ни здравым смыслом, ни реальностью. С их точки зрения, все, что говорит террорист, — это заведомая правда, а все, что говорит государство, — это ложь.

В результате террористы создают целые подразделения для вранья правозащитникам. Более того, они меняют тактику. Если раньше террористы использовали собственных женщин и детей в качестве живого щита, то теперь они намеренно вызывают на них огонь. Теперь целью ХАМАС, размещающего свои ракеты на крышах школ и многоквартирных домов, является сделать так, чтобы израильтяне ответным ударом по огневой точке уничтожили как можно больше гражданских лиц.

Почему правозащитные НКО верят любому утверждению террориста? Почему они верят члену «Аль-Каиды» Моаззаму Беггу, хотя он заведомо врет?

Потому что правозащитное движение стало идеологией международной бюрократии. В секторе Газа пятилетние дети учатся маршировать с автоматами; им показывают мультфильмы о том, как надо убивать евреев. ХАМАС держит население сектора в полной зависимости; любой бизнес обложен данью в пользу ХАМАС, во время операции «Литой свинец» члены ХАМАС не подбили ни одного израильского танка, не сбили ни одного вертолета, но они использовали это время для того, чтобы арестовать и казнить свыше ста членов ФАТХ. Они нашли время для того, чтобы пытать этих людей в своей штаб-квартире, устроенной в госпитале в Рафахе, откуда выгнали больных и раненых.

ХАМАС требует уничтожения государства Израиль и всех евреев и говорит, что если Израиль не согласен, это означает, что он не склонен к компромиссам. Почему же защитники прав человека обыкновенно стоят на стороне ХАМАС, а не на стороне Израиля?

Потому что они вместе с ХАМАС осваивают деньги.

Защита прав человека, став общеупотребительным дискурсом, вошла в удивительное противоречие со здравым смыслом. Книги и фильмы учат нас одному, новости — другому. В новостях нам сообщают, что «Гарри Поттер убил лорда Вольдеморта без суда и следствия» и что «в ходе войны Поттера с Вольдемортом погибли тысячи людей и произошли десятки самоубийств и катастроф». Не считая нужным упоминать, что за катастрофы-то отвечает Вольдеморт.

Терроризм — это новая разновидность варварства. Варвар уважает только силу, поэтому цивилизация должна быть сильнее варвара. Если она будет просто богаче или безопасней — это ничего не значит. Цивилизация должна быть сильней.

Нам говорят: «Мы должны защищать права любого человека, потому что если сегодня правительство нарушит права Анвара аль-Авлаки, то завтра оно нарушит ваши права».

Но, господа, это демагогия! «Сегодня он танцует джаз, а завтра родину продаст». Если Гарри Поттер уничтожил без судебного процесса лорда Вольдеморта, это не значит, что завтра он испепелит без суда и следствия Гермиону Грейнджер.

Нам говорят: «Каждый человек, даже очень плохой, имеет право на суд». Но в ситуации, когда суд невозможен, это оборачивается безнаказанностью террористов.

Горе миру, в котором вместо героев, борющихся со злом, останутся одни правозащитники, борющиеся с героями.

«Компромисс по отношению к злу есть преступление», — сказал Томас Манн по поводу фашизма. Добавлю: защита прав лорда Вольдеморта есть нонсенс.

Волкодав — прав. Людоед — нет.

Ждем откликов

обозреватель «Новой»

24.03.2011

Содержание темы:

01 страница

#01. Азеф на велосипеде. Инсинуации Латыниной
#02. Human Rights Watch. Ответ
#03. Александр Подрабинек. Не фундаментализм, а коррупция
#04. Друг истины и Платона. Претензии к Подрабинеку
#05. "Эхо Москвы". Код доступа
#06. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Партия трех оболов. Часть 1
#07. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Партия трех оболов. Часть 2
#08. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Качество оппозиции
#09. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Bечные ценности для Владимира Путина
#10. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Пожар в Ухте: история фальсификации
02 страница
#11. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Восточные Singapore: The brave future world
#12. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Singapore: The brave future world - 2
#13. Игорь Гуковский. Всеобщее избирательное право в США 19 века
14. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Код доступа
15. Азеф в юбке. Азеф на велосипеде.Код доступа
16. Азеф в юбке. Код доступа
17. Азеф в юбке. «Европа, ты офигела!»
18. Alexandr_ Cammina. Ответ Азефу в юбке
19. Николай Кавказский. Европа – курс влево
20. Falanster. Латынина, ты офигела
03 страница
21. Marsel_izkazani.
22. Monkeyfree
23. Алексей Цветков. Дар Ариадны
24. Victor Anatolyevich. Европа ли офигела?
25. Николай Руденский. Главное чтобы человек был плохой
26. Николай Руденский. Закономерное сближение
27. Старый развратник капо ААВ-старший. Клинч великой и непобедимой Юлии Латыниной с заранее подобранным соперником
28. Леонид Пайдиев. Маски приоткрываются.
29. 1gatta_felice. Всероссийская трынделка, светоч разума или просто дура?
30. Nedostreljani. РАМЗАН И ЮЛИЯ
04 страница
31. Виктор Мартинович. Ну и публикация из Белгазеты
32. Юрий Чеботарев. Всякая селедка – рыба, но не всякая рыба – селедка, или демократия по-латынински
33. Азеф в юбке. Принцип безнаказанности
34. Азеф в юбке. Бл@дское решение
35. Андрей Пионтковский. Лицензия на измену
36. Азеф в юбке. Что я говорила в 2007 году
37. Азеф в юбке. Не люблю я права человека, что уж тут поделать.
38. Marcus Porcius Cato. Мой комментарий
39. Азеф в юбке.
40. Друг истины и Платона
05 страница
41. Швыряется, чем умеет. 01.05.2014, 17:03
41.
41.
41.
41.
41.
41.
41.
41.
41.
10 страница
91. Азеф в юбке. Проповедь о светских религиях. Почему массы верят в то, что легко опровергается опытом
92. Азеф в юбке. Если мы не Запад, то кто мы?
93. Азеф в юбке. Юрий Фельштинский. Кровавый сентябрь
94. Азеф в юбке.
95. Сергей Алексашенко. Ну, зачем Вы так, Юля?
96. Азеф в юбке. Либеральный большевизм
97. Азеф в юбке. Почему в России богатые могут давить бедных
98. Азеф в юбке. Если мы не Запад, то кто мы?
99. BBC.Русская служба. В статье Латыниной в "Новой газете" нашли экстремизм
100. Александр Скобов. Солидарность с Юлией Латыниной
11 страница
101. Азеф на велосипеде. О задержании кокоса по подозрению в магическом воздействии на избирателей, или Проблемы демократии на Мальдивах
102. Азеф на велосипеде. В терактах виновата слабая Европа
103. Азеф на велосипеде. Fact hiding commissions
104. Политикус.Ru. Латынина: «Я бы кинула кусок асфальта в омоновца...»
105. Азеф на велосипеде. Зачем Путину Папа?
106. Игорь Яковенко. Демократия всем мешает
107. Азеф на велосипеде. Михаил Ходорковский: химия и жизнь
108. Азеф на велосипеде. Тахарруш по-российски
109. Азеф на велосипеде. О сносе торговых фавел
110. Азеф на велосипеде. Теракт, а не сумасшествие
11 страница
#111. Азеф на велосипеде. Патриарх Кирилл и его слова — в многовековом тренде. 26.03.2016, 17:01
#111. Азеф на велосипеде. В России вводят налог на воздух
#111.
#111.
#111.
#111.
#111.
#111.
#111.
#120.
13 страница
#121. Почти хокку. Продолжение

[Human Rights Watch]

http://www.novayagazeta.ru/data/2011/063/23.html

Мы не судим о «правоте» сторон

25 марта этого года «Новая газета» опубликовала статью Юлии Латыниной «Защита прав людоеда, или Либеральный фундаментализм», где автор, в частности, пишет, что теракты по сути своей — это крайняя форма отрицания прав человека. Латынина настаивает на том, что правозащитное движение должно рассматривать и оценивать не только действия государственных структур, которые с терроризмом борются, но и действия самих террористов. С обоими утверждениями мы в «Хьюман Райтс Вотч» (ХРВ) полностью согласны. Правда, к сожалению, госпожа Латынина со всей очевидностью позабыла самый важный принцип, лежащий в основе концепции прав человека: эти права есть у каждого человека вне зависимости от того, что он собой представляет. Известный подход «одни равнее других» здесь абсолютно недопустим, поскольку подрывает важнейшую идею неотъемлемости прав человека.

Этот текст Латыниной, как и много других ее статей, написан живо, изящно и кому-то покажется убедительным. Тем не менее аргументация автора тенденциозна, а множество приводимых в доказательство «фактов» не имеют к реальности ни малейшего отношения. Eдинственное, что побудило нас в данном случае отвечать Латыниной, — это уважение «Хьюман Райтс Вотч» к «Новой газете», с которой мы много лет сотрудничаем. Не хочется, чтобы у читателей «Новой», знакомых с нами прежде всего по работе в России и ближнем зарубежье, сложилось превратное представление о ХРВ и о том, что она делает в других странах.

Начнем с элементарного: авторитетное заявление Латыниной о том, что ХРВ старейшая в мире правозащитная организация с офисами в 90 странах, конечно, лестно… Но и структура мы не старейшая, и офисов у нас на порядок меньше. Впрочем, важнее другое: Латынина намеренно или по незнанию допустила целый ряд концептуальных искажений, говоря о правах человека и правозащитной работе.

Юлия Латынина обвиняет ХРВ в том, что организация якобы освещает ситуацию в Израиле однобоко, не рассматривая причин израильско-палестинского конфликта. Это, кстати, неправда — ХРВ анализирует причины конфликта, чтобы рассматривать зафиксированные в регионе нарушения прав человека в соответствующем контексте. В то же время мы принципиально не позволяем себе солидаризироваться с той или иной стороной конфликта, выносить оценочные суждения о «правоте» сторон, о том, «кто первый начал» и у кого больше морального авторитета. Другими словами, мы не оцениваем, кто хуже и кто лучше, иначе просто не смогли бы выполнять свою работу. Наша основная задача — защитить гражданское население, минимизировать наносимый ему урон. Она невыполнима, если не соблюдать нейтралитет, не сохранять беспристрастность. К слову, работа ХРВ в период вооруженных конфликтов приносит осязаемые положительные результаты. Например, мы возглавляли коалицию неправительственных организаций, недавно добившихся запрета кассетных бомб. Наши своевременные сообщения об использовании израильскими силами в Газе белого фосфора в значительной степени сподвигли Израиль прекратить применение этого оружие неизбирательного поражения в населенных зонах.

Юлия Латынина считает, что мы не признаем за государствами права на самозащиту. Снова не так. Мы признаем это право, только наша задача заключается в том, чтобы заставить государства придерживаться собственных обязательств соблюдать «законы войны». Кроме того, мы поднимаем проблему нарушения международного гуманитарного права боевиками и другими негосударственными формированиями.

В статье автор обвиняет «Хьюман Райтс Вотч» в избирательном, предвзятом освещении конфликтов. С учетом тенденциозности самого текста подобное обвинение выглядит не совсем уместно, однако мы готовы отнестись и к нему серьезно. Любой желающий выяснить, насколько полно и разносторонне мы освещаем проблематику прав человека и ответственности политических акторов за те или иные нарушения, может ознакомиться с докладами на нашем сайте www.hrw.org, сравнить их с материалами госпожи Латыниной и сделать собственные выводы.

Заявления ХРВ о положении с правами человека в том или ином регионе, включая Израиль и оккупированные территории, основаны на четко выверенной исследовательской методологии и скрупулезном правовом анализе. Здесь нет места предвзятости, о какой бы стране ни шла речь из всех девяноста, где мы работаем (и в большинстве которых у нас, увы, нет никаких офисов). Нас нередко обвиняли в предубежденности в отношении правительств и незаконных вооруженных формирований — к примеру, в связи с нашими материалами по Китаю, Конго, Эфиопии, Колумбии, Израилю, Марокко, России, Шри-Ланке, Венесуэле, Зимбабве… всего не перечислить. Нас обвиняли в том, что мы предвзяты к тому, что делают «Хезболла» или «Тамильские тигры». Но, как правило, нашим критикам не удается опровергнуть факты, задокументированные в докладах ХРВ. А факты сильнее голословных обвинений.

Жаль, что Юлия Латынина вводит читателей в заблуждение: ХРВ не поддерживает ни ХАМАС, ни «Хезболлу». Чтобы это понять, достаточно ознакомиться с нашим анализом действий этих организаций и зафиксированных нами нарушений прав человека. Последний материал на эту тему был опубликован ХРВ менее месяца назад. В целом довольно забавно, что за неделю до выхода статьи в «Новой», в которой ХРВ обвиняется в симпатии к ХАМАСу, наша организация публично критиковала ХАМАС за нарушения прав палестинцев, проживающих на контролируемых им территориях.

Что до инсинуаций о фандрайзинге ХРВ в Саудовской Аравии, мы собирали там средства не на «антиизраильские отчеты», а на работу по всему миру. ХРВ принимает только частные пожертвования, и мы убеждены, что граждане должны иметь возможность поддерживать права человека и деятельность ХРВ независимо от того, насколько их правительство замарало себя нарушениями международных обязательств. Взаимодействие с группами поддержки в разных странах — включая, кстати, и Россию — для нас естественное занятие, и это делается на благо прав человека.

То, как Латынина описывает работу ХРВ по Шри-Ланке, откровенно искажает реальность. Мы жестко критиковали и «Тамильских тигров», и шриланкийские власти за грубые нарушения «законов войны». И раз Латынина подозревает нас в симпатиях к «Тамильским тиграм», значит, наш 80-страничный доклад об использовании «тиграми» детей в качестве солдат, о политических убийствах и вымогательстве у диаспоры денег на военные операции каким-то образом прошел мимо нее. Да, ХРВ указывала на ответственность правительства Шри-Ланки за многие преступления, включая массовые убийства мирных жителей, но и «другую сторону медали» не игнорировала. Остается лишь посетовать, что у Юлии Леонидовны не нашлось времени ознакомиться с нашими текстами, например, докладом 2006 года, в котором жестко раскритикованы обе стороны конфликта, и в результате она ввела в заблуждение своих читателей.

Права человека нарушают и диктатуры, как Саудовская Аравия, и демократические государства, как США. Вопрос о нравственном равновесии тут не стоит. Естественно, в таких разных странах положение с правами человека очень различно. Наличие независимой прессы и свободных выборов, безусловно, не означает, что права тех или иных категорий граждан не могут быть нарушены. Все же предоставим не одной Юлии Латыниной судить, заслуживают ли внимания проблемы с соблюдением прав человека в демократических странах. Каждый, чьи права нарушены, нуждается во внимании и помощи. ХРВ подробнейшим образом документировала нарушения прав человека в закрытых обществах, например, в Саудовской Аравии, Северной Корее, Бирме, Вьетнаме, Узбекистане и Сирии, но мы не можем игнорировать и того, что происходит в США, России, Бразилии, Южной Африке и т.д. Ведь и в этих странах есть люди, нуждающиеся в восстановлении своих прав.

Рейчел Денбер,
директор отдела по Европе и Центральной Азии,
«Хьюман Райтс Вотч»

14.06.2011

[Александр Подрабинек]

http://www.novayagazeta.ru/data/2011/040/30.html

Я все ждал, кто же поднимет перчатку, которую бросила правозащитникам Юлия Латынина. Никто не поднял. Я эту перчатку тоже поднимать не буду, но переложу ее в другое место

Безнравственная арифметика

В статье Латыниной «Защита прав людоеда, или Либеральный фундаментализм» («Новая газета» №31 от 25 марта 2011) много правды. Правозащитники знают это не хуже нее, но молчат, скованные корпоративной солидарностью. Латынина, как проницательный журналист, совершенно верно определила левый дискурс в европейском правозащитном движении. Это так. Экологические и правозащитные организации тяготеют к левым, живущим антиамериканизмом и неразделенной любовью к социализму. В арабо-израильском конфликте они с жаром защищают палестинцев и сквозь зубы — евреев. Они проливают крокодиловы слезы по заключенным Гуантанамо и Абу-Грейба, которых пытают слишком громкой музыкой и зрелищем обнаженных белых женщин, что для правоверного мусульманина якобы непереносимо. В любом московском КПЗ все, включая мусульман, будут кататься по полу от хохота, если узнают, что именно это и называется пыткой. Там о пытках знают гораздо больше — притом о настоящих, а не высосанных из пальца.

Это верно, что ведущие европейские и международные правозащитные организации распределяют свое внимание совершенно непропорционально значимости событий, то есть массовости и жестокости происходящего. Примеров множество, и есть очень показательные.

Несколько лет назад делегация весьма прогрессивных американских женщин посетила в сопровождении журналистов тюрьму Гуантанамо. Американские женщины страшно возмущались порядками в тюрьме, о чем, конечно, из свободной прессы моментально узнал весь мир. Что такое тюрьма Гуантанамо, расшифровывать не надо. Все сразу понимают, что речь идет о тюрьме на американской военной базе на Кубе. Между тем в провинции Гуантанамо есть настоящая тюрьма, куда не пускают ни зарубежные делегации, ни журналистов и даже родственники политзаключенных получают там свидание со своими родными с большим трудом. Но это кубинская тюрьма, а не американская. Диссидентская организация родственников кубинских политзаключенных «Женщины в белом» попросила американских женщин посетить и кубинскую тюрьму. Прогрессивная делегация просьбу попросту игнорировала. Это их не заинтересовало. Не буду говорить о мотивах, только факты.

Другой случай — иракская тюрьма Абу-Грейб в 30 км от Багдада. Кто не помнит грандиозного скандала, вызванного издевательствами американских военнослужащих над заключенными-террористами, которых раздевали, а развратные американки в военной форме позировали с ними в непристойных позах? Об этом с возмущением писала вся мировая пресса, попутно осуждая США за вмешательство во внутренние дела Ирака. А много ли людей помнят или хотя бы знают, какие пытки практиковались в Абу-Грейбе при Саддаме Хусейне, каковы были условия содержания в этой же самой тюрьме? Даже сами иракские власти признавали, что тюрьмы слишком переполнены, но проблему эту они решали одним способом — массовыми казнями. В 1984 году в Абу-Грейбе было казнено 4 тыс. заключенных, а в 1997—1999 годах в рамках кампании «чистки тюрем» — еще 2,5 тыс. человек. Казни проводились два раза в неделю, по средам и воскресеньям. Это не считая приведения в исполнение приговоров, из которых вырывание языка за хулу на Саддама Хусейна было не самым худшим*. Тогда во всем мире не было такого скандала, как в случае с американскими фотографиями. Опять же не буду говорить о причинах, только факты.

Подобных случаев в дополнение к тому, о чем пишет Латынина, можно рассказать немало. О программе ООН по помощи Северной Корее продовольствием, которое все без остатка уходило партийным чиновникам и генералитету, а простые корейцы жевали траву, ловили грызунов и умирали от голода. О помощи Евросоюза военной хунте в Лаосе, которая была не в состоянии прокормить всех своих заключенных и получала за это от сердобольных европейцев примерно по 5 долларов в день на каждого зэка, а кормила раз в день отваром из капустных листьев с мышиными хвостиками в миске. Надо ли удивляться, что тюрьмы в Лаосе всегда были переполнены? Это же золотое дно!

Понятно, что преувеличенная забота об одних и полное равнодушие к другим возмущают человеческую совесть и задевают чувство справедливости. Но справедливо ли обвинять в этом все правозащитное сообщество? Оно ведь не есть что-то однородное и централизованное. Оно состоит из людей и организаций, разных как по характеру деятельности, так и по ее длительности.

Левый дискурс

В старых правозащитных организациях давно образовался свой менеджмент, который считает сам факт своего существования уже большим достижением в защите прав человека.

Поясню на примере любимой Латыниной «Международной амнистии». За 50 лет своего существования она стала солидной международной организацией, со многими наградами, включая Нобелевскую премию мира, с обширными связями и разносторонней правозащитной деятельностью. Левый дискурс, о котором пишет Юлия Латынина, обнаружился с самого начала — первым генеральным секретарем «Международной амнистии» стал один из бывших руководителей Ирландской республиканской армии Шон Макбрайд. В 1973-м Макбрайд был вице-президентом на Всемирном конгрессе мира в Москве, а в 1976-м ему была присуждена Ленинская премия «За укрепление мира между народами». Казалось бы, в комментариях нет необходимости.

Между тем, «Международная амнистия» занималась исключительно важной и полезной деятельностью, поддерживая политзаключенных в разных странах. И это была реальная поддержка: свидетельствую, как один из получавших ее в годы заключения. Противоречие разрешается просто: в «Международной амнистии» есть штаб-квартира в Лондоне — Международный секретариат, а есть ячейки по всему миру, в деятельности которых на сегодняшний день принимают участие почти 3 млн. человек. Верхушка организации может дышать левыми идеями, тайно ненавидеть Америку и сочувствовать левым революционерам, но она не может заставить делать то же самое всех своих членов. Это невозможно. Небольшие ячейки, по нескольку человек берут под свою опеку политзаключенного из другой страны и заботятся о нем и его семье все время, пока он сидит. Так было с самого начала, как это было задумано адвокатом Питером Бененсоном, так продолжается и сейчас. Они и есть правозащитники.

Настоящая правозащитная деятельность — это работа многочисленных ячеек, а не флирт правозащитных чиновников с сомнительными людьми, организациями и правительствами. Конечно, репутация страдает, но дело все равно делается. Увы, ко всякому благородному начинанию со временем примазываются дельцы, мечтающие уютно устроиться и стричь купоны. Иногда им это здорово удается.

Однажды по просьбе своих кубинских друзей я пытался договориться с лондонской штаб-квартирой о создании на Кубе группы «Международной амнистии» — диссиденты в Гаване были готовы идти на этот риск. Международный секретариат остался к этой просьбе глух. И не удивительно. Работавшая тогда в лондонской штаб-квартире одна моя знакомая рассказывала, что сотрудники отдела по Центральной Америке открыто восхищаются Фиделем Кастро и кубинским социализмом, а в свой отпуск ездят на Кубу отдыхать. Однако при этом кубинские диссиденты получают поддержку от групп «Международной амнистии», которые их опекают. Не из Лондона, а из разных стран мира.

Правозащитная коррупция

В правозащитном движении сложилась своя номенклатура, интересы которой действительно весьма далеки от правозащитных. При этом они часто представляются лицом правозащитных организаций, что безмерно эти организации дискредитирует, но настоящей правозащитной деятельностью занимаются рядовые участники движения. Поэтому Юлия Латынина не права, когда мажет всех правозащитников одной краской, преимущественно красной. Они — разные. Говорить, что правозащитное движение себя исчерпало, потому что появились правозащитные дельцы, —это все равно как утверждать, что свобода слова не нужна, потому что имеются продажные журналисты. Везде есть свой мусор, своя плесень — никуда от этого не деться.

Не то же ли самое происходит и в России, где хорошо прижившиеся на хлебных местах правозащитники с удивительной ловкостью совмещают правозащитную деятельность с участием в работе госструктур — различных советах при силовых министерствах, общественных палатках и государственных уполномоченных? Забыты представления о конфликте интересов и о том, что источником нарушений прав человека всегда является власть. Однако же есть и настоящие правозащитники, не прикупленные кремлевскими грантами и красными корочками солидных учреждений. Хотя, по моим наблюдениям, их становится все меньше.

Сближение правозащитников с властями, идеологически или организационно, — это не либеральный фундаментализм, это правозащитная коррупция. Отсюда и появляются в списках узников совести боевики террористических движений, религиозные фанатики, городские партизаны и прочие революционеры и романтики насилия. Устоять перед коррупцией тяжело. Говорят, единственное средство против нее — развитое гражданское общество и свободная печать. Но многие ли готовы оппонировать правозащитникам с их же правозащитных позиций?

Утверждать, что правозащитное движение превратилось в свою противоположность, нельзя и еще по одной причине. Юлия Латынина пишет о ситуации с правозащитным движением в открытом обществе, на Западе, но существуют еще и закрытые общества. Там тоже есть правозащитное движение, и там правозащитники за свою деятельность платят свободой, а иногда и жизнью. Они тоже часть всеобщего правозащитного движения — не такая слышная, не такая состоятельная, не такая многочисленная, но, безусловно, гораздо более важная, чем все остальные, вместе взятые. Обвинять их заодно с западными правозащитниками в либеральном фундаментализме по крайней мере некорректно. Думаю, Юлия Леонидовна просто не учла их в своих рассуждениях, но надо помнить, что они существуют.

Кроме того, есть и на Западе немало вполне приличных правозащитных организаций, успешно действующих и не коррумпированных властями. Не буду называть тех, кого знаю, чтобы не обидеть остальных.

Хорошим — суд, плохим — могила

Убеждение Латыниной в том, что защита прав любого человека, даже мерзавца, препятствует наказанию зла, противоречит логике устройства современного цивилизованного общества. Ключевой вопрос здесь — кем должно быть наказано зло? Если отдельным человеком на основании собственных убеждений и впечатлений, то тогда правы Одиссей, Гарри Поттер и любой другой вымышленный или реальный герой, вершащие правосудие от своего имени. Здесь не нужен закон, не нужна юстиция — пришел, увидел, наказал.

Если же зло должно наказываться судом, то и злодей, и герой должны иметь равные права, чтобы доказывать чью-то вину или свою невиновность. Потому что окончательно станет ясно, кто носитель зла, только после приговора, а до него кто же именно должен иметь какие-либо преимущества? В этом и состоит презумпция невиновности.

Я сомневаюсь, что Юлия Латынина станет отстаивать как наилучшую версию государственного устройства, лишенного юстиции. Хотя бы потому, что терроризм она считает новой разновидностью варварства, а отказ от юстиции — это возвращение к варварским временам. Права террориста нуждаются в защите прежде всего потому, что до окончания справедливого судебного разбирательства нельзя с уверенностью сказать, террорист ли он и велика ли его вина. Разве мало сегодня случаев на Кавказе, когда силовики убивают мирных граждан, подкидывают к трупам оружие и объявляют убитых террористами? Это пример разбирательства без суда.

«Защита прав человека ставит крест на самом понятии «война», ибо война — это когда убивают без суда», — пишет Латынина. Я бы сказал, что это война ставит крест на защите прав человека. Более того, война ставит крест вообще на правосудии и называет это законом военного времени. Война — это разрешение убивать, при этом убийства не только не расследуются, но и поощряются государством. Ничего хорошего в этом нет, войну это не возвышает, а права человека не дискредитирует. И Латынина права, что отказаться от войны не всегда возможно, но это не умаляет значение прав человека в мирной жизни. Да и в военное время воюющие стороны иногда стараются соблюдать установленные правила ведения войны. Однако вообще отрицать права человека на том основании, что они бездействуют во время войны, так же абсурдно, как пытаться приспособить современные понятия о правосудии и состязательном процессе к античным мифам или сказочным баталиям. Слишком велика условность таких сравнений.

Статья Юлии Латыниной очень полезна. Она дискуссионна и, как верно заметил в предисловии к ней Дмитрий Муратов, направлена на свержение моральных табу. Всегда полезно подвергнуть сомнению устои. Однако Муратов не прав в другом — В.В. Путину эта статья вряд ли понравится. 10 лет этот человек старался встроить российское правозащитное движение в вертикаль власти и добился в этом деле немалых успехов. Статья же Юлии Латыниной обнаруживает неприглядные стороны правозащитного движения и заставляет задуматься о подлинной стоимости наших сегодняшних ценностей.

__________

* Из отчета «Смертная казнь и иные наказания при Саддаме Хусейне». Организация «Не троньте Каина», 2003 г.

обозреватель «Новой»

15.04.2011

[Друг истины и Платона]

Подрабинек бы мне обьяснил у него то какой дискурс. Я ведь его обвиняю по сути в том же в чём Латынина обвиняет правозащитников. Только она называет это либеральным фундаментализмом, а я избирательным гуманизмом. И он есть этот избирательный гуманизм. В том числе и у Подрабинека. Я не буду приводить примеры такого избирательного гумнизма Подрабинека, он знает об этом. Я ему сообщал.
А вот за какие инсинуации Латыниной ей хотят премию присудить.

EchoMSK : Номинанты на премию
"ПолитПросвет" 2011 года
http://cdn.echo.msk.ru/att/element-783745-misc-latynina.jpg
11. Юлия Латынина - программа «Код доступа», радиостанция «Эхо Москвы», Москва.
Программы:
Выпуск за 08.05.2010
Выпуск за 07.05.2011

[EchoMSK]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/787479-echo/

Ведущие: Латынина, журналист Юлия | Время выхода в эфир: сб, 19:08

Передача: Код доступа Суббота, 25.06.2011

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, +7 985 970-45-45 – это наши смски. И естественно вы можете смотреть нас на iPhone’ах, iPad’ах и прочих устройствах с помощью компании Сетевизор. На этой неделе отмечали 70 лет 22-му июня, дню начала Великой Отечественной войны. Это полностью фиктивная дата. Что произошло 1 сентября 1939 года? 2 тоталитарные державы начали Вторую мировую войну, договорившись за неделю до этого о том, как разделить Европу. Что произошло 22 июня 1941 года? В этот день Гитлер нанес удар Сталину, готовившемуся нанести удар Гитлеру.

Еще раз. Война, в которой СССР потерял 28 миллионов человек, началась не 22 июня. Она началась для СССР 17 сентября 1939 года, когда советские войска вошли в Польшу и разделили ее вместе с Гитлером, и даже принимали совместные парады под Брестом, под Львовом.

И, вот, когда смотришь на все, что происходило на этой войне, то видишь, что она рассыпается, ткань истории рассыпается под внимательным взглядом изучающего точно так же, как рассыпается эта фиктивная дата. Какое событие ни возьми, на поверку оказывается не тем, чем его представляет официальная историография. Возьмешь героев, нам говорят о подвигах 28 панфиловцев у разъезда Дубосеково. Неправда: часть панфиловцев осталась в живых, не было никакого комиссара, который кричал «Ребята, отступать некуда – за нами Москва» и отступили. Кто-то там из панфиловцев даже оказался потом в плену, даже оказался гитлеровским полицаем.

Героем называют Зою Космодемьянскую. Действительно, это фанатичная девушка, которая кричала перед смертью «Нас 150 миллионов – всех не перевешаете». Но проблема заключается в том, что подвиг ее был несколько странного свойства: она сжигала в соответствии с приказом Сталина от 17 ноября крестьянские дома. И насчет 150 миллионов. По крайней мере, некоторая часть из этих 150 миллионов, те крестьяне, дома которых она сожгла, прибежали в полицейский участок и пытались ее там расцарапать.

Вот, осада Ленинграда. 125 блокадных грамм с огнем и кровью пополам. Вот, Марк Солонин в своей последней книжке в маленькой очень статье о блокаде Ленинграда только коснулся этой темы. И сразу вся краска поползла с нее, и выяснилась масса совершенно простых и очевидных вопросов. Вопрос первый. Ну как же? Вот, американцы наладили снабжение Западного Берлина по воздуху во время блокады. Ленинград не надо было снабжать по воздуху – там была вода. Водный транспорт не в разы, а в 100, а то и в 1000 раз вместительнее самолетного, грузоподъемнее. Достаточно было раз в день баржу пускать по этой воде. А потери там были небольшие – потери были 4% тонуло от гитлеровского огня, это ничтожные потери для войны. И город был бы, ну, во всяком случае, не 125 блокадных грамм. «А вот, - говорит Солонин, - есть сведения, что из Ленинграда вывозили продовольствие перед блокадой». Ну, в рамках, видимо, все тех же сталинских приказов, что, наверное, город собирались сдать и хотели, чтобы там ни грамма хлеба не оказалось. «А, вот, - говорит Солонин, - такой-то флот стоял на озере». А куда ж флот делся? А его эвакуировали, чтобы не достался врагу. Как это флот эвакуировали, баржи эвакуировали, а людей оставили? Да и потом приводит Солонин факты, и оказывается, что если разделить даже поступавшее на этих баржах количество продовольствия, то и то получится не 125 блокадных грамм, а 600. А согласитесь, 125 и 600 – это, мягко говоря, разница, между жизнью и смертью в данном случае. Что же было-то? Куда делись 450? Воровали? При Сталине воровали? В таком количестве? Ну, мы, конечно, знаем, что Жданов, который возглавлял Ленинград, что он был жуткая сволочь, что ему персики возили свежие на самолетах. Вот, ему-то как раз возили, ему-то как раз возили на самолетах. Но как же может быть так, что, опять же, как справедливо Солонин пишет, мы величие собственных побед мерим ценой наших потерь? А осада Ленинграда – сколько виноват Гитлер, а сколько виноват Сталин?

Или говорят «Жуков – гениальный полководец». Ну а вопрос: а чем же, собственно, Жуков был гениальным полководцем? Человек, который израсходовал в огне этой войны вместе со Сталиным русский народ, как это писал Виктор Астафьев. Что делал Жуков? Под Ельней в августе 1941 года бросал пехоту на штурм врытых в землю танков и минных полей. Под Ржевом этот браконьер народа русского, опять же по выражению Астафьева, в течение 15 месяцев бросал полк за полком, дивизию за дивизией на абсолютно бессмысленные штурмы укрепленных немецких позиций. Потери войск превысили 2 миллиона человек, сам город был уничтожен полностью: из 40 тысяч населения осталось 248 человек. Ржев – самая кровопролитная битва за всю историю человечества. Что мы о ней знаем? Ничего. Зато у нас принято называть Жукова «гениальным полководцем». Странная гениальность. Это не гениальный полководец, это гениальный палач.

И вот так со всем, во что начинаешь всматриваться. И видишь, что в этой войне нет гениальных решений кроме решений Сталина. Нету подвигов. Очень мало подвигов, которые выдержат скептическое отношение. Понятно, да, с подвигами в мире такое случается. Раевский не водил своих сыновей на штурм батареи, но Раевский был очень храбрым человеком. А здесь подвиги рассыпаются под пальцами в прах. И иногда думаешь: «Ну, знаете, наверное, это же, все-таки, Вторая мировая война, дело решала техника, дело решала массовая мобилизационная армия». А потом думаешь: «Стоп. Это Первая мировая война была позиционной. Это там люди сидели в траншеях, и их засыпало снарядами и газом, они бессмысленно гибли. А Вторая мировая война была маневренной».

Что же случилось со Второй мировой войной, когда она перешла на территорию России? И самое изумительное заключается в том, что когда начинаешь смотреть, что происходило на других фронтах, то вдруг вот это вот все, что раньше характеризовало войну – решительность полководца, его характер, принимаемые им решения, героизм – вдруг возникает снова. Вдруг оказывается, что, действительно, на других фронтах шла какая-то другая война. Это очень мало замечают люди, поскольку, действительно, у нас обычно все начинается с 22 июня и далее до 9 мая.

P/S.Не было подвигов. Только один Сталин принимал гениальные решения.
Вот про персики Жданова не слышал. Его обвиняли в том что он ел пирожные, когда люди от голода умирали. На поверку эта версия оказалась, мягко говоря, неправдой. С персиками надо проверять.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11154

4 ИЮЛЯ 2011 г.

www.novayagazeta ru

Ничто в мире не верно само по себе,
но все — смотря по обстоятельствам

Николо Макиавелли

http://www.ej.ru/img/content/Notes/1...1309729011.jpg

В современном мире наилучшим и единственным правильным способом правления считается демократия, а под демократией разумеется всеобщее избирательное право. По умолчанию любым либералом, гуманистом, защитником прав человека и просто европейским парламентарием подразумевается, что всеобщее избирательное право — это хорошо, что любая проблема любой страны может быть решена, если ввести всеобщее голосование, а если какая-нибудь страна, например, Китай, при всех своих выдающихся экономических успехах не предоставляет гражданам такого права, то этого достаточно, чтобы любой уважающий себя либерал заклеймил Китай позором.

Нет спору: на момент, когда я пишу, наиболее процветающие государства современного мира являются именно демократиями. Но все-таки к общей воле и к общему благу есть ряд вопросов.

В 1925 году народ Италии проголосовал за Муссолини, в 1933 году народ Германии проголосовал за Гитлера, а в 2009-м народ Ирана проголосовал за Ахмадинежада. Почему народы голосуют за диктаторов?

Народ Турции радостно резал армян; в Руанде хуту резали тутси; абсолютное большинство арабов требует уничтожения евреев, и в 2001-м, после разрушения Башен-близнецов, 90% египтян в ходе опроса восторгались случившимся. Почему народы так склонны к нацизму, погромам и геноциду?

С 1960 года чуть менее сорока африканских государств получили независимость, в основном без всякой предшествующей войны, и провели у себя демократические выборы. В результате этих выборов подавляющее большинство этих стран превратились в людоедские диктатуры. Почему демократия не работает в Африке?

В 1960-х годах волна революций и военных переворотов прокатилась по странам Ближнего Востока. Сейчас, спустя полвека, мы можем оценить результат. В среднем лучше всех модернизируются — и лучше всех сохраняют стабильность — те страны, которые остались монархиями, как Дубай, Катар или Иордания. Страны типа Туниса, Ливии или Сирии, где к власти пришли «вожди народа», оказались самыми чудовищными диктатурами. Как же так получилось, что эмир Дубая, которого никто никогда не выбирал, оказался лучшим правителем, чем выразитель «общей воли» бесноватый полковник Муамар Каддафи?

Почему, наконец, и в африканских, и в латиноамериканских, и в ближневосточных, и в любых нищих государствах приход к власти народа очень быстро кончается приходом к власти диктатора?

Либералы и демократы очень не любят признавать этот доступный наблюдению факт и обычно рассуждают о том, что «народ был обманут» и «демократия превратилась в диктатуру». Проблема в том, что значительная часть подобных диктатур продолжает пользоваться поддержкой большинства. Уго Чавес в Венесуэле пользовался и пользуется поддержкой большинства. Эво Моралес в соседней Боливии пользовался и пользуется поддержкой большинства. Александр Лукашенко действительно получал на выборах в Белоруссии большинство голосов, хотя это не мешало ему приписывать себе лишние. Даже Владимир Путин, несмотря на тотальную коррупцию режима и фактический распад государства, несомненно, в момент, когда я пишу эти строки, пользуется поддержкой большинства российского населения. Демократы объясняют это тем, что народ «обманут» с помощью телевидения, СМИ и пр., но тут уж возникает другой вопрос: ребята, если этих идиотов так легко обмануть, то что вас заставляет наделять их функциями непогрешимых арбитров?

Нет ни одного тоталитарного режима, который не пришел бы к власти без поддержки народа. Победа Гитлера на выборах 1933 года, на которую часто любят ссылаться как на исключение, на самом деле является не исключением, а правилом. Муссолини в 1924 году одержал полную победу на вполне справедливых выборах. Более того, он принял в Италии закон о равных избирательных правах для женщин, стремясь максимально увеличить число избирателей. Большевики победили не в результате Октябрьской революции. Они победили в результате кровопролитной и страшной Гражданской войны, когда оказалось, что Красную Армию поддерживает больше людей, чем Белую гвардию. Мао Цзедун пришел к власти не путем военного переворота. Он пришел к власти потому, что абсолютное большинство нищих китайских крестьян уповало на председателя Мао.

Удивительно, но тот факт, что есть демократии, которые не процветают, и есть процветающие страны, которые не являются демократиями, никого не смущает. Политики, как ученые до Галилея, не утруждают себя такой дурацкой вещью, как опыт и наблюдения. Всеобщее избирательное право — это решение всех проблем, и все тут.

Так ли это — если судить на основании многовековой человеческой истории?

Междуречье

Самое первое народное собрание, о котором доподлинно известно, что оно состоялось, появилось почти пять тысяч лет назад, а именно: за 2800 лет до н.э. Собрание было двухпалатное: верхняя палата состояла из «совета старейшин», а нижняя — из всех мужчин города, способных носить оружие.

Возникло это собрание не в Афинах и не в Риме, а в городе Уруке — в Шумере, в Междуречье, в Азии, которую потом Геродот, а за Геродотом и вся европейская историческая традиция противопоставят Европе (в Азии — рабство, в Европе — свобода).

В то время, о котором идет речь, Шумер состоял, однако, не из «рабских царств», а из городов-государств, где царская власть была органичена «собраниями старцев» и «мужами города», так же как в нынешних США власть президента ограничена Сенатом и Конгрессом. На вышеупомянутом собрании, описанном в шумерской поэме из 115 строк, правитель города Урука Гильгамеш просил у своего сената и своего конгресса разрешения на то, чтобы защититься от правителя города Киш, пошедшего на Урук войной.

В вышеупомянутой поэме мнения палат разошлись: сенат считал, что лучше подчиниться Кишу, а «мужи города» решили идти в бой.

Как в Риме и в Афинах, в Уруке гражданами были те, кто способен носить оружие. Это обстоятельство далеко не случайно. Как устроено войско, так устроено и общество. Города-государства в древности — это всегда пешее ополчение. Протяженные царства вроде персидского — это аристократия на конях. Военная сила была главным фактором, определявшим в древности судьбу государства. К сожалению, войне свойственно единоначалие, и война была ключевым фактором, уничтожавшим в древности правление многих.

Обыкновенно война кончалась либо победой завоевателя, либо тем, что удачно оборонивший свой город полководец не спешил расставаться с властью. Если правление многих не падало жертвой успешного завоевания, то оно становилось жертвой успешной обороны.

Большая экономическая свобода во все века вела к процветанию, но в древности процветание государств делало их лишь сладкой приманкой для варваров-завоевателей. Города-государства Шумера были завоеваны ассирийцами. Память об их образе правления была истреблена завоевателями. Даже новая столица Ассирии, Ниневия, была возведена на новом месте, ничуть не напоминавшем о том, что некогда правители уничтоженных или подчиненных ассирийцами городов-государств должны были обсуждать свои дела с «мужами города» и что если «мужам города» не нравилось поведение правителя, то они могли, как в Лагаше, свергнуть старого правителя и вручить власть новому, который искоренил непомерные налоги, возложенные на граждан прежним правителем, и «признал свободу». (Да-да, первая Декларация независимости, которая оправдывает право народа восстать против несправедливого правителя, была написана на глиняных табличках в 24 в. до н.э.)

К V до н.э, когда писал Геродот, стараниями все новых и новых деспотичных завоевателей всякая память о городах-государствах Шумера исчезла и Азия воспринималась греками как вотчина «деспотизма», в противовес «свободной» Европе.

Однако в конечном итоге греческое народовластие точно повторило путь шумерского. Греческие города-государства, не способные долго противостоять протяженным царствам, сделались добычей отчасти персидских, затем македонских, а потом римских завоевателей. Прошла тысяча лет, и «свободная Греция» превратилась в «раболепную Византию».

Греция

Из сказанного выше видно, что Афины не были первым в истории человечества городом, которым управляло (или соуправляло) народное собрание. Такие города существовали во многих древних культурах, хотя есть культуры, в которых они не существовали (например, Китай и Египет). Но Афины были родиной понятия демократии, точно так же, как они были родиной понятия «математика», «физика», «история» и пр.

Ораторы и политики процветающих и свободных Афин постоянно подчеркивали различие между демократическими Афинами и окружающими государствами — «деспотической Персией», «аристократической Спартой», «тиранией в Сиракузах» и т.д.

Принципы афинской демократии, которые Фукидид излагает во второй книге «Истории» устами Перикла, следует привести здесь: многие из этих принципов настолько инварианты в человеческой истории, что, кажется, речь идет не о противостоянии Афин и Спарты, а о противостоянии США и СССР.

«Так как у нас городом управляет не горсть людей, а большинство народа, то наш государственный строй называется народоправством. В частных делах все пользуются одинаковыми правами по законам. Что же до дел государственных, то на почетные государственные должности выдвигают каждого по достоинству, поскольку он чем-нибудь отличился, не в силу принадлежности к определенному сословию, но из-за личной доблести. Бедность и темное происхождение не мешают человеку занять почетную должность, если он способен оказать услуги государству...»

«В военнных попечениях мы руководствуемся иными правилами, нежели наши противники. Так, например, мы всем разрешаем посещать наш город и никогда не препятствуем знакомиться и осматривать его и не высылаем чужеземцев из страха, что противник может проникнуть в наши тайны и извлечь для себя пользу. … Меж тем как наши противники при их способе воспитания стремятся с раннего детства жестокой дисциплиной закалить отвагу юношей, мы живем свободно, без такой суровости, и тем не менее ведем отважную борьбу с равным нам противником».

«Богатство мы ценим лишь потому, что употребляем его с пользой, а не ради пустой похвальбы. Признание в бедности у нас ни для кого не является позором, но больший позор мы видим в том, что человек сам не стремится избавиться от нее трудом».

Проблема заключалась в том, что все эти замечательные принципы демократии реализовывались в полной мере только в одном городе — в Афинах, этих античных США. Та же «История» Фукидида представляет собой, в том числе, описание попыток Афин внедрить демократию (в целях создания союзников против Спарты) в других греческих государствах, обыкновенно с катастрофическими результатами. Ибо почти всякое внедрение демократии где-либо, кроме Афин, кончалось переделом земель и прощением долгов, с последующими приходом к власти тирана.

«В течение семи дней, пока Евримедонт после своего прибытия с 60 кораблями оставался на острове, демократы продолжали избиение тех сограждан, которых они считали врагами, обвиняя их в покушении на демократию, в действительности же некоторые были убиты из-за личной вражды, а иные — из-за денег, данных ими в долг», — пишет Фукидид об одном из первых опытов внедрения Афинами демократии во время Пелопонесской войны, и, согласитесь, даже у США в Ираке дело обстояло куда лучше.

Вообще каждый демократический переворот в Греции сопровождался радикальным изменением имущественных отношений. В Аргосе в 368 г. победившая демократия казнила 1200 «заговорщиков», в Тегее после победы демократов из города сбежало 800 человек, и везде, как писал Полибий, там, где «масса приучена демагогами пользоваться чужим добром, и где она возлагает все свои упования на жизнь за чужой счет, при демократическом строе дело легко доходит до убийств, изгнаний и раздела земель, коль скоро масса находит… вожака».

Под «демократами», понятно, имеется в виду партия, которая предоставляет право голоса всем гражданам, под партией «лучших людей» (которая обыкновенно тяготела к Спарте) — та, которая предоставляет право голоса лишь немногим. Не было ничего удивительного в том, что и ту и другую партию возглавляли представители знати — если в Афинах партию аристократов представляли люди из дома Фиваидов, то партию «демократов» представляли люди из дома Алкмеонидов.

Тираны опять-таки редко происходили из нищих, но всегда на них опирались. В Коринфе богач Тимофан, задумав переворот, опирался на самые нищие слои населения, «привлекая к себе бедняков, снабжая их полным вооружением и держа при себе самых подлых людей» (Диодор). Филомел, правивиший десять лет, с 356 по 346 г. до н.э., был один из самых богатых людей Фокиды, что не помещало ему именно богатых разорять налогами, а бедняков привлекать на свою сторону. Тиран Эвфрон в Сикионе получил власть через поддержку народа и разорял знатных, чтобы понравиться бедным.

Поэтому-то афинские философы не любили демократию (это бывает: мыслители, живующие при деспотии, обыкновенно хвалят деспота, но мыслители, живущие при демократии, обыкновенно поносят демократию), и Платон в качестве идеального правителя видел тирана, но такого, который соединит «величайшее могущество с разумом и рассудительностью».

Но и у самой афинской демократии, никогда не скатывавшейся до переделов земли, дело обстояло не так радужно, как можно судить по речи Перикла у Фукидида: она давала свободу духу и уму, но она крайне стесняла экономическую свободу.

Афины изобрели математику, физику, геометрию и идею науки вообще, но с точки зрения laisse-faire Афины выглядели неважно. Быть бедным в Афинах было действительно не зазорно — но вот разбогатеть было небезопасно. В Афинах полноправные граждане не платили налоги; их платили только вольноотпущенники и рабы. Однако полноправные граждане несли литургии — добровольные обязанности, выражавшиеся в посильной помощи на снаряжение военных кораблей (триерархия, самая разорительная и тяжелая обязанность), устройство пиров, представлений, снаряжение посольств и т.д. В результате вкладывать в бизнес деньги было невыгодно, выгодно было вкладывать их в любовь народную. Тот, кто богател не жертвуя, легко мог быть подвергнут остракизму или стать жертвой суда.

Суд присяжных в Афинах состоял из нескольких сот (до тысячи) соприсяжников. Соприсяжники получали по два, а потом по три обола за участие в процессе, а выплачивались эти деньги из конфискованного имущества. В результате в афинском суде было «опаснее быть богатым, чем виновным», как саркастически заметил оратор Лисий.

Цены в Афинах отнюдь не были свободные: специальные чиновники, ситофилаки, следили за «правильной» ценой привозимой в город пшеницы, и результаты судебных процессов показывают, что толпа нередко обвиняла в повышении цен торговцев зерном и чиновников, но никогда — методы регулирования.

В момент расцвета Афин от государства получали средства к жизни около 20 тыс. афинских граждан, и эти «граждане из фратрии трех оболов» (Аристофан) имели своим лозунгом «залезайте в карманы, в которых что-то имеется» (Аристотель).

Экономика Афин была зарегулирована куда больше, чем при иных тиранах, гражданское равенство то и дело оборачивалось экономическим распределением, средства от Лаврионских серебрянных рудников делились между гражданами, как между норвежцами средства от нефти. Полиграф Полиграфыч Шариков, попав в Афины, был бы несомненно доволен: его мечта «все поделить» исполнялась там пару раз в год.

В результате в Афинах были Аристотель и Платон, но не было — и не могло быть — Билла Гейтса. Самое примечательное, что античные историки и философы, столько писавшие о свободе и тирании, этой экономической несвободы просто не замечали. Экономика — в отличие от политики, войны и пр. — просто не входила в круг интересов Платона, Аристотеля или Тита Ливия. Представления античных историков об экономике в лучшем случае сводились к тому, что идеальный правитель должен запретить людям носить пурпур и есть с золота и вообще обогащение есть позорное дело, подобающее лишь тем, кто не думает о славе.

В любом учебнике политологии можно прочитать, что, дескать, в Греции демократия была «прямая», а в современном мире — «представительская», как будто между мотивами народа, непосредственно собравшегося на площадь, и народа, выбирающего депутата, есть какая-то принципиальная разница.

На самом деле история греческих полисов поражает сходством с историями современных демократий. Почти всегда победа бедняков кончается прощением долгов, переделом земель и приходом к власти тирана. Почти всегда тиран, «конфисковывает добро богачей, что позволяет ему увеличить плату своим наемникам и раздать беднякам их часть богатства», как пишет Полибий об Аполлодоре из Кассандреи. И даже Афины, эта Америка античности, превращается в бесконечный велфер, которым управляют «граждане из фратрии трех оболов».

Единственная фундаментальная разница заключается в том, что в античности окончательным фактором нестабильности для демократии всегда оказывалась война. Античная демократия была военной демократией. Гражданами города-государства были те, кто носил оружие, и обыкновенно городу не хватало ни единоначалия, ни войска, чтобы победить в войне с протяженным царством.

Если же город одерживал одну победу за другой, владения и войско его расширялись. Его многочисленные солдаты переставали быть гражданами и становились подданными. Такова была судьба Рима, историки и мыслители которого — в отличие от своих греческих учителей, заметим — никогда не хаяли свой строй и, наоборот, считали res publica лучшей формой правления. Именно поэтому они продолжали именовать Рим «республикой» даже в V в. н.э. Довольно забавно читать где-нибудь у Требеллия Поллиона, как сенат просит императора Валериана: «Возьми на себя должность цензора, которую возложила на тебя Римская res publica».

Средневековье

Средневековые коммуны кардинально отличались от греческих полисов: их гражданами были не воины, а ремесленники и торговцы. Они возникли в вакууме власти, который образовался в средневековой Европе в результате борьбы папы и императора — двух сил, война которых, по выражению Грегоровиуса, спасла свободу Европы. Ни Пиза, ни Гент, ни Марсель, ни Флоренция, казалось бы, ничем не напоминали Афины или Фивы, однако после того, как эти города изгнали свою знать или уменьшили ее влияние, самым типичным конфликтом внутри этих городов стал конфликт между зажиточными цехами и цехами бедными, между белой костью и чернью, между popolo grasso и popolo minuto.

Подобно тому, как греческие тираны, отменявшие долги и делившие земли, вовсе не всегда происходили из бедных слоев, а только пытались заручиться их поддержкой, во Флоренции (а «История Флоренции» Макиавелли — это, пожалуй, лучшее пособие по описанию власти народа в Средневековье) в вожаках popolo minuto, перебывали Джованни делла Белла, Вальтер де Бриенн, герцог Афинский и самый богатый итальянский банкир Козимо Медичи.

Фигура герцога Афинского в этом списке особо примечательна тем, что его пригласили в город «высшие гильдии», arti maggiori, испуганные напором простолюдинов. Его официальной миссией была война с Пизой, а неофициальной — усмирение черни. Но герцог Афинский вовсе не хотел поддерживать слабых олигархов, единодушных в своем недоверии к тиранам. Он не читал будущих историков и не знал, что его интересы, интересы знатного человека, требуют поддержки олигархии. Простим ему невольное невежество!

Зато он видел на примере своих современников, как легко добиться абсолютной власти, опираясь на поддержку народа, и понимал, что над десятью тысячами простолюдинов тиранию установить легче, чем над недоверчивыми к тиранам arti maggiori.

Он даровал доселе бесправным sottoposti право собраться в гильдию, гильдию чернорабочих, промышляющих всякой неквалифицированной работой, как-то: ткачеством, грабежом и революцией, заявил, что должности дожны быть "comuni d'ogni ragione, perche si chiamava Comune", и 8 сентября 1342 года parliamento, всеобщее народное собрание Флоренции, созванное де Бриенном, провозгласило француза-чужака пожизненным владыкой Флоренции.

Правда, герцога Афинского турнули из Флоренции через год, но в 1378-м восстание чомпи, гильдии чесальщиков, требовавших себе тех же привилегий, что и старшие гильдии, вспыхнуло опять, и требования этих добрых людей были с обезоруживащей простотой изложены одним из них некоему Андеа Сали во время встречи в Болонье: «Мы убьем и ограбим всех тех жирных, которые изгнали нас из наших домов, и мы сами получим эту землю, и будем управлять ей как мы хотим, и сами будем богаты».

В X-XIII вв. по городам Италии, Южной Франции и Фландрии прокатилась волна коммунальных революций — повсюду правление знати заменялось правлением торговцев и промышленников. Через век последовала новая волна возмущений — наемных рабочих против правящих цехов.

Сами флорентийские историки, от Виллани до Макиавелли, описывали события в терминах конфликта сначала между знатью и пополанами, а потом между «жирным народом» и «тощим народом», а либеральные историки XIX в., как Мишле, проводили полную аналогию между волной забастовок и бунтов, прокатившихся в X-XIV вв. по городам Италии, Южной Франции и Фландрии, и буржуазными революциями XVIII-XIX в., за которыми начинались восстания пролетариата.

Как я писала выше, в античности распри между «лучшими людьми» и простым народом редко уничтожали сам полис; они обычно ослабляли его, делая легкой добычей для тирана или завоевания. Так СПИД не всегда убивает человека, а просто ослабляет его иммунитет, делая легкой добычей любой заразы. Точно так же в средневековой Европе XI-XIV вв. распри между зажиточными гильдиями и чернорабочими — что в Париже, что в Генте, что во Флоренции — не столько уничтожали город, сколько ослабляли его иммунитет, и в Италии привели к тому, что власть над городскими коммунами стали захватывать наемники-кондотьеры, а в Испании и Франции — к тому, что городское самоуправление не пережило укрепления королевской власти.

При этом, вопреки многим популярным представлениям, короли начали зажимать свободу вовсе не с городов. Напротив, часто они сначала пользовались городами, чтобы приструнить знать. В Испании абсолютная королевская власть опиралась на Santa Hermandadа, городское ополчение, чтобы ограничить власть феодальных вельмож, которые дерзко заключали с королем договоры, в которых обещали повиноваться королю в том случае, «если он сумеет к этому принудить». Внутри же самих городов короли, как и тираны, нередко поддерживали чернь против зажиточного люда, поддерживали популистские лозунги, чтобы сокрушить свободу зажиточной верхушки.

Одним из немногих городов, избегших подобной участи, была Венеция. Ее система сдержек и противовесов была продумана настолько тщательно, что не позволила захватить власть над ней ни популистам, ни кондотьерам. Единственное, против чего оказалась бессильна государственная система, созданная венецианской олигархией — это против самой венецианской олигархии. Изначально правящий класс Венеции состоял из торговцев. Однако по мере того, как гранды укрепляли свою власть, они все чаще и чаще превращали свою собственность в привилегии и законодательно ограничивали конкуренцию со стороны будущих выскочек. Бывшие динамиченые торговцы превратились в застывшее правящее сословие. Они уничтожили конкуренцию внутри городе, но не смогли уничтожить ее снаружи, и по мере экономического окостенения Венеции бывший торговый город сошел с мировой арены.

Несмотря на совершенно другие социальные условия, основная проблема средневековых коммун оставалась той же, что основная проблема античной демократии. Правление, при котором в качестве избирателей выступала зажиточная, отвечающая за свои поступки часть граждан, рождало неизбежную зависть «тощего народа». Приход «тощего народа» к власти кончался дележкой собственности и утратой свободы; в тех редких случаях, когда popolo grasso, как в Венеции, сумел сохранить власть и законодательно закрепить свое первенство, он утратил гибкость, динамичность и способность к лидерству.

[Жертва на велосипеде]

5 ИЮЛЯ 2011 г. ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА

Ничто в мире не верно само по себе,
но все — смотря по обстоятельствам.

Николо Макиавелли

Удивительно, но и в современном мире перед демократиями стоят все те же самые проблемы, что в античной Греции и средневековой Италии. Природа человеческая не меняется, и чем более богаты граждане, тем более их образ правления устойчив; чем больше нищих имеют право голоса, тем больше шанс передела собственности и прихода к власти диктатора.

Современный мир

Пожалуй, мало какое из утверждений столь очевидно, столь наглядно ложно, как утверждение о «демократии, разрешающей все проблемы».

Не все и не везде.

Есть США, которые в современном мире являются тем же, чем Афины были для Греции — примером работающей демократии. Кстати, США — бывшая колония Великобритании. Есть работающая демократия в Индии. Кстати, Индия тоже бывшая колония Англии. Есть работающая демократия в Австралии. Австралия тоже бывшая колония Англии. Есть работающая демократия в Канаде. Канада тоже бывшая колония Англии.

Однако если в бывших колониях Великобритании демократия работает очень неплохо, то о бывших колониях Испании этого не скажешь. Демократия в Латинской Америке развивается не многим лучше, чем в Кассандрее при тиране Аполлодоре или во Флоренции времен восстания чомпи.

Нищий народ Венесуэлы голосует за полубезумного Уго Чавеса, а нищий народ Боливии — за полубезумного же Эво Моралеса. В Латинской Америке наибольших успехов добивались те страны, которые, как, например, Чили под руководством Пиночета, от демократии на некоторое время отказывались.

Любого человека, пересекающего границу между Боливией и Чили, поразит контраст: с одной стороны совершенно нищая Боливия, Ла-Пас, состоящий из драных лачуг, повсюду вместо рекламы революционные лозунги, отдельные кварталы с частной охраной, предназначенные для чиновников и полиции, и огромная очередь на единственном бульваре в центре города, по которому неопасно ходить (днем). Это очередь местных чомпи (наемных рабочих), приехавших, чтобы получить документы и иметь возможность проголосовать на очередных выборах за доброго Эво Моралеса, который чуть ли не каждому в безработной стране дает 200 боливианов — где-то 70 долларов.

С другой стороны — Сантьяго-де-Чили, один из самых красивых городов мира, в котором новые сверкающие небоскребы утопают в зелени и солнце, а привратник в роскошном Ritz, качая головой, говорит: «Пиночет — это было плохо. Пиночет отнял у нас свободу».

Еще хуже обстоит дело в Африке — даже в бывших британских колониях. Выборы порой начинаются с ритуальных убийств (в Сьерра-Леоне и Габоне полиция не раз фиксировала случаи, когда кандидаты приносят человеческие жертвы, чтобы заручиться поддержкой духов), а кончаются приходом к власти людоедов. Когда Зимбабве была колонией Великобритании, ее ВВП был меньше британского в семь раз; сейчас он меньше в 27 раз. Сложно ожидать от племен, еще не сложившихся в нации, что они будут более сознательными, нежели флорентийские ciompi или афинский охлос.

Наоборот, режимы Южной Кореи, Гонконга, Сингапура, а теперь и Китая показывают фантастические темпы роста. При этом китайский рост обеспечивается именно отсутствием демократии. Если ее ввести, то полмиллиарда нищих китайских крестьян проголосуют за нового Мао и в Китае станет как в Габоне.

Такой же парадокс на Ближнем Востоке: лучшие экономические результаты показывают не те страны, где в 60-х произошли народные революции, а те, в которых сохранились наследственные монархии. Дубай управляется эмиром аль-Мактумом куда лучше, чем ливийская Джамахирия — полковником Каддафи.

Европа

Образцом демократии, уважения к правам человека и общечеловеческим ценностям в настоящий момент является Европа.

При этом европейские политики, взирающие на все остальное человечество, включая США, с высоты своего неколебимого морального превосходства, дают понять, что именно демократические ценности и сделали Европу первой в мире. Это, мягко говоря, удивительное убеждение. Когда Европа начала покорять мир, ей правил вовсе не Якоб ван Артевельде и не Этьен Марсель. К началу великих географических открытий эра средневековой вольницы прошла и в Европе воцарились абсолютные монархии. Это на какое такое демократическое государство работал Колумб?

В разгар триумфального шествия по миру Европа не отличалась ни гуманностью, ни мультикультурностью, ни терпимостью. Она насаждала христианские ценности огнем и мечом. Кортес запретил ацтекам человеческие жертвоприношения, хотя это едва не стоило ему жизни. Англичане запретили самосожжение вдов в Индии, хотя это привело к восстанию сипаев.

Современная европейская демократия (читай, всеобщее избирательное право) весьма молода. Еще в конце XIX в. абсолютное большинство европейских стран были монархиями. К 1930-м годам большинство из них превратились в диктатуры. Мыслитель, который во времена Муссолини, Салазара, Франко и Гитлера вздумал бы рассуждать о «склонности Европы к демократии», выглядел бы странно. Конечно, схоласт мог бы спорить, что Французская республика ведет своими корнями к Этьену Марселю, (купцу и парижскому прево, в 1357 году ненадолго добившемуся учреждения конституционной, ограниченной монархии), но с таким же успехом можно в поисках корней демократии в Ираке цитировать упомянутый мною выше клинописный текст о народном собрании в городе Урук.

Расцвет демократии в Европе начался после Второй мировой войны и совпал с двумя уникальными обстоятельствами. Во-первых, с тотальной разрухой при высокообразованном, мобильном населении. Такая разруха обуславливает взрывной рост экономики, и даже самый ленивый sottoposti в таких условиях не потребует от государства многого.

Во-вторых, с угрозой со стороны СССР. Опасность завоевания мобилизует защитные силы общества, и в этом, кстати, одно из самых больших отличий современности от прошлых эпох. Военная угроза была губительна для народовластия в античности и Средневековье, но действует как виагра — сейчас. Агрессия извне погубила Афины, но ее угроза способствует укреплению демократии в государстве Израиль в наши дни.

Однако золотой век европейской демократии не продолжался и 50 лет. С распадом СССР ситуация начала меняться на глазах. Несмотря на высокий уровень благосостояния, европейские избиратели стали требовать от государства все больших и больших социальных гарантий. Стройными рядами они стали вступать в «партию трех оболов», и политики всеми силами принялись способствовать росту этой партии — ведь вместе с ней росла их власть.

Европа стала превращаться в огромную социалистическую бюрократию, где регулируется все — от формы огурцов до веса яиц. Европейская бюрократия стала взращивать огромные иждивенческие слои населения, зорко следя за тем, чтобы человек, севший на социальное пособие, никогда не захотел с него слезть. Европейская бюрократия стала импортировать избирателей-иждивенцев из Африки и Ближнего Востока, опять-таки сажая их на иглу пособий и под предлогом «мультикультурности» и «сохранения национальных обычаев» строго следя, чтобы иммигрант не имел шансов адаптироваться в обществе и перейти к самостоятельному заработку.

Такая политика неизбежно кончается крахом. Социализм, в любом его виде, это практика передела чужих денег, а чужие деньги рано или поздно кончаются.

Европа сейчас напоминает Китай в описании Марка Поло. Когда Марко Поло приехал в Китай в XIII в., он был поражен богатством страны. В Европе того времени не было ничего подобного; однако Марко Поло описывал уже умирающий Китай — Китай, завоеванный монголами, Китай династии Юань.

Франция, бесспорно, сейчас семизвездочная страна. Приезжайте в Ниццу, или Куршевель, или Лион — удивительный город с публичными садами и общественными велосипедами. Самые красивые в этом городе кварталы — это кварталы, в которых когда-то жили лионские ткачи. В XIX в. работали по 13-15 часов и поднимали восстание за восстанием (те самые восстания, которые Мишле сравнивал с восстаниями чомпи), чтобы добиться человеческих условий труда.

Они добились своего. Во Франции 8-часовой рабочий день, 35-дневный оплачиваемый отпуск и пенсионный возраст с 62 лет. Права лионских ткачей надежно защищены. Вот только ткачей в Лионе больше нет. Они теперь в Китае.

К тому же то моральное превосходство, которое составляет главный капитал европейских политиков, на поверку оказывается весьма сомнительным. Огромные деньги, которые бюджеты европейских стран выделяют на международную помощь, приводят к тому, что заинтересованные в их выделении политики становятся горячими поклонниками страдающих палестинских, иракских или нигерских детей и — соответственно — вернейшими союзниками диктаторов, людоедов и террористов, погрузивших этих детей в нищету.

Главным экономическим преимуществом стабильной Европы становятся гарантии, которые она может предоставить желающим инвестировать в европейскую экономику диктаторам. В этих условиях с диктаторами трудно бороться, а террористов трудно порицать. В результате канцлер Германии Герхард Шредер поступает на службу в Газпром, а в тот самый день, когда в Израиле террористами была вырезана семья из пяти человек, включая четырехмесячную девочку, вице-президент Еврокомиссии Кэтрин Эштон призывает Израиль к переговорам с террористами во имя «подлинного мира».

Как это ни парадоксально, но Европа не избегла того проклятия, который висел над демократиями в Греции и над коммунами в средневековой Италии. Тогда нищие избиратели голосовали за тех, кто все раздаст и поделит, и господство немногих приводило к господству толпы, а господство толпы — к диктатуре. Теперь все больше и больше склонный к иждивенчеству избиратель голосует за тех, кто обещает ему еще и еще больше. Что сделали германские избиратели после того, как Китай обогнал Германию по объему экспорта? Ответ: они подняли пенсии. Еще бы — ведь германские пенсионеры составляют 40% населения.

Великобритания

Самые успешные и устойчивые демократии мира были построены в странах, бывших колониями Великобритании.

В этом смысле не совсем правильно говорить, что мир покорила Европа. Мир покорила именно Великобритания — первая империя, над которой не заходило солнце и которой не было примеров в истории человечества.

Ответ на вопрос, как небольшому государству удалось построить такую огромную империю, очень прост: это была частная империя. Все британские победы, одержанные над Испанией, были частными победами. Война, которую Великобритания вела против Испании на море в XVI-XVIII вв., была частная война — ее вели частные корабли, водимые и оплачиваемые частными гражданами. Даже флот, выставленный Англией против Непобедимой армады, большею частью состоял из этих самых armed merchant ships.

Ост-Индская компания была частной компаний. Даже в конце XIX в. Африку завоевывали частные компании, будь то British South Africa Company Сесила Родса, National African Company Джорджа Голди или Imperial British East Africa Company Фредерика Лугара. Это привело к необыкновенной экономии солдат и чиновников. Индией управляла тысяча чиновников, народ матабеле завоевали 700 наемников.

Пожалуй, двумя лучшими примерами того, насколько эффективность частной инициативы в Англии превосходила эффективность государства, является история двух видов оружия: морской пушки карронады и пулемета «максим». Карронада — пушка, которая обеспечила триумфы английского флота в начале XIX в. — производилась на частном заводе Carron и была впервые принята на вооружение частными английскими торговыми судами (адмиралтейство долго противилось ее введению).

Пулемет Хирама Максима, перевернувший представления о войне и обеспечивший английским частным компаниям завоевание Африки, был запущен в производство на деньги Ротшильда, компаньона Сесила Родса. До этого Максим безуспешно демонстрировал оружие высшим военным чинам американской, итальянской, австрийской и даже британской армии.

Вопрос: почему именно в Англии государство, которое обладает свойством поглощать все, делегировало частным компаниям даже право ведения войны и территориальную экспансию? Ответ очень прост: потому что в Англии было избирательное право, хотя это была монархия, а не демократия, и избиратели были налогоплательщиками.

И это принципиальная разница. Нищий избиратель голосует за то, чтобы государство дало ему побольше. Налогоплательщик голосует за то, чтобы платить меньше налогов.

Именно благодаря тому, что в Англии избиратели были налогоплательщиками, Англия построила крупнейшую империю в истории человечества. Как только избиратели перестали быть налогоплательщиками и стали халявщиками, Англия эту империю потеряла.

Отцы-основатели США также ограничили круг избирателей кругом налогоплательщиков. Несмотря на декларацию независимости, гласившую, что all men are born equal, они не предоставили права голоса ни женщинам, ни рабам, ни беднякам. Если бы они это сделали, то США ожидала бы судьба Гаити.

По мере подъема экономического благосостояния, круг налогоплательщиков расширялся, и долгое время рост экономики обгонял рост числа избирателей. Это соотношение было впервые поколеблено во время «Нового курса» Рузвельта. Государство впервые расширило свои права, а в США впервые появилась значительная прослойка избирателей, заинтересованных не в минимизации, а в максимизации государства. Американская экономика продолжает оставаться экономикой номер один в мире. Однако размер «партии трех оболов» в американском обществе все растет, и США угрожает та же участь, которая постигла Европу.

Popolo grasso и popolo minuto

«Демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных», — заметил Черчилль. По правде говоря, мне куда более справедливой кажется фраза Никколо Макиавелли: «Ничто в мире не верно само по себе, но все — смотря по обстоятельствам».

Демократия работает только в том случае, если ваш избиратель является налогоплательщиком. Лозунгом американской революции было «no taxation without representation»; верно и обратное: никакого представительства не бывает без налогов.

Избиратель, являющийся налогоплательщиком, заинтересован в том, чтобы минимизировать государство. Избиратель, не являющийся налогоплательщиком, заинтересован в том, чтобы получать от государства как можно больше.

Позвольте мне проиллюстрировать все то, что я сказала, одним личным примером. Так получилось, что я живу в небольшом дачном поселке с узкими проселочными дорожками. В этом поселке и летом-то машинам трудно разъехаться, зимой же, когда на дорожке всего одна обледеневшая колея, и вовсе невозможно.

Ездят по поселку разные машины — и навороченные иномарки, и простые «жигули». И тем не менее разъезд никогда не представляет никакой сложности. Всегда одна из машин (а иногда и обе сразу) сворачивает в карман, уступая дорогу. Выбор, кому свернуть, никогда не зависит от статуса машины, а всегда зависит от того, кому свернуть удобней. Имущественное положение людей, едущих по дороге, очень разное, но их всех объединяет некий имущественный минимум — наличие машины. И поэтому без всякой власти, без всяких знаков, шлагбаумов, без платоновского правителя, который соединяет «величайшее могущество с разумом и рассудительностью», и даже без прозаического гаишника — люди прекрасно освоили процедуру саморегулирования и заключили, на всей территории поселка, неписаный общественный договор: кому удобнее, тот и уступает.

Кроме дороги, в поселке есть лес. С давно протоптанными тропинками. И вот некоторое время назад я стала замечать, что эти тропинки кто-то специально перегораживает упавшими деревьями. Я оттаскивала эти деревья с дорожек, но кто-то клал их снова и снова. Причина, по которой люди в здравом уме и твердой памяти будут специально перегораживать тропу, мне была непонятна, и я обратилась к прохожим с вопросом: «Вы не знаете, кто это делает?»

Ответ меня сразил: «Ездют тут всякие, на багги! Портят дорожку! Вот чтобы эти жирные коты не ездили, мы и перегораживаем».

Иными словами, та часть прохожих, которая принадлежала к неимущей обслуге санатория, жителям пристанционных пятиэтажек, специально тратила массу усилий на то, чтобы перегородить лесную тропинку, по которой ездил «богач» на «багги».

Тот факт, что по тропинке ездят велосипеды и ходят мамы с колясками (да и самим неудобно ходить) — их не волновал. Более того, их ничуть не волновал трактор, на котором пьяный лесник ездил по этой дорожке в магазин за водкой! Поведение местного popolo minuto было вызвано обыкновенной и довольно глупой завистью: у меня нет багги, так и ты ж не езди.

На мой взгляд, эти две истории очень хорошо характиризуют устройство любого социума. Если вы имеете дело с ответственными собственниками, облакдающими неким минимумом имущества, они легко выработают правила пользования дорогой даже без вмешательства власти. Если ваше общество разделено на владельцев «багги» и на санкюлотов, то санкюлот посвятит немалую часть своей энергии просто на то, чтобы испортить жизнь владельцам «багги» .

По странному совпадению еще ни разу в истории не было зафиксировано, чтобы партия нищих требовала предоставить ей возможность заработать. Все, абсолютно все лозунги, которые она выдвигала со времен греческих полисов и кончая Октябрьской революцией, заключаются в том, что государство должно предоставить бедным социальные блага, перераспределив их — с помощью убийств или с помощью налогов — с теми, кто уже заработал.

Ни одно развивающееся общество, которое предоставило «партии трех оболов» право голоса, не имеет шанса на успешные реформы.

Более того: даже развитое общество, которое даровало право голоса всем своим избирателям, всегда стоит перед серьезной опасностью со стороны «партии трех оболов» и потворствующих ей политиков. Как сказал победитель империи зла президент Рональд Рейган: “Freedom is never more than one generation away from extinction”.

[Жертва на велосипеде]

http://besttoday.ru/daypublics/692.html
8.07 18:07 |

(«Газета.ру»)

Ничто не вызвало такого возмущения в либеральном лагере, как реплика нового лидера «Правого дела» Михаила Прохорова о том, что он не собирается быть оппозицией и что оппозиция превратилась в маргиналов.

Должна сказать несколько печальных вещей.

Первое: немалая часть деятелей российской оппозиции являются классическими маргиналами. Что, национал-большевик Лимонов не маргинал? Мне бы не хотелось жить при режиме, в котором он из маргинала станет фюрером или дуче.

Другой пример маргинальных оппозиционеров — крайне левые, из тех, которые в США рассказывают, что башни-близнецы взорвал кровавый американский режим, и объявляют преступлением любое действие любого государства, будь то Россия, США или Израиль. Что, Зоя Светова, у которой кровавый режим то подставил невинных детей Тихонова и Хасис, обвинив их в убийстве Маркелова, то подставил невинных чеченцев братьев Махмудовых, обвинив их в убийстве Политковской, будет писать что-нибудь другое при любом режиме?

Второе. Немалая часть лидеров российской оппозиции (тот же Немцов) уже побывала у власти. Это правда, что они не воровали госкорпорациями и миллиардами, в отличие от нынешних. Это правда, что они ставили перед собой задачу превратить Россию в рыночную и демократическую страну. Но проблема в том, что этой задачи они не решили, и вместо рыночной и демократической страны мы получили Путина.

Они не смогли обеспечить необходимых условий реформ, а именно не совладали с группами влияния, образовавшимися при прежнем режиме и кровно заинтересованными в сохранении нерыночных преимуществ, не смогли контролировать силовиков и не смогли привлечь на свою сторону избирателя. Довольно наивно думать, что люди, которые двадцать лет назад, имея мандат от народа на проведение реформ, не сломали шею слабой и догнивающей коммунистической номенклатуре, сейчас каким-то чудесным образом, такого мандата не имея, сломают шею насосавшейся и заматеревшей номенклатуре нынешней.

Третье. Нравится это или нет профессиональным оппозиционерам, но основная и самая весомая часть оппозиции режиму сейчас не связана с теми, кто занимается собственно политической деятельностью.

«Поэт и гражданин» Дмитрия Быкова и Михаила Ефремова вносит более существенный вклад в неприятие режима, чем деятельность «Солидарности». Борис Акунин или Людмила Улицкая не пойдут на площадь, но весьма ясно дают понять, что действия Кремля вызывают у них рвотный рефлекс. Возьмем, наконец, даже то, что не существует ни в одной другой стране мира, — гламурную оппозицию. Когда Ксения Соколова и Ксения Собчак берут интервью у Чичваркина, когда Ксения Соколова пишет о Ходорковском «Что делает мужчину мужчиной?», это ведь не только вопрос их личного мнения. Это признак того, что преуспевающая аудитория глянцевых журналов, которая не ходит на Триумфальную, а ездит на Карибы, взыскует подобных текстов.

И, наконец, четвертое. В позиции российских демократов есть одно фундаментальное внутреннее противоречие. Состоит оно в том, что российские демократы требуют возвращения настоящих и демократических выборов. Очень может быть, что при настоящих выборах в России Путин (и уж точно «партия жуликов и воров») пролетят как фанера над Парижем. Но кто сказал, что при этом победит внесистемная оппозиция? Большинство в парламенте разделят при этом между собой КПРФ и ЛДПР. И это будет уже не вопрос «телевизионной пропаганды», «административного ресурса» и пр. Это будет следствием того, что российский избиратель является быдлом. Как он является быдлом в любой нищей стране, где избиратели — халявщики, а не налогоплательщики.

Вот это-то противоречие — между возвышенным требованием «всеобщего избирательного права, как в Европе», и реальными результатами, получающимися после голосования нищего большинства хоть в Венесуэле, хоть в Иране, хоть в России, — и является главным противоречием в позиции российских демократов. Ну представим себе: в России действительно свободные выборы. Ну изберут вместо очередного Путина российского Лукашенко. Или российского Чавеса. Чего будете делать, ребята? Снова требовать «настоящих» выборов?

Другое дело, что режим намеренно делает любую оппозицию маргинальной. На примере Химкинского леса, на примере Магнитского, на любом другом он демонстрирует, что любая попытка повлиять на общественное мнение есть преступление. В России любой бизнесмен, который предаст гласности свою проблему, не выиграет, а наоборот, потеряет возможность ее решить. Проблемы можно решать только келейно. Публичные скандалы ведут к обратному результату.

В этих условиях происходят две вещи. Те, кто обращается за помощью к оппозиции и правозащитникам, являются, как правило, заведомо проигравшей стороной. А те, кто пытается исправить систему изнутри (как это пытаются некоторые путинские чиновники и, без сомнения, будет пытаться Прохоров), раз за разом принимают неправильные решения — в надежде, что когда-нибудь настанет момент, когда можно будет сделать правильно, и из опасения, что, если их выгонят, им никогда уже не представится возможность поступить правильно.
Иначе говоря, система теряет обратную связь и становится неуправляемой. Кончается такая ситуация рано или поздно, даже при вполне высокой цене на нефть, катастрофой.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11178
13 ИЮЛЯ 2011 г.

Маленькое, но знаменательное событие: Владимиру Путину вручили немецкую премию «Квадрига». «Квадрига» — одна из бесчисленных бюрократическо-гуманитарных премий, которых развелось великое множество и которые вручают бесчисленные бюрократы, юристы и борцы за права человека, состоящие во всяческих фондах, министерствах и фирмах.

Сайт премии, как легко ожидать, полон либеральных соплей и того особого левототалитарного жаргона, на котором говорят защитники природы, борцы с глобальным потеплением и прочие радетели человечества.

Вручается она не за какие-нибудь там открытия в физике или химии, а «тем, чье мужество сокрушает стены и чья преданность идеалам возводит мосты». «''Квадрига'' вручается тем людям и проектам, чьи мысли и дела основаны на внутренних ценностях», говорится на сайте. «Ценности требуют провидения. Ценности требуют мужества. Ценности требуют ответственности». United we care («Заботимся вместе») — гласит сайт.

Среди предыдущих получателей премии были такие выдающиеся на все века и времена защитники общечеловеческих ценностей, как украинский президент Виктор Ющенко, шведская королева Сильвия, глава Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу, глава автономного региона Фриули-Венеция и президент Ассамблеи европейских регионов Рикардо Илли, жертвы ИРА, Айша эль-Вафи и Филлис Родригес, матери одного из террористов и одной из жертв 11 сентября, «ищущие примирения», — в общем, типичная политкорректная свалка, с вкраплениями персонажей похлеще: известный коррупционер, а по совместительству президент Афганистана Хамид Карзай, только что убитый брат которого считался крупнейшим в стране наркобароном,

исламист Эрдоган, делающий все, чтобы Турция перестала быть светским и европейским государством, а также 49-й имам исмаилитов и прямой потомок пророка Мухаммеда Ага Хан IV.

Этот выдающийся защитник прав человека, унаследовавший свой титул от дедушки, горнолыжник (он даже участвовал в Олимпийских играх 1960 и 1964 годов за Турцию и Иран) и бывший муж модели, проживает, разумеется, в замке в Шантильи, посвящая все свои дни борьбе с мировой бедностью и распространению исламской культуры. Его благотворительная организация (одна из крупнейших в мире) Aga Khan Development Network трудится над «улучшением окружающей среды, здоровья, образования, архитекторы, культуры, финансирования мелкого бизнеса, сельского развития, предотвращения катастроф» и пр. Всего любитель горных лыж и борец с бедностью осваивает по полмиллиарда баксов в год: не Gunvor, конечно, но тоже неплохо.

Список лиц, определяющих united we care, состоит из Кристиана Андермауэра, главы Angermayer, Brumm & Lange Group, главы германского МИДа д-ра Вольфа Рутгера Борна, Ричарда Гола, председателя германского совета по связям с общественностью, профессора Маргариты Матиопулос, председателя правления European Advisory Group, д-ра Петера Рамсауэра, германского министра транспорта и городского строительства, и прочих бюрократов, несомненно, уполномоченных Вечностью и Провидением определять тех, кто является в наше время, наряду с Эрдоганом и Хамидом Карзаем, носителем вечных ценностей.

И вот эти товарищи выбрали Путина. Им показалось, что компания Gunvor, 26 дворцов, Ходорковский в тюрьме и Магнитский в могиле, разогнанные демонстрации и поддельные выборы, партия жуликов и воров, коррупция, съедающая от 25 до 40% ВВП, чиновники, безнаказанно давящие людей на улицах, — это все и есть вечные ценности. United we care. «Ценности требуют провидения. Ценности требуют мужества. Ценности требуют ответственности».

Все это не стоило бы даже абзаца, если бы не одно «но». Среди российских демократов бытует забавное мнение, что «заграница нам поможет». Что вот, мол, Европа — это светоч демократии. Что мужество тамошних политиков сокрушает стены и их преданность идеалам возводит мосты.

Так вот, господа: Европа — это гигантская бюрократия, говорящая непременно на леволиберальном жаргоне и с удовольствием вручающая награды за воплощение вечных ценностей Хамидам Карзаям, Эрдоганам и Путиным. «Квадрига» дается тем, кто представляет из себя образец. Образец просвещения, образец заботы о людях.

Всякая бюрократия непременно кончается коррупцией, а всякая коррупция непременно предполагает красивые слова. И чем красивее слова, тем подлее персонажи. «Премия Квадрига присуждается людям с ярко выраженной гражданской позицией».

«Премия Квадрига присуждается тем... чьи мысли и дела показывают их приверженность вечным ценностям. Ценностям, которые предполагают стратегическое видение, мужество и ответственность».

Отношение Владимира Путина к европейским политикам как к дорогим бл@дям, которых всегда можно купить, а в крайнем случае — обаять, куда более реалистично, чем отношение, скажем, Бориса Немцова, который обивает пороги Европарламента в тщетной надежде на то, что Путину вместо очередной «Квадриги» выпишут волчий билет.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11230
Вдалеке от Москвы

8 АВГУСТА 2011 г.

Все в России знают, что менты у нас продажные, а следователи сажают невиновных и «отжимают» бизнес. Многие в России также слышали о честном прокуроре Григории Чекалине, который обратился к президенту Медведеву с заявлением о том, что уголовное дело по факту поджога торгового центра «Пассаж» в Ухте 11 июля 2005 года фальсифицировано, а осужденные за него честные бизнесмены братья Махмудовы – невиновны.

Вслед за зампрокурором г. Ухты Чекалиным то же самое заявил майор милиции Михаил Евсеев. Евсеева и Чекалина арестовали. Но это не остановило борцов за правду: следующим за честного бизнесмена Махмудова вступился бывший глава УСФБ по республике Коми генерал Николай Пиюков.

Прямо-таки не было ни гроша, да вдруг алтын. Никто в России не протестует против несправедливых приговоров, никто не вытаскивает публично грязное белье наружу, а тут вдруг три – сразу три, один за другим – силовика лезут в петлю и в тюрьму, чтобы спасти невиновного.

Я не уверена, занялась бы я этим делом, если бы не адвокат Мурад Кулиев, который пришел ко мне с горячим желанием рассказать о невиновности подсудимых.

Он сообщил, что его подзащитный Валентин (Алик) Гаджиев, героически спасавший людей из горящего здания (рвал джипом решетки на окнах), явился с повинной и заявил, что заказчиком поджога является он. То есть честные бизнесмены братья Махмудовы внушают такую всеобщую любовь, что их готовы защищать не только зампрокурора города и начальник УФСБ республики, но и героический Гаджиев.

На мой вопрос о том, кто поджег «Пассаж», адвокат заявил, что «никакого поджога не было», «поджог был придуман с целью привязать к нему Махмудовых и отъема их бизнеса». На мою просьбу показать материалы дела адвокат любезно ответил, что он и сам мне все расскажет, а на повторную просьбу передал кассационную жалобу.

Пришлось поднапрячься и залезть в Интернет, где я обнаружила сотни материалов в защиту честных братьев Махмудовых и тексты обоих приговоров исполнителям, оправдательного от 26.06.08 и обвинительного от 17.06.09, который и прочитала внимательно. Вообще первый способ изучить дело – это прочитать приговор. Но сначала – немного о личности братьев Махмудовых.

Братья Махмудовы

В публичных обращениях братья Махмудовы именуются не иначе, как «известными предпринимателями», владельцами «крупнейшего в республике строительного бизнеса» и даже «подрядчиками строительства комбината СУАЛа близ Ухты» (СУАЛ давно вошел в РУСАЛ, а комбинат не строится).

Между тем ухтинские форумы и родственники жертв называют Фарида Махмудова лидером дагестанской ОПГ. Пишут даже, что аж в январе 2010 года «махмудовские» устроили посреди бела дня в Ухте разборку с «синими» из-за какого-то бара.

Это, конечно, может быть, происки врагов, но вот беда – генерал Пиюков и зампрокурора Чекалин тоже называют Махмудова лидером группировки – только не на публике. Так на суде над Чекалиным бывший глава УФСБ сказал, что враги Махмудова «хотели спихнуть на дагестанскую группировку всевозможные грехи».

Еще примечательнее запись разговора Чекалина с обвинителем Овчинниковым, которую Чекалин сам выложил в сеть.

В этом разговоре Чекалин опять-таки не называет Махмудова бизнесменом. Он говорит о «дагестанцах», признает «я вот сейчас общаюсь достаточно близко с Фаридом» и даже между прочим упоминает, что «для всех Махмудов заказчик и самый страшный бандит города, устроил поджог «Пассажа» как акцию устрашения».

Возникает вопрос – в чем причина того, что объектом единодушной защиты честнейших прокурора, мента и чекиста стал не несчастный бомж, не пенсионер, у которого отобрали квартиру, а лидер ОПГ?

Ответ был оглашен на том же суде над Чекалиным. Честнейший прокурор Чекалин сидел с Махмудовым в ресторанах, а после увольнения открыл офис своей юридической фирмы прямо в здании автовокзала, принадлежавшего Махмудову.

Партнером Чекалина по фирме стал бывший начальник криминальной милиции г.Ухты Краснов. Подчиненный честнейшего генерала Пиюкова, честнейший начальник ухтинского отдела УФСБ Сергей Жойкин сначала подал начальству докладную записку о том, что Пулялин поджег «Пассаж» по заказу дагестанской ОПГ, а через некоторое время устроился к Махмудову замом. Пиюкова на суде спрашивали: а знаете ли вы, что жена зама Жойкина, Орлова, работала у Махмудовых бухгалтером?

Преступников видели

Итак, обстоятельства дела. «Пассаж» (двухэтажный деревянный барак, важно именовавшийся торговым центром) загорелся 11 июля в 13.27. Поражала наглость преступников. Поджигатели спокойно зашли с двумя здоровенными сумками, в которых были канистры с 25 литрами газолина, в палисадничек за зданием «Дворца Молодежи» (забегая вперед, скажу, что следствие полагает, что привез их туда тот самый Гаджиев, который остался посмотреть на пожар и потом дергал решетки с окон), там отвинтили пробки, зашли в «Пассаж», разлили газолин с обеих сторон лестницы, причем их окликнула вахтерша, подожгли и убежали.

Их видели куча свидетелей, многие из которых хорошо их запомнили. Это были свидетели разного качества – от бомжа Донцу, у которого была белая горячка, до мента Хозяинова, который пришел в находившийся в «Пассаже» магазин «Сотовик» присмотреть телефон. Свидетели описали приметы преступников — двое подростков, один со светлыми, другой с темными волосами — и составили фотороботы, напоминающие Пулялина и Коростелева по кличке «Пуля» и «Тосик».

Преступников записали на видео

Но это еще не все! Дело в том, что позади «Пассажа» был расположен магазин «Строймаркет», принадлежавший братьям Махмудовым, а в «Строймаркете» стояли видеокамеры. В «Строймаркет» пришел Краснов (тот самый, который потом вместе с Чекалиным учредил фирму в офисе ОПГ) и вместе с начальником службы безопасности Махмудова Шилыковским просмотрел запись, после чего запись была стерта.

Мы бы так и не узнали о существовании записи, если бы сразу после Краснова эту запись не просмотрел еще один милиционер, Марков. Марков увидел на записи двух подростков, которые, по его словам, выбежали из «Пассажа» и, возможно, сели в машину на автостоянке у запасного выхода из «Строймаркета».

Обожженные руки. Коростелев был рядом с пожаром

Сразу после поджога Коростелев был вызван в милицию: его приятель, Булгаков, объяснил это своей матери тем, что у Коростелева были обожжены руки. Алиби у Коростелева не было, более того, оказалось, что сразу после начала пожара он пришел к этому самому Булгакову, дом которого находился в 100 метрах от «Пассажа».

Коростелев утверждает, что пришел к Булгакову ровно в 13.00. («Пассаж», напомню, загорелся в 13. 27.) Однако Булгаков и его мать показывают, что около 13.00 они ушли в магазин, вернулись, а потом пришел Коростелев. Как ни крути, получается, что Коростелев явился домой к своему другу с обожженными руками вскоре после поджога.

Звонок из офиса Махмудова

Адвокат Кулиев возмущенно сообщил мне, что «с самого начала милиция думала на Махмудовых!» Что ж, бывает. Когда вырезали в Кущевской 12 человек, подумали на Цапка. А когда в Ухте сгорел «Пассаж», подумали на Махмудовых. Даже мотив был известен: вражда с неким Сенюковым, хозяином сети магазинов «Сотовик», самый доходный из которых находился в «Пассаже». «До сих пор ходят слухи, что это Сенюкова подпалили», — сетует в сентябре 2005-го сам Сенюков.

Телефонные детализации зафиксировали 15 июня 2005 года, за месяц до поджога, звонок из офиса Махмудова на домашний телефон Пулялина.

Итого

Итак, подытожим. Преступный мир Ухты небезграничен. Коростелев и Пулялин – два малолетних подростка из неблагополучных семей, которые уже попались на совместной краже в 2002-м году, у Пулялина диагноз — «органическое расстройство личности», у Коростелева — «неустойчивость личности».

Оба похожи на тех, кого видели свидетели, Коростелев сразу после пожара пришел с обожженными руками в дом, находящийся в 100 м. от пожара, Пулялину на телефон звонили от Махмудовых, служба безопасности Махмудовых уничтожила пленку, на которой видны поджигатели.

Знаете, что написано по этому поводу в оправдательном приговоре от 26 июня 2008 г.? Держитесь крепче.

Там написано, что показания десятка свидетелей, видевших поджигателей, не имеют значения, потому что эти показания слегка разнятся. Что никаких поджигателей на пленке из «Строймаркета» не было, потому что так говорит начальник СБ «Строймаркета», что милиционер Марков врет, когда говорит, что видел пленку, что руки у Коростелева были не обожжены и его приятель Булгаков ошибался, говоря об этом матери.

И – вдумайтесь в этот перл – что невозможно, чтобы Коростелев поджег «Пассаж», потому что через несколько минут после поджога он явился домой к Булгакову и был совершенно спокоен, а суд не может представить, чтобы человек, совершивший такое преступление, через несколько минут после поджога спокойно явился в дом за сто метров от поджога.

Вам не кажется, что если бы нехорошая милиция пыталась отобрать бизнес у честного предпринимателя Махмудова, то приговор – с такими-то уликами – был бы совершенно иным?

Летающий сейф

Между тем Сенюкова, хозяина сгоревшего «Сотовика», продолжают преследовать несчастья.

Сначала органы арестовывают по обвинению в поджоге двух работников «Сотовика», рассматривается и версия о том, что это сам Сенюков сжег себя, чтобы избежать налоговой проверки. (За два часа до пожара в Ухте в магазин Сенюкова в Сыктывкаре пришла проверка.) Посадить Сенюкова за то, что он сам сжег свой лучший магазин, дававший ему 100 тыс. руб. в день, не удается, и тогда осенью Сенюкова снова начинают грабить.

Причем не просто грабят, а еще и устраивают погром, что очень странно – потому что если все разносить, выше шанс попасться.

И так и получается: во время третьего грабежа, 21 сентября, сейф, вышвырнутый грабителями через окно, падает… на капот патрульной машины, и грабителей принимают. Это – Коростелев и Пулялин.

Долг в 500 тыс.

Коростелев и Пулялин и не думают запираться. Пулялин («органическое расстройство личности») тут же рассказывает, что весной 2002 года (т.е. в 14 лет) они с Коростелевым обокрали склад за рекой. Им так понравилось, что через два дня они повторили кражу «на бис», но были пойманы с поличным неким «Толстым». «Толстый» поставил их «на счетчик» и объявил им долг в 250 тыс. руб.

Чтобы отдать долг, они обокрали знакомого, но деньги не отдали, а забрали себе. За эту кражу их посадили. Когда Пулялин и Коростелев освободились, то они пришли в бар «Домино», и там их застукал «Толстый». Вышла драка, в которой участвовал не только «Толстый», но и некто «Саид». По итогам драки «Саид» и «Толстый» вывезли подростков в лес, приставили к голове пистолет, сказали, что убьют, насчитали долг в 500 тыс. и предложили отработать, устраивая погромы в «Сотовиках».

Дело о поджоге в «Пассаже», находящееся на контроле в Москве, считайте, было опять раскрыто! Следствие знало, что «Пассаж» сожгли два подростка, похожие на Пулялина и Коростелева. У Коростелева были после пожара обожжены руки, и он был рядом с «Пассажем». Теперь оставалось только разыскать «Саида» и «Толстого», для чего достаточно было установить, кто именно участвовал в драке в «Домино».

И тут 26 сентября в дело вступает честный следователь Чекалин.

И происходят чудеса. Вместо «Саида» и «Толстого» в деле появляется некто Бахматов, который рассказывает, что заказчиком ограблений был именно он. Дело в отношении неустановленных «Саида» и «Толстого» Чекалин выделяет в отдельное производство, а потом закрывает. Дело в отношении самих грабителей передают в суд, причем признавшийся в организации преступления Бахматов и еще один подельник остаются на свободе, Пулялин остается на свободе и только Коростелев получает минимальный срок.

«Уголовное дело в отношении них направлял в суд я… Трое получили минимальные условные срока, а Коростелев остался под стражей, так как на момент вынесения приговора был судим. Уголовное дело в отношении неустановленных заказчиков грабежей из салонов «Сотовик» было выделено мной в отдельное производство и приостановлено по п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ», – сообщает сам Чекалин.

Показания Коростелева

Между тем то, что Коростелев и Пулялин сожгли «Пассаж», похоже, становится секретом Полишинеля. Об этом подозревает, возможно, даже бабушка Коростелева, звонившая Булгаковым и спрашивавшая, когда же ее внук пришел к ним в день пожара. А сам Коростелев, который все-таки сел из-за своей неснятой судимости и вдобавок получил за поджог «Пассажа» всего 5 тыс. руб., то есть по 200 руб. за каждого убитого, вряд ли доволен положением дел.

В марте 2006-го года, по словам прокурора Чекалина, начальник МОБОП Николай Ершов требует от Фарида Махмудова поделиться бизнесом, угрожая в случае отказа «втянуть в «Пассаж».

Может, Чекалин врет, может, Ершов хотел слишком много, может, Махмудов решил, что с Чекалиным, Жуйковым и Красновым Ершов ему не нужен.

Ершов посылает в колонию своих оперов, и в апреле 2006-го года Коростелев дает оперу Малафееву первые показания. Сначала Коростелев заявляет, что он сжег «Пассаж» в одиночку из неприязни к одному из продавцов. Потом он называет Пулялина. Потом заявляет, что поджог ему заказали «неустановленные лица», называть которых он боится, опасаясь за жизнь. И только потом называет братьев Махмудовых.

Адвокаты Махмудова рассказывают, что Коростелева зверски избивали, прессовали и пр. Простите, но если бы Коростелева избивали, заставляя оговорить Махмудовых, то он бы их и оговорил сразу же. Мы что-то не видели на троцкистско-зиновьевских процессах противоречивых показаний.

Коростелев знал такие подробности, которые мог знать лишь преступник.

Показания Коростелева противоречивы. Коростелев сам потом объясняет, что он и Пулялин врали, чтобы, если их начнут обвинять по серьезной статье, иметь возможность отвертеться. Проблема в том, что в этих противоречивых показаниях есть детали, о которых мог знать только поджигатель. Например, Коростелев рассказывает, что когда они разливали жидкость, их окликнула вахтерша (об этом говорят и свидетели) и что жидкость не взорвалась, а быстро загорелась.

Конечно, эти детали могли бы подсказать избиваемому Коростелеву и злобные менты, но вот проблема: когда Коростелев откажется от показаний, он заявит, что про вахтершу он выдумал. Выдумать такое невозможно.

Драка в марте 2005-го

Коростелев и Пулялин также уточняют обстоятельства драки в марте 2005-го. Дрались они с племянником Фарида Махмудова Давидом, а потом еще и нахамили по телефону самому Фариду Махмудову. В лес их вывозил уже сам Фарид. Коростелев испугался так, что перекрасил волосы в светлый цвет. В конце концов «для отработки долга» Фарид Махмудов приказал поджечь «Пассаж». Обещал простить долг и даже дать 200 тыс.

Казалось бы, если это неправда, защите будет легко привести свидетелей и доказать, что никакой драки не было. Вместо этого защита громко изумляется. «Бизнесмен, человек с именем будет лично вывозить в лес двух сопляков?» — восклицает адвокат Махмудова Леонид Молчанов.

Между тем, драку и вывоз в лес подтверждают все: и охранники ночного клуба, и друзья, и родственники подсудимых.

Фальсификации

8 августа 2009 года, вслед за майором Дымовским, бывший зампрокурора Ухты обращается к президента Медведеву с заявлением о фальсификациях в «ухтинском деле».

Во-первых, утверждает он, записка Пулялина к ворам в законе Тиграну и Юре, которую якобы обнаружили в Москве на пересылке и в которой было сказано, что «Пассаж» заказали со стороны Махмудовых Фарида и Магомеда», написана Пулялиным под давлением и является результатом оперативной комбинации. А во-вторых, милиционер Хозяинов, находившийся во время пожара у «Пассажа», участвовал в задержании Пулялина и Коростелева и навещал их в тюрьме. И при этом он их ни разу не опознал. Поэтому его опознание – фальшивое, а из протокола первоначального допроса Хозяинова исчезла фраза «опознать не смогу».

Все, о чем говорит Чекалин, было признано фальсификациями в том самом оправдательном приговоре от 26 июня 2008 года.

Тогда судья Кунторовский поверил не только бумагам о том, что Хозяинов участвовал в задержании Пулялина и Коростелева, хотя сослуживцы Хозяинова это опровергали — тогда судья не поверил и другим свидетелям, видевшим поджигателей.

Тогда судья Кунторовский не только решил, что записка «Тиграну и Юре» подброшена, но и полностью игнорировал другие улики, в частности, записку, написанную Коростелевым сразу после первой явки с повинной, в которой Коростелев пишет, что он решил дать показания, но Пулялина «не сдаст». И сделанную ФСБ запись разговора Коростелева и Пулянина, в которой они обсуждают угрозу своей жизни со стороны кавказцев-заказчиков поджога.

Тогда судья Кунторовский не только не поверил оперу Маркову, который сказал, что видел на видеозаписи, как поджигатели садятся в машину на заднем дворе «Строймаркета» — тогда судья, не моргнув глазом, постановил, что Марков через день после поджога не мог видеть запись, потому что «с 11 июля (то есть со дня поджога – Ю.Л.) видеозапись в «Строймаркете» ведётся так, что на следующий день она не сохраняется, хотя ранее сохранялась 4 дня». Почему именно в день поджога записи стали уничтожаться на следующий день, у судьи вопросов не вызвало.

Я думаю, что кое в чем Чекалин прав. Записку, полагаю, действительно подбросили, как Глеб Жеглов подбросил кошелек в карман вору. Я думаю, что далеко не все, что Коростелев и Пулялин говорят о своих встречах с Махмудовыми и Аликом Гаджиевым, является правдой, но где давление со стороны ментов, желающих пожирней намазать бутерброд, а где увертки самих подростков, разобрать сложно. А вот документы, дискредитирующие Хозяинова как свидетеля, скорее всего, являются липой.

При этом лепили липу не для публики – в 2008-м эти документы без всякой публичности были использованы для развала дела и вынесения абсурдного оправдательного приговора. И только когда вмешалась Москва, те самые люди, которые до этого без всякой публичности договаривались с судьей Кунторовским, побежали к правозащитникам.

Ухта – Кущевская – Сагра, далее везде

Дело о поджоге в ТЦ «Пассаж» действительно знаковое. Как бойня в Кущевке и стрельба в Сагре. И там, и там отморозки открыто, нагло, среди бела дня совершали чудовищные преступления – вроде карательного похода на деревню, резни в доме фермера Аметова или поджога торгового центра.

Они были уверены в своей безнаказанности, и самое печальное, что отмазывали их не заранее прикормленные силовики. Нет, силовики сначала начинали расследование – а потом принимали сторону Махмудовых.

Замначальника (на тот момент) криминальной милиции г. Ухты Краснов сначала увидел запись с видеокамеры в «Строймаркете» – и только потом завел офис у Махмудовых. Следователь Чекалин занялся делом Пулялина и Коростелева – и только потом его стали замечать в ресторане с Махмудовыми. Эфесбешник Жуйкин сначала написал записку о том, что «Пассаж» сожгла дагестанская ОПГ, а потом устроился к Махмудову замом.

Именно эти люди сделали все, чтобы развалить дело, и к тому моменту, когда Махмудовы сели, у «честного прокурора» Чекалина уже не было выхода: его отпечатки пальцев – по всему делу.

К сожалению, есть и еще одна разница между братьями Махмудовыми и братьями Цапками. Она заключается в том, что после того как зампрокурора Чекалин обратился к президенту Медведеву с заявлением о фальсификации дела, на его сторону стала значительная часть правозащитного сообщества. В поддержку Чекалина выступили такие безупречные люди и организации, как Людмила Алексеева и движение «Мемориал».

К сожалению, я и сама отдала этому дань – в ноябре 2009-го года, опираясь исключительно на утверждения адвокатов, рассказывала, какой хороший прокурор Чекалин и почему надо прислушаться к его заявлениям.

С тех пор, однако, в Сети появились и приговоры Пулялину и Коростелеву, и материалы суда над Чекалиным. И выяснилось, что защитники братьев Махмудовых о многом умалчивают: об уничтоженной пленке, об обожженных руках Коростелева, о том, что Коростелев сразу после начала пожара явился домой к приятелю, который жил в 100 м. от «Пассажа», о драке, после которой Пулялина и Коростелева вывозили в лес, о телефонном разговоре между ними, в котором они обсуждают, что будет, если они сдадут заказчиков.

Все это есть в обоих приговорах, но защита это не просто не опровергала – она об этом даже не сообщала.

Боюсь, что ни братьям Махмудовым, ни купленным ими силовикам не место в ряду «жертв режима». С таким же успехом «жертвой режима» может считаться банда Цапка.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11223

2 АВГУСТА 2011 г.

Риа Новости
Так уж получилось, что на Земле вдоль экватора располагаются социальные помойки. Папуа — Новая Гвинея, Эквадор, Конго, Судан, Гаити, Карибы, Ямайка, дельта Амазонки, Маршаллы и Соломоновы острова, и пр. и пр. — все это какой-то паноптикум лености, коррупции и политиков-демагогов, покупающих своих избирателей за мешок с рисом и объясняющих все беды страны происками проклятых колонизаторов. Бывший премьер-министр Малайзии Махатхир даже выдвинул на этот счет специальную теорию. Малайцы, по его словам, ленивы. А ленивы они потому, что вокруг и так все растет.
И вот ты прилетаешь в крошечный Сингапур, который отделен от «ленивой» Малайзии проливом шириной в километр, и попадаешь в страну, которая занимает третье в мире место (рейтинг IMF) по уровню ВВП на душу населения, первое в мире по легкости ведения бизнеса (рейтинг World Bank) и делит вместе с Данией и Новой Зеландией первое место по отсутствию коррупции (рейтинг Transparency International).
Ты едешь по улицам, которые носят имена Китченера и Напьера. Их почему-то не переименовали в улицу Ким Чен Ира и улицу председателя Мао. И первый же таксист-малаец, который везет тебя из аэропорта не говорит «они нас обидели». Он говорит: мы — страна первого мира.
Я с таксистом не согласна. Первый мир отдыхает. К тому же Сингапур не совсем правильно называть «страной». Это такой город/ государство/корпорация. City/State/Corporation.

Транснациональная зелень
Первое, что ты видишь в Сингапуре — это зелень. Есть города, в которых расположены парки. А Сингапур — это парк, в котором расположен город. Более зеленого города (причем везде, в любом районе, в Сингапуре нет не зеленых районов, так же как нет трущоб или гетто), я в жизни не видела, ему уступает даже великолепный, божественный Сантьяго-де-Чили, в котором широкие проспекты между небоскребами тоже залиты зеленью.
Зелень — и чистота. Единственный, кто мусорит в Сингапуре — это деревья, их так много, что город с чудовищным популяционным давлением воспринимается как экваториальный заказник. И это настолько органично, что кажется, так было всегда. Экватор все-таки.
На самом деле экосистема города/государства/корпорации Сингапур абсолютно искусственна. Экваториальные дождевые леса — весьма неустойчивая эксистема. Если такой лес вырубить, вода тут же вымывает из почвы питательные вещества, а реки превращаются в сточные канавы. В начале ХХ века в перенаселенном колониальном Сингапуре все вытаптывалось людьми, съедалось коровами, а река Сингапур была сточной клоакой, которую можно было унюхать раньше, чем увидеть.
Чтобы превратить Сингапур в парк, пришлось посадить миллионы деревьев и кустарников. Специальные команды, разосланные по всему миру, привезли отовсюду 8 тысяч разновидностей растений, и 2 тысячи из них принялись в Сингапуре. Закислившиеся почвы известковали и удобряли. С берегов реки Сингапур отселили 900 тыс. свиней, которых разводили на 8 тыс. ферм.
Теперь в Сингапуре есть только одно место, где прямо-таки несет дерьмом. В Сингапуре есть третий в мире по величине нефтехимический комплекс. Он находится на острове Jurong, созданном из соединенных между собой искусственными насыпями семи островов. А прямо напротив ректификационных установок и разгружающихся танкеров расположен уникальный Birdpark с уникальными коллекциями птиц и самым высоким в мире искусственным водопадом. И вот в этом птичьем парке от розовых фламинго и прочих обитателей воняет так, что мама не горюй.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11223//1312285436.jpg
Сигапур - это не парк в городе. Это город в парке

То же самое и с чистотой. 80% населения Сингапура были китайцы, а у китайцев есть привычка, такая же древняя, как «Книга перемен», — плевать под ноги. В материковом Китае в ресторанах до сих пор стоят плевательницы с многомесячным содержимым.
И зелень и чистота были внедрены в Сингапуре драконовскими мерами. Двадцать лет на каждом перекрестке стоял полицейский и штрафовал тех, кто плюнул. Коров, пасшихся в городе, сдавали на бойню. (В 1964 году они паслись под окном премьерского кабинета.) Запретили тысячелетнюю китайскую привычку — фейерверки, запретили столетнюю американскую привычку — жвачку. После двадцати лет плевать перестали.
История создания города-парка из заплеванной помойки мне кажется совершенно символичной по двум причинам. Во-первых, огромное количество стран очень любит сохранять свои экосистемы. Самый простой пример — Австралия. Там в аэропорту тебя обнюхивает специальная собака, на предмет того, не привез ли ты в Австралию чужое яблоко. Премьер Сингапура Ли Куан Ю действовал наоборот: он привозил деревья, как инвесторов, со всего мира. Он не сохранял экосистему. Он создавал ее.
Во-вторых, великий руководитель всегда внимателен к деталям. Плохой руководитель внимателен только к деталям. Он будет ходить по улицам и проверять, чтобы не плевали, а за его спиной будут красть миллионы. А вот великий руководитель внимателен и к деталям. Он будет истреблять коррупцию железной рукой, но отучать людей плевать на улицах он тоже не забудет.

Мемуары
Современный Сингапур создали премьер Сингапура Ли Куан Ю и его команда. Ли Куан Ю написал потрясающие и совершенно политически некорректные мемуары, которые я всем рекомендую прочесть. И для тех, кто этих мемуаров не читал, я отмечу несколько политически некорректных вещей.
В своих мемуарах Ли Куан Ю пишет, что он — большой поклонник насилия, a great believer in violence. Так получилось, что Ли Куан Ю, который получил английское образование и на английском говорил долгое время лучше, чем на китайском, японскую оккупацию пережил в Сингапуре. Ли Куан Ю пишет, что именно японская оккупция убедила его в эффективности насилия: нищета в Сингапуре была абсолютная, но преступность была почти на нуле, потому что японцы по любому поводу расстреливали на месте.
Напомню, что в Сингапуре до сих смертная казнь за провоз наркотиков: иначе этот торговый хаб превратился бы в рассадник наркомании. И что в Сингапуре до сих пор существуют телесные наказания. В 1993 году в Сингапуре приговорили к шести ударам палками американского гражданина, и американская пресса орала как резаная.
Ли Куан Ю не раз с презрением отзывался о суде присяжных. Опять-таки на основе собственного опыта. Еще когда Сингапур был английской колонией, Ли Куан Ю, которого тогда гораздо чаще звали Гарри Ли (у всех сингапурских китайцев два имени, одно английское, перед фамилией, другое китайское, после фамилии), добился от присяжных оправдания четырех подонков, убивших в ходе расовых беспорядков английского офицера, и сделал вывод, что двенадцать неграмотных обывателей легко становятся добычей ловкого адвоката.
Ли Куан Ю много раз с большим скепсисом отзывается о всеобщем избирательном праве. Он с восхищением пишет о Гонконге, где люди не имеют социальной страховки и потому добиваются большего. Будучи выборным политиком, сетует Ли Куан Ю, он не имел такой свободы, как колониальная администрация, не подотчетная избирателю. Ли Куан Ю заявлет, что идеальной системой была бы та, которая предоставляла бы ответственным людям — главам семей — пропорционально большее количество голосов.
И вот такой человек пришел к власти в Сингапуре в результате демократических выборов в 1959 году, во главе социалистической партии, которая называлась People’s Action Party и которая первоначально блокировалась с коммунистами, а потом стала их злейшим врагом.
Он победил в тяжелейшей политической борьбе. Достаточно сказать, что ему, англоязычному китайцу, приходилось митинговать на китайском, который он знал куда хуже, чем неграмотные коммунисты. Поэтому Ли Куан Ю выучил мандарин. А так как большинство китайцев в Сингапуре говорило не на мандарине, а на хоккиен, ему пришлось выучить и хоккиен, причем так, чтобы перекрикивать коммунистов. А так как кроме китайцев в Сингапуре были еще и малайцы, то пришлось выучить и малайский.
Ли Куан Ю стал премьером, когда Сингапур еще был частью Малайзии, а в 1965-м случилась катастрофа: Сингапур вышел из состава Малайзии ввиду непреодолимых национальных противоречий. Политика Малайзии всегда имела значительную долю национальной нетерпимости; сейчас эта национальная нетерпимость все более переходит в религиозную.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11223//1312285529.jpg
Основатель Сингапура сэр Стемфорд Раффлс. Именем «Стемфорд» и именем «Раффлс» в Сингапуре до сих пор называется все, что можно

Выжить было нельзя
В 1965 году перед Сингапуром стояли две основные проблемы. Первая — физическое выживание государства. Сингапур — это не Карибы, где США никого не станут захватывать и никому не позволят это сделать. Сингапур — это Юго-Восточная Азия, где в середине 60-х не было иного регулятора, кроме силы. Это крошечный остров, без ресурсов, без защиты, в котором англичане сделали свой хаб именно потому, что он был остров, а Великобритания была морская империя и стенами этой империи были борта ее кораблей.
Как только англичане ушли, островное положение Сингапура из преимущества превратилось в колоссальную слабость. Достаточно сказать, что у Сингапура не было даже питьевой воды. Ее импортировали по водопроводу из Малайзии, и Малайзия, чуть что, перекрывала Сингапуру кран, как Россия Украине. Сингапур импортировал воду, очищал ее… и экспортировал обратно, в Малайзию.
Как только Сингапур вышел из состава Малайзии, он потерял свою роль административного, делового и военного центра Юго-Восточной Азии. Британия покинула Сингапур. Малайзия закрыла для него рынок. Индонезия фактически объявила ему войну.
То есть первой задачей Ли Куан Ю было сделать так, чтобы Сингапур было невыгодно и невозможно завоевать.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11223//1312285744.jpg
Бронзовый Дэн Сяопин смотрит через речку Сингапурку на Bank of China

Вторая проблема была — коммунисты. Сингапур был китайским и нищим. Только в начале ХХ века в Сингапуре было 20 тыс. рикш, исполнявших обязанность тяглового скота.
Это было время расцвета китайского коммунизма. Китай председателя Мао в этот момент воспринимался в Азии как символ достижений желтой расы. Китайский коммунизм был максимально эффективнен в том, что касалось насилия и лжи. Даже сталинский Коминтерн не идет ни в какой сравнение с пропагандистско-диверсионной машиной Мао.
В своих мемуарах г-н Ли рассказывает одну замечательную деталь: Ли Куан Ю сначала очень нравилось, как коммунистическая толпа спонтанно хлопает оратору. А потом он заметил, что толпа хлопает не спонтанно. Что в ней есть особые люди, которые подают сигналы. И что в свободное от митингов время эти люди вместе с подручными собираются в лесу и отрабатывают приемы хлопанья по сигналу.
Казалось, нищий Сингапур, переполенный кули и чернорабочими, раздираемый расовыми противоречиями, Сингапур, откуда ушли англичане, забрав с собой правящую элиту и уничтожив рабочие места, — экваториальный перенаселенный остров с клоакой вместо речки и коровами, пасшимися под окном премьерского кабинета, был обречен. Либо на коммунистический переворот, либо на завоевание Малайзией или Индонезией, расположенными, соответственно, в 1-м и в 20 км от Сингапура (через Джохорский и Сингапурский проливы).
Что сделал Ли Куан Ю? В общем-то — с поправкой на эпоху — то же самое, что Фридрих Великий и другие монархи времен просвещенного абсолютизма.

Транснациональные корпорации
Ли Куан Ю пригласил в страну транснациональные корпорации. В то время, когда все вожди развивающихся стран и политически корректные экономисты рассказывали, что транснациональные корпорации являются эксплуататорами, вытягивающими из стран «третьего мира» последние ресурсы, сингапурская Economic Development Board обивала пороги всех транснациональных корпораций.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11231//1312295839.jpg
СингапурНано, он же Биополис. Надо сказать, это единственное начинание Сингапура, по поводу которого у меня есть большие сомнения. Единственным убыточным госпредприятием Сингапура в течение многих лет была компания Chartered, занимавшаяся производством полупроводников. В конце концов ее сбагрили арабам

Первыми — в конце 1968-го — они буквально заманили в страну Texas Instruments. За ней пришел ее главный конкурент, National Semiconductor. За ней — Hewlett-Packard. К 1980-му Сингапур был уже одним из главных экспортеров электроники. К 1997-му около 200 американских компаний вложили в Сингапур 19 млрд долларов. К 1990-му Сингапур стал третьим в мире центром нефтепереработки после Хьюстона и Роттердама. К началу XXI века он стал крупнейшим финансовым хабом Юго-Восточной Азии. За сорок лет правления Ли Куан Ю ВВП на душу населения увеличился в 40 раз. Для сравнения: в золотой век роста США, с 1850 по 1900-й, ВВП США на душу населения увеличился в 13 раз.
Присутствие транснациональных корпораций не только обеспечивало безопасность страны (понятно, что Сингапур с начинкой из 200 американских компаний сожрать труднее, чем без такой начинки), но и ограничивало власть ее руководства. Это очень важный момент: инвестора, в отличие от избирателя, не обманешь. Когда диктаторы освободившихся колоний пугали свой народ рассказами про страшные транснациональные корпорации, переводилось это так: мы не хотим быть связанными мировой экономикой, а уж вас, избиратели, мы как-нибудь сможем обмануть. Ли Куан Ю мог сажать оппозицию, но пальцем не трогал инвесторов.

Образование
Ли Куан Ю с самого начала уделял огромное внимание образованию. Правительство оплачивало лучшим студентам образование за рубежом, в обмен на последующую работу в правительстве. При этом зарплата, которую получает правительственный чиновник, аналогична зарплате, которую получает менеджер на схожем по ответственности посту в коммерческой корпорации.
В Сингапуре, где 80% населения составляли китайцы, все говорят на английском. Все высшее образование — только на английском. Недавние нейролингвистические исследования показали, что мозг сингапурца в языковом отношении работает принципиально по-другому, чем мозг любого другого обитателя Земли. Везде родной язык хранится в правом полушарии, а второй, выученный — в левом. У сингапурских китайцев английское и китайское слова, обозначающие, к примеру, ложку, хранятся не только в одном и том же (правом) полушарии, но и записаны в одном и том же нейроне. Ли Куан Ю сумел полностью навязать стране чужой язык.
Сейчас в Сингапуре одно из лучших в мире образований. Уровень математических успехов школьников самый высокий в мире и выше даже Китая, не говоря уже о США, однако правительство по-прежнему посылает лучших в MIT и Гарвард.
Такая образовательная политика имела два побочных эффекта: во-первыхъ, она фактически обескровила частный бизнес в Сингапуре. Сингапурские госкорпорации успешней многих транснациональных, однако частных миллиардеров в Сингапуре почти нет, если не считать строительства и финансов. (Как правило, эти миллиардеры в школе не очень успевали.) Весь Сингапур является государством-корпорацией.
Второй побочный эффект заключался в том, что такая политика обескровила оппозицию. Она лишила ее и мозгов, и потенциальных источников финансирования.
Третий побочных эффект такой политики упоминают реже всего, но он мне кажется самым важным. Дело в том, что, как вы уже, наверное, заметили, в Сингапуре не очень хорошо с демократией.
То есть положение с демократией лучше всего живописует рейтинг The World Audit on corruption, democracy and freedom of press, который дает Сингапуру 1-е место в мире по отсутствию коррупции, 69-е — по демократии и 111-е — по свободе слова.
Так вот: пример Сингапура показывает, что лучшим ограничителем для авторитарной власти является не свобода слова, и даже не свобода выборов, а уровень образования и уровень присутствия иностранного капитала. Благодаря английскому и уровню образования сингапурец может уехать учиться и работать куда угодно. Но уровень brain drain в Сингапуре невысок: куда чаще можно встретить австрийского банкира или немецкого биолога, приехавшего работать в Сингапур, чем сингапурца, уехавшего в Австрию или Германию.

Pay and Pay, или Государство-корпорация с избирателями-собственниками
Ли Куан Ю никогда не верил в welfare. «Способности людей неравны, — напоминает он в своих мемуарах. — Когда государство берет на себя те обязанности, которые должен нести глава семьи, упорство людей слабнет. Благосостояние ведет к утрате опоры на собственные силы. Люди перестают работать на благо своей семьи. Образом жизни становятся бесплатные поблажки».
Поэтому в 1960-х, когда провал европейской модели государства всеобщего благосостояния еще не был очевиден, Ли Куан Ю создал принципиально иную модель.
В Сингапуре сейчас безработица составляет 2% от населения. Безработицы нет, потому что нет пособия по безработице. Зато есть CPF — Central Provident Fund, частный пенсионный счет работающего, отчисления в который первоначально составляли 10% от заработной платы (5% платил работник и 5% работодатель), а сейчас составляют 40%.
Под эти личные деньги можно взять кредит и использовать его на покупку дешевого жилья, построенного государством. Первое, что сделал Ли Куан Ю, — он сделал избирателей собственниками жилья, но за это жилье они платили. Эти деньги могут быть использованы на лечение. C 1978 года эти деньги могут быть инвестированы в акции сингапурских компаний.
Почти 80% сингапурцев живут в домах, которые выстроены государством, но куплены за их собственные деньги. Одна из самых удивительных особенностей Сингапура заключается в том, что внешне эти дома не всегда можно отличить от роскошных кондоминиумов (внутри, разумеется, разница колоссальная). Отличие только одно: частный дом всегда огражден забором, государственный всегда без забора.
У идеи сделать из человека собственника была и другая, чисто политическая, сторона. В 1960-х государственные дома покупали очень бедные люди. Некоторые из них даже забирали с собой своих кур и свиней. О том, чтобы, например, эти люди купили телевизор, и речи не было: телевизор был роскошью, его смотрели всем кварталом.
И вот при каждом квартале создавалась People’s Association, которая обеспечивала разные социальные блага: тот же телевизор на весь квартал. И, конечно, эти первички и домкомы не состояли в People’s Action Party. Но их члены — состояли. И благодаря наличию этих домкомов и первичек народ, живущий в многоквартирных домах, очень охотно голосовал за PAP.
С течением времени телевизоры появились у всех, пришлось перестраиваться. Одной из форм вовлечения избирателей стало, несомненно, владение акциями, которые тоже можно оплатить из своей доли в CPF. В 1993-м, при IPO Singapore Telecom, его акции купили 90% сингапурцев. Акции продавались с дисконтом, по специальной схеме «народного IPO», но вышло не очень удачно: компания оказалась переоценена, цена акций пошла вниз, те, кто купил с дисконтом, нельзя сказать, что потеряли, но и не выиграли.
Возможно, поэтому государство отложило планы акционирования сначала Сингапурского морского порта, а потом и Сингапурских авиалиний. А акции выходящих на биржу компаний покупались уже по рыночной цене. Большинство их, такие, как Keppel (бывшие английские военные верфи, которые сейчас являются первой в мире компанией по строительству морских буровых установок) или Singapore Technology Engineering (госкомпания, которая первоначально производила патроны для сингапурской армии, а теперь занимается высокотехнологичной оборонкой), были потрясающе прибыльны.
Благодаря системе CPF Ли Куан Ю превратил инструмент социальной страховки в инструмент создания собственника. Ли Куан Ю пытался создать из государства — корпорацию, а из избирателя — акционера. Первое, впрочем, удалось лучше второго. А остряки стали расшифровывать PAP — как Pay and Pay.

[Жертва на велосипеде]

4 АВГУСТА 2011 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11231//1312295991.jpg
При британцах Сингапур был весьма коррумпирован. Местные полицейские-китайцы обкладывали данью лавочки и делились со своими английскими начальниками. Бизнес платил триадам, которые полиция старалась не замечать.

Никакого экономического роста в Сингапуре не было бы, если б государство не искоренило беспощадно преступность и коррупцию.

Борьба с преступностью и коррупцией

Преступность в Сингапуре была ликвидирована без всяких судов присяжных: согласно Internal Security Act, для того чтобы без суда и следствия посадить члена триады, достаточно было трех свидетелей. Эти свидетели были анонимны для публики, но не для власти. Без суда можно было держать человека за решеткой два года, после чего специальная advisory board рассматривала вопрос, выпустить его или оставить на следующие два года. Никаким другим путем с триадами совладать было нельзя: в любом суде против них отказались бы свидетельствовать. Такая же процедура использовалась против коммунистов, а сейчас применяется против исламских террористов.

Так же беспощадно боролись и с коррупцией, причем первым примером был сам Ли Куан Ю, который расправлялся с любым из своих соратников, заподозренных во взятке.

Сейчас Сингапур — единственная страна в мире, где маленький чиновник может украсть больше большого. Самая крупная кража в истории Сингапура случилась в 2004 году, когда выяснилось, что один из менеджеров «Сингапурских авиалиний» Тео Чен Киа спер 35 млн долларов, систематически фальсифицируя инвойсы. Для сравнения: самый крупный за последнее время случай коррупции (министр, отвечавший за воду, предоставлял за взятки информацию при проведении тендеров), навзяточничал всего на 7 млн долларов.

То, что в Сингапуре нет коррупции, не значит, что в Сингапуре нет личных отношений. Наоборот, они составляют основу общества. Сингапур — это очень закрытая и высокоэффективная азиатская корпорация. В конце концов, лучшим примером такой закрытости и преемственности является сам Ли Куан Ю, который назначил своим преемником сына, а сам занял должность «министра-ментора».

Недавно в Сингапуре был скандал: одного из парламентариев PAP уличили в том, что он трудится на 64-х разных постах. Однако парламентарию было легко оправдаться: он тут же отчитался, что большинство этих постов — совершенно бесплатные. В сингапурской политике очень высок удельный вес личных связей, но благодаря беспощадной борьбе с коррупцией эти связи не монетизируются и работают на благо государства, а не во вред.

Сейчас почти вся Азия пытается повторить пример Сингапура. Но все азиатские страны изрядно коррумпированы. И в результате все деньги идут в них через Сингапур — потому что только Сингапуру доверяют, и все деньги, которые заработали чиновники и бизнесмены, включая деньги Китая, уходят в Сингапур, опять-таки потому что Сингапуру доверяют. К примеру, когда Малайзия попыталась создать порты, которые заменят порт Сингапура, то из-за коррупции и неэффективности у нее просто ничего не вышло.

Оппозиция

Ли Куан Ю трудно назвать демократом и невозможно назвать диктатором. Он реально побеждал на выборах, потому что он обеспечил нации за время своего правления 30-кратный рост благосостояния. С такими результатами не могли потягаться самые отмороженные демагоги.

Но с оппозицией и СМИ Ли Куан Ю боролся весьма жестко. Он закрывал газеты или ограничивал тираж тех СМИ, которые, как ему казалось, неправильно освещали ситуацию в Сингапуре. При этом Ли Куан Ю никогда не прятался за спорами «хозяйствующих субъектов».

Когда, например, в 1971 году власти закрыли выходящую на китайском газету «Наньян сиан пау» и арестовали без суда четырех ее руководителей, они без обиняков заявили, что газета «превозносит коммунизм» и «поощряет китайский шовинизм», изображая «власти в качестве угнетателей китайской культуры и языка».

Ли Куан Ю посадил или разорил многих оппозиционеров — за клевету, как он объяснял. Сейчас президент Грузии Саакашвили говорит, что он хочет построить «второй Сингапур». Должна сказать, что в «первом Сингапуре» такие персонажи, как Нино Бурджанадзе, Леван Гачечиладзе или Эроси Кицмаришвили, уже давно бы сели.

Сингапур — хороший пример того, что в политической жизни все взаимосвязано. Как в двойной цепочке ДНК, напротив аденина всегда будет стоять тимин, а напротив гуанина — цитозин, так нищее государство, беспощадно борющееся с коррупцией, преступностью и терроризмом, никогда не сможет сделать это с помощью суда присяжных. Нищее государство, в котором правительство пытается сделать народ собственником, никогда не допустит в СМИ той свободы высказывания, которая позволит оппозиционным партиям уничтожить само основание этого государства.

Сейчас Сингапур стал значительно либеральнее. На недавних выборах оппозиция получила дополнительных четыре места в парламенте и получила бы даже больше, если бы не весьма специфическая избирательная реформа, о которой ниже. Но ответ заключается в том, что оппозиция больше не опасна. Это не коммунисты, которые хотят отменить сами основы государства-корпорации. Это просто миноритарии, которые тоже хотят защищать права акционеров. И акционеры-избиратели с удовольствием голосуют за них, при условии, что прежний, столь успешный менеджмент, сохранит контрольный пакет.

Исламский терроризм

Межконфессиональный мир в многонациональном Сингапуре возник отнюдь не сам собой. Это продукт такой же кропотливой государственной прополки, как зелень и чистота на улицах Сингапура.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11231//1312295757.jpg
Мусульмане в Сингапуре есть, а террористов нет

В Сингапуре есть значительное мусульманское меньшинство, прежде всего малайцы; меньшинство это менее успешно, чем основная масса населения, а такая ситуация обыкновенно ведет к зависти, представляющей лучшую питательную среду для экстремизма. История Сингапура в 50-х и 60-х была омрачена расовыми и религиозными беспорядками, типичными для нищей страны. Соседи Сингапура все более и более исламизируются, исламский фанатизм в Малайзии и Индонезии становится такой же политической реальностью, как маоистские фанатики в 60-х.

Почему же в самом Сингапуре не было 11 сентября?

Ответ заключается в том, что 11 сентября в Сингапуре было предотвращено. Вскоре после 11 сентября «Джамаа Исламия» планировала в Сингапуре громкий теракт — собиралась взорвать 7 посольств, потратив на каждое по 2 тонны взрывчатки.

Теракт был предотвращен очень просто: один из мусульман Сингапура донес на мусульманина по имени Аслан, что он, мол, ходит в мечеть, но молится отдельно от всех. За Асланом стали следить. Когда он поехал в Афганистан, его поймали. После того как его поймали, спецслужбы стали слушать его контакты. Их удивило, что друзья Аслана решили заняться импортом удобрений. А именно: импортировали в промышленных количествах нитрат аммония, стандартное сырье для приготовления самодельной взрывчатки. Их взяли: выяснилось, что ребята собирались взорвать 7 посольств.

Этот теракт был предотвращен не случайно. Он был предотвращен именно благодаря тому, что в Сингапуре государство тщательно контролирует политические и религиозные мутации на первичном уровне. В Сингапуре нет такого, как в Европе, когда радикальные проповедники в мечетях призывают людей к джихаду и превращают их в пункты вербовки, а государство потом разводит руками: «Ну, это же свобода слова!». В результате любой исламский террорист в Сингапуре является маргиналом, и на этого маргинала, как правило, доносит коллектив.

Расовые и религиозные беспорядки в Сингапуре маловероятны еще и потому, что для беспорядков нужны гетто. В Европе кварталы и целые пригороды, где добровольно кучкуются представители одной расы или национальности и куда боятся заходить местные полицейские, стали привычной частью социального пейзажа.

В Сингапуре образование таких гетто просто-напросто запрещено законом. В любом квартале города не может жить больше 25% малайцев и больше 13% индусов. (Закон этот часто влечет финансовые потери: допустим, человек хочет продать квартиру, самые богатые все равно китайцы, а китайская квота уже выбрана, и он не может продать китайцу.)

А вслед за этим был принят другой закон — о том, что вместо одного кандидата, баллотирующегося от одного избирательного округа, отныне положено 3-4 кандидата, баллотирующихся в сумме от 3-4 округов. Потому что в противном случае во всех округах побеждали бы китайцы. Как следствие китайский шовинист не может быть избран в Сингапуре в парламент, потому что он сразу теряет 25-30% голосов.

Этот замечательный закон о расовом равенстве имел еще одно, менее публичное, последствие: он сделал невозможным победу оппозиции. Потому что для того, чтобы оппозиция победила, ей надо найти не одного кандидата на один округ, а четырех — на четыре. Да еще один из них должен быть малаец, а дельных малайцев немного, а какие есть — те идут в правительство. И кто же будет голосовать за четырех клоунов, если рядом — четыре серьезных человека, из которых, как правило, один министр?

City/state/corporation
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11231//1312295617.jpg
Система медицинского обслуживания в Сингапуре одна из лучших в мире и одна из самых дешевых среди развитых стран

Есть страны пятизвездочные, например Франция. А есть семизвездочные — это Сингапур.

Во всех мировых рейтингах Сингапур неизменно входит в тройку лидеров по уровню образования, медицинских услуг, качеству жизни, отсутствию коррупции и глобализации экономики.

При этом с неизменным постоянством мы видим две вещи. Первое: это богатство имеет широчайшую социальную базу. В Сингапуре богат не 1% населения, не 2% — по гамбургскому счету богаты все. Нищие и неблагополучные кварталы есть в Париже и Чикаго — но их нет в Сингапуре.

Второе: эта страна наплевала на все политкорректные максимы, которые считаются общим местом в Европе. В Сингапуре нет пособий по безработице, нет минимальной заработной платы. По мере старения населения пенсионный возраст был повышен там без особых дебатов с 55 до 62 лет. Сингапур — один из самых здоровых городов мира при самом низком среди развитых стран уровне государственных расходов на медицину (5% от ВВП).

Сингапур и не думает подписывать бюрократическое фуфло под названием «Киотский протокол», но весь город является природным парком, а напротив третьего в мире нефтехимического комплекса устроен птичий заповедник.

Сингапуром правит бюрократия, но это очень странная бюрократия, принципиально отличающаяся от европейской. Европейская бюрократия все время вмешивается в экономику. Она обкладывает тех, кто трудится, непомерными налогами, предоставляет потомственным алкоголикам и наркоманам защиту и преимущества и регулирует все, что угодно — от выбросов СО2 до величины огурцов.

Сингапурская бюрократия никогда не вмешивается в экономику, но очень часто вмешивается в частную жизнь граждан.

Сингапур дважды менял свою политику в отношении рождаемости (сначала ограничивал, а потом поощрял). Ли Куан Ю объявлял кампании, которые в Европе были б заклеймены как неполиткорректные (он поощрял мужчин брать образованных /читай — китайских/ женщин замуж, он объявил кампанию по повышению уровня образования среди отстающих малайцев).

После кризиса 2008 г. Сингапур фактически уничтожил рынок жилья: сейчас каждый, кто купит частное жилье и продаст его на следующий год, вынужден будет уплатить 16% от стоимости продажи, а каждый, кто продаст государственное жилье и купит себе новое, уплатит 24% налога со старого дома. Иначе в крошечном Сингапуре, где покупают себе жилье все миллионеры Китая и Юго-Восточной Азии, цены бы взлетели до небес.

В Сингапуре очень сильные ограничения на покупку машин. Как только государство увеличивает свою дорожную сеть, оно увеличивает квоту на машины, которые могут иметь сингапурцы, и продает на аукционе certificate of entitlement — позволение купить машину. COE может стоить дороже машины, а выдается на 10 лет, поэтому все машины в Сингапуре — с иголочки. Однако Сингапур сейчас настолько богат, что, несмотря на прекрасно развитый общественный транспорт и астрономическую цены машины (вместе с COE она легко может стоить до 200 тыс. долл., а пятикомнатное жилье в некоторых районах можно купить за 300 тыс.), в Сингапуре на 5 млн жителей, из которых 3 млн граждан, приходится почти 1 млн машин.

Это очень важный момент. В социалистической Европе бюрократия делает вид, что заботится о народе. Она говорит о свободе выборов и свободе слова. Но и то и другое почему-то неизменно приводит к увеличению бюрократических полномочий и количества тех, кто нуждается в помощи государства.

В авторитарном Сингапуре бюрократия заботится о бизнесе и о будущем. В результате нищих в Сингапуре нет, а уровень государственных расходов в ВВП — 20% — оказывается вдвое меньше, чем в Европе.

Китай

Как я уже писала, необходимость борьбы с диверсионно-пропагандистской машиной китайских коммунистов немало способствовала быстрому развитию Сингапура.

И вот прошло 20 лет, в 1978 году, после смерти Мао, Дэн Сяопин приехал в Сингапур. Он не мог приехать в Гонконг, это была британская колония, он не мог приехать на Тайвань, это был враг. Он приехал в Сингапур. И его реакция была очень простая: мы же тоже так можем! Именно после возвращения Дэн Сяопина из Сингапура в Китае начались реформы, которые по сути являются адаптацией принципов Ли Куан Ю для управления огромным по территории государством.

Прекрасный будущий мир

Я описываю принципы устройства Сингапура так подробно по двум причинам. Первая заключается в том, что, с моей точки зрения, Сингапур, нравится нам это или нет — государство будущего. В XXI веке сингапурская модель (через Китай) будет доминировать над миром, а звезда Европы и, возможно, США, закатится.

Европейская модель государства всеобщего благосостояния быстро исчерпывает себя и оказывается тупиковой ветвью социальной эволюции, неконкурентоспособной по сравнению с сингапурской моделью.

В ней есть два главных недостатка. Первое: как показал опыт, заботу о благосостоянии нельзя переложить с плеч граждан на плечи государства. Иначе избиратели вырождаются в попрошаек, а государство — в неэффективную и коррумпированную бюрократию.

Этот недостаток уже вполне очевиден, и о нем громко говорят и в Европе, и в США. Но есть недостаток второй, о котором не говорит никто, он лежит в самом основании нынешнего Запада, и осознавать этот недостаток лично мне, журналисту и писателю, крайне неприятно.

Недостаток заключается в том, что, как показал опыт, заботу об идеологии нельзя переложить с плеч государства на плечи граждан. Свобода махать кулаками ограничена расстоянием до чужого носа. Свобода слова тоже не может быть безграничной.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11231//1312296097.jpg
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11231//1312296103.jpg
Ботанический сад (вверху) и городская улица (внизу). Найдите десять отличий

Я не оспариваю право журналистов изобличать коррупцию. Я имею в виду другое: именно благодаря лозунгу «свобода прессы есть sine qua non, читатель сам разберется» ХХ век стал веком постепенной капитуляции Запада перед маргинальными поначалу идеологиями, навязываемыми большинству агрессивным меньшинством.

Сначала он привел к капитуляции перед социалистической идеологией, а теперь ведет к капитуляции перед воинствующим исламизмом. Некоторые идеологии надо запрещать, как запрещают наркотики.

Ли Куан Ю никогда не смог бы заставить свою нацию говорить по-английски и никогда не увеличил бы доходы сингапурцев в 40 раз, если бы газеты типа «Наньян сиан пау» смешивали его с грязью как национал-предателя, продавшего китайцев в рабство транснациональным корпорациям и уничтожающего их культуру.

Будущее России

Вторая причина, по которой я пишу этот текст — будущее России. Рано или поздно, если Россия хочет выжить, нам придется проводить реформы.

Какие это будут реформы?

Программа нынешней демократической оппозиции поражает крайним инфантилизмом. В целом она сводится к тому, что надо провести честные выборы и от честных выборов все болячки рассосутся сами собой.

Спросишь их, что надо делать на Кавказе, и в ответ слышишь, что кровавый режим убивает на Кавказе невинных людей без суда и следствия и, как только в Россию вернется демократия, Кавказ станет мирным сам собой. Неправда: не станет. Главной проблемой Кавказа являются не бессудные казни, а воинствующие фундаменталисты, которые хотят построить там царство Аллаха. В условиях демократии и мягких законов фундаменталисты начнут размножаться, как кишечная палочка в чашке Петри.

Спросишь, как бороться с бандитами в погонах и без, получишь ответ, что нужны суды присяжных. Глупость: каждый процесс с судом присяжных будет длиться по десять лет, будет стоить безумных денег, присяжных купят или запугают, бандит выйдет на свободу. Рак не лечат аспирином, а тотально мафиозное общество — судами присяжных.

Если демократическая оппозиция собирается осуществить реформы, которые позволят малоимущему большинству стать собственниками и налогоплательщикам, то как эти реформы уживутся со свободой слова, кричащего на всех перекрестках, что жестокие власти малоимущих обижают и заставляют работать, вместо того чтобы дать им все даром? А если оппозиция налогоплательщиков и собственников создавать не собирается, то кончит она так же, как Путин.

На самом деле сингапурская, а теперь и китайская модель не так уж нова. Эта новая модель — хорошо забытое старое. Именно так — избиратель, являющийся собственником, но не халявщиком, и государство, обеспечивающее безопасность, но не социальные блага — были устроены и Великобритания в XVIII веке, и США в XIX-м. Эта модель разрушилась, прежде всего из-за наркотика социализма и наркотика бюрократии. Запад ушел на Восток.

На Востоке встает новое солнце.

Фотографии автора

[Игорь Гуковский]

http://www.rusolidarnost-msk.ru/obzo...a-19-veka.html

Вчера, 06:37 |

Игорь ГуковскийКак известно, Юлия Латынина в последнее время очень любит хоронить демократию, осуждать свободу слова и, особенно, всеобщее избирательное право. Аргументацию Латыниной в историческом разрезе повторять не буду, отмечу лишь, что для неё очень важно доказать, что того уровня развития, которого достигли ведущие страны мира, они никогда бы не достигли, имея бедное большинство голосующих на выборах.

Никаких серьёзных межстрановых сравнений при этом она не приводит, полностью игнорируя страны Западной Европы, ссылаясь всего лишь на два примера из истории, а именно Великобританию и США 19 века. Насчёт Великобритании не буду спорить, тут Латынина в целом права (хотя избирательное право последовательно расширялось в ходе реформ), а вот историю США, увы, она не знает в принципе. Всего лишь одна цитата (они все очень похожи друг на друга):

"Отцы-основатели США также ограничили круг избирателей кругом налогоплательщиков. Несмотря на декларацию независимости, гласившую, что all men are born equal, они не предоставили права голоса ни женщинам, ни рабам, ни беднякам. Если бы они это сделали, то США ожидала бы судьба Гаити.

По мере подъема экономического благосостояния, круг налогоплательщиков расширялся, и долгое время рост экономики обгонял рост числа избирателей. Это соотношение было впервые поколеблено во время «Нового курса» Рузвельта. Государство впервые расширило свои права, а в США впервые появилась значительная прослойка избирателей, заинтересованных не в минимизации, а в максимизации государства." (с) "Партия трех оболов. Часть вторая"

Вероятно, она путает ненавистного ей "социалиста" Рузвельта с Эндрю Джексоном и другими политиками, уничтожившими к 1850 году понятие избирательного ценза на территории первой в мире демократии.

В качестве примера приведу голосование на губернаторских выборах в штате Нью-Йорк в 1860 году. Штат был выбран практически произвольно, уверен, что схожие результаты были бы получены при анализе результатов в любом другом крупном штате в тот же год. При выборе года я руководствовался тем, что 1860 год был последним годом, в который проводилась перепись,перед тем, как право голоса (теоретически) было предоставлено неграм, которых этого права, действительно, злостно лишали.

1910270 - число белых мужчин, проживавших в штате (согласно официальному отчёту о проведённой в 1860 году переписи, 10-ый PDF-файл в архиве, стр. 323);
1112777 - белые мужчины в возрасте до 20 лет включительно;
797493 - совершеннолетние белые мужчины;
672925 - число голосовавших за 3 наиболее популярных кандидатов в губернаторы;
84,38% - процент голосовавших на выборах от числа лиц, теоретически имеющих право голоса.

Вывод из этих рассчётов может быть сделан самый простой - тезис Латыниной об отсутствии в США 19 века всеобщего избирательного права, в т.ч. права малообеспеченных слоёв общества голосовать, несостоятелен. Научную или познавательную ценность текстов уважаемой Юлии Леонидовны, а также её академическую (или публицистическую) честность оценивайте самостоятельно.

http://jstoruser.livejournal.com/21648.html

член политсовета московской «Солидарности»

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/801942-echo/

http://www.echo.msk.ru/att/element-13093-picture-165.jpg?1281614013
Время выхода в эфир: сб, 19:08

Суббота, 13.08.2011
Правда, в свете новейших событий – я имею в виду чудесную находку 2-х амфор на страшной глубине в 2 метра... Я, вот, все думаю, как же это можно нырнуть на 2 метра? Ну, понимаю, Прохорову на 2 метра, например, вообще не нырнуть, макушка покажется над водой. Так вот, в свете с находкой амфор на 2-х метрах глубины я предлагаю рецепт решения российского экономического кризиса: Путину нужно просто прийти на каждый приусадебный участок, и там обязательно найдет клад и все у нас будет замечательно.

Ну, если говорить серьезно, то, конечно, кризис на Западе есть. Собственно, мы живем в эпоху конца 500-летнего доминирования Запада. Не мои слова – слова замечательного современного историка Ниала Фергюсона, и мы имеем дело не с экономическим, а с культурным кризисом. Собственно, это кризис социализма как в 1991 году в России. Социалистическая экономика является недееспособной вне зависимости от того, вы людей автоматом загоняете в колхоз как это было при Сталине или вы просто берете у людей чужие деньги, у тех, кто работает, и раздаете их тем, кто не работает в результате системы всеобщего избирательного права. Хотя, естественно, социализм как и сифилис бывает разный, то есть если у вас колхоз, у вас голод начинается на следующий год. А если у вас всеобщее избирательное право и богатая страна, то вам, все-таки, нужно несколько десятилетий на то, чтобы доломать машинку. И в этом смысле бунты в Лондоне – более показательная вещь, чем снижение кредитного рейтинга США, точнее, не сами бунты, а реакция системы на них, потому что, вообще-то, любую систему характеризует не ошибка – ее характеризует реакция на ошибку.

Я, вот, собственно, напомню, с чего все началось. Там был 29-летний гангстер, который нигде не работал, имел 4-х, по некоторым источникам 5 детей от разных матерей, стрелял в полицейского и был застрелен в ответ. После чего банда, в которую входит Марк Дагган, принялась жечь магазины, ну и к ней присоединились все остальные банды. И, вот, как я уже сказала, бунт – самое не важное в этой истории, важна реакция на бунт. Первые пару дней английские газеты половину статей о Марке Даггане посвящали цитатам из его родственников о том, какой уважаемый это был член общества и как эти суки полицейские посмели убить такого ангелочка.

Вот, я смотрю «The Guardian», Она описывает одну из сожительниц Даггана, тоже 29 лет, девушку зовут Семона Уильямс, тоже нигде никогда не работала, существует с 3-мя детьми на их пособия. Семона говорит, Семона еще не объяснила своим детишкам, что их папочка мертв: «Как я объясню своим детишкам, что папочку они больше не увидят?» Цитата дословная. Особенно интересно, что детишкам, одному из них 10 лет и, учитывая, что происходит по телевизору, детишка, наверное, уже знает.

Самые храбрые упоминали, что Дагган первым стрелял в полицейского. Но, вот, упомянуть о том, что главным источником денег для покойника и сожительницы являлись, собственно, даже не наркотики, а госпособие на детей. И по одной, собственно, этой причине Дагган явно жениться не собирался, был, ну, моветон.

По мере роста погромов тон либеральных СМИ (а почти все СМИ на Западе либеральные) несколько изменился. Там все начиналось так: «Насилие оправдать нельзя» - эта фраза дежурная шла в начале, после чего шло, собственно, оправдание насилия, и авторы начинали рассказывать, почему погромщики чувствуют себя отвергнутыми обществом, и что им общество должно. То есть все рассказывали, что мы должны сделать для этих ребят, и никто не спрашивал, что эти ребята должны сделать для себя.

«The Guardian» разразилась целой статьей редакционной о том, что во всем виновата проклятая политика министров-капиталистов, которые сокращают рабочие места. Вот интересно, хоть один из погромщиков с BlackBerry в руках когда-нибудь работал?

Вот еще одна типичная статья. Госпожа Батмангелидж, «The Independent»: «Молодые, умные граждане из гетто ищут объяснения, почему они приговорены к темноте, к тьме, где их человеческая сущность не оценена достаточно, чтобы им была оказана помощь? Идите в молодежный центр, - продолжает господа Батмангелидж, - и вы увидите, что персонал там заперся в офисе, потому что молодые люди повсюду расхаживают со своими злобными собаками».

Ну, вот, странное дело. Если государство строит молодежные центры, а молодые павианы превращают их в хлев, наверное, дело не в центрах? Как говорил профессор Преображенский, разруха не в клозетах – она в головах. Госпожа Батмангелидж так не думает, она просит еще больше денег, чтобы построить еще больше центров, в которых разведется еще больше молодых павианов.

Вопрос: почему госпожа Батмангелидж так странно думает? Ответ заключается в том, что она профессионально занимается благотворительностью, профессионально осваивает деньги на заботу вот об этой бедной неприкаянной молодежи. То есть, вот, есть страшный наркотик, на который посадили безработную молодежь, - этот наркотик называется «социальное пособие», с него слезть сложнее, чем с героина. Экспертами по социальной политике при этом являются раздатчики героина. При этом политическая корректность удивительно не соответствует политической реальности. Потому что политическая реальность выражается в том, что уже свыше 100 тысяч англичан подписали петицию, требующую лишить погромщиков пособий. Ну, как? Как может общество содержать тех, кто его громит?

Но я... Может быть, я чего-то пропустила, но я не видела ни одной статьи, в которой черным по белому было бы сказано, что все эти банды живут не на наркотики, а на социальные пособия. Самые жесткие слова в этой истории сказал премьер Великобритании, он сказал «Эти люди думают, что мир должен им что-то, что их права перевешивают их обязанности». И даже сам Кэмерон не стал уточнять, почему эти странные люди думают, что мир им должен.

А, кстати, к вопросу о том, что сказал лидер оппозиции Эд Милибэнд. Он сказал, что у погромов есть сложные причины. А причины эти, цитирую, частично кроются в ответственности родителей, частично связаны с бандами и частично с культурой. Ну, ё-моё, глубина у лейбористского лидера, я просто тащусь!

На самом деле, вот, все эти репортажи с улиц Лондона мне страшно напоминали репортажи из горячих точек, потому что за последние 10 лет с 11 сентября есть нерушимый канон либерального репортажа об исламских фундаменталистах. То есть, есть ребята, которые режут неверных, потом этих ребят мочат, потом приходят неверные с телекамерой и рыдающая семья рыдает на видеокамеру, как кровавый натовский режим ни за что, ни про что убил мирного жителя. Это такое правило игры: «Мы будем резать неверных. Когда неверные ударят в ответ, мы будем плакать в их телекамеру».

И вот я все думала, когда эта замечательная история вернется в Европу, и она вернулась: вот, мы будем стрелять в полицейских, а потом мы встанем перед телекамерой и пожалуемся, что нашу человеческую сущность недостаточно уважают.

Кстати! О неуважаемой человеческой сущности. Вот этой вот госпоже Уилсон, сожительнице гангстера 29 лет с 3-мя детьми, она – студентка университета Миддлсекса. Вот, я хотела бы узнать, в какую эпоху и в каком обществе 29-летняя сожительница гангстера с 3-мя детьми могла бы за деньги налогоплательщиков учиться в университете? Вот, эти ребята жалуются, что общество их бросило.

Кстати, еще такое маленькое отступление. Я, вот, тут на прошлой неделе рассказывала про Кущевскую и поведение людей, которые деградировали до уровня обезьян. Ну, конечно, могу счастливо вам сообщить, что это происходит не только в Кущевке, но и в Лондоне. Но такой очень интересный момент. Есть самая знаменитая исследовательница поведения шимпанзе – это Джейн Гудолл, которая там с ними в Кенийском национальном заповеднике, там, надцать лет жила в стае. И там была такая, очень интересная история, которая заключалась в том, что 8 лет госпожа Гудолл не наблюдала особой агрессивности среди шимпанзе. То есть это вообще агрессивное животное с четко выраженной иерархией, с лидером, который отнимает у всех банан. Но, вот, бананы отнимали, а яички не откусывали. Вдруг через 8 лет начали откусывать яички. Знаете, почему? Потому что их начали кормить нахаляву.

Итак, возвращаясь к приматам в Лондоне. Вот такой внутренний Хамас. «Поняли, суки? Мы тут, в натуре, ваши жертвы, а кто это не признает, того порвем на хрен. Мы вас ненавидим, а вы нам должны». И, вот, как я уже сказала, все обсуждают, что мы должны сделать для них, а никто не обсуждает, что они должны сделать сами. И все говорят про вопиющую несправедливость современного социального устройства, и я должна сказать, что оно, действительно, вопиюще несправедливо. И вопиющая несправедливость заключается в том, что у работающего человека берут деньги и отдают их гангстеру Даггану, что у работающего человека берут деньги и строят на них молодежный центр. И что если ты – мать-наркоманка с 5-тью детьми, то у тебя будет, на что жить, а если у тебя нормальная семья, муж и работа, то дай бог тебе содержать 1-го ребенка и, выбиваясь из сил, платить налоги.

И проблема заключается в том, что, вот, у господина Даггана, гангстера было 4, а то и 5 детей, причем, ему было 29 лет, так что вы понимаете, он бы еще наплодил. Вот, зуб даю, что у полицейского, который его убил, был 1 ребенок. И если в 1-м поколении у нас один Дагган на 1-го полицейского, то во 2-м поколении, знаете, как-то уже совсем много Дагганов получается.

И все, что случилось в Лондоне, на мой взгляд, было бы невозможно, например, в Сингапуре. Потому что в Сингапуре нет пособия по безработице, и поэтому там нету 20 и 30 процентов безработных. И потому, что гетто там нету. Там есть менее успешные группы населения, например, малайцы, но гетто при этом тупо запрещены, потому что все, в любом квартале не может быть больше 25% малайцев и 13% индусов. Но уж, конечно, если бы в Сингапуре кто-то вздумал в знак протеста против того, что ему дают мало халявы грабить витрины, то вряд ли бы местная пресса ему сочувствовала.

О Сингапуре я вспомнила вот почему. На прошлый эфир один из слушателей присылает мне вопрос, который я процитирую: «Должен признаться, мне совсем не по душе сингапурская модель. То есть я полностью согласен с тем, что жизненно необходимо повышать уровень дохода населения, но мне претит от страны, где все как муравьи слушаются приказов сверху, и единственный мудрый руководитель решает, как всем жить. Вместе с тем нельзя не согласиться, что Ли Куан Ю очень мудр». Собственно, эти слова полностью отражают мое собственное ощущение от Сингапура, это очень печальная проблема, потому что, в общем, то поколение российских интеллектуалов, к которым я принадлежу, они выросли с оглядкой на современный Запад и на 2 главные ценности, которые нам всегда говорили «Вот, супер, без них никуда», - демократия и свобода слова. Вот, нам всегда говорили: «Вот, есть замечательный Запад – там выборы всеобщие, там пресса свободная».

Сейчас в результате всеобщих выборов и свободной прессы возникает несколько проблем. Потому что в результате свободной прессы оказывается, например, что где-то там 30% американцев думает, что правительство может быть как-то причастно к 11 сентября. Это, простите, очень больное общество, это общество, в котором кучка маргиналов, больше того, исламистов, врагов этого общества сумела навязать значительной части общества свою точку зрения под видом «Давайте обсудим». Давайте обсудим, земля плоская или земля круглая? Давайте обсудим.

Другой пример. Россия, которую никто не называет свободным и справедливым государством. Вот, есть в России некая группа людей, которая искренне считает, что каждый сидящий на скамье подсудимых невиновен. С точки зрения этих людей Путин взрывал дома в Москве, лично убил Политковскую, разбил самолет Качиньского, устроил резню в Кущевке. Там возникает вопрос: где кончается критика коррумпированного диктатора и где начинается паранойя?

Ну и, собственно, третий пример, о котором я и сейчас говорю. Вот, есть Европа. И в этой Европе в XIX веке Томас Маколей – это известнейший британский историк, член парламента, кстати – писал, что всеобщее избирательное право не совместимо с цивилизацией. Ну, вот, попробуй сейчас это пойди напиши, когда приматы в Лондоне громят магазины. Попробуй, да? Приматам не надо предоставлять избирательного права, пока они не стали людьми. Накинуться, задушат, скажут, что фашист, негодяй, ретроград. На минуточку у меня такой вопрос, где всеобщее избирательное право приводило к процветанию? В нищей Африке после деколонизации? Там оно мгновенно кончалось резней и диктатурой. В богатой Европе? Ну, слушайте, понадобилось всего несколько десятилетий, чтобы с помощью всеобщего избирательного права свести вековое преимущество Европы на нет. И там оно превращается... Кончилось появлением бюрократии, которая забирает деньги у тех, кто их зарабатывает, превращает эти деньги в наркотик социальной помощи и сажают на него бедных, чтобы они никогда не научились зарабатывать.

Вот у меня вопрос. Вот, есть некая точка зрения, которая, ну, не выдерживает проверки фактами или, по крайней мере, является сомнительной хотя бы с точки зрения Маколея. Но вот она в условиях свободы слова стала общепринятым мнением и общепринятой политической реальностью. И мне скажут, что это и есть свобода слова: вот ты высказываешь одно мнение, вот противник твой высказывает другое, а в результате вашего спора рождается истина.

Маленькая проблема заключается в том, что свобода слова действует только в научных дискуссиях. Вот, в конце XVIII века была такая, замечательная научная дискуссия между Бертолле (это знаменитый химик, изобретатель Бертолетовой соли) и неким Жозефом Луи Прустом, другим химиком. Потому что Бертолле считал, что химические элементы могут соединяться в любой пропорции, а Пруст считал: «Нет, только в определенной». 8 лет Пруст доказывал, что он прав. Через 8 лет Бертолле говорит: «Да, ты знаешь, Пруст, ты прав. Я был не прав».

Но это научная истина. С социальными истинами дело обстоит по-другому, потому что для большинства людей те взгляды, которые они высказывают, связаны с их положением внутри общества. Они, эти взгляды не существуют сами по себе, ни функция от их окружения или функция от их каких-то психологических комплексов.

Ну хорошо, ты приходишь в суд, который взял деньги за освобождение гангстера, начинаешь доказывать суду, что это гангстер. Ноль внимания, фунт презрения. Или, там, представим себе, что консерватор спорит с упоминаемой мною госпожой Батмангелидж, доказывает, что «вот, общество выделило 1 миллион на молодежные центры, а там устроили свинарник. И если общество выделило 2 миллиона на молодежный центр и там устроили свинарник, то не надо выделять 3 миллиона. Надо подумать так, как получается, что строят нахаляву молодежные центры, а получаются свинарники».

Ну, вот, представляете Ольгу Слуцкер? У нее существуют фитнес-центры, которые она строит за деньги, ходят туда за деньги. И почему-то никакого свинарника там не образуется.

Ну, понятно, что с госпожи Батмангелидж будет как с гуся вода, потому что она вздохнет и объяснит, что бедным, отчужденным подросткам нужно обязательно за 3 миллиона. И когда нам говорят «Говорите все – правда найдет дорогу», вот, не получается. Потому что история науки, действительно, состоит из того, что приходит человек, говорит, что земля не плоская, а круглая. И рано или поздно это пробивает себе дорогу. А, вот, история человеческого общества состоит из того, что приходит фанатик и навязывает свою идею людям.

Вот есть благополучная Римская империя, там стоики, эпикурейцы. Вдруг появляется группа людей, которая сообщает, что у них тут кого-то распяли на кресте и он воскрес. И эти люди готовы умирать и готовы убивать. Стойки эпикурейцы – они как-то не готовы умирать и убивать. И все, рушится великая Римская империя и на несколько сотен лет мир погружается во мрак.

И, вот, точно также государство, да? Может заботиться либо о частной собственности, либо о бедных. И в XVII-XVIII веке, наконец, в Европе появляется государство, которое заботится о частной собственности, и мир идет по пути прогресса. И вдруг появляется Карл Маркс, кстати, живет в этом же самом Лондоне, нищий, но обязательно со слугой (у нас освободители человечества без слуг не живут), на деньги живет капиталиста Энгельса (опять же освободители человечества на жизнь сами не зарабатывают), и не то, чтобы просто Маркс жил на деньги, которые Энгельс ему давал, он жил на деньги, которые Энгельс зарабатывал. Потому что Карл Маркс плохо знал английский, но при этом он числился английским корреспондентом «New York Daily Tribune». Идея была такая, что Энгельс будет писать, а Маркс будет получать зарплату. Вот этот человек, который забирал деньги за то, что писал Энгельс, рассказывал про капиталистов плохих, которые забирают прибавочную стоимость.

И все. И оказывается, что когда вам говорят, что капиталисты плохие, они грабят бедных и надо все поделить, этому нечего противопоставить, потому что доказательство того, что если вы сейчас будете делить собственность, то в конечном итоге вы сделаете плохо самим бедным, оно, знаете, как-то слишком долго и для бунта, и для избирательной кампании.

И получается проблема, потому что 80% интеллектуалов, начиная с конца XIX века, - это, ведь, такие Карлы Марксы. У них гораздо больше общих психологических черт с бездельником, громящим лавки, чем с инженером или бизнесменом. Потому что свобода прессы свободой прессы, но 80% людей, которые пишут в той же западной прессе, имеет свои большие тараканы в голове и они хотят все объяснить, почему они такие хорошие и умные и не такие богатые как Уоррен Баффетт или Михаил Фридман.

И проблема заключается в том, что система не регулируется сама – она экологически оказывается неустойчивой. Демократия – это не устойчивая вещь. Она не устойчивая вещь где-нибудь в Африке, она оказалась неустойчивой вещью и в Европе. Она не обладает способностью к регулированию – так не происходит, что, вот, бездельников становится все больше, государство беднеет, после чего халявщики говорят «Ой, ё-моё, нас тут много, давайте проголосуем за то, чтобы государство распределило меньше». Там положительная обратная связь: чем больше халявщиков, тем больше они требуют.

Теперь вы меня спросите «А что вместо этой системы? Если общество не может регулировать себя само, в том числе демократическое, то где возьмется регулятор? Кто повесит кошке на шею колокольчик? Не, там, товарищи же типа Дювалье или Маркоса, или типа российской системы?» Есть некоторые другие системы. Первая называется «представительный образ правления», когда голосуют собственники и, причем, этих собственников много. Потому что 2-е не менее важное, чем 1-е. Потому что если собственников мало, они закрепляют свои преимущества неконституционным путем – это то, что происходило, например, в Латинской Америке или в олигархической России. И, вот, 2 страны, которые развивались в XIX веке лучше всего (это Великобритания и Америка), были устроены представительным образом правления.

Есть вторая система – просвещенный абсолютизм. Вы мне скажете «А как же отличить просвещенного деспота от тирана?» Ответ: «Глазами». Отличие Екатерины II от Петра III видно невооруженным взглядом, отличие Ли Куан Ю от Путина заключается в том, что первый поднимает ВВП на душу населения в 40 раз, а второй строит дворец в Геленджике. Это, вот, как вопрос, да? «А как отличить чемпиона мира от наркомана, который валяется в канаве?» Ответ: «По результатам соревнований». А наркоман, вот, тоже говорит, что он – чемпион. Ну хорошо, кроме него это кто-то говорит?

И вы мне скажете, что эти 2 режима тоже неустойчивы, что просвещенный абсолютизм увеличивает число собственников, смягчается и переходит в демократию. Что это, знаете, такой бустер для ракеты на коротком историческом отрезке, первая ступень.

А вот это самая главная вещь, которую я хочу сказать, потому что у нас почему-то считается, что хорошо бы, чтобы все человечество было едино, чтобы была ООН, всемирное правительство, чтобы все друг с другом не воевали и так далее. Вот, история человечества как раз заключается в том, что саморегуляция системы возможна только на надгосударственном уровне.

Вот, был замечательный Китай XII века, который был очень совершенной для своего времени страной. И вдруг его стала обгонять драная нищая Европа. Вот, у вас есть Европа бюрократическая, мультикультурная, со свободой СМИ, и вдруг ее начинает обгонять опять Китай и Сингапур. Каждое человеческое государство, которое развивается не равновесно. Равновесным является только застывшее общество – вот, приехал Лаперуз в Австралию и нашел, наверное, там дикарей, которые были равновесны.

Еще раз, ни одно из более или менее хорошо устроенных обществ – то есть это просвещенный абсолютизм, это представительное правление с широкой базой, это богатая демократия – не являются устойчивым, потому что в своем развитии они отрицают сами себя. Но поскольку кроме внутреннего развития общества есть еще и внешняя конкуренция, то пока человечество двигалось вперед. И, похоже, в ближайшие несколько десятков лет оно будет двигаться вперед не на Западе. Перерыв на новости.

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/804072-echo/

http://www.echo.msk.ru/att/element-13093-picture-165.jpg?1281614013
То, о чем я говорила в прошлый раз и выражалась весьма саркастически, а именно об европейских ценностях и о всеобщем избирательном праве. У нас всеобщее избирательное право – это ведь главное табу. Можно трогать всё что угодно, можно трогать даже социальное государство... Сейчас уже некоторые говорят, что, если кормить людей на халяву, не очень хорошо получается. Но всеобщее избирательное право трогать нельзя. Если ты его трогаешь, то ты сразу получаешь название фашист. И вот как я его тронула, я смотрю, возникла большая дискуссия, мне отвечали и Пионтковский, и Шевцова.

И почему-то отвечали Латыниной, чему я, конечно, была очень тронута. Но я в данном случае не претендую на оригинальность. Я бы не хотела присваивать себе те лавры, которые полагаются Джону Локку, или Томасу Джефферсону, или хотя бы британскому историку Маколею, который в середине 19 века писал, что всеобщее избирательное право – это конец цивилизации, что это несовместимо с цивилизацией.

Т.е. идея о том, что должны голосовать налогоплательщики, о том, что должен быть имущественный или образовательный ценз, и о том, что если у вас в стране голосуют нищие, то ничего хорошего не получается, эта абстрактная идея, которая вполне получила свое подтверждение где-нибудь в африканских выборах и, к сожалению, после российского 91 года, в общем-то, эта идея, она в 19 веке владела всеми умами.

Я хочу поговорить в этом смысле о том, что у нас сейчас называют европейскими ценностями. Я написала об этом большую статью в «Новой газете», которую я тоже рекомендую слушателям. Меня очень смущает… Я сначала объясню, что меня смущает в нынешней социал-демократической идеологии вообще, а потом я объясню, что меня в ней смущает применительно к России. Есть некие вещи, которые надо назвать, – европейские ценности. И все эти ценности – это офигеть и венец развития, и всем надо смотреть, открыв рот, и подражать. Давайте пересчитаем эти ценности.

Нам говорят, что ценность первая – это единство Европы. Европа объединяется, исчезают границы, чиновники в Брюсселе принимают благодетельные указы о степени кривизны огурцов. Объединение – это, может, и замечательно, но проблема заключается в том, что Европа с момента распада империи Карла Великого и до момента образования Евросоюза не была единой. Китайская империя была единой, а Европа не была. И пока Европа завоевывала мир, части ее находились в жесточайшей конкуренции между собой. Эта конкуренция и способствовала прогрессу. Я что хочу сказать? Может быть единство Европы – это офигительно. А Первая и Вторая мировые войны, вызванные этой конкуренцией, это очень плохо, я же не спорю. Но это не есть европейская ценность времен расцвета Европы. Потому что в зените своей славы Европа не была единой.

Только что я говорила о всеобщем избирательном праве, которое тоже называется самой главной европейской ценностью. Сейчас я не буду говорить о работоспособности всеобщего избирательного права в Гане или Палестине, но вот вопрос: а какое отношение всеобщее избирательное право имеет к традиционным ценностям Европы? Т.е. для какой такой демократии Колумб открывал Америку?

На Западе времен его расцвета были представлены самые разные режимы. Была парламентская монархия, как в Великобритании, где круг избирателей был ограничен налогоплательщиками, причем избирателей было немного, процентов 10, что, кстати плохо. Была республика, как в США, где опять же избиратели были налогоплательщиками, причем круг их был очень велик. Потому что несмотря на то, что имущественный ценз был, практически любой человек, приехав в Америку и немного поработав, получал если не 50 акров земли, то около этого. Была абсолютная монархия, как в Пруссии или России. Но вот всеобщего избирательного права не было решительно. И ни отцы-основатели, ни британская монархия его не предусматривали.

И первый раз всеобщее избирательное право было введено во Франции во времена Великой французской революции и кончилось гильотиной. Потом его для мужчин ввел железный канцлер Бисмарк в Германской империи в 1871 году, специально чтобы разбавить свободомыслие всяких собственников замечательным немецким патриотизмом.

По мере того, как понижался ценз и избирательное право распространялось на неимущих после Первой мировой войны, оно стало окончательно всеобщим только после Второй мировой, причем в значительной степени под влиянием социалистической идеологии. К сожалению, во всех нищих странах, в которых его пытались ввести, оно приводило к переделу собственности, оно приводило к религиозному и национальному фанатизму и кончалось, как правило, диктатурой.

Но я сейчас не об этом. Допустим, всеобщее избирательное право – это венец развития. И каждый безработный ублюдок, который громит лондонский магазин, он и обладает замечательным правом решать, как нам всем жить, и кто это отрицает, тот ретроград и фашист. Вот не бывает всеобщих водительских прав. Странно будет, если кто-то заявит: знаете, права надо выдать каждому водителю. А если вы, допустим, не будете выдавать права дальтонику, то вы ретроград и фашист, и сегодня вы не выдадите права дальтонику, а завтра вы не выдадите их Немцову.

Допустим, избирательное право выдается всем, а водительское не всем. Но опять же причем здесь европейские ценности? Всеобщее избирательное право не существовало на Западе, пока Запад владел миром. Когда оно пришло на Запад, в рекордные сроки господство над миром было утрачено.

Есть еще третья ценность – социальная справедливость. Я, честно говоря, не люблю название этой ценности, потому что гораздо честнее сказать уравниловка. Потому что социальная справедливость у нас давно уже заключается в том, что богатые содержат бедных.

Если вы посмотрите на ту же Англию, вы увидите, что 20% населения, которые имеют самые высокие доходы, они имеют до уплаты налогов 78 тысяч фунтов, а после уплаты налогов – 58 тысяч фунтов. А 20% самых бедных до получения пособия имеют 5 тысяч фунтов, а после получения – 15. Т.е. давно уже не богатые эксплуатируют бедных, а бедные эксплуатируют богатых.

И возникает вопрос: а что такое справедливость? Одни скажут, что это чтобы бедному дали деньги, которых он не заработал. А мне кажется, что несправедливость – это когда у человека отнимают те деньги, которые он заработал, и отдают их тем, кто не заработал.

Я опять же о другом. Какое это имеет отношение к европейским ценностям? Допустим, Британская империя, над которой не заходит солнце. Представьте себе, женщина с тремя детьми, которая не вышла замуж. Ей что, пособие давали, квартиру? Очень тяжелая была у нее судьба.

Еще одна замечательная ценность – мультикультурализм. Она гласит, что все культуры замечательно важны. Каждый иммигрант, который приехал в Швецию или Голландию, он имеет право на сохранение своих замечательных традиций, и если кто-то из ограниченных людей не понимает, какое это счастье для арабской женщины, что она должна завернуться в эту свою накидку и что брат ее имеет право убить ее, если она налево сходила, этот человек чего-то не понимает в жизни.

Тут, во-первых, я должна сказать, насчет традиций я что-то не понимаю. Ну, были у Европы свои традиции – в Британии рубили на четыре части, государственным преступникам перед этим еще кишки вытаскивали живьем и поджаривали. Но как-то я не представляю себе, что Дэвид Кэмерон своей жене отрубил голову и сказал: а я следую традициям Генриха VIII.

Но сейчас не об этом. Какое отношение мультикультурализм опять же имеет к европейским ценностям? Был такой человек Васко да Гама. Кстати, очень жестокий человек, омерзительно вел себя: дорвавшись до Индии, топил корабли с паломниками, идущие в Мекку, ядрами садил по мирному населению. Понятно, что он попал бы в Гаагу пожизненно по нынешним временам. А где был мультикультурализм Васко да Гамы?

Т.е. европейские ценности времен колониализма – это представление о безусловном примате прогресса и европейской цивилизации. При этом одни европейцы были в чистом виде расистами, позволяли себе высказывания, что черная и желтая раса вообще неполноценны, а другие, наоборот, считали, что нет, эти люди сейчас стройными рядами вольются в прогрессивное человечество. Но не было тех, кто считал, что каннибализм – это такой замечательный альтернативный культурный обычай, который надо лелеять.

Сражались аболиционисты в США за хижину дяди Тома. Но они не сражались за то, чтобы дядя Том опять снял с себя штаны, опять надел набедренную повязку, чтобы он от имени Том отказался, отказался от английского языка и заговорил на своем киньярванда. Им бы в голову не пришло за это сражаться.

Как ни печально, как только идея превосходства европейской цивилизации, христианской цивилизации кончилась, кончилось и превосходство христианской цивилизации. Вместо Европы, которая колонизует весь мир, мы теперь имеем весь мир, который колонизует Европу. Еще раз повторяю: возможно, мультикультурализм – это замечательно, но я не понимаю, какое отношение он имеет к тем ценностям, которые исповедовала Европа времен расцвета.

Есть еще одна ценность, о которой почему-то мало говорят. Это государственное регулирование всего и вся. Не говорят по простой причине – эта ценность противоречит идее частной собственности. Либо частная собственность, либо регулирование. Я уже много раз говорила, что идея частной собственности в той же Британской империи была развита до такой степени, что ни одно современное государство Британскую империю не поняло. Оно бы не поняло частные компании, которые завоевывают для Британии Индию и Африку.

Знаете, что в Британии до конца 19 века не было закона об охране памятников культуры? Там через Стоунхендж чуть не проложили железную дорогу. И тори Бенджамин Дизраэли сказал, что идея сохранения памятников культуры противоречит идее частной собственности. Сейчас есть некие законы бюрократической Европы. На мой взгляд, они достаточно странные.

В Испании целые сельскохозяйственные регионы превращаются в пустыни, потому что фермерам платят за то, чтобы они не выращивали продукцию. А в Германии экономные немцы освещают солнечные батареи электрическими лампочками, потому что выработанную так электроэнергию забирают в сеть с премией. Но опять же я не могу себе представить, чтобы в Европе 18 века выдавали субсидии крестьянам или парламент определял форму огурцов.

И вот это первая вещь, о которой я хочу сказать. Я не совсем понимаю, почему те люди, которые говорят о социальной справедливости, всеобщем избирательном праве, говорят о европейских ценностях. Это ценности социал-демократические. Может быть, они замечательные. Но они появились в конце 19 века, они укрепились благодаря победам левых на выборах и диверсионно-идеологической мощи СССР. В общем-то, то, о чем писал Локк, или Джефферсон, или Адам Смит, они не имеют ничего общего.

И мне не нравится, когда называют общечеловеческими ценностями, или европейскими ценностями, то, что не является европейскими ценностями, то, что не являлось этим век назад. Потому что я не люблю, когда вещи называют другими именами. Мы все в СССР это проходили – всё прогрессивное человечество. А если ты к прогрессивному человечеству не присоединяешься, то ты козел и негодяй.

Но самое печальное другое. Мне скажут: хорошо, пускай эти ценности не были ценностями Европы 200 лет назад. Но ведь мир не стоит на месте! Мало ли что было в 18 веке! Я уже сказала, что в 18 веке в Лондоне было 52 трупа на 100 тысяч населения, был 14-часовой рабочий день для девятилетних детей, блохоловки были, корсеты. Я же, наверное, с блохоловкой не хочу ходить?

Но проблема заключается в том, что выясняется, что 500 лет крошечная часть света – Европа – властвовала над миром. Она добилась этой власти благодаря частной собственности, техническому прогрессу, конкуренции европейских стран между собой, ощущению собственного цивилизационного превосходства и минимальному государству. А за 20 лет, прошедших с момента объединения Европы и торжества общечеловеческих ценностей, она это лидерство продолбала, скажем так.

Я не призываю вернуться к временам Васко да Гамы. Но я призываю подумать о том, что случилось. Это именно очень большое значение для того, что происходит в России, прежде всего. Мы сейчас празднуем (вернее, не празднуем) 20 лет 1991 году, неудавшемуся путчу. И тогда казалось, что сейчас в России будет всё замечательно. Но выяснилось, что те люди, которые пришли к власти в России, руководствовались приблизительно тем набором ценностей, которые исповедуют европейские социал-демократы.

И выяснилось, что эти ценности должны победить: а) в стране, где 90% населения привыкли жить на халяву и не привыкли работать; б) в этой стране существуют гигантские группы влияния, прежде всего силовиков, которые рассматривают власть как способ преумножения собственности и которые очень легко используют в том числе и демократические рычаги для этого; в) представления, достаточно прекраснодушные российских социал-демократов, или российских левых либералов, о том, что достаточно провести всеобщие выборы и наступит всеобщая благодать, они не оправдались, так же как и в Африке. И наверное, придется делать в следующий раз что-то другое. Всего лучшего. До встречи через неделю.

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/801942-echo/

http://www.echo.msk.ru/att/element-13093-picture-165.jpg?1281614013
| Время выхода в эфир: сб, 19:08

Суббота, 13.08.2011
Правда, в свете новейших событий – я имею в виду чудесную находку 2-х амфор на страшной глубине в 2 метра... Я, вот, все думаю, как же это можно нырнуть на 2 метра? Ну, понимаю, Прохорову на 2 метра, например, вообще не нырнуть, макушка покажется над водой. Так вот, в свете с находкой амфор на 2-х метрах глубины я предлагаю рецепт решения российского экономического кризиса: Путину нужно просто прийти на каждый приусадебный участок, и там обязательно найдет клад и все у нас будет замечательно.

Ну, если говорить серьезно, то, конечно, кризис на Западе есть. Собственно, мы живем в эпоху конца 500-летнего доминирования Запада. Не мои слова – слова замечательного современного историка Ниала Фергюсона, и мы имеем дело не с экономическим, а с культурным кризисом. Собственно, это кризис социализма как в 1991 году в России. Социалистическая экономика является недееспособной вне зависимости от того, вы людей автоматом загоняете в колхоз как это было при Сталине или вы просто берете у людей чужие деньги, у тех, кто работает, и раздаете их тем, кто не работает в результате системы всеобщего избирательного права. Хотя, естественно, социализм как и сифилис бывает разный, то есть если у вас колхоз, у вас голод начинается на следующий год. А если у вас всеобщее избирательное право и богатая страна, то вам, все-таки, нужно несколько десятилетий на то, чтобы доломать машинку. И в этом смысле бунты в Лондоне – более показательная вещь, чем снижение кредитного рейтинга США, точнее, не сами бунты, а реакция системы на них, потому что, вообще-то, любую систему характеризует не ошибка – ее характеризует реакция на ошибку.

Я, вот, собственно, напомню, с чего все началось. Там был 29-летний гангстер, который нигде не работал, имел 4-х, по некоторым источникам 5 детей от разных матерей, стрелял в полицейского и был застрелен в ответ. После чего банда, в которую входит Марк Дагган, принялась жечь магазины, ну и к ней присоединились все остальные банды. И, вот, как я уже сказала, бунт – самое не важное в этой истории, важна реакция на бунт. Первые пару дней английские газеты половину статей о Марке Даггане посвящали цитатам из его родственников о том, какой уважаемый это был член общества и как эти суки полицейские посмели убить такого ангелочка.

Вот, я смотрю «The Guardian», Она описывает одну из сожительниц Даггана, тоже 29 лет, девушку зовут Семона Уильямс, тоже нигде никогда не работала, существует с 3-мя детьми на их пособия. Семона говорит, Семона еще не объяснила своим детишкам, что их папочка мертв: «Как я объясню своим детишкам, что папочку они больше не увидят?» Цитата дословная. Особенно интересно, что детишкам, одному из них 10 лет и, учитывая, что происходит по телевизору, детишка, наверное, уже знает.

Самые храбрые упоминали, что Дагган первым стрелял в полицейского. Но, вот, упомянуть о том, что главным источником денег для покойника и сожительницы являлись, собственно, даже не наркотики, а госпособие на детей. И по одной, собственно, этой причине Дагган явно жениться не собирался, был, ну, моветон.

По мере роста погромов тон либеральных СМИ (а почти все СМИ на Западе либеральные) несколько изменился. Там все начиналось так: «Насилие оправдать нельзя» - эта фраза дежурная шла в начале, после чего шло, собственно, оправдание насилия, и авторы начинали рассказывать, почему погромщики чувствуют себя отвергнутыми обществом, и что им общество должно. То есть все рассказывали, что мы должны сделать для этих ребят, и никто не спрашивал, что эти ребята должны сделать для себя.

«The Guardian» разразилась целой статьей редакционной о том, что во всем виновата проклятая политика министров-капиталистов, которые сокращают рабочие места. Вот интересно, хоть один из погромщиков с BlackBerry в руках когда-нибудь работал?

Вот еще одна типичная статья. Госпожа Батмангелидж, «The Independent»: «Молодые, умные граждане из гетто ищут объяснения, почему они приговорены к темноте, к тьме, где их человеческая сущность не оценена достаточно, чтобы им была оказана помощь? Идите в молодежный центр, - продолжает господа Батмангелидж, - и вы увидите, что персонал там заперся в офисе, потому что молодые люди повсюду расхаживают со своими злобными собаками».

Ну, вот, странное дело. Если государство строит молодежные центры, а молодые павианы превращают их в хлев, наверное, дело не в центрах? Как говорил профессор Преображенский, разруха не в клозетах – она в головах. Госпожа Батмангелидж так не думает, она просит еще больше денег, чтобы построить еще больше центров, в которых разведется еще больше молодых павианов.

Вопрос: почему госпожа Батмангелидж так странно думает? Ответ заключается в том, что она профессионально занимается благотворительностью, профессионально осваивает деньги на заботу вот об этой бедной неприкаянной молодежи. То есть, вот, есть страшный наркотик, на который посадили безработную молодежь, - этот наркотик называется «социальное пособие», с него слезть сложнее, чем с героина. Экспертами по социальной политике при этом являются раздатчики героина. При этом политическая корректность удивительно не соответствует политической реальности. Потому что политическая реальность выражается в том, что уже свыше 100 тысяч англичан подписали петицию, требующую лишить погромщиков пособий. Ну, как? Как может общество содержать тех, кто его громит?

Но я... Может быть, я чего-то пропустила, но я не видела ни одной статьи, в которой черным по белому было бы сказано, что все эти банды живут не на наркотики, а на социальные пособия. Самые жесткие слова в этой истории сказал премьер Великобритании, он сказал «Эти люди думают, что мир должен им что-то, что их права перевешивают их обязанности». И даже сам Кэмерон не стал уточнять, почему эти странные люди думают, что мир им должен.

А, кстати, к вопросу о том, что сказал лидер оппозиции Эд Милибэнд. Он сказал, что у погромов есть сложные причины. А причины эти, цитирую, частично кроются в ответственности родителей, частично связаны с бандами и частично с культурой. Ну, ё-моё, глубина у лейбористского лидера, я просто тащусь!

На самом деле, вот, все эти репортажи с улиц Лондона мне страшно напоминали репортажи из горячих точек, потому что за последние 10 лет с 11 сентября есть нерушимый канон либерального репортажа об исламских фундаменталистах. То есть, есть ребята, которые режут неверных, потом этих ребят мочат, потом приходят неверные с телекамерой и рыдающая семья рыдает на видеокамеру, как кровавый натовский режим ни за что, ни про что убил мирного жителя. Это такое правило игры: «Мы будем резать неверных. Когда неверные ударят в ответ, мы будем плакать в их телекамеру».

И вот я все думала, когда эта замечательная история вернется в Европу, и она вернулась: вот, мы будем стрелять в полицейских, а потом мы встанем перед телекамерой и пожалуемся, что нашу человеческую сущность недостаточно уважают.

Кстати! О неуважаемой человеческой сущности. Вот этой вот госпоже Уилсон, сожительнице гангстера 29 лет с 3-мя детьми, она – студентка университета Миддлсекса. Вот, я хотела бы узнать, в какую эпоху и в каком обществе 29-летняя сожительница гангстера с 3-мя детьми могла бы за деньги налогоплательщиков учиться в университете? Вот, эти ребята жалуются, что общество их бросило.

Кстати, еще такое маленькое отступление. Я, вот, тут на прошлой неделе рассказывала про Кущевскую и поведение людей, которые деградировали до уровня обезьян. Ну, конечно, могу счастливо вам сообщить, что это происходит не только в Кущевке, но и в Лондоне. Но такой очень интересный момент. Есть самая знаменитая исследовательница поведения шимпанзе – это Джейн Гудолл, которая там с ними в Кенийском национальном заповеднике, там, надцать лет жила в стае. И там была такая, очень интересная история, которая заключалась в том, что 8 лет госпожа Гудолл не наблюдала особой агрессивности среди шимпанзе. То есть это вообще агрессивное животное с четко выраженной иерархией, с лидером, который отнимает у всех банан. Но, вот, бананы отнимали, а яички не откусывали. Вдруг через 8 лет начали откусывать яички. Знаете, почему? Потому что их начали кормить нахаляву.

Итак, возвращаясь к приматам в Лондоне. Вот такой внутренний Хамас. «Поняли, суки? Мы тут, в натуре, ваши жертвы, а кто это не признает, того порвем на хрен. Мы вас ненавидим, а вы нам должны». И, вот, как я уже сказала, все обсуждают, что мы должны сделать для них, а никто не обсуждает, что они должны сделать сами. И все говорят про вопиющую несправедливость современного социального устройства, и я должна сказать, что оно, действительно, вопиюще несправедливо. И вопиющая несправедливость заключается в том, что у работающего человека берут деньги и отдают их гангстеру Даггану, что у работающего человека берут деньги и строят на них молодежный центр. И что если ты – мать-наркоманка с 5-тью детьми, то у тебя будет, на что жить, а если у тебя нормальная семья, муж и работа, то дай бог тебе содержать 1-го ребенка и, выбиваясь из сил, платить налоги.

И проблема заключается в том, что, вот, у господина Даггана, гангстера было 4, а то и 5 детей, причем, ему было 29 лет, так что вы понимаете, он бы еще наплодил. Вот, зуб даю, что у полицейского, который его убил, был 1 ребенок. И если в 1-м поколении у нас один Дагган на 1-го полицейского, то во 2-м поколении, знаете, как-то уже совсем много Дагганов получается.

И все, что случилось в Лондоне, на мой взгляд, было бы невозможно, например, в Сингапуре. Потому что в Сингапуре нет пособия по безработице, и поэтому там нету 20 и 30 процентов безработных. И потому, что гетто там нету. Там есть менее успешные группы населения, например, малайцы, но гетто при этом тупо запрещены, потому что все, в любом квартале не может быть больше 25% малайцев и 13% индусов. Но уж, конечно, если бы в Сингапуре кто-то вздумал в знак протеста против того, что ему дают мало халявы грабить витрины, то вряд ли бы местная пресса ему сочувствовала.

О Сингапуре я вспомнила вот почему. На прошлый эфир один из слушателей присылает мне вопрос, который я процитирую: «Должен признаться, мне совсем не по душе сингапурская модель. То есть я полностью согласен с тем, что жизненно необходимо повышать уровень дохода населения, но мне претит от страны, где все как муравьи слушаются приказов сверху, и единственный мудрый руководитель решает, как всем жить. Вместе с тем нельзя не согласиться, что Ли Куан Ю очень мудр». Собственно, эти слова полностью отражают мое собственное ощущение от Сингапура, это очень печальная проблема, потому что, в общем, то поколение российских интеллектуалов, к которым я принадлежу, они выросли с оглядкой на современный Запад и на 2 главные ценности, которые нам всегда говорили «Вот, супер, без них никуда», - демократия и свобода слова. Вот, нам всегда говорили: «Вот, есть замечательный Запад – там выборы всеобщие, там пресса свободная».

Сейчас в результате всеобщих выборов и свободной прессы возникает несколько проблем. Потому что в результате свободной прессы оказывается, например, что где-то там 30% американцев думает, что правительство может быть как-то причастно к 11 сентября. Это, простите, очень больное общество, это общество, в котором кучка маргиналов, больше того, исламистов, врагов этого общества сумела навязать значительной части общества свою точку зрения под видом «Давайте обсудим». Давайте обсудим, земля плоская или земля круглая? Давайте обсудим.

Другой пример. Россия, которую никто не называет свободным и справедливым государством. Вот, есть в России некая группа людей, которая искренне считает, что каждый сидящий на скамье подсудимых невиновен. С точки зрения этих людей Путин взрывал дома в Москве, лично убил Политковскую, разбил самолет Качиньского, устроил резню в Кущевке. Там возникает вопрос: где кончается критика коррумпированного диктатора и где начинается паранойя?

Ну и, собственно, третий пример, о котором я и сейчас говорю. Вот, есть Европа. И в этой Европе в XIX веке Томас Маколей – это известнейший британский историк, член парламента, кстати – писал, что всеобщее избирательное право не совместимо с цивилизацией. Ну, вот, попробуй сейчас это пойди напиши, когда приматы в Лондоне громят магазины. Попробуй, да? Приматам не надо предоставлять избирательного права, пока они не стали людьми. Накинуться, задушат, скажут, что фашист, негодяй, ретроград. На минуточку у меня такой вопрос, где всеобщее избирательное право приводило к процветанию? В нищей Африке после деколонизации? Там оно мгновенно кончалось резней и диктатурой. В богатой Европе? Ну, слушайте, понадобилось всего несколько десятилетий, чтобы с помощью всеобщего избирательного права свести вековое преимущество Европы на нет. И там оно превращается... Кончилось появлением бюрократии, которая забирает деньги у тех, кто их зарабатывает, превращает эти деньги в наркотик социальной помощи и сажают на него бедных, чтобы они никогда не научились зарабатывать.

Вот у меня вопрос. Вот, есть некая точка зрения, которая, ну, не выдерживает проверки фактами или, по крайней мере, является сомнительной хотя бы с точки зрения Маколея. Но вот она в условиях свободы слова стала общепринятым мнением и общепринятой политической реальностью. И мне скажут, что это и есть свобода слова: вот ты высказываешь одно мнение, вот противник твой высказывает другое, а в результате вашего спора рождается истина.

Маленькая проблема заключается в том, что свобода слова действует только в научных дискуссиях. Вот, в конце XVIII века была такая, замечательная научная дискуссия между Бертолле (это знаменитый химик, изобретатель Бертолетовой соли) и неким Жозефом Луи Прустом, другим химиком. Потому что Бертолле считал, что химические элементы могут соединяться в любой пропорции, а Пруст считал: «Нет, только в определенной». 8 лет Пруст доказывал, что он прав. Через 8 лет Бертолле говорит: «Да, ты знаешь, Пруст, ты прав. Я был не прав».

Но это научная истина. С социальными истинами дело обстоит по-другому, потому что для большинства людей те взгляды, которые они высказывают, связаны с их положением внутри общества. Они, эти взгляды не существуют сами по себе, ни функция от их окружения или функция от их каких-то психологических комплексов.

Ну хорошо, ты приходишь в суд, который взял деньги за освобождение гангстера, начинаешь доказывать суду, что это гангстер. Ноль внимания, фунт презрения. Или, там, представим себе, что консерватор спорит с упоминаемой мною госпожой Батмангелидж, доказывает, что «вот, общество выделило 1 миллион на молодежные центры, а там устроили свинарник. И если общество выделило 2 миллиона на молодежный центр и там устроили свинарник, то не надо выделять 3 миллиона. Надо подумать так, как получается, что строят нахаляву молодежные центры, а получаются свинарники».

Ну, вот, представляете Ольгу Слуцкер? У нее существуют фитнес-центры, которые она строит за деньги, ходят туда за деньги. И почему-то никакого свинарника там не образуется.

Ну, понятно, что с госпожи Батмангелидж будет как с гуся вода, потому что она вздохнет и объяснит, что бедным, отчужденным подросткам нужно обязательно за 3 миллиона. И когда нам говорят «Говорите все – правда найдет дорогу», вот, не получается. Потому что история науки, действительно, состоит из того, что приходит человек, говорит, что земля не плоская, а круглая. И рано или поздно это пробивает себе дорогу. А, вот, история человеческого общества состоит из того, что приходит фанатик и навязывает свою идею людям.

Вот есть благополучная Римская империя, там стоики, эпикурейцы. Вдруг появляется группа людей, которая сообщает, что у них тут кого-то распяли на кресте и он воскрес. И эти люди готовы умирать и готовы убивать. Стойки эпикурейцы – они как-то не готовы умирать и убивать. И все, рушится великая Римская империя и на несколько сотен лет мир погружается во мрак.

И, вот, точно также государство, да? Может заботиться либо о частной собственности, либо о бедных. И в XVII-XVIII веке, наконец, в Европе появляется государство, которое заботится о частной собственности, и мир идет по пути прогресса. И вдруг появляется Карл Маркс, кстати, живет в этом же самом Лондоне, нищий, но обязательно со слугой (у нас освободители человечества без слуг не живут), на деньги живет капиталиста Энгельса (опять же освободители человечества на жизнь сами не зарабатывают), и не то, чтобы просто Маркс жил на деньги, которые Энгельс ему давал, он жил на деньги, которые Энгельс зарабатывал. Потому что Карл Маркс плохо знал английский, но при этом он числился английским корреспондентом «New York Daily Tribune». Идея была такая, что Энгельс будет писать, а Маркс будет получать зарплату. Вот этот человек, который забирал деньги за то, что писал Энгельс, рассказывал про капиталистов плохих, которые забирают прибавочную стоимость.

И все. И оказывается, что когда вам говорят, что капиталисты плохие, они грабят бедных и надо все поделить, этому нечего противопоставить, потому что доказательство того, что если вы сейчас будете делить собственность, то в конечном итоге вы сделаете плохо самим бедным, оно, знаете, как-то слишком долго и для бунта, и для избирательной кампании.

И получается проблема, потому что 80% интеллектуалов, начиная с конца XIX века, - это, ведь, такие Карлы Марксы. У них гораздо больше общих психологических черт с бездельником, громящим лавки, чем с инженером или бизнесменом. Потому что свобода прессы свободой прессы, но 80% людей, которые пишут в той же западной прессе, имеет свои большие тараканы в голове и они хотят все объяснить, почему они такие хорошие и умные и не такие богатые как Уоррен Баффетт или Михаил Фридман.

И проблема заключается в том, что система не регулируется сама – она экологически оказывается неустойчивой. Демократия – это не устойчивая вещь. Она не устойчивая вещь где-нибудь в Африке, она оказалась неустойчивой вещью и в Европе. Она не обладает способностью к регулированию – так не происходит, что, вот, бездельников становится все больше, государство беднеет, после чего халявщики говорят «Ой, ё-моё, нас тут много, давайте проголосуем за то, чтобы государство распределило меньше». Там положительная обратная связь: чем больше халявщиков, тем больше они требуют.

Теперь вы меня спросите «А что вместо этой системы? Если общество не может регулировать себя само, в том числе демократическое, то где возьмется регулятор? Кто повесит кошке на шею колокольчик? Не, там, товарищи же типа Дювалье или Маркоса, или типа российской системы?» Есть некоторые другие системы. Первая называется «представительный образ правления», когда голосуют собственники и, причем, этих собственников много. Потому что 2-е не менее важное, чем 1-е. Потому что если собственников мало, они закрепляют свои преимущества неконституционным путем – это то, что происходило, например, в Латинской Америке или в олигархической России. И, вот, 2 страны, которые развивались в XIX веке лучше всего (это Великобритания и Америка), были устроены представительным образом правления.

Есть вторая система – просвещенный абсолютизм. Вы мне скажете «А как же отличить просвещенного деспота от тирана?» Ответ: «Глазами». Отличие Екатерины II от Петра III видно невооруженным взглядом, отличие Ли Куан Ю от Путина заключается в том, что первый поднимает ВВП на душу населения в 40 раз, а второй строит дворец в Геленджике. Это, вот, как вопрос, да? «А как отличить чемпиона мира от наркомана, который валяется в канаве?» Ответ: «По результатам соревнований». А наркоман, вот, тоже говорит, что он – чемпион. Ну хорошо, кроме него это кто-то говорит?

И вы мне скажете, что эти 2 режима тоже неустойчивы, что просвещенный абсолютизм увеличивает число собственников, смягчается и переходит в демократию. Что это, знаете, такой бустер для ракеты на коротком историческом отрезке, первая ступень.

А вот это самая главная вещь, которую я хочу сказать, потому что у нас почему-то считается, что хорошо бы, чтобы все человечество было едино, чтобы была ООН, всемирное правительство, чтобы все друг с другом не воевали и так далее. Вот, история человечества как раз заключается в том, что саморегуляция системы возможна только на надгосударственном уровне.

Вот, был замечательный Китай XII века, который был очень совершенной для своего времени страной. И вдруг его стала обгонять драная нищая Европа. Вот, у вас есть Европа бюрократическая, мультикультурная, со свободой СМИ, и вдруг ее начинает обгонять опять Китай и Сингапур. Каждое человеческое государство, которое развивается не равновесно. Равновесным является только застывшее общество – вот, приехал Лаперуз в Австралию и нашел, наверное, там дикарей, которые были равновесны.

Еще раз, ни одно из более или менее хорошо устроенных обществ – то есть это просвещенный абсолютизм, это представительное правление с широкой базой, это богатая демократия – не являются устойчивым, потому что в своем развитии они отрицают сами себя. Но поскольку кроме внутреннего развития общества есть еще и внешняя конкуренция, то пока человечество двигалось вперед. И, похоже, в ближайшие несколько десятков лет оно будет двигаться вперед не на Западе.

[Жертва на велосипеде]

http://new.novayagazeta.ru/politics/48064.html

Хорошо бы провести инвентаризацию европейских ценностей по гамбургскому счету
16.08.2011
http://new.novayagazeta.ru/storage/c/2011/08/16/1313504692_348262_21.jpg
Петр Саруханов — «Новая»Мне тут говорят, что я ругаю европейские ценности. Что вот, мол, нынешнее состояние Европы — это офигеть и венец развития, и всем надо смотреть, открыв рот, и подражать.

Хорошо бы провести инвентаризацию этих ценностей по гамбургскому счету.
Ценность № 1: единство Европы

Это сейчас — одна из самых важных европейских ценностей. Европа объединяется, исчезают границы, и еврочиновники в Брюсселе принимают благодетельные указы о степени кривизны огурцов и продаже яиц на вес. Объединение — это, может, и замечательно, но вот беда — с момента распада империи Карла Великого и до момента образования Евросоюза Европа не была единой.

Китайская империя была, Халифат был, Блистательная Порта были едиными — а вот Европа не была, и все время, пока Европа завоевывала мир, части ее находились в жесточайшей конкуренции между собой. И эта конкуренция и способствовала прогрессу. Великобритания стала империей не просто так, а в борьбе против Испании; Пруссия стала Германской империей не просто так, а в результате жестких реформ, без которых государство не выжило бы в кольце врагов.

То есть, внимание: может быть, единство — это очень хорошо. Это офигительно. Но это не есть европейская ценность времен расцвета Европы. В зените своей славы Европа не была единой.
Ценность № 2: всеобщее избирательное право

Еще нам говорят, что демократия — это европейская ценность и европейское завоевание; что это самый офигительно хороший режим, и при этом под демократией разумеют всеобщее избирательное право. Кто против всеобщего избирательного права — тот фашист, негодяй и вообще — гад.

Сейчас я на минуточку воздержусь от оценок работоспособности всеобщего избирательного права в какой-нибудь Гане или Палестине, но вот проблема: а какое отношение universal suffrage имеет к традиционным европейским ценностям?

Вы мне не подскажете, для какой демократии Колумб открывал Америку, а сэр Френсис Дрейк грабил испанские корабли?

На Западе времен его расцвета были представлены самые разные режимы: парламентская монархия, как в Великобритании, где круг избирателей был ограничен налогоплательщиками; республика, как в США, где опять-таки избиратели были налогоплательщиками. Абсолютная монархия, как в Пруссии, Испании или России.

Но вот всеобщего избирательного права не было решительно ни в Великобритании, ни в США, и Томас Маколей, историк и член британского парламента, писал в середине XIX века, что это понятие «совершенно несовместимо с существованием цивилизации».

Первый раз всеобщее избирательное право было введено во Франции во времена Великой французской революции и кончилось гильотиной и террором; второй раз (для мужчин) ввел его железный канцлер Бисмарк в Германской империи в 1871 году, желая разбавить свободомыслие немецких собственников шовинистическим угаром безмозглых масс.

Ценз стал понижаться, а избирательное право стало распространяться на неимущих после Первой мировой войны, и окончательно всеобщим оно стало после Второй мировой, под влиянием социалистической идеологии. Во всех нищих странах, в которых его пытались ввести — в той же Африке, — всеобщее избирательное право приводило к переделу собственности, распространению религиозного и национального фанатизма и кончалось диктатурой.

Но я сейчас о другом. Допустим, всеобщее избирательное право — это венец развития. Допустим, каждый безработный ублюдок, громящий лондонский магазин, — это и есть тот парень, который должен решать, как нам всем жить, и кто это отрицает — тот ретроград и фашист. Но при чем здесь европейские ценности? Всеобщее избирательное право не существовало на Западе, пока Запад владел миром. Когда оно пришло на Запад, Запад свое господство в рекордные сроки утратил.
Ценность № 3: социальная справедливость

Еще одной европейской ценностью в настоящий момент является социальная справедливость. Социальная справедливость выражается в том, что если у вас есть безработная наркоманка с пятью детьми, то она будет жить в роскошном особняке, потому что не должны же дети страдать! — это несправедливо, — а если у вас есть работа, муж и семья, то вы будете вкалывать, как ишак, и половину заработанного вами государство будет у вас отнимать, чтобы отдать безработной наркоманке.

Ну не знаю насчет справедливости — с моей точки зрения, несправедливо грабить тех, кто работает, чтобы отдать их деньги тем, кто бездельничает.

Но я о другом: какое это отношение имеет к европейским ценностям?

Напомнить вам, что было бы во времена Британской империи, когда над ней не заходило солнце, — с той же самой незамужней женщиной, у которой вдруг появился ребенок? Ей что, давали пособие? Квартиру? Особняк? Ответ: нет. Она становилась парией.

Во времена расцвета Европы вся забота о социальных благах — о воспитании детей, содержании родителей, медицине, образовании и пр. — была переложена на семью и ее главу, и общество жесточайше противилось любым попыткам переложить бремя этих расходов на общество.
Ценность № 4: мультикультурализм

Еще одной европейской ценностью является мультикультурализм. Он гласит, что все культуры замечательно важны; что каждый иммигрант, приехавший в Швецию или Голландию, имеет право на сохранение своих замечательных традиций, и что если кто-то не понимает, например, какое это счастье для арабской женщины, когда ее брат имеет право убить ее за прелюбодеяние, или какое это счастье для шестилетней сомалийки, когда ей обрезают без анестезии половые губы кухонным ножом на обеденном столе, — то он козел, фашист, ретроград и пр.

Тут надо сказать, я что-то не понимаю этого трепета перед традициями. У Европы были тоже свои традиции — в XV веке в Великобритании врагов короны рубили на четыре части, предварительно выдрав, живьем, кишки и поджарив. Но как-то я не думаю, что Дэвид Кэмерон может отрубить голову своей жене и сослаться на то, что следует традициям Генриха VIII.

Но я сейчас не о том. Какое отношение мультикультурализм имеет к европейским ценностям? Когда Кортес громил ацтекских божков — он что, мультикультурализм проповедовал? Когда Васко да Гама топил корабли с паломниками в Мекку и садил ядрами по мирному населению малабарского побережья — это что, была гуманитарная программа?

Европейские ценности времен колониализма были представлением о безусловном примате прогресса и европейской цивилизации. Одни европейцы были при этом в чистом виде расистами и рассуждали о том, что черная и желтая раса-де генетически неполноценны, другие полагали, что к идеям прогресса и западной культуры рано или поздно приобщатся и другие расы и народы. Но не было тех, кто считал, что каннибализм, или многоженство, или обычай сожжения вдов — это такой замечательный альтернативный обычай, который надо пестовать и лелеять. Аболиционисты в США сражались за свободу дяди Тома. Но они не сражались за то, чтобы дядя Том снял с себя штаны и надел набедренную повязку; чтобы он отказался от имени Том и взял себе имя праотцов — Нкунда или Мбонга, — и чтобы он отказался от английского и заговорил на родном киньярванда. Им бы в голову не пришло сражаться за подобный бред.

Как только эта идея — о превосходстве европейской цивилизации — кончилась, то кончилось и превосходство европейской цивилизации. Вместо Европы, которая колонизует весь мир, мы имеем теперь весь мир, который колонизует Европу.

Возможно, мультикультурализм — это замечательно, офигительно, и только ретрограды и фашисты не понимают, почему по улицам Лондона ходят закутанные в паранджу гражданки Великобритании. Но факт то, что мультикультурализм не имеет никакого отношения к традиционным европейским ценностям времен расцвета Европы.
Ценность № 5: государственное регулирование

Наконец, есть еще одна «европейская ценность», о которой нам почему-то мало говорят, но которая видна как на ладони. Это государственное регулирование всего и вся.

Причина, по которой об этой ценности не говорят, очень проста — она в корне противоречит идее частной собственности.
Либо частная собственность, либо регулирование.

Знаете ли вы, что в Великобритании до конца XIX века не было закона об охране памятников культуры? И когда в 1870-м его попытались принять, то тогдашний премьер Бенджамин Дизраэли прямо заявил, что он противоречит идее частной собственности. Стоунхедж чуть не снесли — едва не проложили через него железную дорогу.

Знаете ли вы, например, что статую Свободы в США установили на частные деньги? И федеральное правительство, и штаты, в которых правили налогоплательщики, запретили выделять хоть один казенный цент. Резон был простой: если это надо обществу, общество само даст деньги. И дали — Джозеф Пулитцер, издатель нью-йоркской World, печатал имена каждого, кто из последних сбережений присылал 5 или 60 центов. Это полезно вспомнить, когда читаешь, что конгресс без звука выделил на реставрацию статуи Свободы очередные двадцать с лишним миллионов долларов.

Нынешние законы бюрократической Европы безумны. В Испании целые сельскохозяйственные регионы превратились в пустыни, потому что фермерам платят за то, чтобы они не выращивали продукцию. В Италии поля покрыты солнечными батареями, которые не передают выработанную электроэнергию никуда, потому что им все равно за нее платят; в Германии экономные немцы освещают солнечные батареи… электрическими лампочками, потому что выработанную так энергию забирают в сеть с премией.

Вы можете себе представить, чтобы в Европе XVIII века платили субсидии крестьянам или парламент диктовал форму огурцов?
Социал-демократические, а не европейские

Итак, вот первая вещь, о которой я хочу сказать. Я не понимаю, почему люди, рассуждающие о терпимости, социальной справедливости, всеобщем избирательном праве, демократии и пр., — говорят о «европейских ценностях».

Это не «европейские ценности». Это социал-демократические ценности. Это ценности, которые не имели ничего общего с теми ценностями, которые исповедовали Колумб, Ньютон, Васко да Гама и даже Томас Джефферсон. Эти ценности появились в конце XIX века, а укрепились благодаря победам левых на выборах и диверсионно-идеологической мощи сталинского СССР.

Это также не «общечеловеческие ценности». Эти ценности не исповедовали ни Джон Локк, ни Адам Смит, ни авторы Декларации независимости. Что еще важнее: эти ценности так же не исповедуют — в другом смысле — ни Бен Ладен, ни воинствующие исламисты, ни деклассированные подонки, устраивающие погромы на улицах Лондона. Это, согласитесь, некоторая проблема, когда группка мусульман объявляет лондонский пригород Waltam Forest зоной шариата и обещает заставить женщин закрывать свои лица, а либеральные созерцатели этой инициативы кивают головами: вот, мол, есть и такая мультикультурная точка зрения.
Мне не нравится, когда мне называют «общечеловеческими» и «европейскими ценностями» то, что не является ни тем, ни другим. Мы этого добра уже накушались в СССР. Там сплошь тоже все вверху были большие любители социалистических ценностей, которые были самыми прогрессивными и должны были восторжествовать во всем мире.
А дальше?

Но самое главное другое. Хорошо, скажете вы мне, пускай эти ценности не общечеловеческие и не европейские. Пусть правящая европейская бюрократия и левые европейские интеллектуалы тут нам врут.

Но ведь мир не стоит на месте! Мало ли что там было в XVIII веке! В XVIII веке вешали за кражу курицы. В XVIII веке в Лондоне не было полиции, а количество убийств составляло 52 трупа на 100 тысяч (в 52 раза больше, чем сейчас). В XVIII веке люди не мылись неделями, в Лондоне не было канализации, а 9-летние дети на мануфактурах вкалывали 14-часовой рабочий день. В XVIII веке женщины носили корсеты, а к парикам полагались блохоловки — вы же, Юлия Леонидовна, не хотите ходить в корсете и с блохоловкой? И, наверное, вам не кажется справедливым, чтобы дети работали по 14 часов?

Вот были такие ценности, а стали другие. Лучше.

На это я отвечу так. Во-первых, нечего примазываться. Кошку надо называть кошкой, а не утконосом. Не называйте свои ценности «европейскими», а честно называйте их «социал-демократическими». И докладывайте без утайки, что вот, мол, исходные европейские ценности были дрянь, но мы их все аннулировали и построили прекрасный новый мир.

Второе. Перечисляйте мне все ценности. Не рассказывайте мне, пожалуйста, что в Европе осталась свобода предпринимательства. А говорите честно: «Мы, государство, считаем правильным забирать деньги у работающих людей и отдавать их неработающим. Потому что чем больше мы забираем денег, тем больше возрастает наше могущество и тем больше возрастает количество избирателей, которые зависят от распределяемых нами денег и голосуют за нас». Перечисляйте свои ценности в правильном порядке, и если торгуете курицей, не называйте ее карпом.

А в-третьих, понимаете, какое дело. Конечно, в мире все меняется — кроме желания толпы жить на халяву и иметь вожака, который эту халяву подарит. Но вот какая проблема. 500 лет крошечная часть света — Европа — властвовала над миром. Она добилась этой власти благодаря частной собственности, техническому прогрессу, конкуренции европейских стран между собой, ощущению собственного цивилизационного превосходства и минимальному — по сравнению с азиатскими — государству. И за 20 лет, прошедших с момента объединения Европы и торжества «общечеловеческих ценностей», это лидерство профукали.

Такого фантастического отрицательного результата не добивался даже Китай эпохи Цинь.

[Alexandr_ Cammina]

22 Август 2011 в 19:03
Ну что ж, после старательного обсуждения, где тут хором пытались найти крупицы истины в данном творении, г-жа Латынина все же тиснула его на Эхе практически в том же виде. Подтвердив репутацию человека, которого заданная идея зачастую волнует меньше собственной репутации.

Нам остается попробовать применить ее способы логического доказательства, основанного на простой связке "до того - после того".

Возьмем ее фразу:
"Всеобщее избирательное право не существовало на Западе, пока Запад владел миром. Когда оно пришло на Запад, в рекордные сроки господство над миром было утрачено."

и применим ее к проблеме предоставления избирательного права женщинам. Такой авторитет как английский премьер Гладстоун в 1880-е годы заявил что не может одобрить предоставление избирательного права женщинам потому что он слишком уважает их, чтобы "посягать на утонченность , чистоту, изысканность и благородство" их натуры, вовлекая их в в вульгарную политическую жизнь.

Еще раньше времена знаменитый филогсоф Дж.Милль высказался за предоставление этого права женщинам, но он же был сторонником образовательного ценза, и женщины в связи с малообразованностью могли получить всего по 1 голосу (против 6 у юристов или сященников).

Итак следуя за Латыниной, мы можем теперь с совершенной определенностью заявить что всем нравственным бедам нашего столетия мы обязаны исключительно этой неразумной реформе. Когда избирательное право пришло к женщинам нравственность погибла.

Доказательство: Как мы знаем одними из первых дали женщинам это право в американском штате Юта. Большую часть его населения составляли мормоны, имевшие каждый от 3 до 5 весьма послушных жён (у начальства до 25). Зато одновременно воздержание от табака, алкоголя и внебрачных связей давало результат - смертность от рака легких пищевода и матки была на 22% ниже среднего по Америке. Так что в прагматическом плане г-жа Латынина имеет еще материал для дальнейших интересных идей.

[Николай Кавказский]

http://yabloko.ru/blog/2011/08/24

// Живой журнал Николая Кавказского,24.08.2011
Юлия Латынина написала очередную провокационную статью «Европа, ты офигела». Латынина в своей статье критикуют «европейские» ценности, ей не нравится, например, всеобщее избирательное право. Наверное, по мнению Латыниной, демократия - это власть демократов? Да, действительно, на свободных выборах могут победить кто угодно, но это не значит, что свободные выборы не нужны. Демократы, с одной стороны, не должны быть популистами и идти на поводу у людоедско настроенного народа. Также демократы не должны в чем то ограничивать права граждан, если позиция этих граждан не совпадает с позицией демократов. Демократы, на мой взгляд, должны пытаться переубедить население, объяснить народу, например, что национализм - это плохо, потому что не бывает плохих народов, а бывают плохие люди среди представителей любого народа.

Юлии Латыниной не нравится и социальная справедливость: социальные гарантии малоимущим она называет грабежом. По мнению Латыниной незамужние женщины, которые посмели родить ребенка, должны становится изгоями общества, а лучшей моделью семьи является семья патриархальная.

Латынина критикует и европейский мультикультурализм. Однако, под мультикультурализмом она почему-то понимает исключительно обычаи сожжения вдов, многоженство, закутывание женщины в паранджу и каннибализм. На мой взгляд, очень странное определение мультикультурализма… Вот википедия дает другое определение этого явления: «мультикультурализм — один из аспектов толерантности, заключающийся в требовании параллельного существования культур в целях их взаимного проникновения, обогащения и развития в общечеловеческом русле массовой культуры». Я не слышал о том, что бы сторонники мультикультурности утверждали, что это явление заключается в праве различных религиозных фанатиков забивать своих жен камнями за «супружескую неверность». На мой взгляд, тут банальная подмена понятий, когда автор сначала под термин подводит то определение, которое он сам придумал, а затем с легкостью его критикует.

Далее автор статьи утверждает, что частная собственность и государственное регулирование вместе существовать не могут. Однако, государственное регулирование всегда существовало ровно столько, сколько само государство. Во всех странах мира сейчас существует государственное регулирование. Государство без государственного регулирования - это что-то из области отнюдь не научной фантастики.

Кстати о фантастике. У Латыниной с художественной точки зрения не такая уж и плохая фантастика. Но идеи, заложенные в ее книгах такие же человеконенавистнические, как и в ее статьях. Взять хотя бы цикл Вейская империя, где у одного из главных положительных героев есть личная тюрьма, в которой пытают людей. А другой положительный герой цинично убивает своих союзников марксистов, которые больше ему не нужны. В одной из этих книг Латынина выступает и против всеобщих выборов, на которых подавляющее большинство у нее получают сектанты мракобесы.

В своей статье Латынина возмущается тем, что социал-демократические ценности стали вдруг европейскими и общечеловеческими. Но левые начали приходить к власти на выборах в Европе уже в начале 20го века. Почему за столетие социал-демократические ценности не смогли превратиться в общеевропейские? Европейские страны уже находятся на очень высокой стадии экономического развития, а бурный экономический рост Китая и Индии возможен как раз и из-за того, что до сих пор очень сильно отстают в уровне жизни и благополучия от развитых европейских стран.

Для Латыниной приоритет - это мировое лидерство и власть. Для людей цивилизованных приоритетом является свобода, экономическое благополучие и права человека. Европа выбрала левые социал-демократические ценности и постепенно идет к демократической многоукладной экономике. Да и идеология либерализма в последнее время начала леветь.
И если более радикальные сторонники правой консервативной идеологии, от отчаяния как Андерс Брейвик, устраивают теракты, то Латыниной остается, лишь эпатировать публику своими статьями.

Атор - член социал-демократической и молодежной фракций партии "Яблоко"

[Falanster]

28 August 2011 @ 01:06 pm

28.08 в 21.30

Уважаемая редакция «Новой газеты»!

Поводом для нашего обращения послужила программная, очевидно, статья Юлии Латыниной «Европа, ты офигела!», опубликованная в номере вашей газеты за 16.08.2011
27.08.2011

К сожалению, выраженные в этом манифесте взгляды не являются чем-то принципиально новым для достаточно широкого сообщества либеральных авторов. Неприязнь к «социалистической» и «толерантной» Европе, апология стихии «свободного рынка», яркий антидемократический пафос и культивируемая ненависть к «быдлу», презрение к слабым и проигравшим, переходящее в оголтелый этнический и социальный расизм — все это давно уже стало основанием для своеобразного либерально-консервативного консенсуса, и последняя статья Латыниной выделяется на этом фоне разве что нарочито-провокативной формой изложения. Тот факт, что люди, высказывающие подобные взгляды в России по странному стечению обстоятельств одновременно являются борцами за политические свободы и «честные выборы», не должен вводить в заблуждение.

Стоит напомнить, что совсем недавно именно подобное сочетание — антиэгалитаризма, антимарксизма, исламофобии в трогательном единстве с приверженностью консервативным ценностям и идеологии свободного рынка породило Андерса Брейвика, устроившего бойню на норвежском острове Утойя. Эти события бросают кровавый отблеск на манифест Латыниной, который не выглядит более как невинная игра ума интеллектуала увлеченного идеями фон Хайека, Пиночета и Ли Куан Ю. Очевидно, что в условиях краха неолиберальной модели развития мировой экономики тонкая грань разделяющая откровенных неонацистов и рукоподаваемых носителей консервативных и неолиберальных ценностей становится все более призрачной как в Европе так и в России. Мы считаем взгляды, представленные в тексте Латыниной, крайне опасными и убеждены в необходимости публично и жестко им оппонировать. Такая дискуссия — о кризисе европейского «социального государства», будущем демократических институтов, справедливом перераспределении общественных благ, «мультикультурализме» и различных альтернативах ему — необходима не столько для соответствия ритаулам плюрализма, но прежде всего для противодействия мутной реакционной волне, захлестнувшей наше общественное пространство.

Мы рассчитываем на то, что одной из принципиальных площадок для подобной дискуссии станет ваша газета.

С уважением,

Алексей Цветков, писатель

Андрей Лошак, журналист

Борис Куприянов, проект «Фаланстер»

Николай Олейников, художник

Екатерина Деготь, искусствовед, куратор

Илья Будрайтскис, публицист, учитель средней школы

Александр Тихонов, историк (Ярославль)

Денис Мустафин, художник

Илья Матвеев, аспирант МГУ

Дмитрий Потемкин, редактор, переводчик

Дмитрий Райдер, переводчик, журналист

Алексей Пензин, философ, научный сотрудник ИФРАН

Мария Чехонадских, критик искусства, куратор, исследователь

Леонид Чучман, монтажник ТАКП, малоточных сетей

Таус Махачева, художник, участник 4й Московской Биеннале

Арсений Жиляев, художник, куратор

Анастасия Потемкина, художник

Александр Евангели, критик и теоретик искусства

Павел Арсеньев, поэт и критик

Влад Софронов, публицист, переводчик

Александр Дельфинов, поэт (Берлин)

Ника Дубровская, исследователь (Берлин)

Сергей Козловский, профсоюзный работник (Москва)

Антон Очиров, поэт

Владимир Плотников, политический и профсоюзный активист

Диана Мачулина, художник

Оксана Тимофеева, философ

Григорий Кудряшов, юрист

Филипп Перхов, художник, издатель

Александра Сухарева, художник

Дмитрий Виленский, художник, редактор газеты «Что делать?»

Дарья Атлас, критик, искусствовед

Иван Бражкин, художник

Александр Лехтман, социальный активист

Екатерина Лазарева, искусствовед

Александр Адрианов

Борис Пастух, профсоюзный работник

Сергей Гуськов, журналист

Александр Касьяненко​, издатель

Стас Шурипа, художник, преподаватель

Кербиков Михаил, историк, научный сотрудник ЯМЗ (Ярославль)

Аня Титова, художник

Егор Сковорода, журналист

Юлиана Лизер, режиссер документалист

Денис Денисов, грузчик

Карен Саркисов, философ, преподаватель

Игорь Люлюшин, юрист (Рыбинск)
Список подписантов растет и обновляется на специально сделанной страничке http://openletter2011.wordpress.com/

Если вы солидарны с нашими тезисами, можете поставить под открытым письмом свои подписи.
Присылайте свои имя, фамилию, род занятий (прочее – опционально) на адрес: openletter2011@gmail.com

Кросспост приветствуется

[Marsel_izkazani]

http://www.kv.by/data/software/2007/2007280502.gif
Ли Куан Ю не оторванный либерал:

«Если бы мы не перераспределяли те блага, которые наши люди создавали в условиях рыночной конкуренции, мы бы ослабили чувство солидарности между жителями Сингапура, ослабили бы чувство того, что все они – люди одной судьбы.

Я попробую объяснить необходимость правильного баланса между индивидуальной конкуренцией и групповой солидарностью, используя восточные символы «инь» и «янь». Эти округлые символы, похожие на рыбок, вместе образуют круг. «Инь» представляет собой женский элемент, «янь» – мужской.

Чем больше «янь» (мужского элемента), то есть, чем больше конкуренции в обществе, тем больших результатов оно добивается. Если «победитель получает все», то конкуренция будет острой, но групповая солидарность – слабой.

Чем больше «инь» (женского элемента), то есть, чем равномернее распределены результаты работы, тем сильнее групповая солидарность, но тем ниже общие достижения ввиду ослабления конкуренции.» Ли Куан Ю "Сингапурская история: из третьего мира — в первый"

[Monkeyfree]

1.*Либеральным* подписантам нужно стыдиться подобных коллективных осуждений. В СССР такого было достаточно, если помните\знаете.
Если вы не понимаете каких-то простых истин, то это ваши проблемы.
Что за порочное желание уложить Латынину в прокрустово ложе собственных иллюзий, фобий или необразованности(например в социологии)?!
2.Я сам радикальный либерал-демократ, но взгляды Латыниной во многом совпадают с моими. А вы, по-моему, создали искусственный неживоподобный шаблон либерала-демократа и фальшиво его придерживаетесь.

Я бы мог разложить вам по косточкам статью Латыниной (ну не разжевала она вам ее, предполагая достаточную образованность), чтобы показать ваши заблуждения.
Например, о ее якобы ксенофобии.
Объясняю на пальцах для особо одаренных в области социологии.
У социума(например, в виде развитого запада) есть структура.
У социумной структуры есть запас прочности. И он не безграничен.
Вот сколько, по вашему мнению, нужно переселить в Лондон африканцев, чтобы жители Лондона не потеряли\потеряли в качестве жизни?
А вы сами жили когда-нибудь в африканских странах, чтобы иметь право рассуждать об *оголтелом расизме* НЕ ОТВЛЕЧЕННО? Оголтелые расисты приезжают из Африки в Англию.
А самые ярые противники мультикультурализма живут в исламских государствах. И тоже
прутся в Англию и др.развитые.
Так вот, Латынина защищает СТРУКТУРУ развитых. Ну обвините тогда дачников, что они пропалывают культурные растения от сорняков и паразитов.
Еще раз предлагаю безумным ксенофилам пожить хотя бы в общаге с африканцами, а потом рассказать об оголтелом расизме, о котором у вас ложное представление.
Либерализм подразумевает защиту прав каждого гражданина, включая его право на БЕЗОПАСНОЕ существование в своем Лондоне.
Где ваша Логика, господа подписанты? Извините, но выглядите вы убогенько - социологический инфантилизм вас не украшает.

[Алексей Цветков]

http://www.inliberty.ru/blog/transatlantic/3322/
25 августа

Каждый раз, когда я обращаюсь к публицистическому творчеству Юлии Латыниной, а делаю я это по возможности редко, у меня возникает странное чувство, что это творчество не имеет никакого отношения ко мне или другим людям, даже ко всему внешнему миру, а является для автора некоей терапевтической попыткой внутреннего преодоления, не обязательно успешной. В сравнение напрашивается публичная истерика, вспыхнувшая по каким-то личным причинам и тем не менее приветствующая максимальную аудиторию, в том числе тех, кто оказался поблизости случайно и испытывает глубокую неловкость. И каждый раз, когда я пытаюсь разобраться в ее взглядах, я каким-то симметричным образом чувствую, что делаю это тоже из личных побуждений – не затем даже, чтобы восстановить истину, а с целью проверить, не слишком ли и мои жизненные параметры отклонились от самой приблизительной нормы.

Человек, выбитый из психического равновесия, поневоле пренебрегает стандартным словарем и изливает свои чувства сбивчиво, пытаясь компенсировать децибелами дефицит лексики – ЮЛ и без того обычно не в меру экспансивна, а одна из последних ее инвектив выполнена со всеми стилистическими особенностями речи мелкого частного предпринимателя из сферы розничной торговли, хотя письменный текст вынуждает нас лишь воображать необходимую сопроводительную мимику и междометия. Обращают на себя внимания, в частности, популярные суперлативы: слова «офигеть» и «офигительно» мелькают в коротком тексте пять раз, причем читателю настоятельно дается понять, что речь идет об эвфемизме. Человек, выбитый из психического равновесия, впадает в заблуждение, согласно которому резкость интонации добавляет аргументу убедительности.

Сама по себе неадекватная аргументация не означает, что тезис ложен, поэтому обратимся к тезису. ЮЛ отвечает на обвинения своих оппонентов в «фашизме» и в том, что она якобы поносит европейские ценности. Но доводы ее в этом споре несколько неожиданны: она не только не выступает в защиту поруганных ценностей, но и отрицает факт самого их существования, а заодно и реальность самой Европы — точнее, Европы как некоего единства: «Китайская империя была, Халифат был, Блистательная Порта были едиными — а вот Европа не была, и все время, пока Европа завоевывала мир, части ее находились в жесточайшей конкуренции между собой».

Оставив истерический синтаксис на совести автора, отмечу явную лексическую путаницу. Слово «единство» вовсе не содержит в себе идеи полной гомогенности, но зато содержит идею степеней единства, от разрозненности до сплоченности. В различные времена европейской истории эти степени были, естественно, разными, но если обратиться к справочнику по истории чуть потолще, чем брошюрка, которой пользуется ЮЛ, можно убедиться, что во времена средневековья Европа, хоть и была лоскутным одеялом из феодальных владений, в то же время представляла собой единую монархию теократического толка, и ее реальность испытали на собственной шкуре жители разоренного Константинополя и утопленного в крови Иерусалима. Противники этой Европы вполне осознавали ее единство, равно как и сама она — даже в более поздние века, когда войска вполне интернационального состава отражали османский натиск.

Точно так же не выдерживают критики приведенные контрпримеры единства. Китайская империя, как легко узнать из того же справочника потолще, иногда была относительно единой, а иногда, на протяжении целых столетий, не была, и ее составные части вели друг с другом войны. Что касается Халифата, то он вообще был скорее фикцией на протяжении большей части своей истории. И, наконец, Блистательная Порта практически изначально была сшита на скорую нитку из несовместимых кусков, на которые впоследствии и развалилась.

Но куда важнее, чем это шаткое политическое единство, коли уж речь зашла о ценностях, было единство культурное, а оно в Европе было по тем временам беспрецедентным. Мало кто вспомнит, кем был по национальности Фома Аквинский (итальянцем? но понятия «итальянец» в те времена не существовало), зато известно, что он провел немало времени в Париже и Кельне. А один из наиболее архетипичных представителей европейской элиты, Эразм Роттердамский, родился в Роттердаме, много лет проработал в Лондоне, а умер в Базеле. И куда бы эти люди ни переезжали, они мгновенно находили общий язык с равными себе на новом месте — латынь.

Я, впрочем, напрасно привожу все эти доводы, потому что риторический прием ЮЛ называется «наведение тени на плетень», уж не знаю как это на латыни. В том, что «европейские» (на самом деле западные) ценности интересуют ее меньше всего, легко убедиться из приводимого ею списка этих ценностей. Помимо европейского единства в него вошли всеобщее избирательное право, социальная справедливость, мультикультурализм и государственное регулирование. Тут, что называется, смешаны в кучу апельсины с яблоками, но даже не в этом дело: практически ни одно из этих понятий не представляет собой фундаментальной западной ценности, это либо чисто политические меры, вроде европейского единства, либо сложные социальные конструкции, развившиеся исходно из самих ценностей, но вовсе им не идентичные и кое-где приведшие к отрицательным последствиям, что не обязательно компрометирует исходные ценности в глазах непредвзятого наблюдателя.

Полемизировать по поводу каждого из перечисленных вторичных признаков у меня нет времени, поэтому выберу, например, всеобщее избирательное право. Наскоро отметив непригодность этого права для низших рас (ЮЛ упоминает Гану и Палестину — для предпочитающих брошюры потолще упомяну и я, что индекс демократии журнала Economist отвел Гане пристойное 75-е место, значительно впереди любимого ЮЛ Сингапура), автор приводит непобедимый на ее взгляд аргумент, что все главные подвиги Европы, когда она попирала и завязывала узлом все эти низшие расы, были совершены ею до всякого всеобщего права, а теперь вот не попирает, ergo. Тут невольно теряешься — причисли она к добродетелям цивилизации еще и каннибализм, изумление было бы ненамного сильнее. Всеобщее избирательное право — не ценность, по крайней мере для тех, кто с уважением относится к смыслу слов. Оно представляет собой политический механизм, необходимый, но не достаточный для реализации демократического устройства общества, в свою очередь представляющего собой политическую конвенцию ради претворения в жизнь западных ценностей. Будучи изъято из этого контекста, оно приводит к довольно злокачественным результатам, что давно подмечено американским политическим обозревателем Фаридом Закарией, но я уже зарекся обвинять ЮЛ в непомерно широком круге чтения. Эти ценности формировались не теми, кто неизменно вызывает у ЮЛ рефлекс коленопреклонения, деспотами и поработителями, а теми, кого она предпочитает не замечать, гражданами неизвестной ей многовековой европейской республики интеллекта и совести, извлекавшими уроки из общего греческого и римского культурного наследия — теми же Фомой и Эразмом, Лютером и Гоббсом, Локком и Смитом, Кантом и Миллем.

Мой список, конечно, не полон — в подробностях он шире и содержит, в частности, право на неприкосновенность частной собственности. Это право кое-кто считает производным от других, но на мой взгляд оно — в числе самых фундаментальных, поскольку в известном смысле является гарантией всех остальных от посягательств государства. Странным образом оно — единственное отмеченное в тексте Латыниной положительно. Уму непостижимо, каким образом она совмещает его с безудержным этатизмом и явным презрением к таким мелочам как habeas corpus. Наверное и у квадратуры круга еще остались где-то сторонники.

Во всех политических уравнениях ЮЛ с их откровенным и бесстыжим расизмом, попранием элементарных норм цивилизованной полемики и ничем не оправданным высокомерием неизменно отсутствует один важный коэффициент, и отсутствие этого коэффициента фактически лишает ее права рассчитывать на читательское внимание. Этот коэффициент — человек, который если и мелькает в ее выкладках, то лишь в виде отвратительных темнокожих толп, заслуживающих разве что воспитательных мер с помощью огнемета. Она пытается учить нас жить, игнорируя при этом нас самих. Тогда как весь комплекс европейских ценностей, о которых она, по собственному признанию, не имеет понятия, сосредоточен именно на человеке, и если эти ценности порой заводят нас в безвыходные ситуации, у нас всегда остается завещанный великими предшественниками клубок Ариадны, с помощью мы можем вернуться в исходную точку и продолжить поиск правильного пути. Юлия Латынина свой клубок давно выбросила.

[Victor Anatolyevich]

http://shavu.livejournal.com/1537616.html
Спасибо камраду [info]tritopora за сцылку и у него на эту тему, кстати, есть что почитать: http://tritopora.livejournal.com/433546.html
И да - удивительное совпадение с либералом [info]kotsubinsky, которого также весьма рекомендую: http://kotsubinsky.livejournal.com/209015.html

Оригинал взят у [info]chaotickgood в Европа ли офигела?

Я долго думал, за что ухватиться в статье Юлии Латыниной "Европа, ты офигела". Статья эта написана так, что возникает желание критиковать каждую строчку - хотя бы потому, что Юлия традиционно допускает в каждом тексте десятки фактических ошибок. Дизраэли не был премьером Великобритании в 1870 году, деньги в США собирались не на статую Свободы (как известно, сама статуя была подарком), а на пьедестал для нее, и так далее.
Очень легко, погрузившись в перечисление ляпов и несуразностей, потерять и нить мысли, и читательское внимание. Как известно, в подобном споре побеждает не тот, кто прав, а тот, кто громче орет. Поэтому не буду погружаться в частности, а перейду сразу к тезисам Латыниной.

Тезисы, если отбросить пропагандистский напор, выглядят удивительно невнятными. По сути, всю статью Юлия доказывает, что перечисленные ей социал-демократические ценности нельзя называть европейскими ценностями. В то же время ценности консервативные называть европейскими можно. Почему? Потому что Европа достигла "расцвета" в те времена, когда консервативные ценности являлись доминирующими.

Начнем с того, что понимать под расцветом. Что под ним понимает Юлия?

"Пруссия стала Германской империей не просто так, а в результате жестких реформ, без которых государство не выжило бы в кольце врагов"

"Напомнить вам, что было бы во времена Британской империи, когда над ней не заходило солнце, — с той же самой незамужней женщиной, у которой вдруг появился ребенок? Ей что, давали пособие? Квартиру? Особняк? Ответ: нет. Она становилась парией."

"Когда Васко да Гама топил корабли с паломниками в Мекку и садил ядрами по мирному населению малабарского побережья — это что, была гуманитарная программа?"

"Знаете ли вы, что в Великобритании до конца XIX века не было закона об охране памятников культуры? И когда в 1870-м его попытались принять, то тогдашний премьер Бенджамин Дизраэли прямо заявил, что он противоречит идее частной собственности. Стоунхедж чуть не снесли — едва не проложили через него железную дорогу."

Вот так Юлия представляет себе процветающее общество. В кольце врагов, разрушающим культурные памятники, убивающим мирное население и обращающим своих граждан в парий. Далее Юлия уточняет: расцвет состоял в том, что "Европа 500 лет властвовала над миром".

Во-первых - причем здесь ценности? "Ценности" покоряемых европейцами народов незначительно отличались от описанных Юлией. Они тоже "жили в кольце врагов", вырезали мирное население, уничтожали реликвии древности и подвергали социальные низы дискриминации.

Европа доминировала над миром не благодаря ценностям, а благодаря уникальному сочетанию природно-хозяйственных факторов, сделавших её наиболее благоприятной для развития цивилизации. Об этом очень подробно написано, например, в книге Джареда Даймонда "Ружья, микробы и сталь", всех интересующихся отсылаю к ней.

Во-вторых - именно в результате этого научно-технического, экономического прогресса сформировались новые ценности.

Единая Европа - не прихоть зажравшихся бюрократов, как кажется наивным евроскептикам, а политическое отражение постоянно укреплявшихся экономических связей между европейскими странами. Начав с войны всех против всех, европейские страны постепенно перешли к войнам между блоками государства (самыми известными из которых являются две мировые войны), а затем и полному единству.

Всеобщее избирательное право явилось неизбежным следствием развития промышленности, породившего рабочий класс - огромный класс жизненно необходимых экономике политически активных людей, не обладающих собственностью. Имущественный ценз исчез не "под влиянием социалистической идеологии", а потому, что перестал соответствовать социально-экономической структуре общества.

Социальная справедливость тоже имеет свою причину. Социальное неравенство и безработица, помимо того, что они эстетически приятны Латыниной, влекут за собой снижение платежеспособного спроса и в перспективе - крах экономики под напором очередного кризиса. Снижение налогов означает эрозию общественного образования и здравоохранения - что в перспективе ведет к исчезновению квалифицированной рабочей силы и падению средней продолжительности жизни.

Кроме того, рост социального неравенства неизбежно провоцирует и рост преступности. Здесь показательна фраза о наркоманке с детьми. Юлия Латынина не хочет, чтобы наркоманы получали скромное пособие (про особняк - это, разумеется, ее фантазии), она предпочитает, чтобы наркоманы добывали его путем преступной деятельности. Все предлагаемые правыми решения этой проблемы - усиление полиции, принудительное лечение наркоманов, и.т.д - удручающе неэффективны, требуют огромных денежных трат (деньги берутся все из тех же налогов) и способствуют распространению в обществе атмосферы страха и насилия, которую никак не назовешь благоприятной. Впрочем, как я понимаю, подобная атмосфера является одним из важных признаков "расцвета по Латыниной".

По поводу государственного регулирования Юлия риторически спрашивает "Вы можете себе представить, чтобы в Европе XVIII века платили субсидии крестьянам или парламент диктовал форму огурцов?". Я не могу этого себе представить. Зато я легко могу представить массовый голод, который в Европе в XVIII веке был обычным явлением. Картофель, кстати вошел в рацион европейцев именно тогда - из-за того, что просто больше нечего было есть. А в XX веке Европа столкнулась с противоположной проблемой - с перепроизводством пищи, ведущим к разорению фермеров и массовому уничтожению продуктов. Согласитесь, пустующие поля совершенно не впечатляют по сравнению с отравленным зерном, вылитым в море молоком или топки тепловозов брикетами из угля и кукурузы. Субсидии крестьянам направлены именно на то, чтобы производилось именно столько продукции, сколько необходимо, не больше и не меньше. Любое отклонение от этого оптимума не принесет никому ничего кроме проблем.

Насчет мультикультурализма следует сказать отдельно. Мультикультурализм, как и любая "ценность"сформировался в ответ на конкретные изменения в экономике. В связи с общим ростом благосостояния и социальной защищенности работодатели стали привлекать для работы на низкооплачиваемых, тяжелых или неприятных работах иммигрантов из стран, пребывающих в состоянии "расцвета", которые были готовы на все, чтобы оттуда вырваться. Естественно, что подобная практика, как и любая сегрегация по национальному признаку, породила гетто, этническую преступность - и мультикультурализм, идеологию,объясняющую, что иммигранты так живут, потому что у них "другая культура". То есть, если отброситьэкивоки - потому что они "сами так захотели".

Латынина пишет:

Как только эта идея — о превосходстве европейской цивилизации — кончилась, то кончилось и превосходство европейской цивилизации. Вместо Европы, которая колонизует весь мир, мы имеем теперь весь мир, который колонизует Европу.

Что это означает? Всего лишь то, что она не понимает более тонких форм управления, чем прямое завоевание (и желательно с геноцидом). Колониализм сменился неоколониализмом, военные угрозы уступили место политическому шантажу и тонкому экономическому манипулированию (лишь изредка, как в случае в Ливией, сменяющиеся старой доброй интервенцией) - но для Латыниной мир уже колонизирует Европу. Вот что бывает, если перепутать идеологическое оформление реальности с самой реальностью.

В-третьих - о том, какие все-таки ценности следует считать европейскими.

В конце статьи Юлия делает предложение:

Кошку надо называть кошкой, а не утконосом. Не называйте свои ценности «европейскими», а честно называйте их «социал-демократическими». И докладывайте без утайки, что вот, мол, исходные европейские ценности были дрянь, но мы их все аннулировали и построили прекрасный новый мир.

Почему же левые ценности, выработанные Европой в ходе своего интенсивного развития, не следует считать европейскими? Только потому, что консервативные ценности являются "исходными"? А от какого момента считать? Может быть, исходными стоит признать ценности кельтских племен или спартанских рабовладельцев? Ненавистный Юлии марксизм, если вы помните, является синтезом английской политэкономии, немецкой классической философии и французского утопического социализма. Трудно придумать что-то более европейское, даже западноевропейское. В то же время "исходные европейские ценности" почему-то успешнее всего внедряются в Азии - Южная Корея, Тайвань, любимый Латыниной Сингапур.

Нет ли здесь какого-то противоречия в определении?

Напоследок я все же не удержусь и замечу, что в те благословенные времена европейского расцвета, которые пленяют воображении Юлии Латыниной, женщина, пишущая статьи в газету, вызвала бы много интереса. Интереса на уровне "смотрите, говорящий помидор!".

[Николай Руденский]

http://grani.ru/opinion/rudensky/m.187400.html

"Сущее не делится на разум без остатка". Кажется, этот гетевский афоризм особенно применим к текстам Юлии Латыниной. Вроде бы эта одаренная публицистка последовательно привержена тому, что с некоторой долей условности именуется общечеловеческими ценностями: она выступает за свободу, гуманность и равноправие, против произвола и коррупции, ну и так далее. И сама она не раз называла свои убеждения либерально-западническими. Но вот встречаешь ее комментарий по случаю захвата в плен одного из противников Рамзана Кадырова - и с изумлением читаешь: "Вот Рустаму Махаури сейчас подробно разъяснят, кто муж, а кто жена. Я очень рада, что ему будут объяснять в подвалах Центороя, а не в Гааге..." И дальше: "...один из лучших командиров Рамзана Кадырова, Дауд, как раз тот человек, который убил Хайруллу и подарил его труп Кадырову... так вот этот командир – показали по чеченскому телевидению сцену – привез труп боевика отцу и сказал: "Ты говорил, что не можешь решить проблему, вернуть сына из леса. Вот мы решили эту проблему за тебя". И резюме: "Кадыров в этой битве на стороне того, что можно назвать открытым обществом".

А вот как отзывалась г-жа Латынина о тех, кто у нас, скажем так, неортодоксальными методами борется с распространением наркотиков: "Чему я страшно рада? Я не ожидала, что дело Бычкова вызовет такой шум... Была аналогичная история в городе Искитим... Это была жутковатая история, когда местный авторитет... Александр Григорьев, он же Гриня, у которого приемный сын умер от наркотиков, стал выгонять местных цыган и жечь их дома... Уже когда Григорьев сидел, там сожгли один дом. Видимо, жители просто стали ему подражать. И там сгорела 8-летняя девочка. Цыгане сначала уехали, а потом они написали заявление, что их выгнали силой... Тоже наша прокуратура приняла страдания цыган близко к сердцу, и Григорьеву дали, по-моему, 12 лет. Я могу перепутать, но там какой-то чудовищный срок".

Примеры такого странного умиления кровавым варварством в устах продвинутой журналистки не единичны. Раньше я предполагал, что этот парадокс коренится в психологии: ну сидит в культурном человеке инстинктивное восхищение грубой силой, жестокостью - и временами прорывается наружу. Но, оказывается, в этом нравственном сумасшествии есть своя система. Недавно г-жа Латынина дважды - сначала в "Новой газете", а затем на "Эхе Москвы" - сформулировала свой общий взгляд на проблему. По ее словам, едва ли не главной угрозой современному миру является "либеральный фундаментализм" и его практическое воплощение - международное правозащитное движение. Принцип "надо защищать права человека, кем бы он ни был" порочен по своей сути, ибо противоречит основной аксиоме человеческого поведения: зло должно быть наказано.

Приводятся примеры явно положительных персонажей, оказавшихся бы преступниками в рамках правозащитной идеологии: это и Геракл, нарушивший права Лернейской гидры, и Одиссей, некорректно поступивший с Полифемом. Ирония, конечно, убийственная, но ведь, скажем, Рамзан Кадыров, который в глазах г-жи Латыниной предстает наследником античных героев, в подвалах Центороя имеет дело не с гидрами и циклопами, а с людьми. Однако Юлию Леонидовну это не смущает. Главное, считает она, чтобы человек был плохой - тогда его права защите не подлежат и с ним можно делать что угодно.

Представление об универсальности прав человека, о ценности любой человеческой личности Латынина отвергает, поскольку оно "противоречит всему, чему нас учат о герое, добре и зле мифы и литература". В мифах и литературе, конечно, можно отыскать что угодно. Тот же Одиссей, например, сурово обошелся не только с Полифемом, но и со своими домочадцами, не проявившими должной лояльности к хозяину дома за годы его скитаний:

...Все на канате они (рабыни. - Н.Р.), голова с головою, повисли;
Петлями шею стянули у каждой, и смерть их постигла
Скоро: немного подергав ногами, все разом утихли.
Силою вытащен после на двор козовод был Мелантий:
Медью нещадною вырвали ноздри, обрезали уши,
Руки и ноги отсекли ему, и потом, изрубивши
В крохи его, на съедение бросили жадным собакам.

Владимир Соловьев, процитировав это место из "Одиссеи" в своем "Оправдании добра", замечает, что по понятиям гомеровской эпохи Одиссей был вовсе не извергом, а, напротив, высоконравственным и даже чувствительным человеком. Но "такие и еще худшие зверства, какие добродетельный язычник Гомеровой поэмы совершал с одобрения своей общественной среды, совершались и через тысячи лет после него ревнителями христианской веры – испанскими инквизиторами и рабовладельцами-христианами, также с одобрения их общественной среды, несмотря на происшедшее между тем возвышение индивидуально-нравственного идеала. А теперь подобные поступки возможны только для заведомых маниаков и профессиональных преступников. И произошел этот внезапный прогресс только потому, что организованная общественная сила вдохновилась нравственными требованиями и превратила их в объективный закон жизни".

Русский философ написал эти строки больше века назад. С тех пор человечество навидалось всякого. Бывало и так, что "поступки, возможные только для заведомых маниаков и профессиональных преступников" оправдывались и чуть ли не возводились в норму - разумеется, по отношению не ко всем, а только к тем, кто не заслуживает хорошего обращения: нарушителям закона, террористам, классовым врагам, представителям низшей расы... И все же идея всеобщности прав человека постепенно движется к тому, чтобы стать "объективным законом жизни". Даже Юлия Латынина, несмотря на особенности своего индивидуально-нравственного идеала, не оспаривает Всеобщую декларацию прав человека, в которой люди никак не делятся на хороших и дурных. Впрочем, и в конце 1940-х годов, когда принимался этот документ, такой универсализм не был новинкой. Еще в Декларации независимости США (1776) говорится: "Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами...". А почти за два тысячелетия до того было сказано: "Да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных".

30.03.2011 15:44

[Николай Руденский]

http://grani.ru/users/n_rudensky?
18.08. 15:14
В последнем выпуске "Новой газеты" неутомимая Юлия Латынина учинила новую атаку на сегодняшний Запад, погрязший в демократии, гуманизме, терпимости и прочих постыдных слабостях. Неистовая Юлия Леонидовна страстно укоряет Европу за трусливое отступление от сурового воинственного духа славных предков: "Вы мне не подскажете, для какой демократии Колумб открывал Америку, а сэр Френсис Дрейк грабил испанские корабли?.. Когда Кортес громил ацтекских божков - он что, мультикультурализм проповедовал? Когда Васко да Гама топил корабли с паломниками в Мекку и садил ядрами по мирному населению Малабарского побережья - это что, была гуманитарная программа?".

Сближение стран и народов, всеобщее избирательное право, социальная справедливость, поощрение культурного многообразия, социальная ответственность государства - все это, по мнению г-жи Латыниной, ложные ценности, приверженность которым лишает Запад былой мощи и мирового господства и погружает его в историческое ничтожество. А там уже ждут грядущие гунны из нахрапистого третьего мира...

Продвинутая публицистка все чаще проповедует культ грубой силы и все более последовательно отрицает основные принципы современной цивилизации. Об этом удивительном явлении я уже писал и не стал бы повторяться, если бы не опубликованная в том же номере "Новой" статья психолога Елены Корнеевой, которая местами выглядит как прямой ответ Юлии Латыниной. Вот, например, такое рассуждение: "Спасение Европы от иноверцев, превосходство викингов над остальными - идеи того же свойства, что и идея о богоизбранности и духовности России на фоне "бездуховности" остальных. Авторитарная личность живет с картиной мира, в которой опасность и борьба за более высокое место в иерархии - часть бытия. При этом ею игнорируется факт, что повсюду в мире разные этносы мирно сосуществуют, а конфликтуют между собой только поклоняющиеся Силе; что для безопасности общества достаточно работающих для всех одинаково законов и что для воспроизводства любой расы эффективнее рожать и воспитывать детей, а не убивать".

Но особенно сильное впечатление произвела на меня приведенная г-жой Корнеевой фраза из опуса расистского террориста Андерса Брейвика: "Владимир Путин точно знает, что именно происходит, и, как он выразился однажды публично: "Западная Европа движется туда, где она станет колонией своих бывших колоний". Не уверен, что российский премьер действительно так говорил, но вот Юлия Латынина так сказать вполне могла бы. Как известно, сближения бывают странные. Но бывают и закономерные.

[Капо ААВ-старший]

http://www.echo.msk.ru/programs/klinch/807571-echo/
http://www.echo.msk.ru/att/element-13216-picture-165.jpg?1313971470
А что бы никто не увидел, что идеи Латыниной абсурдны мы и подобрали такого соперника. А именно Илью Будрайтскиса учителя, соавтора ответного письма Юлии Латыниной

Ведущие:
Ольга Журавлева ведущая "Эхо Москвы"

Европейские ценности - лицемерие или идеал, к которому надо стремиться

О.ЖУРАВЛЕВА: Добрый вечер и добрый день, это программа «Клинч» в студии телекомпании и радио «Эхо Москвы» Ольга Журавлева. В «Клинче» сегодня сойдутся два человека - Юлия Латынина, журналист и писатель, и Илья Будрайтис, учитель, автор «ответного письма» Юлии Латыниной. Письмо писали в ответ на статью Латыниной в «Новой газете» - «Европа, ты офигела» - многие наши слушатели прочитали ее и ответное письмо.

Ю.ЛАТЫНИНА: название, честно скажу, было придумано «Новой газетой» - я обычно свои статьи называю скромнее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Достаточно остро была названа ответная реплика, подписали ее пару десятков человек.

И.БУДРАЙТИС: На сегодняшний день – уже больше ста.

Ю.ЛАТЫНИНА: С призывом крепко заклеймить «пилатчину» и того богомаза, который вздумал протащить ее в печать.

И.БУДРАЙТИС: Гениально вы сейчас сказали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Наши слушатели уже написали: «Юлия, ты очаровательна и права», и второе…

Ю.ЛАТЫНИНА: «Ты коза».

О.ЖУРАВЛЕВА: «Илья, поддерживаю вас и всех авторов письма». Итак, - ваша позиция по поводу так называемых европейских ценностей, которые вы разбирали и даже признали в каких-то мечтах не ценностями.

Ю.ЛАТЫНИНА: Во всяком случае, не общечеловеческими. Очень простой тезис – мы живем в то время, когда кончается 500-летнее доминирование Европы над миром – это не я сказала, это сказал один из лучших современных историков Фергюссон. Возникает вопрос – как это получилось. Для меня один из ответов заключается в том, что в Европе, посредством демократии, всеобщего избирательного права - подчеркиваю «всеобщее», подчеркиваю, - я не против избирательного права, но не совсем понимаю, почему должны голосовать убийцы в тюрьмах и сумасшедшие в психушках. Получается, что в Европе посредством всеобщего избирательного права к власти пришел фактически социализм и те ценности, которые нам сейчас называют «общеевропейскими, общечеловеческими» - помните, как у нас в СССР было: «все прогрессивное человечество», то же и «общеевропейские», «мультикультурализм», всеобщее избирательное право, социальная помощь, политическое единство Европы, - когда начинаешь разбирать, то видишь две удивительные вещи. Первое - эти ценности не европейские в том смысле, что они не всегда были свойственны Европе, а это ценности социал-демократические. Если говорить о такой вещи, как «мультикультурализм»- согласитесь, когда Васко да Гама расследовал корабли с паломниками, или когда Кортес громил алтари ацтеков, где совершались человеческие жертвоприношения, они не исповедовали мультикультурализм. Может, они были неправы, Васко да Гама был ужасный человек, может, Кортесу нужно было сказать: ребята, у вас супер-уникальная культура, вы приносите в жертву людей.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы хотите сказать, что это двигало прогресс на тот момент?

Ю.ЛАТЫНИНА: На тот момент ценности Европы были другими – может быть, они были плохие, но другие. И когда нам сейчас. В рамках мультикультурализма в Европу стекается бесчисленное количество людей из Сомали. Ближнего Востока, все эти люди ходят заверченные в чадру, продолжают исповедовать свои собственные ценности: обычно не говорят на европейских языках, совершают гигантское количество преступлений, как правило, считают, что они не просто совершают эти преступления, делают джихад против неверных, ненавидят общество, которое их кормит и считают, что оно им должно. А общество говорит: да, мы должны, мы вас обидели, - правда, не знаем, когда.

О.ЖУРАВЛЕВА: Когда был Кортес, например.

Ю.ЛАТЫНИНА: Совершенно верно. Я имею в виду, что, первое, Европа не исповедовала мультикультурализм в 16 веке, когда господствовала над миром, а второе – что идея, что человек, который не живет в твоем обществе, не говорит на твоем языке, презирает, ненавидит тебя и считает, что ты ему должен, - что эта идея здоровая, я не считаю.

О.ЖУРАВЛЕВА: Что возмутило, Илья, и подвигло написать письмо?

И.БУДРАЙТИС: Во-первых, - содержательно, - я не являюсь защитником европейских или социал-демократических, или каких-либо других ценностей, потому что вопрос ценностей всегда является сомнительным. Во-первых, ценности всегда историчны – когда Юлия пишет в своем удивительном тексте, что всеобщее избирательное право это какая-то навязанная социал-демократическая ценность, а минимальное государство и свободная торговля это исконная ценность, благодаря которой Европа процветала, с исторической точки зрения это полный абсурд. Потому что назвать меркантилистскую Европу 17 века…

Ю.ЛАТЫНИНА: Там что, было всеобщее избирательное право?

И.БУДРАЙТИС: Там была свободная торговля – как общеевропейский принцип в 19 веке, примерно тогда же, когда началось движение за всеобщее избирательное право. Я не являюсь сторонником каких-то абстрактных ценностей, я являюсь сторонником социальных завоеваний, которые были достигнуты в результате борьбы простых людей, борьбы трудящихся – например, английских, вообще трудящихся западной Европы, которые завоевали всеобщее избирательное право, равноправие женщин, благодаря которому Юлия Латынина, в том числе, является социализированным журналистом и идеологом отечественного ультраправого крыла. Ценности, благодаря которым понятие «социальная справедливость» стало понятием актуальным, которое стало ориентиром для миллионов людей. Конечно, это не значит, что в Европе сейчас господствует социализм и даже социал-демократия. На протяжении последних 20 лет, о которых говорит Юлия как о закате Европы, мы наблюдаем как раз демонтаж социального государства, которое создавалось после Второй мировой войны, как результат давления, результат внешнеполитического давления - существования советского блока, и как результат давления снизу, - профсоюзов, членов партий, забастовочного движения. На самом деле главное, что меня волнует, это даже не ситуация в Европе, европейские или социал-демократические ценности, которые могут, наверное, за себя сами отвечать своим критикам – меня волнует наша российская ситуация. Потому что сегодня мы живем в стране, в которой ее базовые ценности, ориентиры ее правительства, политической элитой, являются прямо противоположными тем, в которых Юлия объявляет эту «погибающую Европу». Мы живем в обществе, где почти половина населения живет на грани бедности, где понятие «социальная справедливость» употребляется только как объект для насмешек, в обществе, где сегодня простой работающий человек не значит абсолютно ничего. И если вам не нравятся социальные гарантии в Европе, вы имеете возможность сравнить – например, с российским социальным пособием по безработице, которое составляет сегодня около 800 рублей. И мне интересно очень, когда российские либералы, те или иные представители интеллигенции, в частности те, которые солидаризировались со статьей Латыниной, выступают на стороне нелиберальной политики, антисоциальной, на стороне большого бизнеса, поскольку они совершенно не соотносят вое актуальное социальное положение и некую абстрактную сферу идеологии. Никто из них не мыслит себя в положении завтрашнего безработного или нищего пенсионера – все чувствуют себя на месте Христофора Колумба.

О.ЖУРАВЛЕВА: Юля, у вас есть три вопроса.

Ю.ЛАТЫНИНА: Мне тут принесли бумагу – вы издатель сочинений Троцкого, вы троцкист, - собственно, у нас другой человек должен был быть в эфире, - ладно, это другая история . Какое отношение троцкизм имеет к европейским ценностям? Кстати, поскольку в вашем коллективном доносе было написано: Латынина говорит то же самое, что Брейвик - вообще это запрещенный прием, потому что я на Брейвика не ссылаюсь, на мой взгляд, это мерзостный прием. Но учитывая, что вы представитель левой идеологии, которая ответственна в мире в 20 веке за смерть миллионов десятков людей – непосредственно ответственны, не троюродную бабушку – какое отношение троцкизм имеет к европейским ценностям, и стоит ли представителям левой идеологии, которые отвечают за смерть десятков миллионов людей, поминать Латыниной Брейвика в качестве аргумента?

И.БУДРАЙТИС: По поводу доноса - имеет место такое передергивание, - кстати. Я его уже несколько раз встречал. Доносы обычно анонимные и пишутся в органы, доносы не имеют вид публичного письма.

Ю.ЛАТЫНИНА: В 37-м году не было публичных писем?

И.БУДРАЙТИС: Сейчас не 37-й год, и мы не призываем ни к каким санкциям против вас.

Ю.ЛАТЫНИНА: Это коллективистское мышление.

О.ЖУРАВЛЕВА: В письме сказано, что предлагается дискуссия.

Ю.ЛАТЫНИНА: И тут же Брейвик?

И.БУДРАЙТИС: Мы не сравниваем вас с Брейвиком, сравниваем ваши взгляды со взглядами Брейвика. И любой читатель, который доставит себе труд прочитать многостраничный манифест Брейвика обнаружит там немало общего с теми мыслями, которые вы высказали в своей статье, как то: ненависть к социальному государству, мультикультурализму, к тому комплексу идей и представлений, которые вы называете европейскими или социал-демократическими ценностями – речь шла именно об этом. Никто вас не собирался обвинять в преступлении, которое совершил Брейвик. Точно так же я считаю абсолютно некорректными любые попытки заставить сегодняшних актуальных политических активистов, политических деятелей, неважно, с какого фланга, отвечать за преступления, которые какая-то двоюродная бабушка когда-то совершила. Точно так же претензия к российским крайне-правым – они лежат не в области их ответственности за Холокост, поскольку они в этих преступлениях не участвовали, но участвовали лично в конкретных преступлениях, за которые несут ответственность как граждане.

О.ЖУРАВЛЕВА: По поводу троцкизма – это имеет к вам отношение?

И.БУДРАЙТИС: Да, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы троцкист?

И.БУДРАЙТИС: Я марксист.

Ю.ЛАТЫНИНА: Какое отношение троцкизм и марксизм имеет к европейским ценностям?

И.БУДРАЙТИС: Европейские ценности для меня совершенно пустое понятие, я не собираюсь выступать адвокатом несуществующих ценностей.

Ю.ЛАТЫНИНА: И вы подписываете коллективное письмо.

И.БУДРАЙТИС: Потому что письмо в защиту европейских ценностей, а против тех тезисов, совершенно возмутительных, антисоциальных и антинародных, вот и все. Европейские ценности здесь совсем ни при чем.

Ю.ЛАТЫНИНА: На самом деле, почему письмо обращено ко мне? – то, что я сказала, говорило огромное количество людей, стоящих у истоков республиканского правления – начиная от Локка, который создал конституцию Каролины, в которой голосовали только владельцы земли, включая любых мыслителей типа Милля, Джефферсона, Меддисона, который вообще в каждой строке федералиста писал о том, что демократия несовместима с частной собственностью, Джефферсон писал, что чернь является основой для честного правительства, как язвы являются основой для человеческого организма, - прошу прощения за не очень корректный перевод. Существует куча мыслителей либеральных и консервативных, которые говорили ровно то, что я - я в данном случае не претендую на «копирайт». И когда Макаллей пишет, что всеобщее избирательное право несовместимо с цивилизацией. И что социализм это та болезнь, в которую вырождается чистая демократия, я не открываю ничего нового. Почему вы полемизируете со мной, а не с Джефферсоном, Макклеем и Миллем?

И.БУДРАЙТИС: Это странный вопрос. Джефферсон не публикует об актуальной российской ситуации в «Новой газете». Наверное, его сочинения, сочинения Милля, вообще все наследие европейской мысли 19 века является, безусловно, частью некоей истории политических учений.

Ю.ЛАТЫНИНА: На которые я опираюсь.

И.БУДРАЙТИС: А я опираюсь на другое.

Ю.ЛАТЫНИНА: На Маркса?

И.БУДРАЙТИС: Маркс, в свою очередь, тоже опирался на ряд европейских мыслителей - как Гегель, как Руссо, Кант, Спиноза, например.

Ю.ЛАТЫНИНА: Я бы хотела, чтобы вы сформулировали свою программу. Я очень просто могу сформулировать ту программу, которую мне бы хотелось видеть в России. Государство никогда не должно делать то, что моет сделать частный человек, второе: федеральное правительство никогда не должно делать то, что может сделать региональное правительство, и третье: налогоплательщиком должен быть каждый, кто платит хотя бы на рубль больше налогов, чем получает субсидий - вот моя политическая программа. Хочу услышать вашу, только не в жанре «за все хорошее, против всего плохого».

О.ЖУРАВЛЕВА: Можете сформулировать свою политическую программу?

И.БУДРАЙТИС: Я не очень понимаю, что это за жанр, но могу перечислить. Я считаю, что природные богатства и основные предприятия страны не должны находиться в частных руках, считаю, что банковская сфера должна быть национализирована, богатства должны быть перераспределены между всеми трудящимися, и считаю, что государство должно стать делом участия каждого, государство должно быть подлинно демократическим, а значит, должно быть исчезающим государством, переходящим к бесгосударственному социалистическому правлению, а именно, бесгосударственное общество подлинного самоуправления является идеалам социализма, а вовсе не какое-то забюрократизированное, неуклюжее государство, как вы это пытается представить.

Ю.ЛАТЫНИНА: Как это технически осуществить: все в руках государства, но государства нет?

И.БУДРАЙТИС: Я вас отослал бы и вас и слушателей к замечательной книге Ленина «Государство и революция», где он подробно это объясняет.

Ю.ЛАТЫНИНА: Зачем к книге, давайте отошлем к реальности. Мы хлебали эту книгу 70 лет.

И.БУДРАЙТИС: Мы хлебали не книгу.

Ю.ЛАТЫНИНА: Давайте попробуем снова?

И.БУДРАЙТИС: Государство на протяжении 30-, 40-, 50-х гг. Отнюдь не становилось демократическим, государство отнюдь не отмирало, рабочие, и большинство населения этого государства отнюдь не расширяли свое участие в государственных делах, наоборот, власть все больше узурпировалась в руках бюрократии.

О.ЖУРАВЛЕВА: Илья, вы сказали, что все нужно распределить между трудящимися. Банкиры – трудящиеся, по вашей концепции?

И.БУДРАЙТИС: Банкиры - нет, не являются. Безусловно, статья «Европа, ты офигела», является сложным материалом, комплексным для понимания, но у меня есть несколько вопросов. По поводу всеобщего избирательного права вы сказали, что не выступаете против избирательного права в принципе, но не понимаете, почему те или иные персонажи этим правом обладают. В студии вы сказали про заключенных, а в статье вы привели в пример безработных. Считаете ли вы, что избирательным правом должны обладать только люди, обладающие определенным состоянием, собственностью, - выступаете ли вы за имущественный ценз на выборах в современной России?

Ю.ЛАТЫНИНА: Избирательным правом должен обладать любой человек, который платит хотя бы на рубль больше налогов, чем он получает субсидий. Ситуация, которая сейчас происходит в Великобритании – вы говорите о несчастном рабочем классе, - ситуация, когда верхние 20% английского общества, которые зарабатывают 78 тысяч фунтов в месяц и платят 20 тысяч фунтов налогов, и нижние 20% зарабатывают 5 тысяч фунтов в месяц, но получают в итоге на 15 тысяч фунтов субсидий. То есть, разница, которая изначально составляла раз в 16, сокращается до 4. Она означает не то, как в вашей марксисткой истории – бедные эксплуатируются богатыми. Она означает ровно наоборот: что рабочего класса практически нет, каждый человек, который может работать – тот зарабатывает. Бедный это тот человек, который выбирает, быть ли бедным – на западе, не сейчас, в России. И поскольку эти люди не хотят работать, я совершенно не понимаю, почему люди, которые живут на субсидиях, - совершенно не понимаю, почему эти люди должны решать судьбу тех, кто им платит. В России тоже сейчас сформировалась своя субкультура бедности: есть 6 млн человек, которые отнюдь не являются пролетариатом, - я не знаю, в каком виде существует современный пролетариат, - 6 млн человек, которые не хотят работать. Я не понимаю, почему 6 млн человек.

И.БУДРАЙТИС: А откуда вообще эти данные про 6 млн.? То есть, 6 млн, на вопрос, хотите ли вы работать, ответили: нет, мы хотим погрязать в культуре бедности.

Ю.ЛАТЫНИНА: Вы не знаете таких людей, они не существуют?

И.БУДРАЙТИС: Я не знаю, я спрашиваю - мне интересно.

Ю.ЛАТЫНИНА: Илья, наш родитель рабочего класса не знает, что в России есть такие люди, которые будут колоться, жить на пособия?

И.БУДРАЙТИС: на пособие в 800 рублей? Я знаю, что в России существует миллион учителей, большая часть которых получает зарплату ниже прожиточного минимума. И знаю, что эти люди работают по 20-25 часов в неделю, берут полторы-две ставки. И все равно из бедности не могут вылезти.

Ю.ЛАТЫНИНА: Сообщу товарищу марксисту, что человек. Который работает на севере, рабочий на «Газпром», получает 180 тысяч рублей – это средняя зарплата, человек, который работает на башкирских заводах – 150 тысяч рублей. Года два назад у меня был разговор с приятелями, которые закупили «харверстери» - это штука для рубки леса как комбайн, - они тогда, несколько лет назад, платили своим рабочим 80 тысяч, и у них была проблема, что никто за эти деньги не хочет работать. Но в соседней деревне жили мужики, которые пили водку и больше ничего не делали. Не понимаю, почему мужик, который пьет водку и больше ничего не делает, должен голосовать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Если человек живет на пособие, потому что инвалид – он тоже не должен иметь избирательного права?

Ю.ЛАТЫНИНА: Это другая история.

И.БУДРАЙТИС: А где заканчивается одна история и начинается другая?

Ю.ЛАТЫНИНА: Такие истории достаточно формализованы – в мире существуют способы введения образовательных цензов, существуют способы введения имущественных цензов, - а о чем мы сейчас спорим? В России сейчас нет избирательного права и нет выборов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Здесь мы сделаем перерыв на новости. Никуда не уходите, мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: Продолжаем программу. Позиции были изложены, из всех ценностей, упомянутых в статье, мы сконцентрировались на избирательном праве вместе с социальной справедливостью.

Ю.ЛАТЫНИНА: две такие маленькие ценности – дай бог нам это разобрать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Продолжим, далеко не будем уходить.

И.БУДРАЙТИС: У меня вопрос – может, я не слежу за всем вашим творчеством в полном объеме, но меня интересует больше вопрос – что вас в современной России не устраивает? Казалось бы, - в стране нет прогрессивного налогообложения, отсутствует практически система социальных гарантий, мультикультурализм вообще не ночевал: Холокост отрицают, черных черными называй, - достойное, с вашей точки зрения общество. Бедные находятся в полном отстое, могут смело умирать. В чем проблема в России, что вам не нравится?

Ю.ЛАТЫНИНА: Проблема России заключается в том, что Россия идет в никуда, что в России уменьшается население, нет никаких выборов – ни с цензом, ни без ценза, - их нет никаких именно потому, что в 1991 г. выборы были для всех. И именно человек, который чувствует себя ответственным за судьбу общества понимает, что это бесполезно ходить голосовать, если на выборы Матвиенко привезут 10 автобусов – ходи или не ходи, твой голос потеряется в голосе быдла. Это фундаментальная проблема, которая привела к тому, что у нас в 1991 г. были выборы, а сейчас – Путин. Меня не устраивает то, что в стране происходит полное вырождение экономики, интеллекта, что все люди уезжают на запад. Если вы считаете, что в современной России существует свобода предпринимательства, возможность нормально вести свой бизнес, то я не знаю, о какой России мы говорим.

И.БУДРАЙТИС: Я имею в виду, что в современной России полностью уничтожена, например, вся система дошкольного образования, практически уничтожены бесплатные детские сады, добивается сегодня доступное всеобщее образование - этого вполне достаточно для той колоссальной деградации, о которой вы говорите. И надо сказать, что 20 лет назад. Когда в стране были действительно демократические выборы и высокий уровень политического участия, в целом уровень политической культуры, избирательной сознательности был гораздо выше, чем сегодня. И те самые избиратели Матвиенко, которых привозят на автобусе, они берут не своим числом, а пассивностью всех остальных. Большинство не ходит на выборы – в этом главная проблема, а не в том, что 10% зависимых бюджетников мобилизуют питерские власти.

Ю.ЛАТЫНИНА: меня не устраивает, что в современной России нет рынка и свободы, а что касается социальных гарантий для бедняков, боюсь, тут вы не совсем правы. Потому что одна из вещей, на которых держится Путинское правительство, это то, что в некотором совершенно минимальном объеме – конечно, не таком, как в Европе, эти – не социальные гарантии, а подачки, - предоставлены для того, чтобы 6 млн человек, как минимум, могли существовать, ничего не делая. К сожалению, социальное иждивенчество удивительно тем, что оно может существовать на чрезвычайно маленьких объемах.

И.БУДРАЙТИС: Можете пару примеров подачек?

Ю.ЛАТЫНИНА: Я открываю интернет и вижу сообщение из Екатеринбурга о семье уволенного из колхоза тракториста, у которого 11 детей и который живет на социальные пособия и фотографию этой семьи. На фотографии сидит здоровый сын лет 20, который тоже живет на детское пособие. Они так живут, об этом написано, и они говорят: нам государство не помогает. И этот мужик в 20 лет не думает, что может поехать на тот же север, на 180 тысяч, мужик-тракторист не думает уехать на заработки. И у них уже растет третье поколение, потому что 11-й ребенок - это их девочка, которая в 20 лет родила - почему-то она решила не получать образования. Ужас заключается в том, что чрезвычайно маленькие деньги нужны для того, чтобы у народа образовалась психология иждивенца. Это тот эффект, который мы видели во всех странах – там, где властвует мафия: пахан сидит сверху, не дает, никому зарабатывать – неважно, происходит это в Южной Италии или где-нибудь в Палестине, под руководством «Хамас» - никому не дается зарабатывать, никакой своды рынка и предпринимательства. Зато немножко, копейку дают людям, и люди на эту копейку существуют и славят пахана. Это механизм – так функционирует мафия, так функционирует современное российское государство. Кстати, оно инкорпорирует эту - я бы не сказала социальную защищенность, - ровно ту долю денег, которой хватает для того, чтобы посадить человека как на иглу: чтобы он не умер с голоду, но чтобы не хотел зарабатывать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Небольшая интермедия. Вы сказали, что выступаете за всеобщее избирательное право, основываясь на том, что когда в России были более активные избиратели, то жизнь была лучше, - так?

И.БУДРАЙТИС: Я такого не говорил. Я говорил о том, что это, свойственное многим либеральным публицистам представление о том, что 90 или 80% народа России это быдло, не готовое к демократии. Которое не хочет работать, которое готово шиковать на пособие в 800-1000 рублей, и которых по этому поводу нельзя допускать до выборов – они рассматривают ситуацию в России вообще вне контекста тех катастрофических реформ, именно рыночных и либеральных реформ, которые здесь проходили последние 20 лет. И общий уровень людей – образования, вообще вовлеченности в дела общества, снизился в десятки раз. Сегодня мы имеем гораздо более деградировавшее, пассивное и потерявшее надежду население чем то, что мы видели 20 лет назад.

Ю.ЛАТЫНИНА: Это произошло из-за рыночных реформ, а не из-за Путина?

И.БУДРАЙТИС: Это произошло из-за рыночных реформ, из-за того, что огромное количество людей…

Ю.ЛАТЫНИНА: Не из-за Путина?

И.БУДРАЙТИС: Это произошло гораздо раньше, в 90-е гг., когда десятки миллионов людей потеряли работу, оказались в ситуации, когда никто ничем не мог им помочь, они были выброшены в пространство голой жизни, в которой они сами должны выплывать.

Ю.ЛАТЫНИНА: А кто может за человека выплыть?

И.БУДРАЙТИС: Вообще с времен звериных отношений, когда люди находятся в состоянии перманентной войны всех против всех прошло довольно много времени, цивилизация создала некоторые ценности общежития, в том числе, понятие об общественном благе, о том, что если, например, умирает человек, или рядом человек, у которого нет дома, то это проблема не его личная, а всего общества в целом. Потому что если в обществе будет огромное число больных, бездомных людей, если не будут создаваться минимальные условия для того, чтобы каждый ребенок имел возможность есть и развиваться, - это общество в целом теряет, оказывается в ситуации провала. Именно в ситуации такого провала оказалось сегодня российское общество.

О.ЖУРАВЛЕВА: Юля, вы считаете, что если этому человеку, несчастному, более состоятельные граждане помогают своими налогами через государство, или как-то еще, то они же должны и за него выбирать, он выбирать не имеет права?

Ю.ЛАТЫНИНА: Человек должен состояться как личность. Вообще-то мы обсуждали Европу, не Россию. В 90-м году у нас были свободные выборы, сейчас у нас Путин. Я задаю себе вопрос, почему. И то же самое произошло на Украине, где была «оранжевая революция», и - на тебе, Янукович. То же в Белоруссии. Я задаю вопрос – почему? И на этот вопрос есть только два ответа. Один заключается в том, что мы, русские, кривые, косые, вообще в принципе не приспособлены к демократии - вот такой народ такой говеный, демократия не про нас. Второе - что те реформы, которые были проделаны, при всей их прекраснодушности типа «мы за все хорошее против всего плохого» - что эти реформы ориентировались на социал-демократические нормы Европы, которые в то время господствовали в Европе, и совершенно не соответствовали реалиям России.

И.БУДРАЙТИС: Это реформы Гайдара социал-демократические?

Ю.ЛАТЫНИНА: А реалии России заключались в том, что в бедных обществах демократия не работает. Я очень рада, когда все богатые голосуют, но сначала надо стать богатым. Реалии заключаются в том, что ни в одной из стран Африки демократия не сработала.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, при всеобщем равном праве в такой ситуации люди выбирают себе плохое правительство и скатываются бог знает, к чему?

Ю.ЛАТЫНИНА: Это еще Аристотель сказал – что при всеобщем избирательном праве, когда толпа начинает буйствовать, люди быстро находят вожака. И это наша, российская проблема.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спрашиваю наших слушателей – вы слышали аргументацию гостей в студии, - как вы считаете, для России всеобщее избирательное право необходимо - 660-06-64, или излишне, и даже опасно, - 660-06-65.

Ю.ЛАТЫНИНА: Хочу обратить внимание наших слушателей на слово «всеобщее». Это опасная штука, когда тебе начинают рассказывать об общечеловеческих ценностях, «все прогрессивное человечество». Не бывает всеобщих водительских прав.

О.ЖУРАВЛЕВА: А родительские – всеобщие, хотя тоже достаточно сложные.

И.БУДРАЙТИС: Проблема, почему в России не удалось построить демократию, заключалась в том, что огромное количество людей, российская политическая элита, которая пришла к власти в 90-е гг. в качестве экспертов и министров была абсолютно четко уверена, что главная проблема демократии – не допустить недемократического правительства, которое состоит не из демократов. Вот боязнь того, что люди проголосуют не так, неправильно, примут неправильное решение о перераспределении общественных богатств, или что они не будут придерживаться принципов своды предпринимательства и защиты интересов большого бизнеса - это ощущение опасности всегда подталкивало элиты к тому, чтобы этого права людей лишить. Я считаю, что основания Путинского режима были заложены, в том числе, в 96-м году, когда Ельцин и его советники публично сказали о том, что коммунистов они не допустят к власти в любом случае, независимости от итогов выборов. Даже если они победят, все равно будет сделано что-то, чтобы демократия осталась в руках демократов. Я считаю, что подобный подход, российский, социал-российский подход, подход крайнего недоверия к людям, - на самом деле именно это и есть угроза демократии. Почему демократия не работает в странах третьего мира? Потому что в обществе, где абсолютное большинство людей составляют бедняки, любой свободный выбор всегда ставит под угрозу власть элиты. Поэтому, если вы посмотрите на динамику развития политического развития любой латиноамериканской страны, как происходит там демократия, избирают популистского – в либеральной терминологии – лидера, который предлагает программу, поддержанную большинством. Эта программа не устраивает крупный капитал и США, - организуется военный переворот, приходит хунта, демократия заканчивается, а через некоторое время опять происходят свободные выборы. Если вы посмотрите историю почти всех стран Латинской Америки на протяжении 20 века, вы увидите, как этот алгоритм работает.

Ю.ЛАТЫНИНА: Не знаю, как с историей. Сейчас в Венесуэле действует ровно обратное. Помню замечательную страну Боливию, где посреди вонючего города Ла Пас, где можно безопасность ходить только по одному бульвару в центре города, а во всех остальных местах убивают, - как раз на этом бульварчике стоит очередь из крестьян, и когда спрашиваешь, что вы тут делаете, ни говорят: мы паспорта получаем, чтобы проголосовать на будущих выборах за нашего дорогого президента Моралеса, который всем раздает по 200 боливианов. И на всех боливийских заборах написано слово из трех букв: «Эво», «Масс Эво». И коммерческой рекламы там нет, зато везде «Слава труду». Насчет того, что у нас произошло в 1996 г.: абсолютно точно – всеобщее избирательное право, которое было даровано российским избирателям, люди, пришедшие к власти, наши реформаторы, с удивлением обнаружили, что оказывается, народ, избиратель, в нищей стране вовсе не голосует за рыночные ценности, он проголосует за Зюганова. Мой собеседник является очень хорошей иллюстрацией того, о чем я говорю: когда нам говорят, что демократия это одно, а социализм это другое, то развитая демократия, как и писал макалей, кончается социализмом. И мой собеседник ратует за всеобщее избирательное право, которое приведет к власти Шариковых, которые все поделят. Демократия прекрасно уживаются с социализмом. Это происходит в сегодняшней Европе, и это же мой собеседник хочет сделать в России.

О.ЖУРАВЛЕВА: Выборы губернаторов были отменены, в том числе и потому, что говорили, что вот в регионах понавыбирают бандитов и преступников. Вы против выборов губернаторов?

Ю.ЛАТЫНИНА: В нынешней России? Пожалуй, да. Прежде всего, я против Путина.

О.ЖУРАВЛЕВА: Оглашу итоги голосования. В России необходимо избирательное право - 41,3%. 58,7% считают, что оно вредно.

Ю.ЛАТЫНИНА: ни фига себе. Я думала, что проиграю. Должна сказать, что в принципе защищаю позицию меньшинства. Понятно, что мой противник защищает позицию большинства.

И.БУДРАЙТИС: У вас есть шанс.

О.ЖУРАВЛЕВА: Оля: «Я бедный человек, гуманитарий - зачем меня лишать права выбора?»

Ю.ЛАТЫНИНА: Так это итак нет.

О.ЖУРАВЛЕВА: С мультикультурализмом как быть? Вы считаете, что Европа своим мультикультурализмом загоняет себя в гроб?

Ю.ЛАТЫНИНА: Я считаю, что мультикультурализм это одно из проявлений социализма. Потому что на самом деле то, что делали социалистические европейские правительства – они создавали себе такой же слой псевдоизбирателей – только цветных, в данном случае имеет значение не цвет кожи, а то, что человек приезжает в Европу, не учит языка, сохраняет свою культуру, не вписывается в окружающую действительность, считает, что все ему должны. И маленькая потрясающая деталь, которая объясняет все: есть замечательный человек. Которого зовут Аян Херсиали, это сомалийка, виднейший неокон сейчас, она приговорена исламистами к смерти за то, что говорит против ислама. Аян Херсиали рассказывает, как она 20-летней девочкой приехала в Голландию и получила убежище, как она получила сразу кредит, деньги, квартиру. Со всем этим она абсолютно не знала, что делать, потому что ее опыт был равен нулю. Получила, в том числе содержание - 80 гульденов в неделю. Но поскольку она была человеком работящим и сознательным, она хотела пойти работать. Понятно, что молодая сомалийка, не знающая языка – пошла клеить картон на фабрике. И тут социальный работник ей сказал: вашу зарплату мы у вас заберем в счет вашего долга обществу. То есть, это бюрократия сделала специально так, чтобы все Аян, прибывшие в Европу за свободой личности, остались пленниками этой бюрократии и вечно сидели на игле пособий.

Ю.ЛАТЫНИНА: То есть, Европа разрушает себя сама?

И.БУДРАЙТИС: Европейская бюрократия, социалистическая левая бюрократия. Посмотрите, в Европе нет ни одного политика – даже после лондонских погромов, - не нашлось ни одного человека, который бы встал и сказал, - Кэмерон – лучший из них, консерватор, не встал и не сказал: почему эти люди считают, что мы им должны? О.ЖУРАВЛЕВА: Илья, вы выступаете за мультикультурализм, является он для вас ценностью?

И.БУДРАЙТИС: Нет, не является.

Ю.ЛАТЫНИНА: А как же интернационализм? Это же то же самое?

И.БУДРАЙТИС: Это не то же самое, не надо врать. Мультикультурализм это такая пустышка, созданная, действительно, европейской бюрократией, защитником которой я ни в коей мере не являюсь, которая на самом деле нисколько не является социалистической. Наоборот, именно с помощью Евросоюза разрушаются в национальных государствах их суверенитет и их система гарантий – мы сегодня видим это по всей Европе.

Ю.ЛАТЫНИНА: Какой суверенитет? вы троцкист, марксист?

И.БУДРАЙТИС: Суверенитет имеет прямое отношение к демократии, против которой вы сейчас выступаете. Суверенитет это право людей самим выбирать свое правительство, и именно это право отбирает бюрократия ЕС, которая снижает последовательно социальные стандарты во всей Европе, подгоняя их под наиболее низкий уровень. А что касается мультикультурализма – это такая пустышка, пустая модель, которая похожа на неуклюжие бюрократические потуги в духе дружбы народов, которые предпринимает сегодня российское правительство. Никакого отношения к интернационализму.

Ю.ЛАТЫНИНА: «Дружба нардов» - это ленинский термин.

И.БУДРАЙТИС: «Дружба народов» - есть такой плавленый сырок.

О.ЖУРАВЛЕВА: Просто «дружба», не «народов». От наших слушателй: «Не морочьте людям голову, я уверен, что наши проблемы во многом истекают из советского прошлого, развал и гниение шло уже в совке, коммунисты угробили наше сельское хозяйство, загнали народ в стойло, создали условия для появления номенклатурной приватизации, развратили людей, обыдлячив их до предела» - Гоша так считает. Илья, вы не согласны?

И.БУДРАЙТИС: С Гошей очевидно не согласен.

Ю.ЛАТЫНИНА: 90% ВВП страны, 90% страны работало на оборонку. Сидел в Северодвинске гигантский завод и делал на конвейере – метафорически - 5-6 атомных субмарин в год. Атомные субмарины кончились, больше на этом заводе ничего делать нельзя, потому что эту субмарину разобрать стоит дороже, чем достроить, достроить дороже, чем разобрать, а просто, когда она стоит и отапливается, то расходы на ее отопления съедают стоимость любого минибалкера, который может быть построен для каких-либо норвежцев. У меня вопрос - вы считаете, что в том, что стоит такой завод, «Севмаш» и является мертвым грузом на экономике, пирамидой, которая убивает экономику, - в этом виноват Гайдар, - которого, кстати. Я тоже не люблю, или в этом виноваты коммунисты, которые превратили Россию в завод по производству оружия, которое, вдобавок, не было использовано, никому не было нужно, и экономически не окупалось?

И.БУДРАЙТИС: Если говорить о массовой маргинализации и потере работы людьми, то, прежде всего, это связано с приватизацией, когда за бесценок продавались предприятия, рыночная стоимость которых была вообще неочевидна. Есть огромное количество примеров, когда работающие предприятии продавались по цене ниже стоимости тех цветметаллов…

Ю.ЛАТЫНИНА: При чем здесь рабочие места?

И.БУДРАЙТИС: При том, что закрывалось предприятие, люди оставались без работы.

Ю.ЛАТЫНИНА: То есть, оно закрывалось не потому, что продукция этого предприятия была не нужна, а потому что какой-то нехороший дядя пришел и выгнал рабочих?

И.БУДРАЙТИС: Оно закрывалось…

О.ЖУРАВЛЕВА: Я приду как нехороший дядя – наш эфир заканчивается. Каждый остался при своем, но при этом мы обнаружили, что всеобщее избирательное право не такая уж ценность для той категории наших слушателей, которые активно звонят в эфир, а их позвонило около тысячи. Спасибо большое. Юлия Латынина и Илья Будрайтис. Всем спасибо, всего доброго.

[Леонид Пайдиев]

1:38 pm

Какая же опасная тварь эта Латынина. Вернее её Хозяева.
Суд арестовал Расула Мирзаева, исключительно уступая требованиям шантажистов. Ни одно государство не должно уступать требованиям шантажистов, особенно в таком тяжелом для нынешней России вопросе, как национальный.
Националисты продавили государство в вопросе об аресте Расула Мирзаева, как они сейчас продавливают государство в суде над убийцей Егора Свиридова. Это значит, что следующие требования будут еще жестче.
Л.П. А Правительство и парламентарии Дагестана, что не давили на следствие?
Почему они забыты?
Следующий объект атаки националистов очевиден: спасите сотни (реально тысячи) русских людей от рабства и смерти в Дагестане.
Грамотно берёт власти на понт: Нельзя им пойти навстречу, нельзя поддаваться.
Говорите Сирия сегодня под ударом? Ну-ну. А почему не РФ, Укаина и Белоруссия? Ведь тут и результат от заварухи гораздо выгоднее, а интересы влиятельных сил пострадают меньше. Не Саудовская же Аравия или ливанский Бейрут.

[1gatta_felice]

28 Авг, 2011 at 5:48 PM

кошмар
В российских СМИ полным-полно журналистов-ксенофобов, журналистов-антизападников, журналистов-противников социальной помощи слабым и т.д. И это прискорбно.

Но когда подобные авторы вещают через "Новую газету" и "Эхо Москвы" - т.е. через единственные федерального уровня СМИ, в которых оппозиции дозволено иногда высказаться, то становится грустно и противно одновременно. Потому что имидж этих изданий автоматически повисает над головой их сотрудников ореолом "святости". И читатели\слушатели подсознательно воспринимают мнение штатных авторов как позицию самого СМИ.

Это наносит урон, в первую очередь, процессу демократизации общества, а во вторую очередь, - репутации того издания, которое предоставило трибуну антилибералу и реакционеру без параллельного оппонента или хотя бы редакционного комментария.

Юлия Латынина вещает и в "Новой газете", и на "Эхе Москвы". Часто.
Из гигиенических соображений, стараюсь её не читать и не слушать. Но иногда забываю смотреть под ноги и вляпываюсь.

Бывает, становится смешно. Как вот от такого пассажа:

"Очень серьезный вопрос – что делать с мигрантами? Потому что, если честно, я думаю, что их всех надо из России выселять... Посмотрите, дворники в Москве все таджики. Работа дворника вымести один двор стоит 13 тысяч рублей в месяц. Причем понятно, что здоровый человек может вымести не один, и не два, и не три двора. Я в жизни не поверю, что в Москве, где 8 тысяч пенсия, где тысяча рублей стипендия, нет студентов или нет пенсионеров, которые готовы заниматься, в общем-то, не катастрофической работой".

Да, бывает смешно. Но чаще тревожно. Как от статьи Ю.Латыниной "Европа, ты офигела!" 16.08.2011 в "Новой газете".
(Цитировать не хочу. Сами прочитайте).

В какой-нибудь демократической стране подобный манифест смотрелся бы как затравка к острой дискуссии и не более того. Но в ПУТИНСКОЙ России, да ещё накануне выборов в Госдуму (и недалёкими уже президентскими), атака Латыниной выглядит агитацией за сохранение сегодняшней системы власти.

Как удачно Латынина выбрала ВРЕМЯ и МЕСТО!

Коммунисты и националисты радостно тычут пальчиками в манифест Латыниной, а пургиняны-прохановы вообще могут отдыхать.

В ЖЖ распространяется коллективное письмо в редакцию "Новой газеты" под заголовком "Латынина, ты офигела" с призывом организовать публичную дискуссию. Оттуда:

"Тонкая грань, разделяющая откровенных неонацистов и рукоподаваемых носителей консервативных и неолиберальных ценностей, становится все более призрачной как в Европе, так и в России. Мы считаем взгляды, представленные в тексте Латыниной, крайне опасными и убеждены в необходимости публично и жестко им оппонировать".

Ваше мнение?
______________________
Фото сделано мной в феврале 2008 г.

UPD. Вспомним:
Восхищаюсь Кадыровым! – вырвалось у Латыниной в процессе интервью, данного за пределами России, - ....У меня вообще есть склонность к восхищению диктаторами!

[Nedostreljani]

http://nedostreljani.livejournal.com/23059.html

Jul. 17th, 2009 at 6:07 PM

Goldfisch!
О «своих», что о покойниках. Либо – ничего. Либо - хорошее. Того требует и корпоративная этика, и элементарный инстинкт самосохранения: вряд ли выживет корабль, половина команды которого перед надвигающейся бурей поднимает паруса, а другая цепляется якорем за дно.

Автор этих строк крепился сколько мог и молчал. Пока не застрелили очередную НАШУ. Пусть и не штатного, но активного, бесстрашнейшего корреспондента "Новой".

Автора с определенной поры сильней всего на свете задевает, когда гробят собкора. У автора есть насчет этого "пунктика" оправдание. Когда в очередной раз убивают кого-то из МОЕЙ газеты, к нам с женой возвращаются прежние кошмары и не дают спать: http://www.novayagazeta.ru/data/2002/18/00.html

И тут уж совсем хреновым утешением становятся заверения, распространенные на всю страну за несколько дней до расстрела Наташи Эстемировой:

- Чечня стало местом, где можно жить.

Это далеко не единственный комплимент правителю того самого региона, где хрупкую женщину, мать, правозащитницу схватили дюжие мужики среди бела дня, в машину забросили, через все посты без помех провезли, три пули всадили...

Много, до скрежета зубовного много приятственного Рамзану не в одном только «Коде доступа» от 11 июля (http://www.echo.msk.ru/programs/code/604723-echo/) успела обнародовать за эти годы Юлия Латынина!

Как же ЭТО разительно отличается от жутких, будничных строк Анны Степановны:

- ...нашли останки, как тут говорят, «примерно трех» взорванных человек. 3 апреля с утра, когда семьи исчезнувших, узнав о находках предыдущего дня, стали стекаться к Садам, то обнаружили еще два трупа. Один — совсем «свежий», убитый не более чем за день до этого. Второй – опять подорванный, когда чуть сохранилось лишь то, что ниже пояса...

А ведь есть еще канал-арык на северной окраине – вода, где 11 апреля выловили «штаны» — безголовый и с удаленными половыми органами мужской труп, одетый в брюки военного образца с камнем в кармане, чтобы не всплыл...

Всё понимают люди – но им надо выживать...

Ну, да, ну да... Во времена ведущего обозревателя "Новой" Политковской - «КАК УМИРАЮТ СЕГОДНЯ»
(http://politkovskaya.novayagazeta.ru.../2002-30.shtml)

При ведущем обозревателе все того же издания, Латыниной - «ХОЗЯИН ЧЕЧНИ»:

- ...Рамзан Кадыров в Чечне повсюду. Он инспектирует стройки, раздает пачки денег нуждающимся и перевоспитывает владельцев казино. Есть только одна вещь в Чечне, к которой он совершенно непричастен, и это — похищения и пытки...

...Нет бога, кроме Аллаха, а в Чечне нет хозяина, кроме Кадырова. (Конец цитаты)

Сугубое ИМХО, но Юлия, похоже, и впрямь обожествляет Рамзана, который, по словам убиенной Наташи, орал ей в лицо дословно следующее: «Да, у меня руки по локоть в крови. И я не стыжусь этого!» (http://www.memo.ru/2009/07/15/1507093.htm)

Похоже, не вогнал в краску Юлию Леонидовну и выпад зарубежного интервьюера:

- Ваши репортажи контрастируют с материалами, скажем, Анны Политковской... яростной обличительницы ныне существующих в Чечне порядков. В ее репортажах ситуация предстает как кровавое, мрачное и дикое средневековье. Трупы врагов Кадырова, выставляемые на площадях…

- Что ж, случается и такое. На улице одного из городов висела голова…

И в то же время, по заверениям Латыниной, Кадыров - «на стороне открытого общества». Он «...главный и единственный действующий социальный институт Чеченской республики». Его вооруженным силам, по мнению Юлии Леонидовны, «могут позавидовать самые элитные мировые подразделения»

И вообще, если вчитаться в пропитанные нежной теплотой строки, Кадыров-младший, у которого, согласно официальной декларации «...3 422 000 рублей годового дохода, трехкомнатная квартира в Грозном площадью 36 кв. метров и автомобиль ВАЗ-2153» - сущий душка и бессребренник.

- ...Еду по Аргуну. Центральная улица блестит красными воротами и новыми крышами.

— Восстановлено все?

— Все.

Мы останавливаемся. Хозяин дома Али зарабатывает починкой машин.

— На чьи деньги восстановлен дом?

— На деньги Рамзана, дай Аллах ему здоровья и счастья.

...Он тащится от этих строек. Он кайфует. Интересно, как выглядит его лицо, когда перед ним в крови копошатся его враги? (http://www.novayagazeta.ru/data/2002/18/00.html)

Ну что же... Кто-то «тащится» от восстановления порушенного войной хозяйства. Кто-то же, не исключаю, просто не в силах пред таким хозяйственником устоять.

- ...Восхищаюсь Кадыровым! – вырвалось у Латыниной в процессе интервью, данного за пределами России, - ....У меня вообще есть склонность к восхищению диктаторами! http://www.belgazeta.by/20061002.39/340050141

[Виктор Мартинович]

http://www.belgazeta.by/20061002.39/340050141

Юлия Латынина: «Я боюсь, что восхищаюсь Кадыровым»

http://www.belgazeta.by/20061002.39/340050141

Самой интригующей темой в чеченском вопросе сейчас являются не действия федералов и даже не утвержденная Госдумой амнистия. 5 октября премьер-министру Чечни Рамзану Кадырову исполняется 30 лет - возраст, после которого он может баллотироваться в президенты. Учитывая вполне средневековые картинки, передаваемые из региона некоторыми СМИ (исчезновения врагов премьера, изуродованные тела недоброжелателей Кадырова, выставляемые на площадях), возникает вопрос о том, сколько времени после 5 октября останется править действующему президенту Чечни Алу Алханову.

28 сентября в «Новой газете» вышла статья Юлии Латыниной «Хозяин Чечни. Один день с премьером», не оставляющая вопросов о том, во что Рамзан Кадыров может превратить республику, получи он всю полноту власти. В репортаже Кадыров, носящийся по Грозному на «десятке» со скоростью 150 км/ч, предстает едва ли не лермонтовским демоном. Перепуганная журналистка пытается пристегнуться и никак не найдет в защелке для ремня щели. «Это рукоять пистолета», - смеется Рамзан. Глядя на то, как Кадыров восхищается, глядя на идущее в стране строительство, Латынина задается вопросом: «Интересно, как выглядит его лицо, когда перед ним в крови копошатся его враги?»

При этом самой интересной деталью репортажа является его настроение. Латынина, известный либерал и уважаемый эксперт в ситуации на Северном Кавказе, едва ли не восхищается описываемым героем. «Передел собственности, пропавшие люди, портреты вождя - примета любой диктатуры. Стройки - примета диктатуры эффективной», - заключает журналистка.

Об эффективных и неэффективных диктатурах обозреватель «БелГазеты» беседовал с Юлией ЛАТЫНИНОЙ.

- 26 сентября газеты комментировали усилившееся противостояние между Кадыровым и его бывшим телохранителем Мовлади Байсаровым. По мнению экспертов, конфликт - следствие происходящего в республике «передела собственности». Из вашего же репортажа следует, что никакого передела нет, вся Чечня уже давно в руках Кадырова…

- Я не думаю, что в Чечне идет передел собственности. Реальным хозяином Чечни является именно Кадыров. Есть люди, которые могут ему противостоять (командир батальона «Запад» Саид-Магомед Какиев, командир батальона «Восток» Сулим Ямадаев, президент Алу Алханов). Байсаров к числу лиц, которые могут противостоять Кадырову, не относится. Конфликт между ними начался довольно давно, около двух лет назад, и с тех пор позиции Байсарова ничуть не усилились.

Байсаров - типичный представитель отстраненных Рамзаном от власти людей. Таковых три большие группы. Первые - те, кто был верен федералам изначально и еще в 1994г. объяснял, что Дудаев - плохой человек, а в Чечню нужно послать танки. Часть из них вошла в правительство Саламбека Хаджиева и была удалена из власти Кадыровыми. Типичный представитель этих людей - Беслан Гантамиров. Бедолага недавно был прилюдно бит прямо в центре Москвы, на каком-то круглом столе. Это свидетельствует о прочном положении Кадырова и о безобразном состоянии федеральной власти, которая не может защитить своих сторонников (чтобы спасти Гантамирова, пришлось вызывать ОМОН).

Вторая группа - люди из окружения Кадырова-отца. Они относились к Рамзану, как к ребенку, не отдавая себе отчета в том, насколько он повзрослел. К этой группе относится бывший глава Госсовета Чечни Таус Джабраилов. Говорят, Джабраилов был бит Рамзаном, хотя сам Рамзан это категорически отрицает.

Третья группа - люди типа Байсарова. Они не смогли смириться с тем, что отныне в Чечне трудно проверять и хватать людей, это могут только кадыровцы. Им не понравилось, что анархия заменена единоначалием.

И вот все эти люди пытаются доказать, что Кадыров держится только благодаря Москве и, потеряй он ее поддержку, окажется не у дел. Это, мягко говоря, не так. Все-таки единственный сильный оппозиционер в Чечне - действующий президент.

ШАРИАТ В ПОМОЩЬ

- Ваш репортаж контрастирует с материалами, скажем, Анны Политковской из «Новой газеты», яростной обличительницы ныне существующих в Чечне порядков. В ее репортажах ситуация предстает как кровавое, мрачное и дикое средневековье. Трупы врагов Кадырова, выставляемые на площадях…

- Случается и такое. На улице одного из городов висела голова…

- Да, но в репортаже «Хозяин Чечни» республика представлена как встающее с колен, вполне цивилизованное государство…

- Я бы не рискнула назвать Чечню цивилизованной. И даже не потому, что там исчезают люди. Это государство до сих пор живет по адатам (адаты - система традиционных норм, обычаев, сложившихся в горском мусульманском обществе. - В.М.) и законам шариата. Я знаю много случаев, когда реально судьбу людей решали старейшины, а не правосудие. Рамзан очень эффективно этим пользуется, и это одна из самых сильных его сторон. Но нельзя сказать, что он это насаждает. Так уж устроено кавказское общество.

В соседнем с Чечней Казбекском районе Дагестана на прошлой неделе убили молодую женщину - якобы за то, что у нее был любовник. Так вот, с мужем она давно развелась. Убийство совершил брат этой женщины под давлением жителей села. После этого сам попытался застрелиться. В подобном обществе адаты и шариат нельзя насадить. С ними можно либо бороться, либо использовать как рычаг собственного укрепления. Что и делает Кадыров.

- Будет ли он стремиться стать президентом после 5 октября?

- Будет пытаться, но Москва ему этого не позволит. Она предложит подождать год-два, когда закончатся полномочия Алханова.

РАМЗАН КАК ДОЛЖНОСТЬ

- Человеку, который следит за новостями из Чечни, но сам там никогда не был, очень странно наблюдать за явно второстепенной ролью Алу Алханова. Как так получилось, что при живом президенте страной правит премьер?

- Ставку на Алханова когда-то сделала Россия. Она пыталась противопоставить Алханова Кадырову. Ничего не вышло, в первую очередь потому, что Алханов остается федералом, а Кадыров до мозга костей чеченец.

Алханов - честный, порядочный (настолько, насколько можно оставаться таковым в условиях войны) человек, который апеллирует к сложившимся бюрократическим нормам России. Алханову важно подписать бумажку, согласовать все в центре и ведомствах. Кадыров же просто приходит к ответственному лицу и говорит: «Я тебе голову оторву, если не сделаешь». И все делают! И поди ты скажи, что Кадыров не прав.

Почему Чечней правит Кадыров, а не Алханов? Да потому, что под Кадыровым все силовики, все деньги, у него в активе такая скорость принятия решений, которая традиционной бюрократии даже не снилась. В Москве понимают, что Алханова можно снять в любой момент. А должность, которую занимает Рамзан Кадыров, называется Рамзан Кадыров. И уволить его с этой должности традиционными методами просто невозможно. Чеченское самовластие, похоже, ограничено шахидом.

«НИКАКИЕ ПРАВА ЧЕЧНЕ ОСОБЕННО И НЕ СВЕТИЛИ»

- Вам не кажется, что Кадыров нащупал линию поведения, которая является идеальной для всей России? Что в любом российском городе его методы сработали бы эффективнее?

- Современная российская бюрократия характеризуется даже не слабой эффективностью, а каким-то ступором. Чиновники даже воровать разучились! Есть огромные деньги, которые расходуются на национальные проекты, но нет самих национальных проектов. С Кадыровым все было бы наоборот: проекты работали бы без всяких денег. Но я не хотела бы жить в стране осуществленных Кадыровым национальных проектов. Уж лучше как сейчас.

Кадыров сейчас одновременно восстанавливает республику, создает рабочие места, обрабатывает отдельных людей на предмет получения денег на восстановление республики. Да, режим Кадырова - это, безусловно, режим нарушения прав человека. Эти права нарушают всем, чем только можно: руками, ногами и «стечкиными» (марка пистолета. - В.М.). Видите ли, можно легко себе представить Беларусь, в которой не нарушаются права человека. Но Чечню, в которой они не нарушаются, представить себе довольно трудно.

Что, Вайсаров, стань он лидером Чечни, не нарушал бы права человека? А вспомним покойного президента Ичкерии Масхадова! При нем на дорогах через каждые 100 м стояли бандиты, брали деньги за проезд, а по погребам сидели украденные по всему Кавказу люди. Это что, не нарушало права человека?! В общем, никакие права Чечне особенно и не светили. А режим Кадырова оказался при этом еще и предельно эффективным.

«В БЕЛАРУСИ ПРАВИТ ЛУКАШЕНКО, А НЕ БЮРОКРАТИЯ»

- Вы восхищаетесь Кадыровым?

- Я боюсь, что действительно в данных условиях восхищаюсь Кадыровым. Хотя, должна признаться, у меня вообще есть склонность к восхищению диктаторами.

- А нашим президентом вы тоже восхищаетесь?

- Ну что же, у него тоже есть положительные черты. Я могу допустить, что в Беларуси с разными людьми может случиться много всяких вещей. Особенно, если эти люди оппозиционно настроены. Но я не представляю себе ситуацию, при которой сын министра обороны задавит старуху (как это произошло в России) и Александр Григорьевич этого министра вместе с сыном не порвет на тряпки перед народом.

В Беларуси правит Лукашенко, а не бюрократия, пользующаяся иммунитетом. С точки зрения идеалов открытого общества, Беларусь - такое же полное «до свидания», как и Россия. Но, с точки зрения поведения правящего субъекта, ваша система устроена все-таки по-другому. Кроме того, Беларусь не страдает от национальной розни, в ней трудно представить себе российскую Кондопогу.

И еще. Российский режим примечателен тем, что даже в рамках избранной им политической модели не достигает того, чего хочет. Лукашенко же достигает ровно того, к чему стремится. Во всяком случае, нельзя сказать, чтобы у него цели расходились с их реализацией. Говорил вот, например, что пришел надолго, и вот, пожалуйста, 12 лет уже…

- К чему же тогда стремится российское руководство? Чего хочет?

- В том-то вся проблема, что оно не может определиться, выбрать один приоритет. Оно хочет всего и сразу. Мира, спокойствия, благополучия, власти, денег, народной любви. А так не бывает.

СПРАВКА «БелГазеты». Юлия Латынина родилась в 1966г. в Москве, в семье писателей. В 1988г. окончила Литинститут им. Горького, в 1992г. - аспирантуру Института славяноведения и балканистики РАН. Кандидат филологических наук. Сотрудничает с радиостанцией «Эхо Москвы», «Новой газетой», «Ежедневным журналом». Автор множества публикаций о Чечне и ряда книг.

[Юрий Чеботарев]

http://www.democracy.ru/article.php?id=2899
Обновлено: 04.07.2011 Версия для печати

Сегодня Юлия Латынина в Ежедневном Журнале опубликовала статью, посвященную демократии. Судя по названию статьи «Партия трех оболов. Часть 1», нас ожидает не один опус на тему: «Я тут посмотрела на всеобщие выборы – ничего в этом хорошего нет, следовательно, в демократии нет ничего хорошего».

Рассмотрим основные тезисы и логические неувязки.

Термин «демократия»

«Прежде чем спорить, договоритесь о терминах, и тогда девять споров из десяти потеряют смысл» Сократ (Диалоги Платона)

Для того чтобы покритиковать «демократию» Юлия Латынина дает определение демократии, включающее в себя всеобщие выборы, только всеобщие выборы и больше ничего. Вот как звучит первая фраза ее первой статьи, посвященной демократии:

«В современном мире наилучшим и единственным правильным способом правления считается демократия, а под демократией разумеется всеобщее избирательное право».

(Т.е., демократия – это всеобщее избирательное право?)

Существуют и другие определения демократии:

«Авторитаризм – это пренебрежение законами. А демократия – это исполнение законов» В.Путин 2000 г.

«Демократия – это, как известно, власть большинства при учете интересов и мнений меньшинства» В. Путин 2007 г

(Помните, как Путин веселился, когда результаты выборов в США зависели от посчета дырок в перфокартах? Именно от этого зависело формирование коллегии выборщиков от каждого штата в США, которые и должны выбирать президента. Президенту Путину кто-то объяснил, что в 2000 году большинство проголосовало за Гора, но Буш был выбран выборщиками.
В президентской администрации не нашлось ни одного человека, который смог бы прочитать статью в Википедии, где говорится о том, что Коллегия выборщиков для того и создана, чтобы гарантировать небольшим штатам, что их мнение не будет потеряно. Для любого представителя властей в России это совершенно дикая мысль. Это как если бы у вас была компания, вы продали часть акций, оставив себе 75% или 51%, не важно. И неужели вы бы стали прислушиваться к мнению тех, кто держит 25% акций? Ответ ясен без дополнительных разъяснений. В России 51% акций равен 100%, а 49% акций равны нулю!)

Но, вот какая беда, ни одно из вышеприведенных определений нельзя считать полным определением демократии, поскольку ни одно из них не является определением постоянного процесса народовластия, т.е. не защищает граждан от незаметного перехода к диктатуре (прекращения народовластия).

В качестве определения демократии правильнее было бы сказать:

Демократия – это система управления от имени большинства С ПРИНЯТИЕМ ВО ВНИМАНИЕ интересов меньшинства и гарантиями соблюдения их ПРАВ.

Т.е. постоянный процесс, включающий в себя самоуправление граждан, ответственность, прозрачность системы управления и контроль со стороны граждан, через систему сдержек и противовесов и негосударственных организаций.

Выборы – это не демократия, а всего лишь механизм подсчета мнений.

А что мы, собственно, критикуем?

«Не понимаю, почему люди восхищаются этим Карузо? Го-
лоса нет, фальшивит, картавит, шепелявит!
-- Вы слышали, как он поет?
-- Нет, но кое-что из его репертуара мне напел Цеперович.» Анекдот.Ру

Юлия Латынина (спасибо ей за массу исторических примеров) собрала в истории все случаи, когда (тогда не было всеобщего!!!) выбор народа привел не к усилению демократии в стране или усилению экономической мощи страны, а, наоборот, к диктатуре (Муссолини, Гитлер т.д.) или упадку (сомнительные примеры плохого влияния выборов на экономику страны в странах Междуречья, Рима, Афин, Венеции). Таким образом, статья является компиляцией исторических примеров, показывающих, что выборы сами по себе еще не являются гарантией сохранения народовластия.

(А кто с этим спорил? Не первый век историки, политики и исследователи говорят о том, что демократия сама себя похоронит.)

Ни в одной стране древнего мира, ни в средневековых республиках НЕ БЫЛО ВСЕОБЩЕГО избирательного права. Существовали ограничения по полу, имущественный ценз, возраст, род занятий, проживание, религиозные и многое другое.

Женщины получили право голоса только на рубеже 19-20 веков, чернокожие получили равенство только к середине 20 века.

(Вообще, что Латынина хотела сказать, и не сказала? Что если много люмпенов проголосуют, то результат будет такой, от чего все в Европе ужаснутся? Ну в секторе Газа проголосовали за Хамас.
Теоретически, система выборов является примитивным механизмом обратной связи – если результат не нравится – на новых выборах будут выбраны другие люди. Проблема в том, что цикл задерживает принятие решения минимум на два года (США), а в России – на шесть лет(!). Это дает время тем, кто у власти, принять меры для своего укрепления там на следующий срок. Или для демонтажа части системы, что приведет к нарушениям в ее функционировании, в результате они останутся у власти. Они надеются, что навсегда. Но ничего вечного нет – и Муссолини и Гитлер были принуждены к миру и уничтожены. В Италии, Германии, Японии была внедрена демократия, и никакого риска диктатуры там не предвидится)

Юлия Латынина, анализируя историю стран c выборами, пытается сказать, что демократия хороша или плоха в зависимости от обстоятельств. А правильнее было бы сказать, что всеобщие выборы являются частью демократического или авторитарного правления в зависимости от обстоятельств - наличия или отсутствия реальных рычагов народовластия (демократии). Для таких рычагов существует специальный термин "институты демократии".

Примеры, приводимые в статье, показывают, что кроме всеобщих выборов для демократии необходимы другие рычаги. И рычаги (механизмы/институты) не желательные, а обязательные. Всеобщие выборы являются необходимым рычагом демократии, но не достаточным.

Что такое «условие необходимое, но не достаточное»

Всякая селедка – рыба, но не всякая рыба – селедка. (Народная пословица)

Вот как говорит о всеобщем избирательном праве в начале своей первой статьи Юлия Латынина:

«По умолчанию любым либералом, гуманистом, защитником прав человека и просто европейским парламентарием подразумевается, что всеобщее избирательное право — это хорошо, что любая проблема любой страны может быть решена, если ввести всеобщее голосование, а если какая-нибудь страна, например, Китай, при всех своих выдающихся экономических успехах не предоставляет гражданам такого права, то этого достаточно, чтобы любой уважающий себя либерал заклеймил Китай позором».

Юлия Латынина впадает в простое заблуждение: «если перед нами рыба, то это – селедка». Вообще пафос здесь непонятен. Если разобрать (парсить) этот параграф, то получается что группа ХХ считает, что проблемы населения YYY можно решить, только если все граждане страны YYY проголосуют. А если этого условия нет, то группа ХХ не считает такую страну нормальной. Кто вообще управляет этой страной? Видимо, инопланетяне прислали своих представителей, которые лучше знают, где проблемы и как их решать.

При чем здесь демократия вообще?

Кухарки, маргиналы, налогоплательщики и выборы

Я - умный, вокруг козлы. Я - честный, вокруг жульё. Я - гений, вокруг быдло. Я - Д'Артаньян...Mr.Freeman
Учитесь плавать, воду в бассейн нальем позже... (Анекдот.Ру).

Любая демократия (кроме суверенной) подразумевает наличие регулярных всеобщих выборов, как решения вопроса самоуправления крупного организма. Каждая кухарка не может управлять государством, поэтому логично, что она может делегировать свои полномочия другой кухарке и требовать от нее ответа. С условием, что если за четыре года ничего не изменится к лучшему, то кухарка у власти может быть заменена на другую.

Демократия не является сборищем кухарок, не умещих ничего кроме делигирования своего голоса. Демократия этим не ограничивается, и проявляется не только в этом.

Иными словами: «всеобщие выборы являются частью любой демократии, но не всякое государство, в котором могут состояться всеобщие выборы является государством с демократическим управлением».

Особенность всеобщих выборов в том, что если граждане страны не имеют возможности участвовать в выборах, то иные проявления гражданской позиции им тем более становятся недоступны или чужды. Выборы - это самое легкое и элементарное проявление гражданской позиции. При этом участие в выборах является для гражданина страны самым малоэффективных рычагом влияния на власть в стране в связи с редкостью события и эффектом больших чисел.

Тот, кто выступает против выборов рано или поздно бывает вынужден признать, что считает, что все вокруг маргиналы и кухарки.

Не всякая страна с всеобщими выборами – демократия. И не всякая страна с демократией – страна, в которой можно решить абсолютно любую проблему путем делегирования ответственности. Надеяться можно, но рассчитывать на это наивно. Как может демократически выбранное правительство Хамас в секторе Газа решить проблему с питьевой водой, кроме как уничтожив Израиль? Некоторые проблемы неразрешимы, и существуют десятки и сотни лет.

(Бельгия: фламандцы и валлонцы не могут договориться и живут без правительства второй год)

Всеобщие выборы сами по себе

"Те, кто достаточно умны, чтобы не лезть в политику, наказываются тем, что ими правят люди глупее их самих." Платон

Всеобщие выборы - не панацея демократии.

Статья Юлии Латыниной хороша тем, что показывает на ряде примеров, что всеобщие выборы не создают демократию в стране сами по себе. Что государство, в котором один раз состоялись всеобщие выборы, еще не является демократией. На примерах мы видим, что без других атрибутов демократического государства (разделение властей, независимые СМИ, свободные суды, свобода политической деятельности, гражданское общество и т.д.) мы получим не демократию, а «государство, в котором есть всеобщие выборы». Из примеров Латыниной мы видим, что такое государство не застраховано от скатывания к диктатуре. Можно ли его считать демократическим? В России выборы президента будут в 2012 году, и в 2018. А если сделать для ровного счета, чтобы суверенно демократические выборы были в 2050 и 2100 году?

Система, когда народ не властвует, а один раз во много лет в течение дня решает – кто ближайшие годы будет иметь НЕОГРАНИЧЕННУЮ ЛИЧНУЮ ВЛАСТЬ – порочна.

Также порочна и система, где любое большинство получает АБСОЛЮТНУЮ власть.

Система абсолютного большинства в 50% плюс 1 голос у нас не дает гарантий, что это большинство не проголосует за то, чтобы тебя изнасиловать, имущество отобрать и выгнать голым в Лондон.

Специфика построенной в России системы, когда всеобщее голосование раз в шесть лет выходит в свисток, состоит в ее неустойчивости.

(Если представить, что в Италии вдруг разбился самолет с президентом, или премьером Берлускони, или со всеми депутатами парламента, то невозможно представить, чтобы страна погрузилась в разборки и главным вопросом стал «А ты кто такой???»

Есть еще и судебная система, которая от правительства, парламента и президента никак не зависит. Все варианты прописаны, а если нет – решение будет принято прозрачно и понятно для всех.

А теперь представьте, что будет, если что-то случится с нашим премьером… А что будет, когда он станет стареньким и будет оркестром дирижировать или, как Брежнев, будет шамкать по бумажке… до 82 лет (2034 г) ему еще далеко, но до этого времени всего лишь двое-трое выборов).

Обратные связи в обществе

Чтобы государство могло считаться демократическим, ветви власти в государстве должны быть равноправны. Они не должны иметь возможности доминировать друг над другом. Должна существовать система сдержек и противовесов (если взять для примера США, то там не просто всеобщие выборы, а всеобщие выборы с выбором всех трех ветвей власти, причем на всех уровнях).

А главное - граждане должны иметь рычаги влияния на власть не только путем перевыборов раз в несколько лет, но и влиять постоянно, через независимые СМИ, через законодательные ветви власти, через исполнительные органы власти, через независимые судебные процедуры, через партии и общественные объединения путем активной политической и экономической деятельности.

Наличие таких рычагов влияния:

А) не позволяет народовластию прекратиться на несколько лет с прекращением процесса голосования и началом подведения итогов голосования,

Б) позволяет гражданам влиять на собственную судьбу в промежутках между выборами,

В) позволяет меньшинству быть услышанным,

Г) заставляет большинство учитывать интересы меньшинства,

Д) позволяет гражданскому обществу и гражданской активности в обществе не деградировать, а разиваться.

Все диктаторы, в процессе своего правления и становления диктаторами сводили свои действия к тому, что, оставляя всеобщие выборы, сначала меняли баланс ветвей власти, потом ликвидировали все остальные рычаги демократии (разделение властей, независимость судов, свобода прессы, разветвленные общественные институты, политическая конкуренция), а под конец за счет уменьшения свободы выбора, агитации, и просто фальсификации результатов выборов выхолащивали и саму процедуру всеобщих свободных выборов.

Институт выборов является не самым важным, но, как правило, последним из демократических институтов, ликвидируемых в процессе движения страны к диктатуре.

После отмены выборов или перехода к пожизненному правлению диктатор теряет последнюю ниточку, связывающую его с рядовыми гражданами страны. Граждане теряют какую-либо возможность влиять на власть. А правитель страны перестает ощущать какую бы то ни было зависимость от общества. Диктатор становится "Лидером нации", "Отцом народов", "Посланным Богом", "Вождем", "Императором", и т.п. до того момента, когда его самого и ряд его последователей вынесут из бункера или резиденции вперед ногами. Отмена выборов в стране практически всегда является оправной точкой поступательного движения страны к банкротству и развалу.

Что это означает для России?

Никакого иного механизма опроса граждан по проводимой политике, кроме выборов, в мире не изобретено. Есть еще референдум. Референдум отлично работает в Швейцарии. Им увлекался и президент Де Голль для получения одобрения по различным вопросам внутренней политики, пока однажды не проиграл. Но в России кто-то решил, что нечего нам на это время терять. С 1993 года у нас хороший закон есть, а референдумов больше не было.

Но в России отсутствуют все остальные рычаги демократии.

Кто-то знает, как называется орган местного самоуправления или может быть видел живого главу управы? Или мэра города? Или ходил на митинг в последние 15 лет?

Когда вы в последний раз выбирали министра внутренних дел, губернатора или районного судью?

Кто может припомнить хотя бы кого-то из знакомых, кто состоял бы в какой-нибудь партии? В негосударственной организации, не дай Бог? Или попробовал учредить независимый профсоюз или ассоциацию пенсионеров-художников?

Путин пошел по пути соблюдения формальностей – если у нас нет гражданского общества – скомандуем министру внутренних дел Грызлову, пусть создаст. Так же и с остальным списком. Сначала зачистка, потом создание симулякров.

Смотришь в окно Кремля, и жизнь удалась!

Доходит до того, что Владимир Путин не знает, что составляет основу экономики страны. Если бы не кризис, ему бы так и продолжали докладывать, что страна давно избавилась от сырьевой зависимости.

Передергивать карты (утверждать, что у нас суверенная демократия, потому что есть всеобщие выборы) нет смысла. За это у нас отвечают Путин с Чуровым, для которого Путин всегда прав. Латынина же убеждена, что нам никакие всеобщие выборы вообще не нужны; отменить и тогда, наконец, будет хорошо.

Скоро для граждан не будет смысла и в участии в этой формальности, потому что они понимают, что выборы не решают ничего, кроме одного: помогают кому надо закрепиться в Кремле, у краника и у кормушки. Когда спрашиваешь тех, кто в регионах проклинает свое ворье, они говорят, что проголосуют снова за них: «А за кого еще? Других-то нет…»

Такая система неизбежно приведет к накоплению давления, только никто не сможет угадать, где и когда рванет.

А как же успехи диктаторов?

Диктаторы часто достигают определенных успехов.

Но цену за их успехи страна всегда платит двойную или тройную, и расплачиваются за них последующие поколения.

Диктатура - это всегда эффектные краткосрочные успехи в достижении одной или нескольких краткосрочных целей дикатора путем заимстовования у последующих поколений страны. Все успехи диктатора достигаются за счет перекосов в развитии страны. Как правило, это эффектные достижения за счет жертвования неявными и долгосрочными ресурсами.страны. На рубль достижений, на много рублей жертв.

Достижения диктатора всегда высоко оцениваются современниками и обывателями, но редко получают высокую оценку последующих поколений и специалистов.

Какие цели обычно ставит диктатор?

Покорение максимальной территории, замена одной диктатуры на другую, перевод страны на милитаризованные рельсы, ликвидация политических конкурентов, освоение максимального объема рынка, захват максимального количества колоний и т.д.

Чем жертвует диктатор?

Жизни граждан, достойная оплата за труд на благо страны, пенсии, социальные расходы, природные богатства страны и т.п.

В чем проявляется результат диктатуры?

- нарушается общественный договор,
- утрачивается легитимность власти,
- истощаются ресурсы с траны (человеческие, природные, финансовые, моральные и т.п.) на несколько поколений вперед,
- обостряются внутренние противоречия в стране (между силовыми структурами и простыми гражданами, между регионами участвующими и не участвующими в дележе достижений, между поколениями, между различными социальными слоями и т.д.),
- страна оказывается в экономической зависимости от внешних факторов (колоний, покупателей ресурсов, поставщиков заказов, покупателей продукции и т.д.),
- достижения часто становятся тяжкой нагрузкой для последующих поколений (бюджеты на ВВП, истощение природных ресурсов и т.п.).

В результате все достижения диктаторов обязательно оказываются достигнутыми за счет избыточной платы. Причемо, .чем жестче диктатура - тем быстрее и дороже расплата.

На первый взгляд некоторые диктаторы кажутся прибавляющими и умножающими.При внимательном изучении всегда выясняется, что все их достижения - результат отнимания и деления.

Заключение:

Основные ошибки Латыниной в ее понимании демократии:

1. В качестве объекта для критики берется собственноручное определение (всеобщие выборы = демократия).

2. Процесс народовластия (демократии) подменяется единовременным действием – передачей голоса (делегированием власти).

3. Процесс обратной связи в обществе заменяется перевыбором неудачного правителя или правящей партии раз в несколько лет.

4. Считается, что Россия или большинство ее граждан не созрели для выборов (низкий уровень интелектуального развития, маргинальность, низкая экономическая активность и т.п.).

5. Считается, что народовластие ограничивается единственным способом контроля власти – выборами один раз в несколько лет, и отбрасываются другие не менее важные атрибуты демократии, позволяющие осуществлять самоуправление в промежутках между выборами:

- разделение властей,
- независимый суд,
- свободная пресса,
- разветвленные общественные институты,
- политическая конкуренция,
- выборность всех ветвей власти,
- свобода проведения выборов и референдумов,
- свобода организации партий и союзов,
- право граждан на ношение оружия,
- свободные рынки: средств производства, земли, рабочей силы, товаров, валюты, фондовый и т.д.

04.07.2011

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11341
20 СЕНТЯБРЯ 2011 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11341//1316482108.jpg
РИА Новости

Четыре представителя российской золотой молодежи — Олег Иванов, 22 года, Норайр Давтян, 22 года, Армен Симонян, 19 лет, и Григорий Мельников, 23 года — в августе этого года получили совокупно 36 лет за групповое изнасилование девушки.

Вы спросите, как такое могло случиться и где были их отцы и прочие члены «партии жуликов и воров»?

Успокойтесь, это все произошло в городе Лондоне. К моменту вечеринки, устроенной Давтяном в своей роскошной квартире, герои наши находились в Великобритании всего две недели и забыли, что кровавый британский режим почему-то не любит, когда четверо молодых людей несколько часов насилуют в квартире беззащитную девушку, снимают все это на айфон, издеваются над своей жертвой и предвкушают, прямо в кадре, как будут показывать свой триумф друзьям в Москве. А еще присяжным не нравится, когда подонки в суде при наличии пленки говорят, что ничего такого не было, а шлюха сама дала.

Сильно подозреваю, что это была не первая девушка и не первое видео, но в России ребятам все сходило с рук. Возьмем известную историю сына спикера Саратовской областной думы Радаева (разумеется, члена «партии жуликов и воров»). Тогда сын Радаева и его друзья привели к себе в квартиру продавщицу из принадлежащего им киоска. Продавщица хотела уволиться, потому что ей не платили зарплату. Ее избили, зверски изнасиловали, тоже снимали все это на видео, глумились, говорили, что убьют, что она им должна 35 тыс. руб. за моральный ущерб, вызванный тем, что она уходит с места, где ей не платят. А потом, после того как муж женщины, встревоженный ее исчезновением, взломал с милицией квартиру, немедленно выяснилось, что девушка-то проститутка, что она оклеветала почтенного сына почтенной партии и т.д.

Вот бы Иванова-Давтяна в Саратовский суд! Уж он бы влепил этой проклятой малайке за клевету!

В начале этого года в провинции Хэбэй, в Китае, пьяный студент Ли Цимин сбил двух студенток: одну насмерть, другую покалечил. А потом заорал подскочившим полицейским: «Мой папа – Ли Ган!»

Ли Ган — на тот момент председатель местного комитета общественной безопасности.

Китай – не Англия (в Англии сыну министра не придет в голову в подобной ситуации орать, что он сын министра). Что было б, если бы этот момент не сняли видеокамеры, трудно сказать, но они сняли, и уже через несколько часов папа-Ли рыдал в прямом эфире, а потом упал на колени и принялся биться башкой об пол. Сыночку впаяли шесть лет. Фраза «Мой папа – Ли Ган» — стала фразой года в китайском Интернете.

Это я к тому, что если черта, которая отличает путинский режим от всех остальных – хоть демократических, хоть авторитарных, но рациональных режимов – это возведенная в принцип безнаказанность.

Этот принцип безнаказанности впервые ярко заявил о себе 22 сентября 1999 года, когда вскоре после взрывов домов на Гурьянова и Каширке обрюзгшее, обнаглевшее, еще недавно возглавляемое Путиным ФСБ запаниковало и не нашло ничего лучшего, как послать парочку офицеров ГРУ на их собственной машине заложить мешки с гексогеном в подвал дома в Рязани. Планировалось, видимо, с триумфом «обнаружить» гексоген и «предотвратить» теракт, но вследствие бдительности жильцов и всеобщей паники мешки были обнаружены ментами. И когда офицеров ГРУ практически поймали с поличным, им не осталось ничего другого, как нести какую-то чепуху о том, что в мешках сахар и про «проверку бдительности».

Тогда единственное, что могло спасти репутацию режима и лично Путина – это немедленное увольнение Патрушева и гласный суд над всеми, кто был причастен к очковтирательству, переходящему в терроризм. Но дело замяли, и стало ясно, что Путин готов простить своим все.

Следующий раз этот принцип безнаказанности заявил о себе в октябре 2002, на Дубровке, когда обнаружилось, что один из организаторов теракта – Руслан Эльмурзаев – руководил службой безопасности явно крышуемого силовиками «Прима-банка», на инкассаторском броневичке которого, собственно, и перемещались террористы. После таких историй в царской России стрелялись, в императорской Японии вспарывали себе живот, а в демократической Америке – уходили в отставку. При Путине банк-помойку, через который финансировался теракт, обанкротили только спустя пару лет, и его хозяин-чеченец бил временного управляющего от ЦБ прямо в кабинете.

Беслан, где по залу с заложниками сначала выстрелили из огнемета, а потом два часа не начинали тушить пожар, уже стал просто вехой этого славного пути. И к 2008-2009 годам принцип неприкосновенности распространился уже на всех.

Каждый педераст, состоящий в «Единой России», каждая «мигалка», снесшая с дороги хоть старушку, хоть ребенка, знали: виновными будут объявлены убитые ими люди (как в деле вице-президента ЛУКОЙЛа Баркова), против семьи жертвы будет возбуждено уголовное дело (как в деле сына вице-премьера Иванова), а зверски изнасилованная сыночком «единоросса» девушка будет объявлена проституткой, даже если у сыночка в спальне будут громоздиться пленки с десятками подобных изнасилований.

А вы что хотели? Чтобы власть прогнулась перед вами, смердами?

Это – основной принцип власти. Ничто не является наказуемым, кроме попытки протестовать против беззакония. Прогнуться перед народом – это, с точки зрения Путина, проявить слабость. Это принцип лично Путина. Психологическая установка, превратившаяся в принцип управления страной.

У этой установки имеется только один недостаток. Он заключается в том, что каждый, кто знает о преступлении и помогает преступнику, становится соучастником. И это касается не только майоров и следователей. Не только Нургалиева и Патрушева. Это касается – в первую очередь – Путина.

Фотография РИА Новости

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11344
21 СЕНТЯБРЯ 2011 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11344//1316532899.jpg
РИА Новости

Страсбургский суд принял бл@дское и политическое решение. Никак иначе назвать решение по «делу ЮКОСа» я не могу.

Страсбургский суд постановил, что в деле был целый ряд процессуальных нарушений — точно так же он регулярно находит эти процессуальные нарушения в делах любых отпетых уголовников вроде Андрея Булдакова или Александра Контратишко — но политического подтекста в деле нет и российские власти не банкротили ЮКОС, чтобы забрать у акционеров их собственность.

То есть, видимо, нефть ЮКОСа сейчас экспортирует не Тимченко, а какой-нибудь Пупкин или Мумкин, не имеющий ни малейшего отношения к премьеру Путину.

Бесстрашное удовлетворение чеченских исков породило в российском либеральном сознании догмат о непогрешимости Страсбурга. На самом деле Страсбург:

а) рассматривает дела формально, а не по существу, и следит не за сутью дела, а за процессуальными нарушениями;

б) концепция «прав человека» не всегда совпадает со здравым смыслом.

Типичным примером решения Страсбурга может служить решение по жалобе Джона Херста, англичанина-убийцы, зарубившего свою домохозяйку топором. Этот английский Раскольников направил в ЕСПЧ жалобу на британский закон 1870 года, запрещающий преступникам голосовать. В 2005-м году ЕСПЧ постановил, что закон должен быть отменен — как противоречащий Европейской хартии по правам человека.

Еще один типичный Страсбург — решение по иску Магнуса Гефгена. Этот немецкий студент юрфака похитил с целью выкупа и немедленно убил 11-летнего Якоба фон Метцлера. Когда его арестовали, местный начальник полиции пригрозил ему пыткой, чтобы Гефген выдал местонахождение мальчика: полицейские надеялись, что Якоб еще жив. Гефген утверждал, что угроза пыткой нарушила его права человека, и Страсбургский суд частично удовлетворил иск Гефгена.

Вот в этих случаях – когда речь идет об абстрактных правах уголовников (будь то Гефген, Булдаков или Херст), когда можно со всем правозащитным бескорыстием обрушиться на такие подлые страны, как Великобритания или ФРГ (или Россия в Чечне) за несоблюдение ими прав человека – тут Страсбург принципиален.

Но когда хозяин Кремля, важный партнер Европы, без пяти минут лауреат премии «Квадрига» вдруг подозревается в том, что разорил компанию и посадил в тюрьму ее владельца только для того, чтобы передать эту компанию своим корешам — тут совсем другой коленкор. Тут вам не зачистка в Новых Алдах.

На самом деле еще в июне было ясно, что именно решит Страсбург. Если вы помните, именно тогда сенатор Торшин внес законопроект – не признавать решения Страсбургского суда, если они противоречат Конституции РФ. И почти сразу проект исчез. Как рукой сняло. На самом деле именно в эти дни и было принято решение в Страсбурге, и среди судей, его принимавших, был российский судья Бушев, который и слил информацию, а в сентябре решение было просто оглашено.

Боюсь, что законопроект Торшина был одним из элементов давления на Страсбург. Давайте будем считать, что он был единственный. Давайте допустим, что судьи из таких неподкупных, лишенных коррупции стран, как Азербайджан (судья Ханлар Хаджиев), Греция (судья Кристос Розакис) и Хорватия (судья Нина Ладжич) недоступны ни для чего более низменного, нежели политические соображения.

ЕСПЧ решил, что схемы налоговой оптимизации, которые применял ЮКОС, никогда не были законными в России. Согласимся. Как ни назови то, что делал ЮКОС, «оптимизация», «минимизация», но по сути — это уклонение.

Но ЕСПЧ также не обнаружил доказательств того, что подобные приемы были «общепринятыми в российском бизнесе». Да? Тогда я советую ЕСПЧ вызвать в качестве свидетеля министра финансов Алексей Кудрина. В его письме, написанном в начале 2002-го года, подробно рассказано об аналогичной работе ЛУКОЙЛа и Московского НПЗ через Байконур. Я также советую ЕСПЧ поглядеть на заключение Счетной палаты (декабрь 2003 года), в котором аналогичная схема, применяемая «Сибнефтью», не только описана, но и признана абсолютно «законной».

ЕСПЧ решил, что «ЮКОС не имел достаточно времени, чтобы ознакомиться с делом», и что, банкротя ЮКОС, «российские власти не смогли найти справедливого баланса между законными требованиями и выбранными ими мерами». Это то самое нарушение прав, которое ЕСПЧ присуждает и Гефгенам, и Херстам.

Но ЕСПЧ не нашел и доказательств того, «что позволило бы настоящему суду заключить, что Россия злоупотребила этими требованиями, чтобы уничтожить ЮКОС и получить контроль над его активами».

Да ну? А то, что «Юганскнефтегаз» был продан подставной компании «Байкалфинансгрупп», зарегистрированной в рюмочной в Твери, это случайность? А то, что «Байкалфинансгруп» заплатила за «Юганскнефтегаз» 9,3 млрд долларов при том, что, даже согласно оценкам Dresdner Kleinwort Wasserstein и JP Morgan, стоимость «Юганскнефтегаза» составляла от 18 до 25 млрд долларов? А то, что деньги на покупку никому неизвестная «Байкалфинансгруп» получила де-факто из бюджета? А то, наконец, что Путин в феврале 2006 года лично признал, что «Байкалфинансгруп» была подставной компанией, учрежденной с тем, чтобы будущие приобретатели «Юганскнефтегаза» могли уклониться от исков о покупке краденого? «Будущие собственники должны были подумать о том, как они … будут в судах отвечать на иски, которые могут быть им предъявлены», — сказал тогда Путин. Что это, как не «злоупотребление требованиями с целью получения контроля над активами»?

Подобное решение не могло быть принято ни в США, ни в Великобритании, то есть в тех странах, где существует прецедентное право, а дело разбирается по существу. Подобное решение возможно только в странах континентального права, превратившихся в страны фарисейской защиты прав человека.

По мере развития международной бюрократии международные организации все больше претендуют на тот же статус, который Папы Римские имели в Средние века, и все больше при этом начинают напоминать Басманный суд — разумеется, со строжайшим соблюдением всех прав человека.

Фотография РИА Новости

[Андрей Пионтковский]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=4E79A7F149191
21.09.2011

Латынина за два дня превратила славных чекистов в обнаглевшее ФСБ

Ни на секунду не сомневаюсь в глубочайшей искренности талантливейшей Юлии Латыниной, когда она раз в год в середине сентября зачитывает с выражением один и тот же длиннющий текст с колоссальным количеством подробностей и деталей, убеждая нас в причастности некоего лица карачаевской национальности Гочияева к взрывам домов в Москве.

Так же страстно, свято и беззаветно наша Жанна д’Арк отстаивает, возвращаясь к ним зачем-то вновь и вновь, удобные спецслужбам версии злодеяний Сутягина, Френкеля, Кузнецова.

А иногда бросается на защиту интересов силовиков в, казалось бы, вообще недостойных внимания публицистки с мировой известностью делах о каком-то поджоге торговых рядов в Красножопинске или споре хозяйствующих субъектов в Урюпинске.

Как когда-то раз и навсегда объяснил городу и миру лауреат Нобелевской премии Михаил Шолохов, делает все это лауреат премии "Защитник Свободы" Юлия Латынина не по указке партии, а по указке своего горячего сердца.

Поэтому я всегда смиренно принимал и на свой счет все ее заслуженные оскорбления (маргиналы, демшиза) в адрес тех полезных идиотов, которые особенно после чудовищных "учений" в Рязани и мистического предсказания Селезневым взрыва в Волгодонске робко задавали себе вопрос,

а не были ли кроме негодяя Гочияева замешаны во взрывах в Москве и его возможные кураторы из ФСБ.

Я старался гнать прочь эти недостойные антипатриотические сомнения. Но, увы, они только усиливались, когда выяснялось, например, что среди террористов на Дубровке были агенты спецслужб. Один из них даже вышел живым, дал интервью "Новой газете" и только потом был ликвидирован. А в Беслане среди захвативших школу бандитов было с десяток лиц, включая одного из организаторов Ходова, которые незадолго до этого были зачем-то специально выпущены из мест заключения.

Так мы и жили со своими демшизоидными комплексами, пока в своей передаче на "Эхе Москвы" 17 сентября Защитница Свободы не произвела нас, недостойных серьезного внимания компетентных органов маргиналов, в более значимую категорию врагов народа, изменников Родины и пособников международного терроризма. Поставив нас демонстративно в один ряд с уже уничтоженным Литвиненко и еще пока топчущим американскую землю Фельштинским.

Не успел я привыкнуть к этому своему новому статусу и осмыслить его практические последствия, как блистательная Латынина поразила нас еще одним удивительным опусом.

Три четверти "Принципов безнаказанности" посвящены зверскому изнасилованию малайской девушки год назад четырьмя российскими подонками в Лондоне. Но несчастную малайку автор явно приплела для операции прикрытия. Ежу, так же как и редакции "ЕЖа", ясно, что статья от 20 сентября написана исключительно ради ее концовки. Что-то такое произошло за два дня, что заставило Латынину коренным образом пересмотреть свои взгляды на практику борьбы российских спецслужб с международным терроризмом.

Славные чекисты, самоотверженно гонявшиеся 17 сентября за террористом Гочияевым, превратились у Латыниной 20 сентября в "обрюзгшее, обнаглевшее ФСБ, заложившее мешки с гексогеном в подвал дома в Рязани.

Когда офицеров практически поймали с поличным, им не осталось ничего другого, как нести какую-то чепуху о том, что в мешках сахар, и про "проверку бдительности". Тогда единственное, что могло спасти репутацию режима и лично Путина, — это немедленное увольнение Патрушева и гласный суд над всеми, кто был причастен к очковтирательству, переходящему в терроризм.

В октябре 2002-го на Дубровке обнаружилось, что один из организаторов теракта — Руслан Эльмурзаев — руководил службой безопасности явно "крышуемого" силовиками Прима-банка, на инкассаторском броневичке которого, собственно, и перемещались террористы.

Беслан, где по залу с заложниками сначала выстрелили из огнемета, а потом два часа не начинали тушить пожар, уже стал просто вехой этого славного пути.

После таких историй в царской России стрелялись, в императорской Японии вспарывали себе живот, а в демократической Америке — уходили в отставку".

Глубокоуважаемая Юлия Леонидовна! Целиком и полностью поддерживаю Ваши глубоко продуманные рекомендации, адресованные господам Путину и Патрушеву. Замечу только, что живем мы, чай, не в Америке и нам, евразийцам, ближе все-таки азиатские традиции.

Но не кажется ли Вам, что типично демшизоидные, изменнические, попахивающие сотрудничеством с международным терроризмом обвинения, отважно брошенные Вами в лицо Высшей Власти 20 сентября, не могут, исходя из железной логики Вашего предыдущего выступления 17 сентября, его патетики и его призывов, оставаться без последствий.

Латынина-17 непременно направила бы Латыниной-20 настоятельное приглашение на чай к депутату Государственной думы Российской Федерации достопочтенному Андрею Луговому.

Какой же экзистенциальный опыт, изменивший ее сознание, пережила Латынина-18? Она ужаснулась финалу "Кода доступа" от 17 сентября? Или ей в интересах дела была срочно выдана, как Джеймсу Бонду, специальная лицензия? Ему — на безнаказанное убийство. А ей — на безнаказанную измену Родине. "Родине" обрюзгшего и обнаглевшего ФСБ.

[Жертва на велосипеде]

http://grani.ru/Politics/Russia/President/m.131101.html

Добрый наследователь

Я думаю, что в сложившихся обстоятельствах Медведев является оптимальным преемником и для Путина, и для России. У президента Путина было несколько неприятных "вилок". Одна из них заключается в том, что Путин должен остаться фактическим лидером России, но при этом если он остается президентом, то он нарушает Конституцию, а если он уходит, то фактически все инструменты контроля над преемником оказываются уничтожены и есть риск, что преемник его съест.

Именно Медведев минимизирует этот шанс, потому что если г-н Медведев будет есть Путина так, как он занимался национальными проектами, Путин может быть спокоен. История с нацпроектами показала, что г-н Медведев не может справляться даже с тем, что ему очевидно выгодно. Поэтому у Путина, видимо, есть надежда, что он не справится и с проектом съедения своего предшественника просто по причине своей полной технической несостоятельности.

Второй очень важный момент заключается в том, что если бы Путин остался, то за границей могло бы возникнуть много вопросов к различным собственникам и псевдособственникам российских оффшоров, через которые торгуется российская нефть. А если Путин уходит, то номинальные собственники компаний могут заявить: "Да-да, конечно, это мы и есть собственники, а никакого Путина тут и не было". Так что политические и экономические риски Путина только увеличиваются.

Повторю: трудно себе представить, что господин Медведев будет активно жрать Путина, - он просто не умеет этого делать. Но точно так же трудно себе представить, что г-н Медведев будет защищать Путина. Медведев не будет вмешиваться в ситуацию, при которой люди, на которых записано различное российское государственное имущество, скажут, что оно им и принадлежит. Медведев все равно ни с кем ссориться не будет, и наибольшая опасность для Путина не в том, что его сожрет Медведев, а в том, что его сожрет его же собственное окружение, а Медведев просто останется посреди ровного зачищенного поля, не приложив к этому никаких усилий, даже никого не предав.

В любом случае можно порадоваться кандидатуре Дмитрия Анатольевича, потому что другие кандидатуры все равно были хуже. Например, г-н Иванов, который обладает феноменальной способностью во всех своих ошибках видеть заговор против себя или своего сына. Или г-н Зубков, который тоже теоретически мог бы стать преемником, если бы не рванул с места в карьер вставлять колхозникам зубы и понижать процентные ставки. Достаточно представить себе Иванова или Зубкова на посту президента, чтобы начали сниться кошмары, а от господина Медведева кошмары никак не снятся – нормальный человек, ничего в жизни плохого не сделал. Да и вообще ничего не сделал.
Анна Карпюк
10.12.2007 22:04

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code.../#element-text

Не люблю я права человека, что уж тут поделать.

[Marcus Porcius Cato]

И этот журналист работает в "Новой газете". Газете позиционирующей себя как защитника прав человека. Могут ли защищать права человека люди, которые не любят эти права. Нет, конечно. Это лицемерие.
И ещё. Латынина же чьи права человека не любит. Чужие.
А свои то она очень любит. Вот если кто-нибудь потащит её в кусты, что бы ею попользоваться, она будет кричать матерным голосом, что нарушаются её права человека. Или не будет?
А вот когда в кусты потащат другую женщину Латынина говорит, ну что здесь такого, у этой женщины нет никаких прав.

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/818659-echo/
А что такое фашизм? Фашизм – это всеобщее избирательное право и социальные гарантии... Например, нам говорят, что старые люди должны уходить на пенсию. А я не совсем понимаю, почему старые люди должны уходить на пенсию, извините меня. И я надеюсь, что когда мне стукнет пенсионный возраст, я не уйду на пенсию. И Венедиктов не уйдет.
То же самое, нам говорят "дети не должны работать"... В XVIII-XIX веке мальчика отправляли в море даже не юнгой, а такой корабельной обезьянкой в 9 лет. Если он к 14 годам не падал об палубу и не разбивался, то он становился уже даже не моряком – он мог становиться офицером.

[Друг истины и Платона]

Я хотел обратиться опять к отцу Латыниной с вопросом: А он ушёл на пенсию? Если ушёл, то получает ли он пенсию? Если получает, то не правильнее ли будет ему от неё отказаться? Ведь такую идеологию проповедует его дочь. Я так думаю, что и г-н Латынин разделяет идеологию своей дочери.
Так что не правильно выражается г-жа Латынина. Ей до пенсии надо ещё дожить и неизвестно как ещё её жизнь повернётся. А вот про своих родителей она уже может говорить то что сейчас уже имеет место быть. Надо тогда Латыниной и приводить в пример своих родителей. Что вот мои родители не ушли на пенсию, до сих пор работают. И пенсия им не нужна, они от неё отказались. Но не говорит так Латынина, потому что её родители не работают и находятся на пенсии, и пенсию получают в полном обьёме. И не отказываются от неё. Так что Латынина в очередной раз лицемерит. Она хочет, что бы от пенсии отказались другие, но не её родители.

Но не стал я ничего писать отцу Латыниной в его ЖЖ. Мне ясно, что ему как и в тот раз ответить будет нечего.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11435
31 ОКТЯБРЯ 2011 г.

РИА Новости

Президент Медведев отлил в граните очередные слова. На этот раз державный гнев был вызван российской таможней. Перечислив ее недостатки, Медведев сказал: «Хочется микрофон в стенку швырнуть».

Что ж – представителю каждой профессии иногда хочется швыряться орудиями производства. Мы, журналисты, например, швыряемся головами. А президент Медведев – он швыряется микрофоном.

Российская таможня – это действительно дивная история. Мы – единственная страна в мире, в которой профессия контрабандиста легально узаконена. Только у нас она имеет другое название – таможенный брокер.

У меня есть знакомый, который ввозит в Россию коллекционное вино. Его претензии к таможне заключаются в том, что для нашей таможни даже европейская сертификация недостаточно хороша. Ни-ни! Они поэтому всегда берут парочку бутылок на пробу, что особенно приятно, когда бутылочка стоит, ну, скажем, 10 тыс. евро штучка.

Европейская сертификация не устраивает российские власти не только по части вина, но и, например, по части лекарств. В Грузии, например, принят закон, согласно которому товар, прошедший тесты в США и Европе – годится и для Грузии, никаких дополнительных тестов не надо. И таким образом Грузия сберегает себе массу денег за счет европейской бюрократии. Не то в России: мы, ясен пень, FDA не доверяем. У нас свой анализ.

Один мой знакомый – тут для разнообразия могу назвать имя, Владимир Невейкин – имел одновременно один и тот же бизнес в России и Китае: собирал из комплектующих рации. Российский бизнес, впрочем, в конце концов накрылся, потому что для того, чтобы собрать рацию в России: а) надо было оплатить пошлины за ввоз комплектующих; б) надо было эти самые комплектующие перечислить в декларации, а уже одно заполнение декларации на пробную партию обошлось тысяч в 25 долларов.

Когда Невейкин попробовал выяснить в Китае, где ему заполнять декларацию на ввозимые комплектующие, на него посмотрели, как на идиота. Ввозите, сказали, и делайте.

Несчастия Невейкина в России на этом не закончились, потому что есть такое понятие: средняя таможенная стоимость. Это то, с чего российский таможенник берет пошлину. А определяет он ее… Ну как хочет, так и определяет. Ввозишь ты, например, комплектующую: микрофон для рации за пару центов. А таможенник находит в интернете стоимость концертного микрофона и говорит: «Так вот же она, средняя таможенная стоимость вашего микрофона. Сто долларов».

Под эту среднюю таможенную стоимость у меня многие знакомые попали. Один, например, ввозил в Россию шмотки от «Дольче и Габбаны». А у «Дольче и Габбаны» две линии – D&G, подешевше, и непосредственно «Дольче и Габбана». (Этой тонкости я, признаться, не знала, узнала только в связи с таможней.) Ну вот человек везет джинсы D&G за реальную сотню, а ему на таможне: «Дольче»? – «Дольче». – «И «Габбана»? – «Габбана». – «Так вот же у них джинсы втрое дороже».

То есть российская модернизация – это как в анекдоте: «Почему не стреляли?» «Во-первых, не было патронов».

«Почему нет модернизации?» «Во-первых, у нас есть таможня…»

Во всей этой истории есть два важных момента. Понятно, что и средняя таможенная стоимость, и сертификаты соответствия, и простыни-декларации – это все не просто так. Это – чтобы получать бабки. А бабки, получаемые чиновником, имеют удивительное свойство: они обладают отрицательным мультипликатором. Иначе говоря: чтобы получить взятку на один доллар, надо напакостить на тысячу.

РИА Новости

И второй момент заключается в том, что даже при такой таможне импортировать товар в Россию легче, чем производить его в самой России. Причину понять тоже легко: в условиях, когда вся экономика засижена взяточниками и рейдерами, как помойка засижена мухами, количество взяток, которое взимается с данного товара, пропорционально времени, которое проходит с момента появления его на территории России до его продажи. А то, что импортируется, по определению находится в России меньше времени, чем то, что в ней производится.

Полагаю, что президент Медведев знает все это и даже больше, и давно. А если не знает, что он знает вообще? И он уже давно мог принять законы, которые ликвидировали бы весь этот зоопарк. Тем не менее, при Медведеве стало только хуже: например, сертификаты соответствия заменили в целях облегчения бизнеса на декларации соответствия, и теперь, после облегчения, надо получать и декларацию, и сертификат.

Почему Медведев ничего не делает, тоже понятно. Нынешние власти России не заинтересованы в модернизации и как следствие в появлении слоя бизнесменов, не зависящих от власти. Они как раз заинтересованы в том, чтобы все, кто хочет делать бизнес, не зависящий от власти, уехали из страны. В этом основное отличие стран-паразитов, к числу которых принадлежит путинская России, от тоталитарных режимов.

Так что тут только и остается: грозиться швырнуть микрофон. Ох, как страшно!

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11448
3 НОЯБРЯ 2011 г.

РИА Новости

Решение Навального идти на «Русский марш» вызвало широкую и длительную дискуссию, в которой лучшие умы России высказали свои аргументы против братания с националистами. Аргументы были обильны, убедительны и сводились к двум положениям: «Ни-ззя!» и «Хороших националистов не бывает, всякий националист есть нацист».

Признаться, эти аргументы меня удивили, потому что не всегда необходимо доказывать очевидное. Если человек говорит, что земля плоская, его мнение редко обсуждают всерьез, а чаще улыбаются: мол, это тот парень, который считает, что земля плоская. Но уж если дело доходит до обсуждения формы земли, то никто не будет аргументировать так: «Земля круглая, потому что она круглая, а кто говорит иначе – тот продался дьяволу». Всегда можно обойтись снимками из космоса.

«Ни-ззя!» — это уже арьергардные бои. Лет пятнадцать назад мы бы услышали совсем другую аргументацию: типа, в Чечне идет национально-освободительная борьба, и долг каждого – сочувствовать чеченцам в их борьбе за демократию и права человека.

А что думать воину?

По поводу того, что всякий патриотизм есть нацизм, я бы сначала хотела сказать пару слов с практической точки зрения.

В своей жизни я общалась где-то с десятком офицеров «Вымпела» и «Альфы». Кто-то из них брал «Норд-Ост», кто-то вырвал у чеченца-смертника гранату с оторванной чекой, все исползали на брюхе Чечню. Это очень разные люди. Тот, который наглотался газу в «Норд-Осте» (они ведь сняли противогазы, потому что в них неудобно стрелять, а что за газ такой, им тоже не сказали) живет в общежитии в Балашихе с женой и детьми.

А другой ничего, ездит на крутом джипе, разруливает дела. Этот офицер меня, помню, спрашивал: «А правда, что американцы сейчас запретят доллар и введут новую валюту – «амеро?» Это им на политзанятиях так объясняли. Кстати, этот, на крутом джипе, как раз и вырвал у смертника гранату, и еще смеется: да ну, мол, этот чечен трусливый был, хотел бы подорваться – подорвался б, они типа все трусливые, чечены, только понты колотят.

А еще один из моих знакомых «альфовцев» купил квартиру на Ленинском. В доме, облюбованном новой чеченской элитой. И он ее в конце концов продал, потому что в этом доме у чеченских детей было такое обыкновение: плевать в русских взрослых.

И вот эти люди, профессия которых – воевать, должны объяснить себе, за что они убивали и за что их убивали, и почему те, кто их убивал, ездят мимо них на «лексусах». И кстати, эти люди не особенно жалуют начальство.

И тут другие люди, профессия которых думать, говорят им: «Низ-зя! Фашизм! Освенцим! Мы виноваты перед покоренными народами!» И ни один офицер, вытаскивавший из рук смертника гранату, такую идеологию не может принять.

Он как-то скорее поверит объяснениям начальства, что те, кто это говорит – враги России и специально врагами России куплены, потому что в объяснениях начальства есть хоть какая-то логика.

От прагматизма к идиотизму

Я должна констатировать, что тезис «это обсуждать нельзя, потому что всякое такое обсуждение есть нацизм» – не выдерживает никакой критики, потому что весь XIX век, век прогресса, был построен на прагматической идее расового и национального превосходства и идею «расы», нации, национального духа и пр. обсуждал постоянно.

Обсуждали все – и «острый галльский смысл», и «сумрачный германский гений». Кювье (еще в XVIII в.) писал, что негры в близком родстве с обезьянами. Дальтон назвал детей-дебилов «монголоидами». И иногда это было остроумно, иногда глубоко, иногда чрезвычайно мерзко (как в случае Кювье и Дальтона), но все-таки нацизмом это не было. Кювье и Дальтон – не Гитлер, и заслуг у них перед наукой побольше, чем у иных политкорректных идиотов.

XIX век, век прогресса и прагматизма, был полон отвратительных расовых высказываний, но было в нем и поразительное стремление к просвещению покоренных народов: собственно, этим-то стремлением европейцы и отличались от монголов или гуннов, которых никто почему-то в расизме и нацизме не упрекает.

Белые американцы ввязались в гражданскую войну ради освобождения черных рабов, губернатор Французской Африки генерал Рум ввел в 1905 бесплатную медицину для местного населения (чего не было в самой Франции), а в 1883-м новоназначенный английский вице-король Индии маркиз Рипон чуть не вызвал в Индии восстание белых, приняв билль, дающий право местным судьям судить белых.

При всем том этот либерализм мгновенно забывался, как только покоренные поднимали бунт. Когда в Индии вспыхнуло восстание сипаев, никто не говорил: «Ох, вы знаете, у них такие замечательные национальные обычаи, и мы виноваты перед ними — заставили их надкусывать патроны, смазанные коровьим жиром, и запретили самосожжение вдов». Когда воины Махди вырезали войска генерала Гордона, никто не говорил: «Вы знаете, это протест против жестоких колонизаторов, это борьба за свободу, расизм, национализм – это ужасно». И вообще, ну да, конечно, тут восставшие сипаи вырезали несколько сот женщин и детей после того, как те сдались, но говорить об этом неприлично, кто говорит об этом – тот нацист.

Ответом на резню была резня; ответом на истребление войск Гордона – битва при Омдурмане.

Примерно так же обстояло дело в России. В 1863-1964 годах Россия устроила геноцид черкесского населения в нынешних Краснодарском и Ставропольском краях. И это никто не скрывал, и этим никто не гордился.

Сознание офицеров Российской и Британской империи было абсолютно прагматичным. Да, ребята, мы восхищаемся вашей доблестью, мы ужасаемся вашим несчастьям, но, извините, при всей вашей храбрости у вас нет того, что есть у нас – лучшая технология и лучшая цивилизация, а у вас есть то, что нужно нам – земля.

Да, был еще и такой тревожный звоночек. Наиболее либеральной в отношении к покоренным народам (отмена рабства, введение законов метрополии) была Британская империя, где господствовал аристократический национализм, национализм как идея служения Отечеству; либеральной была и Российская империя (тут и «Дикая дивизия», и грузинская аристократия, влившаяся в российскую, и поголовное романтическое увлечение диким и храбрым Кавказом).

А вот Германская империя, в которой патриотизм насаждался Бисмарком не как аристократическая идея служения, а как стадное чувство единства, с самого начала попахивала трупным душком. И в то время как французы пытались ввести в своей Африке бесплатную медицину, германская Юго-Восточная Африка была местом, где чернокожие не имели права посещать библиотеки, ездить на лошадях и иметь велосипеды, и где германские поселенцы за убийство и изнасилование туземца официально отделывались штрафом. Вы будете удивлены, но рейхскомиссара этого прекрасного места звали Эрнст Геринг, и это был отец Германа Геринга.

Так или иначе, повторю: весь XIX век покоился на идее прогресса и национального и расового превосходства. Для кого-то это расовое превосходство было вечным, кто-то считал, что задача Европы – просветить отсталые народы, но просто вот такой наблюдаемый факт – в нацизм и фашизм как в тоталитарную идеологию, утверждающую заведомое превосходство одной толпы над другой, это не переходило. Был прагматизм: у нас есть пулемет, а у них нет. We have got/The Maxim gun, and they have not.

После Второй Мировой

Вовсе не любой национализм является нацизмом, но любой национализм несовместим с коммунистической идеологией.

Нацизм как тоталитарная идеология, провозглашающая общность толпы на основе крови и расы, противостоит тоталитарной идеологии, основанной на классовой общности.

Аристократический национализм, национализм как идея служения Отечеству противостоит интернациональному коллективизму. А идея «бремени белого человека», который должен просвещать «полудикие племена», «полудетей-полузверей», противостоит самой технологии коммунизма, которая предусматривает, что «полудетей-полузверей» не просвещают, а наоборот, поощряют их худшие инстинкты и заменяют их грубые верования не менее грубой и в сущности первобытной идеологией.

Поэтому после конца Второй Мировой Сталин приравнял любое рассуждение о нации и расе к фашизму, и левые интеллектуалы на Западе с восторгом поддержали эту мысль.

Мысль о превосходстве Запада была заменена на общепринятый тезис о вине Запада перед всеми, кого он завоевал. Тезис «всякий национализм есть нацизм, фашизм, и пр.» стал одной из самых успешных идеологических диверсий в борьбе СССР против Запада и в короткое время привел к превращению идущих по пути прогресса колоний в страны с больными экономиками, людоедскими элитами и тоталитарными идеологиями.

Уже после конца СССР трусливая евробюрократия, желающая построить мир, где сила не имеет значения, взяла эту идеологию на вооружение.

Проблема заключается в том, что тезис о вине победителей перед побежденными становится все более и более нежизнеспособным по мере того, как побежденные превращаются в победителей. А тезис «всякий национализм есть нацизм» звучит все более комично по мере того, как западного национализма становится все меньше, а вот арабский мир, мусульманский мир, черная Африка и т.д. демонстрируют все более омерзительные формы нацизма. Причем левые интеллектуалы и евробюрократы либо в упор этот нацизма не видят, либо разделяют его ценности.

Еще тридцать лет назад можно было смело рассуждать об ужасах апартеида; сейчас все съездили на чемпионат мира по футболу в ЮАР (а это еще лучшая африканская страна), и как-то так оказалось, что белые управляли страной лучше, чем черные.

Еще тридцать лет назад можно было рассуждать об ужасах колониализма; сейчас ты приезжаешь на благополучный Барбадос и слышишь «ну и дураки мы были, что попросили независимость»; прилетаешь в Полинезию и видишь самую отвратительную коррупцию пополам с самой первобытной демократией.

То есть это, конечно, очень здорово, когда нам с тревогой сообщают, что вот, мол, какой неполиткорректный ужас — половина из опрошенных жителей Евросоюза считает, что мигранты несправедливо используют систему welfare state, но вот вопрос: а КАК они ее используют? И как они при этом называют проклятых кяфиров, которые им так мало дают?

То есть это, конечно, очень мультикультурально, когда Клаудио Кордоне из Amnesty International говорит нам, что джихад разрешен, если он оборонительный, но вот проблема: бен Ладен говорит то же самое.

То же в России. Еще 10 лет назад было хорошим тоном говорить, что маленькая Чечня сражается за свободу и независимость, что дома в Москве взорвал кровавый режим, чтобы скомпрометировать мирный ислам, и что бедных ваххабитов (тех самых, которые не взрывали дома в Москве) убивают без суда и следствия только потому, что они не так молятся. Сейчас это уже не хороший тон – это маргинальная глупость.

Дверь и окно

Точка зрения «всякий, кто начинает рассуждать о нации – нацист» — не выдерживает критики.

С этой точки зрения получается, что белые американцы, сражавшиеся за свободу негров – нацисты, потому что они ведь сражались за то, чтобы негры стали как белые, а должны были, если они по-настоящему за самобытность культур, сражаться за то, чтобы негры снова заговорили на африканских языках, надели набедренные повязки и занялись неповторимым национальным обычаем – людоедством.

С этой точки зрения, все романтики – нацисты, потому что они писали о национальном характере, с этой точки зрения лермонтовское «злой чечен ползет на берег» — это нацизм, пушкинская «Полтава» — нацизм в квадрате, «ко мне постучался презренный еврей» — уголовная статья за разжигание, а «Клеветникам России» и вовсе геббельсовщина. С этой точки зрения, Лермонтов, Пушкин и Толстой – нацисты, потому что они описывают Кавказ как нечто другое, и Толстой не говорит, что Хаджи-Мурат сражался за демократию против колонизаторов, Фенимор Купер, описывающий индейцев как других, вестимо, тоже нацист. Кто рассуждает о нации – тот уже нацист: «ни-ззя!» Как же так: Кювье было можно, Пушкину было можно, а сейчас это – нацизм?

Если «всякий, кто начинает рассуждать о нации – нацист», то что такое государство Израиль, основанное на сионизме – самодвижении нации во имя спасения? Революции в Прибалтике в 1989-1991 г. были одновременно и национальными и демократическими. Следует ли так понять, что то, что можно эстонцу, по определению нельзя русскому?

Есть национализм как идея служения Отечеству — «я русский, поэтому я должен служить России». Есть национализм как некий свод правил здравого смысла: мы такие, они другие, давайте посмотрим, чему мы можем научиться у них (в случае Кавказа – уважению к старшим и чувству рода), а чему они – у нас (в случае Кавказа – в 19-м веке многому, а сейчас, увы, почти ничему).

Есть национализм как идеология стада («я русский (татарин, немец, матабеле) – поэтому я лучше всех»). Любая идеология и религия вообще опасны и легко превращаются в орудие уничтожения: начинают гореть костры инквизиции, горят печи Освенцима, но все-таки глупо говорить, что христианство – это непременно инквизиция, а национализм – это непременно Освенцим.

Проблема в том, что если вы приравниваете любой национализм к нацизму, то он и становится нацизмом. Если объяснять воинам, что служение собственной нации – это нацизм, то служение исчезнет, а нацизм останется.

Это как в спорте. Если два человека сходятся на ринге, то можно ненавидеть своего противника («ща как дам этому козлу!»), а можно относиться к нему по-рыцарски («ты крут, но я еще круче, выясним, кто из нас сильней»). Но вот если рядом с чемпионом стоит человек и каждый раз, когда ты нанес удар, говорит: «Ты подлец, ты бьешь того, кто слабее тебя!», а каждый раз, когда ты получил удар, говорит: «Наконец этот несчастный угнетенный тобой человек дал сдачи!», то вот эта философия на ринге – и в бою – неисповедуема.

Современная Россия тяжело больна, как и Веймарская республика. Мы платим дань Чечне – и это унижение переносится тяжело. Законы в России исчезли, и в отсутствие законов Кавказ, с его родовыми связями и понятиями о чести, оказывается в более выигрышном положении, чем разобщенная русская толпа. И, наконец, обилие мигрантов из Средней Азии – бесправных и живущих на положении коллективных рабов – одновременно и пугает нацию и провоцирует на то, чтобы выместить свой испуг на беззащитных людях.

Растущий русский национализм является наиболее опасной для режима силой. Чем он обернется – пробуждением нации или появлением русского Гитлера – зависит, в том числе, и от российских интеллектуалов. Если все, что они могут сказать, это «Москва — для всех» и «это обсуждать низ-зя!», то Гитлер нам обеспечен.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11451
3 НОЯБРЯ 2011 г.

Вести

Вчера, 2 ноября, в Сыктывкаре, в Верховном суде республики Коми начался отбор присяжных для суда над предполагаемыми заказчиками поджога ТЦ «Пассаж» 11 июля 2005 года в Ухте, в котором заживо сгорели 25 человек. Главный обвиняемый – тот самый Фарид Махмудов, который подал ко мне иск за то, что я назвала его «ухтинским Цапком» и заказчиком поджога, причем в иске умудрился заявить, что, цитирую, «ни разу не привлекался к уголовной ответственности».

Коротко напомню, что:

— преступление было совершено среди бела на глазах двух десятков свидетелей, которые не только видели молодых людей-поджигателей, но и подробно их описали (заметили, например, что у одного подростка волосы были белые, но крашеные);

— поджигатели попали на видеокамеры соседнего магазина, принадлежавшего Фариду Махмудову, но записи этих камер были стерты;

— как мне заявили матери погибших, Ольга Мельченко, Ирина Никифорова и Валентина Стражникова, «сразу же, в первый день, в толпе начали кричать, что это Фарид»;

— дело не двигалось с места, пока оба поджигателя – ранее судимые Коростелев и Пулялин – не попались на другом преступлении (громили магазин «Сотовик», такой же, как сгорел в «Пассаже»);

— в мае 2006 года Пулялин и Коростелев написали явки с повинной, в которых назвали заказчиком поджога Фарида Махмудова. По их словам, все началось с драки в марте 2005 года возле ночного клуба «Домино», где Пулялин и Коростелев подрались с племянником Фарида Махмудова, Давидом. Давид позвал на помощь взрослых. Пулялина и Коростелева жестоко избили, вывезли в лес и повесили на них долг в 500 тыс. руб., и в счет «отработки» этого долга они и подожгли «Пассаж». Пулялин и Коростелев утверждают, что им обещали простить долг и заплатить 200 тыс. руб., однако заплатили только 10 тыс. – по 200 руб. за каждого убитого.

Напомню также, что первый суд над Коростелевым и Пулялиным в 2008-м кончился оправдательным приговором. На том суде все вдруг стали отказываться от показаний. Двадцать свидетелей, видевшие поджигателей, вдруг заявили, что ничего не помнят (даже те, со слов которых рисовался фоторобот). И не только друзья Пулялина, но и менты, вызванные на место мартовской драки, все, кроме одного, напрочь забыли, с кем дрались Коростелев и Пулялин. У потерпевших на этом суде адвоката не было, потому что, как сказала мне Валентина Стражникова, «у нас город маленький, все боятся Махмудовых».

Решение оправдательного суда было отменено; новый суд в июне 2009 впаял Коростелеву и Пулялину пожизненный срок, и на следующий день после приговора Фарид Махмудов и его брат Асрет были взяты под стражу.

И вот теперь суд уже над ними – в Сыктывкаре.

На этот раз у матерей Ухты есть адвокат – это Анатолий Иваниченко, очень известный московский адвокат, глава коллегии «Иваниченко и партнеры», специалист по судам присяжных и постоянный участник телепередачи «Федеральный судья» на 1-м канале. Он взялся защищать их бесплатно. Иваниченко сделал доброе дело, ему зачтется.

Первый же день принес сюрприз: гособвинитель настаивает, чтобы заседания были закрытыми.

Я должна пообещать господину гособвинителю, что «Эхо Москвы» сделает их открытыми. Точка.

С моей точки зрения, закрытый суд – это несусветная глупость, все закрытые суды кончаются тем, что адвокаты защиты врут что хотят, а обвинение молчит.

В данном случае мы уже слышали сторону защиты, которая заявляла, что, во-первых, «Пассаж» сгорел сам, а во-вторых, его сожгли менты, чтобы отнять бизнес у честного бизнесмена Махмудова. Вот все это мы и услышим опять. Обвинение что, очень хочет проиграть?

Почему обвинение хочет сделать этот процесс закрытым? Ниже мое личное предположение. Дело в том, что ключевую роль в развале первого суда сыграла организация под названием ФСБ.

При этом глава Ухтинского ФСБ, Сергей Жойкин, сначала (11 ноября 2005г.) подал начальству записку, в которой написал, что «Пассаж» сожгла дагестанская ОПГ, а потом пошел работать замом на завод, соучредителем которого являлся Фарид Махмудов. А у зама Жойкина, Орлова, жена работала у Махмудова завхозом.

Именно экс-глава республиканского УФСБ Николай Пиюков подавал Медведеву письмо о «фальсификациях» в деле. На суде, на котором исполнителям поджога вынесли-таки обвинительный приговор, походя выяснилось страшное: свидетелей, которые давали показания против подсудимых, таскали в ФСБ. И каждый раз, когда прокурор пытался выяснить, как их там трамбовали, судья кричал: «Снимаю вопрос!»

Поэтому – это мое предположение – процесс хотят сделать закрытым для того, чтобы не вылезла роль ФСБ.

И еще. Накануне суда, 31 октября, в Сыктывкаре состоялся митинг «Стратегии-31», на котором не обошлось без грязной провокации. Подробности легко можно найти в блоге организатора митинга, Павла Сафронова.

Суть провокации заключалась в том, что накануне в городе были расклеены листовки, которые от имени анархистов и «Мемориала» призывали выйти 31 числа на улицу и поддержать братьев Махмудовых.

Дальнейшее описываю со слов Сафронова: «Через 10 минут после сбора поодаль встали четыре провокатора с листовками в поддержку дагов-пироманов из Ухты. Я преспокойно подошел к ним и вырвал две листовки из четырех».

Затем на площадь пришел бывший главный «нашист» республики, а теперь доверенное лицо Общероссийского народного фронта Эдгар Рзаев. «Каково же было моё удивление, когда он сам достал листовку в защиту дагов-пироманов», — пишет Сафронов.

Другой организатор митинга, лидер-национал Коми Алексей Колегов тоже более чем резко отреагировал на провокаторов.

«Может быть, они от партии власти сюда вышли и призывали освободить братьев Махмудовых, по которым электрический стул плачет», — сказал он.

Из всего этого г-н обвинитель может заключить, что теории о том, что «Пассаж» сгорел сам или его подожгли проклятые менты, чтобы отобрать бизнес у честных бизнесменов Махмудовых», не пользуются в Коми большой популярностью.

Редко бывает, чтобы правозащитники и национал-патриоты так единодушно сходились в оценках. «Даги-пироманы» и «электрический стул плачет» — это куда более резкие выражения, чем те, что себе позволила я.

А что касается вбиваемого в голову легковерной публики тезиса о том, что в деле нет никаких доказательств, кроме фальсификаций, и что признания Коростелева и Пулялина были выбиты пытками, тезиса, который я, к моему глубокому стыду, сама воспроизводила с чужих слов, то, после прочтения приговоров и протоколов судов, выяснилось, что:

— у Коростелева и Пулялина не просто нет алиби, а оно фальшивое. Так Коростелев утверждал, что 11 июля он Пулялина не видел, ночевал у своей девушки Марины Мотовиловой, а в 13.27 (время поджога) находился у своего приятеля Сергея Булгакова. Было неопровержимо доказано, что Коростелев ночевал вместе с Пулялиным у другой женщины, Лианы Бахаревой, а к Булгакову, жившему в двух минутах от «Пассажа», прибежал через несколько минут после начала пожара (причем из телефонных разговоров Коростелева и Пулялина следует, что Булгаков был в курсе событий);

— в деле есть телефонные разговоры, в которых Пулялин и Коростелев обсуждают в ужасе, что им «звонил Фарид», и договариваются отказаться от показаний, а то руки-головы «найдут, одна будет на Крохале, а другая в Чибьюшке плавать»;

— в деле есть действительно одна фальшивая записка. Но есть еще две настоящие. В одной из которых Коростелев сообщает Пулялину, что он признался в поджоге, но его не сдал, а в другой Пулялин излагает обстоятельства драки и пишет, что «заказ был спалить лестницу»;

— подростки приводили в своих показаниях такие подробности, которые могли знать лишь сами преступники: например, они знали, где стояла и что кричала поджигателям сгоревшая вахтерша, причем впоследствии они заявили, что детали они эти выдумали;

— Коростелев, вместо того, чтобы сразу показать на Фарида (что было бы логично, если б из него выбивали показания на честного бизнесмена Махмудова), сначала признался в поджоге, но заявил, что не сдаст сообщника, а потом заявил, что сжег «Пассаж» по личной злобе.

Этот процесс должен быть публичным, потому что он не менее значим, чем Кущевка и Сагра. Не более – но и не менее.

[Vaysburd]

http://vertikali-net.livejournal.com/116123.html#cutid1
Эту статью я написал для ЕЖа. Поскольку сегодня она там не появилась, видимо уже и не появится. Размещаю здесь. Вести там дискуссию становится все труднее ((

Наконец то, Латынина проговорилась. «Для меня национализм является одной из массовых тоталитарных идеологий. Это типичная идеология толпы, которая появилась со всеобщим избирательным правом и является, в общем, неконструктивной и разрушительной.» «Мне не нравится национализм как идеология. Я согласна на национализм как на инструмент.» Прочитав эти две цитаты в одной статье, трудно не сделать вывод, что при всей к ней неприязни Юлия Леонидовна согласна использовать в качестве инструмента тоталитарную идеологию. Что ж, все честно и ясно — цель оправдывает средства. Как ни отвратителен тоталитаризм, но без него никак. Остается только вопрос, что именно никак? Иначе говоря, каким образом и для каких таких благих целей (якобы оправдывающих гнусности) Юлия Леонидовна собирается использовать эту тоталитарную идеологию?

Но прежде чем в этом разобраться, поставим наш вывод под сомнение. Может я напрасно составил из этих двух цитат силлогизм? Может быть в них в слово «национализм» вкладывался разный смысл? Ведь различает же Юлия Леонидовна «аристократический национализм» и «национализм быдла». Но тогда естественно было бы прежде всего определиться с понятиями — что конкретно подразумевается в каждом случае. Но автор не только этого не делает, но напротив, еще более размывает границы обсуждаемого понятия. Буквально в следующей фразе «национализм» заменяется «патриотизмом» (понятие близкое, но далеко не тождественное), а потом, как ни в чем не бывало, снова «национализмом». Далее подмены понятий следуют с такой скоростью, что не успеваешь отследить. «При этом аристократизм тоже предполагал служение Отечеству.» Что значит «тоже»? А что еще предполагает? Ну патриотизм в какой-то степени да. Но речь то была о национализме. А он то уж точно нет. Допустим, можно согласиться с тем, что «я — русский, поэтому я должен служить России» это аристократический национализм, хотя я бы назвал это просто аристократизмом. Но что тогда такое «я — русский, поэтому я — замечательный»? Вы много знаете людей, которые бы согласились с таким утверждением применительно к себе, а не к другому? Итак, смешение понятий полное.

Так для чего же этот «инструмент» предполагается использовать?

Идеология национализма и идеология социализма породили в ХХ веке два одинаково диких тоталитарных режима. Тут спорить не с чем. Но как, скажите на милость, из этого следует, что к утверждениям «Цыгане в России торгуют наркотиками» и «Социальные гарантии должны быть у всех» должно быть одинаковое отношение? Например либерализм тоже иногда порождает весьма неприглядные явления (от великой депрессии до Гуанатамо), и что? Социальные гарантии действительно должны быть у всех. Если это действительно гарантии (обеспечивающие прожиточный минимум), а не халява. Ни к какому Гулагу это не ведет. А утверждение, что цыгане в России торгуют наркотиками, действительно чистый расизм. Поскольку преступления всегда совершаются преступниками, а не цыганами, евреями или русскими. Национальная же принадлежность преступника может иметь значение для следователя, но не для общества. Аналогично и с другим примером. Немца, сказавшего «Проклятые евреи! Их надо убивать» «затопчут» (а вернее сказать, осудят) немцы. Много ли вы знаете примеров, чтобы в подобных случаях их «топтали» англичане или французы. Это прямая обязанность немцев. Потому что это им нужно самым решительным образом отмежеваться от подобных сентенций. А если это скажет араб, то это должны сделать арабы. К сожалению, они этого не делают. И это очень плохо. Но на них, опять же к сожалению, у правозащитников нет никакого влияния. А если европейцы начнут осуждать сказавшего такое вместо них, будет еще хуже. Какая разница? Такая же как между мытарем и фарисеем из евангельской притчи. Они ведь оба сказали одно и то же, что мытарь — грешник. Только один сказал «я — грешник», а другой он — грешник». И если дети, не важно какой национальности, плюют из окна на прохожих, то это действительно несоизмеримо менее интересный информационный повод, чем убийство жителя Дагестана государственными бандитами.

В заключении (нет, лучше в завершении) хочу напомнить: цель, как бы возвышена она ни была, в принципе никакой оправдательной силой не обладает. Так что никакое благо с помощью гнусных средств достигнуто быть не может.

[Евгений Ихлов]

http://grani.ru/blogs/free/entries/193140.html
November 16, 2011 10:01

Наконец-то трубадура отечественного просвещенного либерального консерватизма Юлию Латынину достали демократические оппоненты своими намеками на фашизоидность ее взглядов. И она изрекла свое кредо отчетливо и без недомолвок. Вот эти чеканные слова:

...И фарисейством совершенно умышленным, исповедуемым европейскими политиками и постсоветскими диктаторами, причем с одинаковой целью – с целью максимальной люмпенизации населения и расширения своей электоральной базы и расширения могущества государства. И если демократия означает всеобщее избирательное право, то да, я против демократии. И я за власть собственников. Называйте это «ктиторократией» от древнегреческого «ктитор» (собственник). Называйте как угодно. За то, чтобы избирательное право в явном или скрытом виде принадлежало только собственникам и налогоплательщикам.

Во-первых, я очень рад, что Латынина честно призналась в своем отрицании демократии. Поэтому ее можно впредь открыто, публично называть противником демократии, конституционных прав и свобод, не боясь судебного преследования.

Во-вторых, мне очень жаль, что в полемическом задоре она несколько дезинформировала слушателей и читателей, утверждая, что осужденные преступники, в том числе приговоренные к пожизненному сроку маньяки, имеют у нас право голоса. А ведь без этого риторического всхлипа - "до чего же дошло: серийным насильникам и убийцам дают право управлять государством" – ее антидемократический запал теряет значительную часть свое ударной силы.

В-третьих, я сожалею, что Латынина так умышленно извращенно применила понятие «фарисейство». Мы с ней оба читали «Древности» Иосифа бен Маттафия Флавия и знаем, что в Иудее II в. до н.э. – II в. н.э. фарисеи (буквально - «чистые») были полным аналогом современных исламских фундаменталистов и противостояли эллинизированной аристократической партии саддукеев (буквально - «праведных»). Христианская полемика с фарисейством построена на упреках в лицемерии и в забвении нравственной сути религиозных требований («мицвот») при формальном неукоснительном их соблюдении. Например, не просто не участвовать в травле таджиков, соблюдая заповедь: «Пришельца же не обижай и не тесни его, ибо пришельцами были вы в земле Египта» (Исход 22:20), но активно выступать против этой вполне фашистской, гитлеровской по духу акции властей.

Однако современные западные и российские поборники демократии как раз требуют четкого и скрупулезного соблюдения демократических норм во всей их полноте, а не стремятся отменить полноценную демократию, притворно сохраняя ее институты. Вот такое стремление профанировать народовластие и есть чистейшей воды фарисейство (в том смысле, в котором этот термин употребляют христианские критики иудаизма).

В-четвертых. Я не понимаю, какой правовой смысл имеет избирательная реформа «по Латыниной»? Налоги у нас платят все работающие. Или это призыв лишить избирательных прав пенсионеров, молодых матерей, сидящих с детьми, и инвалидов? Но большинство взрослых у нас формально владеют долей в приватизированной квартире и в сельском доме. Я еще понимаю некую логику романов Хайнлайна, где в мире «Звездного десанта» голосовать имеют право только отслужившие в вооруженных силах. Некая разновидность такой «спартанской демократии» есть в Израиле, где шансы на политическую карьеру имеет только служивший в армии (этот негласный критерий распространяется на всех, кроме арабских граждан, ортодоксальных верующих и популистов из бывшего СССР).

В-пятых. Программа Латыниной – это расизм и фашизм в чистом виде. Не будем придираться к тому, что, дескать, расизм - это лишь лишение прав по признаку расы. Призыв лишить избирательных и других гражданских и политических прав по критерию имущественного ценза - это такой же экстремизм, как призыв лишать прав по критерию этнического происхождения, конфессиональной принадлежности или политическим взглядам. Современная демократия – это не только формула «один человек – один голос». Это возможность свободно выражать взгляды, свободно объединяться в партии и движения, доступ к СМИ и к независимым судам. Словом, по Карлу Попперу, демократия - это свободное соревнование политических проектов. Поэтому говорить, что Наполеон III, Бисмарк, Муссолини и Гитлер, действительно сделавшие ставку на всеобщее голосование, опирались на демократию, значит произносить хулу на дух истории.

Латынина честно признала возможность и оправданность заключения под стражу политических оппонентов, виновных лишь в том, что их позиция мешает «правильной политике». Но ведь это и есть то обоснование, которое наиболее прямодушные адепты путинизма, типа Леонтьева или Маркова, выдвигают в поддержку судилищ над Ходорковским.

Вне зависимости от того, как это называлось полтора века назад, в современном мире программа лишения избирательных прав по имущественному цензу называется фашизмом. А в то время, когда эта программа считалась «либеральной», «консерватизмом» называлось стремление сохранить рабовладение и крепостное право.

Непонятно, как будет легитимирована власть в латынинской системе. Если источником власти не является народовластие, то кто? Монарх, в своем благородстве готовый прислушаться к мнению нотаблей? Религиозные авторитеты, пасущие массы? Адепты единственно верной теории? Все эти модели в современном мире считаются тоталитарными. У нас в стране множество поклонников различных тоталитарных моделей, но очень немногие из них полагают себя либералами.

«Латынинское» ограничение демократии неизбежно влечет за собой необходимость полицейской диктатуры. В современном мире, кроме тоталитарных режимов Восточной Азии и традиционалистских монархий Аравии, как-то принято, что единственным источником власти является народное голосование. Даже самые отпетые военные хунты считают нужным оправдывать свою диктатуру временным характером, необходимостью подготовить общество к демократии. Массы поверили в то, что они имеют право править страной, и поэтому любой не идеократический антидемократический режим в их глазах быстро теряет легитимность. И репрессии и жесточайшая цензура становятся неизбежным спутником таких «авторитарно-рыночных» режимов. И как остановить всемогущих силовиков перед соблазном подстричь жирненьких, но таких бесправных буржуазных барашков?

К тому же приходится откровенно подкупать опорные социальные группы – коренных саудитов или, например, рабочих крупных предприятий при позднем застое. А ведь такая халява полностью противоречит постулатам экономического либерализма, да и в социально-политическом смысле взрывоопасна. Вспомним, как нищие советские инженеры и научные работники отомстили «героическому рабочему классу» 20 лет назад.

А что касается экономической свободы, то Гитлер давал ее (арийцам) щедрой рукой, поддерживал малый бизнес и сельское хозяйство. А строгости финансовой политики при Брежневе (и молодом Геращенко) могли бы позавидовать и Гайдар, и Кудрин, и Починок. Бухаринско-сталинское руководство вело борьбу с необоснованными бюджетными тратами и денежной эмиссией столь же решительно и целеустремленно, как и борьбу с внутрипартийной демократией, с троцкистскими и зиновьевскими «уклонами».

Но к либерализму вся эта забота о мелком собственнике и твердости валюты не имеет никакого отношения.

Гитлер призывал лишить избирательных прав евреев, полагая их разрушительным элементом. Латынина предлагает так же поступить по отношению к беднякам, но почему-то обижается, когда ее взгляды и Адольфа Алоизовича упоминают в одном контексте. Ленинская конституция лишала избирательных прав собственников («лишенцы»). Таким образом, Латынина – большевик навыворот.

[Оксана Челышева]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=4F2150E67A26D
26.01.2012

Известная журналистка "опустилась до избиения лежачего"

26.01.12 (17:15)

Юлия Латынина решила заняться темой Таисии Осиповой. А в российской журналистике впору сложиться новому жанру: ответ Латыниной.

Недавно ответное слово пришлось держать мужу Таисии Сергею Фомченкову в связи с оскорбительными выпадами журналистки на "Эхе Москвы". В своей передаче она продемонстрировала мастерское владение терминологией, достойной уст прапорщика на вахте какого-нибудь Центра "Э"…

Итак, в разное время Латыниной отвечали:

Лидер партии "Яблоко" Сергей Митрохин — по поводу депутатского запроса в прокуратуру города Москвы в связи с акцией Тесака (скинхеда Максима Марцинкевича — прим. ред.) в клубе Bilingua, который журналистка сочла "противоречащим либеральным принципам".

Председатель Комитета против пыток Игорь Каляпин — в связи с заявлением госпожи Латыниной о том, что члены мобильных групп данной организации, расследующие пытки в Чечне, "лохи, которых разводят страшные люди". Какие — она не указала. Но намекнула: как бы у Каляпина не было таких же проблем, какие свалились в июле 2009 года на сотрудницу "Мемориала" Наталью Эстемирову.

Заместитель директора российского представительства Human Rights Watch Татьяна Локшина — все по тому же "каляпинскому" делу Умарпашаева, пытанного-перепытанного, но выжившего в застенках чеченского ОМОНа, которого Латынина упорно продолжала именовать террористом.

Amnesty International — по поводу инсинуаций о своей "левозащитной направленности". А как не ответить, если Латынина бросается не хуже российских прокуроров, легко возбуждающихся при слове "экстремизм", такими клише, как "правозащитники не видят ничего страшного в том, что террористы взрывают мирных жителей".

Российский ученый Игорь Сутягин отвечал Юлии Латыниной по поводу ее познаний в том, как проводятся "дибрифинги". Наверное, об этом со страниц своих романов о шпионах ей рассказывали Грэм Грин и Джон Ле Карре, имеющие опыт работы в британской разведке.

По делу Сутягина Зое Световой пришлось даже участвовать в "Клинче".

Интересно, что во время раунда со Световой тон Латыниной изменился: прежде Сутягин был шпионом, а во время клинча стал "непорядочным человеком". Но это не важно. Для Латыниной. Потому что своего она добилась: в ответ на оскорбления и демагогические пассажи о том, что такое "правила игры на серой зоне института США и Канады", Зоя Светова попыталась оперировать фактами.

А для госпожи Латыниной как крупного специалиста "по разводу лохов" только это и надо. Человек, который пытается доказать, что он не осел, занимает заведомо проигрышную позицию.

Так что позволю себе изменить тактику ответа Юлии Латыниной. Сколько людей — столько и мнений. Искренний человек, заблуждающийся по причине недостатка фактов, может изменить свое мнение, скорректировать его. Это не относится к Юлии Латыниной. Она знает, как из фактов сделать беллетристику. Надо отсеять те из них, что не вписываются в ее теории о заговоре "левых в правозащите". Только те факты, которыми вальяжно оперирует эта журналистка, не добыты ею, а предоставлены ей. Там, где источник указывать не пристало, даже и документа нет. Так, пересказ чьего-то рассказа.

В случае с Таисией Осиповой ее муж отправил обвинительное заключение по делу, которое запросила Латынина. Надо сказать, никто не ожидал, что журналистка окажется спасительницей. Не было бы обвинительное заключение предоставлено к прочтению гранд-дамы всех сайтов — от "Новой" до Газеты.Ru и Политонлайн.Ru, — результат был бы аналогичным.

"Жирная наркоманка…. Дома живет не муж, а некто иной…Меня, саму Латынину, на "Эхо" не выманивают, а Фомченкова почему должны на жену выманить?.." Ну и самомнение у Латыниной. Впору ей вписывать свое собственное имя в список потенциальных жертв режима, легко перемалывающего жизни и судьбы таких, как Катрина и Таисия Осиповы.

Правда, рассыпая оскорбления в адрес человека, который не может ей ответить, Латынина высокомерно бросает, что текст обвинительного заключения она читала не слишком внимательно.

Видимо, этим объясняется тот факт, что из ее анализа упущены следующие моменты: "Источник закупки наркотиков Осиповой остался неустановленным", "Лица, которые покупали наркотические средства у Осиповой — помимо тех "засекреченных" сексоток — остались неустановленными". По сути, в ходе следствия не было установлено ни единого эпизода, инкриминируемого Таисии. А для Латыниной это — "божья роса".

Ее целью было очернение человека, который сам за себя постоять не может, но которого поддержали люди. На мой взгляд, все очень просто. Латынина во всех вышеперечисленных эпизодах "ответов" пыталась дезавуировать тот резонанс, который вызывали в обществе дело Сутягина или расследование пыток, в совершении которых подозреваются лица, весьма приближенные к Рамзану Кадырову.

Адвокат Каринна Москаленко на новый опус Юлии Латыниной отреагировала однозначно: "Когда я начала работать над делом Таисии Осиповой, у меня появилось право комментировать его и с профессиональной, и с человеческой точки зрения. Но начну с человеческой. Когда начинаются апелляции к физическим недостаткам, это верный признак отсутствия каких-либо весомых аргументов. Как человек я потрясена, что журналист такого уровня опускается до избиения лежачего".

Одной из ключевых статей Латыниной стал материал о "либеральных фундаменталистах". В нем в число приспешников бандитов попал и Аркадий Бабченко, в то время военкор "Новой газеты". Надо сказать, что Аркадий проигнорировал разоблачительный пафос коллеги. Я спросила Аркадия: "А что так? Тебе все равно, что она говорит о тех, о ком ты пишешь, да и о тебе?"

Ответ Аркадия был понятен: "У каждого есть право что-то говорить. Пусть и Латынина высказывается". Но надо сказать, что у Аркадия, в отличие от Латыниной, гораздо меньше возможностей ей оппонировать. Ведь эта журналистка вездесуща.

Бабченко попался Латыниной на зубок в связи с его экспедицией в Литву. В ноябре 2010 года Аркадий взял интервью у Эгле Кусайте. Так как к этой поездке Бабченко я имела самое непосредственное отношение, пользуюсь возможностью прокомментировать профессионализм выводов Латыниной в отношении "непрофессионализма" Бабченко.

Дело в том, что историю Эгле Аркадию рассказала я, мне же ее поведала мать девушки. Женщина рассказала, что ее дочь литовские спецслужбы использовали как наживку для мусульман и что Эгле жила в квартире с прослушкой с тех пор, как приняла ислам.

Я оторопела от таких заявлений и, чтобы проверить степень вменяемости собеседницы, спросила, откуда она это знает. Ответ меня поразил: "Я сама на нее донесла, когда она в 16 лет стала мусульманкой. Испугалась за ее безопасность. И с тех пор раз в месяц я или тетя встречались с ее куратором, который нас успокаивал, что с девочкой все в порядке". И так до самого ареста в конце осени 2009 года.

Вот как обстояло дело, хотя источники Латыниной утверждали, что Эгле задержали, когда она ехала взрывать московское метро в марте 2010 года. Непрофессионально, однако, для столь матерого журналиста, каким себя позиционирует Латынина.

По ее мнению, Бабченко, хотя и "лучший военный корреспондент", но оказался одним из тех журналистов, которые способны на непрофессионализм как "отказ от обращения в спецслужбы за комментарием по поводу террористического дела". А также, естественно, он — один из тех "наивных", в ком находит опору "либеральный фундаментализм" (термин, введенный Латыниной).

Особый сарказм Юлии вызвали утверждения Эгле о допросе, проведенном сотрудниками российского ФСБ. Журналистка утверждала, что это невозможно. "Литва — недружественное нам государство. Не может литовское ДГБ взаимодействовать с российским ФСБ", — безапелляционно заявила Латынина.

Не знаю, как насчет враждебности Литвы. Я бы не делала столь серьезных заявлений. Однако в истории всякие чудеса случались: даже Сталин с Гитлером "дружил", а Черчилль, в свою очередь, со Сталиным. Несмотря на "разногласия".

Литовская полиция безопасности смогла получить признание Эгле только после допроса с пристрастием, проведенного сотрудниками ФСБ, прибывшими из Москвы.

Мне это известно из документа, отсканированную копию которого я держала в руках. Согласно этому документу, ФСБ обратилось 22 марта 2010 года с официальным запросом на участие своих сотрудников в расследовании дела Эгле Кусайте. Там даже были указаны фамилии сотрудников: М. А. Савицкого, И. В. Шаталова, А. В. Фисюкова, Н. А. Пономарева. Такое разрешение от литовской стороны было получено.

Когды мы с Бабченко встречались с Эгле в Вильнюсе, она не знала, что у меня уже есть документ, подтверждающий допрос с пристрастием. На вопрос, сколько сотрудников ФСБ ее допрашивали, она ответила, что их было четверо. Ровно столько, сколько было разрешено. Литовцы во время этих допросов не присутствовали. Как и адвокаты Эгле.

Мне также пришлось встретиться с председателем комитета по безопасности Сейма Литвы Арвидасом Анашаускасом. Я уточнила у него, возможно ли столь тесное взаимодействие между ДГБ и ФСБ. Он ответил, что такой вероятности нет, так как это было бы серьезным преступлением в отношении государства. Потом ему пришлось оправдываться…

Кроме Бабченко, есть еще один человек, который Юлии Латыниной не ответил. И уже никогда не сможет ответить. Это Анна Политковская. Разве может она задать своей коллеге вопрос по поводу статьи в "Новой газете" о том, насколько крут чеченский "мачо" Рамзан Кадыров? Статья вышла за месяц до убийства Анны.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11855
6 МАРТА 2012 г. ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА

Как и еще 28 тыс. человек, на выборах в воскресенье 4 марта я была наблюдателем. Причем наелась я сладким два раза: сначала я зарегистрировалась наблюдателем на участке, потом в середине дня уехала с мобильной группой ловить нарушения, а к восьми вернулась и до половины пятого утра смотрела, как считают бюллетени.

О впечатлениях — подробно в «Новой», а здесь коротко о двух более всего поразивших меня вещах.

Во-первых, у нас на участке № 79 (Столовый пер., д. 10) были абсолютно честные выборы, и на них победил Прохоров. Прохоров набрал 561 голос, Путин — 525.

Я не знаю, почему участок № 79 был честный. Может, ровно потому, что наблюдателем была Латынина.

Я, конечно, понимаю, что центр Москвы — не рабочая окраина, но с учетом фальсификаций, которые я видела на других участках, я бы определила количество голосов, реально поданных за Путина в Москве, в 33-35%.

И второе. Наша мобильная группа отслеживала работников Объединенной энергетической компании, собиравшихся участвовать в карусели. К 10 утра мы приехали к офису ОЭК в Филях и смотрели там, как людей набивают в автобусы, а два наших человека даже прошли и сели в автобус, после чего одни автобусы поехали в Чертаново, а другие — в Царицыно.

Мы поехали в Царицыно, было очень удобно следить, потому что наш человек в автобусе спокойно звонил нам и писал эсэмэски, но карусельщиков мы спугнули, потому что за нами по нашей же наводке приехала съемочная группа РЕН ТВ и кинулась к автобусам с камерой. После этого начальники автобусов на час впали в ступор, а потом велели людям выйти из автобуса, идти на участок № 1946, там голосовать всего один раз, понятное дело, по «дополнительному списку», куда они были внесены заранее, и расходиться.

На участке, разумеется, образовалась гигантская очередь из не очень трезвых людей, потому что работники ОЭК часа два бухали у офиса на морозе, а потом пили еще и в автобусах.

Так вот: несмотря на то, что у этих людей убили выходной, что их два часа считали и пересчитывали, как скот, что их потом другие два часа мариновали в автобусе (это, извините, даже физиологически нелегко), они все выстроились и покорно голосовали за Путина. Было видно, как они голосовали.

Успешные, хорошо зарабатывающие люди голосовали против Путина, а забитые, запуганные, бедные люди реально голосовали «за».

И вот сначала я очень гневалась на этих карусельщиков, на люмпенов, которым платили по 600 руб. за приход на путинский митинг, на горе-избирателей, которым платили 400 руб. за открепительный. Мне даже подумалось, что таких избирателей надо лишать избирательных прав за злоупотребление процедурой выборов, как водителей лишают водительских прав за пьянство на дорогах.

А потом я подумала, что ровно наоборот. Это современная система всеобщего голосования устроена неправильно и ограничивает избирателя в его выборе. Вот, допустим, избирателю предлагают: голосуй за кандидата А или за кандидата Б. А он не хочет А или Б. Он хочет бутылку водки.

Нужды этого избирателя стоит учесть. И предложить ему более широкий выбор. А именно: голосуешь за А, или за Б, или получаешь бутылку водки.

Ведь что делает «карусельщик»? Он продает свой голос. Но если он избиратель и если он этого хочет, надо предоставить ему такую возможность! Воля избирателя священна! Пусть приходит на участок и говорит: «Я не хочу ни А, ни Б, я хочу деньги». И он получает деньги, которые ему причитаются за отказ от права голоса (допустим, 1000 руб.), а его голос погашается и не участвует в голосовании, как не участвуют в акционерных собраниях казначейские акции.

Все будет легально. Определенная категория избирателей получит возможность получить в результате голосования то, что она хочет. А те, кто действительно заслуживает звания гражданина, получат возможность выбирать нормальных кандидатов.

[Перикл]

Ну Латынина опять за свое. Так ей хочется лишить граждан России права голоса. Ну, допустим сделают так как хочет Латынина. Так те кто сейчас платит 600 рублей будут уже платить 1100. Вот у нас предлагали за голос за Путина 2 500 рублей, но платили только 1500. Они всё равно перекупят этого избирателя. Только это им уже дороже обойдётся. Государство повысит таксу для отказа от голосования и эти тоже повысят. У кого денег больше тот и купит избирателя. Этот процесс нельзя остановить. Не так надо этот вопрос решать. Кто на эти жалкие сотни рублей покупается? А люди с низкими доходами. Надо повысить их доходы и тогда их голоса купить будет очень дорого. Будет не по карману. А вот таким путем не хочет Латынина идти, она не хочет делиться. Чем богаче человек, тем дороже стоит его голос и тем труднее его купить. Не лишать надо людей голоса, а повышать благосостояние нации.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11915
3 ИЮЛЯ 2012 г.

РИА Новости
Недавно Алексей Венедиктов попросил меня написать для «Дилетанта» краткий очерк о генерале Пиночете, и я, как человек сознательный, принялась за штудирование источников. В том числе — доклада комиссии Реттига, созданной в 1991-м и занимавшейся подсчетом людей, убитых при Пиночете по политическим мотивам (запомните, пожалуйста, формулировку). Комиссия насчитала 2279 человек. Следующая комиссия, комиссия Валеха, собиралась дважды, в 2004 и 2010 годах, и в конце концов цифра убитых была доведена до 3200.

Я предполагала, что комиссия Реттига снабдит меня четкими и ясными биографиями лиц, убитых режимом. Типа: «Пабло был бедным крестьянином без земли. После прихода к власти Альенде он стал активистом confederacioncampesina, участвовал в экспроприациях и после 11 сентября был убит без суда и следствия». Или: «Мигель был простой обыватель. После 11 сентября злобный сосед написал на него донос, и Мигеля убили по ошибке». С тем чтобы я самостоятельно могла ответить на вопрос: какое количество убитых из 2279 были легитимными целями, а какое невинными жертвами.

Вместо этого я, к моему удивлению, столкнулась с насквозь демагогическим документом, приемы и методы которого тогда, вероятно, были еще в новинку, но впоследствии стали типичными приемами правозащитной и международной бюрократии. В каком-то смысле можно сказать, что доклад комиссии Реттига — это образец для всех позднейших бюрократических шедевров такого рода.

В этом смысле он и представляет огромный интерес.

«Нас не интересует история вопроса»

Первое положение доклада, которое повергло меня в изумление, звучало так: «Мы не будем описывать то, что происходило до 11 сентября (даты переворота), потому что, как бы там ни было, происходившее до 11 сентября не оправдывает того, что произошло с этими людьми после».

Постойте, но это как? До 11 сентября 1973 года в Чили происходила классическая социалистическая революция. 18-й год. Со всеми его Швондерам и Шариковыми.

В стране происходила национализация — причем не только сверху, но и снизу. Вооруженные отряды рабочих занимали предприятия, всего было национализировано около 500 предприятий. В стране происходили tomas — вооруженный передел земли. Правительство объявило, что не будет ему препятствовать. Оно и не препятствовало, особенно если учесть, что главный идеолог подобных переделов, глава разнообразных Confederacion campesina Кальдерон, был в этом правительстве министром сельского хозяйства. Что такое вооруженный передел земли, мы, русские, знаем. «Пишут из деревни — сожгли у меня библиотеку в усадьбе».

Г-н Кальдерон был ближайшим сторонником MIR. Прокубинская MIR, формально не входила в Народный союз Сальвадора Альенде, так как в принципе считала, что переход к социализму должен быть насильственным, однако пользовалась режимом наибольшего благоприятствования. Организация получала помощь с Кубы, и сама, в свою очередь, тренировала боевиков из Аргентины, Уругвая и других стран. Одним из лидеров MIR был племянник Альенде.

Не только MIR получала оружие с Кубы. Еженедельно в Сантьяго приземлялись два кубинских рейса, которые в дипломатических вализах привозили оружие. В одну вализу влезало три «калаша». Бывали партии и побольше. В марте 1972-го случился скандал — таможенники захотели проверить 11 огромных ящиков, прибывших рейсом из Гаваны. Сопровождавший груз член правительства Эдуардо Паредес (он руководил криминальными расследованиями) заявил, что это его личная кладь. Всего таким образом в Чили завезли 4 тысячи «калашей».

Боевые революционные отряды в Чили не исчерпывались рабочими, крестьянами и боевиками MIR. После того как Альенде поднял на 40% зарплаты и заморозил цены, из магазинов исчезли продукты. Тогда были созданы «комитеты по контролю за ценами» (Juntasde Abastecimientoy Controlde Precios),которые распределяли талоны, разумеется, среди активистов режима.

Лавочники, водители, юристы, банкиры начали объявлять всенародные забастовки. В ответ cordonesindustrieles (нечто вроде реввоенсоветов, вооруженных организаций самоуправления в барачных предместьях Сантьяго) заявили, что готовы взять на себя и лавки, и транспорт. MIR, cordones industrieles, комитеты по ценам, передел земли, национализация заводов с передачей земли и заводов в управление активистам — все это за два года создало правящий класс революционной сволочи, шариковых и швондеров, а также идеалистов-зорро, и мне, естественно, любопытно знать: как вели себя эти шариковы-швондеры-зорро до 11 сентября и сколько из них было убито после?

Вместо этого мне заявляют: а нас не интересует то, что происходило до 11 сентября.

Это как? Домой к Латыниной забрался грабитель, она его убила. Мы будем судить Латынину за убийство, а что происходило до убийства, нас не интересует. Это не называется справедливость. Это называется Басманный суд.

Самое важное: этот прием является для защитников прав человека стандартным. Human Rights Watch регулярно критикует Израиль за нарушения прав человека — при операции «Литой свинец» и т.д. На вопрос о палестинском терроризме HRW отвечает: нас не интересует история вопроса.

Боевики, убитые в нарушение их прав

Второе: кто, как вы думаете, вошел в список убитых по политическим мотивам при Пиночете?

Ответ: в этот список вошли боевики, в том числе убитые в перестрелке, и гражданские жертвы этих перестрелок (killed in gun battles, either as participants on one of the two sides or because the bullets by chance happened to hit them).

Постойте-постойте! Возьмем, к примеру, MIR. Речь идет о вооруженной организации в 10 тыс. человек, которые даже в условиях победившего на выборах президента-марксиста исповедовали доктрину насильственного перехода к социализму.

MIR при Пиночете понесла колоссальный урон. К1975 году из 52 членов ЦК 9 были убиты, 24 под арестом, а еще четверо выступили по телевидению с призывом сложить оружие. Несколько сотен членов MIR убежали на Кубу, прошли там подготовку и высадились в Андах, в Нельтуме, с оружием в руках. Пиночет сбросил в Нельтуме парашютный десант и разгромил боевиков. MIR перешла к терактам — устроила покушение на Пиночета, а для добычи денег грабила банки. Всего при Пиночете было убито как минимум 663 боевика MIR.

И вот комиссия заявляет мне, что эти люди «убиты в нарушение их прав человека». Ну прямо как бедный бен Ладен, которому кровавые американцы даже не предложили сдаться.

Мало того: комиссия а) утверждает, что MIR имела право с оружием в руках сопротивляться власти, если она несправедлива (вопрос: тогда ведь и те, кто восстал против Альенде, нарушившего все нормы конституции, имели такое же право?), и б) практически всегда отвергает официальную версию гибели боевиков в перестрелке и на основании неназванных источников заключает, что они были убиты, не оказав сопротивления.

И снова — это абсолютно та же самая позиция, которую занимает, скажем, Amnesty International по отношению к исламским террористам.

Полицейские, убитые террористами

Но это еще не все! Потому что жертв все равно, как ни крути, мало. Получается, что кровавый Пиночет убил меньше людей, чем те 3 тыс. белых фермеров и членов их семей, которые были убиты в ЮАР после конца апартеида.

И тогда комиссия делает удивительный финт. Сначала она долго рассуждает, что вообще-то многие считают, что «политические жертвы» — это только жертвы государства. Т.е. сколько бы ни убивал террорист, его жертвы «политическими жертвами» не являются и им защита прав человека не положена. Но мы, пишет комиссия, придерживаемся другой позиции. Поэтому мы включаем в список политических жертв, убитых при режиме Пиночета, — солдат и полицейских, убитых боевиками.

Здорово? Вы знали, что в список мирных жертв кровавого режима входят полицейские, убитые террористами?

И опять-таки это не случайный прием: это типичный прием левых. Когда в 2010-м WikiLeaks предал гласности американские документы о потерях среди мирного населения в Ираке, газета Guardian разбила данные на множество групп: число мирных граждан, погибших от СВУ (самодельных взрывных устройств), число мирных граждан, застреленных на блокпостах, и пр. Она не привела только двух цифр: число мирных жителей, погибших от рук американцев, и число мирных жителей, погибших от рук боевиков. Данные были сгруппированы таким образом, чтобы невнимательный читатель подумал, будто все мирные жители убиты американцами, в то время как на самом деле две трети мирных жителей были убиты боевиками.

С таким же успехом можно включить в список людей, убитых по политическим мотивам при американском президенте Буше, а) 19 террористов, взорвавших Башни-близнецы, б) 2977 человек, погибших при взрыве. А на недоуменные вопросы, ежели они будут, ответить так: но мы же на 874-й странице доклада в примечании номер 17 отметили, о ком идет речь.

Правозащитная бюрократия

По роду деятельности мне постоянно приходится читать разные отчеты и правительственные документы. Так вот, когда я читаю отчеты американских комиссий или судебные решения английских судей, меня поражает точность и объективность изложения. В мире нет лучше работы по Башням-близнецам, чем соответствующий отчет Комиссии по 9/11.

И наоборот, когда я читаю документы международной бюрократии и гуманитарных организаций, я постоянно сталкиваюсь с одним и тем же набором приемов вранья. Три примера я уже привела: это приемы «нас не интересует история вопроса», «назови боевиков невинными жертвами» и «включи людей, убитых одной стороны, в список убитых другой стороной».

Есть еще и четвертый прием, самый распространенный. Он очень прост: в основном тексте говори одно, в резюме — другое. Так устроены, например, доклады IPCC, International Panelon Climate Change, столпа учения о глобальном потеплении — единственной научной теории, созданной и разработанной непосредственно международной бюрократией. Одно из основных положений учения глобального потепления — тезис о росте с потеплением числа природных катастроф. У этого тезиса есть один маленький недостаток — он не подтверждается фактами и статистикой.

Поэтому у IPCC в основном тексте отчета написано, что «увеличения числа катастроф не наблюдается». А в resume for policy makers написано, что увеличение катастроф в будущем «вероятно». Если кто-нибудь вздумает попрекать IPCC реальной статистикой, оправдание налицо: ну мы же написали в докладе, что увеличения катастроф нет! А если у кого-то сложилось такое впечатление, что они есть, мы же не виноваты, что он невнимательно читал.

Точно так же и комиссия Реттига: они же написали, что считали число погибших по политическим мотивам и включили в него полицейских, погибших от рук боевиков. А если кто-то принял эту цифру за число мирных жертв кровавого режима, они же не виноваты, что кто-то невнимательно читал.

У этого приема, «в основном тексте пиши одно, в резюме – другое», есть еще дополнение, которое формулируется так: а вне текста — лги.

К примеру, из основного текста IPCC мы узнаем, что «увеличения катастроф не наблюдается», из резюме — что оно «вероятно в будущем», а из интервью журналистам главы IPCC Раджендра Пачаури, что «это уже происходит — наводнения, ураганы!».

То же самое и с Пиночетом. Несмотря на то, что в докладе комиссий Реттига и Валеха содержится исчерпывающий перечень убитых, в Сети постоянно появляются страшилки, которые звучат примерно так: «за время диктатуры погибло 2829 работников СМИ», «журналист-антикоммунист Роберто Гальо был убит, когда защищал беременную женщину от избивавших ее солдат». «Сотрудницу женских журналов Камелию Солер убили, когда она доказывала, что французская книга «Кубизм», изъятая из ее библиотеки, не имеет отношения к революционной Кубе».

Излишне говорить, что никакого Роберто Гальо или Камелии Солер в докладе комиссии Реттига просто нет.

Объективные описания всегда глубоко внутри

Главный рецепт изготовления подобных докладов очень прост: надо создать запутанный, бессвязный и полный несущественных подробностей текст, который невозможно одолеть до конца. Если постановления английских судей или отчеты сенатских комиссий США — это образец разумной краткости и логичности, то с докладами международной бюрократии дело обстоит ровно наоборот: продраться сквозь них невозможно. При этом где-то в бездонном теле доклада, как правило, рассыпано множество правильных фраз, которыми при случае авторы доклада, будучи уличены в необъективности, всегда смогут прикрыться: да вот, мы же это сказали! На 1197-й странице в 15-м примечании.

К примеру, никак нельзя сказать, чтобы комиссия Реттига совсем не описывала обстановки, сложившейся в результате деятельности правительства Альенде. В частности, комиссия пишет:

«Существовали повторяющиеся нарушения прав собственника в виде захватов сельской, городской и промышленной собственности. В большинстве случае владельцы не получали помощи в возвращении собственности, а захватчики не были наказаны…Обычной стала ситуация, при которой частные вооруженные силы граждан занимали место сил общественного порядка и делали это безнаказанно. Эти события часто приводили к кровопролитию, затрагивавшему обе стороны: убийствам, ранениям, самоубийствам, а также похищениям и насилию… все те, кто подвергался господствующему хаосу и насилию, объясняли это тем, что правительство не защищает их прав».

Нельзя также сказать, чтобы комиссия не отметила крайней эффективности и избирательности DINA (секретной полиции, охотившейся за левыми при Пиночете).«ДИНА продемонстрировала, — гласит текст комиссии Реттига, — что она может наносить точечные и одновременно разрушительные удары. Точечные — в том смысле, что она ограничивала свою активность уничтожением тех, кого она считала крайне левыми, в особенности членов MIR и связанных с ней групп и лиц».

Собственно, этими двумя цитатами вполне объективно описывается все, что произошло при Пиночете.

Существовало правительство Альенде, нарушившее конституцию, перевернувшее все представления о собственности, порядке и законе. Военные вернули порядок, убив всего 3 тыс. человек — ничтожно малое число, если учесть, что боевиков одной толькоMIRв стране было 10 тыс. человек — не считая коммунистов, марксистов, активистов federacion campesina, «индустриальных поясов», «комитетов по ценам» и пр. Уже одно это малое число убитых свидетельствует о том, что удары были безусловно точечными. В отличие от ударов левых, которые, как мы хорошо знаем из истории, считали своей легитимной жертвой любого представителя враждебного сословия.

Однако эти две цитаты погребены глубоко в недрах текста, посвященного мирным жертвам кровавого режима.

Истина и справедливость

Комиссия Реттига сама характеризует себя как «объективную». «Никто не может обвинить нас в том, что мы были предубеждены в пользу одной из сторон», — говорится в докладе.

Это тоже типичный прием такого рода текстов. Открыв, к примеру, третий отчет IPCC, мы узнаем из первых строк, что данный отчет «анализирует огромный массив данных», «углубляет наше понимание», «производит детальное исследование» и «короче говоря, опять станет главным научным маяком для всех тех, кто озабочен проблемами перемены климата».

При этом Объективная Комиссия называет режим Альенде, «трагически прерванным социалистическим экспериментом».

Еще одна примечательная цитата: «В начале военного режима нарождающиеся организации по защите прав человека в Чили почти не осознавали масштабов, до которых выросло международное движение прав человека. Но вскоре они детально ознакомились с международным правозащитным движением».

Иначе говоря, пока эти милые люди, которые при полном попустительстве правительства вышибали прикладами мозги собственникам, участвовали в «трагически прерванном социалистическом эксперименте», на права человека они клали. Когда же они получили сдачи, то быстро вспомнили о международном сословии «полезных идиотов».

Пиночет пролил немало крови. В числе убитых оказался не только покровительствовавший насильственному переделу земли министр Кальдерон (его пытали, а потом соврали, что он совершил самоубийство). И не только министр Паредес, любитель таскать «калашниковы» в личном багаже (убит вскоре после 11 сентября, якобы с оружием в руках, но, вероятней, взят в плен и расстрелян). Но и, скажем, генерал Пратс, который ни с какого боку коммунистом не был, а был взорван в Аргентине с собственной женой, потому что потенциально мог составить конкуренцию Пиночету.

Но я хочу иметь два списка: список «красного террора» и список «белого террора», и в списке жертв Пиночета я хочу точно видеть, кто был легитимной целью, а кого расстреляли по ошибке или по злобе. Вместо этого про «красный террор» мне ничего не говорят, а в список безвинных жертв кровавого режима заносят вооруженных боевиков, вторгшихся на территорию Чили, и даже убитых ими солдат и полицейских.

Люди, сами себя объявляющие воплощением Истины, Примирения и Объективности, лишили меня возможности судить о чем бы то ни было, иначе чем косвенно: знаете ли вы, например, что военные трибуналы при Пиночете выносили огромное количество оправдательных или мягких приговоров? (Город Арика: 57 подсудимых, 11 оправданы, остальные приговорены к заключению или изгнанию. Писагуа: 147 подсудимых, 6 смертных приговоров, остальные пожизненные. Калама: 34 подсудимых, 5 оправдано, остальные получили тюрьму или изгнание.) Сравните с нашими «тройками» и учтите, что большинство подсудимых не были невинными овечками.

Щит для левых

На примере комиссии Реттига очень хорошо видно, что главный — и ложный — постулат движения за права человека очень прост. Идет война, стороны стреляют друг в друга, и тут возникают левые правозащитные организации и начинают кричать одной из сторон: почему вы убиваете без суда?

Что ж. Ответ таков, что на войне всегда убивают без суда.

Мы не судим вражеского солдата и, когда мы стреляем в него, мы делаем это не потому, что он уже убил 10 наших. Мы стреляем в него потому, что он стреляет в нас. Если он еще никого не убил, тем лучше. Затем и стреляем — чтобы не убил.

В XX веке образовались террористические группы, объявившие войну обществу (коммунисты, террористы, исламисты) и присвоившие себе право на неизбирательное насилие в отношении своих противников.

Защитники прав человека при появлении такой группы а) неизменно закрывают глаза на творимое ей неизбирательное насилие, б) заявляют, что их «не интересует история вопроса», в) признают уничтожение таких групп государством «нарушением прав человека». Выходит, что одна сторона имеет право убивать, причем неизбирательно, а другая — не имеет права убивать, причем даже точечно. Вместо защиты прав человека получается защита прав террориста.

Движение за права человека возникло как щит для левых. У него была конкретная цель — защитить левых — коммунистов, анархистов, социалистов — от всех разновидностей буржуазного государства с помощью различных идеологических конструктов.

Нельзя, например, не обратить внимания на то, что деятельность правого Пиночета вызвала к жизни не только большее число правозащитных комиссий, чем деятельность левых Мао или Пол Пота. Но и, что уже совсем удивительно, Пиночета расследуют больше, чем Бокассу, Амина или Дювалье, хотя Пиночет убил меньше людей, чем Бокасса съел.

Поэтому я склонна думать, что главное преступление Пиночета в глазах левых правозащитников состоит не в том, что он убил 3 тыс. человек, а в том, что он, убив всего три тысячи коммунистов, построил рыночное общество, в то время как коммунисты в России убили несколько десятков миллионов и построили хлев.

С течением времени дискурс мутировал. Его взяли на вооружение любые террористы, а не только левые. Его взяли на вооружение диктатуры. Его взяли на вооружение международные бюрократические организации.

Я не сомневаюсь, что среди правозащитников много порядочных и совестливых людей, точно так же, как их было много среди социалистов. Я не сомневаюсь, что и от правозащитного движения есть какая-то польза.

Но в целом я полагаю, что правозащитное движение, как и попытки построения коммунизма, нанесли миру огромный вред.

Во всех тех случаях, когда правозащитное движение обличает подлинную несправедливость, эта несправедливость может быть доказана безо всяких «прав человека». Для того чтобы осудить убийц Магнитского, не нужны «права человека». Нужно просто указать, что люди, которые украли 250 млн долларов (а в общем и целом — несколько миллиардов) из российской казны, попытались обвинить в этом преступлении человека, который изобличил их, и уморили его в тюрьме. Это не называется «нарушение прав человека». Это называется «воровство», «кривосудие» и «убийство».

В тех же случаях, когда единственное, что можно предъявить государству, это именно «нарушение прав человека» и более ничего, неизменно оказывается, что «нарушены» права бен Ладена, членов ХАМАС, террористов FARC или милых славных людей, национализировавших заводы и деливших земли.

Движение за права человека отрицает за государством право на защиту, при этом признавая за террористом право на нападение. «Победителей не судят», — сказала некогда ЕкатеринаII. Благодаря правозащитному дискурсу главным лозунгом нашего времени стал другой: «Побежденных не судят». Это сомнительный лозунг, некогда очень полезный для левых, а теперь и для всех остальных террористов.

[Перикл]

Латынина в своем репертуаре. Она утверждает, что если к ней залезли в квартиру, то она имеет право расправиться с тем кто влез. Она считает все что есть в её квартире, своим. Так дело то в том, что тот кто влез в её квартиру не считает то что там находится собственностью Латыниной. Он считает, что это Латынина у него украла. Это лозунг "Грабь награбленное". Вот про этот лозунг Латынина что-то никогда не упоминает. Почему появился этот лозунг.
Ну а остальные выводы базируются на этом ложном посыле. Это мое. Латыниной.

[Марк Солонин]

http://www.solonin.org/article_otkryitoe-pismo-yulii
08.07.12

Уважаемая Юлия Леонидовна,

С чувством глубокой горечи я прочитал Вашу статью "Побежденных не судят" ("Ежедневный журнал, 3 июля 2012 г., http://www.ej.ru/?a=note&id=11915 ), посвященную чилийской трагедии 70-х годов 20-го века. И выводы, которые Вы предложили читателям ("военные вернули порядок, убив всего 3 тыс. человек — ничтожно малое число"), и способы, при помощи которых подобные оценки навязываются малосведующей публике, представляются мне не только неприличными, но и общественно-вредными.

Было бы полбеды, если бы нечто подобное написали кургиняны с леонтьевыми: их "ядерная" (можно сказать - ядреная) аудитория ни в каких новых аргументах не нуждается, а лишь ждет команды "фас"; но когда миф о благодетельности фашистского террора ("когда я вижу страну под названием Чили, которая лучше всех себя чувствует в Латинской Америке, и я знаю, что Чили представляла собой до 1973 года, то я понимаю, что человек, который это сделал с Чили, сделал правильную вещь" ) начинает проповедовать чрезвычайно известный (а по моему личному субъективному мнению - самый талантливый из ныне здравствующих) публицист либерально-демократического лагеря - это уже целая беда. Именно поэтому я решил ответить на Ваше публичное выступление (статью) не личным, но открытым письмом.

Для начала позвольте напомнить, что страну под названием Чили Вы видели через 20 лет после отстранения Пиночета от власти. С таким же успехом человек, в 1965 году проехавший в качестве праздного туриста по Германии, мог бы сказать, что "Гитлер оставил после себя процветающую страну…" Чили не лучше всех чувствует себя в Латинской Америке (может спросить об этом у справочника), а теорема о том, что ее сегодняшнее благополучие создано благодаря, а не вопреки Пиночету, нуждается в доказательствах.

Вся Ваша статья сводится к тому, что при Альенде было очень плохо, а потом пришел Пиночет и, убив "всего лишь" 3 тыс. человек, устроил экономическое чудо возрождения страны. Я готов внимательно рассмотреть все три составляющие этой "формулы Латыниной".

Вы бодро заявляете: "До 11 сентября 1973 года в Чили происходила классическая социалистическая революция. 18-й год. Со всеми его Швондерам и Шариковыми…" Отлично. Совершенно уместный, общепринятый публицистический прием - не громоздить сотню страниц про "институциональные реформы в рамках жесткой парадигмы", а привести яркий и запоминающийся пример. Соотнести рассматриваемое явление с другим, хорошо знакомым читателю. Да, все мы более-менее представляем - что такое 18-й год. Кто по учебнику истории, кто по книжке Серафимовича "Железный поток", кто по нашумевшему фильму "Жила-была одна баба".

И поэтому я не ждал от Вас, Юлия Владимировна, подробного изложения со ссылками на испаноязычные источники. Как публицист Вы имели полное право ограничиться кратким перечнем: Большевики начали 18-й год с того, что разогнали законно избранное Учредительное собрание и расстреляли демонстрацию протеста - и Альенде "разогнал парламент" такого-то числа и "расстрелял демонстрацию" там-то… Большевики подошли к 1918 г. уже запретив все т.н. "буржуазные партии", а летом запретили оставшиеся социалистические - и Альенде "запретил и разогнал" партии оппозиции тогда-то и тогда-то… Большевики объявили массовый террор и узаконили практику захвата и расстрела заложников - и Альенде… Большевики конфисковали вклады населения в банках - и Альенде… Большевики создали политическую полицию, наделенную чрезвычайными полномочиями - и Альенде…

Что ж Вы так-то не написали, Юлия Леонидовна? И мы бы навсегда запомнили, что "Альенде - это 18-й год и шариковы у власти". Печально. Я вынужден констатировать, что Вы написали совершеннейшую чушь - и это самое мягкое определение.

Ничего даже отдаленно похожего на социалистическую революцию в России и массовый террор (белый и красный), захлестнувший нашу страну в 1918 году, в Чили при Альенде не было. Президент, выдвинутый блоком "Народное единство", пришел к власти в результате честных выборов, был утвержден в должности абсолютным большинством парламента и вплоть до трагической развязки 11 сентября 1973 г. осуществлял свои полномочия в условиях многопартийной демократии, наличия оппозиционного большинства в парламенте и явного преобладания политических противников "Народного единства" в СМИ. Пытаясь заменить минимальный анализ фактов грубой руганью ("правящий класс революционной сволочи, шариковых и швондеров") Вы лишь демонстрируете отсутствие содержательных аргументов.

Впрочем, иногда "аргументы и факты" появляются. Но тогда все становится еще грустнее. "В стране происходила национализация — причем не только сверху, но и снизу. Вооруженные отряды рабочих занимали предприятия, всего было национализировано около 500 предприятий".

Юлия Леонидовна, национализация - это не преступление, не "социалистическая революция", и не "шариковы у власти". Вы не можете не знать, что в самых что ни на есть буржуазных странах Западной Европы и Северной Америки национализированный сектор экономики составлял и составляет десятки процентов, иногда - до одной трети. Если же говорить про Чили эпохи Альенде, то главное, что там было сделано - это национализация меднорудной промышленности, и проведена она была не толпой "революционной сволочи", а ЗАКОНОМ, принятым большинством парламента.

Да, парламент, выражая волю народа, решил положить конец нетерпимой ситуации, когда главное природное богатство Чили (28% разведанных в мире запасов меди) принадлежит двум иностранным компаниям. Должен Вам сообщить, что это решение (национализация меднорудной промышленности) осталось в силе и при Пиночете!!! Хунте тоже нужно было чем-то наполнять бюджет. Разница лишь в том, что Альенде "транжирил казенные деньги" на раздачу литра молока в день всем детям Чили в возрасте до 15 лет, а "жесткий рыночник, противник всякого государственного вмешательства в экономику" Пиночет за первые два года своей диктатуры увеличил на 18% численность бюрократического аппарата и расходовал на содержание силовых структур 43% бюджета страны.

Что же касается аграрной реформы, то таки да - у латифундистов отобрали 10 млн. гектар земли, "нажитой непосильным трудом". И знаете, кто и когда это начал? Эдуардо Фрей, лидер христианских демократов, предыдущий (до Альенде) президент Чили. Кстати, на выборах Фрей победил под лозунгом "Революция в условиях свободы" - и это потому, что всем, кроме совсем уже отмороженной колониально-феодальной сволочи, было понятно, что с такой гирей на ногах, как помещичье землевладение, в последней четверти 20-го века не ходят. Правительство Альенде лишь решительно провело в жизнь те меры, необходимость которых была признана абсолютным большинством народа задолго до прихода "Народного единства" к власти.

Но Вас, как я понял, смущают методы ("вооруженный передел земли… беззаконные реквизиции, сonfederacion campesina…"). Так вот, я понятия не имею - что это за "конфедерасьон" и чем он так страшен. И про убийства прежних землевладельцев я ничего не слышал. А уж про то, что аграрная реформа при Альенде имело что-то схожее с русским крестьянским бунтом ("что такое вооруженный передел земли, мы, русские, знаем"), я до встречи с Вашей статьей даже не подозревал. Поэтому решил проконсультироваться со специалистом.

Профессор Колумбийского университета (США) Джон Динджес (John Dinges) большую часть своей жизни посвятил изучению истории Чили; в сентябре 1973 г. он был в Сантьяго, где преподавал в Католическом университете, женат на чилийке. Он тоже ничего не слышал про "вооруженный передел земли" и уж тем более - про совершенные при этом убийства. Что касается лево-радикальной организации MIR, то профессору известны два случая убийства представителей силовых структур, совершенных боевиками MIR в период 1970-1973 г.г., и он не исключает, что сообщения о шести убитых (о чем я его и спрашивал) могут быть достоверными.

Что из этого следует? Нет, если профессор Динджес (как и любой другой профессор) чего-то не знает, то это вовсе не означает, что события не было. Ищите, работайте. Но не надо жаловаться читателю на то, что "про «красный террор» мне ничего не говорят". Вы же кандидат наук, и должны знать, что бремя доказательства лежит на авторе гипотезы. Это Вы выдумали какой-то "красный террор при Альенде" - вот Вы и доказывайте факт его наличия. Смелее реализуйте свои желания ("я хочу иметь два списка: список «красного террора» и список «белого террора»). Имейте. И с нами поделитесь. А пока не поимели - воздержитесь, пожалуйста, от разговоров про "революционную сволочь"…

Пока Вы ищете, расскажу Вам про действия противной стороны, про пушистых белых зайчиков, которым угрожали жуткие "cordones industrieles (нечто вроде реввоенсоветов, вооруженные организации самоуправления в барачных предместьях Сантьяго)". 7 миллионов долларов (долларов 1973 года, заметьте!), потраченных ЦРУ на кампанию дестабилизации в Чили (то, что Вы обозначили феерической фразой "юристы и банкиры начали объявлять всенародные забастовки"), есть документально доказанный и ныне общепризнанный факт. 2 миллиона (из названных выше 7) ушли на организацию забастовки водителей грузовиков. Чили - страна маленькая, но очень длинная. Забастовка водителей (точнее говоря - организованный и оплаченный саботаж) вела в таких условиях к экономическому коллапсу.

Тем не менее, на парламентских выборах в марте 1973 г. "Народное единство" получает 42% голосов избирателей. Да, с учетом голосов жителей "барачных предместий", как бы они ни были Вам противны. После этого (и с учетом тревожной для фашистов динамики: 36% за Альенде в 1970 г. и 42% за "НЕ" в 1973 г.) кампания экономической дестабилизации дополняется серий терактов: боевики из ультраправой «Патриа и либертад» взрывают электроподстанции, ЛЭП, мосты на Панамериканском шоссе. Умолчать про эти реальные факты - и при этом намекать на какой-то "красный террор" - значит перейти от публицистики к пропаганде. Причем весьма дурного свойства.

Завершая разговор про "марксистского диктатора Альенде, который готов был превратить Чили в нищую Эфиопию", обратимся к документу. Главному обвинительному документу, составленному политическими противниками Альенде. 22 августа 1973 г. парламент Чили большинством в 81 против 47 голосов принял Заявление ("соглашение палат" в дословном переводе), в котором в 15 пунктах со множеством подпунктов сформулировал свои претензии к президенту. Парламентарии заявили, что Альенде стремится присвоить себе полномочия законодательной власти (т.е. авторов заявления), вмешивается в деятельность судов, попирает свободу печати, закрывает неугодные ему газеты, поощряет создание незаконных вооруженных формирований и.т.п.

Нарушая хронологию событий, сразу же напомню, что хунта дважды, в 1974 и 1975 г.г. публично заявляла о своем намерении провести судебный процесс над руководителями "Народного единства". И оба раза тихо сдулась. С учетом реакции международного сообщества устроить кровавый балаган в стиле сталинских "открытых процессов" 36-37 г.г. было уже невозможно (да и контрпродуктивно - с точки зрения интересов хунты), шансов же доказать виновность соратников Альенде в открытом соревновательном процессе, с участием независимых адвокатов, практически не было.

Вернемся теперь к Заявлению от 22 августа 1973 г. Даже в этом "обвинительном акте", односторонне отражающем позицию противников Альенде, не нашлось места для слова "убийство" (не говоря уже про массовые убийства, массовый террор, систематическое применение пыток). Самым же главным в Заявлении был почти неприкрытый призыв к вооруженным силам вмешаться и "исполнить свой долг", прекратив нарушения Конституции со стороны Альенде ("It is their duty to put an immediate end to all situations herein referred to that breach the Constitution and the laws of the land… To the contrary, they would gravely compromise the national and professional character of the Armed and Police Forces…")

Насколько объективным было это Заявление? В какой мере обвинения в адрес Альенде соответствовали действительности? На мой взгляд, самый убедительный ответ на эти вопросы дают события 23 августа 1973 г. Что же произошло в этот день? А ничего. И 24-го ничего. И 25, 26, 27… "Диктатор и узурпатор", получивший в свои руки такой "козырь", как открытый, явный (и зафиксированный на бумаге) призыв к вооруженному мятежу, не сделал ни-че-го. Ничего из того, что было перечислено в 15 пунктах с подпунктами: не разогнал парламент, не арестовал зачинщиков мятежа, не закрыл оппозиционные СМИ, не раздал оружие своим сторонникам "в барачных предместьях Сантьяго…"

Ничего другого тоже не сделал: не ушел в отставку, не улетел заграницу, не застрелился. Вместо этих, имеющих практический смысл действий, Альенде взял в руки перо (без кавычек) и написал подробнейший ответ, в котором пункт за пунктом ответил на претензии парламента. После чего пообещал провести в ближайшее время референдум о доверии правительству. Мирное разрешение конфликта между парламентом и президентом (в более широком смысле - между противниками и сторонниками социалистического эксперимента) еще было возможным. Но такой вариант развития событий решительно не устраивал заговорщиков. И поэтому 11 сентября произошло то, что произошло. Проявив похвальное чувство юмора, Пиночет разогнал парламент ровно через месяц и один день (23 сентября) после того, как депутаты закончили сочинять свой огромный текст с рассказами про "узурпацию власти и нарушения полномочий парламента…"

Тут-то и началось, как Вы утверждаете, "возвращение порядка" и экономическое процветание. "Убив всего три тысячи коммунистов, Пиночет построил рыночное общество". Да, рыночное, но не простое, а особое. По формуле: "Все цены определяются рынком, кроме цены рабочей силы, которую устанавливают пулеметами". Это сказал не марксист, не коммунист и не шариков, слова эти принадлежат одному из лидеров христианско-демократической партии Чили (да, той самой ХДП, которая с остервенением "топила" правительство Альенде) Радомиро Томичу. Ну, а в живых картинках процесс "установления цены рабочей силы пулеметами" обрисовал Гарсия Маркес. Вы читали, не сомневаюсь.

Еще одна интересная цитата: "Реально существующая нация была объявлена больной, а нация как референтная группа - проектом, который предстоит реализовать через насилие". Так уже в 1978 г. характеризовал модель пиночетовского государства насквозь буржуазный политолог О`Доннел. И, наконец, прямая речь Вашего кумира: "Никто и ничто не сможет противостоять решениям, которые мы принесли для спасения Чили. Мы пришли, чтобы искоренить, мы остаемся, чтобы спасти, мы останемся, чтобы предотвратить". Так скромно Пиночет высказывался непосредственно после переворота. Позднее заматерел, официально (декрет № 527 "О юридическом статусе правящей хунты") провозгласил себя "верховным носителем власти" и без тени улыбки говорил, что послан Провидением дабы "спасти эту страну".

Все серьезно. А вот где же результат? В чем конкретно выразился расцвет и возрождение экономики? Вы, Юлия Леонидовна, написали большую статью (18 тыс. знаков), там нашлось место для разговоров про глобальное потепление, евробюрократию, негров в ЮАР и американцев в Ираке - и ни одной цифры, характеризующей успехи чилийской экономике при Пиночете. С чего бы это? Ладно, не хотите говорить - не надо. Я обратился к творчеству Ваших единомышленников (благо, им забит весь русский Интернет). Одна статья, вторая, третья, десятая… "Возродил… поднял из руин… небывалый экономический рост… чилийское экономическое чудо… беспримерные успехи реформ…" И опять - ни одной цифры!
http://www.solonin.org/img/content/LA-Chile-2.png
Тут я вспомнил - что мне это напоминает. Да, именно так в годы моей юности совковые пропагандисты расписывали небывалые успехи коллективизации: уйма слов и ни одной цифры, ни одного факта, иллюстрирующего победный рост колхозных урожаев, надоев, настригов и привесов. Да и зачем было копаться в навозе, когда главное - это ослепительная красота Идеи! Освобожденный труд на колхозных полях, пятый сон Веры Павловны. Точной копией с этого является и феномен (бред) пиночетолюбия. Кому-то очень хочется верить, что далеко-далеко, за морями-океанами, в стране Чили жил мудрый диктатор, который воплотил на земле Единственно Верное Учение либеро-фашизма: революционеров перебил, нищебродов выморил голодом, и великая богиня Инвестиционной Привлекательности воссияла во славе своей…

А теперь переходим к фактам. Соблаговолите нажать вот на эту ссылочку:

http://en.wikipedia.org/wiki/File:Chile_GDP_growth.png

Нужны комментарии? График валового внутреннего продукта (по данным центробанка Чили, в сопоставимых ценах) пляшет, как блоха. 50 лет, с 1951 по 2001 год экономика остается весьма нестабильной. Есть благополучные годы, кстати, один из них - 1971 год. Первый год президентства Сальвадора Альенде, рост ВВП на 9 процентов. А в центре графика красуются две "стрелы", устремленные вниз. Два эпизода глубочайшего, беспрецедентного для Чили обвала экономики. И оба приходятся на эпоху Пиночета. Минус 12,9 процента в 1975 году и минус 13,6 в году 1982. Вроде бы устойчивый рост начинается с 1987 года (через 14 лет !!! после прихода к власти "великого генерала"), но уже в 1999 экономический рост почему-то (об этом скажу чуть ниже) сменяется спадом до нуля.

Таковы показатели ВВП. Но не одними этими цифрами определяется здоровье экономики. Посмотрим еще на что-нибудь. Лично мне особенно нравятся цифры по внешнему долгу и курсу национальной валюты к доллару США. Почему именно они? Потому что ВНЕШНИЕ. Соврать труднее. Внутри страны хунта могла заставить экономистов "нарисовать" любые цифры (о чем пиночетолюбы всегда забывают), но вот иностранный банк, давший кредит, будет смотреть не в пиночетовский телеящик, а в кредитный договор.

Так вот, на момент свержения Альенде внешний долг Чили составлял 4,13 млрд. долларов. Эту цифру бессчетное число раз повторяли пиночетолюбы, да еще и со злорадным шипением: "Вот, вот они плоды популистского заигрывания с чернью! Повысили зарплату всякой шантрапе, а где деньги взять?" К концу правления "жесткого монетариста, почетного рыночника" Пиночета внешний долг вырос до 27 миллиардов. Неподъемный груз платежей по обслуживанию кредитов, которые оставил после себя "великий генерал", стал одной из причин спада чилийской экономики в конце 90-х годов (см. график выше).

А с национальной валютой все еще смешнее (хотя смех этот - сквозь слезы). В течение первых месяцев власти военной хунты национальная валюта подешевела более чем в 2 раза. В следующем, 1974 году - в 28 (двадцать восемь) раз. К октябрю 1975 г. чилийский эскудо окончательно превратился в мусор, и была введена новая национальная валюта - песо. По совету "чикагских мальчиков" (они, вероятно, плохо владели дробями) курс песо был установлен 1 к 1. Один доллар США - одно песо. В январе 1977 г. за 1 доллар надо было заплатить уже 18,5 песо, в январе 1978 – 27,5, в январе 1980 – 39, в июне 1982-го – 46 песо… Ну, разве это не беспримерное "экономическое чудо"?

Конкретный механизм разрушения чилийской экономике при Пиночете популярно описан тут: http://www.sensusnovus.ru/analytics/.../24/11087.html

Почитайте. В высшей степени интересно и главное - как узнаваемо! Приватизация через закрытые "конкурсы" в пользу приближенных диктатора. Концентрация банковского и промышленного капитала в руках 5-6 финансово-криминальных групп. Вывод прибыли в панамские оффшоры. Закономерный обвал "экономики друзей" в 1982 году. Выкуп частных долгов за счет государственных средств ("чилийская свободно-рыночная революция впервые опробовала схему приватизации прибыли и национализации убытков"). Повторная приватизация очищенных от долгов активов, по бросовым ценам и опять же - своим людям. Бедный Шариков, с его непростой биографией и наивными мечтами, нервно курит в уголке…

Да, кстати, разорив страну, генерал Пиночет себя любимого не забыл. 25 миллионов 978 тысяч 602 доллара 79 центов. Такую сумму тайного состояния бывшего диктатора назвал в сентябре 2009 г. чилийский судья Мануэль Вальдеррама. 26 миллионов баксов. Спору нет, деньги смешные - если сравнить их с баблом, которое так удачно подняли наши российские организаторы "шока без терапии". Но, согласитесь, Юлия Леонидовна, на фоне этих кровавых миллионов как-то тускнеет образ "сурового и неподкупного Солдата отечества" и вылезает наружу кувшинное рыло заурядного казнокрада.

И, наконец, самое главное - цена. Социальная, человеческая цена, уплаченная за такую радость чилийским народом.

Несколько сот тысяч человек (точные цифры остаются предметом дискуссии) уехали из страны. Как всегда бывает в таких ситуациях, прежде всего паковали чемоданы те, у кого главное богатство находится в голове, кто мог без особых проблем найти себе место в любой испаноязычной стране: квалифицированные специалисты, ученые, врачи, журналисты. По интеллектуальному потенциалу страны (а это главное "средство производства" в 21-м веке) был нанесен сильнейший удар. В одной из социальных групп масштаб добровольного изгнания превысил девять десятых - это чилийские евреи. Неуютно стало им жить в стране, которую фашистская хунта ухитрилась превратить в рассадник такой диковинной для Латинской Америки болезни, как зоологический антисемитизм. Классический юдофобский пасквиль "Протоколы сионских мудрецов" при Пиночете переиздавался 28 раз! Труды не менее известного нацистского идеолога Розенберга были изданы совокупным тиражом в 4,2 млн. экземпляров и распространялись по всему континенту.

Разумеется, хотели и могли бежать далеко не все. Оставшиеся получили астрономический рост цен на товары первой необходимости, ликвидацию доступной медицины, двукратный рост детской смертности и шестикратный рост заболеваемости туберкулезом, безработицу в 30%, обнищание такого масштаба, что на пике пиночетовского "чуда наоборот" (в 1982 г.) половина населения страны переместилась в халупы, сколоченные из фанеры, жести и картона - оплачивать проживание в человеческом жилье им стало не по карману. Летом 1982 г. на улицах городов юга Чили специальные бригады собирали трупы замерзших бездомных. Картина, уже вполне сопоставимая с 18-м годом в России.

Вот поэтому, уважаемая Юлия Леонидовна, хунте пришлось стрелять и убивать людей тысячами, арестовывать десятками тысяч, вводить осадное положение, лишь в 1978 г. милостиво замененное на "чрезвычайное". Не ради "спасения Чили от марксистского ига", а для того, чтобы народ согласился молча и покорно замерзать в фанерной конуре. И работать за копейки - если очень повезет найти рабочее место живого придатка к конвейерной линии. Впрочем, что я Вам рассказываю? Великая богиня Инвестиционной Привлекательности требует человеческих жертв, а ее жрецы и жрицы твердо убеждены в том, что сожгут кого-то другого, но не его…

Сколько людей было убито и замучено за годы диктатуры? Я не считаю, что вопрос определения точной цифры является слишком важным. Для родных и близких погибшего безмерным горем является смерть одного человека. Для правовой и политической оценки режима Пиночета вполне достаточно и 3 тысяч убитых в 10-миллионной стране. Ваши рассуждения о количестве жертв диктатуры привлекли мое внимание не столько заявленным результатом, сколько стилем и методом.

Без тени смущения Вы заявляете: "В докладе комиссий Реттига и Валеха содержится исчерпывающий перечень убитых". Юлия Леонидовна, исчерпывающий перечень содержится только в скрижалях Завета; все творения рук человеческих несовершенны. Что же касается "Комиссии правды и примирения" (комиссия Реттига), то она работала при живом Пиночете. И не просто при "живом", но при Пиночете в статусе главкома сухопутных войск Чили. Да, такова была цена "примирения" - диктатура не была свергнута народным восстанием или вооруженной силой извне, диктатура медленно, угрюмо и угрожающе рыча, отошла (отползла) от власти. В апреле 1991 года еще никто не мог знать - чем все это дело закончится, и у членов комиссии Реттига был вполне реальный шанс войти в перечень жертв нового переворота. Отчетный документ комиссии Реттига - это доклад Хрущева о "культе личности", составленный и прочитанный при живых товарищах Сталине и Берия. Разница лишь в том, что Реттиг не обладал и сотой долей тех полномочий, которые были у генсека Хрущева…

Теперь от метафор переходим к конкретике. Мертвые молчат. Комиссия Реттига принимала заявления о фактах убийств и/или похищений людей от родственников или уполномоченных ими адвокатов. Какие "адвокаты" могли быть у индейцев, за которыми в первые недели путча озверелая солдатня "охотилась", как за дикими животными? Каких "адвокатов" могли нанять родственники крестьян, убитых после переворота вооруженными бандами обиженных латифундистов?

Далее. Сотни тысяч чилийцев - в том числе и родственники жертв террора - покинули страну после переворота и разъехались по необъятному испаноязычному миру. Все ли они захотели обратиться в комиссию по примирению с убийцами? Лететь на другой конец света из Мадрида в Сантьяго, тратить деньги, рвать себе душу воспоминаниями о пережитом ужасе… И главное - зачем? Комиссия Реттига - и в этом проявился еще один, может быть самый главный и самый спорный элемент общественного компромисса - не иницировала возбуждение уголовных дел по преступлениям, покрытым пиночетовской амнистией 1978 года. Что это за амнистия? Это когда убийцы простили самих себя. Под амнистию подпадали любые преступления, совершенные "для спасения государства от коммунистической опасности" в период с 11 сентября по 11 октября 1973 года.

Красиво? В эпоху мрачного средневековья солдатам давали три дня на бесчинства в захваченном городе; Ваш кумир установил месячный "сезон открытой охоты" на сограждан. Чилийские юристы (те самые, которые устраивали "всенародные забастовки протеста против узурпатора Альенде"), потупив в землю глаза и разведя пухлыми ручками, сказали: "Мы бы всей душой, но дура лекс… В соответствии с пунктами и подпунктами мы не можем отменить амнистию, однажды кем-либо объявленную…" Поэтому убийцы, садисты и насильники могли спокойно гулять и смеяться в глаза родственникам своих жертв. Именно такой была ситуация в Чили образца 1991 года, и я предполагаю, что она серьезно сказалась на результатах работы комиссии Реттига.

Вы упоминаете доклад комиссии Валеча, но при этом полностью игнорируете то, чем эта комиссия занималась в действительности. "Национальная комиссия по делам политических заключённых и пыткам" (La Comisión Nacional sobre Prisión Política y Tortura), возглавляемая епископом Серхио Валечем, имела задачу "установить лиц, которые подверглись лишению свободы и пыткам по политическим мотивам". Комиссия Валеча установила 28.459 (двадцать восемь с половиной тысяч) достоверных случаев незаконных (без ордера или решения суда) арестов и пыток. Причем, как явствует из материалов комиссии, эти две формы внесудебных репрессий фактически совпадали - 94% арестованных подвергались пыткам.

В частности, было установлено 238 случаев, когда пыткам были подвергнуты дети в возрасте менее 15 лет. Юлия Леонидовна, когда Вы в следующий раз начнете публично восхищаться высокой эффективностью работы пиночетовского гестапо ("DINA продемонстрировала, что она может наносить точечные и одновременно разрушительные удары"), не забудьте рассказать читателям, что эта "эффективность" была достигнута с использованием пыток детей арестованных и применением специально дрессированных собак и крыс для пыток женщин.

Цифра в 28,5 тыс. пострадавших была получена в 2004-2005 годах. Позднее, уже после смерти Валеча, работа комиссии была продолжена, и число достоверно установленных жертв пыток выросло еще на 9,8 тыс. человек. Итого - 38,3 тыс. незаконно арестованных и подвергшихся пыткам. А теперь начинаем загибать пальцы и считать - кого и что комиссия Валеча не смогла учесть.

Во-первых, она не учла тех, для кого пытки стали причиной смерти или послужили "прелюдией" к последующему убийству - мертвые молчат. Во-вторых, комиссия работала спустя 30 лет после события (67 % представших перед комиссией были арестованы в сентябре-декабре 1973 г.), а пытки не способствуют долголетию. В-третьих, комиссия принципиально не учитывала заявлениях тех чилийцев, которые были незаконно арестованы и/или подверглись пыткам за пределами страны - а в конце 70-х, когда весь "южный конус Латинской Армерики" был во власти фашистских диктатур, охота за чилийскими эмигрантами велась в широком масштабе. В-четвертых, в соответствии со своим регламентом комиссия Валеча рассматривала только действия "представителей государства или лиц, находящихся на государственной службе"; таким образом, за пределами расследования оказалось множество случаев незаконных арестов и пыток, совершенных тайными "эскадронами смерти". В пятых, в ходе расследования выяснилось, что практически все арестованные женщины подвергались сексуальному насилию; я предполагаю, что это обстоятельство могло существенно снизить число обратившихся в комиссию, ибо какая же женщина захочет, чтобы ее дети читали про то, как маму насиловали всей казармой.

И тем не менее, даже если остановиться на официальных цифрах - 3,2 тыс. убитых, 38,3 тыс. незаконно арестованных и подвергнутых пыткам - то в пропорциональном пересчете на сегодняшнюю численность населения России получается 590 тыс. репрессированных. Не пора ли перестать ставить кавычки при словах "кровавый режим Пиночета" - как это делаете Вы, Юлия Леонидовна, на протяжении всей своей статьи. И как прикажете понимать такие Ваши слова: "Военные трибуналы при Пиночете выносили огромное количество оправдательных или мягких приговоров. Город Писагуа: 147 подсудимых, 6 смертных приговоров, остальные пожизненные". Юлия Леонидовна, Вам было некогда перечитать написанное? Или испепеляющая страсть окончательно затуманила Ваши глаза?

Некоторые Ваши высказывания можно было бы назвать "анекдотическими" - если бы речь не шла о столь страшных делах. Вы позволили себе написать: "В Сети постоянно появляются страшилки, которые звучат примерно так: журналист-антикоммунист Роберто Гальо был убит, когда защищал беременную женщину от избивавших ее солдат…Излишне говорить, что никакого Роберто Гальо в докладе комиссии Реттига просто нет". Если факты противоречат теории - тем хуже для фактов? У названного Вами противоречия может быть не одно, а целых три объяснения. Или комиссия, работавшая спустя 18 лет после события, не учла данный факт, или журналиста, убитого при описанных обстоятельствах, звали по другому, или вообще ничего не было. Я не знаю точного ответа, Вы тоже его не знаете, но про погибших людей не говорят в подобном тоне!

И последний вопрос. Вы его задаете неоднократно: "Какое количество убитых были легитимными целями, а какое - невинными жертвами?" Это очень простой вопрос, и ответ на него не займет у нас много времени.

Единственной легитимной целью для Пиночета был его собственный лоб. Только в свою поганую голову он мог стрелять на законных и морально-оправданных основаниях. Ни в кого другого изменивший присяге генерал, узурпатор власти, серийный убийца, покровитель садистов и казнокрадов не имел права стрелять.

Отвечу я и на незаданный Вами вопрос - какой процент погибших погиб с оружием в руках. Увы, чилийский народ не был готов к вооруженному сопротивлению, фашистский переворот застал его врасплох. Более 2 тыс. человек, т.е. две трети убитых и замученных, погибли в первые 6 недель путча. Без оружия и без возможности убить палача. Есть два заслуживающих упоминания эпизода вооруженного сопротивления в те дни - это штурм президентского дворца, где погиб Альенде и сотрудники его охраны, и бой у штаба MIR, где погибло 23 человека (не считая солдат хунты). Всего же, за 18 лет диктатуры, участники вооруженного подполья составили не более 1-2 % от общего числа жертв террора.

********************************

С материалами Международной комиссии по расследованию преступлений военной хунты в Чили можно ознакомиться, например, тут : http://scepsis.ru/library/id_1922.html

Комиссия была создана 21 марта 1974 года в Хельсинки. В ее составе работали писатели Х.Кортасар и Г.Маркес, будущий генсек Финской социал-демократической партии У.Сунквист, министр внутренних дел Мексики Х. Эролес, президент Международного союза молодых христианских демократов Дж.Боналуми, генсек Португальской социалистической партии (будущий президент страны) М.Соареш, генсек Испанской социалистической партии (будущий премьер-министр) Ф.Гонсалес, один из руководителей французского движения Сопротивления полковник А.Роль-Танги, советские журналисты А. Бовин и Г. Боровик

[Больная совесть либерализма]

http://aillarionov.livejournal.com/441632.html#cutid1

Когда уже был размещен предыдущий пост, познакомился с как всегда весьма разнообразным и информативным выступлением Ю.Латыниной в субботнем выпуске «Кода доступа», в котором обнаружились ссылки на мою позицию. По некотором размышлении посчитал необходимым их прокомментировать.

В передаче Юлия Леонидовна сказала следующее:
«...почему я об этом говорю, и говорю постоянно, и буду говорить много раз? Потому что рано или поздно
Россия встанет на новой развилке, и встанет вопрос, а на основе каких ценностей мы будем строить новую Россию. Я надеюсь, что этот вопрос встанет. И надо не совершить ту же самую ошибку, которую совершил в 1991 году Гайдар. У нас есть Андрей Николаевич Илларионов, который так же любит Гайдара, как я люблю правозащитников. Но Андрей Николаевич Илларионов – это человек, который доказывает, что у Гайдара был злой умысел. Я насчет злого умысла не знаю, я просто знаю, что Гайдар и очень многие решили, что все, что не социализм, является рынком и демократией. А оказывается, к сожалению, что не все, что не является советской системой, не все, что не советская система, сразу оказывается рынком и демократией. Очень многое превращается в Зимбабве, очень многое превращается в Латинскую Америку. И если мы хотим этого избежать, то нет, мы не сможем строить новую Россию на тех же принципах, на которых, например, строят свою политику во Франции социалисты Франсуа Олланда».

Комментарии.
1. Мое отношение к Гайдару имеет мало общего с отношением Юлии Леонидовны к правозащитникам – судя, по крайней мере, по тому, как оно описано в ее последних статьях.

2. Я не доказываю, что у Гайдара был злой умысел. Более того, выяснение того, был ли у Гайдара злой умысел, добрый умысел, или какой-то иной умысел, не входило и не входит в мою задачу. Практически все, что было написано и сказано мной о Гайдаре за последние два с половиной года, – это прежде всего попытка реконструировать фактические события в недавней советской и российской истории, к которым Гайдар имел отношение.

3. Что касается объяснения мотивации действий Гайдара, то окончательного вердикта по этому поводу я пока не выносил. Более того, в тех нечастых случаях, когда об этом заходил разговор, то старался не формулировать свою позицию, а пытался узнать мнения о причинах действий Гайдара у коллег, как, например, это было на недавних Лебедевских чтениях.

4. Относительно причин того, почему Гайдар совершал те или иные действия, принимал те или иные решения, писал те или иные тексты, в литературе были выдвинуты три основные гипотезы:
1) некомпетентность,
2) политическое и личное давление,
3) сознательные действия.
Реконструкция фактических событий не оставляет достаточных оснований для поддержки первых двух версий. Выясняется, что в подавляющем большинстве случаев (если не во всех) действия Гайдара были совершенно осознанными, т.е., пользуясь терминологией Ю.Латыниной, умышленными, иными словами, имели умысел. Их этическая оценка (злой умысел, добрый умысел и т.п.) определяется читателями/слушателями самостоятельно в зависимости от их собственных принципов и не входит в круг моих задач.

5. На мой взгляд, Ю.Латынина совершенно права, привлекая общественное внимание к тому, что рано или поздно Россия встанет на новой развилке, и встанет вопрос, на основе каких ценностей мы будем строить новую Россию. Правда, затем Юлия Леонидовна, на мой взгляд, совершает две принципиальные ошибки.

6. Первая из них заключается в ее оценке действий Гайдара: ...надо не совершить ту же самую ошибку, которую совершил в 1991 году Гайдар... ...я просто знаю, что Гайдар и очень многие решили, что все, что не социализм, является рынком и демократией. А оказывается, к сожалению, что не все, что не является советской системой, не все, что не советская система, сразу оказывается рынком и демократией. Имеющаяся информация исключает такую интерпретацию взглядов и действий Гайдара. Еще в 1989 г. он сформулировал важные характеристики того типа рыночной экономики и той модели общественного устройства, которые он хотел видеть в России. В своей последующей практической деятельности он, как выяснилось, создавал именно ту модель, о которой писал в 1989 г. и которую мы имеем сегодня. В последние годы он неоднократно заявлял, что, по его мнению, все, что им было сделано, было сделано в основном правильно, принципиальных ошибок у него не было. Этой же позиции придерживается и А.Чубайс, бывший к Гайдару в последние два десятилетия, очевидно, наиболее близким человеком.

7. Вторая ошибка заключается в упрощенном выборе ценностей и принципов, предлагаемых Юлией Леонидовной «строителям новой России». Тупиковость экономической программы Франсуа Олланда во Франции, с моей точки зрения, ни в коей мере не означает возможность морального оправдания «ценностей и принципов» пиночетовской политической полиции ДИНА. Веер возможных действий ответственной власти в стране не ограничивается лишь этими двумя, достаточно произвольно выбранными, вариантами.

8. К этому следует добавить, что с точки зрения дихотомии, предлагаемой Ю.Латыниной, действия Е.Гайдара и А.Чубайса в 1990-е гг. (как, впрочем, и В.Путина в последующие годы) были гораздо ближе к «ценностям и принципам политической полиции ДИНА», нежели к программе Ф.Олланда. Поскольку Юлия Леонидовна назвала действия Гайдара ошибкой, а также поскольку сама она, кажется, весьма критически относится ко многим действиям Путина, то тем самым она одновременно отказывает в поддержке «ценностям и принципам ДИНА», в защиту которых была написана ее последняя статья. В этом случае в позиции Ю.Латыниной налицо очевидное противоречие.

9. Какой путь ведет к устойчивому свободному обществу? Через верховенство права, гражданские и политические свободы – к экономическим? Или через экономические свободы к гражданским и политическим? В течение десятилетий идет и теоретический спор и практическая проверка различных вариантов такого движения. Имеются исторические примеры реализации и одного варианта и другого. Первый вариант можно назвать демократическим (европейским) – именно так были созданы свободные общества в Европе, Северной Америке, а также в Японии. Второй можно назвать авторитарным (корейско-чилийско-тайваньским). Дебаты о приемлемости, эффективности, недостатках, преимуществах того или другого пути идут не одно десятилетие.

10. Следует иметь в виду, что каким бы ни был конкретный путь к свободному обществу в той или иной стране, действительно свободным оно становилось лишь тогда, когда страна на самом деле становилась политически свободной (демократической).

11. Следует иметь в виду также то, что генерал А.Пиночет, во-первых, виновный в пытках, истязаниях, внесудебных убийствах своих политических оппонентов, во-вторых, осуществивший одну из наиболее либеральных экономических реформ, принесших невиданный до того уровень благосостояния большинству чилийских граждан, в-третьих, поддержанный на референдуме 1978 г. 75% чилийских граждан, главным достижением своего пребывания во власти считал не упомянутые экономические реформы, а принятие на референдуме 1980 г. разработанной при его активном участии Конституции Чили, на основе которой в 1987 г. правящая хунта легализовала все политические партии, в 1988 г. отменила чрезвычайное положение, объявила амнистию всем политическим эмигрантам, а также провела плебисцит, по результатам которого проигравший его Пиночет (набравший лишь 44,0% голосов) покинул пост президента страны в марте 1990 г., тем самым сделав Чили политически свободной страной.

12. Альтернатива программе Ф.Олланда, предлагаемая Ю.Латыниной («ценности и принципы» политической полиции ДИНА), является логическим следствием действий и рекомендаций Е.Гайдара и А.Чубайса (финансирование Лурдеса и режима Кастро, спасение от банкротства КГБ-шного Евробанка, расстрел парламента, «при котором ни одного депутата не убило», «возрождение российской армии в Чечне», «свободная Грузия как военный противник», необходимость иметь «последний полк, готовый стрелять в народ») и в большой степени совпадает с действиями В.Путина. Поэтому возможное осуществление такой программы на основе предлагаемых Ю.Латыниной ценностей и принципов означало бы продолжение в «новой России» принципиально той же самой политики Гайдара, Чубайса, Путина, которая только что была названа самой Юлией Леонидовной ошибочной, и которую она сама регулярно подвергает небезосновательной критике.

[Перикл]

http://www.chaskor.ru/posts_images_201207/392_300_28760_pin_.jpg
По поводу мотивов действий Гайдара здесь и рассуждать нечего. Экономическая наука уже дала ответ на этот вопрос. И экономисту Илларионову надо знать об этом. Любой человек всегда действует в своих личных интересах.
И про ошибки Гайдара. Одну из ошибок Гайдара, которая и привела к сегодняшней ситуации Илларионов, как и Латынина поддерживает. Здесь они соратники. Это пропорциональное налогообложение. Только Илларионов об этом умалчивает.
Теперь по поводу Латыниной.
Согласен с Илларионовым, что по сути есть два главных способа организации человеческой деятельности. Только я применю не политологические термины, а экономические. Сотрудничество людей бывают двух видов: посредством договоров и посредством гегемонических связей. Это Людвиг фон Мизес.
Вот Латынина постоянно выступает за сотрудничество на основе гегемонических связей. Причем её почему то все считают либералом. Но она никакой не либерал. Она самый настоящий фашист. О чем ей недвусмысленно поведал Солонин.
И анализ Солонина даже по экономическим вопросам более обстоятелен, чем анализ Илларионова.
Не привел Илларионов убедительных цифр процветания Чили в результате реформ Пиночета.
Здесь я соглашусь с точкой зрения Оксанова. Следует только учесть что "либерал" Пиночет не ввел плоскую шкалу подоходного налога. В Чили прогрессивная шкала налогообложения. А если бы была плоская то неравенство было бы ещё больше.
Здесь у Пиночета ума хватило, в отличие от наших либералов.

[Анна Каретникова]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5234C1DE7A052

Одна маленькая ложь или глупость - компрометирует всю твою работу
15-09-2013 (00:17)

Я вообще обычно не вступаю в полемику с журналистами, это особые люди, зачем это нужно? Но пару раз я сталкивалась с тем, что маленькая некомпетентность полностью подрывает веру в то, что говорит и пишет журналист. Ну это как "единожды солгавши". И всем уже всё равно, что в других местах ты пишешь правду. Одна маленькая ложь или глупость - компрометирует всю твою работу. А ты просто не проверил информацию. Ну это как ты написал, например: кровавый летчик злобно усмехнулся из своего самолета и разбомбил прицельно детей из колонны беженцев, специально. А потом приходят читатели и говорят: на такой скорости и высоте летчик, извините, вообще не видит, что происходит на земле. Он по командам с земли бомбит и стреляет. И чему он там тогда кроваво усмехался? Вот, извините, тот же случай.

Юлия Леонидовна нам говорит следующее: за Навального проголосовали те участки, где живут приятные обеспеченные люди, за Собянина проголосовали СИЗО и психиатрические больницы. И поэтому Собянин у нас - мэр уголовников и психов. Всё бы хорошо, если б вы, Юлия Леонидовна, до эфира изучили бы материал.

Например, данные с избирательных участков. Например, ознакомились бы, если лень по участкам лазить, со статьями Ольги Романовой и Зои Световой. И вы узнали бы, что "чеченский результат" по СИЗО выдали те, где НЕ БЫЛО НАБЛЮДАТЕЛЕЙ. Все остальные СИЗО выдали средний результат по Москве. В Матроске Собянин не набрал 50 процентов. Там, при наблюдателях, за Навального около 100 человек, как пишет Зоя Светова, в Бутырке, без наблюдателей, 5. Прописью: пять. А у нас там только голосующих болотников пять. Все за Навального, я вчера их расспросила. То есть больше - НИ ОДНОГО. Вы в это верите?

У нас в СИЗО, что ли, какие-то не люди сидят? Откуда этот снобизм? Зачем он? Там сидит мало коммерсов? адекватных вполне людей? А за кого голосуют наркоманы, когда в себя придут? Они ж не только наркоманы, но и люди. Со своими родителями, своим опытом. Они голосуют все по-разному. А за кого голосуют, скажем, педофилы? Вы уверены, что за Собянина? А как хотелось бы...

Честно говоря, обидно и противно было это вот услышать. Это как если б мне сказали: Анечка, твоя зарплата 40 тысяч и живешь ты нифига не на "Соколе", и твой мэр поэтому - Собянин. Спасибо, я утрусь.

И еще в финале я не свою историю расскажу, мне ее рассказал знакомый лидер русских националистов. Это уже про психушку. Ну, отправили в одну его знакомую после сильного нервного стресса, подлечиться. Никакого насилия, таблеточки, на выходные - домой. Просто в больнице снять напряжение. И тут вдруг в пятницу говорят: а дайте-ка паспорт ксерокопию снять. Она дала. А паспорт что-то всё не возвращают... не возвращают... А тут и дверь вдруг заперли. Никаких тебе домой. И так до вечера воскресения и не открывали. В понедельник паспорт вернули. Спасибо, всего хорошего. Это день выборов был, воскресение. Я должна тут что-то пояснять?

У этих людей украли голоса. Нагло и подло. И говорить: "Собянин - мэр урок и психов" - тоже подло. Ну и на минуточку непрофессионально. Как-то надо бы сначала прежде разбираться, чем что-то говорить или писать.

Чтоб не быть голословной, сравнительные данные по участкам.

Участок по Бутырке, там не было наблюдателей: http://www.moscow_city.vybory.izbirk...=4774086113783

Участок по Матроске, там наблюдатели были: http://www.moscow_city.vybory.izbirk...=4774016108687

Сами сравните. Никакой разницы в составе спецконтингента между Матроской и Бутыркой нет, это я говорю, постоянный посетитель тюрем. Там еще Юлия Леонидовна что-то рассказывала потом - про Абхазию, про Сирию, но я лично дальше слушать не стала. Неинтересно стало вдруг.

Livejournal

! Орфография и стилистика автора сохранены

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13323
25 СЕНТЯБРЯ 2013 г.

19 сентября Greenpeace объявил о захвате российскими пограничниками ледокола Arctic Sunrise, мирно протестовавшего против добычи нефти в Печорском море и находившегося «вне территориальных вод Российской Федерации, за пределами так называемой опасной для плавания трехмильной зоны вокруг платформы Газпрома “Приразломная’’».

Самое удивительное, что при этом на том же сайте Greenpeace размещен блог фотографа Дениса Синякова. Если верить блогу, мирные экологи не просто находились «в трехмильной зоне» — они непосредственно лезли на саму платформу, а им противостояли «страшного вида люди в балаклавах», которые «потеряли самообладание» и «кричали и направляли оружие на активистов».

Ужасные, страшные люди! Прямо на их глазах на нефтяную платформу лезут фанатики, и эти страшные люди почему-то волнуются!

Я специально привожу эти два сообщения, чтобы показать, как манипулируют общественным мнением. Человеку, невнимательно слушающему новости, сообщают, что кровавые пограничники ни с того ни с сего захватили мирное судно Greenpeace. Если он захочет разобраться в подробностях, то ему сообщат, что мирные гринписовцы перед этим мирно поднимались на нефтяную платформу, а кровавые пограничники очень почему-то на это обиделись.

Ну, вот представьте себе Васю Пупкина, который живет в высотном доме и видит, что к нему в квартиру лезет тренированный коммандос (без жесточайшей подготовки на высотный дом, а тем более на нефтяную платформу в арктическом море не залезешь). Вася Пупкин вызывает полицию, и верхолаза берут, а потом берут и машину, в которой он приехал. После чего верхолаз заявляет: «Я мирный человек, а кровавый Пупкин на меня без причины напал. ШЛИТЕ мне ДЕНЕГ сейчас, чтобы спасти мир от кровавого ПУПКИНА!»

Greenpeace — это такая экологическая «Аль-Каеда», а точнее, ХАМАС, ибо, как и ХАМАС, работает на пиаре.Это та же технология, что у ХАМАС: заставить причинить себе вред, снять картинку на видео и пойти просить себе, жертве, денег. Нас БЬЮТ, значит, мы МУЧЕНИКИ. Присылайте МУЧЕНИКАМ больше денег. СПАСИТЕ мир СЕЙЧАС.

На что тратятся эти деньги?

В 1991 году в Германии выяснилось, что миллионы марок, пожертвованных на спасение природы, оказались на сберегательных счетах. Другой скандал разразился, когда французский журналист, работавший под псевдонимом Оливье Вермонт, устроился в офис Greenpeace секретарем и написал книгу La Face cachée de Greenpeace.

Он описал корпорацию манипуляторов, которая специализируется на добывании денег из полезных идиотов, ведет подробнейшие досье на политиков (привет Сноудену), работает под чужим флагом (внедряет своих агентов в газеты в качестве журналистов или представляется журналистам учеными), получает деньги у корпораций и расходует 60% добытого на зарплаты. Три столпа Greenpeace, по Вермонту: деньги, промывание мозгов публике и абсолютная секретность, которую не потерпели бы акционеры ни одной публичной компании. Достаточно сказать, что члены Greenpeace — борцы за мир и экологию — подписывали со своими бывшими руководителями соглашения о неразглашении за огромный золотой парашют.

Greenpeace, как и ХАМАС, не раз ловили на фейках. В свое время выяснилось, что пытки и убийства кенгуру, показанные в их пропагандистском ролике Goodbye Joey, как раз и сняты на деньги и по заказу Greenpeace. Но самая прикольная геббельсовщина случилась в 2006-м, когда Greenpeace случайно опубликовал черновик пресс-релиза, гласивший, дословно: «Через двадцать лет после Чернобыльской трагедии мы имеем — здесь вставь какой-нибудь алармистско-армагеддоновский фактоид».

Еще одной особенностью организации является ее удивительная склонность к взаимному срачу, не уступающая спорам ранних христианских фанатиков из-за йоты. Никто так не склонен обличать Greenpeace в сребролюблии и фанатизме, как его бывшие основатели.

Именно сооснователь Greenpeace Пол Ватсон назвал свое детище «зеленым корпоративным монстром», «жадно кормящемся из кормушки чувства вины», а его действия —«глобальной кампанией по стрижке бабла с людей доброй воли».«Важны не факты, важны представления людей о фактах», — так, по словам Ватсона, говаривал его бывший коллега и сооснователь Greenpeace Патрик Мур.

Прошло еще несколько лет, и из Greenpeace ушел уже Патрик Мур, протестуя против кампаний против хлорки, фталатов и поливинилхлорида. Он заявил, что Greenpeace превратился в компанию «политических активистов и предпринимателей от инвайронментализма».

Напомню, с чего начинался Greenpeace.

В 60-х годах, когда отставание СССР от стран свободного мира стало очевидным, в свободном мире вдруг родилось движение за мир и ядерное разоружение. Люди доброй воли протестовали и требовали от Запада разоружиться. От Советского Союза, на гербе которого был изображен весь земной шар, по счастливой случайности они этого не требовали.

В числе этих борцов за мир был и Greenpeace. В конце 60-х США планировали провести ядерные испытания на Аляске, и тут вдруг в Канаде образовалась группа экологов, которая заявила, что на Аляске есть тектонический разлом, что в случае испытаний кора разломится, что будет цунами, — вообще, надо сказать, перечень катастроф, которыми экологические алармисты угрожают человечеству за его экологические грехи, не очень изменился со времен Откровения Иоанна Богослова и основан на эксплуатации тех же атавистических страхов.

Испытания состоялись, земная кора ничуть не треснула, но в ходе этой истории борцами за мир была применена новая тактика — люди на лодке поплыли в район испытаний. Алгоритм был понятен и гениален: ведь понятно, что кровавые милитаристские западные режимы при попадании в зону испытаний хотя бы одной лодки отменили бы испытания. Это вам не мирный Советский Союз.

Тактика оказалась успешной, за атакой на американцев последовала атака на французов, испытывавших свои бомбы в Полинезии. Алгоритм был совершенно тот же: проникнуть в запрещенную зону, получить по морде и раскричаться на весь мир о кровавых палачах.

Несколько раз французские пограничники активистов били (один из таких побитых, МакТаггарт, поимел от этого особо мученический пиар и стал в итоге главой Greenpeace, победив в нелегкой борьбе бульдогов под ковром и Ватсона, и Мура), а в 1985-м случилось поистине счастливое событие. Французские спецслужбы взорвали судно Greenpeace Rainbow Warrior, при этом погиб фотограф Фернандо Перейра, который после первого взрыва побежал на судно, чтобы фотографировать, и попал под второй.

После такой удачи пожертвования Greenpeace за два года выросли до 25 млн долларов. Правда, немцы заявили, что Перейра был связным между КГБ и антиядерным движением в Европе, но все это, как вы понимаете, была лживая империалистическая пропаганда. Кто же из людей доброй воли поверит, что люди, которые пытаются разоружить проклятый Запад перед лицом мирного СССР, имеют какое-то отношение к советской разведке?

Вкоре Greenpeace запустил вторую масштабную кампанию — по спасению китов. Люди доброй воли жертвовали на нее огромные деньги. Как писал уже упоминавшийся Ватсон, «Greenpeace зарабатывает на борьбе за китов больше, чем Норвегия и Исландия вместе взятые на китах».

Заключалась кампания в том, что — опять же цитируя Ватсона — Greenpeace подставлял свои маленькие надувные лодки под струи брандспойтов и снимал, как их атакуют, после чего, естественно, просил на китов деньги. «Единственный способ попасть на лодке под струю из брандспойта — это держать курс на брандспойт», — ехидно писал Ватсон, который возглавил конкурирующую контору по спасению китов.

Почему именно киты, спросите вы. Мне лично трудно отделаться от мысли, что борьба за китов и позволяла Greenpeace содержать тот самый флот, который был так нужен борцам для мир для проникновения в районы ядерных испытаний.

Но тут кончился СССР, и — как заметил в свое время Майкл Крайтон — все борцы за ядерное разоружение переключились на борьбу против глобального потепления и пр.

Против чего только не боролся Greenpeace! Против хлорки (люди, лучше умирайте от тифа), хлорфторуглеродов и поливинилхлорида. Если вы изобрели что-то новое, вы можете быть уверены: Greenpeace вас заметит! Даже про айфон Greenpeace бдительно сообщил, что в нем применены токсичные вещества.

Но, конечно, самым выдающимся вкладом Greenpeace в антинаучную истерию, охватывающую все более и более широкие круги общества, является его борьба против ГМО.

Поясню.

7 млрд человек, живущих на Земле, не могут поддерживать численность популяции на текущем уровне и выращивать при этом культуры, урожайность которых остается на уровне XIII века. Для этого просто физически не хватит земной поверхности. Для этого придется вырубить все дождевые леса, которые так дороги Greenpeace, и превратить все заповедники в пашни.

Еще недавно человечество решало проблему возрастания урожайности и защиты от вредителей с помощью химических удобрений, которые далеко не всегда полезны, и инсектицидов, которые просто ядовиты. Недостаток витаминов в выращенных подобным образом растениях восполнялся искусственными витаминами.

Теперь у человечества появился новый путь: генная инженерия. С помощью генной инженерии можно повысить урожайность растений без всякой химии. Можно добавить к картошке, страдающей фитофторой, ген, который сделает ее устойчивой к фитофторе, и избавиться от обработки ее ядами.

Недостатков у генномодифицированных продуктов нет. Потому что в своих пробирках ученые делают то же самое, что делает, путем проб и ошибков, природа последние 3,8 млрд лет: они перестраивают цепочки ДНК. Это тот редкий случай, когда у технологии вообще нет минусов — одни плюсы. За исключением одного минуса: эта технология разорит компании, производящие удобрения, ядохимикаты и витамины.

Вот тут-то, в этот трагический для производителей ядохимикатов момент, зеленые фанатики и начали кампанию по массовому запугиванию доверчивых идиотов. Джереми Рифкин называл ГМО-продукты «формой уничтожения, столь же губительной, как и ядерная война» и сравнил их с «нацистской евгеникой». Гринписовские квазитеррористы в костюмах химзащиты врываются на экспериментальную станцию в Гвинниндере (Австралия) и уничтожают там генномодифицированную пшеницу, выкладывая видео в интернет.

Расчет на промывание мозгов блистательно оправдался: в 2002 году, когда каждый третий житель Замбии голодал, президент Замбии Леви Мванаваса отказался принять от США продовольственную помошь, потому что в ней была ГМО-кукуруза. 35% респондентов недавнего опроса заявили, что «гены есть в генномодифицированных продуктах, а в обычных их нет».

Но еще омерзительнее, чем история с Замбией, на мой взгляд, история с золотым рисом, кампанию против которого Greenpeace начал совсем недавно.

Напомню, что рис — это одна из самых распространенных зерновых культур в бедных странах Юго-Восточной Азии. В Бангладеше он, например, составляет 72% рациона. У риса масса преимуществ и один крупный недостаток: в нем мало бета-каротина, из которого организм делает витамин А. Сейчас в мире 100 млн детей, которые страдают дефицитом витамина А. Из них 500 тыс. слепнут, а половина от этого числа — умирают.

Решением проблемы стал золотой рис, рис, в который добавили два гена — один от одуванчика, который вырабатывает бета-каротин, другой от бактерии, который помогает процессу.

Кампанию Greenpeace за запрет золотого риса в Юго-Восточной Азии Патрик Мур назвал «преступлением против человечества».

Если вы думаете, что я утверждаю, что Greenpeace нанят производителями ядохимикатов, чтобы уничтожить репутацию ГМО, или что он был когда-то нанят КГБ, чтобы бороться против ядерных испытаний на Западе, то вот вам ответ: вовсе нет. Никогда не нужно пользоваться агентами, если под рукой есть полезные идиоты.

Больше всего меня удивляет в этой истории, что эта организация еще существует. Уже давно почил в бозе СССР, уже много раз Greenpeace хватали за руку на геббельсовщине — а лодки Greenpeace все плавают и плавают и активисты Greenpeace все так же лезут на глазах пограничников на нефтяную платформу, как они держали курс на брандспойты японских китобоев, — чтобы потом рассказать, как их обидели, и заменить картинкой своего мученичества обсуждение элементарного, собственно, вопроса: а чем вам вообще, господа, так помешала добыча нефти?

Она ведет к изменению климата? Климат на этой планете меняется все 4,5 млрд лет ее существования.

Она ведет к повышению содержания диоксида углерода в атмосфере? А откуда, собственно, этот диоксид углерода взялся в нефти? Ответ: из той же атмосферы. В кембрии и ордовике содержание этого самого СО2 в воздухе было в 12-7 раз больше, чем сейчас.

Инвайронментализм в наши дни пришел на смену марксизму. Борьба против проклятых капиталистов сменилась борьбой против проклятых загрязнителей. Она стала светской религией, которая потакает основному инстинкту человека толпы и обслуживающих этот инстинкт левым маргиналам: нелюбви к науке и инновациям, зависти к умным и богатым.

Никакими научными аргументами эту религию не проймешь. Это все равно что пытаться доказать верующим, что вино не превращается в кровь.

Существуй Greenpeace и прочие экологические фанатики во времена Эдисона, у нас не было бы ни радио, ни электричества: мы бы твердо знали, что электричество вызывает рак, а из-за радио Луна упадет на Землю и что это — общепринятый научный консенсус.

Как сказал в свое время Фридрих Великий, веру придумали фанатики, используют мошенники, а практикуют ее идиоты.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13333
1 ОКТЯБРЯ 2013 г.

Координационный совет оппозиции (он, оказывается, еще существует) объявил о новых выборах в свой состав. Алексей Навальный уже отказался в них участвовать, Яшин тоже сказал, что не видит смысла.
Вот и замечательно – будущее КСО решится путем голосования. В прошлом голосовании приняли участие 80 тыс. человек. Если в новом голосовании примет участие вдвое меньше, то структура станет нелегитимна сама собой.
Я лично голосовать не пойду, и не потому, что «мне лень» или «все равно за меня все решили». Я не буду голосовать ровно потому, что в моих глазах Координационный совет оппозиции перестал быть легитимным органом. И я не хочу своим голосованием – любым – участвовать в его легитимизации.
Эта организация утратила в моих глазах легитимность после того, как у нас появилась другая, куда более мощная, организация оппозиции под названием «Предвыборный штаб Навального».
Этот предвыборный штаб в кратчайшие сроки организовал беспрецедентную по эффективности и степени самоорганизации волонтеров предвыборную кампанию Навального. Когда все транспортные компании Москвы вдруг одновременно отказались развозить «кубы» Навального, этот штаб с нуля за два часа создал свою транспортно-логистическую компанию и справился с проблемой. В результате действия штаба и волонтеров подняли рейтинг Навального с 3% до 30% и обеспечили почти честный подсчет на выборах. По гамбургскому счету Навальный вышел во второй тур, а в возрастной категории до 50 вообще выиграл выборы.
В этот момент Координационный cовет оппозиции разделился. Те люди в его составе, которые хотят делать реальную политическую карьеру (например, Максим Кац), вошли в штаб Навального. А маргиналы в составе Совета начали нам рассказывать, почему у Навального никогда ничего не получится. От них мы узнали, что Навальный проект Кремля, что он будущий Гитлер и что он проиграл только потому, что отказался сотрудничать с остальной оппозицией.
И вот теперь эти маргиналы просят нас легитимизировать их. Ну что ж. Как я уже сказала, в прошлом голосовании приняло участие 80 тыс. человек. Инициатива Навального о запрете на дорогие иномарки собрала подписи 100 тыс. человек. За самого Навального на выборах мэра Москвы проголосовали 600 тыс. человек. Очевидно, что если выборы в новый КС, в которых Навальный не будет участвовать, соберут менее 60-70 тыс. голосов, то легитимность его будет нулевой.
А она будет нулевой уже потому, что я не думаю, что нынешние члены КС способны организовать хоть что-то, включая голосование за себя, любимых. Прошлое голосование организовывал Леонид Волков, начштаба Навального и большой поклонник электронной демократии. Я не вижу никаких причин, по которым Волков будет писать софт и организовывать голосование для тех, кто систематически поливает Навального грязью.
Я могу совершенно честно сказать, что участвовала в первом голосовании только потому, что оно было хорошо организовано и что в шаговой доступности от моего дома была группа волонтеров, у которых я могла пройти регистрацию. Я сильно подозреваю, что эти волонтеры потом работали на кампанию Навального и совершенно не собираются снова быть волонтерами для КС.
Соответственно чего-то не будет. Или волонтеров, или нормального софта, или того и другого вместе и никто не проголосует, или, наоборот, безопасность будет нулевой и получится вроде мечети «Сердце Чечни», за которую при 1,5 млн чеченцев в качестве символа России проголосовали 36 млн раз. Cоответственно наибольшее количество голосов в будущем КС наберет какой-нибудь Мавроди.
ПроблемаКСО очень проста. Он был создан Навальным как попытка построить из российской оппозиции некую организацию, которая могла бы работать. Выяснилось, что члены Совета, в подавляющем большинстве своем, работать не могут, а могут только писать блоги и купаться в лучах всенародной любви.
Им нет места в штабе Навального. Точно так же, как мне нет места в штабе Навального. Я там не нужна. Листовки разносить я не буду, а писать программы для развития электронной демократии не умею. Я это понимаю и поэтому не рвусь в политическую деятельность. Члены КС этого не понимают и рвутся. В результате они оказываются маргиналами. Потому что политический маргинал – это по определению человек, который не умеет быть организатором, но хочет быть лидером.
Это не значит, что Навальный обречен на победу или что победа Навального будет победой России. Но это значит, что на сегодняший момент организация, созданная Навальным, работает по принципу центрифуги. Весь обогащенный уран собирается в одном месте – вокруг Навального, а все отходы – в другом. Видимо, в Координационном cовете.
Моя гипотеза заключается в том, что в новых выборах в КС примут участие лишь маргиналы – и в качестве кандидатов, и в качестве голосующих. После того как выборы провалятся, они, разумеется, объяснят это саботажем со стороны Навального, агента Кремля, и окончательно исчезнут из политического бытия.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23457
16 ОКТЯБРЯ 2013
http://ej.ru/img/content/Notes/23457//1381915439.jpg
Позвольте, я буду политнекорректна. Когда речь идет о выживании нации и культуры, журналист имеет на это право, а я думаю, что речь уже идет о выживании российской нации. О том, останемся ли мы Россией или через десять лет, вместо погромов люмпенов, как на днях в Бирюлеве, мы будем иметь бунты рабов.
Начну с простой констатации: район Бирюлево — это новый Хитров рынок. Пресловутая Покровская овощебаза — это 10 тыс. мигрантов, кавказцев и криминала, потому что давно пора отказаться от прекраснодушного представления о том, что мигрант приезжает в Москву, чтобы работать. Мигрант приезжает в Москву, потому что в родном кишлаке он умрет с голода. Он приезжает в Москву потому же, почему голытьба стекалась в трущобы диккенсовского Лондона.
Бирюлево — это дно. Когда вечером нельзя выйти на улицу, когда в школах целые классы не говорят по-русски, а еще это округ, в котором Собянин на выборах набрал больше всех голосов — 64,24%. Навальный набрал 18,58%. Больше Собянин набрал только в бывшем Подмосковье. Как правильно считает власть, именно жители гетто всегда голосуют за верховного стерха. Но, как выясняется, именно они грабят магазины и переворачивают машины.
Ситуация в Бирюлеве — следствие курса, который взял Путин — курса на построение в России рабовладельческого общества. Общества, в котором есть элита, имеющая доступ к бюджетным деньгам или к административному ресурсу, позволяющему эксплуатировать рабов. Есть рабы, на которых лежит основная тяжесть физического труда, и есть люмпен, которого держат на хлебе и зрелищах. Этот стратегический курс сопровождается массой пропаганды о том, что мы, русские, не хотим работать, что в стране нехватка рабочих рук, что труд мигрантов дешевле и пр.
Примечательно, что вся эта риторика не стоит ломаного гроша, когда сталкивается с реальностью — с Покровской овощебазой. Потому что такого предприятия, как Покровская овощебаза, в любой уважающей себя стране быть просто не может. Оно может быть только в Руанде или Нигерии. Не может быть рынка с тотальной нелегальщиной, криминалом и неуплатой налогов, покровительствуемого местными чиновниками вроде главы местной управы и члена «ЕдРа» Виктора Легавина, который уже в разгар волнений разорялся о том, какое это замечательное предприятие и какие важные социальные программы оно выполняет.
На примере Покровской овощебазы хорошо видно, что «дешевыми» трудовые рабы являются только для хозяев овощебазы и их покровителей вроде Легавина, а все общество — бирюлевские школы, больницы и пр. — платит за них двойную цену. «Дешевизна» трудового раба в путинской России состоит в том, что прибыль от его труда получает хозяин, а все расходы на трудового раба оплачивает бюджет.
При этом московские власти не только не пытаются собирать налоги с таких вот овощебаз — они сами создают для трудовых рабов лишние места, позволяющие освоить бюджет. Бессмысленная трижды в год высадка однолетников вдоль вылетных магистралей, чего нет ни в одном городе мира, еще более бессмысленная стрижка травы мигрантами вдоль дорог — что это, как не размножение рабов с целью освоения бюджета?
Нам говорят, что «в России не хватает рабочих рук». Вопрос: если в России не хватает рабочих рук, то зачем Москве 10 тыс. гаишников? Это на 10 тыс. больше, чем надо, и, пожалуйста, не говорите мне, что гаишник — это престижный в глазах общества и не тяжелый физически труд.
Если в России не хватает рабочих рук, почему не разогнать гаишников, ментов, проверяющих? В Москве как минимум 120 тыс. авто для чиновников и ГУПов всех мастей, по два водителя на одно авто. Это 240 тыс. рабочих мест — почему не сократить их?
Нам говорят, что «русский не будет работать на овощебазе». Естественно, он не будет работать на овощебазе, если он может пойти в гаишники и через год купить новый «мерседес». Государство создает миллионы рабочих мест, которые позволяют обирать бюджет и грабить избирателя, а потом удивляются, что люди, которые занимают эти места, предпочитают красть, а не работать!
Не надо говорить, что в России «дефицит рабочих рук на рынке труда». Не может быть дефицита капусты на рынке капусты. Если есть дефицит, значит, нет рынка. Если в стране относительный дефицит рабочих рук, как в Англии XIV в. после чумы, это прекрасно! Это ведет к повышению цены труда, к его эффективности и механизации. За исключением того, разумеется, случая, когда губящий страну режим решает, что ему не нужны люди, получающие за свой труд достойное вознаграждение. А нужна ему элита, рабы и люмпены.
То, что толпа прицепилась именно к убийству 25-летнего Егора Щербакова, зарезанного то ли таджиком, то ли кавказцем — это случайность. Но то, что в Бирюлеве за счет избирателей (голосовавших за Собянина) и при покровительстве местных чиновников содержится клоака, в этом никакой случайности нету.
И не надо говорить, что у преступников нет национальности. У преступников, может, нет национальности, но у рабов она есть. Раб должен не иметь паспорта. Раб должен быть во всем зависим от хозяина. Что при этом раб является представителем чужой культуры и ненавидит люмпена не меньше, чем тот раба, хозяину не важно.
В Москве и области живет 2,5 млн мигрантов — в основном это представители мусульманской культуры, которые не склонны интегрироваться в общество и презирают русских и неверных. В Москве живет около полумиллиона кавказцев, которые точно так же не склонны интегрироваться в российское общество и которые знают, что насилие эффективно. Дети мигрантов составляют 18% всех новорожденных детей Москвы. Это совершенно та же ситуация, что в Римской империи, когда, с одной стороны, германцы составляли большинство рабов, а с другой — большинство нанимаемых империей воинов. Для Римской империи это кончилось крахом.
Необходимо ввести визовой режим со странами Азии. Необходимо запретить созданные под мигрантов работы вроде стрижки травы и высадки однолетников. Необходимо ввести запрет на найм неграждан бюджетными учреждениями. Необходимо ввести драконовские штрафы на найм неграждан девелоперами, торговыми сетями и пр. Необходимо в разы сократить количество проверяющих, лицензирующих, надзирающих, полицейских (гаишников вовсе распустить), что автоматически приведет к приходу миллионов рук на рынок физического труда и, как ни парадоксально — к увеличению оплаты этого труда за счет сокращения гигантских расходов на паразитов.
Но все это возможно только после смены власти, ибо, как я уже сказала, текущая политика власти есть политика по уничтожению самостоятельно работающих людей и замене их на элиту, рабов и люмпенов.
Если этого не произойдет, то от погромов, учиняемых люмпенами, мы через десять лет дойдем до революции, устроенной рабами.

Фото ИТАР-ТАСС/ Валерий Шарифулин

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23607
31 ОКТЯБРЯ 2013
http://ej.ru/img/content/Notes/23607//1383184011.jpg
На президентских выборах в Грузии победил кандидат от партии «Грузинская мечта» Георгий Маргвелашвили. Кому-либо, кроме «Грузинской мечты», победить было трудно, потому что все яркие политические фигуры их противников, включая бывшего министра полиции Вано Мерабишвили, который и превратил грузинский криминальный бардак в сверкающее, с иголочки, государство, предусмотрительно были посажены «мечтунами» в тюрьму.

Результаты президентских выборов в Грузии – это печальная иллюстрация того, чем кончается демократия в бедной стране.

После «революции роз» правительство президента Саакашвили добилось невероятных результатов.

До 2003-го года Грузия представляла собой failedstate. В Тбилиси отключали электричество, самым почетным званием было звание вора в законе, а грузинские силовые ведомства, включая абхазскую полицию в изгнании, занимались угоном машин, торговлей наркотиками и продажей заложников в Панкиси.

В течение нескольких лет в Грузии со скоростью, казавшейся невозможной, было создано дружественное к пользователю государство. Воры сели в тюрьму. Налоги были снижены, собираемость их возросла. Госсобственность была распродана на честных аукционах, по легкости уровня ведения бизнеса страна могла составить конкуренцию Сингапуру. На улице можно было бросить открытую машину с заведенным двигателем, а полицейский в непрерывно курсирующей патрульной машине с проблесковыми маячками подъезжал к остановившемуся водителю и спрашивал, не нужна ли ему помощь – поменять колесо и проводить в аптеку.

Год назад оказалось, что грузинскому люмпенизированному избирателю, привыкшему за годы СССР к государственному рабству и государственной опеке, на это плевать. Бидзина Иванишвили пообещал избирателям, что пенсии будут вчетверо больше, а бензин и услуги ЖКХ будут дешевле. Короче, что с его приходом булки будут расти на деревьях и зайцы будут бегать по улицам прямо жареные, так что можно будет от зайца отрезать половинку, и она отрастет снова. И Бидзина Иванишвили выиграл выборы.

В Тбилиси накануне выборов шоферы отказывались заправлять машины: «Ну вот как же, завтра победит Иванишвили, и бензин сразу станет на треть дешевле».

Нельзя при этом, конечно, сказать, что Саакашвили не совершал ошибок и не наживал врагов. Наоборот, он их наживал, и очень много, и это было естественным следствием восстановления государства.

Он отодвинул от власти весь громадный слой паразитов, и так как паразиты не могли жаловаться, что они больше не могут брать взятки, они жаловались, что президент Саакашвили давит всех честных людей.

Он увольнял тех своих соратников, которые, по укоренившимся грузинским обычаям, полагали, что победа – это приглашение кушать государство большой ложкой, и эти соратники становились его злейшими врагами и обвиняли его в том, из-за чего их самих поперли из власти – в пресловутой элитарной коррупции.

Сразу после выборов он приехал на встречу к Путину (это был его первый визит за рубеж) и молился перед встречей в церкви о хороших отношениях с Россией, но во время этого визита Путин обронил: «У вас прекрасный министр госбезопасности, Хабурдзания. Не увольняйте его». Саакашвили вернулся и Хабурдзания уволил – не потому что хотел поссориться с Путиным, а потому что тотальная реформа страны не стыковалась с нахождением на посту министра госбезопасности человека, являющегося агентом соседней державы или провожающего воров в аэропорт. И Путин ему это не простил: сам характер власти Саакашвили и проводимых им реформ был пощечиной характеру власти Кремля.

Во все время грузинских реформ грузинская оппозиция (как финансировавшаяся Кремлем, так и нет) изощрялась в безумной, какой-то геббельсовской клевете на режим. В стране даже патрульные не брали взяток, а оппозиция рассказывала об элитарной коррупции.

Она блокировала Саакашвили проход в ресторан, перегораживала путь ему в аэропорт, штурмовала тюрьму, чтобы освободить громил, задержанных за избиение журналистов, и когда она получала отпор, она орала об избиении кровавым режимом мирных демонстрантов.

За то время, пока оппозиция в Грузии находится у власти, она не доказала ни одного из своих обвинений и сделала все, в чем обвиняла противников.

Премьер Вано Мерабишвили и ключевые министры оказались в тюрьме по надуманным обвинениям, но ни одного случая элитарной коррупции нам так и не доказали. Министра обороны, например, посадили потому что он – о ужас! – оскорбил офицеров, отказавшихся заниматься боевой подготовкой.

Новые чиновники бросились осваивать бюджеты и выписывать бонусы, на должности поназначали нужных людей, и в качестве «политических заключенных» в Грузии с большой помпой освободили клоунов, участвовавших в заговорах против своей страны, а то и просто уголовников.

Вместо цен на бензин упали инвестиции, вместо пенсий возрос уровень преступности, жареные зайцы по улицам не побежали, за год «Грузинская мечта» не выполнила почти ни одного обещания. Несмотря на это грузинский избиратель снова проголосовал за нее.

Создав в стране равные правила игры и прозрачное государственное устройство, президент Саакашвили тем самым лишил себя возможности опираться на группу соучастников, связанных общими преступлениями, властью и доходами, и готовых на все, чтобы сохранить эту власть. Олигарх Бидзина Иванишвили такой ошибки не сделает.

На фото: Грузия. Тбилиси. 28 октября. Избранный президент Грузии Георгий Маргвелашвили (слева) после объявления результатов голосования во время выборов президента страны.
Фото ИТАР-ТАСС/ Зураб Джавахадзе

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23808
26 НОЯБРЯ 2013
http://www.ej.ru/img/content/Notes/23808//1385409534.jpg
ИТАР-ТАСС

Владимир Путин может торжествовать: Украина не подпишет соглашение об ассоциированном членстве с Евросоюзом.

В течение последнего полугода вся внешняя политика России строилась на том, чтобы не допустить Украину к Евросоюзу, и эта внешняя политика увенчалась полным успехом. Россия оказалась сильнее Евросоюза в том смысле, что Россия всегда может нагадить в суп соседа. А Европа — не может.

Разумеется, решение Януковича не подписывать соглашение с Евросоюзом связано не только с шантажом со стороны России. Но и — даже в первую очередь — с нежеланием выпустить из тюрьмы Юлию Тимошенко. Янукович не может отпустить Тимошенко даже не потому, что она ему угрожает на выборах, а потому что такова логика, в которой он живет. Если он отпустит, то он в натуре лох и его никто уважать не будет.

Но самое главное, как мне кажется, во всей этой истории другое. А именно то, что ни одна из трех сторон, вовлеченных в конфликт, то есть Янукович, Путин и Евросоюз, не руководствовалась рациональными соображениями.

Потому что, начнем с самого простого: а зачем вообще Европе Украина? Это процветающая экономика? Это настоящая демократия? Это коррумпированный полуавторитарный бардак, и Европе Украина нужна затем же, зачем Греция — евробюрократия хочет расширяться. Сейчас, в условиях кризиса, любителям регулировать кривизну огурцов и раздавать субсидии на «чистую» энергию жизненно важно показать, что они по-прежнему являются маяком надежды для окружающих стран.

Первым настоящую цену европейским политикам понял Владимир Путин. Наша либеральная оппозиция не могла понять ее очень долго, и все бегала в парламент Европы, и говорила: вот сейчас ЕС осудит, вот сейчас Меркель выступит. Надо отдать ему должное: Путин был прав, а оппозиция жила в мире, специально созданном для полезных идиотов. Нет сомнения, в том, что касается пиар-примочек, прав геев, Pussy Riot, несчастных чеченских беженцов и пр. и пр., западные политики были готовы издавать благочестивые звуки, и Путин первым из современных политиков понял, что нынешняя европейская демократия готова идти новым авторитарным режимам на еще большие уступки, чем Чемберлен и Даладье в Мюнхене.

В конечном итоге ни один современный западный демократический политик не готов терять жизни и деньги избирателей ради противостояния международному хулигану, а это значит, что он сам найдет спасительный для его лица способ перед хулиганом извиниться, и объяснить, почему хулиган в данном случае не хулиган. Российско-грузинская война и доклад комиссии Тальявини — лучший тому пример.

Проблема Путина заключается в том, что после того как он продемонстрировал всему СНГ свою способность манипулировать Европой, у него нашлись еще более способные ученики: Янукович и Лукашенко. Они точно так же не связаны (или мало связаны в случае Януковича) публичными обязательствами перед народом, они могут менять свой политический курс, как средневековые короли, в мгновение ока, и экономические проблемы, возникающие в их собственных странах из-за подобных выкрутасов, для них точно так же ничего не значат. Более того: они еще могут пугать европейцев тем, что уйдут к Путину.

И в этом смысле история с шантажом Россией Украины, увенчавшаяся полным (хотя, на мой взгляд, и весьма тактическим успехом), есть отражение новой геополитической реальности. Которая заключается в том, что в мире, где государства перестали выяснять отношения между собой с помощью войн, самым сильным геополитиком становится то государство, которое всегда готово нагадить соседу в суп, не считаясь при этом с издержками для собственной экономики.
Фото ИТАР-ТАСС/ Максим Никитин

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/1212725-echo/

И у меня такой грандиозный вопрос, которому я, наверное, довольно много времени посвящу. Это смерть Нельсона Манделы. В общем, мир говорит, что умер великий государственный деятель, все восхищаются. Вот у нас замечательный блог написал сценарист Козырев, который рассказывает, какой Нельсон Мандела был великий и говорит, что вот Нельсон Мандела имел полную возможность, придя к власти, расправиться с теми, кто его посадил, а он, представьте себе, этого не сделал. Ну, просто, знаете, как в анекдоте про Владимира Ильича Ленина. Владимир Ильич поглядел и погладил мальчика по головке. А мог бы и съесть.

Террорист Мандела... Напомню, что Мандела был террористом, что его организация заявила о своем существовании, взорвав в 1961 году на аналог местного дня независимости 57 бомб. Деньги, оружие на эти бомбы были получены, соответственно, в основном, от Китая, маоистского Китая. Вообще Мандела восхищался Че Геварой, Кастро, Мао, Сталиным. Вот этот человек был посажен в тюрьму. Представляете, какие нехорошие люди посадили такого человека в тюрьму? А когда он вышел из тюрьмы, он, представьте себе, их не замочил. Какой замечательный человек!

Впрочем, к делу. Если коротко сформулировать, то главное наследие Нельсона Манделы заключается в следующем. К началу 90-х годов ЮАР была страной первого мира. Она производила... Вот, 40% от всей Африки южнее Сахары производила ЮАР. 500 тысяч англичан, спасаясь от лейбористов, переехали в Южную Африку.

Под управлением Манделы и его преемников ЮАР превратилась в страну даже не третьего, а четвертого мира. С Бразилией ее, например, сравнивать уже неприлично.

За время правления Манделы средние доходы южноафриканцев упали на 40%. Причем, больше всех пострадали самые бедные слои населения: для нижних 5% населения это падение составило 50%.

А нынешний Кейптаун устроен так. Ну, вот, представьте себе дом, ну, вот, Калабуховский дом, обычный доходный дом, ну, только XX-го века уже с лифтами, с подъездами, с ваннами, с системами отопления. В этот дом заезжают дикари с козами, с несколькими женами. Они гадят в гостиной вместо туалета. Они разводят в ванной костры. Они не то, что ходят мимо сортира как Шариков. Потому что Шариков теоретически понимал, для чего служит сортир. А эти люди считают, что всё окружающее – вода в трубах, отопление, сортир – это козни проклятого белого колонизатора. И учиться за собой спускать – это позорить гордое звание черного человека.

Вот, во что превращается дом, не сложно себе представить. Профессор Преображенский просто с тоской может вспомнить о Швондере.

Вот именно в это превратилась большая часть южноафриканских городов, причем безвозвратно, потому что эта ситуация, когда пользование туалетом принципиально приравнивается к низкопоклонству перед колонизаторами. А если отвлечься от этой лирики и говорить о цифрах, то сейчас в ЮАР реальная безработица составляет 40%. Из тех, кто работает, треть зарабатывает менее 2 долларов в день.

По уровню образования страна занимает 143-е место из 144-х. Уровень преступности в ЮАР один из самых высоких в мире. Количество убийств сейчас составляет 31 на 100 тысяч населения (было вдвое больше). При этом белых фермеров убивают в 3,5 раза чаще, чем какую-либо другую категорию населения. То есть если обычный грабеж где-нибудь в Кейптауне или Йоханнесбурге завершается убийством в одном из 200 случаев, то ограбление белого фермера завершается убийством в одном из 2-х случаев. В результате этих убийств иммиграция и количество фермеров с момента прихода Манделы к власти уменьшились вдвое. Поскольку никакие черные фермеры их не заменили, то на месте ферм, которые кормили Южную Африку, просто пустыри и, соответственно, тотальная сельская безработица.

ЮАР превратилась в страну неприкрытого расизма, только черного. Ну, собственно, она и была страной расизма, только белого (тут надо договориться, да?). Вот, в систематических убийствах белых фермеров, о которых я говорила и которые, например, доктор Грегори Стентон из «Genocide Watch» квалифицирует как геноцид, правительство не видит ничего страшного. Но зато есть последнее предложение Африканского национального конгресса о том, что благотворительная организация должна потерять некоммерческий статус, если она помогает белым. Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина, и я продолжаю свой рассказ о великом политике Нельсоне Манделе. 750 тысяч покинуло ЮАР. Разница при этом в доходах между бедными и богатыми увеличилась по сравнению со временем апартеида. Естественно, самые богатые сейчас местные черные, приближенные к правящей элите.

О том, как черные относятся к черным, лучше всего свидетельствует бойня, которую учинила полиция в прошлом году, когда в августе прошлого года в Марикане она застрелила 34 бастовавших шахтера. Причем, стреляли в затылок, а обвинили потом, что это шахтеры перестреляли друг друга. Наша Болотная площадь и наше 6 мая отдыхают.

Естественно, почему полиция стреляла в шахтеров? Потому что, ну, вот, кто сейчас владельцы шахт? Черный мультимиллионер Сирил Рамафоза, бывший генсек Африканского национального конгресса и глава профсоюза горняков. Джеймс Матлаци – тоже бывший президент того же профсоюза.

Обратите внимание, что национализации в Южной Африке не произошло, произошло ровно то же самое, что произошло при президенте Путине с Россией. Произошла не национализация принадлежавших проклятым колонизаторам активов, а передача их тем людям, которые приближены к Африканскому национальному конгрессу. То есть африканизация – это вот то же самое, что у Путина. Можно сказать, у нас произошла в России африканизация.

Кстати, несмотря на такое обращение с рабочими, несмотря на абсолютный карт-бланш, эта новая черная элита не может организовать даже добычу и экспорт сырья (в этом смысле у нас в России лучше), потому что если в 1980 году 11% рабочих мест в ЮАР было на шахтах, то сейчас это 2%. И если до 2008 года во всем мире на 5% росла добыча сырья, то в ЮАР она падала на процент.

Коррупция запредельная. Нынешний президент ЮАР Джейкоб Зума имеет несколько жен. А лучшая история, которая его характеризует, на мой взгляд, следующая. Несколько лет назад он изнасиловал в своем кабинете женщину, причем он знал, что она ВИЧ-инфицирована. Презервативом господин Зума не пользовался. А когда его спросили, какие меры предосторожности он принял, он сказал, что потом ополоснул свой член. То есть простите, если не выбирать выражений, можно сказать, что ЮАР правит черная обезьяна, и я имею полное право это сказать, потому что моей страной правят белые обезьяны. Слово «обезьяна» не имеет никакого отношения к цвету кожи, оно имеет отношение к тому, какими мотивами руководствуется при поведении правитель.

Вот, у меня простой вопрос. Что происходит в современном мире, если человек, при котором страна превратилась в это, называется «великим политиком»? На мой взгляд, история Нельсона Манделы – это очень страшная история. Самое страшное в ней то, что лично Нельсон Мандела, действительно, на мой взгляд, очень хороший человек, достойный человек, который несет ответственность за то, что произошло, значительно меньше всяких полезных идиотов и тоталитарной политкорректности, которая, собственно, и сделала катастрофу в ЮАР неотвратимой.

Как я уже сказала, начнем с того, что Нельсон Мандела – коммунист, марксист, террорист, который в юности вдохновлялся Сталиным, Мао Цзэдуном, Че Геварой. И это как-то бесполезно оспаривать и сердиться на меня в этом смысле, потому что когда Манделу поймали, он не стал отпираться от того, что он террорист. Но он использовал процесс для пропаганды собственных взглядов, он заявил на этом процессе, что он является символом справедливости в суде угнетателей. И в этом смысле, конечно, Мандела был последним из великих террористов XIX века, которые не отпирались на суде от собственных взглядов и не заявляли как сейчас мусульманские террористы, что это проклятые неверные взорвали себя сами, чтобы скомпрометировать мирный ислам.

Он также был последним из великих террористов, которые хотя бы теоретически пытались ограничить жертвы среди гражданского населения.

И вот Мандела сел в тюрьму на 18 лет первоначально. Это была маленькая сырая камера, а дальше стала происходить удивительная вещь. Несмотря на то, что Мандела не перестал быть террористом, отношение к нему стало меняться. И с обеих сторон. С одной стороны, с Советского Союза, а, с другой стороны, с западного мира. И левые всего мира, и просто полезные идиоты начали кампанию «Освободи Манделу». Условия содержания Манделы всё улучшались. К середине 80-х Мандела получал кучу международных наград, мог из тюрьмы руководить всем, чем хотел. Уже в 1985-м он отверг предложение президента Боты о помиловании при условиях... Внимание, на каких условиях было предложено помилование? Если Мандела осудит использование насилия как политического оружия.

Теперь вы мне скажете, ну как же я могу? В ЮАР был апартеид – это такая страшная вещь. Это, действительно, очень неприятная вещь. Например, напомню, что просто сексуальные контакты между белыми и черными были запрещены. Правда, с другой стороны, это приводило к тому, что, скажем, белый не мог завести гарем из 100 негритянок.

Так вот я, все-таки, хочу вам, господа, напомнить, что такое апартеид в том виде, в котором он был в 70-х годах. Это система самоуправления для черных. Вообще в выделенных системах самоуправления в истории человечества нет ничего позорного. Вот, персы завоевали Ионию и оставили греческим городам самоуправление. Римляне завоевали Грецию и оставили греческим городам самоуправление.

Вот, была там, условно говоря, фантомная священная Римская империя, в ней были самоуправляющиеся города, всякие Флореции, была самоуправляющаяся Венеция, которая там отчасти формально принадлежала Византии, был самоуправляющийся Марсель во Франции.

Еще раз, апартеид был системой, при которой 30% территории, на которой раньше проживало черное население (то есть им оставили всего треть территории), было выделено под самоуправляющиеся общины, которые назывались «бантустанами».

Вы будете смеяться, но они, действительно... Там они могли как угодно себя выбирать, они могли что угодно организовывать. Будете смеяться, при апартеиде количество врачей в бантустанах было больше, чем количество врачей на белое население, на душу населения. Естественно, они были гораздо хуже, но белые разводили руками и говорили «Вы знаете, извините, но качество этих врачей такое».

Вот на минуточку. Что вас смущает в этой системе так уж страшного? То, что эти земли были завоеваны? Ну так в мире всегда все всё завоевывали. Ну, там, американцы завоевали Америку. Они же не могут на этом основании отдать индейцам Манхеттен и сказать, что Манхеттен, на самом деле, принадлежит индейцам со всеми его небоскребами?

Что черный рабочий не мог въехать на белую территорию без визы? Ну, извините, мы все понимаем, что происходит, если на богатую территорию, например, на территорию города Москвы без визы въезжают таджики. Белые тоже не могли въехать на черную территорию без визы. Кстати, это не распространялось на тех чернокожих, которые жили на данной территории города до 1941 года.

То есть чтобы вы понимали, что политика апартеида не сводилась к тому, что белым и черным нельзя было иметь сексуальные контакты (а это было нельзя). Это было 30%. Относительно самой территории страны это составляло 13%, а относительно той территории, на которой раньше жили черные, это составляло 30%. Под самоуправление.

Там было самообразование, там можно было голосовать, была масса законов, привлекающих туда капитал, чтобы строить что-то в черных землях, а не на белых.

Ребята, в чем вопрос? У вас есть самоуправление – покажите, что вы хорошие хозяева. Сделайте из бантустана (слова, которое вы превратили в ругательное) Венецию, сделайте из него Флоренцию.

Простите, но если при этом мне говорят, что «Нет, черные имели право на то, что построили белые на этой земле»... Ну как? А индейцы имеют право на нью-йоркские небоскребы? Я могу вам назвать еще одно место на Земле, где люди, которые являлись, собственно, автохтонами, были лишены права голоса. Оно называется Гонконг. Вы представляете себе, что бы случилось с Гонконгом, если бы китайцы, приезжавшие в Гонконг, абсолютно бесправные, вместо того, чтобы следовать английским законам, стали бы бороться за возвращение себе вот этой исконной территории и права жить по тем законам, по которым они жили?

И вот это очень важно. Нам утверждают, что все расы равны. Прекрасно! Докажите. Как сказал человек, о котором я буду говорить, великий чернокожий просветитель Букер Ти Вашингтон, не было случая, чтобы раса доказала свое величие открытиями и достижениями, и ее не признали бы в мире. Сделайте в бантустанах то же, что сделал Китай. Сделайте так, чтобы слово «бантустан» звучало как слово «Венеция». И никаких у вас проблем не будет, потому что, может быть, и останутся расисты, которые будут говорить, что черная раса ни к чему не годна, но они будут выглядеть как идиоты.

Кстати говоря, заметьте, что в ЮАР, Южно-Африканской республике, которая была богата полезными ископаемыми, не было никакого ресурсного проклятия так же, как и в Америке.

И вот дальше происходит нечто необъяснимое, которое связано именно с идеологическим решением мира, с решением мира о том, что вот Южная Африка устроена ужасно. Апартеид – это не систем самоуправления, это надо ликвидировать. И уже 1989-й год, коммунизм подыхает... Кстати говоря, совершенно понятно в этот момент, что происходит с Африкой. Освобожденная от проклятых колонизаторов Африка уже 30 лет утопает в дерьме и крови. Там 20 лет идет гражданская резня в Анголе. Последствия передачи Африки в руки нецивилизованным дикарям, не научившимся сдерживать самые базовые отвратительные инстинкты человека, но получившим власть и автоматы, уже совершенно ясны. И вот уходит от власти президент Бота, новый президент Де Клерк просто выпускает Манделу и объявляет о конце апартеида. Следующий акт этой драмы почти неизбежен – резня среди черных за лидерство, резня в Себокене, резня в Бойпатонге, резня в Бишо.

Значит, теракты, в том числе против белых. В 1993 году глава одной из африканских организаций Кларенс Маквету в открытую заявляет: «Один фермер – одна пуля. Мы собираемся убивать всех белых – и детей, и стариков. Это будет год террора». Он берет на себя ответственность за уже совершенные убийства. Заметим, что это никто не осуждает. Предоставление самоуправления черным было признано ООН преступлением против человечества. Убивают всех белых? Фигня-вопрос.

В 1993 году, 25 июля происходит теракт, четверо черных врываются в церковь и расстреливают всех, кто там находился. Ответ правительства: «Ах, мы виноваты, мы проводим всеобщие выборы». Мандела с триумфом побеждает на этих выборах. И тут происходит, действительно, чудо. Потому что, как я уже сказала, можно было к этому времени составить себе представление о том, что такое лидер колониальной Африки. Можно было опасаться, что террорист, марксист, поклонник Кастро и Мао Цзэдуна, который 18 лет провел в тюрьме, что он переплюнет Иди Амина и Патриса Лумумбу. И вот к великой чести Нельсона Манделы этого не произошло – он сделал всё, чтобы черные не вырезали белых. Он создал коалиционное правительство с Де Клерком как вице-президентом. Когда стали убивать белых фермеров, в 1997 году Мандела признал, что имеет место чрезмерное убийство белых фермеров, надо попытаться организовать какие-то отряды самообороны. Была фантастическая история, когда белых регбистов, которых все черные ненавидели, национальную команду Спрингбокс Мандела пришел за них болеть и он выходит на стадион в майке, на которой написано «Спрингбокс» и вручает лидеру команды Франсуа Пьенаару победный кубок.

Да! Но проблема-то заключается в том, что Мандела не мог сдержать лавины, он не мог удержать черных шариков, которые въезжают в Калабуховский дом. Взрывной рост преступности, как я уже сказала, эмиграция 750 тысяч белых, то есть элиты. 13-процентный рост социальных расходов при Манделе каждый год происходил, от 13-ти до 7 процентов. Тотальный крах образования, молниеносное распространение СПИДа, коррупция, причем в ближайшем окружении Манделы.

И в 1999 году Мандела совершает следующий потрясающий поступок – он уходит из власти. Это невероятный поступок, особенно для лидера черной Африки, которых, в общем, всегда выносили вперед ногами, причем желательно под звуки артиллерийской канонады. Ему на смену приходит расист Табо Мбеки, который в стране, 10% населения которой заражены ВИЧ, заявляет, что СПИД – это выдумка белых расистов и его нет. Кстати, от СПИДа в этот момент умирают довольно многие сподвижники Манделы. Питер Мокаба, например, тоже заявляет, что СПИДа нет, лекарство белых от СПИДа – это, на самом деле, яд. Это тот самый Питер Мокаба, который умер от СПИДа и который провозгласил тоже лозунг «Убей бура, убей фермера».

Далее по нарастающей тотальная коррупция, однопартийное правление. Деньги сосредоточены в руках партийной верхушки, безработица, преступность, уже упоминаемый мной президент-многоженец Зума. Вот это такая тотальная катастрофа, которую даже нельзя сравнить с большевиками в Зимнем. Потому что представьте себе Нью-Йорк с его инфраструктурой и технологиями, который в результате оказывается у руководства, в котором оказываются люди Каменного века, причем не просто Каменного века, а очень критически настроенные по отношению к ньюйоркцам.

Вот, скажите пожалуйста. Мой второй риторический вопрос. Как можно назвать человека, результатом деятельности которого, пускай совершенно невольным, потому что, конечно, Мандела был, ну, не на голову даже, а на 8 голов выше окружающих африканских лидеров. Но как же, если страна была страной первого мира, а превратилась в страну четвертого мира, как же это можно назвать великой политикой?

А теперь я хочу рассказать вам о, действительно, великом черном политическом деятеле. Его имя вы не встретите на устах у полезных идиотов (его дело проиграно). Я уже упоминала его имя – его звали Букер Ти Вашингтон. И когда в 1865 году в США отменили рабство, ему было 9 лет. Я считаю, что автобиография Букера Ти Вашингтона – это просто, вот, Маастрихт. Потому что это мальчик, который босой и голодный прошел пол-Америки, чтобы научиться читать и писать, а потом чтобы дать образование своему народу.

Он фактически явился основателем частного университета, который назывался Tuskegee Institute, это первый частный университет для черных. И я вам только 2 фразы из Букера Ти Вашингтона скажу. Первая фраза: «Ни одна нация не может считать себя великой, если она не будет уважать физический труд так же, как интеллектуальный». И вторая (я ее уже цитировала): «Не бывает, чтобы нации, прославившиеся своими достижениями и открытиями, мир отказал в признании». Кстати, Букер Ти Вашингтон выступал за ограничение избирательного права для черных, если они не умеют читать и не имеют собственности.

Напомню, что в этот момент в южных штатах Америки существовали совершенно людоедские законы, при которых черные, если они не умеют читать и не имеют собственности, не могли голосовать, а белые, если они не умеют читать и не имеют собственности, могли голосовать. Так вот Букер Ти Вашингтон говорил «Ребята, всем поровну. Чтобы белые в такой ситуации тоже не голосовали».

И вот это к вопросу о том, что погубило ЮАР. Потому что ЮАР погубил не Нельсон Мандела. Вот, лично к жизни Нельсона Манделы у меня не может быть претензий. То, что 20-летний африканский принц (он, кстати, был из царского рода) в 60-е годы был террористом, это вполне понятно. То, что этот человек за 18 лет тюрьмы проделал величайшую духовную эволюцию, понятно. Видимо, он понимал, что происходит. Поэтому он ушел в 1999-м. Когда президент Табо Мбеки говорил, что СПИД – это выдумка белых расистов, Нельсон Мандела встал и сказал «У меня племянник умер от СПИДа».

Но он ничего не мог сделать. А знаете, почему он не мог сделать? Потому что Букер Ти Вашингтон был не один. Потому что у Букера Ти Вашингтона был наставник, которого звали генерал Армстронг. Это был белый северянин, генерал, соответственно, северной армии, который полагал, что несколько сотен лет рабства разрушили черную расу и только белые могут помочь им вернуться в состояние, достойное цивилизации, и который вместе со своими сподвижниками в другом университете, который назывался Хэмптон, положил жизнь на то, чтобы образовывать новую черную элиту. И когда Букер Ти Вашингтон пришел в этот самый Хэмптон, ему сказали «Парень...» А он шел через всю страну пешком, он ночевал под лавками. Он разгружал мешки какие-то. Ему сказали: «Парень, но у тебя ж нет денег. Мы не можем без денег тебя взять, потому что мы хоть и благотворители, но мы же жить на что-то должны».

Букер заметил, что там рядом неубранная стоит классная комната, говорит «Можно я ее уберу?» И он ее убрал так, что ему сказали «Нет, парень. Да, ты остаешься. Ты будешь у нас учеником, но ты будешь работать, естественно».

И вот вокруг Букера Ти Вашингтона был генерал Армстронг, а вокруг Манделы были только полезные идиоты, которым надо было разрушить буржуазное общество любой ценой.

И сейчас мы видим, как эти полезные идиоты вместо того, чтобы спросить, что же происходит с ЮАР, почему это страна тотальной антиутопии, почему это была страна, в которой 10% населения ВИЧ-инфицированы, а президент объявлял СПИД выдумкой белых расистов? Этого не спрашивают, а вместо это говорят, какой великий человек Нельсон Мандела – ведь, он мог убить всех тех, кто держал его в тюрьме, а не убил. И как я уже сказала, это вопрос не тех... ЮАР погубил не Мандела.

И что важно, мне кажется, почему я об этом говорю? Мне кажется, что это незащищаемая позиция. Может быть, я идеалистически настроена по отношению к разуму либерала, но мне кажется, что нельзя описать процесс заселения домов в Претории с позиций, что «Вы знаете, это всё колониальное наследие, это всё проклятые белые виноваты». Да? Нельзя серьезно рассуждать, показывать на президента Мбеки, который говорит, что СПИД – это белый расизм и говорит, что в этом тоже белые виноваты.

А что можно делать? Ответ потрясающий: можно просто запрещать об этом говорить. Можно сказать «Если ты это обсуждаешь, ты фашист». И я пытаюсь перевести тогда, что же значит фашист с леволиберального на язык здравого смысла? Ответ заключается в том, что фашизм в переводе с леволиберального это утверждение об относительных цивилизационных преимуществах европейской цивилизации, любых.

Если ты говоришь, что там маури были людоеды и карибы были людоеды, это фашизм, это неприлично говорить. Если ты напоминаешь, что произошло в Зимбабве после получения ей независимости, это фашизм, об этом неприлично говорить, потому что это не вписывается в модель «Европа виновата перед теми, кого она колонизовала. Поэтому давайте назовем систему предоставления самоуправления черным апартеидом, и заклеймим ее как преступление против человечества».

К сожалению, это проблема политкорректности, тотальной политкорректности, благодаря которой всё выворачивается на изнанку, благодаря которой там исламский фанатизм называется «верностью духовным ценностям», а запрет на свободную критику – «уважением к чужим взглядам».

И главное, на чем основана эта система ценностей, это создать у представителей европейской культуры чувство вины – он виноват тем, что он европеец.

И последнее, что я хотела сказать. Тотальную деградацию черной Африки после деколонизации можно объяснить только двумя способами. Мы либо должны принять утверждение о генетической несостоятельности некоторых народов, которое лично я не принимаю. Русские, наверное, тоже не полноценные в отличие, скажем, от украинцев. Арабы не полноценные в отличие от евреев. Мне это объяснение трудно признать, поскольку, ну, там скажем, генетические различия между арабами и евреями, наверное, минимальны.

Либо мы должны принять утверждение о несостоятельности тотальной, заводящей мир в тупик, леволиберальной идеологии. Что каковы бы не были недостатки системы апартеида, она была одна из возможных систем возвышения черной расы. Что, собственно, другая система, которая была принята в Родезии (напомню, что там апартеида не было, там человек черный мог голосовать, черный мог участвовать в жизни страны, но для этого ему нужно было иметь образовательный или имущественный ценз)...

Еще раз повторяю, если мы обсуждаем положение современной черной Африки и мы видим, в каком состоянии она находится, мы можем только двумя способами это объяснить. Мы либо должны принять утверждение о генетической несостоятельности некоторых народов, которое лично я не принимаю. Либо мы должны принять утверждение о несостоятельности тотальной, заводящей мир в тупик, леволиберальной идеологии.

[Евгений Ихлов]

http://forum-msk.org/material/kompromat/10149056.html
09.12.2013

Объект моих постоянных критических нападок Юлия Латынина наконец-то полностью «расчехлилась», дав понять, в своём очередном «Коде доступа», что чёрная раса уступает белой (кавказской по науке) и, вообще, «пусть докажут равенство рас», а осуждённая ООН система расовой сегрегации в ЮАР и Южной Родезии – это форма «самоуправления для чёрных». Юлия Латынина обижалась, когда её «социальный расизм» я приравнивал к фашизму. Сейчас он наконец-то перешёл к антропологическому. Я не собираюсь напоминать Латыниной, что генетики давно доказали генетическое единство человечества. Она это сама отлично знает, как и то, что родина людей в Африке – Кении или Эфиопии. Сто лет назад неполноценными считали жёлтую расу. Сегодня Латынина взахлёб хвалит китайское чудо, предрекая его торжество над деградировавшей Западной Европой. До этого было японское чудо и южнокорейское чудо.

Чёрная раса не нуждается в обосновании своих талантов – музыкант Луи Армстронг и писатель Сэмуэль Дилени говорят об этом исчерпывающе. Демагогическим идиотизмом является сравнение людей с цивилизационным разрывом в несколько тысячелетий – белые прибыли в Африку, в т.ч. на территорию нынешней ЮАР, из Европы Нового времени, застав там население на стадии бронзового и каменного века. И за 100 лет догнали разрыв в пять тысячелетий. Представим, что мы сравниваем римлян и германцев в 1 веке н.э. Или арабов и европейских народов 11 века. И делаем выводы о превосходстве и неполноценности рас и народов.

Ещё немного истории. 20 тысяч лет назад Средиземноморье населяли бушменские племена. Их гены, негритянские гены - в древних египтянах, евреях, финикийцах, в носителях крито-микенской цивилизации. Назовите их расово неполноценными, госпожа Латынина… Признаком бушменской (негритянской) крови являются, в частности, толстые губы. Как у автора этих строк. Как у Поля Робсона, певшего на идиш «Песню борцов Варшавского гетто».

И еще, Юлия Леонидовна, подойдите к зеркалу…

[Политонлайн]

http://www.politonline.ru/rssArticle/20009890.html
2013.12.09 Понедельник
http://www.politonline.ru/image/preview/rss_article/20009890_m.jpeg
Юлия Латынина: То есть простите, если не выбирать выражений, можно сказать, что ЮАР правит черная обезьяна, и я имею полное право это сказать, потому что моей страной правят белые обезьяны. Слово «обезьяна» не имеет никакого отношения к цвету кожи, оно имеет отношение к тому, какими мотивами руководствуется при поведении правитель

Сергей Минаев: Юлия Латынина на "Эхе" в последний момент интеллигентненько "поправилась", про цвет кожи. Хотя из всей риторики докладчика очевидно, что сказала именно то, что хотела сказать.
Интересно, через сколько минут ее погнали бы вон с условного ВBC Radio One?

От редакции: Конечно-конечно, мы верим, что на ведущем оппозиционном радио "Эхо Москвы" не работают откровенные расисты. Вот только как быть с высказыванями (http://latynina-ru.livejournal.com/41991.html) той же Юлии Латыниной в 2010 году, когда она уже высказывалась "если бы не существовало микроэлектроники, то черным обезьянам, которые бегают с автоматами" и добавила "тем черным обезьянам, которые таким способом организовали производство, если завтра исчезнет микроэлектроника, им не на что будет покупать автоматы".
Не отнимет ли теперь госдепартамен США с таким пафосом данную Латыниной премию "Защитник свободы" - в свете насаждаемой Америкой толерантности и, скажем так, далеко не белого цвета кожи американского президента?

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23934
11 ДЕКАБРЯ 2013 г.
http://ej.ru/img/content/Notes/23934//1386665547.jpg
ИТАР-ТАСС

Просвещенное человечество скорбит о смерти Нельсона Манделы — узника апартеида, 18 лет проведшего в тюрьме и ставшего после освобождения президентом ЮАР.

Если коротко сформулировать, то наследие Манделы заключается в следующем.

К началу 1990-х ЮАР была страной первого мира — для белых. На нее приходилось 40% ВВП всех африканских стран южнее Сахары. 500 тыс. англичан эмигрировали в ЮАР, спасаясь от лейбористов.

Под управлением Манделы и его преемников ЮАР превратилась в страну третьего мира — для всех. За время правления Манделы (1994-1999) средние доходы южноафриканцев упали на 40%, причем больше всех пострадали самые бедные слои населения: для нижних 5% населения это падение составило 50%.

В нынешней ЮАР реальная безработица составляет 40%, из тех, кто работает, треть зарабатывает менее двух долларов в день, по уровню образования страна занимает 143-е место из 144-х.

Уровень преступности в ЮАР один из самых высоких в мире. Количество убийств составляет без малого 16 тысяч на 100 тысяч человек, при этом белых фермеров убивают в три с половиной раза чаще, чем какую-либо другую категорию населения. В результате этих убийств и эмиграции количество фермеров с момента прихода Манделы к власти уменьшилось вдвое, и поскольку черные фермеры их не заменили, то на месте ферм — пустыри и безработица.

ЮАР как была расистской страной, так и осталась, только расизм этот стал черным. В систематических убийствах белых фермеров, которое д-р Грегори Стентон из Genocide Watch квалифирует как геноцид, правительство не видит ничего странного. Зато последнее предложение Африканского национального конгресса (АНК) состоит в том, что благотворительная организация должна потерять некоммерческий статус, если она помогает белым.

750 тыс. белых покинуло ЮАР. Разница в доходах между бедными и богатыми увеличилась по сравнению со временем апартеида. Но, разумеется, новые богатые — черные.

Мультимиллионер Сирил Рамафоза раньше был генсеком АНК. Другой мультимиллионер Джеймс Мотлаци был президентом профсоюза горняков. Либеральность местных трудовых законов восполняется патологической жестокостью бывших борцов за права трудящихся, ставших хозяевами шахт: в прошлом году в Марикане полиция застрелила 34 бастовавших шахтера, причем стреляли в спину, а потом сказали, что мертвые перестреляли друг друга.

Шахты в 1980-м обеспечивали 11% рабочих мест в ЮАР, сейчас — 2%. До кризиса добыча сырья в мире ежегодно росла на 5%, в ЮАР она падала на 1%.

Коррупция запредельная, нынешний президент ЮАР Джейкоб Зума имеет несколько жен, а лучшей историей, которая его характеризует, является следующая: несколько лет назад он изнасиловал в своем кабинете женщину, причем он знал, что она ВИЧ-инфицирована. Презервативом он не пользовался. Когда его спросили, какие меры предосторожности он принял, он сказал, что потом ополоснул свой член. ВИЧ-инфицированы 10% населения. При этом преемник Манделы президент Мбеки заявлял, что СПИД — это выдумка кровавых белых колонизаторов.

У меня простой вопрос: что происходит в современном мире, если человека, при котором страна превратилась в ЭТО, называют великим государственным деятелем?

На мой взгляд, история Нельсона Манделы — очень страшная история. И самое страшное в ней ровно то, что лично Мандела — морально достойный человек, который несет ответственность за катастрофу в ЮАР.

Начнем с того, что Нельсон Мандела — коммунист, марксист и террорист, которого в юности вдохновляли Сталин, Мао Цзэдун и Че Гевара и который просил деньги и оружие для своей террористической организации «Умконто ве Сизве» от маоистского Китая. «Умконто ве Сизве» объявила о своем существовании 16 декабря 1961 года, устроив 57 (пятьдесят семь) взрывов.

Будучи пойман, Мандела не стал отпираться и использовал процесс для пропаганды собственных взглядов, заявив, что он является «символом справедливости в суде угнетателей». В этом смысле Мандела был последним из великих террористов XIX века, которые не отпирались на суде от собственных взглядов и не заявляли, как сейчас исламисты, что это проклятые неверные взорвали себя сами, чтобы скомпрометировать мирный ислам. Он был также последним из великих террористов, которые хотя бы теоретически пытались ограничить жертвы среди гражданского населения.

Террорист Мандела сел в тюрьму на 18 лет, и первоначально это была маленькая сырая камера. А дальше произошло чудо: несмотря на то, что Мандела не перестал быть террористом, отношение к нему стало меняться.

Финансируемая Кремлем и Пекином коммунистическая пятая колонна, левые всего мира начали кампанию «Освободи Манделу». Условия содержания Манделы все улучшались, к середине 80-х Мандела получил кучу международных наград и мог из тюрьмы руководить всем, чем хотел, и в 1985-м он с негодованием отверг предложения президента Боты о помиловании при условии, что он «откажется от использования насилия как политического оружия».

Я думаю, что большинство моих читателей уже кипят от негодования, потому что они с детства слышала, что Нельсон Мандела был борцом против страшной системы апартеида, при которой черные были лишены гражданских прав, при которой между черными и белыми был запрещен даже секс и черные не могли без пропуска вьехать на территории белых (как и белые на территорию черных). Так вот: я бы хотела напомнить, что апартеид, при всех его чудовищных недостатках, в том виде, в котором он сложился к 1970-м годам, был системой самоуправления для черных.

Вообще в выделенных системах самоуправления в истории человечества нет ничего заведомо позорного. Персы завоевали Ионию и оставили грекам самоуправление в полисах. Римляне завоевали Грецию и тоже оставили грекам самоуправление. Италия была переполнена самоуправляющимися городами, которые так или иначе имели неполный суверенитет. Может быть, это очень обидно для национального достоинства, но при рациональном подходе к делу это дает вам возможность организовать вашу экономику, здравоохранение и образование так, как вы того заслуживаете.

Еще раз: белые выделили черным территорию, на которой они могли делать все, что хотели. Пусть эта территория была мала, неудобна (13% от территории ЮАР и 30% от прежних областей проживания данных групп населения), но ничто не мешало жителям бантустанов голосовать, строить больницы, образовывать население и развивать, как в Китае, экономику, пользуясь дешевой рабочей силой. Ничто не мешало всевозможным борцам за счастье человека доказать на деле, что черная раса ничем не уступает белой, создав там университеты, больницы и производства.

Но позиция борцов за счастье человечества была другой: они видели в нищих и необразованных африканцах, живших в бантустанах, не варваров, которых надо приобщать к западной цивилизации. Они видели в них орудие уничтожения этой цивилизации. Европейские швондеры не хотели образовывать африканских шариковых. Наоборот — они объясняли им, что нужно отнять все, построенное белыми на их земле, и поделить.

Я не собираюсь утверждать, что апартеид — это справедливое государственное устройство. Я утверждаю другое: что проблема сосуществования на одной и той же территории двух народов, или наций, или рас, резко различающихся по уровню цивилизации, не может быть решена справедливым образом.

Апартеид мог быть работающим государственным устройством, если бы швондеры всего мира строили в бантустанах университеты и заводы, вместо того чтобы вовлекать обе расы во взаимное озлобление, которое и без того легко разжечь. В соседней Родезии апартеида не было — там белые пытались взрастить черную элиту в рамках одного государства, давая право голоса тем черным, кто проходил по имущественному и образовательному цензу, — но швондеров всего мира не устраивало и это.

Еще одним способом взаимоотношения двух народов, победителя и побежденных, являются геноцид и рабство. Именно так вели себя по отношению к автохтонным койсанским народам зулусы, пришедшие на будущую территорию ЮАР немногим раньше европейцев. По странной случайности, порядки, установленные королем Чакой — включая смерть за плевок в присутствии короля и запрещение воинам жениться без разрешения властелина, — никогда не подвергались борцами за счастье человечества критике, равно как они и никогда не предлагали, чтобы зулусы покинули завоеванные ими территории, вернув их угнетенным ими народам.

Международное общественное мнение сделало свое дело. Был 1989 год. Освобожденная от проклятых колонизаторов Африка уже 30 лет утопала в нищете и крови — последствия передачи власти в руки дикарям, не научившимся сдерживать низшие базовые инстинкты, но получившим власть и автоматы, были совершенно ясны.

Но чем больше фактов противоречит религии — тем бескомпромисснее она становится, и полезные идиоты, которые к тому времени идеологически правили миром и ООН, были единодушны в осуждении как апартеида, так и любой другой системы управления, которая позволила бы западной цивилизации выжить в Африке.

В 1989 году новый президент ЮАР де Клерк выпустил Нельсона Манделу из тюрьмы и объявил о легализации АНК и конце апартеида.

Следующий акт этой драмы был почти неизбежен: резня среди черных за лидерство, в которой погибли тысячи. Резня в Себокене, резня в Бойпатонге, резня в Бишо. Эпидемия расстрелов белых: в 1993 году глава Панафриканского конгресса Кларенс Маквету провозгласил лозунг «Один фермер — одна пуля! Мы собираемся убивать всех белых — и детей, и стариков». Соратник Манделы, Питер Мокаба, провозгласил: «Убей бура — убей фермера».

Заметим, что этого никто не осудил. Предоставление самоуправления черным было признано ООН преступлением против человечества. «Убивать всех белых» — фигня вопрос.

В 1994-м Мандела с триумфом победил на выборах. К этому времени уже можно было составить себе представление о том, что такое лидер колониальной Африки, и можно было опасаться, что поклонник Кастро и Мао Цзэдуна, просидевший 18 лет в тюрьме, превзойдет в кровавой жестокости Иди Амина и Патриса Лумумбу.

К чести Нельсона Манделы, этого не произошло. Он сделал все, чтобы черные не вырезали белых. Он создал коалиционное правительство с де Клерком как вице-президентом. Осознавая, что означает резня белых фермеров, он признал это национальной проблемой и даже пытался создать специальные силы для борьбы с этим. Мандела покорил сердца африканеров, когда он призвал всех черных болеть за белых регбистов из Springboks и лично вручил их лидеру Франсуа Пиенаару победный кубок, надев его майку.

Увы, майку надеть было легче, чем удержать лавину. Мандела не мог удержать черных шариковых, которые въезжают в дом профессора Преображенского. Правление Манделы было ознаменовано взрывным ростом преступности, крахом образования и экономики, молниеносным распространением СПИДа и тотальной корруцией, причем в ближайшем окружении Манделы.

В 1999 году Мандела уходит из власти, и это еще один поразительный поступок, особенно для лидера черной Африки, которых всегда выносили вперед ногами, под звуки артиллерийской канонады. Ему на смену приходит Табо Мбеки, который в стране, где 10% населения заражены ВИЧ, заявлял, что СПИД — это выдумка белых расистов и его нет.

Дальше — по нарастающей. «Африканизация» вместо национализации, однопартийное правление, богатство и деньги, сосредоточенные в руках партийной верхушки, резня белых, безработица, преступность, забастовки и расстрелы, президент-многоженец Зума. Уровень жизни в ЮАР по-прежнему выше, чем в большинстве других африканских стран, но из страны первого мира для белых она превратилась в страну третьего мира для всех, и сползает все дальше.

Увы, история черной Африки после деколонизации — это история деградации континента. Эта деградация может быть объяснена только двумя способами.

Одно объяснение — расистское. Оно заключается в том, что черные — неполноценная раса. Другое объяснение заключается в том, что леволиберальная идеология тотально несостоятельна. Я лично придерживаюсь второго объяснения.

И именно поэтому я хотела бы завершить эту статью цитатой из великого просветителя черной расы. Его имя вы не услышите из уст «полезных идиотов», и его дело проиграно. Его звали Букер Т. Вашингтон, и когда в 1865 году в США отменили рабство, ему было 9 лет.

http://ej.ru/img/content/Notes/23934//1386665586.jpg
ИТАР-ТАСС

Босой и голодный, этот мальчишка прошел пол-Америки, чтобы научиться читать и писать, а потом — чтобы дать образование своему народу. Он руководил Tuskagee University, первым частным университетом для черных, и в его «Автобиографии» есть две великих мысли, которые любой политический деятель развивающейся страны должен высечь у себя на сердце. «No race can prosper till it learns that there is as much dignitуin tilling a field as in writing a poem». И «No race that has anything to contribute to the markets of the world is long in any degree ostracized».

И эти две максимы касаются не только черной расы. Они касаются любой застрявшей в архаике нации, в том числе и России. Можно идти путем Букера Т. Вашингтона или Петра I — уча свой народ, беспощадно обличая его в невежестве и лени и напоминая, что для цивилизации, как для геометрии, нет царского пути.

А можно идти другим путем, провозглашая собственные невежество и отсталость «национальными чертами» и уверяя окружающих, что те, кто богаче — тебе должны. Первый путь ведет к цивилизации, второй — к катастрофе.

Фотографии ИТАР-ТАСС

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23989
17 ДЕКАБРЯ 2013

ЦБ России отозвал лицензии у еще трех банков — «Инвестбанка», «Смоленского банка» и «Банка проектного финансирования» (БПФ).

Это значит, что ЦБ под руководством Набиуллиной наконец заработал и стал чистить авгиевы конюшни российской банковской системы. Игнатьев, видимо, просто боялся это делать. И ничего банковская система от этого не грохнется: все крики об этом я рассматриваю, если честно, как показатель того, насколько глубоко и широко лобби отмывальщиков.

Но я, увы, о другом. О том, что, по сути дела, в России нет банковской системы или, точнее, цивилизованной системы выдачи кредитов, и в результате чистки она вряд ли появится.

Банковская система — это вообще великое зеркало общества. Деньги людям нужны были всегда, но банковская система возникла только в средневековой Италии, потому что банковская система, больше чем какой-либо другой общественный институт, построена на доверии.

Даже государство может функционировать без доверия, а банковская система без доверия функционировать не может. Чтобы давать кредиты, вы должны быть разумно уверены, что их вернут. А если вы не уверены, то ставки по вашим кредитам будут так высоки, что ни одна разумная прибыль их не окупит.

В России нет кредитной системы. Получить кредит под развитие бизнеса невозможно, потому что этот кредит начинается с 16% (без откатов). Это немыслимая ставка. И эта ставка прямо инкорпорирует в себя все риски того, что на компанию, которой вы даете кредит, наедут менты или силовики.

Это один из финансовых парадоксов России. Бизнес в России — как и в Зимбабве — возможен, и он может быть очень прибылен даже без административного ресурса, потому что бизнес-среда очень разреженная. Но вот кредита нет.

Соответственно, российские банки оказывают принципиально другие услуги. Во-первых, они обслуживают счета, эмитируют карточки и проводят платежи, потому что мы живем в 21 веке и как-то раковинами каури рассчитываться уже тяжело.

А во-вторых, они все, снизу доверху, оказывают клининговую услугу. Услугу по отмывке денег. Все. А отличаются — по размеру административного ресурса, к которому имеют доступ их клиенты.

У нас есть «высшие» банки. Сбербанк, ВЭБ и ВТБ, Россельхозбанк и пр. Их клининговая услуга заключается в том, что они выдают многомиллиардные кредиты ближним людям Путина или приравненным к ним олигархам, а также функционируют как финансовый унитаз, в который олигарх всегда может продать за миллиарды неудачный проект.

Второй слой — это всякого рода кэптивные банки, принадлежащие опять-таки представителям элиты, вроде «Газпромбанка» или «Альфа-банка». К этим же банкам примыкают российские бранчи «Ситибанка» или «Райффайзена». Вы думаете, они не отмывают денег? Ха, а вы не помните скандал с банком «Дисконт» и «Райффайзеном»? Или как усвистали прямым ходом за границу почти все 32 млрд. руб. стабилизационного кредита, выданного вроде бы «привилегированному» «Межпромбанку» Сергея Пугачева?

Ну, и наконец, третий слой — это многочисленные помойки, а то и просто «закрывашки» и «концевики». Отличительной чертой хозяев этих банков является то, что они имеют по нескольку банков. Например, известный банкир Матвей Урин контролировал «Монетный двор», «Уралфинпромбанк», «Донбанк», «Славянский банк» и «Традо-банк». То есть у Козимо Медичи был один банк, а у Урина – целых пять. Он был в пять раз больше банкир, чем Козимо Медичи. Трудовая деятельность пятикратного банкира Урина прервалась по независящим от него обстоятельствам, когда он случайно на Рублевском шоссе приказал избить не уступившую ему дорогу машину, а в ней оказался близкий знакомый дочери Путина Фаассен Йоррит Йост.

Пару месяцев назад охранники другого «банкира» того же сорта — некоего Александра Ерхова, счастливого владельца таких финансовых гигантов, как Липецкий областной банк, «Уралприватбанк» и пр. — тоже побили на дороге человека, но так как это был не зять Путина, то никаких последствий для банков это не имело.

Я особо обращаю ваше внимание на то, что нельзя сказать, что есть «высшие» банки, чистые, а есть «концевики» и «закрывашки». То, что банк велик и приближен к власти, вовсе не означает, что в нем не будет твориться полный ахтунг, как это ясно из примера «Банка Москвы» или уже упомянутого «Межпромбанка».

Дело в принципиально другом характере банковской деятельности в России. Ни один банк в России не является кредитным учреждением. Все они занимаются совсем другим. Только одни отмывают и обналичивают ваши собственные деньги, а другие еще обналичивают госресурс. Путинская экономика построена на распиле, откате и заносе сверху — и отмывке и обналичке снизу. Банки не могут не оказывать эти услуги, потому что на них есть спрос. Это не вина ЦБ, это беда экономики.

Поэтому, при всей благотворности действий ЦБ — все-таки банкиры урины или банкиры антоновы (бывшие хозяева «Инвестбанка») просто не должны портить собой пейзаж — все происходящее выглядит не столько чисткой банковской системы, сколько попыткой монополизации процесса отмывки денег. И она вполне вписывается в построение других — нефтяных, газовых, информационных монополий, которые в последнее время резко ускорились.

Я не сомневаюсь в добрых намерениях Набиуллиной, но, видимо, добро ей Путин дал только потому, что процесс отмывки идет слишком бесконтрольно и переполнен частной инициативой.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24046
23 ДЕКАБРЯ 2013
http://ej.ru/img/content/Notes/24046//1387737007.jpg
ИТАР-ТАСС

Своим освобождением Ходорковский обязан Ангеле Меркель. И то, что случилось — это договоренность между Ходорковским, Меркель и Путиным. Меркель просила об этом Путина, Меркель встречалась с матерью Ходорковского, и Меркель была единственным из европейских лидеров, кто реально добивался освобождения Ходорковского.

Все остальные европейские политики на самом деле вели себя как полные импотенты, которыми они и являются. Причем Меркель это делала не в предвыборных целях, а просто потому что Ангела Меркель, как и Маргарет Тэтчер или Рональд Рейган, является не политиком, а государственным деятелем.

Переговоры об освобождении велись долго, и предварительное согласие Ходорковского на написание прошения о помиловании без признания вины в связи с состоянием здоровья родителей было, как я понимаю, получено еще в октябре, а само прошение написано в ноябре.

Ходорковского освободили, как я полагаю, по двум причинам. Первая заключается в том, что единственная вещь, которая имеет значение для Путина — это внешняя политика. Про внутреннюю политику Путин справедливо считает, что ее нет, что российская оппозиция безопасна, а вот внешняя политика его заботит.

И Путин понял, что он подходит к «красной черте». Черте, за которой начинается Каддафи. Он не ожидал такого развития событий на Украине, и он не ожидал такого грандиозного облома с Олимпиадой.

Олимпиада для Путина психологически очень важна. Вся Олимпиада была затеяна вот для этого: беседовать с мировыми лидерам, одновременно показывая им рога за их спинами, и наслаждаться тем, как они делают вид, что этого не замечают.

И тут Путину говорят, что Обама не приедет. И не приедет госсекретарь. И не приедет вице-президент.

И вообще делегацию возглавит — внимание! — бывший министр национальной безопасности Джанет Наполитано, которая никогда не была замужем и которая стала предметом знаменитого иска. Ее подчиненный Джеймс Хейс подал иск о том, что она дискриминировала его по половому признаку и отдала причитающееся ему место Доре Шриро, «с которой г-жа Наполитано связана долгими отношениями». Чтобы месседж точно дошел до адресата, в делегацию включили двух открытых лесбиянок.

Путин, наверное, представлял себе, как он будет обниматься с Обамой, а официант в это время будет мочиться Обаме на ботинки. Ну что ж, теперь придется обниматься с Джанет Наполитано.

Путин понял, что он подошел к «красной черте», за которой уже начинается Каддафи, Асад и Лукашенко, и что обменный фонд его очень ограничен. Он не может пожертвовать Украиной, потому что это слишком важный для него вопрос и потому что события вышли из-под его контроля. Он не может свернуть историю с геями, потому что его официальная позиция «это не я затеял». Помилование Ходорковского — это единственное большое событие, которое он контролировал от начала и до конца.

Второй важный момент заключался в том, что помилование — это разменный товар, срок хранения которого стремительно истекал.

Михаил Ходорковский должен был выйти на свободу 25 августа 2014г., и с этим надо было что-то решать.

Вариантов было три. Первый: оставить его в тюрьме по третьему делу. В создавшейся обстановке это стало бы внешнеполитической катастрофой, потому что приговор по третьему делу стал бы приговором не только Ходорковскому, но и Путину. Приговор по третьему делу автоматически приговаривал Путина к статусу Асада. Второй вариант: просто отпустить на свободу в августе. Такой вариант воспринимался бы как поражение Путина. Ходорковский стремительно превращался в чемодан без ручки. Унести нельзя, бросить жалко. Что делать? И вот третий вариант: подарить Меркель, которая давно просит.

Причем если дарить, то именно сейчас. Во-первых, перед Олимпиадой. Во-вторых, есть вопрос здоровья матери. И вообще было бы глупо помиловать Ходорковского за месяц до конца срока. Вон, Толоконникову так помиловали, а никто и не заметил.

И вот теперь увидите — Меркель-то обязательно приедет на Олимпиаду.

Фото ИТАР-ТАСС/ Алексей Дружинин

[Алексей Мельников]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52B95E596F0E3
Латынина предается опытам публичного обоснования ценности апартеида
24-12-2013 (14:22)

Наверное, если бы программа с такими утверждениями вышла в Соединенных Штатах, то доступ ее ведущей в прессу был бы закрыт. А редакция радиостанции принесла бы своим слушателям извинения, выпустив цикл программ, утверждающих общечеловеческие ценности.

Но у нас России другие обстоятельства. У нас многое позволено, и редакция "Эха Москвы" всегда может объяснить, что в программы своих авторов (которых следует отличать от сотрудников), она не вмешивается. Они могут говорить, что угодно и на репутацию радиостанции то, что они говорят, никак не влияет. Это, как бы, их частное дело, а редакция предоставляет только микрофон.

Не нравится – не слушайте. Считаете, что нарушен закон – идите в суд. Не хотите делать того или другого – тогда отстаньте. Это и есть весь нехитрый механизм отношений редакции и слушателей.

Вот, что говорила в перерывах между цитированием вольно препарированной справки о Южной Африке ведущая программы "Код доступа" на "Эхо Москвы" Ю.Л. Латынина. Если это не расизм, то каким словом это можно назвать?

"Нам утверждают, что все расы равны. Прекрасно! Докажите". (Нам говорят, что нельзя убивать свою мать. Прекрасно! Докажите. – А.М.)

".. каковы бы не были недостатки системы апартеида, она была одной из возможных систем возвышения черной расы". (Каковы бы не были недостатки системы национал-социализма, он был одной из форм возвышения германского народа – А.М.)

"… учиться за собой спускать – это позорить гордое звание черного человека".

"То есть простите, если не выбирать выражений, можно сказать, что ЮАР правит черная обезьяна, (дальше понимая, что сказано слишком откровенно, с целью сгладить эффект – А.М.) и я имею право это сказать (!? – А.М.), потому что (!? – А.М.) моей страной правят белые обезьяны". (Дальше снова, чувствуя, что эффект не сглажен, могут и в суд подать, говорится совсем уже беспомощное – А.М.) "Слово "обезьяна" не имеет никакого отношения к цвету кожи, оно имеет отношение к тому, какими мотивами руководствуется при поведении правитель". (Видно, что человек собственно об обезьянах ничего не читал, плохо знает биологию. – А.М.)

"Так вот, все-таки, хочу вам, господа, напомнить, что такое апартеид в том виде, в котором он был в 70-х годах. Это система самоуправления для черных. Вообще в выделенных системах самоуправления в истории человечества нет ничего позорного.

Что вас смущает в этой системе так уж страшного?

Что черный рабочий не мог въехать на белую территорию без визы? Ну, извините, мы все понимаем, что происходит, если на богатую территорию, например на территорию города Москвы без визы въезжают таджики. Кстати это не распространялось на тех чернокожих, которые жили на данной территории города до 1941 года" (Здесь расизм сплел свое гибкое змеиное тело с таким же скользким шипящим серпантином отечественного национализма).

И, наконец, после всего сказанного Ю.Л. Латыниной, ее пустая отговорка: "Мы (кто это "мы"!? Не надо делать слушателей своими соучастниками – А.М.) либо должны принять утверждение о генетической несостоятельности некоторых народов, которое лично я не принимаю. Либо мы должны принять утверждение о несостоятельности тотальной, заводящей в тупик, леволиберальной идеологии".

Не знаю, что там Ю.Л. Латынина имеет в виду под "леволиберальной идеологией", в какой тупик и кого она завела, но я очень надеюсь, что ее программу послушают не только в посольстве ЮАР, но и в посольстве Соединенных Штатов, а также в посольствах европейских стран.

И в следующий раз откажут ей во въездной визе во все эти страны, где правит "тотально несостоятельная, заводящая в тупик леволиберальная идеология" и где людям не нужно доказывать равенство рас.

Пусть Ю.Л. Латынина и дальше предается своим расистским опытам публичного обоснования ценности системы апартеида в стране, если и не "белой обезьяны", то больших белых медведей, белых снегов, белой сочинской олимпиады, снегурочек и прочей милой чувствам Ю.Л. Латыниной белизны.

[Жертва на велосипеде]

http://www.novayagazeta.ru/politics/40364.html
Политика / Выпуск № 31 от 5 Мая 2008 г.

Сильная рука или имитация силы
05.05.2008

«Who is Mr. Putin?»

До 2003 года это был человек, ведший вполне либеральную экономическую политику; он мог создать действительно великую Россию. Мог бы и «Газпром» при этом прихватить: никто б не всполошился.

У этого человека оказался один недостаток. Бывший чекист, он правил посредством разводок. Не то чтобы он часто поддавался разводкам. Напротив, президент — человек ушлый, понимает, все вокруг него только и делают, что подсиживают других. Но так уж устроена жизнь, что если ты правишь посредством разводок, то рано или поздно жертвой разводки ты становишься сам.

Не то чтобы Путин доверял своим силовикам. Вовсе нет. Кстати, мало кто помнит, что поход силовиков за нефтью начался не с «ЮКОСа». Он начался со «Славнефти», но тогда «Славнефть» досталась Абрамовичу, даже не потому, что она была Абрамовичу обещана, а потому, что Путин хорошо знал цену всем любителям спасать президента от заговоров и решать за президента, что дни Абрамовича сочтены.

Но так уж случилось, что люди, которыми окружил себя Путин, не умели делать бизнес и не умели управлять государством. Они умели только разоблачать врагов. Если врагов не было, их следовало придумать, — и силовики, учтя неудачный опыт «Славнефти», к «ЮКОСу» подготовились основательнее.

На стол президента Путина рекой текли доклады: о том, что Ходорковский хочет занять его место, о том, что Ходорковский финансирует коммунистов, о том, что Ходорковский договорился с Кондолизой Райс о ядерном разоружении России, о том, что Ходорковский назвал Путина желтым земляным червяком, а ведь вы понимаете, какое дело: если передавать Васе, как его назвал Петя, а Пете — как его назвал Вася, то очень скоро Петя и Вася назовут друг друга всеми именами, которые им приписаны в доносах.

А дальше — по нарастающей. Оказалось, что можно и про других рассказать Путину, что — враги, и брать врагов голыми руками. Можно рассказать, что Касьянов хочет занять его место, — и Касьянов вылетит в отставку. Что Гуцериев финансирует ингушских боевиков, — и наехать на «Русснефть». А можно и не рассказывать. Можно просто сослаться: «Президент велел».

Говорят, что Путину понадобилось четыре года, чтобы выстроить под себя государство. Не точнее ли сказать наоборот: это силовикам понадобилось четыре года, чтобы превратить Путина в своего заложника? В человека, при виде которого каменеют лица Меркель и Буша, в человека, при котором бизнес стал пищей любого шакала в погонах, в человека, главной опорой которого являются те, кто уничтожает для него врагов. Променять Россию на компанию «Ганвор» — это как променять право первородства на чечевичную похлебку.

Когда я говорю это, я не оправдываю Путина. Я думаю, что быть заложником у собственных холуев куда оскорбительнее, чем быть самому себе Сталиным.

Президент делал сначала мало ошибок — но когда он их признавал? Ошибок не было — были происки врагов. С каждой ошибкой врагов становилось все больше. «ЮКОС»? Это не ошибка, это уничтожение личного врага. Проигрыш выборов в Украине? Это не президент глупо себя вел, это США нагадили. Беслан? Это не генералы потеряли разум и совесть, — это сделали те, кому кажется, что Россия еще для кого-то представляет опасность.

Право на преступление превратилось в часть привилегий чиновника; государство, как проститутка, стало инструментом удовлетворения потребностей любого его представителя: от президента до участкового. Потребности эти были довольно примитивны: нефть, безнаказанность, похвалы.

Чем хуже была реальность, тем красочнее становилась картинка в телевизоре. Путинская элита гуляла в Куршевеле и скупала лондонские особняки, а презираемому ей быдлу на озере Селигер рассказывали про наших врагов на Западе. Мы роняли на Грузию невзрывающиеся ракеты и осаждали эстонское посольство силами «Наших» — в телевизоре это называлось возрождением «сильной России». О цене съемок не задумывались: разве что когда Эстония, после красочного спектакля, устроенного «Нашими», похоронила любимый проект Путина, отказав России в праве проведения по ее дну североевропейского газопровода, — «Наших» немного поприжали.

«Сила» было ключевым словом. Для человека, избегавшего сильных решений, для человека, развернувшего свой самолет под Бесланом, потребность казаться сильным, наверное, очень велика. Отсюда — полеты на стратегических бомбардировщиках и съемки с голым торсом.

Нам внушали, что России нужна «сильная рука», — но, ау! Разве сильная рука правила нами?

Когда сын министра обороны сбивает старушку и отец говорит, что сын понес «моральный и физический ущерб», — разве это сильная рука? Когда президент приказывает оставить в покое «Домодедово» или «Волготанкер», а их все равно курочат, — это разве сильная рука? Когда президент увольняет генералов ФСБ, а они остаются на месте, и через полгода на коллегии робкий майор тянет руку и спрашивает президента: «Товарищ президент, вот вы генералов уволили, а они остались. Нам исполнять их приказания или нет?» — разве это сильная рука? Сила власти измеряется не количеством холуев, которые лижут ей сапог, а количеством выполненных распоряжений.

И знаете, что мне кажется самым большим символом этой эпохи? Сочи.

Президент Путин любит кататься на лыжах — и Сочи стал третьей столицей России. В сочинской резиденции принимают гостей, даже враждебных, неприятных. Из Сочи Путин летел в Нальчик, в час Беслана (и развернулся и улетел в Москву). Из Сочи он прилетел год спустя, на день, чтобы повстречаться в Москве с матерями Беслана, и улетел в Сочи опять.

Царь Петр перенес столицу России в Санкт-Петербург, чтобы прорубить окно в Европу. Президент Путин добавил Сочи, где можно в один день покататься на лыжах и поплавать на яхте. Сочи — и нефть. Что еще нужно от жизни?

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=12540
3 ЯНВАРЯ 2013 г.

За последние 20 лет в мире произошел экономический перелом, такой же фундаментальный, как неолитическая или промышленная революция. А именно: производительность труда стала настолько велика, что впервые в истории меньшинство может прокормить большинство.

Это отличает нашу эпоху от всех предыдущих эпох.

Все предыдущие эпохи в истории человечества не работало меньшинство. И объясняло большинству, почему они – цари, знать, жрецы и пр. – имеют право не работать и забирать у тех, кто работает.

Теперь большинство (или значительная часть населения) не работает. Но - голосует. В результате всеобщее избирательное право превращается из механизма обеспечения свобод и прав граждан в механизм извлечения ренты из работающего меньшинства.

При этом большинство может не работать не только в процветающих демократиях, где его содержат за счет налогоплательщиков, но и в петрократиях, где его содержат за счет экспорта нефти.

В результате в мире исчезают классические диктатуры по образу Дювалье и Маркоса, где кровавый диктатор затыкает рот обездоленному народу, а по улицам бегают тонтон-макуты и режут борцов за свободу. Вслед за исчезновением «кровавых диктаторов» исчез и «обманутый народ». На наших глазах в век мягких диктатур и интернета, обеспечивающего доступ гражданина к любой информации, если у него есть хоть малейшая к тому потребность, дискурс «народ заставили», «избирателя обманули» потерял смысл.

Свобода экономическая и политическая

Античные Афины, родина демократии, были политически свободным государством, и эта политическая свобода породила математику, логику и историю: породила науку.

Однако Афины не были экономически свободным государством. Ситофилаки регулировали цены на хлеб, народ заставлял богачей делиться деньгами, и с учетом того, что в афинском суде в качестве присяжных заседала в суде примерно та же публика, которая в США кормится продуктовых купонов, перед присяжными опаснее было быть богатым, чем виновным. В итоге Афины породили Платона и Фукидида, но не породили и не могли породить Билла Гейтса.

На наших глазах в демократических странах экономическая свобода все меньше и меньше имеет отношение к политической свободе. В последние 20 лет многие политически несвободные страны развиваются быстрее демократий.

На первый взгляд это кажется парадоксом, но на самом деле ничего парадоксального в этом нет. Прогресс Европы в XVII-XIX вв. происходил либо при избирательном цензе (как в Британии или США), либо при просвещенном абсолютизме (как в Прусии или России).

Все до одного сторонники этого прогресса, от Отцов-Основателей до классических либералов XIX в, прекрасно знакомые с Плутархом и Фукидидом, предсказывали, что «демократия кончится социализмом» (Джон Стюарт Милль), что, собственно, и произошло.

Война

Важнейшим фактором эволюции в XVII-XIX в была война. Любое государство, которое не модернизировалось, погибало. Польша не модернизировалась и была расчленена. Пруссия, находившаяся посередине Европы в не менее уязвимом геостратегическом положении, модернизировалась и стала Германской империей.

В современном мире для развитого государства война не окупается. В результате демократии оказываются беззащитны перед маргиналами, которые не умеют ничего, кроме как воевать. А диктатуры (особенно петрократии) оказываются, не заинтересованы в создании мощного третьего сословия. Наоборот, они заинтересованы в том, чтобы максимизировать число тех, кто, так или иначе, зависит от государства.

Окончательная форма правления

В 1991 Френсис Фукуяма заявил, что мы наблюдаем не конец Холодной Войны, а конец Истории, «конечную точку идеологической эволюции человечества и воцарение западной либеральной демократии как окончательной формы правления».

Двадцать лет спустя мы можем констатировать, что это не так. Множество стран, которые в 1991-м стали демократиями, к 2013-му перестали ими быть. В число этих стран входит Россия.

В некоторых из них, как в Киргизии, революции даже успели совершиться несколько раз. А в Грузии, где размах реформ и масштабы преобразвания государства не имели себе равных, избиратель радостно проголосовал за помесь Альенде с Гитлером, пообещавшего, что булки будут расти на деревьях.

Интересно, что совершенно так же ситуация наблюдалась в мире после 1-й мировой войне. «Democracy seems universally to prevail» – заявил в 1918-м американский президент Вудро Вильсон. Через двадцать лет после этих слов почти во всех странах, где было введено всеобщее или широкое избирательное право – в Австрии, Германии, Италии, Испании, Португалии, Венгрии, Болгарии, Греции, Румынии, Югославии – господствовали диктатуры.

Катастрофические проблемы со всеобщим избирательным правом происходили в течение XX в нищих странах повсеместно. Однако до 1991 года крах демократии можно было объяснить внешними влияниями и соперничеством двух сверхдержав. С 1991-го года все Лукашенки и Чавесы приходят к власти вполне самостоятельно.

Европа

Все вместе эти тенденции за последние 20 лет привели к существенным изменениям в мировом балансе стран и регионов.

Пятьсот лет Европа была лидером развития в мире. Евросоюз умудрился утратить пятисотлетнее первенство за двадцать лет. С такой скоростью не рушилась ни одна империя мира.

Прошедший год стал годом важных, но закономерных изменений в Европе. Это год, когда великий Жерар Депардье покидает Францию, потому что избранный президент Франсуа Олланд хочет отдать все деньги Депардье своим избирателям – безработной арабке с шестью детьми. Это год, когда в Испании правое правительство, пришедшее к власти, вынуждено делать то же, что Олланд: повышать налоги.

Это год, когда греки называют Германию четвертым рейхом за то, что она не дает им денег. Чтобы было понятно: госслужащий под названием путевой обходчик в Греции зарабатывал в год 80 тыс. евро. Общий фонд заработной платы греческих железных дорогах составляла 400 млн. евро, а cash flow они генерировали в 100 млн. евро. Ну как не назвать нацистами немцев, которые отказываются из своих налогов финансировать этот праздник жизни?

Евросоюза не является ни финансовым, ни экономическим – это цивилизационный кризис. В течение двадцати лет политики раздавали избирателям больше, чем те заработали, а деньги в долг при этом забирали у будущих поколений. Политики прекрасно знали, что надо делать, но не знали, как при этом выбраться на второй срок.

Европейская цивилизация в XVII-XIX вв. лидировала благодаря уверенности собственном превосходстве, идее неприкосновенности частной собственности, вере в прогресс.

Сейчас в Евросоюзе господствуют диаметрально противоположные ценности. Вместо экспансии европейцев на Восток - экспансия арабов в Европу. Вместо чувства превосходства – чувство вины. Вместо неприкосновенности частной собственности – госрегулирование и бюрократия. Вместо веры в прогресс – борьба с глобальным потеплением и генномодицифированными продуктами.

Господство этих ценностей является прямым следствием всеобщего избирательного права. Европа времен расцвета, достигла этого расцвета благодаря имущественному цензу или просвещенному абсолютизму. «Институты полностью демократические уничтожат свободу, или цивилизацию, или и то и другое», - предсказывал во времена этого расцвета Томас Маколей. Так оно и произошло.

США

Для США прошедший год стал годом, когда Барак Обама с огромным перевесом выиграл выборы. В начале XX в. «американская мечта» было – стать миллиардером. В начале XXI в. выборы в США выиграл человек, который сказал: «Если у вас есть бизнес, это не вы его создали».

США на сегодня остаются одной из самых свободных экономик мира. В США до сих пор, например, нет лицензий на разработку полезных ископаемых. Ты купил кусок земли, и ты можешь выкопать все, что под ним. Именно благодаря этому обстоятельству в США произошла сланцевая революция.

США на сегодня остаются страной с самой богатой традицией самоорганизации населения и страной с наилучшей системой образования. Высшее образование, наряду с продукцией Голливуда – один из главных экспортных продуктов США.

США остаются страной self-made men, и не случайно все новые мировые гиганты – Microsoft, Apple, Google, - появились на свет в США.

Однако в США на сегодняшний день насчитывается 66,1 млн. человек, который получают продуктовые карточки и/или Медикейд. В них также насчитывается 21,2 млн. человек, работающих на государство. 109,3 млн. человек работают в частном секторе. Очевидно, что 109,3 млн. человек не могут содержать 87,3 млн. человек, особенно если число первых падает, а число вторых – растет.

Парадоксальным образом, именно потому, что США остается страной наибольших возможностей, она также и становится страной наибольших паразитов, потому что паразитировать можно там, где есть на чем.

Ближний Восток.

Прошедший год стал годом победы тоталитарной массовой исламистской идеологии в революциях и на выборах: в Египте, в Ливии, скоро в Сирии.

В 1848 г. основатель Коминтерна Маркс написал «Коммунистический манифест». Спустя 70 лет коммунисты победили в России. В 1936-м году основатель «Братьев-мусульман», Хасан аль-Банна написал свой манифест. Спустя 70 с небольшим лет «Братья-Мусульмане» пришли к власти в Египте.

«Братья-мусульмане» являются старейшим исламистским движением, в частности, они являются материнской организацией для ХАМАС. Именно труды их главного идеолога Сайида Кутба были путеводной звездой для бен Ладена.

Кредо братьев-мусульман: «Наша цель – Аллах, наш закон – Коран, наш лидер – Пророк, наш путь – Джихад, и смерть на пути Аллаха – наивысшая из наших мечт».

Это люди, для которых мир делится на землю ислама – где уже господствует ислам, и землю войны – где господствуют неверные, которые должны быть завоеваны. Это люди, которым предписано убивать не только неверных, но и тех мусульман, которые верят не так, как они.

И это люди, которым предписано врать неверным. «Братья должны знать, что их работа в Америке есть вид великого Джихада, в деле уничтожения и разложения Западной цивилизации изнутри, как руками самих неверных, так и руками верующих» - это из секретной инструкции американским членам Братства, представленной Конгрессу в 2005-м году.

Когда боевики «Аль-Каиды» стали воевать против Каддафи, а в Дамаске смертники начали взрывать у зданий разведки и Генштаба, унося заодно жизнь десятков случайных прохожих, леволиберальные западные политики оказались при этом в сложном положении, потому что в букваре, который они читали, было написано, что когда народ восстает против кровавого тирана, он требует свободы.

Нам очень долго объясняли, что «Братья-мусульмане» теперь переродились и они борются за демократию. Дело дошло до того, что CNN и Гардиан с невозмутимыми лицами транслировали заявлений сирийской оппозиции о том, что кровавый режим Асада сам себя взорвал, чтобы иметь повод для репрессий.

Поразительно, но по мере исламизации Ближнего Востока левые либералы продолжали упорствовать в своей точке зрения, ибо слишком много в нее было инвестировано. Они вели себя, как министерство Магии, отрицающее возвращение лорда Вольдеморта.

После спланированного заранее и осуществленного исламскими боевиками убийства американского посла в Бенгази Белый Дом объявил, что это было спонтанное народное негодование, вызванное показом оскорбившего чувства мусульман фильма. Впервые в истории США Белый Дом официально транслировал пропаганду террористов: причем транслировал вранье.

После теракта в Бенгази и захвата американского посольства толпой в Каире Вашингтон не остановил помощи Ливии и Египту. При Бараке Обаме США дебютировали в роли Византии, платящей дань аварам, или России, платящей Чечне, потому что если не платить, будет еще хуже. При Бараке Обаме военная помощь США впервые превратилась в дань варварам.

Тоталитарные идеологии – будь то коммунизм, нацизм или исламизм, не понимают слова «компромисс». В каждом компромиссе они видят слабость противника. Каждый компромисс они используют как плацдарм для новых атак.

Не прошло и месяца после Бенгази, как ХАМАС начал обстреливать ракетами Израиль. Израиль в ответ был готов войти в Газу, но оказалось, что ХАМАС очень четко просчитал реакцию американского президента. Под нажимом Обамы Израиль был вынужден отказаться от войны. Более того, это произошло в результате переговоров Обамы и нового исламистского президента Египта, Мурси, которого Обама тем самым назначил главным по Ближнему Востоку.

Мурси понял это назначение совершенно однозначно, и буквально через несколько дней присвоил себе абсолютную власть. Впервые в истории США джихад велся не просто «руками неверных», а руками президента США.

Что такое «арабская весна», если перевести с языка политкорректных идиотов на язык политической реальности?

«Арабская весна» - это когда с двадцатилетним опозданием рухнули последние диктаторы формата времен «холодной войны», и на смену им, благодаря народным революциям и всеобщим выборам, идет новый вариант антизападной тоталитарной идеологии: исламизм.

Над Ближним Востоком нависла тень демократически избранного халифата, и эту тень левые либералы встречают с таким же восторгом, как в 20-х годах полезные идиоты встречали Сталина.

Примечательно, что при этом единственные действительно динамично развивающиеся страны на Ближнем Востоке являются наследственными монархиями, по типу и способу своего функционирования очень похожими на просвещенных европейских деспотов XVIII в. Полное отсутствие свободы прессы или парламента никак не сказывается на успехах Дубая.

Китай

В прошедший год выборы состоялись и в Китае.

Во Франции на выборах победил Олланд, поднявший налог до 75%, в США – Обама Если-У-Вас-Есть-Бизнес-Это-Не-Вы-Его-Создали, в Египте на выборах победил фараон.

В Китае XVIII съезд КРК тихо и мирно передал власть от тов. Ху Цзиньтао к тов. Си Цзиньпину, в соответствии с неписанным правилом - заимствовать все преимущества демократии без ее недостатков. Интересно, что в Китае тоже был популист, рвущийся к власти. Это был Бо Силай, мэр Чуньцина, столицы 360-миллионной сельскохозяйственной Сычуани. Став мэром, Бо Силай в свое время арестовал всю городскую полицию под предлогом коррупции, заменил ее своими людьми. Бо Силай был страшно популярен, заботился о бедняках, устраивал конкурсы революционных песен, центральное правительство боялось его трогать.

И тут случилась абсолютно детективная история в лучшем стиле «Троецарствия». Ближайший помошник Бо Силая сбежал в американское посольство и рассказал, что жена Бо Силая отравила англичанина Нила Хейвуда, своего делового партнера. Отравила сама: напоила до полусмерти и влила в рот цианистый калий.

Отравила потому, что Нил Хейвуд, работавший, кстати, на разведку МИ-5, отмывал деньги бескорыстного маоиста Бо Силая и потребовал слишком большую долю.

В результате этой фантастической истории госпожа Гу получила смертный приговор с отсрочкой исполнения на два года, а сам неподкупный борец за права народа сошел с политического горизонта.

В 50-х годах XX Китай был единственной страной мира, в которой подушевой ВВП в X веке был больше, чем в XX-м. Это была страна тотальной идеологии, тотальной нищеты и культурной революции: безумной попытки уничтожить два тысячелетия одной из величайших в истории человечества культур.

Как это иногда бывает в истории, именно крайняя катастрофа способствовала крайнему подъему: сейчас Китай если еще и мировая сверхдержава, то уже и не региональная сверхдержава.

Достижения Китая совершенно фантастические. Китайская компартия за 20 лет подняла из нищеты 400 млн. человек.

Мнение, что китайские компании берут дешевизной труда, устарело. Труд уже дешевле в Индонезии. Но китайские компании необычайно гибки и быстры. Если ты придешь в немецкую компанию и попросишь, к примеру: «сделайте мне превентор (то есть сложное нефтегазовое оборудование) так-то, а не так-то», - то немцы будут два месяца вынимать из тебя с чертежами всю душу. А китайцы через неделю сделают превентор.

Большая часть электроники мира производится в Китае. Китай продает больше всех в мире автомобилей и вырабатывает самое большое количество электроэнергии с помощью ветряков. (Дело в том, что в Европе, которая очень много кричит о возобновляемой энергии, для устройства ветряка требуется гигантское количество разрешений).

Китай строил за последние годы по 5-6 тыс. км хайвеев ежегодно и теперь обладает второй по величине дорожной сетью после США. Еще восемь лет назад китайские поезда были что-то вроде птичника на колесах. Сейчас города Китая связаны между собой сетью скоростных поездов, а до Шанхайского аэропорта «Пудун» ходит поезд на магнитной подушке со скоростью 500 км. в час.

Ценность образования в Китае традиционно высока. Модель поведения: «Студент из бедной семьи сдает экзамены и становится министром» насчитывает две тысячи лет. В Китае платным является не только высшее, но и среднее образование, и благодаря этому школьники и студенты рассматривают учебу не как бесплатную тягомотину, от которой надо откосить, чтобы пить пиво на лавочке, - а как возможность вырваться из нищеты, как социальный лифт.

По степени свободы китайский режим примерно соответствует просвещенному абсолютизму, при котором элите дозволялось обсуждать все, что угодно, но народу не позволялось бунтовать. Для народа в Китае – культ председателя Мао. Для элиты – твердое решение о том, что никогда больше нельзя допустить единоличной несменяемой власти, коллективное руководство партией и ежедекадная, согласно завещанию Дэн Сяопина, смена руководителя.

Как я уже сказала, политика Китая может быть охарактеризована как «заимствование всех преимущество демократии без ее недостатков». Принцип сменяемости руководителя – заимствован, но выборы происходят в крайне узком кругу.

Принцип «свободы СМИ» заимствован, но более чем своеобразно. Руководитель агентства Синьхуа в каждой провинции Китая фактически выполняет роль не столько главы новостного агентства, сколько главы сети внутреннего шпионажа. Очень много статей пишется журналистами Синьхуа, но они предназначены не для печати, а для сведения Пекина. Обратная связь есть, а огласки нет.

Китайский успех, очевидно, базируется на одном: на отсутствии всеобщих выборов. Если бы они были, то завтра полмиллиарда нищих китайских крестьян проголосовали за нового председателя Мао.

Тем не менее, если вы спросите правоверного демократа про Китай, то он вам ответит только одно: «там нет свободы». То незначительное обстоятельство, что если ввести в Китае свободу, то там, через два года не будет ни свободы, ни процветания, правоверных демократов не волнует. А то, что современная леволиберальная мысль единственной легитимной формой выборов считает выборы всеобщие, препятствует введению в Китае выборов, например, в городах и для налогоплательщиков.

Россия

Европа, США, Ближний Восток, Китай – это все регионы, развитие которых определит лицо мира в XXI в. К сожалению, про Россию это сказать нельзя. В ее нынешнем путинском виде будущее мира от России мало зависит.

Россия при Путине является типичным образцом диктатуры нового типа, с низким уровнем репрессивности и высоким уровнем зависимости населения от государства.

За последний год Россия изменилась радикально: Путин все больше и больше теряет легитимность и чувство реальности. Элита расколота. Рядовой избиратель (которого раньше называли коротким словом «чернь») любит Путина все меньше и меньше.

Конечно, это важный вопрос, когда рухнет режим, через пять лет или через десять? Но, к сожалению, еще более важный вопрос – что придет ему на смену?

В России много нефти и мало третьего сословия. Из-за отсутствия военных угроз нет стимулов для модернизации. Нет также образца, которому можно следовать. Ибо если предложить в качестве такого образца современную Европу и сказать: «давайте у нас будет бесплатная медицина, бесплатное образование, социальное обеспечение, всеобщее избирательное право и средиземноморский климат» - то дело кончится новым Путиным.

Шанс на глубинные перемены, Россия, как мне кажется, получит только тогда, когда после мирового кризиса изменятся и парадигмы. Весьма возможно, что в обозримом будущем всеобщее избирательное право перестанет быть единственно легитимной формой правления, а авторитарные режимы перестанут выживать в случае своей некомпетентности.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24135
8 ЯНВАРЯ 2014
Хоса и скот предков

В апреле 1856 года в Южной Африке четырнадцатилетняя девочка по имени Нонгкавузе из племени хоса пришла на берег реки Гцарха и услышала пророчество. Духи предков пообещали ей, что, если хоса зарежут весь скот и уничтожат все посевы, то настанет изобилие. Предки вернутся в мир и уничтожат белых, а с собой они приведут новый скот, чтобы возместить утрату.

Девочка рассказала о своем видении дяде, а тот рассказал вождю. Вождь поверил в пророчество, и хоса начали убивать скот. Они верили, что в тот день, когда будет сожжено последнее поле и зарезан последний бык, предки вернутся на землю и прогонят белых. С собой они приведут новый скот, а поля покроются уже созревшими злаками.

Стада все не появлялись, и быстро стало ясно, кто в этом виноват – те хоса, которые отказывались убивать скот и уничтожать урожай. Стали убивать и их.

Эта ментальная эпидемия сама собой закончилась к 1858-м году. К этому времени было убито около 400 тыс. голов скота, а 40 тыс. чел. погибли от голода.

Наблюдатели толкуют эти события по-разному. Губернатор колонии Кейп сэр Джордж Грей считал, что эпидемия уничтожения скота была подстроена вождями хоса с целью напасть на белых: после того как люди лишатся всего, их единственным выходом будет война. Современные борцы с апартеидом склонны предполагать, что эта эпидемия самоуничтожения была, во-первых, предвестием славной борьбы против кровавого апартеида, а во-вторых, плодом интриг кровавых колонизаторов.

Меня же в данном случае интересует другое. А именно – ситуация, при которой в обществе вдруг возникает ментальная эпидемия, которая ведет его к краху. То, что в одном человеке было бы признано сумасшествием, вдруг, когда это разделяют все, становится тотальной истиной.

И меня интересует механизм, посредством которого эта идеология становится тотальной. Он очень прост. Несмотря на разрушительность идеологии для общества в целом, краткосрочные последствия несогласия с идеологией для конкретного человека должны быть слишком тяжелы. В случае хоса краткосрочные последствия заключались в том, что, если ты не убьешь свой скот сейчас, то тебя убьют. Гораздо безопасней и психологически комфортней было убить свой скот самому и ждать после этого прихода скота предков.

Subprime bubble

Вы скажете мне: «мало ли в какие странные вещи верят примитивные племена». Перейдем к цивилизованному обществу. В августе 2008-го года в мире разразился финансовый кризис, спусковым крючком для которого стал subprime debt.

Поощряемая правительством политика обеспечения каждого американца жильем, секьюритизация ипотечных кредитов и взрывной рост рынка деривативов привели к огромному ипотечному пузырю.

К концу 2006-го года стриптизерши и безработные покупали по 5-6 квартир, каждый год рефинансируя покупку. Банки выдавали кредиты, по которым в первые годы вообще не надо было ничего платить (zero-down loans). Эта машина ехала, пока цена на жилье росла, позволяя несостоятельным должникам перезакладывать жилье под более высокую цену. В 2006-м она стала буксовать, а в 2008-м пузырь лопнул окончательно.

Lehman Brothers обанкротился, еще четыре крупнейших инвестиционных банка США – Bear Stearns, Merrill Lynch, Goldman Sachs и Morgan Stanley – прекратили свое существование в прежнем виде, а государственные Fannie Mae и Freddie Mac были взяты в государственное же внешнее управление. Все вместе эти семь крупнейших финансовых учреждений США имели 9 трлн. дол. долга – больше половины годового ВВП США.

Объяснения, которые выдвигают по поводу этого кризиса, различны. Левые всего мира, конечно, винят financial greed. Правые экономисты, как, например, Peter J.Wallison, полагают, что прямой причиной кризиса являлось стремление американского государства обеспечить жильем любую семью и государственное спонсирование взятых на это кредитов через Fannie Mae и Freddie Mac.

Но меня в данном случае интересует не собственно финансовый механизм кризиса, а его психологическая составляющая.

В течение добрых восьми лет не несколько тысяч, а несколько десятков тысяч человек, чьей профессией был обсчет финансовых рисков и которые неминуемо должны были понимать, что они имеют дело с фантиками, не обеспеченными ничем, кроме растущих цен на жилье, эмитировали, реструктурировали и перепродавали эти фантики.

Более того – еще несколько тысяч людей, сидящих в различных регулирующих органах и рейтинговых компаниях, присваивали мусорным облигациям рейтинг ААА и присваивали такой же рейтинг банкам, балансы которых лопались от тухлятины.

Я особо обращаю ваше внимание на то, что эти люди выставляли оценки не букету вина, не взвешивали различные достоинства идеологией, даже не проводили двойные слепые рандомизированные испытания лекарств. Нет ничего проще и наглядней анализа финансовой информации. Наглядней только краш-тест.

И, тем не менее, люди, которым приносили секьюритизированный ипотечный долг, состоящий, к примеру, из вторых траншей ипотечных выплат заемщиков, ни один из которых не имел работы, присваивали ему АА или ВВ+, в конечном итоге, просто потому что все остальные делали то же самое.

Конечно, частично происходившее можно объяснить злым умыслом. Можно представить себе, что трейдеры, впаривая облигации клиентам, отдавали себе отчет в том, что торгуют мусором, но они получали от каждой продажи бонус, их задача была – генерировать объем продаж, и трейдер понимал, что через два года такой торговли он купит себе замок на Сейшелах, а что станет с его банком – его не волновало.

Но вряд ли можно объяснить этим действия Ричарда Фулда, CEO обанкротившегося Lehman Brothers и его коллег из Bear Stears, Merill Lynch и Citigroup. Предполагать, что эти люди сознательно разорили свои банки и потеряли на этом влияние, уважение, общественное положение, возможности дальнейшей карьеры и сотни миллионов не заработанных в будущем денег – это все равно, что предположить, что Гитлер напал на Сталина потому, что ему кто-то посулил взятку в миллион рейхсмарок.

Иначе говоря, мы снова имеем дело с ментальной эпидемией. С удивительной ситуацией, при которой ключевые игроки индустрии принимают решения столь же катастрофические, как и решение хоса перебить весь скот, но не могут действовать по другому, потому что все остальные действуют именно так. Если все говорят, что эта кошка черная, то ты не можешь назвать эту кошку белой. Немедленные санкции, которым ты подвергнешься за то, что ты не разделяешь общепринятую точку зрения, перевешивают неминуемую, но находящуюся далеко в будущем катастрофу.

Причем самое удивительное, что эта ментальная эпидемия происходит не среди неграмотных, забитых или опустившихся людей, а среди инвестиционных банкиров и финансовых аналитиков, то есть людей, которые, казалось бы, должны иметь наибольший иммунитет. Как замечательно показал Michael Lewis в лучшей, наверное, посвящённой кризису 2008 года книге The Big Short, количество людей, заметивших очевидное и сделавших на этом состояние, можно пересчитать по пальцам. Один из них, Michael Burry, например, страдал синдромом Аспергера. Он был по образованию врач, но он имел привычку внимательно читать проспекты эмиссий.

При этом. если вы думаете, что я осуждаю финансовый рынок, то вовсе нет. На самом деле кризис 2008 года является замечательным примером того, что, в отличие от всех других видов ментальных эпидемий, ментальные эпидемии на финансовых рынках конечны. Финансовый рынок – это единственный известный мне в человеческом обществе механизм, который сам себя регулирует, не убивая. Если бы речь шла не о ценных бумагах (а также луковицах тюльпанов, акциях компании Южных морей и пр.), а, скажем, об идее типа «мы боремся против глобального потепления» или «давайте вырежем весь скот», то никакого способа дискредитации этой идеи до гибели пораженной ей популяции просто не было бы. Более того – чем больше разумных доводов бы возникало против идеи, тем бескомпромиссней бы она становилась.

Гены и мемы

Генетик Ричард Докинз, который является не только одним из величайших ученых, но и одним из выдающихся мыслителей XX столетия, в своей книге The Selfish Gene напомнил нам, что любой биологический организм является способом репликации генов. И что в связи с этим организм ведет себя не так, как выгодно организму, а так, как выгодно его генам.

Ричард Докинз также отметил, что в человеческом обществе появился другой вид самореплицирующихся объектов. Он назвал их «мемами».

Мем – это любая единица информации внутри человеческого общества, которая умеет самореплицироваться. Поговорка. Технология. Идеология.

Очевидно, что в человеческих обществах есть «положительные» мемы. Слово «положительный» здесь, разумеется, употребляется в переносном смысле, т.е. это мемы, которые улучшают качество жизни своих носителей. Такими мемами являются, например, технологии. В большинстве своем крупные технологические изобретения человечества никогда не забывались. Раз научившись делать бронзу, человечество делает ее. Случаи забвения технологических мемов довольно редки. К примеру, после краха Римской империи на много веков забыли секрет приготовления цемента (точнее, вулканического цемента, т.н. пуццоланы). Самым «положительным» мемом является, собственно, сама идея науки – рационального познания природы.

Есть мемы нейтральные. Ну, придумал кто-то поговорку «бить баклуши». Она прижилась. Могла прижиться какая-то другая. Собственно, человеческий язык – это набор таких более-менее нейтральных мемов, слов, грамматических форм и фраз, которые воспроизводят себя сами.

А есть мемы-вирусы. Точно так же, как вирус реплицирует себя, внедряясь в чужой организм и часто уничтожая его, мемы-вирусы – как правило, это различные идеологии, религии, ментальные эпидемии – внедряются в общество и уничтожают его, реплицируя себя. И сделать с этим ничего нельзя, потому что эти мемы сконструированы так, что они необыкновенно удачливо поражают доступные места человеческой психики. Как ВИЧ паразитирует на иммунной системе, так мемы-носители ментальных эпидемий оказываются очень хорошо сконструированными ментальными векторами. Не потому, что их кто-то такими сделал, а просто потому, что именно таковые и выживают.

У деструктивных мемов довольного много разных особенностей, но если называть одну, почти всеобщую – ту комбинацию аминокислот, которая позволяет создать ментальный белок, действующий на общество, как наркотик, я бы назвала следующую: каждый такой мем создает под себя группу людей, чей статус и благополучие зависят от распространения данной идеологии в ущерб обществу.

Я бы назвала эту деструктивность «синдромом желтого неба». Небо вообще-то синее. Но если вы скажете людям: «небо синее», то вы вряд ли создадите секту людей, которые считают, что небо синее. Если вы объясните научно, почему небо имеет синий цвет, вы увеличите сумму человеческих знаний, но вы вряд ли укрепите свой статус за чужой счет.

А вот если вы скажете, что небо желтое, но какие-то нехорошие люди покрасили его в синий цвет или что вы сделаете небо желтым, то вы создадите секту людей, которые верят, что небо должно быть желтым. Вы усилите свой статус за чужой счет. И если вы думаете, что мой пример анекдотичен, что никому не придет в голову уверять, что он покрасит небо в желтый цвет, то вот вам: в 184 г. в Китае вспыхнуло восстание «желтых повязок». Даосские проповедники, стоявшие во главе этого восстания, обещали, что после победы повстанцев небо станет желтым. В знак этого повстанцы, собственно, и носили желтые повязки.

Многие уже поняли, к чему я клоню.

Я утверждаю, что современная цивилизация, я не буду говорить слова «западная цивилизация» потому что для меня цивилизация и является западной, а все остальное – это только культуры, так вот, современная цивилизация стремительно, на наших глазах, разрушается под действием деструктивных мемов.

XXI век

По сравнению с XIX в. цивилизованный мир разительно изменился. Мы лечим те болезни, которые еще 30 лет назад были неизлечимы; мы летаем в космос, перерабатываем и передаем объемы информации, которые раньше были невозможны. Это – результат действия тех самых «положительных» мемов, о которых я говорила. Если человек раз создал радио, вряд ли он его забудет.

Однако одновременно в этом цивилизованном мире, особенно за последние несколько десятков лет, появились и укоренились обычаи, которые для постороннего наблюдателя кажутся столь же самоубийственными, как эпидемия уничтожения скота среди хоса или привычка древних майя к ритуальному потреблению наркотиков через клизму.

Социальные изменения

Посмотрим непредвзятым глазом на то, как изменилась структура западного социума с XIX в.

В XIX в. западное общество руководствовалось дарвинистским принципом «кто не работает, тот не ест». Отсутствие работы считалось совершенно разрушительным для души и тела. Когда в 1870-х англичане стали помогать жертвам засух в Индии (до этого периодические засухи просто убивали несколько миллионов человек, и никто никому не помогал), англичане в первую очередь были озабочены тем, как заставить людей, которых они кормят, работать. Лорд Литтон, вице-король Индии, посетив лагеря возле Мадраса, с ужасом писал о «people on them, who do not work of any kind, are bursting with fat».

Сейчас ситуация поменялась. Если человек не работает, то он считается не лентяем, а жертвой системы. Какой «системы» – неважно. Главное, что жертвой. Те, кто работает – это система. А он – жертва. Ему надо помогать.

Результат этой помощи в США – стране, куда более Европы приверженной рынку, – выглядит так. До конца 1960-х годов бедность в США падала. С 32% в 1950 до 22.4% в 1959 и до 12.1% в 1969. Однако в 1965 в США началась War on Powerty – война с бедностью. Сейчас в Америке действует около 200 федеральных и местных программ велфера, и в среднем на одного бедняка тратится 17 тыс. дол. в год. А бедность снова поднялась до 16,1%.

Одним из главных следствий войны с бедностью стало то, что, получив пособие, бедняки перестали работать. В 1960 году в США работали две трети глав семей из самых бедных 20% населения. Уже к 1991-му эта цифра уменьшилась вполовину.

Другим следствием войны с бедностью стал распад семей. До войны с бедностью афроамериканцы имели крепкие семьи, и абсолютное большинство черных детей рождалось в семьях. В результате войны с бедностью количество детей, рожденных вне брака, в черных семьях поднялось до 70%, а в белых до 25%.

Чем больше США тратят на пособия «беднякам» – тем больше их становится. Только за последние тринадцать лет количество людей, получающих food stamps, увеличилось с 17 млн до 46.6 млн Сейчас США тратят на различные виды велфера 1 трлн. дол. в год или 45 центов с каждого доллара налогоплательщика. Только на федеральную программу раздачи бесплатных мобильников им. Обамы в прошлом году потратили 1,6 млрд. Недавний аудит обнаружил, что 269 тысяч из владельцев Обамафона имеют два их и более.

При этом для того, чтобы не быть бедняком в США, достаточно сделать одну из трех вещей. Закончить школу, найти работу или выйти замуж.

Иными словами, речь давно не идет о том, что богатые помогают бедным. Речь идет о том, что деньги забирают у тех людей, которые работают, и отдают их тем, которые не работают. И, как заметил Майкл Танне, while poor people are not lazy, they are not stupid either. If you pay people more not to work than they can earn at a job, many won’t work.

В демократическом процветающем обществе бедность стала личным выбором каждого. Ты беден, если ты этого хочешь. Люди не делятся на бедняков и богачей. Люди делятся на тех, кто работает, и тех, кто не работает, причем вторые существуют за счет первых.

Однако политики редко позволяют себе констатацию этого очевидного факта. Ровно наоборот – леволиберальные политики всегда называют количество денег, отнятое у тех, кто работает, и отданное тем, кто паразитирует, «позорно недостаточным» и «совершенно неадекватным».

Те, кто работают, называются «богачами» и «эксплуататорами», а те, кто не работают, называются «несчастными» и «бедняками». Это такая же самоубийственная политика, как убийство скота племенем хоса, и держится она совершенно на том же принципе. Чем больше вы убиваете скот – или чем больше вы обираете налогоплательщика – тем выше статус тех людей, которые «способствуют наступлению рая» или «помогают бедным». И чем большее количество людей лишилось скота или «получают помощь», тем выше их зависимость от тех, кто обрел высокий социальный статус убийством скота или перераспределением денег.

Материнские пособия

Еще более безумной ситуация выглядит в том, что касается материнских пособий. Любая биологическая стратегия выживания основана на том, что наилучшие шансы для выживания есть у потомков той особи, которая может это потомство прокормить. Грубо говоря, если у самки есть ресурс на то, чтобы выкормить трех птенцов, то плохо будет, если она снесет пять яиц. Тот же самый принцип действовал и для человечества на протяжении тысячелетий. Ответственная семья, располагающая ресурсами, умножала свои гены в потомстве. Потомство безответственной семьи и матерей-одиночек, как правило, погибало.

В современном западном обществе ситуация поменялась на противоположную: чем более ты безответственен, тем больше тебе будет предоставлено ресурсов. Если ваша семья работает 24 часа в сутки, то у вас будет один или два ребенка, за воспитание которых вы будете платить сами, и еще половину доходов вы отдадите государству. Если вы – мать-одиночка, алкоголичка или наркоманка, то чем больше вы родите детей, тем больше будет ваш доход.

Итоговый результат чудовищен.

Знакомьтесь: «бедная Карина» из Дании. Несчастная мать-одиночка, которую депутат Социалистической партии Дании Ослем Чекич продемонстрировала в качестве «обездоленной». «Бедная Карина», 36 лет, с двумя детьми, не работала ни часу в жизни в связи с психологическими проблемами, при мысли о работе она испытывала «тревогу», и в результате ее пособие составляло только 2700 дол. США. После уплаты жизненно важных расходов на спутниковое ТВ, сигареты, содержание собаки и билетов на футбол, бедняжке оставалось в месяц не более 1000 дол. на еду!

Вот другой несчастный: британский исламист-фанатик Аджем Чудари, который прославился тем, что призывал молодых мусульман в Британии жить на пособия, называя это «пособием на джихад». Сам обездоленный Чудари получает в год пособий на 25 тыс. фунтов, что на 8 тыс. фунтов больше, чем реальная зарплата солдат, сражающихся в Афганистане.

В США пособия на детей стали основным способом существования для не желающих работать женщин. Только 11,4% черных американок, имеющих мужа, бедны. Для черных незамужних матерей эта цифра составляет 53,9%.

Рассчитав бенефиты для гипотетической семьи из матери и двух детей одного и четырех лет, американский Cato Institute выяснил, что в 33-х штатах и в округе Колумбия это принесет семье больше денег, чем работа из расчета 8 дол. в час. В 12 штатах это принесет больше денег, чем работа из расчета 15 дол. за час. На Гавайях, в Массачусетсе, Коннектикуте, Нью Йорке, Нью-Джерси, Род-Айленде, Вермонте и в Вашинтоне лучше сидеть на пособии, чем работать из расчета 20 дол. в час. Пособие приносит в 2,75 больше, чем минимальная заработная плата. В трех штатах такая безработная будет получать больше, чем начинающий программист.

Это абсолютно самоубийственная стратегия. И помимо долгосрочных катастрофических генетических последствий, она имеет краткосрочные катастрофические социальные.

В первом поколении, если у вас 90% населения работает, девять работающих семей еще могут обеспечить одну бедную Карину и бедного Анджема Чудари. Уже через два поколения одна работающая семья не сможет обеспечить существование двух десятков Карин и Анджемов, передавших свои культурные навыки потомству.

Это – эволюционно нестабильная стратегия. Она ведет к быстрому коллапсу общества, но зато и к быстрому увеличению числа людей, полагающих, что общество им должно, и голосующих за политиков, которые обещают им все больше и больше.

В частности, именно она приводит к тому, что в странах Европы мусульманское население растет опережающими темпами, и к тому, что в США белых детей сейчас рождается меньше, чем испаноязычных и афроамериканцев. И дело здесь не в цвете кожи или религии, а в том, что политики объясняют группе населения, что «перед ней все виноваты» и «все ей должны», и начинают увеличивать группу, «которой должны», всеми возможными способами, превращая наиболее динамичную часть населения – мигрантов – в наиболее деструктивную и зависящую от государства.

Система образования

Еще одной катастрофической стратегией является система всеобщего бесплатного среднего образования в ее нынешнем виде. Когда-то образование служило социальным лифтом. Сейчас система публичных школ фактически превратилась в систему производства инфантильных взрослых, опять-таки считающих, что им все должны.

Результаты системы всеобщего бесплатного образования выглядят катастрофически. В России в интернет периодически попадают видео подростков, издевающихся в школе над своими одноклассниками и даже учителями, и, разумеется, этих детей никто не отчисляет, и им в голову не приходит, что они делают что-то плохое. В Великобритании уровень GCSE понижается, так что те задачи, которые раньше решали школьники, теперь решают уже в университете. В Детройте уже к 1993-му году 47% взрослых были практически неграмотны. В Нью-Йорке 12% школьников в публичных школах – это children with special needs.

Children with special needs – это не глухие и не калеки. Это, грубо говоря, негодяи. Это те, кто грозит пырнуть учителя ножом и в ответ на просьбу написать контрольную отвечает: «Че я, дурак, че ли?». У этих детей воспитывают представление о них самих как о жертвах системы, которым все должны. Этих детей нельзя отчислить из школы. Если эти дети получают плохие оценки – это не считается проблемой ребенка. Это считается проблемой учителя. Он виноват, что не может достучаться до маленького обездоленного сердечка, которое курит крэк и трахается в туалете.

Если вы посмотрите на любую современную книгу, которая рассказывает об отношении к детям в прошлом, вы почти наверняка обнаружите там примечательную фразу: «В средневековой Европе не было понятия детства. К детям относились как к маленьким взрослым».

Но ведь это правильно! Ничего так не хотят дети, как чтобы к ним относились как к маленьким взрослым, и ничего не способствует так воспитанию характера, как отношение к ребенку как к маленькому взрослому.

Взрослый – это человек, принимающий решения. Если вы прочтёте все хорошие книги для детей – это книги о детях, принимающих решения. Как маленькие взрослые. «Гарри Поттер» - это книга о мальчике, принимающем решения. The Game of Thrones Джорджа Мартина – это книга, в которой решения принимают семилетний Бран Старк и восьмилетняя Арья Старк. Все плохие книги о детях – это книги о несчастных детках, которым все должны. (Вообще социалистическая картина мира удивительно противоречит тем ценностям, которые нам внушают мифы и книги.)

Если школьники Детройта после десяти лет обучения в школе не умеют читать, вопрос: чему же они там учились? Ответ очень прост: они научились, что им все должны. Каждый из них научился тому, что он «ребенок», что у него «особые потребности» и что бы он ни сделал, виноват кто-то другой, кто вовремя ему не помог.

Когда в 16-17 лет такой ребенок покидает порог школы, ему уже бесполезно объяснять, что должен он. Если ребенок в 12 лет не научился нести ответственность и осознавать последствия, то он не научится этому и к 30-ти. Всеобщее бесплатное образование – это идеальный инструмент формирования инфантильного взрослого, который искренне считает, что государство должно его содержать, лечить, построить ему дом, обеспечить ему операцию по перемене пола, но не смеет, например, читать его личную переписку в целях защиты от терроризма.

Пенсии

Четвертым самоубийственным социальным фактором является система пенсий в том виде, в котором она существует в России и большинстве западных стран, т.н. система pay as you go, при которой пенсии нынешнему поколению пенсионеров выплачиваются из тех денег, которые зарабатывает ныне работающее поколение.

Я знаю, что в этом месте возмущенный читатель воскликнет: как, она еще и против пенсий! Она хочет, чтобы 90-летние старики стояли у станка! Но я прошу минуточку внимания.

Во-первых, надо твердо отдавать себе отчет в том, что именно система пенсий является ключевым фактором в падении рождаемости. Рождаемость высока в тех странах, где пенсий нет, и низка там, где они есть, даже если они копеечные (исключение – Китай, понятно почему).

Среднестатистический сапиенс рожает, потому что видит в детях защиту от старости. Как только защитой от старости становится пенсия, рождаемость падает. В течение тысячелетий более развитая цивилизация означала более высокое количество населения. На территории США сейчас проживает 300 млн человек, а индейцев на той же территории проживало 2 млн. Результат столкновения европейских поселенцев с автохтонным населением был предрешен демографией. Сейчас ситуация – ровно наоборот. В развивающихся странах рожают и по 6, и по 8 детей, а во многих развитых странах на семью приходится в среднем меньше двух.

Во-вторых, социалисты в свое время объясняли нам, что труд – это и есть главная доблесть человека. Однако идея пенсии состоит в том, что труд – это страшная тяжелая вещь, от которой пожилого человека надо непременно освободить.

Я категорически не согласна с этой идеей. Есть масса профессий, которым возраст не помеха. Никто не слышал, чтобы Уоррен Баффет уходил на пенсию. Есть масса профессий, для которых возраст имеет свои плюсы. Старый учитель лучше молодого, старый врач (если это не хирург, у которого начинают дрожать руки) зачастую имеет гигантский опыт, который не превзойдешь никакими новыми технологиями.

Уход на пенсию человека сколько-нибудь творческой профессии зачастую оборачивается для него человеческой катастрофой. Если учитель любит детей, пусть учит, пока может. Если не любит – его не надо подпускать к ним ни в старости, ни в молодости.

Здравый смысл подсказывает, что в благополучном обществе систему пенсий лучше всего свести к системе сбережений. К системе, при которой человек в течение всей своей жизни сам зарабатывает себе деньги, которые перечисляются на его индивидуальный пенсионный счет. При это он может (как в Сингапуре) брать под этот счет кредит на жилье. Идеально было бы, если бы он имел право сам определять сроки своего выхода на пенсию и право завещать этот свой счет, как любое другое имущество.

Однако в большинстве случаев пенсионная система действует по-другому. Одним махом она превращает деятельного члена общества в инфантильного иждивенца. К инфантильным взрослым, продуцируемым системой всеобщего образования, она добавляет инфантильных стариков, которые зависят не от себя и не от семьи, а от государства. Если учесть, что только пенсионеры составляют в развитой стране до 45% населения, и если добавить к ним безработных, люмпенов, матерей-одиночек с пособиями, мигрантов и беженцев, рассуждающих о том, что пособие – это «пособие на джихад», плюс бюрократов, врачей и учителей, которые заведомо работают на государство, у вас получается инфантильное, паразитическое и сенильное большинство, которое заинтересовано в расширении государства.

Очень часто можно услышать, что преимущество демократии в том, что в случае неудачи одного правительства к власти приходит другое. К сожалению, это неправда. «Другим» может быть имя политика или название партии. Но поменять вектор развития выборы не могут. Петр Первый, придя к власти, мог вздернуть Россию на дыбы и совершенно поменять ее вектор развития. Если 60-70% ваших граждан, так или иначе, зависят от государства, они никогда не проголосуют за систему, при которой роль государства станет падать. Европейский финансовый кризис обязан своим происхождением именно этому. Каждый политик обещал избирателю больше, чем тот зарабатывал. Большинство политиков прекрасно понимало, что надо делать, но понимало, что если они будут делать то, что надо, их не изберут.

На примере города Детройта мы прекрасно видим, что инфантильный и зависящий от государства избиратель не в состоянии оценить опасность курса, которым он следует. Индивидуальный человек способен бросить наркотики. Но если вы введете голосование в лечебнице для наркоманов, то в итоге всегда будут побеждать те, кто пообещает раздавать наркотики бесплатно, а саму наркоманию объявит не грехом, а болезнью, жертвы которой нуждаются в сострадании, лечении и заботе.

Экономика

В 2013 году ожидаемый ВВП США составит около 16 трлн. дол, а общий ВВП стран Евросоюза – около 20 трлн. дол. При этом общий размер золотовалютных резервов и суверенных фондов, а также их дочерних инвестиционных компаний, контролируемых в основном странами третьего мира, составляет 20 трлн. дол. Иначе говоря, размер средств, имеющихся в распоряжении Китая, Сингапура, Южной Кореи и арабских шейхов, превышает весь ВВП США.

Весь XIX век страны третьего мира были должниками Европы. Европа де-факто вводила внешнее управление в Египте и в Турции. Сейчас ситуация ровно наоборот: Запад является должником Китая, Сингапура, Южкой Кореи и арабских нефтяных держав.

Государственный долг – явление, известное в течение последних семи веков. Однако все эти семь столетий главной, а обычно и единственной причиной государственного долга служила война. Из-за чего вырос госдолг США и Европы? Какая-такая война за это отвечает?

Ответ: социальные расходы.

Если госдолг, связанный с войной, можно выплатить во время мира, то госдолг, складывающийся из социальных расходов, в принципе безнадежен. Если демократическая страна занимает деньги, чтобы выплатить пенсии, то, учитывая прогрессирующее старение населения и аппетиты избирателей, механизма, при котором в будущем пенсии станут меньше и появятся деньги на выплату долга, просто нет. Еще раз повторю: государственный строй, который загнал Запад в такие долги, не является хорошим государственным строем.

Внешняя политика

Когда читаешь любую историю Второй мировой войны, ту ее часть, которая посвящена битве за Африку, испытываешь странное чувство. «Сразу после взятия Бардии 7-ая бронетанковая дивизия выдвинулась к Тобруку», «англичане быстро продвигались в Киренаику», «Роммель прилетел в Триполи».

Речь идет о тех самых географических пунктах – Сомали, Ливия, Египет, Судан – которые сейчас являются крупными геополитическими игроками. В них происходят революции, в них штурмуют американские посольства, в них берут власть салафиты.

Но когда ты читаешь об операциях английских, немецких и итальянских войск в Северной Африке и на Ближнем Востоке во Второй мировой, то всех этих замечательных людей просто нет. Ни с одной, ни с другой стороны. Есть просто дивизии Роммеля и О’Коннора.

Это хороший пример того, что нет на самом деле никакой проблемы «исламского фундаментализма», «ислам – молодая религия» и пр. Есть проблема самоубийственной слабости Запада. У Роммеля и О’Коннора не было проблем с исламским фундаментализмом. У Наполеона в Египте не было проблем с исламским фундаментализмом.

И не то чтобы фундаментализма не было вообще. Он был, и пророк Махди в Судане в 1885-м году вырезал войска генерала Гордона (китайца Гордона). Через 14 лет войска Махди были выкошены пулеметами в битве при Омдурмане, и этим все закончилось, потому что, как писал поэт, «we have got/ The Maxim Gun, and they have not».

В своей прекрасной книге The World is Flat Томас Фридман пишет о глобализации мира. О том, что сейчас можно приехать в Боливию, Китай и Огненную Землю и встретить в магазинах те же продукты, а в руках людей – те же айфоны.

К сожалению, это не только так и не совсем так. Цивилизованный мир сокращается, как шагреневая кожа. Еще недавно ЮАР была процветающей страной первого мира. Теперь это страна не третьего даже, а четвертого мира, и в Йоханнесбурге можно снимать фильм-катастрофу о гибели цивилизации.

Тридцать лет назад Ливан был ближневосточной Швейцарией. Теперь это страна шейха Насраллы, дающего на Russia Today интервью знатному борцу против американского тоталитаризма Джулиану Ассанжу.

Тридцать лет назад Багдад или Каир были западными городами. Сейчас в Багдаде женщину, которая оденется так, как ее мать одевалась тридцать лет назад, просто убьют.

В современном мире больше нет СССР, финансирующего Третий Интернационал. Любая страна может стать рыночной экономикой. Но абсолютное большинство стран третьего мира предпочитают этого не делать, и за это они не несут никакого серьезного ущерба.

Наоборот. Часть этих стран манипулирует странами свободного мира: как Саудовская Аравия – Америкой или Россия – Европой. Других просто не замечают из деликатной политкорректности, как не замечают, например, сопровождающихся многочасовыми пытками систематических убийств белых фермеров в ЮАР. И даже те страны, которые, как Судан или Венесуэла, превратились в страны-изгои, не терпят от этого дополнительных неудобств.

Идеология

Все это было бы невозможно без соответствующей идеологии, и более того – соответствующая идеология является первичной, а безумная образовательная, пенсионная, трудовая и миграционная политика – вторичны.

В принципе эту идеологию можно сформулировать так. Победители, согласно этой идеологии, всегда являются виноватыми, а проигравшие всегда являются пострадавшими.

Это как если бы на спортивных соревнованиях победителю отрезали ноги и раздавали по кусочку мяса всем, кто не бегал. И объясняли: это победитель виноват в том, что они не умеют бегать.

Победитель всегда виноват. Это основополагающий принцип современной западной леволиберальной идеологии.

Западная цивилизация виновата в том, что она завоевала Африку или Ближний Восток. Вопрос о том, почему она их завоевала, не ставится. Вопрос о том, хороши ли были людоедские обычаи маори или самосожжение вдов в Индии, не ставится. Запад победил и запретил эти замечательные местные обычаи, и поэтому он плох.

Богатые виноваты тем, что у них есть деньги. Ученые – в том, что меняют природу и все время выдумывают какие-то ГМО или вредную электронику.

Если в начале XX века вам рассказывали, что капиталисты плохие, потому что они эксплуатируют рабочих, то теперь вы узнаете, что капиталисты плохие, потому что они загрязняют окружающую среду и способствуют глобальному потеплению.

Это очень важная часть любого деструктивного мема – объявление грехом того, что является неотъемлемой биологической характеристикой homo sapiens. Христианство объявляло грехом секс, коммунизм – частную собственность, экологические алармисты – прогресс и технлогии, то есть собственно сам разум.

А Россия?

Из всего вышесказанного и вытекает главная – стратегическая – проблема для России и других стран третьего мира, не являющихся в настоящий момент частью цивилизации. Я еще раз напоминаю, что употребляю слово «цивилизация» в значении «западная цивилизация».

Перед нами нет идеала цивилизации, который отвечает здравому смыслу, и российским властям ничего не угрожает, если они этой цивилизацией пренебрегут.

У реформаторов отсталых стран времен расцвета Европы очень простой ориентир: «делай, как в Европе». Петр I брил бороды. Ататюрк отменил арабский алфавит. Революция Мейдзи сделала церемониальной одеждой при дворе японских императоров фрак. Брей бороды, внедряй науку, охраняй частную собственность.

Современному реформатору, который мечтает вытащить свою страну из болота невежества, отсталости и иждивенчества, современный Запад не может предложить ничего подобного. Отечественные обычаи? Это драгоценные местные обычаи, которые надо сохранять во что бы то ни стало, вплоть до ношения параджи и обрезания девочкам клитора. Британцы, которые запрещали самосожжение вдов и людоедство? Это проклятые колонизаторы, разрушившие самобытные культуры.

Частная собственность? Это эксплуатация человека человеком и Wall Street Greed. Наука? Эти ученые – кровавые пособники мирового заговора загрязнителей природы, которые хотят устроить нам глобальное потепление и отравить нас ГМО.

В результате возникает тотальный идеологический вакуум. Маргинальная демшиза, воображающая себя вершителями человеческих судеб (и на Западе, таковыми, действительно являющаяся), всерьез рассуждает о западной демократии, толерантности и социальной защищенности, и обрушивается с уничтожительной критикой на любого, кто посмеет, как, например, Михаил Ходорковский, осторожно напомнить: «Мы завоевали Кавказ». Российская деловая элита, по счастью, неполиткорректна, и, покупая в Европе виллы и обучая там детей, без всяких иллюзий и с ужасом наблюдает за ее закатом.

На этом фоне путинские идеологи мощным свиным клином движутся в наступление, рассуждая о посконном превосходстве невежества, взяточничества и низкопоклонства над наукой, рынком, и свободой, и пугают нас европейскими геями, хотя, по моему личному мнению, толерантность к гомосексуализму – это единственное бесспорно положительное идеологическое достижение современного Запада.

Ужас заключается в том, что у современного реформатора в стране третьего мира нет мандата на рынок и свободу. Если он попытается проводить свои реформы, оставаясь в рамках всеобщего избирательного права, то, как Михаил Саакашвили, он будет сметен негодующим люмпеном. Если он станет авторитарным правителем, как Пиночет или Ли Куан Ю, то на его голову каждый день будут сыпать навоз.

Более того – в современном мире у правителя нет никаких рациональных мотивов улучшать свою страну. Еще два века назад страны, которые управлялись так, как Россия сегодня, просто не выживали. Их разрывали на куски более удачливые соседи.

Западники и славянофилы любили рассуждать в XIX в, какой бы была Российская империя без реформ Петра. Ответ заключается в том, что для начала ее бы не было. Было бы (условно говоря) Московское царство, которое в районе Смоленска граничило бы с Польшей, а в районе Урала – с колонизованной Японией Сибирью. Еще раз: без войск и государства европейского образца России бы просто не существовало. Обзаведение европейскими войсками, наукой и ремеслами было в XIX в. для страны, граничащей с Европой, вопросом выживания.

Сейчас это больше не вопрос выживания. Правитель может устроить в своей стране, что угодно – тотальную коррупцию, люмпенизацию и дебилизацию населения, и ему ничего не угрожает. Более того, коррупция, люмпенизация и дебилизация населения помогают упрочить базис власти в такой стране. Чем больше деловая элита крадет из бюджета, тем больше она заинтересована в сохранении существующей власти. Чем бедней люмпен, зависимый от государства, тем выше степень обожания им альфа-самца.

Любой демократический реформатор в современном мире сталкивается со следующей фундаментальной проблемой. Если он действительно пытается установить в стране прозрачные правила ведения бизнеса и побудить граждан работать, то он не обрастает никакой группой поддержки, и его выносит негодующий люмпен, как Михаила Саакашвили. Если он дает своим друзьям подарки, а народу – подачки, то у него появляется группа поддержки, но рынок в стране исчезает.

Еще в 1990-е нам казалось, что, с одной стороны – рынок и демократия, а с другой – плановая экономика и тоталитаризм. Увы, теперь ясно, что рынок и демократия в стратегической перспективе несовместимы. «Всякая демократия кончается социализмом», как и предупреждал Джон Стюарт Милль. Дорога к экономическому краху цивилизации лежит не только через ГУЛАГ, но и через велфер.

И это, пожалуй, и является ключевым деструктивным мемом наших дней: всеобщее избирательное право, основанное на утверждении о том, что люди не только рождаются равными, но и являются равными.

Всегда в истории человечества не работало меньшинство, и это меньшинство, являвшееся господствующим сословием, создавало различные идеологии, обосновывавшие его право не работать. Сейчас, благодаря техническому прогрессу, впервые в истории человечества создано общество, в котором может не работать большинство. При этом это большинство голосует. За что оно голосует? В конечном итоге, за то, как делить чужие деньги. А чужие деньги рано или поздно кончаются. Как и скот племени хоса.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24197
20 ЯНВАРЯ 2014 г.

ИТАР-ТАСС

Американскому журналисту Дэвиду Сэттеру запретили въезд в Россию сроком на пять лет. Решение это вызвало негодование общественности: а где же свобода слова?

Должна сообщить, что отказ в визе есть неотъемлемое право государства, причем совершенно необязательно это государство должно быть злобным, кровавым и авторитарным.

К примеру, в 2010 году США отказали в визе колумбийскому журналисту Холлману Моррису. Г-н Моррис, которого президент Урибе назвал «сообщником террористов», имел прекрасные отношения с крайне левыми наркотеррористами изFARCи специализировался на разоблачении кровавого режима Урибе, связанного с американской военщиной и правыми бандитами. Как видный защитник прав человека, г-н Моррис получил престижную стипендию в Гарварде — а американцы возьми и откажи ему в визе, причем именно по статье «террористическая деятельность».

В том же году американцы отказали в визе немецкой журналистке Габриэле Вебер. Г-жа Вебер расследовала ни больше ни меньше как кражи иностранных детей американскими дипломатами. Кражи имели место в Аргентине во время правления военной хунты. Г-жа Вебер заподозрила, что проклятые американские империалисты в лице военного атташе Уильяма Десрейса имели подлость незаконно усыновлять и вывозить из страны детей лиц, убитых военными. Конечно, гуманнее бы было дать этим детям сгинуть в аргентинских концлагерях. Так вот: американцы не только отказали этому изумительному двойнику мизулиной-яровой в визе, но и выдворили в Буэнос-Айрос, когда она прилетела в Вашингтон.

Совсем недавно Индия отказала в визе британской журналистке Ивонне Ридли. Г-жа Ридли была захвачена талибами в 2001 году в Афганистане, после чего приняла ислам. Г-жа Ридли была приглашена в Хайдерабад на конференкцию «Весна ислама», где она должна была рассказывать гостям о своей неусыпной деятельности на почве защиты прав человека, но индийское правительство сочло присутствие этой дамы на индийской земле, которая и так достаточно пострадала от исламистских терактов, нежелательным.

Государство Израиль неоднократно отказывало в визе журналистам и общественным деятелям, не признающим права Израиля на существование. В частности, известному лингвисту Ноаму Хомскому, придерживающемуся крайне левых пропалестинских взглядов, или большому борцу против израильских плутократов и нацистов Норману Финкельштейну.

Г-н Дэвид Сэттер как нельзя лучше вписывается в этот модельный ряд борцов с кровавыми режимами — от Морриса до Финкельштейна. Книга Дэвида Сэттера, несомненно, вызвавшая аллергию у ФСБ — про то, как ФСБ взрывает Россию. Простите меня, но для меня те бесстрашные обличители путинского режима, которые рассказывают, что это Путин взорвал дома, чтобы прийти к власти, немногим отличаются от бесстрашных обличителей режима американского, которые рассказывают, что американцы сами взорвали Башни-Близнецы, чтобы скомпрометировать мирный ислам.

О качестве журналистики Дэвида Сэттера исчерпывающе свидетельствует вот какой момент. Сразу после недавних волгоградских взрывов г-н Сэттер опубликовал на CNNколонку, в которой, собственно, все было сказано правильно: что Сочи — военная зона, что на юге России идет война, что попытка Путина замирить Чечню кончилась распространением исламистского восстания по всему Кавказу и что в своей борьбе с террористами российское государство не очень-то жалеет мирное население, как то следует из обращения с заложниками, отравленными газом в «Норд-Осте», или из штурма бесланской школы, начавшегося с выпущенного по заложникам «шмеля».

Еще раз: колонка, на мой взгляд, совершенно правильная, хотя и весьма резкая.

Но вот 14 января Сэттер дает интервью Антонине Самсоновой на «Эхе Москвы», и она спрашивает: «Вы занимались терактами в Волгодонске?»

Волгодонск был в 1999-м, Волгоград — в 2013-м, и Сэттер писал об обоих случаях. Мало того, что он их путает — то есть на самом деле этому глубокому знатоку России Россия по фигу, — так он и отвечает явно про теракт в Волгограде, что ему «абсолютно неясно», «кто взрывает кого». «Сначала видеоролик, который гуляет по Интернету и показывает, что люди выходят из соседней машины и потом бегут, чтобы соединиться с толпой, — говорит Сэттер. — Они нашли паспорт смертницы не поврежденный. В хиджабе. Она не может получить паспорт в такой одежде».

Простите, пожалуйста, но как это понять? Сначала журналист пишет для респектабельного издания,CNN, что исламисты взрывают Россию и это может сорвать Олимпиаду. А потом он на ту же тему «Эху Москвы» рассказывает, что как бы это ни кровавый путинский режим сам себя взорвал. Интересно, зачем? Сорвать Олимпиаду?

Если г-н Сэттер считает, что кровавый путинский режим все последние 14 лет сам себя взрывает, он должен быть хотя бы последователен: он не должен в тех местах, где демшиза не проходит (на том жеCNN), писать диаметрально противоположные по содержанию статьи по сравнению с другими ресурсами.

Еще раз: государство имеет полное право отказывать в визе кому бы то ни было. Хоть российское — Сэттеру за статьи, хоть американское — Лепсу за связи с мафией. Речь идет не об уголовном преследовании, не о тяжбе в суде, не о покушении на свободу слова. Другое дело, что не надо при этом врать. Наш МИД и суд, по обыкновению кося постоянно скошенными от вранья глазами, лепечут чего-то про то, что Сэттер «нарушил режим», чего-то там просрочил и пр.

Говорите прямо: выдворили. США имеют полное право отказывать в визе разоблачителям американской военщины, а Россия — людям, которые путают Волгоград с Волгодонском, но при этом дают понять, что кровавый режим сам себя 14 лет взрывает.
Фотография ИТАР-ТАСС

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24318
31 ЯНВАРЯ 2014 г.

4 декабря глава «Ростеха» Сергей Чемезов презентовал премьеру Дмитрию Медведеву «первый российский смартфон» — Yotaphone с двумя экранами. Медведев заметил, что «Apple напрягся». Эту новость показали по всем каналам.

А вот другая новость, которую опубликовало ИТАР-ТАСС 24 января и которую почему-то по всем каналам не показывали. С момента презентации Yotaphone «Связной» и «Евросеть» смогли продать приблизительно по 300 штук аппаратов каждый, итого 600-700 штук. Напомню, что в течение трех первых дней продаж айфона 5S и 5C было продано свыше 9 млн штук, а всего на сегодняшний день пятых айфонов продано свыше 90 млн штук. То есть за три дня Apple продал в 15 тыс. раз больше аппаратов, чем Yotaphone за два месяца.

Правда, есть еще сама компания Yota Devices, которая утверждает, что через интернет она продала около 10 тыс. аппаратов. Поверить в это мне весьма трудно. Дело в том, что эти два месяца я раз в неделю заходила на сайт компании Yota Devices, где мне сообщали, что заказать девайс нельзя, потому что все заказы исчерпаны, и прием заказов возобновится, как только в наличии опять появятся аппараты. Потом, видимо, кто-то подсказал компании, что это выглядит смешно, и текст сменился на другой: объем заказов очень большой, оставьте заявку, с вами свяжутся.

Но самое удивительное в истории с Yotaphone не это. Довольно легко выяснить, что этот же самый «первый российский смартфон» тот же самый Чемезов впервые показал тому же самому Дмитрию Медведеву, только президенту, в сентябре 2010 года. Чемезов тогда (заметим, в 2010 году) сообщил, что выпуск смартфонов вначале начнется на Тайване, но потом обязательно будет перенесен в Россию. Тогда Yotaphone соревновался с третьим айфоном. Сейчас он соревнуется с 5-ым, но, по мнению Медведева, Apple всё равно напрягся.

После этого уникальный отечественный истребитель айфонов презентовали не раз. Например, 12 декабря 2012 года Владислав Мартынов, генеральный директор компании Yota Devices, которая (обратите внимание) уже разрабатывала Yotaphone вместо Чемезова, снова заявил, что компания закончила разработку первого российского смартфона. А в апреле 2013 компания Yota Devices сообщила, что она уже в мае этого года намерена передать комплект средств для разработки Yotaphone.

Но самое главное вот что. YotaPhone разработан частной компанией Yota Devices. Вопрос: почему продукцию частной компании представляет глава «Ростеха» Сергей Чемезов и какое эта компания имеет отношение к государству?

На сайте компании Yota Devices написано, что сайт under construction. Эта надпись там висит уже два месяца. Два месяца компания, от которой «Apple напрягся», не может разработать свой сайт!

Тем не менее, несмотря на то, что сайта до сих пор нет, несложно выяснить, что собственниками Yota Devices являются Telecominvest Holdings (это Усманов), TeliaSonera и частные лица. Вопрос: почему это презентует Чемезов?

Едем дальше. Когда в феврале 2013 года корреспондент «Коммерсанта» задал господину Мартынову, генеральному директору компании, вопрос, сколько стоит проект Yotaphone, Мартынов ответил: «Точной цифры нет. Мы узнаем ее в конце года, когда начнутся продажи».

Т.е. журналист спрашивает про дядьку в Киеве (сколько вам стоила разработка?), а г-н Мартынов отвечает про бузину в огороде (мы не знаем, сколько будет розничная цена). Но дальше журналист продолжает: «Кто предоставил компании средства на развитие?» И господин Мартынов отвечает, что инвестиции предоставляют акционеры и не называет, кто.

Одну секунду, ребята, вы что-то понимаете? Есть компания Yota Devices, которая говорит: «Я – частная компания. Сколько денег и откуда я получила, не скажу». Но ее продукцию презентует глава госкорпорации Чемезов. Вопрос: если это частные инвестиции, то при чем здесь Чемезов? Если это государственные деньги, то можно узнать:

а) за каким чертом госденьги тратятся на совершенно рыночный, якобы, продукт;

б) сколько их потрачено?

Но это еще не всё, потому что, как я уже сказала, первый раз мы об этом убойном конкуренте айфона услышали аж в 2010 году. Но компания Yota Devices вышла из состава Yota Group и стала обособленной организацией с частным капиталом в декабре 2011 года.

Вы что-то поняли? Господин Мартынов в «Коммерсанте» нам сообщает, что акционеры компании, основанной в 2011 году, разрабатывали на свои средства девайс, который Чемезов презентовал еще в 2010-м. Так Чемезов разрабатывал телефон с 2010 года или Мартынов тот же телефон разрабатывал с 2011-го?

Осенью 2010 года Чемезов, то есть «Ростехнологии», действительно владел 25% компании «Скартел», которой принадлежала торговая марка Yota. Но, как выше сказано, в декабре 2010 года Yota Devices вышла из состава Yota, и теперь ее акционеры частные лица — TeliaSonera и Telecominvest. Во-вторых, сам «Скартел» на 100% продан «Мегафону».

Вопрос: какое отношение Чемезов имеет к этому сейчас? Если «Ростех» вкладывает государственные деньги в частную компанию, то почему плоды ее труда принадлежат не «Ростеху»? Если не вкладывает, то почему новости о Yotaphone периодически оказываются у них на сайте («Медведев: «Yotaphone безопасней айфона», «Yotaphone — новое революционное устройство» и т.д.)

Мне кажется, это первый вопрос, который должен был задать премьер Медведев. Но, увы, он только сказал, что «Apple напрягся». Интересно, ему самому не противно?

Фотография ИТАР-ТАСС

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24373

7 ФЕВРАЛЯ 2014

ИТАР-ТАСС

Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального опубликовал внушительное исследование на тему, сколько стоила Олимпиада в Сочи и сколько приблизительно на ней украдено. Стоит она 1,5 трлн рублей, из них лишь 3,5% — действительно частные инвестиции, и это дороже даже летней Олимпиады в Пекине.

«Этот проект не против Олимпиады, — пишет Алексей Навальный. — Он за Олимпиаду и против воровства».

Должна сказать, что я таки против Олимпиады. Северная страна Россия проводит зимнюю Олимпиаду в субтропиках, потому что Путин любит Сочи. Россия, с ее убитой инфраструктурой, нищими школами и разоренным больницами, вкладывает деньги в бессмысленно-показушный большой спорт. Власть нагибает крупный бизнес, чтобы он строил спортивные объекты, но никак не поощряет его, чтобы он спонсировал науку и образование. Трудно себе представить, на мой взгляд, более деструктивное поведение. Еще раз: вся абсурдность проведения зимней Олимпиады в субтропиках не сводится к воровству. Есть, к сожалению, вещи, которые пострашнее коррупции. Но начнем по порядку — и с малого.

Сочи — субтропический город. Соответственно, пять ледовых дворцов, построенных в Сочи — это одноразовые сооружения. Они нужны только для Олимпиады, никаких дальнейших тренировок там не будет, к тому же Сочи — слишком небольшой город, чтобы иметь постоянную потребность в таких огромных сооружениях. Еще раз: дело даже не в том, сколько они стоили (в 2-4 раза выше мировой нормы), сколько в том, что эти деньги выкинуты на ветер.

Далее, из-за того, что Сочи — субтропический регион, гостиницы Сочи находятся на берегу. А олимпийские трассы — в горах. Проблема транспортировки людей от гостиниц до гор в нормальной стране в такой ситуации остановит кого угодно — ведь речь идет об одновременной доставке на соревнования нескольких десятков тысяч человек в течение получаса.

В России эта проблема решена строительством знаменитой совмещенной автомобильной и железной дороги «Адлер-Красная поляна». Эта железная дорога, без сомнения, может привезти на открытие любое число пассажиров, но проблема в том, что эта дорога, как и ледовые дворцы, одноразовая.

Она нужна только затем, чтобы в течение нескольких дней Олимпиады перевезти пассажиров в горы, и больше ни зачем не нужна. При этом каждый километр этой дороги стоит 200 млн долларов. По подсчетам журнала «Эсквайер», вместо асфальта эту дорогу можно было бы намазать слоем черной икры толщиной 1,1 см. Американская программа по доставке и эксплуатации марсохода Curiosity обошлась в 3 раза дешевле, чем стоимость этой дороги. И опять-таки. Дело даже не в том, что каждый километр этой, в общем-то, рядовой горной дороги стоит столько же, сколько километр нового французского сверхвысокого моста Виадук Вийо, чуда инженерного искусства, опоры которого выше Эйфелевой баши, — а в том, что она еще и бесполезна.

Помимо проблемы климата, в Сочи есть еще проблема географии. Сочи — это узкая полоска вдоль берега. Это узкая полоска, где построена первоклассная недвижимость, лучшая в России, именно поэтому она перенаселена.

Где же строить объекты для Олимпиады? В Сочи было единственное незастроенное место — Имеретинская долина. Она была не застроена потому, что при советах в ней запрещалось строительство капитальных сооружений. Запрещалось потому, что Имеретинская долина — это болото.

Капитальные сооружения можно построить и там, но это чудовищно дорого. Поэтому, когда Владимир Путин сообщил, что из пяти ледовых дворцов в Имеретинке три будут «разборными» и после окончания Олимпиады переедут в другое место, это не могло вызвать ничего, кроме гомерического хохота. Сваи, забитые для укрепления этого бездонного болота, стоят дороже всех«разборных» дворцов вместе взятых. (Кстати, были более дешевые проекты схватывания грунта с помощью химических добавок, но от них отказались.)

Кроме того, чтобы построить на этой узкой полоске земли громадные объекты Олимпиады, надо было сначала построить дороги к этим объектам. А чтобы построить дороги, было принято решение построить сначала грузовой морской порт. Места, где можно строить порты на этой узкой перенаселенной полоске, как удачно заметил Михаил Блинкин, известны со времен аргонавтов. Там, где их строить нельзя, дно покрыто обломками генуэзских, греческих и даже финикийских кораблей. Пренебрегши этой печальной истиной, Олег Дерипаска (на деньги ВЭБа) стал строить порт в устье реки Мзымты. Первый же не очень сильный шторм порт смыл. Вовремя порт не был построен. Грузы пришлось завозить железной дорогой.

Сам порт убыточен. Это, разумеется, не проблема Дерипаски, это проблема ВЭБа, который давал кредит. Но есть другая проблема: в районе Сочи не может существовать грузовой порт. Это безумие. Сочи — слишком дорогое место, чтобы обезображивать его подобными сооружениями. Не может быть в Ницце грузового порта.

Итого: грузовой порт есть, он обезображивает пейзаж, использовать его по назначению — значит множить убытки, а в марину его переделывать бесполезно, во-первых, с учетом уже упоминавшегося шторма, а во-вторых, потому что в Сочи уже строится марина на 300 мест и больше Сочи не нужно.

И снова, как мы видим, проблемы Олимпиады в Сочи — проблемы бездонных болот и не пригодных для эксплуатации портов — не связаны непосредственно с воровством. Дело не в том, сколько украли на строительстве порта и на забивании свай в имеретинское болото, а в том, что ни того, ни другого не надо было делать вообще.

Третий географическо-климатический парадокс, связанный с Олимпиадой, обнаружился уже после постройки пресловутой железной дороги, хотя предсказать его можно было заранее. Он связан с тем, что я назвала бы «эффектом Килиманджаро».

Дело в том, что, несмотря на всю борьбу экофундаменталистов против диоксида углерода, глобального потепления и пр., большинство климатических изменений на нашей планете локальны, хотя и связаны непосредственно с деятельностью человека.

Вот, например, есть гора Килиманджаро, на вершине которой температура постоянна, она не меняется, не падает и не растет. Тем не менее, на горе Килиманджаро тают ледники. Вопрос: почему они тают, если температура постоянная? Ответ: потому что там рубят лес. Та хозяйственная деятельность, которая осуществляется в нищей и не очень заботящейся об экологии стране, очень плохо сказывается на экологии в глобальном масштабе.

Как я уже сказала, Сочи — это узкая полоска земли с субтропическим климатом внизу и снегом в горах. «Эффект Килиманджаро» в случае Сочи, похоже, заключается в том, что, как только в горах пробили тоннели, теплый морской воздух с побережья стал поступать по этим тоннелям в те самые горы, где должны проводиться соревнования. То есть в Сочи построили не только одноразовую железную дорогу для перевозки людей на Олимпиаду, но и постоянно действующий воздухопровод для уничтожения уникального климата Красной поляны.

В истории есть масса примеров, как правители строили сравнительно бесполезные с чисто практической точки зрения сооружения, чтобы дать работу гражданам, развить в городе ремесла. Именно для этого Перикл, например, затеял обширное строительство в Афинах. Именно поэтому Медичи украшали зданиями Флоренцию. В конце концов, по этому принципу во времена Великой депрессии строили в США хайвеи.

В Сочи история получилась беспрецедентная. Никакого развития местной рабочей силы не произошло, потому что Сочи строили гастарбайтеры, причем, несмотря на 50 млрд долл., многим из них не заплатили. Их попросту депортировали. Интернет полон историй узбеков, таджиков и даже сербов, которые все выглядят однотипно: выполняли работу для Сочи, денег не получили, были депортированы.

С учетом того, что Сочи строили люди (в том числе и квалифицированные рабочие), которые работали бесплатно, а потом были депортированы за госсчет, понятно, что никакая российская рабочая сила не могла с ними конкурировать. Но самое интересное, почему не платили рабочим: им не платили потому, что не платили субподрядчикам. Субподрядчики сплошь и рядом не получали денег и были вынуждены работать за свой счет. Вопрос: куда же делись эти 50 млрд долларов?

Еще одним существенным фактором стала террористическая угроза. Сочи граничит с Северным Кавказом, где теракты происходят раз в два дня, и, чтобы обезопасить Сочи, пришлось принимать драконовские меры безопасности. Я рискну предположить, что меры эти будут весьма действенны, и оцениваю вероятность терактов в Сочи как весьма низкую. Но, чтобы испортить праздник, не нужно теракта — достаточно одной угрозы.

На настоящий момент на Олимпийские игры продано всего 70% билетов, хотя на предыдущих зимних Олимпиадах эта цифра составляла 98-99%. Зарубежных туристов отпугивают и кавказские террористы, и российская бюрократия. Если власти не хотят, чтобы соревнования проходили при полупустых трибунах, им придется свозить на них «нашистов» автобусами и сгонять людей по бюджетной разнарядке, как они по бюджетной разнарядке сгоняли людей в аэропорт в момент приезда делегаций МОК.

Почему в северной стране для проведения зимней Олимпиады выбрали единственное место, где зимние спортивные сооружения потом не пригодятся? Почему в стране, плотность населения которой 8,4 чел. на 1 кв. м, выбрали место с плотностью населения 2081 чел. на кв. м? Почему в стране, которая занимает одну девятую часть суши, выбрали единственный край, который граничит с террористами и войной?

Ответ, вероятно, прост: так было приятно Владимиру Путину. Владимир Путин любит горные лыжи и любит роскошные яхты. Сочи — единственное место в России, где в один и тот же день можно покататься и на том и на другом. Поэтому Путин проводит много времени в своей резиденции в Красной поляне. Фактически он сделал из Сочи третью столицу России. Это бывает — выбор столиц ярко характеризует правителя. Петр Великий, например, хотел прорубить окно в Европу и построил Санкт-Петербург. Путин любит лыжи и яхты — и поэтому у нас в Сочи проходит Олимпиада.

И наконец, самое главное. Власть в России авторитарна. Любая авторитарная власть несет куда большую ответственность перед народом и историей, нежели демократическая. Авторитарный лидер задает подданным пример, и этот пример очень важен. Уже упоминавшийся авторитарный лидер Петр Первый ценил науки и европейскую цивилизацию, и он внедрил и то и другое в России. Во времена просвещенного абсолютизма европейские монархи ценили науку и просвещение, поэтому в Европе возобладало и то и другое. Там, где монархи науки и просвещения не ценили — например, в Испании, — страна осталась дремучей и темной.

Поведение Владимира Путина в этом смысле антипример. Ни Петру Первому, ни Фридриху Великому не приходило в голову пропагандировать спорт.

Спорт высоких достижений давно не имеет ничего общего со «в здоровом теле — здоровый дух». Куда чаще он опирается на достижения фармакологии, и изнурительные многочасовые тренировки не оставляют спортсмену времени на умственное и духовное развитие. Физическая сноровка — это то, в чем животный мир всегда превзойдет человека. Сколько бы мы ни прыгали в высоту, чемпионом в прыжках в высоту, относительно длины собственного тела, останется блоха. Единственное, что достойно пропаганды и рекламы, так это достижения в том, что делает человека человеком — а именно в разуме и в духе.

Российский крупный бизнес нагибали, чтобы он строил ледовые дворцы, но не нагибали, чтобы он жертвовал на университеты. Путин проводил бесконечные совещания и инспектировал спортивные объекты, но мы не видели, чтобы Путин столь же заботился о науке или образовании. Это важный месседж, который авторитарный правитель посылает всем — бизнесу, бюрократии, подданным. «Зрелища — это важно. Наука — это фигня». Это очень страшный месседж. Он проник в кровь, плоть и телевизор, и даже Алексей Навальный, по вполне понятным популистским мотивам, не решается его оспаривать. «Мы за Олимпиаду, но против воровства».

Так вот, я против именно Олимпиады. Даже не потому, что там воровали. Даже не потому, что, воруя, не платили рабочим. Даже не потому, что строили одноразовые и бесполезные объекты в месте, для этого заведомо не подходящем. А в первую очередь потому, что вся сочинская Олимпиада является дорогостоящей личной причудой правителя, любящего яхты и лыжи, что месседж, посылаемый ею стране — «Зрелище – это важно. Наука — это фигня», — ужасен.

Фото ИТАР-ТАСС/ ЕРА / HANNIBAL HANSCHKE

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24440
14 ФЕВРАЛЯ 2014,

ИТАР-ТАСС

Российский фигурист Евгений Плющенко, единственный, кто представляет Россию на Олимпиаде в мужском одиночном катании, снялся с соревнований из-за травмы позвоночника и объявил о завершении своей спортивной карьеры.

История классическая и имеющая мало отношения к Олимпиаде. История, в которой, как в капле воды, отразилась вся атмосфера сегодняшней России.

Есть великолепный, гениальный, замечательный фигурист Плющенко. С золотой медалью Олимпиады 2006 года и двумя серебряными в 2002-м и 2010-м. Но Плющенко, во-первых, тридцать один год. Детский возраст в современном мире, но в фигурном катании, с его запредельными, нечеловеческими нагрузками — возраст более чем солидный. Самому «старому» олимпийскомучемпионув мужском одиночном катании шведу Гиллису Графстрему было 28, и было это в далеком 1928 году, когда нагрузки были смешные.

Во-вторых, Плющенко перенес тяжелую травму позвоночника, у него в спине четыре болта и пластиковый позвонок и с 2010 года он участвовал только в одном международном турнире. В-третьих, Плющенко — влиятельная, к тому же светская персона. Бизнес, шоу, он везде мелькает со своей женой, светской дивой и бывшей супругой Виктора Батурина Яной Рудковской. Как бы бешено он ни тренировался, какой бы волей к победе ни обладал, светская жизнь сказывается.

Но самое главное другое. В прошлом, 2013 году, Евгений Плющенко точно так же снялся с чемпионата Европы в Загребе. Откатал короткую программу и снялся из-за травмы позвоночника. Перед тем как он снялся, его по результатам короткой программы опережал Сергей Воронов.

В чемпионате мира-2013 Плющенко не участвовал. Потом на чемпионате России в Сочи в 14-м году он уступил Максиму Ковтуну. В чемпионате Европы-2014 опять не участвовал. Всего, как уже сказано, после 2010 года Плющенко участвовал только в одном международном турнире.

Понятно, что если бы 18-летний Ковтун выигрывал бы все соревнования, то никакого административного ресурса у Плющенко подвинуть его не было бы.

Но, на счастье Плющенко, это было не так. Прошлогодний чемпионат мира Ковтун продул, заняв 17-е место, и так как именно по итогам чемпионата определялась квота на Олимпиаду, Россия получила квоту всего на одно место. На чемпионате Европы-2014 Ковтун занял только пятое место, пропустив при этом вперед двух россиян — Сергея Воронова и Константина Меньшова.

Как в этих условиях должен был определяться единственный российский участник в одиночном катании? Ответ: по правилам.

Правила эти опубликованы на сайте национальной федерации 19 декабря 2013 года, и гласят, что отбор будет осуществляться в два этапа. Предварительный — по итогам чемпионата России — и окончательный — по итогам чемпионата Европы.

Евгений Плющенко, при всей его гениальности, никак, по этим правилам, на Олимпиаду не попадал. Плюс возраст, плюс риск того, что повторится то самое, что случилось на чемпионате Европы в 2013 году (что и случилось). Попадали либо Ковтун, либо Воронов.

И что же происходит? Ровно через месяц после опубликования этих правил, 21 января 2014 года, случается изумительное, не имеющее аналогов явление — «контрольный прокат» Евгения Плющенко в Новогорске. При закрытых трибунах. При полном отсутствии зрителей, судей и конкурентов. На этот прокат не позвали состязаться с Плющенко никого, хотя бы тех же Ковтуна и Воронова.

И по итогам этого закрытого, без конкурентов, просмотра Евгения Плющенко, великого спортсмена, персонажа светской хроники и доверенное лицо Путина, назначают, вопреки правилам собственной же национальной федерации, единственным фигуристом, представляющим Россию на Олимпиаде в мужском одиночном катании.

Драму Плющенко можно понять: можно представить себе, как он тренировался, чтобы восстановиться после тяжелейшей травмы, какой неистовой волей к победе был наделен, чтобы идти после короткой программы вторым, и как ему хотелось выиграть четвертую медаль своей четвертой Олимпиады.

Но во всей этой истории был нарушен главный принцип спорта: чемпионы выигрывают. Их не назначают по итогам закрытого просмотра при пустых трибунах. Евгения Плющенко назначили чемпионом. В административном соревновании с Ковтуном и Вороновым он выиграл. Выиграть в открытом соревновании у Юдзуру Ханю и Патрика Чана оказалось сложнее.

Так, благодаря особенностям системы принятия решений в России великий спортсмен, который мог уйти непобежденным, теперь останется в истории как человек, который благодаря интригам и маневрам получил место на Олимпиаду — и снялся с соревнований.

Фото ИТАР-ТАСС/ Артем Коротаев

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24452
17 ФЕВРАЛЯ 2014

Шендерович написал колонку, в которой сравнил Сочинскую олимпиаду с Берлинской, а путинский режим, соответственно, с фашизмом. После чего против него началась мощная срежиссированная кампания травли.

Самое изумительное во всей этой кампании то, что, хотя режим наш мало походит на фашистский, кампания эта как две капли воды походит на тоталитарные кампании шельмования, развязывавшиеся нацистами, Сталиным и Мао. То есть чем мощнее кампания, тем более оправданным кажется тезис Шендеровича.

Конечно, на самом деле кампания против блога Шендеровича на «Эхе» не имеет никакого отношения к содержанию блога. Просто есть группа лиц, которые всеми силами хотят уничтожить «Эхо», как и «Дождь». Они стояли на низком старте, им нужен был любой повод, не прикопались бы к колонке про фашизм, возмутились бы, почему у Шендеровича красные (черные, желтые, белые) носки.

Искусство блажить — то есть по любому поводу орать выбранной жертве: ты мою маму, папу, мои духовные скрепы обидел — равно хорошо освоено и уголовниками, и пропагандонами. В данном случае известно, что Путин очень трепетно относится к Олимпиаде, что сравнение с Мюнхеном его особенно взбесит, так что адресатом кампании в первую очередь является Путин — это его хотят убедить, что всех этих либеральных негодяев, включая «Эхо», надо закрыть и что негодующая общественность этого требует.

Теперь о важном.

Сравнение путинского режима с гитлеровским, на мой взгляд, некорректно. Организаторы кампании шельмования отняли у меня возможность спорить с Шендеровичем, потому что нельзя спорить с теми, кого травят, и вдобавок они-то как раз тщатся продемонстрировать сходство, но все-таки я скажу.
Оно некорректно не потому, что «так нельзя» и «это слишком», а просто потому, что природа путинского режима и природа всех тоталитарных режимов середины ХХ века принципиально, на мой взгляд, различна.

Фундаментальных различий два. Во-первых, эти режимы были нацелены на завоевание всего мира и на технический прогресс. Они внушали своим гражданам: мы самые совершенные и мы завоюем весь мир. Путинский режим завоевывать весь мир не хочет, потому что как же тогда отдыхать в Майами и где покупать «мерседесы»? Путинский режим именно существует как придаток свободного мира, экспортируя туда нефть и импортируя все остальное — машины класса люкс, личные самолеты, унитазы, дверные ручки, архитекторов, отделывающих путинский дворец в Геленджике, и пр. Какое уж тут завоевание?

Во-вторых, тоталитарные режимы держались на насилии. Людям не затыкали рот — людям вырывали языки с корнем. При всей отвратительности кампании против Шендеровича мы понимаем, что она не закончится арестом, Освенцимом и ГУЛАГом. Это тоже принципиальная вещь. Когда ресурсов у общества было мало, диктатор сидел наверху, забирая у большинства все, а большинство ненавидело его, но боялось — так было или так, по крайней мере, казалось поклонникам свободы и демократии.
Сейчас, когда технический прогресс сделал возможным общество, где большинство не работает или почти не работает, мы наблюдаем принципиально другой тип режима — когда авторитарный популист сидит наверху и получает со страны ренту, а большинство, которое тоже надеется на халяву, при этом его поддерживает. Это происходило и происходит в Венесуэле, Таиланде, Аргентине, Боливии, в африканских и арабских странах. В этом смысле типологически правильнее сравнивать путинскую петрократию не с фашизмом и не со Сталиным, а с кучей ретроградных мусульманских или популистских режимов где-нибудь в Судане или Венесуэле, которые объясняют своей заведомо отсталой стране, что, да, вот те гады за океаном богатые и поэтому они плохие, а мы бедные, но зато у нас духовные скрепы, и которые при этом, со всем своим Аллахом и духовными скрепами, жрут в три горла, выписывают себе за миллионы западных див на корпоративы, учат детей в Америке, виллы покупают в Ницце, а счета держат в Швейцарии.

Еще раз: сравнение не потому некорректно, что «так нельзя», а просто потому, что режимы коренным образом отличаются. К тому же называть кого-то «фашистом» — это либеральное дурновкусие. В современном политкорректном новоязе слово «фашист» выродилось и в переводе значит вот что: «я твою точку зрения не разделяю, но так как возразить мне нечего, я тебя обзову фашистом». Ты против всеобщего избирательного права — значит, ты фашист. А ничего, что Джордж Вашингтон тоже был против всеобщего избирательного права, а первой европейской конституцией со всеобщим избирательном правом была как раз конституция Муссолини?

Но самое важное, что я хочу сказать, не об этом. Так получилось, что публичная кампания травли Шендеровича совпала с другой кампанией — против Ирины Родниной, опубликовавшей в «Твиттере» коллаж Обамы с бананом.

Разумеется, разница между двумя кампаниями видна невооруженным глазом. Кампания против Шендеровича — организованная травля, которая имеет конкретную цель —подставить, а если получится, то и закрыть «Эхо Москвы», кампания против Родниной родилась стихийно, в стадном либеральном порыве.

И ведут себя оба ее фигуранта по-разному. Шендерович отстаивает свою точку зрения. Роднина же сначала сказала гнусность (оскорбление — это всегда гнусность, потому что в том-то и суть оскорбления, что его нельзя логически опровергнуть, на него можно ответить только встречным оскорблением или пощечиной), а теперь еще и держит нас за идиотов. Полгода она торжествовала и писала в «Твиттере»: «Свобода слова есть свобода слова. За свои комплексы сами и отвечайте», а через полгода вдруг заявила, что ее аккаунт был взломан.

И тем не менее, в них сходно главное: вопрос о подсудности слова. И Шендерович, и Роднина что-то сказали. И Роднина, при всей гнусности ее твита, совершенно права. Свобода слова есть свобода слова. Либо она есть, либо ее нет.

И я хочу обратить внимание либеральной общественности на то, что принцип свободы слова не может соблюдаться только относительно либеральных высказываний. В современном западном мире создана очень странная атмосфера, при которой за твит, сочтенный «расистским», могут выгнать с работы, снять с олимпийских соревнований. Кампании против Ирины Родниной предшествовала кампания против Ивана Охлобыстина, который что-то там предложил в очередной раз делать с геями — не то жечь сердца, не то закапывать в землю, и геи всего мира принялись слать письма с требованием уволить Охлобыстина из «Евросети». И не находили в этом ничего странного. И Охлобыстина уволили.

Ребята, как же так? Свобода слова или есть, или ее нет. А не так, как написано на сайте «Гринпис», в разделе «часто задаваемые вопросы», что «Freedom of speech does not apply to misinformation and propaganda».

Потому что в мире, где либеральная общественность считает, что свобода слова не распространяется на Охлобыстина и Роднину, кремлежулики и пропагандоны будут считать, что она не распространяется на либеральную общественность. И крыть либеральной общественности будет нечем.

Свобода слова или есть, или ее нет. А если свобода слова не касается тех, кто говорит неправду, то кто же будет определять, что правда, а что нет?

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24531
26 ФЕВРАЛЯ 2014

ИТАР-ТАСС

Недели три назад, когда началась атака на «Дождь», приятель мой, приехавший из Давоса, радостно приветствовал меня словами: «Надо же, наехали на «Дождь». А в Давосе все говорили, что «Эхо» будет первым». На что я ответила: «А целили-то как раз в «Эхо».

Это была святая правда: «Дождь» и в самом деле попался случайно. Программа «Дилетанты», в которой был задан злополучный вопрос о блокаде Ленинграда, делается вместе с «Эхом», и, как рассказывают, когда Путину, едущему на Пискаревское кладбище, прямо в машине показали распечатку эфира «Дождя», то сказано при этом было приблизительно следующее: «Вот что «Эхо» вытворяет!» На что Главный якобы посмотрел и сказал: «А «Эхо» тут при чем? Вопрос-то «Дождя». И пришлось мочить «Дождь».

Так оно было или нет, кто знает, но байка эта хорошо иллюстрирует одну особенность ситуации: проблемы «Эха Москвы» — это не результат повеления Владимира Путина. Путин имеет возможность закрыть «Эхо» без всяческих ухищрений. В конце концов, он может просто вызвать Венедиктова и сказать: «Уходи». Проблемы «Эха» — это результат личного конфликта Алексея Венедиктова и Михаила Лесина, в октябре прошлого года назначенного главой «Газпром-медиа». Ну, и еще парочки интересантов, из которых главным называют Алексея Громова — человека, который, по слухам, каждую неделю вместе с Лесиным в узком кругу на Рублевке играл в карты и который, собственно, и воскресил Лесина из политического небытия и способствовал его вознесению на самую вершину медийного Олимпа.

Само назначение Лесина не имело никакого отношения к «Эху Москвы». В России настало время монополий, контролируемых друзьями президента Путина. Монополий газовых, нефтяных, медийных. Медийная монополия — это братья Ковальчуки.

В течение нескольких лет они сосредоточили в своих руках контроль над крупнейшими негосударственными телеканалами, купив РЕН-ТВ, «Пятый канал», 25% СТС-медиа и 25% «Первого канала», а кроме того — «Русскую службу новостей», «Известия» и Lifenews.

При этом парадоксально, но факт — «Газпром-медиа» (по сути, бывший «Медиамост» Гусинского) формально принадлежал структурам Ковальчуков, но в реальности контролировался Газпромом. Это происходило благодаря его гендиректору Николаю Сенкевичу, который вдобавок считался человеком Дмитрия Медведева.

Снятие Сенкевича и назначение Лесина (которого, напомню, именно президент Медведев с беспрецедентной резкостью уволил из своих советников «за несоблюдение правил госслужбы и этики поведения», по просочившимся в прессу формулировкам) и означало переход «Газпром-медиа» под контроль Ковальчуков. Последовавшая в конце ноября покупка «Профмедиа» завершила становление медийной монополии в общих чертах.

Монополизация медийных активов сопровождалась монополизацией рынка рекламы. Дело в том, что «Видео Интернешнл», проданное Ковальчукам в июне 2010 года, контролировало около 70% рынка телевизионной рекламы, а львиная доля оставшегося контролировалась «Алькасаром», продававшим рекламу НТВ.

Трудно сказать, чем именно руководствовались братья Ковальчуки, поставив во главе своего суперхолдинга бывшего министра печати, казалось, давно уже выпавшего из административной колоды и имеющего серьезные риски на Западе из-за «шестого протокола» и войны за НТВ. Возможно, свою роль сыграла рекомендация Громова. Возможно, им было приятно поставить Лесина на место человека Медведева. Возможно, сыграл свою роль тот факт, что бывший министр печати и бывший акционер «Видео Интернешнл», ведя войну с НТВ, еще тогда планировал создать на базе «Медиамоста» медийно-рекламную монополию. (Разумеется, он вряд ли предполагал тогда, что будет создавать ее для Ковальчуков.)

В любом случае нетрудно заметить, что «Эхо Москвы» во всей этой истории находилось совершенно на пятых ролях. Речь шла о создании медийной и рекламной монополии гигантских масштабов, об управлении огромными потоками денег — а вовсе не о такой мелочи, как независимая в своей политике радиостанция, главный редактор которой является непревзойденным дипломатом, не уступающим, однако, Кремлю в принципиальных для свободной прессы вещах, и имеет особые отношения с Путиным. По сути, цензором Венедиктова является Путин.

Однако помимо порученных ему акционерами задач, у Михаила Лесина есть богатая личная история. Немедленно сразу после его назначения «Эхо Москвы» стало объектом целого ряда интриг, последняя из которых увенчалась успехом. Я имею в виду внеочередное собрание акционеров, назначившее генеральным директором «Эха» Екатерину Павлову, супругу Алексея Павлова, замначальника управления пресс-службы и информации президента. Павлова работала на ВГТРК продюсером и шеф-редактором «Вестей», а потом — на радиостанции «Голос России» в должности заместителя председателя по вещанию.

«Эхо Москвы» отбивалось тихо, предпочитая не озвучивать проблемы, а их решать. Медийными войнами и публичной травлей — вроде кампании против Виктора Шендеровича, в рамках которой по государственному телевидению продемонстрировали порнуху с его участием — занимались как раз его оппоненты, возбуждая на Западе самые нелестные для Кремля ассоциации.

Зачем разгром «Эха» нужен Алексею Громову — понятно. Он поставлен контролировать прессу, и ему вряд ли приятно, что «Эхо» контролирует не он, Громов, а лично Путин. Зачем это нужно Михаилу Лесину, тоже понятно. Человек, вернувшийся из политического небытия, обычно склонен использовать новоприобретенный административный ресурс для мести и удовлетворения личных амбиций. Не совсем понятно, нужно ли это Путину и Ковальчукам. В конце концов, если «Эхо Москвы» будет разгромлено, никто в мире не будет списывать это на персональные фрустрации бывшего министра печати. Все сочтут ответственным за это лично Путина.

Фото Светланы Соколовой (ИТАР-ТАСС)

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=24742
21 МАРТА 2014,

ИТАР-ТАСС

Две недели назад на пресс-конференции Владимир Путин объявил, что если он введет войска в Украину, то «только для защиты украинских граждан». И пускай попробуют «стрелять в своих людей, за которыми мы будем стоять сзади, не впереди, а сзади. Пускай они попробуют стрелять в женщин и детей!».

Не прошло и двух недель, как слова Путина стали явью: штаб ВМС Украины в Севастополе был взят митингующей толпой. Украинские военные не стреляли, потому что в толпе были женщины. Оказалось, что то, что говорил Путин – это и есть военная стратегия, которой Россия будет придерживаться в войне с Украиной. Последний раз в новейшей истории России такое случилось в 1995 году, когда, якобы, во время штурма президентского дворца в Грозном чеченцы выставляли в окна пленных русских солдат. Да и то все-таки солдат, и к тому же это, скорее всего, байка, сочиненная национал-патриотами. Здесь ничего сочинять не надо: Владимир Путин публично сказал это сам. Даже палестинские террористы, регулярно использующие подобную тактику, не имеют обыкновения хвастать о ней на многомиллионную аудиторию.

Этим дело не кончилось: после успешного штурма штаба ВМС женщинами и детьми командующий ВМС Украины был задержан крымской прокуратурой за то, что он распространил приказ «применять оружие в отношении мирных граждан». Как это перевести на русский язык, я решительно не понимаю. Украинские военные не применили оружие против «мирных граждан» и не получали такого приказа. Они получили приказ применять оружие против боевиков, которые накануне штурмом и с человеческими жертвами взяли фотограмметрический центр Центрального военно-топографического и навигационного главного управления оперативного обеспечения ВС Украины в Симферополе. Тогда двоих украинских военных подстрели снайпер: одного убил, другого тяжело ранил.

Если эти боевики были российскими военными, напавшими на украинскую военную часть, то это, увы, прямая профессиональная обязанность украинских военных – стрелять в ответ. Если эти боевики российскими военными не были, значит, с точки зрения украинского государства, они были террористы. Это опять-таки прямая обязанность военных – стрелять в террористов.

Сначала Путин назвал наших военных «силами самообороны». Теперь Командующего ВМС Украины обвиняют в том, что он готов был стрелять в мирных граждан, мирно вооруженных снайперскими винтовками. (Но в женщин, которых «мирные граждане» доблестно пустили вперед, не стал.)

Моя страна, моя Россия оруэллизируется на моих глазах. Такое впечатление, что мы живем в чьем-то горячечном бреду, и в этом бреду неуютно и страшно.

Абсолютно все действия, которые предпринимает российская власть, она приписывает своим противникам.

Она утверждает, что Майдан устроен на деньги Запада – и сама посылает провокаторов в Донецк и Харьков громить здания администрации. Она утверждает, что в результате украинской революции к власти пришли «фашисты» – и сама посылает в Украину экстремистов и провокаторов. Это классическое, в психиатрии многократно описанное поведение социопата. Социопат:

а) считает себя искусным манипулятором и уверен, что он всегда может убедить этих глупых людишек, что белое – это черное;

б) тех, кого убедить не удается, считает личными врагами;

в) приписывает свои поступки своим врагам.

Последнее он, кстати, делает совершенно искренне: Сталин искренне считал, что СССР переполнен западными шпионами ровно потому, что Запад был переполнен шпионами и агентами влияния Коминтерна. В этом смысле главным объектом манипуляций социопата обычно становится он сам.

Если социопат находится внизу общественной пирамиды, это рано или поздно приводит к его краху. К сожалению, если социопат находится наверху пирамиды, то происходит обратное: точка зрения социопата становится общепринятой религией или идеологией. Никакого краха социопата не происходит, но рано или поздно происходит крах общества, во главе которого он стоит.

К сожалению, именно потому что поступками социопата руководит безграничная злая воля, основанная на уверенности в том, что он всегда эту злую волю сможет приписать окружающим, социопат всегда объявляет себя невинной жертвой, окруженной со всех сторон строящими козни врагами.

В этом смысле Владимир Путин наконец нашел новую национальную идею России. Это – ее палестинизация. Превращение ее в государство, которое со всех сторон окружено врагами. По такому принципу живет сейчас Палестина под властью ХАМАС. По такому принципу живет сейчас половина африканских государств: если они бедные, то это не из-за жадности коррумпированных диктаторов, а из-за козней проклятых белых. По такому принципу живет половина Южной Америки: если в Венесуэле экономический крах, то понятно – это из-за козней проклятых гринго.

И в этом смысле тем, кто предрекает России из-за маленького победоносного аншлюса Крыма экономические сложности вкупе с грядущим разочарованием в Путине – тройное ха-ха. А вы не думаете, что ситуация ровно обратная? Путин нашел замечательный способ объяснить неизбежный грядущий экономический крах России происками Запада.

А если вы думаете, что «Запад вмешается», «Запад поможет», то скажите, пожалуйста, почему Запад не «вмешался» в Африке? На Ближнем Востоке? В Латинской Америке?

В романе «1984» Джордж Оруэлл описал мир глобального тоталитаризма: мир, который поделен между тремя равно отвратительными тоталитарными государствами. Но после краха СССР мир оказался устроен совершенно другим образом. Есть свободный мир – великая река открытой экономики, в которую любое государство, маленькое или большое, демократическое или авторитарное, вольно влиться. И есть изолированные от него заводи, в которых правители, погружая своих подданных все глубже в болото паранойи и нищеты, укрепляют свою власть, объясняя эту нищету происками внешних врагов.

Таких стран в мире, увы, огромное количество. Как я уже сказала, это значительная часть африканских, арабских и латиноамериканских стран. Теперь к этой компании присоединилась Россия.

На фото: Крым. Симферополь. 21 марта. Бойцы самообороны перед украинской воинской частью А2542.
Фото ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=24771
26 МАРТА 2014,

17 марта состоялась маленькая победоносная аннексия Крыма. США в тот же день ответили санкциями, которые, по сути, смехотворны. «Первый раунд санкций должен был послать сигнал Москве, что если она пойдет дальше, то и мы пойдем дальше», — заметил глава МИДа Швеции Карл Бильд.

18 марта, выступая в Совете Федерации, Владимир Путин произнес речь, в которой фактически заявил о правах России на юго-восток Украины. В этой речи также употреблялись слова «разделенный народ» и «национал-предатели» (точная калька с гитлеровского nationalverrater).

На границах с Украиной продолжилось сосредоточение войск, а в Харькове и Донецке — многотысячные путинги, в ходе которых собравшиеся просили Россию ввести войска, чтобы «защитить их от бандеровцев».

При этом российские чиновники открытым текстом давали понять, что Запад не может решить проблему стабилизации Украины без России, для чего нужно изменение Конституции и федерализация Украины. В переводе это означает: «Если вы не хотите, чтобы юго-восток Украины забрали с помощью танков, измените Конституцию Украины и отдайте его России сами».

Ответом Путину 20 марта стал второй раунд санкций, который на этот раз затронул людей из ближайшего окружения Путина: владельца «Гунвор» Геннадия Тимченко, братьев Ковальчуков и братьев Ротенбергов. Формулировки при этом были использованы предельно жесткие. Так, американское казначейство заявило, что Юрий Ковальчук — «персональный банкир Путина», а банк «Россия» — «личный банк высших должностных лиц России».

Запад вполне осознает, что на кону уже не судьба Крыма. На кону вопрос о том, введет ли Путин войска на юго-восток Украины «для защиты местного населения от спонсируемых Западом фашистов».

Начнется ли эта война?

Простой взгляд на карту показывает, что аннексия Крыма — это только начало, а не конец раздела Украины. Крым без сухопутного коридора к нему, как чемодан без ручки — территория без электроэнергии, газа и, главное, воды. Еще в большей степени это касается Приднестровья. В случае перекрытия путей снабжения Украиной эта непризнанная территория оказывается полностью блокированной. Чтобы проложить сухопутный коридор к Приднестровью, Путину нужны Одесская, Николаевская и Херсонская области.

Как будет вестись эта война? К сожалению, есть основания полагать, что эта война будет вестись из-за спин женщин и детей. Во-первых, об этом объявил сам Путин на пресс-конференции. Дословно он заявил: «И пусть попробуют стрелять в своих людей, за которыми мы будем стоять сзади, не впереди, а сзади. Пускай они попробуют стрелять в женщин и детей!». Во-вторых, именно таким способом, за спинами гражданских лиц, в том числе и женщин, был взят штаб ВМФ в Крыму. Это очень эффективный с военной точки зрения способ, но применение его в центре Европы чревато большими последствиями, чем заморозка счетов банка «Россия».

Одна из проблем для Путина в этой войне заключается в том, что для нее сложнее отыскать предлог. В Крыму о референдуме объявила Верховная рада Крыма, хотя бы и контролируемая российскими войсками. В Донецк и Харьков войска придется вводить на основании каких-то совсем уже странных петиций от митингов. В Крыму у Кремля имелось «Русское единство» с премьером Гоблином во главе, и хотя оно получило на выборах 4% голосов, это была хоть какая-то организованная структура. На юго-востоке Украины таких готовых структур нет. Я не сомневаюсь, что Ринат Ахметов будет поощрять в Донецке беспорядки и торговаться с нынешними украинскими властями, как в Китае во время крупных восстаний местные разбойники переходили на сторону то императора, то повстанцев и получали в ходе переходов повышения в чинах, но я сомневаюсь, что Ринат Ахметов выберет Россию, особенно при таком уровне санкций.

Война на юго-востоке Украины, безусловно, выгодна украинским властям. Война за Крым для Украины была невозможна (российская армия взяла все под контроль раньше, чем в Киеве успели сообразить, что происходит), да и невыгодна, потому что население Крыма в 2014 г. поддерживает аншлюс не меньше, чем население Австрии — в 1938-м.

А вот война против России, вторгшейся на юго-восток, для революционного украинского правительства стратегически выгодна, по той же самой причине, по которой революционной Франции оказалась выгодна война против австрийских контрреволюционных агрессоров. Это было событие, сплотившее нацию. Это было событие, породившее нацию.

Если нынешние украинские власти согласятся на все условия Путина, изменят Конституцию и отдадут ему юго-восток, они потеряют власть. Если они откажутся и призовут к сопротивлению агрессору, они станут отцами нации. Понятно, что отцом нации быть лучше, чем потерять власть.

Это значит, что если Путин не отступит перед угрозой дальнейших санкций, то нет ничего, что предотвратило бы войну. А он пока не отступает. В минувшее воскресенье многотысячные путинги прошли в Харькове, Луганске, Донецке и Одессе. Митингующие требовали «по дуге от Одессы до Харькова объединить усилия по одновременному проведению местных референдумов о федерализации Украины» и требовали «расследовать присутствие войск НАТО на Украине».

На фото: Украина. Киев. 17 марта. Во время записи в Национальную гвардию на Крещатике.
Фото ИТАР-ТАСС/ Артем Геодакян

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=24753
25 МАРТА 2014,

ИТАР-ТАСС

Сколько будет стоить России Крым? Не в геополитическом смысле, а чисто финансовом. Сколько денег он принесет в бюджет, и сколько он оттуда заберет?

Крымские пенсии, с учетом числа военных пенсионеров, будут стоить около 80 млрд руб. в год – это больше трети дефицита Пенсионного фонда, ради которого в прошлом году вдвое увеличили отчисления с ИЧП (что привело к ликвидации 720 тыс. оных). Как минимум в сопоставимую сумму обойдутся 200 тыс. крымских бюджетников и правоохранители.

Впрочем, бюджетники – это копейки. Главные деньги в Крыму понадобятся на инфраструктуру. Та, что есть, замкнута на Украину. Электричество, связь, автомобильные и железная дорога, а главное – вода – все это приходит на полуостров с материка. Все это Украина или перекроет, или заломит сумасшедшие цены. Все это придется строить заново. И если стоимость моста через Керченский пролив, даже при аппетитах братьев Ротенбергов, можно хотя бы приблизительно подсчитать, то как решить в короткое время проблему снабжения полуострова водой и во сколько это обойдется, представить себе просто невозможно.

Опять же, в строительстве инфраструктуры беды нет. Важно, не сколько она стоит, а какое количество рабочих мест это строительство создает и как созданная инфраструктура потом помогает бизнесу. В конце концов, во всем мире во все эпохи – начиная от Афин Перикла и кончая США времен Рузвельта – храмы, дворцы и дороги строили ровно затем, чтобы снабдить работой граждан и поднять экономику города.

К сожалению, Россия в этом смысле отличается и от Афин времен Перикла, и от США времен Рузвельта. По опыту Сочи мы знаем, что масштабные строительные проекты: а) осуществляются гастарбайтерами, то есть местное населению рабочие места не получает; б) не приносят даже денег субподрядчикам, которые строят в долг и разоряются. Они приносят деньги – причем огромные – только верхушке, близкой к Путину. А по опыту Южной Осетии мы знаем, что в регионе, контролируемом криминалом, деньги вообще могут исчезать без следа.

Трудно себе представить, чтобы в Крыму, руководимом премьером по кличке Гоблин, освоение средств на инфраструктуру сильно отличалось от освоения средств Южной Осетии или как минимум Сочи.

Как отобьются эти деньги и на чем сможет заработать население Крыма?

Крым – это, прежде всего, курорт. Российские предприятия имеют право вычитать из отчислений, поступающих в Фонд социального страхования, деньги, потраченные на путевки для сотрудников, в том случае, если сотрудников отправили в пансионат на территории России. Я не сомневаюсь, что в этом году всех обяжут отправлять сотрудников в Крым, и крымские здравницы будут переполнены шахтерами из Кемерово и металлургами с Магнитки.

Однако здравницы – это еще не все. В Крыму десятки тысяч людей в летний сезон сдают свои частные халупы. При этом последние годы 25% отдыхающих приезжали из России, а 75% – из Украины и других стран СНГ. Вот эти 75% будут потеряны.

Крым – самая южная и райская по климату часть России, всесоюзная здравница в советское время. Но сейчас не советское время. Сейчас – рынок. А туризм, за немногими исключениями – это чисто рыночная отрасль.

Соревноваться на туристическом рынке Крыму придется не с подмосковным пансионатом «Ласточка». А с Болгарией, Кипром, Бали, Мальдивами и пятизвездочными отелями в Египте и Турции, где фантастическое качество вышколенной прислуги предлагается по очень низкой цене.

Можно соревноваться? Можно.

Для этого должно быть несколько вещей. Во-первых, высокая рождаемость и никаких социальных выплат. Вот тогда, как в Анталье: вы приезжаете в отель и вас встречает вышколенный персонал, который дрожит над тем, чтобы не потерять место. Трудно себе представить, чтобы люмпенизированное население Крыма, особенно взбудораженное свежеувеличенными пособиями и переделом украинской собственности, могло обеспечить сравнимого качества сервис.

Во-вторых, прибрежная полоса Крыма в настоящее время представляет собой череду полуразвалившихся, бандитским способом приватизированных советских пансионатов и новых кафе, построенных примерно по той же технологии, по которой в Бразилии строят фавеллы. По ночам из этих кафе гремит музыка, от которой трясутся кровати в соседних гостиницах. Отдыхать в этой обстановке может либо бюджетник, либо бомж. Чтобы привести туда рыночного отдыхающего, надо снести там все и построить «Хилтон». И то, и другое затруднительно. Во-первых, «Хилтон» в Крыму строиться не будет, во-вторых, кафе в стиле «фавелла» и развалины пансионатов принадлежат тем самым бандитам, которые сейчас воскресли из небытия 90-х и руководят Крымом в лице премьера по кличке Гоблин.

В-третьих, часть береговой линии Крыма занята роскошными барскими поместьями украинской элиты, точно так же, как Сочи занято поместьями президента Путина, губернатора Ткачева, патриарха Кирилла и пр. Очевидно, что эти поместья будут переданы новым хозяевам, но будут сохранены как класс. Путин, наверное, построит резиденцию в Крыму – 27-ую по счету. (Вообще, я думаю, что желание иметь резиденцию в Крыму было важным побудительным мотивом всех этих событий. Мы тут думаем о геополитике, а, может, Путину просто надоела Красная Поляна и он хочет Ливадийский дворец?)

Проблема заключается в том, что такие поместья несовместимы с рыночным курортом. Рыночный курорт требует непрерывной береговой линии и отсутствия автоматчиков и колючей проволоки. Если кто был в Монако и Ницце, то он помнит, что, хотя виллы там стоят вплотную к берегу, вдоль берега, между виллами и морем, идет бетонная дорожка. По которой можно гулять. И это важнейшая часть инфраструктуры. Курорт не бывает без общественного пространства. Владельцы очень дорогих особняков в большинстве своем не могут выйти голыми к морю, потому что между ними и морем – дорожка. Понятно, что поместья, в отличие от общественного курорта, строятся с прямым выходом к морю. А тех, кто попробует к морю пробраться, как эколог Витишко, посадят.

То есть Крым будет, как и Сочи, отражать социальную структуру современной России. Сверху – поместья для сверхзнати, Ковальчуков-Ротенбергов (тем более что им теперь в Куршевеле не отдыхать), с выходом к морю, с вертолетными площадками, колючей проволокой и «вежливыми зелеными человечками», их охраняющими. Снизу – разваленные пансионаты и кафе с адской музыкой для бюджетников и люмпенов. За свои деньги человек там отдыхать не будет. Только за госресурс или за деньги предприятия.

Иначе говоря, аннексия Крыма будет стоить России гигантских ежегодных денег, но в существующих в России социально-экономических условиях она ничего не принесет бюджету и более того – не создаст для местного населения дополнительных источников заработка (заработка, а не халявы за счет российского бюджета)

Вот в этом, собственно, и есть главная разница между войнами в прошлом и войнами в настоящем, и причина, почему разумные государства перестали вести войны. Не потому, что это аморально, а потому, что это невыгодно.

Когда мы говорим «война», мы не задумываемся, что 1000 лет назад и сейчас этим словом назывались процессы экономически диаметрально противоположенные. Настолько разные, что кроме самого акта убийства – как верховного довода правоты – их ничто не связывает.

Война в древности и в Средневековье была, прежде всего, способом наживы. Получить территорию было тоже хорошо, потому что это был способ долговременной наживы. Представляете, Атилле или Карлу Великому сказали бы: «Слышь, парень, ты завоевал Крым, теперь тебе придется платить пенсии». Какие пенсии? Я завоевал Крым, я всех мужиков перерезал, всех стариков перерезал, баб продал на рынке, кроме тех, которых оставил себе для развлечения. У меня теперь много рабов, да и золотишко кое-какое, которое я посдирал с отрубленных пальцев. Какие пенсии? Кому? Рабу, которого продали на рынке?

Еще не так давно война была капиталистическим предприятием с целью извлечения прибыли. Ты инвестируешь в доспехи и орудия производства победы, т.е. воинов, и они приносят тебе дополнительную прибыль. Ты получаешь плоды грабежа, преданных людей, которые обязаны тебе прибылью, плюс территорию, которая приносит деньги.

Даже когда Екатерина завоевывала Крым, это было стратегически прибыльное предприятие. Во-первых, устранялась опасность набегов, во-вторых, прокладывался путь к Константинополю, овладеть которым было главной мечтой российской короны. В-третьих, все очень просто: богатство страны вытекало из количества пригодной к земледелию земли. Чем больше такой земли, тем больше население. Чем больше население, тем больше богатство.

Какая прибыль от Крыма сейчас?

Фотография ИТАР-ТАСС
3,892

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=25347
16 ИЮНЯ 2014,

20 апреля славная телекомпания НТВ в программе «Чрезвычайное происшествие» показала в эфире «жительницу города Краматорска» Людмилу Журомскую. Г-жа Журомская демонстрировала свой подвал, в котором она «в мирное время, в 21 веке, прячется от бомбежек». «Жительница города Краматорска» живет в 300 км от него в Запорожской области в селе Терпиння. Подвал располагается там же, съемки велись там же, и мне представляется, что корреспонденты НТВ никаким образом, даже накушавшись самого тяжелого героина, не могли случайно перепутать подвал в Краматорске с подвалом в селе Терпиння.

Фейк – бог с ним, но вот, что важно: каждый день, утром и вечером, российские государственные телеканалы и примкнувший к ним Следственный комитет ездят нам по ушам, рассказывая о том, как бесчеловечные украинские фашисты бомбят собственное население. Этот острый приступ гуманизма внезапно поразил российские власти, которые до сих пор к бомбежкам собственного населения (например, в г. Грозный) относились весьма равнодушно и даже были замечены в расстрелах из танков — без особой военной надобности — многоэтажных домов в Махачкале или Буйнакске по случаю нахождения в одной из квартир парочки боевиков.

Давайте все-таки определимся и поставим точки над i. В бомбежках мирного населения во время войны виноваты, в первую очередь, те, кто начали эту войну. И тем более те, кто прикрываются мирным населением.

Представим себе вместо Людмилы Журомской жительницу Дрездена, которая в феврале 1945 г. дает интервью CNN. «Я мирный человек, — говорит она. — Я никогда ни в чем таком не участвовала, а эти самолеты союзников убили 25 тыс. человек в моем городе и превратили мой дом в руины». Жалко ее? Конечно. Кто виноват в том, что ее город бомбят? В первую очередь, Гитлер (и Сталин, замечу я). Тот, кто начал Вторую мировую войну. Не начал бы Гитлер войну… трудно мне себе представить, чтобы вот так из ясного неба прилетели американцы и разбомбили Дрезден.

Случай Славянска чем-то отличается? Увы, да. В худшую сторону, потому что много плохого можно сказать про Гитлера, но я еще не слышала, чтобы немецкие солдаты прикрывались мирным немецким населением.

Это началось с Палестины и с бесстрашных палестинских борцов за права человека и за уничтожение государства Израиль. Палестинские террористы стали систематически размещать свои ракеты на крышах домов, больниц и пр. Сначала они прикрывались мирным населением, будучи уверены, чтоHumanRightsWatchкаждую израильскую ракету, поразившую размещенных так террористов, запишут в преступления израильской военщины против мирных женщин и детей, а потом — и вовсе перешли к тактике максимизации потерь среди собственного мирного населения.

Если раньше в истории человечества большие сильные бородатые самцы вели войну так, чтобы максимизировать потери противника, то именно в Палестине был освоен новый способ ведения войны — большие сильные бородатые самцы стали вести войну так, чтобы максимизировать число трупов среди собственных женщин и детей. Максимизировать число своих трупов всегда легче, чем число чужих, и это привело к подлинной революции в целях и методах войны (отмечу, что без защитников прав человека эта новая стратегия войны возникнуть не могла).

Именно такую стратегию Россия применяет в Славянске, копируя палестинских террористов от и до, вплоть до совершенно потрясающих снимков, на которых вооруженные до зубов мужики перебегают улицу, держа перед собой двух испуганных подростков, мальчика и девочку, физически прячась за их худенькими телами.

Вопрос: если на крыше жилого дома размещен зенитный комплекс, кто виноват в том, что этот дом обстреливают? Ответ: тот, кто разместил комплекс.

Дополнительная подлость тут в том, что такой тип войны в принципе непременным своим условием требует гуманности противника. Гитлеровские войска не прикрывались женщинами и детьми не потому, что они были такие гуманные, а потому, что присутствие женщин и детей никак бы особо не смутило союзников. Мирными жителями прикрываются только в тех странах, в которых мирные жители имеют значение.

Вы слышали когда-нибудь про теракт с захватом заложников в Китае? Ответ — нет. Потому что заведомо известно, что китайскому правительству на заложников наплевать. Вы обратили внимание, что после Норд-Оста и особенно Беслана теракты с захватом заложников в России происходить перестали? Потому что после того, как в Беслане мы браво пальнули по школе из огнемета, даже самому тупому террористу стало ясно, что в России брать заложников бесполезно. Вы слышали когда-нибудь, чтобы где-нибудь в Африке два племени воевали, прикрываясь женщинами и детьми? Ха! Это очень глупая стратегия. В женщин и детей удобней стрелять.

То есть сам факт того, что в Донецке и Луганске террористы прикрываются женщинами и детьми показывает ровно обратное тому, что пытаются доказать российское телевидение и Следственный комитет: а именно, что украинскому правительству есть дело до женщин и детей. Иначе бы — не прикрывались.

Давайте сейчас забудем о деталях (немаловажных впрочем). О том, что рассказы российского телеследственного комитета о тотальном геноциде города Славянска, мягко говоря, преувеличены. О том, что размещаемые в сети фотографии мертвых детей, убитых кровавой украинской военщиной, оказываются, как назло, фотографиями жертв бомбежек в Сирии или обезглавленного в Саудовской Аравии педофила. Что видео обстрела Славянска украинскими «Градами» оказалось обстрелом Цхинвали «Градами» российскими 9 августа 2008 г., что, согласитесь, совсем уже особый цинизм: сначала выносили из Цхинвали «Градами» грузинские войска и при этом заявляли, что это грузины обстреливают Цхинвали, а потом тот же суп съели по второму разу.

Вот очень простая вещь. Если Кремль хочет, чтобы украинские власти перестали обстреливать мирных жителей в Славянске, то ему просто надо убрать из Славянска своих боевиков. Потому что это не украинская «гражданская война», как бы нам ни пытались внушить обратное. Потому что, как справедливо посетовал сам командующий боевиками в Славянске, сотрудник СБ российского олигарха Константина Малофеева Гиркин/Стрелков (разместив попутно в собственном блоге фото БТР, горевшего 25 лет назад на площади Тяньаньмэнь, в качестве фотосвидетельства собственных побед над украинскими фашистами), местный народ воевать не хочет.

Без российского оружия, российских (или Януковича) денег и российских боевиков, безнаказанно пересекающих российско-украинскую границу, все бы кончилось в три дня.

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=25583
16 ИЮЛЯ 2014
http://fanstudio.ru/archive/20140716/bH93UC3l.jpg
ИТАР-ТАСС

В 1349 году, после битвы при Кале, английский король ЭдуардIIIи его сын задали пир в честь побежденных рыцарей. Король и принц лично подавали им блюда и не сели за стол до второй перемены, а после этого король отпустил без выкупа одного из пленных — того, кто утром чуть не убил самого короля.

В 2014 году Следстенный комитет обвинил украинскую летчицу Надежду Савченко в содействии убийству российских журналистов. Обвинение это воспринимается прежде всего как месть за героическое поведение этой женщины на допросе, видео которого попало в интернет. В отличие от российских журналистов, которые на обращенные к ним вопросы растекались соплями и бормотали что-то про то, что, да, сами они фосфорных бомб не видели, а сказать о них приказало начальство, женщина, попавшая в руки незаконных вооруженных формирований — то есть маргиналов, которые уже взрезали живот депутату Рыбаку и выбивали зубы бесчисленным заложникам, которым неизвестно что придет в голову и которые не связаны ни законом, ни отчетом, ни совестью, — держится с абсолютным достоинством и на вопрос, кто воюет против боевиков, отвечает: «Вся Украина».

В этих двух принципах подхода к пленным — Эдуарда III и г-на Бастрыкина — разница между психологией рыцаря и психологией чекиста.

Разумеется, я упрощаю. Дегуманизация противника, лишение его человеческих черт, зачисление в штат «нелюди», началась не с российско-украинской квазивойны, а по крайней мере, с франко-прусской.

До этого в течение тысячелетий образ противника преимущественно героизировался, людям, сходившимся в рукопашную, было важно возвысить врага: чем героичнее враг, тем героичнее и победа. Что в «Илиаде», что в «Песне о Нибелунгах» — противники были героями, и побежденных за стол сажал не один Эдуард III, но и Петр после Полтавы.

После того как судьбу сражений стала решать дальнобойная артиллерия, воины перестали видеть друг друга в лицо. Рыцарство умерло, в ход пошла демонизация. В Первую мировую английская и французская пресса рассказывала о бошах исключительно леденящие душу гадости (часто заслуженные), во Вторую — тем более. Помимо дальнобойности артиллерии это было связано еще и с массовостью армии. Чем массовее армия — тем хуже она относится к противнику, чем она эксклюзивнее — тем больше уважает его.

Поэтому не удивительно, что ни одна культура в современном мире не дошла до такой — систематической — дегуманизации противника, как советская армия и исламские террористы.

Вся советская пропаганда в период сталинской подготовки к завоеванию им мира, во время индустриализации и осоавиахимизации СССР на том и строилась, что за границей — буржуины и нелюди. Да и сама Красная армия, имевшая среди всех тогдашних армий наибольшее число офицеров на число солдат, была именно настроена на то, чтобы само высшее начальство оставалось подальше от гущи боя, посылая в пекло солдат, — отсюда и бессмысленные атаки на неприступные заграждения, и минные поля, по которым Красная армия наступала «так, как будто их не было», разминируя их своими телами, и «дорасходуй скорей живую силу и отступаем на переформирование» (рассказанное Дмитрием Орешкиным), и паника в первые дни войны, когда у товарищей генералов, видите ли, «не было связи с войсками», и массовые изнасилования в Восточной Пруссии: распрямляясь, смертник много чего творит. В и без того не рыцарскийXXвек Красная армия была самой нерыцарской из возможных армий.

В конечном итоге это нерыцарское начало Советский Союз и погубило, не меньше, чем экономическое отставание. Война невозможна без славы, слава — без героизма, а какая в Афгане, например, была слава, когда на кладбищах памятники сносили, если на них было написано «погиб в Афганистане»? А победы советских полков приписывали тут же в спину им стрелявшему царандою (отряды Министерства внутренних дел), и советские полки слушали это по радио: что люди, которые во время операции стреляли им в спину, оказывается, и одержали победу.

Тем не менее, Кремль сейчас храбро идет по тому же пути: про добровольцев, погибших в Украине, не говорят, где погиб, однако воюют против них в Украине исключительно «фашисты», «каратели» и «нелюди», таких не грех и убить, сколько раз увидишь его, столько раз его и убей.

Но даже и тут случай с Надеждой Савченко выходит за грань. Что делала Савченко? Воевала. С кем? Если с русской армией, то она военнопленная. Если она воевала с неизвестно какими людьми, которые на территории ее страны захватывают административные здания с оружием в руках, пытают людей, прикрываются мирным населением, как живым щитом, то она воевала против террористов.

Понятно, отчего такое фантастическое обвинение — в убийстве журналистов. Нельзя же, в самом деле, даже российскому СК предъявить ей обвинение в убийстве вооруженных лиц, захватывающих заложников и прикрывающихся женщинами и детьми? И уже совсем не краснея — утверждение о том, что захваченная боевиками Савченко сама пересекла границу как беженка.

Зуб даю, долго сидеть Савченко не будет. Видео допроса «героической летчицы» вызвало такой ажиотаж в Украине, что Савченко стала национальной героиней, и освободить ее — будет первое требование общества к Порошенко. В итоге Савченко просто разменяют: отошлют широким жестом, выдернув из подвала и посадив в президентский самолет: так Каддафи и Лукашенко отсылали Путину пленников. Предъявляя Савченко обвинения, Кремль просто создает тему для торга: это такая дипломатия, как ее понимают некоторые — весьма специфические — правители.

Но самое важное другое. Дегуманизируя противника, рассказывая сказки о «зверствах карателей», от которых неопознанные добровольческие субьекты спасают жителей Донецка, предъявляя фантастические обвинения военнослужащему другой страны, захваченному на территории этой страны боевиками, — Кремль только думает, что унижает противника. На самом деле он унижает себя. Стрелков-Гиркин может сколько угодно играть в реконструкцию и воображать себя последним офицером Деникина. Но на самом деле ничто так не свидетельствует о маргинальности и непрофессионализме боевиков, сражающихся в Украине, как их отношение к противнику как к нелюди. Отношение, свойственное кому угодно — люмпенам, маргиналам, уголовникам, террористам всех мастей, — но не профессиональным военным. С таким отношением сажают бизнесменов в подвал и вымогают у них деньги — но держав не возрождают и Новороссий не создают.

Фото: Игорь Головнев /ZUMA Wire/ ZUMAPRESS.com / ИТАР-ТАСС

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1370692-echo/
31 июля 2014, 17:22
Back in the USSR

В 1991 году для меня, как и для всякого советского интеллигента, мир делился на две части: с одной стороны — открытое общество, с другой — его враги. На Западе — рынок и демократия, в СССР — плановая экономика и тоталитаризм.

Казалось само собой очевидным и не требующим обоснования, что если дать народу свободу и всеобщее (а какое же еще? Все остальное фашизм) избирательное право, то рынок и демократия, свобода экономическая и свобода политическая воцарятся сами собой.

В 1991 году России дали демократию. Сейчас, в 2014-м, когда я пишу эти строки, в России правит диктатура, от которой страна гниет на глазах. После 15 лет беспредельной коррупции, раздела страны между друзьями, тотальной деградации силового аппарата, медицины и образования, после российско-грузинской войны, аннексии Крыма и потери места в «Восьмерке», 88% избирателей одобряют действия Путина.

Мы живем в стране, где массовый избиратель голосует за Путина. Мы живем в стране, где благодаря всеобщему избирательному праву в 1999 году мы выбирали между Путиным и Лужковым. Мы живем в стране, где в 1996-м, если бы народ «выбирал сам», к власти пришел бы Зюганов.

И все равно «полезные идиоты» твердят, как мантру: «Демократия — это хорошо», «без демократии не может быть свободы», «кто против демократии — тот фашист».

Но может быть, Россия — это какая-то особая страна? Приход Путина к власти в результате демократического голосования, его высокие рейтинги, поддержка большинством его борьбы против пиндосов, «грузинских фашистов», «эстонских фашистов», «украинских фашистов» — это какая-то случайная аберрация, а в других странах дело обстоит иначе?

Страны бывшего СССР

Увы — но та участь, которая постигла Россию, постигла все страны бывшего СССР, кроме Балтии. В Казахстане правит Назарбаев, в Белоруссии — Лукашенко, в Киргизии уже сменилась третья диктатура.

Все эти диктатуры пришли к власти в результате демократических выборов, и наивно говорить, что белорусы, голосуя за Батьку, голосовали не за диктатора — Батька стал ровно таким правителем, как и обещал. Мелкий уголовник, «золотой батон» Янукович пришел к власти в Украине именно в результате всеобщего избирательного права.

Но самое печальное случилось в Грузии. Там после масштабных рыночных реформ Михаила Саакашвили, ломавших сами каноны патерналистско-криминального грузинского общества, грузинский народ проголосовал за патерналистско-криминальную партию Бидзины Иванишвили с говорящим названием «Грузинская мечта».

«Не надо нам вашей свободы, порядка и рынка, — сказал грузинский избиратель. — Нам нужен политик, который каждому пообещает подарить стиральную машину». И то, что это ложь, избирателя не волновало. Еще раз: грузинского избирателя не обманывали и не принуждали. Большинство грузинского народа вполне сознательно проголосовало против свободы, рынка и самостоятельности, за патернализм и криминал.

Но может быть, СССР — это какое-то трагическое исключение? Народы бывшего СССР не приспособлены для демократии, а во всем мире дело обстоит иначе?

XX век: Африка и Азия

Посмотрим на другие страны третьего мира. В Африке и в Латинской Америке на протяжении всего XX века мы наблюдаем примерно то же, что в странах СНГ.

Демократические выборы в этих странах не приводят к рынку. На выборах обыкновенно побеждает демагог, который обещает беднякам раздать как можно больше. После выборов демагог превращается в диктатора. Как пошутил Ян Смит, глава Родезии, «формула африканской демократии очень проста — один человек, один голос, один раз».

Вот несколько самых разительных примеров.

ЮАР

К началу 1990-х ЮАР была страной первого мира — для белых, разумеется. На нее приходилось 40% ВВП всех африканских стран южнее Сахары. После того как в 1994 году в стране был отменен апартеид и прошли всеобщие выборы, ЮАР превратилась в страну даже не третьего, а четвертого мира. Доход среднего южноафриканца упал на 49%, доходы беднейших слоев населения — на 50%.

Рухнуло все: экономика, сельское хозяйство, добыча сырья; безработица достигла 40%, обогатились только приближенные к власти бывшие революционеры и руководители профсоюзов, в одночасье ставшие миллиардерами. Целые районы Кейптауна и Йоханнесбурга превратились в буквальном смысле в руины, в которых можно снимать фантастический фильм о планете, пережившей ядерную катастрофу. Представьте себе небоскребы, физически занятые стадом людей, которые разводят костры в ванной и гадят в лифтовые шахты, пока они не наполняются доверху, после чего стадо откочевывает в следующий небоскреб.

По уровню образования страна опустилась на 143-е место из 144, по уровню убийств стала одной из первых в мире.

ВИЧ-инфицированные составляют 25% от населения, при этом президент ЮАР Табо Мбеки утверждал, что СПИД — это выдумка белых расистов с целью закабаления черного населения, и его на самом деле нет. Следующий президент ЮАР, многоженец Джейкоб Зума, изнасиловал прямо в своем кабинете женщину, о которой он знал, что она ВИЧ-инфицирована, а когда на суде его спросили, какие меры предосторожности он принял, ответил, что потом он подмылся.

При этом в глазах «мировой общественности» ЮАР по-прежнему остается сверкающим примером триумфа спасительной Демократии над ужасным Апартеидом. Отношение мировой либеральной общественности к проблеме ЮАР лучше всего можно проиллюстрировать историей американки Эми Биел. 26-летняя Эми Биел в 1993 году (в год отмены апартеида) приехала в Южную Африку помогать негритянскому населению на предмет всеобщих выборов. Когда она ехала в машине со своими чернокожими друзьями, на нее напала толпа с криком: «Один белый — одна пуля!» Ее вытащили из машины и убили. Убийцам дали 18 лет, но они обратились в комиссию правды и примирения, которую учредил Нельсон Мандела.

Комиссия оправдала убийц — на том основании, что они были очень разгорячены митингом, на котором призывали убивать всех белых, убийство Эми Биел, по мнению комиссии правды и примирения, было серьезным политическим месседжем, вызванным угнетением и несправедливостью. В Африку приехали родители Эми Биел. Они тоже просили об оправдании убийц. Они учредили Фонд памяти Эми Биел. Двое из ее убийц сейчас работают в фонде.

Напомню, что зулусы, которые составляют сейчас большинство в ЮАР, отнюдь не являются коренным населением ЮАР. Они появились в Южной Африке в XIX веке, во многих местах — позже европейцев. Их появление сопровождалось так называемым мфекане — тотальным геноцидом, при котором все взрослые мужчины покоренного племени истреблялись, а женщины и дети обращались в рабство. Когда возможно, мфекане распространялось на европейцев.

Возникает вопрос: может быть, убийство Эми Биел, лозунги «Один белый — одна пуля!», убийства фермеров, (которых убивают в ЮАР в три с половиной раза чаще, чем любую другую категорию населения, причем убийства сопровождаются многочасовыми пытками) — это не тяжкое наследие апартеида? Может быть, это продолжение традиций мфекане?

Зимбабве

В отличие от ЮАР, в соседней Родезии не было апартеида. В ней был только имущественный и образовательный ценз, и белое меньшинство страны способствовало развитию и образованию черного большинства. Однако под давлением Запада и сторонников всеобщего избирательного права в 1980 году в стране были проведены всеобщие демократические выборы, в результате которых к власти пришел Роберт Мугабе.

За 34 года своего правления Роберт Мугабе превратил «житницу Африки» в царство нищеты и СПИДа. Страна, являвшаяся одним из крупнейших в мире экспортеров зерна, перешла на гуманитарную помощь, инфляция составила миллиарды процентов, продолжительность жизни упала с 59 до 49 лет, а ВВП с 1980-го по 2007-й уменьшился в три с половиной раза, притом что население возросло с 7 до 12 млн человек.

При этом 88-летний Мугабе последний раз — в 2013 году — совершенно честно победил на всеобщих выборах. Зимбабвийский избиратель хорошо знает, что все бедствия в экономике страны происходят не от Мугабе, а от того, что проклятый Запад хочет поставить на колени Зимбабве, которая при отце нации Мугабе встала с колен, и что вся оппозиция в стране финансируется проклятым Западом.

Венесуэла

В 1999 году к власти в Венесуэле в результате всеобщих демократических выборов пришел Уго Чавес. Уго Чавес стал строить в стране «боливарианскую экономику». Он начал с национализации крупных нефтяных компаний и закончил установлением «справедливых цен» на товары. В стране немедленно начался дефицит предметов первой необходимости, в котором Чавес обвинил «торговцев, прячущих товары», и империалистических врагов боливарианской республики. В стране был установлен официальный курс песо к доллару, который не имел ничего общего с реальным. Он привел к возникновению черного рынка и к тому, что приближенные к власти люди, имеющие возможность обменивать доллар по официальному курсу, в одночасье становятся миллионерами.

Все это не помешало преемнику Чавеса — его бывшему шоферу Николаю Мадуро — победить на всеобщих выборах. Мадуро объявил своим избирателям, что Чавес был отравлен проклятыми империалистами и что он явился ему после смерти в виде птицы, — и продолжил политику Чавеса. Рухнувшую инфраструктуру страны (во время избирательной кампании постоянно случались перебои с электричеством) Мадуро объяснял диверсиями со стороны оппозиции, финансируемой империалистами из США, которые хотят уничтожить боливарианскую революцию.

В магазины Венесуэлы была введена армия. Солдаты за прилавками распродавали товары по ценам, назначенным государством. Отсутствие после этого новых товаров было объявлено результатом происков «спекулянтов» и «врагов народа». Когда средний класс восстал, Мадуро нанял головорезов для убийств протестующих, при этом публично заявляя, что протестующие убивают себя сами, чтобы скомпрометировать боливарианскую революцию.

Таиланд

К концу XX века Таиланд являлся стремительно развивающейся страной. Однако в 2001 году здесь прошли всеобщие выборы. Популистские лозунги и скупка голосов избирателей привели к власти миллиардера Таксина Чинавата. Миллиардером бывший полицейский г-н Чинават стал благодаря коррупции: он поставлял полиции и правительству мобильники, а заодно пропихнул закон, согласно которому покупка мобильника в Таиланде сопровождалась покупкой услуги связи его (весьма дорогой) компании-провайдера.

За пять лет премьерства г-н Чинават многократно увеличил свое состояние, пока в 2006-м не был изгнан военными. Однако в 2011-м в Таиланде снова прошли всеобщие выборы, в результате которых избиратель выбрал сестру изгнанного Чинавата, и Таксин Чинават стал управлять страной по скайпу.

Первым результатом возвращения Чинаватов к власти стала так называемая «рисовая схема», затеянная, чтобы привлечь голоса массового избирателя — бедных фермеров Севера. В 2011 году Таиланд занимал около 70% мирового рынка риса, и правительство Чинаватов решило скупить рис у крестьян по двойной цене. Таким образом правительство надеялось добиться их благосклонности. Оно рассчитывало отбить деньги, устроив нехватку риса на мировом рынке и подняв на него цены.

Увы, с этими эпическими планами покорения мирового рисового рынка произошло то же самое, что с эпическими планами Путина по посадке Европы на российскую газовую трубу, — они накрылись медным тазом. После того как Таиланд устроил на мировом рынке дефицит риса, Индия увеличила его производство и заняла место Таиланда. Цены не поднялись, а вдвое упали. Тайское правительство не смогло продать рис ни по двойной, ни даже по обычной цене, и он сгнил в закромах. По крайней мере 8 млн тонн украдено, остальные сбыть невозможно, потому что никто на мировом рынке не хочет покупать позапрошлогодний рис, хранившийся в сомнительных условиях. Схема принесла тайской казне несколько миллиардов долларов убытка, а одними из главных бенефициаров схемы оказались прямые конкуренты Таиланда — Камбоджа и Вьетнам, крестьяне которых привезли свой рис через границу и продали его тайскому государству по двойной цене. В 2013-м правительство продолжало закупать рис, но уже за него не платило.

В стране начались столкновения между буржуазией, требующей отставки Йинглик Чинават, и большинством, поддерживающим популистский курс властей. В конце концов, тайская армия снова взяла власть в свои руки, уволила премьера и запретила любые демонстрации.

Как было и с Венесуэлой, большинство западных комментаторов в лучшем случае предпочло проигнорировать феномен восстания рыночных слоев общества против демократии. В худшем случае протестующих обзывали «фашистами». Протест буржуазного меньшинства против популистского большинства не вписывался в современную мантру о «демократии, которая всегда ведет к рынку и процветанию».

Если можно, я сейчас — для экономии времени — даже не буду касаться Ближнего Востока и исламизма. Я не буду касаться Палестины, где в результате демократических выборов к власти пришел ХАМАС и где абсолютное большинство населения считает, что: а) всех евреев надо уничтожить; б) агрессорами являются не палестинцы, а евреи. Я не буду касаться Египта, где, по разным опросам, от 62 до 90% населения одобряло атаку на башни-близнецы, при этом 39% одновременно были убеждены, что ее устроили проклятые евреи, чтобы скомпрометировать мирный ислам.

Я могла бы множить и множить примеры, но совершенно ясно, что я хочу сказать. ЮАР, Зимбабве, Венесуэла, Таиланд — для всех этих стран всеобщее избирательное право явилось катастрофой, как политической, так и экономической. Демократия отнюдь не привела к свободе и рынку. Как и в России, она привела к массовому мракобесию, коррупции и диктатуре.

Феномен бедных стран

Самое удивительное, что современные левые либералы имеют для этого политкорректное объяснение. «Демократия, — объясняют нам, — не выживает в бедных странах».

«A democracy can be expected to last an average of about 8,5 years in a country with per-capita income under $1000 per annum… and 100 years between $4000 and $6000… Above $6000, democracies are… certain to survive, come hell or high water», — пишет классик современной левой политологии Адам Пржеворский.

У этого объяснения есть та простая проблема, что оно неверно (даже не считая проблемы богатых петрократий). В 1948 году доход бывшего узника Освенцима, приехавшего в Палестину, вряд ли превосходил доход арабского феллаха из соседней деревни. Тем не менее израильтяне построили демократическое общество, а палестинцы — тоталитарное государство, где по телевизору показывают мультфильмы, как убивать евреев. Видимо, дело не только в ВВП.

Но самое главное — другое. Если демократия не выживает в бедных странах — то что же им, бедным, делать?

Возьмем, к примеру, ту же самую Родезию. Как я уже сказала, в ней не было апартеида и белое меньшинство делало все, чтобы образовать и возвысить черное большинство. Тем не менее мировая леволиберальная элита во главе с тогдашним президентом США Джимми Картером сделала все, чтобы смешать родезийцев с грязью и навязать им всеобщие выборы. Всякие попытки белого меньшинства апеллировать к здравому смыслу решительно пресекались.

«Полезные идиоты» добились, чего хотели. Зимбабве не просто погрузилась в хаос: у нее нет будущего. Ситуация неисправима: белая элита, которая еще в 70-х учила, лечила, преподавала будущей черной элите, эмигрировала или была убита, и новую элиту создать неоткуда.

Заметим, что «полезные идиоты» сломали жизнь не только белым угнетателям: они сломали жизнь черному большинству. Кто-нибудь из них извинился за это? Вы слышали, чтобы Джимми Картер признался: «Извините, ребята, мы ошиблись. Мы требовали всеобщих выборов, но мы забыли почитать Адама Пржеворского и сообщить вам, что в бедной стране они приводят к диктатуре»?

Увы, нет. До сих пор, когда речь идет о том, что делать бедной стране, чтобы построить процветающую экономику, Запад, ЕС, ООН и так далее хором отвечают: «Провести всеобщие демократические выборы».

Запад

Согласно все тому же Адаму Пржеворскому, если в бедной стране с демократией обстоит неважно, то уж вот в богатой стране демократия выживет, come hell or high water.

Еще недавно это казалось самоочевидным, однако ситуация меняется на наших глазах. Европейский долговой кризис не является ни финансовым, ни экономическим. Он является кризисом модели самоуправления общества, при которой граждане потребляют больше, чем производят, а политики обещают больше, чем могут дать.

Европа стагнирует на глазах под лавинообразным увеличением числа всяческих комиссий, лицензий, разрешений, предписаний, субсидий, искажающих рыночные стимулы, и ограничений, де-факто наложенных на тот самый рынок, который демократия якобы должна поддерживать. При этом политики прекрасно знают, что надо делать, — они просто не знают, как в таком случае выиграть следующие выборы.

Получается, что в бедных странах демократия приводит к диктатуре, в богатых — к финансовому кризису и раковому разрастанию бюрократии.

Как же они стали богатыми?

Естественно задать себе вопрос: если даже в богатых странах демократия приводит к кризису — то как же эти страны стали богатыми?

Это очень важный вопрос, потому что нам все время говорят про «демократические традиции Европы». В романе Оруэлла «1984» партия, как известно, изобрела паровую машину. Современный леволиберальный дискурс ненавязчиво дает понять, что паровую машину изобрела демократия.

Несомненно, демократические традиции в истории Европы, восходящие еще к Афинам, существуют (к ним мы вернемся попозже). Однако парадокс заключается в том, что современные системы всеобщего избирательного права существуют в Европе меньше 100 (а в большинстве стран — и меньше 50) лет. Иначе говоря, Европа стала на путь промышленной революции не при демократии.

В Европе XII—XIX веков были самоуправляющиеся города — например Флоренция или Венеция. Были страны, в которых голосовали налогоплательщики, например США или Великобритания. Были абсолютные монархии. А вот демократии, то есть всеобщего избирательного права, — не было. И не просто не было — ее не было принципиально.

В Венеции страх, что народ будет участвовать в управлении, был совершенно системообразующим фактором при создании системы управления государством. Во Флоренции popolo minuto был исключен из правления коммуной по принципиальным соображениям. В Великобритании и США в XVIII—XIX веках право голоса, при всех оговорках, принадлежало только налогоплательщикам. Когда Джон Локк в 1669 году писал конституцию Каролины, он предоставил право голоса только тем, кто имел 50 акров земли. Когда в 1848 году в Лондоне чартисты собрались требовать всеобщего избирательного права, то власти в ужасе вооружили полгорода, а командовать сражением поставили престарелого герцога Веллингтона.

Чем же все эти люди, такие разные — от членов венецианского Совета Десяти до американских отцов-основателей, — руководствовались в своей неприязни к всеобщему избирательному праву?

Ну для начала — хорошим знанием истории.


Античность

Те самые «демократические традиции» действительно были существенно представлены в истории античного мира — как греческих полисов, так и Рима.

Следует иметь в виду, что эта история была чрезвычайно многообразна. Полисы были невелики, но число их было обширно, и история Греции не была историей Афин или историей Спарты — это была история десятков государств, из которой вытекали любопытные и важные закономерности.

Закономерности эти заключались в том, что античные историки, все до единого, не очень уважали демократию. То, что власть толпы обыкновенно влечет за собой передел земли, прощение долгов и кончается тиранией, «едва толпа находит себе вожака», — было общим местом всех историков, от Геродота до Диодора Сицилийского. Половина «Жизнеописаний» Плутарха как раз и посвящена безумствам толпы. Другая половина — безумствам тиранов.

Отцы-основатели в XVIII веке, английские либералы в XIX веке читали у того же Плутарха, как перед Саламином афиняне, собравшиеся в бой, потребовали от своего полководца Фемистокла принести в жертву знатных персов, случайно захваченных им перед тем в плен. Тщетно Фемистокл противостоял суеверной толпе: толпа настаивала, пока не получила свое.

Они читали, как афинские граждане, получив в дар от египетского царя некоторое количество зерна и решив разделить его между гражданами, продали в рабство около трети тех, кто до этого считался гражданами, чтобы зерна на душу гражданина вышло побольше. 14 тысяч афинских граждан продали в рабство своих братьев и племянников — просто чтобы халявы было чуть побольше.

Они читали, как та же самая афинская толпа преследовала и изводила Перикла, — именно потому, что Перикл не стал тираном. Если бы он стал тираном, они бы его обожали, как нынешняя толпа обожает Мадуро или Мугабе.

Но он не стал тираном, и демагоги каждый день придумывали новый повод, как бы придраться к Периклу. Толпа изгнала его учителя Анаксагора. Толпа предъявила обласканному им Фидию обвинение в краже золота, которым была покрыта статуя Зевса Олимпийского. По совету Перикла Фидий обложил статую листами, которые легко было снять. Листы сняли и взвесили, недостачи не было, но вздорная толпа изгнала Фидия все равно. Когда толпа стала докапываться до Аспазии, и Перикл понял, что следующим будет он, — он сделал то единственное, что ему оставалось, чтобы удержаться у власти: развязал Пелопонесскую войну.

Возможно, многие помнят трагедию Шекспира «Кориолан» — о знатном римлянине, предавшем свой город и ушедшем к тогдашним врагам Рима — вольскам. Кай Марций Кориолан был фанатичным приверженцем войны и чести, человеком, который с детства посвятил себя одному — ратным подвигам во имя родного города. Он упражнял свое тело и закалял свой дух, как нынче какой-нибудь олимпийский атлет, и он соединял полководческий талант с запредельной, почти нечеловеческой храбростью: ему случалось брать города чуть ли не в одиночку, врываясь в ворота вслед за бегущим врагом, и, собственно, прозвище Кориолан он получил как раз после захваченного таким образом городка Кориолы.

Что же заставило этого фанатичного патриота перейти на сторону врагов Рима? Толпа. Сначала толпе не понравилось, когда Кориолан предложил продать, а не раздать присланный римлянам из Египта хлеб. Но основное обвинение, которое плебс выдвинул против Кая Марция Кориолана и которое привело к его изгнанию, звучит поистине фантастично. Кориолан созывал народ в военный поход. Народ не пошел; Кориолан отправился в набег вместе с немногочисленными друзьями и клиентами и вернулся с богатой добычей. Так вот: на форуме народ обвинил Кориолана в том, что добычу из этого похода Кориолан разделил с теми, кто отправился с ним в поход, кто умирал и убивал вместе с ним, — а не с народом, который отказался с ним идти.

В ответ на такое обвинение, как пишет Плутарх, Кориолан растерялся и не знал, что возразить, и действительно — что?

Бесспорно, «демократические традиции» в античной Европе были представлены в полной мере. Однако ни античные историки, ни их более поздние читатели не воспринимали демократию как нечто безупречное. Античная демократия ассоциировалась с прощением долгов, переделом земель и тиранией, и в этом смысле за 2 тысячи лет, как показывает пример Николаса Мадуро или Роберта Мугабе, в человеческом обществе мало что изменилось.

Средние века

Средневековые европейские коммуны были устроены совсем по-другому, нежели античные полисы. Однако чем кончается господство большинства, было хорошо известно и их лидерам.

В истории Венеции абсолютно все попытки переворота и установления единоличной диктатуры — от Бахамонте Тьеполо до дожа Марино Фальери — были связаны именно с апелляцией к народу, «у которого украли свободу». В истории Флоренции все проходимцы — например, Вальтер де Бриенн, герцог Афинский, — добивавшиеся единоличной власти, пытались опереться на «тощий народ».

Прекрасной иллюстрацией того, как выглядит господство народа в одном, отдельно взятом городе, могло служить восстание в Неаполе в 1647 году, когда местное население взбунтовалось против ненавистного испанского наместника герцога Аркоса. Зачинщиком бунта стал молодой бедняк Мазаньелло, который после того, как герцог Аркос ввел налог на фрукты — основную пищу бедняков, — швырнул на рынке свою корзинку с фруктами под ноги сборщику налогов.

В течение следующих трех дней Мазаньелло был владыкой черни, грабившей дома богачей. На четвертый день посередине главной площади стояла плаха, где казнили врагов новоиспеченного заступника народа, на пятый день Мазаньелло братался на балконе с герцогом Аркосом, и у него окончательно снесло крышу: он носился во весь опор по улицам, давя тот самый народ, который и был опорой его власти. На седьмой день Мазаньелло убили: на восьмой толпа носила его труп на руках.

Другим показательным примером безумств и суеверий толпы мог служить Рим.

Так уж случилось, что Рим в Средние века был наиболее люмпенизированным городом мира. Незаработанное богатство, так или иначе стекавшееся со всех европейских стран в виде десятины; проститутки обоего пола, воры и уголовники, паразитировавшие на паломниках, сами паломники (большею частью это были люди, совершившие преступление и не гнушавшиеся повторять преступления по дороге, ибо приезд в Рим искупал все) — все это превращало Рим в город, где господствовали знатные семьи — и толпа, которую они прикармливали.

В X—XI веках Папа Римский избирался фактически толпой — то есть знатными семьями, которые раздавали толпе хлеб. Период этот носит в истории красноречивое название «порнократии», а наилучшим его выразителем является история 18-летнего папы Иоанна XII. «Этот достойный внук Марозии, — писал о нем Гиббон, — жил в открытом прелюбодеянии со знатнейшими женщинами Рима, Латеранский дворец был превращен в школу для проституток, и насилие, учиняемое им равно над девственницами и вдовами, заставляло паломниц женского пола воздерживаться от посещения святилища Св. Петра, дабы не быть изнасилованными его преемником».

Риму в это время угрожал король Беренгар. Для отражения его Иоанн XII призвал на помощь германского короля Оттона, которого сам же короновал императором. Оттон, сумрачный тевтон, имевший высокие понятия о долге правителя, был изумлен характером короновавшего его юнца. С изумлением он слышал рассказы о многочисленных убийствах, совершаемых прямо на глазах свидетелей, о подожженных домах, попойках, о том, как христианнейший папа во время игры в кости клянется Юпитером и Венерой.

В конце концов, Оттон сместил папу — и тогда римский народ поднялся на защиту развратника и убийцы Иоанна против чужака-германца. Первое восстание было подавлено, однако, когда Оттон покинул Рим, Иоанн с триумфом вернулся. Народный любимец отрубил носы, языки и руки всем, кто осмелился называть его прелюбодеем и убийцей. Народ ликовал; в 964 году 27-летний папа Иоанн скончался от инсульта, вызванного излишествами, в постели с женщиной.

Однако, пожалуй, самой яркой картиной народного безумства может служить история, произошедшая в 1527 году — история разграбления Рима протестантскими наемниками Карла V.

Так уж получилось, что, когда папа Климент (мало любимый римлянами и выказавший в ходе войны редкую бездарность) воззвал к народу и попросил его объединиться для защиты города, то толпа… встала на сторону приближающихся мародеров. Она набросилась на защитников города и помешала им взорвать мосты через Тибр. В совершеннейшем безумии чернь почему-то полагала, что если оборванные, голодные, переставшие подчиняться командирам и ненавидящие «папистов» протестантские войска войдут в Рим, то ничего страшного не произойдет, и вожаки ее даже вознамерились отправить собственных послов к ландскнехтам.

Реальность была, конечно, ужасна: Рим был не просто разграблен — он был фактически уничтожен. Только 6 мая 1527 года голодная и фанатичная солдатня убила 8 тысяч человек; двери разграбленных лавок срывали с петель, кольца срубали вместе с пальцами, монахинь передавали друг другу на поругание, на одной из фресок Рафаэля пикой написали имя Мартина Лютера.

Мне могут возразить, что я выборочно подбираю истории: безумное поведение толпы в Риме в 1527 году, безумное поведение толпы в Неаполе в 1647-м.

Проблема заключается в том, что в Средневековье господство толпы было очень недолговечным событием. Монархи и тираны могли быть умными, а могли быть глупыми. Могли править десятилетиями, а могли, вследствие своей глупости, слететь с трона через несколько месяцев. Единоличные властители были умны иногда, выборные правительства — почти всегда, но то, что выборные правительства выигрывали в рассудительности, они обыкновенно проигрывали в военной мощи. Что же касается народа — то он не правил никогда. Немногие случаи, когда народ приходил к власти, — как во Флоренции во время восстания чомпи в 1378-м или в Риме перед штурмом в 1527-м, — были настолько катастрофичны, что долго народ не правил.

Новое время

Второе, чем руководствовались все эти люди — от венецианских грандов до Локка и Джона Стюарта Милля, — был элементарный здравый смысл. Они, попросту говоря, считали, что состоятельный человек оберегает свое имущество, а нищий думает о том, как заполучить чужое. Они считали, что нищие и необразованные люди не обладают в среднем таким горизонтом планирования, которым в среднем обладают те, у кого есть имущество, образование и социальный статус.

Они также считали принципиально, что масса не в состоянии совершать открытия и изобретения и что мнение невежественного большинства не может служить путеводной звездой. Короли и императоры вдруг перестали слушать проповедников и начали переписываться с учеными. Для энциклопедистов важным стало не «мнение большинства», а научная истина.

К середине XIX века сторонники прогресса и противники демократии сформулировали свои претензии кристально ясно: чистая демократия «incompatible with personal security or the rights of property» (Джеймс Мэдисон), и ее уничтожит «болезнь под названием социализм» (лорд Эктон). Для обоснования данной точки зрения у них имелось обширное античное и средневековое досье.

Но, может быть, они были неправы? И с развитием технологий и прогресса в Европе появилось что-то, что превратило господство толпы из катастрофы — в благо?

Давайте присмотримся повнимательнее.

Первой в истории современной Европы всеобщее избирательное право ввела Франция в 1789 году. Дело тут же кончилось гильотиной.

Следующий раз всеобщее избирательное право было введено, опять-таки во Франции, в 1848 году. Дело кончилось императором Луи Бонапартом. Для объяснения его успеха на выборах Карл Маркс даже придумал поразительное слово, очень много объясняющее в демократических механизмах: «люмпен-пролетариат». «Луи Бонапарт, — писал Маркс, — был императором, за которого проголосовал жаждущий сильной руки люмпен-пролетарий».

Еще более удивительна следующая страна, которая ввела если не всеобщее избирательное право, то радикально снизила ценз, — это была Германия при Бисмарке. Железный канцлер снизил ценз, чтобы заменить либеральное меньшинство патриотическим большинством. Чтобы рейхстаг ответственных налогоплательщиков стал рейхстагом безмозглых патриотов.

В 1895 году имущественный ценз был резко снижен на выборах мэра Вены. В результате в космополитической, многонациональной имперской Вене победил антисемит-протонацист Карл Люгер. Император Франц-Иосиф был настолько шокирован, что два года отказывался утверждать его в должности.

Одна из аксиом современного леволиберального дискурса гласит, что «развитие рынка сопровождалось развитием демократии». Чем более экономически свободным было население, тем больше был его запрос на демократию.

К сожалению, эта аксиома мало соответствует реальности: взрывной рост демократий случился в Европе не в связи с ростом экономической свободы, а после Первой мировой войны. В истории человечества право голоса всегда в конечном итоге принадлежало тому, кто воюет. Массовые армии Первой мировой кончились массовой демократией.

По всей Европе — Великобритании, Германии, Италии, Испании, России, Болгарии, Польше, Югославии, Румынии, Греции, Венгрии, Португалии — прокатилась волна или революций, или радикального снижения избирательных цензов. В связи с этим в 1918 году американский президент Вудро Вильсон заявил о начале эры демократии в мире. «Democracy seems about universally to prevail». Или в переводе с Вудро Вильсона на Ортегу-и-Гассета: «Вся власть в обществе перешла к массам».

Давайте посмотрим, что случилось с этой democracy через 10 лет.

[Перикл]

http://echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1370692-echo/
Да ни в чем Латынина не права. Это старая заезжанная песня. Не буду говорить про другие страны, но какая в России к черту демократия? Она сама себе противоречит. Утверждают, что люди голосуют за Путина, но при этом у нас авторитаризм. Да в 2000 году выборы были более менее честными и Путин действительно победил. Там вопрос с каким результатом. Но потом то выборов уже не было. Свободных я имею в виду. Так к кому претензии то? А если бы была настоящая демократия и свободные выборы я не уверен бы что Путин бы опять победил.
И Латынина не понимает почему Европа процветает, а Африка нет. И на этот вопрос давно дан ответ. Все дело в ценностях, в стереотипах поведения. Европа выработала эти ценности. И выработала с с помощью религии. И религия эта протестантизм, а отнюдь не католичество. А Латинская Америка, да Африка это католические страны. А Россия православие. Вот где корень всех бед.

И еще одно. Следуя логике Латыниной все страны введшие у себя демократию должны были бы загнивать. Я имею в виду европейские. Так нет же процветают и демократия не есть этому помеха. Еще раз говорю, что дело в другом, а не в всеобщем избирательном праве. К тому же было исследование о том кто голосует в Америке. И согласно этому исследованию бедные слои населения не ходят на выборы. А голосует в основном средний класс. У бедноты есть право голосовать, но она им не пользуется. Так что все завывания Латыниной не по делу.

[Chugunka10]

02 августа 2014 | 14:52
Вчера Латынина опубликовала очередной опус, я откомментировал, а капо венедиктов тут же скрыл мои комментарии. Боятся правды работники псевдосвободолюбивой радиостанции. Но рукописи не горят. Все перекочевало сюда:
http://chugunka10.net/forum/showthread.php?p=40804#post40804
И тема там называется соответственно: Инсинуации Латыниной.
http://www.echo.msk.ru/programs/code/1371442-echo/q.html#bcast-q-1172862
http://fanstudio.ru/archive/20140802/g76wN101.jpg

[Chugunka10]

Ну и ссылку даю на то упомянутое мною исследование. Это США. Там всеобщее избирательное право, но правительство все равно действует в интересах богатых людей. Ну не особо богатых, но в интересах среднего класса.
http://slon.ru/economics/pravda_li_chto_v_ssha_demokratiya-1086347.xhtml

[Chugunka10]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/1371442-echo/q.html#bcast-q-1172872
02 августа 2014 | 15:10
Ну и старое вспомню. Она как-то заявила, что ВОВ выиграл Сталин с заградотрядом. Мол русского надо палкой заставлять что-то делать, а иначе он не пошевелится. А я ее папаньке этот вопрос переадресовал, мол ваша дочь утверждает, что вы все из под палки делали. Или она для вас делает исключение. А у него свой ЖЖ есть. Так у Латынина старшего даже аватар позеленел. Ну и он сразу меня забанил в своем ЖЖ.

[Chugunka10]

А этот что-то не удалили. Здесь:
http://echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1370692-echo/#comments

01 августа 2014 | 19:19
Уже капо Венедиктов скрыл мои комментарии. Ну такая у них на Эхе свобода слова. Боятся правды. И главное по Латыниной забыл. Почему она против демократии. Она жадная. Делиться не хочет. Причем она утверждает, что у нее хотят отнять и поделить. Так не отнять, а вернуть награбленное. Латынина же считает, что ее доходы заработаны справедливо. Что она такая умная. В том то и дело что нет. Все ее доходы на 70% не зависят от нее.

[Адам Смит]

И еще одно для дилетанта Латыниной. Ей надо разобраться какое у нас налогообложение. А у нас в основном косвенные налоги. А это означают, что налоги платят ВСЕ. Это в Америке в основном прямое налогообложение. Вот там можно реализовать идеи Латыниной. Так ты сначала сделай такую систему налогообложения при которой налоги платят токо булочники и внедряй свою систему.

[Жертва на велосипеде]

0-Vx3uKDd9M
https://youtu.be/0-Vx3uKDd9M

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1372976-echo/
Окончание
04 августа 2014, 12:52

Взрывной рост демократий случился в Европе не в связи с ростом экономической свободы, а после Первой мировой войны, утверждала автор в конце предыдущей публикации.

По всей Европе — Великобритании, Германии, Италии, Испании, России, Болгарии, Польше, Югославии, Румынии, Греции, Венгрии, Португалии — прокатилась волна или революций, или радикального снижения избирательных цензов.

Давайте посмотрим, что случилось с этой democracy через 10 лет.


После Первой мировой

Первой погибла демократия в России, просуществовав аж с февраля по октябрь 1917 года.

В Венгрии кратковременная коммунистическая революция Белы Куна сменилась «Белым террором», а вскоре — властью диктатора Хорти.

В Испании в 1930 году к власти пришли республиканцы, не способные контролировать страну: анархисты начали поголовную резню знати и священников. Реакцией на резню стал мятеж Франко. В ходе начавшейся гражданской войны слабое республиканское правительство превратилось в марионетку Сталина, несмотря на то что первоначально коммунисты в этом правительстве были не особенно сильны.

В Италии в 1922-м к власти пришел Муссолини, и в 1924 году он принял первую в истории человечества конституцию, действительно гарантировавшую всеобщее избирательное право. Второй такой конституцией была сталинская Конституция 1936 года.

В Болгарии царь не стал дожидаться коммунистической революции и в 1919 году назначил премьером главу Крестьянской партии Александра Стамболийского, который до этого сидел в тюрьме. Став премьером, народный лидер Стамболийский организовал: а) вооруженное восстание; б) тотальный передел собственности; в) крестьянскую армию, которая должна была помочь ему выполнять реформы вроде передела собственности и контроля рынка зерна. В 1923-м Стамболийский был убит военными.

В 1934-м в Болгарии был совершен новый переворот, на этот раз военной организацией под названием «Звено». Глава ее, полковник Кимон Георгиев, был поистине удивительным человеком: два года, с 1934-го по 1936-й, он правил во главе фашистской диктатуры. В 1944 году он в составе Народного фронта вместе с коммунистами снова пришел к власти и оставался в составе болгарского правительства до 1962 года.

В Югославии диктатором стал король Александр Карагеоргиевич. В 1929-м, после конституционного кризиса, вызванного тем, что в парламенте возмущенный депутат расстрелял пятерых своих коллег из противоположной партии, он совершил переворот, взял власть в свои руки и ввел в стране, явно по рецепту Бисмарка, всеобщее избирательное право для мужчин.

Не менее захватывающей была история Румынии. В этой стране, которая отнюдь не страдала от унижения после Первой мировой, — наоборот, в период между двумя войнами Великая Румыния в награду за участие в войне на стороне Англии и Франции достигла максимальных размеров — боролись две идеологии. Одна, как полагается, была крайне левая. Другая, опять же как полагается, крайне правая — черносотенцы в буквальном смысле слова, они так и назывались: «Легион Михаила Архангела», или «Железная гвардия» — Garda de fer.

Легион Михаила Архангела был основан православным религиозным мистиком Корнелием Кодреану. Основой его идеологии был православный мистицизм, отречение от презренного материального капитализма и антисемитизм до такой степени дикий, что после того, как (в 1940-м) легион пришел к власти, Румыния стала единственной страной, где немцы сдерживали порыв народных масс относительно евреев: в Бессарабии, Буковине, Транснистрии евреи вырезались народом подчистую, не дожидаясь депортации в лагеря смерти, к досаде немцев, любивших во всем учет и порядок.

Литва, Латвия и Эстония были постоянным объектом большевистских диверсий; коммунистическое движение в них было весьма значительным. Конец ему был положен, только когда президенты соответствующих стран превратились в диктаторов. Особенно удачна была диктатуры Сметоны в Литве: он не только расстреливал коммунистов, но и провел в стране земельную реформу, создавшую крепкий класс крестьян-собственников, которые потом до середины 1960-х воевали в лесах против советской власти.

Военным диктатором Польши стал Пилсудский; в Португалии в 1932 году к власти пришел Салазар; в Греции в 1936-м приход коммунистов к власти был предотвращен отдачей этой самой власти в руки диктатора Метаксоса.

Сторонники демократии часто любят говорить: «Да, Гитлер пришел к власти в результате демократических выборов, но это случилось из-за позорного поражения Германии в Первой мировой войне, и вообще исключение подтверждает правило».

Как мы видим, все ровно наоборот. Через 10 лет после победного заявления Вильсона о триумфе демократии в Европе эта самая демократия погибла в двух третях стран, вне зависимости от победы или поражения их в Первой мировой войне и задолго до экономического кризиса 1929 года.

Тогда, в 20—30-х годах XX века, после массовой демократии, возникшей вслед за массовыми армиями Первой мировой, Европа впервые за несколько столетий отказалась от самой главной идеи, обеспечивавшей ей доселе развитие и прогресс. Она перестала ориентироваться на мнение просвещенного меньшинства.

Отныне бал начали править те идеологии, которые потакали инстинктам большинства и могли привлечь на сторону политика толпу. Идеологии эти были, в общем, двух видов: одни вовсе отрицали частную собственность (как в СССР и Венгрии при Беле Куне), а другие отрицали ее частично, проповедуя корпоративистскую идеологию, при которой социальное государство заботится о бедняках, а интересы частного капитала подчинены интересам социального государства. Тогда это называлось «фашизм», сейчас это называется «общечеловеческими ценностями».

К началу Второй мировой войны массовое избирательное право сохранилось в основном в тех странах, где расширение круга голосующих происходило постепенно, опираясь на вековые традиции самоуправления (но не демократии), — в Великобритании, Голландии, Бельгии, Швеции, Швейцарии, Норвегии, Дании.

После Второй мировой

Нетрудно заметить, что история третьего мира после Второй мировой повторяет историю Европы в 1930-х. Это тот же злокачественный паттерн — рост массовых тоталитарных идеологий, с той только разницей, что к массовым коммунистическим и нацистским идеологиям добавились еще и массовые идеологии, основанные на религии.

Еще в начале столетия реформаторы на Ближнем Востоке (Ататюрк в Турции, династия Пехлеви в Иране) противостояли мнению большинства в своих обществах. К концу столетия верх в регионе взяло мнение большинства: ксенофобского, антизападного и исламистского.

Пока политика в арабском мире делалась халифами и эмирами, арабы уживались с евреями. Когда она стала делаться массами, уничтожение евреев стало главной мечтой масс, и арабы превратились в нацию, съедаемую на корню ненавистью к окружающему миру. Пока Руандой правили бельгийские колонизаторы, хуту в ней уживались с тутси. Когда Руанда получила независимость, народ хуту устроил геноцид народа тутси.

После падения СССР

Впрочем, после Второй мировой эти имманентные недостатки правления большинства не очень-то замечались. Шло противостояние двух систем — капиталистической и социалистической, и любые эксцессы и кровопролития в странах третьего мира списывались на их борьбу. Сторонники открытого общества объясняли людоедско-коммунистические диктатуры в Африке происками Советов, а «полезные идиоты» объясняли правые диктатуры происками кровавых гринго, мешающих радостному шествию мира по пути прогресса и социализма.

Но вот тоталитарный СССР рухнул, не выдержав соревнования с открытым обществом, и выяснилось, что дело было в борьбе не только двух систем.

Уго Чавес и Таксин Чинават, левые правительства и даже экс-террористы, пришедшие к власти в Аргентине, Эквадоре, Боливии, сделали это без всякого вмешательства со стороны почившего в бозе СССР. Причиной их победы было всеобщее избирательное право. На Ближнем Востоке освободившееся место тоталитарной коммунистической идеологии заняла тоталитарная исламистская идеология.

Выяснилось, что в бедном обществе демократия убивает рынок, а за ним и свободу сама собой, без дополнительных субсидий со стороны Коминтерна.

А вслед за этим выяснилась и еще более страшная вещь: что в отсутствие смертельного врага, заставляющего общество мобилизовываться, даже в богатых странах всеобщее избирательное право ведет к стремительному увеличению прослойки избирателей, которые зависят от государства, и к росту популярности политиков, которые обещают раздать большинству то, что они отняли у меньшинства.

Иначе говоря, стало все более очевидным, что демократия отнюдь не является сиблингом рынка. Стало очевидно, что демократия в конечном итоге рынок уничтожает.

Еще раз, и это самое важное. То самое утверждение, которое в течение последних нескольких десятков лет на все лады повторяется демократическими политиками и левыми интеллектуалами, — утверждение о том, что демократия неразрывно связана с рынком, — попросту не выдерживает проверки фактами. А справедливо другое — утверждение лорда Актона о том, что всякая развитая демократия кончается социализмом.

Именно этим и объясняется нынешняя трагедия России. В начале 90-х годов российские реформаторы, как и Френсис Фукуяма, искренне думали, что демократия и рынок находятся вместе с одной стороны, а тоталитаризм и плановая экономика — с другой. Они построили в стране демократию, потому что демократию построить куда легче рынка. Но группы интересов, существовавшие в постсоциалистическом обществе, и голосование люмпенизированного большинства, жаждавшего альфа-самца, — быстро покончили и с демократией, и с рынком.

А логика?

В конце XVI века известный специалист по демонологии Жан Боден обосновал доктрину «божественного права королей», согласно которой король поставлен править нацией непосредственно Богом, и только Бог может спрашивать у него отчета.

Теорию эту трудно назвать научной или основанной на фактах. Теория «божественного права королей», равно как идеи непогрешимости папы римского или преимущества одной касты над другой, — является лишь идейным оформлением сложившихся на данный момент реалий власти.

Точно так же идея о том, что демократия есть всегда и везде наилучший способ правления, — не имеет ничего общего с фактами, а является лишь идейным оформлением сложившихся на данный момент реалий.

Она противоречит фактам и логике. С какой стати избирателем должен быть каждый?

Мы лишаем родительских прав наркоманку, которая не может накормить своего ребенка. Но когда речь идет о ее избирательном праве, то оно, в отличие от родительского, оказывается священно. Почему?

Мы повсеместно наблюдаем, как по всему миру массы голосуют за Чавесов, Путиных и Ахмадинежадов. Поклонники власти народа на это говорят: «Избирателей обманули!» Но если избирателей так постоянно и часто обманывают, может, имеет смысл лишить избирательного права тех, кто так легко и часто обманывается?

Всеобщее избирательное право в нищих странах, как и 2 тысячи лет назад, кончается переделом собственности, «справедливыми ценами», пустыми полками в магазинах и обвинением «богачей» и «агентов Запада» в этих пустых полках. Такая нищая страна попадает в заколдованный круг, потому что постоянные переделы частной собственности и произвол толпы и властей препятствуют ей построить сколько-нибудь процветающую экономику и выбраться из бедности.

Всеобщее избирательное право в богатой стране приводит к росту числа социальных паразитов, которые, в конце концов, начинают составлять неработающее большинство, живущее за счет работающего меньшинства. Когда тот, кто не работает, живет за счет того, кто работает, и еще считает при этом, что ему все должны, — это не называется социальной справедливостью. Наоборот, это величайшая социальная несправедливость.

В нищих странах апелляция к мнению большинства приводит к возникновению массовых фобий, основанных на ненависти к западной цивилизации, науке и прогрессу: например исламизма.

В богатых странах она приводит к возникновению аналогичных массовых фобий о «вредном ГМО» и «страшном глобальном потеплении». Эти фобии точно так же растут или из свойственной толпе ненависти к науке («Эти проклятые ученые нас убивают»), или из свойственной толпе ненависти к частной собственности («Эти проклятые загрязнители нас убивают»). Впервые за последние несколько веков лидеры западного общества вынуждены прислушиваться не к мнению ученых и промышленников, а к мнению большинства, ищущего как-то обосновать свою ненависть к прогрессу и частной собственности.

От такого положения дел страдает все: экономика, наука, общественная мораль, и прежде всего то самое большинство, которое, под предлогом защиты его прав, делают все более и более зависимым от государства. Людей, которые могли бы стать личностями и пробиться наверх, с детства сажают на иглу социальной помощи; политики, которые это делают, на самом деле не большие филантропы, чем драгдилеры, сажающие как можно больше людей на наркотики.

В основе современного дискурса о демократии лежит фундаментальная ложь: этот дискурс по умолчанию представляет дело так, что те ценности, которые сделали Европу Европой — неприкосновенность частной собственности, технический прогресс, наука, — все они каким-то образом исходили из «традиций европейской демократии».

Как я уже сказала, нет ничего более далекого от действительности: Европа стала Европой не при демократии. Когда над Британской империей не заходило солнце, в ней не было всеобщего избирательного права. Когда избирательное право в ней появилось, Британская империя рухнула. Солнце зашло.

Именно поэтому практически никогда современный леволиберальный дискурс не обсуждает такую вещь, как избирательный ценз. Выборы по умолчанию должны быть всеобщими. «Если ты против выборов, значит, ты за диктатуру».

Именно поэтому уроки первых восстаний среднего класса против демократии — в Таиланде и Венесуэле, попросту игнорируются. В противном случае придется признать, что весь гигантский дискурс о демократии построен на песке. Ведь если просто напомнить людям, что в истории человечества, и особенно в истории процветающей Европы, — выборы не всегда означали всеобщее избирательное право, то недостатки системы, в бедных странах приводящей к власти Мугабе и Ахмадинежадов, а в богатых способствующих катастрофическому увеличению безответственных избирателей, — станут ясны слишком большому количеству людей.

Эти вещи будет очень трудно отрицать — значит, надо запретить их обсуждение и называть любого, кто поднимает подобный вопрос, «фашистом». Получается, что фашистом был Джордж Вашингтон. А Муссолини был как раз демократом: ведь, как я уже сказала, итальянская конституция 1924 года была первой в мире конституцией с подлинным и равным всеобщим избирательным правом.

[Томас Мальтус]

http://www.echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1372976-echo/#comments
04 августа 2014 | 18:46
С такой стати что налоги платят все. Латынина дилетант в вопросах налогообложения. У нас преимущественно косвенные налоги, которые платят все. Даже бомжи. А если бомжи платят налоги, то почему они должны быть лишены право голоса?

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/1616566
20 Авг 16:19

Все светские религии объединяет одна черта: уверенность во всемогуществе некоей злой воли. Светская религия напоминает наиболее примитивные тотемистические и анимистические культы, которые были свойственны нашим предкам, вероятно, во времена проживания в пещере Ласко. Культы такого рода, как и верования австралийских дикарей, были в первую очередь чрезвычайно предметны. Они объясняли каждую болезнь, неудачу и неурожай волей злых существ, и эти злые существа были всемогущи и вполне материальны. Государство/капиталисты/ученые/США играют для приверженцев светских религий такую же роль, как могущественные злые духи для австралийского аборигена.
Ниже я хотела бы очертить некоторые правила, по которым живут и функционируют светские религии.


Мы живем во время светских религий. Что такое светская религия? Обычная религия представляет собой сумму утверждений, не опровергаемых опытом. Например, католики вам скажут, что во время мессы хлеб и вино физически превращаются в плоть и кровь Христову. Но если вы предложите провести химический анализ, вам объяснят, что это происходит способом, превосходящим человеческое понимание. Таким образом, обычная религия заведомо ставит себя вне опыта. Credo quod absurdum est, как и говорил Тертуллиан.

Светская религия представляет собой сумму утверждений, легко проверяемых опытом. «Американцы сами взорвали Башни-Близнецы», «проклятые ученые травят нас ГМО», «леди Ди убили британские спецслужбы», «капиталисты-загрязнители устроили нам глобальное потепление» и, last but not least, «украинские фашисты сами сбили «Боинг».

В отличие от тезиса о пресуществлении вина, эти утверждения легко подтвердить или опровергнуть. Тем не менее особенность нашего времени заключается в том, что никто, в них верующий, опытом их не собирается проверять. Более того: для верующего в эти утверждения любая попытка проверки воспринимается как признак неблагонадежности. Это все равно, как спросить исламиста: «А вы уверены, что Коран действительно надиктован Аллахом?»

Все светские религии объединяет одна черта: уверенность во всемогуществе некоей злой воли. (Поэтому многие из них называются теориями заговора.) Если обычная развитая религия населяет мир благими богами/богом, то для светских религий всемогущим является злое и вполне материальное начало: ЦРУ, капиталисты-загрязнители, ученые-отравители и т.д.

В этом смысле нетрудно заметить, что светская религия напоминает наиболее примитивные тотемистические и анимистические культы, которые были свойственны нашим предкам, вероятно, во времена проживания в пещере Ласко. Культы такого рода, как и верования австралийских дикарей, были в первую очередь чрезвычайно предметны. Они объясняли каждую болезнь, неудачу и неурожай волей злых существ, и эти злые существа были всемогущи и вполне материальны. Государство/капиталисты/ученые/США играют для приверженцев светских религий такую же роль, как могущественные злые духи для австралийского аборигена.

Ниже я хотела бы очертить некоторые правила, по которым живут и функционируют светские религии.

Принцип первый: отсутствие связности

Всякое объяснение в первую очередь должно быть связным. Возьмем, к примеру, взрыв Башен-Близнецов. Есть исламизм — моровое поветрие, затмившее уже полмира. Есть бен Ладен, который объявил джихад США. Он считал, что имеет право убить любого американца, и при этом называл террористами американцев, а не себя. Несколько исламистов, живших в Гамбурге, во главе с Мохаммедом Аттой, будучи поклонниками бен Ладена, решили угнать самолеты и врезаться на них в Башни-Близнецы, Пентагон и, вероятно, Белый дом или Капитолий. В декабре 1999-го Атта приехал к бен Ладену в Афганистан. В 2000-м Атта и его товарищи приехали в США и поступили на курсы пилотов. В течение всего времени пребывания в США они получали денежные переводы от людей, представлявших «Аль-Каиду», а перед тем, как сесть на самолеты, врезавшиеся в Башни-Близнецы и Пентагон, они отправили остаток этих денег обратно.

Это — связное повествование, и логика заставляет предположить, что, если кто-нибудь хочет возразить, он должен возражать именно этой фабуле. Например, опровергнуть, что Мохаммед Атта был истовым исламистом или что перед вылетом в последний рейс он отправил обратно остававшиеся у него деньги своим коллегам из «Аль-Каиды». Но я могу гарантировать, что вы не встретите ни одного сайта сторонников теории заговора, где подвергаются сомнению эти — легко доказуемые или опровергаемые — факты. Более того: я не видела сайта, где они вообще упоминаются. Вместо этого вам торжественно зададут вопрос: «А почему это нам говорят, что в здании опоры расплавились и обрушились, когда сталь плавится при 1500 градусах, а температура горения керосина — 800?»

То же самое — со сбитым «Боингом». Есть связный поток событий и видео: от «Бука», въезжающего на территорию Украины, и Гиркина-Стрелкова, вывешивающего в Сети ликующий пост о сбитом украинском военном самолете, до переговоров боевиков, в которых они сначала докладывают о том, что сбили «укров», а потом с ужасом обнаруживают, что трупы гражданские. Есть видео, как «Бук» покидает на следующее утро территорию Украины. Казалось бы, хотите опровергать — опровергайте эти легко проверяемые факты. Вешал Гиркин или нет пост про «птичкопад» через 17 минут после того, как сбили «Боинг»?

Но верующие, что «Боинг» сбили «укры», как правило, не только не опровергают эти факты — они не упоминают о них. Вместо этого нам предлагают обсуждать: «а они хотели сбить самолет с Путиным» и вешают в Сети анонс: «Экс-цэрэушник признался, что «Боинг» сбили США вместе с Порошенко».

Второй принцип: противоречивость

Второй самой характерной чертой светских религий является противоречивость предлагаемых ими утверждений. Обычная логика стремится к непротиворечивости. Если кто-то говорит: «Во-первых, я его не брала, во-вторых, я его вернула, в-третьих, он был с отбитой ручкой», то этот человек, с точки зрения обычной логики, лжец.

Не то в светских религиях: чем больше взаимоисключающих утверждений высказывают они об объекте веры, тем истовей эта вера.

К примеру, про сбитый «Боинг» вы можете услышать, что, во-первых, укры сбили самолет, потому что хотели сбить самолет Путина, во-вторых, что трупы в самолете были несвежие, а в-третьих, что хотели сбить именно малайзийский «Боинг», и это был заговор Порошенко и Обамы.

Такое восприятие действительности свойственно не логическому, а мифологическому сознанию. Древние египтяне изображали небо в виде богини неба Нут, изогнувшейся над своим мужем Гебом, крыши о четырех столбах, небесной корове и океане, в котором плывет лодка Ра. Есть даже рисунки, на которых все это — богиня, крыша, корова и лодка — присутствует вместе. Логическое сознание предполагает или/или. Небо или корова, или крыша. Но мифологическое сознание работает по принципу каскадного усиления. Мало того что они, суки, Путина сбить хотели, так еще и трупы были несвежие!

Принцип третий: не слышать возражений

Обычная человеческая логика предполагает, что если вы фактически ошиблись и вам указали на фактическую ошибку, то вы ее больше не повторяете. Не то светские религии: ты можешь сколько угодно возражать, что тот или иной постулат светской религии не соответствует действительности. Тебе никогда не только не возразят на возражение: его никогда не заметят.

К примеру, сторонники теории заговора относительно Башен-Близнецов любят задавать приведенный выше вопрос: «А почему это нам говорят, что стальные колонны Башен-Близнецов расплавились, если температура плавления стали — 1500 градусов, а температура горения керосина — 800?» На этот вопрос существует тот элементарный ответ, что никто не утверждает, что опоры расплавились: они всего лишь нагрелись и стали пластичными, как всегда становится пластичным железо при нагревании. Это такое свойство железа, называется ковкость, и именно поэтому человек изготавливал из железа мечи и плуги раньше, чем он научился его плавить.

После такого ответа, казалось бы, можно было бы ожидать двух вещей. Или люди уймутся и перестанут говорить глупость, которую, кроме них, никто и не говорит, или они возьмут и докажут, что железо не бывает ковким, опровергнув тем самым последние три тысячи лет человеческой истории. Увы, ничуть не бывало: вопрос о «расплавившейся стали» кочует с сайта на сайт, и каждый, его задающий, делает вид, что никогда не слышал ответа.

То же самое — с «самолетом Путина», который «хотели сбить вместо «Боинга». Достаточно посмотреть по карте, как летел «Боинг», и наложить на его путь маршрут «Варшава — Москва», которым летел путинский самолет, как вы с легкостью увидите, что самолет Путина не только близко не летел к «Боингу» — он даже не приближался к восточной части Украины. Он летел над территорией Белоруссии. Казалось бы, этого убийственного возражения достаточно, чтобы про «самолет Путина» больше никто и нигде не повторял. Ничуть нет: его повторяют, как ни в чем не бывало.

Принцип четвертый: принцип ложного уточнения

Еще одним важным принципом можно назвать принцип ложного уточнения.

Что я имею в виду? Человек может давать на вопрос развернутый ответ, а может ответить кратко. Но если он говорит правду, то краткий ответ представляет собой выжимку развернутого. Не то в светской религии. Очень часто, если вы попросите ее адепта уточнить, что же все-таки имеется в виду, то вы увидите, что краткий ответ полностью противоречит полному.

К примеру, сторонники теории глобального потепления утверждают, что увеличение количества природных катастроф в мире из-за потепления происходит прямо сейчас. Вы можете прочесть бесчисленное количество интервью, посвященных именно этому. «Нефть убивает!» — пишут активисты «Гринпис» на нефтяных платформах. Но если вы посмотрите отчет IPCC, давший почву для подобных утверждений, то вы увидите, что в «резюме для политиков» этого отчета написано, что увеличение количества природных бедствий, вероятно, не исключено, может быть, начнет происходить в будущем. А если вы заглянете не в резюме, а в собственно отчет, то вы с изумлением прочтете, что никакого увеличения числа природных бедствий не наблюдается.

То же самое с ГМО. Вам громогласно заявляют: «ГМО убивает», но как только вы попросите расшифровать, что все-таки имеется в виду, вам начнут витиевато объяснять, что ученым еще неизвестны все эффекты от ГМО и вообще, есть подозрение, что из-за обработки гербицидом обочин полей, на которых растет устойчивая к этому гербициду кукуруза, в Мексике на обочинах сократилась популяция бабочек-монархов. Ужас, конечно, но когда нам кричат: «ГМО убивает», нам как-то забывают уточнить, что это, может быть, не исключено, про бабочек, лишенных привычной среды обитания.

Принцип пятый: ссылки на очевидцев

Как я уже сказала, светские религии страшно не любят связность повествования. Спроси адепта глобального потепления, как менялся климат на Земле на протяжении 4,5 миллиарда лет, — он, скорее всего, и не задумывается о том, что климат постоянно меняется.

Но при этом светские религии страшно любят свидетельства очевидцев и заключения экспертов. «Австралийский эксперт заявляет, что дыры на обшивке «Боинга» сделаны крупнокалиберным пулеметом», «диспетчер из Испании признался, кто сбил «Боинг». Если сто домохозяек и консернутых ситизенов скинутся на новый сайт о «правде о 9/11», будьте уверены, что они назовут себя «архитекторами и инженерами за правду».

В этом смысле они также похожи на народную религию. Любой человек, который изучал не возвышенные религиозные догмы, а простые тексты, обращенные, скажем, к массовому средневековому христианину или буддисту времен династии Сун, знает, что тексты эти составлены очень просто: такой-то купец отказал францисканцу в подаянии, и его унес дьявол. Такой-то купец ударил палкой буддистского монаха, и его разбил паралич. Красочные и примитивные рассказы, доходчиво иллюстрирующие судьбу неверующих, в данном случае играют роль свидетельств очевидцев и заключений экспертов.

Принцип шестой: наличие заинтересованных лиц

Наконец, шестое обстоятельство, роднящее светские религии с обычными: это непременно наличие круга лиц, чье материальное процветание и благополучие напрямую зависит от наличия верующих.

К большинству человеческих практик это не относится. Например, количество потребителей, покупающих машину «Мерседес», не совсем зависит от того, что эти люди веруют, что, купив «Мерседес», они спасутся. Несомненно, значительная часть потребителей товаров покупает по не совсем рациональным соображениям, но все-таки даже без верований в божественные свойства «Мерседеса» этот продукт будут покупать довольно многие.

Не то со светскими религиями. Если окажется, что ученые, изобретающие ГМО, — никакие не злодеи и не отравители, а просто люди, которые делают нашу жизнь лучше, то все многочисленные активисты, борющиеся с мировой несправедливостью и получающие за это высокий социальный статус, доход и осознание собственного величия, превратятся в ничто. Хуже, чем в ничто: в самозваных инквизиторов, пытающихся в очередной раз сжечь на костре Джордано Бруно и при этом еще претендующих на статус гонимых и несчастных.

Я вовсе не говорю, что каждый верующий в глобальное потепление или сбитый украми «Боинг» извлекает из этого статусную или материальную выгоду. Я о том, что в каждой такой вере существует эмиттер вранья и его ретранслятор, и эмиттер вранья обыкновенно придумывает его сам, хотя обыкновенно он же в свое же вранье истово верит.

Принцип седьмой: запрет на сомнения

Еще одним важным принципом светских религий, уже упоминавшимся выше, является запрет на сомнения. Разуму свойственно сомневаться. Сомнение — это начало познания. Даже теоремы в математике доказываются от противного. Не то — светская религия. Попробуйте спросить группу борцов против ГМО или группу «Боинг»-сбили-проклятые-укры»: «А вы уверены? А вот…» Вам не возразят. Вас затопчут ногами. Первая и последняя реакция будет: «Да ты агент!» Как замечательно сказал писатель и мыслитель Майкл Крайтон в одной из своих лекций о вере в глобальное потепление: «Первый прием негодяев, избегающих дискуссии, — заявить, что дискуссия уже завершена».

Самое печальное во всей этой истории, на мой взгляд, что светские религии распространены в современном обществе в самых разных, в том числе и демократических странах. На Ближнем Востоке массы веруют в то, что евреи сами устроили 9/11, чтобы скомпрометировать мирный ислам, в России массы веруют в то, что укры сами взорвали «Боинг», а на Западе массы веруют в ГМО и глобальное потепление.

Что объединяет эти столь различные общества и столь различные верования? Ответ: слово массы. Во всех случаях светская религия апеллирует не к индивидуальному разуму. Она апеллирует к массовому сознанию. Это индивидуальному человеку мозг дан, чтобы анализировать. Массе мозг дан, чтобы верить.

Современное — и в первую очередь западное — сознание исходит из постулата, что большинство всегда право. Принцип правоты большинства представляет собой прекрасную питательную среду для размножения светских религий.

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1396548-echo/
18:02 , 09 сентября 2014

Плохая новость для официальных властей, телевещунов и идеологов фашизма: русская культура стала великой, когда Россия стала Европой

Уже полгода, как со времени победы Майдана российские официальные власти, депутаты и телекомментаторы открыли существование особой «русской культуры», которая противостоит европейской бездуховности.

Ничего нового они, собственно, не выдумали. Еще Гитлер в «Майн Кампф» противопоставлял суровую нордическую культуру текущему европейскому разврату и бездуховности. Это обычный прием фашизма: под предлогом освобождения нации от «чуждой культуры» освободить ее от всякой культуры вообще и погрузить во времена и привычки варварства.

В связи с этим: что же такое эта особая «русская культура»?

Русская культура, бесспорно, существует, и она дала миру великие образцы музыки, поэзии и литературы.

Проблема заключается в то, что русская культура стала великой, когда Россия стала Европой.

Чайковский родился не из балалайки, и Пушкин родился из Царскосельского Лицея, а не из сказок Арины Родионовны. Если бы культурный багаж Пушкина состоял из сказок Арины Родионовны, то его, Пушкина, не было бы. Собственно, его не было бы вообще, потому что не было бы его предка — арапа Петра Великого.

Русская культура стала великой, когда вся она — и русская наука, и русская литература, и русские музыка и живопись, от Ломоносова до Ландау, от Пушкина до Толстого, от Брюллова до Мусоргского, — стала частью западной культуры.

Более того: если бы Петр I не сделал Россию частью европейского мира, то не было бы не только Толстого—Тургенева. Не было бы и столь любимой нашими патриотами Российской империи. Ее бы просто не существовало.

Московская Русь с ее домостроем, ксенофобией, технической отсталостью и, кстати, повальным гомосексуализмом, шокировавшим западных наблюдателей, заняла бы на геополитической карте мира примерно то же положение, что древняя и отсталая Персия.

Нашим патриотам не пришлось бы стенать об утрате Украины: Украина была бы частью Большой Польши или Великой Литвы. Нашим патриотам не пришлось бы страдать по Крыму: в Крыму бы жили татары; Смоленск бы принадлежал полякам; газовые месторождения в Уренгое разрабатывала бы Великая Швеция, а граница с индустриальной сверхдержавой Японией, в начале XX века ударившейся в поисках природных ресурсов в бурную колонизацию, проходила бы где-нибудь по Уралу.

Именно Петр Великий привил на русский дичок европейский культурный сорт, точнее — перепривил, потому что первая прививка была сделана викингами, но потом татары срубили дерево почти под корень. Так бы и росло оно после татар — с пьянством, с опричниной, с невежеством, с пляской Федьки Басманного перед царем, которому все целуют сапог, пока он рубит головы, и с бесконечной уверенностью невежды и ханжи в собственном превосходстве, если бы не Петр.

После него мы стали носить европейское платье, после него женщины вышли из теремов, после него поэты стали сочинять «оды» и «эпитафии», великосветские хлыщи заговорили о «Венере» и «Бахусе», ученые поехали учиться в западные университеты, и после него родилось в российском дворянстве совершенно неведомое дотоле и центральное для Европы слово «честь». Дворянское слово «честь», в результате которой новые Иваны Грозные — Петр III и Павел I — получили не опричнину, а табакерку в висок.

Мне многое не нравится на современном Западе, и я часто об этом пишу, но я пишу об этом именно потому, что я ощущаю себя частью этого Запада. Пушкин писал оду об Андрее Шенье, а Лермонтов перелагал Гейне, потому что они ощущали себя частью этой культуры. Андрей Шенье был для них меньшей экзотикой, чем завоевываемый Россией исламский Кавказ. И — так же как Пушкин и Лермонтов — это ощущают миллионы наших соотечественников, которые уезжают на Запад и легко там интегрируются. Обратите внимание: русские — не арабы, не африканцы, — это та нация, которая наиболее легко интегрируется в США и в Европе, вы не слышите о русских, сидящих там десятилетиями на велфере и рассматривающих их как пособие на православный джихад.

Мне многое нравится в современном Китае: но я не собираюсь эмигрировать в Китай, и миллионы российских эмигрантов тоже уезжают не в Китай.

Конечно, это круто сказать, что мы не «растленный Запад», но если мы не Запад, то кто мы?

Кто больше знаком российскому читателю: прекрасная Елена или Ян Гуйфэй? Кто для нас великий полководец: Ганнибал или Чжугэ Лян? Кто для нас основатель империи: Юлий Цезарь или Цинь Шихуанди? Классическая российская литература ссылается на Геродота или на Сымя Цяня? На «Илиаду» или на «Рамаяну»? Цитирует чаще Библию или Коран? С кем Пушкин сравнивал луну: со щитом варяжским и сыром голландским или с китайским лунным зайцем? Сколько выражений в русском языке — калька с французского, а сколько — с китайского или арабского? В гимназиях в качестве классического языка учили греческий и латынь — или язык Корана, читали «Записки о галльской войне» — или «Ши цзин»?

Да что там гимназии — выйдите на Тверскую и читайте подряд окрестные вывески. «Бар 02 Lounge, The Ritz-Carlton Moscow, Bosco, Эвалар, Инком-Недвижимость, Calzedonia, Балкан-экспресс, BM-estate, Магазин Lonsdale, салон Ортобест, «Трансмегаполис», «Универсалтур», Massimo Dutti, TJ collection, Braccialini, Адамас, Рандеву, Росбанк». Вау! Ни одного «Шивы», ни одного «Бараката», ни одной «Гуаньинь», и даже, что уже совсем удивительно, явный дефицит «Ильи Муромца», «Садко» и «Домостроя».

Посмотрите на наши рекламные щиты (вот уж что не обманывается относительно референтных для сознания символов) — и подсчитайте, чего там больше: отсылок к Западу, к Востоку или к «исконно русской старине»? Я уже долгое время этим занимаюсь, и результаты, доложу вам, удивительные. У нас даже элитные коттеджные поселки предпочитают называть «Гринфилд», «Ричмонд», «Гельвеция». И, кстати, в словосочетании «элитный коттеджный поселок» — сколько «русских», а сколько «западных» слов?

Нет сомнения, своя, русская, культура у нас была, были Перун, Даждьбог и Велес, но, положа руку на сердце: где вы видели салон женской красоты «Мокошь», и кто из читателей этого текста помнит, что Царевна-лягушка является в русских сказках не абы почему, а потому, что лягушка-рожаница для славян была богиня? Да, мифы и легенды о Перуне могли развиться в свою, оригинальную систему мира, не менее изощренную, чем греческая или китайская, — но ведь не развились, а теперь развиваться поздно.

Тут, я думаю, огорченный русский читатель вздохнет и скажет: что ж мы за такие неудачливые, у всех есть культура, и только у нас — заимствованный огрызок.

Должна успокоить читателя: это не исключение, а норма. Только три современные развитые нации — евреи, китайцы и индийцы — могут претендовать на тысячелетнюю автохтонность культур. Все остальные — привой, помесь, грязнокровки.

Японская и корейская культура привиты Китаем. Римская культура была заимствованной греческой, а о «европейской» культуре нечего вообще и говорить. Сплошные заимствования. Англия — Европа, но что такое «исконная английская культура»? Культура норманнов-завоевателей? Культура покоренных ими саксов, которые, в свою очередь, отвоевали Англию у кельтов? Культура кельтов, которая к моменту саксонского завоевания была заимствованной римской? Пруссия — Европа, но что такое «исконная прусская культура»? Пруссы были языческим народом, говорящим на балтийском (как и литовцы), не на германском, языке, и их культура и язык были уничтожены Ливонским орденом, начиная с XIII века. Будем восстанавливать… или как?

Еще раз: «исконно русской» культуры не существует, как не существует «исконно прусской», «исконно британской» и даже «исконно европейской культуры». Точно так же как большинство «культурных растений» не существуют в природе и поэтому-то и являются культурными, большинство культур не являются «исконными» и только поэтому являются культурами.

Любая современная динамически развивающаяся цивилизация представляет собой пласт многовековых культурных заимствований, а «исконными культурами», начиная с XIX века, занимаются этнография и антропология. Они есть. У папуасов. Мы, слава богу, не папуасы — хотя нас усиленно пытаются ими сделать.

Под лозунгом «Возврата к великой русской культуре» в стремительно фашизирующемся обществе нам предлагают считать исконно русскими хамство, пьянство и бескультурье. Нам внушают, что исконно русское — это пить, рубить головы и брать взятки. А все остальное, мол, гнилой Запад.

Увы, в жестокости и крови нет ничего «исконно русского». Это просто дикость, которая свойственна в ее истоках любой цивилизации. Генрих VIII рубил головы своим женам, но вряд ли Дэвид Кэмерон сможет сделать то же самое и сослаться при этом на «исконные британские традиции». Все успешные цивилизации проходили через скотство и варварство. Но ни одной успешной цивилизации не придет в голову брать скотство за образец. Это в голову приходит только фашизму.

[Юрий Фельштинский]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://www.kasparov.ru/material.php?id=54170D2466FE4
Я советую Латыниной сменить аудиторию
15-09-2014 (20:03)

Исторически рассуждая, сентябрь кровавый месяц. Наверное, найдутся читатели, которые скажут, что и другие месяцы года не лучше. Не буду настаивать на своей правоте, хотя и Вторая мировая война, и теракт в США в 2001 году, и теракты в России 15 лет назад — это всё сентябрь. Случайность? Конечно, случайность — статистически рассуждая...

Поразительно, что "Эхо Москвы" в столь непростой период российско-украинской войны и жесткой пропагандистской кампании российского правительства против всего цивилизованного мира нашло в себе мужество провести пару дней назад опрос слушателей по острополитическому сюжету 15-летней давности: Верите ли вы в официальную версию взрыва дома на улице Гурьянова? 8% ответили, что верят; 79% ответили, что дома взрывали спецслужбы.

Я считаю, что это удивительный результат. С сентября 1999 года, 15 лет, ФСБ, российское правительство и основные российские СМИ неустанно заявляют, что дома взрывали чеченцы, и 15 лет спустя в это верит 8% слушателей "Эха Москвы", а 79% считают, что взрывали спецслужбы. Я хочу напомнить, что в августе 2001 года спецвыпуском "Новой газеты" были опубликованы главы из моей и Литвиненко книги "ФСБ взрывает Россию". Вскоре после этого ФСБ через суд добилась запрета на публикацию и распространение в России самой книги под предлогом "разглашения государственной тайны". В интернете, впрочем, книга была опубликована. В 2007 году, уже после убийства в Лондоне Александра Литвиненко, книга была опубликована на примерно 20 языках. Было и два русских издания: в Украине и Эстонии. В России "ФСБ взрывает Россию" издана не была и стала единственной моей книгой, неизданной в Москве. Даже "Корпорация: Россия и КГБ во времена президента Путина" выдержала два российских издания.

Должен отметить, что все эти годы, всякий раз, когда предоставлялась возможность, особенно в очередную сентябрьскую годовщину, ведущий журналист "Эха Москвы" Юлия Латынина подвергала резкой критике и концепцию книги, и меня лично. Причем критика эта шла в односторонннем порядке, поскольку на "Эхе" по вопросу взрывов домов у Латыниной полная монополия, и за все эти годы ни разу "Эхо Москвы" не предоставило мне право ответного слова. Поэтому результат последнего опроса "Эха Москвы" вдвойне сенсационен. Это не только вотум недоверия Путину, но и вотум недоверия 79% слушателей "Эха" тому, что все эти годы вещает по поводу взрывов 1999 года Латынина.

Некоторые приемы Латыниной я считаю некорректными и неприличными. Я считаю некорректным обвинять меня в "измене родине" и в "сотрудничестве с международным терроризмом" за сбор информации о терактах 1999 года (причем это не случайные обвинения, поскольку из уст Латыниной они звучали и раньше). Я считаю неприличным писать с ошибкой, как это сделано в "Коде доступа" от 13 сентября, мою фамилию при том, что написание моей фамилии Латыниной хорошо известно.

Я советую Латыниной сменить аудиторию. Если после стольких лет отчаянной пропаганды тебе верят только 8% слушателей, стоит ли оставаться на "Эхе"? Пусть лучше возьмут меня: я там еще и рта не открыл, а у меня уже 79% поддержки. Трудно даже представить, что будет, если меня в России в эфир пустят.

P. S. Хочется верить, что контракт Латыниной с Путиным и ФСБ по тематике сентябрьских терактов был подписан не пожизненно, а сроком на 15 лет, и в сентябре 2015 года Латынина защищать Путина и ФСБ уже не станет, тем более, что к тому времени у Латыниной не будет даже 8% поддержки.

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/beseda/1401500-echo/
Я бы не сравнивала домашний арест Евтушенкова с десятью годами, которые отсидел Ходорковский. Я бы сравнивала это с делом Голдовского, которого посадили с одной стороны по беспределу, а с другой – совершенно заслуженно.
Евтушенков не просто следовал путинским правилам, потому что такова жизнь, он был активный игрок по путинским правилам, с кем в ФСБ он был не разлей вода – поговаривают на рынке. Почему эти фсбшники наезжали на бизнес, насколько я понимаю, тоже всем известно.

Господин Евтушенков, насколько я знаю, был одним из близких друзей Януковича и совладельцем охотничьего хозяйства «Кедр», которое играло в Украине роль кооператива «Озеро». И потом, насколько я понимаю, был одним из посредников, сводивших Януковича после его бегства с теми людьми, которые устроили все это в Украине. О подробностях лучше спросить донецкого губернатора Таруту, который еще в самом начале донецкой истории называл мне, к моему изумлению, имя Евтушенкова.

Видимо, Евтушенков пытался посредничать в украинской истории. Потому что чувствовал у себя за спиной грозное дыхание Сечина, который хотел забрать у него «Башнефть», судорожно искал какие-то козыри.

В общем, с моей точки зрения, это драка бульдогов под ковром. И если Ежова посадили, это не делает из него жертву режима. Тем более что посадили Евтушенкова как Евгению Васильеву – под домашний арест.

[Сергей Алексашенко]

http://echo.msk.ru/blog/aleksashenko/1608778-echo/
17:55 , 23 августа 2015

автор
экономист

В последнем «Коде доступа»(http://echo.msk.ru/programs/code/1607726-echo/), Юля, Вы меня сильно и неприятно поразили своей (а, скорее всего, чьей-то чужой) интерпретацией дела Олега Сенцова, когда Вы целиком и полностью встали на сторону официального обвинения, из которого настолько торчат ФСБ-шные уши, что не видеть их невозможно.

Вся Ваша логика строится на теории товарища Вышинского, согласно которой признание обвиняемого есть царица доказательств. Но в случае Олега Сенцова (и в последнее время в России это случается все чаще и чаще) последователи Андрея Януарьевича пошли дальше – царицей доказательств у них (и, Юля, к сожалению, у Вас) является признание другого человека (в просторечии – донос), который одновременно с этим заключил сделку со следствием в надежде смягчить свою участь.

Позиция ФСБ-шников мне хорошо понятна – им по фигу достоверность обвинения, им наплевать на то, насколько обоснованными выглядят доказательства. Им главное — исполнить приказ, спущенный каким-то подонком сверху. Именно поэтому они, не моргнув глазом, заявляют о том, что Сенцов говорил с Чирним исключительно с телефона Афанасьева, но никаких доказательств этому не представить не смогли, хотя целый месяц вели прослушку телефона Чирного (кстати, на основании решения Московского областного суда – оказывается, Чирний еще и в Подмосковье хотел чего-то замутить). Именно поэтому они были полностью удовлетворены результатами проверки Чирного на полиграфе, которые дали вот такие выводы : «Подтвердить наличие в памяти Чирного информации не представляется возможным».

Ну, ладно, верите Вы (и судья, и следователи) Чирному. Но помимо него такие же показания на Сенцова дал другой человек, также пошедший на сделку с правосудием, Геннадий Афанасьев. И который, так же как Чирний, был осужден в ускоренном режиме без исследования доказательств. Но этот человек набрался мужества и на суде, подтвердив показания о своем участии в поджогах, заявил, что все свои «признательные» в отношении Сенцова показания он дал под пытками. (Кстати, Олега Сенцова тоже били пока он находился в СИЗО, на суде была представлена о медицинская справка на этот счет, что, конечно же, не произвело никакого впечатления на судью). И скажите, Юля, почему Вы не сказали ни слова об отказе Афансьева подтвердить свои показания на суде и о пытках? Не потому ли, что это никак не бьется с ФСБ-шной гипотезой о террористах и о «железных» доказательствах?

Нет, были, конечно и другие свидетели обвинения. Например, пятикратно судимый и сейчас находящий в СИЗО за кражу Ярослав Бураковский, который входе допроса в суде не смог ответить на вопросы адвокатов о том, под каким ником в группе Вконтакте был зарегистрирован Сенцов, а также в чем был одет Сенцов во время их встреч. «Людей встречают не по одежке», — ответил Бураковский на вопрос адвоката о том, как был одет Сенцов на встречах, о которых рассказывал свидетель. Вы бы поверили такому свидетелю?

И последнее. Даже, если предположить, что ФСБ и Вы, Юля, во всем правы. И эта группа, действительно, существовала; и Олег Сенцов, действительно, был руководителем этой группы; и он, действительно, давал указания/приказы Чирному и Афанасьеву на организацию поджогов и взрыва памятника; но, Вы сами абсолютно аргументировано говорите о том, что никаких террористических актов эта группа не замышляла, т.к. ее действия не предполагали никаких (!) человеческих жертв, и что в российском уголовном кодексе такие действия квалифицируются, как хулиганство. И тогда Вы правы, и судить и Сенцова, и Афанасьева, и Чирного, и Кольченко нужно именно за это. А у них в обвинительном заключении (и, подозреваю, в приговоре суда) статья «Терроризм», почувствуйте, как говорится, разницу!

И в этом месте, Вы, Юля, закладываете такой вираж, что у меня нет слов – вместо того, чтобы (раз, уж, Вы стали анализировать этот сюжет) обратить внимание на ошибки следствия в квалификации преступления, на связанную с этим возможную ошибку суда, Вы начинаете защищать сторону обвинения, объясняя, что наше «государство особенно звереет от того, когда ему лгут в лицо. Потому что у государства есть достаточно серьезные доказательства, и вместо этого его, извините, макают в дерьмо и рассказывают ему, что Сенцов совершенно „невиновный“. И в такой ситуации государство звереет и сажать начинает не за то, что сделал человек, а за то, что он отрицает, что это сделал» (простите за длинную цитату). По Вашей же логике получается. Что посадить Олега Сенцова на 23 (ДВАДЦАТЬ ТРИ) года хотят не за то, что он сделал (или что ему приписывают), а за то, что он не признал свою вину. Простите, Юля, такой статьи, да еще с такими сроками наказания в российском УК не существует.

И, если Олега Сенцова сажают за это, то это и есть самое главное доказательство отсутствия верховенства права и независимого суда в России. О чем Вы так часто говорите. Но почему-то не увидели в этом случае. И еще более странно, что Вы это поддерживаете и защищаете.

PS А еще я бы хотел услышать от Вас, Юля, гипотезу о том, чего так испугались российские следователи и отказались от признания Олега Сенцова и Александра Кольченко гражданами Украины и отказали им во встречах с консулом? Или Вы тоже, как ФСБ, считаете, что по приказу сверху людям можно поменять гражданство? Как крепостных крестьян переписать от одного помещика другому?

PPS А еще я бы хотел услышать от Вас, Юля, объяснение того, какие такие гостайны есть в этом деле, что все материалы дела оказались засекречены?

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/1665496?COMEFROM=SUBSCR

07.10.2014 16:38

Не нужно доверяться большинству, его надо образовывать и допускать до управления государством только после тестов на вменяемость.

Аксиома равенства всех и всегда, при любых обстоятельствах, из которой автоматически вытекает теорема правоты большинства (если один голос равен другому, то где их больше — там и правда), — корень вовсе не только российских бед.

Результаты опросов общественного мнения радуют меня в последнее время все больше и больше. 88% россиян одобряют политику Путина, 44% считают, что получать образование в России лучше, чем в Европе, а 30% — что Солнце вращается вокруг Земли. Последние 30%, заметим, считают так без всякой «сурковской пропаганды». Если бы еще и российское телевидение тут руку приложило, то так считали бы все 88%, а тех, кто так не считает, честили бы наймитами пиндосов и пособниками украинских фашистов.

Не знаю, случайно или нарочно, но, мне кажется, социологи делают одно великое дело: они вбивают осиновый кол в главное идеологическое положение, лежащее в основе всего современного — не только российского, катящегося к черту, мироустройства. Положение, что народ всегда прав.

Все люди рождаются равными, как справедливо сказано в Декларации независимости. Но, увы, люди не остаются равными. Почему — другой вопрос. Кто-то виноват сам, кого-то среда заела, кто-то посередине. Недавно я читала ЖЖ матери Аркадия Бабченко, у которой шестеро (!) приемных детей, про детей из детских домов, которые не говорят до семи лет. Про поголовную умственную отсталость. Про четырнадцатилетнюю девочку Свету, которая не знает, что такое виноград, но знает, что «Путин хороший».

Конечно, можно сказать, что девочка Света всем равна, не надо девочке Свете ничего навязывать и ничего воспитывать. Но тот человек, который так говорит, — демагог, переходящий в подонка, а Юлия Бабченко, которая делает из этих маугли людей, — святая, и она не пишет, какие эти дети офигительные. Она пишет правду.

Конечно, можно наделить вот такую вот девочку Свету, когда она вырастет, избирательным правами и сказать, что тот, кто против, — тот фашист. Но вот проблема — как только вы наделяете такую вот девочку Свету избирательными правами — не важно, в России ли, в Венесуэле, в Гонконге ли, — вы получаете сначала политиков, которые строят свою кампанию в расчете на голосование девочек Свет, а потом — проводят политику, которая всемерно девочек Свет умножит.

Любым способом. Через умножение государственных должностей, в том числе огосударствление образования и медицины, чтобы врачи и учителя, как бы нищи они ни были, считали себя частью государственной машины и голосовали за эту машину. Через умножение бюрократии. Через систему пенсий, устроенных таким образом, чтобы человек, который работал всю жизнь, считал себя в старости обязанным не себе, а государству, и голосовал с продуктовым набором в глазах. Через умножение люмпенов в автократиях.

Все сползание России в авторитаризм началось ровно с того, что в 1991 году прекраснодушные российские либералы почему-то решили, что если дать опустошенному, разоренному, развращенному семьюдесятью годами государственной зависимости народу право голосовать, так он тотчас же и проголосует за свободу и рынок. В 1993-м он проголосовал за Жириновского, дальше было только вниз. Увы, всеобщее избирательное право превращает выборы в их противоположность, и чем бедней страна, тем быстрее это происходит. В России — за десяток с небольшим лет.

Вся идеология нашей либеральной оппозиции до сих пор состоит в том, что от народа, мол, скрывают правду, морочат ему голову и заливают баки ужасной телевизионной пропагандой, но вот если бы народ правду знал! Да? А почему не знает? Та правда — в шаговой доступности. В России 60 млн человек пользуются интернетом, неужели этим 60 миллионам трудно было б узнать, например, самим, есть российские войска в Украине или нет?

Какое может быть сомнение девочки Светы или тети Маши в том, что солнце встает, откуда Путин скажет, если она всю свою жизнь не испытывает ни малейшей потребности в каком-либо сомнении?

Аксиома равенства всех и всегда, при любых обстоятельствах, из которой автоматически вытекает теорема правоты большинства (если один голос равен другому, то где их больше — там и правда), — корень вовсе не только российских бед.

Именно вера в богоравность большинства не дает возможность назвать одобряемый большинством режим Мадуро в Венесуэле режимом сумасшедшего или сопротивляться исламизму на Ближнем Востоке.

Это в конце XIX века Уинстон Черчилль мог презрительно писать об исламе, что «в мире не существует более ретроградной силы». Сейчас любой леволиберальный политик скорее упадет в обморок, чем признает, что что-то, во что верит какое-то большинство, — будь то ислам, или верования австралийских аборигенов, или вудуизм, — может быть «плохим» и даже катастрофичным для нации.

Это в XIX веке считалось, что невежественное большинство надо просвещать. Теперь, оказывается, к нему надо прислушиваться.

Это все равно как если бы Юлия Бабченко вместо того, чтобы объяснять, как резать хлеб, мыть посуду и убирать за собой, села бы перед детдомовской девочкой Светой в позу лотоса и начала медитировать на тему того, какие глубокие истины ей открыты.

Когда-то люди верили в духов, демонов, оборотней, шаманов, богов. Потом — в единого бога. Теперь политическая корректность приказывает верить в большинство.

О, да!

56% жителей Саудовской Аравии одобряют взрыв башен-близнецов. При этом 36% жителей Саудовской Аравии считают, что башни-близнецы взорвали евреи. 45% россиян верят в существование мирового правительства, которое контролирует планету. 30% жителей Европы уверены, что гены есть только в генно-модифицированных продуктах, а в негенно-модифицированных — их нет.

Пора кончать верить в большинство. И если кто-то что-то хочет изменить в России, ему пора перестать надеяться на то, что 88%, верующих в Путина, вдруг просветятся и прозреют. Они веруют не потому, что им запрещают думать, а потому, что они к думанию не привыкли, и эта богопротивная привычка, пришедшая к ним из развращенной гейропы, им ни к чему.

Не поддавайтесь магии цифр: не ищите, как расколдовать 88%. Думайте о том, что 12% для страны, в которой, как в секторе Газа, пропаганда въедается в кости, в которой она становится обязательным символом веры, — это на самом деле огромная цифра. И эта цифра, характеризующая элиту.

Если «большинство за» — это еще не исторический приговор. Если бы при Петре I политику России определяло большинство, мы бы до сих пор носили длинные рукава, а наши женщины до сих пор сидели бы по теремам.

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2102711?COMEFROM=SUBSCR
25 Окт 11:38
http://worldcrisis.ru/pictures/2102711/middle.png
«Бриллиантовый мальчик» за рулем. Фото: Томас Левиев / Facebbok

У молодого человеческого самца высокий уровень тестостерона и адреналина. Так устроила природа. В результате избытка тестостерона и адреналина в древности мальчики шли в викинги, рубились за невест и вообще всячески гераклствовали. В наше время с викингами туговато, и в нормальных странах тестостероноизбыточная молодежь занимается различными видами экстремального спорта: руферствует, бейсджампствует и спускается на скейтборде по целине.

В failed state молодежь выпускает адреналин другим способом. Если молодой самец беден, он записывается в ИГИЛ (запрещенная в России организация. — Ред.), а если он богат, то папочка покупает ему Ferrari, и он давит окружающих на скорости 200 км в час.

Ничего личного — просто биология.

Итак, 16 октября, около 11 вечера, в Москве, молодой барчук Томас Левиев, отчисленный с первого курса МГИМО за неуспеваемость, сел без прав в новенький Ferrari за 13 млн рублей, подаренный ему на восемнадцатилетие, разогнался до 200 км в час, вылетел на встречку, раздолбал две машины, перевернулся и спалил подарок. Чудом обошлось без трупов.

С места ДТП Левиев скрылся и позже обнаружился в больнице. Там родственник молодого дарования Александр Мирилашвили справедливо возмутился, что какие-то холопы в лице журналистов лезут в частную жизнь его подопечного, и надавал им по морде, а потом, уезжая, сбросил с капота и чуть не задавил полицейского.

Дальше начались чудеса. Для правоохранительных органов оказалось непреодолимой задачей установить фамилию «бриллиантового мальчика». Задачу эту решила за органы, пользуясь одним Facebook, Божена Рынска, которая первой написала, что «бриллиантовый мальчик» — это студент МГИМО Томас Левиев. Привела она и дивные фото мальчика, в маечке Cod bless Givenchy и с девицами по бокам, а также отрывки из его Facebook, из которых следует, что молодой студент МГИМО (Левиев после отчисления восстановился на платном) слово «твоему» пишет как «тваиму».

После блога Божены Рынской прорезался, наконец, и СК в лице его представителя г-на Маркина. На Рынску г-н Маркин, разумеется, не сослался, а продолжительное молчание объяснил тем, что российское законодательство запрещает распространять в СМИ данные о несовершеннолетних, а родственники мальчика говорили, что ему 17, «скрывая возраст юноши, его гражданство и другие данные», — отметил Маркин.

Иными словами, г-н Маркин хочет нас уверить, что установление точного возраста студента МГИМО, сидящего в социальных сетях и выступающего за родной ВУЗ по всяким видам мордобоя, оказалось для российских пинкертонов непосильной задачей.

Тут же, не сходя с места, г-н Маркин предложил решение проблемы — оказывается, надо приравнять управление автомобилем без прав к ношению оружия. Только совершенно непонятно, как это поможет в таком сложном деле, как установление имени и даты рождения студента МГИМО.

Дальше — больше. Г-н Маркин открыл обществу ужасную истину: оказывается, Левиев и Мирилашвили — граждане Израиля. Вот оно в чем дело! «Возникает риторический вопрос, — заявил г-н Маркин, — а дерзнули бы они так «шалить» в том государстве, гражданами которого они являются? Сомневаюсь. Их бы там «припарковали» еще при разгоне».

Г-н Маркин, а чего же их у нас-то не «припарковали»?

Потому что у нас никого не «паркуют».

Потому что после того, как сын экс-министра обороны убил своей машиной 69-летнюю женщину, переходившую дорогу на зеленый свет, то дело было возбуждено против зятя погибшей.

Потому что когда минивэн с женой тогда еще главы МВД Нургалиева раскатал в кровавый фарш «Жигули» с двумя рабочими, то дело как-то замяли.

Потому что когда Анастасия Мальцева, родственница министра Зурабова, сбила насмерть беременную москвичку Евгению Пугачеву, то на месте ДТП, возле трупа с переломанными шейными позвонками, быстро появился родственник министра, и дело замяли.

Потому что безнаказанность в России распространяется на любого, кто имеет статус и деньги. Как оказалось, она распространяется даже на молодую даму по имени Анна Шавенкова, которая прямо под видеокамерой выехала на тротуар и сбила двух девушек, после чего спокойно высадилась из авто и, даже не подойдя к трупу, принялась осматривать машину. Анна Шавенкова получила приговор с отсрочкой исполнения наказания на 14 лет и была амнистирована. Весь блат Шавенковой заключался в том, что ее мама была членом «Единой России» и председателем избиркома Иркутской области.

Все эти случаи доказали молодому Томасу Левиеву и его родственникам очевидную истину: а именно — что если у тебя есть деньги, связи и дорогое авто с хорошей системой безопасности, то давить на дорогах людей можно безнаказанно. Это не угрожает ничему, кроме как кошельку.

Это — типичное поведение водителей в стране третьего мира. В Афганистане, Сирии или Намибии любой важный человек знает, что если он задавит кого-нибудь на дороге, то вопрос решается парой голов скота. В США, Израиле и Европе любой политик, чиновник или бизнесмен знает, что если он или его сын задавят кого-нибудь на дороге, то это будет двойная катастрофа: уголовная и еще публичная.

В октябре 2010 года весь Китай всколыхнула авария: 20-летний «золотой мальчик» Ли Циминь наехал своей машиной на двух студенток и задавил одну из них насмерть. Когда его остановили, он закричал: «Попробуйте-ка меня осудить. Мой отец Ли Ган». Интернет взорвался. Фраза «мой отец Ли Ган» стала мемом. Ли Циминя посадили на шесть лет. Сам Ли Ган, замначальника местной полиции, публично плакал по телевизору и просил прощения.

В России Левиев заплатил штраф в 15 тыс. руб. и спешно уехал за границу, а г-н Маркин из Следственного комитета принялся рассуждать о том, что в Израиле-то Левиева бы «припарковали». Кто же помешал его припарковать в России, а, г-н Маркин? «Пятая колонна»? Обама?

Российская пропаганда может долго трындеть о том, как мы встали с колен. Как нас уважают и боятся. Но вот проблема. Никто никогда не будет уважать страну, в которой любой богатый 17-летний сосунок может играть в кегли чужими машинами, и при этом следственные органы страны будут не в состоянии установить его дату рождения

[Жертва на велосипеде]

http://s020.radikal.ru/i708/1410/94/e6f3b0a3bb1b.png
Плохая новость для официальных властей, телевещунов и идеологов фашизма: русская культура стала великой, когда Россия стала Европой
http://s49.radikal.ru/i125/1410/7d/2e4c99b2af81.jpg
В связи с этим: что же такое эта особая «русская культура»?

Русская культура, бесспорно, существует, и она дала миру великие образцы музыки, поэзии и литературы.

Проблема заключается в том, что русская культура стала великой, когда Россия стала Европой.

Чайковский родился не из балалайки, и Пушкин родился из Царскосельского Лицея, а не из сказок Арины Родионовны. Если бы культурный багаж Пушкина состоял из сказок Арины Родионовны, то его, Пушкина, не было бы. Собственно, его не было бы вообще, потому что не было бы его предка — арапа Петра Великого.

Русская культура стала великой, когда вся она — и русская наука, и русская литература, и русские музыка и живопись, от Ломоносова до Ландау, от Пушкина до Толстого, от Брюллова до Мусоргского, — стала частью западной культуры.

Более того: если бы Петр I не сделал Россию частью европейского мира, то не было бы не только Толстого—Тургенева. Не было бы и столь любимой нашими патриотами Российской империи. Ее бы просто не существовало.

Московская Русь с ее домостроем, ксенофобией, технической отсталостью и, кстати, повальным гомосексуализмом, шокировавшим западных наблюдателей, заняла бы на геополитической карте мира примерно то же положение, что древняя и отсталая Персия.

Нашим патриотам не пришлось бы стенать об утрате Украины: Украина была бы частью Большой Польши или Великой Литвы. Нашим патриотам не пришлось бы страдать по Крыму: в Крыму бы жили татары; Смоленск бы принадлежал полякам; газовые месторождения в Уренгое разрабатывала бы Великая Швеция, а граница с индустриальной сверхдержавой Японией, в начале XX века ударившейся в поисках природных ресурсов в бурную колонизацию, проходила бы где-нибудь по Уралу.

Именно Петр Великий привил на русский дичок европейский культурный сорт, точнее — перепривил, потому что первая прививка была сделана викингами, но потом татары срубили дерево почти под корень. Так бы и росло оно после татар — с пьянством, с опричниной, с невежеством, с пляской Федьки Басманова перед царем, которому все целуют сапог, пока он рубит головы, и с бесконечной уверенностью невежды и ханжи в собственном превосходстве, если бы не Петр.

После него мы стали носить европейское платье, после него женщины вышли из теремов, после него поэты стали сочинять «оды» и «эпитафии», великосветские хлыщи заговорили о «Венере» и «Бахусе», ученые поехали учиться в западные университеты, и после него родилось в российском дворянстве совершенно неведомое дотоле и центральное для Европы слово «честь». Дворянское слово «честь», в результате которой новые Иваны Грозные — Петр III и Павел I — получили не опричнину, а табакерку в висок.

Мне многое не нравится на современном Западе, и я часто об этом пишу, но я пишу об этом именно потому, что я ощущаю себя частью этого Запада. Пушкин писал оду об Андрее Шенье, а Лермонтов перелагал Гейне, потому что они ощущали себя частью этой культуры. Андрей Шенье был для них меньшей экзотикой, чем завоевываемый Россией исламский Кавказ. И — так же как Пушкин и Лермонтов — это ощущают миллионы наших соотечественников, которые уезжают на Запад и легко там интегрируются. Обратите внимание: русские — не арабы, не африканцы, — это та нация, которая наиболее легко интегрируется в США и в Европе, вы не слышите о русских, сидящих там десятилетиями на велфере и рассматривающих его как пособие на православный джихад.

Мне многое нравится в современном Китае: но я не собираюсь эмигрировать в Китай, и миллионы российских эмигрантов тоже уезжают не в Китай.

Конечно, это круто сказать, что мы не «растленный Запад», но если мы не Запад, то кто мы?

Кто больше знаком российскому читателю: прекрасная Елена или Ян Гуйфэй? Кто для нас великий полководец: Ганнибал или Чжугэ Лян? Кто для нас основатель империи: Юлий Цезарь или Цинь Шихуанди? Классическая российская литература ссылается на Геродота или на Сымя Цяня? На «Илиаду» или на «Рамаяну»? Цитирует чаще Библию или Коран? С кем Пушкин сравнивал луну: со щитом варяжским и сыром голландским или с китайским лунным зайцем? Сколько выражений в русском языке — калька с французского, а сколько — с китайского или арабского? В гимназиях в качестве классического языка учили греческий и латынь — или язык Корана, читали «Записки о галльской войне» — или «Ши цзин»?

Да что там гимназии — выйдите на Тверскую и читайте подряд окрестные вывески. «Бар 02 Lounge, The Ritz-Carlton Moscow, Bosco, Эвалар, Инком-Недвижимость, Calzedonia, Балкан-экспресс, BM-estate, Магазин Lonsdale, салон Ортобест, «Трансмегаполис», «Универсалтур», Massimo Dutti, TJ collection, Braccialini, Адамас, Рандеву, Росбанк». Вау! Ни одного «Шивы», ни одного «Бараката», ни одной «Гуаньинь», и даже, что уже совсем удивительно, явный дефицит «Ильи Муромца», «Садко» и «Домостроя».

Посмотрите на наши рекламные щиты (вот уж что не обманывается относительно референтных для сознания символов) — и подсчитайте, чего там больше: отсылок к Западу, к Востоку или к «исконно русской старине»? Я уже долгое время этим занимаюсь, и результаты, доложу вам, удивительные. У нас даже элитные коттеджные поселки предпочитают называть «Гринфилд», «Ричмонд», «Гельвеция». И, кстати, в словосочетании «элитный коттеджный поселок» — сколько «русских», а сколько «западных» слов?

Нет сомнения, своя, русская, культура у нас была, были Перун, Даждьбог и Велес, но, положа руку на сердце: где вы видели салон женской красоты «Мокошь», и кто из читателей этого текста помнит, что Царевна-лягушка является в русских сказках не абы почему, а потому, что лягушка-рожаница для славян была богиня? Да, мифы и легенды о Перуне могли развиться в свою, оригинальную систему мира, не менее изощренную, чем греческая или китайская, — но ведь не развились, а теперь развиваться поздно.

Тут, я думаю, огорченный русский читатель вздохнет и скажет: что ж мы за такие неудачливые, у всех есть культура, и только у нас — заимствованный огрызок.
http://s016.radikal.ru/i337/1410/e6/b95682a0b75d.jpg
Японская и корейская культура привиты Китаем. Римская культура была заимствованной греческой, а о «европейской» культуре нечего вообще и говорить. Сплошные заимствования. Англия — Европа, но что такое «исконная английская культура»? Культура норманнов-завоевателей? Культура покоренных ими саксов, которые, в свою очередь, отвоевали Англию у кельтов? Культура кельтов, которая к моменту саксонского завоевания была заимствованной римской? Пруссия — Европа, но что такое «исконная прусская культура»? Пруссы были языческим народом, говорящим на балтийском (как и литовцы), не на германском, языке, и их культура и язык были уничтожены Ливонским орденом, начиная с XIII века. Будем восстанавливать… или как?

Еще раз: «исконно русской» культуры не существует, как не существует «исконно прусской», «исконно британской» и даже «исконно европейской культуры». Точно так же как большинство «культурных растений» не существуют в природе и поэтому-то и являются культурными, большинство культур не являются «исконными» и только поэтому являются культурами.

Любая современная динамически развивающаяся цивилизация представляет собой пласт многовековых культурных заимствований, а «исконными культурами», начиная с XIX века, занимаются этнография и антропология. Они есть. У папуасов. Мы, слава богу, не папуасы — хотя нас усиленно пытаются ими сделать.

Под лозунгом «Возврата к великой русской культуре» в стремительно фашизирующемся обществе нам предлагают считать исконно русскими хамство, пьянство и бескультурье. Нам внушают, что исконно русское — это пить, рубить головы и брать взятки. А все остальное, мол, гнилой Запад.

Увы, в жестокости и крови нет ничего «исконно русского». Это просто дикость, которая свойственна в ее истоках любой цивилизации. Генрих VIII рубил головы своим женам, но вряд ли Дэвид Кэмерон сможет сделать то же самое и сослаться при этом на «исконные британские традиции». Все успешные цивилизации проходили через скотство и варварство. Но ни одной успешной цивилизации не придет в голову брать скотство за образец. Это в голову приходит только фашизму.

[BBC.Русская служба]

http://www.bbc.com/russian/russia/2014/10/141010_novaya_gazeta_roskomnadzor
10 октября 2014
http://ichef-1.bbci.co.uk/news/ws/660/amz/worldservice/live/assets/images/2014/10/10/141010150652_dmitri_muratov_512x288_getty.jpg
Главред "Новой" Дмитрий Муратов ответил на предупреждение Роскомнадзора шуткой

Роскомнадзор вынес редакции и учредителю "Новой газеты" предупреждение о недопустимости экстремизма, которое чиновники усмотрели в статье Юлии Латыниной "Если мы не Запад, то кто мы?".

Ведомство требует незамедлительно удалить или отредактировать материал и уведомить об этом ведомство в десятидневный срок.

Сама Юлия Латынина уверена, что в ее высказываниях нет экстремистского содержания, а ее материал, набравший более 300 тысяч просмотров на сайте, "действительно кого-то серьезно раздражает".

В статье Латынина иронизировала над призывами депутатов Госдумы защитить "особую русскую культуру" и проводила аналогии между ними и Гитлером.

"Тролли писали, что Латынина фашистка, но было ощущение, что они не то что не читали статью, а даже не представляют содержание, просто им кто-то велел написать. Все они упоминали одну и ту же фразу, которую и привел Роскомнадзор в письме", – сказала журналистка изданию Slon.
Распять на рассвете

Главный редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов прокомментировал произошедшее с иронией.

Как заявил Муратов в эфире "Дождя", редакция "с раскаянием отреагировала на это предупреждение".

"В связи с неоднократными античеловеческими высказываниями обозревателя Юлии Латыниной редакционная коллегия "Новой газеты" приняла решение - распять Юлию Латынину на рассвете. До Юлии Латыниной лично мною это мнение доведено", - сказал главред издания.

Оценивая решение Роскомнадзора, Муратов заявил, что "Новая" - "серьезная, профессиональная газета".

"Мы внимательно следим за тем, чтобы наши тексты относились к тем, которые являются гуманистическими, человеческими, законными. Я не буду комментировать решение Роскомнадзора", - цитирует "Дождь" главреда "Новой".

"Новая газета" сообщила, что ее юристы "внимательно изучают этот документ. Скорее всего, она не согласится с мнением ведомства и оспорит его.

Газета указала на "странный перекос во взглядах чиновников", которые не подвергают наказаниям государственные каналы, даже когда те "напрямую разжигают войну".

В пятницу вечером фрагмент статьи на сайте "Новой газеты", вызвавший недовольство надзорного органа, оказался скрыт.

"Цензура. Скрыто по требованию Роскомнадзора. Временно - до решения суда", - гласит надпись на черном фоне.

[Александр Скобов]

К Юлии Леонидовне Латыниной у меня была и есть масса претензий. Я считал и считаю, что ее грубый социал-дарвинизм, ее демонстративное презрение к социально зависимым (так называемым «анчоусам») способствовали расколу демократического протестного движения, его поражению и временному торжеству нынешней самой мракобесной путинской реакции. Критическому разбору взглядов Юлии Латыниной я в свое время посвятил несколько статей на «Гранях». Мне представляется, что когда этот свой нарочитый, выражающий какие-то скрытые комплексы социал-дарвинизм Латынина соединяет с оправданием диктаторских репрессивных режимов, ее взгляды опасно приближаются к фашистским.

Вот только ее статья «Если мы не Запад, то кто мы?», объявленная экстремистской цензурным ведомством, - это безукоризненно антифашистский текст. Текст, с которым я согласен целиком и полностью. И нужно быть Максимом Шевченко, чтобы в констатации медицинского факта смешанного характера подавляющего большинства современных национальных культур увидеть утверждение чьей-то неполноценности, попытку кого-то унизить. Юлия Латынина утверждает прямо противоположную вещь: смешанный, «не родной» характер культуры ни в коей мере ее не умаляет. Претензии, предъявляемые к этой статье Юлии Латыниной, абсурдны и абсолютно несправедливы. Уже этого достаточно, чтобы идеологические оппоненты Латыниной из демократического лагеря в настоящий момент отложили бы собственные претензии к ней и выразили солидарность с человеком, подвергшимся откровенным политическим преследованиям за критику существующей власти. Истинная претензия цензурного ведомства к Юлии Латыниной состоит в том, что она сравнила идеологию и политику путинского режима с идеологией и политикой классического фашизма XX века. И совершенно справедливо нашла в них много схожего. Именно такие сравнения цензурное ведомство пытается сейчас запретить и криминализовать.

Второй вопрос, возникший в связи с непотребным наездом Роскомнадзора на Юлию Латынину, - это вопрос об опасности для политических свобод, исходящей от ныне действующего «антиэкстремистского» законодательства. Случай с Юлией Латыниной лишний раз показывает нам, что любая попытка законодательно запретить выражение неприятных для нас взглядов неизбежно обернется против нас самих. Между тем многие наши «демократы» и «правозащитники» остаются сторонниками сохранения идеологической 282-й статьи УК. Просто они считают, что ее надо «правильно применять». Не пора ли им задуматься над тем, что они напоминают «старых большевиков», прошедших сталинские лагеря, но сохранивших незамутненную веру в то, что всего-навсего «не тех сажали»?

Любые попытки спорить с государством по его правилам сегодня обречены на неудачу. Я вижу единственный способ борьбы с усиливающейся политической цензурой: демонстративное неповиновение ей. Нужно стремиться к тому, чтобы каждый случай цензурного запрета тянул за собой максимальную цепочку новых скандалов. «Новая газета», от которой жандармы из Роскомнадзора потребовали удалить со своего сайта несколько фрагментов статьи Юлии Латыниной, хоть и пообещала оспорить это требование в суде, но пока что его выполнила. Воздержусь от комментариев. В конце концов, это личное дело «Новой газеты». Я же размещаю на всех своих аккаунтах полный текст статьи со всеми подвергшимися цензуре фрагментами. Без ссылки на источник. Для тех, кто захочет поучаствовать в тиражировании запрещенного текста, напоминаю: поскольку любой источник может быть заблокирован, размещать у себя только ссылку на него недостаточно. Надо размещать весь текст.

http://grani.ru/blogs/free/entries/233890.html

Приложение (Полный текст подвергшейся цензуре статьи Юлии Латыниной. Синим выделены удаленные места):

Если мы не Европа, то кто мы?

Плохая новость для официальных властей, телевещунов и идеологов фашизма: русская культура стала великой, когда Россия стала Европой

Уже полгода, как со времени победы Майдана российские официальные власти, депутаты и телекомментаторы открыли существование особой «русской культуры», которая противостоит европейской бездуховности.

Ничего нового они, собственно, не выдумали. Еще Гитлер в «Майн Кампф» противопоставлял суровую нордическую культуру текущему европейскому разврату и бездуховности. Это обычный прием фашизма: под предлогом освобождения нации от «чуждой культуры» освободить ее от всякой культуры вообще и погрузить во времена и привычки варварства.

В связи с этим: что же такое эта особая «русская культура»?

Русская культура, бесспорно, существует, и она дала миру великие образцы музыки, поэзии и литературы.

Проблема заключается в то, что русская культура стала великой, когда Россия стала Европой.

Чайковский родился не из балалайки, и Пушкин родился из Царскосельского Лицея, а не из сказок Арины Родионовны. Если бы культурный багаж Пушкина состоял из сказок Арины Родионовны, то его, Пушкина, не было бы. Собственно, его не было бы вообще, потому что не было бы его предка — арапа Петра Великого.

Русская культура стала великой, когда вся она — и русская наука, и русская литература, и русские музыка и живопись, от Ломоносова до Ландау, от Пушкина до Толстого, от Брюллова до Мусоргского, — стала частью западной культуры.

Более того: если бы Петр I не сделал Россию частью европейского мира, то не было бы не только Толстого—Тургенева. Не было бы и столь любимой нашими патриотами Российской империи. Ее бы просто не существовало.

Московская Русь с ее домостроем, ксенофобией, технической отсталостью и, кстати, повальным гомосексуализмом, шокировавшим западных наблюдателей, заняла бы на геополитической карте мира примерно то же положение, что древняя и отсталая Персия.

Нашим патриотам не пришлось бы стенать об утрате Украины: Украина была бы частью Большой Польши или Великой Литвы. Нашим патриотам не пришлось бы страдать по Крыму: в Крыму бы жили татары; Смоленск бы принадлежал полякам; газовые месторождения в Уренгое разрабатывала бы Великая Швеция, а граница с индустриальной сверхдержавой Японией, в начале XX века ударившейся в поисках природных ресурсов в бурную колонизацию, проходила бы где-нибудь по Уралу.

Именно Петр Великий привил на русский дичок европейский культурный сорт, точнее — перепривил, потому что первая прививка была сделана викингами, но потом татары срубили дерево почти под корень. Так бы и росло оно после татар — с пьянством, с опричниной, с невежеством, с пляской Федьки Басманного перед царем, которому все целуют сапог, пока он рубит головы, и с бесконечной уверенностью невежды и ханжи в собственном превосходстве, если бы не Петр.

После него мы стали носить европейское платье, после него женщины вышли из теремов, после него поэты стали сочинять «оды» и «эпитафии», великосветские хлыщи заговорили о «Венере» и «Бахусе», ученые поехали учиться в западные университеты, и после него родилось в российском дворянстве совершенно неведомое дотоле и центральное для Европы слово «честь». Дворянское слово «честь», в результате которой новые Иваны Грозные — Петр III и Павел I — получили не опричнину, а табакерку в висок.

Мне многое не нравится на современном Западе, и я часто об этом пишу, но я пишу об этом именно потому, что я ощущаю себя частью этого Запада. Пушкин писал оду об Андрее Шенье, а Лермонтов перелагал Гейне, потому что они ощущали себя частью этой культуры. Андрей Шенье был для них меньшей экзотикой, чем завоевываемый Россией исламский Кавказ. И — так же как Пушкин и Лермонтов — это ощущают миллионы наших соотечественников, которые уезжают на Запад и легко там интегрируются. Обратите внимание: русские — не арабы, не африканцы, — это та нация, которая наиболее легко интегрируется в США и в Европе, вы не слышите о русских, сидящих там десятилетиями на велфере и рассматривающих их как пособие на православный джихад.

Мне многое нравится в современном Китае: но я не собираюсь эмигрировать в Китай, и миллионы российских эмигрантов тоже уезжают не в Китай.

Конечно, это круто сказать, что мы не «растленный Запад», но если мы не Запад, то кто мы?

Кто больше знаком российскому читателю: прекрасная Елена или Ян Гуйфэй? Кто для нас великий полководец: Ганнибал или Чжугэ Лян? Кто для нас основатель империи: Юлий Цезарь или Цинь Шихуанди? Классическая российская литература ссылается на Геродота или на Сымя Цяня? На «Илиаду» или на «Рамаяну»? Цитирует чаще Библию или Коран? С кем Пушкин сравнивал луну: со щитом варяжским и сыром голландским или с китайским лунным зайцем? Сколько выражений в русском языке — калька с французского, а сколько — с китайского или арабского? В гимназиях в качестве классического языка учили греческий и латынь — или язык Корана, читали «Записки о галльской войне» — или «Ши цзин»?

Да что там гимназии — выйдите на Тверскую и читайте подряд окрестные вывески. «Бар 02 Lounge, The Ritz-Carlton Moscow, Bosco, Эвалар, Инком-Недвижимость, Calzedonia, Балкан-экспресс, BM-estate, Магазин Lonsdale, салон Ортобест, «Трансмегаполис», «Универсалтур», Massimo Dutti, TJ collection, Braccialini, Адамас, Рандеву, Росбанк». Вау! Ни одного «Шивы», ни одного «Бараката», ни одной «Гуаньинь», и даже, что уже совсем удивительно, явный дефицит «Ильи Муромца», «Садко» и «Домостроя».

Посмотрите на наши рекламные щиты (вот уж что не обманывается относительно референтных для сознания символов) — и подсчитайте, чего там больше: отсылок к Западу, к Востоку или к «исконно русской старине»? Я уже долгое время этим занимаюсь, и результаты, доложу вам, удивительные. У нас даже элитные коттеджные поселки предпочитают называть «Гринфилд», «Ричмонд», «Гельвеция». И, кстати, в словосочетании «элитный коттеджный поселок» — сколько «русских», а сколько «западных» слов?

Нет сомнения, своя, русская, культура у нас была, были Перун, Даждьбог и Велес, но, положа руку на сердце: где вы видели салон женской красоты «Мокошь», и кто из читателей этого текста помнит, что Царевна-лягушка является в русских сказках не абы почему, а потому, что лягушка-рожаница для славян была богиня? Да, мифы и легенды о Перуне могли развиться в свою, оригинальную систему мира, не менее изощренную, чем греческая или китайская, — но ведь не развились, а теперь развиваться поздно.

Тут, я думаю, огорченный русский читатель вздохнет и скажет: что ж мы за такие неудачливые, у всех есть культура, и только у нас — заимствованный огрызок.

Должна успокоить читателя: это не исключение, а норма. Только три современные развитые нации — евреи, китайцы и индийцы — могут претендовать на тысячелетнюю автохтонность культур. Все остальные — привой, помесь, грязнокровки.

Японская и корейская культура привиты Китаем. Римская культура была заимствованной греческой, а о «европейской» культуре нечего вообще и говорить. Сплошные заимствования. Англия — Европа, но что такое «исконная английская культура»? Культура норманнов-завоевателей? Культура покоренных ими саксов, которые, в свою очередь, отвоевали Англию у кельтов? Культура кельтов, которая к моменту саксонского завоевания была заимствованной римской? Пруссия — Европа, но что такое «исконная прусская культура»? Пруссы были языческим народом, говорящим на балтийском (как и литовцы), не на германском, языке, и их культура и язык были уничтожены Ливонским орденом, начиная с XIII века. Будем восстанавливать… или как?

Еще раз: «исконно русской» культуры не существует, как не существует «исконно прусской», «исконно британской» и даже «исконно европейской культуры». Точно так же как большинство «культурных растений» не существуют в природе и поэтому-то и являются культурными, большинство культур не являются «исконными» и только поэтому являются культурами.

Любая современная динамически развивающаяся цивилизация представляет собой пласт многовековых культурных заимствований, а «исконными культурами», начиная с XIX века, занимаются этнография и антропология. Они есть. У папуасов. Мы, слава богу, не папуасы — хотя нас усиленно пытаются ими сделать.

Под лозунгом «Возврата к великой русской культуре» в стремительно фашизирующемся обществе нам предлагают считать исконно русскими хамство, пьянство и бескультурье. Нам внушают, что исконно русское — это пить, рубить головы и брать взятки. А все остальное, мол, гнилой Запад.

Увы, в жестокости и крови нет ничего «исконно русского». Это просто дикость, которая свойственна в ее истоках любой цивилизации. Генрих VIII рубил головы своим женам, но вряд ли Дэвид Кэмерон сможет сделать то же самое и сослаться при этом на «исконные британские традиции». Все успешные цивилизации проходили через скотство и варварство. Но ни одной успешной цивилизации не придет в голову брать скотство за образец. Это в голову приходит только фашизму.

Юлия Латынина

[Жертва на велосипеде]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28919
13 НОЯБРЯ 2015 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28919//1447249892.jpg
ТАСС

4 ноября президент Мальдив Абдулла Ямин ввел в стране военное положение. Евросоюз немедленно выразил недовольство. Он призвал президента Ямина восстановить в стране «все конституционные права и свободы» и начать «искренний диалог со всеми политическими партиями о будущем страны».

Объявлению военного положения предшествовал взрыв (28 сентября) на президентском катере. ЦРУ, к которому президент обратился за помощью, заявило, что не нашло на переданных им обломках следов взрывчатки. Власти Мальдив в свою очередь заявили, что бомба взорвалась под сиденьем, на котором обычно сидел президент, и он уцелел только потому, что сел на другое место.

Взрыв произошел ровно через месяц после того, как трое добрых молодцев в масках, снявшихся на фоне черного флага джихада, пригрозили президенту смертью, если тот не отпустит на свободу шейха Имрана Абдуллу, главу партии «Адалаат», ожидающего суда по обвинению в терроризме, и не отзовет из Маджлиса антитеррористический закон.

В организации взрыва был обвинен вице-президент Ахмед Адиб, занявший этот пост всего три месяца назад, после того, как его предшественник тоже был обвинен в государственной измене. Кроме того, по итогам взрыва президент Ямин уволил главу МВД и Минобороны.

В дополнение к политическому портрету страны следует заметить, что в марте Ямин посадил на 13 лет прежнего президента и своего соперника на президентских выборах, Мохаммеда Нашида. Выборы проходили в феврале 2012 года и носили весьма ожесточенный характер: в частности, на одном из избирательных участков по подозрению в магическом воздействии на избирателей был задержан кокос. Подозрения бдительных полицейских вызвали нанесенные на мохнатый плод стихи из Корана.

Мальдивы — крошечное островное государство, являющееся редкой историей успеха для исламской страны, в которой нет нефти. На 300 тыс. жителей в стране в 2014 году в стране пришлось 1 млн туристов, туризм и сопутствующие услуги составляют 33% ВВП.

Понятно, что в случае теракта, подобного падению А321, или прихода исламистов к власти все это рухнет, и перенаселенная страна (население Мальдив с момента получения независимости увеличилось почти в три раза) попадет в замкнутый круг: религиозное насилие будет порождать нищету, а социальным лифтом из этой нищеты будет служить все то же религиозное насилие. В этом смысле поведение мальдивских властей — любопытное case study.

Мальдивы были колонией Британской империи с конца 19 в. и получили независимость в 1965-м году. Им повезло: диктатор Момун Абдул Гаюм, правивший страной с 1978 г, стал строить не социалистический, а туристический рай, основы которого, впрочем, были заложены еще его предшественником. Никакие другие отрасли экономики на Мальдивах были невозможны: страна состоит из 1900 коралловых атоллов, самый высокий из которых поднимается на два метра над уровнем моря, страна не обладает никакими сырьевыми ресурсами и до сих пор живет на дизеле и солярке.

Политика Гаюма принесла ошеломляющий успех: в 80-х годах экономика росла по 10% в год, количество туристов с 1972 по 2014 гг. увеличилось ровно в тысячу раз, подушевой ВВП по паритету покупательной способности вырос до размеров небогатой восточноевропейской страны — 14 тыс. дол. на душу населения.

Через 30 лет Гаюм, под давлением международной общественности, провел выборы, которые и проиграл с треском молодому оппозиционеру Мохаммеду Нашиду.

Главной задачей президента страны, страдающей от коррупции, преступности и перенаселения (половина населения страны, 150 тыс. человек, живет на 6 кв. км. в ее столице Мале) стала борьба с глобальным потеплением.

Президент Нашид провел первое в мире подводное заседание кабинета министров, стал «лучшим другом» Дэвида Кэмерона, удостоился званий «Герой борьбы за окружающую среду» и «Чемпион земли», а также персональной кинооды The Island President, которая произвела на Мальдивах фурор: перекупщики в кинотеатрах продавали места вдвое дороже.

Правда, в это самое время Нильс-Аксель Морнер, руководитель Maldives Sea Level Projectи и глава департамента палеогеофизики и геодинамики Стокгольмского университета заявил, что бояться Мальдивам нечего, но, разумеется, президент Нашид гневно заклеймил этого наймита индустриалистов и еще раз призвал мир обратить внимание на бедственное положение его народа, который из-за хищничества западных эксплуататоров вот-вот станет «климатическими беженцами».

Между тем на дворе был уже 2010-й год, по всему миру поднимал голову исламизм, и президент Нашид, находившийся на переднем крае климатической борьбы, не мог отвлекаться на пустяки: в 2010-м году по просьбам мусульманской общественности в стране была учреждена Академия фикха. На следующий год исламисты начали протестовать против спа-салонов, в которых они не без оснований подозревали бордели. Добрый президент салоны закрыл, после чего на улицы вышли уже владельцы салонов.

На следующий год местные салафиты (НКО «Джамиятуль Салаф») потребовали от правительства принятия закона против колдовства.

Надо сказать, что колдовство на Мальдивах большая проблема. Вера в него широко распространена, и в 1993 году известная колдунья Дондиди села в тюрьму за предвыборное колдовство в пользу зятя президента Гаюма. А в ходе недавних беспорядков в мальдивских стражей порядка злоумышленники метали с колдовскими целями дохлых кур.

У президента Нашида, занятого борьбой с глобальным потеплением, времени на борьбу с колдовством не хватало. Когда в 2009-м году на одном из атоллов нашли истыканное ножами тело местного колдуна и жители заявили, что этого злого человека убили его собственные духи, вырвавшиеся из-под контроля, президент Нашид отреагировал тем, что пообещал покончить со всеми карбоновыми выбросами на островах.

Колдовство полбеды — занятый подводными заседаниями и международными форумами Нашид не удосужился овладеть в стране рычагами власти, которые по-прежнему оставались в руках Гаюма. Когда в отчаянии президент приказал арестовать главного судью страны, против него на улицы вышли криминальные банды, контролировавшие столицу. К бандам присоединился мало от них отличавшийся местный СОБР и армия.

Нашид ушел в отставку и снова выиграл выборы. Ничем выборы не помогли: после всех причитающихся по такому случаю подтасовок президентом был объявлен Абдулла Ямин, сводный брат экс-президента Гаюма.

Не прошло и трех лет, как Ямин забронзовел и начал жрать своего благодетеля. Борца с глобальным потеплением Мохаммеда Нашида он посадил за терроризм, а собственного вице-президента — за госизмену.

В августе в центре Мале началась реконструкция: на площади Республики был снесен монумент, установленный в 1998 бывшим президентом Гаюмом, и спилены посаженные в это же время сосны. Министр строительства заявил, что перемены должны позволить 25 тыс. мусульман молиться в выходящем на площадь Исламском центре, но сам Гаюм принялся распространять слухи, что президент боится колдовства. Один из членов его партии, Ахмед Малуф, заявил, что «город Мале страдает из-за того, что президент Ямин одержим черной магией и колдовством. Снос деревьев и памятника не имеет никакого отношения к расширению Исламского центра».

Затем произошла уже известная читателю история с тремя добрыми молодцами, снявшимися на фоне черного флага джихада, взрывом (или инсценировкой оного) президентского катера, арестами, сменой правительства, военным положением и беспорядками, в ходе которых радостно слились в экстазе все те, к «конструктивному диалогу» с которыми призывает Ямина Евросоюз, как-то: исламисты, колдуны, борцы с глобальным потеплением и ставленники экс-экс-президента Гаюма.

История Мальдив на протяжении последних двадцати лет типична — это ловушка, в которую попадают развивающиеся страны третьего мира после кончины СССР и триумфа леволиберальной бюрократии.

Гаюм, несмотря на все его недостатки, сумел радикально улучшить жизнь страны. В результате его усилий ВВП на душу населения на Мальдивах ровно в пять раз выше, чем где-нибудь на Соломоновых островах, обладающих аналогичными исходными данными. В 19 веке такой вот Гаюм получил бы поддержку Запада как просвещенный тиран. Все, что он имел в 20-м веке — это пинки по поводу демократии.

Демократия победила и оказалась совершенно несостоятельной. В то время как гостиничные сети вкладывали миллионы долларов в развитие Мальдив, президент Нашид не нашел ничего лучше, как фигурять по международным форумам, рассказывая, что все их отели завтра утонут.

Экономика туристических Мальдив — как и Шарм-эш-Шейха — чрезвычайно волатильна. Ни хаос, который творится в стране с момента выборов 2008 года, ни рост исламизма с того же времени не сулят ей ничего хорошего.

В этих-то условиях и оказывается, что современное западное общественное мнение не способно отличить просвещенный авторитаризм от пещерного людоедства. На вопрос «что делать, если избиратель голосует за исламистов и верит в колдовство?», следует ответ: «Да вы фашист».

В результате просвещенных тиранов (как Гаюма) вытесняют параноики, исламисты и борцы с глобальным потеплением, которые в бедных странах представляют собой три состояния одного и того же всеобщего избирательного права. И это справедливо не только для Мальдив.

Фото: Президент Мальдив Абдулла Ямин. World News - Nov. 17, 2013 / Zheng Huansong / ZUMAPRESS.com / Xinhua / TASS

[Жертва на велосипеде]

http://snob.ru/selected/entry/100884
Серия скоординированных терактов в Париже унесла жизни 150 человек. Ответственность за теракты взяло на себя «Исламское государство»*. Официальная формулировка: это вам из-за того, что вы, французы, воюете против ислама в Сирии. Так вот, эти теракты не из-за войны в Сирии
http://snob.ru/i/indoc/f4/rubric_issue_event_1009883.jpg
Фото: Kieran Doherty/REUTERS

В 1898 году Британская империя воевала точно против такого же «Исламского государства». Это ИГ образовалось в тогдашнем Судане под руководством пророка, который называл себя Махди, и начал с того, что в 1885-м разбил английские войска и убил генерала «китайца» Гордона. Спустя 14 лет империя нанесла ответный удар. 2 сентября 1898 года религиозные фанатики были разбиты в битве при Омдурмане, потеряв убитым 10 тысяч человек. Английские потери составили 47 (сорок семь) человек. Я не припомню никаких махдистских терактов в Лондоне по случаю Омдурмана.

В 1939–1945 годах Европа воевала снова, ровно в тех самых местах, где сейчас расцвел исламизм. Это называлось Вторая мировая война. Где были исламисты, когда в Африке сталкивались танковые армии Роммеля и Монтгомери? Я не припомню никаких исламистских формирований под Эль-Аламейном, ни с той, ни с другой стороны. Когда у Европы были танки, исламисты взяли выходной.

Восемь лет, с 1954 по 1962 год, тот же самый Алжир, который сейчас переполнен исламистами, вел освободительную войну против этой же самой Франции. Поразительно, но эта война ни с какого боку не велась под знаменем ислама. Она велась под знаменем социализма, и победивший алжирский народ радостно принялся строить социализм.

Только после краха СССР в Алжире образовалась Groupe Islamique Armé, которая убила 100 тысяч мусульман в самом Алжире за то, что они верили в Аллаха не так, как правильно, и принялась взрывать бомбы и захватывать самолеты во Франции со словами: «А это вам за оккупацию». Почему-то в период собственно оккупации GIA отсутствовала на политическом горизонте.

Нет сильного исламизма — есть слабая Европа. Пока Европа была сильна, исламисты были слабы.

Этот теракт случился потому, что президент Олланд выиграл выборы благодаря голосам мусульман. Выборы Олланда были первыми выборами в истории Франции, в которых голосование мусульманского меньшинства оказалось решающим.

Этот теракт случился потому, что, когда исламисты расстреляли в Париже редакцию еженедельника «Шарли Эбдо», Олланд первым завопил: «Я — Шарли», и после этого все дело было спущено на тормозах. Ни выводов, ни последствий.

Этот теракт случился потому, что полиция во Франции боится заходить в арабские кварталы, да и христианину и еврею там лучше не появляться. Он случился потому, что сжигание машин кяфиров стало во Франции любимым новогодним развлечением, и полиция не вмешивается, а власти твердят: «Мы за мультикультурализм». При этом политика мультикультурализма, увы, не распространяется на евреев, которые со страшной силой бегут из Франции в Израиль по причине физической опасности и антисемитизма.

Этот теракт случился потому, что в течение многих лет находящийся по ту сторону Средиземного моря Израиль сражается со своим собственным ИГ, который называется ХАМАС, который считает, что всех евреев надо уничтожить, и который учит этому на деньги ООН с экранов телевизора шестилетних детей, используемых им в раннем возрасте в качестве живого щита, а потом — в качестве пушечного мяса. Все, что вы услышите об Израиле по французскому телевидению, будет политически корректным пересказом рассчитанной на глупых кяфиров пропаганды ХАМАСа.

Этот теракт случился потому, что когда несколько месяцев назад французские таксисты устроили забастовку, во время которой проламывали головы конкурентам из UBER и их пассажирам, то французские власти стали на сторону громил и сказали, что преступников из UBER надо судить. Исламисты могут справедливо рассудить, что уж если даже таксисты при Олланде могут безнаказанно проламывать головы французам, то уж им, моджахедам, сам Аллах велел.

Этот теракт случился потому, что когда во Францию хлынул поток беженцев, и мэр города Безье, основатель «Репортеров без границ» Робер Менар осмелился пройтись по квартирам, которые они захватили самовольно и превратили в хлевы, и — нет, не выселить этих прекрасных людей и не задержать, а просто попенять им, что они взломали двери, то французская пресса взорвалась: «Гитлер», «фашист», «придурок».

А еще этот теракт случился потому, что когда в 2004 году на мадридском вокзале Аточа местная «Аль-Каида» взорвала три бомбы и убила 191 человек в знак протеста против участия испанцев в войне в Ираке, то испанцы ровно через три дня с треском прокатили на выборах партию, которая поддерживала войну в Ираке, и из Ирака убрались.

Причина нынешних терактов — не в том, что Франция воюет в Сирии, а в том, что она не мусульманская страна. Европейская цивилизация для исламистов — это абсолютное зло, точно так же, как для христиан во 2-3 в. н. э. таким злом была уничтоженная ими античная цивилизация. Исламисты не успокоятся, пока Нотр-Дам не станет Мечетью Парижской Богоматери, пока француженки не наденут паранджу и пока в Сорбонне вместо ядерной физики не станут преподавать Коран. И ни один представитель французского либерального истеблишмента этого никогда вслух не признает.

Знаете, что я думаю?

Я думаю, что кончится так же, как после «Шарли Эбдо». Франсуа Олланд порвет на груди рубашку, выступит не хуже Путина с фразами о «сплочении» и «единстве» и о том, что «не допустим» и «не прогнемся», а потом начнется business as usual. Правящая европейская антибуржуазная элита — повзрослевшие и получившие власть выпускники парижских студенческих бунтов 1968 года, — слишком много инвестировала в антибуржуазный пафос. В мультикультурализм, вину перед угнетенными трудящимися Востока и в обличение израильских фашистов.

Так будет до тех пор, пока на выборах не победит Марин ле Пен или пока следующая волна мирных представителей угнетенного Востока не захватит сразу Елисейский дворец.

*«Исламское государство» признано террористической организацией и запрещено в России.

[Жертва на велосипеде]

http://www.gazeta.ru/column/latynina/3273784.shtml
16.10.2009, 16:54

В сентябре 2009 года были опубликованы выводы сразу двух международных fact finding commissions. Комиссии Голдстона, созданной при Совете по правам человека при ООН, — о январской операции Израиля в Газе, и Комиссии ЕС, расследующей российско-грузинскую войну, под руководством опытного дипломата Хейди Тальявини.

Отчет комиссии Голдстона был ожидаемо скандален (Совет по правам человека при ООН – резко антиизраильская организация). Комиссия Голдстона обнаружила, что целью израильской операции в Газе было намеренное уничтожение мирных палестинцев, и не нашла никаких свидетельств того, что ХАМАС намеренно размещал ракеты в жилых домах и мечетях и превратил госпиталь в Рафахе в свой командный военный центр.

В отличие от комиссии Голдстона комиссия Тальявини имела некоторое чувство стыда. Она признала, что Грузия не занималась геноцидом осетин, и согласилась с тем, что осетины занимались этническими чистками при попустительстве русских войск. Однако на вопрос, кто виноват, комиссия ответила, что «виноваты все», потому что вопрос очень сложный. Трудно представить себе Эркюля Пуаро, который после долгого расследования собирает родичей жертвы и вместо имени преступника объявляет, что «история очень сложная и виноваты отчасти все».

Конечно, проще всего объяснить все это предвзятостью или просто коррупцией. Но, к сожалению, проблема более широкая. Она свидетельствует о том, что международные механизмы наказания агрессора по-прежнему, как и в XVI веке, не действуют, а в их отсутствие любой международный трибунал превращается в Басманный суд.

Каковы основные недостатки международного правосудия на нынешний день?

Во-первых, после решения международного суда виновного нельзя посадить за решетку. Поскольку его нельзя посадить за решетку, с ним по-прежнему приходится считаться, как с международной силой. Поскольку с ним приходится считаться, его стараются не злить, причем не злить стараются того, кто наиболее неадекватен, то есть, как правило, виновника конфликта. Россия может сделать Европе больше гадостей, чем Грузия, а ХАМАС куда более неадекватен, чем Израиль. В результате ХАМАС и Россия получают больше скидок.
Во-вторых, оказывается, что современное гуманитарное общество разработало правовой аппарат для критики государства, но у него нет правового аппарата для оценки парагосударств и террористических организаций. Израиль открыто объявляет, что применяет авиацию в Газе, Грузия открыто признает, что в ночь на 8 августа начинает бомбардировку Цхинвали. Их действия признаются нарушающими права человека. Но действия их противников, систематически обстреливающих «кассамами» или гранатометами мирных жителей Грузии или Израиля, не оцениваются и не обсуждаются никак.

Получается, как если бы независимый суд судил полицейского, стрелявшего в грабителя банка. «Полицейский сам признает, что стрелял, и поэтому он совершил преступление, — заявляет суд. — А жертва не признает, что грабила банк, и поэтому мы должны признать ее невиновной».

У любого нормального человека, наблюдающего за конфликтом Южной Осетии и Грузии или ХАМАС и Израиля, возникает вопрос о качестве жизни жителей соответствующих территорий.

Израиль – это полноценное государство, жители которого могут заниматься чем угодно и которое готово признать независимость Палестины в обмен на признание права Израиля на существования. ХАМАС не признает права Израиля на существование, именует агрессией со стороны Израиля сам факт его существования, а отказ согласиться с точкой зрения ХАМАС считает отказом от компромисса.
На территории, контролируемой ХАМАС, не существует никакой экономики и никаких денег, кроме тех, которые контролирует ХАМАС, и ракетные обстрелы Израиля де-факто являются не способом уничтожить Израиль, а способом ликвидировать всякую надежду на появление не зависимой от ХАМАС экономики и обеспечить себе полный контроль над населением.

Точно так же Грузия и Южная Осетия. Грузия – нормальная страна с быстрорастущей экономикой. В Южной Осетии население с 70 тысяч сократилось до 15–20 тысяч, вся страна нищая, единственная работа – сидеть в окопах; а призывы «взять Тбилиси» и «наполнить морг Гори трупами» удивительным образом сочетаются с идеологией, которая гласит, что только мудрый вождь Кокойты спасает осетин от уничтожения их грузинскими фашистами.

Но комиссия Тальявини ни слова не говорит о режиме в Южной Осетии. Международные комиссии умеют оценивать действия государств и не умеют оценивать режимы, которые по духу являются антигосударством, то есть существуют не для того, чтобы обеспечивать покой и процветание граждан, а для того, чтобы обеспечивать их максимальную нищету и незащищенность.

Одной из причин такого положения дел, вероятно, является то, что международная бюрократия обыкновенно использует для оценки ситуации понятийный аппарат, разработанный правозащитным движением. Между тем у западного правозащитного движения есть один принципиальный недостаток. Западные правозащитники исторически являются потомками левых — «полезных идиотов», как говорил Ленин.

Они склонны критиковать любое буржуазное государство за его «аппарат подавления» и приветствовать всех, кто этому государству противостоит. Они неизменно защищают права узников Гуантанамо или права жертв президента Фухимори, не обращая особого внимания на то, что они защищают сторонников бен Ладена или террористов из «Сендеро Люминосо». Израиль они не приемлют как буржуазное государство и ХАМАСу сочувствуют по той же причине, по которой они сочувствуют террористам из Гуантанамо.

В результате возникает парадоксальная ситуация: те режимы, которые врут, воруют и убивают граждан сопредельной территории только для того, чтобы держать в нищете и покорности своих собственных жителей, оказываются за пределами подсудности международной юстиции, а подсудимыми оказываются государства, наносящие по ним ответный удар. Если речь идет о террористе, захватившем заложников, то обычное право осуждает террориста и оправдывает спецназ. Если же заложники являются родственниками, подданными и сообщниками террористического режима, то получается, что международное право оправдывает террориста и осуждает того, кто ему противостоит.

Работа комиссий Голстона и Тальявини свидетельствует, что международного механизма наказания агрессора по-прежнему нет. Единственным действенным способом наказания агрессора по-прежнему является война. Разумеется, если она победная.

[Политикус.Ru]

http://politikus.ru/articles/1546-latynina-ya-by-kinula-kusok-asfalta-v-omonovca.html
7-06-2012, 23:57 •
http://politikus.ru/uploads/posts/2012-06/1339101331_lat.jpg
Так повелось, что наши либералы люто ненавидят Российскую Армию, а вместе с ней и органы правопорядка. Мы все были свидетелями нападок либероидной нечисти на наш ОМОН, вот примеры дезинформации со стороны бродячих демонстрантов. Латынина: «Я бы кинула кусок асфальта в омоновца...» К слову сказать, разумное большинство из блогосферы не осталось в стороне и в свою очередь запустила акцию в поддержку нашего ОМОНа. Браво, Активисты! Так вот, всем известная скандальная журналистка Юлия Латынина продолжает атаковать парней из ОМОНа. Вот её слова, произнесённые в одном из эфиров радио "Эхо Москвы": «Я бы взяла в руки кусок асфальта и кинула в омоновца, желательно в того, который без шлема...» Вот видео, где эта дама произносит свои слова:
ZYdCzvWsnCU

[Жертва на велосипеде]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=27932
16 ИЮНЯ 2015 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27932//1434402236.jpg
ТАСС

В 1439 году император Восточной Римской империи (ака Византия) Иоанн Палеолог встретился с папой ЕвгениемIV, а в 2015 году президент Российской Федерации Владимир Путин встретился с папой Франциском.

В 1439 году предметом встречи было объединение двух церквей, а причиной — турецкая опасность. Турки угрожали Константинополю.

В 2015-м причина встречи, согласитесь, куда серьезнее. Куда там турки, куда Царьград! Опасность над Россией нависла куда большая — гейропа и пиндосы, эти нехристи наших дней, покусились на самое святое, что есть, — они хотят отобрать у нас чемпионат мира по футболу в 2018 году.

А папа Франциск, как известно, страстный болельщик.

И вот, сразу после того как кончилось заседание «семерки», на которое Путина не позвали, причем очень громко, Путин посетил папу Франциска. Чтобы, значит, показать, что в мире еще есть лидер, который с Путиным встречается. И какой! Лидер миллиарда католиков.

Ничего нового президент РФ не придумал.

После ввода войск в Афганистан Запад бойкотировал Московскую олимпиаду. Сразу после этого в декабре 1980 года ЦК КПСС принял закрытое постановление о расширенном порядке празднования 1000-летия Крещения Руси.

Через два года, в 1982 году, генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев подписал постановление о передаче Свято-Даниловского монастыря под официальную резиденцию РПЦ, каковая передача и состоялась уже 17 мая 1983 года.

Так получилось, что 1000-летие Крещения Руси отпраздновали уже при Горбачеве, но пусть это вас не сбивает с толку: постановление было принято после вторжения в Афганистан и бойкота Олимпиады. Режим искал, как бы снова втереться в доверие Запада.

Президент Путин посетил папу Римского после того, как «крымнаш» и российское гибридное вторжение в Украину превратили Россию в страну-изгоя, а на горизонте замаячил бойкот ЧМ-2018, который, надо думать, Кремлю дороже любого Донбасса.

Возвращением влияния РПЦ теперь в России никого не удивишь — тут уже довозвращались аж по самый тангейзер, — но вот католичество для России до сих пор больной вопрос. Папа Римский и Патриарх Московский и Всея Руси никогда не встречались. В 1998-м дело было уже на волосок от встречи покойного патриарха Алексия с покойным папой Иоанном Павлом Вторым в Австрии, в Граце, но все дело расстроилось как раз из-за Украины. РПЦ категорически не устраивал католический прозелитизм во Львове.

Собственно, именно ровно это — новую унию, или, скорее, пиар-унию — и может предложить Владимир Путин папе Франциску.

Он может предложить ему шанс войти в историю первым папой, который преодолеет непримиримую неприязнь РПЦ к этим мерзким еретикам-латинянам. Первую чуть ли не за тысячу лет встречу папы с патриархом, смягчение позиции по Украине и вообще перемену позиции РПЦ — и все это за то, что милейший папа Франциск при случае намекнет своему личному другу Бараку Обаме и лидерам христианских партий (которые, согласитесь, везде в парламентах Европы), что Путин — хороший парень и почти Иоанн Палеолог.

А позиция самой РПЦ? А что РПЦ? Если у нас РПЦ из почтительности к Кадырову чуть ли не одобряет многоженство, то уж как-нибудь и перед папой сделают «ку».

Ничего удивительного в колебании церкви вместе с линией правящего императора нет.

К примеру, когда в 325 году император Константин, не будучи еще крещен, созвал Никейский собор, он склонялся к мнению, что Бог Отец единосущен с Сыном Божиим, и так это дело, по приказу некрещеного императора, в Никейском символе веры и было записано.

После смерти отца сыновья Константина, Констанс и Констанций, развязали между собой гражданскую войну, и так получилось, что в ней победил Констанций, который, наоборот, придерживался не никейской формулы, а формулы Ария, что Бог Отец и Бог Сын подобосущны.

После чего соборы в Римини, а потом в Селевкии, колеблясь вместе с линией императора, подправили формулировки.

В 379 году на должность императора Востока был назначен никейский фанатик Феодосий. И что же? Константинопольский собор 381 года опять решил, что Бог единосущен, аминь.

Вы не думайте, я за мир во всем мире, в том числе и между церквами. Но, согласитесь, если в ближайшее время мы увидим смягчение позиции православной церкви по отношению к католической, а то и встречу папы и патриарха, то лишний раз убедимся, кто у нас настоящий глава РПЦ и «консорт Бога», как скромно поименовал в одном своем панегирике христианнейшей ритор Латиний Пакат Дрепаний христианнейшего императора Феодосия.

Фото: 10.06.2015. Рабочий визит президента РФ В.Путина в Ватикан. Evandroinetti/Vaticanpool/Piccia / ZUMA/TASS

[Мудафрен хахал ссуканенка]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org/material.php?id=5691FB69C3EE7
10-01-2016 (09:47)

Как Юлия Латынина писателя Проханова превзошла

! Орфография и стилистика автора сохранены

Новый, 2016-й год начался с атак на демократический мир по всем фронтам. Северная Корея что-то взорвала, говорит, что водородную бомбу. Мир не вполне поверил, что бомба именно водородная, но Совет Безопасности ООН, тем не менее, собрался на экстренное заседание, чтобы придумать, как быть с небольшой страной, которая отменила у себя демократию и теперь угрожает всему остальному человечеству.

В сегодняшней России демократия мешает всем. Противникам Путина она мешает, поскольку всем понятно, что в условиях имитации демократических процедур и полного контроля власти над выборами, СМИ и судами, демократическим путем сменить режим невозможно. Сторонники Путина видят, что управлять страной, так как это делает сегодня режим проблематично, поэтому пытаются изобрести что-то небывалое, придумывает помимо имитации демократии все новые подпорки.

Недовольство демократией в стане противников Путина ярче других выражает публицистка и писательница Юлия Латынина, которая в своем первом "Коде доступа" от 2.01.2016 в очередной раз обрушилась на демократию и права человека. На этот раз выяснилось, что в этой катастрофе (а демократия и права человека для Латыниной это именно катастрофа) виноваты большевики и персонально Сталин.

"Катастрофа произошла не только в России, - сообщает Юлия Латынина, - катастрофа произошла и на Западе, благодаря влиянию Коминтерна, что борьба за права человека, антифашизм, в значительной степени идея всеобщего избирательного права, антиколониализм и прочее, и прочее, и прочее – это были вещи, созданные непосредственно агентами Сталина". Конец цитаты.

Приписывая агентам Сталина создание среди "прочего и прочего" таких вещей как идея избирательного права и борьба за права человека, Юлия Леонидовна превзошла писателя Александра Проханова в его попытках создать новую религию на основе канонизации Сталина.

Сталин, конечно, много чего успел натворить, но все-таки некоторые вещи, в том числе и столь неприятные Латыниной возникли несколько раньше появления на свет Сталина, которое состоялось в 1878 году. Концепция прав человека в ее современном виде восходит к Эпохе Возрождения и Реформации, к 1525 году, когда был принят Манифест Реформации "Двенадцать статей". Современные формулы прав человека закреплены в "Декларации прав человека и гражданина" в 1789 году. То есть тоже чуть раньше рождения Сталина.

Вряд ли агенты Сталина умели путешествовать во времени для того, чтобы подбить руководителей первой французской республики в 1792 году дать право голоса всем мужчинам, или повлиять на принятие 15-й поправки к Конституции США, давшей такое право всем американцам в 1870 году. Иосифу Сталину еще не исполнилось 15 лет, когда Новая Зеландия впервые на планете предоставила избирательные права не только всем мужчинам, но и всем женщинам. О каких-либо связях юного ученика горийского духовного училища с пожилым основателем Либеральной партии Новой Зеландии Джоном Балансом, чьими усилиями и было осуществлено полное избирательно равенство полов история также умалчивает, а Латынина, которой это, видимо, стало известно, это тайное знание надежно хранит.

Главные претензии Латыниной к демократии вообще, и к правам человека и всеобщему избирательному праву в частности, заключаются в том, что
они невыносимо мешают правильным правителям осуществлять правильное управление своими неправильными народами.

Такими правильными политиками Латынина считает Ли Куан Ю в Сингапуре и Саакашвили в Грузии. Ли Куан Ю у себя не стал разводить демократию и поэтому смог построить современную экономику. Саакашвили пытался совместить построение демократии с построением современной экономики и поэтому был отвергнут глупыми грузинами.

То, что основу современного западного мира, частью которого является Сингапур, составляют страны, базирующиеся на демократии и правах человека, а одной из главных причин поражения Саакашвили в Грузии стала агрессия России, Латынину не смущает. Демократия это зло, поскольку она власть большинства, а значит, мешает умному и сильному меньшинству безраздельно править глупым и слабым меньшинством. Иногда возникает желание ответить таким прогрессорам вопросом из фильма "Кин-дза-дза": "Девочка, вы тут самые умные? Это вам кто-нибудь сказал, или вы сами решили?". Впрочем, знаменитое от Черчилля про то, что "демократия – наихудшая форма правления, за исключением всех остальных, которые пробовались время от времени" тоже годится.

Сторонникам Путина, несмотря на то, что институты демократии в России полностью имитированы, они и в таком виде кажутся опасными. Поэтому их вдохновляет любое изобретение, позволяющее похоронить демократические институты под грудой всякого институционального мусора: от Общественной палаты до Общероссийского народного фронта.

Поэтому новогоднее изобретение Путина, исполненное Федоровым, а именно, опрос крымчан в новогодние праздники по поводу энергетического контракта с Украиной, вызвал у путинистов невероятное воодушевление. Самый большой восторг выразил политолог Алексей Чадаев в известинской статье от 2.01.2015, которая так и называется: "О новогодней политической иновации".

"Новый 2016 год уже 1 января отметился невиданной инновацией в сфере внешней и внутренней политики", - восхищается политолог Чадаев. – "В ответ на предложение Киева о согласии возобновить поставки энергии в Крым при условии, что в договоре он будет указан как часть Украины, Путин предложил провести на эту тему опрос жителей полуострова".

И далее политолог Чадаев с триумфом сообщает, что в результате опроса установлено, что "94% жителей полуострова на хотят иметь с Украиной ничего общего".

Про опрос федоровского ВЦИОМа, проведенный в новогоднюю ночь, когда жители Крыма пытались в темноте разлить шампанское и наощупь разложить по тарелкам оливье, сказано всеми, в том числе и автором этих строк. Равно как и о репутации руководителя ВЦИОМ Валерия Федорова, имеющего такое же отношение к социологии, как автор данного текста к балету.

В этой связи попытки российских властей придать социологии в ее "федоровском" исполнении такой же статус, какой сейчас имеют выборы в их "чуровском" варианте, означают дальнейшую деградацию режима. Политолог Чадаев в данный момент не является рупором партии власти, но попыток оказать влияние на нее явно не оставил. Поэтому его восторг новой инициативой Путина явно отражает какие-то настроения в путинском окружении, тех, кто с этими инициативами связывают свои личные преференции.

"Прецедент имеет значение, выходящее далеко за рамки очередной российско-украинской энергетической войны", - провозглашает Чадаев. И далее встраивает эту путинскую инициативу в "историческую традицию", превращает ее в очередную "скрепу": "Впервые со времен Земских Соборов глава государства при принятии важных геополитических решений апеллирует напрямую к "гласу народа" за пределами "канонических" официальных институтов и принимает решение на основе результатов полученной "обратной связи".

Политолог Чадаев считает, что Путин принял решение о заключении контракта, в котором указано, что Крым - это часть Украины, на основе этого "опроса"? То есть, если результаты опроса были бы иными, российские власти поставили бы под этой бумагой свою подпись и тем самым признали, что Крым украинский, а стало быть, его надо возвращать? Политолог Чадаев явно не идиот. Это значит, что он считает идиотами читателей "Известий".

"Путинская Россия – это система с постоянно усиливающимся контуром прямой демократии", - объясняет Чадаев. – "И кроме социологии все время появляются дополнительные механизмы – начиная от института общественных палат и заканчивая феноменом ОНФ как структуры – агрегатора активности "Третьего сектора".
Главный вывод политолога Чадаева в том, что здесь мы точно утерли нос америкосам: "Прямая демократия - это будущее государств в XXI веке. И на этом поле Россия оказывается кое в чем даже впереди западных демократий с их многовековой институциональной историей".

Попытки построить вместо демократии и рынка что-то свое, идти особым суверенным путем, будь то православная экономика или Джамахирия, "военная демократия" Лугандонии или ИГИЛ, - предпринимались и будут предприниматься, поскольку в основе таких социальных "изобретений" лежит элементарный страх перед реальными трудностями демократического пути развития. Когда-то давно, когда я пришел работать в Московский метрополитен, один старый механик объяснил мне, почему забугорная техника, как правило, надежнее советской. "Это потому, что там болты завинчивают отверткой или заворачивают гаечным ключом, а у нас норовят забить молотком или кувалдой". Желание заменить нудные демократические процедуры простым ударом кувалды понятно, но ему все-таки не стоит уступать.

[Жертва на велосипеде]

http://www.sovsekretno.ru/articles/id/376
Опубликовано: 1 Августа 1999 00:00

"Совершенно секретно", No.8/124
http://www.sovsekretno.ru/public/userfiles/images/1999/08/1/030109161000.jpg
Фото из журнала «Медведь». Публикуется с разрешения редакции

КОМАНДА

Подобно тому как достоверная история японских императоров упирается в мифологические сказания о богине солнца Аматэрасу – недавнее, казалось бы, прошлое российских олигархов обросло совершенно фантастическими слухами.

Что только не рассказывают про Михаила Ходорковского, учредившего в 1987 году при Фрунзенском райкоме комсомола центр «Менатеп» («Межотраслевые научно-технические программы»)! Что он ввозил из-за рубежа поддельный коньяк «Наполеон» и фальшивую швейцарскую водку, разлитую в Польше, шил джинсы-варенки и «отмывал» партийные деньги.

В самом «Менатепе» из всего многообразия мифов признают лишь каноническую версию – заработок на внедрении технических изобретений да ввоз компьютеров. Ну, еще коньячную эпопею. «Ладно, – машет рукой зам Ходорковского Леонид Невзлин, – коньяк мы финансировали. В конце концов, никто им не отравился».

Не подлежит сомнению лишь одно – именно тогда Михаил Ходорковский приучился трудиться по 14 часов в сутки.

«В те годы люди работали поодиночке, – вспоминает мой приятель-цеховик. – Алгоритм был такой. Собирается компания для одного дела, проворачивает его, делит деньги и разбегается. Иначе – поймают и посадят. А Ходорковский сохранил и легализовал команду. Он страшно рисковал. Но и страшно выиграл».

Команда – Ходорковский, Невзлин, Самусев, Дубов – была легализована сначала как центр, потом как банк «Менатеп». Партнеры вложили в дело 2,7 миллиона рублей. Еще 2,3 миллиона собрали с населения. Народ покупал акции «Менатепа», как горячие пирожки, но значимых дивидендов по ним так и не дождался.

Внутри команды никто никому никогда не изменял. С посторонними обращались так: «один попугай сдох, другого купим». Принцип этот выгодно отличал менатеповцев от большинства других олигархов, «кидавших» своих так же охотно, как чужих.

Трудно сказать, была ли у Ходорковского компетентная «крыша» (в те годы, как уверяют, заниматься импортом без покровительства спецслужб было невозможно), а только выгоды инвестиций в чиновников он понимает одним из первых. Приемы высокопоставленных гостей на банковских дачах на Рублевском шоссе (снабженных, по уверению завистников, видеоаппаратурой) приносят тысячекратный доход.

Банк получает в свое распоряжение часть чернобыльских денег и денег Москвы. Торговый дом «Менатеп-Импэкс» становится главным уполномоченным по ввозу в Россию кубинского сахара (в обмен на нефть) – злые языки утверждают, что коэффициенты обмена в таких случаях были прямо пропорциональны благосклонности чиновников, ведавших внешним долгом.

Говорят, в 1994 году «Менатеп» по дешевке покупает крупный пакет вэбовок – несмотря на то что накануне некий первый заместитель министра финансов заявляет, что Россия не будет платить по вэбовкам. Видимо, «Менатеп» решает рискнуть, и – о чудо! – спустя несколько дней наш замминистра, ведающий внешним долгом, разъясняет, что его не так поняли и стоимость пакета стремительно растет. Да, Константина Кагаловского (мозговой центр банка) и замминистра связывали нежные дружеские отношения.

ПРИВАТИЗАЦИЯ

«Менатеп», без преувеличения, можно назвать первым инвестиционным банком в России. Сын инженера и химик по образованию, Михаил Ходорковский с упорством буйвола делал себя хозяином промышленной, а не банковской империи. И в каком-то смысле то, что происходит сейчас с ЮКОСом, – это крушение его мечты. Крушение, обусловленное теми средствами, которые были употреблены для ее достижения, и даже той денежно-кредитной политикой, которая была для этого навязана власти.

В 1994–1995 годах ни один банк не окучивал промышленность с таким размахом и всеядностью. «Менатеп» покупает крупные пакеты АО «Апатит» и «Воскресенские минеральные удобрения», крупнейшего в России производителя чистовой меди «Уралэлектромедь», Среднеуральского и Кировоградского медеплавильного заводов, Усть-Илимского лесопромышленного комбината, Красноярского металлургического, Волжского трубного, АО «Ависма», крупнейшего в России производителя титановой губки, – всего более ста предприятий.
http://www.sovsekretno.ru/public/userfiles/images/1999/08/1/030109161006.jpg
Фото из журнала «Медведь». Публикуется с разрешения редакции

Никаких бюджетных денег не хватило бы на столь обширную программу, но, по счастью, большая часть предприятий была куплена на инвестиционных конкурсах, на которых побеждал тот, кто обещал вложить в предприятие больше денег. Вследствие крайней предупредительности «Менатепа» по отношению к чиновникам, устраивавшим конкурс, а также к «красным директорам», владевшим предприятиями, его обещаниям верили чаще других. «Менатеп» вообще был неизменно любезен с директорами и неизменно выкидывал их на помойку после покупки акций.

Инвестиционные условия банк выполнять не торопился, и оттого многое потерял. Особенно «Менатепу» не повезло на Урале, где медная империя Михаила Черного и Искандера Махмудова вышибла банк с большинства предприятий. Областная прокуратура даже умудрилась признать незаконной приватизацию Кировоградского медеплавильного завода под вздорным предлогом невыполнения инвестиционной программы. Как будто их кто-то когда-то выполнял.

ЭПОХА БОЛЬШОЙ НЕФТИ

Банк внимательней отнесся бы к своей промышленной империи, если бы в 1995 году эпоха инвестиционных торгов, когда заводы покупали за обещания, не сменилась эпохой залоговых аукционов, на которых промышленность покупали за бюджетные средства. Банку представилась возможность забыть о текстиле, лесе, пищевке – и получить сибирскую нефть.

В декабре 1995 года – в результате залогового аукциона и совмещенного с ним инвестиционного конкурса – Ходорковский получает 78 процентов ЮКОСа, второй по величине в России и четвертой в мире нефтяной компании.

Покупка Ходорковским ЮКОСа – одно из самых поразительных событий в истории российской приватизации. Нефтяные генералы – это особая каста. Они не допускают в свой круг москвичей, комсомольцев, «новых русских». Они держат компании железной рукой и не делятся добровольно властью ни с кем – ни с банкирами, ни с уголовниками. В начале девяностых в Сургуте было убито около десятка воров в законе. Любой москвич, пришедший со сватовством к Владимиру Богданову в «Сургутнефтегаз», летел бы до Москвы безо всякого самолета.

В отличие от Вагита Алекперова, самовластного хозяина ЛУКОЙЛа, и Владимира Богданова по прозвищу Кулачок, хозяин ЮКОСа Сергей Муравленко был обязан своим авторитетом отцу – основателю нефтяной Сибири – и Министерству топлива и энергетики, создавшему его компанию как собственный запасной аэродром.

Неизменно любезный Ходорковский увел ЮКОС из-под носа чиновников. Правда, в ходе аукциона случилась маленькая неприятность: «Российский кредит», «Альфа-банк» и «Инкомбанк», подстрекаемые прежними претендентами на руку и сердце Муравленко, огорчились намерением правительства назначить в долларовые миллиардеры именно Ходорковского. Дело чуть не дошло до стрельбы, но все разрешилось благополучно – взаимными помоями в прессе. Банки злоречиво утверждали, что баланс «Менатепа» трещит по швам от бессистемных приобретений, что у банка нет денег, кроме бюджетных, и что, таким образом, продажа ЮКОСа «Менатепу» отнюдь не операция по пополнению бюджета, а, напротив, операция по покупке ЮКОСа в частную собственность за государственные деньги.

Да, кстати. 78 процентов ЮКОСа обременены инвестиционной программой на 350 миллионов долларов. Программа не выполнена до сих пор.

НАЧИНАЮЩИЙ ИМПЕРАТОР

За строительство нефтяной империи Ходорковский принялся всерьез. Бывший комсомолец прилетел в Юганск, надел болотные сапоги и пополз по скважинам, пробуждая классовую ненависть сибирских производственников к московским банкирам.

Перед Ходорковским стояли три задачи. Во-первых, прекратить элементарное воровство. Во-вторых, оптимизировать численность рабочих. В-третьих, минимизировать налоги.

Старые директора – что в ЮКОСе, что в Восточной нефтяной компании (купленной в конце 1997 года) – отличались барской щедростью. В Нефтеюганске в посредниках сидело двадцать фирм, половина которых принадлежала Отари Квантришвили. Воровали все – что нефть из скважины, что скрепки со стола. («Томскнефть», к примеру, покупала то трудовые книжки по завышенной в девять раз цене, то 120 тонн замороженной алычи, которой томскому городку Стрежевому хватит до 2008 года.)

ЮКОС избавлялся равно беспощадно и от социальной сферы, и от бандитских фирм. Вряд ли Ходорковский когда-нибудь расскажет, как решались подобные проблемы и какие морды рвались в его кабинет в Юганске. Одна пикантная подробность: свою задолженность перед ЮКОСом погасили все фирмы-посредники. Включая чеченцев и Отари Квантришвили.

Рабочих сокращают не менее безжалостно, чем бандитов. Один из последних планов реструктуризации ЮКОСа предусматривал троекратное снижение численности рабочих: из 76 тысяч человек, работающих в трех основных производственных единицах – «Юганскнефтегазе», «Самаранефтегазе» и «Томскнефти», – должно было остаться лишь 25 тысяч работников. Остальные переводились в самостоятельные сервисные компании, учрежденные совместно с местными властями, или в «социальные предприятия», на баланс которых передавались убыточные скважины. В результате ЮКОС сохранял треть персонала и 95 процентов активов, а неминуемая смерть «сервисных компаний» и безработица нескольких десятков тысяч человек к нему уже отношения не имела.
http://www.sovsekretno.ru/public/userfiles/images/1999/08/1/030109160931.jpg
Леонид Невзлин

Одной из жертв политики оптимизации пал мэр Юганска. Избранный на сей пост не без одобрения Ходорковского, Владимир Петухов охотно принимал у ЮКОСа на баланс все социальные объекты, от которых тот хотел избавиться. Взамен ЮКОС платил за ремонт оборудования фирме «Дебит», которой владел г-н Петухов. Когда вся «социалка» была передана, ЮКОС внезапно обнаружил, что у него есть собственные ремонтные подразделения и прибегать к помощи «Дебита» ему так же накладно, как, имея дома жену, платить проституткам. ЮКОС отказался от услуг «Дебита». Оскорбленный Петухов так же внезапно обнаружил, что из-за политики ЮКОСа в городе катастрофически не хватает денег, и принялся громко хаять компанию.

Но так как «Дебит» все равно не вернулся на скважины, а деньги мэру были нужны (мы имеем в виду личные деньги), то мэр снес старый рынок, принадлежавший чеченцам, и построил новый, принадлежавший его жене. Спустя некоторое время мэра застрелили, и население Нефтеюганска разделилось во мнении: те, кто работал на ЮКОС, полагали, что это сделали чеченцы, а те, кого сократили, полагали, что владельца «Дебита», переквалифицировавшегося в защитника народа, убрали длинные лапы московских олигархов.

НАЛОГИ БОРЗЫМИ ЩЕНКАМИ

Лучшим изобретением ЮКОСа стала идея продажи так называемой «жидкости на устье скважины», приписываемая Сергею Генералову (будущему министру топлива и энергетики).

Смысл ее вот в чем. Компании, принадлежащие «нефтяным генералам» (ЛУКОЙЛ и «Сургутнефтегаз»), а также ТНК покупают у своих добывающих подразделений нефть по нормальным ценам. Компании, принадлежащие московским олигархам, – «Сибнефть», ЮКОС и «Сиданко» – систематически обирают добывающие компании в пользу московского офиса. «Сиданко», например, берет за транспортировку нефти до Новороссийска четыре доллара вместо 50 центов. А ЮКОС покупает у собственных подразделений не нефть, а «скважинную жидкость» по так называемой «внутрикорпоративной цене». Сейчас эта цена составляет 250 рублей тонна, при том что на внутреннем рынке тонна нефти стоит около 800 рублей, а на внешнем – 73 доллара. В результате доля сырьевых налогов, взимаемых от цены (10 процентов ройялти и 6–16 процентов на воспроизведение минерально-сырьевой базы), уменьшается где-то со 128 до 32 рублей за тонну. Заметим, что эти налоги больше нигде не всплывают – их собирают только с того, кто обладает лицензией на нефтедобычу.

Продажа «жидкости из скважины» не только снижает налоги, но и является специфически русским способом защиты частной собственности от враждебного банкротства. К примеру, у «Томскнефти» себестоимость добычи нефти превышает внутрикорпоративную цену. То есть чем больше «Томскнефть» добывает, тем больше она должна подконтрольным ЮКОСу кредиторам. И если какой недовольный губернатор примется «Томскнефть» банкротить, то главными кредиторами ее окажутся фирмы Ходорковского.

Продажа «скважинной жидкости» – основной способ минимизации местных налогов. А как минимизировать федеральные? По-разному. Например, через «обратный зачет».

Теоретически идея обратного зачета проста: к примеру, есть задолженность ЮКОСа федеральному бюджету и есть задолженность федерального бюджета… ну, скажем, по целевой программе развития Волгоградской области (76 миллиардов рублей в ценах 1997 года). Бюджет переводит деньги региону, регион платит ЮКОСу, а ЮКОС, в свою очередь, платит долги бюджету.

Вас что-то смущает в этой простой схеме?

Ну разумеется. Откуда возникли долги ЮКОСа и долги федерального бюджета, понятно. А вот каким образом региональный бюджет умудрился задолжать ЮКОСу? Ответ прост: задолженность, как правило, носила фиктивный характер.

В Волгограде дело обстояло так: область (согласно договору № 1) купила у некоего московского ТОО «Эмитент» нефтепродукты, которые (согласно договору № 2) отдала на ответственное хранение все тому же «Эмитенту». Затем (по договору № 3) нефтепродукты были проданы, но не за деньги, а за векселя мертвых фирм (в частности, в деле фигурировали вексель несуществующей фирмы «ЮНИЭЛ» на 36 миллиардов рублей и зарегистрированная по подложному паспорту фирма «Вымпел»).

Так уж случилось, что история эта, в силу нелюбви волгоградского мэра к волгоградскому губернатору, вышла наружу: областная прокуратура завела дело, в московском офисе «Эмитента» при обысках изъяли договоры, заключенные с Курской, Свердловской, Воронежской, Челябинской, Тюменской областями – всего на сумму 1 триллион 869 миллиардов рублей.

Беда не в том, что ЮКОС не доплачивал налогов. Каждый российский директор вынужден воровать у государства то, что оно не украло у него. Беда в том, что в 1995–1998 годах доходы бюджета падали, потому что налогов не платили, а расходы оставались прежними.

Откуда же брались деньги? Ответ прост: олигархи охотно ссужали в долг государству то, что они не доплачивали в виде налогов. Пока ЮКОС занимался продажей «жидкости на устье скважины», банк «Менатеп» охотно покупал ГКО или, к примеру, занимался вексельным кредитованием промышленности под гарантии Минфина.
http://www.sovsekretno.ru/public/userfiles/images/1999/08/1/030109160937.jpg
Александр Самусев

Что такое ГКО, знает каждый. Механизм вексельного кредита (1995–1996 годы) работал следующим образом. Бюджетополучателю (например, «оборонке») нужны деньги. Денег нет, и вместо Минфина бюджетополучатель получает средства от коммерческого банка. Причем Минфину этот кредит обходился довольно дешево – 12–15 процентов годовых. Проблема заключалась в том, что эти проценты банк получал за воздух. Он вообще не перечислял предприятию никаких денег – он предоставлял ему вексель, бумажку, пустышку, потому что в тот момент, когда банк должен был погашать вексель деньгами, Минфин эти деньги в банк и переводил.

Через вексельные кредиты прошло более 40 триллионов рублей. Банк «Менатеп» был первым среди коммерческих банков по объему вексельного кредитования.

Каждый в России экономит на налогах. Но олигарх обирает бюджет дважды – и на доходах, и на расходах. Проблема в том, что если вы не кормите корову и доите ее, то корова обязательно сдохнет. Корова, именуемая «бюджет Российской Федерации», сдохла 17 августа прошлого года. Мы осмеливаемся утверждать, что российские олигархи были бы идиотами, если бы не знали об этом биологическом факте. На идиотов они не похожи.

ВНК И ЗАПАДНЫЕ КРЕДИТЫ

В 1997 году Ходорковский окончательно определяется – он хочет быть хозяином нефтяной, точнее, нефтехимической империи. Все прочее – титан, медь, лес – должно быть обращено в деньги. «Роспром» продает «Уралэлектромедь» и «Ависму», избавляется от кучи ненужных заводов. Деньги идут на покупку Восточной нефтяной компании, но денег не хватает. ЮКОС занимает на Западе – под залог собственной нефти.

Вороватый менеджмент ВНК ничего не мог даже близко противопоставить такому напору. У ВНК даже не было единого руководства: наряду с ее гендиректором Леонидом Филимоновым (ныне – зампред ЮКОСа) крупнейшую роль в компании играли его замы Виктор Калюжный (ныне министр топлива и энергетики) и Гурам Авалишвили (ныне зам губернатора Томской области).

Позорная для России эпоха залоговых аукционов кончилась. Правительство требует от олигархов реальных денег. За ЮКОС, который добывает 34 миллиона тонн нефти, Ходорковский выложил аж 170 миллионов долларов. За ВНК с ее 11 миллионами тонн добычи – около 1 миллиарда долларов. Правда, правительство прозрело необыкновенно кстати – в тот самый момент, когда олигархи уже могут занять деньги на Западе, а вот «красные директора», подлежащие продаже, по-прежнему занимаются мелким воровством и ничего не могут противопоставить напору Москвы.

Так или иначе желание ЮКОСа заплатить в бюджет огромные деньги можно было бы только приветствовать, если бы не одно «но». Миллиард долларов – это деньги не ЮКОСа, а западных кредиторов. Ходорковский заложил ЮКОС, чтобы купить ВНК.

А вот собирался ли он отдавать долг?

В 1997–1998 годах олигархи жили тем, что брали валютные кредиты на Западе под низкий процент и вкладывали их в рублевые ГКО под высокий. По мере того как на разницу они приобретали предприятия-экспортеры, становилось яснее основное противоречие российского олигархического капитализма. В то время как банк-олигарх был заинтересован в поддержании низкого курса рубля, позволявшего брать дешевые синдицированные кредиты на Западе, ФПГ-олигарх была заинтересована в девальвации рубля, позволявшей утроить доходы от экспорта.

После паники на азиатских рынках в ноябре 1997 года стало очевидно, что падение рубля – лишь вопрос времени. Понимают ли это западные банки? Нет – иначе они не кредитовали бы олигархов. Понимают ли это олигархи? Да. И вот доказательства.

В 1997 году Михаил Ходорковский оставляет пост в «Менатепе» и становится главой холдинга «Роспром». Это можно было бы трактовать как давнишнее желание химика Ходорковского заняться излюбленным делом – промышленностью. Однако желание сменить имидж проявили почти все олигархи. Владимир Гусинский оставил «Мост-банк» и встал во главе холдинга «Медиа-мост». Владимир Потанин создал «Интеррос».

Из гусеницы вылупилась бабочка. Олигархи отделили банковские пассивы (то есть деньги вкладчиков и бюджета) от промышленных активов (на эти деньги купленных). Банк оказался в одном месте, его покупки – в другом. Теперь смерть банка не могла повредить промышленным холдингам.

За шесть месяцев 1998 года Центробанк тратит на поддержку рубля 8 миллиардов долларов. Практически эти деньги отобраны у российских предприятий и отданы «системообразующим банкам». В июле 1998 года западные банкиры наконец отказываются пролонгировать ранее выданные кредиты и требуют их возврата. Чтобы расплатиться, российские банки (прежде всего – «СБС-Агро») продают по дешевке российские бумаги. Цена бумаг падает, доходность ГКО растет.
http://www.sovsekretno.ru/public/userfiles/images/1999/08/1/030109160925.jpg
Сергей Муравленко

Олигархи в панике бегают по коридорам Белого дома: «Сделайте что-нибудь, чтобы мы могли не платить». Говорят, голос Ходорковского в этом хоре был весьма заметен: 17 августа с «Менатепа» причиталось 80 миллионов по синдицированному кредиту. В конце концов, как рассказывают очевидцы, олигархи прибежали к Кириенко. «Мы у тебя НОРСИ отберем, в землю зароем, если ты как-нибудь не выручишь нас. Разреши не платить Западу». «Хорошо, – говорит Кириенко, – я объявлю мораторий по выплате долгов на Запад, но за это я перестану платить по ГКО».

«Государство всех кинуло», – горько жалуются олигархи в обширных интервью «Коммерсанту». Конечно, кинуло. Обещало дать содрать с себя четыре шкуры, а подохло, когда сдирали третью.

СТРАНА ЗАХОДЯЩЕГО ОЛИГАРХА

Весной один мой знакомый, у которого в «Менатепе» пропало эдак с десяток миллионов долларов, пошел в банк за объяснениями. Знакомый – не сопляк, деньги тоже не сопливые, принимал его не кассир, а партнер. «Понимаешь, – доверительно объяснили моему приятелю, – деньги, конечно, есть. Но ведь их уже давно слили в оффшор и поделили между своими. Я, конечно, могу их вернуть тебе, но ведь я, получается, пойду против коллектива. Это непорядочно. Нечестно».

Действительно, в том, что касается банков, проблем у олигархов не возникло. Пока длился мораторий на выплату долгов Западу, хорошие активы были отделены от плохих долгов. Перспективных клиентов «Менатеп» перевел в «Росбанк», принадлежащий ему совместно с «Мост-банком» и «ОНЭКСИМом», а плохие долги остались на «Менатепе».

Другое дело – ЮКОС. Нефтяные скважины в оффшор не сольешь.

После 17 августа на ЮКОС находится целая куча охотников. Во-первых, это западные банки, которые давали ЮКОСу кредиты. Во-вторых, губернаторы и старые директора, которые, приняв эпидемию преднамеренных банкротств за закат олигархической системы, бросились на «Роспром» в надежде оттяпать кусок от заболевшего льва. В-третьих, на ЮКОС набрасывается зверь безусловно редкий и для российской экологической ниши вряд ли подходящий – американский эксцентричный миллиардер Кеннет Дарт, специализирующийся на том, что в Америке называется greenmail, или «зеленый шантаж». Гринмейл – это когда инвестор покупает небольшой пакет акций компании и противится любым планам менеджмента, до тех пор пока менеджмент не выкупит у него пакет за сумму втрое большую.

Господин Дарт для России птица изысканная, как попугай какаду. Это российский олигарх, родившийся не в том времени и не в том месте. Вы представьте, бедняга Дарт, дабы не платить налоги, купил себе целый океанский корабль, на котором и плавал 180 дней в году вне территориальных вод США! Наши решают этот вопрос проще…

Надобно отметить, что все три категории наглецов, примерявшихся к юганской и томской нефти, были ЮКОСом решительно поставлены на место. Но не скопом, а сообразно степени приличия каждого.

Респектабельные западные банки – Daiwa, Westdeutschelandesbank и Standard Bank of London, ссудившие ЮКОСу 236 миллионов долларов, честно получили 30 процентов акций НК «ЮКОС». Правда, в это же время нефтедобывающие подразделения компании – «Самаранефтегаз», «Юганскнефтегаз» и «Томскнефть» – увеличили свой уставный капитал втрое. В результате чего доля ЮКОСа в этих компаниях упала до 17 процентов. То есть «Дайва» получила шкурку от банана. А сам банан оказался в оффшорах. Кстати, чтобы не гонять деньги туда-обратно, оффшорки заплатили за акции… векселями самих «дочек».

Операция эта – прекрасное противоядие против «Дайвы» – не могла, однако, помочь против Кеннета Дарта, владеющего 10–12 процентами акций именно самих «дочек». Поэтому имущество нефтедобывающих «дочек», в свою очередь, передается на баланс новоорганизованным ЗАО. Поэтому мы, собственно, и сказали, что Дарт полез не в свою экологическую нишу. Западные стервятники перед российскими орлами – все равно что кукурузник перед СУ-37…

Когда наши надувают иностранцев, это всегда приятно, вне зависимости от того, что разбавляли водой – бензин на американской бензоколонке или уставный капитал во второй по величине в России нефтяной компании. Проблема в том, что третья категория акционеров – те самые «красные директора», – похоже, не заслуживает у ЮКОСа даже дополнительной эмиссии. А заслуживает пулю в затылок.

Пятого марта неизвестные субъекты обстреляли автомобиль управляющего компанией «Ист петролеум» Евгения Рыбина. Охранник и водитель погибли, г-н Рыбин уцелел. Это было бы одним из многих совершенных в Москве убийств, если бы не маленькая подробность: чудом спасшийся Рыбин обвинил в покушении именно ЮКОС.

Предыстория вопроса такова. В 1995 году два австрийских гражданина, Питер и Адельхейм Бернхард, создают фирму East Petroleum, что в переводе значит «Восточная нефтяная». В начале 95-го руководителем фирмы становится Евгений Рыбин. Бывший руководитель «Васюганнефти» (подразделение «Томскнефти»), ставший крупным международным инвестором в ВНК, заключает с русской тезкой «Ист петролеум» соглашение, согласно которому «Ист петролеум» продает на Западе нефть ВНК, а вырученные деньги делятся поровну: половина достается ВНК, половину «Ист петролеум» от своего имени инвестирует в месторождения ВНК. Заметим особо: нефть продавалась по нормальной цене. Воровать не было нужды – ведь чем больше нефти продавала ВНК, тем больше увеличивались инвестиции уважаемой австрийской компании в российские месторождения. Когда стало ясно, что ВНК будет продана ЮКОСу, менеджмент ВНК подстраховался и на всякий случай заключил договор, что подобная «совместная деятельность» будет продолжаться следующие двадцать лет. А ежели кто-то нехороший вздумает ее прервать, то «Ист петролеум» получит неустойку – где-то 100 миллионов долларов за упущенную невозможность инвестировать чужие деньги от своего имени.
http://www.sovsekretno.ru/public/userfiles/images/1999/08/1/030109160946.jpg
Василий Шахновский

Но так уж исторически сложилось, что вместо 100 миллионов Евгений Рыбин получил автоматную очередь.

ЮКОС, разумеется, возражает – он тут ни при чем. По словам его представителей, за бизнесом «Ист петролеум» стояли не только высокоуважаемые господа Калюжный и Рыбин, но и бандиты, которые и «заказали» Рыбина, после того как купивший ВНК ЮКОС положил конец воровству.

Не все в этой истории дважды два четыре. Спрашивается, зачем ЮКОСу стрелять в Рыбина, если в распоряжении олигарха есть правительство, ФСБ, МВД, налоговая полиция, наконец, которая охотно оказывает платные услуги населению и в любой момент может положить вверх задницей всех в симпатичном офисе «Ист петролеум» близ Шаболовки? Одно из возможных объяснений звучит так: эксцесс исполнителя. Выбивал же кто-то долги с самого Квантришвили, и надо же этому кому-то постоянно доказывать свою необходимость для фирмы….

НЕУТЕШИТЕЛЬНЫЙ БАЛАНС

Олигархов в России не любят. Их не любят те, кто по российской привычке приравнивает слово «богач» к слову «преступник» и объясняет собственный неуспех чужой непорядочностью. Их не любят «красные директора» и конкуренты-губернаторы.

Нелюбовь эта во многом несправедлива. Пять лет назад хозяином промышленной России был «красный директор» – с отъевшейся рожей, с золотым унитазом, с бандитами в приемной. Олигархи остановили и бессистемное воровство, и тотальную криминализацию общества.

Но вместо того чтобы употребить свое влияние для уменьшения российских налогов, олигархи употребили его на то, чтобы выжать для себя из бюджета максимально много. Чем меньше налогов платили бюджету, тем условней становилось право собственности, которая в любой момент могла быть отнята за долги. Чем условней становилось право собственности – тем необходимей была близость к власти. Чем ближе был предприниматель ко власти – тем чаще он делал деньги не на свободном рынке, а на обворованной казне.

Дело не в неуплаченных налогах, не в обиженных губернаторах, не в «красных директорах», выброшенных на помойку истории, и, разумеется, не в страданиях экзотического какаду Кеннета Дарта, который просит с ЮКОСа аж 800 миллионов долларов отступного. Дело в том, что БЛАГОДАРЯ ОЛИГАРХАМ В РОССИИ БЫЛА СОЗДАНА НЕ РЫНОЧНАЯ ЭКОНОМИКА, В КОТОРОЙ БИЗНЕСМЕН, ПРЕСЛЕДУЮЩИЙ ЛИЧНОЕ БЛАГО, СПОСОБСТВУЕТ ПРИУМНОЖЕНИЮ БЛАГА ОБЩЕГО, А ФЕОДАЛЬНЫЙ СТРОЙ, В КОТОРОМ ВЛАСТЬ ЯВЛЯЕТСЯ ВЫСОКОДОХОДНЫМ ФИНАНСОВЫМ ИНСТРУМЕНТОМ.

ЛОГИЧЕСКИМ ЗАВЕРШЕНИЕМ ТАКОГО СТРОЯ СТАНОВИТСЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ ДЕСЯТКОВ ССОРЯЩИХСЯ ОЛИГАРХОВ И ПОЯВЛЕНИЕ ОДНОГО СУПЕРОЛИГАРХА, ИМЕНУЕМОГО ТАКЖЕ ДИКТАТОРОМ. ЗА ТЕРМИДОРОМ ОБЫКНОВЕННО СЛЕДУЕТ БРЮМЕР, ЗА УГАСАНИЕМ РЫНКА – ГИБЕЛЬ СВОБОДЫ.

ИМЕННО ЭТО ОБВИНЕНИЕ И ПРЕДЪЯВИТ ГОСПОЖА ИСТОРИЯ РОССИЙСКИМ ОЛИГАРХАМ: ЧЛЕНУ-КОРРЕСПОНДЕНТУ АКАДЕМИИ НАУК БОРИСУ БЕРЕЗОВСКОМУ,УДАЧЛИВОМУ ЦЕХОВИКУ АЛЕКСАНДРУ СМОЛЕНСКОМУ, РУКОВОДИТЕЛЮ КООПЕРАТИВА ПО МОЙКЕ ОКОН МИХАИЛУ ФРИДМАНУ, БЫВШЕМУ ЧИНОВНИКУ МВЭС ВЛАДИМИРУ ПОТАНИНУ И ТАЛАНТЛИВОМУ ХИМИКУ МИХАИЛУ ХОДОРКОВСКОМУ.

[Жертва на велосипеде]

http://echo.msk.ru/blog/latinina/1693586-echo/
19:32 , 13 января 2016

автор
журналист
http://echo.msk.ru/files/2425746.jpg
В тот самый день, когда в Турции арестовали «трех российских граждан» (национальность которых пока не уточняется) за связь с ИГИЛ и помощь смертнику, взорвавшемуся на площали Султанахмет, глава Чечни Рамзан Кадыров сделал громкое заявление: он потребовал относиться к российской внесистемной оппозиции как «к врагам народа, как к предателям» и судить их «за подрывную деятельность».

Глава Чечни Рамзан Кадыров вновь появился в медийном поле после того, как власти где-то в ноябре прошлого года определились с заказчиком убийства Немцова: им, по мнению следствия, оказался водитель Руслана Геремеева Руслан Мухидинов. Откуда у водителя Мухидинова нашлись деньги на столь дорогостоящий заказ, и почему водитель Мухидинов решил заказать убийство представителя российской внесистемной оппозиции, той самой, которую Кадыров требует судить, еще даже до событий с «Шарли Эбдо», — наши органы не уточняют.

До того, как стало ясно, кому именно предъявят обвинение по делу Немцова, глава Чечни в течение нескольких месяцев практически отсутствовал в публичном поле. Сразу после этого появилось несколько ярких информационных поводов.

Сначала, 23 декабря, в эфире чеченского телеканала появилась запись встречи Кадырова с жительнице села Гвардейское Айшат Инаевой. Айшат Инаева распространила в соцсетях видеообращение к Кадырову, в котором жаловалась на удержания из ее зарплаты и на то, что приближенные Кадырова живут в роскоши, а простой народ страдает.

На встрече Кадыров на пару с закадровым голосом отчитывал Инаеву, та сидела опустив голову, а ее муж извинялся за то, что жена его наговорила столько лжи. В конце сюжета извинилась и сама плачущая Инаева. Жители села Гвардейское тоже провели сход, на котором осудили клеветническое поведение Инаевой.

Еще через несколько дней чеченское телевидение показало другой сюжет, про жителя села Автуры Адама Дикаева, который осмелился критиковать в Instagram Рамзана Кадырова. Адам Дикаев предстал в телевизоре без штанов.

«Я Адам Дикаев из села Автуры. Думая, что меня не найдут, я написал в Instagram то, что не нужно было писать. Меня нашли, сняли с меня штаны. Я понял, что я никто. С этих пор Путин — мой отец, дед и царь», — говорил по телевидению Дикаев.

Заметим, что оба этих сюжета попали в федеральную прессу вовсе не благодаря пронырливости журналистов. Не было такого, что кто-то раскопал и принес из-за железного занавеса историю о том, как жители Чечни, осмелившиеся критиковать Кадырова, ведут себя как фигуранты процессов 1937 года и китайцы времен культурной революции. Напротив: максимальную публичность этим сюжетам придали сами чеченские власти.

И вот теперь, когда реакции из Кремля на эти сюжеты, очевидно, не последовало, последовало логическое развитие истории: предложение распространить передовую практику Чечни на всю России и заставить российскую оппозицию извиняться не хуже Айшат Инаевой и Адама Дикаева.

Так получилось, что на этой неделе наконец стало ясно, что именно произошло в новогоднюю ночь на привокзальной площади Кельна. То, что произошло, имеет в арабском языке специальное название, «тахарруш». «Тахарруш» — это новое социальное явление, когда гости Европы в местах массового скопления народа учиняют насилие над европейскими женщинами.

Технология очень проста: при большом стечении людей 10-30 представителей высокодуховного арабского мира окружают неверную европейскую сучку, щупают и параллельно грабят, а иногда и насилуют, чтобы конкретно объяснить ей преимущество тех духовных скреп, носителями которых они себя считают.

Это — устоявшаяся норма поведения, которую демонстрировали уже не раз, например, на Стокгольмском музыкальном фестивале в 2014-м и 2015-м годах. В последнем случае только на девочек младше 15 лет было совершено 38 нападений, но стокгольмская полиция замяла дело, опасаясь, что любой, кто обвинит мигрантов-мусульман в массовом систематическом насилии, будет признан фашистом.

Иначе говоря, в Кельне в новогоднюю ночь не было никакой организации, никакого заговора. Было просто системное поведение людей, считающих, что так можно. Проверяющих европейскую цивилизацию на прочность.

То, что происходит между российским обществом и Чечней — это тоже тахарруш. Это щупание на прочность и попытка распространить Чечню на всю Россию.

Не думайте, что в Кельне щупали девок. Щупали Ангелу Меркель, щупали Европу: ну как, и это стерпишь, или нет?

И пусть в Кремле не думают, что это щупают российскую оппозицию. Это щупают Россию.

[Жертва на велосипеде]

11:16 , 18 февраля 2016
http://echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1714844-echo/
За одну «ночь длинных ковшей» 9 февраля в Москве мэр Собянин снес большую часть из 104 торговых фавел. И давно ни одна мера, предпринятая властями, не порождала в обществе столь глубокой дискуссии.

Глубокой — в том смысле, что совершенно вменяемые люди с прекрасной репутацией выступили в этой дискуссии на различных сторонах. Ксения Собчак — категорически «за», Антон Носик, Алексей Навальный и Сергей Пархоменко — категорически «против». Наиболее профессиональные наши эксперты по градоустройству — Михаил Блинкин и Максим Кац — скорее «за», но с серьезными оговорками.

Главный аргумент противников сноса очень серьезен: это нарушение права частной собственности. Частная собственность должна быть неприкосновенна: сегодня снесли ларек, а завтра снесут квартиру.

«В наши времена, когда служители государственного рэкета утратили три четверти доходов от сырьевой ренты, главный для них вопрос — кого б тут еще раздербанить. Минувшей ночью их взоры были обращены на торговые точки у метро. Завтра они точно так же заинтересуются чужими машинами, квартирами, дачами», — пишет Антон Носик.

Сначала — по поводу частной собственности. Где-то неделю назад я была на Филиппинах, и это было одно из самых удручающих впечатлений моей жизни. Страна, которая еще в 1950-х была одной из самых процветающих в Азии, сейчас превратилась в один огромный гадюшник. Манила — это 20 млн человек, стоящих в мегапробках и живущих в фавелах, слепленных из какого-то сушеного помета. Ни промышленности, ничего. И при выезде за город — мили и мили заброшенных полей в стране, страдающей адским перенаселением и импортирующей рис из соседнего Таиланда.

Причина пустых полей — латифундии. В стране так и не было проведено земельной реформы, и самый богатый слой населения — это до сих пор законные владельцы огромных полей, из тех, которые, как говаривали китайские классики, «тянутся на тысячу ли, а бедняку негде иголку воткнуть». Латифундии погубили Рим, они погубили Латинскую Америку и губят Филиппины.

Это я к тому, что у каждого правила (включая неприкосновенность частной собственности) есть свои исключения. Когда Адам Смит и другие английские классики создавали свою великую теорию, они просто жили в обществе, где они с этими исключениями не сталкивались. Частная собственность неприкосновенна, но земля должна принадлежать не латифундистам, а мелким фермерам.

Я приведу самый простой пример, еще более простой, чем латифундии, — из сериала: а когда Дейенерис Таргариен освобождает рабов, она что же, получается, нарушает право неприкосновенности частной собственности? И Авраам Линкольн тоже его нарушил?

И в 2005 году, во время моей поездки в Грузию, ныне покойный Каха Бендукидзе (которого трудно заподозрить в неуважении к частной собственности) с энтузиазмом рассказывал мне о том, как президент Саакашвили занимался ровно тем самым, что сейчас Собянин: сносил выросший за годы постсоветского бардака самострой. «В самом центре, рядом с серными банями, стоял трехэтажный бордель, — снесли, — с горящими глазами говорил Каха, — в другом случае люди получили разрешение на восьмиэтажный дом, который как-то сам собой подрос до шестнадцатиэтажного — снесли!»

«Но это же частная собственность!» — ахнула я, совсем как Сергей Пархоменко.

«Да, — сказал Каха, — это частная собственность. Но надо выбирать: мы хотим быть европейским городом или азиатским бардаком». Это был мой первый в жизни урок, что в городе целое больше части.

Второй раз я почувствовала это на развалинах города Шивта. Это город набатеев в пустыне Негев, который был построен около I века н.э. и умер около 1000 лет назад.

Несмотря на то что Шивта находится в пустыне, город занимался земледелием, а воду собирал во время зимних ливневых паводков. Шивта была расположена примерно так же, как затопленный несколько лет назад наводнением город Крымск: в чаше, куда стекаются ливневые потоки с трех окрестных гор.

Необычайный дефицит воды привел к тому, что вся жизнь и архитектура города вертелись вокруг воды. На каждой улице были проложены канавки, которые вели эти ливневые потоки к частным колодцам и к двум огромным прудам, расположенным прямо посреди главной площади. На примере Шивты было особенно ярко видно, что город — это целое, а не сумма частей. Никогда один человек не мог бы заниматься земледелием в пустыне, и никогда бы этот городе не выжил, если бы канавки проводил каждый, как хотел, — только в свой огород.

Ну и до кучи третий пример, совсем для меня свежий. Одно из самых ключевых отличий любого города первого мира (Лондона, Нью-Йорка, Сингапура) от любого города третьего мира (Манилы, Бангкока, Сайгона) — это как раз отсутствие бардака и самостроя.

Точка.

Город — это целое, где сумма больше частей. Город отличается от села именно тем, что его облик регулируется. И классики политэкономии не задумывались об этом феномене — обязательном ограничении развитым городом права частной собственности — именно потому, что облик европейских городов с самого начала Средневековья был крайне регламентирован.

Мой друг Сергей Пархоменко совершенно неправ, когда он говорит, что город слагается естественно, что дорожки надо класть там, где протоптано, и если ларек стоит там, где он стоит, — то он стоит на удобном месте. Ларек с шаурмой у Трафальгарской колонны тоже пошел бы на ура. Просто он пошел бы на ура у 3% посетителей. При этом он мешал бы трафику 97% и портил бы вид 100%. В городе целое больше части. Москва и так большая деревня. Собянин — первый ее мэр, который хочет из нее сделать город.

Однако против Собянина — в связи со сносом фавел — выдвинуто два обвинения. Первое из них гласит, что ларьки сносились по наводке торговых центров, которые опустели из-за кризиса. Мол, если завтра Вася не затарится шаурмой у киоска на «Тургеневской», то завтра он пойдет во «Времена года» и купит себе «Мазератти».

Второе из них гласит, что на месте снесенных ларьков будут устроены гигантские ТПУ (торгово-пересадочные узлы) с дорогими торговыми площадями, и курировать все это будут люди московского министра Ликсутова.

Эту, вторую, ошеломительную версию, присланную ей в качестве анонимки, опубликовала юрист «Фонда борьбы с коррупцией» Любовь Соболь, откуда эта новость разлетелась тут же.

Заметим, что оба эти обвинения противоречат друг другу. Если ларьки снесены потому, что они составляли душераздирающую конкуренцию ТЦ «Европейский», то они вряд ли могут быть снесены потому, что на их месте страшный коррупционер Ликсутов хочет построить гигантские ТПУ из стекла и стали. Согласитесь, что такие ТПУ стали бы еще более страшным конкурентом «Европейскому».

На мой взгляд, все гораздо проще. Мэр Москвы Сергей Собянин давно и последовательно пытается придать Москве облик европейского города с приличествующими этому городу стандартами. Все предпринятые с начала его правления меры: запрет на точечную застройку, прекращение лужковской практики возведения подземных торговых моллов прямо в центре города, плитка, парковки, возобновление строительства метро, регулирование трафика, благодаря чему движение автомобилей в Москве наконец-то стало немного отличаться от движения в Бомбее, Каире и Маниле, — все они укладываются в эту схему.

Снос торговых фавел — ровно то же самое.

Мы все прекрасно знаем, как получались разрешения на эти чудеса архитектуры. Получали разрешение на палатку, а ставили бетонный короб. Приватизировали трансформаторную будку, а на месте ее ставили многоэтажку. Заносили в кабинеты мешки с наличными. Нанимали специальных юристов, знавших три и тридцать три способа легализовать это убожество.

Знаете, если бы целью Собянина была коррупция, то ему надо было бы продолжать делать ровно то же, что и до него, а именно: считать каждый метр исторической площади в городе неосвоенным, если не забабахать под ним подземный торговый комплекс на двести тысяч метров.

И это неправда, что Собянин снес вот так, ни с того ни с сего: вечером решил — ночью снес. Московские власти пытались снести торговые фавелы давно и долго. Они закрыли главную дырку по легализации самоволки решением пленума Верховного суда.

Можно упрекать Собянина в чем угодно — в волюнтаризме, в кампанейщине, в том, что положенная наспех плитка лежит косо и криво, в том, что он сносит ларьки, но не трогает какой-нибудь ТЦ «Европейский», — тот же самый, по сути, гигантский ларек, только площадью 200 тыс. кв. м и принадлежащий правильным людям, — но в той части, на которую хватает его полномочий, политика Собянина абсолютно последовательна и системна.

Что же касается ТПУ, то даже не сомневаюсь, что ТПУ — будут. Но не возле «Тургеневской», а на окраинах города. И это общепринятая мировая практика. Сошлюсь опять же на свой недавний личный опыт. В приличных городах — Гонконге и Сингапуре — пассажир идет на посадку на корабль именно через ТПУ: гигантский торговый молл. Бутики, бутики — и прямо между ними государство с таможней и паспортным контролем.

А вот в каком-нибудь Хо Ши Мине/Сайгоне дело обстоит ровно тем природно-посконным путем: залитый палящим солнцем порт, собаки брешут, кого-то стошнило, и тут же — самородный ларек с «Луи Вуиттон» по 15 долларов.

Напоследок я хотела бы заметить еще две вещи.

Первая из них заключается в том, что попытки Собянина что-то изменить в Москве порождают массу намеренно злокачественных слухов. Первым делом, как стали класть плитку, запустили слух, что, мол, у Собянина жена владеет заводом по ее производству. Оказалось чистой воды вранье.

Может, на местах и украли порядочно, но вот про завод и жену Собянина — вранье. Потом было, что, мол, все деньги за парковки идут на кампанию на Кипре. Тоже чистейшей воды фигня. Это не к тому, что в Москве нет коррупции и хорошие условия для бизнеса. Это к тому, что нельзя высасывать из пальца и объявлять правдой все фейки на том основании, что «все равно все воруют».

Вторая вещь заключается в том, что не всякий, кто обвиняет Собянина, делает это по зову сердца. Я нимало не сомневаюсь, что Сергей Пархоменко, Антон Носик или Людмила Соболь совершенно искренни. Их аргументы насчет неприкосновенности частной собственности очень серьезны.

Но не все критики Собянина — Носики и Пархоменко. Когда я вижу, что провластные структуры проводят митинги против платных парковок или читаю в одной газете «джинсу», растянутую на две гигантских статьи на два номера, — то я делаю из этого вывод, что по какой-то причине мэр Москвы Сергей Собянин является со стороны фейковой общественности легитимным объектом критики.

Может быть, тут срабатывает тот эффект, что Собянин — один из немногих современных чиновников, который проводит системную реформу в городе, а каждый системный реформатор всегда является объектом недовольства со стороны социальных групп, интересы которых он нарушает. И этим недовольством, как рычагом, всегда можно пользоваться в популистских или электоральных целях.

Но мне кажется существенным вот что. Заметьте: почти все действия мэра Собянина вызывают в обществе реальную, а не псевдодискуссию. Под реальной дискуссией я имею в виду ситуацию, когда то или иное действие власти имеет серьезные «за» и серьезные «против» и когда вполне ответственные и порядочные люди могут разделяться по этому поводу во мнениях. Это и есть признак реальных реформ. Потому что реформа — она как война. На войне все самые правильные вещи очень просты, но сделать эти простые вещи всегда очень сложно.

[Жертва на велосипеде]

http://echo.msk.ru/blog/novaya_gazeta/1723722-echo/
23:49 , 03 марта 2016

29 февраля этого года 39-летняя гражданка Узбекистана Гюльчехра Бобокулова отрезала голову оставленной ей на попечение 4-летней девочке. Она явилась к станции метро «Октябрьское поле», закутанная в черный хиджаб, и когда полицейские попросили у нее документы, вынула из пакета голову ребенка и закричала: «Аллах акбар» и «вы все умрете».

Еще Бобокулова время от времени кричала «во всем виноваты неверные» и «ненавижу демократию». Станция была закрыта, входы и выходы оцеплены, из близлежащих магазинов эвакуировали посетителей.

Таким образом, в центре Москвы случился исламистский теракт. Совершенно такой же по типу, как в театре «Батаклан» в Париже, хотя масштабы, разумеется, несравнимы. Совершенно такой же, как дело «вашингтонского стрелка», и пр.

Разница, однако, была в том, что «вашингтонский стрелок» и «Батаклан» были тут же во всех национальных новостях и на первых страницах газет.

В России же произошло невероятное. Ни один государственный телеканал даже не упомянул о теракте в центре столицы. А в интернете, которому по определению нельзя заткнуть роль, тут же поднялась удивительно слаженная кампания о том, что Бобокулова ни в коем случае не террористка, а сумасшедшая.

Нам тут же сообщили, что она находилась под воздействием наркотиков. Что у нее уже 15 лет шизофрения. Нам даже оперативно поведали, что она сошла с ума оттого, что муж в Узбекистане женился на другой и предложил ей быть второй женой. Последняя идея была особенно удачной: как-то сразу получалось, что «Аллах акбар» тут ни при чем, ведь Аллах как раз разрешает многоженство. Даже как-то странно выходило, женщина в хиджабе, кричит «Аллах акбар» — а не знает, что многоженство в исламе позволено.

Могу совершенно честно сказать, что даже я купилась. Ну, в самом деле, чего рассказывать о сумасшедших? Ведь, согласитесь, если Бобокулова кричит «ненавижу демократию», она явно сумасшедшая. Где же она в России демократию-то нашла?

А потом СК РФ взял и испортил малину. И сообщил, что в розыск объявлены «подстрекатели преступления».

Опа!

Так если «подстрекатели», значит, это не сумасшествие? Значит, это — теракт?

После этого все и посыпалось.

Начали выясняться, одна за другой, детали, и изначальная пиар-версия рухнула, не оставив за собой и следа.

Выяснилось, что диагноз «шизофрения» у Бобокуловой аж с 2000 года. И ничего, 17 лет он как-то ей не мешал.

Что муж Бобокуловой развелся с ней 15 лет назад, как раз из-за диагноза. У него давно другая семья и дети, и «вторая жена», «душевное потрясение» — это все чушь.

Зато выяснилось, что Бобокулова не вылезала с исламистских сайтов. Что она закуталась в хиджаб.

Что в ее записной книжке — телефоны единомышленников.

Что ее мужем по шариату последние несколько лет был исламист из Таджикистана, который как раз перед терактом заблаговременно и смылся.

И в интернете появилась пленка самой Бобокуловой, уверенно объясняющей следователю свой поступок местью Путину за бомбардировки в Сирии.

Чем Бобокулова с отрезанной головой в руках отличается от боевиков в Сирии с отрезанными головами в руках? Почему она сумасшедшая, а они нет? Ответ — тем, что они часть организации. И вот теперь выясняется, что она тоже — часть.

Э нет, господа, это уже не сумасшествие. Сумасшествие не бывает коллективным. Когда оно коллективное, оно называется идеология. А уж какое число носителей этой идеологии не вполне изначально душевно здоровы — это вопрос отдельный.

Конечно, можно предположить, что телеканалы промолчали о теракте в центре Москвы из доброты душевной — чтобы не возбуждать национальную и религиозную рознь.

Проблема заключается в том, что они не всегда так щепетильны относительно возбуждения этой самой розни.

На этих каналах можно увидеть то г-жу Ирину Бергсет, которая рассказывает, как норвежцы насилуют ее сына, одетого в «костюм Путина». То Галину Пышняк, которая рассказывает с экрана ОРТ о мальчике, распятом на доске объявлений в Славянске. На этих каналах можно услышать про русскую тринадцатилетнюю девочку в Берлине, которую 30 часов насиловали семь беженцев, а проклятая немецкая политкорректная полиция потом даже отказалась возбуждать дело и заявила, что никто никого не насиловал.

И вот это, пожалуй, самое важное во всей этой истории. Как легко видеть на примере Бобокуловой, от сумасшествия до идеологии — один шаг, и этот шаг называется «коллективность». Идеология — это коллективное сумасшествие. Это когда то, что в устах одного человека выглядит болезненной фантазией, неадекватностью, явным психическим отклонением, — вдруг приобретает статус непреложной истины, навязывается всем как реальность, вещает из всех утюгов.

А называется этот один человек Гюльчехра Бобокулова, Ирина Бергсет или Галина Пышняк — это уже детали.

И кстати: понимают ли руководители нашего ТВ, что когда они передают истории про мальчика, распятого на доске для объявлений, они ничем — ни в целях, ни в повадках, ни в методах — не отличаются от тех людей, которые объяснили Бобокуловой, что она должна отомстить за бомбардировки Путина в Сирии, отрезав голову четырехлетнему ребенку?

[Жертва на велосипеде]

http://echo.msk.ru/blog/latinina/1736094-echo/
12:51 , 25 марта 2016

автор
журналист
GkiUZeRzBoQ
В первую неделю Великого поста, после литургии в главном храме страны Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл, чтобы, очевидно, как-то объясниться с наиболее консервативной частью клира за свою встречу с Папой Римским, заявил о необходимости борьбы с «глобальной ересью человекопоклонничества», и, как многие подумали, — имел в виду прежде всего западные ценности и права человека. Это так, да не совсем.

У людей непосвященных это заявление могло вызвать оторопь: мы ведь как-то привыкли думать, что ересь — это учение, отклоняющееся от церковной ортодоксии. Вот, например, когда Ориген заявляет, что дьявол спасется, — это ересь. Или, вот, например, гностики заявляют, что Иисус пришел, чтобы подарить людям знание, — это же архиересь! Иисус пришел, чтобы подарить людям спасение и церковь!

Ипполит Римский в своей эпохальной «Против ересей» начинает с того, что храбро атакует «избыточное сумасшествие еретиков» Пифагора, Эмпедокла, Гераклита, Анаксимандра и Сократ (Hippolytus of rome, the refutation of all heresies, 1. — прим.). Другой борец против ересей — достойный Эпифаний из Саламиса — столь же храбро разоблачил ересь стоиков, пифагорейцев, платонистов и эпикурейцев. Десять рогов зверя из Откровения Иоанна Богослова — это не что иное, как десять категорий Аристотеля, объяснял Анастасий, настоятель синайского монастыря св. Екатерины (Цит по: Сharles Freeman, The Closing of the Western Mind, New York, 2002, cтр. 315—316. — прим.). «Некоторые еретики считают, что землетрясения происходят не по воле Божией, но, как они утверждают, по законам природы» (Цит по: R.MacMullen, Christianity and Paganism in the Fourth to Eight Centuries, New Haven and London, 1997, стр. 86. — прим.), — возмущался Филастрий из Брешии.

С этой точки зрения ересью является не только человекопоклонничество, чего уж там. Ересью являются ядерная физика и теория относительности; ересью являются Дарвин и ДНК; ересью, являются, между прочим, те дорогие часы, которые фотошопят на руке патриарха, и «мерседесы», которые, в отличие от верблюда, видимо, легко проходят через игольное ушко, — разве они не созданы с применением еретических технологий?

А уж теория атомов является ересью не гипотетически, а самым что ни на есть натуральным способом. В «Псевдоклементинах», популярном раннехристианском тексте, апостол Петр даже посвящает этому целое поучение — «О несостоятельности теории атомов» (Узнавания Клемента, 8, 17—19. — прим.).

Ортодоксальная церковь с самого момента своего появления ересью человекопоклонничества — а равно никакой другой из вышеописанных — не страдала. Она всегда знала, что есть вещи поважнее, чем человек.

Еще до своего прихода к власти ее представители отчаянно ненавидели всех вокруг. Они называли всех окружающих язычниками, их богов — дьяволами, они разбивали их алтари и презирали их логику, философию и литературу. «Погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну», — писал апостол Павел (1-е Кор, 1, 19 — прим.). «Следует предпочесть простоту нашей веры демонстрациям человеческого разума» (Василий Кесарийский. Гексамерон, 1, 10. — прим.), — наставлял Василий Кесарийский.

Они считали, что только они обладают истиной. «Мы получили от Божественного Провидения неоценимое благословление избавления от всех ошибок» (Сократ Схоластик, 1, 9. — прим.), — сообщал император Константин.

Еще до прихода к власти они грызлись между собой и называли всех тех, кто верит чуть-чуть не так, как они, приверженцами «бездны сумасшествия» (Irenaeus, Libros Quinque Adversus Haereses Praefatio. — прим.), «порочного богохульства» (Hippolytus, Refutationis Omnium Haeresium 1. — прим.), а также «мерзости, чумы и чесотки» (Евсевий Кесарийский, 2, 1, 1. — прим.).

После прихода к власти церковь развернула против всех этих богохульников тотальный идеологический и физический террор.

Не забудем, что все храмы Пальмиры еще задолго до исламских фанатиков были разграблены и уничтожены христианскими штурмовиками под руководством префекта претория Кинегия, правой руки императора Феодосия. Те же штурмовики уничтожили храм в Эдессе, Кабейрон в Имбросе, храм Зевса Белоса в Апамее и оракула Аполлона в Дидиме. Александрийский Серапеум был уничтожен еще раньше ликующей христианской толпой под руководством епископа Теофила.

Зачистка идеологических противников не ограничивалась уничтожением книг и статуй: она включала в себя физическое уничтожение врагов. Тот же Серапеум сровняли с землей вместе с защитниками. Митреум в Сарребурге был разгромлен в середине IV века: статуи разбиты молотками, главный рельеф изуродован. Тут же, в разгромленном храме, на том месте, где стояла когда-то статуя Митры, сидел скелет человека со скованными за спиной руками.

Гностические рукописи, погребенные в песках Египта, почти всегда погребены рядом со скелетами: еретиков хоронили вместе с их проклятыми книгами. Мы можем даже предположить, кто это делал: эти люди назывались парабалани, и это были особые отряды христианских штурмовиков, со времени св. Афанасия устроивших в Египте царство террора.

Именно они растерзали на площади в Александрии женщину-философа Гипатию. Озверевшие штурмовики убивали свою жертву долго и с удовольствием, соскабливая с ее костей мясо острыми устричными раковинами (Gibbon, Decline and Fall of the Roman Empire, vol 2, ch 47. — прим.). Как и современные игиловцы, они не воспринимали происходящее как убийство, они воспринимали его как триумф любви и мира — победу праведников над грешниками.

По крайней мере со времени императора Феодосия этот низовой террор подкреплялся террором государственным. Указы императора запрещали по всей империи веровать во что-либо, кроме как в единосущного Христа. Прицсиллиан начали сжигать с 385 года. Энкратититов — с 382-го.

Вся эта война против тысячи лет античной культуры велась во имя мира.

Закончилась вся эта война, не забудем, победою. Античный мир, в котором даже простолюдины умели читать, сменился всеобщим и вопиющим невежеством. Последнее зарегистрированное астрономическое наблюдение в античности было совершено афинянином Проклом в 475 году. Движение астрономии вперед возобновилось через 1100 лет с Коперником. Каменный мост через Рейн в районе Майнца был построен при Веспасиане. Следующий каменный мост в этих краях был переброшен через Рейн в 1864 году, то есть через 18 веков.

Диоцез Африка, снабжавший Рим хлебом, превратился в пустыню, каковой он и пребывает до сих пор. В Риме, в котором на момент объявления христианства госрелигией проживал миллион человек, спустя полтора века — пять тысяч. Но зато, как сообщает нам благочестивый Созомен об императоре Гонории, в царствование которого Аларих разграбил Рим, — Бог особо благословил императора Гонория, позволив открыться в его царствование наибольшему количеству мощей (Созомен, Церковная история, 9, 16. — прим.).

Вы спросите, а как же мир, который проповедовал Христос? А как же — «блаженны миротворцы?»

Не беспокойтесь. В уже цитировавшихся «Узнаваниях Клемента» апостол Петр специально объясняет, почему высказывание Христа «Не мир я принес, но меч» никак не противоречит месседжу мира. «Наш Господь, который был настоящий Пророк, никогда не противоречил себе, и когда он сказал «Не мир я принес, но меч», — в этом всем заключена доктрина мира», — говорит Петр. «Те, кто принял веру и истину, станут сынами мира и сынами Бога, те, кто не принял ее, будут приговорены как враги мира и Бога» (Узнавания Клемента, 2, 28. — прим.).

Епископ Оптат из Милевиса в IV в. н.э. сказал, как отрезал: «Как будто никто не должен быть убит в наказание за преступления против Господа!» (Optatus of Milevis, Against the Donatists, 3, 6. — прим.) Убитые в наказания за преступления против Господа, о которых говорил Оптат, были не язычники, не евреи и даже не еретики. Для оправдания их массовых убийств пришлось употребить новое слово: схизматики.

Схизма заключалась вот в чем: незадолго до этого кончились преследования Диоклетиана, и в результате их в африканской церкви появились мученики. Был обезглавлен епископ Феликс из городка Абтунги. В маленьком городке Абитины мучеников было целых 48.

К сожалению, на этом мученики в Африке не закончились. Епископ Карфагена Мензурий не только выдал священные книги, но и издевался над посаженными в тюрьму мучениками: это-де должники и мелкие преступники, которые сели в тюрьму, чтобы существовать на халяву коллег-христиан. Правая рука Мензурия — Цецилиан пошел еще дальше: он стоял у ворот этой самой тюрьмы вместе с нанятыми им громилами и избивал тех, кто приносил мученикам еду.

Проблема началась тогда, когда император Константин стал опираться на церковную бюрократию, чтобы править империей, и поскольку он опирался на таких, как Цецилиан и Мензурий, то именно Цецилиан стал епископом Африки. Несогласных начали шинковать императорские войска в несравнимых масштабах.

Перед добрым епископом Оптатом из Милевиса стояла сложная пиар-задача: объяснить, почему массовые убийство верующих христиан, не согласных с тем, что во главе церкви стоит епископ, вместе с отрядом нанятых им громил избивавший сидящих в тюрьме мучеников, является делом, угодным Господу. Оптат с задачей справился.

«Это было сделано согласно воле Господа, — сообщил Оптат о резне (в числе убитых было два епископа). — Ибо иные злые вещи делаются для зла, а иные злые вещи делаются во имя добра». «Бог был обрадован убийством» (Optatus of Milevis, Against the Donatists, 3, 7. — прим.), — писал он.

Оруэлл, спустя шестнадцать веков, сформулировал это гораздо короче: «Любовь — это ненависть. Ненависть — это любовь».

Христианская Римская империя, которую мы называем Византийской, человекопоклонничеством не страдала и только и делала, что во имя Бога боролась с различными ересями своих подданных. Больше, чем еретиков, она, кажется, прессовала только евреев. В результате после возникновения ислама евреи и монофизиты десятками тысяч переходили на сторону мусульман и обеспечили их победу в Малой Азии.

Успех арабского завоевания ничему не научил константинопольских императоров, служивших Богу, а не человекопоклонству. Хитрый Алексей Комнин вместо того, чтобы возглавить крестоносцев, отправлявшихся в Палестину, отправил их туда одних, предварительно выцыганив обещание, что глупые норманские бароны признают его суверенитет над завоеванными ими землями. У самого Комнина были более важные задачи: он отправился убивать своих подданных-павликиан.

Позвольте мне закончить этот спич одной маленькой историей. В 1978 году, в Египте, в 120 милях от Каира, в пещере было найдено одно гностическое Евангелие. Как и полагается гностическому Евангелию, оно было найдено рядом со скелетом. Или это монаха похоронили с отныне запретною книгой, или это парабалани размозжили неправильно верующему череп

Гностицизм после победы церкви стал вообще запретной разновидностью христианства: ведь эти странные люди никого не называли аспидами, не проламывали еретикам голов и вообще вместо борьбы с врагами предлагали познать себя.

Эта книга — Евангелие Иуды, в котором Иисус описывается как посланец истинного Бога. А Иуда — это сам Ильдабаоф, мелкий, глупый и ограниченный творец материального мира, которого люди почитают под именем Яхве. Иисус явился в мир, чтобы просветить людей, а Иуда-Ильдабаоф спешно отправился за ним, чтобы остановить его.

А вы говорите — права человека.

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2296836?COMEFROM=SUBSCR
02 Апр 22:54

И у этой идеи правительства есть конкретный выгодоприобретатель.
Как же наши лоббисты прошли мимо такого грандиозного мема, как Глобальное Потепление? Почему же мы еще не осваиваем миллиарды на борьбу с ним?
http://worldcrisis.ru/pictures/2296836/middle.jpg
Фото: РИА Новости

Я всегда ждала, когда они сделают это.

Дело в том, что у наших властей есть особенность. Если что случится на Западе хорошее — разделение властей, или независимая пресса, или свободные выборы, — это мы никогда не заимствуем (при виде выборов мы вообще тут же вспоминаем про наш российский особый путь). А вот если же западные леваки и квазигосударственная бюрократия выдумают какой-то деструктивный мем, то мы — тут как тут. Хлебом нас не корми, дай запретить ГМО, а то как же: чем хуже чувствует себя сельское хозяйство, тем больше ему надо субсидий, а их можно пилить.

В этих условиях я всегда недоумевала: как же наши лоббисты прошли мимо такого грандиозного мема, как Глобальное Потепление? Почему же мы еще не осваиваем миллиарды на борьбу с ним?

И вот — встречайте героя. Полпред президента в Дальневосточном федеральном округе, вице-премьер и бывший глава Минприроды Юрий Трутнев подмахнул изумительную записку «О создании в Восточной Сибири безуглеродной зоны», от 25 февраля 2016 г, и все это — в рамках «проекта плана реализации комплекса мер по ратификации Парижского соглашения, принятого на 21-й сессии Конференции Сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата».

Напомню краткое содержание предыдущих серий.

У пламенных борцов с Глобальным Потеплением, для начала, в школе был кол по химии, потому что они вполне серьезно называют диоксид углерода «ядом».

Большинство их них, вполне вероятно, просто не знают, что диоксид углерода — это интегральная часть атмосферы Земли, что наша планета донашивает третью свою атмосферу, и что вторая атмосфера планеты состояла как раз из диоксида углерода, метана и аммиака, и что именно благодаря наличию диоксида углерода на планете появилась жизнь (свободного кислорода тогда в атмосфере не было).

Они честно не знают, что диоксид углерода совершенно безвреден — что мы пьем его вместе с газировкой и используем как «сухой лед».

Жизнь на планете существует 3,8 млрд лет, и все это время на планете менялся климат. У климата нет нормы. Единственная его норма — изменение.

За эти 3,8 млрд лет планета пережила период, когда она была вся покрыта льдом, и период, когда на полюсах можно было выращивать помидоры. Климатические изменения были одной из главных движущих сил эволюции и одной из причин появления человека.

Во время предыдущего межледниковья (ээмский период) на Северном полюсе не было льда, Скандинавия была островом, а на Темзе водились гиппопотамы. 9—6 тыс. лет назад летние температуры Сибири были на 2—9 градусов выше. 1000 лет назад на Земле было так же или почти так же тепло, как сейчас.

График содержания СО2 в атмосфере в масштабах миллионов лет никак не коррелируется с похолоданиями и потеплениями. В кембрии и ордовике содержание СО2 в атмосфере было в 12—7 раз выше, чем сейчас.

Глобальное потепление есть первая в мире научная теория, созданная бюрократической организацией — IPCC, International Panel on Climate Change. По сравнению с отчетами IPCC Дмитрий Киселев выглядит жалким придумщиком.

С того момента, когда IPCC взяла дело борьбы с Глобальным Потеплением в свои цепкие бюрократические руки, в климатологии произошла революция. С 1960-х годов количество метеостанций, с которых берутся данные для составления глобальной картины климата, уменьшилось в четыре раза (с 6000 до 1500), и при этом закрывались преимущественно станции в высоких широтах, на большой высоте и в сельской местности, — то есть те, которые регистрируют более холодные температуры.

Даже спутники начали лгать, нет, серьезно! Еще в 70—80-е эти первые, несовершенные спутники не лгали, а теперь у них появился так называемый cold bias, и, чтобы данные спутников совпали с данными так трепетно и тщательно отбираемых наземных наблюдений, специальные проверенные люди вводят поправку на 0,3 градуса.

И в конце концов: сжигая уголь и нефть, мы увеличиваем содержание СО2 в атмосфере. Но вопрос на засыпку: откуда этот самый СО2 взялся в угле и нефти? Ответ: из атмосферы.

Уголь и нефть — это напоминание о грандиозной экологической катастрофе, постигшей Землю, когда молодая биосфера не смогла переработать всю покрывшую планету растительность, и часть ее — вместе с усвоенным ей СО2 — была изъята из атмосферы. Если что — мы возвращаем этот СО2 в биосферу, и она становится зеленее и пышнее. Она генетически настроена на более высокие уровни СО2.

Ужастик о «Глобальном Потеплении» является одним из самых деструктивных мемов, взятых на вооружение западными леваками и примкнувшей к ним бюрократией после крушения СССР, когда борьба против Ужасных Эксплуататоров была заменена на борьбу против Проклятых Загрязнителей.

Все рассказы о Страшном Потеплении, которое погубит мир, точь-в-точь напоминают пророчества Иоанна Богослова и эксплуатируют древние апокалиптические страхи человечества. С той только разницей, что внушить человечеству боязнь потепления — это еще надо уметь. Потому что решительно все климатические катастрофы, которые переживало человечество, — что в VI веке, что XIV, — были связаны с похолоданием.

Кстати, чтобы уж совсем успокоить опасливых: под потеплением имеется в виду исключительно потепление в умеренных широтах. Температура в тропиках не меняется.

Нас пугают тем, что на южном берегу Карского моря будет зреть виноград. Что и говорить — ужасная перспектива!

Надо сказать, что в последнее время, в связи с ИГИЛ (запрещенная в России организация. — Ред.), Брюссельским аэропортом и пр., страшилка о Глобальном Потеплении даже на Западе пошла на убыль, и та же самая Парижская конференция была на самом деле примером чистого художественного свиста: не было принято ничего конкретного.

Но г-на Трутнева это не остановило. По его мнению, «создание безуглеродной зоны в Восточной Сибири могло быть стать пилотным проектом национальной стратегии долгосрочного развития с низким уровнем выбросов парниковых газов».

Конечно, да! Сейчас, когда доходы населения в долларовом выражении сократились как минимум в два раза, а для отдельных категорий (например, дальнобойщиков или эмчеэсников) в шесть, — вопрос об освоении лоббистами всех мастей государственных миллиардов с целью поддержания привычного уровня долларового потребления стоит как нельзя остро.

Создание безуглеродной зоны путем увеличения «требований к технологическим показателям выбросов парниковых газов, введения углеродного налога, предоставления субсидий на применение соответствующих технологий, льготного налогообложения, создания углеродных рынков» легко и просто решает этот главный вопрос экономики РОЗ (распил-откат-занос) — за счет, разумеется, практически всей экономики Восточной Сибири.

Вот прям нам для полного счастья углеродного налога и не хватало. Вот прям щас!

Прямо скажем: гениальная идея у Трутнева родилась не сама. Скорее всего, ее породила некая анонимная бумага, еще до этого ходившая по администрации президента. Бумага тоже называется «О создании в Восточной Сибири безуглеродной зоны». Она не имеет подписи, но подавали ее люди немаленькие: во всяком случае, она добралась до президента, который и расписал ее Трутневу.

В бумаге этой предлагается ни больше ни меньше следующее: «Действенным способом стимулирования промышленности к сокращению эмиссии парниковых газов является введение налога на углерод, причем часть средств от налога может быть использована для финансирования экспортных проектов в газовой и ядерной энергетике».

То есть в переводе на русский: давайте задавим налогами любое перерабатывающее предприятие в Восточной Сибири, а деньги дадим «Газпрому» и «Роснефти».

Они же не перерабатывают. Они же… добывают. А от этого углеродной эмиссии не возникает.

<...>
http://worldcrisis.ru/pictures/2296836/1459598736_574906_21.jpg
http://worldcrisis.ru/pictures/2296836/1459598742_890032_30.jpg
http://worldcrisis.ru/pictures/2296836/1459598743_201507_8.jpg
Трудно представить себе более изящный способ приведения промышленности в состояние каменного века во избежание Страшного Суда.

Кстати, реального бенефициара анонимной бумаги угадать несложно. По мнению авторов, результатом превращения Восточной Сибири в безуглеродную зону должен стать «переход на чистую энергетику на основе гидро-, газовой и атомной генерации».

Энергогенерацией в Восточной Сибири у нас стратегически занимается Олег Дерипаска, который как раз и отстаивал публично на той самой Климатической конференции в Париже идею введения углеродного налога. За последние годы «Евросибэнерго» и En+ подписали несколько соглашений — с China Huaneng Group и Сhina Yangtze Power — о строительстве энергетических мощностей, в основном гидро.

Очень справедливая идея, по-моему: взять в разгар кризиса и обложить данью всю восточносибирскую промышленность, а деньги отдать Дерипаске. Единственное, что меня смущает, что идея Олега Дерипаски («Другого выхода нет, единственный способ — это ввести глобальный углеродный налог», — цитирую по «Ведомостям») недоработана.

Дело в том, что в Восточной Сибири есть еще один самый большой источник углеродного загрязнения — человек. Он — дышит. И, когда дышит, выдыхает СО2. Так что надо ввести налог не только на предприятия, но и лично на людей. По 1000 баксов с рыла.

А деньги отдать целевым назначением — на строительство гидроэлектростанций компанией «Евросибэнерго» и China Yangtze Power.

А иначе может случиться катастрофа. Может быть, — не исключено — ученые полагают, что есть вероятность: на южном берегу Карского моря будет расти виноград.

Мы не можем этого допустить!..

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2317330?COMEFROM=SUBSCR
21 Апр 18:28

Если умножить количество погибших во время теракта в «Домодедово» на сумму, которую нужно заплатить за каждого из них по версии Александра Бастрыкина, получится примерно миллиард долларов. Как раз хватит, чтобы отобрать частный аэропорт!

14 апреля 2016 г. на основании постановления о продлении сроков предварительного следствия, подписанного замглавы СК РФ И.В. Лазутовым, Басманный суд г. Москвы продлил до 28 июля 2016 г. домашний арест хозяина «Домодедово» Дмитрия Каменщика. В постановлении, подписанном Лазутовым, есть одна ключевая фраза. А именно о том, что следствие проводит составление реестра 267 объектов недвижимости, принадлежащих компании «Асьенда Инвестментс Лимитед», то есть компании Каменщика. Эти объекты недвижимости называются «подлежащими наложению ареста».

Напомним, что глава СК РФ Александр Бастрыкин неоднократно публично заявлял, что собственники аэропорта должны заплатить пострадавшим, в чем он был, естественно, согласен с представителем ряда пострадавших адвокатом Игорем Труновым.

«Собственники аэропорта пять лет уходили от признания ответственности, причем материальной, — заявил Александр Бастрыкин коллегии СК РФ 24 июля 2015 года. — Мы сказали: не хотите материально возмещать, будете нести уголовную ответственность. Мы это дело доведем до конца».

24 ноября 2015 года на лекции в МГУ Бастрыкин повторил свой тезис: «Мы им сейчас говорим: не надо, чтобы вы садились в тюрьму. Заплатите людям деньги, как это принято в США… Сколько в США стоит жизнь главы семьи, пострадавшего в авиакатастрофе? 5 млн долларов».

Если наложить заявления главы СК Александра Бастрыкина и адвоката Игоря Трунова на фразу об аресте имущества, идея всей затеи становится, наконец, очевидной.

В деле 210 потерпевших. Умножаем 5 млн долларов на 210 человек — и получаем миллиард долларов, за которые можно конфисковать аэропорт.

Я поздравляю всех участников процесса с изобретением новой рейдерской схемы отъема частной собственности в России. Схема такая: добираешься до террориста (это на самом деле несложно, там много двойных агентов), потом смертник взрывается где-нибудь в «Пятерочке» или IKEA. Потом СК РФ обвиняет магазин в оказании «опасной услуги» (ст. 238), для обеспечения компенсации пострадавшим накладывает арест на имущество и — voila!

Где логика?

«Грязная зона» аэропортов является местом общего пользования, как метро или супермаркет, и поэтому предотвращать теракты путем тотальной проверки в «грязных зонах» бессмысленно. Именно поэтому «рамки» на входе не стоят ни в Израиле, ни в США, ни в Европе, ни в Китае, ни в Сингапуре. Именно поэтому после недавнего взрыва в брюссельском аэропорту «Завентем» бельгийскому коллеге Бастрыкина и в голову не пришло обвинить в случившемся аэропорт.

Действовавшее на момент взрыва смертника Евлоева российское законодательство также не предусматривало сплошных проверок на входе.

Более того, если уж на то пошло, никто не мешал ФСБ и МВД организовать такую проверку. Они хотя бы теоретически могли бы это сделать, в отличие от службы безопасности аэропорта, которая в принципе не могла самостоятельно проверять пассажиров на входе. Если бы она это сделала, она бы нарушила закон об оперативно-разыскной деятельности, и ее засудили бы в первом же суде.

К сожалению, мы живем в мире, где теракты время от времени случаются. Смертник всегда найдет, где взорваться. В этих условиях самым главным фактором предотвращения является работа спецслужб. «Если он дошел до аэропорта, это уже наш прокол», — как-то сформулировал мне этот принцип один из бывших руководителей израильской службы безопасности, отвечавший как раз за аэропорты.

В случае взрыва смертника Евлоева 24 января 2011 года этот прокол был тем более очевиден, что за три недели до теракта смертница, входившая в группу Евлоева, случайно подорвалась в арендованном террористами охотничьем домике в Москве. В руки работников СК, МВД и ФСБ тогда попали материалы, которые могли предотвратить теракт. Однако спецслужбы после этого взрыва не только не объявили повышенный уровень террористической угрозы но и… не признали его терактом.

Теракт 24 января 2011 года действительно был результатом вопиющей профессиональной халатности, но у ведомства Бастрыкина не нашлось вопросов по этому делу к ФСБ.

Судебные решения

За те шесть лет, которые прошли с момента взрыва, абсурдность возбужденного против «Домодедово» дела была подтверждена решениями арбитражных и уголовных судов.

Так, Пресненский райсуд отказал в иске Криволуцкой Е. В. (и ее адвокату Игорю Трунову), которая как раз и обвиняла аэропорт в «ненадлежащем соблюдении требований авиационной безопасности». «Домодедово» выиграло в арбитраже свой иск к Ростехнадзору, который уже после теракта попытался ввести новые правила досмотра, не соответствующие законам и подзаконным актам.

24 августа 2015 года следователь Сергей Дубинский закрыл дело против сотрудников «Домодедово» по ст. 263 ч. 1 УК РФ «Транспортная безопасность», постановив, что в «их действиях отсутствует причинение вреда в результате действий должностных лиц, ответственных за обеспечение транспортной безопасности».

Проблема заключалась в том, что за 4 месяца до этого тот же самый следователь Дубинский возбудил новое дело, с еще более потрясающей формулировкой.

По новой версии, действия «Домодедово» действительно отвечали действующему законодательству, но это только потому, что коварные коррупционеры из «Домодедово» специально разработали и провели через правительство технологию, «уменьшающую связанные с досмотром и контролем входящих действия», что и повлекло «увеличение степени уязвимости аэропорта».

Эта новая блистательная версия следователя Дубинского вызывала сразу два вопроса. Первый: каким образом коррупционеры из «Домодедово» коррумпировали не только все руководство ФСБ, Минтранса и Росавиации, которые разрабатывали соответствующие акты, но и международную IATA?

И второй: почему же коррумпированные министры или их подчиненные до сих пор не сидят на скамье подсудимых?
Кто заказчик

С момента ареста в СМИ принялись обсуждать, кто является заказчиком этого дела и хочет отнять у Каменщика аэропорт.

Очевидными интересантами являлись братья Ротенберги, которые только что получили контроль над «Шереметьево».

Однако все эти подозрения на сегодняшний день не подтверждаются. Никто вообще пока не выходил к Каменщику и его окружению с деловыми предложениями. Пока единственные люди, которые громко обозначили свою позицию по данному делу, — это адвокат Игорь Трунов и глава СК Александр Бастрыкин.

То есть если следовать логике публичных призывов Бастрыкина, то получалось, что договариваться Каменщику нужно с Труновым, а никаких непубличных сигналов до сих пор ни от кого нет.

На первый взгляд это парадокс.

Мастер Великой масонской ложи и генерал-майор казачьих войск, глава Общества защитников православных христиан им. Святого князя Дмитрия Донского, командор ордена Храма Иерусалимского, член Академии естественных наук, Академии энергоинформационных наук, а также Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка (во всяком случае, до ликвидации последней Верховным судом за раздачу лохам наград, неотличимых от государственных) адвокат Игорь Трунов не похож на того человека, с которым глава СК РФ публично будет советовать договариваться владельцу «Домодедово».

Но кто его знает? В России все время расширяются рамки возможного.

В итоге на сегодняшний день ситуация обстоит так. Представьте себе, что вы — владелец «7-го континента» или «Пятерочки». В одном из ваших супермаркетов взрывается смертник. В ответ СК возбуждает против вас уголовное дело за оказание «опасной услуги»: на входе в магазин должна была стоять рамка. Тщетно вы пытаетесь объяснить, что российские законы не требовали рамки, ваша служба безопасности не имеет права обыскивать входящих в магазин. СК отвечает: «Вот именно! И это все потому, что вы коррумпировали власть и специально написали закон так, чтобы сэкономить на охране». В России, как в басне Крылова, всегда виноват тот, у кого можно что-то отнять.

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2352048?COMEFROM=SUBSCR
Это первый случай, когда целью масштабной спецоперации контрразведки являлась замена мочи в олимпийских бутылочках

В одной из серий популярного американского сериала про лейтенанта Коломбо тот раскрывает преступление, связанное с парапсихологией. Объект его расследования обладает блестящими способностями, которые он только что подтвердил в ходе эксперимента.

Эксперимент состоял в том, что трем водителям в трех разных частях города было вручено по дорожному атласу. Каждый водитель должен был надеть на глаза повязку (чтобы обеспечить случайность выбора), потом, вслепую, раскрыть атлас на случайной странице, вслепую поставить на атласе маркером точку, перевязать атлас на открытой странице резинкой, а потом доехать до этой точки и, высунувшись из окна, сфотографировать окрестности.

Снимок пересылали по факсу; наш феномен, обладатель парапсихологических талантов, сидя в камере изоляции, должен был нарисовать то, что на снимке.

Так все оно, разумеется, и произошло. Только — как удалось установить лейтенанту Коломбо — это была никакая не парапсихология, а чистое мошенничество. Все страницы в атласе были одинаковые, и точка стояла на них заранее, а повязку на глаза водитель надевал не затем, чтобы обеспечить случайность выбора, а чтобы не заметить заранее проставленных точек.

На зимних Олимпийских играх в Ванкувере в 2010-м сборная России заняла 6-е место в командном зачете по медалям, а уже через четыре года, в Сочи, она была первой, стяжав 33 медали. Есть основания предполагать, что этот поразительный результат, как в сериале «Коломбо», был в чистом виде мошенничеством.

Согласно откровениям Григория Родченкова, экс-главы Московской антидопинговой лаборатории, опубликованным в «Нью-Йорк таймс», все Олимпийские игры в Сочи были не чем иным, как допинговым fraud в особо крупном размере.

Каждый спортсмен накануне Игр сдает на допинг-тест мочу. Моча эта разделяется на две пробы: А и B. Проба А вскрывается немедленно. Проба B хранится 10 лет. Бутылочки для сдачи мочи производит специальная швейцарская компания Berlinger, и они сделаны так, что вскрыть их, не повредив крышки с нанесенным на нее уникальным номером, — невозможно.

Но — что невозможно для одинокого врача, не представляет собой особой сложности для государственной организации, решающей задачу государственной важности.

По словам г-на Родченкова, подготовка к победе в Сочи началась еще осенью 2013 года. Тогда в лаборатории РУСАДА появился офицер ФСБ, внимательно изучивший антидопинговые процедуры. Особое внимание он уделил бутылочкам Berlinger, а точнее — металлическим колечкам с зубчиками, которые и обжимают горлышко бутылки после того, как крышка заперта. Он собрал сотни крышечек и колечек.

Как именно была решена эта сложная инженерная задача, Григорий Родченков, по его словам, не знал, но на несколько недель до Олимпиады скромные организаторы победы из ФСБ показали ему использованную бутылочку с аккуратно вскрытой и неповрежденной крышечкой (Родченков не подозревал, что такое возможно).

После этого работа закипела. В Антидопинговой лаборатории в Сочи работали более 100 человек, в том числе — масса иностранцев. Повсюду висели видеокамеры, и часто случались внеплановые проверки. Однако они никогда не происходили по ночам, и этим-то, по словам Родченкова, и воспользовались организаторы трюка.

В стене комнаты, где хранились образцы, была вырезана дырочка. Днем ее закрывал шкафчик из ДСП. После полуночи шкафчик отодвигали, а г-н Родченков, сменив белый халат на российскую спортивную форму, поднимался в комнату № 124, которая официально значилась кладовкой. Эта кладовка была превращена в подпольную лабораторию.

Каждый вечер Родченков получал, по его словам, из министерства бумагу со списком спортсменов, чьи пробы подлежали замене. Тесты на допинг всегда анонимны: врачи в лаборатории не должны знать, чью именно мочу они анализируют, и чтобы решить эту проблему, спортсмены, по словам Родченкова, фотографировали код на бутылочке и пересылали их SMS кому следует.

Родченков и его люди изымали бутылочки через дырку в стене и передавали фээсбэшнику, который уносил их в соседнее здание. Через несколько часов бутылочка возвращалась открытой, с неповрежденной одноразовой крышкой. Компрометирующую мочу выливали тут же в сортир, бутылочку промывали, дезинфицировали… и наполняли мочой, взятой у нужного атлета несколько месяцев назад, до приема им допинга.

Допинг тоже поставлял Родченков, это было его собственное изобретение: три анаболических стероида, метенолон, тренболон и оксаландрон, растворенных в виски из расчета 1 миллиграмм стероидной смеси на 1 миллилитр виски. Мужчин поили Chivas, женщин — Martini.

Иногда случались проколы: или спортсмены съедали что-то самостоятельно (спортсмены, как дети, тащат в рот что ни попадя, — сокрушается в интервью Григорий Родченков), а иногда по чистой невезухе. Допинг-пробу Елены Лашмановой, например, вскрывали в то время, когда лабораторию навестила международная инспекция, и Лашмановой пришлось пожертвовать.

После окончания Игр Олимпийский комитет и WADA поблагодарили Родченкова за превосходную организацию. Соответствующий отчет WADA назвал Сочи «важной вехой в эволюции Олимпийской антидопинговой программы», и Родченков был награжден российским орденом Дружбы.

Интересна и причина, по которой Родченков раскололся: после того, как в ноябре 2015-го WADA обвинило Москву в систематических манипуляциях с пробами, Родченкова вынудили уйти с должности, а двое его коллег скоропостижно скончались. Родченков не стал дожидаться, пока его найдут в номере отеля с предсмертной запиской, и сдернул в Лос-Анджелес. Там он сейчас и консультирует американского журналиста по имени Фогель, чей документальный фильм о махинациях с допингом в российском спорте будет показан в сентябре.

Самое поучительное во всей этой истории, на мой взгляд, вот что: спецслужбы той или иной страны по определению занимаются разными секретными делами: они шпионят, совершают политические убийства, добывают военные секреты и пр. Насколько я понимаю, это первый случай, когда целью масштабной спецоперации являлась замена… мочи в олимпийских бутылочках.

[Полит. ру]

http://polit.ru/news/2016/06/16/latynina/
16 июня 2016, 00:00 Мемория

http://polit.ru/media/photolib/2016/06/15/thumbs/Latynina_Yulia_1465994099.jpg.600x450_q85.jpg
Darja Vorontsova

16 июня 1966 года родилась Юлия Латынина, журналист и писатель

Личное дело

Юлия Леонидовна Латынина (50 лет)

родилась в Москве в творческой семье. Отец — Леонид Александрович Латынин, известен как поэт и прозаик. Мать Алла Николаевна — литературный критик и журналист.

В 1988 году Латынина с красным дипломом окончила Литературный институт им. М. Горького. В том же году по программе международного студенческого обмена стажировалась в Лувенском Католическом Университете ( Бельгия). Поступила в аспирантуру Литинститута на романо-германское отделение.

В 1992 году защитила диссертацию на тему «Литературные истоки антиутопического жанра», получив звание кандидата филологических наук.

В начале 1990-х были написаны первые романы Латыниной: «Клеарх и Гераклея» (опубликован в «Дружбе народов, 1994, №1), «Сто полей», « Иров день» , «Колдуны и министры», а также «филологический роман» «Повесть о благонравном мятежнике» (написан в 1993, опубликован в журнале «Звезда», 1996, №3), которые критик Алла Марченко назвала «блестящими и изысканными». Однако она же отметила, что эти романы, продемонстрировав филологическую эрудицию автора, способного стилизовать повествование как в эллинистическом духе, так и в духе китайских средневековых повестей, « широкого читательского успеха…, увы, не имели. Не исключено, что как раз по причине … культурологической изысканности».

Уже во время учебы в аспирантуре научные интересы Латыниной смещаются от филологии в сторону истории культуры и истории экономики. В 1993 году она проходит стажировку в King’s College London, где занимается экономикой европейского средневековья.

В это же время интерес к экономике приводит Латынину в журналистику. В частности, в журнале «Знание-сила» в начале девяностых вышла целая серия ее научно-популярных статей под общим заголовком «Золотой телец - идол или жертва». Цикл был посвящен роли денег и обмена в разных обществах - архаических, античных, средневековых.

В 1994 году Юлия Латынина пишет роман в новом для себя жанре современного детектива «Бомба для банкира», который публикует под псевдонимом Евгений Климович.

В 1995 году была принята в Союз писателей Москвы.

Всерьез заниматься журналистикой Латынина начала с 1995 года, став экономическим обозревателем газеты «Сегодня». В этом же качестве работала в «Известиях» (1996-1997), в журнале «Эксперт» (1997-1998), ежемесячнике «Совершенно секретно» (1999-2000), «Еженедельном журнале» (2003—2004), газете «Коммерсантъ» (2006—2007).

Была автором и ведущим программы «Рублевая зона» на канале НТВ (2000—2001), соведущей программы «Другое время» на канале ОРТ (2001- 2002), автором программы «Есть мнение» на канале ТВС (2002—2003), автором рубрики «Своими словами» в передаче «Неделя» на канале Ren-TV (2003—2004).

В декабре 2003 года Басманный суд Москвы отказался удовлетворить иск о защите чести и достоинства официального владельца газеты «Новые Известия» Олега Митволя против Юлии Латыниной, обвинившей его в присвоении издания, фактически принадлежащего Борису Березовскому.

С 2001 года и по настоящее время Юлия Латынина является обозревателем «Новой газеты», с 2003 - автором программы « Код доступа» на радиостанции « Эхо Москвы» и телеканале RTVi, а также колумнистом электронных изданий « Ежедневный журнал» и «Газета.Ру».

С декабря 2008 года – участник проекта «Сноб».

Проживает в Московской области, в Баковке. О своей личной жизни распространяться не любит.

Чем знаменита
http://polit.ru/media/photolib/2016/06/15/0_2c2da_c5c79d40_XL.jpg
Ю. Латынина читает лекцию. Фото: Стас Толстых

Юлия Латынина - известный российский писатель и журналист. Автор более 20 романов в разных жанрах – от исторической стилизации в эллинистическом духе до политической фантастики и политико-экономического детектива, среди которых: «Повесть о Святом Граале», «Повесть о благонравном мятежнике», «Бомба для банкира», «Земля войны», «Нелюдь» и т.д..

Самое известное произведение Латыниной — приключенческий бестселлер «Охота на изюбря», по которому в 2005 году был снят одноимённый фильм. Суммарный тираж книги составил более 100 тысяч экземпляров. Общий же тираж ее книг превышает 730 тысяч экземпляров.

В журналистике Латынина известна как политический обозреватель, экономический аналитик и активный полемист, занимающий критическую позицию по отношению к власти.

О чем надо знать

В книге «Земля войны» Латынина использовала метафору «металась, как стрелка осциллографа». Эта фраза породила знаменитый интернет-мем.

Позже Латынина признала, что у осциллографов нет стрелок и поблагодарила критиков за рекламу книги, «потому что я надеюсь, что кто-нибудь вздумает её прочесть и убедиться, что там есть что-то другое, кроме стрелки осциллографа»

7 фактов о Юлии Латыниной

Диссертация Латыниной была издана малым тиражом под названием «Антиутопия: от Аристофана до Гофмана». М.: GLAS, 1993)
В 1998 году Юлия Латынина получила премию имени Александра II «За большой личный вклад в отстаивание экономической свободы в России». В 2004 году Латынина стала лауреатом премии имени Герда Буцериуса «Молодая пресса Восточной Европы», в 2007 получила международную журналистскую премию им. Марии Грации Кутули, присуждаемой за лучшие журналистские расследования, в декабре 2008 года получила премию «Защитник свободы», учреждённую госдепартаментом США.
В 1999 году Русский биографический институт удостоил Юлию Латынину звания «Человек года» «за успехи в экономической журналистике».
В 1993-2001 годах состояла в партии «Демократический выбор России» Егора Гайдара.
Латынина не любит, когда ее экономические детективы сопоставляют с журналистскими расследованиями, и считает, что «пишет героический эпос современности»: «Я, может быть, выгляжу иногда как журналист-расследователь, и романы мои называют расследованиями, - но это не так, то есть корни не там. Я пишу героический эпос, меня интересуют герои. Для меня нет плохих и хороших - в жизни, может, есть, в литературе мне это разделение неинтересно, потому что специфика такая».
Каждое утро Латынина начинает с 10-километровой пробежки. Также любит лыжи и прогулки на велосипеде.
Мечтает «написать книжку с хэппи-эндом».

Материалы о Юлии Латыниной

Юлия Латынина в проекте «Сноб»

Биография Юлии Латыниной на ее официальном сайте

Статья о Юлии Латыниной в Википедии

[Политикус.Ru]

lpvrbNUSA7E

[Мария Мстиславская]

http://polit.ru/article/2016/08/22/latynina/
22 августа 2016, 16:52 журналисты Москва «Новая газета» полиция

http://polit.ru/media/photolib/2016/08/22/thumbs/la600-450_jASgm8y_1471870212.jpg.600x450_q85.jpg
Юлия Латынина
Dmitry Rozhkov/some right reserved

Журналист «Новой газеты» и писатель Юлия Латынина подверглась нападению. В центре Москвы, когда она, выйдя из машины, направлялась на эфир в редакцию радиостанции «Эхо Москвы», человек в мотоциклетном шлеме намеренно облил ее нечистотами и скрылся.

Позже выяснилось, что на шлеме у нападавшего была закреплена экшн-камера. Видеозапись происшедшего была выложена в интернет. Информация о случившемся, как и сама запись, быстро распространилась в СМИ и социальных сетях.

Полиция зарегистрировала заявление о противоправных действиях против представителя прессы и начала проверку. По ее итогам будет принято решение о возбуждении дела.

Союз журналистов России связал нападение с профессиональной деятельностью Латыниной. Представители Союза призвали тщательно расследовать инцидент.

По словам самой Латыниной, это было 14 или 15 нападение на нее. Она также сообщила, что на этот раз в течение некоторого времени замечала слежку за собой. СМИ отмечают, что нападавшие явно знали, где обычно Латынина оставляет машину, когда идет в редакцию «Эха Москвы».

В социальных сетях продолжается обсуждение происшедшего. Среди комментирующих есть те, кто полагает, что обливание человека фекалиями, в том числе на улице в центре столицы, следует считать делом хорошим, уместным или хотя бы веселым. Некоторые убеждены, что нарушение закона и публичное унижение гражданина, в особенности журналиста, высказывающего неприятное для них мнение, справедливо. Однако преобладают отклики противоположного сорта.
http://polit.ru/media/photolib/2016/08/22/la2-600-450.jpg
Нападение на Юлию Латынину /YouTube.com

«Нападение на журналиста неприемлемо. Атака на Ю. Латынину должна быть расследована и виновные должны предстать перед судом», – пишет Сергей Никитин, директор представительства Amnesty International в России.

«Покушение на свободу слова, покушение на женщину. Во многих цивилизованных странах нападение на журналистов приравнивается к покушению на демократию, можно сесть надолго... в России, увы, нет, отсюда наглость бандитов», – отмечает Мария Баст, председатель Ассоциации адвокатов России за права человека. «Сделайте свое радио и доносите свою позицию, критиковать страну надо, это полезно для страны, для ее развития, иначе без критики страна превратится в ад...», – пояснила свою позицию она.

Юлия Гусейнова, пресс-секретарь Ассоциации, отреагировала на известие так: «Поступок низкий и явно не умных людей. Нападать на человека за его способность, в отличие от исполнителей этой акции, говорить открыто свое мнение, делиться с читателями и слушателями своими суждениями, версиями, анализом событий – признак крайне малого ума.»

Журналист и телеведущий Евгений Примаков, руководитель автономной некоммерческой организации «Русская гуманитарная миссия», подчеркивает:

«Я не согласен примерно с 86% того, что пишет и говорит Юлия Латынина. Остальные 14% – предлоги и союзы.

Но если что-то не нравится – пиши об этом и говори. Спорь, ругайся, не подавай руки, что там ещё в арсенале конвенциональных средств. (Добавлю, потому что тут вопросов много было: да хоть в суд подай)

Нападения на журналистов, вне зависимости от того, что они пишут, вне зависимости от их политических взглядов, должны прекратиться. Точка. Без вариантов, без "но иногда и немного".

Было бы странно ожидать от новоназначенных секретарей Союза Журналистов, что мы будем политически мотивированы настолько, что будем закрывать глаза на провокации против политических же оппонентов. Я свою функцию вижу в защите цеха, корпорации. И нападение на Латынину, по моему глубокому убеждению безусловно связанное с её профессиональной деятельностью, - это нападение ещё и на корпорацию.

С не обязательно дружеским, но приветом,
ЕП»

Денис Токарский, управляющий делами Союза журналистов России, убежден:

«Нападают не на Латынину, нападают на профессию. Если оставить это нападение без внимания, позволить этому продолжаться, завтра будут запугивать всех журналистов, независимо от того, в каком СМИ они работают. Поэтому необходимо говнометчиков ловить, демонстрировать окружающим и наказывать в соответствии с законодательством.»
http://polit.ru/media/photolib/2016/08/22/la3-600-450.jpg
Пикет против нападений на журналистов / Yuri Timofeyev / some rights reserved

Главный редактор газеты «Вечерние ведомости» Николай Курилов охарактеризовал нападавших: «Нападение на Латынину позорит страну. Вы не патриоты. Вы - говно.»

Евгений Ройзман, председатель Екатербургской городской думы, написал:

«В 2005 году какие‑то б…, прямо возле «Эха», стали кидать в Юлю Латынину помидорами. Она бросилась на них, и они позорно бежали. Она крикнула им вслед: Знаете, почему вы кидаете в меня помидорами?.. Да потому, что у вас нет яиц! Юля, я с тобой. Обнимаю.»

Екатерина Винокурова, специальный корреспондент в Znak.com, уверена:

«Есть такая бесчеловечная на самом деле логика, по которой в нападении всегда дескать заинтересована жертва или друзья жертвы.
Немцова по ней убили украинцы или либералы.
Касьянов лично закупает торты для казаков.
Латынину тоже "свои".

На самом деле мне кажется, охранителям не хватает элементарного мужества, чтобы признать простое: да, ваша сторона активно использует насильственные методы.
Нет, это не смешно.

Да, в ваших интересах не постить смешные картинки на тему, не стыдливо отводить глаза и нести чушь про "жертва сама себя заказала", а требовать искать виноватых.
Если в вашем окружении кто-то оправдывает такие нападения, эти лбди должны быть сняты со всех контрактов, общение с ними должно быть прекращено.

Безработный донецкий актер Тарасевич должен за нападение на сотрудника полиции сесть и быть депортированным на Родину.

Когда по каждому инциденту будут найдены виноватые, они должны получить достойное наказание, в воспитательных целях скорее жесткое.

Иначе вот это хныканье "они сами себя заказали" приведет прямиком к росту экстремизма и разрушению государственных институтов.
Имейте толику мужества и каплю чести.»

Что касается реакции самой Латыниной, то, убедившись, что не сможет догнать нападавших, она добралась до редакции, сделала все возможное, чтобы привести себя в порядок, и провела эфир, как и собиралась. Как отметили эксперты «Полит.ру», нападение отнюдь не стало главной темой передачи.

Последнее выступление Латыниной в эфире «Эха Москвы» было посвящено, помимо упоминавшегося неприятного происшествия, фактически, одной фигуре. Человек этот почти не назывался по имени, и, по мнению аналитиков, было вполне ясно, почему (так же как ясно было, что имелся в виду Сергей Кужугетович Шойгу).

Первой темой передачи стали активности Генерального директора ООО «Конкорд менеджмент и консалтинг», хозяина нескольких ресторанов, в том числе в Белом доме, Евгения Пригожина, который получает все основные подряды по очень многим направлениям в деле обеспечения Министерства обороны, причем не только продуктами. Второй темой стала история, связанная с активностями Русского географического общества. Латынина при этом цитировала Юрия Воробьева, председателя Управляющего совета Русского географического общества, члена Попечительского Совета РГО, заместителя председателя Совета Федерации Федерального Собрания РФ, многолетнего бизнес- и административного партнера Шойгу, и рассказывала, как тот занимается неправедными делами и лоббирует экономически нецелесообразные проекты.

Объяснить это, по мнению экспертов, можно намечающейся борьбой за будущее кресло премьер-министра. Обсуждая этот вопрос, они высказали предположение, что, вероятно, есть партия, которой очень не хотелось бы, чтобы Шойгу рассматривался как потенциальный кандидат на это место. «Отсюда и активность, отсюда и выбор тем», – заключили они.

[Александр Мельман]

http://www.mk.ru/social/2016/08/21/podonki-rossiyskoy-federacii.html
Реплика
21 августа 2016 в 13:26,
http://www.mk.ru/upload/entities/2016/08/21/articles/detailPicture/38/7c/44/6c3334142_7377579.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Журналистку «Новой газеты» и радио «Эхо Москвы» Юлию Латынину облили фекалиями. Прямо напротив гостиницы «Украина», где она припарковалась, чтобы идти на прямой эфир. Человек в мотоциклетном шлеме встретил на пути и харкнул из ведра. Потом побежал, сел к другому такому же человеку, и оба отчалили вдаль по модной современной отремонтированной Москве. Это называется «спасибо, что не убили»?

В «Новой» давно уже свой мартиролог, самый большой… Виктор Попков, Игорь Домников, Наталья Эстемирова, Анастасия Бабурова, Юрий Щекочихин, Анна Политковская…

Дерьмо как последнее китайское предупреждение?

Мне совершенно неважно, кто это сделал. Юлия показывает на одного, мог быть другой, третий… Они хотели унизить человека за его слово. Написанное, произнесенное. Ясно лишь, что они облили паскудством лишь сами себя. И их фамилия мне известна. Они Воняевы, помните «Свой среди чужих»… Не Вонюкины.

Не в том дело, что Латынина один из лучших журналистов страны. Умнейших людей, которых я когда-либо слышал. У меня тоже есть к ней вопросы, всегда были, я писал об этом.

Но спорить-то вы не умеете, господа подонки! Возможно, вы даже не понимаете половины того, что она пишет. Сидели бы, учились, образовывались, читая Латынину. Но вы только одно дерьмо знаете. Или пистолет.

Для вас ее слово страшнее пистолета. Вы боитесь, трусы. В штаны наложили от одной журналистской заметки. Вы, дерьмомёты, и есть настоящие дерьмократы.

И никогда вы не унизите человека, обладающего Словом. Только унизитесь, опуститесь сами. Вы (еще раз — кто бы это ни был) мрази рода человеческого. Презираю вас. И не воняйте больше.

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2481662?COMEFROM=SUBSCR
12 Окт 22:16

Россия заблокировала в Совбезе ООН предложенный Францией проект резолюции по Сирии. Генсек ООН Пан Ги Мун назвал бомбежки Алеппо «новым уровнем варварства», а президент Франции Франсуа Олланд заявил, что они должны стать предметом судебного разбирательства как военное преступление.

«Россия сносит Алеппо вместе с мирными жителями и демократической оппозицией, противостоящей тирану Асаду», — вот примерный месседж большинства западных СМИ.

Я не поклонница политики Кремля, но разрешите сообщить вам, что в данном случае нам сообщают законченное вранье.

Для начала: Кремль не бомбит Алеппо.

Москва и Дамаск бомбят восточный Алеппо, находящийся под контролем мятежников.

В восточном Алеппо сейчас находятся 250—300 тыс. человек (по данным мятежников). Знаете, сколько находятся в западном Алеппо, под контролем правительственных войск? Миллион четыреста тысяч.

Миллион четыреста — это не правительственная цифра. Это цифра, которую сообщает Рами Абдуль Рахман — глава прооппозиционной Syrian Observatory for Human Rights, которая только что обвинила российские войска в убийстве 3804 мирных сирийцев.

Вы спросите: откуда же набралось столько в прифронтовом городе, в который летят снаряды? Ответ: они сбежали из занятых мятежниками районов. Жители западного Алеппо сейчас — это прежде всего внутренние беженцы. Эти беженцы сбежали от освободителей. Беженцев, сбежавшихк освободителям, в Сирии нет.

Еще до того, как Путин и Асад начали штурм восточного Алеппо, оппозиция непрерывно обстреливала западную его часть. По данным того же Рами Абдуль Рахмана, в августе по мирному населению западного Алеппо были выпущены сотни самодельных гаубичных снарядов. Они убили 178 гражданских жителей, из них 52 ребенка.

Как получается такая фантастическая смертность? Почему самодельные снаряды убивают больше, чем продвинутые российские бомбы? Ответ дает тот же Рами Абдул Рахман. По его словам, это объясняется более высокой плотностью населения в западном Алеппо.

Вопрос: если Москва и Дамаск перестанут обстреливать восточный Алеппо, что — в Сирии воцарится мир? Или в западном Алеппо опять будут рваться самодельные бомбы?

Запад утверждает, что Москва уничтожает в Алеппо умеренную мусульманскую оппозицию, а Кремль утверждает, что уничтожает в Алеппо исламских террористов.

Осмелюсь предположить, что Путин и Асад к истине гораздо ближе, чем Запад. Я не сомневаюсь в существовании в Сирии мирных мусульман и даже сторонников демократии: в конце концов, страна еще недавно была светской диктатурой. Просто существование «умеренной оппозиции» в Алеппо никак не подтверждается опытными данным.

Приход «умеренной оппозиции» в Алеппо начался с терактов. 10 февраля 2012 года у зданий военной разведки и службы безопасности взорвались две машины со смертниками. Реакция западных СМИ в основном сводилась к тому, что сирийский режим взорвал себя сам, чтобы скомпрометировать мирную оппозицию.

В июле 2012 года оппозиция захватила Алеппо в результате вооруженного штурма. Несмотря на все свое сочувствие к повстанцам, находившийся с ними журналист Guardian Мартин Чулов вынужден был отметить, что боевиков, захвативших Алеппо, всего три тысячи человек, что многие из них — это профессиональные джихадисты со всех стран мира. Жители бежали из города, и даже среди тех, кто остались, открыто боевиков приветствовали «лишь немногие». «70% жителей освобожденного Алеппо по-прежнему на стороне режима», — с сожалением сообщал Чулов.

Причина, по которой жители освобожденного Алеппо проявляли такую политическую несознательность, огорчившую журналиста Guardian, очень проста. Представьте себе, что вы — противник кремлевского режима. И вот в один прекрасный день, выглянув в окно, вы обнаруживаете, что Москва захвачена иностранными джихадистами; что они от имени Аллаха врываются в квартиры, грабят магазины, ставят к стенке неверных, кушают на видео части тела правительственных солдат, торгуют пленными девочками и превращают их в сексуальных рабынь. А, ну да — и против Кремля они тоже. И за кого вы будете в этой ситуации?

Среднестатистический уровень борцов за веру во всем мире одинаков. Это — или мелкая шпана, узнавшая в тюрьме, что теперь можно грабить и убивать не просто так, а во имя Аллаха; или это — лузеры, для которых автомат Калашникова становится единственным социальным лифтом, или, наконец, самый печальный вариант — это нормальные люди, поставленные перед выбором в условиях гражданской войны: либо их грабят и убивают, либо грабят и убивают они. В Алеппо против Асада воюет примерно тот же контингент, что в Донбассе воюет за Россию.

За полтора года господства боевиков Алеппо постигла участь Донецка. Город был полностью разграблен. Все, что можно вывезти на металлолом, было вывезено и продано в Турцию. В декабре 2012 года боевики сидевшей в Алеппо «Джабхат ан-Нусры» (организация запрещена в РФ. — Ред.) пообещали сбивать гражданские авиалайнеры. В феврале 2014-го «Исламский фронт» (организация запрещена в РФ. — Ред.) с торжеством заявил об уничтожении им крупнейших исторических памятников города, включая Дворец Правосудия, старое здание городского совета, Большой Сераль Алеппо, мечеть Хушрувия и др.

В апреле 2013 года в Алеппо похитили обоих его христианских епископов. Те христиане, которые остались в городе (а до войны в Алеппо жили 20% христиан), сформировали отряды самообороны, которые воюют на стороне Асада. Точно так же сражались против освободителей жители двух близлежащих городков Захра и Нубл. Большинство в городках были шиитами, и они понимали, что в случае их «освобождения», их ждет поголовная резня.

Городки выстояли; как выстоял небольшой гарнизон правительственных войск, засевший в тюрьме Алеппо. Вы спросите: как же небольшой гарнизон, лишенный всего, может выстоять в течение полутора лет? Очень просто: если ваши противники режутся между собой; грабят, рубят головы неверным и закутывают женщин в хиджаб — им не до вооруженного гарнизона.

«Алеппо — это голод и ислам», — писала в своей статье журналистка ультралиберального Guardian Франческа Борри в ноябре 2013 года. Она поехала в Алеппо посмотреть на новорожденную сирийскую демократию и увидела (к своему удивлению) женщин, закутанных с головы до ног, и фанатиков, режущих друг друга во имя Аллаха.

«Направо — мальчики с игрушечными «Калашниковыми», налево — девочки, уже с закрытыми лицами», — писала Борри, — «Отцы-джихадисты разгуливают со своими бородами, джеллабами и поясами смертников. В июле Мохаммеда Каттаа казнили за то, что он неправильно употребил имя пророка. Ему было 15 лет».






Группировки, которые сражаются в Алеппо отличаются от запрещенного в России ИГИЛ только тем, что у них другое руководство. Структура антиасадовской оппозиции — это цепочка религиозных офшоров, за которыми прячутся настоящие владельцы. Отмытое через эти офшоры саудовское, турецкое и даже американское оружие достается «Исламскому фронту» и «Фатах аль-Шам».

«Лидер «Аль-Каиды» Айман аз-Завахири поддерживает оппозицию в Сирии, — говорила полгода назад Хилари Клинтон, — мы что, поддерживаем в Сирии «Аль-Каиду? ХАМАС поддерживает оппозицию. Мы что, поддерживаем в Сирии ХАМАС?»

То, что делает российская авиация, понятно: она выносит террористов из города вместе с мирными жителями, точно так же, как в 2008-м она выносила из Цхинвали грузинские войска вместе с оставшимся в городе мирным населением. Российская армия воюет с грацией утюга: и это единственный эффективный способ применения ее авиации.

Непонятно другое: какую альтернативную тактику можно использовать, когда боевики, захватившие часть города, прикрываются мирным населением? К тому же о том, что в восточном Алеппо осталось «250—300 тыс. жителей», нам известно только со слов самих боевиков, заинтересованных в преувеличении.

Снимки из восточного Алеппо (например, наделавшее фурор фото контуженного мальчика, сидящего в полном одиночестве на заднем сиденье новенького медицинского автомобиля) носят очевидно постановочный характер и наглядно свидетельствуют о существовании хорошо отлаженной исламистской пропагандистской машины, давно уже использующей западные СМИ. Почему-то такие же снимки, только из западного Алеппо, не вызывают никакого интереса.

Я бы с удовольствием согласилась с тезисом, что террористов надо выбивать точечными ударами. Но вот проблема: когда Израиль это делает в Газе, ни исламистскую пропаганду, ни западные СМИ это не останавливает. Террористы из ХАМАС, прикрывающиеся женщинами и детьми, все равно оказываются невинными страдальцами, а израильтяне, которых они хотят стереть с лица земли, все равно оказываются кровавыми агрессорами.

Это вовсе не значит, что я одобряю действия Кремля. Ровно наоборот. Влезши в Сирию, Кремль сделал две катастрофические ошибки.

Во-первых, он вмешался в четвертую мировую войну, идущую между Западом и исламом. Последствия этого вмешательства для России, с ее обширным мусульманским населением и сгнившей правоохранительной системой, страшно даже предсказывать.

Во-вторых, Кремль дал Западу замечательную возможность объяснить, кто виноват в том, что все не так пошло в Сирии. Как кто? Конечно, Кремль! Кремль дал Западу замечательную возможность объяснить, что случилось с «умеренной исламской оппозицией», — пиар-фантомом, который существовал только на страницах The Washington Post и Guardian. Как что? Ее уничтожила Москва, иначе она бы давно свергла Асада, и Сирия сейчас семимильными шагами продвигалась бы по пути прогресса и демократии.

Бомбардировки Алеппо уничтожают шансы России на какую-либо договоренность с Западом и вовлекают Россию в войну с исламским миром. Они грозят новыми экономическими санкциями, новым витком экономического кризиса и полной изоляцией России. Взамен Россия не получает ни-че-го. Ни территории, ни стратегических преимуществ, ни влияния. Единственным бенефициаром этих бомбардировок является Башар Асад. Он является нетто-бенефициаром. Мы являемся брутто-лузером.

Однако это не отменяет того факта, что Москва и Дамаск бомбят не весь Алеппо, а только его восточную часть; что исламисты, засевшие в этой восточной части, прикрываются женщинами и детьми и точно так же без разбору обстреливают гражданское население; и что это гражданское население, голосуя ногами, между диктатурой исламистов и Асада очевидно выбрало.

(Редакция может не разделять точку зрения обозревателя)

[Lurkmore.to]

http://lurkmore.to/Латынина
http://worldcrisis.ru/pictures/2494952/middle.jpg
Юлия Латынина (она же Цвай Рэнд) — эпичный персонаж отечественных СМИ, Ляпис-Трубецкой во плоти, литераторша, журнализдка , пейсательница букаф руками и говорительница слов ртом, филолух, неракетчик, стрелка осциллографа, осциллографиня, американская шпионка. Злая сестра-близнец Натальи Андреевны Еприкян

Основную известность в последние годы получила за, мягко скажем, прямолинейный и, как бы это выразиться, неосторожный (а то и весьма агресивный) троллинг при освещении текущей политико-экономической обстановки вызывающий у читающе-слушающей аудитории иступление эмоций

Является яростной проповедницей социал-дарвинисткого классового общества, где половина общества будет лишена избирательных прав, а для другой половины будут созданы специальные школы Хогвартс, очень илитарные.

Чаще всего с ней можно столкнуться в прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» по вечерам в субботу.
Творческая биография
Происхождение и осмысленный период жизни
EUHz_tIIunY
https://www.youtube.com/watch?v=EUHz_tIIunY

Пациентка в туманной креативной молодости. Кто сказал «фап-фап-фап»?!!

Латынина — выходец из семьи типичной советской творческой интеллигенции. Матушка у неё — литературный критик Алла Латынина, батюшка также на литераторской ниве подвизался. Таких как она, девочек-припевочек, в 70-80-е годы в СССР называли «писдочка» — это сокращение от «писательская дочка». В точности с тезисом Маркса о бытии, определяющем сознание, поциентка закончила Литинститут, точнее, его кафешку, специализируясь на китайской литературе. Последнее ей сильно помогло в литературной карьере, но об этом ниже.

В лихие 90-е Юлия Латынина была одним из лучших журналистов в этой России. Она и писателем «без всяких пейс» была прекрасным. Её статьи отличались:

Хорошим литературным языком.
Знанием подоплёки (экономика в основном) и основных понятий чиновничей и предпринемательской элиты РФ.
Тончайшим и ядовитейшим чувством юмора и отточенным сарказмом.
Исключительной ёмкостью и точностью формулировок — била просто в цель, никакой журнал «Фитиль» ей и в подмётки не годился.

Но недолго музыка играла.
Переход к борьбе с кровавой гэбнёй и прочими зелёными человечками

«В Эстонии демократические реформы прошли успешно, так как русское быдло было лишено права голоса»
0euSGepMZf0
https://www.youtube.com/watch?v=0euSGepMZf0

В начале 2000-х годов Латынина довольно позитивно относилась к кремлевской власти, тусовалась на ОРТ чуть ли не в обнимку с Михаилом Леонтьевым и т. п. Но где-то в районе ареста Ходорковского (2003 г.) Латынина вдруг прозрела.

...И НАЧАЛОСЬ...

Вместо умной и язвительной стервочки в эфирах и статьях начала сквозить климактерическая мегера с тяжёлым ФГМ, которая, что бы ни случилось, всегда говорит разными словами одно и то же:

Всё, что в этой стране случается, случается из-за денег и только.
Россия теряет Кавказ, потому что кавказские мужчины рулят, а федеральные сосут.
Во всём этом виноваты Путин с Медведевым и кровавая гебня

и т. п.

Самое смешное тут — в гибкостипозвоночника. В 1999 году Латынина опубликовала статью «Михаил Ходорковский: Химия и жизнь», где с присущим ей особым цинизмом в хлам раскатала «золотого мальчика», хозяина Менатепа-ЮКОСа. Через три года Латынина будет с пеной у рта орать, что Ходорковский — ум, честь и совесть российской бизнес-элиты, а ЮКОС — вообще сияющий идеал, недостижимый по стандартам прозрачности и эффективности корпоративного управления и для иных западных компаний. ИЧСХ, была права по сути в обоих случаях. Ходор к 2001 году вышел из тени, потому как жопой чуял — «что-то будет*».

Вот что Юлия Леонидовна сама говорит по этому поводу:

…я с удовольствием за несколько лет до того, как Ходорковского посадили, рассуждала на тему, как он платил налоги, я с удовольствием после того, как Ходорковский выйдет, пообсуждаю, как он платил налоги. А сейчас вопрос о том, как он платил налоги, достаточно бессмысленен, потому что, как я уже сказала, это не причина (того, что его посадили), это повод.
«Код доступа», суббота, 30.10.2010
Глобальное потепление

В 2010 году разгромила глобальных потеплистов: Нет глобального потепления — есть глобальная бюрократия. В своей неподражаемой манере, используя собственный «научный» подход британского ученого с гуманитарным уклоном, установила следующее:

Выводы экспертов IPCC о том, что а) СО2 способствует парниковому эффекту; б) средняя температура на Земле за ХХ столетие поднялась на 0,2 — 0,6 градуса по Цельсию; в) скорее всего, это последствия действий человека — не имеют большого значения, поскольку: не будучи специалистом-«климатологом» ей о климате известны другие три факта: а) за последние 65 млн лет Земля пережила четыре ледниковые эры, когда людей не было в помине; б) в X—XIII веках Европа была теплей, чем сегодня, и в Шотландии рос виноград; в) мы не можем пока стопроцентно предсказать погоду даже на завтра.

Легко разбив противника, она добивает его на его же поле фактами, почерпнутыми из глубин тырнета, что СО2 поглощает незначительное количество солнечного тепла и вообще главным парниковым газом является водяной пар. В финале научного спора она призывает ученых не позориться и не пытаться надуть «скромного филолога».

И все же чувствуя, что враг еще не добит и надо его окончательно ущучить, переходит к обоснованию того, что потепление не так уж и плохо, а может даже еще и очень хорошо. В мареве воображения воздвигаются города-сады в Сибири и помидоры на Северном полюсе. А кому плохо — пусть сами как хотят, так и расхлебывают. Попутно неожиданно выясняется, что загрязнение воздуха и воды всегда локально, то есть, по-видимому, Чернобыли и Фукусимы можно взрывать на суверенной территории без ущерба для дружеских соседей.

Далее климатолог-любитель запрягает любимого коня — всемирный бюрократический заговор — и несется на нем протоптанной дорогой, обещая доскакать до конца западной цивилизации.
Литераторство

Латынина, в общем-то, была хорошим писателем, пока писала литературу, а не агитки. Как только она начала использовать страницы своих книг для промывки мозга читателям — качество литературного материала обвалилось ниже плинтуса.
Вейский цикл

Лучшее из написанного Латыниной — за что многое из нынешнего шизопараноидального потока сознания ей можно и простить.

Цикл фантастических романов про некое космическое будущее, очень напоминающее современность, но в космосе. Есть зело демократическая Федерация Планет (ака Страна Эльфов) с центром на Земле, населенная бюрократами, корпоративными боссами и планктоном, крупными и мелкими банкирами и бизнесменами, свирепыми пrавозащитниками, уже сто лет как не воевавшими армией и звёздным флотом, спецслужбами, несущими свет демократии тем, кто об этом не просит, и оставшимися 95% населения — «сидящими на пособиях и галлюциногенах потомственными безработными». Есть также Гера (ака Кровавый Мордор), списанный с гибрида этой страны, Китая и всяких разных иранов с северными кореями — которую просвещенные либералы Федерации боятся до усеру и называют тоталитарным АдЪом, полным Кровавой Гэбни и ымперцами чуть менее, чем полностью, и которая тихо-мирно собирается Федерацию рано или поздно зохавать. И есть Независимые Планеты (ака Банановые Республики) — ебеня, которые нахуй никому не сдались, кроме выкачивающих из них ресурсы и бабки корпораций Федерации и Геры.

Земные космолётчики случайно открыли планетку Вею — прозябающую частично в централизованном имперстве по типу китайской империи Тан, а частично, по окраинам оной империи — либо в самом что ни на есть диком феодализме с правом первой ночи, войной благородных сеньоров в режиме все против всех, грабежом ымперских корованов и прочими приличествующими лулзами, либо и вовсе в свирепом варварстве с тотальным воровством, убийством, гусеёбством и аццкими культами. Земляне сначала охуели и едва не приняли ислам от общения с местными феодалами и чиновниками; потом попытались ее изучать, по ходу изучения умудрившись учинить незапланированную революцию с последующей гражданской войной; после чего попытались превратить Вею в сырьевой придаток и полуколонию корпораций, привнеся попутно гуманитарные ценности и рыночную экономику Либеральные ценности внедряться, понятное дело, не хотели — как в силу тупости и дикости местного быдла, так и в силу тотального воровства всего и вся вейскими чиновниками, а также в силу интриг коварных вейских ZOGовцев (Арфарра, Даттам, Шаваш), в конечном итоге успешно поставивших либеральную Федерацию в коленно-локтевую позу.

Произведений в цикле очень много, почти с десяток, но наиболее доставляющие из них — «Сто полей», «Колдуны и министры» и завершающий цикл «Инсайдер». Сага развивается на протяжении пары поколений, с несколькими весьма доставляющими основными и кучей второстепенных персонажей, и полна неожиданными финтами ушами как Код ГиаСС.

Самое забавное, что мораль цикла полностью опровергает весь пафосный либерастический бред, который Латынина несет в наши дни. Либерасты, эльфы, коммерсанты и пафосные небыдлы демшизового разлива там раз за разом фейлят самым убийственным образом — тогда как вин стабильно принадлежит злобным ымперцам, умным чиновникам, террористам и прочим сволочным личностям, которые Либеральные Ценности, Свободный Рынок, а также Права и Свободы Человека труба шатали. Можно вспомнить пресловутого «Атланта» Айн Рэнд, которой Латынина восхищается и полагает единомышленницей, однако следует отметить существенную разницу во взглядах: Рэнд всеми фибрами души ненавидела тех, кто прибегает к насилию, полагая справедливым и истинно социал-дарвинистским только грабёж экономическими методами — тогда как наша пани Латынина восхищается сильной личностью как таковой, оказываясь в результате по взглядам где-то между Рэнд и Ницше. Заметим также, что, судя по ряду статей, Латынина ненавидит и считает идиотами чиновников «цивилизованного Запада» лишь немногим меньше отечественных сатрапов, полагая, что оные ради потоков бюджетного бабла и левацких и толерастских идеалистических ценностей скатывают величие западной цивилизации в сраное говно — отдавая её на откуп всяческим диким народцам магометанского вероисповедания. И в этом она уже близка во взглядах… да-да, вы правильно поняли

Алсо, цикл является своего рода ответом и полемикой циклу Стругацких про «Мир Полудня», показывая мир будущего куда более реалистичный, и следовательно, сволочной. Однако при этом мистическая составляющая сюжетов, таинственная субстанция и сущность Ир, периодически влияющая на сюжет и подправляющая ход истории Веи, является большим и недвусмысленным приветом Странникам и их янтарину.

— На территории космодрома действительно не осталось ни одного сектанта? — переспросил посол Северин. — Ни одного живого сектанта, — заверил Бемиш. — Но это совершенно меняет дело, — сказал один из делегатов, — мы бы действительно не могли вести переговоры с сектантами. Что же касается Шаваша, это совсем другое дело. Это нормальный человек... — Нормальный человек?! — заорал Бемиш. Как, по-вашему, может нормальный человек собрать три тысячи народу только затем, чтобы вырезать всех?
© Латынина, Политика маленького чиновника

В 2012 году Латынина анонсировала продолжение Вейского цикла. Будет это новый вин, или же очередная агитка про кровавый режим — покажет время.
Ахтарский цикл

Вершина латынинского реализма. Производственные романы из жизни руководства весьма абстрактного, но очень крупного российского металлургического комбината где-то между 1997 и 2001 годами.

«Охота на изюбря»
«Стальной Король»
«Промзона»

Первая книга — отличная вещь, рекомендуется к прочтению. Превосходный триллер с любовно выписанными политическими и хозяйственно-экономическими деталями, круто замешанный на многоуровневых и многоходовых разводках. Вместе с лучшими книгами «Вейского цикла» даёт без шуток хорошее представление о вершинах литературного таланта Латыниной.

Вторая — крепенький, но сюжетно бестолковый приквел, выпущенный явно для того, чтобы по-быстрому нарубать бабла на хвосте удачной первой книжки. Всё равно ведь купят, так чего напрягаться?

Третья книга знаменует собой переход Юленьки в новое качество: от литераторши к пропагандистке. Если в «Охоте на изюбря» общая мораль формулировалась как «все сволочи, но можно остаться человеком», то здесь мораль другая: «промышленники — сволочи, бандюки — оччень симпатичные мущщины, но тоже сволочи — а разгадка одна во всём виноваты чекисты». Так что кому интересно посмотреть на дамп фимозга нашей героини в стадии перерождения — welcome. С литературной точки зрения книжка доставляет, но самые лулзы в ней — именно в тонком психоанализе самой авторши. Кроме того, в книге присутствуют многочисленные стрелки осциллографов, например, истребитель Ла-5 внезапно становится двухмоторным, а слуховой нерв находится в мочке уха.
Нелюдь

Внезапная вещь. Классическая НФ. Начинается предсказуемо — с описания прогнившей бюрократической галактической империи, где все близкие к власти пилят бюджет и творят, что хотят, прикрываясь пафосными фразами про имперское величие и единство человеческой расы, и читатель уже думает, что таки да перед ним очередная агитка про кровавый режим, гнетущий и всё такое. Но затем перед тихо охреневающим читателем ВНЕЗАПНО происходит достаточно убедительное оправдание сталинизма — причём в его предельной форме из либерастических эротических фантазий: с миллиардами расстрелянных и прочими радостями жизни. А выходит всё и вовсе на достаточно занятные идеи о разумной жизни как таковой и ограниченности рамок человеческого мышления и восприятия, близкие к разнообразным мистическим традициям. Ах да, о ещё более внезапных реверансах в адрес коммунизма — цивилизация харитов отрицает саму идею собственности, и цивилизация эта в книге выписана недвусмысленно положительно…
Прочее

«Проповедник» доставляет как и Вейский цикл. Крайне годна для быдла книжка в жанре бандит-фэнтези «Здравствуйте, я ваша крыша».

Латынина написала один сериал про этакого благородного современного Робин Гуда — «Сазан». В поезде читать можно, но радости — никакой.

От увлечения Кавказом в последние годы она родила четыре страховидных «шедевра» туповатенькой пропаганды.
Один — «Джаханнам, или До встречи в Аду». В нём, если коротко, имеют место аццки брутальные террористы на фоне полупьяных, трусливых и сволочных русских федералов. Мораль именно в этом и состоит.
Второе произведение — «Ниязбек», тематика мало чем отличается от первого.
Третий — «Земля войны», про не менее брутальных и сексуальных чеченов и… да-да, вы будете смеяться… полупьяных, трусливых и сволочных русских федералов. Лопату найти самостоятельно. Книги хороши только здоровым цинизмом и отсутствием абсолютно добрых героев.
В четвертой книге «Кавказского цикла», мало чем отличающейся по степени концентрации пропаганды от трех предыдущих, болезнь прогрессирует. Очень горько видеть такую мощную творческую катострофу и деградацию некогда талантливого человека.

В начале 2010 года поциэнтка написала неожиданно годную статью «Рой», где сравнила поведение российских чиновников с роем насикомых Начало статьи рвет анус поцреотам , конец — потирающим ручки после прочтения начала либерастам. По странному совпадению, сайт «Говой газеты», на котором была опубликована статья, тут же прилёг отдохнуть. Прогрессивные блогеры тут же пропиарили статью так, что теперь про нее не знает только ленивый или неграмотный.
Не забываем и про статью «Как дешифровать новости», которая полностью приведена здесь.

Естественно, столь горячая любовь к откровенно либерастическим ценностям, вкупе с лютой, бешеной НЕНАВИСТЬЮ к тем, кто их не разделяет, не осталась незамеченной. На Латынину ополчился «Красный блицкриг» (да-да, тот самый, с Мурзом, Шмуклером, Тарлитом и Матильдой!). Была предпринята попытка устроить помидорный экстерминатус, но все закончилось фелом (или нет?). В ответ на агрессивное закидывание овощами проявила изрядную эмоциональность и ловкость в использовании ногтей. Внезапным продолжением драмы с помидорами стал перфоманс группы благородных донов из МГУ. Малоизвестные тролли пришли на лекцию Латыниной в ВШЭ, где поинтересовались, любит ли она означенные продукты. В ответ на изумление поциэнтки означенные доны пожидились ими кидаться и съели помидоры сами.

Во всяком случае, драма из реала переползла в ЖЖ и стала воистину былинной.
Фекалинг

В отличие от помидоринга, прошел вполне успешно. Нападавшие вылили на журналистку ведро какашек и скрылись с места преступления на мотоцикле. По словам журналистки, она пыталась поймать такси, чтобы догнать обидчиков, но ни один из водителей не рискнул сажать её в салон.

Цитаты поциентки

Откровения от Бешеной Глисты не менее выразительны и занимательны, чем у «великого афориста» Черномырдина. Поскольку поциентка прошла сложный жизненный путь, в процессе которого металась, как стрелка осциллографа, то и цитаты из неё требуется поделить на несколько групп.
Просто доставляющие

(Здесь помещены наиболее удачные цитаты из книг, статей и прочих выступлений Латыниной)

Из книг:

В округе участились случаи противоправительственных знамений.
…и злился, как еж в бутылке.
Я вам что, Андропов — за такие деньги по ночам работать?
Служба безопасности подобна газу: она невидима и заполняет весь предоставленный ей объём.
Инстинктивно брезговал милиционерами, пьяницами, и тараканами.
…при этом искореняемые идолы вопили: «Горе нам, поганым и несуществующим!»
Нам хватит сил дойти до эры истинного добра, даже если всю дорогу придётся идти по трупам.
Они остановились у порога и стали смотреть на Кирилла, любопытно и зло, как хорьки, в норку которых заплыла камбала…

Из статей:

(на бомбардировки Афганистана 2001 г.) Терроризм— это глисты современной цивилизации. Простите, но «Томагавки» от глистов не помогают.
(«Собеседник», N 12 2009 г.) В результате Кадыров сумел привлечь на свою сторону сотни тысяч людей, которые скрывались в лесах.
(«Газета. Ru», 30.10.09) Техника, с помощью которой вертолёты были сбиты, была весьма специфической: выстрел из гранатомета по правому заднему двигателю.
(«Новая газета», 31.07.2012) О да, это сейчас Рим извиняется за сожженного Коперника и признает свободу совести, — когда церковь ослабела. (…бедный, бедный Коперник… похоже Рим так и не принёс извинений, даже «когда церковь ослабела»).
(«Новая газета», 15.02.2013) Увы, на картинке хорошо видно, что спутник сфотографировал шлейф метеорита в атмосфере. В космосе он его почему-то не сфотографировал.

Из выступлений на радио:

И оказывается, что в такой ситуации обвиняемых можно отпустить из зала суда, да и под рукоплескания значительной части публики, которой гораздо важнее, видимо, что государство обделалось в этом процессе, чем найти убийц Политковской. (…) И вот это представление о государстве как об абсолютном зле, которое свойственно значительной части российской либеральной публики, оно восходит к советскому представлению о тоталитарном государстве : государство есть зло. Это нечестно. Потому что наше государство не является абсолютным злом. Оно является абсолютным бардаком.
…в Кобулети стояла фабрика по переработке героина.
Господин Медведев обещал разобраться в истории с Магнитским, о том, как было похищено свыше 200 млн долларов из российского бюджета. Разобрались. Наградили тех, кто этот сделал, и повысили в звании — с группенфюреров до штурмбанфюреров.
…товарищ убивал людей как вообще комбайн косил капусту. Или комбайны капусту не косят?
…В конце XIX века военный историк Ганс Дельбрюк меланхолично заметил, что если бы численность войска Ксеркса подходила, ну, были бы эти 2,6 миллиона человек, то это вообще вещи, сравнимые со сталинской мобилизацией Второй мировой войны.
«Pussy Riot's. Почему, кстати, все произносят пусси, это читается пасси»

Слово читается пасси, если оно означает «гнойный», девки из упомянутой группы, очевидно, имели в виду «пёзды/письки» — пусси.

Танк КВ мог уничтожить любой германский танк и любую гаубицу на любом расстоянии. «См.: Клинч: Великая Отечественная или Вторая мировая: возможен ли пересмотр итогов»
И там есть выдающиеся случаи. Там есть, например, человек, которого зовут Андрей Андриянов. Он был главой Студенческого Совета МГУ. От имени всех студентов он вступил в путинский Общенародный фронт. И, вот, видимо, в награду за это его делают еще, в общем, очень молодого главой Колмогоровской физматшколы. Это же наш Хогвардс! (эфир программы «Код доступа» на .ехе мацы от 06.04.13)
«Глаза дыбом встают» (эфир программы «Код доступа» на .ехе мацы от 15.06.13)
(про отказ Обамы приезжать на встречу с Путиным) Вот, представьте, вот, ты приходишь в класс и там сидит грустный ребенок, который, ну, швыряется какашками во всех и говорит «Меня не любит. Никто не любит». Ты к нему подходишь, говоришь «Давай дружить. Я тебя люблю». В тебя, раз, летит дерьмо и вскрик «Меня не любят». Ты к нему снова — а тебя снова какашкой «Меня не любят». Ну, в какой-то момент ты пожимаешь плечами, понимаешь, что каши не сваришь, как бы, дружить бесполезно. (эфир программы «Код доступа» на .ехе мацы от 10.08.13)
Вот если посмотреть на все эти страны, что их объединяет? Их объединяет то, что они уроды.
Вы можете спросить, по какому праву Америка судит Сирию, Иран или Ирак, а по тому же, по которому я сужу их. Вот право свободного ума — судить об уроде, что он урод.
Вот я понимаю политику США. Она проста: мы покажем этим уродам!
Те танки КВ, которые тоже были построены, тоже были лучшие в мире и стреляли бетонобойными снарядами и стреляли гаубицами.
Второе — видимо, добыть оригинал этого договора, который обе стороны хранят не меньше, чем секретный пакт Молотова-Риббентропа.
Потому что извиняться за колонизацию — это все равно как извиняться победителю на соревнованиях по боксу за свое первое место: ой, я нехороший человек — я победил.
(Путин в своём выступлении назвал ФРГ как и положено — ФРГ) …не было срежиссированной оговоркой, когда Путин сказал, что я вернулся из ФРГ… всё-таки ФРГ давно уже объединена с ГДР. Мне кажется… тем более, что Путин за день до этого, в этой самой ФРГ, которая уже не ФРГ…
Главной жертвой геббельсовской лжи является сам Геббельс. Потому что почему-то все восхищаются геббельсовщиной и говорят «ой, ребята, как круто!». Да, ребята, Геббельса-то повесили.

Фейл в том, что Геббельс таки застрелился.

Создавались либо заводы, которые делали танки, либо заводы, которые делали сталь для танков, либо заводы, наконец, которые выпускали электроэнергию, с помощью которой делалась сталь, из которой делали танки.
…проблема была в компании Аэрофлот, у которой … не хватило обледенительной жидкости. Ну, простите, обледенительная жидкость — это не электричество. Обледенительная жидкость не может кончиться мгновенно.
Олег Пеньковский выбрал спасти человечество … Он заплатил за это, как известно, смертью — в печке сожгли.

Фейл не в том, что Юля перепутала Пеньковского с Лазо или Джордано Бруно — печка появилась после того, как она стала резуноид (из романа «Аквариум»). Фейл как раз в том, что сам Резун в эфире Йэху Москвы позже уточнил, что …Пеньковского расстреляли. И в книге моей «Аквариум»… там нигде не сказано, что это Пеньковский. Однако, спустя полгода, Юля опять настаивала на том, что Пеньковский… знал, что его сожгут в печке, если поймают…

Грузия семь лет назад была кшурупэссенцией совка и синонимом слов «блат», «коррупция» и «вор в законе».

Из статьи «Рой, или Антибулочник», опубликованной на сайте «Новой газеты» — на сайте исправлено, но исходный текст можно найти у одного из 9000 хомячков, скопипастивших его; тут, похоже, та же ситуация, что и с энциклонгами — автозамена плюс редактор-долбоёб. Но анонимус не забывает!

…смоленские опера — это, вот, знаете, просто круче, чем Скайнет из фильма «Матрица».
…Китай в данном случае есть та самая мартышка, которая сидит и наблюдает, как два волка дерутся за банан. (22.03.2014 г. в передаче «Код доступа» на Эхо Мацы, волки — это Раша и СаША, а банан — это Хохляндия)
Вирус чумы. (11.19.2014 г. в передаче «Код доступа» на Эхо Мацы.)

При том, что каждому, освоившему курс биологии средней советской школы, известно, что чумная палочка — это бактерия.

Сляб… это такая здоровенная штуковина, стальная балка гигантская… Вот они стали эти слябы варить и делать из них домики, которые выдерживают прямое попадание «Града», выдерживали до 17 прямых попаданий «Града». … И выяснилась такая ситуация: фактически уже сдан город Мариуполь, наступают танки… перед ними все выжигается градом. Танк наступает по выжженной земле — вдруг из этого домика вылезает человек и начинает стрелять из гранатомета — подбивает танк. Один раз, другой, третий раз — наступление остановилось. Мариуполь был спасен,..(23.9.14 в передаче «Код доступа» на Эхо Мацы.)
Лоуренс Аравийский не имел проблемы с исламом во Второй мировой войне.

«Лоуренс и Вторая мировая» — это конечно «австрИЙский» кенгуру! (23.5.15 в передаче «Код доступа» на Эхо Мацы)

Вот, как хотел Лобачевский доказать, почему параллельные прямые не пересекаются и в результате создал область геометрии, в которой параллельные прямые пересекаются. (4.7.15 в передаче «Код доступа» на Эхо Мацы)

Мякотка
https://archive.ec/PWgMz/0035529b267f4676743004ff3aeac18b24e8ebbe.gif
Пожалуй, самый знаковый ляп Латыниной, обошедший все интернеты, за который она даже была вынуждена оправдываться в прямом эфире Эха Москвы (довольно тухло, впрочем), — это знаменитая метафора «Она металась, как стрелка осциллографа» из романа «Земля войны». Гадкие блоггеры даже разработали и развернули широкое промышленное производство стрелочного осциллографа ЛАТ1-С (ЛАТынина 1 Стрелочный),

Не менее эпичным вышел эфир на ЕХУ от 17.03.2012 года, где незыблемая высота «стрелки осцилографа» была наконец взята «…падением давления в электросети». Фраза получилась настолько винрарная, что есть смысл привести ее полностью:

Все очень хорошо, но проблема заключается в том, что когда таких зданий построено не 100, не тысяча (напомню, речь идет о точечной застройке в Нерезиновке), а много-много тысяч, то Москва в центре встает и этими зданиями становится невозможно пользоваться, потому что в них не может заехать машина, не говоря о том, что в некоторых менее продвинутых городах, например, в застраивающейся по такому же принципу Махачкале в электрической сети падает давление, а вода начинает не подниматься выше пятого этажа…
На 32-й минуте

«Земля войны» вообще является шедевром безграмотности. Складывается впечатление, что за Латынину эту книгу писал кто-то другой. Или это просто Латынина настолько сильно сдала?

Вот, например, шедевр терминальной баллистики:

Пуля попала самым удивительным образом, в кончик мизинца, вспорола весь палец, вышла с тыльной стороны ладони и ударилась о затвор автомата. Там она раскололась на три части , и две из них срикошетили Джамалуддину в плечо, а мягкий свинцовый шарик внутри пули отлетел и угодил чуть выше брови. Оттого что пуля так долго скакала туда-сюда, она потеряла скорость и не пробила голову, а просто скользнула вдоль виска, срывая кожу и волосы.

Ну и до кучи, оттуда же. Здесь мы можем наблюдать прогрессирующую шизофазию:

«На плече его был водосточный жёлоб гранатомёта»
«В 1991 году, когда грянула перестройка…»
«Тепловые блоки наведения баллистических ракет»
«Их люди просто зарылись в ящики, как девицы в магазине зарываются в контейнер с кружевными чулками».

Ну, тут ей виднее.

«Белый „Хаммер“ прокатился пять метров и стал рядом с вагончиком, а на его место взъехал танк. Грохнуло так, что у Янгурчи чуть не оторвало уши. Круглосуточный киоск в пяти метрах позади танка лизнуло пламенем, вырвавшимся из ствола».

Оказывается, у танка пламя от выстрелов сзади вырывается, словно это гранатомёт.

«В следующую секунду над ухом Арзо взревел двигатель, и во двор, сминая кусты, въехала БМП. Ее пулемет недвусмысленно уставился на Хамзата. … В следующую секунду пуля из КПВТ ударила ему прямо в живот, и Арзо увидел, как он разлетается фонтанчиками кишок и мяса».

Если кто не в курсе, то КПВТ стоит на БТР, а не на БМП.

«Они остановились у порога и стали смотреть на Кирилла, любопытно и зло, как хорьки, в норку которых заплыла камбала…»
«Лицо Булавди, гладкое выше темени и обросшее волосами ниже губ, чуть напряглось»
«К изумлению Кирилла, джип все-таки взъехал на гору. Хагену понадобилось на это полтора часа. Впрягаться в лебедку Ташову пришлось еще дважды…»
«Темноволосый, углеглазый, гибкий как плетка и тощий, как пуля — Джамалудин Кемиров»
«Христофор Мао заработал за сутки двести тысяч долларов, черный „порше“ и жуткое обещание Хагена — пересмешника с глазами из замерзшего кислорода»
«Делегацию завели к нему, и они рассаживались осторожно по высоким, с резными гнутыми спинками стульев, и узловатые лица стариков отражались в наборном паркете»
«Хаген со своим ледяным лицом и волосами цвета инея возвышался над ребенком на две головы»
«Черные брови Антуанетты заломились выше ее шапочки»
«Услуги по размещению текста на сайте — в пятьсот, а услуги собственно газеты обошлись в пять тысяч штук»
«В VIP-зале уши были не только у стен, но даже у лампочек»
«Казалось, этого человека должны были видеть караульные. Но от караульных осталось ведро ДНК» («Нелюдь», 2007. Не относится к «Кавказскому циклу»)
«Прораб поискал глазами вокруг себя, словно хотел засунуть их под мышку» (там же)
«Кирилл ушел в работу, как подводная лодка — в автономку, задраив люки, закачав воду в балластные цистерны, вжав глубоко в тело любопытный стебелек перископа».
«И все-таки в этой истории было нечто, от чего густо несло двойным запахом экстремизма и гозбезопасности».
«Ощущение физической угрозы… действовало даже сильнее, чем белые груди Антуанетты, вскипающие из алого шелка».
«Взгляд его уперся в белые груди, всплывающие из красного платья».
«Частные дома, как мусульманские женщины, были завернуты в паранджу заборов».
«Джип ехал откуда-то поперек».
«Потом лоб его собрался в печальную складку».
«…с сухим треском капсюля, бьющего по бойку…»

Перепутаны капсюль и ударник, безграмотно названный «бойком».

Самая мякотка: «В узком свете фонаря Арзо видел мокрые черные камни и похожие на пенисы сталактиты — полупрозрачные, красноватые, с какими-то вздыбившимися наплывами».

Не поленитесь, поищите, что такое «сталактит», и как он выглядит.

«За мешками в багажнике лежал человек. Руки его были примотаны к позвоночнику скотчем».

Из романа «Стальной король»:

Но это было на сто градусов больше температуры костра, на котором сожгли Коперника.

Коперник скончался 24 мая 1543 года в возрасте 70 лет от инсульта. О России:

Если бы Россия разделилась на части, в некотором количестве частей началась бы нормальная жизнь.

Уроки альтернативной географии от Латыниной:

Например, есть Норвегия. У нее есть территория под названием Гренландия.

Латынина и челябинский метеорит

«Я не ракетчик. Я филолог»

Несколько позже Юле стало немного лучше, и она это своё заявление прокомментировала так:

— Мне вообще надо молчать в тряпочку. Утром, когда еще не был ясен размер ущерба, а было ясно, что свалилось чего-то такое… Я посмотрела: не фига себе, эта штука по траектории летела с одного полигона в другой! Вместо того, чтобы придержать эту мысль, я поспешила ознакомить с нею читателей Новой газеты. Естественно, это абсолютный бред. Если речь шла о килотоннах взрыва, понятно, что никакая это не ракета, а действительно метеорит. Интересно, что паранойя, когда она возникает, она всегда страшно логична… А жизнь нелогична.
http://worldcrisis.ru/pictures/2494952/2494952_2_1477532661.jpg
Фраза «Я не ракетчик. Я филолог» стала в своём роде некоторым локальным мемом среди любителей научных фриков, которым принято троллить людей, лезущих с экспертным мнением по техническим вопросам, при этом никак в них не разбираясь, или вообще постящих наукообразную хуиту.
Латынина и Т-14

Танк Армата — это секс-символ путинской эпохи, танк с большой пушкой

Сам дедушка Фрейд позавидовал бы такой формулировке. А больше и комментировать здесь нечего
В этом вашем ЖЖ

Есть целых два фейковых журнала Латыниной. Оба старые, но хомячки до сих пор ведутся (14 марта повелись даже Илларионов с Миловым). Алсо, существует коммьюнити, посвящённое её фейлам — Community.giflatynina_ru.

Мнение либерастической апщественности

Латынина не такая невменяемая либерастка, как считают многие поцтреоты. Например, она совсем не фанатка демократии и хвалит многие откровенно диктаторские государства, вроде бессменно управляемого кланом Гарри Ли Cингапура, Китая и Чили времен Пиночета. Алсо, идейно не участвовала в Марше несогласных и ругает многих борцов с кровавым режимом не меньше, чем Краба

Проблема в том, что к демократии не приспособлено ни одно государство, населенное нищими. В нищей Германии голосуют за Гитлера, в нищей Венесуэле — за Уго Чавеса, в Иране — за Ахмадинеджада. Если бы китайскому народу дать сейчас демократию, семьсот миллионов нищих китайских крестьян проголосовали бы за нового Мао.
http://gazeta.ru/column/latynina/3226860.shtml

Как мы видим сейчас, демократия даже в обществе богатых кончается социальными гарантиями, замедлением экономического роста и превращением Европы в зоопарк, где кормят, поят и дают спать.
http://www.ej.ru/

«Справедливость» — это когда вор сидит в тюрьме. «Права человека» — это когда вы защищаете того, кто сидит в тюрьме, и даже неприличным находите спрашивать, что именно он сделал, чтобы в тюрьму попасть. Тот, кто спрашивает, понятное дело: он кровавый палач, пособник ФСБ, ФБР или МОССАДа.
http://gazeta.ru/column/latynina/2931866.shtml

Если бы я была чеченкой, я была бы на стороне чеченцев, поскольку я русская, я на стороне русских. Примитивно называйте это животным национализмом, чем угодно.
О похищении Елены Масюк

ВНЕЗАПНО Латынина раскритиковала реформы Гайдара

Должна вам сказать, что чем больше проходит времени, тем хуже я, человек не просто либеральный, а отмороженный либерал, отношусь к реформам Гайдара, Чубайса и Ельцина
http://www.echo.msk.ru/programs/code/740007-echo/

Желающие могут налуркать еще over 9000 таких цитат.
Мнение марксистской апщественности

Латынина — рупор минархизма и капитализма вообще. Её призывы к ограничению права голоса объясняются тем, что в случае проведения демократического референдума народ поделит нажитое непосильным капиталистическим трудом богатство Баффетов-Соросов-Мэрдоков-Ротшильдов, ибо в 17-м вволю не наделились.

http://lurkmore.to/Латынина

[Жертва на велосипеде]

http://echo.msk.ru/blog/latinina/1866950-echo/
13:59 , 02 ноября 2016

автор
журналист

16 октября в Донецке убили Моторолу. «Эка, — подумала я, — как-то как сразу после доклада о «Боинге». Подумала и тут же поделилась мыслью с читателями: мол, не зачищают ли это тех, кто знал, как сбили «Боинг»? Мол, не пора ль Стрелкову сбежать, как Родченков?

Написала хокку в три строчки и пошла спать.
В пятницу просыпаюсь и узнаю, что текст мой — «постановочный». И что преследует он ни более ни менее, как «вполне конкретную цель — направить общественное внимание и в России и за рубежом по ложному следу и представить события таким образом, будто сепаратисты играли ключевую роль в сбитии «Боинга».

Узнаю я это из выступления Андрея Илларионова у Савика Шустера, которое он вывесил специально в своем блоге.
Wow! А я-то думала, что сочинила текст за полторы минуты в самолете, летящем в Израиль. Я и не знала, что у меня были такие далеко идущие планы.

Обидно мне даже, если честно, немного стало. Потому что я как-то всегда говорила, что «Буком» не могли управлять сепаратисты, что это сложная машина, что за пультом могли сидеть только кадровые военные: и первый раз это сказала ровно через два дня как сбили «Боинг». И, собственно, в хокку так и сказано: «убили того, кто знал». Не сбил, а знал.

Ну, ладно, как говорится: видеть агентов ФСБ под каждой кроватью не запретишь
На следующий день выступаю в «Коде доступа». Посвящаю Мотороле пол-программы. Сыпятся мне смс-ки всякие: «убьем, гадина, мало тебя говном облили».

Говорю, что грохнули его, скорее всего, потому что люди, живущие бандитской жизнью, всегда убивают друг друга, но прибавляю, что есть, мол, вероятность, что подчищают «Боинг». «Понятно, — говорю, — что не Моторола этот «Боинг» сбивал – его сбили кадровые российские военные, которые управляли «Буком»». Но — мог знать.
Ну, думаю, теперь-то уже трудно приписать мне, что я отмазываю российских военных.
Утром открываю блог Илларионова: ба-бах! Я опять сливной бачок ФСБ.
Удивилась я, тяжко вздохнула, и выкинула это дело из головы.
Прошла неделя: и сразу после «Кода доступа» на мой телефон звонок: Илларионов. Я даже прибалдела, как это он сливному бачку звонит.
— Здравствуйте, — говорит, — Юля, — а откуда вы взяли, что Моторола там на пленках?
А я там в программе действительно упомянула эти пленки, которые СБУ опубликовала после сбития «Боинга», и действительно ошиблась — думала, что один из собеседников — Моторола.

— А что, говорю я, — разве его там нет?
— Нет, — говорит Илларионов.
— Ну, ладно, — говорю я, — значит, про пленки я ошиблась.
— А вы не хотите извиниться? — спрашивает Илларионов.
Тут я, если бы не сидела, упала. Этот человек один раз публично сказал, что я бл@ть. Потом второй раз публично сказаал, что я бл@ть. А потом звонит и спрашивает, не хочу ли я извиниться.
— Я ожидал, — говорил Илларионов, — что вы в сегодняшней своей программе извинитесь. Потому что нет Моторолы на этих пленках. А вы не извинились.
Тут я трогаю себя за все места, чтобы убедиться, что у меня уши не отвалились, и осторожно спрашиваю:
— Андрей Николаевич, а чего вы мне, собственно, звоните? Я же сливной бачок ФСБ. Что вы от сливного бачка хотите?
— Я ничего подобного не говорил, — говорит Илларионов, — я только сказал, что текст ваш постановочный. А это имеет важное общественное значение. Вы знаете, сколько газет и журналов в мире его перепечатали? Очень важно, чтобы вы признали свою ошибку. И если вы это сделаете, я вам помогу. Я это размещу в своем блоге.

Тут я понимаю, что я попала. Я не люблю срачи и не пересказываю частные разговоры. И если бы Илларионов, которого я очень уважаю, хотя его и часто заносит, просто сказал бы, что я перепутала с пленкой, я бы согласилась немедленно. Это элементарно. Есть правило: ошибся — извинись. Но это правило натыкается на другое — не вступать в дискуссию с людьми, пользующимися подобными аргументами. Но при этом если я откажусь вступать в дискуссию, то на следующий день выйдет третья серия. О том, как Илларионов позвонил Латыниной и припер ее к стенке с ее постановочным текстом.

«Боинг» был сбит профессиональными российскими военными. Это факт, который установили и «Беллингкет», и международная следственная группа. Ваша покорная слуга сказала это через сутки после катастрофы и повторяла всегда, в то время, как очень многие пытались смягчить ситуацию и рассказать, что это были сепаратисты.

Кто конкретно дал команду расчету, и как этот выстрел был увязан с общей оперативной ситуацией, которая включала в себя также сепаратистов, — мы пока не знаем.

В любом случае большое количество сепаратистов знали про «Бук», — они обеспечивали его движение, может, даже присутствовали при принятии решения. Там был штаб, и бардак, и в воздухе хоть топор вешай, орущие телефоны, разбросанные по столу пластиковые тарелочки с объедками еды, затушенные в них сигареты, гильзы, сонный мужик, храпящий в углу, и куча народу: Стрелков, допустим, и его кураторы, и сепаратист Х, и Y, и полковник Z, который получил известие, что АН-26 вылетел, и схватил другую трубку: «Птичка вылетела».

Там был коллективный угар недоигиловцев, которые живут в альтернативном мире, в котором существуют только украинские фашисты и мальчик, распятый в Славянске, и людям с этим горизонтом событий было просто невдомек, что в небе, кроме фашистских транспортников, летают еще гражданские самолеты.

Какая разница? До сих пор каждый, в кого они ни стреляли — сразу оказывался украинским фашистом. Откуда им было экстраполировать, что с самолетом такой фокус не пройдет?

Кто несет за это прямую ответствтенность? Тот, кто приказал выделить «Бук». Это мог сделать только один человек в России, и мы все знаем имя этого человека. Никому еще — никогда — ни при каких обстоятельствах — нигде в мире — не пришло в голову выделять террористам оружие, способное сбивать гражданские самолеты на высоте в 10 тыс. м.

А какое там у них конкретно qui pro quo было и кто скомандовал расчету, мы пока не знаем, но шансы узнать велики, потому что свидетелей, как командовали, было много: они же не знали, что сбивают «Боинг», а не АН-26. Я думаю, у них там целый курултай был, и общие аплодисменты при известии «цель поражена». Ну не верю я, понимаете ли, что они везли этот «Бук» и постили его во всей «фейсбуках», и галдели по телефонам, как галки, а стреляли из этого чуда техники тайно и без свидетелей: решето оно и есть решето.
Моторола не был один из свидетелей? Ради бога. Не держусь. На пленках его нет? Mea culpa, лоханулась. Что могли быть свидетели из сепаратистов — да. Что им грозит реальная опасность — да. Потому что они — автомойщики, они — вне chain of command, они — расходный материал, не связанный воинской присягой.
Но!
Допустим, я не права. Мои представления о произошедшем — чушь. Так не было. Было не так.
Нельзя ли как-нибудь полемизировать с чужой точкой зрения, не прибегая к допущению, что ее представитель есть еретик, враг народа и автор постановочных текстов?

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2512639?COMEFROM=SUBSCR
16 Ноя 09:00

В ночь на 15 ноября Следственный комитет РФ возбудил уголовное дело против министра экономического развития Алексея Улюкаева. Причина — получение взятки в размере двух миллионов долларов кэшем за «положительную оценку, позволившую НК «Роснефть» купить контрольный пакет «Башнефти». Сама взятка была получена, как утверждается, еще вечером 14 ноября, а на допрос Улюкаева увезли спустя несколько часов: чтобы допросить действующего министра спозаранку, как в старые добрые 30-е годы, — не приходя в себя и без всяких адвокатов.

Обвинение, предъявленное Улюкаеву, выглядит фантастическим. Ведь вопрос о приватизации «Башнефти» был причиной главной экономической войны, совершавшейся в Кремле под ковром в течение последних нескольких месяцев, и главным арбитром был лично президент.

Началась эта война еще с домашнего ареста главы АФК «Система» Владимира Евтушенкова, которому тогда принадлежал контрольный пакет «Башнефти». «Роснефть» всячески отрицала свою причастность к происходившему, но все стало очевидно тогда, когда Евтушенков не стал оспаривать возвращение пакета государству и вышел на свободу.

Ходили также слухи, что Евтушенков был не единственным владельцем «Башнефти». Дело в том, что АФК «Система» получила контроль над «Башнефтью» в 2009 году, на следующий год после того, как президентом РФ стал Дмитрий Медведев.

В деловой среде ходили упорные слухи, что Медведев покровительствовал Евтушенкову и что причина домашнего ареста Евтушенкова в 2014 году, в числе прочего, была связана с тем, что он принадлежал к той фракции в верхах, которая была бы заинтересована в продолжении президентства Медведева.

Так это или не так, сказать сложно: но, во всяком случае, «Роснефть» тоже претендовала на «Башнефть» в 2009-м году, и слухи об изменническом поведении Евтушенкова вряд ли помешали отмене приватизации.

После отмены приватизации реальное управление «Башнефтью» де-факто осуществлял ЛУКОЙЛ. Ожидалось, что он ее, возможно, и купит, потому что продажа одной госкомпании другой госкомпании возбуждала у многих, даже во власти, вопросы. В числе противников такой продажи был и министр экономического развития Алексей Улюкаев, равно как и Аркадий Дворкович, и многие другие.

Однако конечное решение было принято в пользу Игоря Сечина. Официальной причиной такого решения стала цена: «Роснефть» была готова заплатить за «Башнефть» рекордные 329 млрд руб., хотя еще недавно именно «Роснефть» просила 1,5 трлн руб. из фонда национального благосостояния.

Сделка была осуществлена с космической скоростью: премьер Дмитрий Медведев подписал ее 10 октября, а уже через два дня все было оплачено.

Теперь, естественно, вопрос: а при чем тут Алексей Улюкаев? Представим для простоты, что все, в чем его обвиняют, правда. Что он действительно в ночь на 15 ноября взял 2 млн кэшем от «Роснефти». За что и как? Да, Улюкаев был против покупки одной госкомпании другой госкомпанией. Но после того как Путин принял решение, личное мнение Улюкаева не значило ничего. Опять же — сделка была закрыта, деньги перечислены, «Башнефть» куплена. 2 млн кэшем никак на все на это не влияли.

Улюкаев вымогал деньги? Уже после закрытия сделки и веского слова президента? Это смешно. Улюкаев, вымогающий деньги у Сечина, — это как воробей, вымогающий у льва.

Административный вес обоих игроков просто несравним.

Улюкаеву предложили деньги? Но тогда согласитесь, это как-то нехорошо: предложить деньги и воспользоваться этим, чтобы посадить противника. Не забудем, что «разработка» министра проводилась с ведома президента РФ. Кто же тогда президенту РФ мешал Улюкаева просто уволить? Что это за разводки на самом верху, когда человека, вызвавшего неудовольствие позицией по «Башнефти», раскатывают в связи с этой сделкой в лепешку, причем не увольняют, а именно ловят на крючок и раскатывают в каком-то бериевском стиле?

Так или иначе, но компания «Роснефть» оказывается за последние годы в России безусловным лидером по числу mergers&acquisitions. Сначала ТНК-BP, потом «Башнефть». И это последнее приобретение сопровождается чисто случайно внеэкономическими карами, обрушивающимися на тех, кто пытался встать на пути праведного процесса приобретения «Башнефти».

Если экстраполировать эту тенденцию в будущее, то следующим объектом приобретения может стать ЛУКОЙЛ?

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2518203?COMEFROM=SUBSCR
22 Ноя 14:39

Чем отличаются деструктивные элиты от конструктивных и при чем тут Россия

Для российского интеллигента времен перестройки весь мир делился на две половинки: страны, в которых была частная собственность на средства производства, и те, в которых ее не было. Собственно, так мир делился для марксистов-ленинистов, и для российского интеллигента он также делился так: только с обратным знаком.

С тех пор утекло много лет, частная собственность на средства производства в России появилась, а счастья как не было — так и нет. И стало ясно, что мир делится куда большим числом способов, чем казалось на заре перестройки.

Мир делится, например, и в том числе на страны, где убивают политических противников и где их не убивают. Где бизнесменов сажают в тюрьму, чтобы отобрать их собственность, или не сажают. Где подделывают результаты выборов или не подделывают. Но — в том числе и прежде всего — мир делится по характеру своих элит: на деструктивные и на конструктивные.

Типичная деструктивная элита — это, например, то, что было в Сирии до начала гражданской войны. Распухшая государственная верхушка с силовиками, обладающими безграничной бизнес-властью. Человек с погонами в Сирии мог все: закошмарить любого бизнесмена и оттяпать любой бизнес. Примерно так же, как в Сирии, дело обстоит в большинстве африканских стран. Примерно так же дело обстоит и в России. Сирия тут поучительна потому, чтобы напомнить, чем подобная деструктивность кончается.

Другая разновидность деструктивной элиты — это, к примеру, Афганистан. Это ситуация, когда единственным социальным лифтом служит насилие. Насилие дарует богатство и статус, и только насилием можно его сохранить. Где-нибудь в США человек, который лично перестрелял два десятка людей, окажется в психушке или на электрическом стуле, а успех в обществе будет связан с умением вкладывать деньги или изобретать технологии. В Афганистане, наоборот, — тот, кто стреляет людей, становится полевым командиром и уважаемым человеком, а тот, кто умеет вкладывать деньги, становится мишенью для стрельбы. «Все мое», — сказало злато, «Все мое», — сказал булат».

Собственно, система в Сирии/России тоже основана на насилии, но в первом случае речь идет о насилии со стороны государства, хотя бы и приватизированном. В Афганистане же или в Ираке насилие частное: кто смел, тот и съел.

При деструктивной элите правящий слой государства пользуется своим преимуществом, чтобы отбирать, а не создавать.

Собственно, деструктивные элиты образовывались при всяком завоевании, а так как практически все современные государства образовались в результате завоеваний, все они когда-то имели деструктивные элиты. Самоуправляющиеся города-государства, каковые когда-то были на Ближнем Востоке и в Индии, а потом в Греции и Италии, имели другие недостатки и не дожили до наших дней. США, между прочим, по типу своего образования больше всех походили на античные колонии: небольшие самоуправляющиеся общины, не имеющие сильных врагов и потому с самого начала не имеющие деструктивной элиты, не считая рабовладельцев на Юге.

Насилие — великий соблазнитель. Если в твоей руке меч, всегда разумнее отнять, чем создать. Все идеологии мира, религии, пирамиды, почитание Сына Неба, славословья калифу, божественное право королей, феодальные иерархии — все это, по сути, подпорки, обуславливавшие неотъемлемое и священное право деструктивных элит на перераспределение бабла и право первой ночи.

Однако в XII—XIII вв. в Европе — сначала в итальянских городах, потом во Фландрии, Англии, Германии сложилась уникальная ситуация: когда элита общества существовала не за счет того, что она что-то отняла или в крайнем случае что-то обеспечила, — а когда она что-то создала. Так в обществе появилась конструктивная элита. Это и называлось капитализм.
С тех пор в долгосрочной перспективе деструктивные элиты всегда проигрывают конструктивным.

Однако во многих местах мира деструктивные элиты при этом остались. Ведь это очень удобно: взять госресурс и с его помощью в пользу своих друзей перераспределить экономику общества, тем самым создав из друзей верных сторонников, а из их подчиненных — прослойку, на которую ты опираешься.

Такая стратегия очень выгодна в краткосрочной перспективе для власти, думающей только о себе. Расплачивается за нее всегда не власть, а страна — как это видно на множестве примеров.

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2521040?COMEFROM=SUBSCR
25 Ноя 15:48

Точно также сейчас, пользуясь, как предлогом, существованием Russia Today, ЕС собирается создавать свою пропагандистскую машину. Которая будет объяснять еврогражданам, почему правильно регулировать степень кривизны огурцов, и как надо бороться с Глобальным Потеплением, ГМО, фашизмом, расизмом и антиисламизмом.

Когда эта машина европропаганды будет подкреплена евроармией, выйти из ЕС, согласитесь, станет значительно труднее.

Европарламент озаботился пропагандистским давлением, которое оказывают на Евросоюз Россия и ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация — ред.) и даже принял резолюцию по этому поводу. Резолюция сообщает, что эта пропаганда искажает правду, возбуждает страх, и пытается посеять рознь между странами ЕС и сомнения граждан в возможностях Евросоюза.

С целью противодействия пропаганды парламентарии предлагают создать в ЕС свою собственную контрпропагандистскую машину, и инвестировать в образование, медиа, расследовательский журнализм и вообще всякие социальные институты, которые научат граждан правильно анализировать прессу.

Наши патриоты тут же, конечно, привычно возмутились: как же, обижают нашу рашу тудей.

А дело между тем не в Russia Today. На мой взгляд, дело куда интересней.

В самом деле, какое самое важное событие в жизни Евросоюза случилось за последние несколько месяцев?

Конечно, Brexit.

Причин, по которой Великобритания проголосовала за Брексит, две. Первая: излишняя бюрократизация. Британцы не хотят, чтобы ими правили брюссельские бюрократы, которые чем дальше, тем больше напоминают оцифрованную Китайскую империю эпохи Цинь. Вторая: иммиграционная политика ЕС.

Вопрос: какая была реакция Европарламента на Брексит?

«Это не останется без последствий», — пригрозил прямо с трибуны Европарламента президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер. «Время политики умиротворения прошло», — объявил другой депутат, Манфред Вебер. «Евросоюз не будет заложником внутренней партийной политики консерваторов», — пообещал парламентарий Джианни Питтелла.

Причиной Брексита стала не пропаганда ИГИЛа. И не злые козни Russia Today. Причиной Брексита стала дисфункциональная политика евробюрократии. И за все время, которое прошло после Брексита, евробюрократия не проявила ни малейшего желания даже адресоваться к поднятым им проблемам. Жан-Клод Юнкер публично объявил, что Еврокомиссия не несет никакой вины за результат британского референдума. Вину несет только Найджел Фарадж и прочие лгуны. «Вы сфабриковали реальность», — заявил Юнкер Фараджу.

Еще одна существенная история была, конечно, Греция. История Греции была очень проста: в 2001-м году страна вступила в зону евро, хотя ни по одному из параметров: дефицит бюджета, собираемость налогов, уровень развития экономики и пр. — она элементарно не соответствовала критериям ЕС. Греческие цифры были просто подделаны, как пятерка в журнале нерадивого двоечника. Чиновники, которые принимали Грецию в ЕС, не могли этого не знать, но закрыли глаза, поскольку любая бюрократия стремится к расширению полномочий и территорий. После того, как дело кончилось предсказуемым крахом, никто из бюрократов, ответственных за фальшивые цифры, не пострадал. Более того, Греция открыто и безнаказанно шантажировала всех остальных членов ЕС. Как гласил анекдот времен байл-аута, «Типичная немецкая семья: папа, мама, ребенок и грек».

Третья существенная история последнего времени — это миграция. Чиновники ЕС поощряют все больший и больший приток ближневосточных иммигрантов, значительное количество которых откровенно презирает кяфиров, с которых едет кормиться, и столь же откровенно обещает нарожать побольше детей, чтобы захватить ЕС изнутри.

Однако вместо того, чтобы пересмотреть свою иммиграционную политику, ЕС предлагает в своей резолюции бороться с ИГИЛом. Вы, наверное, думаете, что бороться с ИГИЛом проще всего, если не пускать исламистов в Европу. Или как-нибудь сократить их возможность жить на пособия, которые они открыто провозглашают «пособиями на джихад».

Увы. Резолюция ЕС предлагает с целью борьбы с ИГИЛом давать больше «места в СМИ и повышать узнаваемость мусульманских клириков-представителей мейнстрима, которые имеют достаточный вес для того, чтобы делегитимизировать пропаганду ИГИЛа».

Тут надо сказать, что я действительно с большим удовольствием увижу в СМИ тех уроженцев Ближнего Востока, которые стоят на позициях светскости и просвещения. Например, блестящую Айян Хирси Али, автора The Infidel. Уроженку Сирии Вафу Султан, автора The God Who Hates. Мааджида Наваза, раскаявшегося исламского экстремиста, автора Radical. Я не сомневаюсь, что эти люди действительно будут критиковать исламский экстремизм.

Но резолюция не собирается «повышать узнаваемость» этих деятелей Просвещения. Она собирается «повышать узнаваемость» мусульманских клириков, представителей мейнстрима. Я не всегда слышу этих клириков критикующими исламистов. Зато я часто слышу, как они обрушиваются с гневной критикой на всех, кто не считает ислам мирной религией. Вы можете понять, почему мне кажется, что если Евросоюз будет давать деньги на то, чтобы исламская пропаганда звучала из всех утюгов, это будет не лучшим способом борьбы с исламизмом.

Еще раз: я вовсе не защищаю Russia Today. И мне даже в каком-то смысле приятно, что эта достойная организация оказалась в одной резолюции с ИГИЛом.

Но в данном случае речь не о Russia Today.

Речь о другом. Вскоре после начала войны на Донбассе президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер объявил, что ЕС нуждается в собственной армии, а в качестве причины ей обзавестись Жан-Клод Юнкер указал на необходимость защищать европейские ценности перед лицом угрозы России.

При этом мы все прекрасно понимаем, что если б Евросоюз хотел защитить Украину с военной точки зрения, он имел массу способов это сделать, не прибегая к созданию евроармии. В конце концов, можно было просто спешно принять Украину в НАТО. Очевидно, что угроза со стороны России — лишь предлог, а армия нужна г-ну Юнкеру для чего-то другого.

Точно также сейчас, пользуясь, как предлогом, существованием Russia Today, ЕС собирается создавать свою пропагандистскую машину. Которая будет объяснять еврогражданам, почему правильно регулировать степень кривизны огурцов, и как надо бороться с Глобальным Потеплением, ГМО, фашизмом, расизмом и антиисламизмом.

Когда эта машина европропаганды будет подкреплена евроармией, выйти из ЕС, согласитесь, станет значительно труднее.

Так что, видимо, Жан-Клод Юнкер и евробюрократы все-таки сделали выводы из Брексита. И эта резолюция — один из них.

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=583930ABEC63A
26-11-2016 (10:01)
http://www.kasparov.ru/content/materials/201311/5295BA46E7AA3.jpg
Для кого Юлия Латынина все это говорит?

! Орфография и стилистика автора сохранены

Известного писателя-фантаста Юлию Леонидовну Латынину не могут слушать по радио и читать в "Новой газете" ни в странах Европейского Союза, ни в Северной Америке, ни в Великой Британии. Она также лишена возможности посылать свои радиопередачи в середину 30-х – особенно для немецко- и франкоязычной аудитории.

Она общается с аудиторией страны, где вообще не только нет демократии, но где все провластные пропагандистские и экспертные круги старательно дискредитируют современную либеральную демократию.

Именно поэтому Латынина Ю.Л. посвящала и посвящает все больше эфирного времени:
А) предвыборной борьбе и противостоянию сторонников Дональда Трампа и Хиллари Клинтон – на стороне первого;
Б) поддержке "Британоисхода";
В) разоблачению гниения и исторической обреченности Евросоюза;
Г) разоблачению пропаганды Коминтерна по делу о поджоге Рейхстага;
Д) разоблачению разрушительного характера современного народовластия, когда судьбу политики и экономики определяет голосование обычных обывателей, особенно рассчитывающих на государственные социальные программы...

Забавный вопрос: зачем она портит по этим странным поводам "цветы своей селезёнки" и тратит из неделю в неделю, из года в год свои силы, отговаривая российских либеральных радиослушателей и читателей поддерживать Коминтерн, голосовать за Клинтон и вступать в Евросоюз?

[Жертва на велосипеде]

00:20 , 03 декабря 2016
http://echo.msk.ru/blog/latinina/1885186-echo/
автор
журналист

Французский композитор Дидье Маруани и его представитель Игорь Трунов обвинили Филиппа Киркорова в том, что исполняемая им песня «Жестокая любовь», написанная Олегом Попковым в 2002 г — плагиат песни Маруани Symphonic Space Dream 1999.

Слушаем Symphonic Space Dream.
MiJ3yv_jek8
https://youtu.be/MiJ3yv_jek8
А после этого слушаем песню Irene Cara Fame 1980 г.
nTJHjuhCYos
https://youtu.be/nTJHjuhCYos
Вопрос — кто у кого когда что украл?

[Жертва на велосипеде]

Если людей в Берлине убила германская миграционная политика, то российского посла — решение Кремля воевать в Сирии

В Берлине на рождественской ярмарке террорист-исламист на тяжелом грузовике врезался в толпу, убив 12 человек, а в Турции исламистский террорист со словами «это вам за Алеппо» застрелил российского посла Андрея Карлова.

Реакция обеих сторон — и Запада, и России — вполне показательна.

Берлинская полиция сразу после теракта сообщает: «Есть подозрение, что грузовик был украден со строительной площадки в Польше». Потом: «Грузовик на Breitscheidplatz имел польские номера».

Ни слова, заметим, о теракте. Ни слова о национальности или вероисповедании террориста. Из твиттов берлинской полиции инопланетянин может заключить, что это поляки врезались намеренно в берлинскую толпу. Поляки, они такие…

Франсуа Олланд твиттит после теракта: «Я выражаю мою солидарность с канлером Меркель, немецким народом, жертвами Берлина». Как мы видим, слова «теракт», «исламист», «пакистанец» и «беженец» опять не произнесены. Французский президент выражает солидарность, но уверенно обходит вопрос о том, против чего именно он солидарен.

Немецкий президент Иоахим Гаук сообщает, что это был «ужасный вечер для Берлина и для всей нашей страны». Из его слов можно заключить, что в Берлине случился ураган или землетрясение.

СNN на следующий день (!) после теракта посвящает ему, разумеется, заглавную новость, сообщая множество ну очень важных подробностей: «Берлин — само олицетворение Рождества. Деревья, увешанные светящимися гирляндами, продавцы, торгующие засахаренными фруктами и вафлями, запах подогретого вина, наполняющий ароматом холодный декабрьский воздух».

После этих — разумеется, важнейших деталей — CNN сообщает, что грузовик, «опустошивший Breitscheidplatz», принадлежал польской компании, и что человек, который был найден в грузовике мертвым, был польским гражданином.

Ни слова о том, что за рулем сидел пакистанец. Ни слова о том, что он был беженец. Ни слова о том, что это был исламистский теракт, точно такой же, как тот, что был совершен несколько месяцев назад в Ницце. Никакого упоминания о теракте в Ницце вообще. Зритель CNN может заключить из репортажа, что все произошедшее было местью поляков Германии за вторжение на ее территорию 1 сентября 1939-го.

Глава МВД Германии Томас де Мезьер поначалу заявил, что нельзя с точностью назвать произошедшее терактом, «хотя многое на это указывает». Только спустя несколько часов берлинская полиция признала очевидное: что происшествие расследуется как возможный теракт. Она признала, что террорист, убивший 12 человек, был пакистанец или афганец, въехавший в Германию как беженец в феврале 2015 года. И что он был прекрасно известен полиции за совершение «мелких преступлений». «Как уголовник, но не как исламист», — поспешила уточнить немецкая полиция.

Возникает вопрос: а что делал в течение года на территории Германии беженец-уголовник? Почему его не выслали после первой же кражи?

Канцлер Меркель все это время — в течение почти суток после теракта — молчала. Единственное сообщение — «г-жу Меркель проинформировали о теракте».

Молчание г-жи Меркель хорошо понятно, потому что на самом деле людей на Breitscheidplatz убил не польский грузовик и даже не исламистский террорист. Их убила германская миграционная политика, когда Германия пригласила приезжать любых беженцев. Они, эти беженцы, так и говорили в прошлое Рождество в Кельне, где они устроили «тахарруш» — массовое щупание «неверных» самок с попутным обрыванием кошельков.

Сам факт Кельнского тахарруша германская полиция пыталась скрыть в течение нескольких дней — примерно по тем же причинам, по которым в советское время цензура скрывала известия о катастрофах, — а потом расследование спустили на тормозах. Ни один участник тахарруша не был посажен за то, что щупал женщин. Ни один из беженцев, принимавших в нем участие, не был выдворен за это из страны.

То, что началось в Кельне как мерзость, продолжилось в Берлине как кровь.

И только избранный президент США — из всех западных президентов — сразу заявил, что это «теракт» и что он совершен «исламским террористом».

А потом все эти прекрасные люди удивляются, почему в США выбрали Дональда Трампа.

Напротив, российская реакция на убийство посла в Турции была мгновенной.

Президент Путин, правда, тоже не употребил слова «исламизм», но тут же заявил, что «совершенное преступление, безусловно, является провокацией, направленной на срыв нормализации российско-турецких отношений и на срыв мирного процесса в Сирии, который активно продвигается Россией, Турцией, Ираном». «Ответом на это может быть только одно — усиление борьбы с террором. И бандиты это на себе почувствуют». А глава МИД Сергей Лавров заявил, что те, кто задумал это «варварское деяние», намеревались «подорвать» нормализацию отношений между Москвой и Анкарой.

Но, простите, это как понимать? Что такое «мирный процесс в Сирии»? Можно как угодно называть тотальные бомбардировки занятого исламистами города с последующим введением в город получастных военных банд, которые специализируются на грабеже всего, что не ограбили исламисты: геноцидом, войной, гражданской войной, войной с участием иностранной авиации, контртеррористической операцией, даже «миротворческой операцией», черт с ним. Но «мирным процессом»? Как-то это все-таки слишком сильно.

И на кого это намекает Лавров? Кто это срывает «нормализацию отношений»?

Я правильно понимаю, что, согласно Лаврову, руку исламского террориста, который кричал «Это вам за Алеппо!», пока не был застрелен турецкими полицейскими, направлял кровавый Запад? Тот самый, которого эти же самые террористы давят грузовиками на набережной в Ницце и нa Breitsсheidplatz в Берлине.

Конечно, хорошо, что российские политики не впали в ступор, в отличие от канцлера Меркель и президента Олланда. С другой стороны, лучше бы они молчали.

И притом, согласитесь: если людей на площади в Берлине убило решение германского правительства запустить к себе беженцев, то и российского посла в Турции, как и пассажиров разбившегося над Синаем самолета, убило решение Кремля воевать в Сирии.

[Жертва на велосипеде]

http://worldcrisis.ru/crisis/2541552/?COMEFROM=SUBSCR
http://worldcrisis.ru/pictures/2541552/source.jpg
18 Дек 18:32

Любая геополитика в современном мире начинается с экономического могущества: с наличия в стране денег, инноваций и технологий.

16 октября 2016 года власти Черногории объявили о предотвращении попытки государственного переворота. Планировалось собрать возле Дома правительства толпу, протестующую против подтасовок выборов, а после этого провокаторы должны были стрелять по этой толпе.

В организации переворота черногорские власти фактически впрямую обвинили Москву. Тот факт, что вся история напоминает аферу, затеянную для распила денег, а фигуранты ее выглядят как клоуны (когда распиливают деньги, до исполнителей всегда доходят только крохи, что неизбежно сказывается на их качестве), отнюдь не служит смягчающим обстоятельством. Любой переворот выглядит комичным, если он неудачен.

Не то чтобы я защищала черногорские власти. Черногория — это банановая республика без бананов. Премьер Мило Джуканович находится у власти с 1991 года, и незаинтересованные русские наблюдатели уверяли меня, что на последних выборах его партия победила только за счет тупой скупки голосов на севере и в албанских общинах. А незаинтересованных русских наблюдателей в Черногории много: маленькая и коррумпированная, но очень добродушная страна с потрясающей природой и дружественным славянским населением стала прибежищем для десятков тысяч состоятельных россиян. Принимали всех: бандитов, олигархов, чиновников, средней руки бизнесменов, богему. Россия была самым крупным инвестором в экономику Черногории и скупила едва ли не 40% рекреационной недвижимости.

Джуканович дружил со всеми русскими взасос, пока вдруг не засобирался в НАТО, что вызвало нешуточный гнев Кремля. «Кто угрожает Черногории?» — возмущался Владимир Путин этим летом на Санкт-Петербургском экономическом форуме. «Вы. Вы же и угрожаете-с», — ответили на этот вопрос черногорские власти 16 октября.

В конце ноября Илья Азар опубликовал в «Медузе» репортаж из Черногории. Из репортажа этого возникало очень неприятное чувство: история небольшой балканской республики, где появилась большая русская община. А как только русских стало много, оказалось, что они принесли Россию с собой на подметках сапог, а иногда на крыльях своих частных Bombardier .

Как только русских стало слишком много, началось внимание Кремля, какие-то шествия, филиалы «Ночных волков», недоделанный Донбасс, — в общем, все как с «Бронзовым Солдатом» в Эстонии.

Доселе российские эмигрантские общины — в отличие, к примеру, от мусульманских — не рассматривались на Западе (за исключением стран Балтии) как фактор риска. Еще пара Черногорий — и к нам будут относиться ровно так же, как к беженцам в хиджабах, которые едут на Запад, чтобы вытирать об него ноги.

А новых Черногорий следует ожидать. Кремль не оставляет попыток заняться тем, что у нас по какому-то недоразумению называется «геополитикой». То кто-то взломает сервер Демпартии США, то хакнет TV 5 Monde , то начнет шестимесячную атаку на Бундестаг, то пророссийских активистов поймают за руку в ходе организованных ими протестов против добычи сланцевого газа в Болгарии.

Тот факт, что большинство этих операций выглядит как освоение денег и распил бюджета, дела не меняет, наоборот: чем грубее попытка вмешательства, тем больше она привлекает внимания.

Тут надо сказать, что я — законченный циник в том, что касается международных отношений. Перевороты меня не смущают. Смущает меня лишь позорище, которое мы при этом собой представляем: нельзя же, в самом деле, играть в Большую Игру без штанов. «Пусть ненавидят, лишь бы боялись», — сказал когда-то Нерон. Наш лозунг другой: «Пусть смеются, лишь бы замечали».

Чтобы понять, что не так с черногорским переворотом, любопытно сравнить действия России с действиями другой страны, которая действительно занимается давно вышедшей из моды в демократиях геополитикой и мыслит не откатами, а тысячелетиями.

Эта страна — Китай.

Китайские инвестиции в Африку, которую уже называют «вторым континентом» Китая, превысили 200 млрд долл. В Латинскую Америку в ближайшие десять лет Китай собирается вложить 250 млрд долл. Что же касается непосредственных границ Китая (как морских, так и сухопутных), то в проект Нового Шелкового пути Китай вложит около 1 трлн долл. Цель Нового Шелкового пути — это тотальное репозиционирование торговых потоков мировой экономики и одновременно — утверждение Китая в качестве ведущего экономического и политического игрока как в странах Юго-Восточной Азии, так и центральноазиатских республиках бывшего СССР.

При этом Китай не чурается сомнительных операций. Чего стоит, например, одна только фигура загадочного бизнесмена Сэм Па (он же Сюй Цзинхуа, он же Антонио Менезес, он же обладатель еще полудюжины имен) — могущественного хозяина загадочной Queensway Group , закадычного друга всех африканских диктаторов, начиная с Анголы и Судана и кончая Робертом Мугабе из Зимбабве. Феерическая карьера Сэм Па после прихода к власти Си Цзиньпина закончилась арестом по обвинению в коррупции.

Но знаете, чего Китай не делает нигде и никогда? Он не устраивает переворотов.

Он покупает демократии и покупает диктатуры; он дружит с африканскими людоедами, иранскими муллами и латиноамериканскими президентами, — но мы никогда не слышали, чтобы Китай устроил переворот в Африке или Центральной Азии. Более того, мы никогда не слышали, чтобы Китай пытался вмешаться в демократические выборы.

Причина этому вовсе не высокая мораль китайского руководства, а практические соображения. Нет такого диктатора, которого нельзя купить, а Китай дает наилучшую цену.

Это, собственно, и есть главная проблема кремлевской геополитики. Дело не в том, что мы проваливаем перевороты, лезем в чужие серверы или аннексируем Крым.

Дело в том, что вся эта судорожная имитация геополитики не имеет под собой главного — экономического фундамента. Нам попросту нечем привлечь тех, кого мы бы хотели видеть в своей «геополитической» орбите. У нас нет ни технологий, ни кадров, ни денег.

В этих условиях единственным ноу-хау для России является возможность испортить той или иной стране жизнь, и то эта возможность падает обратно пропорционально третьей степени расстояния данной страны от наших границ. Украине мы еще можем испортить жизнь, а черногорскому премьеру Мило Джукановичу — уже нет.

Знаете, что самое обидное в истории с Черногорией? Да ровно то, что премьер, который 25 лет сидит у власти и который действительно получил огромное количество русских денег, — не считает надобным считаться с Россией по той простой причине, что минусы от сотрудничества с Россией перевешивают плюсы.

Любая геополитика в современном мире начинается с экономического могущества: с наличия в стране денег, инноваций и технологий, а нынешняя российская власть делает все, чтобы забрать себе первое и уничтожить второе и третье.

Если бы Россия была реально процветающим экономическим гигантом, то вопрос о фактической интеграции не только Крыма, не только Донбасса, но и целых бывших советских республик решился бы сам собой. Нам бы также не было нужды делать гадости, как Китаю нет нужды аннексировать Тайвань: тот все равно рано или поздно свалится в Китай согласно закону всемирного экономического тяготения.

Мы близко не имеем одного триллиона долларов, которые мы могли бы инвестировать в соседние страны, потому что приблизительно этот же триллион за последнее время был выведен из России за рубеж.

Единственным реальным результатом всех наших геополитических операций является освоение и распил бабла, в результате чего до исполнителей доходят копейки, и они выглядят клоунами.

Мы пытаемся играть на международной арене роль альфа-самца, а оказываемся в итоге в положении сталкера, который обклеивает всю комнату фотографиями любимой актрисы, бродит возле ее зарешеченного особняка и время от времени пытается перелезть через ограду.

[Жертва на велосипеде]

https://static.novayagazeta.ru/storage/post/72621/regular_preview_image-c737a80774a79a009512874d04388a12.png
В Москве прошел ураган и убил 11 человек. 168 пострадали, некоторые — тяжело. Цифры эти еще не точные, и к ним надо прибавить как минимум троих погибших в Московской области.

Зарубите себе на носу: в современном мире нет природных катастроф. Есть катастрофы социальные.

Простой пример: 12 января 2010 года на Гаити случилось землетрясение магнитудой 7 баллов, и погибли 220 тысяч человек. Ровно через полтора месяца в Чили случилось землетрясение магнитудой 8,8 — погибли около 700 человек. Напомню, что при возрастании магнитуды на единицу энергия землетрясения возрастает в 32 раза и что магнитуда 7 отвечает нижней границе разрушительных землетрясений.

То есть люди на Гаити погибли не из-за землетрясения. Они погибли из-за структуры социума: из-за того, что жили в трущобах.

Другой пример: помните, пару лет назад в Африке была эпидемия лихорадки Эбола? Вести были ужасающие: пять тысяч смертей, десять тысяч смертей, одиннадцать тысяч… Нам рассказывали про 90% смертности. Комментаторы ужасались: что будет, если вирус прорвется в Европу?

Не прорвался. Потому что инфекция не передается воздушно-капельным путем. Немного упрощая: чтобы не заболеть лихорадкой Эбола, достаточно мыть после сортира руки. То есть все эти страшные цифры смертности происходили в первую очередь оттого, что африканские госпитали боролись с ней как умели: а умели они привезти заболевшего в госпиталь, где в условиях жуткой антисанитарии заражалось еще двести человек.

Ветер до 22 м/с и падающие деревья. Есть жертвы. Последствия урагана в Москве: фото из соцсетей

Это правило: нет природных катастроф, есть социальные — действует всегда, даже во время урагана Катрина, когда затопило 80% Нового Орлеана и убило свыше тысячи человек. Потому что американские власти объявили о надвигающейся катастрофе за 5 дней, и для всех, кто не мог уехать сам, организовали эвакуацию. Будем откровенны: за исключением каких-то ужасных случаев, одиноких глухих старух, забытых неходящих пациентов, 90% тех, кто остался в городе, были дном общества: наркоманы, маргиналы, просто уголовники и мародеры. И когда потом спасшиеся на стадионах гадили вокруг себя, не будучи в силах организовать «мальчики — налево, девочки — направо», это было не только следствие шока, но и объективный показатель социального уровня.

Разумеется, есть какие-то форс-мажоры, вроде тех, которые показывают нам в фильмах катастроф, но единственный настоящий форс-мажор, который был за последние полвека, — это Фукусима. Магнитуда 9 и цунами высотой 40 метров, прошедшее на 10 км в глубину территории. Пятнадцать тысяч трупов.

Это я к тому, что ураган в Москве — это не Фукусима.

Ураган в наше время — это совершенно предсказуемое природное явление. Оно может и должно быть предсказано.

Какой там ураган! Каждый раз, когда я приезжаю в любую точку мира (кроме России), я смотрю погоду. И мне ее предсказывают с точностью до получаса. Я знаю, что если в Миннеаполисе, США, мне сказали, что в 9 утра будет пасмурно, а в 11 — солнце, то в 11 будет солнце. Я знаю, что если в Тревизо, Италия, мне сказали, что вот в Тревизо солнце, значит, будет солнце. Даже в скандинавских горах и греческой деревушке я могу быть уверена, что если мне пишут, что через час будет дождь, — будет дождь, и верить надо не своим глазам, которые смотрят на безоблачное небо, а сайту.

Везде, кроме Москвы.

Когда я приезжаю в Москву, я обнаруживаю, что тот самый сервис «Яндекс.Погода», который мне прекрасно предсказывает в Тревизо и Осло, в Москве несет черт знает что. Если он предсказал дождь, будет солнце, если он предсказал 20 градусов — будет 10. Там, на этом сервисе, даже картинка нарисована изумительная: как облака идут к Москве. Вот только картинка эта — полная липа. Бывает, глядишь на картинку: ты в зоне дождя, и дождь этот над всей Москвой от Подольска до Дмитрова. А на дворе — ни облачка.

«Яндекс.Погода», конечно, не виноват: виноват Росгидромет. У него (в XXI веке!) на орбите всего два метеоспутника. У нас даже дворцов, где отдыхает Медведев, — полдюжины. А метеоспутников — на 140 млн человек — два.

Как вы думаете, что дороже: дворец в Плесе или метеоспутник?

И даже не Росгидромет виноват: заказчик-то спутников не он, а Роскосмос! Тот самый Роскосмос, про который Рогозин обещает, что он колонизирует Марс. Может, для начала, все-таки метеоспутники запустить?

И даже это еще не все: потому что, извините, у спутников орбиты не только геостационарные. Спутники — они видят далеко. Чай, у Монако нет своих спутников. И хотя Монако посреди Европы, а мы повосточнее, но все-таки, наверное, можно как-то наладить обмен информацией? Или это опять военные секреты? Опять Рогозин? Если-они-нас-будут-снабжать-своими-метеоданными-они-нас-будут-просвечивать-лучами? Не дадим Страшному Айфону за нами следить!

Что же удивительного после этого, что когда прилетаешь в итальянскую деревушку, то тебе говорят, сколько будет на завтра и когда будет дождь, а в Москве, где живет 12 млн человек, — на сайте ГУ МЧС, как сообщала «Медуза», в прогнозе возникновения чрезвычайных ситуаций сообщалось: «Опасных природных явлений не прогнозируется». Прогнозировались только «неблагоприятые» — порывы ветра до 22 м/с и гроза.

Ну и что мы: гроз, что ли, не видели?

Посмотрите на видео, снятое во время урагана: люди стоят прямо на автобусных остановках, разинув рот. Они даже не понимают, что на них обрушилось. Некоторых так автобусными остановками и придавило.

Об урагане надо предупреждать не за часы, а за сутки, и не смс-рассылкой, которая приходит после события, а из всех утюгов, и о смертельно опасном урагане, а не о «ветре и грозе».

Нет природных катастроф, есть социальные.

Нет денег на спутники, но есть на дворцы.

[Каспаров.ру]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5992A011934E5
15-08-2017 (11:36)
http://www.kasparov.ru/content/materials/201507/559E560575AE4.jpg
Блогосфера о материале Юлии Латыниной в "Новой газете" в поддержку "начинаний" Собянина

Статья Юлии Лытыниной в "Новой газете" "Он всех строит. "Собянин опять все перекопал? И правильно сделал" (https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/08/13/73463-yuliya-latynina-sobyanin-opyat-vse-perekopal-i-pravilno-sdelal) вызвала негативную реакцию в блогосфере. Как и отзыв главного редактора Д.Муратова о том, что он разделяет такую точку зрения. Однако ряд комментаторов напоминает: "Новая газета" не впервые публикует вполне выгодные для власти материалы. Поэтому нет ничего удивительного ни в позиции Латыниной, ни в нынешней "идеологически верной" публикации.

Евгений Ихлов:

"Кто предупреждён, тот вооружён

Конечно, очень важно, что "Новая газета" с барабанным боем и под развевающими знамёнами перешла на сторону Собянина, что Латынина, еженедельно обличавшая плитку, высадку деревьев на Тверской, вынуждающую привлекать в столицу рабочих-таджиков, сносы павильончиков и реновацию, вдруг сменила фронт, и что её полностью и демонстративно, даже с некиим вызовом поддержал главред Муратов, из номера в номер ставивший антисобянинские материалы... В конце концов, давно было сказано: "нет на свете печальнее повести, чем повесть об интеллигентской совести"...

Речь идёт вовсе не об этом, точнее, это - лишь знак. Я предполагаю что помочь Муратову и Латыниной принять "идеологическую верную позицию", но <рискнуть> обрушить репутацию, было довольно сложно, и показывает готовность Красного дома ходить с козырей.

Но это означает нешуточность ставок в битве за Москву. Или реальное начало собянинской президентской кампании 2018 года... И тогда ловля щук и загорание топлесс имело то же значение, что и 10 лет назад - ухожу не под бременем болячек, но - "дорогу - юным дарованиям"...

Тогда столичное сражение за места мундепов приобретает совсем иной смысл, в т.ч. как гарантия того, что "неподходящие кандидаты" никогда не пройдут муниципальный барьер, и что в самый острокритический момент реновационного переселения у начальства никто не будет путаться под ногами.

В этих условиях, например, конкуренция на мунвыборах трёх только существующих на сегодня либеральных команд и восприятие этих выборов как экзаменов в "школе молодого политика" - катастрофическая ошибка, такая же как конкурирующее выступление на прошлогодних выборах обоих оппозиционно-либеральных партий, а перед этим - навально-яшинская интрига против Касьянова, расколовшая ПАРНАС.

Тогда это закончилось политической смертью российского либерализма. Сейчас будут разгромлены его жалкие остатки... И на все крики о фальсификациях и нарушениях будет один ответ - сам виноваты, что так бездарно разбили и те крохи электоральной поддержки, что ещё были..."

Он же:

"ТРИ ЦИТАТЫ [ЗА ОКНОМ ЖАЛОБНО ЗАНЫЛИ]

"Собянин опять все перекопал? И правильно сделал". Юлия Латынина отвечает "оскорбленным москвичам" (номер "Новой газеты" за 14 августа 2017 года)

"— Обычно под текст Юлии Латыниной мы ставим пометку: "редакция может не разделять точку зрения обозревателя". В данном случае я ее разделяю" (Дмитрий Муратов)

"И снова песню друг заводит:
"Запомни парень навсегда –
Любовь приходит и уходит,
А кушать хочется всегда! "
(Алтайская стройотрядовская)".

"СЕАНС РАЗОБЛАЧЕНИЯ БЕЛОЙ И ЧЕРНОЙ МАГИИ. Спасибо огромное пламенной Юле за великолепное разоблачение дурацкого мифа о том, что правые - за права личности, а левые хотят эти права подавить "общей пользой". Это я про скандальную статью Латыниной в "Новой", - пишет Александр Скобов.

Алекс Филонов:

"У Латыниной это не ново, она поддерживала снос ларьков и павильонов давно. Просто не так громко, не отдельной статьей, а тремя минутами в "Коде Доступа". Ново то, что это так громко и так поддержано Муратовым (который, между прочим, был очень даже крымнаш, только тихо, типа "это сделано неправильно, аннексией нельзя, но дело все равно хорошее, в Крым обязательно поеду)".

Егор Седов:

"Удивляет удивление ряда граждан поддержкой со стороны главреда "Новой газеты" прособянинского материала.
Почему у удивленных граждан такая короткая память? Ведь всего-то год назад в той же НГ появилась статья г. Мурсалиевой. Ожидаемо ставший прелюдией к очередным цензурно-запретительным мерам.
Т.е. понятно, что там, "наверху", гораздо лучше знают о том, до какой стадии "шагреневой кожи" ужались на самом деле "86%". И знали об этом год назад. Как и о том, что веры материалу, опубликованному в СМИ "партии войны, репрессий и запретов" (это одна партия, на самом деле), не будет. Иное дело - издание либеральное.
Я не говорю, что это издание - плохое. Там много очень нужного и важного, там есть отличные журналисты. Но когда мы берем в руки НГ, очень важно представлять: вот на этих страницах были статьи о "китовых группах". А значит, может быть что угодно еще. Включая поддержку сноса ларьков, "реновации", плиточных дел. Репутация-с..."

"Может это сделка? Обмен на Али Феруза", - предполагает Елена Мулярова.

"Ничего странного.Урбанизм головного мозга - как "крымнаш": вот перед тобой вроде адекватный человек, щелк! и вот перед тобой уже бешеный хорек", - пишет Владимир Комиссаров.

Алексей Широпаев:

"Странный центровой материал в последней "Новой" - апологетическая статья Латыниной о Собянине как антиподе Лужкова. Пересказывать не буду, лишь приведу латынинское резюме: "...Сергей Собянин - действительно классический представитель старой аппаратной школы, которая считает, что народ должен быть осчастливлен даже без его, народа, согласия, потому что в своем счастье народ все равно ничего не поймет. И знаете, что самое страшное? Что я боюсь, что он знает этот народ гораздо лучше, чем мы с вами".
Хотела того Латынина или нет, но в её статье просматривается очевидный подтекст. Собянин - ставленник Путина. Соответственно, и Путин "знает этот народ гораздо лучше, чем мы с вами", так, Юлия Леонидовна? И если Собянин противопоставлен Латыниной Лужкову, то сам собой напрашивается последний мазок, хотя он автором и не сделан: противопоставление Путина Ельцину и "лихим 90-ым". Странная статья, и не менее странное под ней примечание главреда, подчёркивающего своё полное согласие с материалом".

Он же:

"Глянул-таки ещё раз - да, это какой-то гротеск, до смешного. Я про статью Латыниной о Собянине в "Новой". Ну всё он делает правильно. ВСЁ. И плитку он кладёт правильно, и палатки сносил - правильно, и реновация, раньше критиковавшаяся в той же "Новой" - тоже, оказывается, правильная. И вот эта неприличная в своём безудерже апологетика путинского ставленника, а значит и Путина - на первой полосе. Разумеется, я и раньше знал, что у нас нет действительно независимых СМИ, но всё же не ожидал увидеть столь наглядное, лобовое тому подтверждение. Да ещё скреплённое примечанием Муратова".

"Я думал, с проектом "Латынина" давно всем все ясно", - считает блогер Max Kammerer.

"Латынина эту линию гнет давным-давно. У нее ещё есть пунктик про то, что ботокс не взрывал дома, а в Рязани были учения", - напоминает блогер Ihar Zalesski.

Михаил Пожарский:

"Здравствуйте, с вами наша регулярная рубрика "Новая газета ест г***". Потрясающее зрелище того, как человек, который некогда топил за рыночек и какую-то там свободу, нынче рассказывает о пользе веерных конфискаций и массовых выселений. Причем с таким апломбом - мол, в США нагибают людей ради "общественного блага", во Франции нагибают, в Англии и т.д. Пускай и у нас нагибают! Даже, если мы предположим, что там все делают правильно (спорный тезис), есть один важный нюанс - в США, Франции, Англии и т.д. государство, которое нагибает, в конечном счете может нагнуть избиратель, тогда как в богоспасаемой процесс нагибания носит сугубо односторонний характер. Это в США оно называется eminent domain, а в российской редакции - это исключительно "как левой пятке чиновника захочется".

Но нет, мы хоть и понимаем, что у российского общества нет никаких рычагов давления на власть, но все равно будем нахваливать эту власть, когда сделала нечто приятное нам и неприятное тем, кто нам не нравится. А что, если завтра мы окажемся в положении этих самых, которые нам не нравятся? Автомобилистов, владельцев павильонов и т.д. Вот многие тоже радовались сносу уродливых палаток, а потом в суп попали - в смысле в "реновацию". Но это будет завтра. А сегодня - нам барин красивую велодорожку сделал, гуляем".

"Абсолютно сервильная статья, но, как обычно, с претензией на ценную экспертную оценку. И о благоустройстве, и о реновации, и о сносе ларьков... А главное, о том, какие москвичи глупые бараны, не ценящие своего счастья при таком замечательном мэре. Ну, а в таком случае надо их, дураков, осчастливить в организованном порядке, невзирая на то, что кому-то там в народе не нравится", - считает Елена Широян.

"К тому же типичное вранье про запад, как и во всех с случаях таких аналогий для оправдания действий наших преступников. На Западе даже без избирателей на порядок лучше механизмы защиты своих прав (не Басманных), так что все эти "eminent domain" никакого отношения к нам не имеют", - пишет Василий Думик.

Александр Трибунский:

"Если уж апеллировать к международному опыту, то многоэтажные жилые муравейники в тех же Штатах сейчас сносят как рассадник криминала и вообще нечто, не соответствующее "американской мечте" (в которой центральное место занимает собственный дом или, как минимум, просторное и комфортное жилье). А у нас, наоборот, строят 20-этажные лабиринты под будущие гетто".

Фэргат Давлетзянов:

"А это такой привычный способ независимых публицистов чмокнуть сильных мира сего в щечку или другое место: вроде, бы критика, но такая елейная и восторженная. Ах, ваше сиятельство, я молчать не буду и всю правду прямо в лоб скажу - вы гений!"

Александр Эйсман (ответ Юлии Латыниной):

"Посмотрите, какие чудовищные небоскрёбы строят у метро "Алексеевская" или "Ботанический сад". И так сейчас застраивают каждый свободный пятачок в городе. А с внедрением "реновации" эта застройка пойдёт в десять раз интенсивнее. Я очень рад за Малую Бронную, но я там бываю редко. Я живу в Останкинском районе, и я в ужасе от того, что мэрия хочет с ним сделать. А именно, снести и заново застроить половину района, уплотнив его под завязку.

Впрочем, на Бронной тоже не всё в порядке. Там недавно снесли замечательный особняк Неклюдовой начала 19 века (Малая Бронная, 15-Б). Подделав документы на уровне, как я понимаю, Хуснуллина, особняк выдали за постройку 1960-х годов и признали "не имеющим ценности".

И это далеко не единственная потеря для исторического наследия Москвы. Счёт снесённых исторических зданий идёт на сотни. Более того: на их месте возводятся такие монстры из стекла и металла, что дух старого города полностью теряется – даже если окружающие дома остаются на своих местах. Поэтому центр города, может быть, и становится удобным для пешеходов, но он перестаёт быть интересным с культурной точки зрения.

Получается, я из своего изуродованного Останкина должен буду специально ехать в центр, чтобы там погулять пешком? А по месту жительства я погулять пешком больше не смогу? Да и то – приехав в центр, я на месте моих любимых особняков увижу всё те же стеклянно-стальные коробки?

И во всём этом – прямая вина Собянина. Потому что именно Собянин продвигает "реновацию", именно Собянин устанавливает нормативы на высотность и плотность застройки. Именно Собянин в конце прошлого года пропихнул отвратительный проект ПЗЗ, который даёт застройщикам полный карт-бланш. И даже Градостроительно-земельную комиссию, которая разрешает сносить исторические здания, тоже возглавляет Собянин. Вот и любите его теперь.

Да, и кстати: вы очень сильно ошибаетесь насчёт сроков, когда квартиры в пятиэтажках придут в негодность. Железобетонные пятиэтажки были рассчитаны на 100-125 лет эксплуатации. Кирпичные – на 150 лет. Это значит, что пятиэтажки могут стоять ещё очень долго. Конечно, если их запускать и не ремонтировать, то жить в них станет невозможно; но это, знаете ли, и с любой новостройкой может произойти".

[Жертва на велосипеде]

https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/08/13/73463-yuliya-latynina-sobyanin-opyat-vse-perekopal-i-pravilno-sdelal
«Собянин опять все перекопал? И правильно сделал». Юлия Латынина отвечает «оскорбленным москвичам»

Фото: РИА Новости
Этот материал вышел в № 88 от 14 августа 2017
https://static.novayagazeta.ru/storage/content/pictures/8812/content_________.jpg
Петр Саруханов / «Новая»

Сергей Собянин перестраивает и перепланировывает Москву. Москва спустя сто лет будет выглядеть так, как спланирует ее Собянин.

В XIX в. при императоре Наполеоне III мэр Парижа барон Осман перестроил Париж. Он снес кучу тогдашних парижских фавелл и заменил их нынешней системой бульваров. (Злые языки говорили, что это было сделано для быстрой переброски войск ввиду тогдашнего пристрастия парижан к революциям.) И сейчас Париж — это Париж Жоржа Эжена Османа. Точно так же

Москва XXI в. будет Москвой Сергея Собянина. Мы будем ходить по собянинским бульварам, ездить в собянинском метро и жить в собянинках, а не хрущевках.
Павильон с демонстрацией жилья, которое возведут по программе реновации. Фото: Влад Докшин / «Новая газета»

Эта деятельность Собянина по реструктуризации общественного и частного пространства Москвы рождает дикое неприятие.

Каждую неделю я езжу по городу на такси (спасибо Собянину) и каждого таксиста я спрашиваю: «Как вам мэр?» Больше половины начинают нести его со страшной силой: «не проехать», «весь центр разрыли».

«Простите, но у вас в квартире во время ремонта тоже бардак», — удивляюсь я. «Ну, это другое дело».

Я долго думала, почему такая ненависть. Мой добрый друг и главный редактор сайта Carnegie.ru Александр Баунов в своей нашумевшей год назад статье предложил объяснение: креативный класс ненавидит Собянина за то, что он превращает Москву в европейский город, в то время как право на такую метаморфозу имеет только сам креативный класс после победы над кровавым режимом.

Но мне кажется, что объяснение еще проще. В общем и целом оно сводится к абсолютной неспособности большинства россиян к долгосрочному планированию и тотальной атрофии того самого чувства «общественной пользы», которое нам вбивали в совке в головы молотком. Нам отрезали это чувство пользы и приставили костыль. После кончины СССР костыль отобрали, а отрезанное обратно не выросло.

Среднестатистический россиянин относится к общественному пространству, как колхозник к колхозу: общественное — значит, ничье.

Значит, можно разворовать и загадить. Колхоз существует для того, чтобы воровать у него удобрения для собственного огорода, а трактор — чтобы ездить на нем за водкой.

Именно так в конце правления относился к городу мэр Лужков. Каждый метр общественного пространства при нем существовал для того, чтобы выстроить под ним еще один подземный торговый центр, обрушивающий всю городскую логистику и создающий в центре гигантские пробки.

Я помню, как менялась моя родная Малая Бронная: любая будка во дворе приватизировалась и на ее месте вырастал восьмиэтажный элитный комплекс без подземных парковок. В мгновение ока улица вместо трех-пятиэтажной застройки получила семи-восьмиэтажную.

«Мерсы» и «лексусы» обитателей комплексов стояли тут же, на улице; нагрузка на все существующие сети — транспортную, электрическую, канализационную — только возрастала, и все убытки несли мы с вами, а вся прибыль поступала в карман строителя.
Читайте также
«Лозунгом следующего мэра Москвы будет: долой благоустройство! На некоторое время это принесет ему успех»

Получение любой справки в ЖЭКе оборачивалось многочасовым унижением, зато возле метро в нарушение всех мыслимых норм возникали торговые фавеллы в три этажа, не платившие никогда ничего никому, кроме взяток префектам.

Москва, которая и так-то никогда не была европейской столицей (таковой был Санкт-Петербург), стремительно превращалась во что-то вроде Каира или Бомбея — загаженную, застроенную мегадеревню третьего мира.

Городская среда стала зримым, физическим выражением эпохи раннего российского капитализма: в том смысле, что город, как связное целое, перестал существовать. Общественное пространство представляло собой убогую загаженную среду, от которой надо оградиться тонированным стеклом автомобиля.

Каждый, кто передвигался по этому общественному пространству пешком, был лох и лузер: он прыгал через лужи, огибал припаркованных монстров и быстрыми перебежками нырял в метро.

Когда при Собянине московские власти пригласили знаменитого Яна Гейла, создателя пешеходного Копенгагена, то оказалось, что москвичи передвигаются пешком меньше, чем жители любой западной столицы. Причем особо на улице отсутствовали дети и старики.

Даже метро в городе при Лужкове перестали строить: зато Батурина стала миллиардершей, что не мешало мэру быть популистом и рассказывать, как он расправится с олигархами, грабящими страну.

И это было нормально в нашей стране.

Это москвичей не оскорбляло.
Фото: РИА Новости

Москва, которая вдруг впервые стала единым градостроительным целым. Бульвары, превратившиеся в сады, Тверская, которая снова стала улицей, а не шоссе, Новый Арбат, который засажен зеленью, а не заставлен машинами, Малая Бронная, которая снова стала вдруг рассчитана не на бандита в «лексусе», который паркует его поперек тротуара, а на деда со внучкой, которые по тротуару гуляют, — все это вдруг до невозможности стало оскорблять москвичей.

«Воруют!», «Верните нам наш троллейбус!», «Почему я теперь не могу бросить свой «форд» посреди улицы, как я это делал последние двадцать лет», и, любимое, — «опять весь центр перекопали!».

Разговаривая с таксистами, я с удивлением поняла, что самой главной,

самой тривиальной причиной неприятия является вот это сиюминутное неудобство. Вчера тут был проезд, а сегодня — забор. И все. И человеку совершенно пофигу, что послезавтра забора не будет, а станет лучше.

Потому что когда станет лучше, россиянин даже не вспомнит, что было по-другому. Окажется, что так было всегда. Собянин? Причем тут Собянин? Оно само выросло.
«Строит — значит, ворует»
Фото: Евгений Фельдман / «Новая газета»

Первая содержательная претензия к Собянину такая: он повсюду строит, кладет плитку, убирает под землю кабели, сажает деревья. Все знают, что в России раз строят — значит, воруют. «Живут, — утверждает мой добрый друг Пархоменко, — растаскивая московский бюджет и организуя на этом совершенно безумном уровне и реновацию, и ремонт, и все остальное, на что мы так возмущаемся обычно».

Кипучая деятельность мэра в такой логике становится наглядным доказательством воровства.

ОК. Объясняю.

Вся грандиозная строительная деятельность этого и прошлого лета — все эти перерытые бульвары, переложенная плитка, дорогие деревья — идет из трат на ЖКХ. Траты на ЖКХ в Москве со времени Лужкова почти не меняются. Тогда тратили 17% от бюджета, теперь тратят — 15%.

Вы спросите, откуда ж взялись деньги? Очень просто. Раньше все эти деньги — около 42 млрд руб. в год — уходили на субсидии десяткам коммунальных контор. Половину за ЖКХ платили жильцы, а другую половину субсидировал город. При этом тарифы росли в год на 15—20%. Сейчас они в год растут на цифру инфляции.

В переводе:

все, что вы видите вокруг себя построенного, посаженного, отделанного, — все это в буквальном смысле слова раньше спускалось в канализацию.

И у меня вопрос: почему те, кто кричит «караул!», «воруют!» — когда на эти деньги что-то строят, молчали, когда эти деньги спускались в сортир?

Неужели только потому, что Собянина — в отличие от Лужкова — ругать безопасно?

Мне, знаете, как-то не жалко: раскаленного, парящего летом асфальта, торговых трущоб, засыпанных мусором, и пешеходов, шныряющих тропками мимо железных коней.
Ночь длинных ковшей
Вторая «ночь длинных ковшей», июнь 2016 года, Москва. Фото: Евгений Фельдман / «Новая газета»

В ночь на 9 февраля 2016 года московская мэрия снесла 104 незаконно построенных торговых павильона. Через семь месяцев, 29 августа, снесли еще 107.

Оба происшествия окрестили «ночью длинных ковшей». Оба вызвали дикое негодование общественности. Либеральный вердикт был такой: «Собянин сносит частную собственность. Сегодня он сносит ларек, а завтра отберет завод или квартиру».

Тут надо сказать, что утверждение, что городские власти в развитых странах не сносят частной собственности, потому что она священна и неприкосновенна, — мягко говоря, неверно. А если точнее — является результатом вопиющего российского невежества и полного забвения за время социализма, как на самом деле в городе частная собственность согласуется с общественной пользой.

Город — это целое, которое больше суммы своих частей. Поэтому частную собственность для общественной пользы сносят везде. В Великобритании. В Китае. Барон Осман снес три четверти Парижа. В США ее тоже сносят. Просто, как гласит пятая поправка, эта собственность не может быть изъята «без справедливой компенсации».

Все, что сносилось в Москве, были чудовищные торговые фавеллы, построенные с нарушением всех мыслимых строительных норм и архитектурных планов. Именно они превращали Москву в столицу третьего мира. И как они строились при Лужкове, мы тоже все прекрасно знаем: сначала у метро стояла тележка с мороженым, потом на месте этой тележки вставал ларек, потом за ночь ларек чудесным образом увеличивался на этаж, а через три года там, глядишь, — трехэтажный торговый барак, у которого все схвачено, свои менты, свой прокурор, префекту отстегивают — и, конечно, все черным налом.

Частная собственность? Правда?!

Нет, ребята, это не частная собственность. Это градостроительное преступление. И если бы в любом из этих бараков начался пожар, и он сгорел бы к чертовой матери, как «Хромая лошадь», публика первая же орала бы — «куда смотрели власти?».

Теперь вы спросите: а как же компенсация? Все-таки эти здания были в частной собственности, многие из них были много раз перепроданы. Да, это уродство портит город. Оно должно быть снесено для public use. Но как же насчет just compensation?

Ответ в том, что compensation имела место. Согласно постановлению правительства Москвы от 8 декабря 2015 года каждый владелец такой псевдособственности после отказа от права на нее получал компенсацию из расчета 40 тыс. руб. за 1 кв. м.

И все владельцы павильонов в «ночь длинных ковшей» были об этом прекрасно осведомлены, просто плевать они хотели тогда на московские власти. У них был свой мент, свой прокурор, свой нал, бандит и префект, и они думали, что прокатит.

Не прокатило.

И знаете, что случилось после этого?

Правильно. С тех пор мэрия продолжала сносить эти фавеллы и снесла еще. И никакого шума уже не было. Люди тихо разбирали сами и получали компенсацию.

40 тыс. руб. — это, прямо скажем, невеликие деньги. Это в среднем в 10 раз ниже, чем средняя цена 1 кв. м торговой площади в Москве. Ну так ведь и сносили, скажем прямо, не «Лотта-Плазу». Все эти точки, в конце концов, работали на черном нале и двадцать раз себя окупили.

Но знаете что мне интересно? Те, первые сносы вызвали кучу протестов в прессе и взрыв самого искреннего общественного негодования. А потом, когда владельцы квазисобственности молчали и брали компенсации, то никаких протестов не было.

Я не совсем понимаю, как это так? Ведь общественное негодование защищало же не самого конкретного Жору, или Петю, или Машу, которые заплатили ментам, наняли бандитов, построили уродство? Оно же защищало сам священный и неприкосновенный принцип частной собственности? А оттого, что Жора или Петя затихли, принцип не перестал нарушаться?

Или все-таки это не совсем так? Или все-таки общественное негодование, при всей своей искренности, существовало только тогда, когда его заводили Жора или Петя? А как только они плюнули на это дело, то и общественное негодование как-то затихло?
Реновация
Подъезд пятиэтажки, попавшей в программу реновации, то есть подлежащей сносу. Фото: Влад Докшин / «Новая газета»

Самая спорная инициатива Собянина — это реновация. Мой добрый друг Сергей Пархоменко, который очень протестовал против сноса ларьков, так и сказал: «Вот! Говорили вам, что за ларьками будут отбирать квартиры? Вот и отбирают!»

Могу сказать честно, что мое отношение к реновации прошло три этапа. Первый: ну, опять подняли шум на пустом месте, как с ларьками. Второй этап наступил, когда я прочла закон о реновации и пришла в ужас.

И третий наступил, когда я удивлением поняла, что Собянин в этой истории руководствовался исключительно градостроительной логикой и что реновация не только не озолотит московских девелоперов, но, ровно наоборот, грозит уничтожить в Москве частного застройщика (что, разумеется, плохо).

Проект реновации — это фирменный собянинский стиль. Это попытка решить жилищный вопрос административными методами вместо жильца и девелопера, основанная на глубочайшем и, увы, заслуженном недоверии к личным качествам обоих.

Прежде всего, скажу: идеальней всего было бы, чтобы реновации вообще не было. У людей есть квартиры в пятиэтажках, и эти квартиры ветшают. Это правда. Через десять—двадцать лет стоимость этих квартир будет стремиться к нулю. Ну и что? Эти квартиры находятся в частной собственности. Собственность предполагает ответственность. Если квартира обветшала — надо купить новую. Если на новую нет денег — это твои проблемы.

К сожалению, это рассуждение теоретическое. А практическое обстоятельство заключается в том, что у нас, если у москвича квартира пришла в негодность, город обязан ему ее предоставить. У нас собственность на квартиры стала капиталистическая, а право на жилье осталось социалистическое. Отсюда — программа расселения 1700 пятиэтажек, которая началась еще при Лужкове.

Шла эта программа так себе. Девелоперы были частные, норовили извлечь как можно больше выгоды, люди упирались, кричали, что их переселяют в другой район, а шишки все падали на мэра.

Собянин мог бы продолжать эту программу. Что это значило бы с градостроительной точки зрения?

Очень просто. Представим себе квартал из десяти пятиэтажек. Каждая пятиэтажка разного качества и закончена в разные годы и, стало быть, выйдет из строя в разное время. Одна — в 2022-м, другая — в 2025-м, третья в 2035-м и т.д. Теоретически их можно сносить по одной, а жителей куда-то переселять. Практически при этом происходит две вещи. Во-первых, жителей нельзя переселить в этот же район, потому что в нем нет свободного места.

А во-вторых, и это самое главное, — осуществить комплексное планирование (по Гейлу) нового района невозможно. Можно только что-то лепить ad hoc на месте очередной снесенной пятиэтажки.

Закон о реновации — это закон, который позволит снести весь квартал и на его месте построить другой квартал, распланировав все с самого начала.

Теперь, естественно, вопрос: а почему нельзя было сначала объявить конкурс, выбрать проект и построить вот этот самый опытный образцовый квартал? Почему дома, которые выбирали, будут они участвовать в программе или нет, выбирали кота в мешке? Ведь до сих пор никто не знает, сколько будет этажей и какая будет плотность застройки, в том числе и сама мэрия.

Официальный тезис мэрии заключается в том, что так уж устроен российский законодательный процесс. Сначала — закон, потом — конкурс. Но я думаю, что тут мэрия немного лукавит. Образцовый квартал можно было, конечно, выстроить. Но это заняло бы чертову кучу времени.
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»

А реновация — и так очень долгий проект. У меня вообще есть очень сильное подозрение, что Собянин даже в мыслях не претендует на верховную власть. Мэр, который взвалил на себя такой гигантский проект, подает сигнал: в ближайшие двадцать лет я не смогу заниматься чем-то еще.

Третий вопрос: а зачем создавать единого гигантского заказчика — Фонд реновации?

К примеру, в Мумбаи город столкнулся с похожей проблемой. Там тянутся целые кварталы трущоб. И город решает эту проблему так: жители квартала сами выбирают, кто их снесет и застроит. Объявляется конкурс, и все девелоперы, слетевшиеся на лакомое место, поют и пляшут перед жителями. Один обещает, что построит кружочком, а другой — что квадратиком. За кого проголосуют 75% — тот и строит. Остальных, кто не согласен, нагибают в принудительном порядке.

Вопрос: почему в Москве процесс выбора того, в каком доме будет жить переселяемый, доверен не владельцам квартир, а Фонду реновации?

Ответ заключается в глубоком недоверии Собянина к этим владельцам, и он, к сожалению, прав. Девелоперы в России уже в совершенстве овладели мастерством проведения «общественных слушаний» и «общих собраний жильцов». Понятно, чего опасаются в мэрии. Они пустят процесс на самотек, девелоперы наорганизуют им протоколов, проломят кому-то голову, потом начнутся недобросовестные стройки, крик, скандал, а шишки все будут падать на Собянина.

Поэтому Собянин хочет стать застройщиком сам. Он потому и не доверяет частному подрядчику, что тот повытаскивает самые лакомые куски, а все, что невкусно, оставит городу. Строить будет подрядчик, но владельцем будет не девелопер, а Фонд реновации. Себестоимость 1 кв. метра в Москве — 70 тыс. руб. Цена — 170 тыс. руб. Расселят пять этажей, выстроят десять—пятнадцать, одну квартиру отдадут, 1—2 — продадут. Тут опасность не только в том, что девелоперы договорятся с чиновником и наварят себе высокую маржу. Тут опасность и ровно противоположная: что они разорятся.

А это плохо, потому что, как замечательно отметил в одной из своих статей Григорий Ревзин, главным плюсом современного города является его строительное разнообразие. Один квартал — такой, а другой — такой. Единый госзаказчик будет стремиться к однообразию, даже если это однообразие будет достаточно высокого качества.

Еще раз. Реновация — это не хороший выбор. Это плохой выбор, но это выбор в ситуации, когда все выборы плохие, а выбирать что-то надо.
Фото: Влад Докшин / «Новая газета»

Хрущевки, в отличие от коммуналок, не расположены на «золотой миле» и сами собой не расселятся. Сами собой они просто превратятся в трущобы, что, в свою очередь, сильно ухудшит инвестиционную привлекательность города.

Основная фундаментальная проблема Москвы заключается в том, что в условиях огосударствляемой экономики у миллионов людей нет денег на новое хорошее жилье.

Исправить это обстоятельство Собянин не может. У него есть только два выбора: позволить хрущевкам превратиться в трущобы или поправить ситуацию с помощью того же самого государства…

И, конечно, может так случиться, что в долгосрочном плане лекарство будет хуже болезни. Потому что самый простой вопрос: Собянин расселит пятиэтажки, построив 10—16-этажные дома. Но главной архитектурной проблемой Москвы уже сейчас являются не пятиэтажки, а жуткие брежневские панельки в 16 этажей. Их куда расселять? В пятидесятиэтажки?
Пиар

Вот что плохо у Собянина — так это пиар. Московская мэрия редко снисходит до объяснения своей позиции простым смертным, а пиаром реновации для нее занимались боты.

Мэрия не снисходит даже до объяснения того, что Москву переделывают не «по плану Собянина». Ее переделывают по советам Яна Гейла и других ведущих мировых урбанистов.

У меня по поводу этой удивительной медвежьей пиар-неловкости есть одно стратегическое объяснение. Заключается оно в том, что Собянин не хочет нравиться народу. Он не хочет быть политиком.

Ведь далеко не вся критика Собянина исходит от оппозиции. Очень часто она исходит от разных имитационных общественных организаций. Эти организации никогда не возмущаются отсутствием выборов, но зато обещают москвичам ликвидировать платные парковки.

А может, все гораздо проще, и дело в характере Собянина. Сергей Собянин — действительно классический представитель старой аппаратной школы, которая считает, что

народ должен быть осчастливлен даже без его, народа, согласия, потому что в своем счастье народ все равно ничего не поймет.

И знаете, что самое страшное? Что я боюсь, что он знает этот народ гораздо лучше, чем мы с вами.
Дмитрий Муратов
главный редактор «Новой газеты»

— Обычно под текст Юлии Латыниной мы ставим пометку: «редакция может не разделять точку зрения обозревателя». В данном случае я ее разделяю.

[Мудафрен хахал ссуканенка]

Самой значимой точкой зрения на "Эхе" считается взгляд на мир Юлии Латыниной, "Код доступа" которой возглавляет семерку самых топовых передач на "Эхе". Сильная сторона Латыниной – последовательность. Если Латынина вцепилась в какую-то тему, то нипочем не отпустит, пока данная тема либо не исчезнет, либо пока не исчезнут все оппоненты Латыниной. В последнее время Латынина озабочена защитой двух слабых мира сего: Трампа и Собянина. Злые люди нападают на этих трогательно беззащитных мужчин и некому за них заступиться, кроме Юлии Леонидовны. В "Коде доступа" от 19.08.17 Латынина дала решительный бой их обидчикам. Проще всего было защищать Собянина. Поскольку московский градоначальник все делает молча, а значит, не произносит столько глупостей, сколько произносит другой, заокеанский подзащитный Латыниной. Поэтому Латыниной остается просто курить Собянину фимиам, не тратя силы на доказательства. "С Собяниным общественное пространство вернулось", - сообщает Латынина. Видимо, Латынина полагает, что "Эхо Москвы" слушают все, кроме москвичей. Или, что те москвичи, которые слушают "Эхо", никогда не выходят из дома и не вынуждены пробираться через вечно перекопанные улицы и тротуары своего города, в котором перекладывание плитки и прочий ремонт стали не средством, а конечной целью. "Началось возрождение общественного пространства. Город опять пошел", - декламирует Латынина, забыв уточнить направление, куда именно "опять пошел город". Защита Собянина у Латыниной строится на противопоставлении хорошего Собянина – плохому Лужкову. Защита вороватого, переполненного дурацкими идеями типа поворота сибирских рек, Лужкова относится к числу дел, которыми мне не хотелось бы заниматься ни при каких обстоятельствах. Для москвичей они "оба хуже", а Собянин, в отличие от Лужкова еще затеял аферу с реновацией, которую даже Латынина не знает, как защищать, и поэтому произносит набор бессвязностей, вроде того, что затея, конечно, плохая, но делать-то что-то надо. Почему, если надо что-то делать следует делать именно глупости, Латынина не уточняет… Для Путина Лужков был плох потому, что Лужков родом из 90-х и оттуда его немалый политический вес, приобретенный независимо от Путина. А Собянин без Путина – ноль. Поэтому, защищая Собянина, Латынина, вольно или невольно защищает путинскую систему расстановки политических нулей на ключевые посты в государстве.

Защита Трампа требует от Латыниной намного больше сил. В США многих возмутило то, что в своей оценке событий в Шарлотсвилле, где нацист на автомобиле целенаправленно убил женщину и многих покалечил, Трамп возложил равную ответственность на нацистов из Ку-клукс-клана, национал-социалистического движения и Лиги Юга с одной стороны и антифашистов с другой стороны. Латынина по этому случаю вспомнила столкновение коммунистов и фашистов в Испании. "Обе стороны были хороши. Коммунисты первыми начали", - вспоминает Латынина. Тут у Латыниной явно что-то с исторической памятью. Сигнал к нацистскому мятежу: "Над всей Испанией безоблачное небо" возможно, и не звучал, но тот факт, что мятеж начали фашисты доказывается простым фактом, что их противники были в тот момент у власти, а значит, им не было никакой нужды учинять мятеж.

"Мировая либеральная общественность рассказывала, какие ужасные фашисты (видимо, по Латыниной, на самом деле фашисты не такие уж ужасные?!) что они подняли мятеж против левых, против законного правительства (то есть республиканское правительство не было законным?!). И все замечательные люди, которые считали себя неравнодушными людьми, а по сути, были полезными идиотами для Сталина, на самом деле, как Эрнест Хемингуэй, рассказывавший о том, как важно теперь сражаться за идеалы добра. А на самом деле, эти ребята сражались не за идеалы добра, а были полезными идиотами для Сталина. И вот, Эрнест Хемингуэй так и остался полезным идиотом для Сталина и написал книгу "По ком звонит колокол". Конец цитаты.

Заклеймив сталинского полезного идиота Хемингуэя, который написал неправильную книгу "По ком звонит колокол", Латынина ставит ему в пример Джорджа Оруэлла, который написал книгу правильную, а именно "1984". Не ставя перед собой невыполнимую для меня, в отличие от Латыниной, задачу сравнивать художественные достоинства книг Хемингуэя и Оруэлла, хочу лишь исправить историческую несправедливость, допущенную Латыниной в отношении Оруэлла. Он был точно таким же полезным идиотом, как и Хемингуэй, поскольку воевал против фашистов на стороне республиканцев, и был ранен, так что Латынина вправе считать Оруэлла вдвойне идиотом. Там вообще была масса полезных идиотов, вроде Антуана де Сент Экзюпери и Дос Пасоса, которые думали, что сражаются против фашистов, а на самом деле, как теперь выяснила Латынина, проливали кровь за Сталина. До кучи к полезным сталинским идиотам надо причислить и Пабло Пикассо с Ортегой-и-Гассетом, которые почему-то не захотели жить в Испании после победы Франко и уехали, тем самым они явно лили воду на сталинскую мельницу. Остается выяснить, считает ли Латынина полезными идиотами Рузвельта с Черчиллем, которые тоже, видимо, думали, что воюют с Гитлером, а в реальности ведь тоже помогали Сталину. Ну, чем не полезные идиоты?

Весь этот "исторический" экскурс, обрушенный на головы слушателей "Эха", понадобился Латыниной для того, чтобы доказать, что между фашистами и их противниками нет разницы. Для этого Латынина производит довольно примитивную подмену. Надевает на американских левых маску Сталина. То есть, американские левые, все эти либералы, борцы за права человека, противники рабства, защитники геев, - это все Сталин. Сталин же коммунист? Ведь так? Коммунисты же левые, спорить не будете? И либералы тоже левые, все эти обамы с клинтонами. Значит Обама и Клинтонша – это Сталин, а все, кто против Трампа – полезные идиоты. Как Хэмингуэй и Экзюпери. Сорок и сорок – рупь сорок. Сигареты не брали? – С вас – два восемьдесят. Мужчина, проходите, сдачу дома пересчитаете, за вами очередь.

[Жертва на велосипеде]

https://imgprx.livejournal.net/9be7f3191f34071f0b69e706150f374035fa42d3/-25CKtGMRHe9BQnTRDNJCkRi3L3n7ihGFJqq3tOffXKG5FhWnVj IejvjwNbiKU68kXFls9ZH86D8uDdMJabxj4IQp12V9qKjcl2L_ cqsgKT21Ic2m9_Q0Gvseo4vZ6Ll
Военное и цивилизационное отставание одной нации от другой влечет за собой два типа реакции. В одном случае нация переосмысляет себя и отказывается от тех культурных обычаев и социальных структур, которые завели их в тупик. Она проводит работу над ошибками и легко может превзойти учителей.

В другом случае отсталость компенсируется фантазиями о духовном превосходстве и наличии необыкновенного оружия, которое развеет врагов, как горящую солому, и обеспечит Избранному Народу доминирование.

Такие фантазии растут, усиливаются и захватывают воображение нации, пока, увы, не приводят к реальной войне, которая кончается вовсе не так, как обещали пророки.

Стая летающих Чернобылей. Президент России представил «оружие Судного дня»: рассмотрим его детально

Иудейская война

Одна из таких войн хорошо известна нам по Иосифу Флавию. Это Иудейская война, начатая в 66-м г. н.э. чудодеями из «четвертой секты» против римлян.

Римляне на тот момент обладали непобедимыми военными технологиями, но волшебники «четвертой секты» были убеждены, что их технологии куда круче. Они уверяли население, что могут насылать на римлян засуху и потоп и поражать врага огнем из своих уст.

Короче говоря, они уверяли, что обладают климатическим, бактериологическим и лазерным оружием.

Вот как описывает чудесных обладателей этого оружия «Откровение Иоанна Богослова»: «Они имеют власть затворить воды, чтобы не шел дождь на землю во все дни пророчествования их, и имеют власть над водами, превращать их в кровь, и поражать землю всякою язвою, как только захотят… И если кто захочет их обидеть, то огонь выйдет из их уст и пожрет врагов их; если кто захочет их обидеть, тому надлежит быть убиту» (Откр. 11, 5—6).

Другой — 3 Ездра — тоже описывает последствия применения подобного стратегического оружия. Это стратегическое оружие и есть Мессия. Без преувеличения можно сказать, что тактико-технические характеристики Мессии в 3 Ездре не уступают ТТХ гиперзвукового АРК «Кинжал», боевым блокам не имеющей аналогов ракеты «Сармат» и планирующим крылатым блокам ракетного комплекса «Авангард», способным совершать полеты в плотных слоях атмосферы на межконтинентальную дальность на гиперзвуковой скорости, превышающей число Маха более чем в 20 раз.

Презентация битвы Мессии с римскими войсками в 3 Ездры выглядит так: «Он же, когда увидел устремление идущего множества, не поднял руки своей, ни копья не держал и никакого оружия воинского; но только, как я видел, он испускал из уст своих как бы дуновение огня и из губ своих — как бы дыхание пламени и с языка своего пускал искры и бури, и все это смешалось вместе: и дуновение огня и дыхание пламени и сильная буря. И стремительно напал он на это множество, которое приготовилось сразиться, и сжег всех, так что ничего не видно было из бесчисленного множества, кроме праха, и только был запах от дыма; увидел я это, и устрашился (3 Ездры, 13, 9—11)».

Нетрудно заметить по этим текстам, что Мессия — это в чистом виде гиперзвуковой планирующий ядерный боезапас, поражающий с небес орды противника. Именно так он описывается в «Книге войны Сынов Света против Сынов Тьмы». В ней Мессия приходит с войском ангелов на облаках. «Храбрые [воины] из войска духов в наших рядах, и Герой Войны — с нашей общиной, и войско его Духов с нашими пешими и конными. Они как облака, как облака росы, покрывающие землю, как ливень дождя, орошающий судом все, что растет на земле» (цит. по Geza Vermes, The Complete Dead Sea Scrolls).

Как мы знаем из истории, представление иудеев о наличии у них климатического, бактериологического и стратегического ядерного оружия в виде Мессии действительно побудило их начать в 66-м г. войну против римлян. Однако их представления о ТТХ Мессии оказались преувеличенными.

Не менее впечатляющим Wunderwaffe обладали китайские войска во время Опиумной войны, разразившейся в 1839—1860 гг.

Опиумная война была чудовищным позором для китайцев. В ее ходе 3 (три) английских линейных корабля, 8 фрегатов и 14 шлюпов вместе с несколькими тысячами морских пехотинцев нанесли поражение двумстам тысячам китайских войск.

Как такое могло произойти?

По трем причинам.

Во-первых, китайские военачальники неизменно рапортовали императору о своих невероятных, поражающих воображение победах над варварами. В первые же дни войны император получил от кантонского военного чиновника Ли Цзесюя рапорт о том, что китайские ниндзя сожгли 36 (!) вражеских кораблей и убили бесчисленное количество длинноносых обезьян. «Радость переполняет меня», — отметил на полях этого донесения император алыми чернилами. По мере успехов британских войск рапорты о победах все росли и росли, и в конце войны в донесениях императору британцев убивали уже миллионами (Julia Lovell, The Opium War, p. 117.).

Во-вторых, вместо истребления британцев китайские военачальники неизменно занимались истреблением собственного населения. Поведение маньчжурского военачальника Хай Линя, коменданта осажденного британцами городка Чженьцзян, было типичным. Во время осады Хай Линь обнаружил, что городок «не содержит никого, кроме предателей». Это счастливое открытие позволяло его солдатам, вместо того чтобы сражаться с британцами, заняться геноцидом местных жителей. Маньчжуры убивали любого китайца, включая женщин и детей, встретившихся им на пути, и грабили их дома. Это было тем более необходимо, что Хай Линь не позаботился о запасах еды и топлива, и его солдаты, в перерывах между грабежами, питались сырыми баклажанами. Город спасли только британцы. Когда они поняли, что происходит, английский командир велел начать атаку, причем отказался от артподготовки, чтобы минимизировать жертвы среди истребляемого собственными «защитниками» населения (Lovell, p. 217).

Однако самым важным фактором позорного проигрыша была неизменная уверенность китайских начальников в наличии у Поднебесной супероружия.

Китайские военачальники ставили бесчисленные эксперименты с wundewaffe. Один планировал сжечь британские корабли с помощью обезьян, к хвостам которых была привязана горящая пакля. Другой — с помощью волшебников, умеющих ходить под водой. Племянник императора Ийджин (который начал свою военную кампанию с объявления конкурса на самое элегантное и волнующее объявление о победе над варварами) прибег к могучему средству: он бросил череп тигра в Драконовый Пруд, чтобы побудить спящего там дракона проснуться и атаковать британские линейные корабли: «Великий успех неизбежен», — заметил на полях его рапорта император (Lovell, p. 198).

Но самый блестящий эксперимент поставил в 1841 г. военачальник Ян Фан, откомандированный на защиту Кантона. Быстро определив суть проблемы — а именно, что фантастическая меткость английских пушек происходит из-за колдовства, — он тут же нашел и способ бороться с напастью. По всему Кантону были собраны горшки с женской мочой. Горшки были водружены на деревянные плоты, и воины Ян Фана поплыли в наступление по Жемчужной реке, толкая перед собой эти могущественные средства противодействия. К сожалению, результат не оправдал ожиданий, которые Ян Фан возлагал на изобретенное им супероружие.

Еще одним прекрасным примером применения супероружия служит т.н. Вторая война с матабеле, происходившая в 1896—1897 гг. на территории нынешней Зимбабве.

Исторически на территории Зимбабве обитали племена шона. Они давно находились в контакте с европейской и арабской цивилизациями и даже создали несколько царств, последнее из которых красноречиво называлось «царство Розви», т.е. царство Разрушителей.

Все эти царства были устроены очень просто. Их правитель торговал с европейцами, а на вырученные деньги обзаводился гаремом и армией. Чем он торговал? Главным экспортным товаром страны — т.е. рабами.

В 1807 г. британцы объявили работорговлю преступлением, а в 1834 г. запретили рабовладение на территории всей Британской империи. Экспорт царства Розви был подорван, и оно скончалось. К тому же в это время на землях, принадлежавших шона, появился новый страшный враг.

Этот враг был не белые. Это были племена ндебеле, или матабеле, во главе с королем Мзиликази, а потом его преемником и сыном Лобенгулой.

Матабеле практиковали политику так называемого мфекане.

Мфекане был, попросту говоря, геноцид. При мфекане все взрослое мужское население на завоеванной территории вырезалось, дети становились рабами, а женщины наложницами.

Всего, по разным подсчетам, Мзиликази и Лобенгула вырезали 2 млн человек — огромное число, если учесть, что речь идет о неплотно заселенных территориях. Британцы никогда подобной резней не занимались. Политика тотального геноцида на землях Зимбабве осуществлялась только одним видом агрессора — матабеле.

Когда европейцы вытеснили матабеле из будущей ЮАР, они осели в Зимбабве. К 1880-м годам царство короля Лобенгулы, со столицей в Булавайо, представляло собой примитивное тоталитарное государство. Оно было устроено очень просто. У короля Лобенгулы было 80 тыс. войска, из которых 20 тыс. были вооружены европейскими ружьями. Войско это либо собирало дань с шона, либо, если кто-то отказывался, уничтожало. Мысль о том, что государство существует для чего-то другого, кроме как для того, чтобы собирать дань, устраивать гарем короля и уничтожать все, что шевелится, доброму королю Лобенгуле в голову не приходило. Геноцид был священной обязанностью королей матабеле.

Вскоре, однако, король Лобенгула совершил ошибку. Он дал британцу Сесилу Родсу концессию на рудники, а Родс получил от Британской империи разрешение осваивать эти земли с помощью частной компании.

В это время вся колониальная экспансия британцев была построена на том, что это не была экспансия государства. Это была экспансия частных компаний. И частная компания Сесила Родса была вооружена другой вещью, которую выдумал частный человек, — пулеметом «Максим». Пулемет «Максим» поначалу не был принят на вооружение государственными армиями, даже британской. Это была для них слишком смелая концепция. Первый, кто взял на применение пулемет «Максим», был Сесил Родс. И первое место, где он был применен — в войне против матабеле.

В 1893 г, сразу после того, как на территории будущей Родезии появились первые британские поселенцы, несколько вождей шона отказались платить королю Лобенгуле дань: они заявили, что теперь находятся под защитой белых.

Лобенгула немедленно отправил против мятежников воинов, которые должны были вырезать их под корень. В ответ нечестивые белые заявили, что не позволят матабеле резать шона. Произошла стычка, было убито 40 матабеле. Остальные бежали.

Воспользовавшись этим, Южноафриканская компания послала частные войска в количестве 700 человек под командованием майора Патрика Форбса взять Булавайо.

У Лобенгулы, напомню, было 80 тыс. войска. Практически ситуация была такова, что каждый молодой матабеле, если он не хотел быть рабом, должен был вступать в эти войска, которые охраняли короля и его гарем. 20 тыс. из них были вооружены европейскими ружьями.

Но у 700 европейцев было 5 (пять) пулеметов «Максим», и дело кончилось полным разгромом королевской армии. У Форбса погибло четыре человека, а у матабеле — 2,5 тыс. Лобенгула сбежал, сжегши весь свой арсенал и пожитки, а Булавайо стало столицей компании.

После этого унизительного поражения матабеле, естественно, мечтали о реванше. Возможность предоставилась в 1896 г., когда у матабеле появился новый духовный лидер — Млимо.

Млимо был живой бог, обладавший необыкновенной силой. В числе прочего он мог нейтрализовать самое главное оружие белых — пулемет «Максим». Он обещал, что после совершенной им магической пляски пули белых превратятся в воду, а снаряды — в яичные скорлупки.

Млимо обещал, что уничтожение белых поселенцев покончит с засухой, в которой они были виноваты, и, кроме того, приведет к воскресению и Второму пришествию доброго короля Лобенгулы.

Сразу после церемонии Большой Пляски, сделавшей их неуязвимыми, повстанцы начали резать белых поселенцев. В течение недели было вырезано 217 белых вместе с женщинами и детьми.

Вскоре матабеле осадили Булавайо. Их было не менее 10 тыс., и им противостояла жалкая кучка белых, у которых не было ничего — ни провианта, ни запасов оружия, ни подкреплений. Однако матабеле сделали две ошибки. Во-первых, они забыли перерезать телеграфные провода, соединяющие Булавайо с Мафекингом (скорее всего, они не знали, что это такое). Во-вторых, их уверенность в том, что пули белых превратятся в воду, была несколько поколеблена в ходе войны, и, несмотря на подавляющее численное превосходство, наступавшие не спешили атаковать Булавайо.

В результате осада с города была снята, а вскоре два англичанина, Бернам и Армстронг, узнали точное место и дату будущей пляски Млимо. Они пробрались в пещеру, где должна была совершаться демонстрация супероружия, и, едва Млимо начал свою Пляску Неуязвимости, застрелили его.

Тема Чудесного Оружия и Могучих Средств Обороны, которыми Избранный Народ разгромит противостоящего ему Велиала, как видим, является архетипической.

Еще один типичный пример. В одно время с Млимо против белых выступил Мессия американских индейцев Вовока, основатель движения Пляски Духов. В 1889 г. он заявил, что те, кто участвует в Пляске Духов, будут неуязвимы для пуль. Пляска Духов закончилась после бойни при Вундед-Ни, во время которой оказалось, что приверженцы Вовоки все-таки не так неуязвимы, как им казалось.

Немного раньше Вовоки, в 1881 году, в Судане восстание против британцев поднял Мохаммед Ахмад бин Абдаллах, известный также как Махди, т.е. тот самый Избавитель, который должен прийти перед Судным днем. Неуязвимые воины Махди, участвовавшие в войне Судного дня, действительно сумели учинить большую резню и перебить английские войска во главе с генералом Гордоном. Однако через 14 лет войска во главе с генералом Китченером во время битвы при Омдурмане полностью разгромили на порядок превосходящие их силы махдистов, потеряв 48 (сорок восемь) человек против двенадцати тысяч убитых махдистов. Это был второй масштабный случай применения пулемета «Максим».

Обладали супероружием также китайские ихетуани, поднявшие восстание против европейцев в 1899 г. Их вожди тоже обещали неуязвимость от пуль и рассказывали, что они ночами летают над вражескими городами Лондоном и Парижем, насылая на них чуму. Европейцы не знали о чудесном супероружии ихэтуаней и истребили их без труда.

О пришествии «Белого Бурхана» в 1904 г. объявил алтайский шаман Чет Челпанов. Челпанов собрал алтайцев в долину реки Теренг, и его четырнадцатилетняя дочь каждый день удалялась на соседнюю гору для беседы с Белым Бурханом. К сожалению для алтайцев, в это время в долине реки Теренг появились русские войска, и на этом Белый Бурхан закончился.

Нет ничего удивительного, что лидер стремительно архаизирующейся страны обещает своему народу то же, что Вовока и Млимо. Не стоит впечатляться техническим жаргоном и мультфильмами, сопровождающими презентацию. Все эти «гиперзвуковые планирующие элементы» и чудотворные боеголовки есть не что иное, как новое издание Ядерного Мессии, который Может Поражать Врага Огнем из Уст.

Жалко только, что Россия, которая еще в конце XIX в. была великой цивилизацией, противостоявшей местным шаманам с их Белым Бурханом, теперь сама превратилась в искателей Белого Бурхана.

В истории человечества не так часто наблюдаешь подобный регресс. Будем надеяться, что он будет кратковременным и что Россия рано или поздно последует путем Китая, который больше не изобретает Горшков с Мочой, а учится и превосходит учителей.

[Жертва на велосипеде]

https://volnodum.livejournal.com/2066347.html
Jul. 15th, 2017 at 7:17 PM

Как связаны сын президента Трампа, журналист Лурье, арестованные капиталы семьи Кацывов и Хиллари Клинтон?
Теперь знаю, почему в Кремле радовались победе Трампа — зуб даю, что было что-то в этом роде. Но прежде чем рассказать эту душераздирающую историю, расскажу другую.

Звонит мне как-то мой знакомый N, у которого есть проблемы с бизнесом, и спрашивает: «Тут X набивается ко мне на встречу и говорит, что может помочь. Как вы думаете, следует с ним встречаться?»
Думаю мгновение и отвечаю: «Ни в коем случае. Это жулик, прохвост, разводила и негодяй. С ним не только нельзя договариваться, с ним нельзя встречаться. Потому что нормальному человеку даже в голову не может прийти, чем обернется эта встреча. Он, допустим, придет к вам и скажет: «У вас проблема с Сечиным, я его лучший друг, я ее решу». А потом он придет к Сечину и скажет: «Этот N позвал меня к себе, чтобы кинуть Сечина».

Это я к тому, что в России образовался целый класс таких людей, перед которыми Хлестаков бледнеет. У них всегда 10 тысяч одних курьеров, а кончается дело тем, что они стреляют у городничего десятку в долг до получки. Встреча с ними никогда ничего, кроме головной боли, не приносит, но лохи не переводятся. И встречаться с ними, как познал ныне на своей шкуре Donald Trump Junior, просто нельзя.

Но обо всем по порядку.

В декабре 2012 г. в США вступил в силу «закон Магнитского», а в сентябре 2013 г. в соответствии с этим законом суд города Нью-Йорка наложил арест на активы компании Prevezon Holdings, Ltd и ее дочек. Prevezon контролировал некий Денис Кацыв, сын Петра Кацыва. Петр Кацыв был замом главы РЖД Владимира Якунина, известного своей духовностью, шубохранилищем и поставками на родину Благодатного Огня.

Вы спросите, а при чем тут погибший в тюрьме Магнитский?

Ни при чем.

Просто Prevezon, судя по всему, воспользовался той же стиральной машиной, которая отмывала деньги преступников, укравших из российского бюджета 230 млн долларов. Они всего-навсего были клиентами одной и той же прачечной.

Надо сказать, что активы Prevezon — это не первые миллионы, арестованные за рубежом у Кацыва. В 2005-м израильское правительство забрало у Кацыва 5 млн долларов. По подозрению в отмывке денег. В 2012-м 7 млн долларов на счету Кацыва заморозили в Швейцарии.
Короче, единственная страна, которая не интересовалась финансами Кацыва, была Россия. Нашу прокуратуру совершенно не интересовало, откуда у талантливого молодого предпринимателя все эти миллионы, и могли они или нет быть связаны с работой его папы на госкомпанию.

После ареста счетов владельцы Prevezon развили бурную и удивительную деятельность. Во-первых, в феврале 2014 года Денис Кацыв повстречался в Риме со спецагентом ФБР Джоном Пензой (John Penza). В ходе встречи Кацыв, если верить письму прокурора Прита Бхарара, предложил организовать вторую встречу — уже с участием своего отца Петра Кацыва — и поделиться с властями США «информацией о криминальной деятельности в России». В обмен, видимо, на разморозку счетов.

То есть еще раз. У нас на всех перекрестках кричат: «Навальный — иностранный агент», «Мемориал — иностранный агент». Мы со всех сторон окружены врагами. А тут зам (!) главы (!) РЖД (!), едва у его сына арестовали американскую компанию, якобы пытается разморозить кровную денежку будто бы в обмен на сотрудничество с ФБР!? (Петр Кацыв, разумеется, все отрицает).

Вы спросите: отчего же Петра Кацыва еще не попросили с работы?
Ответ очевиден: а кто сказал, что Петр Кацыв не проложился, прежде чем просить о такой сделке? Любой умный разводчик поступил бы так: получил бы благословение у старших товарищей, потом получил бы у глупых американцев гарантию неприкосновенности, а потом бы предоставил им душераздирающие сведения о том, что 230 млн долларов из российского бюджета украл лично Браудер и его адвокат Магнитский. Криминальная деятельность в России, как и было обещано!

Классная была бы razvodka.

Razvodka не удалась: американцы просто отказались встречаться.
Тогда владельцы Prevezon начали долгую кампанию за разморозку своих денег. Способы ведения этой кампании повергают в глубокое изумление.
К примеру, свидетели по иску — Денис Кацыв, Александр Литвак и Тимофей Крит — представили суду... счет на 50 тысяч долларов за их пребывание в США. В числе издержек, которые понесли ответчики, был чек из ресторана на 793.29 долларов (восемнадцать блюд, восемь порций граппы и две бутылки дорогого вина). А их российский адвокат г-жа Весельницкая остановилась в отеле, где ночь стоила 995 долларов, несмотря на то, что с нее показания не снимались.

Причем г-жа Весельницкая, как уверяет американская сторона, будто бы переехала в дорогущий отель только после того, как свидетели получили заверения от судьи, что их издержки будут оплачены. Возмущенное письмо прокурора Бхарара по этому поводу стало известно прессе и вызвало немалый шок.

Дальше — больше.

Защита Кацыва предоставила в американский суд (!) заявление (!) Олега Лурье, который сидел в СИЗО в одно время с Магнитским. В своем заявлении г-н Лурье рассказал, что он беседовал с Магнитским в СИЗО дважды. Из текста этого заявления выходило, что Магнитский, которого он раньше никогда не знал, почему-то решил исповедоваться перед человеком, угодившим в тюрьму за вымогательство и пользующимся в российской прессе репутацией «сливного бачка».

Магнитский ни больше ни меньше заявил Лурье, что его наниматели его же подставили, и что он боится не выйти из тюрьмы живым.

После выхода на свободу Лурье, по его утверждению, начал смело расследовать деятельность коррупционера Браудера и обнаружил, к его удивлению, что Браудер был тесно связан с «крупнейшим мошенничеством в истории Российской Федерации, а именно незаконным использованием 4.8 млрд долларов, предоставленных МВФ России в 1998 году».

Все это, а также историю своей встречи с Магнитским Олег Лурье рассказал никому иному, как Наталье Весельницкой, адвокату Кацыва, в отеле Мариотт на Тверской в октябре 2014 года.

Своими открытиями честнейший журналист Лурье также поделился с создателями фильма о смерти Магнитского, показанного по не менее честному, чем журналист Лурье, каналу НТВ в октябре 2014 года.

Но это было еще не все!

Согласно представленным в американский суд показаниям Лурье, после того как он поделился своими соображениями о смерти Магнитского с публикой в программе другого честнейшего журналиста Владимира Соловьева, ему позвонили посредники от Браудера.

Эти два посредника — «Максим» и «Володя» — будто бы встретились с Лурье в ресторане «Редиссон Украина» и пытались подкупить честнейшего журналиста Лурье за 100 тыс. фунтов, каковые он, разумеется, с негодованием отверг.

Более того, у журналиста Лурье сложилось впечатление, что «Максим» и «Володя» действовали в интересах еще одного человека — Марка Фейгина, который, — как объясняет Лурье американскому суду, — был адвокатом Pussy Riot. Честный журналист Лурье в своих показаниях не может удержаться от того, чтобы пояснить судье города Нью-Йорка, почтенному Томасу П. Гризе (Thomas P. Griesa,), кто такие Pussy Riot.

«Постыдное представление, устроенное этими девицами, мягко говоря, с распушенной моралью, которые пытались опорочить основания церкви... было использовано в совершенно искаженном виде многими врагами России против России в целом», — сообщает журналист Лурье американскому судье.

Более того, Лурье приложил к показаниям аудиозапись своей беседы с «агентом Браудера» с расшифровкой.

На этой аудиозаписи страшный агент Браудера произносит, к примеру, такие душераздирающие слова: «Можете поинтересоваться, как Браудер лихо в штатовских судах разбирается. У него там прекрасно все прихвачено».

Еще раз. По буквам. Вот эти показания — про «постыдных девиц, которые пытались опорочить основания церкви», и про то, что у Браудера «в американских судах все схвачено», — были оглашены не на НТВ, не в программе Соловьева, они были положены на стол американскому судье защитой Петра Кацыва. В качестве доказательства, что Магнитского убил сам Браудер.

Результаты всей этой феерической активности предугадать было несложно: в мае 2017 года Prevezon согласился выплатить американским властям 5,9 млн долларов, что более чем в 10 раз превышало сумму, которую власти США смогли бы выручить за счет продажи конфискованной у Prevezon собственности.

Но и это еще не все. Отдельной частью всей этой саги был вояж по Америке адвоката Натальи Весельницкой.




Кадр CNN

Невероятно, но она приехала в США без визы. После того как в визе ей было отказано, тогдашний генпрокурор США Лоретта Линч выдала ей специальное разрешение на въезд с целью защиты своего клиента Дениса Кацыва в суде города Нью-Йорка. Чем Весельницкая, которая не говорит по-английски и не имеет в США статуса адвоката, могла помочь своим клиентам, неизвестно, но известно, что свой приезд она использовала для широкой лоббистской кампании против «закона Магнитского», ведшейся все в том же неподражаемом стиле.

Меньше чем через неделю после встречи с Трампом-младшим, 13 июня 2016 года, г-жа Весельницкая посетила показ в Newseum фильма про Магнитского. Фильм этот снял Андрей Некрасов, и в нем доказывалось, разумеется, что Магнитского убил Браудер. Браудер называет Весельницкую одним из организаторов показа этого фильма, на котором, благодаря усилиям лоббистов, присутствовали некоторые чиновники администрации президента США.

На следующий день после показа фильма Наталья Весельницкая присутствовала в Вашингтоне на слушаниях Комитета Конгресса по иностранным делам по российской политике. Она сидела в первом ряду.
Весельницкая также поужинала с республиканцем-конгрессменом Даном Рорабахером, давним другом России. На ужине было около 20 гостей, и ужин был весь посвящен Магнитскому. Еще один конгрессмен, через которого она пыталась лоббировать отмену закона, был, как утверждает сам Рорабахер, республиканец Рональд Делламс (Ronald Dellums). По словам Рорабахера, в этом деле Делламс действовал как «нанятый лоббист».

В настоящий момент Вильям Браудер подал жалобу в FARA. Он утверждает в ней, что Наталья Весельницкая, Рон Делламс, Ринат Ахметшин и другие действовали как иностранные лоббисты без регистрации.

Несложно заметить, что действия Весельницкой не имели ничего общего с причиной, по которой она получила immigration parole для въезда в США. Более того, этот immigration parole действовал с октября 2015-го по январь 2016-го года. Встреча с Трампом-младшим состоялась в июне 2016-го.

Свидетели лоббистской кампании г-жа Весельницкой невысоко оценили ее уровень. «Это была самая непрофессиональная лоббистская кампания, которую я когда-либо видел», — заметил один из источников, с которыми поговорили журналисты The Hill Джон Соломон и Джонатан Уизли. — «Если это сливки российской разведки, нам не о чем беспокоиться».

Эта реплика, на мой взгляд, ключевая для понимания всей лоббистской активности, связанной с актом Магнитского в США. Дело в том, что американские лоббисты привычно считают, что целью лоббиста является отмена или принятие закона.

Однако российский лоббизм преследует обыкновенно другую цель: он преследует цель развести начальство на бабки и произвести на него впечатление.

Именно в этом ракурсе, как мне кажется, надо рассматривать встречу г-жи Весельницкой с Трампом-младшим. На первый взгляд, эта встреча кажется такой же глупостью, как показания Олега Лурье о Браудере.
Напомню, что встречу Трампа-младшего и г-жи Весельницкой организовал промоутер Эмина Агаларова Роб Голдстоун, который сообщил Трампу, что «Российский королевский прокурор» через г-жу Весельницкую готов передать Трампу-младшему компромат на Хилари Клинтон в рамках «поддержки Россией и ее правительством кандидатуры Трампа».

Трамп-младший неосторожно встретился с Весельницкой и вместо ожидаемого компромата получил рассказ о том, что надо отменить акт Магнитского. Роб Голдстоун был вынужден извиниться перед Трампом-младшим за случившееся. «Это была самая дикая чепуха, которую я когда-либо слышал», — сказал Голдстоун о встрече.

На первый взгляд, непонятно, зачем добиваться встречи с Трампом-младшим, обещая ему компромат на Клинтон, а потом говорить о Магнитском. С точки зрения американского здравого смысла, такой лоббизм приводит к ровно противоположному результату. Твой собеседник будет просто взбешен потраченным временем и чужой наглостью.

Но это — если не учесть правил российской разводки. Цели и задачи разводчика кардинально отличаются от целей и задач лоббиста. Какой смысл добиваться встречи, которая никогда не будет иметь продолжения, а твой собеседник устроит выволочку тому, кто ее организовал?
Очень просто. Что такое обещание «компромата на Клинтон»? Это просто экономия. Если просить встретиться по поводу дела Кацыва, то посредник, чего доброго, запросит за организацию огромные деньги. А так можно, к примеру, написать в отчете о встрече, что Трамп-младший теперь у России в кармане, а на организацию ее, например (и это только мои предположения, касающиеся логики разводчиков как социальной группы), понадобилось 200 тысяч долларов.

Так вот — к вопросу о том, почему в Кремле радовались победе Трампа. Просто потому, что они составляли свое мнение о нем на основе разводок. Агент X доложил, что обо всем договорился с парикмахером Трампа за миллион долларов. Потом агент Y доложил, что обо всем договорился с сапожником Трампа за два миллиона. Потом агент Z доложил, что обо всем договорился со стоматологом Трампа за три миллиона. Вот они и решили, что Трамп у них в кармане.

Garbage in, garbage out.

И еще.

В жалобе Браудера, поданной в FARA, Трамп-младший никак не упоминается. Он не был ни на фильме Некрасова, ни на ужине с Рорабахером, он не замечен ни в одном акте лоббистской активности в пользу Весельницкой. Он просто выкинул весь этот бред из головы и пожал плечами.

А вот кто замечен и хорошо замечен в противостоянии закону Магнитского — это экс-госсекретарь Хилари Клинтон. «Администрация, начиная с Хилари Клинтон и продолжая Джоном Керри, сделали все, что они могли, чтобы остановить закон Магнитского», — заявил Билл Браудер.

И тут вот какие совпадения. В июне 2010 года, за три месяца до того, как «закон Магнитского» был внесен в Сенат США, экс-президент Билл Клинтон посетил в Москву и получил за свое выступление 500 тысяч долларов. В одном из опубликованных в «Викиликсe» писем сотрудник штаба Клинтон Джесси Лирич пишет, что «мы убили историю Блумберг, которая пыталась связать оппозицию Клинтон «закону Магницкого» с 500-тысячной речью, которую Билл Клинтон дал в Москве».

[Мудафрен хахал ссуканенка]

На минувшей неделе ушел из жизни Владимир Глотов, журналист, человек светлый и талантливый, ответственный секретарь перестроечного «Огонька», написавший о той перестроечной журналистике книгу «Огонёк-nostalgia. Проигравшие победители». Владимир Глотов умер внезапно, как-то сразу. Вчера еще делились мнениями в фейсбуке, а сегодня его уже нет… Буквально за день до смерти Владимир Владимирович написал о возмутившей его последней программе Юлии Латыниной «Код доступа» и сказал, что ждет моего обзора с анализом этой передачи. Выполняю просьбу журналиста Глотова.

Фирменный стиль Латыниной — космический полет в пространстве и времени, во время которого Латынина выхватывает отдельные куски реальности и дает им убийственные характеристики, причем делает это безапелляционным тоном и, как правило, без малейших доказательств. Процент попаданий пальцем в небо у Латыниной посчитать сложно, но, по моей оценке, он приближается к половине от общего числа суждений пламенной публицистки.

В возмутившем Владимира Глотова «Коде доступа» от 12.01.2019 Латынина походя обливает помоями убитого в Турции журналиста Джамаля Хашогги. «Он на самом деле был не только журналист, он на самом деле был еще член «Мусульманского братства», и как раз журналистом я бы его не называла», — утверждает Латынина.

Журналист Джамаль Хашогги вел колонку в газете Washington Post и был последовательным критиком саудовского режима, последовательным критиком салафизма, наиболее консервативного течения ислама, а также последовательным критиком Дональда Трампа. Это был диссидент, сторонник арабской весны, выступающий за демократические преобразования в арабском мире. Именно за это ему запретили публиковаться в Саудовской Аравии, именно поэтому он вынужден был уехать из страны, и именно за его демократические взгляды и тексты его и убили.

Около трех десятилетий назад Хашогги сочувственно писал об афганских боевиках-исламистах, которые оказывали сопротивление советскому «ограниченному контингенту». Тогда он опубликовал несколько интервью с Усамой бен Ладеном, который в то время присоединился к афганским боевикам, воюющим против советского вторжения. В молодости Джамаль Хашогги разделял взгляды бен Ладена, но с тех пор его взгляды кардинально изменились, в чем можно убедиться, хотя бы прочитав его колонки в WP.

Мимоходом облив грязью убитого за свою профессиональную деятельность журналиста Хашогги, Латынина не смогла пройти мимо Украины и не плюнуть в эту страну. Причем сюжет, в рамках которого этот плевок состоялся, к Украине никакого отношения не имел, так что это действие Латынина совершила от чистого сердца, можно сказать, из любви к искусству.

Говоря о расследовании убийства трех российских журналистов в ЦАР, Латынина сообщает: «Тут несколько недель назад была комичная, на мой взгляд, и позорная новость, когда украинцы написали: “Мы установили, кто убил российских журналистов”, и дальше там шел список вагнеровцев, которые в этот момент были в Центральноафриканской республике. Просто превратились украинские МВД и украинские спецслужбы в такое посмешище, которое брешет не хуже нашей Генпрокуратуры. Ну, ребята, что хлопать-то ртом? Вы лучше убийцу Шеремета найдите». Конец цитаты.

В расследовании центра «Досье», о котором писала в том числе «Новая газета», данные СБУ со списками вагнеровцев, находившихся в ЦАР в момент убийства журналистов, были упомянуты в качестве одного из важнейших звеньев доказательства причастности ЧВК Вагнера к убийству. Умение усмотреть в этом нечто «комичное», тем более «позорное», выдает наличие у Латыниной весьма специфического чувства юмора. А хамское «хлопать ртом» и не менее хамское пожелание найти убийц Шеремета, свысока брошенное гражданкой страны-агрессора (в данном конкретном случае неважно, что находящейся не на ее территории) в адрес силовых структур страны, отбивающейся от агрессора, — выглядят как-то совсем не очень…

Обращаясь к радиослушателям в начале данного «Кода доступа», Латынина предложила: «Подписывайтесь на мой канал, потому что мы намерены его развивать настолько, насколько мне позволят другие мои занятия, в первую очередь редактура второй книги, еще повестушка, которую я намерена дописать». Спустившись на минутку с космических высей большой литературы, Латынина снисходительно предлагает радиослушателям ловить те крохи высшей истины, которые она сможет им в дальнейшем бросать, отвлекаясь от главного.

Юлия Латынина довольно стремительно эволюционирует вместе со всей квазилиберальной тусовкой «Эха Москвы» и его окрестностей. В ее текстах и передачах все меньше проверенной информации и все больше неправды, а порой проскальзывает и обычная подлость, как в «Коде доступа» от 12.01.2019.

[Валентин Хохлов]

http://www.kasparov.ru.3s3s.org/material.php?id=5C1A9AD8314C7
19-12-2018 (22:27)
http://www.kasparov.ru.3s3s.org/content/materials/201612/5843B7CBE62B2.jpg
Крым не собственность крымчан

В который раз убеждаешься, что украинский вопрос, в частности Крым — это лучшая лакмусовая бумажка для российского либерала. Как гласит поговорка из часто цитируемого Юлией Латыниной цикла "Игра престолов", scratch a Karstark and you'll find a Stark — вот Крым и является таким скребком, с помощью которого под тонким налетом либеральных ценностей легко можно обнаружить шовинистическое имперское нутро.

Насколько я помню, и Юлия Латынина, и многие другие российские либералы вполне однозначно высказывались в защиту права собственности. Вот цитата из статьи "Государство и модернизация", опубликованной 7 сентября 2011 года: "Оно [государство] должно обеспечить гражданам их право собственности". В этой же статье Юлия неоднократно подчеркивает важность роли прав собственности и эффективной их защиты в обеспечении развития общества.

А теперь смотрим эфир "Эха Москвы", программа #ДайДудя 17 декабря 2018 года. Ведущий спрашивает:

— Крым может каким-то образом вернуться Украине? Какие могут быть условия?

Ответ Юлии Латыниной цитирую полностью, чтобы не обвиняли в выдергивании слов из контекста:

— Я сомневаюсь, потому что все-таки есть такая вещь, как воля крымского населения. И я думаю, что процентов 70, если не 90 крымского населения (минус татары, минус… ну, будем считать 60-70 — это очень заниженная, я думаю, оценка) искренне убеждены, что их спасли от страшных украинских фашистов. Понимаете, Крым — это как яйцо. Не надо было брать. Все, яйцо разбили, обратно его не соберешь. При какой-то другой власти возможно провести референдум. Я сильно сомневаюсь, что жители Крыма скажут, что "мы хотим вернуться в Украину".

Здесь налицо вопиющий случай двоемыслия. Во-первых, высказанная Юлией Латыниной позиция является неправовой. Статья 73 Конституции Украины гласит: "Исключительно всеукраинским референдумом решаются вопросы об изменении территории Украины". Это вам не два срока подряд, здесь всё написано однозначно. Никаких "крымских референдумов" быть не может, только всеукраинский. И никакого другого способа изменения территории Украины также быть не может. Воля какой-то группы лиц, даже большинства населения какой-то территории, не является правовым основанием отделения Крыма от Украины и его присоединения к Российской Федерации. Очевидно, что слова Юлии Латыниной прямо противоречат указанной норме права.

Возможно, нормы украинского права являются чем-то местечковым, существуют вне контекста общепринятых норм международного права, и этим можно было бы оправдать пренебрежительное к ним отношение? Нет, это не так — международное сообщество в лице Генеральной Ассамблеи ООН в своей резолюции A/RES/68/262 признало незаконность референдума 16 марта 2014 года, его безосновательность для изменения статуса Крыма и Севастополя, а также выразило приверженность "суверенитету, политической независимости, единству и территориальной целостности Украины в ее международно признанных границах". Список стран, поддержавших эту резолюцию, достаточно красноречиво свидетельствует о том, что те страны, в которых существует верховенство права, развитая рыночная экономика и налажена защита прав собственности, поддержали как раз Украину, а не Российскую Федерацию.

Наконец, существует еще одна возможная отговорка. Закон может быть неправовым. Буква закона может не соответствовать его духу. Может, здесь имеет место как раз такая ситуация? Почему это Конституция Украины не предполагает права крымчан отделиться по результатам регионального референдума? И здесь мы возвращаемся к основе, к правам собственности. Крым — не собственность крымчан. Да, у них там есть их частная собственность — дома, квартиры, земельные участки, движимое имущество. Но вот та публичная собственность, которая имеется на территории Крыма — а это горы и море, уникальная природа и памятники культуры, шельф и воздушное пространство — это является совместной собственностью всех граждан Украины. Я, как совладелец Крыма, не могу не участвовать в решении его судьбы. Отчего же Юлия Латынина, так четко прослеживавшая связь между соблюдением прав собственности и прогрессом от готов и вандалов до Чавеса и Мадуро, в данном случае бревна в своем глазу не замечает?

Исходя из сказанного выше, есть только два нешизофренических варианта, лишь две линии поведения, которые исключают двоемыслие:

либо вы признаете верховенство права и права собственности, из чего с неизбежностью следует незаконность аннексии Крыма и обязательность его безусловного возвращения, выплата компенсации за причиненный ущерб и осуждение виновных в аннексии судом международного трибунала;
либо вы выступаете против безусловного возвращения Крыма в состав Украины с выплатой компенсации и осуждением виновных, из чего так же неизбежно следует отказ от признания верховенства права и пренебрежение правом собственности.
В завершение этой колонки я хотел бы выразить признательность участникам Форума свободной России, которые последовательно придерживаются позиции о безусловном признании территориальной целостности Украины, прекращении агрессии Российской Федерации против неё и восстановлении контроля Украины над Крымом.

[InoСМИ.Ru]

https://inosmi.ru/politic/20180628/242614899.html
28.06.20186922949

Действительно ли российский президент Владимир Путин хочет идти войной на Запад? Если мы поверим российской государственной пропаганде, то в ответ услышим явственное «Да». Путин очень агрессивен в плане своей внешней политики и всякий раз, натолкнувшись на сопротивление, немедленно обижается на это.

Кремль бросил все свои усилия на убийство людей с помощью нервно-паралитических веществ и разжигание хаоса, где только можно — в Сирии, на Украине или в Фейсбуке. Если ловят на горячем, Кремль сразу жалуется на «охоту на ведьм» и излагает свои смехотворные контртеории о том, что на самом деле произошло. Например, говорит о том, что отец, который когда-то был русским шпионом, и его дочь, которые чуть не умерли от действия сделанного в России нервно-паралитического вещества, на самом деле были отравлены руками подлых британцев, которые ввели им это же вещество, когда жертвы попали в больницу.


И Кремль умудряется одерживать верх в этой игре: когда свободный мир ругает Россию — это момент для нее прибегнуть к новой атаке. Когда Запад быстро объединяется против российской провокации, то тем самым подпитывает кремлевскую внутреннюю пропаганду: мол, вот доказательство «двойных стандартов» Запада и природной враждебности к России.



Сегодня российская мечта — бросить военный вызов миру — стала главной темой государственной пропаганды. В мае, когда Россия праздновала годовщину победы над нацистской Германией во Второй мировой войне, самым популярным слоганом был «Можем повторить». Другими словами: «однажды мы снова сможем взять штурмом Берлин».


Задумайтесь об этом. Может ли Россия действительно взять Берлин штурмом снова? Или она хотя бы попытается? Или Путин действительно верит в то, что сможет выиграть короткую и славную войну? Или он просто блефует? Рассмотрим ситуацию повнимательнее.



КОНТЕКСТ
Президент РФ Владимир Путин и президент США Дональд Трамп в перерыве рабочего заседания на саммите АТЭС
Путин — Трамп: им нужны победы и союзники и без Украины?
Версии.com28.06.2018
Визит Болтона в Москву вселяет надежду
The Washington Post27.06.2018
Путин сказал, пора забыть о Крыме и Донбассе
Апостроф27.06.2018
О пугающих перспективах встречи Трампа с Путиным
Polityka27.06.2018
Как сообщалось, 8 февраля в Дейр-эз-Зоре в Сирии при американских авианалетах погибло некое количество россиян, которые, как считается, были наемниками, — возможно, десятки человек, возможно, две сотни. Кремль часто видит оскорбления там, где никаких преднамеренных оскорблений нет. Резонно было ожидать, что он рассвирепеет. Вместо этого он отмолчался, если не считать отрицания того, что в Дейр-эз-Зоре вообще находились российские солдаты.

Два месяца спустя президент Трамп приказал нанести авиаудары по местам, где в Сирии могли производить химическое оружие, и на этот раз Кремль устроил большое шоу. Посол России в Ливане Александр Засыпкин в комментарии контролируемому «Хезбаллой» телеканалу «аль Манар» заявил, что любые американские ракеты, выпущенные в направлении Сирии, будут сбиты, а места их запуска станут мишенью.


Тему американской атаки в России активно освещали на телевидении, а затем российский Генеральный штаб сделал смехотворное заявление о том, что ПВО сбила 71 из 103 американских ракет. Все это стало прекрасной иллюстрацией «российской военной мощи», подготовленной для телезрителей.


Что же, все это оказалось ложью. Уже в самом начале Пентагон заявил, что 58 из 59 американских ракет достигли цели. На самом деле Россия следила за тем, чтобы не сбить американскую ракету, не говоря уже о том, чтобы потопить американский корабль.


10 мая, через месяц после той атаки, по словам министра обороны Израиля Авигдора Либермана, их силы только одним авиаударом уничтожили «почти всю иранскую инфраструктуру в Сирии». Среди уничтоженных объектов было пять иранских воздушных защитных систем с далеко не иранскими названиями — «Двина» и «Бук» — то есть именно те системы, которые, по словам генерала Рудского, так хорошо дали отпор американским ракетам.


Это было унизительное поражение, поэтому Кремль на него вообще не отреагировал. И это очень красноречиво. Израильтяне недавно заявили, что они не позволят Ирану превращать Сирию в «передовую военную базу», направленную против Израиля. Иными словами, эта страна никогда не была толерантна к присутствию Корпуса стражей исламской революции.


К сожалению для Кремля, присутствие этих корпусов в Сирии — это все, что удерживает режим Башара Асада на плаву. Если этот режим падет, это будет означать конец кремлевской игры и личное унижение Путина.


Так почему Кремль не протестует?


Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху был единственным западным лидером, который приехал в Москву 9 мая. Кремлевская пропагандистская машина раскрутила это событие: в этот день каждый телеканал кричал: «Можем повторить». А в это время россияне шли в колоннах «Бессмертного полка» с фотографиями предков, воевавших во Второй мировой войне.


А Нетаньяху не только посетил Москву, но и прошел рядом с Путиным по Красной площади с портретом [Героя Советского Союза] Вольфа Виленского, еврея по национальности, который героически сражался на войне.


Это было всего за день до военного фиаско в Сирии, когда системы ПВО российского производство оказалиись неспособны ответить на израильскую атаку. Сейчас Израиль — это та редкая западная страна, которая до сих пор поддерживает дружеские отношения с Россией. Поэтому можем сделать вывод, что Нетаньяху использовал прогулку 9 мая, чтобы проинформировать Путина о предстоящем противостоянии с иранцами. И таким образом дал Путину возможность выбирать: оставаться друзьями или вступить в ад. Что ни говори, а он выбрал первое.


Все эти три события говорят о том, что несмотря на гнев, Путин стремится избегать любой прямой военной конфронтации с Западом. Он не хочет войны, которая, очень вероятно, не стала бы ни короткой, ни легкой. Что он хочет, так это телевизионную войну — компьютерную симуляцию — со всеми ее преимуществами в сфере связей с общественностью. Это фатальный недостаток любой стратегии, предусматривающей подтолкнуть Россию к противостоянию с Западом. Ты не можешь идти на войну, не будучи действительно к ней готовым.


Ликвидируя Рейнскую демилитаризованную зону, Гитлер преследовал экономические выгоды. В тот момент он не хотел войны, но затем хорошо подготовился к сражению, стоило только бросить ему вызов. И в случае с Гитлером, это был не блеф. А у Путина это блеф. Возможно, он мог бы пережить еще не один дейр-эз-зор, но он не может пережить сто дейр-эз-зоров. Его имидж сильного лидера развалился бы на куски. Поэтому на самом деле Западу не стоит бояться традиционного военного противостояния с Кремлем. Все как раз наоборот.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

[Жертва на велосипеде]

tdr_vgvi0wY&t
https://www.youtube.com/watch?v=tdr_vgvi0wY&t=159s

135 273 просмотра
18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЛАТЫНИНОЙ ЮЛИЕЙ ЛЕОНИДОВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЛАТЫНИНОЙ ЮЛИИ ЛЕОНИДОВНЫ

Мария Певчих, Кто предатели, что делать и с какого места все пошло не так? И что об этом думал Алексей Навальный? Что будет в Прекрасной России Будущего с олигархами времен Ельцина? Добр ли бизнесмен по природе?

[Друг истины и Платона]

tdr_vgvi0wY&t
https://www.youtube.com/watch?v=tdr_vgvi0wY&t=159s

135 273 просмотра

Мария Певчих, Кто предатели, что делать и с какого места все пошло не так? И что об этом думал Алексей Навальный? Что будет в Прекрасной России Будущего с олигархами времен Ельцина? Добр ли бизнесмен по природе?

Людоедский подход, пьючих сама про себя говорит. Любым человеком руководит токо собственный интерес. И про люстрацию. Это цитата специалистов по этому вопросу:
Бреннан и Бьюкенен-качество игры в большей степени зависит от качества ее правил, чем от мастерства игроков.
А вы все личностей выбираете. Институты не работают, вот этим и надо заниматься.
Или она хочет сказать, что она действует в моих интересах? Ну еще и добавь, что плоская шкала была введена в моих интересах.
А я думаю так, что вы обе жадные и в своих жадных личных интересах и действуете.
Че ты пиздишь? Я готов спорить. Со мной ты не хочешь спорить. Обьясни почему ты меня забанила на своем сраном канале? Потому что у тебя супротив меня нет ничего, акромя джугашвиливского ледоруба. Вот отличие Ельцина, от вас предателей, он морщился, но терпел критику в свой адрес. А вы не приемлете. Поэтому предатель ты. Ты ничем от путена не отличаешься. Он затыкает рот всем недовольным и вы сравальнята тоже.
Приобрели от плоской шкалы. Нихрена себе случайных? Плоская шкала которую вы поддерживаете, им что с неба наверное свалилась? Жителям Омской области надо вернуть прогрессивное налогообложение. Ты дура ответь на вопрос: абрамович купил себе Челси после введения плоской шкалы, путем перевода прибыли в дивиденты, а там ставка вообще меньше 13. Вот как абрамович стал миллиардером.
Вот и картиночка подвердающая мою правоту. Носом тебя надо тыкать в эту картиночку. Когда у нас миллиардеры стали плодиться как грибы? А после введения плоской шкалы, а не после залоговых аукционов.
https://ic.pics.livejournal.com/revan_1/77154553/1628940/1628940_original.png
Вот об этом тебе предателю надо провести расследование. При Ельцине, то прогрессивное налогообложение было.
Вот мнение экономиста. Он утверждает, что вы никакой борьбой с коррупцией не занимаетесь. Он там прямо не называет имя Навального, но без сомнения имеется в виду именно он:
B9kV9IjjBlQ
https://youtu.be/B9kV9IjjBlQ
Вы вместе с блядтыниной одного поля ягодки. Обе жадные и обе не приемлете свободу слова. Так что вы боретесь не с коррупцией, а за власть, чтобы придя к власти делать тоже самое, что и путен.

[Жертва на велосипеде]

iPmvYFNFPbs
https://www.youtube.com/watch?v=iPmvYFNFPbs

72 743 просмотра 7 мая 2024 г

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН ПРИ УЧАСТИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЛАТЫНИНОЙ ЮЛИИ ЛЕОНИДОВНЫ

[Жертва на велосипеде]

https://web.archive.org/web/20170825214411/http://2002.novayagazeta.ru/nomer/2002/04n/n04n-s07.shtml

Я жертва, мне все должны

В конце прошлого года из пяти общефедеральных каналов два были государственными. Прошел год, и частных общефедеральных каналов не осталось.
Телеканал ТВ-6 повторил участь НТВ с небольшими, но существенными вариациями. Когда в апреле прошлого года съели НТВ, его съели еще единые победители, объединившиеся в дележе имущества тех, кто проиграл президентские выборы. Теперь внутри Кремля нет единства: старое окружение Ельцина и новые питерцы сцепились друг с другом, и если одна команда хочет отнять ТВ-6, то другая обречена его поддерживать.
Сам президент практически устранился от решения судьбы телеканала. Говорят, главным охотником за частотой ТВ-6 выступает близкий президенту хозяин «Межпромбанка» Сергей Пугачев — фигура неясная и достаточно мрачная.
Сергей Пугачев – отнюдь не безвестный выдвиженец Путина вроде Миллера или Иванова. Он был весьма близок к Павлу Бородину, через его банк шли деньги для «Мабетекса», и именно «Межпромбанком» были эмитированы знаменитые скандальные карточки дочерей Ельцина — возможно, даже без их ведома. Словом, Сергея Пугачева никак не отнести к безденежным питерским чекистам.
Однако именно г-н Пугачев стал самым влиятельным проводником православных идей в окружении президента. Он познакомил президента с его нынешним духовником отцом Тихоном и многими церковными иерархами; он лоббирует идею создания «Православного банка».
Когда банкир, проживающий на Лазурном побережье и замешанный в самых коррупционных из ельцинских скандалов, не только становится истово верующим, но и замыкает на себя связь между главой государства и церковью, трудно удержаться от обвинений, которые обычно выдвигаются против основателей современных сект: обвинений в том, что их искренняя вера и, возможно, не вполне крепкая психика парадоксальным образом сочетаются со вполне земным умением превращать эту веру в безграничное влияние и огромные деньги: зачастую в ущерб душевному здоровью нации и ее правителей.
Понятно, что при подобном претенденте такие представители старой команды, как Александр Волошин и Михаил Лесин, обречены на поддержку канала. И два противоречивых решения суда — о сохранении ТВ-6 и его ликвидации — отражают отнюдь не борьбу ТВ-6 с властью, а борьбу разных кланов за ТВ-6.
Нет сомнения, что люди типа Сергея Пугачева поощряют самые худшие инстинкты президента. Они внушают власти, что телевизор есть не средство массовой информации, а средство массового промывания мозгов, не менее эффективное, чем церковь в Средние века. Это как будто основывается на собственном практическом опыте власти — опыте президентских выборов 1996-го и 2000 годов, оглушительных скандалов со «Связьинвестом» и самой атмосферы эпохи Ельцина, когда успех телекиллеров превосходил успех и влияние Савонаролы.
Проблема в том, что люди, склонные видеть в православных проповедях или телевизионной пропаганде тот философский камень, который превращает народ в быдло, все же несколько переоценивают его возможности. Телевизор — замечательное средство для того, чтобы избрать Владимира Путина на второй, третий и сто десятый срок, но он никуда не годится против революций, голодных бунтов и экономического краха. Так гипноз помогает против головной боли, но не против рака.
Ведь в Советском Союзе с телевизором все было очень хорошо. Как о том свидетельствует известный анекдот: «Если вы хотите, чтобы у вас в холодильнике были продукты, воткните его в телевизионную розетку». И тем не менее Советский Союз рухнул, потому что, к сожалению, в телевизионную розетку втыкаются только мозги. А холодильник туда не лезет.
Дело в том, что на самом деле государственная монополия на СМИ промывает мозги не народу, а власти. Народ всегда может заглянуть в холодильник. А вот власть смотрит только телевизор, отдает приказания, что показывать, слышит все это на следующий день с экрана и сама умиляется тому, что слышит.
Телеканал «Московия», который сейчас принадлежит Сергею Пугачеву, уже продемонстрировал, какого рода информационной политики хотел бы придерживаться православный банкир. Кампания против Волошина, начатая им, в сущности, ничем, кроме масштабов, не отличалась от кампании против Чубайса после продажи «Связьинвеста». В обоих случаях телеканалы чрезвычайно нагло и бесцеремонно давили даже не на народ – на власть.
Так что если Сергей Пугачев хочет советовать президенту, как поступать, довольно ему и отца Тихона. Не надо еще и телеканалов.

Автор, обозреватель «Новой газеты»
21.01.2002

[Жертва на велосипеде]

https://web.archive.org/web/20180429101934/http://2002.novayagazeta.ru/nomer/2002/15n/n15n-s00.shtml

Я жертва, мне все должны

Дело о движении «зеленых»

В России – очередной промышленный скандал, который даже на нашем выгодном фоне кажется исключительным. Почти завершенная сделка по продаже «Ингосстраха», Автобанка и НОСТА Абрамовичу и Дерипаске приостановлена. Стороны взаимно обвиняют друг друга в рэкете и убийствах. Дело стало политическим: ведь Автобанк купили олигархи, близкие «семье», а бывший владелец Автобанка Андрей Андреев, выходец из ОБХСС, нашел себе поддержку среди «новых питерских». Как же НА САМОМ ДЕЛЕ продавали Автобанк?

В сентябре прошлого года группа «Сибирский алюминий», компания «Нафта-Москва» и Millhouse Capital купили Автобанк, «Ингосстрах» и ОрскоХалиловский металлургический комбинат. Это было очень громкое событие, широко освещенное в уважаемых и респектабельных СМИ вроде «Ведомостей» и «Эксперта». По сообщениям этих же высокоинформированных СМИ, сумма сделки составила 120 млн долл.
Спустя две недели ГУБОП накрыл в Москве квартиру, битком набитую оружием. Владельцем ее посчитали красноярского авторитета Родиона Гамзаева по кличке Радик. Это событие не освещалось в респектабельных СМИ, которым нет дела до всякой криминальной мелочи, но куча ментов получила за него ордена.
В промежутке между этими двумя событиями я, помнится, обедала с одним знакомым. Мы болтали о том о сем, и знакомый вдруг сказал: «А ты знаешь, что Андрееву (фактическому владельцу Автобанка, «Ингосстраха» и НОСТА. – Ю.Л.) не заплатили ни копейки?» — «Как?!» — «На Андрееве – труп Гринина (бывшего владельца НОСТА. – Ю.Л.), ему и сказали: ты понимаешь, парень, киллеры раскаялись. Отсидеть готовы…».
Я чуть не подавилась, а знакомый невозмутимо продолжал:
— Если Андрееву ничего не заплатят, у «Сибала» будут большие неприятности…
— А если заплатят?
— Вряд ли «Сибал» заплатит, потому что тогда все, что он заплатит, пойдет на войну с ним.
Спустя несколько недель менты накрыли квартиру с оружием.
Какая связь, спросите вы?
Радик (Гамзаев) был партнером А.И. Андреева и единственным человеком, который пока получил хоть какие-то деньги от продажи холдинга.

$$$
Автобанк был создан в 1989 году как опорный банк российского автопрома. Банк отмывал партийные деньги: Зюганов до сих пор судится с ним из-за депозита ЦК КПСС в 900 млн руб., положенного в 1989 году. Еще банк кредитовал автозаводы.
В том же 89-м в банк обратился АЗЛК: завод создавал при себе зверосовхоз и готов был предоставить зверосовхозу гарантию по кредиту. Возглавлял зверосовхоз Юрий Белов, сотрудник ОБХСС и брат начальника финансового управления АЗЛК. Наталья Раевская, которая тогда была в банке замначальника кредитного отделения, предложила кредит не выдавать. АЗЛК настаивал.
— Ну а как вы можете поручиться? Что взамен?
— Ну что вы, мы же – из ОБХСС. Мы же проверим любого заемщика! Решим любую ситуацию!
Так в банке появились Юрий Белов и его партнер Андрей Андреев, тоже бывший сотрудник ОБХСС.

$$$
Вместе с ними пришли еще несколько бывших ментов. Они занимались безопасностью: возвращали кредиты, проверяли заемщиков, создавали финансистам условия для работы.
«Вы только работайте, — говорили тогда менеджерам Автобанка, — а наше дело маленькое, техническое». Андреев был очарователен: руководство Автобанка почти поголовно состояло из женщин.
Без подобной СБ полусоветский Автобанк наверняка бы не выжил. Его бы раскрали заемщики и мошенники. Но выжил он страшной ценой. В кабинетах Автобанка были установлены «жучки», на каждого менеджера были заведены дела, а приставленные Андреевым водители именовали своих боссов в ежедневных доносах кодовыми кличками — Шельма, Ехидна, Секач, Баловень, Плут.
Бывшие менты в чем-то трогательно остались ментами: они копировали в своих инструкциях закон об оперативно-разыскной деятельности и даже на разборки ездили, подав наверх докладную записку.
Служба безопасности подобна газу: она заполняет весь предоставленный ей объем.

$$$
Однако разрешить все проблемы бывшие менты уже не могли. Многие банки тогда почти полностью находились под бандитами. Вопросы о возвращении кредитов решались на «терках».
Вскоре около Андреева появился Александр Макеев, выходец из Красноярска. Он познакомил бывшего милиционера с Владимиром Мустафиным. Когда Мустафу убили в Минусинске, его место занял еще один красноярец — Родион Гамзаев.
— С Мустафой у нас были чисто дружеские отношения, — утверждает Андреев, — после его смерти Гамзаев стал угрожать мне и вымогать деньги.

$$$
В 1993 году у председателя правления банка Натальи Раевской пропал брат, ходивший под армянскими бандитами. Раевская кинулась к Андрееву.
Вскоре деньги были заплачены, а брат освобожден.
— Я была бесконечно благодарна Андрееву, — говорит Раевская.
— А вы спрашивали, как освободили брата? Что случилось?
Раевская не спрашивала. Это была грубая проза жизни, от которой ее, слава богу, защищал всегда внимательный, со славным милицейским прошлым Андрей Иванович.
Вопрос с братом помогал решить Мустафа. «На платной основе», — утверждает Андреев. «Они просто развели Раевскую, — утверждают его враги, — на пару с Мустафой и армянами».

$$$
Чтобы понять, у кого украли Автобанк, надо знать, кто им владел. Первоначально акции Автобанка принадлежали автозаводам. Благодаря новым эмиссиям их вытеснили малоизвестные российские фирмы.
Затем, по предложению Андреева, акции перекинули на кипрские трасты. Бенефициарами их числились кухарки и шоферы Автобанка. Допущенные при оформлении документов ошибки делали всю структуру окончательно виртуальной. Так кто же все-таки стоял за шоферами и кухарками?
— Нам всегда говорили, что у нас все общее, — утверждает Раевская. — А что акции записаны на шоферов – это формальность. Если бы Юра Белов остался в живых, так бы оно и было.
— Автобанк, — утверждает Андреев, — принадлежал мне. Я купил его на деньги, заработанные моими фирмами – Крестовским пушно-меховым комплексом, «Москвичкой-люкс» и др. В 1995—1996 годах банк приносил огромные дивиденды – 700—800%. Кто-то эти деньги забирал, а я их употреблял на покупку новых эмиссий и так стал хозяином. У нас с Раевской еще в 1997 году был разговор на эту тему: что хозяин только я и что деньги это мои.
Вас удовлетворяет какое-либо из объяснений?
Меня – нет.
Очень странно, что такой профессиональный менеджер, как Раевская, удовлетворилась объяснением типа «все у нас советское, все у нас свое».
Очень странно, что фирма «Москвичка-люкс» заработала деньги на покупку одного из крупнейших российских банков.
Я считаю, что оба говорят неправду.

$$$
Мы уже упоминали имя Александра Макеева: того человека, который свел бывшего мента с красноярскими спортсменами и который потом признается Гамзаеву в том, что Андреев поручил ему убийство Гамзаева.
В 1995 году в поле зрения Андреева и Макеева попадает банк «Единство». Банк контролировали солнцевские, обналичившие через него целую кучу «вэбовок». Своя доля в «вэбовках» была и у председателя правления банка Дмитрия Бурейченко, который по окончании операции должен был сбежать за границу.
Однако Бурейченко тратил в день по 13 тыс. долларов (половину из них – на кокаин), и к ноябрю стало ясно, что бежать ему не на что.
Была начата оперативная разработка банка. Служба безопасности составила подробнейшие характеристики всех фигурантов — от пьянчужки-хоккеиста Абрамова, устроенного солнцевскими «смотрящим» в банк и переманенного банкиром на свою сторону, и до самого Бурейченко.
Из справки: «Среди лидеров солнцевской ОПГ Бурейченко ведет разговоры о возможности возрождения банка или о его продаже с целью затянуть время. На самом деле Бурейченко Д.И. надеется найти большой валютный межбанковский кредит и, перегнав его за границу, скрыться от бойцов ОПГ».
Вывод автора справки, бывшего милиционера (судя по специфическому стилю) и блестящего комбинатора (судя по красоте задумки): «учитывая личностные характеристики руководителей банка, их тягу к обогащению, криминогенные наклонности и желание переехать за рубеж, а также крайне шаткое реальное финансовое положение банка можно сделать вывод, что КООПбанк «Единство» подходит для проведения специальной финансовой программы, однако данная работа требует огромного внимания, осторожности, а также серьезной поддержки силовых структур».
Люди, передавшие мне эту справку, утверждали, что один из ее авторов – Андреев.

$$$
В 1995 году группа бывших сотрудников ОБХСС учреждает фирму Intarex Enterprises Ltd. Директором московского филиала становится Андрей Андреев, саму фирму возглавляет еще один бывший милиционер – Щербинин.
Вскоре «Интарекс» в огромном количестве начинает получать от «Единства» «вэбовки», принадлежащие клиентам «Единства», и продает их. Формально «вэбовки» передаются в «Интарекс» в обеспечение депозита, положенного «Интарексом» на счет «Единства», но реальная стоимость «вэбовок» на рынке на 20—30% выше депозита.
Деньги, положенные на депозит в «Единстве», «Интарекс» берет в долг в Автобанке. Операция «кредит—депозит—залог» повторяется десятки раз, иногда по два-три раза в неделю, цена сделок – от 1 до 20 млн долларов.
По сути дела, это схема обналички «вэбовок», принадлежащих госпредприятиям. Наконец одно из предприятий спохватывается, «Единство» лопается, Бурейченко сбегает.
«Серьезная поддержка силовых структур» позволяет Андрееву и Автобанку выйти сухими из воды.
Я полагаю, что именно деньгами от краденых «вэбовок» и были оплачены новые эмиссии акций Автобанка. Такого рода операция требовала соучастия:
— менеджмента Автобанка, который предоставлял кредиты;
— службы безопасности, которая обеспечивала «серьезную поддержку силовых структур», «вела» Бурейченко, Абрамова и пр.;
— криминальной крыши, которая «терла вопрос» с солнцевскими, потому что солнцевские все крупные сделки «Единства» обсуждали с крышами его контрагентов.
Из двух неоспоримых фактов – обналичивания «вэбовок» через Автобанк и виртуальной структуры его собственности — можно вывести три недоказуемых, но логических предположения.
1. Вероятно, всем участникам процесса (то есть менеджменту, ментам и бандитам) обещали равные доли. Я полагаю, что если бы Белов и Андреев заранее оговаривали тот факт, что новые эмиссии, оплаченные ворованными деньгами, принадлежат только им, акции были бы оформлены не на подставных грузчиков (что очень опасно), а непосредственно на хозяев.
2. Так как операция с «вэбовками» осуществлялась при «поддержке силовых структур», структуры тоже могли «сидеть в доле». Это была еще одна причина виртуализации собственности в Автобанке. Дворники в качестве номинальных бенефициаров кипрских трастов позволяли Андрееву в одних местах называть себя хозяином, в других подчеркивать, что за ним стоит мощная группа из еще действующих сотрудников.
Кстати, в бизнес-сообществе утверждают, что в разное время Андреев ссылался на разных друзей в погонах. До великой грызловской революции он любил упоминать всемогущего Владимира Орлова и Николая Климкина (в середине восьмидесятых Климкин вместе с Андреевым работал оперативником 2-го отдела УБЭПа ГУВД. При Рушайло возглавлял РУБОП Москвы.)
Теперь же в друзьях — те, кто снял Рушайло и Орлова, а из друзей поменьше упоминаются Беневоленский и Ферапонтов. Беневоленский – это тот самый милиционер, который в результате блестящей оперативной работы накрыл квартиру с оружием. Ферапонтов до 3 октября прошлого года работал заместителем гендиректора в «Ингосстрахе». 3 октября 2001 года (сразу после продажи холдинга) он ушел с этой высокооплачиваемой должности и занялся бескорыстным трудом на благо родины: стал замначальника 14-го отдела ГУБОПа МВД. Вы будете смеяться, но едва ли не первой преступной организацией, где возрожденный милиционер учинил обыск, стала купившая «Ингосстрах» «Нафта-Москва».
И наконец, пункт третий.
Андрей Андреев «засветился» как директор московского филиала «Интарекса», который стоял на самом краю грязной лужи. Вряд ли засветку позволил бы себе настоящий хозяин вроде Юрия Белова. Скорее всего, и Андреев, и другой засветившийся милиционер – Щербинин – первоначально были младшими партнерами.

$$$
Менеджеры Автобанка поверили, что с ними поделятся ворованным, и не сообразили, что на ворованное нельзя предъявить прав. Поэтому, возможно, разговор Андреева с Раевской в 1997 году действительно имел место. И значил он следующее: «Да, эти фирмы контролируем мы, и только мы. Ты никак не докажешь, что имеешь долю. Будешь рыпаться – банк рухнет».
Менеджеры затихли. Менты и уголовники обыграли финансистов на том поле, где финансисты ничего не понимали. Зато встревожились партнеры Андреева – Щербинин и Белов. Ведь «кидок» – вещь заразная. И если вы втроем кинули одного беспомощного партнера, то где гарантия, что дальше не кинут вас?
Белов и Щербинин были обеспокоены тем, что всю сложную систему номинальных дворников контролирует очень близкий к Андрееву человек – Татьяна Дегтярь.
Еще больше они были обеспокоены характером г-жи Дегтярь, который живо напоминал леди Макбет. Дегтярь постоянно настраивала Андреева против партнеров, то ли чтобы быть единственной его опорой, то ли интуитивно настраиваясь на главную струну его характера.
И тут Андрееву повезло.
Сначала умер Щербинин – он сломал ногу при прыжке с парашютом и умер после операции. Потом от белокровия умер Юрий Белов, которого в бизнес-сообществе считали главным владельцем холдинга.
Все права покойников унаследовал Андреев, ведь именно близкий ему человек контролировал систему офшоров. Андреев не оставил семью Белова заботой и продолжает платить ей небольшую пенсию.

$$$
Поразительно, но и после смерти Белова акции Автобанка продолжали висеть на номинальных держателях. Это очень опасно. (Я знаю случаи, когда из швейцарских сейфов крали акции на предъявителя и целые заводы переходили из рук в руки). Границы между владельцами Автобанка продолжали оставаться неустойчивыми, как границы между степными племенами, не доросшими до государственности. И если такой умный человек, как Андреев, продолжал это делать, значит, у него оставались еще партнеры.
Например, Родион Гамзаев.
Такого партнера, как Радик, слишком опасно убивать. Проще вытеснить, опять-таки обыграв его на том поле, где он ничего не понимал.
Андрей Андреев завязывает новую дружбу – с Владимиром Савельевым, главой металлургического трейдера «Стилтекс». Савельев предлагает проект: НОСТА. Орско-Халиловский меткомбинат.
Это проект, который должен был стать вторым банком «Единство». НОСТА – это огромные деньги, беспомощный менеджмент и человеческие страсти, которые умелый оперативник, хотя бы и не разбирающийся в непосредственном руководстве бизнесом, может использовать как финансовый рычаг.

$$$
В 1999 году директором НОСТА был Павел Гуркалов, а 63% акций комбината принадлежали его молодому заму Юрию Гринину, который собирался жениться на дочери Гуркалова.
В преддверии свадьбы все финансовые потоки комбината шли через фирмы Гринина, он организовывал перевозки и поставки. Гуркалов воровал то, что оставалось.
К 1999 году Гринину стало ясно, что комбинат висит в его офшорках, как дыня в сетке, и что г-н Гуркалов с его ухватками вороватого кладовщика – это слишком большой пассив для приданого. «Комбинат уже никуда не денется», — рассудил Гринин и отказался жениться.
Обманутый тесть бросился за помощью к Черномырдину, благо Оренбург был родовой вотчиной бывшего премьера. Черномырдин и познакомил Гуркалова с Андреевым и Савельевым. Савельев, профессиональный трейдер, был способен заменить Гринина на внешних рынках. Андреев, владелец Автобанка, мог дать комбинату денег.

$$$
16 июня 1999 года Юрия Гринина пырнули ножом в подъезде собственного дома. Он умер через неделю. (1)
Спустя несколько месяцев старого директора Гуркалова отправили на пенсию.
А потом Андреев и Савельев поссорились. Во многом ссоре способствовала Татьяна Дегтярь. Именно она нашла для Андреева доказательства, что трейдерские структуры его партнера обкрадывают комбинат.
Савельев в ответ заявил, что Автобанк кредитует НОСТА под грабительский процент, и предложил выкупить его долю. Однако у Андреева уже был контрольный пакет акций НОСТА. (2)
— Я не буду выкупать твои акции, — ответил Андреев, — и ты мне ничего не сможешь сделать.

$$$
На предприятии, где одного хозяина зарезали, а второго выперли, третий и четвертый должны были поссориться. Но это была не ссора – это была оперативная комбинация.
Вспомним, что Андрей Андреев не контролировал полностью Автобанк. Там еще был Родион Гамзаев, о существовании которого в банке не знали, и была Наталья Раевская, единственный среди всей этой волчьей стаи порядочный менеджер. Андреев также не контролировал НОСТА. У него там тоже было два партнера, а управлял бизнесом Владимир Савельев.
Но, перекачав свыше 100 млн долл. из неконтролируемого им Автобанка в неконтролируемую им НОСТА, Андреев получал полный контроль над обоими бизнесами. Над Автобанком – потому что тот зависел от одного заемщика, и над НОСТА – потому что та была кругом должна Автобанку.

$$$
Любовь и голод правили миром во времена Шиллера. Российской экономикой правят жадность и месть.
Андреев зря решил, что его партнер «ничего не сможет сделать». В России масса желающих помочь обиженным. Савельев обратился к группе «Альфа» — национальному чемпиону по части захвата заводов через банкротство. Двумя главными оренбургскими активами «Альфы» были крупнейшее бюджетообразующее предприятие региона – «ОНАКО», и губернатор в придачу.
Операция с НОСТА в отличие от операции с «Единством» обернулась катастрофой. Липовое банкротство комбината грозило реальной несостоятельностью Автобанку. Андреев перехитрил сам себя: он только-только собирался совершить головокружительное финансовое сальто, которое избавит его от неудобных партнеров, — и пока он был в воздухе, у козла, через которого он прыгал, подрезали ножки.

$$$
Осенью 2001 года Андреев позвонил Раевской и попросил ее приехать на Полянку. (Головной офис Автобанка и офис Андреева располагались в разных местах.)
Та приехала. В кабинете Андреева сидел незнакомый ей человек.
— Познакомьтесь, — сказал Андреев, — это Родион Юрьевич Гамзаев, мой партнер.
Видимо, в этот момент Раевская вспомнила все: убийство Гринина, похищение брата, сотрудника Высшего арбитражного суда, который действовал против Автобанка и которому дали трубой по башке в подъезде. (Сотрудник СБ Автобанка, сделавший это, опознан: один из внутренних документов СБ предлагает премировать его за «успешное выполнение конфиденциальных поручений».)
Впрочем, Родион Гамзаев показался вполне вменяемым человеком. Он хотел знать: можно ли еще спасти бизнес? Если нет — получить за него 50 млн долларов.
Гамзаев легко перетянул Раевскую на свою сторону. Ведь чтобы получить собственную долю, он был готов истребовать и долю Раевской, о которой ей давно велели заткнуться.
И еще, я думаю, Гамзаев сделал простую вещь. После того как он перевербовал СБ Андреева, эта СБ продемонстрировала менеджерам Автобанка все собранные на них досье. Изумленные финансисты увидели подробности их личной жизни, такие извинительные в собственных глазах и такие омерзительные в докладном доносе: кто с кем спит, кто где покупает суши на ужин…
Это был шок для менеджеров и победа Гамзаева. Ведь деятельность Гамзаева, мягко говоря, не документировалась докладными записками.

$$$
Собственность в Автобанке была виртуальной. Собственниками были те, кто создавал партнерам проблемы. Теперь проблема была у Андреева.
Андреев бросился бегать по Москве в поисках денег. Он был готов заложить «Ингосстрах». Он был готов продать НОСТА. Но кто будет платить деньги за тонущий танкер?
За несколько дней до арбитражного суда по НОСТА Андрееву позвонил его друг Сулейман Керимов. (Депутат Госдумы Керимов считается хозяином ГНК «Нафта-Москва» примерно по той же причине, по которой депутат Абрамович считается хозяином «Сибнефти».)
Керимов предлагал за НОСТА 160 млн долл., из них тридцатку – живыми деньгами. Сейчас Андреев считает, что это был лишь первый ход в долгой шахматной партии, которую разыгрывал с ним Керимов – один из лучших гроссмейстеров на поле промышленных захватов.
Тогда это казалось спасением. Договор был подписан. 10 млн долл. были перечислены Андрееву. «Нафта» уже зафрахтовала самолет до Оренбурга. За два часа до вылета пришло известие: «Альфа» зашла на комбинат.
Танкер утонул.
Положение Андреева сделалось совсем отчаянным. Он был должен Малевскому, он был должен Гамзаеву, а теперь – и Керимову.

$$$
Спустя неделю после провала сделки по НОСТА Андреев вновь обратился в «Нафту». Он просил 30 млн долл. под залог контрольного пакета «Ингосстраха».
— Для чего эти деньги? – спросил Керимов.
Андреев ответил, что 20 млн предназначаются Радику. 10 – одному из высших чинов ФСБ, который за эти деньги «брался решить все».
— Почему Радику? Ты ему должен?
— Он владеет третью моего бизнеса, и я его хочу выкупить.
— А что, твой бизнес стоит 60 млн?
— Я решил вопрос. Если он не возьмет двадцатку, его возьмет ОМОН.
Но сделка зависла.
Попытки добыть денег в других местах кончились ничем. Угрозы Радика превратились в ультиматум.
Андрееву остался единственный способ расплаты с партнером. Проблема была в том, что раньше Андреев расплачивался таким способом через Радика, а теперь он хотел расплатиться с самим Радиком.
Андреев не знал, что его собственная служба безопасности — им же выпестованный монстр — сдала его и теперь записывает для Радика все разговоры Андреева.

$$$
В сентябре Керимову позвонил сам Радик:
— Ты Андрееву деньги дал или нет?
— Под него деньги готовы, — ответил Керимов.
— Чтоб ты понимал, Андреев от управления отстранен. Все контролирует Раевская. У нее треть, у меня треть и у Андреева треть. Все документально оформлено. Хочешь покупать – покупай у нас.
Уже впоследствии Керимов поинтересовался причинами такой внезапной перемены. Ему ответили, что Радик имеет доказательства того, что Андреев является заказчиком убийства Гринина и что Андреев пытался организовать убийство самого Радика. У него был выход – либо сдаться на милость партнера, либо сесть.
28 сентября покупатели приехали в Автобанк и прошли в конференц-зал. По словам Андреева, половину зала занимали высокопоставленные сотрудники «Русала» и Автобанка, другую половину – красноярские братки. Председательствовала Раевская. Андреев сидел в президиуме. Ему протянули договор. Договор гласил, что Раевская и Гамзаев продают свои две трети за 90 млн долл. Андреев молчал.
Ему было страшно.
«Нафта-Москва» была посредником по продаже бизнеса и, видимо, брала на себя все риски. Окончательными покупателями стали структуры Абрамовича и Дерипаски. «Альфа» отступила с НОСТА, подавленная превосходящим административным ресурсом противника. «Альфа» получила за комбинат выкуп в 25 млн долл., из которых ни копейки не заплатила Владимиру Савельеву.

$$$
— Я, конечно, представляю, что обо мне говорит Керимов, — сказал Андреев, — а между прочим, нас познакомил Радик. Он представил Сулеймана как крупного дагестанского авторитета. (3)
Я всегда рада передать одному хорошему человеку мнение о нем другого хорошего человека.
— Керимов о вас ничего плохого не говорит, — сказала я, — он говорит, что вы очень приятный человек, если вас не трогать.
— Тогда зачем он меня тронул?

$$$
Андреев не сразу понял, что его «тронули». Он даже переехал в «Нафта-Москву», ведь формально он оставался (и остается) владельцем трети бизнеса. Он еще надеялся быть партнером, только без страшного Радика.
Он полагал, что Дерипаска, Абрамович и Керимов обойдутся с ним лучше, чем он сам – со своим партнером Савельевым. И действительно, с ним обошлись гораздо лучше. Ему не сказали: «Пошел вон». Ему сказали:
— Какая проблема! Оставайся партнером. Только мы вкладываем в бизнес деньги, и если ты хочешь оставаться в бизнесе, вложи в него деньги. А если ты хочешь, мы выкупим твою долю. Но ведь у тебя столько долгов, что все деньги уйдут на их покрытие.

$$$
Сейчас Андреев утверждает, что ни Раевская, ни Гамзаев его партнерами не были.
— Это беспрецедентно наглый передел бизнеса, — говорит Андреев, — у меня требовали безо всяких на то причин 30 млн долл. Радик угрожал моей семье и жизни. Даже тогда я готов был решить дело миром. Я ездил по Москве, собирая деньги, и я бы собрал их, бизнес стоил значительно больше.
— И вы, несмотря на шестьсот человек в службе безопасности, боялись этих угроз?
— А вам когда-либо угрожали? Я знал, какая была в стране ситуация, я знал, что никто не мог тогда меня защитить.
Не верю. Допустим, доносить, с кем спит зампред Автобанка, проще, чем справиться с Гамзаевым. Допустим, родное МВД помочь не могло.
Но в этой истории был человек, который мог решить, кому принадлежит Автобанк, и принудить все стороны уважать свое решение. Этого человека звали Антон Малевский. Это была его профессия – заставлять олигархов, насилующих российский закон, соблюдать понятийные договоренности.

$$$
Именно к Антону Измайловскому обратился бывший милиционер Андрей Андреев, когда понял, что его пакет никому не нужен. Андреев полностью отдал Малевскому всю ситуацию.
В конце октября Малевский договорился, что «Нафта» выплатит Андрееву 4,8 млн долл. и покроет все остальные долги. Взамен Антон принес в «Нафту» бумагу о том, что Андреев не имеет претензий по сделке.
6 ноября Малевский разбился в ЮАР, прыгая с парашютом.
И только после этого Андреев обратился в МВД.
Я примерно представляю себе, как Андреев разговаривал с Малевским. «Были партнеры?» — «Нет». — «Радика заказывал?» — «Нет». — «Да что ты гонишь! Ты понимаешь, где ты сейчас и сколько ты стоишь?»
Я бы дорого дала, чтобы представить себе разговор Андреева с честными следователями, возбудившими дело по ст. 159, ч. 3 (хищение в крупных размерах). «У тебя были партнеры? Говоришь, нет? Значит, нет. Заказывал? Говоришь, нет? Значит, не заказывал! Пленки?! Фальшивка! Пиши, что украли бизнес. Да, весь. Какие 4,8 млн? Мы с них, подлых олигархов, 150 стребуем!»

$$$
Я завидую журналистам типа Хинштейна или Лурье. Они так правильно кипят благородным негодованием. У них все просто: есть честная сторона и есть гады чернее ночи.
Я в этой истории знаю только двух приличных людей. Один – это Наталья Раевская, глава Автобанка. Кажется, я наговорила про Автобанк достаточно гадостей. Но Автобанк – это единственный российский банк, который имел в своем портфеле свыше 20% средств в ГКО и который не слили после августа 1998-го. Единственной причиной этого было фанатичное желание менеджера Раевской сохранить банк. Эта сухонькая пятидесятилетняя женщина, никогда не носившая ни золота, ни бриллиантов, добровольно получавшая после кризиса такую зарплату, какую в других банках получали операционистки, сумела спасти Автобанк просто потому, что уже обманувшие ее акционеры не умели управлять банком и не могли растащить его без ее согласия.
Второй – это Антон Малевский. Про Малевского тоже можно сказать многое. Я не Интерпол, мне неохота. Но Антон фактически владел контрольным пакетом НОСТА и мог легко кинуть Андреева. Вместо этого Антон продал свой пакет, потому что был дальновиднее всех участников этой свалки. Антон сделал все, чтобы погасить конфликт.
И если бы Малевский был жив, не было бы ни заявления Андреева, ни общей вони, ни этой статьи. Но Малевский глупо и нелепо погиб, и освободившееся место «смотрящего» над российской металлургией торопливо спешат заполнить маленькие менты и чекисты, не имеющие даже сотой доли его интуиции, власти и порядочности.

$$$
Автобанк покупали не за деньги. Автобанк покупали за компромат. Покупательная способность компромата была оценена в 90 млн долл.
Покупатели не учли главный тренд российской экономики — полную девальвацию компромата.
Как только Андреев обратился в МВД, оказалось, что любая пленка может быть признана фальшивой. Любые явки с повинной взяты назад или, наоборот, выбиты. Безумные суммы, назначенные Андреевым за свой разорванный бизнес, кружат голову мелким ментам, которых раньше олигархи не пускали дальше лакейской.
Более того, к коммерческим интересам примешались политические. Ведь окончательные покупатели холдинга – это Абрамович и Дерипаска. Как же могут «новые питерцы» пройти мимо заявления Андреева о том, что «бандиты отняли у него бизнес»? Мимо возможности подоить «семью», вдобавок помогая социально близкому выходцу из органов?
«Сибал» купил НОСТА с перебитым номером в надежде, что в «Сибале» есть партнер, который подотрет за нашкодившим Дерипаской. История вылезла наружу. Похоже, что номер перебил сам хозяин, и вдобавок он теперь просит отступного, как за «Бритиш Стил».
Не знаю, чем кончится история с Автобанком. Но подозреваю, что кризис в России может начаться со сделки вроде этой.

(1) Видимо, Гринина убили киллеры, представленные Гамзаевым, хотя вряд ли пленка с их показаниями является юридическим доказательством. Андреев категорически отрицает свою причастность к убийству Гринина: к тому времени, мол, были уже окончательно выиграны «десятки» судов против Гринина. Проблема в том, что в стране, где можно выиграть «десятки» судов, окончательной инстанцией является только труп. Драка вокруг Автобанка — живая тому иллюстрация. [назад]

(2) Первоначально новые хозяева поделили НОСТА на троих. Треть – Андрею Андрееву, треть – Владимиру Савельеву, треть Антону Малевскому — бизнесмену, которого называли лидером измайловской ОПГ. Перед тем как выгнать Савельева, Андреев выкупил акции Малевского. Малевский согласился, видимо, потому, что внимательно рассмотрел своих партнеров и понял, что дерьма не оберешься. Теперь Андреев утверждает, что Малевский сам предупреждал его насчет Савельева и говорил, что этот человек украдет все, если не держать его в руках. [назад]

(3) По словам Керимова, он впервые познакомился с Андреевым в Автобанке, когда пришел просить кредит для «Внуковских авиалиний». В кабинете, куда он пришел, также находился Гамзаев. [назад]

04.03.2002