*3324. Публикации Иры Соломоновой

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/eto_ne_moglo_sluchitsya_s_bolee_priyatnym_parnem_r eaktsiya_zapadnykh_media_na_uvelichenie_stavok_v_r-1195872.xhtml

16.12.2014, 13:32
«Это не могло случиться с более приятным парнем». Реакция западных медиа на увеличение ставок в России
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1195872.jpg?1418730536
Иллюстрация: Лью Руи

Во вторник, 16 декабря, около часа ночи Банк России в очередной раз резко повысил ключевую ставку: она выросла с 10,5% до 17% годовых. Одновременно на аналогичную величину были подняты ставки по операциям РЕПО, кредитам overnight, ломбардным кредитам, кредитам под нерыночные активы (до 18%) и операциям по абсорбированию ликвидности (до 16% по однодневным депозитам). Мировая пресса, как и российская, быстро отреагировала на решение Центробанка. Slon выбрал самое интересное из сообщений влиятельных западных изданий.

Wall Street Journal предупреждает, что шаг, предпринятый ЦБ, может стать предвестником ухудшения экономической ситуации.

«Эти решения угрожают подтолкнуть Россию к рецессии и, вероятно, станут ударом для российских потребителей, которые столкнутся с существенным удорожанием кредитов».

Издание также приводит мнение аналитиков.

«Прощай, рост», – говорит Луис Саенс, глава отдела акционных продаж финансовой корпорации BCS Financial Group.

«"Россия понимает, что ее действия должны быть больше, чем просто косметическими. Ей нужно принять значимые и болезненные политические решения, и это определенно правильный шаг", – считает Даниэль Тененгаузер, эксперт по развивающимся рынкам из RBC Capital Markets. Тем не менее, с его точки зрения, устойчивое укрепление рубля будет маловероятно, если Россия не будет тратить валюту на его поддержку».

В другой статье – редакционной колонке, озаглавленной «Путинский крах рубля», – WSJ называет повышение ставки «отчаянной попыткой», а падение российской валюты – угрозой Кремлю и, следовательно, Западу.

«Это не могло случиться с более приятным парнем – в смысле, крах рубля. Он оказывает на Владимира Путина финансовое давление, которое западные страны должны постараться увеличить».

«Сложно предугадать, как это повлияет на политическое поведение Путина в России, особенно в краткосрочной перспективе. Он и его машина пропаганды – эксперты по обвинению США в своих неудачах, и нет сомнений, что и сейчас он поступит так же. Но даже диктатор столкнется с растущим народным протестом, если цены на нефть останутся низкими, а рецессия продолжится. Крах рубля может не сделать Путина более сговорчивым на Украине или еще где-то, тем более если ему нужно отвлечь внимание россиян от экономики. Запад должен быть готов сдержать еще больший авантюризм, поставляя на Украину оружие для обороны. Раненый Путин опасен».

Financial Times цитирует валютных трейдеров и аналитиков, которые называют решение Центробанка «последней попыткой остановить неумолимое падение рубля».

«Это подход «шок и трепет», который в прошлом работал у центробанков других развивающихся рынков, пытавшихся защитить свои валюты и стряхнуть краткосрочных спекулянтов с рынка, – отмечает Кэти Льен из BK Asset Management. – В сущности, ЦБ РФ говорит рынкам, что во время торгов он будет находиться по другую сторону и не даст рублю окончательно рухнуть. Они в последнее время перепробовали много мер, и ни одна из них не сработала; ставка должна помочь рублю нащупать дно, по крайней мере на время».

Тимоти Эш, стратег лондонского Standard Bank, специализирующийся на развивающихся рынках, считает крах рубля демонстрацией неуверенности инвесторов в прочности российской экономики.

«Дело не только в нефти, дело в санкциях, в политическом риске и в отсутствии политических решений от российских властей», – говорит он.

Guardian называет стремление российских чиновников предпринять «что-нибудь драматическое» на фоне резкого падения рубля вполне понятным.

«Альтернативы поднятию ставок были неприятными, – пишет финансовый редактор издания Нильс Прэтли в своей колонке. – Ничего не делать – или позволить рублю дойти до рыночной стоимости – было бы приглашением к дальнейшей распродаже. В качестве другого варианта Москва могла бы ввести валютный контроль, но какой смысл? Контроль мог бы запросто спровоцировать панику и вдобавок был бы неэффективен, так как в России всегда есть способ обойти официальный диктат. Поэтому повышение ставки было единственным способом донести позицию Центробанка».

«Ставки на уровне 17% иллюстрируют огромное давление на непредсказуемый режим Путина. По мере снижения нефтяных цен геополитические температуры будут расти».

Bloomberg напоминает, что нынешнее повышение ставок стало самым резким с 1998 года, когда ставка перевалила за 100%, а правительство объявило о дефолте.

«Объявление [ЦБ], равно как и время, в которое оно было сделано, подчеркнуло затруднительное финансовое положение, в котором находится Россия. Если оно сохранится, новые более высокие ставки сдавят экономику, которая уже страдает от санкций и падения цен на нефть. Некоторые аналитики сомневаются, что экономика сможет долгое время выдерживать такие высокие ставки».

«Этот шаг символизирует капитуляцию в вопросе об экономическом росте во имя сохранения финансовой системы», – считает Иан Хэйг, партнер-основатель нью-йоркской инвестиционной компании Firebird Management. – Это правильное решение, и сделать его было нелегко».

BBC News

«Когда ЦБ РФ на прошлой неделе поднял ставки на один процентный пункт, это выглядело, как будто доктор дает тяжелобольному пациенту таблетку от головной боли. Теперь, похоже, банк достал дефибриллятор».

New York Times объявляет, что у России появился новый враг – валютные рынки.

«В самой храброй до сих пор попытке остановить кровотечение Центробанк среди ночи объявил об ошеломляющем повышении процентной ставки. Вопрос в том, успокоит ли этот шаг рынки. Если этого не произойдет, инвесторы могут воспринять повышение ставки как знак нарастающего смятения».

«Стратегия, стоящая за повышением ставок, очевидна: Центральный банк надеется, что оно побудит российских граждан, компании и банки держать сбережения в рублях, а не переводить их в доллары, а также поможет удержать инфляцию. Но это решение также подчеркивает ограниченность вариантов, которыми располагают российские власти. <…> Аналитики полагают, что повышение ставок может быть последней попыткой сдержать падение валюты, не вводя контроль за движением капитала или другие способы, способные удержать деньги в стране».

«Если сегодняшние меры не остановят разгром рубля, высока вероятность, что политика изменится в более ортодоксальном направлении. Многие высокопоставленные советники Путина открыто выступают против скачков ставок», – сообщил Александр Климент, аналитик Eurasia Group.

Washington Post, известная своей резкой позицией по отношению к Кремлю и Владимиру Путину, называет случившееся «забавной штукой» и не стесняется в мрачных прогнозах.

«Это отчаянный шаг по спасению российской валюты, ради которого приносится в жертву экономика России. Так что даже если он сработает, положение вот-вот станет еще хуже. <…> Настолько высокие ставки отправят агонизирующую российскую экономику в глубокую рецессию, хотя они и могут (только могут) остановить свободное падение рубля. Посмотрим. Если это не получится, России придется прибегнуть к контролю капитала, чтобы поддержать стоимость рубля, а возможно – и обратиться к МВФ за помощью».

«Путинская Россия, как ранее СССР, сильна ровно настолько, насколько крепка цена на нефть. <…> Путин мог позволить себе вторгаться в Грузию или на Украину, когда стоимость нефти выражалась в комфортных трехзначных цифрах, но не теперь, когда они упали вдвое. Теперь Россия не может позволить себе ничего».

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/economist_rossiyskaya_ekonomika_pereshagnula_chert u-1196590.xhtml

http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1196590.jpg?1418821196
Иллюстрация: Fotolia / PhotoXPress.ru

«В мире, где обитают центробанки, цель – это медленные, спокойные и предсказуемые решения. Поэтому когда банкиры собираются посреди ночи и поднимают ключевые ставки аж на 6,5 процентных пункта зараз, можно предположить, что что-то идет очень, очень неправильно. Так и есть».

Журнал Economist в своем анализе происходящего с российским рублем рисует мрачные прогнозы для российской экономики: по мнению издания, в следующем году нас ждет неминуемое сокращение экономики, и, вероятно, не только оно. Настроения в Москве близки к паническим, утверждается в статье, и россиянам есть о чем волноваться: приближается «смертельное сочетание глубокой рецессии и неудержимой инфляции».

Многие из проблем, с которыми сейчас столкнулась Россия, пришли из-за границы. Учитывая, что половину доходов бюджета составляют нефтегазовые доходы и две трети экспорта приходится на углеводороды, понятно, почему снижение цен на нефть до $60 тянет за собой рубль. Второй важный аспект – санкции США и ЕС, которые были введены в ответ на интервенции в дела Украины и теперь мешают многим российским компаниям брать в долг на Западе.

Однако кризис стал более общим, в последние дни рубль уже не повторяет движения стоимости нефти, отмечает журнал: 15 и 16 декабря баррель Brent подешевел на 1% и 2% соответственно, рубль же упал на 10% и 11%.

Что именно запустило это ускорение – загадка, пишет издание, но можно предположить, что одной из причин могут быть финансы энергетических гигантов. «Роснефть» и «Газпром» оба имеют внушительные внешние долги (общий долг первой в сентябре достиг 2,51 трлн рублей, обязательства второго на конец первого квартала этого года составлял $54,8 млрд), около 90% которых номинировано в иностранной валюте. На этом фоне таинственное размещение «Роснефтью» облигаций на 625 млрд рублей, проведенное 11 декабря с неназванными покупателями, для многих становится тревожным сигналом о смешении государственного и корпоративного долга, и паника распространяется.

Проблема номинированных в долларах долгов (их у России $60 млрд; в рублях – еще $11 млрд) будет усугубляться, пророчит Economist, и существует риск, что российские облигации будут переклассифицированы как мусорные, что, в свою очередь, еще больше отпугнет инвесторов.

«Размытая граница между государством и компаниями в России означает, что Кремлю, возможно, придется выплачивать $614 млрд внешних долгов, сделанных банками и другими фирмами. Неудивительно, что уверенность в надежности страховки в виде золотовалютных резервов, которых официально осталось $370 млрд, тает», – пишет издание.

По мнению редакции Economist, неэффективность политики поднятия ставок и траты резервов заставит Россию искать другие способы защитить рубль. Одним из них могут стать переговоры по продлению сроков погашения долгов, другим – валютный контроль. Путин может вдохновиться примером Малайзии, которая в 1988 году зафиксировала обменный курс, понизила процентные ставки и ограничила количество валюты, которое граждане могли вывезти за рубеж, но российская экономика находится в худшем состоянии, чем тогда малайзийская, и поэтому даже если контроль будет введен, перспективы ее на 2015 год безрадостны.

Инфляция, которая уже на прошлой неделе составляла больше 9%, теперь ускорится; по текущему прогнозу ЦБ, по итогам года она достигнет 10%, а в первом квартале 2015-го вырастет еще. Чтобы не разориться, магазинам придется повысить цены на 50%, считает Economist, а значит, доходы россиян в реальном выражении упадут. Неудивительно, что население теряет уверенность в собственной валюте, отмечает журнал. Банки же столкнутся и вовсе с огромными проблемами, даже если спрос на валюту успокоится или регуляторы введут ограничения на ее использование. Сокращающаяся экономика, падение доходов с поправкой на инфляцию и всеобщее повышение процентных ставок будут означать, что дефолты станут неизбежностью.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/chto_proiskhodit_s_ekonomikoy_rossii_10_grafikov-1196838.xhtml

Новый «черный вторник» – резкое повышение Банком России ключевой ставки и последовавший за ним обвал рубля – породили волну обсуждений правильности принятого регулятором решения и размышлений о перспективах российской экономики. Но чтобы говорить о будущем, полезно представлять себе настоящее. Slon подобрал 10 графиков, которые иллюстрируют текущее экономическое положение страны.
http://slon.ru/images2/2014/12-17/1-USD-RUB.jpg
График 1. Курс рубля по отношению к доллару, декабрь 2013 – декабрь 2014

Источник: Bloomberg
http://slon.ru/images2/2014/12-17/2-EUR-RUB.jpg
График 2. Курс рубля по отношению к евро, декабрь 2013 – декабрь 2014

Источник: ЕЦБ
http://slon.ru/images2/2014/12-17/3-Oil-RUB.jpg
График 3. Динамика стоимости рубля и цены на нефть (баррель Brent)

Источник: Business Insider
http://slon.ru/images2/2014/12-17/4-Oil_breakeven_prices.jpg
График 4. Цена на нефть, необходимая для балансировки бюджетов стран-поставщиков

Источник: BBC
http://slon.ru/images2/2014/12-17/5-Russia_foreign_reserves1.jpg
График 5. Международные резервы России*, млрд долларов

*неликвидные, полуликвидные (включая золото) и ликвидные резервы

Источник: Economist
http://slon.ru/images2/2014/12-17/6-Russian_stockmarket.jpg
График 6. Индекс РТС

Источник: Financial Times
http://slon.ru/images2/2014/12-17/7-Russian_stockmarket_in_USD-RUB.jpg
График 7. Фондовый рынок России в рублях и долларах* (1999–2014)

*синий и желтый цвета соответственно

Источник: Bloomberg
http://slon.ru/images2/2014/12-17/8-Infl_GDP.png
График 8. Инфляция vs рост ВВП

Источник: Quartz
http://slon.ru/images2/2014/12-17/9-Russian_debt.jpg
График 9. Внешний долг российских компаний, млрд долларов*

*по дате погашения, до июня 2015 года

Источник: Economist
http://slon.ru/images2/2014/12-17/10-Putin_rouble_oil.png
График 10. Бонус

Иллюстрация шутки: «Что общего между Владимиром Путиным, курсом рубля и ценой на нефть? – Им всем за 60»

Источник: Quartz

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/biznes_i_vozhzhi_dva_varianta_dlya_vladimira_putin a-1201301.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632/1201301.jpg?1419867065
Фото: Reuters

Владимиру Путину следовало бы прекратить распугивать куриц, или яйца в российской экономике высиживать будет некому. На примере метафоры про живую природу (привет президенту) обозреватель Forbes.com и Slon.ru Марк Адоманис пишет о двух альтернативах, между которыми Кремлю придется выбирать в условиях нового кризиса.

Российский президент вопреки своей антикапиталистической репутации на Западе инициировал немало рыночных реформ в ряде отраслей, отмечает Адоманис, – в частности, в налоговой и законодательной сферах. Но в сферах «стратегических» Путин всегда гнул одну линию и на словах, и на деле: с его точки зрения, во главе стола в экономике всегда должно сидеть государство.

Фразу, которая объясняет все про отношение Путина к бизнесу и правам собственности в России, привела на днях New York Times. Согласно изданию, российский президент сравнивает частную собственность в стратегических отраслях с курятником.

«Курица может осуществлять владение яйцами, и ее будут кормить, пока она их высиживает, но на самом деле это не ее яйца», – цитирует газета «известного бизнесмена», знакомого с Владимиром Евтушенковым.

По мнению Адоманиса, создание тяжеловесов вроде «Роснефти» или Совкомфлота никогда не было хорошей идеей, но пока цены на нефть держались высокими, экономика могла ее терпеть: ВВП рос, рубль дорожал, и этот рост искупал многие грехи и издержки госконтроля.

Теперь же условия игры изменились, а это проблема. Крупнейшие компании испытывают давление со всех сторон: цены на энергоносители опустились, уже взятые кредиты резко подорожали, а западные рынки капитала оказались закрыты; может, и не идеальный шторм, но близко к нему.

В ответ Владимир Путин анонсировал инициативы, которые вроде бы должны сделать Россию более привлекательной для инвестиций: мораторий на проверки малого и среднего бизнеса и амнистию капиталов, возвращающихся в страну. Все это прекрасно и совершенно рационально, отмечает колумнист, но президент все равно продолжает видеть бизнес как младшего, а не равного партнера.

«Он считает, что в действительности все важные активы принадлежат государству, а частный бизнес – это в лучшем случае управляющие, – говорится в статье. – Когда нефть стоила больше $100 за баррель, удерживать такую позицию Путину было несложно; теперь, когда нефть в районе $60, это гораздо труднее».

Адоманис признается, что угадать, кто моргнет первым в игре Кремля и российского делового сообщества, тяжело. С одной стороны, принимая во внимание курс российской политики, придется предположить, что верх одержит та часть аппарата, образом которой выступает Игорь Сечин. С другой – нельзя исключать, что Путин все же прислушивается к советникам из числа рыночных либералов (которых, правда, все меньше).

Но Путин не волшебник, продолжает колумнист, он не может выдавливать частный бизнес из самых прибыльных отраслей экономики и одновременно иметь рост частных инвестиций, так не бывает. Чем больше, говоря языком президента, внушать курице, что яйца не ее, тем ниже будет и без того жалкий уровень инвестиций в экономику. В этом-то, по Адоманису, и заключается выбор, который стоит сейчас перед Кремлем: можно или ослабить поводья и получить скромный рост экономической активности, или натянуть их еще строже и наблюдать еще больший отток капитала. Третьей опции нет.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/4_prichiny_pochemu_investory_vernutsya_v_rossiyu-1201820.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632/1201820.jpg?1419969300
На фоне плохих и очень плохих прогнозов относительно будущего российской экономики некоторым все же удается разглядеть моменты, которые вселяют надежду. Ресурс о финансовых рынках Seeking Alpha публикует пост одного из инвесторов, который уверяет, что у экономики России дела не так плохи, как кажется.

Безусловно, отмечает автор поста, ситуация на российском рынке вряд ли заметно поправится в ближайшее время. Пока высока ключевая ставка ЦБ, а рубль тенью следует за нефтяными ценами, которые достигли самого низкого за последние пять лет уровня, экономике можно предсказывать рецессию. Но это в ближайшем будущем; в долгосрочной же перспективе у нас есть причины для оптимизма. Их инвестор насчитал четыре.

Несмотря на утечку мозгов, Россия располагает хорошо образованной рабочей силой. Это, возможно, не было очень уж важным фактором, пока страну несла вперед и вверх волна высоких цен на сырье, но в новых условиях человеческий ресурс получит больше веса. Если Россия воспримет рецессию как стимул к диверсификации экономики, таланты и образование ее граждан помогут этого добиться.

Китай многое потеряет в случае развала российской экономики: во-первых, Пекину нужны российские ресурсы, а во-вторых, региональную стабильность он ценит почти так же высоко, как стабильность внутреннюю. Обладая самыми крупными в мире золотовалютными резервами ($3,9 трлн), Китай, скорее всего, придет на помощь России, когда та будет в ней нуждаться, – как и обещал.

Если Россия изменит свою позицию по украинскому вопросу, санкции Запада, вероятно, будут сняты или ослаблены, а значит, российские компании смогут перекредитоваться на западных рынках капитала. Отмена санкций также благотворно повлияет на рубль, процентные ставки снизятся, и экономика получит возможность для более быстрого восстановления. Четких указаний на то, что Кремль смягчится, нет, но то, что Владимир Путин в последних выступлениях перестал употреблять слово «Новороссия», во многих западных инвесторов и комментаторов вселяет определенную надежду.

Наконец, цены на нефть вряд ли долго продержатся такими же низкими, как сейчас. Экономисты, опрошенные Reuters, сходятся во мнении, что Brent вот-вот нащупает дно, и во второй половине 2015 года ее стоимость начнет расти; в среднем на следующий год цену за баррель прогнозируют на уровне $74. Курс рубля последует за нефтью, как привык, а экономике станет полегче.

В краткосрочной перспективе, пишет автор Seeking Alpha, Россия действительно не лучшее место для инвестиций: достоверно предсказать нижнюю точку любого кризиса невозможно, и то, что было дешево, с легкостью может стать еще более дешевым. Однако у инвесторов с горизонтом планирования в районе десятилетия есть много веских причин вкладываться в эту страну.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/kak_padenie_rublya_udarit_po_indii_i_pomozhet_ross iyskoy_stali-1203867.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632/1203867.jpg?1424165534
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Стремительное падение рубля (за последние полгода российская валюта потеряла почти половину своей стоимости по отношению к доллару) приведет не только к росту цен в России и нехватке бюджетных доходов, – волна от него прокатится по рынкам всего мира. О том, как изменение курса рубля ударит по одному из этих рынков – индийскому, – рассказывает Bloomberg.

Дешевый рубль становится большой проблемой для индийских сталелитейщиков, пишет издание, и может отразиться на экономическом росте страны. Компании Tata Steel, JSW Steel и Steel Authority of India рискуют не выполнить задачу по увеличению выпуска, поставленную новым премьер-министром Индии Нарендрой Моди, который пообещал превратить страну в мировой производственный хаб. Из-за того, что падение российской валюты делает импорт из России более выгодным, индийские покупатели отворачиваются от отечественного. По словам старшего вице-президента JSW Steel Шарада Махендры, потребители стали уже начали и, вероятно, продолжат покупать российские сплавы. Иностранные покупатели индийской стали могут последовать их примеру.

Помимо поставок в Индию, Россия будет стараться продавать сталь на тех рынках, куда экспортируется индийская продукция, сетуют эксперты, причем российские производители способны предложить более низкую по сравнению с индийскими конкурентами стоимость.

Индия является четвертым по объему производителем стали в мире (81 млн тонн в 2013 году), лидерство уверенно удерживает Китай. Россия находится на пятом месте, из 69 млн тонн сплава, производимого в год, страна экспортирует 34%. В 2013 году большая часть этого экспорта пришлась на Европу и Украину, но испорченные отношения Москвы как с первой, так и со второй, могут заставить российских производителей искать новых покупателей.

«Мы видим, как российская сталь приходит в Индию, а поскольку индийским производителям сложно оставаться конкурентоспособными, Россия отъедает кусок и от традиционных для Индии экспортных рынков, например, Ирана», – говорит Рохан Баид, партнер аналитической компании SteelMint.

Сейчас рост производства стали в Индии значительно опережает среднемировые темпы (4,8% против 0,1% в ноябре; одновременно производство стали в России выросло на 5,8%), однако для его сохранения индийцам скорее всего придется резать цены, предупреждают экономисты.

Акции ПАО «Северсталь», второго крупнейшего российского производителя, с начала 2015 года подорожали на 11% (индекс ММВБ за январь вырос на 8%). Тем временем индийская Tata Steel потеряла 1%, JSW Steel 4,5%, а Steel Authority of India – 4%.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/world/pyat_globalnykh_riskov_aktualnykh_pryamo_seychas-1204360.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632/1204360.jpg?1421235254
14.01.2015, 14:00

Авторитетные мировые эксперты по рискам глава Eurasia Group Ян Бреммер и основатель RGE Monitor Нуриэль Рубини по прозвищу Dr. Doom в интервью Time рассказали, о чем нам следует и не следует волноваться в новом 2015 году. Глобальных геополитических и экономических факторов, на которые нельзя не обратить внимание, получилось пять. Вот они.

Россию недооценивают как крупный политический риск, особенно для Европы. Аналитики давно называют российско-украинский конфликт и поведение президента Владимира Путина в числе угроз мировой стабильности, но Бреммер считает, что все может стать еще хуже. По мнению эксперта, в условиях падения нефтяных цен, которые сейчас находятся на минимальном за пять с половиной лет уровне, «Путин может стать еще более опасным и непредсказуемым» и дестабилизировать обстановку в соседних с Россией странах, чтобы отвлечь внимание россиян от проблем экономики. Все это угрожает подпортить отношения США и ЕС, если те не сумеют согласиться в том, как лучше всего противостоять Кремлю.

США отрываются от остального мира. С одной стороны, указывает Рубини, США в прошедшем году были единственным ярким пятном на экономической карте мира. С другой – есть ощущение, что политически они все больше отдаляются от других стран (в минувшую пятницу президент Барак Обама не поехал на марш памяти жертв нападения на редакцию Charlie Hebdo в Париже, отправив на мероприятие посла во Франции, после чего Белый дом позднее публично признал свою неправоту). По словам Бреммера, Америка сегодня демонстрирует свою силу такими способами, которые несложно использовать в одиночку, – от беспилотных самолетов в зонах конфликта до финансового оружия (например, санкций и заморозки активов) против проблемных стран вроде Ирана и России.

Стоимость нефти будет низкой не всегда. Оба эксперта сходятся во мнении, что решение ОПЕК не вводить ограничения на добычу нефти, которое позволило ценам на сырье продолжить падение, было неверным. С точки зрения Рубини «все дело в экономике», то есть нынешняя стратегия Саудовской Аравии направлена на то, чтобы выдавить конкурентов с рынка и получить возможность увеличить собственные объемы производства и прибыль.

Китай остается большой загадкой. Наблюдатели никак не могут определиться, что означает идущая в Китае консолидация власти главой страны Си Цзиньпином: то ли это признак близости небывалых по размаху рыночных реформ, то ли – сигнал возвращения страшных времен Мао Цзэдуна. Бреммер надеется на первое – рыночный разворот и социальную стабильность, Рубини же менее оптимистичен, но оба аналитика считают, что 2015-й станет для Китая поворотным годом.

Поляризация, неравенство и уязвимость – главные слова 2015 года. И в политике, и в экономике мир ждет раскол прежних альянсов и формирование новых. Конфликты на Ближнем Востоке и в Северной Африке усугубятся, прежде чем в них наступит улучшение, опасность дефляции в Европе разогреет ультраправые настроения, а замедление Китая и падение нефтяных цен будет только способствовать сдвигам в геополитическом ландшафте. Рынки в этом году будут вести себя очень нервно, предупреждают эксперты.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/pochemu_ne_stoit_stavit_na_silnyy_dollar_tri_prich iny-1204963.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632/1204963.jpg?1421344088
Иллюстрация: София Ордонез

Сообщения о 5-процентном росте экономики США в третьем квартале прошлого года (или 2,7-процентном, смотря как считать) заставили аналитиков и инвесторов заговорить о дальнейшем укреплении американской валюты в 2015 году. Но расчет на сильный доллар может оказаться жестокой ошибкой, утверждает Барри Эйхенгрин, профессор экономики университета Беркли (США), действующий Питт-профессор американской истории и институтов в Кембриджском университете (Великобритания) и бывший советник МВФ.

По словам Эйхенгрина, те, кто пророчит доллару силу, опираются на понятные критерии. США – единственная крупная экономика, которая действительно демонстрирует улучшения: здесь случился самый большой квартальный рост за последние 11 лет, уверенность потребителей находится на высочайшем с 2007 года уровне, безработица падает. Все это пробуждает веру в то, что ФРС США поднимет, наконец, базовую процентную ставку (ходили разговоры, что уже в апреле), поэтому покупка долларов представляется инвесторам привлекательной. Тем временем Европа балансирует на грани дефляции, Китай замедляется, а перспективы других развивающихся стран выглядят туманными – не в последнюю очередь из-за падающих цен на ту же нефть.

Тем не менее, не спеши радоваться, долларовый инвестор, пишет экономист. Есть несколько рисков, которые могут помешать укреплению американской валюты.

1. Возможно, доллар уже укрепился, насколько мог, и вера в него инвесторов уже отразилась на рынке: с середины 2014 года торгово-взвешенный курс доллара вырос на 9%. Теперь усилить американскую валюту смогут только существенные новые сдвиги, считает Эйхенгрин, – опережение прогнозов роста или существенное ухудшение экономик других стран; если же этого не произойдет, шансов вырасти у доллара столько же, сколько шансов упасть.

2. Инвесторы слишком возбудились, надеясь на скорое ужесточение политики ФРС. Федрезерв поднимет ставки только когда будет уверен, что экономика вышла из зоны слабости, а последние данные о снижении роста зарплат в США не способствуют скорому принятию этого решения.

3. Наконец, надежды инвесторов на поднятие ставок не сбудутся, если США столкнется с новыми финансовыми проблемами, связанными, например, с падением цен на нефть. Страны, экспортирующие нефть, держат большие объемы казначейских обязательств США: у России, занимающей 12-е место в списке основных держателей таких бумаг, их более чем на $100 млрд. Если падение нефтяных доходов заставит держателей продавать обязательства, чтобы высвободить средства для поддержки собственных экономик, на долларе это скажется негативно, пишет Эйхенгрин.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/grafik_dnya_chto_obshchego_u_rossiyskoy_politiki_i _tseny_na_neft-1205579.xhtml

18.01.2015, 22:07

http://slon.ru/images3/6/1200000/632/1205579.jpg?1421608079
Цена на нефть и внешняя политика России последних десятилетий – как Луна и океанский прилив: чем выше стоимость барреля, тем агрессивнее оказывается поведение Москвы; чем нефть дешевле, тем Кремль дружелюбнее. Эту закономерность графиком иллюстрирует редакция журнала Economist.

Когда в 1979 году советские войска вошли в Афганистан, напоминает издание, стоимость нефти находилась на пике – $101 за баррель – эта цифра вкупе с растущими темпами добычи сырья в Западной Сибири давала СССР невиданные ранее доходы. Москва не стала откладывать деньги на черный день и вместо этого финансировала внешнеполитические авантюры и импорт товаров, пишет Economist. Семь лет спустя цена барреля Brent упала до $30, и Михаил Горбачев запустил Перестройку и инициировал сближение с Западом.

То, что нефтяные цены коррелировали с политикой Советского Союза, неудивительно, отмечает журнал: в его неконкурентной экономике на нефтегазовые доходы приходилось 67% экспорта. Но переход к экономике рыночной новую Россию не спас: газ и нефть так и остались для страны главными источниками дохода, и корреляция не ослабла. Когда Владимир Путин пришел к власти, Brent стоила $25 за баррель; российский президент сотрудничал с Западом и не возражал против расширения НАТО. В 2008 году нефть вновь перевалила за $100, Россия вторглась в Грузию, а отношения Москвы и Вашингтоном оказались испорчены. Затем случился глобальный кризис, и нефть упала ниже $50; в 2009 году в отношениях между Кремлем и Белым домом началась «перезагрузка» (которая, впрочем, быстро сошла на нет).

Прямо сейчас мы видим очередную волну, считает Economist: присоединение Крыма к России произошло, когда баррель Brent стоил больше $100. Сейчас нефть торгуется на уровне примерно $50, и – теоретически – следовало бы ждать смягчения российской политики. Однако пока этого не происходит, падению нефтяных цен и недостатку экономического роста Путин противопоставляет агрессивность во внешней политике и патриотическую эйфорию во внутренней.

Судя по всему, предсказывает издание, в этом году мы увидим соревнование между путинским режимом и ценами на нефть, и зрелище это будет не из приятных.
http://slon.ru/images4/2015/01-18/Politics%20vs%20oil%20price.jpg
Советская/российская политическая история и цены на нефть

Источник: Economist

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/world/zachem_rossii_otkazyvatsya_ot_yuzhnogo_potoka_tri_ prichiny-1190522.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1190522.jpg?1417516544
Фото: ТАСС / EPA / KOCA SULEJMANOVIC

Вчера, 1 декабря, Владимир Путин объявил о замораживании проекта газопровода «Южный поток», по которому российский газ должен был поступать в Юго-Восточную Европу в обход Украины. По словам президента, такое решение было принято из-за «неконструктивной» позиции Евросоюза: Болгария никак не согласовывала стройку; одновременно Путин пообещал расширить «Голубой поток», который идет в Турцию по дну Черного моря.

На отказ от «Южного потока», который обсуждался с 2007 года и в который Россия уже вложила больше $4,5 млрд, западная пресса отреагировала по-разному. New York Times называет этот шаг «редким дипломатическим поражением Путина»; Times пишет об объявлении газовой войны Европе; Reuters предсказывает, что углубление энергетических связей Москвы с Анкарой может столкнуться с непониманием со стороны Евросоюза и США, поскольку Турция претендует на членство в ЕС. Разведывательно-аналитическое агентство Stratfor тем временем отмечает, что, хотя замораживание проекта стало неожиданным поворотом, решение это разумно по целому ряду причин.

Вот три из них.

Рычаг давления. Во-первых, считают аналитики, формулировки Путина («Если Европа не хочет его реализовывать, значит, тогда он не будет реализован») теоретически позволяют вернуться к строительству, если ЕС одумается, а значит, перекладывают часть ответственности на европейцев и могут стать катализатором для дальнейших разногласий внутри блока. Страны вроде Венгрии и Болгарии при отказе от «Южного потока» понесут значительные убытки и могут нажать на Европейскую комиссию, чтобы та пересмотрела свое отношение к газопроводу.

Избавление от нагрузки. Стоимость строительства «Южного потока» за последние годы выросла примерно в полтора раза, почти до $30 млрд. В текущей ситуации, при дешевеющей нефти и санкциях, это большие расходы для Москвы. Сворачивание же проекта, обвиняя попутно Еврокомиссию, позволяет Кремлю отказаться от трат, сохраняя при этом лицо и не демонстрируя слабость.

Турецкий фактор. Кризис на Украине увеличил стратегическое значение Черноморского региона для России, а Турция – не только важный игрок на энергетическом поле Евразии, но и крупный потребитель. Анкара уже поставляет в Европу нефть из Азербайджана и планирует стать перевалочным пунктом для азербайджанского и туркменского природного газа, то есть играет заметную роль в планах ЕС диверсифицировать его поставщиков энергии.

«Все это делает Турцию ключевой страной для России и, вероятно, объясняет заявление Путина о перенаправлении «Южного потока». Несколько месяцев назад российские чиновники отмели предложение турецких коллег о переориентировании газопровода через Турцию, но похоже, что именно этот план начал действовать; Россия покупает расположение Турции, прокладывая свой крупный энергетический проект по ее территории», – считает Stratfor.

По мнению аналитиков, Анкара сознательно усиливает свою зависимость от Москвы, чтобы избежать трений с ней и обеспечить надежные поставки энергии, однако параллельно будет развивать и проекты в обход России, чтобы дать понять, что хочет работать с разными партнерами. Со стороны же Кремля отказ от «Южного потока» означает желание поднять ставки в конфронтации с Западом, полагают в Stratfor.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/rossiyskaya_ekonomika_k_krizisu_blizhe_chem_kto_li bo_mozhet_sebe_predstavit-1186894.xhtml
http://slon.ru/images2/2014/11-21/econ-i.jpg
У Владимира Путина хватает трудностей, и многие он создал себе сам: война на востоке Украины, напряженные отношения с Западом, даже с Германией, исламисты у границ. Но есть проблема, которая может затмить все вышеназванные: раненая российская экономика может впасть в кризис, и есть шансы, что случится это раньше, чем кто-либо ожидает, – такую мысль развивает Economist в кавер-стори свежего номера. В текущем году это уже восьмая обложка, посвященная России.

Некоторые из российских недугов всем известны: ее экономика поднялась благодаря высоким ценам на нефть и теперь, когда они опустились до $80 за баррель, страдает; рубль упал более чем на 20% за три месяца; клептократия разъела институты, а западные санкции – ограничение доступа к рынкам капитала – тоже вносят свою лепту. Все ожидают стагнации, но при этом многие считают, что Путин достаточно сильный лидер, чтобы справиться с ситуацией, говорится в статье. Падающий рубль делает некоторые экспортные отрасли более конкурентоспособными, контрсанкции (запрет на импорт продовольствия) ведут к профициту торгового баланса, и у страны еще есть немаленькие международные резервы: $420 млрд. Добавьте к этому упорство российского народа, который склонен винить в своих бедах иностранцев, и уверенность Москвы в том, что у Путина есть еще время для маневра – возможно, пара лет.

Но Москва ошибается, считает Economist: кризис может случиться гораздо раньше. Когда экономика страны неустойчива, международные финансы часто становятся катализатором, толкая страну в спину быстрее, чем ожидают политики или инвесторы.

Способности России к обороне слабее, чем кажутся, отмечает издание, и могут пострадать от любого фактора, будь то новое снижение цен на нефть, плохая реструктуризация долгов российских компаний, очередная волна санкций Запада или что-то еще.

Цены на нефть. Путин уверен, что они вновь вырастут, но в мире добыча растет, а ОПЕК не собирается снижать свою долю рынка. Американские государственные агентства на 2015 год прогнозируют цены на уровне $83 за баррель, что гораздо ниже $90, необходимых, чтобы российский бюджет сходился. Если глобальный спрос еще больше ослабнет (Япония, например, с момента составления прогноза соскользнула в рецессию), цены могут опуститься еще ниже, и инвесторам придется пересмотреть свои ожидания от России.

Долги. Российские компании накопили $500 млрд иностранных обязательств, и даже тем, кто получает свои доходы в долларах, может быть нелегко их исполнить. «Роснефть» попросила выделить ей 2,4 трлн рублей (в правительстве, согласно сообщению «Коммерсанта», обсуждают выделение в восемь раз меньшей суммы), за ней стоит еще длинная очередь просящих, а плохие долги начали расти еще до того, как ЦБ РФ поднял ключевую ставку до 9,5%.

Международные резервы. Если Кремлю придется оплачивать счета компаний, вопрос о резервах станет чрезвычайно важным, а резервы эти сейчас тают со скоростью $100 млрд в год. При этом, как указал в интервью для Slon Magazine и телеканала «Дождь» бывший министр финансов, председатель правления «ВТБ24» Михаил Задорнов, если не учитывать деньги, лежащие в Резервном фонде и ФНБ, в распоряжении российского правительства может остаться лишь $200 млрд.

Санкции. Все вышеназванные угрозы реальны, а «хищническая внешняя политика» Владимира Путина может еще больше усугубить их, пишет Economist: дальнейшее наступление на Украину способно привести к новым санкциям со стороны западных стран. Отключение России от платежной системы SWIFT (с такой идеей в последние месяцы выступили Великобритания, Европарламент и несколько сенаторов США) может остановить торговлю, частичная блокировка экспорта нефти толкнет экономику вниз, а поведение Путина в ответ на такие меры, вероятно, станет причиной еще более серьезных санкций.

Экономический кризис в России, безусловно, отразится на других странах – на тех, что зависят от торговых отношений с Москвой (Прибалтика, Беларусь), имеют значимые финансовые связи с ней или просто похожи на Россию с точки зрения инвесторов (например, соседка по БРИКС Бразилия). Но Запад, призывает редакция журнала, должен держаться принятого курса и дать Кремлю понять, что у любых действий есть последствия. Это касается и экономики.

«Если бы Путин больше заботился о ее укреплении, чем об обогащении своих друзей, он не был бы сейчас так уязвим», – говорится в статье.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/mezhdu_molotom_i_nakovalney_oboydetsya_li_rossiysk aya_neft_bez_inostrantsev-1178822.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1178822.jpg?1414738233
В апреле 2012 года, выступая в нью-йоркском отеле St. Regis, тогда зампред правительства РФ Игорь Сечин объявил, что России и США нужно становиться стратегическими партнерами, после чего подписал соглашение о сотрудничестве «Роснефти» и Exxon Mobil, открывшее западным технологиям дорогу к российским ресурсам. Прошло немногим более двух лет, и из-за санкций Exxon свернула 9 из 10 своих совместных с «Роснефтью» предприятий, а другие западные игроки, начиная с Shell и Total и заканчивая небольшими сервисными компаниями, также принялись отступать. Тому, насколько неприятным окажется это отступление для отечественной нефтяной промышленности, посвящен большой материал Financial Times.

Тогда, в 2012 году, было понятно, что сотрудничество в энергетике России необходимо, пишет издание: нефтяная промышленность страны близилась к кризису, огромные сибирские месторождения, разработанные в советские времена, устаревали, и без развития новых производство Россией нефти вскоре заметно упало бы. Сейчас, когда западные компании уходят с российского рынка и разработка откладывается на неопределенное время (в лучшем случае), многие аналитики вновь предсказывают нам печальные последствия: ожидают, что в следующем году добыча сократится, а в нефтяной сфере начнется долговременный спад. По прогнозу консалтинговой компании IHS CERA, в случае, если санкции не будут сняты, добыча нефти в России может упасть с 10,5 млн баррелей в день до 7,6 млн к 2025 году. Такое снижение существенно повлияет не только на политическое и экономическое будущее РФ, но и на мировые энергетические рынки, замечает FT.
Российская сланцевая революция

«Роснефть», которая в последнем квартальном отчете показала ничтожную для себя прибыль, обещает, что продолжит эксплуатировать месторождение в Карском море с Exxon или без нее. Но эксперты настроены скептически, говорится в статье.

«Нематериковая Арктика закрыта на обозримое будущее, – заявляет специалист Wood Mackenzie по российской нефти Данкан Миллиган. – И дело не в том, что диктуют санкции, а в том, какую общую атмосферу они создают вокруг данной сферы».

По словам аналитиков, надежды страны с самыми большими в мире запасами сланцевой нефти в мире на 440 тысяч баррелей в день к 2020 году выглядят неосуществимыми. Сланцевая революция вряд ли случится: некоторые российские компании верят, что смогут разрабатывать месторождения и без помощи Запада, но на самом деле, говорят эксперты, на рынке страны недостает «вертких и предприимчивых» маленьких игроков, которые повели за собой сланцевый бум в США.
http://slon.ru/images2/2014/10-30/Investments_in_Rus_oil.png
Инвестиции в нефть и газ (в рублях на тонну произведенного топлива)

Тонкое место

Глава «Лукойла» Вагит Алекперов не так давно сообщил Дмитрию Медведеву, что введение санкций ударит как минимум по 25% российской нефтедобычи – эта та часть, которая зависит от западных сервисных компаний.

«Вот это сегодня самое тонкое место, которое может в первую очередь нанести ущерб нефтяной промышленности, потому что когда мы говорим о 125 млн тонн нефти, надо понимать, что эта нефть требует поддержки», – сказал топ-менеджер.

Несмотря на то что большинство обслуживающих компаний публично подтвердили свое желание оставаться в России, налицо признаки того, что они начинают давать задний ход, пишет FT. По словам замглавы Трубной металлургической компании Владимира Шматовича, западные конкуренты уходят с рынка даже в тех его частях, которых напрямую санкции не коснулись, – в Каспийском море, например.

Все это приводит к закономерным опасениям, что, когда потребуется замена оборудования, даже уже работающие месторождения столкнутся с трудностями. На страны, принявшие против России санкции, приходится 56,8% импортного оборудования в нашей нефтегазовой области. Если западные компании не вернутся в Россию, часть технологий и оборудования можно будет заменить отечественным (трубы, арматура), но для другой части этот процесс окажется или тяжелым (насосно-компрессорная техника, турбины), или почти невозможным (программное обеспечение), считает гендиректор Центра международной торговли Владимир Саламатов. А даже если заменители найдутся, их качество, скорее всего, будет ниже импортных.

«Обслуживание в российской нефтяной сфере в плохой форме, так было всегда, – цитирует FT владельца консалтинговой компании REnergyCo Дмитрия Лебедева. – Это как взять старую российскую «Ладу» вместо "мерседеса"».

Сервисные компании в нефтяном секторе (доля рынка в %, 2013)
http://slon.ru/images2/2014/10-30/Oilfield_services.png

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/bloomberg_sanktsii_priveli_k_utechke_mozgov_iz_ros sii-1177259.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1177259.jpg?1414426472
Противостояние с Западом ведет не только к оттоку капитала из России, но и к исходу лучших умов из финансовой и технологической сфер. На фоне того, что санкции ограничивают доступ к иностранным рынкам капитала, а правительство усиливает контроль внутри границ, все больше предпринимателей и инвесторов ищут, куда податься, пишет Bloomberg.

«Артем Кулижников, основатель стартапа для музыкантов, пакует чемоданы и собирается покинуть Москву в декабре. Он направится в Дубай или Сингапур, где, по его мнению, ему лучше удастся обеспечить финансирование для компании», – сообщает издание.

По словам Кулижникова, бывшего аналитика инвестфирмы «Алор-СПб», российские венчурные фонды хотят инвестировать именно в Россию, поэтому строить международный бизнес тут тяжело. За первые 8 месяцев 2014 года, согласно Росстату, из страны эмигрировали 203,6 тысячи человек – больше, чем за любой год под властью Владимира Путина. Среди них, напоминает Bloomberg, основатель «ВКонтакте» Павел Дуров; кроме того, из России в Литву переехал разработчик игр Game Insight, а из Москвы на Кипр переместился головной офис (15 человек) анимационной студии Toonbox.

Венчурные инвестиции в России действительно упали, пишет Bloomberg со ссылкой на российскую инвесткомпанию Rye, Man & Gor Securities и ресурс East-West Digital News: во втором квартале этого года они снизились на 9% до $127 млн; из-за того, что иностранные инвестиции избегают России, 39% вложений здесь приходится на государственный Фонд развития интернет-инициатив.

Среди организаций, сокративших или свернувших деятельность в РФ, – Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР), Tiger Global Management и Bessemer Venture Partners. Инвестирующая по всему миру Bessemer, которая два года назад обещала выделить на проекты в «Сколково» $20 млн, так ничего и не вложила.

«Геополитическая обстановка поднимает барьеры того, что может считаться интересной инвестицией в Россию», – заявил партнер компании Брайан Фейнштейн, который еще год назад прекратил ездить в Россию за неимением инвестиционных проектов.

То, что конкуренция среди желающих вложиться снижается, подтверждает управляющий партнер венчурного фонда «Лайф.среда» Владислав Солодкий. По его словам, свои позиции закрывают многие фонды, причем не только иностранные, но и российские, если они зависят от денег из-за рубежа. Из $100 млн, которые его компания собирается инвестировать в мобильные и финансовые онлайн-технологии, только 10% уйдут в Россию, остальные – в США.

«Во время кризиса или неопределенности всегда происходит спад притока венчурного капитала, комментирует управляющий фонда Vestor.In Partners Павел Черкашин. – В России, на Украине и в Белоруссии есть люди с массой технических навыков и нехваткой опций. Разумеется, они хотят выбраться».

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/pochemu_rossiyskiy_krizis_vnushaet_optimizm-1173114.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1173114.jpg?1413891294
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

С начала года рубль ослаб на 20% к бивалютной корзине, стал худшей по динамике валютой среди развивающихся стран (за исключением аргентинского песо), а на этой неделе почти каждый день ставит рекорды падения. Многие политические комментаторы пророчат, что ослабление рубля заодно с резким снижением цен на нефть приведет к коллапсу экономики, который, в свою очередь, подорвет народную поддержку Владимира Путина и заставит Кремль занять какую-то более сговорчивую геополитическую позицию.

Такие предположения – это пальцем в небо, утверждает партнер консалтинговой фирмы Macro Advisory Крис Уифер. Причины снижения рубля гораздо глубже, чем просто воздействие санкций, и в то же время политика российского Центробанка дает повод для определенного оптимизма, пишет он в блоге на сайте Financial Times.

Разумеется, отмечает Уифер, санкции – особенно отлучение Сбербанка и других российских организаций от рынков капитала – оказывают эффект, но не исчерпывающий. Рубль подешевел на 10,5% против бивалютной корзины в прошлом году и потерял еще 8% в январе – феврале текущего – все это было до санкций и в то время, когда нефть стоила $110 за баррель. Это снижение было связано с резким замедлением российской экономики, которая вместо ранее прогнозировавшихся 3,5% выросла всего на 1,3%; сыграли роль и ошибки правительства, но главным фактором стала нефтегазовая зависимость бюджета, считает аналитик.

Собственно, это и есть основная причина для беспокойства инвесторов и бизнеса в России, пишет Уифер: что ослабление санкций только вернет страну к проблемам, которые были очевидны еще в 2013-м и которые только усугубились теперь из-за украинского кризиса и сокращения нефтяных доходов. Это для тех, у кого стакан наполовину пуст.

Но есть точка зрения наполовину полного стакана, по которой выходит, что Россия учится только на собственных ошибках и начинает менять курс и решать свои проблемы только в условиях кризиса или тогда, когда более простого пути не остается. Вот поэтому всегда так прибыльно вкладываться в российские активы в кризисное время, хотя все разумные аргументы против, отмечает колумнист.

По мнению Уифера, то, как ЦБ ведет себя в условиях нынешнего снижения рубля (позволить ему падать и придерживаться идеи о плавающем курсе), внушает оптимизм.

«Здесь большое отличие от 2008/09 года, когда ЦБР потратил треть резервов страны (почти $200 млрд) в бесплодной попытке защитить рубль; он получил дорогостоящий урок. Центробанк проводил интервенции последние 10 дней, но эти усилия обошлись дешевле, чем раньше», – говорится в статье.

В последних поправках в бюджет-2015 заложена стоимость барреля нефти $100 и курс на уровне 37,7 руб./доллар, которые должны были дать дефицит 0,6% ВВП. При текущем курсе рубля к доллару такой же результат можно получить при цене нефти порядка $93, пишет аналитик. Это ставит Россию в гораздо лучшее положение, чем у стран – членов ОПЕК, которые гораздо сильнее зависят от высоких нефтяных цен.

Правда, балансировка бюджета со слабым рублем – это лишь способ выиграть время, без повышения конкурентоспособности местных производителей и импортозамещения она не даст экономике роста; кроме того, России, безусловно, нужны реформы и улучшение инвестиционного климата. В 2009 году, когда нефть торговалась на отметке $40, мы увидели у российского правительства гораздо большую тягу к преобразованиям, чем до этого, подчеркивает Уифер. К сожалению, во второй половине 2009-го цены на нефть выросли слишком быстро, и большинство реформ были отложены. Будет ли по-другому в этот раз?

«Это как финал серии в каком-нибудь захватывающем телесериале: возможны несколько вариантов развития событий. Как это ни обидно, у России по-прежнему есть преимущество: инвесторы все равно включат телевизор перед следующей серией. Мыльные оперы затягивают», – пишет колумнист.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/bloomberg_rossiyane_predayut_rubl_v_pogone_za_doll arom-1170445.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1170445.jpg?1413214830
Фото: Fotolia / PhotoXPress.ru

По мере падения рубля, продолжающегося вопреки попыткам российского Центробанка сохранить контроль над валютой, все больше россиян переводят свои накопления из национальной валюты в доллары и евро. Рублю грозит предательство на его же территории, беспокоится агентство Bloomberg.

Число наших сограждан, которые хранят сбережения в рублях, в сентябре уменьшилось в пользу «тех, кто выбрал сбережения в валюте», установил опрос ЦБ об инфляционных ожиданиях населения, а крупнейший российский кредитор, Сбербанк, констатировал отток средств физических лиц – впервые с мая этого года. Максимальное за последние шесть лет количество инвесторов уверено, что председателю ЦБ Эльвире Набиуллиной придется поднять ключевую ставку после массивных ($6 млрд) интервенций, предпринятых за первые 10 дней октября. Есть риск, считают аналитики, что все это может превратиться в снежный ком для рубля.

«Как только кризисное мышление установится, оно превратится в самовыполняющееся пророчество, – говорит Нил Ширинг из лондонской Capital Economics. – Резиденты начнут ожидать дальнейшего ослабления рубля, уходить из рублей в твердую валюту, и это еще больше усугубит слабость».

Россияне выводят сбережения из рубля с начала года: если в декабре 2013-го доля вкладов в иностранной валюте составляла 17,4%, то в августе – уже 19%; сентябрьские цифры пока недоступны, но на них скажутся новые западные санкции, введенные против «Роснефти», Сбербанка и других компаний, полагает Bloomberg.

Вывод накоплений вкупе со снижающейся ценой нефти напоминает кризис 2008 года, пишут корреспонденты Владимир Кузнецов и Наташа Дофф; добавьте к этому тот факт, что международные резервы России опустились до самого низкого за последние четыре года уровня ($454 млрд на 1 октября), и получится неприятное: возможно, что назад рублю будет не вернуться.

«С настолько низкими нефтяными ценами для рубля это улица с односторонним движением. Центральный банк пытается бороться с происходящим, но они знают, что не смогут заниматься этим всегда. И рынки тоже это знают», – цитирует Bloomberg Ларса Кристенсена, старшего аналитика Danske Bank по развивающимся рынкам.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/bloomberg_zhdat_li_rossii_povtoreniya_1998_goda-1168897.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1168897.jpg?1412854670
По оценке аналитиков, ЦБ РФ мог продать вчера $1,3 млрд резервов, чтобы удержат рубль от падения. Эта ситуация напоминает привет из 1998 года с его девальвацией и дефолтом, – и хотя возможности правительства сейчас шире, чем тогда (валютные резервы в 57 раз больше, а цены на нефть в 9 раз выше), механизмы действуют прежние, пишет Bloomberg.

Российские и иностранные инвесторы теряют веру в российскую экономику и выводят рубли из банков, чтобы обменять их на доллары и евро. С целью поддержать рубль Центробанк потратил $1,85 млрд за последние четыре дня, но это все равно не помогает: за минувшие три месяца российская валюта подешевела на 15% и пробила отметку 40 руб./доллар. Международные резервы России тем временем опустились до четырехлетнего минимума, упав на $55 млрд с начала года и составив на 1 октября $454,2 млрд.

Сегодняшний кризис, пишет издание, стал следствием политики Владимира Путина на Украине, повлекшей международные санкции, и усугубляется снижением цен на нефть до уровня $90 за баррель – такое произошло впервые с апреля 2013 года. В 1998-м падение нефтяных цен – правда, тогда они опустились до $10,72 – привело к коллапсу российской экономики. Правительство объявило дефолт по основным видам долговых обязательств и в тщетной попытке удержать рубль довело уровень золотовалютных резервов до $10 млрд.

Россия 1998 и 2014 года – это две разные страны, подчеркивают эксперты; но они же признают: проблемы рефинансирования российских компаний, имеющих совокупный внешний долг $158 млрд, все же вызывают беспокойство.

«Худшая комбинация, которая может случиться, это более слабый рубль и значительные препятствия для роста. И это именно то, что происходит в настоящее время», – цитирует Bloomberg Ларса Кристенсена, главного аналитика Danske Bank по развивающимся рынкам.

Впрочем, признаков того, что инвесторы переживают о неспособности России расплатиться с долгами, не видно, отмечает издание: даже учитывая недавние валютные интервенции, резервы страны третьи в мире по величине (больше только у Китая и Японии). Тем не менее экономические издержки настоящего кризиса могут заставить российского президента умерить свое давление на Украину, считает аналитик нью-йоркской инвестиционной компании Stone Harbor Investment Partners Штефен Рейхольд.

«Прямо сейчас Путин может себе это позволить, но рано или поздно воздействие увеличится, и все изменится. От этого зависит, насколько агрессивно он может себя вести», – говорит он.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/money/bloomberg_rublyu_ne_stat_mirovoy_rezervnoy_valyuto y_-1165646.xhtml
02.10.2014, 15:33
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1165646.jpg?1412250948
Иллюстрация: Fotolia / PhotoXPress.ru

В тот же день, когда лояльные Владимиру Путину силы вошли в Крым, вызвав этим возмущение международного сообщества, приведшее к изоляции России и падению рубля, китайский юань впервые обошел швейцарский франк и стал седьмой из наиболее часто используемых валют. Это была очередная победа Си Цзиньпина, который пообещал сделать юань мировой резервной валютой, и новая угроза для Путина, который в 2007 году объявил, что рубль превратится в прибежище для инвесторов. Стагнация экономики, обусловленная захватом Крыма, заставляет российского лидера наблюдать за увяданием его валюты. Успехи рубля и юаня сравнивает Bloomberg.

С 2012 года в списке самых популярных в торговле валют российский рубль опустился на пять строчек, до 18-го места: его доля в мировой торговле снизилась с 0,6% до 0,4%; одновременно доля юаня утроилась и достигла 1,5%.

«Если Россия действительно хочет интернационализировать свою валюту, ей сначала придется поправить свои отношения с Западом. Вам надо, чтобы люди, которые держат вашу валюту, не понесли больших потерь», – говорит Банни Лам, глава исследовательского отдела Agricultural Bank of China International Securities.

Мировой порядок

В конкурсе на переустройство мирового порядка после кризиса 2008 года Россия и Китай пошли в разных направлениях. Си Цзиньпин осуществляет самые значительные за последние 30 лет экономические перемены, открывает рынки капитала, расширяет торговые связи и готовит почву для того, чтобы сделать юань валютой для сбережений. По данным Bloomberg, приток капитала в Китай по состоянию на конец августа достиг $108 млрд, что втрое больше, чем за тот же период двумя годами ранее; в этом году юань ослаб по отношению к доллару на 1,4%, а всего с 2005-го – укрепился на 35%.

Путин больше занимается территориальной экспансией. Отток капитала из России в 2014 году может достичь $120 млрд, это в два раза больше, чем годом ранее; рубль с начала года ослаб по отношению к доллару на 17%, а на этой неделе курс на торгах обновил исторический максимум; деноминированный в долларах индекс РТС снижается, доходность по правительственным рублевым бондам со сроком погашения в 2023 году с июня выросла на 1 процентный пункт, до 9,42%.
Экономика в зените

Во время выступления на Международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге в 2007 году российский президент объявил, что в мире сложился «новый баланс сил». Россия находилась в своей наивысшей точке за всю постсоветскую эпоху, считает Bloomberg: экономика второй год подряд росла более чем на 8% в год, главный продукт российского экспорта, нефть, перевалила за $100 за баррель, а рубль держал самые сильные по отношению к доллару позиции почти за десятилетие. «Самое время подумать о рублевых расчетах за российский экспорт», – предложил Путин.

Через год разразился мировой финансовый кризис, и Россия потратила $200 млрд из $598 млрд своих валютных резервов, чтобы замедлить снижение рубля. Сегодня ни один из крупных центральных банков не держит свои резервы в рублях, отмечает издание.

Рублевые активы можно назвать как угодно, но не средством сбережения. Рубль только за последние три месяца потерял против доллара 14% – больше, чем любая другая валюта, отслеживаемая Bloomberg. С конца 2008 года он ослаб на 26%, в то время как юань укрепился на 11%; с 2007 года, когда РФ сняла контроль за капиталом, страна не видела годового чистого притока частного капитала.

«Я не знаю ни одного человека, который воспринимает идею о рубле как резервной валюте всерьез. Держать финансовые активы в России рискованно», – говорит автор книги о мировых резервных валютах, экономист из Калифорнийского университета в Беркли Барри Эйхенгрин.

Маленькие, но последовательные

Игнорируя рубль, центробанки мира держат $19 млрд в китайской валюте, на китайскую валюту приходится 4% резервов Южной Африки и Гонконга и 2% сбережений Чили и Нигерии (оценка Societe Generale).

За последние 13 месяцев китайские власти удвоили диапазон цен, по которым может торговаться юань, либерализовали кредитные ставки и запустили зону свободной торговли в Шанхае. В этом году индивидуальные инвесторы из Гонконга и материковой части Китая впервые получат возможность приобретать акции на рынках друг друга.

Эти меры были вознаграждены: по оценке HSBC, в январе – июле этого года 13% внешней торговли Китая прошли в юанях (в 2009 году таких сделок было 1%); в январе на китайскую валюту приходились 1,39% мирового рынка, а в прошлом месяце, по данным системы SWIFT, платежи в ней выросли на 30,6%.

«Все это маленькие и последовательные шаги, – считает стратегический аналитик Bank of Nova Scotia по вопросам валюты Сача Тиханьи. – Они помогают юаню увеличивать его роль на международной арене».

Россия тоже обратилась к китайской валюте, преследуя цель покончить с «монополией доллара». Объем торговли пары рубль – юань на Московской бирже растет быстрее, чем сделки в других валютах, и для ЦБ РФ увеличение роли юаня на местных рынках стало главным приоритетом, пишет Bloomberg со ссылкой на представителя регулятора.

На мировых рынках, разумеется, по-прежнему царят доллар и евро: в июне на первый приходился 61% от $6,3 трлн глобальных иностранных резервов, на второй – 24%; далее, по данным МВФ, шли 4% в иенах и 3,9% в фунтах стерлингов. Доли юаня и рубля слишком малы, чтобы включать их в расчет.

«Хотя юаню стать резервной валютой в ближайшие 5–10 лет будет трудно, для рубля это еще более тяжелая задача, – цитирует Bloomberg аналитика сингапурской брокерской конторы FXPrimus. – Россия становится слишком изолированной от западных экономик».

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/rossiyane_nachnut_zadavatsya_voprosom_pochemu_vdru g_zhit_stalo_khuzhe_-1164203.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632/1164203.jpg?1412075671
Президент РФ Владимир Путин и министр обороны РФ Сергей Шойгу. Фото: ИТАР-ТАСС / Михаил Метцель

Тактические победы часто оборачиваются стратегическими поражениями. Это ждет и Владимира Путина, считает Лилия Шевцова, ведущий научный сотрудник Московского центра Карнеги. В своей колонке в Financial Times она пишет, что расчеты российского президента (аннексия Крыма, отсутствие украинского сопротивления, военно-патриотическая мобилизация) поначалу казались верными, но поощряемая им война запустила процесс, остановить который у Путина не получится. По мнению политолога, российский лидер попал в заложники военной парадигмы: он не сможет выйти из нее, не рискуя потерять власть, и миротворческие шаги здесь уже не помогут.

Мирный план, анонсированный Путиным в сентябре, – это попытка формализовать новый статус-кво: он не подразумевает ни передачи Украине занятых сепаратистами территорий, ни иной альтернативы, кроме кровопролития, пишет Шевцова. Запад не осмеливается называть российское вмешательство актом агрессии, продолжает автор, и ищет для кризиса «политическое решение», в котором придется учитывать интересы Кремля. Как показал недавний саммит НАТО, к большему, чем осуждать Россию, альянс пока не готов; помощь, которую некоторые его участники пообещали Украине, не изменит расстановку сил.

«Санкции не заставят Путина свернуть с пути; Запад доказал, что он не готов брать Украину под свое крыло в плане безопасности и не готов выступать гарантом ее территориальной целостности. «Новороссия» на территории, контролируемой сепаратистами, скоро станет реальностью. И разделение Украины сейчас молчаливо ратифицируется остальными странами», – говорится в статье.

Несмотря на все это, российский президент не побеждает, а наоборот, доказывает политолог:

«Он думает, что может делать то, что делали прежние российские лидеры, – подчинить своих подданных с помощью постоянной конфронтации с окружающим миром. Но бесконечная телевизионная пропаганда не сможет долго их гипнотизировать, российское общество примет только короткую и победоносную войну, а к кровопролитию оно не готово. Немногие хотят умирать за путинский режим, и новости о сотнях погибших и тайком похороненных российских солдатах уже портят патриотическое настроение».

Скоро снижающееся качество жизни станет заметным, и россияне начнут задаваться вопросом: а почему нам вдруг стало хуже? Еще одной проблемой для президента скоро станет сама «Новороссия», считает колумнист. Кремлю придется иметь дело с вооруженными сепаратистами, озлобленными собственной неспособностью выбить из Москвы свое жалованье; подпускать своих героев близко ему нельзя, потому что в России борцы за «русский мир» станут угрозой Путину, пишет Шевцова.

[Ира Соломонова]

https://slon.ru/posts/59845
17 ноября, 19:23

Валовый внутренний продукт – показатель, традиционно использующийся для оценки не только суммы доходов, которые генерирует экономика, но и успеха нации: по тому, как увеличивается ВВП, мы судим о росте благосостояния общества. Однако в последние 10–20 лет ВВП развитых стран заметно затормозил: крупнейшая экономика мира, США, в 1947–1974 годах прибавляла в среднем 4% в год, а в новом тысячелетии растет менее чем на 2%; суммарный рост ВВП Евросоюза много лет не заходил за 1%. Япония прыгает от рецессии к нерецессии почти каждый год, и многие пессимисты предсказывают, что другие развитые страны повторят ее путь. Как избежать стагнации? Британский бизнесмен и экономист лорд Адэр Тернер настаивает на том, что оживить экономику способна простая (почти) раздача денег людям.

Эту позицию он защищает в своей новой книге «Between Debt and the Devil: Money, Credit, and Fixing Global Finance» («Меж долгом и чертом: о деньгах, кредите и способе поправить глобальные финансы»). Книга вышла в октябре 2015 года; автор журнала New Yorker Джон Кэссиди пересказывает ее ключевые мысли.

«Правительство могло бы выплатить, например, $1000 всем гражданам, сделав электронный платеж на их банковские счета», – пишет Тернер. Люди могли бы потратить эти деньги как им захочется – на еду, одежду, мебель, отпуск, что угодно. В экономике вырастет спрос, и «эффект этой меры будет в целом пропорционален стоимости вновь созданных денег». Тернер соглашается, что печатание денег в экономической политике «имеет статус почти что смертного греха». Однако это абсолютно серьезное и взвешенное предложение от академика, признанного экономиста со множеством титулов: Тернер в недавнем прошлом глава Управления по финансовому регулированию и надзору Великобритании, член Комитета по финансовой политике британского Центробанка, старший научный сотрудник соросовского Institute for New Economic Thinking, читает лекции в Лондонской школе экономики и так далее.

«Наш отказ использовать эту опцию до сих пор только подавлял экономический рост, вел к жесткой, но необязательной экономии и увеличивал риск будущей финансовой нестабильности», – утверждает автор книги.

Идею печатать дополнительные деньги в разное время высказывали и другие известные экономисты, включая Милтона Фридмана и Бена Бернанке. До сих пор подобные предложения относились к разделу размышлений, но Тернер настаивает на том, что создание новых денег может оказаться вообще единственным способом получить «приличный» уровень роста экономики и избежать стагнации и неподъемной долговой нагрузки.

По мнению автора книги, политика «количественного смягчения», применяемая США и Великобританией, не обеспечивает экономикам приемлемых темпов роста и может иметь тяжелые побочные эффекты: удерживая стоимость заимствования на рекордно низких уровнях и увеличивая стоимость жилых домов и других активов, она может привести к очередному кредитному буму, и ситуация, которая в 2008 году вылилась в глобальный кризис, повторится.

Учитывая, что выкуп правительствами находящихся на грани банкротства банков и крупных компаний предполагает выпуск государством новых денег на эти нужды, Тернер заявляет, что эти же деньги будет полезнее отдать тем, кто потратит их в экономике. В какой именно форме люди получат средства – в виде пополнения банковского счета, налоговой скидки или строительства новых дорог, может быть, считает Тернер, не так уж важно. Главное, чтобы правительство стимулировало экономику, не создавая при этом дополнительного долга.

С утверждениями британского экономиста, отмечает Кэссиди, можно спорить. Во-первых, в истории включение печатного станка чаще всего приводило к чрезмерному ускорению инфляции (Тернер считает, что этого можно избежать, если создавать деньги методично и в конкретных целях). Во-вторых, нельзя утверждать, что стандартные меры фискального стимулирования не работают: дефицит бюджетов и США, и Великобритании в последние годы существенно сократился. В-третьих, уровень долга в экономике, похоже, не слишком волнует рынки развитых стран. Однако, по мнению журналиста, в мире немало мест, для которых предложение Тернера действительно выглядит и приемлемым, и разумным – от Греции и Ирландии до (возможно) даже Японии.

Но есть по крайней мере один аргумент, с которым невозможно спорить, пишет Кэссиди.

«Учитывая долговую нагрузку, угрозу медленного роста и опасность долговременной стагнации для западных демократий, мы стоим перед опасным выбором: вернуться к стандартной модели <…> или обратиться к чему-то более радикальному – электронному печатному станку. Говоря словами Тернера, это выбор между долгом и чертом. Если экономический рост не возобновится в ближайшие несколько лет, некоторые страны вполне могут выбрать последнее», – заключает автор New Yorker.

[Ира Соломонова]

https://slon.ru/posts/61215
14:31

Редактор раздела World Press

Год назад Банк России решился на важный шаг: в ночь с 15 на 16 декабря 2014 года регулятор поднял ключевую ставку сразу на 6,5 процентного пункта до 17%. Повышение объяснили попыткой ограничить инфляционные и девальвационные риски. Тогда многими встреченное с испугом, сегодня это решение вызывает совсем другие оценки, отмечает Bloomberg: спустя год оно заслужило от аналитиков похвалу.

После повышения ставки экономисты, топ-менеджеры компаний и правительственные чиновники раскритиковали действия председателя ЦБ РФ Эльвиры Набиуллиной – многие ожидали, что резкий скачок до 17% станет стопором для экономики; рубль продолжил дешеветь, а инфляция ускорилась.

«Как и остальные, я запаниковал, – признается стратег брокерской конторы OTCex Group (Париж, Франция) по развивающимся рынкам Жан-Давид Хаддад. – Этот шаг был чрезвычайным, но, оглядываясь назад, можно сказать, что он помог стабилизировать валюту и финансовые рынки».

«Все удивлены тем, что экономика проявила способность подстроиться, – говорит управляющий портфелем ценных бумаг из инвесткомпании BlackRock в Нью-Йорке Джерардо Родригес. – Совокупность решений, включая увеличение ключевой ставки и отправку рубля в свободное плавание в 2014-м, позволила Центробанку справиться с волнением на рынке и спадом цен на нефть».

Это не значит, что экономика превозмогла свои структурные слабости, но в условиях сложной ситуации она преподнесла приятный сюрприз, добавил экономист.
реклама

Давление на рубль усилилось во второй половине 2014 года, когда цены на нефть упали почти вдвое за шесть месяцев; пытаясь поддержать валюту, Центробанк за год потратил более $80 млрд и шесть раз поднимал ключевую ставку. После декабрьского повышения регулятор пять раз объявлял о понижении ставки, с начала августа она остается на уровне 11%.

Согласно прогнозу ЦБ, экономика России сократится на 0,5–1% в 2016 году и вернется к скромному (1%) росту в 2017-м. Негативный эффект от санкций Запада и обвала нефтяных цен оказался мягче, чем ожидали, – девальвация рубля позволила смягчить шоки, заявили аналитики агентства Moody’s в декабре.

«Даже несмотря на то, что финансовые риски остаются высокими, а макроэкономическая ситуация тяжелой, мы очень далеки от паники, которая случилась год назад, – цитирует Bloomberg управляющего активами банка Union Bancaire Privee в Лондоне Павла Лаберко. – Впереди еще много работы, до восстановления долгий путь, но есть некоторый оптимизм по поводу того, что худшее позади».

[Ира Соломонова]

https://slon.ru/posts/62029
30 декабря 2015, 20:15

Редактор раздела World Press

Президент России Владимир Путин в 2015 году управлял экономикой России хуже, чем другие ответственные за процесс. 27% экономистов, опрошенных Bloomberg, поставили главе государства единицу (F по американской шкале оценок) по экономике – это худший результат по сравнению с оценками Дмитрия Медведева, правительства, Министерства финансов и Центробанка.

«Все экономические несчастья были усилены международными санкциями, которые были наложены на Россию из-за ее политики на Украине, – пояснил старший экономист литовского отделения Swedbank Нериюс Мачюлис. – Человек, который предположительно стал этому причиной, заслуживает только единицы».

Bloomberg

В ходе опроса 22 экономистов агентство Bloomberg попросило их оценить российских лидеров и институты исходя из инструментов, которыми те располагают для управления экономикой в кризис. Из всех опрошенных только один поставил Путину пятерку. Центробанк и Минфин получили в основном четверки, кабинет министров и его председатель Медведев были оценены на три и два.

Как отмечает Bloomberg, ЦБ РФ и его глава Эльвира Набиуллина заслужили высокие оценки тем, как справились с колебаниями курса рубля и стабилизировали финансовую систему. Экономисты также отметили усилия министра финансов Антона Силуанова, направленные на сдерживание роста бюджетного дефицита. «В целом Центробанк и Минфин были наиболее эффективны и имели самые реалистичные ожидания», – считает Гунтер Дойбер, аналитик Raiffeisen Bank в Вене.

Путин же, будучи «реальным и, возможно, единственным, кто принимает решения в России» (по выражению одного из опрошенных экономистов), не сумел отказаться от перекладывания вины за проблемы в экономике на внешние силы и этим помешал ей адаптироваться к кризису.

«И в политическом, и в экономическом смысле он предпочитал разыгрывать национальную карту – то есть искать причины неудач российской экономики за границей. Вместо этого он мог бы пойти на взаимодействие в геополитике и взять курс на реформы в политике внутренней», – уверен экономист немецкого Berenberg Bank Вольф-Фабиан Хунгерланд, поставивший российскому президенту F.

По мнению аналитиков, российской экономике в новом году придется продолжить бороться с прежними проблемами. Только 9% опрошенных Bloomberg предполагают, что США снимут с России свои санкции в ближайшие 12 месяцев; при этом 52% прогнозируют начало ослабления санкций Евросоюза. Доля аналитиков-оптимистов сократилась по сравнению с ноябрьским опросом, отмечает издание: месяц назад скорой отмены санкций США ожидали 20% аналитиков, европейских – 56%.