*3200. Публикации Юрия Болдырева

[Юрий Болдырев]

ДУШИТЬ НАСЕЛЕНИЕ ИЛИ ОЛИГАРХАТ?

http://s-pic.ru/i/112450.jpg
В СМИ вновь вбрасываются страшилки-предложения по ограничению оборота валюты. Зачем?

Говорят, что кризис в разгаре. Не соглашусь. Скорее – деградация и обвал нашей национальной экономики продолжаются. Кризис – как перелом – еще, надо полагать, впереди. В этих условиях каждый думает, как жить дальше, где завтра найти работу, а также как и в чем сохранить ранее отложенное, накопленное. На эту тема масса советов и советчиков – не стану с ними конкурировать. Но обращаю внимание на другое: в публичное пространство вновь и вновь вбрасываются «патриотические» идеи запретить хождение в стране иностранной валюты, прежде всего, доллара и евро. И что – от этого рубль укрепится, станет валютой более надежной? И главное: приведет ли это к двум действительно жизненно важным эффектам:

- станет ли рубль надежным средством долгосрочного планирования финансово-хозяйственной деятельности производственных предприятий?

- станет ли рубль надежным средством сохранения накоплений, в том числе, сбережений граждан?

Ответ на оба эти вопроса, к сожалению, очевиден – нет.

А ведь для развития национальной производительной (не путать с финансово-спекулятивной) экономики решить именно эти две задачи жизненно необходимо. Но вот только достигнуто это может и должно быть на совершенно ином пути, принципиально иными методами. А именно - путем развития национального производства. Да еще и при обеспечении ответственности власти за создание наилучших условий для этого производства, в том числе, долгосрочной стабильности и устойчивости национальной валюты. И уж точно – никак не методом «облегчения жизни» рублю (на самом деле - тем, кто ответственен за финансово-кредитную политику), устранения его (рубля) конкурентов.

Но тогда зачем же подобное методично вновь и вновь повторяется?

Невольно хочется ответить за авторов подобных «патриотических» новаций: а чтобы «не все коту – масленица». В том смысле, что чтобы предпринимателям и гражданам «жизнь медом не казалась». Чтобы они видели, что власть изо всех сил старается и свою национальную валюту защищает (якобы), а также чтобы не расслаблялись, а разделяли все возникающие при «защите» национальной валюты трудности.

Сопутствующий возможный эффект тоже неплох: если вы по какой-либо причине не хотите на самом деле сделать какое-то важное дело (например, на самом деле долгосрочно укрепить национальную валюту), но вас к нему настойчиво подталкивают, один из методов решения вопроса – это сделать дело в извращенном виде. То есть, так, чтобы дело дискредитировать. Чтобы в результате как будто бы «дела» все, кто на том настаивал, более пострадали бы, нежели выиграли. И, соответственно, чтобы прекратили вас к делу подталкивать и на нем настаивать.

Вот и представим себе: вместо создания в стране надлежащих механизмов ответственности власти и развития национального производства, под прикрытием якобы работы по укреплению нацвалюты, почему бы не ударить по гражданам и предприятиям? Почему бы не лишить их возможности хоть сколько-то более надежно, нежели в наших сегодняшних рублях, сохранять свои сбережения и накопления? Вот сами и запросятся обратно - к прежнему (нынешнему) состоянию дел. И власть снова, уже с полного согласия граждан, сможет безнаказанно творить произвол в интересах своих фаворитов - продавцов за рубеж непереработанного сырья и финансовых спекулянтов. Зато и все остальные – маленькие люди - на этом пышном празднике дожирания страны олигархатом, вроде как, снова получат хоть какую-то временную возможность для маневра…

Но особенно досадно и обидно, когда подобные предложения – по запрету или ограничению оборота валюты гражданами - вносятся людьми и политическими силами, которых трудно обвинить в подыгрывании власти и олигархату. В самых, может быть, и на самом деле чистых и светлых целях. Как к этому относиться? Только попытаться что-то объяснить.

Итак, первое. Задача национально и социально ориентированного государства не в том, чтобы лишить граждан доступа к окружающему миру и его благам, включая предлагаемые средства сбережения и накопления, но в том, чтобы предложить средства свои – не менее надежные.

Второе. Протекция национальному производителю – это то, что жизненно необходимо на определенных этапах развития, но относится это именно к реальному высокотехнологичному и/или жизнеобеспечивающему производству, но никак не к инфраструктуре этого производства. К инфраструктуре – лишь временно и постольку, поскольку это нужно для выигрыша в основном производстве. Финансовая сфера – это отнюдь не самостоятельная самоценная сфера, а исключительно инфраструктура развития.

Кстати, много у нас теперь «патриотов», понимающих печатание денег как самоценно прибыльную сферу, носящихся с идеями извлечения прибыли от «сеньоража» - мол пусть мы будем деньги эмитировать, а весь мир пусть будет их использовать. Что ж – попробуйте. Прямо так взять и составить в этом конкуренцию американцам, не имея за спиной ни аналогичного уровня развития реального сектора, ни авианосных, фактически глобально полицейских соединений… О чем тут всерьез даже говорить?

Третье. В интересах развития основного производства инфраструктура должна ставиться в сугубо подчиненное положение. В том числе, в положение минимизации (как минимум, регламентации) прибыли или же вовсе в бесприбыльное. Вплоть до положения плановой убыточности, покрываемой из доходов основных объектов развития. Так и в отношении финансово-банковской сферы в интересах развития речь должна идти не о максимизации прибыли от эмиссии, но о подчинении всей собственной денежной эмиссии интересам своего основного высокотехнологичного развития. И тогда задача – отнюдь не в административном вытеснении доллара и евро (ради максимизации прибыли от собственной эмиссии), но в их дополнении и, по возможности (а здесь, к сожалению, пока не все возможно), заменой собственной эмиссией. Но при жестком перекрытии каналов попадания этих средств на финансово-спекулятивный рынок.

С этого надо начинать – с переформатирования всей финансово-экономической власти и банковской системы, со смены их целеполагания и создания надлежащих механизмов ответственности, а не с новых (временно подзабытых старых) запретов и ограничений для граждан и предприятий.

Четвертое. И, разумеется, прежде, чем даже говорить всерьез о каких-либо санкциях в отношении доллара и евро, необходимо отменить ныне фактически имеющуюся и поддерживаемую всей мощью нашего государства … протекцию для них на нашей территории. Что я имею в виду? Самое простое, но о сущности чего многие не задумываются. Но чтобы понять и осознать всю абсурдность и антинациональную сущность происходящего, попробуйте сами ответить на простой вопрос: почему в нашей стране золото в слитках вы можете купить только с уплатой некоего НДС в одну пятую от его стоимости, а доллары, евро и любую иную иностранную валюту – без подобного НДС?

Очевидно, что само понятие «НДС» применительно к золоту в данном случае абсурдно: вы не покупаете некий товар, в стоимость которого входит себестоимость, налог и чья-то прибыль, после чего уплаченная вами цена соответствует рыночной на этот товар. Нет – вы покупаете этот фактически инвестиционный товар (средство сохранения ваших сбережений) уже по рыночной цене, но в дополнение к ней от вас требуют уплатить еще некоторый запретительный или, как минимум, ограничительный налог, который при последующей перепродаже (когда вам потребуются рубли) вам никто не вернет.

Зачем? Ради чего? Может быть, ради того, чтобы вы оставляли сбережения в национальной валюте, клали их в банк, и банк затем мог бы инвестировать эти средства в развитие? Нет, ничего подобного. Если вы доверяете своей национальной валюте и банковской системе, то вы и без этих искусственных ограничений на возможность купить золото так поступите. А если не доверяете, то к вашим услугам доллары, евро, швейцарские франки и т.п. – свободно в любом банке и безо всякого подобного заведомо мошеннического «типа НДС».

И что же получается? Да если еще и учесть, что золото в нашей стране добывается, то есть, можно сказать, что это – продукция отечественного производства? А доллары и евро в нашей стране не производятся никоим образом. В чьих же интересах подобная протекция? И все это в стране, руководство которой так последовательно делает вид, что всерьез противостоит Западу…

Надеюсь, из описанного выше понятно, что я никоим образом не предлагаю ввести аналогичный НДС еще и на покупку валюты. В нынешних условиях это означало бы просто лишить граждан и предприятия возможности какого-либо маневра в их попытках как-то сохранить трудовые сбережения перед лицом, скажем мягко, не вполне ответственной собственной власти. Напротив, если уж говорить о тех или иных желательных механизмах вытеснения доллара и евро из корзины накоплений и сбережений граждан, да еще и на фоне периодически запускаемых слухов о том, что США мол вот-вот вообще откажутся принимать наличные доллары, заменят их на некие «амеры» и т.п., то самое простое, естественное и, что немало важно, элементарно честное – отменить абсурдный «НДС» на покупку гражданами золота в слитках.

Понимаю, еще со времен осуждения «нэпманов» в глазах многих людей все те, кто хочет купить золото в слитках – это какие-то захребетники, недорезанные буржуи. Хорошо, а те, кто сейчас вынужден был судорожно покупать на обваливаемые властью рубли доллары и евро? Среди них немало простых врачей и учителей и даже пенсионеров, просто пытающихся сохранить кровно заработанное для решения совершенно реальных разнообразных жизненных проблем. Тоже захребетники?

Ладно, пусть кому-то психологически не нравится золото. Хотя никак не пойму: чем слиток золота весом в 100 граммов хуже пачки в три тысячи восемьсот американских долларов или пенсионного счета в Сбербанке примерно на две с половиной сотни тысяч рублей? Только тем, что надежнее.

Но не настаиваю. Пожалуйста, хотите, чтобы была какая-то иная, не золотая альтернатива – так создайте ее. Не способны обеспечить надежность своей национальной валюты, так создайте какой-то специальный государственный инвестиционный инструмент. Но только такой, чтобы он гарантированно обеспечивал сохранение покупательной способности средств – без обмана. Но это тоже не делается.

А если бы это сделали? Если бы либо сняли ограничения на покупку золота, либо (хотя здесь нет противопоставления - это можно было бы сделать и вместе) создали бы всерьез гарантированный государством инструмент сбережения накоплений – что тогда?

Тогда мы получили бы облегчение для огромного количества граждан возможности сохранить свои сбережения в чем-то действительно ценном, надежном и стабильном. Применительно к золоту – существенно более ценном и стабильном, нежели любая бумажная валюта любого ныне существующего государства. Но совпадает ли это с интересами нашей власти (нашего олигархата)?

В интересах и нашей власти (нашего олигархата), и олигархата глобального иное – противоположное. А именно: несмотря на все красивые декларации о «священности» частной собственности, тем не менее, на самом деле задача и нашего собственного, и глобального финансового олигархата проста: создание таких условий, чтобы не существовало в мире никаких надежных и доступных для большинства граждан средств и инструментов действительно надежного хранения (не говоря уже о преумножении) сбережений. И понятно: только в этих условиях вас можно заставить пойти к ним – финансовым олигархам – на поклон, добровольно положить деньги в их банки без надлежащих гарантий не то, чтобы прибыли, но хотя бы даже и элементарного сохранения покупательной способности ваших накоплений. И только в этих условиях вас можно заставить играть в «портфельного инвестора», на что заточены бесконечные «биржевые университеты» и прочие аналогичные «обучающие» структуры, единственный смысл существования которых – склонить людей либо включиться в заведомо проигрышную для абсолютного большинства игру, либо вообще отдать свои деньги финансовым спекулянтам – с тем же среднестатистически гарантированным результатом…

Но это применительно к простым гражданам – к их поведению в отношении кровных сбережений и поиску путей их сохранения. А что же в части промышленно-технологического развития страны?

Здесь стоит заметить, что отдельные разрозненные меры в отношении пусть и важнейшей, но тем не менее, лишь инфраструктуры развития, вообще не могут дать искомого результата. Меры по валютно-финансовому и банковскому регулированию имеет смысл обсуждать исключительно применительно к общей концепции будущего развития, а не нынешних судорожных попыток продлить паразитирование на природных ресурсах и ином наследии предков. И совместно с комплексом мер по развороту национальной экономики на промышленно-технологическое развитие. Именно это нам и предстоит обсуждать в ближайший вторник 29 сентября в Торгово-промышленной палате РФ на очередной секции Московского экономического форума. В основу обсуждения будет положен доклад и комплекс мер, разработанных под руководством советника Президента России академика С.Ю.Глазьева.

Кстати, есть в нем и предложения по ограничениям на валютно-финансовые операции. Но важно подчеркнуть, что, во-первых, это не отдельные предложения, а меры по финансовому обеспечению целого комплекса механизмов развития. И. во-вторых, направлены эти меры, насколько я понимаю, вовсе не на ограничение маневра для граждан, а, напротив, на крупный, в т.ч сырьевой и финансовый капитал.

Да, от пресс-секретаря Президента мы знаем, что этот доклад – никоим образом не позиция нашей власти, а всего лишь частное мнение советника Президента. К сожалению. Иного мы вряд ли могли ожидать. Но от того, что обсуждать мы будем не инициативу, «высочайше одобренную», а, напротив, то, что, как это уже заранее известно, встречает наверху жесткое неприятие и сопротивление, наше обсуждение не станет менее заинтересованным и содержательным.

[Юрий Болдырев]

http://worldcrisis.ru/crisis/2096135?COMEFROM=SUBSCR

Санкт-Петербург

19 Окт 15:04

О «героях» дефолта и их нынешних подельниках-покровителях
http://svpressa.ru/p/134162/l-134162.jpg
В рамках последних веяний на нашем информационном поле по названию статьи процентов 90 читателей, наверное, предположат, что это — не иначе, как опять о работе американского Госдепа и его европейских или, в крайнем случае, украинских подручных. Но, к сожалению, нет. То есть, это, конечно же, о подручных. Но не европейских или украинских, а самых что ни есть наших, отечественных.

Как известно, идут ожесточенные споры о том, каким быть «единому учебнику истории». Понятно. Но вот только из учебника ли, прежде всего, наши дети и внуки черпают информацию о нашей истории? Разумеется, нет. А откуда же? Со всего информационного поля, которое, как известно, тщательно структурируется и конструируется. И из всех искусств на нем, если не важнейшую, то все еще весьма существенную роль продолжает играть кино. Особенно, если это фильм, транслируемый по телевидению.

В данном случае это показанный на днях фильм ТВЦ «Герои дефолта».

Несколько вопросов и комментариев.

Первый. В связи с чем вообще сейчас этот фильм? Казалось бы: не август — не к очередной годовщине. И год не 2013-й или 2018-й, то есть, не 15 или 20 лет после события, а совсем некруглая дата. Единственная подсказка в самом конце фильма: мол, у нас, русских, так заведено, что вспоминаем теперь эти события «с огромным чувством юмора». Значит, не к годовщине того дефолта этот фильм, а к подбадриванию публики в связи с уже нынешними событиями — искусственной девальвацией рубля (без сохранения оборотных средств предприятий и покупательной способности сбережений граждан) и ее все нарастающими последствиями. Во всяком случае, другое объяснение найти не удается.

Вопрос второй: а кто же, собственно, эти самые «герои» того дефолта?

Об этом, как ни парадоксально, фильм вообще умалчивает. В том числе, о том, кто персонально и в какой процедуре, с чьим участием решение о дефолте принимал. И если фамилии премьера Кириенко и председателя Центробанка Дубинина в фильме упоминаются (правда, исключительно в позитивном ключе), то фамилия еще одного из непосредственных участников и, строго говоря, «героев» того дефолта — тогдашнего министра финансов Задорнова — не упоминается вообще. Не чудновато ли?

В качестве «героев» в фильме фигурируют:

— президент Ельцин, но с тщательным демонстрированием нам его как уже недееспособного посмешища;

— практически выведен из числа «героев» дефолта прямо-таки добрейшей души человек — Черномырдин. Вроде как, единственная с ним неувязка — несправедливо уволили, вместо того, чтобы наградить. И это притом, что все предшествие дефолту, включая и залогово-кредитные аукционы, и раскручивание пирамиды ГКО — в период именно его руководства правительством;

— отдельные олигархи-банкиры — разной степени циничности, но объединенные одним критерием: все те, кого нам показали, а это Виноградов, Смоленский, Березовский и Ходорковский — уже «не при делах». То есть, если быть совсем наивным, то можно так и поверить, что нынешние властители России (ключевые «равноудаленные» олигархи) тогда, все как один, скромно стояли в сторонке и к делу отношения не имели. Более того, как-то так вдруг оказалось (по фильму), что чуть ли ни основным выгодоприобретателем от дефолта был ныне уже покойный Борис Березовский. Что тут сказать? Уж, разумеется, ни малейших симпатий к этому «герою» я точно не испытываю. Но умудриться вообще не упомянуть основных «героев» — непосредственных участников событий и представить дело так, что, как будто, именно этот уже покойный недруг нынешнего нашего правителя в процессе того дефолта был главным злом (да еще и которому якобы противостоял чуть ли ни «государственник» Чубайс…) — это, надо сказать, большое искусство…;

— отдельные люди, находившиеся на разных ступенях социальной иерархии: от успешной «бизнес-вумен» (так это в фильме называлось) до нищей матери-одиночки, вынужденной покончить с собой и даже унести с собой в могилу своего ребенка — его просто нечем было кормить. Последнее придало фильму подлинного трагизма и убедительности. Но за эмоциями нельзя упустить и не заметить, на что же именно затем недвусмысленно направили ресурс этой убедительности?

Параллельно с живописаниями ужасов того дефолта, нам еще, как бы между делом, рассказали:

— что на «нефтяную иглу» страну подсадили еще в советские времена;

— что Парламент, пытавшийся объявить импичмент Президенту Ельцину, оказывается, сам был во всем виноват — регулярно принимал «популистские» законы, увеличивавшие нагрузку на бюджет;

— что приватизация (не какая-либо иная — более взвешенная, ответственная и элементарно честная, а именно та, что была проведена), оказывается, была жизненно необходима — мол, «ничейное не могло быть эффективным»;

— что залогово-кредитные аукционы были совершенно законными, а что «дешево продавали» ключевые объекты общенародной собственности, так это, мол, потому, что за объекты, стоимостью в миллиарды долларов, никто более нескольких сот миллионов дать просто не мог, а страна нуждалась в этих деньгах, и «у правительства не было другого выхода»;

— наконец, что состояние государства и власти в тогдашней России было чрезвычайно похоже на нынешнее украинское. Надо понимать, чтобы никому и в голову не пришло искать аналогии тогдашнего дефолта (масштабного обмана властью населения) с ситуацией нынешней, но не украинской, а нашей родной, российской.

В попытке обелить осуществленное целенаправленное разграбление страны пригодился даже «авторитет» только что, вроде бы, представленного как исчадие ада Березовского: именно он в фильме приводит «неотбиваемый» аргумент, что, мол, нет ни одного доведенного до суда дела по признанию сделок незаконными.

Что тут сказать?

Можно говорить о фактах. Например:

— что зависимость СССР — мощной промышленной державы — от продажи за рубеж нефти и газа и зависимость от экспорта непереработанных энергоресурсов современной России совершенно несопоставимы;

— что тогдашний (1994−1999гг. — преимущественно по своей политической ориентации левый и национально ориентированный) Парламент невероятными усилиями, буквально чудом сумел сохранить те основные социальные гарантии, включая доступ к качественному бесплатному образованию и здравоохранению, которые теперь методично и целенаправленно уничтожаются. Низко поклониться бы нам всем за это тому Парламенту;

— что именно тот Парламент непреклонно стоял на пути безответственной грабительской приватизации, вследствие чего команде Ельцина и пришлось искать обходные мошеннические пути, включая печально знаменитые «кредитно-залоговые аукционы»;

— что даже за несколько сот миллионов долларов никто будущим суперолигархам стратегические объекты, стоимостью во многие миллиарды долларов, не продавал. Нет, была осуществлена заведомо мошенническая притворная сделка. Наши государственные якобы «временно свободные» 700 млн долларов правительством были положены на депозиты в банки, после чего, по существу, эти же банки «одолжили» наши государственные деньги правительству. Но не просто так, а уже под залог ключевых стратегических заведомо высокорентабельных госактивов. Все это было изложено в подписанном непосредственно мною еще 26 августа 1996-го года обращении к Генеральному прокурору (на основании результатов проверок Счетной палаты, разумеется), а также это и все дальнейшее я подробно описал в своей первой книге — 12 лет назад;

— что ключевые подлинные «герои» того дефолта, в том числе, Кириенко, Дубинин и Задорнов — и ныне на высоких постах в управлении стратегическими активами и госсобственностью. Кириенко — бессменно руководит госкорпорацией «Росатом». Дубинин — после дефолта побывал в руководстве «Газпрома» и РАО «ЕЭС России», а ныне — председатель наблюдательного совета банка «ВТБ». Задорнов — руководит полугосударственным банком «ВТБ-24»;

— наконец, что на протяжении всего периода моей работы в Счетной палате мы постоянно бились за элементарное и естественное, казалось бы, право — выступать в судах с исками в защиту государственных интересов. В том числе, по приватизационным сделкам. Но ельцинской «вертикали» удалось этому противостоять. И единственным, кто имел право выступать с такими исками весь этот период, была Генеральная прокуратура. Несколько своих обращений к Генеральному прокурору я привел в вышеупомянутой книге. Но что толку? Ведь Генпрокуратура с момента увольнения единственного в нашей новейшей (после госпереворота 1993-го года) истории действительно самостоятельного Генерального прокурора Казанника, посмевшего, вопреки запрету Ельцина, исполнить постановление Госдумы об амнистии участникам октябрьских 1993-го года событий, далее всегда была уже абсолютно подконтрольна Президенту. Справедливости ради: не все сдались и не сразу. Полтора года после этого первый (выборный) Совет Федерации не назначал предложенную Ельциным кандидатуру Генпрокурора. Но это означало лишь одно: во главе с противозаконно назначенным Ельциным «исполняющим обязанности», Генпрокуратура вообще не могла функционировать в полном объеме…

Люди этого всего не знают или недопонимают. Так что специально это подчеркиваю: выступить в суде с иском в защиту государственных интересов, попранных президентом и его «вертикалью», у нас юридически некому…

Это факты. Но, может быть, авторы фильма и руководство нашей пропагандистской машины (дело, разумеется, не в руководстве лишь одного конкретного телеканала) об этом не знают?

Тут важнее и показательнее другое — выбранный метод действия.

А именно: представлен, как будто, целый спектр мнений — и правые что-то говорят, и левые. И создается видимость какой-то объективности и непредвзятости. Вот только об одном как будто бы забыли — что существуют официальные документы тогдашнего высшего по Конституции контрольного органа — Счетной палаты России, а также реального парламентского расследования — доклад специальной комиссии Совета Федерации по расследованию причин и обстоятельств дефолта.

Проблема, как может догадаться читатель, не в том, что фильм, продемонстрированный на всю страну, делали, допустим, какие-то неучи и бездари, не знающие, где и как можно получить официальную и достоверную информацию.

Беда в том, что в момент, когда на пороге уже самым недвусмысленным образом война, когда действительно необходимо интенсивно работать на общенациональное сплочение, руководство государства, судя по всему (это моя версия, разумеется), дает своей пропагандистской машине заказ на неприкрыто бессовестное и заведомо лживое освещение событий нашей новейшей истории.

Если они так откровенно и нагло врут про то, что мы точно знаем и понимаем, то как им верить в том, что, действительно, деликатно и должно быть прикрыто завесой гостайны?

Именно это, повторю, беда.

[Юрий Болдырев]

http://worldcrisis.ru/crisis/2155147?COMEFROM=SUBSCR
09 Дек 20:31

Об экономической части Послания Президента Федеральному Собранию.

Продолжаем говорить о том, что не было сказано в Послании Президента Федеральному Собранию, но что услышать у нас объективно были основания. Подчеркиваю: не субъективно — отталкиваясь от личности конкретного Главы государства, но объективно — исходя из складывающейся в стране и в мире ситуации.

Итак, главное, чего не оказалось в Послании — это более или менее реального плана или хотя бы посыла к мобилизации экономики и общества на предстоящее долгосрочное противостояние. Причем, не с относительной мелочью, но с самыми развитыми державами мира.

В короткой статье, разумеется, не претендую на полномасштабный план. Но некоторые важные направления задать попытаюсь

Национализация финансово-кредитной системы

Прежде всего, ни слова не нашлось в Послании о необходимости того, что я, в отличие от прокремлевских пропагандистов-провокаторов, называю не «национализацией Центробанка» (реально — полностью подконтрольного Кремлю), но национализацией государственной финансово-экономической политики. Не нашлось в Послании места ничему, что ориентировало бы на радикальный разворот всей финансово-экономической политики на ее подлинную суверенизацию, обслуживание и обеспечение интересов не транснационального финансово-спекулятивного капитала, но своего собственного промышленно-технологического развития. Об этом — ничего. Только пресловутая финансовая стабилизация, которую, правда, связали с суверенитетом.

Что ж, верно связали. Примерно так же, как с боеготовностью современной армии можно связать наличие автоматов… Но забыв при этом еще и о пушках, самолетах, ракетах и т. п.

А финансовая стабилизация — дело хорошее. И она уже была.

Потом сплыла.

Теперь Президент нас обрадовал, что вновь всплыла (уж простите за каламбур).

И все при тех же фигурах в руководстве. Все хорошо: и что стабилизация была, и что ее не стало, и что теперь вновь сколько-то побудет… А что подлинным инструментом развития такая банковско-финансовая система не станет — так и нет такой приоритетной задачи…

А советник Президента академик Сергей Глазьев, с его докладом и предложениями по радикальному изменению банковско-финансового и валютного регулирования, надо понимать, не для того, чтобы к нему прислушиваться? А ведь перед выборами президента 2012-го года, вспомните, как его народу представляли - так, как будто бы Президент и впрямь именно с ним и в самолете не расстается, советуется и именно к нему прислушивается. По существу, ведь это было, пусть косвенное, но предвыборное обязательство Президента — прислушиваться к таким людям, а не к грефам и кудриным…

Бег в кандалах

Ни слова не нашлось в Послании Президента и про кандалы ВТО. И, что еще важнее, про те уступки, которые российское руководство сделало еще до формального присоединения к ВТО — для того, чтобы заранее удовлетворить требованиям государств-конкурентов и транснационального капитала. Что позволило Правительству с гордостью отчитаться: мол, ожидания, что присоединение к ВТО приведет к росту импорта, не оправдались. Конечно, не оправдались — если вы свой рынок и своих производителей зарубежным конкурентам сдали заранее. А вот отвоевать свой рынок обратно теперь так запросто не получится.

Что бы вокруг ни происходило, какая бы ни возникала конфронтация с Западом, включая взаимные «санкции», тем не менее, принятым обязательствам в рамках ВТО российское руководство привержено абсолютно. С гордостью отчитывается, что за три года пребывания в ВТО даже и оставшиеся таможенные барьеры сокращены еще в среднем вдвое. Вот и с первого сентября текущего года Евразийская экономическая комиссия снизила ввозные таможенные пошлины более чем на 4 тыс. товаров. Включая и такие, по которым жизненно важны приоритетная поддержка своих производителей и самообеспечение: комплектующие для авиа- и судостроения и т. п.

Да, в этих условиях житницей (но с основными прибылями — у зарубежных владельцев семенного и племенного фондов), может быть, нам стать на какое-то время и разрешат — если очень-очень низко поклониться и заокеанских «партнеров» попросить. Но подлинно своего развитого машиностроения, станкостроения, авиастроения и т. п. — не будет. А, значит, в недалекой перспективе — и обороноспособности.

Дорожим ли союзниками?

Кстати, а при чем здесь Евразийская экономическая комиссия, принимающая решение о снижении ввозных таможенных пошлин в связи с обязательствами перед ВТО не всего Евразийского экономического союза, а в данном случае лишь России?

Поясню, но сначала о вынужденных ответных действиях наших союзников — о свежей новости, пришедшей еще до оглашения Послания, но своего отражения в нем почему-то не нашедшей.

Итак, вот и парламент Казахстана ратифицировал присоединение страны к ВТО. Кто в связи с этим выражает беспокойство? Участники Евразийского экономического союза. И не просто беспокойство.

СМИ сообщают, что в рамках «компенсации потерь» Евразийская экономическая комиссия разрабатывает целый пакет мер, включающий в себя, в том числе, усиление контроля на границах государств, входящих в ЕАЭС. Как вам такое движение к ранее разрекламированному нашими властями как приоритетная цель «Евразийскому экономическому пространству»? А министр иностранных дел Белоруссии В. Макей заявил честно, что создание единого Евразийского экономического пространства теперь переносится на 2025-й год или даже на еще более отдаленную перспективу.

Кто виноват? Казахстан?

Но напомню: в 2009-м году, когда был только создан Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, Россия, при согласии Белоруссии и Казахстана, официально заявила, что вступать в ВТО будем вместе — единым Союзом. И это было единственно верное решение. Имею в виду не само присоединение к ВТО (против которого я в принципе), но, если уж присоединяться, то не поодиночке, а на единых условиях. Если мы настоящий Таможенный союз, а не фикция.

Но что затем? Затем российское руководство, под давлением заокеанских «партнеров», отказалось от этого — присоединило страну к ВТО в одиночку, без союзников, фактически своих союзников предав. Получилось, что все издержки от вскрытия своих рынков транснациональным капиталом они стали нести одновременно с нами, но никаких плюсов, включая хотя бы даже и гипотетическую встречную открытость рынков стран ВТО, а также возможность отстаивать свои интересы в судебных инстанциях ВТО, они не получили.

Что оставалось делать Казахстану? Естественно, он продолжил свои переговоры о присоединении к ВТО. Но о чем могли быть эти переговоры? Я тогда, в 2012-м, предупреждал, писал об этом: с учетом той фактической «дедовщины» (приоритета прав старых членов над вновь вступающими), что царит в ВТО, переговоры с Казахстаном члены ВТО могут вести лишь по одному вопросу: как еще сильнее взломать внутренний рынок нашего Таможенного союза, как еще снизить нашу общую таможенную защиту.

Самой же страдающей от таких «союзничков» (на этот раз я с горечью вынужден использовать этот термин не применительно к нашим заокеанским «партнерам», но применительно к нам самим — к России — по отношению к самому преданному и надежному союзнику) является Белоруссия. Страна, в отличие от России и Казахстана, не имеющая энергоресурсов, на экспорте которых можно паразитировать, живущая исключительно трудом своих граждан. Российское же руководство, руками своей ручной телепропаганды, не упускает ни одного случая, чтобы хоть так, хоть этак, но обвинить своего союзника: то в «паразитировании» на наших природных ресурсах, то еще в каких-либо грехах — притом, что все эти их «грехи» с нашим фактическим предательством не идут ни в какое сравнение.

Согласитесь, вопрос о наших взаимоотношениях с ключевыми союзниками — достоин того, чтобы быть освещенным в послании Президента Парламенту.

Деоффшоризация или амнистия?

Не стал Президент на этот раз акцентировать внимание на необходимости решения проблемы деоффшоризации. Притом, что фактически ведь ничего не делалось — никакие инструменты, известные из практики других стран, такие как повышенное налогообложение на компании, имеющие хотя бы 15% оффшорного капитала, запрет или затруднение доступа таких компаний к разработке природных ресурсов и к госзаказам и т. п. — ничто подобное не использовалось. Может быть, проблема каким-то волшебным образом сама разрешилась и потому свою остроту потеряла? Тогда, я, конечно, власти с этим потрясающим успехом искренне поздравляю.

Если же всерьез, надо признать: то военное или, как минимум, полувоенное положение, в котором наша страна оказалась, и соответственно, необходимость экономической мобилизации, с одной стороны, и степень оффшоризации нашей экономики, со стороны другой — явления совершено несовместимые.

Но проблема деоффшоризации национальной экономики на этот раз была подменена вопросом другим — об амнистии вывезенных капиталов, которую предложено продлить. Власти это подают, как вещи связанные, но, с моей точки зрения, налицо подмена понятий. Вместо рассмотрения вопроса об интересах страны нам подсовывается вопрос о спокойствии олигархата, о наилучших условиях для него. И нас пытаются убедить, что интересы страны и спокойствие олигархата — это почти синонимы.

Выведение паразитов

А что такое вообще мобилизация ресурсов? Это всегда внутренняя ревизия и избавление от неэффективных звеньев, концентрация сил и ресурсов на главном. Отсюда необходимость анализа эффективности расходования средств и использования основных фондов и т. п.

Но бывают ситуации, когда весь этот «высший пилотаж» бессмысленен. Почему? Да потому, что во все звенья государственного механизма целенаправленно внедрены паразиты, вытягивающие соки и ресурсы. Приведу несколько наиболее типичных примеров.

Кровососущая система экономики

Первое — это сама банковско-финансовая система — целенаправленно выстроенная не как источник средств для развития, но как паразит, высасывающий соки из страны. Сплошь и рядом, что в «лихие девяностые», что и поныне: сначала бюджетополучатели (регионы, отрасли, предприятия) целенаправленно загоняются в кредиты банкам под немыслимые проценты, после чего власть перечисляет бюджетополучателям положенное, часть из которого тут же уходит на проценты паразитам. И даже помощь тем или иным секторам национальной экономики оказывается не напрямую, а не иначе как путем «частичной компенсации процентных ставок банкам». То есть, наши госресурсы, не мытьем, так катаньем, но обязательно, в конечном счете, идут посредникам-паразитам — банкам, вице-президентами в которых оказываются сыночки высших должностных лиц… Подчеркиваю: не просто ростовщикам (что отдельный предмет разговора), но еще и поставленным властью в положение обязательного паразитического посредника в любом процессе.

Вторая кровососущая

Как известно, лимфатическую систему человека иногда называют «второй кровеносной». С учетом же того, что в нашем государстве все кровеносное подменено кровососущим, нашу систему страхования вполне уместно назвать «второй кровососущей», ибо используется она в основном аналогично первой. Да и управляются они из единого центра — так называемого «мегарегулятора» (Центробанка). Особенно яркий пример — система обязательного медицинского страхования.

Строго говоря, в системе ОМС частным страховым компаниям вообще нечего делать — это целенаправленно внедренная чисто паразитическая прокладка между государством (в данном случае единственным истинным страховщиком) и государственными и муниципальными медицинскими учреждениями, лечащими нас за выделяемые государством деньги. Но существенная часть средств уходит на обслуживание такого чисто паразитического «бизнеса» — ни за что не отвечающего и ничем не рискующего. И какова тогда цена призывам главы государства требовать от страховых компаний отстаивать права пациентов медучреждений? С таким же успехом можно предложить и вшам больше заботиться о животных, из которых они сосут кровь.

Расползание откупщиков по телу России

Сбор налогов с помощью «откупщика» — это у нас такая «инновация», хорошо забытое старое — из времен уж совсем нецивилизованных. Яркий пример — пресловутый «Платон» — частная система сбора платежей за передвижение тяжелых грузовиков (пока только их) по федеральным трассам (пока только по ним). Водители-дальнобойщики взбунтовались. Против самого ли нового налога или же против того, что новое обременение, похоже, не столько налог, сколько способ подкормить друзей главы государства (как протестующие это трактуют)? Но нам важно понимать, что это — не разовое исключение из правила. Нет — это целенаправленно насаждаемая система. Вполне родственная паразитическому положению в нашей стране коммерческих банков или тому же обязательному медстрахованию за госсчет, но в частных компаниях-посредниках.

Под покровом гостайны

Тихая приватизация оборонки и частные конторки при государственных оборонных предприятиях. Оптимисты говорят: «Ну, наконец-то, деньги в оборонку пошли!». Пессимисты (реалисты?) отвечают: «Только все ли это в оборонку на самом деле?». И обращают внимание на то, что сначала из еще советских оборонных заводов (не в «лихие девяностые», а прямо сейчас) создается какой-нибудь концерн «Калашников», передается в добрые близкие для власти руки, после чего туда можно и деньги направить. Но на дело ли? Или бесконечно повторяющиеся истории о том, как-либо не то и не у тех покупали для гособоронзаказа, в результате чего качество произведенной продукции для оборонки можно себе представить, либо месяцами не выплачивали зарплату работникам — как, например, на строительстве космодрома «Восточный». И никто не виноват: это же не министры и руководители госпредприятий, а какие-то нехорошие бесконечные подрядчики и субподрядчики — как-то так неслучайно выбираемые, что никак их не призвать к ответу…

Включаю внутреннего цензора

Надо ли продолжать перечисление посредников-паразитов, не отряхнув которых с тела нашего государства ни о каком экономическом и оборонном успехе всерьез даже и заикаться не стоит? Полагаю, читатели могут и сами приводить их до бесконечности.

Себя же я останавливаю. А то, если и дальше идти по этой неумолимой логике, то глядишь — и неминуемо придешь к печальному выводу о том, что и сами наши власти — Президент, Правительство, Центральный банк, Парламент и высшие суды — в их нынешнем виде, то есть при нынешних механизмах формирования, функционирования и ответственности перед обществом — несколько того… Не то, чтобы уж совсем паразиты — такого экстремистского заявления я не делаю. Но уж больно упорно борются за право быть посредниками там, где мы и без них прекрасно обошлись бы и решили бы все сами. И реального права на референдум — на прямое волеизъявление, без излишних (здесь вполне корректно сказать, что паразитических) посредников, нас лишили.

Последний яркий пример масштабного вопроса, затрагивающего суверенитет России, по которому эти посреднички бессовестно лишили нас права принять решение самим — присоединение к ВТО. Напомню: весной 2012-го года Центризбирком отказал нам (Оргкомитету по проведению референдума), в том числе, на том основании, что нет полного пакета документов на русском языке, и потому граждане не смогут понять суть вопроса. Верховный суд с таким решением согласился. Что не помешало затем Парламенту ратифицировать, по сути, не переведенное на русский, а Конституционному суду проигнорировать прямое нарушение конституционного положения о статусе русского языка как государственного.

Вот и судите сами на этом примере о степени добросовестности посредничков, с которыми мы вынуждены иметь дело.

Уровень видения проблемы

Здесь мой внутренний цензор (исключительно для того, чтобы не подставлять издание) подсказывает компромиссную формулировку. А именно: не то, чтобы они все — наши власти — уж совсем паразиты, но как-то уж очень настойчиво цепляются за свою роль посредников между нами (народом страны) и теми решениями, которые мы, повторю, вполне могли бы принять и без них.

С печалью приходится констатировать: мы видим масштаб всеобъемлющего паразитизма, внедренного во все звенья экономической, социальной и государственно-политической системы — как основополагающую проблему, не позволяющую нам развиваться, двигаться вперед. В то же время, Глава государства, судя по его Посланию, да и по всему прочему, такой системной проблемы не видит. Лишь предлагает спрашивать с паразитов (на примере страховых компаний в системе ОМС) за здоровье тех, на ком они паразитируют…

Элементарный правопорядок — основа эффективной экономики

Казалось бы, после сказанного выше, что еще добавить? Строго говоря, все остальное — второстепенно. Или даже, может быть, и важно, но является следствием описанного выше.

Тем не менее, несколько штрихов добавлю, в том числе, отталкиваясь от проблемы, затронутой в послании Президента. Напомню, предложил Президент нам всего через пять лет стать всепланетарной житницей-кормилицей, а не хватает нам для этого лишь самой малости — племенного и семенного фондов. В связи с чем, образно говоря, и обратился наш царь-государь за помощью к тем, кому давеча … сам же приказал головы отсечь (см. мою предыдущую статью «Вперед вместе … с Ротенбергами, Абрамовичами и заокеанскими партнерами?»).

Но и общая ситуация в стране уже столь запущена, что по вопросу о воссоздании в стране семенного и племенного фондов обращаться нужно уже не только к ученым. А если к ученым, то уже не только сельскохозяйственных специальностей. Поясню на примере.

Итак, говорим о причинах отсутствия в стране семенного фонда. Несколько лет назад общался я с известным в аграрном мире человеком (и как ученым, и как организатором) — главой отечественной компании, занимавшейся, в том числе, семеноводством. Среди прочего выяснилось, что выращивают они свои оригинальные семена … в Италии. «Почему же не у нас?», — удивился я. И услышал в ответ историю о том, как пытались они выращивать элитные семена у нас в одном подходящем по климатическим условиям южном регионе России, заключили договоры — все, как положено. Но в результате вместо своих элитных семян получили что-то дешевое и некачественное, а их дорогие элитные семена, действительно выращенные, оказались — в товарных объемах — банально украдены. И спросить ни с кого они так и не смогли, а российские правоохранительные органы элементарно самоустранились. В Италии же не то, чтобы дешевле, но (хотя она считается и не самым правовым государством из европейских) надежнее.

Отец за сына не отвечает?

А у нас?

А у нас, оказывается, если верить пресс-секретарю Президента, в администрации Президента про бизнесы и бизнес-связи детей Генпрокурора все знали давно. Но это не является основанием для какого-либо ему недоверия. Мол, дети — совершеннолетние.

Что-то это мне напоминает… Что же?

Вспомнил. Два примера.

Пример первый: Генеральный прокурор Скуратов шестнадцать лет назад был уже заведомо совершеннолетний, вследствие чего лицо, на него похожее, имело право, уж извините, развлекаться с девочками на взаимно добровольной основе совершенно законно. Но к нему, тем не менее, предъявили моральные претензии — и отправили в отставку.

И пример второй: у Президента Турции Эрдогана, как нам объяснили по нашему ТВ, сын, вроде как, оказался замешан в торговле ворованной и нелегально продаваемой ИГИЛ* нефтью. Вот только применительно к этому случаю заведомо совершеннолетний возраст сына — почему-то не индульгенция главе Турции.

Отчего же такие двойные стандарты?

Подчеркиваю: неважно кто, какой и чей фонд придал огласке факты, касающиеся детей нашего Генпрокурора. Если это и впрямь «по заказу Госдепа», так вы будьте столь щепетильны, чтобы и Госдепу было не за что зацепиться.

Важно, что уста Президента — его пресс-секретарь — не выразил сомнения в отношении фактов, не пытался их опровергать, а ограничился формулой, суть которой в том, что отец за сына не только в уголовном порядке, но и морально-политически, вроде как, не отвечает.

Перевернутая государственно-политическая логика

Не здесь ли ответ на вопрос, почему в рассказанной выше истории о попытке выращивать на нашей территории элитные семена отечественные производители так и не смогли добиться у нас правды? И потому вынужденно стали производителями семян … не отечественными…

Президент нашей страны, как мы только что слышали, в своем Послании советует политическим партиям больше в своих предвыборных программах уделять внимания борьбе с коррупцией. Это нормально, так и должно быть?

Чтобы наша государственно-политическая система была эффективна и хотя бы минимально конкурентоспособна с системами наших конкурентов-противников, должно было быть наоборот. К вопросу о коррупции в данном случае должно было быть приковано внимание, прежде всего, самого Президента. А именно: либо Президент должен был в своем Послании убедительно опровергнуть измышления в адрес Генпрокурора страны. Либо отчитаться о том, что он уже предпринял для того, чтобы на высоких должностях не могли оказываться лица, чья репутация оказывается, пусть даже и лишь их близкими родственниками, но, тем не менее, столь подмоченной. Как минимум, заявить о создании по его поручению независимой от Генпрокурора комиссии по расследованию обнародованных фактов. Либо депутаты, не услышав от Президента ничего о Генпрокуроре, должны были сразу же отправиться на совещание по созданию парламентской комиссии по расследованию — как обнародованных конкретных фактов, так и всей кадровой политики в государстве.

Кстати, часто, когда на критику возразить нечего, мы слышим в ответ: «Критиковать — все мастера, а ты предложи что-то?».

Вот — предлагаю. Не извращенную нынешнюю, но единственно возможную нормальную логику работы политического механизма в государстве, которое вынуждено конкурировать с другими — высокоразвитыми и эффективными.

Кстати, к сведению не Президента (допустим, не нам, простым людям, учить Главу государства), но его спичрайтеров. Именно то, что я описал выше как нормальную реакцию на скандал с Генпрокурором, и есть самый минимум того, что называется, пусть не «борьба», но хотя бы какое-то ограничение коррупции. Именно это, а не предложение партиям уделять в своих программах борьбе с коррупцией больше внимания…

Тему не завершаем

Не удается охватить в одной статье все. Или статью надо писать как программу партии — сухо по пунктам. Значит продолжим. И о проблеме отношений собственности — все ли здесь у нас в норме и соответствует ли задачам мобилизации? Как соотносятся с этим предстоящие планы дальнейшей приватизации? И о периоде низких цен на энергоресурсы: беда это или благо, которое надо надлежаще использовать? И о «доступе к мировым финансовым рынкам» и проблеме долгов наших госкорпораций. И о накапливающихся долгах страны временно выведенным из игры паразитам — бандитам и скупщикам краденного (имею в виду так называемых бывших акционеров ЮКОСа) и о прецедентах арестов нашего госимущества. Эти более 50 млрд. долларов и сам прецедент арестов нашего госимущества, надо понимать, не проблема? Не того уровня вопрос, чтобы привлечь внимание законодателей? В отличие от почти стократно меньших подачек «социалке», о которых в Послании — весьма подробно…

В общем, разговор продолжим.

* Движение «Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

[Юрий Болдырев]

aBOeD1P-DHU

[Накануне.RU]

http://yuriboldyrev.ru/wp-content/uploads/2016/01/nakanune-1a.jpg
14.01.2016

О том, зачем и для кого прошел форум, почему либералы в правительстве опаснее либералов с Болотной и о том, почему правительство не спасет даже программа Сергея Глазьева, рассказал Накануне.RU экономист, бывший зампред Счетной палаты РФ, эксперт Московского экономического форума Юрий Болдырев.

Вопрос: Вчера начался Гайдаровский форум, в прямом эфире Медведев и все наши либералы «подвели итоги» своего правления, рассказали о том, что все плохо, но они в этом не виноваты, но чтобы исправить ситуацию, они поднимут налоги, пенсионный возраст и распродадут остатки советского наследия – неужели от одних и тех же мер они действительно ждут другого результата?

Юрий Болдырев: Если бы они на своем Гайдаровском форуме подвели итоги, мы бы с вами были очень рады, потому что за итогами бы последовала работа каких-то других людей, с какими-то другими взглядами, с другим уровнем ответственности. Соответственно, следующие итоги подводили бы уже другие люди. ( Collapse )

Но они не подводили итоги, они констатировали как будто бы некую объективную реальность, которая как будто бы не зависела от них. Что тут можно сказать? Если народ согласен с тем, что каковы бы ни были промежуточные результаты правления этих людей, они будут править и дальше, то наши рассуждения бессмысленны. Вопрос здесь простой: «приемлемо – неприемлемо». Похоже, для народа пока приемлемо. А это означает, что они будут делать все, что захотят.

Вопрос: Алексей Кудрин говорил о том, что социальное государство невозможно, а россияне работают неэффективно, иначе промышленность брала бы кредиты и по 30%. То есть управленцы они хорошие, от них ничего не зависит, но, как обычно, народ достался не тот?

Юрий Болырев: Мне даже неудобно всерьез комментировать слова Кудрина. Я поясню. Дело в том, что есть факты. Достаточно одного факта о том, что человек брал наши деньги, клал их под минимальные проценты, а мы брали свои же деньги под существенно большие проценты и расходовали на разные проекты. Иногда презрительно говорят – он, мол, бухгалтер. Не бухгалтер, а либо это преступная халатность, либо измена и предательство. Ничего третьего просто нет. Как можно серьезно обсуждать слова человека, за которым стоят такие дела? Это бессмысленно, абсурдно, что бы он ни говорил.

Вопрос: Улюкаев давал прогнозы о том, что «нефть, может, вырастет, а, может, нет», «рубль, может, упадет, а, может, нет», и говорил о необходимости «структурных изменений экономики». О каких изменениях он может говорить и что это за прогнозы от министра такие?

Юрий Болдырев: Вы упорно хотите, чтобы люди, хоть немного себя уважающие, всерьез комментировали заявления Улюкаева, Грефа, Кудрина. Я отказываюсь это делать. Если же у Вас есть вопрос ваши вопросы о структурных реформах, о которых говорят непрерывно на протяжении двух десятилетий, давайте обсудим. Вопрос ведь не в абстрактных реформах, а в видении будущего. Что мы хотим сделать? Если мы хотим, не мытьем, так катаньем, еще перезимовать, еще как-то справиться, еще чуть-чуть не допустить падение жизненного уровня, сколько-то еще продержаться, то это не приведет ни к какому результату, потому что выживают в этом мире только те, кто имеет стратегию. А стратегия включает в себя долгосрочное повышение степени самодостаточности и независимость от окружения. Но такую сверхзадачу – повышение степени самодостаточности всего научно-технологического, промышленного комплекса, до сегодняшнего момента никто не ставит. Если такая задача не ставится, все остальное – мельтешения, которые к результату привести не могут.

Речь идет о том, что 22 года назад в стране был произведен олигархический переворот – сентябрь-октябрь 1993 года. Это был переворот сугубо антисоциальный. С тех пор, вопрос только в дозировке антисоциальных действий и антисоциальной пропаганды. Антисоциальную пропаганду в данном случае участники форума пытаются направить на то, чтобы доказать, что иное и невозможно. Хотя иное невозможно только пока страной правят наследники узурпаторов 1993 года. Для того они это все и говорят, чтобы убедить людей, что ничто иное невозможно. Их главная задача – сохранить монополию и на власть, и на массовое представление людей о том, возможно ли что-то иное. Они доказывают, что ничто иное невозможно.

Вопрос: То есть, трансляция форума по федеральному каналу – фиксация матрицы, картины мира, в рамках которой должно находиться население?

Юрий Болдырев: Это из сферы психологии. Муж-манипулятор пытается снизить самооценку жены, чтобы доказать, что она такая, что никому кроме него, не нужна. И никакие другие отношения, кроме как под его доминированием невозможны. Вот они пытаются вести себя точно также. Они пытаются снизить самооценку людей, доказать, что без них, без нынешнего национального лидера и всей его вульгарно-либеральной команды, без них народ пропадет, страна развалится, и ничто другое, кроме того, что делают они, невозможно в принципе. У них нет никакой другой, не то чтобы мысли, никакой позиции – мысли у них вообще нет. У них есть позиция, которую они барабанят на протяжении почти четверти века.

Вопрос: Четыре года назад, когда начались протесты на Болотной, рабочие «Уралвагонзавода» предложили Путину разогнать хипстеров, началось движение за человека труда, и это противопоставляли «лихим 90-м». Не получится ли, что к очередным президентским выборам социальная ситуация реально упадет на уровень 90-х?

Юрий Болдырев: Тенденция существенно хуже. Дело в том, что тот период 90-х – это был период грабежа наследия предков, грабежа природных ресурсов. Строго говоря, власть и олигархат несильно волновало, как мы здесь будем выживать. Они не кормили науку, образование, здравоохранение, но не мешали нам как-то кучковаться и помогать друг другу. Как ни парадоксально, в ситуации такой, спускаемой сверху, дистрофии, эти сферы взаимопомощи, выручки, выживания сохранились. Сейчас у них задача другая. Они не занимаются дележом наследия предков, они сейчас выстраивают систему стрижки и доения нас с вами. У них сверхзадача в том, чтобы мы не могли выживать, не обращаясь к ним. Условно говоря, чтобы вы не могли поправить здоровье, не обратившись в какой-нибудь платный медицинский центр под фактическим контролем профильного вице-мэра Москвы и находящейся под ним мафиозной структуры. Понятна логика? То есть, раньше они давали нам выживать, им было не до того, а сейчас у них задача – не дать нам выживать, заставить нас прийти добровольно туда, где нас будут стричь до последнего.

В этом смысле, ситуация значительно хуже. Они не позволят врачам за лукошко яиц и сетку картошку лечить людей. Они создают систему, при которой врачи будут либо требовать стопроцентную предоплату, условно говоря, в долларах, либо ничего. Они сознательно включили такой механизм уничтожения социума. Если все беднеет, то должны равномерно снизиться доходы и работника, и врача, и учителя. Нет. Они через эти «майские указы», через оптимизацию здравоохранения и т.д. включили механизмы, при которых лучше врачи и учителя будут безработными подыхать на кухнях, но никто на приемлемых условиях нам с вами помощи не окажет. В этом смысле, они совершенно сознательно и целенаправленно строят даже не антисоциальное государство, а разрушают остатки прежнего социума. Они этим порождают гражданское противостояние внизу, потому что мы будем видеть врага во враче, а врач видит в нас врага, потому что сверху заставляют не оказывать жизненно важного лечения, иначе страховая компания оштрафует и т.д. Они создают очаг гражданского конфликта внутри, создают механизм разрушения этого социума и порождения внутригражданской бойни. Вот, что они целенаправленно делают, и это намного важнее всей той ерунды, которую они несли на Гайдаровском форуме.

Вопрос: Обращает на себя внимание обилие проектов по созданию образа «прекрасных 90-х», типа проекта «Остров 90-х», открытие Центра Ельцина в Екатеринбурге и т.д. Можно ли сказать, что это, своего рода, символические метки, маячки вот этого процесса?

Юрий Болдырев: Они всегда стремились это делать, но в некоторые периоды стеснялись. Сейчас, в условиях жесткого зажима, они демонстрируют безнаказанность, они демонстрируют, что могут присягать своим антисоциальным идолам, и им ничего за это не будет. Я думаю, это демонстрация распальцовки в новых условиях.

Вопрос: Рейтинг одобрения Путина последние годы зашкаливает, правительства и Медведева конкретно – крайне низок. Но Путин регулярно хвалит либеральный экономический блок, нареканий нет. Как долго может сохраняться такое противоречие?

Юрий Болдырев: Когда у нынешнего главы государства не было уверенности, что все абсолютно в его руках, тогда запускались поручения Глазьеву с академией наук подготовить проект доклада [по развитию экономики], запускались слухи, что Глазьев может стать председателем Центробанка. Сейчас у них полное ощущение, что они держат все в своих руках. Народ у нас очень подвержен манипулированию, власти действительно держат все в своих руках. Будет ли так вечно – вопрос для футурологов. Они искусные манипуляторы, народ поддается манипулированию, что делать.

Вопрос: И возвращаясь к вопросу о структурных реформах – извечный вопрос: что делать? План Глазьева, дополнительные меры, новые стратегии – что может сработать в нынешних условиях?

Юрий Болдырев: Отдельно можно обсуждать, как выжить еще одну зиму. Совершенно другой вопрос: что будет с Родиной и с нами? А это зависит только от одного: сохранится ли нынешняя господствующая тенденция стремительного отставания России от развитого мира. Пережить еще одну зиму, понимая, что мы еще на десяток лет отстали от развитого мира – это для тех, кто завтра собирается на кладбище и не думает о детях и внуках. Те, кто думает о детях и внуках, должны понимать, что задача заключается в том, чтобы вопреки всему окружающему миру вырывать у этого мира свое право на самостоятельное научно-технологическое развитие. Не быть для кого-то бензоколонкой, поставщиком ресурсов, а отстоять свое право на самостоятельное, самодостаточное развитие. Но это совершенно иной концептуальный подход.

Программа Глазьева в той или иной степени соответствует этому подходу, но дело не в отдельных мерах. Как только вы начинаете реализовывать меры, сразу выясняется, что что-то надо корректировать и менять. Главное – не меры, а нацеленность на решение какой задачи. Нацеленности на решение той задачи, о которой я говорю, нет в принципе. А если ее нет, то можно сколько-то еще болтаться, а потом мы удивимся, что нас сравнивают уже не с Мексикой, а с Нигерией, потом с Зимбабве. И к этому все идет, потому что глобально перед государством, перед обществом не ставится задача развития. А раз задачи развития не ставится, а ставится только задача выживания на еще какой-то период времени, значит, мы неминуемо будем продолжать падать в пропасть.

Если же говорить о мерах, то есть ключевая, основополагающая. Без науки, образования и здравоохранения никакое развитие ни в каком направлении невозможно. Другими словами, все, что сделано за последние шесть лет, начиная с 2010 года, – законы об образовании и здравоохранении, разрушение Академии наук – все это нужно отворачивать назад. Не корректировать чуть-чуть, а полностью разворачивать назад, признать, что все это было ошибочно или преступно, восстанавливать науку, образование и здравоохранение.

[Нейромир ТВ]

-0cVfXCkeio&feature

[Красная линия]

aEvpru8An8s

[Юрий Болдырев]

http://yuriboldyrev.ru/articles/p-8697/

05.02.2016

Так что же случилось?

Рухнули мировые цены на нефть, следом — рубль, упали доходы бюджета, к тому же из-за санкций Запада нет кредитных ресурсов. Всё – кризис. Что делать? Немножко потерпеть, и все как-то наладится? Либо мы как-то адаптируемся к новой реальности, либо эта реальность окажется временной — мировые цены на нефть подрастут и все вернется на круги своя?

Попробуем разобраться.

Первое. Доходы бюджета от экспорта энергоресурсов в валютном выражении катастрофически упали. Варианты действий:

- изыскание новых источников доходов;

- сокращение расходов честное – секвестированием бюджета;

- сокращение расходов лукавое – сохранение их в рублевом выражении, но с обесценением рубля.

Второе. Новые источники доходов нужны не сиюминутные, типа очередной приватизации, но долгосрочные. Тем более, что всякий кризис – чья-то игра «на понижение» — с целью скупки за бесценок чужих активов.

Третье. Пересесть с «иглы» нефтяной на иглу же «транзитную» либо на сдачу территорий в аренду иностранцам под прикрытием «территорий опережающего развития» — это все продолжение деградации, гарантирующее упадок страны и ее распад.

Четвертое. Нынешнее падение цен на энергоресурсы – трагедия? Или же шанс, дающий нам надежду?

Задолго до нынешнего «несчастья» мне приходилось доказывать, что если экономическую политику радикально не менять, то настанет тот день, когда мы научно-технологически отстанем от Запада настолько, что никто наши энергоресурсы покупать у нас не будет – просто придут и заберут. Пока жизнь пошла по другому сценарию, может быть, судьба нас пожалела и дала мощный предупредительный, хотелось бы надеяться, что отрезвляющий звоночек. Услышим ли? Осознаем ли, что паразитирование на наследии предков, вместо интенсивного научно-технологического и промышленного развития – преступление перед потомками?

Пятое. Для промышленно-технологического развития нужно много условий, в том числе, надежная национальная валюта. А ведь, несмотря на падение мировых цен на нефть, никаких оснований для падения рубля не было. Судите сами:

- платежный баланс государства был и остается положительным;

- суверенный государственный долг (не путать с долгом частного сектора — корпораций) – был и остается минимален и никак не может подвергать сомнению устойчивость рубля;

- по паритету покупательной способности рубль все еще недооценен (инфляция еще не догнала) примерно в три раза;

- золотовалютные резервы Центрального банка были и остаются более чем достаточными для недопущения каких-либо обвалов.

То есть, рубль – не рухнувшая, но обваленная своей же властью валюта.

Шестое. Обвален ли рубль «ради высших целей» — для повышения конкурентоспособности российских товаров? Многократно приходилось объяснять, что занижение курса национальной валюты – лишь один из множества методов поддержки отечественного производства, причем, чрезвычайно болезненный – ведущий, одновременно, к обнищанию населения. Использование же лишь одного этого метода, игнорируя все прочие, менее болезненные и более эффективные, да еще и с допущением масштабных колебаний, выгодных спекулянтам – лишь прикрытие для решения совершенно иных задач. А именно: сохранение прибылей сырьевого олигархата и создание видимости выполнения социальных обязательств – формальное выполнение, но обесцененными рублями.

Седьмое. Так можно ли соглашаться с диагнозом, предложенным нам властью, что «прежняя модель развития себя исчерпала»? Нет – она не исчерпала себя, а была изначально безответственной и преступной — вообще не моделью развития, а лишь способом сравнительно комфортной деградации. От верного ответа здесь многое зависит. При насаждаемом нам понимании ситуации, пусть те, кто реализовывали старую «модель», теперь разработают и реализуют новую – адекватную новому времени. Если же осознать изначальную бесперспективность и преступность прежней «модели», то все эти лица, так звонко рассуждающие теперь о «государстве-дауншифтере», должны быть, как минимум, незамедлительно отстранены от управления государством и госсобственностью.

[Юрий Болдырев]

02.02.2016
Источник: НаканунеRU
Все более изощренные способы пополнения Пенсионного фонда изобретают в Правительстве РФ. Скинуться себе на пенсию предложили работающим гражданам, глава кабмина Дмитрий Медведев поручил министерствам труда, финансов и экономики проработать варианты повышения взносов в ПФР на 2% за счет введения единого платежа со всего фонда оплаты труда или увеличения в два раза взносов с заработков, превышающих максимальные 796 тыс. руб. в год.


Вне зависимости от этих дополнительных процентов взноса, часть предприятий уже перешла в «серый» сектор. Я думаю, по мере общего ухудшения ситуации, когда даже той неизменной в рублевом эквиваленте зарплаты, которая есть, гражданам будет не хватать на элементарное выживание, «серая» часть увеличится. Вести легальный бизнес в условиях, создаваемых в России, чрезвычайно затруднительно.

«Непопулярные меры» тоже бывают разными. Если при отключении воды ваша семья принимает решение экономить воду, будет ли это непопулярная мера? Нет, это будет равномерное для всех затягивание поясов. А непопулярная мера – это когда глава семьи продолжает принимать ванну без ограничений, а остальным нечего даже попить. То, что мы с вами обсуждаем, больше похоже на второй вариант. Когда не хватает ресурсов, их нужно взыскивать. И возникает вопрос, взыскать со всех равномерно, с самых беззащитных низов или, наоборот, с тех, кто раскошествовал. Наши власти неизменно принимают решение взыскивать даже не со всех равномерно, а, прежде всего, с низов. Эти меры не просто непопулярны, они людоедские, антисоциальные.
( Collapse )

С этой абсурдной в нынешних реалиях пенсионной системой, подразумевающей, что можно взять и накопить фантики, на которых написано, что это деньги, ничего сделать невозможно. Не только наш кризис, не только наш обвал рубля, но и глобальный мировой кризис показывают, что в современном мире фантики, на которых написано «деньги», не являются надежным средством долгосрочного накопления. Как индивидуального, так и массового. Суверенное государство не должно организовывать пенсионную систему, как кубышку, в которую кидают монетки, а затем разобьют, и их достанут. Монетки к тому времени обесценятся. Поэтому решение лежит не в том, чтобы обложить людей дополнительным доходом, а в том, чтобы честно сказать: индивидуально каждый может копить что угодно – сахар, крупу, деньги, драгоценности, а все вместе с принуждением государства мы можем накопить только силу и экономическую мощь государства – дееспособных детей, внуков, которые потом будут на нас работать. Все остальное -целенаправленный обман для создания условий финансовым спекулянтам. Отказ от абсурдной модели, включающей в себя Пенсионный фонд, отделенный от государственного бюджета, возвращение в этом смысле к советской системе, но к адекватной, в которой пенсии уплачиваются, как доля от совокупно производимого национального продукта – это единственный выход. Но он пока даже не просматривается.

Мышление наших руководителей — это, в конечном счете, мышление финансовых спекулянтов и ренто-ориентированных паразитов. У них в голове алгоритмы, как манипулировать фантиками, бумажками или записями на счетах. Поэтому пока люди с таким мировоззрением при власти, спасти нашу пенсионную систему всерьез невозможно. К 1998 г. привела не пирамида госзаимствований, а разграбление государства в долг. Воровать можно не только то, что уже есть, можно воровать будущее наших детей и внуков, загоняя себя в долги. В данном случае в долги загнали государство. К сожалению, близкие к нашим верховным властителям люди громко заговорили о том, что у России прекрасные перспективы заимствований. Прежде чем они признают крах не просто экономической модели, а себя, как руководителей и государственных управленцев, у них есть вариант пограбить государство в долг, загнать нас всех в кабалу. К сожалению, никаких жестких преград в виде законодательства или общественного мнения, которые контролировали бы любой лишний доллар, взятый в долг за рубежом, нет.

[Юрий Болдырев]

29.01.2016

Вот так. Напишешь о том, в чем видишь проблему — сразу сетования, что, мол, и сами все видим, но делать-то что? Пишешь о том, что считаешь нужным делать — опять вопрос: да, все понятно, только кто это все сделает? Наконец, предлагаешь осмыслить целенаправленное затуманивание нам мозгов, препятствующее осознанию ситуации и действию, начать как-то мозги от всяческой «лапши» очищать (см. «Зачем Госдепу и ФРС помогать Кремлю?»), так опять по кругу: мол, не поздновато ли осмысливать? Мол, делать-то что?

Что ж, сделаем небольшую паузу в попытке коллективного осмысления состояния нашего же коллективного разума. Отреагируем на события и напомним, что нужно делать. Не вообще, не когда-нибудь, а прямо сейчас.

Сами ли валютные ипотечники виноваты?

В Москве случилось давно не виданное: возмущенные граждане на некоторое время перекрыли центральную улицу. В данном случае это были, буквально, загнанные в угол валютные ипотечники. Тут уже, хочешь или не хочешь, начинается обсуждение проблемы. Но как она обсуждается? Позиции две.

Первая: они сами должны были думать, шли на сознательный риск — сами и должны отвечать за последствия.

Вторая: но надо же как-то все-таки людям помогать, все-таки, был какой-то форс-мажор, может быть, и банки должны как-то разделять риски…

Как вам такая дискуссия? Все в порядке или же чего-то явно не хватает?

Для понимания того, чего не хватает, предложу сравнить два варианта подобной ситуации, но в разных государствах.

«Государство-мечта» для властей

В первом, допустим, в Конституции написано, что государство (царь, президент, парламент, Центробанк — неважно) произвольно меняет курс национальной валюты в зависимости от совокупности каких-либо обстоятельств. Вот это — да! Просто рай для властей — ничем не связаны. Наверное, в таком государстве можно вполне законно безнаказанно динамить наивных граждан, например, заманивать их в валютную ипотеку и затем выбрасывать на улицу ни с чем?

Но, с другой стороны, в таком государстве, имея заработки в национальной валюте, брать кредит в валюте иностранной — уже преступная безответственность. Или даже более того — признак явной недееспособности. Либо первое, либо второе — просто нет других вариантов. И это сразу заметно со стороны: ни работник правоохранительных органов, ни врач — даже и не требуются.

Правда, в таком государстве, если оно одновременно социальное (как у нас это зафиксировано в Конституции), этот вопрос не может быть предметом лишь личных переговоров между банком и заемщиком. Почему? Очевидно: действия банка в такой ситуации должны квалифицироваться как-либо соучастие в преступлении (преступная халатность заемщика), либо как организация преступления — использование недееспособного в интересах наживы.

То есть, если в каком-то социальном государстве в Конституции и законах не предусматривается никаких оснований для того, чтобы гражданин был уверен в устойчивости национальной валюты, никакая валютная ипотека просто в принципе не должна допускаться.

«Государство-надежда» для граждан

И государство второе — наше. Никак не идеализирую нашу Конституцию (был 22 года назад публичным противником ее принятия и затем неоднократно выступал за пересмотр ряда базисных положений), но по некоторым вопросам в ней все же есть, за что зацепиться. Два важных конституционных положения, из которых о первом, в основном, знают, но забывают — не спрашивают за его исполнение. О втором же, как правило, либо не догадываются, либо вообще всерьез не задумываются.

Положение первое. Статья 75 пункт 2: «Защита и обеспечение устойчивости рубля — основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти».

Положение второе. Статья 71 пункт «ж»: «В ведении Российской Федерации находятся: <…> финансовое, валютное, кредитное, таможенное регулирование, денежная эмиссия <…>».

Итак, сравниваем эти два государства. Гипотетический вариант, в котором узаконен полный произвол власти в отношении регулирования своей национальной валюты. И наше: с точки зрения конституционного регулирования устойчивости национальной валюты, формально — вполне правовое.

Какова цена Конституции?

Теперь вопрос: что есть наша Конституция и какова цена тому, что в ней написано?

Во избежание обвинения в экстремизме, про нашу так формулировать даже и как вариант ответа не буду. Но про конституции некоторых так называемых «не состоявшихся» государств иногда говорят, цитируя сказанное применительно к иному документу Бисмарком: что, мол, все это не стоит и бумаги, на которой написано. Условно примем это как первый вариант ответа.

И вариант второй: наша Конституция — высший закон прямого действия (как в ней же и написано) и, следовательно, она не только обязывает власти ей следовать. Но еще и дает гражданам основания быть уверенными, что власти будут строго следовать конституционным положениям.

Так что же такое наша Конституция? Если наш вариант не первый из двух (когда написанное не стоит и бумаги, на которой напечатано), но второй, то в чем же была такая уж безответственность наших валютных ипотечных заемщиков? Не в том ли, что они поверили, что власти будут следовать Основному закону нашего государства?

Обязывает ли Основной закон?

Сами посудите и сравните два документа.

Первый — договор работника с работодателем. Чтобы решиться на взятие такого масштабного кредита, как ипотечный, и самому заемщику, и банку требуется документ, подтверждающий наличие у заемщика постоянного источника заработка. В идеале, чего, как правило, не бывает, но, тем не менее, для взятия кредита на 10 лет хорошо бы и договор иметь о гарантированном заработке тоже на 10 лет. Таких идеальных случаев практически не бывает, действуют договоры, как правило, «бессрочные». Но даже и «бессрочный» договор — весомое подтверждение и для самого заемщика, и для банка не легкомысленности (склонности к необоснованному риску), но ответственности заемщика.

И второй документ — Конституция Российской Федерации. Но что такое Конституция по своей сути? Это тоже договор — высший договор, в том числе, между обществом и властью.

Далее вопрос — не провокационный, но по существу: какой из этих двух документов важнее, весомее, надежнее? Неужели Конституция Российской Федерации — документ менее весомый и надежный, менее обязывающий стороны к безусловному исполнению, нежели рядовой трудовой договор работника с каким-нибудь ТОО?

С кого спрашивать?

Это я не о юридической теории, но о том, как, на что опираясь, гражданин может и должен взвешивать риски. И о праве гражданина спросить с тех, кто не выполнил своих не абстрактных вообще, а непосредственно перед ним взятых своих прямых обязательств.

Разве наш гражданин не вправе был полагаться на то, что государство предпримет все возможные меры для того, чтобы обеспечить устойчивость рубля, не допустить его обваливание за полтора года вот уже в два с половиной раза?

Обращаю внимание на второе приведенное мною конституционное положение — пункт «ж» статьи 71. Вопрос здесь о роли и действиях/бездействии не только ответственного исполнителя обеспечения устойчивости рубля (ст. 75 Конституции) — Центробанка, но и о роли коллективного законодателя — Парламента и Президента. Спихнуть ответственность на один лишь «вражеский» Центробанк не удастся. Как осуществлять денежную эмиссию, кредитное и валютное регулирование, какими инструментами Центробанку обеспечивать устойчивость рубля и по каким критериям оценивать эту самую устойчивость — это все, как мы видим из Конституции, предметы ведения Российской Федерации, то есть прямая компетенция законодателя — Парламента и Президента.

За что спрашивать?

Так предприняли ли все должностные лица и органы государственной власти все возможные и необходимые меры для обеспечения устойчивости рубля (повторю, это касается как самого Центрального банка, так и тех, кто его деятельность направляет, мотивирует, обеспечивает необходимыми инструментами для работы)?

Если бы этим вопросом заинтересовался суд, то использовались бы факты, признаваемые доказательствами, а также экспертные оценки.

Факты, за которыми, кстати, могли следить и сами заемщики (наиболее экономически грамотные из них) — и убеждаться, что оснований для беспокойства нет:

— платежный баланс государства был и остается положительным;

— суверенный государственный долг (не путать с долгом частного сектора — корпораций) — был и остается минимален и никоим образом не может подвергать сомнению устойчивость рубля;

— золотовалютные резервы Центрального банка были и остаются более чем достаточными для недопущения каких-либо обвалов.

То есть, с точки зрения валютно-финансового регулирования, никаких оснований для обвала рубля вообще не было.

Это же подтвердят вам и многие авторитетные эксперты: признанный авторитет в сфере денежного регулирования, сотрудник ЦЭМИ РАН М.Ершов, профессор МГИМО В.Катасонов, академик РАН и советник Президента С.Глазьев.

Пытались, но не получилось?

В свое оправдание представители Центробанка на будущем суде, наверняка, расскажут, что они пытались осуществлять «интервенции», но золотовалютные резервы стали быстро расходоваться, чего нельзя было допустить, вследствие чего они были вынуждены…

Вот здесь внимание. Обращаю внимание на две важнейшие детали.

Первое: никакая иная, может быть, более важная цель Конституцией перед ЦБ не поставлена. Главная цель — обеспечение устойчивости рубля.

Второе: никакого иного смысла, кроме полного использования в критической ситуации для обеспечения этой самой устойчивости рубля, золотовалютные резервы Центробанка не имеют. Ни для чего более мы вообще не должны отрывать эти деньги от себя (а это наши — государственные деньги) и позволять распоряжаться ими Центробанку.

То есть, если Центральный банк не использовал и десяти процентов своих резервов сразу и решительно для пресечения финансовых спекуляций (не говоря уже о фактах прямого подыгрывания спекулянтам — но это отдельная, уже чисто уголовная тема), то вполне очевидно — он не использовал сконцентрированные в его руках ЦЕЛЕВЫЕ ресурсы для достижения своей главной конституционной цели — обеспечения устойчивости рубля.

Таким образом, времени на ожидание милости прошло достаточно, но дело не сдвинулось. Значит, ипотечникам, чтобы победить, надо как можно быстрее инициировать судебный процесс. И тогда есть шанс, что удастся до него не доводить, а разрешить спор в предварительных переговорах.

Главное: процесс — не против конкретных коммерческих банков, но против высших должностных лиц и органов государственной власти, не исполнивших, вопреки имевшимся возможностям, свои конституционные обязанности.

А если???

Правда, мне возразят, мол, конституция конституцией, но бывают же и высшие соображения? Такие, например, как повышение конкурентоспособности российских товаров?

Да, все бывает, что, впрочем, не снимает ответственности перед пострадавшими. Но об этом — в следующей статье.

[Юрий Болдырев]

http://yuriboldyrev.ru/articles/article0233/
09.02.2016
Источник: НаканунеRU

Минфин России направил 20 иностранным и трем российским банкам запросы на оказание услуг по размещению облигаций РФ за рубежом. На текущий год в бюджете предусмотрены внешние заимствования объемом до $3 млрд. Таким образом, ведомство решило вернуться на рынок внешних займов.

Интересно, что у нас даже в самые тучные годы находились высокопоставленные должностные лица, включая покойного министра финансов Лившица, которые постоянно настаивали на том, чтобы Россия все равно занимала. Якобы для того, чтобы поддерживать свой кредитный рейтинг и репутацию. С моей точки зрения, объяснение не выдерживает никакой критики. На самом деле, те люди, которые постоянно подталкивают нашу страну к занятию на внешних рынках, по существу, просто действуют в интересах этих внешних финансовых рынков, в интересах глобальных финансовых манипуляторов, заинтересованных в том, чтобы всех втягивать в кабалу, и через этот инструмент всеми, в том числе и нами, управлять. А в нашей истории уже было разграбление государства в долг.

Опасность состоит в том, что власти не просто тратят все, что есть, и банкротятся, а банкротится сначала страна через поддержание какого-то минимума социального уровня, чтобы люди не бунтовали, но при этом наши потомки, дети и внуки втягиваются в кабалу перед Западом. И это то, по существу, к чему сейчас власти приступили.

Сумма $3 млрд маленькая, а тенденция – чрезвычайно опасная. И трех миллиардов быть не должно — нет оснований. У нас профицит торгового баланса сейчас, у нас нет проблемы в том, что не хватает валюты на текущие закупки чего-то жизненно важного, у нас проблема в том, что покупается вместо технологий, станков и оборудования — ширпотреб. У нас есть необходимость перестройки всего содержания внешнеторговой деятельности. Для этого министерства промышленности, экономики, торговли должны возглавляться совершенно другими людьми с совершенно другими целями и задачами, критериями оценки.

А нынешним попыткам Минфина нужно говорить очень жесткое и решительное «нет». Я напомню – перед дефолтом 1998 г. тогдашний преимущественно левый национально-ориентированный парламент сделал два очень важных заявления: что парламент не дает согласие на увеличение внешних заимствований, и все, что наше ельцинское правительство возьмет в долг – это будет не долг государства, а их личный долг. Это были два очень важных, фундаментальных заявления. К сожалению, сейчас у нас нет такого независимого от президента и правительства парламента, который мог бы сделать такие заявления и жестко пресечь новые корыстные и, с моей точки зрения, просто преступные заигрывания нашей власти по втягиванию всей страны в новую кабалу.

Альтернатива этим евробондам, разумеется, есть. Пока ни на каком уровне – ни на уровне власти, ни на уровне госкорпораций, ни на уровне топ-менеджеров – роскошеств не прекратилось. Сначала должны быть пресечены роскошествования во всех возможных формах, должна быть проведена деоффшоризация, введена жесткая прогрессивная шкала налогообложения, при которой те, кто получают до 50 тыс. руб. в месяц, может, еще меньше платят, чем сейчас, например, 10%; а те, кто получают полмиллиона, миллион и больше – платят 50-90% от дохода.

И только после этого можно начинать обсуждать – можно ли заимствовать за рубежом, особенно в сегодняшней внешнеполитической ситуации. И с моей точки зрения, это тот вопрос, который должен стать одним из ключевых во время предстоящей избирательной кампании. Все левые, национально-ориентированные силы должны сказать решительное «нет» втягиванию детей и внуков в кабалу.

Мелких подводных камешков заимствований может быть множество, но они абсолютно несущественны по сравнению с главной опасностью – что эта власть сохранит себя еще на длительный период за счет втягивания страны в долги и создания видимости экономического и социального благополучия, а когда эта власть вдруг сменится – тогда окажется, что мы кругом в долгах, как в шелках.

[Юрий Болдырев]

iUQgO-qjE1E

[Юрий Болдырев]

LE3LsPCALcI

[Юрий Болдырев]

FTmLySjvMrs

[Юрий Болдырев]

C7I60kXDxIc

[Юрий Болдырев]

m7SeHgvvzE0

[Юрий Болдырев]

ln7xB-MlYvI

[Юрий Болдырев]

http://yuriboldyrev.ru/news/article0245/
03.03.2016
Источник: Литературная Газета

Вроде ясно, что делать. Но власти всё обсуждают, достигли ли «дна» или ещё нет.

Есть альтернатива. Московский экономический форум пройдёт уже в четвёртый раз 23–24 марта в МГУ им. М.В. Ломоносова (предварительно в Петербурге – 22 марта). А ранее, 12 февраля, в Орле прошёл форум под эгидой КПРФ, но выступали представители широкого спектра взглядов, в том числе руководители производства и органов госвласти.

Что объединяет эти форумы и отличает от форумов официозных, вульгарно-либеральных? Ни слова о «компетенциях», «лучших практиках» и «менеджментах качества». Исключительно – о развитии и его условиях. И о достижениях – не благодаря всему, что вокруг, но вопреки.

Главное – по основам стратегии развития среди созидательных сил есть согласие. Кроме тех вопросов, которые я затронул в предыдущей статье в «ЛГ» («Трагедия или шанс»), таких как финансово-банковская политика, недопустимость распродажи стратегических активов и попыток пересаживания с «иглы» нефтяной на «иглу» какую-либо иную (транзитную, земельно-рентную и т.п.), в своём выступлении форуме в Орле я перечислил ещё ряд пунктов нашего согласия. В частности:

– необходимость разрыва с кандалами ВТО;

– в налоговом регулировании – свободу производству и ограничение роскошного потребления, в том числе налоги на труд должны быть ниже, чем на ренту от капитала;

– инфраструктурные монополии – не бизнес, а обслуживание товарного производства;

– пресечение «оптимизации» науки, образования и здравоохранения, восстановление отданной под управление менеджеров-финансистов 300-летней самоуправляемой Российской академии наук;

– пенсии – от новых поколений детей и внуков, а не от обесцененных принудительных «накоплений»;

– ни копейки финансовым спекулянтам, в том числе через принудительные сборы на «капремонты» и «накопительные пенсии».

И ещё два важных пункта.

Первый: опасность ради видимости благополучия перед выборами перекладывать проблемы страны на детей и внуков – втягивать страну и потомков в очередную долговую кабалу.

И пункт второй: реальное обеспечение безопасности граждан, в том числе безусловное право на самооборону – без лицемерного оценивания «соразмерности» защиты от посягательств.

Но что делают наши власти? Противоположное:

– бездеятельность ЦБ – колебания рубля, значит, невозможно планировать производство;

– более триллиона рублей «остатков» бюджетных средств за 2015 год и предложение о новом «бюджетном правиле» – прежние игры в якобы «лишние» деньги и их упрятывание за рубеж;

– новые налоги – это и система «Платон» в грузоперевозках, и повышение акцизов на бензин – прямое удушение деловой активности;

– протаскивание мошеннически обосновываемой приватизации стратегических активов – нынешние планы приватизации были свёрстаны в 2010–2012 годах – задолго до бюджетно-финансовых проблем;

– нет стратегии развития – нет информации о завтрашних правилах игры, состоянии рынка, рубля и т.п. – не может быть инвестиций в развитие.

Зато три свежих инициативы:

– предложение вице-премьера А. Дворковича отдать японцам (у которых мы под санкциями!) контрольные пакеты наших месторождений;

– попытка вновь занять за рубежом на текущие госнужды (перекладывание проблем на потомков);

– «декриминализация» деяний, за которые ранее предусматривалось уголовное наказание, включая побои, угрозы нанесения увечий и убийства.

Но «Рим изменникам не платит». США порекомендовали банкам в кредитовании России не участвовать. Япония предложение игнорирует – ждёт ещё более самоуничижительных шагов от наших властей.

А мы? Понимаем ли, что происходит?

И ради чего расширение в стране безнаказанной криминальной «малины»? Не под предстоящие ли осенью выборы – чтобы и неугодных кандидатов, предлагающих альтернативную социально-экономическую политику, и наблюдателей можно было запугивать и избивать безнаказанно?

[Нейромир ТВ]

VDSy9ChKUaw

[Юрий Болдырев]

UQMxC66t_Fs

[Юрий Болдырев]

Минфин предлагает еще на год продлить мораторий на накопительные пенсионные взносы. Моя позиция по этому вопросу известна — на протяжении многих лет я пытаюсь объяснить, донести до людей, что любое принудительное, навязанное государством для граждан накопление – это обман. Чем скорее он будет не то, что заморожен на год-два, а просто пресечен, тем лучше. Вместо этого нудно, с одной стороны, инвестирование труда в развитие страны — дети и внуки нас прокормят; а с другой стороны — свобода накоплений каждому гражданину так, как он сам считает нужным. И в таких объемах, в каких он сам считает нужным, и в тех инструментах, которые он сам считает приемлемыми, если вообще считает нужным. А может быть, человек будет вкладывать только в детей и внуков – это его дело. Государство должно обеспечить государственную пенсию, зависящую не от игры на финансовом рынке, а от мощи и объема ресурсов, накопленных всей страной – только так и никак иначе.


Накопления – это обман. По той простой причине, что не существует в мире надежных инструментов накопления. И не существует не потому, что их нельзя сделать, а потому что главная задача глобальных финансовых, управляющих миром, – это не допустить, чтоб у людей были надежные инструменты самостоятельного накопления. То есть задача заставить людей все деньги, в конечном счете, отдать финансовым спекулянтам — мол, они разберутся, они умеют, они сыграют в наших интересах.

( Collapse )

Те, кто копили в рублях, увидели, что сейчас происходит с рублями. Люди, очень близкие к правительству США, сейчас запустили слух о том, что собираются отменить долларовые купюры. Это не означает, что они так и сделают, это означает целенаправленное нагнетание неврастении, чтобы люди метались и не знали, что им делать с трудом накопленными средствами. Ключевой вопрос – аргумент за накопления звучит так, что сейчас два работника кормят пенсионера, а недалек тот день, когда один работник будет кормить одного, а то и двух пенсионеров. И якобы поэтому нужно копить. Но это полный бред. Дело в том, что ни масло, ни молоко, ни сыр, ни яйца вы накопить не можете. Вы копите фантики, стоимость которых будет определяться тем, сколько наши дети и внуки готовы будут дать нам реально масла, сыра и яиц. Больше масла, сыра и яиц с неба не упадет. Ни китайцы, ни иранцы, ни американцы все равно кормить нас не будут. То есть все аргументы за накопления являются абсолютно спекулятивными, ложными. А в своем кругу сторонники открыто говорят – это «длинные» деньги, они нам нужны. «Длинные» деньги им нужны для финансовой спекуляции.

Уже даже власти признали, что прежняя экономическая модель себя исчерпала. С моей точки зрения, она была изначально безнадежна, бесперспективна и преступно халатна. Если модель не будет меняться, если модель останется паразитической — то есть мы будем извлекать природные ресурсы, пользоваться тем, что оставили нам предки, и отнимать это у потомков, на этом жить — то ничего хорошего ни пенсионеров, ни работающих, ни безработных вообще впереди не ждет. На паразитической модели, независимо от мировых цен на сырье, долго протянуть невозможно.

У нас есть прецедент – Правительство Маслякова-Примакова спасло экономику России от краха после дефолта 1998 г., чуть больше, чем за полгода, вытащило страну буквально из пропасти. Тогдашний президент пошел на то, чтобы отказался от догматов, навязанных нам Западом — назначил в Правительство не своих приближенных, а в некоторой степени коалиционное правительство из оппозиции. Так до какой глубины пропасти страна должна дойти теперь, чтобы нынешний президент и олигархат готовы были отказаться от экономического диктата Запада и снова обратиться к созидательным силам в стране? Вот это ключевой вопрос. От этого зависит наше будущее.

Экономист, эксперт Московского экономического форума Юрий Болдырев специально для Накануне.RU

[Юрий Болдырев]

В рамках Московского экономического форума пройдеткруглый стол под названием «Реформы Примакова – Маслюкова. Уроки для современной России». Модераторами дискуссии выступят экономист, публицист Юрий Болдырев, председатель Комитета ГД РФ по промышленности Сергей Собко, заместитель председателя ГД РФ по промышленности Николай Сапожников.
http://yuriboldyrev.ru/wp-content/uploads/2016/03/maslyukov-primakov-1.jpg
По словам Юрия Болдырева, глава правительства Евгений Примаков оказался интегратором здравых сил, которые объединились и вытащили страну из ямы. Однако круглый стол сознательно получил название «Реформы Примакова-Маслюкова…». «Этим хотелось бы подчеркнуть важную роль, которую сыграл в тот период и второй по формальному статусу человек в том правительстве, имевший колоссальный опыт государственного и хозяйственного управления еще в советской экономике», – заметил Юрий Болдырев.

Перед участниками круглого стола встанет вопрос: каким опытом работы этой команды можно было бы воспользоваться сегодня? «Главное – опыт привлечения к спасению страны команды не узко идеологической, близкой к президенту, но в прямом смысле команды народного доверия. Подробности и детали, надеюсь, осветят в своих выступлениях участники нашей конференции», – подчеркнул экономист.

Как отметил Юрий Болдырев, основной вопрос: что именно нужно взять и использовать вновь, не дожидаясь разрастания кризиса до народного бедствия масштабов 1998 года. На круглом столе будет дана возможность высказаться тем практикам и ученым, которые принимали участие в выводе страны из кризиса в 1998-99 гг., а также анализировали и осмысливали этот период российской истории. Предполагается, что они осветят те аспекты возвращения к ответственному и здравому государственному управлению, которые посчитают важными.

«На этой конференции мы хотим не только предъявить теоретическую альтернативу, но и напомнить, что есть прецедент даже и в нашей новейшей истории – есть опыт разворота нашей экономики на более или менее здравые и национально ориентированные рельсы. К сожалению, исключительно по политическим причинам тогда этот опыт продлился недолго – меньше года. Хотя плодами мы пользовались еще длительный период. Вследствие же быстрого прекращения того краткого этапа попытки возврата к национально ориентированному управлению страной и экономикой, мы и докатились теперь до нынешней ситуации. Необходимость на новом этапе обращения к тому опыту все более очевидна. И важно, чтобы позитивное движение, если ему суждено начаться, не было бы прервано опять столь же скоропостижно», – заключил Юрий Болдырев.

[Юрий Болдырев]

C7I60kXDxIc

[Накануне.RU]

06.04.2016
«Мы продолжаем жить в стране несколько крепостнической, с точки зрения определения прожиточного минимума. Полноценное право на жизнь у нас имеет только тот, у кого уже есть в собственности жилье. Найм жилья на свободном рынке не входит в прожиточный минимум, что, с моей точки зрения, является вопиющей вульгаризацией идеи прожиточного минимума. Нужно на региональном уровне делать нормальный прожиточный минимум, который включал бы в себя стоимость найма приемлемого для гражданина жилья. Это поставило бы все на свои места», — рассказал Накануне.RU Юрий Болдырев.

Но в то время, как эксперты приводят объективные основания для повышения прожиточного минимума, Правительство, одной рукой подтягивающее МРОТ, другой – понижает установленный объем минимальных доходов граждан. Ловкость рук, и никакого мошенничества?.. Как писало Накануне.RU, свои решения кабмин обосновывает данными Росстата о стоимости товаров, входящих в потребительскую корзину, и величине тарифов. В конце года статведомство увидело снижение цен, но за первые два месяца 2016 г. инфляция, даже официальная, на спад не идет. В январе стоимость минимального набора продуктов питания выросла на 1,4%, в феврале еще на 0,6% до 3649,8 руб. Повысились и цены на непродовольственные товары, выросли коммунальные тарифы, соответственно, прожиточный минимум в первом квартале 2016 г. должен быть увеличен. Стоит заметить, что Правительство отвечает не только за методику подсчета, но и за финансовое обеспечение прожиточного минимума – такой конфликт интересов тоже может влиять на решения.

«Нужно разделять Правительство – тех, кто ответственен за обеспечение прожиточного минимума, – и независимые органы. Недопустимо, чтобы ответственные за обеспечение прожиточного минимума сами формировали методику расчетов. Это неправильный подход с точки зрения эффективности государственного управления»,– отмечает Болдырев.

[Юрий Болдырев]

xxWUsBEeGds

[Накануне.RU]

http://yuriboldyrev.ru/interview/article0264/
18.04.2016

Каким прогнозам доверять и какая на самом деле полоса в экономике, прокомментировал Накануне.RU экономист, экс-заместитель председателя Счетной палаты, эксперт Московского экономического форума Юрий Болдырев:

- Насколько можно судить, власти в экономической политике ничего менять не собираются, а ждут милости от Запада. В современном, сильном, самодостаточном, ресурсообеспеченном, самом большом в мире по территории суверенном государстве планирование на год, на три, или на 30 должно зависеть исключительно от нашей воли, у них же получается, что планирование на три года или на год зависит исключительно от того, какая будет внешняя, не зависящая от нас, конъюнктура цен на мировом рынке энергоносителей.

Вот сейчас они предполагают, что цена будет более-менее стабильная в районе $40-60 за баррель — тогда давайте планировать на три года. А если завтра опять цена упадет, то они скажут — нет, давайте планировать на год.

Это означает, что Правительство не планирует чрезвычайно срочно выстраивать самодостаточную экономику, ориентированную не на экспорт энергоресурсов, а на созидание всего, что нам необходимо внутри страны. Оно ориентируется исключительно на то, сможем ли мы в прежнем паразитическом режиме, проедая наследие предков и невозобновляемые ресурсы, как-то существовать до 2018-2020 гг.

Это путь абсолютно тупиковый, бесперспективный, ведущий к нашей дальнейшей деградации, неминуемому отставанию от Запада, и в конечном счете — самоуничтожению страны.

При этом на фоне встречи в Дохе цена на «черное золото» начала расти. Когда российская власть декларировала, что мы — энергетическая сверхдержава, еще понятно было, если бы вопрос об этой встрече рассматривался как стратегический. Но сегодня уже совершенно очевидно, что, как они говорят, прежняя модель себя исчерпала, а как я говорю — прежняя модель была изначально легкомысленной и преступной. В этой ситуации вопрос о цене на энергоресурсы, о которых мы договоримся или не договоримся в Дохе, — это вопрос не стратегии, а исключительно сиюминутной тактики, направленный на то, сумеем ли мы использовать больше или меньше ресурсов для преобразования экономики в созидательную и самодостаточную. Но финансовые власти так не мыслят.

Для них встреча в Дохе — это вопрос о том, смогут они паразитировать дальше, тяжелее им будет это делать или проще. А путь паразитирования в любом случае ведет организм к смерти. Поэтому даже если выяснится, что получится паразитировать несколько дольше, несколько комфортнее — это все равно никак не радует. С моей точки зрения, абсурдно и преступно выстраивать стратегию жизни страны в зависимости от того, какая будет цена на нефть.

Выстраивать стратегию надо в зависимости от тех факторов, на которые мы можем повлиять, или которые мы можем точно прогнозировать. А цены на нефть мы не можем прогнозировать, в силу двух факторов: либо это игра стихийных сил, либо, в дополнение к этому, это игра наших противников, в которой у нас абсолютно подчиненная роль.

[Юрий Болдырев]

18.04.2016

При всем моем крайне негативном отношении к Кудрину, тем не менее, должен оговорить, что прошу не воспринимать термин «кудриномика» как оскорбление на основе коверкания фамилии — стараюсь так никогда не делать.

Поощряемое у нас из Америки — лучшее ли для России?

Термин «кудриномика» был введен не мною и просто уже стал символом определенного направления в экономике и социальной политике, связанного с именами Кудрина (экс-министра финансов — «лучшего», но не для нас, а для Запада), Грефа, Зурабова, Голиковой, Фурсенко, Улюкаева, Набиулиной. Направление это характеризуется, в моем понимании, сознательным включением во все основные цепочки экономической и социальной жизни (в т.ч., производства и социального обеспечения) заведомо паразитических звеньев, комплексным удушением созидательного, производительного начала в нашей экономике, изъятием из нее ресурсов и их перекачиванием в экономику наших стратегических конкурентов-противников.

При таком понимании сути и подлинного смысла этого направления в политике, можно понять мое отношение к заявлению главы государства на прямой линии 14 апреля 2016 года о намерении поручить заняться стратегией нашего дальнейшего развития … Кудрину. Да и не где-либо еще, а в «Центре стратегических разработок», изначально тесно связанном с именем выше упомянутого Грефа.

( Collapse )

По плану или как получится?

Читатели могут подумать, что термин «стратегических» в названии центра использован как натяжка или даже насмешка. Мол, какие уж у них там «стратегические» разработки? Но будут неправы. Самые что ни есть стратегические. Просто не в нашем понимании стратегии — как стратегии развития. А в понимании противоположном — как стратегии (как я это оцениваю) уничтожения. То есть, той стратегии, в которой публично признаваться невозможно.

Что же касается стратегии публичной, подразумевающей нацеленность на развитие, которую нам с вами несколько лет назад пообещали, то здесь очередной кульбит налицо. Пиаровские заявления о намерении что-то стратегически планировать — запросто. И даже принятые законы, с планами и сроками, уж простите за тавтологию, будущего начала процесса стратегического планирования — тоже без проблем. А вот реализация — совсем другое дело. Не дождетесь.

В подтверждение: только что, 23 марта, принят в первом чтении внесенный Правительством законопроект № 984261−6 «О внесении изменений в статью 47 федерального закона „О стратегическом планировании в Российской Федерации“ (о переносе срока разработки документов стратегического планирования)». Куда же они сроки переносят? Может быть, в связи с осложнением ситуации и ужесточением противостояния со значительной частью внешнего мира, сроки намерены приблизить?

Напротив. Принятый Думой в первом чтении законопроект предусматривает перенос сроков разработки соответствующих документов на … 2019-й год. А там — «то ли ишак умрет, то ли эмир…»

То есть, поживем пока без стратегии.

Не вообще, а без стратегии публичной — той, в которой не стыдно признаться. И за реализацию которой надобно бы спрашивать.

Планы — в жизнь!

Важно понимать, что все ныне происходящее и проявившееся, включая стремительный рост цен одновременно с падением доходов людей, варварская коммерциализация всей социальной сферы — отнюдь не следствие ухудшения внешней конъюнктуры и чьих-либо санкций. Исключительно — единственно возможный, причем заранее запланированный и подготовленный результат политики, проводившейся полтора десятилетия именно той командой, к которой глава государства вновь обращается за новыми планами.

Вынужден констатировать: после такой «обнадеживающей» вести, обсуждать что-либо еще, связанное с этой «прямой линией», включая вопросы о дорогах, лекарствах, зарплатах, ЖКХ, да и обороноспособности страны — абсолютно бессмысленно. Вся подлинная суть и истинные планы на ближайшее будущее — в этом одном принципиальном решении: кому доверено определять направление нашего движения. Движения к развитию или же, напротив, в дальнейшую научно-технологическую и социальную деградацию.

Значит, все — тупик? Альтернативы нет?

Созидательная альтернатива

Альтернатива, разумеется, есть. Но нужна воля — иная, нежели сегодня. Воля, может быть, даже не сразу к реализации такой альтернативы, но хотя бы к тому, чтобы проявить к ней интерес.

Напомню, 12 февраля в Орле состоялся Орловский экономический форум, организованный КПРФ — крупнейшей оппозиционной фракцией в Думе. Важно: не узко партийное мероприятие, а с привлечением более широкого круга экономистов и политиков, но по ключевым вопросам — единых в своем понимании ситуации, задач и рецептов вывода страны из затянувшейся деградации.

23−24 марта в Москве на базе МГУ им. М.В.Ломоносова прошел очередной, уже четвертый, Московский экономический форум (МЭФ) — широкое не партийное научно-практическое мероприятие. На нем, кстати, среди прочего, был проведен и круглый стол, посвященный ныне вновь чрезвычайно актуальному моменту нашей новейшей истории — формированию осенью 1998-го года и работе правительства Примакова-Маслюкова, буквально, спасшего тогда страну, вытянувшего нас всех из пропасти. Видеозапись этого мероприятия есть в сети.

Кроме того, 22 марта большому МЭФу предшествовал аналогичный форум, прошедший на базе Санкт-Петербургского научного центра — Санкт-Петербургский экономический конгресс (прошу не путать с официозно-либеральным финансово-спекулятивным — моя качественная оценка — «Петербургским экономическим форумом»).

Совокупность позиций и программных положений, высказанных на этих мероприятиях, в том числе представителями КПРФ (крупнейшей оппозиционной силы), Партии дела (лидер которой, одновременно, и сопредседатель МЭФа) и иных сравнительно малых и сегодня не представленных в Думе национально ориентированных политических сил, учеными и производственниками, по большому счету, не противоречит друг другу. Но вступает в прямое, можно сказать, антагонистическое противоречие с ныне проводимой социально-экономической политикой на основе рецептов Гайдара-Чубайса и их нынешних наследников.

Совокупность материалов этих мероприятий — это и есть альтернативная экономическая программа. Не догма — по ряду вопросов есть и многовариантность, и внутренние (среди национально ориентированных сил) дискуссии по нюансам. Реальная основа, которая может приниматься к реализации, пусть с какими-то корректировками по ходу, но с совершенно ясным и недвусмысленным направлением движения — к новой индустриализации, научно-технологическому, промышленному и социальному развитию.

Реиндустриализация — в условиях жесткого противостояния

Мне довелось выступать на всех перечисленных форумах, а на МЭФе, кроме того, еще и вести одно из мероприятий — выше уже упомянутый круглый стол по реформам Примакова-Маслюкова. Сейчас же хочу обратить внимание на одну из составляющих широкой программы национально ориентированных сил, выше мною охарактеризованной как совокупный труд большого количества людей. А именно — на институциональное обеспечение реиндустриализации страны. Причем не вообще, а в нашей конкретной ситуации — в обстановке прогнозируемого долгосрочно недружественного отношения к нам со стороны самых сильных и научно-технологически развитых в этом мире.

Именно этому и было посвящено мое выступление на пленарном заседании Санкт-Петербургского экономического конгресса 22 марта. Лимит времени был жесткий, и потому пришлось ограничиться лишь практически оглавлением — десятью тезисами с самыми краткими пояснениями, без подробностей. Но, с другой стороны, именно такая вынужденная строгая подача позволяет слушателю (читателю) воспринять материал как целое, не отвлекаясь на подробности. И потому приведу здесь эти десять тезисов лишь с самыми минимальными пояснениями. Те же подробности и расшифровки, которые целесообразны, приведу уже в следующей статье.

Итак, тезисы об институциональном обеспечении реиндустриализации страны в условиях долгосрочно недружественного окружения:

1. Падение мировых цен на нефть — трагедия или шанс для нас?

На протяжении двух десятков лет, начиная еще с 1995 года, я неоднократно писал, что вечно жить за счет продажи за рубеж невозобновляемых природных ресурсов, и тем научно-технологически деградировать и усугублять свое отставание от Запада, невозможно. Неминуемо наступит тот день, когда у нас перестанут все это покупать. Просто возьмут и заберут.

Жизнь повернулась иначе — радикально упали мировые цены на сырье, и прежний уровень жизни за счет фактического паразитирования на доставшемся от предков мы поддерживать уже не можем. Это мы должны понимать как удачу — прозвучал предупредительный звонок. Это не катастрофа, но шанс — одуматься, осознать тупиковость, бесперспективность прежнего пути, сменить направление движения.

2. Предстоит длительный период жизни в условиях крайне недружественного отношения к нам самых развитых государств мира

Обоснование. Может ли российская власть — сегодняшняя или завтрашняя — вернуть Крым Украине, даже если очень захочет? Не может и не сможет. Никак.

Россия не выдает своих граждан и не может затолкать их, против их воли, обратно на Украину. Точно так же не может выселить крымчан куда-либо, а пустую землю Крыма затем отдать. Это невозможно. То есть, никак, даже если бы власти очень захотели.

А для Запада это, конечно, не причина, но основание и повод для демонстративного противодействия нам. По всем возможным направлениям, прежде всего, в части нашего промышленного и технологического развития.

То есть, нам предстоит реиндустриализация не вообще, но именно в условиях крайне неблагоприятного окружения. Это совершенно другая задача, и она требует совершенно иных методов решения.

3. Предстоящее развитие нуждается в идейном, мировоззренческом обеспечении

Да, по Конституции ни одна идеология не может у нас устанавливаться как государственная, общеобязательная. Но из этого не следует, что сознательные преобразования возможно провести без широкого согласия по ключевым мировоззренческим позициям.

То есть общеобязательный «ленинский зачет» вводиться не может, но единая мировоззренческая база для тех, кто будет разрабатывать и осуществлять программу развития — жизненно необходима.

Несколько элементов предлагаемого мною варианта такой мировоззренческой базы расшифрую в следующей статье.

4. Исключение паразитических звеньев, встроенных во все сферы жизни — в системы экономическую, социальную и в госуправление

Составил (приведу в следующей статье) список основных таких звеньев. К сожалению, он может быть дополнен: как ныне действующими паразитическими элементами, так и постоянно внедряемыми вновь и вновь.

5. Разворот всей финансово-банковской системы не на нынешнюю финансово-спекулятивную самодостаточность, но на обслуживание реального сектора экономики, на обслуживание реиндустриализации страны

Вопрос касается как ряда мер по изменению статуса Центрального банка и его полномочий, введения механизмов ответственности руководителей, так и условий деятельности коммерческих банков, регулирования их деятельности. В том числе, на основе необходимого для реиндустриализации регулирования рентабельности деятельности всего финансового сектора экономики — как не основного, прибыльного, а сугубо вспомогательного, обслуживающего, подчиненного интересам производства.

6. Разворот всей энергетической, транспортной, жилищно-коммунальной и иной инфраструктуры не на максимизацию прибыли, но на обслуживание производящего сектора экономики, промышленного производства, сельского хозяйства, науки, образования и здравоохранения

Соответственно, требование межотраслевого баланса, регулирования рентабельности, а также сбалансированности уровней заработной платы: уборщица в «Газпроме» не должна получать больше, чем та же уборщица в школе или больнице.

7. Характер реиндустриализации: авторитарная или демократическая? На основе идей левых или правых?

Мне больше нравится демократическая (на основе общественного самоуправления и подотчетности власти обществу), но возможны варианты. Важнее другое: реиндустриализация не должна быть симулятивной. Нельзя допускать, чтобы власть лишь делала вид, что меняет курс, но на деле лишь ожидала, когда же все вернется на круги своя и можно будет продолжить паразитировать на природных ресурсах, а значит и далее деградировать.

Левее или правее? Опять лично мне больше нравится на основе идей более социальных. Хотя бы потому, что вообще в основе такой реиндустриализации — признание приоритета нашего общего интереса (в условиях объективно недружественного окружения) над интересом личным тех, для кого деградация страны — не препятствие к личному успеху.

Возможно сочетание стимулов — интереса общего и интереса частного. Но тогда достижение частного интереса должно быть жестко поставлено в зависимость от реализации нашей общей задачи. Одним из инструментов решения этой задачи является межотраслевой баланс, подчиненный планам стратегического развития, а также избирательное стимулирующее налогообложение. Должна быть создана среда, в которой получить на нашей территории прибыль можно исключительно работой на реиндустриализацию страны, но не вывозом непереработанного сырья или финансовыми спекуляциями.

8. Подлинная реиндустриализация (а не ее симулирование) возможна исключительно на основе суверенной экономической и социальной политики

Не было бы нынешней определенности в отношении к нам внешнего мира, его наиболее развитой и сильной части, о степени необходимой нам суверенности при проведении социально-экономической политики еще хоть как-то можно было бы спорить. Но наступила ясность и определенность. Реиндустриализация в условиях неблагоприятного внешнего окружения может быть только суверенной. Прежде всего — независимой от тех, кто приложит все усилия для того, чтобы не дать нам развиваться. Отсюда не то, чтобы новая (для меня совершенно не новая), но новая в силу предельно прояснившейся ситуации постановка вопроса об отношении к ключевому элементу управления развитием (сдерживания развития конкурентов) со стороны Запада — к ВТО.

Лично я — за полный и скорейший разрыв с ВТО, тем более что наши «партнеры» первыми массово пошли на грубое нарушение правил и норм, введя односторонние санкции против России. Но допускаю, что возможны и более постепенные и мягкие варианты. В любом случае, вопрос о кандалах ВТО неминуемо встает, и он один из самых ключевых.

9. Осмысленное движение требует ответственного управления

Хватит играть в президента, который выше всех и фактически все решает, но ни за что не отвечает. И отдельно правительство — как будто за все отвечающее, но с реальным статусом вроде помощника президента по хозяйству. Должна быть единая ответственная исполнительная власть, и тот, кто реально принимает решения, должен нести за них всю полноту ответственности.

Ответственная Государственная Дума (которую нельзя распустить по воле президента, кроме случая, если она не может сформировать большинство, отвечающее за все принимаемые законы). И независимый от какого-либо давления или вмешательства со стороны президента парламентский контроль — посредством независимой от президента Счетной палаты (эту независимость еще предстоит вернуть), а также парламентский контроль непосредственный — через парламентские комиссии по расследованию, для компетенции которых не должно быть ограничений.

Ответственные ключевые министерства, прежде всего, экономического развития. Министерство не нынешнее — безответственного прогнозирования, но ответственное за разработку и реализацию стратегии экономического развития, с достижением плановых показателей, характеризующих именно уровень научно-технологического и промышленного развития, степень самодостаточности национальной экономики и сбалансированности внешнеэкономических связей, при недопустимости односторонней зависимости от кого-либо.

Ответственный Центральный Банк — как нормальный орган госвласти, вписанный в Основы конституционного строя — в систему разделения властей, руководство которого обществу подконтрольно, подотчетно и обществом наказуемо.

10. Подлинное самостоятельное местное самоуправление, защищенное от криминала

Это необходимо независимо от того, осуществляется ли реиндустриализация в демократичном или авторитарном вариантах. Даже при абсолютной монархии в России местное самоуправление развивалось. Но для этого необходимо жесткое подавление криминала на местах. Только два варианта: либо криминал железной рукой выкорчевывается сверху (я предпочел бы этот вариант), либо необходимо вооружать народ — чтобы он сам на местах мог противостоять ныне уже хорошо вооруженному криминалу. Если не делать ни первое, ни второе, то подлинное продуктивное самоуправление не получится — все неминуемо превращается в сплошную «Кущевку». В вариант варварского местного феодализма, не только антигуманный, но и прямо препятствующий современному промышленному и технологическому развитию.

Что остается добавить к этим тезисам в заключение?

В условиях неблагоприятного внешнего окружения, мы — в одной лодке. И по всем ключевым вопросам должны не настоять на каком-то своем идеальном решении, но найти социальный компромисс — все, кто за свою страну, за ее сохранение и развитие. Что означает в нынешней ситуации — за приоритет национальных интересов, интересов национального развития над интересами любыми иными.

[Красная линия]

AcHvO1yOVxk
Правительство России разрешило госкомпаниям засекречивать часть годовой отчётности. Они могут самостоятельно решать, какие сведения об их работе составляют коммерческую тайну, говорится в письме замминистра экономического развития Николая Подгузова, направленном в «Роснефть», сообщает РБК.
Экспертное мнение экономиста, публициста Юрия Болдырева на телеканале "Красная линия" в программе "Темы дня" 25.04.2016.

[Накануне.RU]

http://yuriboldyrev.ru/articles/article0272/

16.05.2016
http://yuriboldyrev.ru/wp-content/uploads/2015/11/boldy-rev-kolumnist.jpg
Президент Владимир Путин встретится с министрами и проверит, как выполняются его «майские указы» – условная путинская «пятилетка». Правительство отчитывается, что все хорошо или почти хорошо, говорит о возросшей по итогам 2015 г. зарплате бюджетников (у врачей в номинальном выражении — 156% от средней в экономике, у учителей — 106%, в прошлом году средняя зарплата врачей составила 48 тыс. руб. в месяц, учителей — 32,6 тыс. руб). Но в итоге повышение было съедено инфляцией, согласно анализу динамики прироста реальных зарплат, покупательная способность бюджетного сектора по итогам 2015 г. снизилась до уровня начала 2012 г. А Счетная палата регулярно рапортует, что регионам попросту не хватает средств на выполнение обещаний предвыборной программы Путина.

Экономист, экс-зампред СП, эксперт Московского экономического форума Юрий Болдрыев в интервью Накануне.RU рассказал об «обратной стороне» красивых отчетов Правительства.

Вопрос: Каково Ваше мнение по исполнению указов? Зарплаты в бюджетной сфере действительно показали рост?

Юрий Болдырев: К сожалению, сами указы изначально носили несколько, скажем мягко, лукавый характер. А их исполнение является по факту просто мошенничеством. Это попытка обмануть людей. Например, приведение средней зарплаты врача к средней зарплате в регионе осуществлялось не путем выделения средств на медицину, а путем, практически, разгона врачей, а также обернулось чрезвычайной коммерциализацией отрасли.

Сложилась ситуация, что на утренних планерках в больницах первый и главный вопрос – не какие-то сложные случаи лечения больных – а сколько заработано денег. По ряду клиник идет негласное указание – сложных и непонятных больных просто не брать. Это указание главных врачей, потому что вместо главных врачей теперь сплошь менеджеры (пусть даже врачи, но с менеджерским сознанием). И вместо того, чтобы создавать эффективную медицину – для излечения и оздоровления людей – создан механизм стравливания граждан, которые должны были в единой шеренге идти против манипулирования со стороны олигархата.

В образовании аналогичная ситуация – идет слияние образовательных учреждений, и на совещаниях выступают директора, но не говорят, что у них столько-то учеников, столько-то сложных детей и такие вот успехи; они говорят: «у меня 17 зданий». Люди уже заняты не образованием, а управлением имуществом и извлечением из него той или иной прибыли. Главный вопрос, который должен был бы звучать – стало ли за этот период, за эти четыре года образование и здравоохранение качественнее и доступней? Прямой, ясный вопрос. Ответ на него совершенно однозначный – качество образования катастрофически упало, а доступ к здравоохранению чрезвычайно ограничен. Но об этом ведь честно никто говорить не будет.

Вопрос: И также интересно, что зарплаты бюджетников, хоть и поднялись, но их «съела» инфляция?

Юрий Болдырев: Предположим, наш президент отвечал бы только за то, сколько ресурсов из государственной казны можно направить на здравоохранение, образование, на бюджетников — в этом случае можно было бы обсуждать вопрос формально, на уровне лишь цифр. Но – все-таки президент отвечает за всю страну. В том числе и за государство и общество, которое, так или иначе, регулируется государственной властью. И в этой связи, конечно, нужно рассматривать вопрос в контексте целенаправленного обваливания рубля, произошедшего в целях насыщения бюджета обесцененными рублями, за которые уже можно купить значительно меньше товаров и услуг.

Но совещание-то у президента будет не по всей политике, это не будет отчет президента перед обществом, в рамках которого общество ставило бы неудобные вопросы. Это будут узкие вопросы о том, как чиновники выполняют изначально довольно лукаво сформулированные указы президента, и отчетность по выполнению этих указов может быть вполне удовлетворительной, укажет на отдельные недостатки региональных руководителей. Но по ключевым направлениям этих указов жизнь не улучшилась, а ухудшилась – это, скорее всего, рассматриваться не будет, так же как и причины, корни этой проблемы.

Вопрос: Указы были не только про зарплаты, школы и больницы, важные указы были про создание 25 млн высокотехнологичных рабочих мест, но про это в отчетах ничего нет, почему?

Юрий Болдырев: А эти указы вообще не имеет отношения к реальной жизни. В указах не было главного, там не сказано ничего о том, чтобы навести элементарный конституционный порядок. Вместо всех этих указов могла быть одна строчка – навести элементарный конституционный порядок, в рамках которого никакие госкорпорации не могут осуществлять сомнительные сделки с оффшорными компаниями панамской юрисдикции.

Вопрос: Недавно Песков объявил, что в оффшорах нет ничего «нелегитимного».

Юрий Болдырев: Если вся социально-экономическая система выстроена как паразитическая, ориентированная на высасывание соков из общества, государства и экономики, то никакие маленькие меры никак не могут повлиять на общее состояние дел. И тут никаких 25 млн рабочих мест, которые нам обещали очень давно, разумеется, и в помине не видно, потому что это не предмет административного регулирования – взять и создать. Это предмет совершенно иного разворота всей социально-экономической политики, но этого нет, и не ожидается.

Вопрос: Почему, когда в ракетной отрасли на старте выявляется неисправный кабель, увольняют Шалимова, а когда майские проваливаются, то министрам не объявляют о неполном служебном соответствии?

Юрий Болдырев: Не надо рассматривать каких-то отдельных чиновников, есть вертикаль власти. Поэтому никаким чиновникам, кроме руководителей вертикали, никаких претензий предъявлять нет ни малейших оснований. Я напомню, майские указы принимались в период масштабной сдачи стратегических, долгосрочных интересов страны. Тут можно упомянуть сдачу страны в ВТО — в организацию, созданную для того, чтобы обеспечить выход транснациональных корпораций к рынкам формально еще независимых государств, и не допустить развитие этих формально независимых государств, чтоб они не составляли конкуренцию транснациональным корпорациям США. Вот для чего это все создавалось изначально, все было известно к 2012 г.

В 2012 г. во время избирательной кампании – я был доверенным лицом другого кандидата, альтернативного, мы без устали напоминали про этот ключевой вопрос. Неважно, кто будет президентом и издаст майские или апрельские указы, не этот вопрос решался. Решался вопрос о том, можно ли сдать суверенитет страны без референдума. А майские указы издавались, как мелкое ретуширование картины в условиях масштабной сдачи суверенитета страны.

[Аргументы-LIVE]

http://yuriboldyrev.ru/interview/article0273/
19.05.2016

Источник: Аргументы-LIVE

Вопрос: «Почему сколько ни ругают финансово-экономический блок правительства, а он и ныне там?»
http://yuriboldyrev.ru/wp-content/uploads/2016/02/boldy-rev-interfaks.png
Юрий Болдырев:, публицист, экономист, зампред Счетной палаты РФ (1995-2000 гг.)

«Ни премьер, ни министры перед нами не отвечают, а вот президент…»

- Несмотря на то, что некоторые клоуны-провокаторы распространяют информацию о том, что по Конституции у президента якобы недостаточно полномочий, что он чуть ли не «президент-нотариус», на самом деле это, конечно, не так.


И в соответствии с Конституцией РФ, и по факту нынешнее правительство — это именно правительство президента!



Поэтому внутренние разборки внутри фактически президентско-правительственной исполнительной власти, честно говоря, меня не очень интересуют.

Есть вертикаль (они же гордились, что построили вертикаль), так вот внутри этой вертикали пусть и разбираются.

Ни премьер, ни министры перед нами не отвечают, а вот президент отвечает, потому что это его правительство.

«Геращенко безусловно прав»

Бывший глава Центробанка России Виктор Геращенко в одном интервью сказал, что при Сталине Кудрина бы просто расстреляли. Да, это тот случай, когда Геращенко безусловно прав.

Более того, я подозреваю, что и того, кто приближает к себе Кудрина, при Сталине тоже бы не пощадили…

«Всё равно, как играть в рулетку»

Если как-то охарактеризовать нынешнее состояние экономики страны, так это полное отсутствие руля и ветрил.

Более того, это еще и абсолютная усталость при понимании того, что при отсутствии руля и ветрил делать что-то — это всё равно, как играть в рулетку.

Сегодня у власти не на декларативном уровне, а на уровне принимаемых решений нет никаких долгосрочных, целей, задач и механизмов развития.

«Делёж природных ресурсов закончился»

Сегодня есть только неформальное упование на то, что наконец-то нефть снова пошла наверх, а значит ещё поживём и всё будет хорошо!

В этой ситуации люди понимают, что делёж природных ресурсов закончился в 90-е-начало 10-х, а сейчас единственный источник богатства и сверхбогатства олигархата — это «доение и стрижка овец»…

[Юрий Болдырев]

Продолжаем говорить о том, что не было сказано в Послании Президента Федеральному Собранию, но что услышать у нас объективно были основания. Подчеркиваю: не субъективно — отталкиваясь от личности конкретного Главы государства, но объективно — исходя из складывающейся в стране и в мире ситуации.
Итак, главное, чего не оказалось в Послании — это более или менее реального плана или хотя бы посыла к мобилизации экономики и общества на предстоящее долгосрочное противостояние. Причем, не с относительной мелочью, но с самыми развитыми державами мира.
В короткой статье, разумеется, не претендую на полномасштабный план. Но некоторые важные направления задать попытаюсь

НАЦИОНАЛИЗАЦИЯ ФИНАНСОВО-КРЕДИТНОЙ СИСТЕМЫ
Прежде всего, ни слова не нашлось в Послании о необходимости того, что я, в отличие от прокремлевских пропагандистов-провокаторов, называю не «национализацией Центробанка» (реально — полностью подконтрольного Кремлю), но национализацией государственной финансово-экономической политики. Не нашлось в Послании места ничему, что ориентировало бы на радикальный разворот всей финансово-экономической политики на ее подлинную суверенизацию, обслуживание и обеспечение интересов не транснационального финансово-спекулятивного капитала, но своего собственного промышленно-технологического развития. Об этом — ничего. Только пресловутая финансовая стабилизация, которую, правда, связали с суверенитетом.

Что ж, верно связали. Примерно так же, как с боеготовностью современной армии можно связать наличие автоматов… Но забыв при этом еще и о пушках, самолетах, ракетах и т. п.

А финансовая стабилизация — дело хорошее. И она уже была.

Потом сплыла.

Теперь Президент нас обрадовал, что вновь всплыла (уж простите за каламбур).

И все при тех же фигурах в руководстве. Все хорошо: и что стабилизация была, и что ее не стало, и что теперь вновь сколько-то побудет… А что подлинным инструментом развития такая банковско-финансовая система не станет — так и нет такой приоритетной задачи…

А советник Президента академик Сергей Глазьев, с его докладом и предложениями по радикальному изменению банковско-финансового и валютного регулирования, надо понимать, не для того, чтобы к нему прислушиваться? А ведь перед выборами президента 2012-го года, вспомните, как его народу представляли — так, как будто бы Президент и впрямь именно с ним и в самолете не расстается, советуется и именно к нему прислушивается. По существу, ведь это было, пусть косвенное, но предвыборное обязательство Президента — прислушиваться к таким людям, а не к грефам и кудриным…

БЕГ В КАНДАЛАХ

Ни слова не нашлось в Послании Президента и про кандалы ВТО. И, что еще важнее, про те уступки, которые российское руководство сделало еще до формального присоединения к ВТО — для того, чтобы заранее удовлетворить требованиям государств-конкурентов и транснационального капитала. Что позволило Правительству с гордостью отчитаться: мол, ожидания, что присоединение к ВТО приведет к росту импорта, не оправдались. Конечно, не оправдались — если вы свой рынок и своих производителей зарубежным конкурентам сдали заранее. А вот отвоевать свой рынок обратно теперь так запросто не получится.

Что бы вокруг ни происходило, какая бы ни возникала конфронтация с Западом, включая взаимные «санкции», тем не менее, принятым обязательствам в рамках ВТО российское руководство привержено абсолютно. С гордостью отчитывается, что за три года пребывания в ВТО даже и оставшиеся таможенные барьеры сокращены еще в среднем вдвое. Вот и с первого сентября текущего года Евразийская экономическая комиссия снизила ввозные таможенные пошлины более чем на 4 тыс. товаров. Включая и такие, по которым жизненно важны приоритетная поддержка своих производителей и самообеспечение: комплектующие для авиа- и судостроения и т. п.

Да, в этих условиях житницей (но с основными прибылями — у зарубежных владельцев семенного и племенного фондов), может быть, нам стать на какое-то время и разрешат — если очень-очень низко поклониться и заокеанских «партнеров» попросить. Но подлинно своего развитого машиностроения, станкостроения, авиастроения и т. п. — не будет. А, значит, в недалекой перспективе — и обороноспособности.

ДОРОЖИМ ЛИ СОЮЗНИКАМИ?

Кстати, а при чем здесь Евразийская экономическая комиссия, принимающая решение о снижении ввозных таможенных пошлин в связи с обязательствами перед ВТО не всего Евразийского экономического союза, а в данном случае лишь России?

Поясню, но сначала о вынужденных ответных действиях наших союзников — о свежей новости, пришедшей еще до оглашения Послания, но своего отражения в нем почему-то не нашедшей.

Итак, вот и парламент Казахстана ратифицировал присоединение страны к ВТО. Кто в связи с этим выражает беспокойство? Участники Евразийского экономического союза. И не просто беспокойство.

СМИ сообщают, что в рамках «компенсации потерь» Евразийская экономическая комиссия разрабатывает целый пакет мер, включающий в себя, в том числе, усиление контроля на границах государств, входящих в ЕАЭС. Как вам такое движение к ранее разрекламированному нашими властями как приоритетная цель «Евразийскому экономическому пространству»? А министр иностранных дел Белоруссии В. Макей заявил честно, что создание единого Евразийского экономического пространства теперь переносится на 2025-й год или даже на еще более отдаленную перспективу.

Кто виноват? Казахстан?

Но напомню: в 2009-м году, когда был только создан Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, Россия, при согласии Белоруссии и Казахстана, официально заявила, что вступать в ВТО будем вместе — единым Союзом. И это было единственно верное решение. Имею в виду не само присоединение к ВТО (против которого я в принципе), но, если уж присоединяться, то не поодиночке, а на единых условиях. Если мы настоящий Таможенный союз, а не фикция.

Но что затем? Затем российское руководство, под давлением заокеанских «партнеров», отказалось от этого — присоединило страну к ВТО в одиночку, без союзников, фактически своих союзников предав. Получилось, что все издержки от вскрытия своих рынков транснациональным капиталом они стали нести одновременно с нами, но никаких плюсов, включая хотя бы даже и гипотетическую встречную открытость рынков стран ВТО, а также возможность отстаивать свои интересы в судебных инстанциях ВТО, они не получили.

Что оставалось делать Казахстану? Естественно, он продолжил свои переговоры о присоединении к ВТО. Но о чем могли быть эти переговоры? Я тогда, в 2012-м, предупреждал, писал об этом: с учетом той фактической «дедовщины» (приоритета прав старых членов над вновь вступающими), что царит в ВТО, переговоры с Казахстаном члены ВТО могут вести лишь по одному вопросу: как еще сильнее взломать внутренний рынок нашего Таможенного союза, как еще снизить нашу общую таможенную защиту.

Самой же страдающей от таких «союзничков» (на этот раз я с горечью вынужден использовать этот термин не применительно к нашим заокеанским «партнерам», но применительно к нам самим — к России — по отношению к самому преданному и надежному союзнику) является Белоруссия. Страна, в отличие от России и Казахстана, не имеющая энергоресурсов, на экспорте которых можно паразитировать, живущая исключительно трудом своих граждан. Российское же руководство, руками своей ручной телепропаганды, не упускает ни одного случая, чтобы хоть так, хоть этак, но обвинить своего союзника: то в «паразитировании» на наших природных ресурсах, то еще в каких-либо грехах — притом, что все эти их «грехи» с нашим фактическим предательством не идут ни в какое сравнение.

Согласитесь, вопрос о наших взаимоотношениях с ключевыми союзниками — достоин того, чтобы быть освещенным в послании Президента Парламенту.

ДЕОФФШОРИЗАЦИЯ ИЛИ АМНИСТИЯ?

Не стал Президент на этот раз акцентировать внимание на необходимости решения проблемы деоффшоризации. Притом, что фактически ведь ничего не делалось — никакие инструменты, известные из практики других стран, такие как повышенное налогообложение на компании, имеющие хотя бы 15% оффшорного капитала, запрет или затруднение доступа таких компаний к разработке природных ресурсов и к госзаказам и т. п. — ничто подобное не использовалось. Может быть, проблема каким-то волшебным образом сама разрешилась и потому свою остроту потеряла? Тогда, я, конечно, власти с этим потрясающим успехом искренне поздравляю.

Если же всерьез, надо признать: то военное или, как минимум, полувоенное положение, в котором наша страна оказалась, и соответственно, необходимость экономической мобилизации, с одной стороны, и степень оффшоризации нашей экономики, со стороны другой — явления совершено несовместимые.

Но проблема деоффшоризации национальной экономики на этот раз была подменена вопросом другим — об амнистии вывезенных капиталов, которую предложено продлить. Власти это подают, как вещи связанные, но, с моей точки зрения, налицо подмена понятий. Вместо рассмотрения вопроса об интересах страны нам подсовывается вопрос о спокойствии олигархата, о наилучших условиях для него. И нас пытаются убедить, что интересы страны и спокойствие олигархата — это почти синонимы.

ВЫВЕДЕНИЕ ПАРАЗИТОВ

А что такое вообще мобилизация ресурсов? Это всегда внутренняя ревизия и избавление от неэффективных звеньев, концентрация сил и ресурсов на главном. Отсюда необходимость анализа эффективности расходования средств и использования основных фондов и т. п.

Но бывают ситуации, когда весь этот «высший пилотаж» бессмысленен. Почему? Да потому, что во все звенья государственного механизма целенаправленно внедрены паразиты, вытягивающие соки и ресурсы. Приведу несколько наиболее типичных примеров.

КРОВОСОСУЩАЯ СИСТЕМА ЭКОНОМИКИ

Первое — это сама банковско-финансовая система — целенаправленно выстроенная не как источник средств для развития, но как паразит, высасывающий соки из страны. Сплошь и рядом, что в «лихие девяностые», что и поныне: сначала бюджетополучатели (регионы, отрасли, предприятия) целенаправленно загоняются в кредиты банкам под немыслимые проценты, после чего власть перечисляет бюджетополучателям положенное, часть из которого тут же уходит на проценты паразитам. И даже помощь тем или иным секторам национальной экономики оказывается не напрямую, а не иначе как путем «частичной компенсации процентных ставок банкам». То есть, наши госресурсы, не мытьем, так катаньем, но обязательно, в конечном счете, идут посредникам-паразитам — банкам, вице-президентами в которых оказываются сыночки высших должностных лиц… Подчеркиваю: не просто ростовщикам (что отдельный предмет разговора), но еще и поставленным властью в положение обязательного паразитического посредника в любом процессе.

ВТОРАЯ КРОВОСОСУЩАЯ

Как известно, лимфатическую систему человека иногда называют «второй кровеносной». С учетом же того, что в нашем государстве все кровеносное подменено кровососущим, нашу систему страхования вполне уместно назвать «второй кровососущей», ибо используется она в основном аналогично первой. Да и управляются они из единого центра — так называемого «мегарегулятора» (Центробанка). Особенно яркий пример — система обязательного медицинского страхования.

Строго говоря, в системе ОМС частным страховым компаниям вообще нечего делать — это целенаправленно внедренная чисто паразитическая прокладка между государством (в данном случае единственным истинным страховщиком) и государственными и муниципальными медицинскими учреждениями, лечащими нас за выделяемые государством деньги. Но существенная часть средств уходит на обслуживание такого чисто паразитического «бизнеса» — ни за что не отвечающего и ничем не рискующего. И какова тогда цена призывам главы государства требовать от страховых компаний отстаивать права пациентов медучреждений? С таким же успехом можно предложить и вшам больше заботиться о животных, из которых они сосут кровь.

РАСПОЛЗАНИЕ ОТКУПЩИКОВ ПО ТЕЛУ РОССИИ

Сбор налогов с помощью «откупщика» — это у нас такая «инновация», хорошо забытое старое — из времен уж совсем нецивилизованных. Яркий пример — пресловутый «Платон» — частная система сбора платежей за передвижение тяжелых грузовиков (пока только их) по федеральным трассам (пока только по ним). Водители-дальнобойщики взбунтовались. Против самого ли нового налога или же против того, что новое обременение, похоже, не столько налог, сколько способ подкормить друзей главы государства (как протестующие это трактуют)? Но нам важно понимать, что это — не разовое исключение из правила. Нет — это целенаправленно насаждаемая система. Вполне родственная паразитическому положению в нашей стране коммерческих банков или тому же обязательному медстрахованию за госсчет, но в частных компаниях-посредниках.

ПОД ПОКРОВОМ ГОСТАЙНЫ

Тихая приватизация оборонки и частные конторки при государственных оборонных предприятиях. Оптимисты говорят: «Ну, наконец-то, деньги в оборонку пошли!». Пессимисты (реалисты?) отвечают: «Только все ли это в оборонку на самом деле?». И обращают внимание на то, что сначала из еще советских оборонных заводов (не в «лихие девяностые», а прямо сейчас) создается какой-нибудь концерн «Калашников», передается в добрые близкие для власти руки, после чего туда можно и деньги направить. Но на дело ли? Или бесконечно повторяющиеся истории о том, как-либо не то и не у тех покупали для гособоронзаказа, в результате чего качество произведенной продукции для оборонки можно себе представить, либо месяцами не выплачивали зарплату работникам — как, например, на строительстве космодрома «Восточный». И никто не виноват: это же не министры и руководители госпредприятий, а какие-то нехорошие бесконечные подрядчики и субподрядчики — как-то так неслучайно выбираемые, что никак их не призвать к ответу…

ВКЛЮЧЕНИЕ ВНУТРЕННЕГО ЦЕНЗОРА

Надо ли продолжать перечисление посредников-паразитов, не отряхнув которых с тела нашего государства ни о каком экономическом и оборонном успехе всерьез даже и заикаться не стоит? Полагаю, читатели могут и сами приводить их до бесконечности.

Себя же я останавливаю. А то, если и дальше идти по этой неумолимой логике, то глядишь — и неминуемо придешь к печальному выводу о том, что и сами наши власти — Президент, Правительство, Центральный банк, Парламент и высшие суды — в их нынешнем виде, то есть при нынешних механизмах формирования, функционирования и ответственности перед обществом — несколько того… Не то, чтобы уж совсем паразиты — такого экстремистского заявления я не делаю. Но уж больно упорно борются за право быть посредниками там, где мы и без них прекрасно обошлись бы и решили бы все сами. И реального права на референдум — на прямое волеизъявление, без излишних (здесь вполне корректно сказать, что паразитических) посредников, нас лишили.

Последний яркий пример масштабного вопроса, затрагивающего суверенитет России, по которому эти посреднички бессовестно лишили нас права принять решение самим — присоединение к ВТО. Напомню: весной 2012-го года Центризбирком отказал нам (Оргкомитету по проведению референдума), в том числе, на том основании, что нет полного пакета документов на русском языке, и потому граждане не смогут понять суть вопроса. Верховный суд с таким решением согласился. Что не помешало затем Парламенту ратифицировать, по сути, не переведенное на русский, а Конституционному суду проигнорировать прямое нарушение конституционного положения о статусе русского языка как государственного.

Вот и судите сами на этом примере о степени добросовестности посредничков, с которыми мы вынуждены иметь дело.

УРОВЕНЬ ВИДЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ

Здесь мой внутренний цензор (исключительно для того, чтобы не подставлять издание) подсказывает компромиссную формулировку. А именно: не то, чтобы они все — наши власти — уж совсем паразиты, но как-то уж очень настойчиво цепляются за свою роль посредников между нами (народом страны) и теми решениями, которые мы, повторю, вполне могли бы принять и без них.

С печалью приходится констатировать: мы видим масштаб всеобъемлющего паразитизма, внедренного во все звенья экономической, социальной и государственно-политической системы — как основополагающую проблему, не позволяющую нам развиваться, двигаться вперед. В то же время, Глава государства, судя по его Посланию, да и по всему прочему, такой системной проблемы не видит. Лишь предлагает спрашивать с паразитов (на примере страховых компаний в системе ОМС) за здоровье тех, на ком они паразитируют…

Читать дальше: http://communitarian.ru/publikacii/politika/izvraschennaya_logika_%97_degradiruyuschaya_strana _10122015/

[Юрий Болдырев]

http://yuriboldyrev.ru/articles/article0274/
18.05.2016

Источник: Литературная Газета

Последняя моя статья в «ЛГ» была посвящена нашему с вами как будто бы долгу в 50 млрд. долларов бывшим акционерам ЮКОСа. После этого, в конце апреля, окружной суд Гааги всё-таки отменил решение Гаагского третейского суда от 2014 года – признал, что вопрос был вне его компетенции. То есть правда торжествует: Договор к Европейской энергетической хартии не был ратифицирован парламентом России, и потому правила этой хартии не распространяются на нашу страну. В том числе – в части вывода спорных вопросов из-под юрисдикции России.

Но следует ли из этого, что свои слова об игре наших властей в поддавки со скупщиками краденого я должен взять назад?

С удовольствием, но при условии.

Первое. Если продолжатся реальные усилия (а не их имитация с новым наймом британских и американских юридических компаний и, естественно, прогнозируемыми в связи с этим проигрышами судов) по обеспечению закрепления этого решения и вышестоящими судебными инстанциями Нидерландов – бывшие владельцы ЮКОСа, как известно, планируют подавать апелляции.

Второе. Если будут приданы огласке все условия соглашения об урегулировании спорных вопросов, достигнутого ранее между бывшими акционерами ЮКОСа и компанией «Роснефть», в состав которой вошли основные активы бывшего ЮКОСа.

Третье. Если будет проведено публичное расследование того, кто в российской уже нынешней высшей власти вообще допустил, что российская сторона приняла участие в рассмотрении внешним судом внутреннего российского вопроса на основе не ратифицированного парламентом соглашения.

Четвёртое. Если в связи с успешным (на данном этапе) отражением атаки не будет за дальнейшей «ненадобностью» прекращено ранее публично анонсированное Следственным комитетом расследование самой истории присвоения так называемыми бывшими акционерами ЮКОСа ценнейших государственных активов. Подчёркиваю: не покупки, пусть бы и задёшево, но в ходе хотя бы формально законной приватизации, а просто наглого ограбления нас с вами – в сговоре с высшими должностными лицами государства в ходе заведомо притворных «кредитно-залоговых аукционов».

И пятое. Надо ли напоминать, что способ присвоения, например, «Норильского никеля» был в точности тот же, что и ЮКОСа? То есть на самом деле игры в поддавки с бандитами и скупщиками краденого (это моё оценочное суждение) у нас продолжатся до тех пор, пока в отношении остальных ключевых активов, украденных у нас в ходе «кредитно-залоговых аукционов», власть будет делать вид, что там всё более законно, нежели в отношении истории с ЮКОСом.

Сейчас же стоит, на мой взгляд, поблагодарить и поощрить тех, кто защитил российские интересы.

Обоснование? Оцените цену вопроса.

Что такое 50 млрд. долларов?

Это, скажем, примерно половина всех расходов нашего государственного Пенсионного фонда за целый год.

Или это даже больше, чем все годовые расходы на здравоохранение. Причём не только из федерального бюджета, но и из совокупности всех источников: из федерального бюджета, бюджетов субъектов Федерации и Федерального фонда обязательного медицинского страхования.

Кто же защитил наши интересы и сохранил ресурсы для страны?

Главное основание для нераспространения на нас юрисдикции Гаагского третейского суда – отказ два десятилетия назад тогдашнего парламента ратифицировать Договор к Европейской энергетической хартии. Ещё точнее – отказ тогдашнего преимущественно левого и национально ориентированного большинства Думы. Несмотря на всё давление Запада и тогдашней своей президентской власти.

Понимаю, что ордена у нас дают за другое. Например, за программу «Стратегия-2020» – за неё нараздавали множество орденов.

Но, может быть, гражданское мужество народных представителей, не поддавшихся давлению два десятка лет назад и тем защитивших нас сегодня, тоже достойно награды?

[Юрий Болдырев]

25.05.2016

Накануне сегодняшнего (25 мая) заседания Экономического совета при Президенте, где, как будто бы, должен решаться вопрос об экономической программе дальнейшего нашего… Чуть не сказал «развития». К сожалению, пока все еще не об этом. Может быть, хотя бы «движения»? Даже и на это пока все еще не похоже. Ближе термин «существования»…

Так вот: накануне этого судьбоносного заседания был я приглашен в одну аудиторию выступить с лекцией по экономике. И далее о том, что показательно.

Постановка вопроса

Тему задали организаторы, и звучала она отнюдь не «Какую выбрать экономическую программу?». Или, например: «Плюсы и минусы конкурирующих программ и представляющих их группировок». Не говоря уже о варианте (если поддаться впечатлению от нашего ТВ и непрекращающимся «дискуссиям» на нем) вроде «Как российской экономике преодолеть происки Запада». Нет, тема была предложена простая и ясная: «Экономика и коррупция». Соответственно, и начал я свое выступление с благодарности организаторам за именно такую проблематизацию.

Действительно, кто-то может сказать, что коррупция – одна из серьезнейших наших проблем, в том числе, применительно к экономике. Кто-то, более радикальный, скажет и что коррупция – важнейшая, главная проблема для экономики. Мой же тезис: коррупция – основная и единственная проблема нашей экономики.

Предмет обсуждения

На лекциях принято начинать с определений. Так что же такое экономика? Мучить сложными определениями не будем, ограничимся акцентуацией: говорим лишь о производительной экономике, созидательной, но не спекулятивно-перераспределительной. Только о производстве реальных материальных благ и столь же реальных услуг. Но не путаем с так называемыми «госуслугами». О последнем будем говорить уже в разделе «коррупция».

И что понимаем под коррупцией? Не уголовно-правовое определение, а сущностное – как явление: это такая ситуация, такое заболевание, когда элементы единого государственного или иного социального механизма начинают работать не в интересах этого механизма, но в своих собственных интересах – вопреки интересам всего механизма.

Основной вопрос социального бытия

А как соотносятся экономика и коррупция в тех странах, которые достигают в экономике выдающихся успехов? Только, пожалуйста, не говорите, что у них коррупция тоже есть. Да, есть, но главное: какое отношение к ней у общества? Как трактуют коррупцию в стабильных развитых странах и чем эта трактовка отличается от нашей?

Для экономически развитых обществ отношение к коррупции – аксиома: коррупция – безусловное зло. И такое отношение – не следствие уровня экономического развития, а, напротив, нынешний уровень именно потому и достигнут, что коррупцию сумели загнали в ограниченное гетто, не дали ей разрушать и разлагать общество и государство.

У нас же, независимо от внешне благопристойной официальной риторики, тем не менее, не мытьем, так катанием, но протащили, насадили подспудное представление, что коррупция – этакая необходимая смазка в ржавом и заскорузлом государственном механизме, благодаря которой он все-таки как-то работает. То есть, не зло, подлежащее безусловному искоренению, а, вроде как, даже и добро.

Постановка же вопроса о том, что именно всепоглощающая коррупция и является причиной ржавчины, заскорузлости и, таким образом, недееспособности государственного механизма – категорически не допускается.

Сознание определяет бытие

Отсутствие в обществе единого активного, действенного понимания по этому главному вопросу (отношению к коррупции) влечет за собой отсутствие внятных приоритетов в реакции общества на события. Яркий пример – нынешний панамско-виолончельный скандал. Бесконечно обсуждается пустой и бесплодный вопрос: происки ли это Запада против России и ее лидера или же происки США против других оффшоров – чтобы самим остаться единственным в мире вожделенным типа «оффшором»…

Какой же может быть и должна быть единственно возможная реакция более или менее в этом смысле здорового, не дезориентированного общества? Простой и ясной, что называется: «Руки на стол!». Реакция должна быть элементарно двухходовой. Ход первый – независимая комиссия по расследованию деятельности госкорпораций в части того, действительно ли они осуществили приписанные им в опубликованных материалах крайне сомнительные сделки с панамским оффшором «виолончелиста». В случае документального подтверждения фактов целенаправленного выведения руководителями госкорпораций (в рамках нашей «вертикали» — фактическими назначенцами Президента) средств компаний (практически — госсредств) в оффшор, принадлежащий другу действующего Президента страны, ход второй: отстранение от должности Президента и затем уголовное расследование и дальнейшее уголовное преследование всех участников масштабной махинации. А «Госдепу» (что ж, мы допускаем, что именно он инициировал утечку данных и скандал в каких-то своих интересах) – спасибо за помощь: Президента отстраняем и заменяем на другого — жестко отстаивающего национальные интересы и не допускающего перетекания госсредств в карманы друзей.

Если же факты не подтверждаются, «Госдепу», тем более, спасибо: убеждаемся в кристальной честности нынешнего властителя и еще теснее сплачиваемся вокруг него.

Но вот беда: нет у нас возможности ни создать подлинно независимую комиссию по расследованию перевода средств госкорпорациями в панамский оффшор «виолончелиста», ни, в случае подтверждения сведений о масштабном махинациях и уводе налево наших госсредств, реализовать на практике процедуру импичмента?

Нет, это не беда. Точнее, не это главная беда.

Беда в том, что потому ничего этого у нас и нет, что общество своей потребности в этом не сознает и потому всерьез не требует.

Соответственно, приходится лишь удивляться: а что так скромно? Что только два миллиарда долларов (по опубликованным данным) пропустили через этот панамский оффшор? Почему не двадцать? Хотя понятно: два миллиарда долларов — это только через этот оффшор, о котором стало известно сравнительно случайно…

Откуда же в таких условиях возьмутся средства: хоть на положенную по закону, но «заныканую» индексацию пенсий, хоть на больницы и лекарства, хоть на все замечательные и даже воодушевляющие преобразования, разные сценарии которых сегодня обсуждают на заседании Экономического совета при Президенте?

[Росбалт]

27.05.2016
http://img.rosbalt.ru/photobank/3/e/1/3/czkNgRdL-580.jpg
Решение стран G7 продлить действие санкций в отношении России было ожидаемым. Российским властям не стоило рассчитывать на то, что лидеры стран «Большой семерки» поменяют свое решение. Такое мнение в беседе с корреспондентом «Росбалта» высказал экономист, экс-зампред Счетной палаты, экс-член Совета Федерации от Петербурга Юрий Болдырев.

«Я не отношусь к числу людей, которые ждут, надеются на то, что санкции против нас снимут. Считаю, что в нынешней ситуации санкционированное отмежевание — это то, что должно было заставить нас все-таки взяться за ум. Но, к сожалению, у нас построен так политический режим, что у него просто нет внутренних механизмов развития, в том случае, если санкции будут отменены», — рассказал Болдырев.

( Collapse )

Экономист считает, что российское продуктовое эмбарго — запрет ввоза в Россию «отдельных видов» сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия — нельзя всерьез рассматривать как оружие против Запада. «Если хотели бы сделать больнее, то, прежде всего, запретили бы ввоз спиртного», — пояснили Болдырев.

«Продуктовое эмбарго подавалось как механизм, который должен был позволить включить патерналистские рычаги и тем самым создать условия для развития нашего сельского хозяйства. К сожалению, это ложь. Эмбарго введено по принципу: сделали на год, но, может быть, отменим раньше. Программа таможенной защиты не рассчитана на 10-20 лет. Наоборот в рамках ВТО есть программа по снятию таможенных барьеров. Отечественный производитель не может всерьез вкладываться в крупные дорогостоящие проекты, рынок сбыта ему не гарантирован», — заявил Болдырев.

Страны G7 приняли решение продлить действие санкций против России. Об этом говорится в итоговой декларации саммита «Большой семерки» в Японии. В свою очередь премьер-министр Дмитрий Медведев дал поручение подготовить предложения по продлению ответных мер России на западные санкции до конца 2017 года.

Указ президента России «Об отдельных специальных экономических мерах, применяемых в целях обеспечения безопасности РФ» вступил в силу 6 августа 2015 года.

По данным Россельхознадзора, с 6 августа 2015 года по 15 мая 2016 года было задержано 5,02 тыс. тонн санкционной продукции. Из этого объема уничтожено 4,63 тыс. тонн продукции растительного происхождения и 181 тонна продукции животного происхождения.

[РБК-ТВ]

WYr_DguXgCE
26.05.2016

«Если вы воду носите дырявым ведром, то изучать три стратегии как носить воду, бессмысленно, если у вас всё ведро в виолончелях.»

[Юрий Болдырев]

http://yuriboldyrev.livejournal.com/56118.html
31.05.2016

Бывает такое: что-то не так, но что именно — непонятно. В воздухе висит, но никем не формулируется.
http://svpressa.ru/p/149704/l-149704.jpg
Попробуем разобраться.

К экономическому совещанию при Президенте готовились, его ждали. Совещание было анонсировано как важная веха на пути преодоления нынешних социально-экономических проблем, как развилка при выборе пути нашего дальнейшего развития.

Совещание прошло. И к чему пришли, что выбрали?

Этого толком так никто и не понял. Кроме уверенного: «Суверенитетом торговать не будем». Притом, что существенная часть суверенитета сдана в ВТО еще четыре года назад, и никаких подвижек в части официального признания этого решения пагубным и отказа от дальнейшего участия в ничего, кроме прямого вреда, не приносящем нам объединении так и нет…

Раз содержательно совещание так ничего (пока) не принесло, стоит обратить внимание на другое. А именно: почему мы (во всяком случае, господствующие в информационном поле СМИ) от этого совещания вообще чего-то ждали?

В развитие темы — три вопроса.

Кто с кем совещался?

Вопрос первый: а кто — субъект принятия решения?

Вопрос риторический: очевидно — Президент, при котором, собственно, и учреждено совещание. Вот только почему такое совещание возникло именно при Президенте, какой его функции оно соответствует?

По Конституции всем, что касается экономического регулирования (экономическая политика, бюджет, налоги, управление федеральной собственностью), у нас ведает Правительство — оно за это отвечает. Плюс Центральный банк — обеспечение устойчивости рубля. Казалось бы, им — и карты в руки?

Конечно, Президент выдвигает кандидатуры Премьера и Председателя ЦБ, отправляет Правительство в отставку. То есть, должен отвечать за своих назначенцев. Значит, естественным было бы совещание по вопросу о том, как Правительство и ЦБ справляются со своими обязанностями.

Правда, есть две зацепки в статье 80 Конституции:

— Президент «обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти» — но тогда логично было бы совещание проводить по обеспечению координации действий Правительства и ЦБ;

— Президент «определяет основные направления внутренней и внешней политики государства».

Но и с последним — загвоздка. В основах конституционного строя (первая глава Конституции), которым не может противоречить ничто в Конституции, — разделение властей. Значит, для кого эти «основные направления» обязательны? Не для Парламента, не для независимых от Президента законодателей, которых граждане выберут всего через три месяца — это уж точно. Остается — для своей «вертикали».

Чтобы для «вертикали» определять основные направления экономической политики (как единую позицию Президента и Правительства), надо с кем-то советоваться. С кем? Это Президент определяет сам, здесь мы ему не указ. Но вот чьи предложения официально рассматривать, кого заслушивать на таких совещаниях, да еще и предварительно распиаренных как важная веха, как фундаментальная развилка? Здесь хотелось бы видеть логику какую-то системную. Государственную логику — отличающую такое совещание не только от частных посиделок, но и от научных конференций, где каждый ученый выступает сам от себя, со своей научной концепцией.

Итак, кто у нас основные субъекты экономического регулирования (пока рассматриваем в рамках «вертикали», то есть, среди институтов, прямо зависимых от Президента)? Повторим: Правительство и Центральный банк. Последний — не просто (как положено по Конституции) институт денежной эмиссии и обеспечения устойчивости национальной валюты, но теперь еще и «мегарегулятор».

Но услышали ли мы что-либо об официальных предложениях Правительства и Центрального банка, были ли они — как системные государственные институты — главными разработчиками вариантов стратегии и основными докладчиками на совещании? Как известно, нет.

Даже если предположить, что позицию Правительства представлял министр экономического развития Улюкаев, то, тем не менее, а Председатель Правительства-то где? Ведь основные вопросы, рассматривавшиеся на совещании — отнюдь не вопросы отдельного министерства, но вопросы компетенции всего Правительства. Не может Премьер — так ведь есть его заместители? Казалось бы, для того они и есть, чтобы, в том числе, представлять Правительство и его позицию тогда, когда сам Премьер по каким-либо причинам не может?

Кто-то мне возразит: мол, Президент у нас — не формалист, слушает и оценивает людей не по их формальным должностям, но по квалификации и деловым качествам. Охотно верю. Правда, тогда представляется логичным по этим критериям их не только слушать и оценивать, но и расставлять по соответствующим должностям.

Мне опять возразят: мол, на этом совещании оценивались не официальные утвержденные стратегии органов власти, а лишь предложения, в том числе, общественных институтов. К сожалению, с системной точки зрения, и здесь все представляется, скажем мягко, странноватым.

«Столыпинский клуб» — круче РАН или ТПП?

Итак, вопрос второй: общественные и общественно-государственные институты — какие из них у нас являются системообразующими и известны как разработчики программ и стратегий? Соответственно, к чьему мнению было бы естественно прислушаться Президенту? Подчеркиваю: не обязательно соглашаться. Но заслушать — на созываемом лишь раз в пару лет экономическом совещании?

Заостряю вопрос: неужто «Столыпинский клуб» или отдельно лично гражданин Кудрин, с точки зрения выработки экономической стратегии, — самые ключевые в стране общественные и общественно-государственные институты?

Перечислю лишь несколько институтов, по этой логике «второстепенных», не удостоенных высочайшего внимания:

— Российская Академия наук и ее базовые (по рассматривавшейся проблематике) институты (Институт экономики РАН, Институт народно-хозяйственного прогнозирования РАН, институты социально-экономических проблеми т. п.);

— Торгово-промышленная палата России;

— Российский союз промышленников и предпринимателей (для сбалансированности, может быть, уравновешенный бы тогда содокладом Федерации профсоюзов);

— Вольное экономическое общество…

Ничего не имею против конкретно «Столыпинского клуба», сам не являюсь членом ни одной из перечисленных организаций и смотрю со стороны совершенно объективно. Но возникает вопрос: чем же так отличился этот клуб, что не на одной из множества научных конференций, а на «судьбоносном» экономическом совещании при Президенте именно он оказался удостоен права быть единственным представителем как будто более или менее национально ориентированной экономической мысли?

Или организации, перечисленные выше, концепции и стратегии не разрабатывают? В том числе, по прямому поручению Президента…

Напомню: три с половиной года назад Президент поручил Академии наук, под непосредственным кураторством своего советника С.Глазьева, подготовить такую очередную стратегию — я писал об этом в СП: «А нет ли у вас такого же, но с перламутровыми пуговицами?».

И что же дальше?

Стратегия была разработана. Не лично «академиками», а силами входивших в РАН профильных академических институтов. Но… решили не рассматривать, не заслушивать, во всяком случае, публично.

Кто-то мне возразит, что, мол, какая разница: в группу «Столыпинского клуба», докладывавшую сейчас на совещании у Президента, входил тот же его советник С. Глазьев, да и наработки РАН, наверное, тоже вошли. Но с точки зрения системности или же, напротив, взбалмошности работы государственного механизма, разница принципиальная.

При этом, к Сергею Глазьеву, разумеется, никаких претензий нет. Ему важно «хоть тушкой, хоть чучелком» — хоть от имени Академии наук, хоть от ЖЭКа № 13 (если для верховного правителя это бОльший авторитет) — но свои идеи и предложения донести.

Но с точки зрения общественного звучания (а мероприятие, повторю, было предварительно распиарено), согласитесь — абсурд.

С другой стороны, если стратегию социально-экономического развития страны можно систематически подменять подготовкой то к Олимпийским играм, то к Чемпионату мира по футболу, то почему бы все имеющиеся общественно-государственные институты не подменить (как минимум, по признаку высочайшего внимания) «Столыпинским клубом»?

Сделано это сознательно: в пиарократиях — случайностей не бывает.

Узкопартийное, но широко пиарное

И вопрос третий (честный ответ на который разрешит все неувязки в вопросе предыдущем): является ли выбор стратегии социально-экономического развития вопросом не просто экспертного обмена мнениями, но еще и выбора политического? Соответственно, не должны ли были в этом случае предметом рассмотрения на высочайшем совещании стать концепции и стратегии, прежде всего, основных политических сил? Если это, конечно, всерьез выбор стратегии — из всего множества возможных, а не что-то менее важное и достойное нашего внимания…

Итак, в вопросе выбора стратегии социально-экономического развития кто у нас основные противостоящие силы?

Известно:

— партия «Единая Россия» — ответственная за всю ныне проводимую социально-экономическую политику;

— партия КПРФ — по социально-экономическим вопросам находящаяся в жестком противостоянии с властью, основная по числу голосов оппозиционная партия в Думе.

Да, разумеется, есть еще нюансы и, соответственно, силы, примыкающие к тому или иному направлению со своими оговорками и акцентами. Но по крупному, по раскладу политических сил в нынешней Думе и по всем прогнозам расклада сил в Думе следующей, основной выбор — именно между этими принципиально различающимися вариантами. Но тогда почему мы не увидели на высочайшем заседании столкновения, прежде всего, двух противоположных стратегий: «Единой России» и КПРФ? Плюс, пожалуйста, и концепции все остальные: «Справедливой России», ЛДПР, титовской «Партии роста», кудринской «Гражданской инициативы» и др. Но ведь логично было бы плюс, а не вместо?

Если же вопрос принципиального выбора пути — того самого, что встанет всего через три месяца на думских выборах перед всеми гражданами страны, — сейчас не рассматривался, то уместно констатировать, что это было все-таки не государственное мероприятие (хотя так подававшееся). А мероприятие узкопартийное — в рамках выбора стратегии для «Единой России». Плюс, может быть, площадка для раскрутки сателлитов нынешней партии власти.

Тогда все становится на свои места.

Тогда и впрямь неуместно рассматривать на равных предложения свои и своих политических противников.

А вот рассматривать стратегии своих сателлитов (и тем самым им подыграть) — очень даже уместно. Тогда понятно, почему рассматривалась не стратегия, подготовленная Академией наук (Президент РАН, насколько известно, никакую партию осенью на выборы не ведет), а стратегия некоего «Столыпинского клуба», лицом которого, как бы случайно, оказался чиновный политик (уполномоченный по правам предпринимателей при Президенте), призванный повести протестный электорат. Повести, как будто, отдельно от нынешней власти, но, главное, чтобы никак не вопреки ей.

Чего же тогда от этого совещания, как выясняется, узкопартийного, но широко пиарного, было ожидать?

[Рой ТВ]

Rwpgxc8m2iU
https://youtu.be/Rwpgxc8m2iU

Юрий Болдырев и Максим Калашников беседуют о том, в какой фарс превратилось заседание Экономического совета при президенте РФ 28.05.2016 г. Что случилось с Сергеем Глазьевым? Какой курс сохраняет Путин? Что бы написал Кершоу не о Третьем рейхе, а о нынешней РФ? Каким оружием бьет нас Запад? Почему КПРФ так и не пошла на создание широкого общественного фронта?

[Юрий Болдырев]

ViD3gAub_MY

[Юрий Болдырев]

9UVg6MBijmA

[Накануне.RU]

09.06.2016

Стало известно, что создание новых особых экономических зон (ОЭЗ) в России прекращается. Такую реакцию президента Путина вызвал доклад главы контрольного управления президента Константина Чуйченко. В нем констатируется, что с 2006 г. на 33 ОЭЗ потрачено 186 млрд руб., 24 млрд руб. из них не использованы, налоговые и таможенные платежи из самих зон за это время составили 40 млрд руб. Создание одного рабочего места в ОЭЗ обошлось бюджету в 10 млн руб. — среднюю зарплату в РФ за 25 лет. Чуйченко опирался на данные Счетной палаты. ОЭЗ так и не стали действенным инструментом поддержки экономики. Ситуацию в беседе с Накануне.RU прокомментировал экс-зампред Счетной палаты, эксперт Московского экономического форума Юрий Болдырев, он уверен, что ОЭЗ были не столько зонами привлечения реального капитала, сколько просто механизмом ухода от налогов.

Вопрос: Путин решил приостановить создание в России особых экономических зон – как к этому относитесь, можно ли сказать, что это признание провала ОЭЗ?

Юрий Болдырев: Не знаю, какова мотивация у тех людей, которые предлагали прекратить создание ОЭЗ, но в принципе я не сторонник таких зон. Дело в том, что на протяжении длительного периода они создавались, прежде всего, там, где можно было уходить от налогов — как внутренняя зона оффшоров практически.

Это были не столько зоны привлечения реального иностранного капитала и технологий, сколько просто внутренние оффшоры. Поэтому, по-крупному, конечно, я за отказ от подобного рода зон. Есть специфические зоны, как например, анклав Калининград — там, конечно, для его развития нужны какие-то особые экономические условия, но это не общая тенденция, а особый случай, который требует и особого подхода.

Вопрос: В Кремле руководствовались, судя по информации, выводами Счетной палаты, выявили пресловутое «неэффективное использование бюджетных средств».

Юрий Болдырев: Вряд ли решение продиктовано выводами Счетной палаты. С тех пор, как я последний раз был на заседании коллегии СП, прошло уже 15 лет, но и при мне в отчетах Счетной палаты о функционировании ОЭЗ было все то же самое – неэффективное использование средств, уход от налогов и так далее. Но тогда почему-то не торопились проект закрывать.

Я думаю, что нынешнее решение связано не столько с выводами Счетной палаты, сколько со сжатием ВВП и бюджетной массы. Отсюда, хочешь — не хочешь, а какие-то наиболее зияющие дыры приходится прикрывать.

Вопрос: Особые экономические зоны были чуть ли не главной идеей Грефа еще в пору министра экономики. То есть это провал Грефа?

Юрий Болдырев: Знаете, я бы ответил так: уж прошу прощения за такую жесткую аналогию — бандит и серийный убийца где-то не погнушался украсть серебряную ложечку за обедом. Всерьез обсуждать страшное преступное деяние – кражу серебряной ложки – я бы не стал. Применительно к Грефу – человек целенаправленно выстраивал, будучи министром, экономическую систему, о которой он с гордостью заявлял в одной из предновогодних программПознера, говорил буквально так – у нас с Западом сложились прекрасные отношения, мы поставляем им сырье, а они поставляют нам готовую продукцию.

Для министра экономики прежде великой державы, с моей точки зрения, такие заявления являются преступлением, это признание в том, какую экономическую систему он выстраивал и в какое положение он целенаправленно поставил Россию. По сравнению с этим, что бы то ни было является «кражей серебряной ложечки», мелким преступлением или хулиганством.

Вопрос: Как отразится этот факт на экономическом блоке в целом?

Юрий Болдырев: Никак, это частный эпизод. В принципе Китай же использовал ОЭЗ именно для развития. Вообще, любую идею можно использовать как созидательную, а можно — как канал для воровства. Я бы не стал преувеличивать именно этот факт – для экономического блока это мелочь.

Вопрос: Почему же все-таки приостанавливают создание новых зон?

Юрий Болдырев: Знаковыми являются следующие вещи, в первую очередь, то, что происходит столь катастрофическое сжатие ВВП и бюджета, состояние экономики столь катастрофическое, потому что наша экономика оказалась абсолютно не подготовлена к сколько бы то ни было даже мелкому противостоянию с Западом. Вот в этом провал. Провал в том, что при всех разговорах об импортозамещении экономика приведена в состояние, при котором она реально конкурировать и противостоять западной экономике неспособна. И колоссальное сжатие ВВП и бюджета ведет к необходимости латать всякого рода дыры, ОЭЗ – это то, чем на данный момент решили пожертвовать. Завтра ситуация изменится – нефть вырастет, Запад смилостивится, и снова откроют этот канал для разграбления. Ничего радикально не меняется.

Вопрос: После ОЭЗ появились территории опережающего развития — ТОРы, с ними ситуация повторится?

Юрий Болдырев: Интересный вопрос. Как я понимаю, ТОРы — вопрос стратегии, стратегии ренто-паразитического направления нашего социума, нашего общества, нашего государства. Стратегия – не направлять финансы на развитие, а извлекать из ренты. Неважно, из чего — хоть из нефти и газа, хоть из транзита, хоть из сдачи территории в аренду. Идее ТОРов предшествовала идея создания корпораций по развитию Сибири и Дальнего Востока, которая, вроде бы, была пробным шаром, от которого отказались, но который реализовали в другом виде – в виде ТОРов.

Если от этого откажутся – для меня это станет важным индикатором того, что все-таки отказываются от наиболее вульгарных и демонстративных проектов дальнейшего подсаживания России на рентно-паразитическую иглу. И я был бы сторонником отказа от ТОРов — это сравнительно свежий проект, который усердно реализуется, направляя Россию в бесперспективное рентно-паразитическое русло.

[Накануне.RU]

18.06.2016 Источник: Накануне.RU

В июле 2015 г. министр экономического развития Алексей Улюкаев в очередной раз отрапортовал, что пик кризисавот-вот пройдет, в 2016 г. начнется подъем. В марте 2016 г. все тот же Алексей Улюкаев снова отчитался о пройденном кризисе и «балансирующей около нуля»экономике. Наконец, середина 2016 г. – в рамкахПетербургского экономического форума президент России встретился с представителями международного экспертного совета Российского фонда прямых инвестиций и инвестиционного сообщества. Тут он анекдотов про черную полосу в экономике не рассказывал, но сказал, что мы вот-вот скоро вырвемся из пучин кризиса:

«Мы практически преодолели спад, созданы базовые условия для выхода на траекторию роста».

Также он отметил, что российская экономика адаптировалась к новым условиям, удалось существенно снизить инфляцию и обеспечить макроэкономическую стабильность. И более того – наша экономика приобрела конкурентные преимущества благодаря введению гибкого курса рубля. И еще один важный момент – как мы до этого не вводили ограничения для движения капитала, так мы этого и не будем делать. Хотя тут же президент добавляет, что «перезапустить рост после кризиса 2008 г. РФ пока не удалось».

Так ли все позитивно, и когда мы уже, наконец, перешагнем красную кризисную линию? Об этом в беседе сНакануне.RU рассказал экономист, экс-зампред Счетной палаты, эксперт Московского экономического форума Юрий Болдырев.

Вопрос: Кажется, мы уже не первый раз слышим подобные заявления? Ранее о скором росте экономики говорил и Алексей Улюкаев, и Алексей Кудрин? Что в итоге, мы преодолели кризис?
Юрий Болдырев: Здесь важно сделать два акцента. Первое – российская экономика вообще ничего не преодолевала, были всего лишь колебания мировой экономики, произошло некоторое повышение цен на энергоносители, и все. Никакого другого достижения или успеха нет.
И второй акцент: в условиях, когда не просто снизились мировые цены на нефть, и поэтому мы стали чуть хуже жить, а когда убедительно продемонстрирована бесперспективность всей прежней модели экономического «развития», а на самом деле прозябания, потворствования деградации – в этих условиях уж президент как глава государства должен был бы беспокоиться не о формальных цифрах падения или роста, проистекающего из конъюнктуры мирового рынка. Он должен бы озаботиться совсем другим вопросом – возникли ли в России условия для научно-технологического развития?
Если уж он выступает перед фондом прямых инвестиций — то вопрос должен быть в том, возникли ли условия для инвестирования в научно-технологическое развитие, строительство новых промышленных высокотехнологичных предприятий? Так бы должен был мыслить и с таких позиций выступать национально ориентированный президент. Но этого, к сожалению, нам пока не дано.
Вопрос: А что дано? По каким показателям можно адекватно рассудить, что мы имеем на сегодняшний день?
Юрий Болдырев: Знаете, я не стану переговаривать то, что недавно очень хорошо излагал наш экономистВладислав Жуковский. Важно одно, с моей точки зрения, — нет никаких тенденций, касающихся именно повышения спроса не голословного, а хорошо оплачиваемого спроса на инженеров, конструкторов, ученых, нет никакого разворота лицом к Российской академии наук.
Приведу вам одну цифру, чтобы было понимание. Реальное научно-технологическое развитие для такой огромной страны, как Россия, без интенсивных вложений в фундаментальную науку невозможно. Такое вот случайное совпадение – через знаменитый панамский оффшор виолончелиста провели ровно такую же сумму, какая официально в бюджете на 2016 г. выделена на всю фундаментальную науку.
$2 млрд – 130 млрд руб. – в результате каких-то странных махинаций наших полугосударственных корпораций, если верить опубликованным данным, каким-то образом практически из нашего кошелька увели. Вот вам цифра абсолютно показательная. Понятно, что эти документы было бы правильно перепроверить в рамках независимого парламентского расследования, которое должно быть проведено независимо от президента и правительства. Но получается, что увели от нас ровно такую же сумму, какая выделена на всю фундаментальную науку в 2016 г.
Если бы у нас в совокупности разворовывалось 10% от того, что выделяется на фундаментальную науку – это было бы ЧП, это надо было бы разбираться. А когда только через один панамский оффшорчик вывели столько, сколько выделяется на всю фундаментальную науку – все 100% — это не катастрофа, это просто полная бесперспективность управленческой и социально-экономической модели.
Вопрос: Это уже к теме о невведении ограничений для движения капитала?
Юрий Болдырев: Есть основания подозревать в этом решении и владельцев панамских оффшоров - не в их интересах вводить ограничения на движения капитала.
Если перед обществом и государством стоит задача развития, то, конечно, ничто не мешает ввести соответствующие налоги, не препятствующие закупке высокотехнологичного оборудования, станков, технологий, лицензий и так далее, но препятствующие фантастическому объему финансово-спекулятивных операций.
Налог даже в 1-2% от объема таких операций резко снизил бы их привлекательность при условии – подчеркиваю – введения надлежащей ответственности и мотивации в деятельности руководителя Центробанка. Потому что так называемый налог Тобина – должен соответствовать уровню колебаний на валютном рынке. Если Центральный банк позволяет, допускает или даже провоцирует колебания в какие-то моменты чуть ли не 100%, то, конечно, никакой налог Тобина не поможет.
Но если, скажем, ввести применительно к Центробанку требование, чтобы колебания были, скажем, в пределах 1,5%, то налог Тобина в 2% решит проблему. Но – еще раз подчеркиваю – через панамские оффшоры были проведены совсем другие деньги через другие механизмы.
Ключевой вопрос – введения надлежащего управления в работе с госсобственностью, полугосударственными корпорациями, нужно расследовать все сомнительные дела, которые осуществляют эти компании и корпорации, в результате которых и появляются такие замечательные «виолончелисты-миллиардеры».
Вопрос: Тогда как оценить слова президента о том, что экономика приспособилась к новым условиям, приобрела конкурентные преимущества – это просто популизм?
Юрий Болдырев: Нет, я боюсь, как бы не получилось так, что эти фразы отражают совсем иное – что «круг моих «друзей-виолончелистов» приспособился к новойреальности». Мне бы хотелось, чтобы президент заботился больше об интересах всего общества, государства и развития.
Вопрос: Тогда что значит – подъема экономики нет? Будет ли он, как предсказывали правительственные экономисты?
Юрий Болдырев: Мы же с вами не звездочеты. Они связывают подъем исключительно с верой в то, что мировая экономика как-то выкарабкается без каких бы то ни было наших с вами созидательных усилий. Сама выкарабкается. Соответственно вырастет спрос на энергоносители, а Россия как поставщик этих энергоносителей просто не будет обижена в результате этого процесса.
Но этот процесс никоим образом не будет способствовать тому, чтобы мы начали развиваться. Вот у нас предстоит памятная дата – 22 июня. Три четверти века с момента трагического начала тяжелейшей драматической войны. Фундаментальное различие между тем, что было тогда, и тем, что есть сейчас — можно спорить, были ли преступления в период правления Сталина, или это были вынужденные меры, мы знаем, что разные силы по-разному оценят этот период, об этом можно спорить, но что безусловно – каждый день перед войной сокращал наше научно-технологическое, промышленное, оборонное отставание от развитого Запада.
И точно так же, к сожалению, вынужден констатировать, что каждый день сегодня при сохранении этой управленческой и социально-экономической модели — в том числе и тот день, если сбудутся прогнозы Улюкаева, что цена на нефть пойдет наверх, и мы опять начнем расти –все равно будет усугублять наше отставание от стратегических конкурентов-противников.
Вот в чем фундаментальная разница. Недостаточно сегодня просто склонить головы в траурную дату и помянуть предков – надо приложить усилия для того, чтобы радикально развернуть эту пагубную, деградационную управленческую социально-экономическую модель.
Вопрос: То есть все сводится к тому, что Правительство просто ожидает более высокой цены на нефть?
Юрий Болдырев: С учетом того, что у нас сегодня принято ругать Правительство и, вроде как, хвалить президента, я вынужден подчеркнуть, что здесь нет различия между президентом и Правительством. Наша высшая управленческая верхушка, наша нынешняя управленческая и социально-экономическая модель не дает нам никаких перспектив.
До тех пор, пока не будет осуществлен радикальный разворот в целеполагании, в методах управления, задачах, стоящих перед обществом и государством – никаких позитивных перспектив, долгосрочных перспектив у нас нет.
Вопрос: Если говорить про военный период и советскую эпоху – тогда ведь была идея, тогда была идеология. Может, надо в этом ключе поработать? Смена парадигмы?
Юрий Болдырев: Поработать – хорошее слово. Собственно, чем мы занимаемся? Каждое подобное интервью — это и есть такая работа. А то, что происходит сегодня на Питерском экономическом форуме – это работа на противоположное, на полный отказ от самоидентичности. С точки зрения целей, смыслов и задач – это попытка встроиться в подчиненном положении в какие бы то ни было любые практически западные модели. Вот фундаментальная разница.
Должен напомнить, что по Конституции Россия является социальным государством. Что такое социальное государство? Это государство, в котором все подчинено интересам социума. Как бы ни было написано про права отдельного человека, это ясное указание на цели и смыслы существования государства. Все должно быть подчинено интересам не олигархата, не внешних экономических субъектов, не транснациональных корпораций, не «Газпрома», не «Роснефти», не «Бритиш петролиум», а интересам нашего социума. А интересы социума совершенно противоположны тем социально-экономическим моделям, которые пока предлагает нам наша управленческая верхушка.

Евгений Рычков

[Fontanka.ru]

jszWfz3HKjg
https://youtu.be/jszWfz3HKjg
Прогрессивное подоходное налогообложение – абсолютная норма для всего цивилизованного мира, подчеркнул в эфире [Фонтанке.Офис] экономист и бывший замглавы Счетной палаты Юрий Болдырев. Однако смысл этой модели не в том, чтобы увеличить доходы бюджета, а в том, чтобы стимулировать инвестировать сверхприбыли в развитие. Запускать такой механизм имеет смысл в «тучные годы», а вот во время экономического спада есть риск, что подобный механизм будут использовать, чтобы увеличить налоговое бремя людей со средним доходом, как это было в 1990-е годы.

"Прогрессивную шкалу налогообложения будут вводить не для того, чтобы Депардье собрал монатки и сбежал во Францию, а для того, чтобы как можно больше содрать с простых, со средних и даже ниже среднего".

[MK RU]

08.12.2016 Источник: MK.ru

Юрий Болдырев рассказал о феномене «коллективного Улюкаева»
На прошлой неделе Россия обрела нового министра экономического развития. Им стал 34-летний Максим Орешкин. Прежний министр Алексей Улюкаев был уволен в связи с «утратой доверия» — проще говоря, попался на взятке. Что это было: происки личных врагов Улюкаева или начало некой масштабной кампании, а то и смена курса?

Об этом мы попросили рассказать Юрия Болдырева — демократа «первой волны», одного из трех основателей партии «Яблоко», бывшего зампреда Счетной палаты.
— Арест бывшего главы Минэкономразвития Алексея Улюкаева — это событие для российской действительности экстраординарное. Впервые по такой банальной и унизительной причине — за взятку — задержан чиновник такого уровня. Улюкаев является знаковой фигурой. Он — символ того, что принято называть «курсом либеральных реформ», член команды Егора Гайдара, соратник Анатолия Чубайса. Это какая-то нелепая случайность или подобная «монетизация» своей должности — норма в определенных кругах?

- Случайность ли, что такой человек, как подозревает следствие, оказался склонен к меркантильно-криминальному поведению? Не случайность. И для самого Улюкаева, и для «коллективного Улюкаева», для так называемого «либерального клана»


Где бы ни находился этот «коллективный Улюкаев» — в Центробанке, Министерстве экономики или где-то еще, — он совершает действия, которые трудно понять с точки зрения национальных интересов РФ. Но загадка лишь до тех пор, пока предполагается мотивация на реализацию государственных и общественных интересов.

( Collapse )

Если же выявляется мотивация иная, криминальная, то все вопросы отпадают. Например, тот же Улюкаев, будучи первым зампредом Центробанка, гордо докладывал нам, что они не эмитируют ни одного рубля сверх долларов, полученных за продажу наших нефти и газа. С точки зрения интересов развития собственной производительной экономики — необъяснимый абсурд.

Экономика нуждается в деньгах, в кредитах, в оборотных средствах. А тут подчинение национальной денежно-кредитной политики интересам внешних конкурентов: транснациональных корпораций, ФРС США и т.д.

— А если предположить, что эти люди исходят не из интересов страны?

- Тогда все вопросы снимаются. Получается, что министр меняет свою позицию по стратегическому вопросу в зависимости от того, поделились с ним или нет. То есть все, что нам кажется непонятным в их деятельности, становится понятным, когда их вяжут на элементарной взятке.

Важно понимать, что для такого должностного уровня два миллиона долларов — это мелкие чаевые. Масштаб ущерба от, с моей точки зрения, антинациональной кредитно-финансовой и банковской политики «коллективного Улюкаева» абсолютно несопоставим не только с размером этой взятки, но даже и с размером того имущества, по поводу которого была взятка, будь то «Башнефть» или даже «Роснефть».

— Вы хотите сказать, что подобное поведение изначально было присуще всей т.н. либеральной команде?

- Чтобы не быть голословным, я приведу пример из своей практики. Почти четверть века назад я был начальником Контрольного управления президента. В начале 1992 года правительство Гайдара под прикрытием необходимости помощи новому укладу на селе стало выделять деньги на поддержку фермерства. Деньги выделялись через Ассоциацию крестьянских фермерских хозяйств АККОР и соответствующий фонд «Российский фермер».

Мы проверили расходование этих средств и выявили, что масштабные по тем временам деньги через АККОР и фонд «Российский фермер» вкладываются в уставные капиталы разных шарашек, банчиков и затем пропадают. То есть классический слив бюджетных денег налево через подставные структуры.

Перед президентом я ставил вопрос о необходимости пресечь это. Но после меня к президенту, видимо, заходил кто-то другой. И те поручения, которые президент уже давал, затем спускались на тормозах.

На протяжении года работы я три раза докладывал президенту этот вопрос, но до самого марта 1993 года, когда был уволен в связи с ликвидацией Контрольного управления, увод бюджетных денег через «АККОР» так и не был пресечен.

Весной 1993 года, уже после того, как я ушел, была создана партия «Выбор России». Ее учредителями стали члены правительства, выводившего государственные деньги налево, а также АККОР, через которую они это делали.


— Вы шесть лет проработали заместителем председателя Счетной палаты. По долгу службы вам должна была поступать информация и о других злоупотреблениях…

- Множество примеров деятельности «коллективного Улюкаева», выявленных Счетной палатой, я привел в своей книге «О бочках мёда и ложках дёгтя». Один из наиболее ярких. За один только 1995 год правительство вывело из страны через механизм так называемых компенсаций из-за отмены льгот по ввозу спиртного и сигарет, через Национальный фонд спорта (но это делал не Национальный фонд спорта, а правительство, я подчеркиваю) налево целую треть федерального бюджета. Это порядка 9 миллиардов долларов. А весь федеральный бюджет был примерно 27 миллиардов долларов.

Ключевые решения принимал ряд хорошо известных деятелей «коллективного Улюкаева», включая Чубайса. Книга вышла в 2003 году и широко разошлась, в суд на меня так никто и не подал. Никто не попытался что-то оспорить, защитить свою честь. И понятно: все это есть в отчетах Счетной палаты, документально зафиксировано. Но никто не посажен.

— А история с залогово-кредитными аукционами?

- Здесь ситуация такова: отдельно проверялась сама сделка, отдельно — банковские операции и т.д — это ряд разных отчетов. Единственный документ, где все это сведено воедино, — это обращение в 1996 году за моей подписью к генпрокурору.

Была заведомо притворная сделка: кредит у банков на сумму примерно 700 миллионов долларов был взят правительством ровно из тех денег, которые сами только что положили в эти банки как якобы свободные валютные средства. Но уже под «залог» важнейших заведомо рентабельных госпредприятий. Фактически — не залог, а право управления с присвоением прибыли, за которую (годичную прибыль предприятия) друзья правительства затем все это выкупили. То есть не то что «мало заплатили» — все вообще изначально за наши же деньги… И то, что они делали дальше — примерно в том же духе.

На основании той информации, которой владею я, можно утверждать, что наша либеральная команда имеет, к сожалению, изъян в виде криминальной склонности. И в силу этой склонности конкретными их действиями стране нанесен рассчитываемый ущерб, но несопоставимо больший ущерб нанесен тем, что ради этих махинаций они практически тормозили развитие национальной экономики.

Это как крыса, которая съест три зернышка, но при этом испортит, испачкает тысячу зернышек. А еще миллион провоняет.

— А как вы думаете: нынешний случай с Улюкаевым — это случайный эпизод, вызванный чисто тактическими задачами, или же это начало некой масштабной кампании по «чистке рядов», борьбе с коррупцией?

- 15 лет не имею никакого отношения к власти. Но есть критерии, по которым я оцениваю ситуацию.

Когда мы в 1994 году создавали Счетную палату — вопреки Ельцину (Ельцин накладывал вето на наш закон), — мы старались избавить ее от опасности стать инструментом в чьих-то руках. А как это сделать? На самом деле независимости не бывает, а бывает сбалансированная зависимость. Чтобы от сильного зависело ровно столько же, сколько и от слабого. 20% депутатов Думы и Совета Федерации могут дать прямое поручение, обязательное к исполнению. И большинство не может его отменить. Плюс механизм формирования коллегии Счетной палаты, коллегиальное принятие решений, в том числе о планах каждой проверки.

Коллегия первой Счетной палаты формировалась по пакетному принципу: люди в нее были делегированы от разных фракций в Думе. И мы создали механизм сбалансированной зависимости. Этот механизм сейчас практически уничтожен.

Начиная с 2003 года Счетная палата стала зависимой от того, кого надлежит проверять. Но для того, чтобы на самом деле бороться с коррупцией, необходимо, чтобы рядом с вертикалью власти были самостоятельные, независимые от этой вертикали контролирующие и наказывающие органы. До тех пор, пока этого нет, к сожалению, всякие игры с Улюкаевым я вынужден рассматривать как межклановую борьбу.

— Есть также мнение, что дело Улюкаева может стать началом конца «либерального клана». Якобы в верхах идет борьба силовиков, «патриотов» и системных либералов за влияние на президента и право определять курс страны.

- В общество сознательно запущена идея о том, что якобы наша власть ограничена в своих полномочиях. Якобы она не может влиять на Центробанк, типа он замыкается на ФРС, МВФ.

Это сознательный уход от ответственности. Точно так же в общество сознательно запущена идея о том, что президент и парламент ограничены в маневре, вынуждены держать системных либералов, потому что иначе нам устроят неприятности.

Можно даже услышать такую фразу: «Денежные власти неправильно себя ведут». Нет никаких «денежных властей». Есть центральная государственная власть — президент и парламент. И в их полномочиях все.

Ситуация, когда руки не дотягиваются до системных либералов, к сожалению, свидетельствует о некой двойной игре. О том, что публично мы позиционируемся как государственники, но реально опираемся на «коллективного Улюкаева». Персонально этого Улюкаева забрали, но все остальные — на своих местах. Все ключевые организаторы дефолта 1998 года, которых специальная комиссия Совета Федерации по расследованию обстоятельств и причин дефолта рекомендовала никогда больше не назначать ни на какие государственные посты и на управление госсобственностью, — на теплых постах и на управлении госсобственностью.

— Были также сообщения о том, что разрабатывается альтернативная либеральной программа развития страны — и причина ареста Улюкаева именно в этом. Чтобы не мешал продвигать альтернативную программу.

- Еще в 2012 году президент поручал Российской академии наук подготовить под руководством и кураторством Сергея Глазьева программу развития. Она была подготовлена, но заслушивать ее никто не стал.
На майском заседании экономического совета при президенте программе Кудрина была противопоставлена не программа Российской академии наук, а программа Столыпинского клуба под руководством Бориса Титова. Это была пиар-акция в интересах его Партии Роста. Это сознательное форматирование поля так, чтобы нам деваться было некуда. Это фикция.

— А Глазьев — это настоящая альтернатива?

- Я Глазьева хорошо знаю с 1995 года. Мы были сопредседателями согласительной комиссии между Думой и Советом Федерации по закону о Соглашении о разделе продукции.

Глазьев — тогда сопредседатель от Думы быстро понял, что Дума совершила ошибку, и мы вместе работали над тем, как изменить закон, чтобы исключить колониальные нормы. На нас тогда было оказано колоссальное давление. И то, что Глазьев не сломался, говорит о том, что он честен в своей основной мотивации.

Поэтому в данном случае важна и фигура Глазьева, и еще важнее то, что за ним стоит все академическое сообщество. Это действительно альтернатива.

- Расскажите подробнее эту историю. Какую опасность несло в себе это Соглашение о разделе продукции?

- Нам удалось не допустить схему, которую буквально в таком же виде американцы реализовали потом в оккупированном Ираке.

В качестве компромисса пришлось пойти на то, чтобы два уже заключенных соглашения — «Сахалин-1» и «Сахалин-2» — вступили в действие. Но за счет этого удалось не допустить распространения этой схемы на всю страну. Вся борьба была за то, чтобы не допустить массового перевода наших недр под стратегический контроль Запада.

Позже, когда я был зампредом Счетной палаты, мы проводили проверку реализации соглашений «Сахалин-1» и «Сахалин-2». Ущерб от реализации этих соглашений в ценах 1999 года за весь период составил 62 миллиарда долларов. Тогда весь бюджет РФ был 20 миллиардов долларов. То есть это три годовых бюджета страны. Масштаб понятен.

Я был сторонником расследования, которое выявило бы коррупционную составляющую при заключении этих соглашений. Вместо этого был выбран другой путь. Придирки к экологическим нарушениям, в результате чего эти месторождения были взяты под больший контроль российского государства.

— Сторонники этого соглашения утверждали, что на РФ должен пролиться дождь инвестиций…

- Если вы хотите ограбить мою квартиру, вы же не станете мне говорить об этом прямо. Этот закон предусматривал, что наше некоррумпированное правительство может заключать договоры, отступающие от норм российского законодательства. С выводом всех спорных вопросов из российской юрисдикции на 30-50 и более лет. С передачей контроля за потоками сырья внешним инвесторам. То есть это полная сдача стратегических козырных карт государства, являющегося первой в мире кладовой природных ресурсов.

Эти соглашения были бы необратимыми на срок жизни нескольких поколений. Это тот редкий случай, когда в битве удалось одержать победу (все подробностях я описал в книге «Похищение Евразии»). Прежде всего благодаря тому, что первый выборный Совет Федерации состоял из грамотных и ответственных людей. Они готовы были идти на компромиссы с властью, но сдать страну были не готовы. А СРП означало полную сдачу страны. Сегодня, спустя 20 лет, уже имея перед глазами опыт Ирака, глупо верить всяким сказкам.

И мы это тогда не пропустили. Причем Дума сначала пропустила, Совет Федерации остановил. Три месяца закон висел между Думой и Советом Федерации. Его не выносили на голосование в Совет Федерации, потому что пытались каждого сенатора индивидуально склонить к тому, чтобы он проголосовал как надо. Некоторые сенаторы прямо не могли сказать, что они против, они уклонялись от голосования, не приходили на заседания…

Было принято решение заставить всех проголосовать поименно, по подписке. Беспрецедентная история. Чего только не делали! Губернаторам грозили, что перекроют их региону газ или воду, не дадут дотации.

Губернатору трудно пойти прямо против власти. А сдать страну он не может. Он ложится в больницу, чтобы только не проголосовать за этот колониальный закон о СРП. История интересна тем, что давила вся совокупная власть: Ельцин, Черномырдин, Шафраник (экс-министр топлива и энергетики, ныне глава Союза нефтегазопромышленников России — «МК»)… Запад, США.

Были письма американских сенаторов президенту, чтобы он повлиял на российский парламент, который рискует не допустить иностранных инвестиций в развитие России. И самое печальное, что все это проводилось через якобы демократическую оппозицию.

Моя партия «Яблоко» была автором законопроекта. За ней стояла группа прозападно-ориентированных экспертов. Руководитель этой группы Конопляник позже был представителем Европейской энергетической хартии в России, пытался ее лоббировать. Ее нам тоже удалось отклонить.
Именно потому, что хартия в 90-е годы не была ратифицирована, удалось сейчас добиться того, что административный суд в Бельгии в конечном итоге признал решение Гаагского суда о 50 миллиардах ЮКОСу необоснованным.

— Получается, что «настоящие демократы» из «Яблока» мало чем отличаются от «коллективного Улюкаева»?

- Команда Гайдара в интересах Запада рушила производительную часть российской экономики, передавая ключевые, в том числе оборонные, предприятия под контроль НАТО, а эта команда решила оптом передать Западу наши природные ресурсы.

Каких бы старушек что те, что другие эти мои бывшие товарищи ни переводили потом через дорогу, для меня они изменники родины. Эти люди достаточно образованы, чтобы хорошо понимать, что они делали.

— Думаете, в этом была также коррупционная составляющая?

- Для меня в этом нет ни малейшего сомнения. Когда некоторым людям платят 19 тысяч долларов за лекцию — как это называется?

Я как-то тоже прочитал лекцию в Гарварде, мне за нее заплатили 450 долларов. Это был 1994 год. Гайдару в Гарварде примерно в то же время заплатили за лекцию 500 долларов. А 19 тысяч — это не за лекцию, это скрытое финансирование. Мне пришлось выйти из «Яблока» 1 сентября 1995 года, чтобы продолжить борьбу. И мы победили.

— Меня порой удивляет «непотопляемость» некоторых абсолютно скомпрометированных персонажей. Иногда мне кажется, что президент держит их около себя, следуя восточной мудрости: держи друзей близко, а врагов — еще ближе…

- Меня интересует национально-ориентированная политика моего государства. Пока она не проводится.

Наше отставание от развитого мира, как от Запада, так и от Китая уже, продолжает с каждым днем усугубляться. Китай играл с Западом в дзюдо. Известный китаевед Александр Анисимов подробно рассказывал о том, как Китай прятал информацию, фальсифицировал статистику, для того чтобы представить себя более скромным и слабым, чем он был на самом деле. Но в это время он со страшной скоростью перенимал технологии, развивал их и создавал научно-технологический задел для будущего рывка.

К сожалению, наша игра носит довольно странный характер. Вместо того чтобы использовать период относительно мирного сосуществования с Западом, чтобы нарастить технологические мышцы, мы накапливали резервы в валюте потенциального противника, которые в любой момент можно под любым предлогом аннулировать.

— Ельцин осознавал, что делает, или был игрушкой в руках своего окружения?

- Подозреваю, что Ельцин мыслил примерно в таком ключе: «Власть взял и не отпускай». И ради этого бери в союзники хоть черта с дьяволом, хоть потенциального противника. Думаю, что у него и у его команды примерно это было в голове.

А что нынешний президент? Он как будто в чем-то перечит Западу. Но если он перечит Западу в вопросах Сирии и Украины, то почему в вопросах финансово-экономических перечить не может? Какая-то неувязка.

— Если бы полностью изменилась политика в экономической сфере, Запад взял бы курс на свержение Путина на несколько лет раньше.

— Я был бы очень рад, если бы Запад действительно всерьез хотел свергнуть Путина. Потому что тогда Путин стал бы опираться не на улюкаевых, а на, скажем условно, глазьевых. У него не было бы другого выхода.

У нас выстроена паразитическая модель государства, не имеющая внутренних источников развития. Единственным источником развития в этой феодальной системе может быть внешняя угроза. Если внешней угрозы не будет, мы продолжим разлагаться и через 20 лет будем относиться к числу беднейших стран. Это реальный прогноз.

Я сугубо мирный человек, но, если бы Запад всерьез угрожал нынешней власти, у нее не было бы другого способа выжить, как опереться на свой народ.

— Кто-то в отношении взятки Улюкаеву употребил выражение «административная рента». То есть это как бы само собой разумеется, что чиновник, занимая пост, имеет некую «ренту» с этого поста помимо зарплаты. То есть так вся эта система и выстроена?

- Мне это не нравится с точки зрения морально-этической, но дело не в этом.

Из истории известно, кто и почему победил в столкновении Испании и Британии. Победила Британия, потому что Испания была более заскорузло-феодальной, а Британия — более конкурентно-капиталистической.

Я не противопоставляю сейчас капитализм и социализм. Я противопоставляю феодализм, который выстроен у нас, где каждый пасется на определенной делянке и чаевые в 2 миллиона долларов считаются нормой, и более продвинутое при всех его недостатках западное или китайское общество.

Хочешь не хочешь, мы обязаны выстраивать у себя систему, которая и в социальном, и в экономическом плане была бы конкурентоспособной. Потому что мы занимаем одну восьмую суши. Если мы будем настаивать на неконкурентоспособной социальной системе, мы обречены на то, что нас сгонят с этой земли.

Марина Перевозкина

[Юрий Болдырев]

http://worldcrisis.ru/crisis/2585700/?COMEFROM=SUBSCR
вчера 04:12

Подконтрольные нынешней власти средства массового дезориентирования населения, конечно, не расскажут об этом мероприятии. И понятно: никакого скандала не было, президент никого как нашкодившего школьника не отчитывал, не говорил свое пресловутое «Зачем вы это сделали?». Да и вообще не почтили это мероприятие ни президент лично, ни какие-либо представители его администрации.

Правда, были представители правительства — министр и первый замминистра, но правительства не нынешнего, а уже давнишнего — Примакова-Маслюкова. Нынешним — не интересно.

Итак, в последний день января в Центральном экономико-математическом институте Российской Академии наук (которая, несмотря на жесткий натиск со стороны власти, все еще жива) на заседании Секции экономики Отделения общественных наук РАН состоялось обсуждение разработанных Советом Торгово-промышленной палаты России по промышленному развитию и конкурентоспособности «Принципов стратегии экономического развития России до 2025 года».

То есть, альтернатива нынешнему курсу есть. Ясная и однозначная. И не кудринско-грефовская. И не «столыпинская». А выработанная лучшими специалистами-практиками реального (все еще живого, вопреки всем усилиям властей его окончательно добить) сектора нашей экономики, поддержанная Торгово-промышленной палатой и научным сообществом.

В финансовом ведомстве собираются ослабить национальную валюту для наполнения бюджета

Но зачем об этом знать нашим людям? Лучше пусть посмотрят ежевечернее телешоу на тему «мы в мире — самые крутые» и, одновременно, «что делать с экономикой — никто не знает»… Именно в этот день в «Вестях» государственного телеканала «Россия-1» особое внимание уделили какому-то совещанию в кудриновском центре «стратегических разработок» — что-то про мораль и нравственность. Ну-ну…

Значит, проблема экономики — не в экономике. Напиши еще хоть десять экономических программ и стратегий, пусть будут они самые лучшие и достойные реализации, ведущие к мощному рывку и дальнейшему процветанию, но власти это … не интересно.

А, может быть, дело в том, что программа слабая, нереализуемая в наших условиях?

Что ж, абсолютизировать представленную программу как окончательный идеал не стану. Скажу лишь, что сочли ее достойной своего внимания и участвовали в обсуждении, как минимум, несколько директоров крупных академических институтов — Института экономики РАН, Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, Центрального экономико-математического института РАН, Института океанологии РАН.

Ключевой посыл программы — развитие не сырьевого и финансово-спекулятивного секторов, но обрабатывающей промышленности. То есть, новая индустриализация. Что требует изменения внешнеторговой, налоговой и финансово-кредитной политики — с конкретизацией по каждому направлению. В общем, все то, о чем неоднократно говорилось и на заседаниях Московского экономического форума, и в Торгово-промышленной палате, и в докладах самой же Российской Академии наук. Но на этот раз — в более сжатом и концентрированном виде.

Были, разумеется, замечания, предложения по корректировке.

Любопытно, что одно из замечаний было связано, скажем так, с недостаточной степенью популизма в планах авторов программы, а именно, что рост ВВП к 2025 году предполагается в полтора раза более высокими темпами, нежели рост реальных доходов населения. Как же так? Но, с моей точки зрения, было бы хуже, если бы обещания носили противоположный характер, и тогда естественен был бы вопрос: а за счет чего? Главное: если будет не просто рост ВВП, но еще и качественное изменение его содержания (не за счет распродажи невозобновляемых природных ресурсов, но за счет роста объема добавленной стоимости), то уровень роста реальных доходов населения — вопрос социальной регуляции (что отправить в дальнейшие стимулируемые государством инвестиции в развитие, а что — на потребление населения). Лишь бы было, из каких ресурсов эту регуляцию осуществлять.

Разумеется, был затронут и вопрос о совместимости протекционизма с обязательствами, которые возложила на Россию нынешняя власть при присоединении страны к ВТО. Что ж, о том, что такая проблема неминуемо возникнет, мы предупреждали и пять лет назад (в том числе, в ходе проходившей тогда кампании по выборам президента страны), когда соглашения о присоединении еще не были ратифицированы. А теперь? Теперь за все придется заплатить. В том числе, за преступные ошибки.

А между тем, кризисные явления в экономике и социальной жизни нарастают. Выход власти видят, похоже, исключительно в затягивании поясов: резким ростом налогов и прочего обложения, прежде всего, на недвижимость (уже шоковые платежки плюс дальнейшее плановое повышение налога в течение пяти лет в пять раз), на «движимость» — всем привет от «операторов парковочного пространства», на транспортные перевозки (равно всем привет от «Платона»), на перемещение граждан по стране (расширение перевода автодорог в категорию платных, разрешение вводить платный въезд в города и т. п.), на лечение и обучение («оптимизация» программ и объема «услуг», предоставляемых за счет государства)…

Что ж, пока народ безмолвствует, чем не решение?

Тем не менее, вынужден обратить внимание на то, что пояса затягиваются не вполне адекватно, преимущественно в отношении «низов».

Приведу свою любимую аналогию: если на корабле проблемы, авария, нехватка еды и воды, возможны самые разные решения, линии поведения и управления. Невозможна и совершенно деструктивна лишь одна — когда, при затягивающей пояса команде, капитан позволяет своим приближенным, уж простите, есть в три горла.

А что у нас?

А у нас, несмотря на все трудности, даже хотя бы адекватно ограничить зарплаты и суммарные доходы (по сути, от нашей госссобственности) руководителей гос- и полугоскорпораций власти не собираются. А президент в своем послании Федеральному Собранию всерьез гордится тем, что прибыли банковского сектора в 2016-м году, по сравнению с годом предыдущим, выросли в четыре раза — почти полтриллиона рублей. Притом, что о каких-либо суммарных прибылях реального сектора экономики (за исключением сырьевой составляющей) даже и говорить не приходится.

В этих условиях, при таких подлинных приоритетах власти, можно ли говорить о возможности реализации хоть какой-нибудь созидательной стратегии развития?

Поэтому, не останавливаясь на деталях рассматривавшейся альтернативной (нынешнему курсу) стратегии экономического развития, сформулирую несколько пунктов жизненно важных управленческих решений, без которых не только ни одна созидательная стратегия развития не может быть реализована, но сомнительна даже и возможность вообще хоть как-то выкарабкаться из ныне поглощающей нас трясины.

1. Затягивание поясов не может осуществляться лишь в отношении «низов», при продолжении прежнего шикарного банкета за наш общий счет в «верхах», среди приближенных к власти.

2. Есть два метода не только подбора и назначения, но и адекватного стимулирования управленческих кадров. Если ставите на экономическую и хозяйственную работу своих политических назначенцев из числа приближенных и лично преданных, в частном секторе не работавших и сверх достижений на этой ниве не имевших, то и зарплата их должна быть исключительно как у госслужащих, максимум, как у генерала или замминистра. Если же берете из конкурентного частного предпринимательства сверх успешных организаторов, изобретателей, конструкторов, создателей «эпплов» и «гуглов», то вот только тогда и уместно им платить как «топам» зарубежного частного бизнеса, да и то, с учетом зарубежного же налогообложения личных доходов. Когда же приближенным, поставленным высочайшей волей на командные должности, за наш счет устанавливаются зарплаты и суммарные выплаты как в «Дженерал моторс», якобы, чтобы этих сверх ценных работников не переманили зарубежные конкуренты — это отвратительное лицемерие, разлагающее всю управленческую «вертикаль», и обоснованно раздражающее общество. И уж точно никак не ведущее к эффективному управлению в интересах государства.

3. Как на один из недостатков представленной программы в ходе обсуждения было указано на отсутствие выбора приоритетов между отраслями промышленности, которые надлежит ускоренно развивать. Но на это приходится ответить, что есть разные уровни проблемы с приоритетами. Один уровень — это когда трудно выбрать, например, между судостроением и авиастроением. Но уровень совсем другой — это когда и то, и другое подменяется «олимпиадостроением», «зенит-аренастроением» и прочим «чемпионатомирапофутболустроением». С точки зрения госуправления, неспособность отказаться от проектов абсурдного и бессмысленного закапывания жизненно важных ресурсов — признак элементарной профнепригодности.

4. Затягивание поясов в той или иной степени, тем более, если его осуществлять более или менее равномерно и справедливо (посильнее у «верхов» и не столь нещадно у «низов») было бы вполне переносимым, если бы не одно «но» — если бы не катастрофическая степень ростовщического закабаления, причем, как предприятий, так и граждан. В результате, снижение дохода — это не просто пропорциональное снижение потребления, но, в ряде случаев… цепная реакция лавинообразной катастрофы. Что делают наши власти в этих условиях? Заботятся, прежде всего, о совокупном ростовщике — готовят планы и законопроекты по возможности отнять у должника даже и единственное жилье. А что нужно бы делать? Противоположное — затягивая пояса реальному сектору экономики и гражданам, одновременно, любыми, пусть и сколь угодно искусственными методами, тем не менее, ослабить ростовщическую удавку, перенести тяжесть ситуации с производителя реальных товаров и услуг и граждан на финансово-спекулятивный сектор.

[Юрий Болдырев]

01.02.2017

Подконтрольные нынешней власти средства массового дезориентирования населения, конечно, не расскажут об этом мероприятии. И понятно: никакого скандала не было, президент никого как нашкодившего школьника не отчитывал, не говорил свое пресловутое «Зачем вы это сделали?». Да и вообще не почтили это мероприятие ни президент лично, ни какие-либо представители его администрации.

Правда, были представители правительства — министр и первый замминистра, но правительства не нынешнего, а уже давнишнего — Примакова-Маслюкова. Нынешним — не интересно.

Итак, в последний день января в Центральном экономико-математическом институте Российской Академии наук (которая, несмотря на жесткий натиск со стороны власти, все еще жива) на заседании Секции экономики Отделения общественных наук РАН состоялось обсуждение разработанных Советом Торгово-промышленной палаты России по промышленному развитию и конкурентоспособности «Принципов стратегии экономического развития России до 2025 года».

То есть, альтернатива нынешнему курсу есть. Ясная и однозначная. И не кудринско-грефовская. И не «столыпинская». А выработанная лучшими специалистами-практиками реального (все еще живого, вопреки всем усилиям властей его окончательно добить) сектора нашей экономики, поддержанная Торгово-промышленной палатой и научным сообществом.

Но зачем об этом знать нашим людям? Лучше пусть посмотрят ежевечернее телешоу на тему «мы в мире — самые крутые» и, одновременно, «что делать с экономикой — никто не знает»… Именно в этот день в «Вестях» государственного телеканала «Россия-1» особое внимание уделили какому-то совещанию в кудриновском центре «стратегических разработок» — что-то про мораль и нравственность. Ну-ну…

Значит, проблема экономики — не в экономике. Напиши еще хоть десять экономических программ и стратегий, пусть будут они самые лучшие и достойные реализации, ведущие к мощному рывку и дальнейшему процветанию, но власти это … не интересно.

А, может быть, дело в том, что программа слабая, нереализуемая в наших условиях?

Что ж, абсолютизировать представленную программу как окончательный идеал не стану. Скажу лишь, что сочли ее достойной своего внимания и участвовали в обсуждении, как минимум, несколько директоров крупных академических институтов — Института экономики РАН, Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, Центрального экономико-математического института РАН, Института океанологии РАН.

Ключевой посыл программы — развитие не сырьевого и финансово-спекулятивного секторов, но обрабатывающей промышленности. То есть, новая индустриализация. Что требует изменения внешнеторговой, налоговой и финансово-кредитной политики — с конкретизацией по каждому направлению. В общем, все то, о чем неоднократно говорилось и на заседаниях Московского экономического форума, и в Торгово-промышленной палате, и в докладах самой же Российской Академии наук. Но на этот раз — в более сжатом и концентрированном виде.

Были, разумеется, замечания, предложения по корректировке.

Любопытно, что одно из замечаний было связано, скажем так, с недостаточной степенью популизма в планах авторов программы, а именно, что рост ВВП к 2025 году предполагается в полтора раза более высокими темпами, нежели рост реальных доходов населения. Как же так? Но, с моей точки зрения, было бы хуже, если бы обещания носили противоположный характер, и тогда естественен был бы вопрос: а за счет чего? Главное: если будет не просто рост ВВП, но еще и качественное изменение его содержания (не за счет распродажи невозобновляемых природных ресурсов, но за счет роста объема добавленной стоимости), то уровень роста реальных доходов населения — вопрос социальной регуляции (что отправить в дальнейшие стимулируемые государством инвестиции в развитие, а что — на потребление населения). Лишь бы было, из каких ресурсов эту регуляцию осуществлять.

Разумеется, был затронут и вопрос о совместимости протекционизма с обязательствами, которые возложила на Россию нынешняя власть при присоединении страны к ВТО. Что ж, о том, что такая проблема неминуемо возникнет, мы предупреждали и пять лет назад (в том числе, в ходе проходившей тогда кампании по выборам президента страны), когда соглашения о присоединении еще не были ратифицированы. А теперь? Теперь за все придется заплатить. В том числе, за преступные ошибки.

А между тем, кризисные явления в экономике и социальной жизни нарастают. Выход власти видят, похоже, исключительно в затягивании поясов: резким ростом налогов и прочего обложения, прежде всего, на недвижимость (уже шоковые платежки плюс дальнейшее плановое повышение налога в течение пяти лет в пять раз), на «движимость» — всем привет от «операторов парковочного пространства», на транспортные перевозки (равно всем привет от «Платона»), на перемещение граждан по стране (расширение перевода автодорог в категорию платных, разрешение вводить платный въезд в городаи т. п.), на лечение и обучение («оптимизация» программ и объема «услуг», предоставляемых за счет государства)…

Что ж, пока народ безмолвствует, чем не решение?

Тем не менее, вынужден обратить внимание на то, что пояса затягиваются не вполне адекватно, преимущественно в отношении «низов».

Приведу свою любимую аналогию: если на корабле проблемы, авария, нехватка еды и воды, возможны самые разные решения, линии поведения и управления. Невозможна и совершенно деструктивна лишь одна — когда, при затягивающей пояса команде, капитан позволяет своим приближенным, уж простите, есть в три горла.

А что у нас?

А у нас, несмотря на все трудности, даже хотя бы адекватно ограничить зарплаты и суммарные доходы (по сути, от нашей госссобственности) руководителей гос- и полугоскорпораций власти не собираются. А президент в своем послании Федеральному Собранию всерьез гордится тем, что прибыли банковского сектора в 2016-м году, по сравнению с годом предыдущим, выросли в четыре раза — почти полтриллиона рублей. Притом, что о каких-либо суммарных прибылях реального сектора экономики (за исключением сырьевой составляющей) даже и говорить не приходится.

В этих условиях, при таких подлинных приоритетах власти, можно ли говорить о возможности реализации хоть какой-нибудь созидательной стратегии развития?

Поэтому, не останавливаясь на деталях рассматривавшейся альтернативной (нынешнему курсу) стратегии экономического развития, сформулирую несколько пунктов жизненно важных управленческих решений, без которых не только ни одна созидательная стратегия развития не может быть реализована, но сомнительна даже и возможность вообще хоть как-то выкарабкаться из ныне поглощающей нас трясины.

1. Затягивание поясов не может осуществляться лишь в отношении «низов», при продолжении прежнего шикарного банкета за наш общий счет в «верхах», среди приближенных к власти.

2. Есть два метода не только подбора и назначения, но и адекватного стимулирования управленческих кадров. Если ставите на экономическую и хозяйственную работу своих политических назначенцев из числа приближенных и лично преданных, в частном секторе не работавших и сверх достижений на этой ниве не имевших, то и зарплата их должна быть исключительно как у госслужащих, максимум, как у генерала или замминистра. Если же берете из конкурентного частного предпринимательства сверх успешных организаторов, изобретателей, конструкторов, создателей «эпплов» и «гуглов», то вот только тогда и уместно им платить как «топам» зарубежного частного бизнеса, да и то, с учетом зарубежного же налогообложения личных доходов. Когда же приближенным, поставленным высочайшей волей на командные должности, за наш счет устанавливаются зарплаты и суммарные выплаты как в «Дженерал моторс», якобы, чтобы этих сверх ценных работников не переманили зарубежные конкуренты — это отвратительное лицемерие, разлагающее всю управленческую «вертикаль», и обоснованно раздражающее общество. И уж точно никак не ведущее к эффективному управлению в интересах государства.

3. Как на один из недостатков представленной программы в ходе обсуждения было указано на отсутствие выбора приоритетов между отраслями промышленности, которые надлежит ускоренно развивать. Но на это приходится ответить, что есть разные уровни проблемы с приоритетами. Один уровень — это когда трудно выбрать, например, между судостроением и авиастроением. Но уровень совсем другой — это когда и то, и другое подменяется «олимпиадостроением», «зенит-аренастроением» и прочим «чемпионатомирапофутболустроением». С точки зрения госуправления, неспособность отказаться от проектов абсурдного и бессмысленного закапывания жизненно важных ресурсов — признак элементарной профнепригодности.

4. Затягивание поясов в той или иной степени, тем более, если его осуществлять более или менее равномерно и справедливо (посильнее у «верхов» и не столь нещадно у «низов») было бы вполне переносимым, если бы не одно «но» — если бы не катастрофическая степень ростовщического закабаления, причем, как предприятий, так и граждан. В результате, снижение дохода — это не просто пропорциональное снижение потребления, но, в ряде случаев… цепная реакция лавинообразной катастрофы. Что делают наши власти в этих условиях? Заботятся, прежде всего, о совокупном ростовщике — готовят планы и законопроекты по возможности отнять у должника даже и единственное жилье. А что нужно бы делать? Противоположное — затягивая пояса реальному сектору экономики и гражданам, одновременно, любыми, пусть и сколь угодно искусственными методами, тем не менее, ослабить ростовщическую удавку, перенести тяжесть ситуации с производителя реальных товаров и услуг и граждан на финансово-спекулятивный сектор.

[КП.ру]

4JmMRtAz3OU
https://youtu.be/4JmMRtAz3OU
В студии радио «Комсомольская правда» Максим Калашников обсуждает с экономистом Юрием Болдыревым и экономическим обозревателем «КП» Константином Смирновым проблему безбожного обдирания граждан РФ налогами и поборами на фоне огромных и бессмысленных затрат государства. Почему Кремль ведет себя, как обанкротившиеся феодальные монархии?

Экономист Юрий Болдырев назвал основные шаги по выводу нашей страны из кризиса

Известный экономист Юрий Болдырев в эфире радио «Комсомольская правда» рассказал, что, по его мнению, должны предпринять российские власти, чтобы вывести нашу страну из кризиса. Эксперт заявил, что, во-первых, нужно правильно рассчитывать расходование бюджетных денег в сложной ситуации и прекратить «шиковать». В частности, стоит отменить проведение чемпионата мира 2018 года и завершить военную операцию в Сирии, поскольку подобные траты на деле оказываются лишь «сжиганием средств».

Во-вторых, следует провести так называемую мобилизацию, то есть призвать население ограничить траты и потуже затянуть пояса. Однако начинать подобные шаги следует с управленческого класса, которому придется прекратить «жрать в три горла». Третьим шагом по пути выхода из кризиса должна стать кардинальная смена кадров на руководящих постах. Болдырев призывает прекратить назначать на ответственные должности людей, умеющих только носить портфели, а выбирать в управленцы настоящих профессионалов своего дела.

И наконец, в заключение эксперт призвал развивать собственное производство и внутренние отечественные рынки. Он отметил, что пока многие чиновники продолжают сидеть сложа руки и надеяться, что мы вот-вот подружимся с американцами и тогда все будет по-прежнему.

[Народное радио]

_yJhS1XTByY
https://youtu.be/_yJhS1XTByY
Экономист и публицист Юрий Болдырев в программе «Слово и Дело». Ведущий – Максим Тууль.

Запись эфира «Народного радио» 19 декабря 2016 года.

О текущем состоянии нашей экономики, о проблемах и перспективах, о выборе пути развития, о возможной роли ВТО и администрации Обамы, о роли государства и о справедливом мироустройстве.

[Юрий Болдырев]

eI-1nMe5b9k
https://youtu.be/eI-1nMe5b9k
2-3 марта 2017 г. в Финансовом университете (Москва) состоялась Международная научная конференция «ГЛОБАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА В XXI ВЕКЕ: диалектика конфронтации и солидарности».

Источник: Глобальная экономика в XXI веке

Болдырев Юрий Юрьевич, к.э.н., член редакционного совета Российского экономического журнала о деструктивном паразитизме сегодняшней экономической модели РФ и о национально и социально ориентированной альтернативе.

[Юрий Болдырев]

28.02.2017
ОБ ОТКАЗЕ ОТ ЦЕННОГО И ВОЗВЕЛИЧИВАНИИ НЕДОСТОЙНОГО

Несколько событий, которые стоит видеть в совокупности.

Первое. Утвержден очередной план приватизации, включающий, в том числе, стратегические активы. Документ называется: «Об утверждении прогнозного плана приватизации федерального имущества и основных направлений приватизации федерального имущества на 2017−2019 годы». На что невольно обращаешь внимание в первых же строках: «Во исполнение Указа Президента России от 7 мая 2012 года № 596…». Ну что, все дружно подставим плечо и продолжим решительную борьбу за выполнение «майских указов президента»?

Второе. Официальных заявлений нет, но исподволь наши власти все более отталкивают от нас Белоруссию, а подконтрольные власти и олигархату СМИ все более представляют президента Белоруссии как чуть ли не иждивенца и мошенника, а то и даже предателя, на которого мы положиться никак не можем.

Третье. Вновь воздается по заслугам (в представлении наших властей) нашему виднейшему военачальнику и, по совместительству, бессребренику (каковым и должен быть настоящий воин), освобожденному ранее от уголовной ответственности даже за малую долю содеянного лишь по амнистии — бывшему министру обороны Сердюкову.

Но по порядку.

Век спустя — на те же грабли

Напомню. Одной из проблем, приведших сто лет назад к революциям (как минимум, к их поддержке мыслящими и считающими себя ответственными за страну слоями), было колоссальное научно-технологическое отставание страны, тесно связанное, в том числе, с засильем иностранного капитала, отнюдь не заинтересованного в полноценном и самодостаточном развитии России. Революциями, так или иначе, эта проблема была решена. Казалось, навсегда. Но что мы видим век спустя? Не просто засилье иностранного и офшорного, анти-национального и потому абсолютно не заинтересованного в полноценном развитии страны капитала. Более того: дальнейшая приватизация — чуть ли не единственна политическая константа, совершенно неизменная основа стратегии нынешней власти. Причем, приватизация именно стратегических активов. И, разумеется, в руки «стратегического инвестора». Читай — того самого, от засилья которого век назад удалось избавиться лишь революционным путем. Поздравляю: целого века — как будто бы и не было. И век спустя — снова все на те же грабли, да еще и совершенно добровольно.

Союзнику — ничего, противнику — все?

Принципиален также и вопрос о том, каковы истинные цели проводимой приватизации. В частности, являются ли они сугубо экономическими или же еще и политическими?

Если цель — как нас публично убеждают — получение денег в бюджет, то метод решения проблемы достоин не просто осуждения, а элементарной двойки за ответ у любого более или менее здравого управленца и, тем более, рачительного хозяина. Продавать куриц, несущих золотые яйца, да еще и на минимуме ценовой конъюнктуры, ради сиюминутного разового дохода, не составляющего и … тысячной доли от всей доходной базы бюджета и лишь около двух тысячных от планового дефицита бюджета (плановое поступление от приватизации — 5,6 млрд руб. в год, при запланированных доходах бюджета на 2017 год более 13 трлн. руб. и дефиците примерно в 2,7 трлн. руб.), то есть, не решая тем самым никаких проблем, это экономически совершенный абсурд.

Но, может быть, цель иная — политическая? Например, повысить эффективность управления? Допустим. Но тогда почему ту же «Башнефть» отказались продать Белоруссии (о чем с нескрываемым недоумением и горечью говорил недавно на своей большой пресс-конференции президент Белоруссии А.Лукашенко)? Ведь не секрет, что с точки зрения управления и ответственности на всех уровнях за его результаты нашим «топам» стоит очень и очень поучиться у белорусов. Значит, цель политическая, но какая-то иная, нежели повышение эффективности управления нашими стратегическими активами. Какая же? Видимо, глубоко засекреченная. Причем, стоящая в иерархии целей наших властей существенно выше, нежели, например, укрепление союзнических отношений с Белоруссией (включая предоставление ей возможность не просить об адекватных единому союзному государству ценах на энергоносители, но самим добывать, перерабатывать и использовать энергоносители — как это позволено у нас американцам, японцам, французам — всем, кроме братьев-белорусов). Об отношениях с Белоруссией подробнее — в следующей статье, но сейчас простой и наивный вопрос: может ли президент Белоруссии А.Г.Лукашенко, на которого наши власти так и норовят натравить свои ручные СМИ, представляя его в качестве «ненадежного партнера», этого отношения, этой прямой дискриминации ближайшего союзника не видеть, покорно мириться с этим?

Махинация или диверсия?

Возвращаясь к приватизации, ее целям и смыслам, важно также отметить, что объект объекту (и отрасль отрасли) — рознь.

Неоднократно подчеркивал, что применительно к добывающим отраслям, в условиях сильного национального государства и вне кандалов ВТО, у государства есть исчерпывающее количество инструментов экономической политики, включая налоговые и таможенные, а также само лицензирование добычи, чтобы заставить и частную добывающую компанию ходить, буквально, по струночке и уж точно работать строго в наших национальных интересах. Сразу оговорим: речь о подлинно сильном и национально ориентированном государстве. То есть, не о нашем случае, например, «Алросы», когда на управление ставится невероятно талантливый сызмальства сынок бывшего руководителя администрации президента. Здесь, кончено, ни о каком национально ориентированном и ответственном управлении и речи быть не может — слишком очевидны критерии подбора кадров и, как следствие, их дальнейшая мотивация. Но возвращаемся к варианту подлинно сильного, проводящего национальную политику государства: в случае несогласия с его политикой, собственник добывающей компании сбежать за рубеж с полученными лицензиями на добычу может, но унести с собой право на добычу и, тем более, сами недра — никак.

Сложнее — с технологическими, например, нефте- и газосервисными компаниями (разведка, бурение, обустройство, дальнейшее техническое обеспечение и сопровождение добычии т. п.). Новый собственник запросто может если не увезти за рубеж, то, как минимум, похоронить в интересах конкурентов эти отрасли и соответствующие технологии, распустить коллективы и разбазарить кадры и механизм их воспроизводства. Что мы видели на примере приватизации в 90-е наших промышленных предприятий, в том числе, ряда стратегических оборонных — прямиков в руки НАТО. Применительно к высокотехнологичным компаниям приватизация, в принципе, возможна (если кто-то убедительно обоснует в каждом случае, вообще-то, зачем?), но исключительно при условии жесткого государственного контроля за сохранением и приумножением потенциала, а не его разбазаривания. Но! Чисто экономический вопрос: сколько стоит такой контроль? Не проще ли (и не дешевле ли), не мудрствуя лукаво, просто сохранить соответствующие стратегически важные сферы под полным контролем государства?

И третий, наиболее радикальный и очевидный случай и вид предприятий. Продавая самолет или пароход, в данном случае — целую компанию «Совкомфлот», вы абсолютно теряете какие-либо права на этот объект. При несогласии с политикой государства, новый собственник просто физически выводит весь флот за рубеж. И все. До свидания. Вы избавились задешево от того, во что вся страна вкладывала ресурсы целевым образом — ради реализации конкретной долгосрочной задачи. На выходе — ни инструмента решения задачи, ни хотя бы даже возврата вложенных средств — дырка от бублика, плюс напрасно потерянные силы, ресурсы и время.

Так и зачем же продавать «Совкомфлот»?

К сожалению, у меня варианта ответа только два:

— либо прямая анти-национальная диверсия;

— либо приближенным к власти уж так хочется срочно нажиться, прибрав ценный актив к своим рукам по дешевке, что все остальное — неважно; но, в конечном счете, необходимо понимать, что и этот вариант — точно такая же, в конечном счете, диверсия, хотя изначально и продиктованная не военно-стратегическими, а лишь корыстно-криминальными мотивами.

Чтобы врагу убивать нас было морально легче

Приходится напомнить, что одной из причин чрезвычайного масштаба и ожесточения в ходе последовавшей за революциями Гражданской войны было именно обращение одной из сторон за помощью к внешним «союзникам», на деле же — историческим конкурентам и противникам России. Отсюда — внешняя интервенция. Но немаловажно и то, что у интервентов были свои «справедливые» основания для нашествия: они хотели вернуть «свое» — то, что революция национализировала. И что теперь, век спустя? Большинство населения, как показывают опросы, считают прошедшую приватизацию несправедливой — и, с моей точки зрения, совершенно обоснованно. Значит, общество когда-нибудь все-таки, попытается это все вернуть.

Причем, применительно к опасности и напряженности предстоящего конфликта, по сравнению с описанными выше последствиями с точки зрения управления и использования объектов в интересах России, все наоборот. С «Совкомфлотом», как раз, никаких проблем не будет, кроме такой «мелочи», как необратимость очередного акта разграбления страны. Суда новый собственник уведет за рубеж, и никаких претензий к нам, что бы мы на своей территории (без флота) ни делали, у него не будет. А вот из-за добывающих компаний и, особенно, объектов инфраструктуры возникнет силовое противостояние: только попробуй их обратно национализировать — это же наступаешь на интересы зарубежных собственников. Но кого это остановит и почему должно останавливать?

Итак, вечно нынешнее состояние длиться не может. Значит, вопрос, так или иначе, но будет решаться. Так вдумаемся: век спустя снова и, похоже, вполне сознательно, создаются основания для будущей «справедливой» внешней интервенции?

Поздравление защитникам Отечества?

Классическая формула «наказание невиновных и награждение непричастных» — у нас уже давно и хорошо известна. Но наши власти пошли дальше: невиновных — наказывать, награждать же — по крупному ответственных и масштабно виновных. Это я о том, что могу интерпретировать исключительно как провокацию. О дальнейшем воздании по «заслугам» тому, кто, по свидетельству бывшего командующего 58-й армией генерал-лейтенанта В.Соболева, в корне разрушил структуру нашей армии, позволявшую, при необходимости, противостоять НАТО. И кто основу будущей обороноспособности — наше военное образование — «покрошил» так, что теперь, по свидетельству бывшего военного летчика и затем союзного депутат В.Алксниса, даже на имеющийся (весьма скромный — с учетом масштабов страны и задач обороны) парк военных самолетов элементарно не хватает летчиков.

Так вот, по сообщениям СМИ, именно к празднику Армии и Флота власть преподнесла всем нам подарок. Выпускник Института советской торговли, бывший министр обороны, освобожденный от уголовной ответственности лишь по амнистии, ныне индустриальный директор авиационного комплекса корпорации «Ростехнологии» А. Сердюков выдвинут правительством в совет директоров Объединенной авиастроительной корпорации.

Что ж, язык символов и жестов нашим властям, как мы знаем, хорошо знаком. И если действие, столь оскорбительное для всех, кто имеет какое-либо отношение к армии и обороне, осуществляется столь демонстративно, то впору заподозрить, что всех нас на что-то провоцируют — сознательно и целенаправленно.



Век спустя — на те же грабли

Напомню. Одной из проблем, приведших сто лет назад к революциям (как минимум, к их поддержке мыслящими и считающими себя ответственными за страну слоями), было колоссальное научно-технологическое отставание страны, тесно связанное, в том числе, с засильем иностранного капитала, отнюдь не заинтересованного в полноценном и самодостаточном развитии России. Революциями, так или иначе, эта проблема была решена. Казалось, навсегда. Но что мы видим век спустя? Не просто засилье иностранного и офшорного, анти-национального и потому абсолютно не заинтересованного в полноценном развитии страны капитала. Более того: дальнейшая приватизация — чуть ли не единственна политическая константа, совершенно неизменная основа стратегии нынешней власти. Причем, приватизация именно стратегических активов. И, разумеется, в руки «стратегического инвестора». Читай — того самого, от засилья которого век назад удалось избавиться лишь революционным путем. Поздравляю: целого века — как будто бы и не было. И век спустя — снова все на те же грабли, да еще и совершенно добровольно.

Союзнику — ничего, противнику — все?

Принципиален также и вопрос о том, каковы истинные цели проводимой приватизации. В частности, являются ли они сугубо экономическими или же еще и политическими?

Если цель — как нас публично убеждают — получение денег в бюджет, то метод решения проблемы достоин не просто осуждения, а элементарной двойки за ответ у любого более или менее здравого управленца и, тем более, рачительного хозяина. Продавать куриц, несущих золотые яйца, да еще и на минимуме ценовой конъюнктуры, ради сиюминутного разового дохода, не составляющего и … тысячной доли от всей доходной базы бюджета и лишь около двух тысячных от планового дефицита бюджета (плановое поступление от приватизации — 5,6 млрд руб. в год, при запланированных доходах бюджета на 2017 год более 13 трлн. руб. и дефиците примерно в 2,7 трлн. руб.), то есть, не решая тем самым никаких проблем, это экономически совершенный абсурд.

Но, может быть, цель иная — политическая? Например, повысить эффективность управления? Допустим. Но тогда почему ту же «Башнефть» отказались продать Белоруссии (о чем с нескрываемым недоумением и горечью говорил недавно на своей большой пресс-конференции президент Белоруссии А.Лукашенко)? Ведь не секрет, что с точки зрения управления и ответственности на всех уровнях за его результаты нашим «топам» стоит очень и очень поучиться у белорусов. Значит, цель политическая, но какая-то иная, нежели повышение эффективности управления нашими стратегическими активами. Какая же? Видимо, глубоко засекреченная. Причем, стоящая в иерархии целей наших властей существенно выше, нежели, например, укрепление союзнических отношений с Белоруссией (включая предоставление ей возможность не просить об адекватных единому союзному государству ценах на энергоносители, но самим добывать, перерабатывать и использовать энергоносители — как это позволено у нас американцам, японцам, французам — всем, кроме братьев-белорусов). Об отношениях с Белоруссией подробнее — в следующей статье, но сейчас простой и наивный вопрос: может ли президент Белоруссии А.Г.Лукашенко, на которого наши власти так и норовят натравить свои ручные СМИ, представляя его в качестве «ненадежного партнера», этого отношения, этой прямой дискриминации ближайшего союзника не видеть, покорно мириться с этим?

Махинация или диверсия?

Возвращаясь к приватизации, ее целям и смыслам, важно также отметить, что объект объекту (и отрасль отрасли) — рознь.

Неоднократно подчеркивал, что применительно к добывающим отраслям, в условиях сильного национального государства и вне кандалов ВТО, у государства есть исчерпывающее количество инструментов экономической политики, включая налоговые и таможенные, а также само лицензирование добычи, чтобы заставить и частную добывающую компанию ходить, буквально, по струночке и уж точно работать строго в наших национальных интересах. Сразу оговорим: речь о подлинно сильном и национально ориентированном государстве. То есть, не о нашем случае, например, «Алросы», когда на управление ставится невероятно талантливый сызмальства сынок бывшего руководителя администрации президента. Здесь, кончено, ни о каком национально ориентированном и ответственном управлении и речи быть не может — слишком очевидны критерии подбора кадров и, как следствие, их дальнейшая мотивация. Но возвращаемся к варианту подлинно сильного, проводящего национальную политику государства: в случае несогласия с его политикой, собственник добывающей компании сбежать за рубеж с полученными лицензиями на добычу может, но унести с собой право на добычу и, тем более, сами недра — никак.

Сложнее — с технологическими, например, нефте- и газосервисными компаниями (разведка, бурение, обустройство, дальнейшее техническое обеспечение и сопровождение добычии т. п.). Новый собственник запросто может если не увезти за рубеж, то, как минимум, похоронить в интересах конкурентов эти отрасли и соответствующие технологии, распустить коллективы и разбазарить кадры и механизм их воспроизводства. Что мы видели на примере приватизации в 90-е наших промышленных предприятий, в том числе, ряда стратегических оборонных — прямиков в руки НАТО. Применительно к высокотехнологичным компаниям приватизация, в принципе, возможна (если кто-то убедительно обоснует в каждом случае, вообще-то, зачем?), но исключительно при условии жесткого государственного контроля за сохранением и приумножением потенциала, а не его разбазаривания. Но! Чисто экономический вопрос: сколько стоит такой контроль? Не проще ли (и не дешевле ли), не мудрствуя лукаво, просто сохранить соответствующие стратегически важные сферы под полным контролем государства?

И третий, наиболее радикальный и очевидный случай и вид предприятий. Продавая самолет или пароход, в данном случае — целую компанию «Совкомфлот», вы абсолютно теряете какие-либо права на этот объект. При несогласии с политикой государства, новый собственник просто физически выводит весь флот за рубеж. И все. До свидания. Вы избавились задешево от того, во что вся страна вкладывала ресурсы целевым образом — ради реализации конкретной долгосрочной задачи. На выходе — ни инструмента решения задачи, ни хотя бы даже возврата вложенных средств — дырка от бублика, плюс напрасно потерянные силы, ресурсы и время.

Так и зачем же продавать «Совкомфлот»?

К сожалению, у меня варианта ответа только два:

— либо прямая анти-национальная диверсия;

— либо приближенным к власти уж так хочется срочно нажиться, прибрав ценный актив к своим рукам по дешевке, что все остальное — неважно; но, в конечном счете, необходимо понимать, что и этот вариант — точно такая же, в конечном счете, диверсия, хотя изначально и продиктованная не военно-стратегическими, а лишь корыстно-криминальными мотивами.

Чтобы врагу убивать нас было морально легче

Приходится напомнить, что одной из причин чрезвычайного масштаба и ожесточения в ходе последовавшей за революциями Гражданской войны было именно обращение одной из сторон за помощью к внешним «союзникам», на деле же — историческим конкурентам и противникам России. Отсюда — внешняя интервенция. Но немаловажно и то, что у интервентов были свои «справедливые» основания для нашествия: они хотели вернуть «свое» — то, что революция национализировала. И что теперь, век спустя? Большинство населения, как показывают опросы, считают прошедшую приватизацию несправедливой — и, с моей точки зрения, совершенно обоснованно. Значит, общество когда-нибудь все-таки, попытается это все вернуть.

Причем, применительно к опасности и напряженности предстоящего конфликта, по сравнению с описанными выше последствиями с точки зрения управления и использования объектов в интересах России, все наоборот. С «Совкомфлотом», как раз, никаких проблем не будет, кроме такой «мелочи», как необратимость очередного акта разграбления страны. Суда новый собственник уведет за рубеж, и никаких претензий к нам, что бы мы на своей территории (без флота) ни делали, у него не будет. А вот из-за добывающих компаний и, особенно, объектов инфраструктуры возникнет силовое противостояние: только попробуй их обратно национализировать — это же наступаешь на интересы зарубежных собственников. Но кого это остановит и почему должно останавливать?

Итак, вечно нынешнее состояние длиться не может. Значит, вопрос, так или иначе, но будет решаться. Так вдумаемся: век спустя снова и, похоже, вполне сознательно, создаются основания для будущей «справедливой» внешней интервенции?

Поздравление защитникам Отечества?

Классическая формула «наказание невиновных и награждение непричастных» — у нас уже давно и хорошо известна. Но наши власти пошли дальше: невиновных — наказывать, награждать же — по крупному ответственных и масштабно виновных. Это я о том, что могу интерпретировать исключительно как провокацию. О дальнейшем воздании по «заслугам» тому, кто, по свидетельству бывшего командующего 58-й армией генерал-лейтенанта В.Соболева, в корне разрушил структуру нашей армии, позволявшую, при необходимости, противостоять НАТО. И кто основу будущей обороноспособности — наше военное образование — «покрошил» так, что теперь, по свидетельству бывшего военного летчика и затем союзного депутат В.Алксниса, даже на имеющийся (весьма скромный — с учетом масштабов страны и задач обороны) парк военных самолетов элементарно не хватает летчиков.

Так вот, по сообщениям СМИ, именно к празднику Армии и Флота власть преподнесла всем нам подарок. Выпускник Института советской торговли, бывший министр обороны, освобожденный от уголовной ответственности лишь по амнистии, ныне индустриальный директор авиационного комплекса корпорации «Ростехнологии» А. Сердюков выдвинут правительством в совет директоров Объединенной авиастроительной корпорации.

Что ж, язык символов и жестов нашим властям, как мы знаем, хорошо знаком. И если действие, столь оскорбительное для всех, кто имеет какое-либо отношение к армии и обороне, осуществляется столь демонстративно, то впору заподозрить, что всех нас на что-то провоцируют — сознательно и целенаправленно.

[Накануне.RU]

15.02.2017 Источник: NakanuneTV
Юрий БОЛДЫРЕВ: «Реформа должна быть простая: снижение налогов на производство и рост — на сверхдоходы граждан».

v0xjQcahmxU
https://youtu.be/v0xjQcahmxU
Накануне Антон Силуанов посетовал, что бюджет мог бы быть бездефицитным, если бы нефть стоила не менее $60 за бочку. Учитывая две основные части поступлений в бюджет – доходы от продажи энергоносителей и всевозможные налоги и сборы, то, вероятно, Минфин видит только во второй части возможность компенсировать дефицитность бюджета. Ведомство официально не подтверждает изменение налоговой нагрузки, однако всё-таки предлагает изменить соотношение прямых и косвенных налогов. Но если нефть не дорастёт до $60, бизнес будет отстаивать свои интересы, а Правительство в который раз откажется даже обсуждать прогрессивную шкалу налогообложения, то вся тяжесть латания бюджетных дыр ляжет на плечи населения? О том, что назрело в вопросах налогообложения, почему глас народа не слышно, и где политическая воля для изменения экономического вектора, рассказал НаканунеТВ экономист, общественный деятель, экс-зампред Счётной палаты РФ Юрий Болдырев.

[Юрий Болдырев]

06.05.2017

Sobesednik.ru побеседовал с соавтором альтернативной программы развития экономики о «ежовых рукавицах» для капитала.
Когда Дмитрий Медведев отчитывался в Госдуме и перечислял заслуги правительства, отмечая небольшой рост в некоторых отраслях, у него прорвалось: страна практически в блокаде, и если кто знает, что делать, пусть бы пришел и сказал, как нужно.

Между тем люди, имеющие рецепты лечения экономики, есть. И отнюдь не в либеральном лагере, куда Премьер привык заглядывать. Альтернативные позиции звучали на недавнем Московском экономическом форуме. А самые радикальные планы — на круглом столе «МЭФ как объединитель: непримиримые противники ищут согласие», с организатором которого Юрием Болдыревым мы беседуем.
— Как Вы расцениваете слова Медведева о том, что если у кого-то есть рецепт, идите и делайте?
— Рецепт известен, но неприемлем для этой власти.
— То есть не заглядывая на МЭФ, но регулярно посещая Гайдаровский форум, власть четко дает вам этот сигнал? Тогда зачем вы разрабатываете программу, раз у нее нет шансов?
— Наши предложения — альтернатива нынешней модели. Акцент — на избавлении общества от душащих его паразитов. И нет расчета, что нынешняя власть согласится — мы ориентируемся на смену власти, возможно, в 2018 году.
— А видите ли вы фигуру, которая могла бы конкурировать с Путиным?
— Пора уходить от вождизма и создавать команду, где люди более или менее взаимозаменяемы. А не то, что не стало одного — и все рухнуло. Мы сумели найти общее между силами, традиционно считавшимися противниками. Из этих сил — и левых, и правых — мы выделили тех, кто жестко национально ориентирован. Несмотря на разногласия в идеологии, налицо общее понимание происходящего и того, что надо делать. Так на публичных переговорах родилась программа с условным названием «К единству в действиях».
Взгляды разные — путь один
— Вы и впрямь собрали команду из коммунистов, представителей правых сил и даже монархистов… А ведь во время перестройки вы были одним из самых ярких демократов.
— Стране требовалась дебюрократизация, самоуправление, и я был за это. Но, прикрываясь верными лозунгами, победили иные, антинациональные силы и на этом этапе увели страну в противоположную сторону.
— Горбачев хотел улучшить социализм, теперь вы хотите улучшить построенный у нас капитализм…
— Первое: Горбачев сначала был поддержан массами, но его риторика — одно, истинные же намерения и действия — другое. Второе: а где в Конституции про капитализм? Россия — социальное государство. Эту норму надо наполнить содержанием.
— В Конституции записано, что церковь отделена от государства, а на деле… Даже примыкающий к вам Сергей Глазьев недавно высказался странно — мол, экономические преобразования надо проводить согласно заповедям…
— Я трактую его мысль как идею в основу экономики закладывать мораль.
— В смысле — что православие спасет экономику?
— Мораль, общественное целеполагание — первично и выше чисто экономической эффективности. Так, 500 млрд рублей прибылей банков за 2016-й год — эффективно для ростовщика, но губительно для созидательной экономики и общества.
Писать законы для капитала должен социум
— То есть?
— Общемировая тенденция — попытка поставить капитал (корпорации, не имеющие целей и смыслов, кроме извлечения прибыли) наравне, а то и выше, чем человек и гражданская самоорганизация. Это описал Дэвид Кортен в своей книге «Когда корпорации правят миром». В России — все то же самое, но еще более вульгарно.
Так, функции государства в здравоохранении и образовании антиконституционно переведены в «услуги». И теперь на наши бюджетные деньги садятся «волонтеры», НКО, а затем и транснациональные корпорации. Человека переформатируют так, что он безропотно соглашается на полную ответственность — свою, и безответственность перед ним капитала.
Говоря о «ежовых рукавицах» для капитала, я имею в виду, что мы должны быть бдительны и не позволять манипулировать нами. В том числе голосами на выборах — через СМИ, принадлежащие корпорациям и олигархической власти, через частное финансирование избирательных кампаний.
— В итоге возвращаемся в социалистический строй?
— Не в господство бесконтрольной бюрократии, но в подлинно социальное государство, где граждане не позволяют ни бюрократии, ни капиталу манипулировать собой. Это — многоукладная экономика, но при контроле государства за ключевыми ресурсами и пресечении любой монополизации. Как, кстати, и в стремительно развивающихся коммунистических Китае и Вьетнаме, и в развитых и совсем не коммунистических Франции, Норвегии, даже в Швеции (где основная собственность — частная, но сильное общество не дает капиталу манипулировать собой). Главное — чтобы правила игры для капитала определял социум, а не наоборот — как в ВТО.
Добро и зло
— Во многих странах сейчас, кажется, идет процесс антиглобализации (даже Трамп подписал указ на тему «покупай американское»), разве нет?
— Противостоят друг другу разные тенденции — идет борьба добра со злом. Добро здесь — право каждого жить и развиваться. Зло же — стремление подчинить себе других и паразитировать. В том числе ограничивая возможности развития других.
Зло искусственно форматирует и политическое поле (даже в развитых странах) — так, чтобы нормальному человеку податься было некуда. Либо — в «левые», но с либертарианством и скрытой поддержкой инициатив глобального капитала, либо — в «правые», но тогда и вместе с бесконтрольностью капитала собственного…
— Вернемся в Россию. Протесты могут изменить ситуацию? Бастуют дальнобойщики, на юге фермеры и шахтеры устраивают то тракторный марш, то голодовку, митингуют обманутые вкладчики, обиженные учителя и врачи…
— Заранее не известно. Но важно развеять насаждаемый миф, что протесты — обязательно украинский майдан. Современные Англия и Швеция пришли с социальному компромиссу после маршей «пустых кастрюль» и тому подобного.
Но достаточно ли ответственны для подобного наши «верхи»? Ведь что делают кладовщики с ими же разворованным складом?
— Поджигают.
— Да, и наши власти дают понять, что не дадут прийти новому завскладом и провести ревизию. Значит, у нас две задачи: и пресечь разграбление, и не дать поджечь страну. Мы должны понимать, кто поджигает — не протестующие, но те, кто заинтересован в сокрытии масштабов разграбления.
* * *
Из программы «К единству в действиях»:
— Защита внутреннего рынка и своего производителя (разрыв с ВТО, стратегическое планирование, госконтроль рентабельности в защищаемых отраслях и так далее).
— ЦБ должен стать органом госвласти, а его цель — обеспечение развития производства.
— Банковская система — инфраструктура реального сектора экономики, с нормируемой рентабельностью и гарантированной сохранностью оборотных средств предприятий.
— Налоговая и таможенная системы — инструмент стимулирования высокотехнологичного производства (снижение налогов на производство, ограничение спекуляций и так далее). Запрет на «частные услуги» в сборе налогов (система «Платон»).
— Прогрессивная шкала подоходного налога. Налог на доходы от труда — ниже, чем на личные доходы с капитала. Налог на имущество — адекватно зарплатам и пенсиям.
— Полное изъятие природной ренты в бюджет, национальный контроль за стратегическими активами, за природо-ресурсным комплексом, расторжение притворных сделок, включая кредитно-залоговые аукционы.
— Жесткое регулирование естественных монополий. Прямое управление госсобственностью, а не через нынешние «прокладки», позволяющие уводить прибыль мимо бюджета. Зарплаты топ-менеджеров госкорпораций и монополий — в пределах зарплат министров и без «золотых парашютов».
— Возврат к системе ГОСТов — заслон фальсификации продуктов питания, уголовная ответственность за подделку продуктов и лекарств.
— Прямое финансирование здравоохранения, исключение паразитических «прокладок» — страховых компаний в системе ОМС. Вместо выдавливания населения в платные медуслуги — запрет на коммерцию для госучреждений.
— Запрет на ростовщичество (микрофинансовые организации), амнистия жертвам кабальных сделок.
— Конфискация имущества, запрет на занятие госдолжностей для осужденных за коррупционные преступления (для средних и высших должностных лиц — пожизненно).

[Юрий Болдырев]

01.06.2017
О шумихе вокруг конкурса экономических стратегий

Автор российский экономист, член Экспертного совета международного аналитического журнала «Геополитика»

Кажется, все уши прожужжали нам разговорами об очередной программе Кудрина, а также о том, как он развеял «мифы об экономике». Обсуждать и критиковать Кудрина (как будто он сам по себе, а не ближайший соратник действующего президента) теперь, вроде, модно?

И новое сообщение: по итогам экономического совещания у президента в минувший вторник ему переданы два варианта программ, разработанные под руководством Кудрина и Титова. Сообщается, что работа будет продолжена.

Как к этому относиться, что здесь важно?

Всему — свое время

Есть время — делу, а есть время — пиару.

Пример. Пять лет назад был избран новый (пусть даже и не такой уж новый) президент. И дал задание всей Российской академии наук разработать, при кураторстве от президента академика Глазьева, программу развития. Было ли это уместно и своевременно? Более чем. Хотя программа с почти аналогичным названием РАН к тому времени уже была разработана и предусматривала целый набор мер, совершенно противоположных тому, что сразу стал делать новый (старый) президент, включая окончательное присоединение России к ВТО. Тем не менее, допустим, президент решил так: вот это и это (прямо противоречащее рекомендациям РАН) я уже сделал, а теперь подскажите, что делать дальше? Впереди тогда был еще почти весь шестилетний президентский срок, и было логично планировать деятельность на это время.

В МЭР предлагают обеспечить рост экономики за счет тотальной экономии на стариках

Теперь ситуация совсем другая. До выборов президента — меньше года. Понятно, что в оставшийся срок реализовать что-либо — нереально. Да и наработки предлагаются «до 2024 года». Значит, это — что? Разработка программы реальных действий? Или предвыборная агитка? Которая, теоретически, вполне могла бы быть и программой действий, но только предвыборные обязательства у нас, как известно, публичной офертой не являются.

Так важно или неважно то, что сейчас происходит в этой части в окружении действующего президента? Я бы сказал, что сверхважно… Было бы, если бы — не катастрофически поздно. Разумеется, если пытаться относиться к этому как к реальной программе действий…

Кто же участники очередного «забега»?

Выше уже сказано: Кудрин и Титов. А где же программа Российской академии наук, разработанная под кураторством Глазьева? А где же программа Бабкина, поддержанная секцией экономики РАН, а также Торгово-промышленной палатой России? Я даже не говорю о том, чтобы они (во многом пересекающиеся) победили в конкурсе перед высочайшим властителем. Но просто — где они?

Ответ известен: ненужные и неинтересные президенту программы до подобного «конкурса» в принципе не допускаются.

Опыт подскажет будущее

Но, предположим, и более актуальные для страны программы, нежели допущенные, тоже прорвались бы на ринг — что дальше? Допустим, какую-то из них даже как бы поддержали, поручили дальше дорабатывать, дали срок на эту работу — о чем это нам говорило бы?

Теоретизировать можно сколько угодно, но лучше опереться на уже имеющийся опыт. Например, историю с программой, разрабатывавшейся РАН по прямому поручению президента. Что с ней дальше произошло? Может быть, ее публично рассмотрели, раскритиковали и потому вынуждены искать ей альтернативу? Нет. Было иначе. Тогдашний президент РАН Фортов на встрече с президентом России Путиным четыре года назад сообщил, что поручение выполнено, готовы доложить. И что дальше? А ничего. Полное игнорирование. И понятно: по всем основным направлениям, включая «резервирование» наших денег, фактически, на нужды американской «оборонки», вместо направления на собственное развитие, нынешнюю «оптимизацию» здравоохранения, образования и науки — по всем ключевым позициям эта программа была альтернативна тому, что намеревался и фактически делал президент. За что, уместно предположить, РАН и «реформировали»…

Таким образом, высочайшее поручение что-либо разрабатывать или дорабатывать еще вовсе не основание рассчитывать не то, чтобы на реализацию программы, но даже на ее какое-либо всерьез рассмотрение.

Содержательные разногласия

Так о чем же теперь спор? СМИ услужливо сообщают, что основная сфера разногласий — политика Центрального Банка. Это, конечно, важно, очень важно. Но невольно хочется спросить: и все? Это у нас главная и единственная проблема?

Например, у программы Бабкина, как минимум, три отличия от программ, допущенных к «забегу»: помимо денежно-кредитной политики, еще и политика налоговая и внешнеторговая. У допущенных же с этим все в порядке: максимум, «не менять налоговые условия» на протяжении какого-то времени. Почему?

Моя версия проста.

Один из участников «забега» (Кудрин), по сути, и есть один из авторов всей ныне проводимой социально-экономической политики — ему в ней критиковать, в принципе, нечего. Разве только то, что от него прямо не зависело, например, силовиков и суды. Второй же участник (Титов) — тоже член «команды», уполномоченный по делам предпринимателей при президенте — чем-то отличаться должен, но так, чтобы одновременно не быть в оппозиции своему же начальству.

И тут очень кстати оказывается ранее вброшенная дезинформация, что политика Центрального Банка, якобы, какая-то отдельная от всей прочей государственной политики, вроде того, что он как будто совершенно «независимый». То есть, его можно безбоязненно критиковать (хотя и, признаем, абсолютно обоснованно), и, главное, тень от этой критики на главу государства, вроде как, не падает.

Критиковать же политику налоговую и внешнеторговую — это уже критиковать решения и действия непосредственно президента. Что, пусть и в косвенной форме, осмеливается делать основатель Московского экономического форума Бабкин — не потому ли его даже и до «забега» не допустили?

Исчерпана ли тема?

Но это мы все — о программах, представляемых на суд нынешней власти. Но ведь впереди выборы президента. Когда, если не сейчас, сравнивать не только программы, допущенные конкурировать за благосклонность действующего президента, но и, скажем мягко, выходящие за рамки его вкусов и пристрастий?

И такие программы, никак не ориентированные на то, что их одобрит, примет и начнет реализовывать нынешний президент, есть.

Прежде всего, это программа КПРФ. Можно спорить о степени ее радикальности или, напротив, недостаточности этой радикальности (обвинения не случайно предъявляются с противоположных сторон, причем, на «недостаточную радикальность» пеняют даже с экранов подконтрольных олигархии центральных телеканалов…). Но, в отличие от всего рассматриваемого у действующего президента, это — точно программа интенсивного развития. И коренных различий между ней и тем, что обсуждается на совещаниях у нынешнего президента, несопоставимо больше, нежели те микроскопические отличия программ Кудрина и Титова, о которых нам так подробно рассказывают.

И не надо пугать народ, что «придут коммунисты и отберут ваши квартиры». Стоит различать личную собственность и собственность на средства производства. Пока последнюю у предпринимателей отнимает, в основном, действующая власть. Что же касается собственности личной, так в Думу законопроект об отмене (под предлогом «реновации») всех законов и, фактически, самого права собственности на жилье внесли отнюдь не коммунисты, а самая что ни есть действующая власть. Напомню: Собянин — не просто мэр Москвы, но еще и бывший руководитель администрации президента. Защищающие же наши права поправки в этот закон «о праве под благовидным предлогом на полное беззаконие» вносят депутаты разных фракций, в том числе, коммунисты.

Еще важнее, что по таким вопросам, как отношения собственности, фундаментально отличающим программу коммунистов от программ, приемлемых для нынешнего президента, с коммунистами на новом историческом этапе оказываются солидарны и русские националисты. Не случайно многие организации и партии, основавшие пять лет назад Постоянно действующее совещание национально-патриотических сил России (ПДС НПСР), вошли затем в единое движение «За национализацию и деприватизацию стратегических активов».

За пределами их воображения

Отсюда — естественное движение к объединению в преддверие предстоящих выборов, о чем я ранее писал в «СП» в статьях «К единству в действии» и «Ответственное государственное управление, а не «госуслуги».

Согласитесь, невозможно даже представить, чтобы на совещании у нынешнего президента всерьез рассматривались такие пункты нашей единой (для всех национально и социально ориентированных сил) программы, как:

— категорический разрыв с ВТО и выстраивание долгосрочной (на 15−20 лет) протекции национальному производителю высокотехнологичной продукции;

— не просто корректировка политики ЦБ, но преобразование его в нормальный ответственный орган госвласти, да еще и управляемый не финансистами, но представителями реального сектора национальной экономики;

— расторжение изначально притворных кредитно-залоговых аукционов и возврат к полному национальному контролю за стратегическими активами;

— прямое управление правительством госсобственностью — без паразитических (оценочное суждение) прокладок вроде «Роснефтегаза», уводящих прибыль от госсобственности из бюджета «налево», и без необоснованных супердоходов за наш счет «топ-менеджеров»;

— запрет на «совместное освоение» территорий (включая Южные Курилы) с теми, кто предъявляет России территориальные претензии;

— амнистия гражданам, попавшим в кабальные ростовщические сети, и уголовная ответственность за втягивание в ростовщические кабальные сделки (микрофинансированиеи т. п.);

— восстановление системы ГОСТов на продукты питания и введение жесткой уголовной ответственности за фальсификацию продуктов и лекарств;

— пресечение нынешней «оптимизации» здравоохранения и образования, их радикальная дебюрократизация (сейчас стало делом заниматься уже некогда) и восстановление научно обоснованной численности врачей и коечного фонда, нормальной (не чрезвычайной) нагрузки на учителей и преподавателей ВУЗов…

И это — лишь самые краткие выдержки, радикально отличающие единую программу левых и национально ориентированных сил от всего того, что допускается обсуждать на совещаниях у нынешнего президента.

Не для того ли вся эта имитация «жаркой дискуссии» у президентского трона, чтобы не допускать самой мысли обсудить подлинную альтернативу?

Без чьего совета не обойдется теперь?

И последнее. Как соратник Бабкина и по движению «Стоп ВТО!», и затем по Московскому экономическому форуму, я, конечно, желаю его программе всяческого успеха, в том числе, в соревновании за благосклонность нынешнего президента (до чего, как видим из последних новостей, его пока банально не допускают). И, несмотря на существенно большую радикальность нашей программы, о которой я говорил выше, тем не менее, не могу не признать, что попытки реализации программы Бабкина даже и нынешним президентом (если бы он ее выбрал) отодвинули бы страну от края хотя бы на какое-то время.

Пока действующий президент не заявлял о своем желании выдвигаться на новый срок

Но возвращаемся к началу статьи: нынешний шум вокруг конкуренции программ — это всерьез, для дела? Или лишь предвыборный пиар?

Помните, пять лет назад нам показывали в предвыборном ролике, как нынешний президент, тогда — кандидат в президенты, якобы так внимал каждому слову уважаемого и популярного академика С.Ю.Глазьева, что даже в самолете времени зря не терял — все с ним беседовал? Народ «повелся», вроде как, избрал — и что? Советник президента академик Глазьев — есть, но только вот делает президент все с первого же дня после своего избрания — в полном противоречии с его советами.

Не получится ли аналогично и на этот раз? В последний момент президент (он же — кандидат в президенты) возьмет, да и отвергнет и даже назовет людоедскими рецепты своего друга Кудрина, отодвинет как несущественный элемент декора Титова, пролетит на наших глазах пару раз в самолете (или на этот раз пройдет на подводной лодке) с уважаемым организатором Московского экономического форума К.А.Бабкиным, согласится с тем, что его программа, поддержанная ТПП — не чета кудринской и титовской… А после выборов, если переизберут, делать будет все опять по Гайдару-Чубайсу-Кудрину-Грефу…

[День TV]

H3QC_Ew8XDA
https://youtu.be/H3QC_Ew8XDA
Председатель совета Центра стратегических разработок (ЦСР) Алексей Кудрин и бизнес-омбудсмен, глава Столыпинского клуба Борис Титов представили президенту Владимиру Путину свои стратегии по росту экономики.
Комментирует публицист, главный государственный инспектор РФ (1992-93 гг.), экс-заместитель председателя Счетной палаты РФ Юрий Болдырев.

[Красная линия]

PjyIoceI0Kk
https://youtu.be/PjyIoceI0Kk
Экономист, публицист Юрий Болдырев в программе «Темы дня» на канале «Красная линия».
- Мы отстаем от окружающего мира- не только от Запада, но и от Востока научно-технологически.
- Нужно менять государственно-политическую систему, иначе тупик и развал.

[Юрий Болдырев]

http://yuriboldyrev.ru/news/article408/
Aug. 29th, 2018 at 5:01 PM

О вынужденной корректировке позиции власти по непопулярной реформе

Президент выступил со специальным заявлением по так называемой «пенсионной реформе». Ключевые позиции сейчас цитируют основные информационные агентства, а «независимые аналитики», к которым они обращаются, подобострастно их комментируют. «Президент попал в точку», «точечные послабления выбраны очень верно по отношению к основным целевым группам», «вся страна ждала», «президент продемонстрировал заботу о гражданах», «открытый и честный, доверительный и откровенный разговор с людьми» и т. п.

Ключевой акцент в комментариях даже не аналитиков, а самых телеведущих: «президент напрямую обратился к гражданам!»
Что ж, вздохнем с облегчением и надеждой?

Или же вникнем в самую суть? И в чем именно подлинная суть?

Выделю всего два аспекта.
Первый. Еще даже не по сути собственно пенсионной проблемы, но по состоянию вопроса. Президент выступил по вопросу, по которому уже возникла официальная инициатива по проведению общенародного референдума. Как известно, в инициативе КПРФ по организации референдума властями (тут уж без иллюзий — вряд ли нам уместно как-то всерьез отделять ЦИК от властей) было оперативно отказано, но, в то же время, столь же оперативно были зарегистрированы альтернативные подставные группы, призванные, по оценке изначальных инициаторов референдума, сорвать сбор подписей за референдум и не допустить его проведения.

Но, обратите внимание: во всей речи, во всем «прямом обращении к гражданам» — ни слова об инициативе проведения по спорному вопросу референдума, равно как и о мерах, фактически предпринятых властями для того, чтобы этого референдума — подлинного волеизъявления граждан — не допустить. Вместо этого, вместо честного рассказа о состоянии вопроса на данный момент, о ситуации с организацией референдума — пассаж о некоей «саморекламе оппозиции».
Ну-ну…

А ведь в чем принципиальная разница между референдумом и проведенным сегодня «доверительным и честным разговором с людьми»?

Да все в том же. В нынешнем варианте — это монолог одной стороны. С позиции силы, но под видом неустанной заботы о «достойном уровне жизни граждан». В случае же референдума, а, по идее, положено бы, и при выборах (в том числе, прошедших — президентских), к гражданам на равных обратились бы представители противоположных позиций, со всем своими аргументами. Не глава государства рассказывал бы, со ссылками на оценки подчиненного ему Минфина, что альтернативные позиции лишь вот такие, но ведут они не туда. А сами носители альтернативных подходов и решений изложили бы их, со ссылками, может быть, на оценки не Минфина, но профильных институтов Российской Академии наук (успешно ликвидируемой нынешними властями) — со всеми аргументами и расчетами. И, соответственно, оспорили бы расчеты и аргументы, предлагаемые властями.

Что ж, хорош «доверительный и честный» разговор властей с народом («дорогими друзьями» — как неоднократно повторил президент), которому эти самые власти прямо и недвусмысленно не дают самому принять решение по важному для него вопросу. И даже не допускают представления «дорогим друзьям» на равных аргументов за то или иное решение…

Второе. Теперь уже по сути самого пенсионного вопроса. Самая основополагающая суть проблемы — в неоднократно использованной главой государства формулировке: «стабильность пенсионной системы России», точнее, в самом словосочетании «пенсионная система».

Основа речи — мнимая «забота» о стабильности и сбалансированности этой самой системы, анализ альтернативных предложений и вывод о необходимости предпринимаемых мер, пусть и в несколько смягченном виде (прежде всего, для женщин — повышение пенсионного возраста не до 63, а лишь до 60 лет).

При этом в речи есть один примечательный пассаж, призванный, видимо, до глубины души тронуть пожилых людей, но, на самом деле, свидетельствующий о глубинном циничном понимании главой государства (или теми, кто писал речь) неадекватности как самой нынешней пенсионной системы, так и планируемых в ней изменений. Президент признал, что нынешний уровень пенсий совершенно не соответствует реальному вкладу, который нынешние пенсионеры внесли своим трудом в жизнь нашей страны. Даже повторил известную дежурную (в том смысле, что более ни к чему не обязывающую) фразу, что мы все в долгу у нынешних пенсионеров.

К сожалению, надо признать, что мудрость народная не зря гласит: «старый — что малый». Мол, вспомнил про нас президент, признал, что мы внесли свой вклад — вот и спасибо ему. Большего и не требуют…

Но мы-то должны ставить вопрос совершенно иначе: а с чего это вдруг в стране действует некая «пенсионная система», почему-то обеспечивающая пенсионерам уровень жизни, как сам президент признает, совершенно не соответствующий их вкладу? Так, а где же предложения по обеспечению соответствия?

Специально подчеркну: речь не о соответствии прошлым «стараниям» нынешних пенсионеров: мол, старались, но ничего не вышло, и потому получайте то, что мы даем.

Нет, речь именно о вкладе — о том, что принесло результат. Так почему же, на каком основании далее этот вклад у нынешних пенсионеров просто-напросто украден?

Но здесь ведь вся логика — на уровне «шел дождь и два студента».

Президент ведь не сказал, что пенсионеры внесли свой вклад в … нашу пенсионную систему? Нет, вклад они внесли — в жизнь всей страны. Так, а почему же дальнейшее их обеспечение — лишь из некоей «пенсионной системы», да еще и с весьма искусственно отобранными источниками и объемами поступления средств?

Президент выражает заботу о сбалансированности и развитии «пенсионной системы». Но нет и не может быть никакой отдельной «пенсионной системы». Есть экономика всей страны. И есть бюджетная система страны. Они — эта экономика и бюджетная система страны — должны быть сбалансированы. Причем, без уворовывания результатов чьего-либо труда.

Президент решил над нами поиздеваться: мол, если продать даже все здания Пенсионного фонда, то хватит лишь на несколько месяцев, а дальше что?

Но отдельный от федерального бюджета Пенсионный фонд должен быть упразднен не для того, чтобы получить разовую прибыль от продажи зданий. Это не мы, а, напротив, специалисты его (президента) Минфина и Минэкономики регулярно нам обосновывают целесообразность приватизации очередного объекта стратегической госсобственности вожделенными разовыми поступлениями в бюджет. Но нам столь сиюминутный подход — категорически не свойственен. Отдельный Пенсионный фонд должен быть упразднен для того, чтобы исключить совершенно искусственную и необоснованную привязку объема средств, выделяемых на выплату пенсий, исключительно к неким специальным отчислениям из фонда заработной платы.

Кстати, Конституция вообще не предусматривает никаких отдельных подобных фондов — лишь общее понятие «бюджет». И никаких отчислений в пенсионный фонд — лишь единые налоги.

И тогда какие налоги и с кого, с каких видов деятельности и в каких объемах собирать — предмет всей экономической политики государства. Какую часть суммарного федерального бюджета потратить на выплату гражданам пенсий, причем, как совершенно безусловные и первоочередные обязательства государства - предмет социальной политики.

И тогда ни о какой сбалансированности или несбалансированности «пенсионной системы» вообще не может быть и речи. Равно как и к совершенно надуманной привязке количества работающих на одного пенсионера.

Напомню: еще полторы-две сотни лет назад никому и в голову не могло прийти, что один сельскохозяйственный работник сможет прокормить не то, что двоих, но десять-пятнадцать других граждан, не занятых в сельскохозяйственном производстве. Но рост производительности труда налицо. И привел он к тому, что применительно непосредственно к хлебу нашему насущному этот вопрос (о том, сколько землепашцев нужно для прокорма людей) никто уже всерьез не ставит. Вопрос иной — сколько нужно инвестиций, новой техники и технологий, вложений в науку и т. п.

Почему же мы, да еще и на фоне столь тотальной автоматизации и роботизации производства в мире (к сожалению, более в развитых странах, а не у нас) до сих пор позволяем своим властям столь бесстыдно спекулировать на теме «демографических ям» и того, сколько работников в 2025-м году будут кормить одного пенсионера?

Еще понимаю, если бы президент сказал, что мы усилили Российскую Академию наук — выделили на ее работу в десять раз больше, чем в прошлом году; вложились в самые передовые технологии — все средства резервных фондов вытащили из-за океана и направили на развитие собственного современного производства, но вот, еще чуть-чуть не хватает, нужно немного поприжаться — в этом была бы логика. Но когда апеллирует к демографической яме и коэффициентам 1,7 и 1,2 (отношение количества работающих к количеству пенсионеров) — как не совестно? Или и впрямь думает, что работники кормят пенсионеров каждый лично — непосредственно с ложечки, и если соотношение станет меньше 1,2, то физически не справятся?

…Рассматривалось ли это предложение — об отказе от совершенно надуманной применительно к современной экономике привязки количества пенсионеров к количеству работающих, но привязке объема средств на пенсионное обеспечение исключительно к суммарному ВВП страны — экспертами президента?

Как минимум, о нем даже не было упомянуто.

Значит, печальный, но честный вывод: ни на какие уступки обществу власть не идет. Не идет в главном — в самом уровне и необходимой подлинной честности разговора с народом. Вместо этого — очередные сиюминутный маневры с целью лишь снять остроту недовольства.

Если сейчас выгорит (пусть и с уступкой — женщинам и мужчинам повысить равно на пять лет), то дальше ограничений нет. И обещанное повышение на тысячу рублей в год будет в реальной покупательной способности съедено инфляцией и играми с курсом так, что и следа не останется.

А по праздникам — обязательное дежурное: «мы все в долгу у прежних поколений»…

[СПЕЦ LIVE]

https://www.youtube.com/watch?v=yqybxd-N4JY&feature=youtu.be

[СПЕЦ LIVE]

_YfBzh_Gev4&feature
https://www.youtube.com/watch?v=_YfBzh_Gev4&feature=youtu.be

[СПЕЦ LIVE]

HC_xomiqUx4
https://www.youtube.com/watch?v=HC_xomiqUx4

[Юрий Болдырев]

https://yuriboldyrev.ru/news/article493/
https://yuriboldyrev.ru/news/13181/
Группа единомышленников.
29 мая 2020 в 21:00
Вице-премьер Борисов хочет добиться 5−6% экономического роста

Поможет ли дефицитный бюджет развитию экономики

[Юрий Болдырев]

https://yuriboldyrev.ru/news/article495/