*1113. Публикации Никиты Кричевского
 

http://www.specletter.com/ekonomika/...yh-storon.html

Автомобильное производство на ЗИЛе может быть ликвидировано
http://www.specletter.com/files/pubs...s/2146/ave.jpg
председатель экспертного совета «Опоры России»
У концепции модернизации автопрома нет ЗИЛьных сторон
Столичные власти объявили о желании превратить ЗИЛ в инновационную производственную площадку, создать на его территории учебный комплекс и построить жилье.
У концепции модернизации автопрома нет ЗИЛьных сторон 25 апреля 2011
Заместитель мэра Москвы Андрей Шаронов заявил, что один из старейших автомобильных заводов России — Завод имени Лихачева — может прекратить производство. Аргументация чиновника проста: «Чем больше машин делается, тем больше убытков». Любопытно, что совсем недавно Дмитрий Медведев требовал возобновить производство правительственных лимузинов, которыми как раз и был знаменит ЗИЛ. Видимо, желание президента страны передвигаться на отечественных VIP-автомобилях, как и судьбы рабочих завода, не столь важны для города, нежели огромная территория ЗИЛа, которую можно использовать под различного рода бизнес-проекты.

Президент США передвигается исключительно на лимузине Cadillac — гордости американского автопрома. Королева Великобритании Елизавета II ездит на Rolls‑Royce. Немецкий канцлер Ангеле Меркель выбрала марку Audi. Официальный кортеж французских президентов с 1990-х годов — Renault Safrane presidentielle. В Италии для официальных мероприятий используется Lancia Flaminia 335 с удлиненной колесной базой. Но президент и премьер-министр России вынуждены совершать поездки на Mercedes, сделанных по спецзаказу.

В советское время Завод имени Лихачева производил машины для первых лиц государства. Дело в том, что существует неписаный кодекс: руководители страны должны пользоваться автомобилями отечественного производства. Но с момента развала СССР лидеры России ездили на Mercedes, что, конечно, крайне негативно сказывалось не только на имидже нашего автопрома, но и в целом на представлении иностранцев о тяжелой промышленности страны.

В 2010 году ЗИЛ получил от Управления делами президента задание на разработку VIP-автомобилей, определив параметры, которым он должен соответствовать. После чего заводу предлагалось рассмотреть запрос и самому решить, возможно ли в нынешних условиях развития отечественного машиностроения создать требуемую модель лимузина.

Сообщений, что автогигант отказался от столь выгодного заказа, найти не удалось. Но очевидно, что если ЗИЛ закроется, президенту РФ еще долго придется ездить на немецких машинах. Ведь построить с нуля подобное производство в сегодняшней экономической ситуации чрезвычайно сложно, если не невозможно.

Однако, похоже, московские власти больше озабочены вопросами выгодного использования дорогой московской земли, чем проблемами отечественного автопрома. Мэр столицы Сергей Собянин недавно объяснил, что площадь завода «нужна городу, нужна как некая инновационная площадка, инновационное развитие, где бы концентрировалось высокотехнологичное производство, технологические центры».

И вот заместитель главы города объявил, что у правительства Москвы появилась идея создать в Нагатинской пойме крупный учебный комплекс университетского уровня, который объединит несколько вузов. Еще часть территории планируется застроить жильем и объектами общественного пользования.

Он также рассказал, что столичные власти намерены продать открытое при участии АМО «ЗИЛ» производство в Латвии и свою долю в «Автофрамосе», где производят автомобили «Рено».

Как все это можно состыковать с постоянными заявлениями и Дмитрия Медведева, и Владимира Путина о заинтересованности государства в развитии автомобильной промышленности, понять, мягко говоря, трудно.

Складывается впечатление, что сейчас главное — заявить о планируемых «инновациях», причем совершенно не важно, что под этим словом подразумевается. Какие вузы собирается объединять мэрия, зачем — никто не спрашивает. Как и то, за чей счет будут существовать, например, больница ЗИЛа, принадлежащие заводу общежития, детские сады и пионерские лагеря.

К тому же упразднение производства на ЗИЛе приведет к сокращению нескольких тысяч рабочих, что, вполне возможно, спровоцирует локальный социальный взрыв. Но, видимо, московские власти столь мелких, по их меркам, волнений не опасаются.

Комментирует Никита Кричевский, председатель экспертного совета Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России»

ЗИЛ — завод полного цикла, созданный десятки лет назад и располагавшийся тогда на окраине Москвы. Сейчас же он оказался в центре столицы. Нет смысла сохранять его в городе, когда бюджет мог бы получить намного более значительные денежные средства за эти площади.

С ЗИЛом произошло именно то, что я и предсказывал в свое время, когда на заводе наметилась смена команды. Тогда я отметил, что новые руководители будут либо ликвидировать предприятие, либо выводить его за пределы Москвы. Потому что держать сборочное производство в центре столицы самоубийственно для экономики города. Затраты несоразмерны получаемой прибыли. Гораздо легче было бы вынести производство за пределы в область. Подобный шаг имел бы экономический смысл.

С другой стороны, оборудование завода старое, изношенное. Целесообразность переноса этого оборудования за пределы МКАД и установка его на новом месте вызывает вопросы. Проще построить новый модуль, установить там, в сотрудничестве с иностранными компаниями или отечественными инвесторами, современное оборудование.

Те же рабочие места, которые потеряет город, будут быстро замещены новыми. Слухи же о том, что тысячи людей останутся без работы, сильно преувеличены. Так могут говорить люди, не знакомые со спецификой функционирования завода в последние годы. ЗИЛ практически не выпускал продукцию. Поэтому протестовать будет особо некому. Это не АвтоВАЗ, не ИЖ. Выпуск автомобилей на ЗИЛе исчислялся сотней в год.

Идея же строительства на освободившемся месте университета, жилых и коммерческих зданий — абсолютно правильная.

Материал подготовили: Мария Пономарева, Сергей Шурлов, Александр Газов

Содержание темы:
01 страница
#01. Никита Кричевский. Публикации Никиты Кричевского
#02. Никита Кричевский. Провалы правил
#03. Никита Кричевский. Загадка Набиуллиной
#04. Никита Кричевский. Четыре угрозы курсу рубля
#05. Никита Кричевский. Призрак «Майдана» бродит по России
#06. Никита Кричевский. Почему в РФ строительство дорог в 220 раз дороже, чем в США?
#07. Никита Кричевский. Ключевой элемент аграрной инфраструктуры
#08. Росбалт. Кому выгодно ослабление российской валюты
#09. Никита Кричевский. Налог на империю. Как подорожает жизнь россиян после присоединения Крыма
#10. Никита Кричевский. В ожидании санкций
02 страница
#11. Аргументы и Факты. Щи и жемчуг.18.06.2014, 21:28
#12 Аргументы и Факты. Внутренний ресурс
#13. Аргументы и Факты. Сами справимся! Какие импортные товары можно заменить российскими
#14. Независимая газета. КАРТ-БЛАНШ. БРИКС как конец неоколониализма
#15. Никита Кричевский. Импортозамещение как проверка на вшивость
#16. Никита Кричевский. Ищите под ногами. Где взять деньги для роста российской экономики
#17. Никита Кричевский. Луганский машзавод переехал в Россию
#18. Никита Кричевский. Будет в России «Утро в Америке»?
#19. Никита Кричевский. Закон мудрого пенсионера
#20. Никита Кричевский. В ожидании Назара Думы
03 страница
#21. Никита Кричевский. Проверка на прочность. 19.10.2015, 06:50
#22. Никита Кричевский. У семи нянек
#23. Никита Кричевский. На страже творчества
#24. Никита Кричевский. Остановите Глазьева!
#25. Никита Кричевский. Правительство ошиблось в пользу маленьких
#26. Никита Кричевский. Страусиная авиаполитика
#27. Никита Кричевский. Хитрые мира сего
#28. Никита Кричевский. А в это время…
#29. Никита Кричевский. Сам себе регулятор
#30. Никита Кричевский. Порядок на дорогах через "платоническую" любовь
04 страница
#31. Никита Кричевский. Русский менталитет.12.02.2016, 08:00
#32. Никита Кричевский. Повысить налоги — это справедливо
#33. Никита Кричевский. Лихие 2010-е?
#34. Никита Кричевский. О, дивный «Новый курс»!
#35. Никита Кричевский. О дивидендах: стоит ли игра свеч?
#36. Никита Кричевский. Авиахулиганов призовут к ответу
#37. Никита Кричевский. За что не любят олигархов
#38. Никита Кричевский. На алтарь развития
#39. Никита Кричевский. Монокль для зрячих
#40. Никита Кричевский. Оптимизм, основанный на реализме
05 страница
#41. Никита Кричевский. Мат в три года.21.07.2016, 03:10
#42. Никита Кричевский. Медведев “выловил” лучшую рыбу
#43. Никита Кричевский. Контракт вора с жертвой
#44. Никита Кричевский. Подоплека пенсионных изменений
#45. Никита Кричевский. О таргетировании инфляции
#46. Никита Кричевский. Налог на тунеядство
#47. Никита Кричевский. Силуанов и пустота
#48. Никита Кричевский. К назначению Максима Орешкина главой МЭР
#49. Никита Кричевский. "Роснефть" и начало падения в бюджетную пропасть
#50. Никита Кричевский. Предновогоднее
06 страница
#51. Никита Кричевский. 1988.29.12.2016, 07:37
#52. Никита Кричевский. России не нужен крепкий рубль
#53. Никита Кричевский. О Никите Исаеве и дефиците бюджета ПФР
#54. Никита Кричевский. Рубрика "Нам пишут". О строительстве Керченского моста
#55. Никита Кричевский. Госкапитализма в России нет
#56. Никита Кричевский. Среднегодовая цена на нефть в 40 долл./барр., заложенная в бюджете - фейк
#57. Никита Кричевский. 22 на 22
#58. Никита Кричевский. Страшно далеки мы от правительства и олигархов
#59. Никита Кричевский. Экономика кармана vs.Экономика нации
#60. Никита Кричевский. Торговля - друг человека
07 страница
#61. Никита Кричевский. Усманов vs. Навальный.19.05.2017, 20:11
#62. Никита Кричевский. Кудрин и его мифы
#63. Никита Кричевский. Тест на справедливость
#64. Никита Кричевский. Кто вы, противники реновации?
#65. Никита Кричевский. Паллиативная национализация Владимира Путина
#66. Никита Кричевский. Китайский вопрос
#67. Вести ФМ. "Неделя в цифрах". Никита Кричевский. 05.05.2017г
#68. Вести ФМ. "Вести ФМ". "Неделя в цифрах". Юрий Воронин. 12.05.2017г
#69. Никита Кричевский. Опасно ли теперь хранить деньги в банках?
#70. Никита Кричевский. Статистические расшифровки

214

Провалы правил
 

http://www.apn.ru/publications/article30947.htm
2014-01-27

Размышления на полях гайдаровского форума

Пятый Гайдаровский форум «Россия и мир: устойчивое развитие», с каким бы знаком не представлялись его итоги, стал очередным подтверждением правоты Нобелевского лауреата по экономике Джеймса Бьюкенена, когда-то написавшего: «Качество игры в большей степени зависит от качества ее правил, чем от мастерства игроков». Когда нет четкого понимания направлений достижения целей, тем более, альтернатив развития в рамках неосознанно, а может, сознательно неопределяемых нормативных «берегов», рассуждения обычно сводятся не к порядкам, а к констатациям. А одним из следствий отсутствия конфигурации «другого окна» становится превращение прогнозов в домыслы.

Резюме

Вполне вероятно, что многим форум запомнился тремя ключевыми моментами.

Во-первых, это выступление премьера Дмитрия Медведева, сформулировавшего «нашу самую важную задачу» как качество («Это и качество труда, и качество товаров, и качество продуктов и проектов, которые предлагаются для инвестирования, и, конечно, качество управленческих решений – в конечном счете все, что формирует качество нашей жизни»). Согласимся, вряд ли возможно обозначить зависимость между качеством как совокупностью свойств, удовлетворяющих различные потребности, и тем же экономическим ростом.

Здесь же следует упомянуть сомнительное оправдание грядущих неудач «ловушкой среднего роста доходов», статистически выведенной профессором Калифорнийского университета Беркли Барри Эйхенгрином («ловушка» была определена в 16740 долл. ВВП на душу населения в ценах 2005 г.). Эйхенгрин отмечал, что сама по себе эта цифра не может быть источником замедления роста, однако в причинах остановки, что называется, запутался: здесь и снижение производительности факторов производства, и высокая рождаемость, и значительная доля пожилых, и недооцененность национальной валюты, и даже чересчур открытая финансовая система. Для справки: в 2012 г. ВВП России на душу населения, рассчитанный по паритету покупательной способности, составил 17500 долл.

Предложенный Эйхенгрином рецепт излечения банален: рост инвестиционной активности или инвестиции – всему голова. Правда, профессор не уточнил, иностранные это инвестиции или внутренние, государственные или частные, в производственную сферу или в человеческий капитал, в сырьевые или обрабатывающие отрасли.

Некоторые воспаленные умы, окрыленные эйхенгриновским «откровением», принялись рассуждать о непомерном удорожании в России рабочей силы, ставящем заслон на пути роста производительности труда и увеличения инвестиций. И тут же угодили в другую, привычную для них ловушку некомпетентности. Если в 2013 г. средняя начисленная зарплата по экономике в целом составила порядка 30 тыс. рублей, то при отсечении доходов 10% наиболее высокооплачиваемых менеджеров и 10% работников с наименьшими доходами (такой подход представляется более справедливым), показатель средней зарплаты уменьшится до не вызывающих опасений 17-18 тыс. рублей. Если и считать этот рубеж препятствием, то лишь на пути роста уровня жизни людей.

Во-вторых, это знакомая несогласованность теоретических воззрений статусных участников. К примеру, первый зампред ЦБ Ксения Юдаева огорошила собравшихся тем, что по итогам прошлого года в России, по ее мнению, сложилась тенденция к стагфляции. Однако согласно классическому учебнику еще одного Нобелевского лауреата Пола Самуэльсона, стагфляция – это ситуация, при которой «высокий уровень безработицы (или стагнация) существует одновременно с хронической инфляцией». Ни того, ни другого в российской экономике по итогам прошлого года не зафиксировано, к тому же «диагноз» Юдаевой разошелся с «анамнезом» премьера Медведева («Бюджет сегодня сбалансирован, государственный долг и безработица – невелики, инфляция, имея в виду наши подходы к этому вопросу, находится под контролем»).

Удивительно, но позицию Юдаевой поддержал один из главных правительственных алармистов последнего времени руководитель МЭР Алексей Улюкаев, высказавшийся в том духе, что сочетание высокой инфляции и низких темпов экономического роста можно определить как стагфляцию. Однако восстановление и рост экономики могут происходить и без создания новых рабочих мест, что констатировалось в США в начале 90-х и стало одной из главных причин поражения Джорджа Буша-старшего на президентских выборах 1992 г.

В-третьих, это открытая внутриправительственная фронда. В первый день форума глава Минфина Антон Силуанов при одобрении все того же Улюкаева заявил, что вопрос о повышении пенсионного возраста подлежит новому обсуждению, поскольку без этого пенсионная система не будет сбалансирована. Впрочем, в заключительный день форума «социальный» вице-премьер Ольга Голодец напомнила, что принятая в конце прошлого года очередная пенсионная формула «закрывает» тему повышения пенсионного возраста минимум на 10 лет.

Правила

Удручающие предсказания развития российской экономики, обильно сыпавшиеся на обывателя в конце прошлого года, основывались на неизменности существующего порядка, без права на позитивные институциональные изменения. «Нострадамусы» не утруждали себя даже приблизительными прикидками финансовых результатов положительных тенденций последнего времени, таких как активизация противодействия офшорам, усиление борьбы с обналичкой или вероятное введение со следующего года прогрессивной шкалы подоходного налога. А между тем, эти прежде резервные факторы будут способствовать увеличению налоговых поступлений в бюджеты, снижению дефицита Пенсионного фонда, уменьшению оттока капитала, росту реальных доходов населения.

Все эти линии были проигнорированы и на форуме. Вместо обсуждения других необходимых новаций, общество в который уже раз услышало о многократно доказавшей социальную бессмысленность приватизации, обеспечении «профессионального роста» (о «реформе» образования ниже), прозрачности процедур получения земельных участков под строительство или о повышении эффективности работы инфраструктурных монополистов.

О комфорте предпринимательской среды для малого и среднего бизнеса (МСБ), еще одной теме форума, нужно сказать особо. В последние годы в российском МСБ работало порядка 21% всех занятых в экономике. Однако при доле оборота субъектов МСБ в совокупном обороте по экономике в целом в 27% (данные за 2011 г.), удельный вес основных средств и финансовый результат (прибыль минус убыток) «малышей» составлял всего 8%, а доля инвестиций в основной капитал – чуть больше 6% от совокупного по экономике. «Серость» для современных российских предприятий МСБ – норма жизни.

Незначительный вес МСБ в экономике (21%) по сравнению с другими странами объясняется просто – за рубежом к малым относятся компании с существенно большим порогом занятости, например, в США – до 500 человек, тогда как в России – до 100. С увеличением критерия численности автоматически возрастет и значимость МСБ. Но не покидает ощущение, что правительство носится с проблемами МСБ как с писаной торбой, ведь кому как не ему знать, что до половины доходов федерального бюджета формируют порядка 600 крупнейших компаний, а вторую половину – остальные несколько миллионов. И это не российская специфика, а текущая общемировая данность.

Дурное

Остановимся на контрпродуктивных попытках внедрения идеализированного подхода к изменениям (субъективные представления бюрократии и приближенного экспертного сообщества имеют здесь определяющее значение). Один из таких примеров – изменения в системе российского образования.

Что движет проводниками перемен? По всей вероятности, это реформирование «ради процесса» как подтверждение важности бюрократической деятельности и взятая за магистральную коммерциализация. Как писал один из идеологов образовательных нововведений Сергей Гуриев, «главная проблема российского образования в том, что его считают частью «социальной сферы», а не производственной отраслью... Как и в других отраслях, в образовании нужна рыночная конкуренция». Достигаемая, в том числе за счет образовательных кредитов как «рыночного способа достижения социальной справедливости».

Мировая, да и российская практика демонстрируют, что внедрение платных или «рыночных» способов снижения социального неравенства, на деле это неравенство лишь усугубляет, попутно трансформируясь в еще один фактор роста социальной напряженности. А образовательные кредиты можно представить как завуалированное государственное вымогательство, в условиях, когда общественная плата за предоставление образовательных услуг регулярно вносится авансом.

Рынок подразумевает отношения обмена. Что обменивается на деньги в образовательной сфере (абстрагируемся от армейской отсрочки)?

Знания? Но есть ли критерии их рыночной оценки? Нет, иначе бы платные образовательные услуги не оценивались бы кратно по-разному в вузах одного города с приблизительно одинаковым по уровню компетенций профессорско-преподавательским составом.

Бренд, вывеска? Какое это имеет отношение к знанию как к товару, выступающему объектом обмена?

Получение дополнительных навыков, в добавление к уже имеющимся? Тогда где грань между индивидуальной интеллектуальной роскошью и плохо идентифицируемыми общественными потребностями?

Продажа диплома об образовании менее талантливым членам социума? В таком случае образование из массового превращается в элитарное, доступное лишь ресурсно обеспеченным индивидам.

Выходит, что развитие платных образовательных услуг проблему повышения общего образовательного уровня (если измерять не по количеству «дипломов государственного образца») не решает. Более того, входит в противоречие с общемировым трендом всеобщего и бесплатного высшего образования для граждан развитых государств.

...Сухой остаток форума – ни правил, ни мастерства. Так, междусобойчик.

Загадка Набиуллиной
 

http://www.mk.ru/economics/article/2...biullinoy.html
Зачем Центробанк России «подставил ножку» рублю?

На прошлой неделе ослабление рубля прекратилось. «Плавная девальвация», достигшая на пике 5 февраля 7,9% с начала года, высветила малозаметную, но крайне непривлекательную роль Центробанка в очередных валютных горках.
http://www.mk.ru/upload/iblock_mk/55...__61911074.jpg
фото: Михаил Ковалев

Без сомнения, главным фактором, сыгравшим против рубля и валют развивающихся стран, стало уменьшение с $85 до $65 млрд программы финансового стимулирования американской экономики QE-3, в рамках которой ФРС США ежемесячно выкупает казначейские и ипотечные облигации. Свежие статистические данные из США оптимистичны, посему ФРС решила сбавить обороты виртуального печатного станка.

Китайские «партнеры» также подкузьмили — в конце прошлого года аналитические агентства дружно констатировали снижение деловой активности в Поднебесной. Действительно, рост ВВП Китая замедляется: по прогнозам, в 2014 г. китайская экономика прибавит «всего» 7,5% (после многих лет 10-процентного увеличения). Нарастают и финансовые проблемы, вызванные искусственно заниженным курсом юаня.

Международные валютные спекулянты всегда чутко держат нос по ветру — вот и в этот раз они быстро уловили перемену финансовой погоды. В январе случилось самое масштабное за последние пять лет падение курсов валют развивающихся стран. Если за весь 2013 г. индекс Bloomberg, отражающий динамику 20 наиболее активно торгуемых валютных пар на развивающихся рынках, снизился на 9,4%, то только за одну рабочую неделю с 20 по 24 января 2014 г. он «подсел» еще на 1,2%. Южнокорейский вон упал до самой низкой отметки за предыдущие 4 месяца, малазийский ринггит стоил меньше, чем в мае 2010 г., тайваньский доллар приблизился к двухлетнему минимуму. «Первенствовал» же аргентинский песо — его январская девальвация составила сразу 18,7%.

Определенная часть российского экспертного сообщества, признавая очевидные внешние причины, все же склонна предъявлять итоговый счет за январский обвал родному правительству, некомпетентная политика которого привела к торможению экономики, снижению сальдо внешнеторговых операций и обнулению промышленного роста. Все это так, но если бы кабинет министров совместно с Центробанком при помощи девальвации решили бы, к примеру, уменьшить бюджетные проблемы (дефицит федеральной казны составил по итогам прошлого года 0,5% ВВП), то ослабление было бы плавным и составило порядка 2–3%, да и то не сразу.

Итак, в порядке значимости: QE-3, Китай, спекулянты и «дремлющее» правительство. Но почему же столь резко?

Сегодня с уверенностью можно сказать, что в январском обвале рубля и попутном потворствовании спекулятивным заработкам, мягко скажем, не последнюю роль сыграл доблестный российский Центробанк, обязанный костьми ложиться, лишь бы рубль был устойчив. Каким способом? Вариантов немало, но, пожалуй, один из самых непыльных — кредитование в первую очередь приближенных банков под залог ценных бумаг (такие сделки именуются РЕПО, или продажа в данном случае Центробанку ценных бумаг с непременным обязательством их последующего выкупа по заранее оговоренной цене).

В самый разгар январской девальвации ЦБ провел три аукциона РЕПО сроком на 7 дней. По итогам каждого объем предоставленных краткосрочных кредитов составлял от 2,2 трлн рублей 14 января до 2,7 трлн рублей 28 января — и все это по ставке 5,5% годовых (0,1% в неделю). Кредитные организации закладывали ЦБ находящиеся в их распоряжении акции и облигации, а взамен получали безналичные рубли или ликвидность, перенаправлявшуюся по разным схемам, в том числе на валютный рынок.

В среднем по 2,5 трлн рублей за одно размещение — много это или мало? Вопрос предполагает сравнение: ровно год назад, в январе 2013 г., объем аукционов семидневных РЕПО колебался в пределах 1–1,3 трлн рублей. Без калькулятора видно, что в январе 2014 г. общая сумма предоставленных средств увеличилась приблизительно в два раза.

Напомню: плата за недельное пользование центробанковскими деньгами составляла всего 0,1% от суммы в неделю. А теперь посмотрим на хронику девальвации по датам проведения семидневных РЕПО — с 14 по 21 января рубль «усох» на 1,5%, с 21 по 28 января — на 3,1%, с 28 января по 4 февраля — еще на 1,5%. Итого только за три недели курс рубля просел с 33,12 руб./$1 на 14 января до 35,23 руб./$1 на 4 февраля, или ровно на 6%.

Сколько могли заработать банкиры, если бы все деньги, полученные на аукционах РЕПО, направляли на покупку и последующую продажу долларов? Подсчитаем (за вычетом все тех же 0,1% в неделю): с 14 по 21 января — 31,2 млрд, с 21 по 28 января — 76,8 млрд, с 28 января по 4 февраля — 37,1 млрд рублей. Итого (повторюсь, теоретически): 145,1 млрд рублей. Естественно, при условии, что каждый раз все деньги «крутились» ровно неделю, а не две или три.

Это, что называется, на круг. Сколько и кому перепало в действительности, доподлинно неизвестно. Как и то, участвовал ли ЦБ в неформальных договоренностях с крупнейшими банками.

Центробанк гневно возразит, что внимательно отслеживает валютные операции «зареповавшихся» банков. И что он строго покарал бы всех, кто решил поиграть деньгами регулятора против национальной валюты.

Отговорка для дилетантов — ни один уважающий себя банк в жизни не станет напрямую и пропорционально занятым средствам увеличивать заявки на покупку валюты. Для этого есть «дочки», «внучки» и «друзья», которым посредством межбанковского кредита можно делегировать не только презренные деньги, но и почетную обязанность подзаработать «за долю малую» на ослаблении рубля. К примеру, месячный межбанковский оборот главного сберегательного банка страны в относительно спокойном декабре прошлого года составил 244,5 млрд рублей. Не удивлюсь, если в январе даже с поправкой на новогодние каникулы этот показатель будет значительно выше.

Еще один занимательный эпизод, на который, возможно, кто-то обратит внимание в дальнейшем (или не обратит, раз рука руку моет). Перечень ценных бумаг, принимаемых к обеспечению на торгах недельными РЕПО, на каждом январском аукционе был разным. В принципе криминала в этом нет, однако не исключено, что отдельные акции и облигации, а также дисконт, с которым они принимались в залог, могли быть выгодны определенным банкам. Вдруг сегодня в наличии у той или иной «дружественной» кредитной структуры много незаложенных акций какой-нибудь компании с госучастием, а завтра — облигаций регионального правительства? Так почему бы не порадеть за «правильного человечка»?

Наконец, ответ на еще один, казалось бы, логичный вопрос: почему, несмотря на то, что 4 февраля было размещено 2,3 трлн рублей, рубль начал укрепляться с 35,45 руб./$1 по состоянию на 5 февраля до 34,60 руб./$1 на 8-е?

Вполне вероятно, что именно в те дни крупнейшие игроки сбрасывали ранее прикупленную валюту, фиксируя, таким образом, спекулятивную прибыль и перегружая дешевеющие доллары наивным простакам. Это наглядно видно по показателям внебиржевых торгов валютой: к примеру 5 февраля объем внебиржевого оборота был в 1,5 раза выше в сравнении с предыдущими днями. Не удивляйтесь, если по итогам февраля небольшие коммерческие банки зафиксируют очередное ухудшение своего финансового положения с перспективой новых проблем (вплоть до отзыва лицензий) во взаимоотношениях с мегарегулятором.

В итоге все молодцы: Центробанк, банковский крупняк, сырьевики-экспортеры и, конечно, правительство. Все, кроме российского населения, которому в ближайшей перспективе предстоит столкнуться пусть с небольшим, но все же повышением цен на продовольственный и промтоварный импорт. Вроде бы пустячок, всего-то на 4–6%, но нам доходы никто соразмерно увеличивать не собирается.

...7 февраля в Сочи торжественно открылись Олимпийские игры. В числе спонсоров — тот самый главный Сберегательный банк России, контроль над которым, напомню, находится в руках ЦБ. После успешно проведенной операции «девальвация» расположение духа у банкиров, надо полагать, приподнятое. Одно непонятно — зачем нужно было портить предпраздничное настроение всем нам?

Четыре угрозы курсу рубля
 

http://www.mk.ru/economics/article/2...su-rublya.html
Русские валютные горки

В минувшую пятницу председатель Банка России Эльвира Набиуллина впервые за долгое время провела большую пресс-конференцию. На ней глава Центробанка буквально зачитала заявление по итогам заседания совета директоров ЦБ, где, помимо прочего, содержалась попытка замаскировать потакание ЦБ январско-февральскому ослаблению рубля и завуалировать беспомощность мегарегулятора в борьбе с инфляцией. Эксперимент вряд ли можно признать удачным.
http://www.mk.ru/upload/iblock_mk/55...__91222920.jpg
фото: Максим Бурлак

В США, ЕС, Англии или Японии проведение подобных пресс-конференций вкупе с обнародованием последних решений тамошних центробанков — обычная, рутинная практика. Привлекающая, впрочем, всеобщее внимание по вполне понятной причине: руководители этих структур неформально считаются вторыми лицами в управлении экономикой. По итогам этих встреч их величества рынки, рефлексируя на тонко настроенные полунамеки статусных небожителей, либо кардинально разворачивают спекулятивные паруса, либо сонно продолжают преумножать нетрудовой чистоган.

У нас же, где важнейшие решения принимаются не в Центробанке и даже не в Минфине, а в Кремле, новый старый формат общения главы Центробанка с публикой предстает кожурой, прикрывающей плод закулисных договоренностей, сулящих сытную мякоть одним и несъедобные очистки другим...

Бесхитростное сплетение

Начнем с ослабления рубля. В заявлении Набиуллиной об этом сказано так: «На курсовую динамику в 2014 году, помимо внутренних факторов, связанных с темпом роста российской экономики, на наш взгляд, будут влиять следующие разнородные факторы: во-первых, политика ФРС и ЕЦБ, во-вторых, темпы экономического роста и риски в финансовом секторе Китая, в-третьих, ребалансировка портфелей инвесторами, в-четвертых, конъюнктура мировых товарных рынков». Не о том ли мы твердили неделю назад («Загадка Набиуллиной», «МК» от 11 февраля 2014 г.), акцентируя внимание на загадочной «ребалансировке портфелей инвесторами», происходящей не без участия главного банка страны?

Вообще-то термин «ребалансировка портфелей» применен не совсем удачно, поскольку имеет отношение к фондовому, а не к валютному рынку. Правильнее было бы подобрать фразу, синонимичную простонародному «атака валютных спекулянтов». Если же кто-то из безымянных центробанковских аналитиков возразит, что фондовые инвесторы вкладываются в инструменты валютного рынка, предмет обсуждения сузится до динамической, читай — по обстановке (в противовес статической, например, раз в год), ребалансировки, что в нашем случае будет означать все тот же наскок на рубль. Противостоять которому по закону должен как раз Центробанк.

Еще один вопрос — кто они, эти «ребалансирующие» портфели инвесторы? Мифические соросы с баффетами, случайные банковские аферисты, рискующие деньгами вкладчиков, или входящие в правящий клан главные сберегательные банкиры? Сдается, каждой твари по паре, однако результаты вычисления доли каждой «твари» в совокупной 8%-ной девальвации с начала года, а также разбор полетов ЦБ в моменты наибольших провалов пусть на глазок, но в заявлении Набиуллиной должны были присутствовать. Не потрудились? Тогда это не Банк России, а бухгалтерия ЗАО «Россия». Хорошо-хорошо, финансовая служба.

Вполне вероятно, что если бы в январе этого года ЦБ ужесточил порядок предоставления краткосрочной ликвидности банковскому сектору (прежде всего через сделки РЕПО), которая кружными путями быстро оказывалась на валютном рынке, в конце января курс доллара был бы порядка 34 рублей. А нынче, как вы увидите ниже, занял бы прежние позиции.

Насчет возврата курса. Нам навязчиво приводят в пример ослабление национальных валют Аргентины, Турции или Казахстана, где девальвация достигала 20%. Лукавое сравнение. Сопоставлять нужно с Южной Кореей, Малайзией или Индонезией, в начале года также подвергшихся грабительскому набегу спекулянтов. К 15 февраля южнокорейская вона, в моменте проседавшая на 2,3% (здесь и далее — к доллару), практически восстановилась. Как, кстати, и турецкая лира. Малазийский ринггит, в конце января также испытывавший сложности (ослабление доходило до 1,5%), нынче тоже практически здоров. Наконец, индонезийская рупия, к концу января потерявшая 2,9% стоимости, сегодня даже укрепилась!

Выходит, врет Центробанк? Похоже, что да. По крайней мере, из всех перечисленных Набиуллиной причин негативной курсовой динамики (политика ФРС и ЕЦБ, темпы экономического роста и финансовые риски Китая, ребалансировка инвестиционных портфелей, конъюнктура мировых товарных рынков) нынче отыграны все. За исключением тех самых «инвесторов», точнее — внутрироссийских спекулянтов, что и поныне таятся за скобками. Если б не они — повод для этой заметки был бы иной.

Здесь же нужно сказать о «внутренних факторах», также, по мнению ЦБ, повлиявших на курс. В январе этого года отрицательной динамики не было, скорее наоборот: экономика страны худо-бедно, но растет, мировые цены на нефть (а значит, стоимостные показатели сырьевого экспорта) практически не изменились, а профицит бюджета страны в январе составил заоблачные 9,3% ВВП.

Что же мешает курсу, хотя бы для сохранения центробанковского лица, восстановиться до прежних плюс-минус 33 руб./$1, по аналогии с большинством других стран? Наиболее очевидная версия, несмотря на всю ее конспирологическую загадочность, — сочинская Олимпиада.

В финансировании и подготовке Сочи-2014 принимали участие практически все крупнейшие финансово-промышленные группы, причем не только госбанковскими, но и собственными средствами. Очевидно также, что после окончания Олимпиады, как на днях заметил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, «для частников будет очень тяжело «отбивать» деньги». Вряд ли тот же ВЭБ пойдет на существенную реструктуризацию или отсрочку по «олимпийским» кредитам. Вполне возможно, что девальвация призвана частично покрыть олигархические затраты, а основные суммы поиздержавшиеся «частники» будет возвращать за счет, по выражению Пескова, «успешного менеджмента».

Счет насчет счета

В России уже всем, включая Центробанк, ясно, что инфляция у нас носит не монетарный (денежный), а внеэкономический, прежде всего монопольно-коррупционный характер. Основные черты которого утверждаются не в правительстве или ЦБ, а все в том же Кремле. Посочувствуем Набиуллиной — вероятно, понимая, что ничего сделать не может, она вынуждена любыми сказками убаюкивать взбудораженное общество.

Как и в эпизоде с ослаблением рубля, получается не очень. Сопоставьте две цитаты из пятничного заявления председателя Центробанка. Первая: «...наблюдаемые тенденции в российской и мировой экономике свидетельствуют о наличии предпосылок к постепенному замедлению инфляции в России». Вторая: «Вместе с тем существуют высокие риски превышения цели по инфляции. Они связаны с так называемыми «вторичными эффектами» временного роста цен на отдельные товары и обесценения рубля, а также с динамикой инфляционных ожиданий».

Как видно, «предпосылки» к постепенному замедлению инфляции присутствуют, но и риски высоки. Как видно, при любом раскладе «прогноз» Набиуллиной окажется верным.

Тем не менее Центробанк начеку и полон решимости: «Если проинфляционные факторы начнут оказывать влияние на цены широкого набора товаров и услуг и на ожидания населения… мы готовы ужесточить денежно-кредитную политику».

Какими способами? Базовых направлений два: повышение ключевой ставки Банка России (по ней оплачивают ликвидность коммерческие банки), ныне составляющей 5,5% годовых, и сжатие (сокращение) денежной массы, или, упрощенно, количества денег в экономике.

И тот, и другой варианты в условиях, когда инфляция является в основном неденежным феноменом, для ЦБ тупиковые. В первом случае (ключевая ставка будет расти) завоют банкиры и коммерсанты, так как кредиты подорожают, во втором (предложение денег уменьшится) — вознегодует общество, поскольку деньги станут дефицитом, зарплаты и пенсии начнут задерживаться, а государственные обязательства — сокращаться. В итоге призрачный экономический рост сдуется окончательно.

Замечу, что все это мировой экономической теорией описано многократно: от американской стагфляции (высоких инфляции и безработицы) в начале 80-х до российского дефолта 1998 г. Но мы упертые и вновь готовы наступать на всем известные грабли.

Одно можно сказать точно: ни в Центробанке, ни в Минфине, ни в Кремле никто не знает, какими будут курс рубля и показатель инфляция не то что в конце года, но даже через несколько месяцев. Зато всюду происходит «динамическая ребалансировка». Как бюрократических портфелей, так и воздуха за надутыми щеками.

Призрак «Майдана» бродит по России
 

http://www.mk.ru/economics/article/2...po-rossii.html
Семь украинских уроков для отечественной экономической политики

Российский истеблишмент после украинской конституционной катастрофы пребывает в ступоре. Не дело экономиста вторгаться в малознакомые ему политические, геостратегические или правовые области. Вместе с тем профессиональная марксистская убежденность автора «МК» в том, что экономика — базис, а все остальное — надстройка, подтолкнула его к изложению набросков оригинальной «дорожной карты», цель которой — увести российское общество прочь от украинской пропасти.
http://www.mk.ru/upload/iblock_mk/55...__99324676.jpg
фото: РИА Новости

Национальная идея

Негоже присваивать себе лавры оскароносного небожителя и моего тезки Михалкова, но, может, мои пять копеек кому-нибудь пригодятся. Национальная идея для русских всегда называлась «справедливость». А справедливость для нас, «дорогой Никита Сергеевич», во многом эквивалентна честности.

Российская экономика, да что там — все общество погрязло во лжи. Забракуем банальный стеб над псевдоинтеллигентным призывом «не врать и не воровать», подойдем к приближению справедливости прагматично: мода и первенство во всеобщем вранье во все времена принадлежали государству. С него (с себя) и начинать.

По чуть-чуть. Большего людям пока не нужно. Рискните — и вы увидите, как весенние дуновения свежего ветерка правды станут одним из главных факторов общего улучшения экономического климата.

Коррупция

Речь, конечно, не о представителях первого эшелона клана посвященных («Неприкасаемые», «МК» от 8 октября 2013 г.), не надо призывать к пересмотру фундаментальных понятийных устоев. Но, скажем, на днях закончилась Олимпиада в Сочи, финансовые нарушения при подготовке к которой общеизвестны. Уже в марте следует инициировать появление первых сочинских коррупционеров, судебные слушания по уголовным делам которых должны стать новым общественным мейнстримом. С задействованием всех известных медиарупоров.

Дальше. Народ жаждет посадок, а к настроениям людей следует прислушиваться. Зарвавшиеся региональные персонажи, мнящие себя «элитой», станут показательными пугалами, с одной стороны, и очистителями экономического воздуха — с другой.

Кроме того, будут полезными отставки в губернаторском корпусе (пока экономика в относительно устойчивом состоянии), сопряженные с последующей ротацией части сенаторского и, при необходимости, депутатского корпуса, а также уголовное преследование чиновников, нарушивших нормы о доходах и имуществе.

И, конечно, назрела череда почетных отставок в руководстве некоторых сырьевых и инфраструктурных монополий. Эти люди, без сомнения, будут по-прежнему денно и нощно трудиться на благо Родины, но на новых руководящих постах, в тех же в вузах или общественных организациях.

Экономические свободы

То, что с соблюдением важнейших экономических прав индивидуумов в России швах — факт неоспоримый. Однако данный пункт ориентирован не на «многострадальный» малый бизнес, а, как это ни парадоксально, на общественное признание (легитимацию) существующего экономического порядка, к примеру, снижение градуса социального недовольства итогами ельцинско-чубайсовской приватизации.

Принятие формальных и неформальных прав клановой собственности начинается со встречного движения — постулирования незыблемости индивидуальной собственности: гаражика, садового домика, собачей будки. А еще с соблюдения базовых социальных прав: от нормализации взаимоотношений с правоохранительными органами до соблюдения покоя и тишины в ночное время.

Идеология

Экономической идеологии в России нет. Есть псевдолиберальные мантры окопавшихся во власти, госкомпаниях или в вузовском образовании гайдаровских последователей, прочитавших в трудах экономических классиков разве что введения. Консерватизм, традиционализм как доминанты исконно русского экономического порядка псевдонаучными охранителями либерал-коррупции первой волны отвергаются начисто. А потом все удивляются, почему экономика в стагнации. Ах да, простите, Ксения Юдаева, в стагфляции.

Разработка и публичное обсуждение некоторых положений новой экономической идеологии — процесс долгий и трудоемкий. И основной затычкой в нем будет не недостаток финансирования, а отсутствие креативных координирующих мозгов. А пока суд да дело, полезным станет проведение нескольких вызывающих безусловную социальную поддержку быстрых социально-экономических реформ и контрреформ в общественном секторе, например, в сфере обеспечения многодетных жильем, отмены некоторых образовательных стандартов-новоделов, отправление «на доработку», а по сути, в забытье постановлений о введении социальных норм потребления электроэнергии.

Сочи

Стоны поиздержавшихся олигархов, а также сомнения в дальнейшем использовании многочисленных объектов, возведенных к Олимпиаде, подвигают к поиску нетривиальных вариантов решения нарастающей проблемы.

Власти следует учредить в равнинной части олимпийского кластера (затраты на горно-курортный участок пусть отбивает «эффективный менеджмент») помимо собственно спортивного еще и медико-оздоровительный комплекс. С использованием возведенных олигархами гостиниц, апартаментов, физкультурных центров и прочих домов приемов в качестве круглогодичных детских оздоровительных лагерей, клиник, санаториев для социально незащищенных граждан.

Известно, что финансирование Сочи-2014 в значительной мере осуществлялось за счет кредитов, «доля малая» которых была распихана по нужным карманам уже на старте. В то же время «капитаны бизнеса», нынче требующие кредитных каникул, налоговых преференций и прочих «ласк» (девальвации, как видно, мало), рассматривают сочинскую кампанию исключительно как коммерческий, а не социальный проект. Пусть о детках и недееспособных позаботятся, а бюджет компенсирует их хлопоты в течение, скажем, лет двадцати. Ничего, за присущую им сладкую жизнь тоже нужно платить.

Порядок

Речь идет об экономическом, точнее, финансовом порядке. Есть проблемы с наполнением бюджета? Средств на непроизводственную сферу не хватает? Пенсии маленькие? Нужны тотальная административная зачистка сектора незаконных финансовых операций (прежде всего ликвидация обналички), максимальное налоговое ограничение операций с офшорами, резкое ужесточение валютного контроля, преследование финансовых спекулянтов (хотя бы той мелочевки, что не связана с кланом «неприкасаемых»).

Последнее особенно актуально в эти дни, поскольку приостановит девальвацию рубля. Если, конечно, находящиеся у финансового руля господа понимают, что обесценение национальной валюты влечет неизбежный рост потребительских цен, за которым необходимость увеличения зарплат и раскрутка полноценной инфляционной спирали. А также стремительный рост социального недовольства.

Коварство

В институциональной экономике под коварством следует понимать оппортунистическое поведение. Конституционное предательство Януковича густо замешено на коварстве его донецкого олигархического окружения, главной задачей которого стало сохранение награбленного. Стоило США и ЕС всего лишь намекнуть о заморозке финансовых и имущественных активов, как донецкие, прежде отжавшие все мало-мальски значимые центры прибыли и рассадившие своих людей в региональных администрациях, моментально «поплыли». Там, где деньги, — всегда предательство, и история с Януковичем — очередное тому доказательство.

Почему в РФ строительство дорог в 220 раз дороже, чем в США?
 

http://www.aif.ru/money/article/36759

Вот так осваивают дорожные деньги.

Автор:
«Аргументы и факты»

Статья «Асфальт из чёрной икры, или Почему в РФ строительство дорог в 220 раз дороже, чем в США?» из номера:
АИФ №32
от 11 августа 10

В последние годы на дорожное хозяйство ежегодно выделялось около 300 млрд руб. С этого года повышен транспортный налог, во многих регионах запущены проекты платных дорог. В коня ли корм?

Не так давно один высокопоставленный чиновник Минтранса бесстыдно доказывал, что стоимость строительства двух схожих дорог в Центральной России может различаться в 20 раз! Выходит, сколько денег ни дай - всё мало будет. Иностранцы, узнав, сколько стоят дороги в России, падают в обморок - наверное, русские свои автотрассы не асфальтом, а икрой покрывают! Причём чёрной. Мы же, привыкшие ко всему, лишь уныло пожимаем плечами: воруют. Народ особых изменений к лучшему не видит, зато в Минтрансе и в статистической отчётности всё тип-топ.
Шантаж?

Если вы откроете сборник Росстата с итогами 2009 г., то с удивлением обнаружите, что в прошлом году общая протяжённость российских автодорог с твёрдым покрытием увеличилась аж на 22 тыс. км! Причём произошло это за счёт прироста автодорог местного значения. Странно, не правда ли? В стране бушевал кризис, большинство муниципалитетов не могли свести концы с концами, и вдруг такой прорыв!

Для сравнения: американцы ежегодно строят порядка 2 тыс. км автотрасс, европейцы - чуть больше 3 тыс. км, китайцы - почти 6,5 тыс. км. Однако если взять суммарные расходы на дорожное хозяйство нашей страны за прошлый год (9,8 млрд долл.) и разделить их на среднюю стоимость строительства 1 китайского километра, то получится, что построить мы могли всего лишь чуть больше 4 тыс. км. А ведь есть ещё расходы на содержание, ремонт, модернизацию автотрасс, великие стройки Сочи и Владивостока наконец. Не иначе как транспортники включили в общий показатель все грунтовки, подъезды к садовым товариществам и лесные ухабы?

Недавно Минфин дал понять: в госбюджете финансовая дыра почти в 30% обязательств, а потому всё, чем богаты дорогие дорожные строители, - это 100 млрд руб. в год, и точка! Что тут началось! Оказалось, что этих денег не хватит ни на что, хотя по прошлому году расходы на дорожный ремонт составили чуть больше 66 млрд руб. Но то было в прошлом году, а в будущем с такими «крохами» не видать нам ни ремонтов, ни новых дорог. Что это, если не откровенный шантаж?
А смысл в чём?

Но самое интересное, что на этот шантаж поддались. 27 июля объявили об официальном одобрении создания дорожных фондов. Фондов, некогда уже существовавших в России и ликвидированных по причине массовых хищений и растрат. Теперь нам предлагают сыграть в ту же игру ещё раз, причём правила, судя по всему, остаются прежними. По крайней мере, никаких слов об ужесточении контроля или о внедрении новых технологий дорожного строительства мы не услышали. За счёт каких источников будут наполняться федеральный и региональные дорожные фонды? За счёт наших кошельков, конечно, - в бюджете-то денег нет. В ближайшие 3 года топливные акцизы вырастут на 3 руб., по схеме 1 год - 1 руб. В переводе на русский это означает, что через 3 года бензин и солярка гарантированно станут дороже в среднем на 5 руб. за литр. И это без учёта инфляции, роста затрат топливных производителей и колебаний на мировом нефтяном рынке.

Робкие надежды автовладельцев на отмену транспортного налога рассеялись как утренний туман: налог на владельцев транспортных средств - региональный налог, а в бюджетах территорий дыра не меньше, чем в федеральной казне. И пусть базовая ставка налога будет снижена вдвое, а для владельцев машин мощностью менее 150 л. с. налог может быть отменён вовсе, принятие решения, а с ним и народный гнев почётно делегированы региональным властям. Зато планов у дорожников вновь громадьё. Например, министр транспорта И. Левитин заявил, что на деньги дорожных фондов к 2015 г. до нормативного состояния будет доведено целых 45 тыс. км дорог из 776 тыс. км дорог с твёрдым покрытием. Кроме того, за предстоящие 4 года планируют построить 10 тыс. км региональных дорог и 4 тыс. км федеральных трасс. Мол, будет вам европейское качество, можете не сомневаться.

Однако вряд ли при существующей материально-технической базе и безмерных дорожно-строительных аппетитах красивые министерские сказки станут реальностью. Если только тех же китайцев позовём, а так, скорее всего, не осилим. Нет, деньги будут освоены полностью, только результат по разным и, как всегда, объективным причинам будет скорректированным, скорее всего, сильно в меньшую сторону. А это значит, что денег на бензин и починку любимых «железных коней» мы будем тратить больше, автомобиль из средства передвижения постепенно превратится в роскошь, а сами дороги так и останутся извечной российской бедой.

В последнее время ситуация в дорожной отрасли страны будоражит умы и простых автомобилистов, и правительственных бухгалтеров, и руководителей государства. Первые виртуозно уворачиваются от ям и колдобин, вторые судорожно придумывают схемы финансирования, третьи тщетно призывают привести технологии и стоимость строительства дорог в соответствие с международными стандартами. Плохо всем. Хорошо лишь дорожникам, думающим в основном об обеспеченной старости да о безбедном существовании своих отпрысков. За счёт наших, заметьте, налогов.

Стоимость строительства 1 км автодорог

Страна

Примерная общая сумма затрат на 1 км (руб.)

Европа

Автобан в восточных землях Германии

200 млн

Автобан в Германии (в среднем)

320-440 млн

Чехия (автобан между Дрезденом и Прагой)

368 млн

США

Дорога М6 South Beltline, Мичиган, 64 км

75 млн

Дорога SR-125, Сан-Диего, Калифорния, 50 км

165 млн

Дорога Route 87 Сан-Хосе, Калифорния, 30 км

225 млн

Россия

Трасса «Краснодар - Новороссийск»

794 млн

Новая кольцевая автодорога в Московской области

673млн

Первый участок трассы «Москва - Санкт-Петербург» с 15-го по 58-й км

1млрд 540 млн

«Западный скоростной диаметр», Санкт-Петербург

4 млрд 341 млн

Участок 4 ТК от ш. Энтузиастов до Измайловского ш., Москва

16млрд 500 млн

Расчёты автора на основе публичных данных
410

Ключевой элемент аграрной инфраструктуры
 

http://www.ng.ru/regions/2014-03-12/5_selhoz.html
12.03.2014 00:01:00

Россельхозбанк повышает эффективность своей деятельности
главный научный сотрудник Института экономики РАН, доктор экономических наук, профессор.
http://www.ng.ru/upload/iblock/45b/agro-t.jpg
Фото Reuters

Экономический рост достигается за счет увеличения производительности всей совокупности факторов: ресурсов, средств производства, труда, компетенций и, конечно, инфраструктуры. В последней, наряду с энергетикой, транспортом или информацией, важнейшее значение придается финансовой составляющей. В российской сельскохозяйственной отрасли фундаментом финансовой инфраструктуры является Россельхозбанк – универсальная кредитная организация, сфера деятельности которой начинается с комплексного обслуживания жителей села, предприятий агропромышленного комплекса со смежными секторами и заканчивается реализацией государственной политики в национальном сельском хозяйстве.

Безальтернативность развития единственного в России аграрного банка сегодня понятна всем. По предварительной оценке Росстата, при росте ВВП на 1,3% увеличение сельхозпроизводства составило в 2013 году 3,2%, уступив по положительной динамике лишь традиционно лидирующему финансовому сектору (12,0%) и «родственному» рыболовству и рыбоводству (3,8%). Замечу, что в 2012 году аграрный сектор, а также сфера коммунальных, социальных и персональных услуг стали двумя отраслями национального хозяйства, где был зафиксирован абсолютный спад производства (соответственно 97,1% и 96,6% от уровня предыдущего года).

Статистика свидетельствует: в 2013 году сельхозпроизводители продемонстрировали лучшую производственную динамику среди всех отраслей реального сектора экономики, и в значительной степени это произошло благодаря повышению эффективности работы РСХБ. Второе утверждение основывается не только на статистических выкладках, но и заключении российского правительства, отметившего, в частности, что в 2013 году 48% всех кредитов российскому АПК были предоставлены РСХБ.

В 2013 году при качественном и взвешенном подходе к кредитованию, росте эффективности инвестиционных операций и снижении удельного веса просроченных ссуд кредитный портфель банка вырос до 1,3 трлн руб., или почти на 15%. При этом более 80% выданных кредитов составили ссуды сельхозпредприятиям, из которых 55% – ссуды малому и среднему агробизнесу.

Возвращаясь к статистике, нужно сказать, что в 2013 году один из основных показателей, характеризующих динамику национальной экономики, – сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) организаций – в сельском хозяйстве снизился до 57,4% от уровня 2012 года, притом что сальдо прибылей и убытков по экономике в целом уменьшилось лишь до 85,7%. Как видно, спад финансовых показателей в сельскохозяйственной отрасли глубже, чем по экономике, что, в свою очередь, предопределяет снижение инвестиционной деятельности, осуществляемой за счет собственных средств, и рост потребности сельхозпредприятий в кредитах и займах. В новых непростых условиях заменить РСХБ как важнейший инфраструктурный оплот государства на селе, по сути, нечем.

Выше уже говорилось, что на долю банка приходится без малого половина всех выданных сельхозпредприятиям России кредитов. Однако мало кто знает, что РСХБ традиционно кредитует более 70% объема сезонно-полевых работ. В 2013 году по этому направлению аграриям была оказана кредитная поддержка в объеме более 229 млрд руб. по ставкам от 9 до 10,75% годовых, притом что комиссии за выдачу и обслуживание кредитов банком не взимаются. Вряд ли кто-то еще из российских банков сможет предложить подобные конкурентные условия кредитования селян.

К сказанному добавлю, что РСХБ обладает второй после Сбербанка филиальной сетью, объединяющей 1600 точек продаж банковских продуктов. В 2013 году охват территорий страны офисами банка составил 82% (к 2020 году данный показатель будет доведен до 90% при росте совокупного количества точек продаж банковских продуктов до 3060), а клиентская база РСХБ превысила 4,5 млн предприятий и частных лиц.

Еще один вывод по итогам анализа статистики. Предварительные данные Росстата выявили неприглядный факт: если снижение прибыльности аграрного сектора было меньшим по сравнению, к примеру, с обрабатывающими производствами, железнодорожным и прочим сухопутным транспортом, то рост убыточности стал одним из самых крупных среди всех отраслей. Впереди у организаций, зафиксировавших убыток, либо оздоровление, либо банкротство. В любом случае финансовый крах сельхозпредприятия чаще всего приводит к ликвидации хозяйства, распродаже земель и имущества и, как правило, к росту импорта в данном сегменте продовольственного рынка.

В прошлом году на снижение финансовой устойчивости аграрного сектора одновременно повлияло несколько факторов. Во-первых, четвертая за последние пять лет засуха в девяти регионах Центральной России и катастрофическое наводнение в семи регионах Дальнего Востока, во-вторых, ряд эпидемий африканской чумы свиней, в-третьих, несовершенство механизма доведения до конечных получателей государственных средств, предназначенных для субсидирования процентной ставки.

Несколько слов об увеличении импорта. В росте объемов международной торговли, особенно в рамках ВТО, на первый взгляд нет ничего предосудительного, если бы не два негативных обстоятельства. Первое – чрезмерное увлечение продовольственными поставками из-за рубежа может поставить под угрозу продовольственную безопасность страны как часть национальной безопасности. Второе – в свете вероятного осложнения экономического сотрудничества со странами ЕС и США и необходимости переориентации продовольственного импорта на другие страны вопрос развития российского аграрного сектора из экономического переходит в разряд стратегических.

Положительной тенденцией в работе РСХБ следует признать и опережающее развитие банковской розницы. Одним из наиболее явных подтверждений качества этого направления стало увеличение в 2013 году общего объема привлеченных средств населения на треть, а кредитного портфеля физических лиц – на четверть (объем кредитования предприятий вырос на 13%, притом что активы банка возросли на 15%). Процесс дальнейшего роста банковской розницы будет зависеть от скорости развития филиальной сети и, конечно, от расширения спектра банковских продуктов: от платежных карт до ипотеки как важнейшего фактора социального развития села.

Россельхозбанк как ключевой элемент российской аграрной инфраструктуры нуждается в повышении эффективности своей деятельности. Итоги прошлого года показывают: руководство банка взяло верный курс, что отмечается и руководителями государства, и экспертным сообществом, не говоря уже о самих аграриях. Качество финансовой инфраструктуры села определяет качество экономического роста всей сельскохозяйственной отрасли. Сегодня это подтверждается цифрами, завтра должно стать заметным на прилавках.

http://www.rosbalt.ru/main/2014/03/14/1232507.html
Росбалт, 14.03.2014 15:41
http://img.rosbalt.ru/photobank/c/4/...jqnVNT-234.jpg
С начала года курс рубля снизился более чем на 10%, а события вокруг Крыма лишь обострили игру спекулянтов. Кому выгодно ослабление российской валюты, что будет с ценами, и как возможное присоединение Крыма отразится на рядовых россиянах? На эти и другие вопросы читателей "Росбалта" ответил известный экономист, доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский.

Сергей:Не является ли последняя девальвация рубля, проводимая Центробанком и правительством, завуалированной поддержкой обесценивающегося американского доллара?

Н.К.: Нет, не является. Масштабы российской и американской денежных систем несопоставимы. Это видно хотя бы из сравнения денежной массы России и США. В России на начало 2014 г. в пересчете на доллары она составляла приблизительно $960 млрд, в США — более $11 трлн. Если же сравнивать по размерам экономик, то в России экономика порядка $2 трлн, а в США — $16 трлн. Даже исходя из этих данных, ни о какой поддержке американского доллара не может быть и речи.

Помимо этого, любая валюта — отражение экономического потенциала страны, а ее курс определяется проводимой в той или иной стране денежно-кредитной политикой. Наконец, доллар является ведущей мировой резервной валютой, а российский рубль не имеет даже статуса свободно конвертируемой. Так что говорить о какой-либо поддержке американского доллара за счет российского рубля — несерьезно.

Игорь: Кому кроме трейдеров нужны колебания курса национальной валюты? Не проще ли жестко привязать курс к доллару? Или хотя бы плавно девальвировать в соответствии с реальной инфляцией?

Н.К.: Трейдеры — это торговые посредники. Их интересует оплата их услуг. Они в любом случае получают свою маржу, совершают ли они покупку или продажу. Когда-то они покупают больше иностранной валюты, когда-то покупают рубли. Это зависит от интересов покупателей, а трейдеры являются лишь посредниками.

Если же говорить о субъектах влияния на курс национальной валюты, то это прежде всего Минфин, ответственный за формирование федерального бюджета. А поскольку половину бюджета формируют нефтедоллары, ослабление национальной валюты автоматически означает увеличение поступления рублей в бюджет (при условии, разумеется, что цена на нефть остается неизменной). В случае, если цена на нефть снижается, Минфин и ЦБ, регулирующий устойчивость национальной валюты, сталкиваются с необходимостью дополнительного ослабления рубля, либо о поддержке курса за счет международных резервов. Так что если уж говорить о привязке современного рубля к какому-нибудь другому активу, то это привязка не к доллару, а к баррелю.

Практика привязки к доллару существует в некоторых азиатских и латиноамериканских странах, экономики которых незначительны. Среди крупных экономик такая схема была реализована, например, в Аргентине, но из-за слабости национальной экономики привела к тому, что внутренние обязательства Аргентины существенно росли, финансировались они за счет внутренней эмиссии, а внешние обязательства стали объектом игры спекулянтов. Аргентина не смогла собрать достаточно налогов для удовлетворения внутренних и внешних обязательств, что привело к масштабному экономическому кризису, от последствий которого это государство не может избавиться по сей день.

Для России привязка к американскому доллару или евро тоже является непродуктивной. Центробанк будет вынужден всеми доступными средствами поддерживать паритет по отношению к выбранной валюте, якорю, а в случае ухудшения ситуации со сбором налогов или поступлением валюты – расходовать международные резервы. В "привязанный" рубль будут активно вкладываться спекулянты, хотя бы по той причине, что проценты по рублевым активам существенно выше, чем, например, по долларовым. И когда станет очевидным негативный перекос в бюджетной и налоговой сфере, иностранцы начнут выводить вложения, требуя обменивать рубли по фиксированному к доллару или евро курсу, что неминуемо повлечет расходование средств международных резервов. В итоге страна по аналогии с 1998 годом, вполне возможно, будет вынуждена объявить дефолт. Кстати говоря, подобная практика — привязки рубля к доллару — уже наблюдалась в России во второй половине 1990-х. Тогда был установлен "валютный коридор" для того, чтобы вселить уверенность в иностранных спекулянтов. Итог известен.

Артур Маилян: Поможет ли девальвация рубля отечественному производителю?

Н.К.: Если это производитель, продукция которого ориентирована на экспорт (а это преимущественно сырьевые экспортеры), — поможет. Потому что у него выручка в долларах, а затраты в рублях. Соответственно, в иностранной валюте затраты снизятся, а долларовая выручка останется прежней.

Что же касается производителей, ориентированных на внутренний рынок, то девальвация рубля им, конечно же, невыгодна. Хотя бы потому, что оборудование для производства товара закупается за рубежом. Кроме того, растут издержки внутри России, неформально привязанные на курс иностранной валюты.

И третье: из-за падения платежеспособного спроса покупателей будет снижаться реализация.

Сергей: ЦБ и правительство очень пристально следят за показателем инфляции. Стоит ли удерживать инфляцию в рамках 6-6,5%, или не критично будет довести ее до 10-15%? И будет ли падение экономики при этом?

Н.К.: Инфляция в России носит преимущественно немонетарный характер. Это значит, что инфляция определяется не денежными критериями, а, например, ростом тарифов естественных монополий, которые автоматически перекладываются в конечные цены и тем самым влияют на уровень инфляции в стране. Если заморозить тарифы, то цены будут расти медленнее, а может, не будут увеличиваться вовсе.

С учетом произошедшей с начала года девальвации рубля, которая достигла уже 10%, а также повышения цен сырьевыми производителями, к примеру, того же топлива, говорить о том, что годовая инфляция будет в районе 6-6,5%, нельзя. Реальная инфляция будет существенно выше. Кроме того, ЦБ лишь на словах заявляет, что будет бороться с инфляцией, но на деле не имеет существенных инструментов для подавления роста цен.

Вера: Если Крым присоединится России, ожидать ли крымчанам повышения заработных плат и пенсий? Не приведут ли такие расходы к дальнейшему ослаблению рубля?

Н.К.: Зарплаты выплачиваются предприятиями исходя из их возможностей. Что же касается бюджетников, то их фонд оплаты труда финансируется исходя из утвержденных бюджетных статей. Пока говорить о том, из каких источников пойдет финансирование, еще рано, подождем, что скажет наш Минфин.

Источником финансирования трудовых пенсий являются страховые выплаты занятого населения. Если будет присоединение Крыма, то более чем миллион занятых в экономике жителей Крыма будут платить пенсионные взносы в бюджет российского Пенсионного фонда, в том числе за счет этих денег будут выплачиваться пенсии крымским пенсионерам. При этом пенсионное обеспечение в Крыму будет попадать под соответствующее российское законодательство, в котором четко зафиксирован механизм индексации. Поэтому никакого ухудшения материального положения "традиционных" российских пенсионеров при присоединении Крыма к России не будет.

Павел: Как правительству стимулировать экономический рост? Экономика находится в стагнации, рубль "валится", население нищает, а такое впечатление, что правительство не работает.

Н.К.: Это впечатление не только Павла. Обсуждение инструментария стимулирования роста может занять много времени, и мы не уложимся в формат "Интерактива". Если говорить коротко, то экономический рост состоит из трех частей. Первая — накопление физического и человеческого капитала, а это значит, прежде всего, инвестиции, причем, внутренние, а также образование. Вторая часть — производительность факторов производства: природных ресурсов (земли, полезных ископаемых), средств производства (машин, оборудования, зданий, сооружений), инфраструктуры (транспорт, информация, энергетика), финансового капитала (кредит и ценные бумаги) и, конечно, труда. Третья часть — повышение эффективности институциональной среды, прежде всего, госрегулирования. Так что экономический рост многогранен.

Как мне представляется, у сегодняшнего правительства нет понимания, за счет чего можно повысить экономический рост. Это происходит, в том числе, из-за того, что у правительства нет теоретической поддержки со стороны ученых-экономистов. Экономическая наука в России деградирует.

Сложность нынешней ситуации заключается в том, что внутренние факторы в России не способствуют экономическому росту, а внешние факторы – не позитивны, как раньше, не нейтральны, как еще год назад, а негативны.

Впрочем, сказанное не значит, что нынешнее правительство нужно срочно отправить в отставку. Правительство — это чиновники, которые имеют определенные рамки своей компетенции. Они готовы работать и работать, но в условиях, когда у них нет реальной, а не бутафорской стратегии, вынуждены совершать ошибки. Если правительству будет предложена реальная концепция развития российской экономики, думаю, оно будет в состоянии действовать достаточно эффективно в рамках новых установок. Сегодняшние установки лживые и фальшивые, отсюда все беды.

Налог на империю. Как подорожает жизнь россиян после присоединения Крыма
 

http://www.mk.ru/economics/article/2...ya-kryima.html
На рост цен косвенно повлияет деофшоризация

Соцопросы поражают: 62% россиян патриотично желают закрыть «Макдоналдсы» — и одновременно 62% россиян прозаично озабочены ускоряющейся инфляцией. Коль скоро санкции против нас объявлены и, вероятно, будут расширяться, а дела в экономике, мягко скажем, не ахти, как долго мы сможем жить победной эйфорией?
http://www.mk.ru/upload/iblock_mk/55...__57907128.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Беспрецедентный в истории период экономического роста нулевых закончился и вряд ли в обозримой перспективе повторится. Даже Китай, лидер среди формирующихся экономик по темпам экономического развития (среднегодовой прирост экономики Поднебесной в 2000–2012 гг. по подсчетам Всемирного банка, составил 10,6% ВВП), в 2013 г. показал «скромные» 7,6%, а в этом году и вовсе мечтает лишь о 7,5% ВВП. Что уж говорить о нас, и в «лучшие» годы особо не блиставших (в 2000–2012 гг. наша экономика росла в среднем на 4,8% в год), — нам бы в рецессию не скатиться, а о большем власть, похоже, не мечтает.

И не нужно грешить на набившую оскомину сырьевую модель: те же Норвегия, Канада или Австралия преспокойно живут на природных ресурсах и даже не помышляют о создании собственного глобального бренда наподобие Apple, Samsung или Lenovo. Даже преимущественно сырьевая Бразилия, чья самолетостроительная корпорация Embraer с каждым годом отхватывает все большую долю мирового авиарынка, целью своего развития ставит прежде всего сохранение социальной стабильности. В экономике не бывает, чтоб и на елку влезть, и спинку не поцарапать — либо социальное постоянство, либо экономический прорыв. Отсюда — увеличение пенсионных обязательств в самый разгар прошлого кризиса, пресловутые «майские указы» или завышенный, не соответствующий потребностям экономики курс национальной валюты.

Нынешнее политическое и экономическое положение России уникально: выдающиеся внешнеполитические победы на фоне плавно опадающей экономики. Что бы ни говорили шапкозакидательские эксперты, существенного запаса экономической прочности у нас нет. Тот же курс рубля поддерживаем из последних сил, а тут еще санкции…

Допустим (пусть лишь на время чтения этого материала), что санкции против нас будут расширяться, накладываясь на объективное замедление экономики и прежний непрофессионализм российских чиновников. Рано или поздно ура-патриотизм от «маленькой победоносной войны» (крылатая фраза, приписываемая министру внутренних дел царской России Вячеславу Плеве, произнесенная в 1904 г. накануне войны с Японией) иссякнет и мы останемся один на один с множащимися социально-экономическими проблемами, в одиночку «разрулить» которые никому из нас не под силу.

Инфляция

Рост цен, обволакивающий нас в эти дни, может оказаться «цветочками» по сравнению с «ягодками» второй половины года, особенно если урожай не задастся. Но даже если уборочная пройдет хорошо, продолжающееся ослабление рубля будет регулярно переписывать ценники в сторону увеличения — львиная доля продовольственной продукции, не говоря о ширпотребе и высокотехнологичной бытовой технике, поступает из-за границы. Запустить собственное производство ни в короткие сроки, ни даже через год мы не сможем. Как не смогли это сделать в «тотально дефицитных» 80-х, а ведь тогда у «партии и правительства» было не в пример больше административных, финансовых, социальных ресурсов, чем сейчас.

Косвенно на рост цен повлияет деофшоризация — пойманные за руку «импортеры», прокачивающие миллиарды долларов через офшорные производственно-торговые компании, в скором будущем будут вынуждены легализовываться и, следовательно, закладывать в конечную цену вновь образующиеся налоги. К тому же импортеры всегда договорятся с иностранными поставщиками о перечислении части денег по «боковым» договорам. Иностранцам все равно, свою часть они получат, а все остальное их не волнует.

Рост инфляции вкупе с ослаблением рубля неминуемо потянет за собой процентные ставки и по вкладам (что хорошо), и по кредитам (что плохо). Собственно, кредитные ставки уже поползли, но пока это объясняется стремлением потребителей приобрести товары длительного пользования за рублевые кредиты и тем самым обезопасить будущие сбережения от обесценения, а отложенный спрос — от невозможности его удовлетворения.

Какой будет инфляция в конце года? Сегодня на этот вопрос не ответит никто. Однако тенденция очевидна, и в этой связи нелишним будет припомнить историю с дефолтом 1998 г., когда с августа по декабрь рубль по отношению к доллару обесценился в 3,3 раза, а инфляция по итогам 1998 г. составила 84,4% (в 1997 г. — 11,0%). Никто не говорит, что нас ждет нечто подобное, — статистика для тех, у кого память на тренды короткая.

Доходы

Рост реальных зарплат и пенсий в свойственных нулевых темпах даже без санкций выглядит фантастикой. На какие шиши будут увеличиваться доходы, если экономика замерла, экспорт снижается, а поступления в казну — логично уменьшаются? За счет резервов? Надолго их не хватит. Что же до роста бюджетных доходов за счет минимизации серого сектора, прежде всего обналички и снижения коррупции, то такая перспектива, учитывая алчный и некомпетентный кадровый состав власти, в современных условиях смотрится сказочным «высшим пилотажем».

Коней на переправе не меняют, это правда. Как правда и то, что нынче у нас еще не переправа, а всего лишь спуск к ней. Да и переправляться следует на свежих скакунах, а не на старых клячах, главное достоинство которых — неиспорченная борозда. Об этом подробно изложено в моей книге «Экономика во лжи», которая недавно появилась на полках магазинов.

Налоги

В начале прошлого года один из первых вице-премьеров обещал, что до 2018 г. налоговая система страны меняться не будет. Не прошло и года, а порядок налогообложения имущества индивидуальных предпринимателей уже изменился, в общество вброшена старая идея прогрессивного налогообложения доходов граждан, не за горами то время, когда многочисленные борцы «за народное счастье» потребуют отмены регрессивной шкалы социальных взносов, а там и до восстановления налогов на наследство-дарение рукой подать.

Все последние годы было понятно, что отказ от плоской шкалы НДФЛ и другие налоговые меры, тот же рост ставок на нашу недвижимость, у власти в резерве, на случай ухудшения положения с общими бюджетными доходами. Похоже, час пробил. Не ровен следующий час, когда нам предложат профинансировать те или иные госпрограммы при помощи «добровольной» покупки государственных облигационных займов.

Помните министра финансов из девяностых Александра Лившица, того самого, что говорил: «Делиться надо»? Если позабыли, «вежливые люди» из налоговой службы и прочих компетентных органов быстро напомнят, будьте уверены.

Прогнозы

В России доля госприсутствия в экономике, если говорить о правах собственности, не так уж велика. В условиях, когда «нас окружают враги», нарастить ее не составит большого труда. Не удивляйтесь, если через какое-то время некоторые сырьевые, обрабатывающие или инфраструктурные компании либо перейдут в государственную собственность, либо тихо ликвидируются, освободив рынок. Чьи интересы в «изоляции-лайт» для государства важнее — миллионов простых россиян или горстки захребетников? Ответ очевиден.

Но госприсутствие — это не только собственность или налоговое администрирование, это еще и рыночное регулирование. От заморозки цен на «социально значимые» продукты по аналогии с периодом премьерства Виктора Зубкова (тестя бывшего министра обороны Анатолия Сердюкова) до повышения ставок аренды государственного (муниципального) имущества. Простор!

Представленные страшилки и ужастики, само собой, на крайний случай, когда экономике под гнетом внешних санкций и внутренних встрясок будет совсем худо. Однако что-то из вышеописанного будет реализовано всенепременно, вопрос лишь в тяжести грядущего макроэкономического похмелья. Можно ли избежать всего этого? Конечно. Но лишь при условии, что на смену пресловутой социальной стабильности придет установка на прорывной экономический рост с неизбежным, к сожалению, ухудшением уровня жизни людей на первом этапе. Причем решать новые задачи должны будут другие люди во власти. Времена «нерасплескателей» заканчиваются.

В ожидании санкций
 

http://www.aif.ru/money/opinion/1158...medium=twitter
10:17 27/04/2014

доктор экономических наук, профессор

По сведениям Банка России на 1 марта этого года, на банковских счетах организаций и частных лиц было сосредоточено, если пересчитать в рубли, без малого 7,5 трлн рублей средств в иностранной (отнюдь не только американской) валюте. На начало весны в иностранных деньгах была аккумулирована пятая часть всех финансовых ресурсов российских юридических и физических лиц.

Основная часть валютных средств — в пересчёте 6,2 трлн рублей или 82,6 % — покоилась на вкладах и депозитах, из которых населению принадлежало 3,4 трлн рублей, или порядка 100 млрд долларов США. Сумма не ахти какая, особенно, если учесть, что общая величина активов российского банковского сектора составляла почти 59 трлн рублей, или 1,7 трлн долларов. Последняя цифра говорит о том, что наши банкиры при желании (или по «подсказке») смогут без особых проблем вернуть деньги валютным вкладчикам. К тому же львиная доля валютных вкладов застрахована государством.

Тем не менее опасения по поводу сохранности честно заработанных средств остаются. Не будем забывать, что многие вкладчики перекладывались в валюту, стремясь обезопасить свои сбережения от ослабления рубля. Так что же, бежать обратно, теряя на процентах и комиссиях за конвертацию? Не спешите, и на то есть минимум три веских основания.

Первый довод: санкции совершенно точно не будут применяться в форме повальной заморозки всех без исключения долларовых средств абсолютно всех российских банков, а это деньги сотен тысяч компаний и миллионов наших сограждан.

Почему? Потому что это крайне опасное своими последствиями злоупотребление доминирующим положением мировой резервной валюты. Объяви США о заморозке «наших» долларов, тут же задумается остальной мир: сегодня — русские, завтра — китайцы, а послезавтра кто? Начнётся процесс бегства от доллара, а это чревато переделом глобального финансового порядка, в становление которого американцы вложили столько сил.

Второй резон: деньги морозит не «коллективный Обама», а конкретные банки, у которых к тому должны быть веские основания, например судебные вердикты. Есть ли они у банкиров? Нет и не будет. На каком основании тот или иной банк решил «зажилить» деньги конкретных Иванова, Петрова или Пупкина? На том основании, что «абстрактному Обаме» не понравилась российская политика на Украине? Мало ли, кому что не нравится, люди-то тут при чём?

Кстати говоря, неприглядная история с приостановкой обслуживания Visa и MasterCard пластиковых операций нескольких российских банков вовсе не означала экспроприации наших денег. Задача была иной — создать дополнительные трудности нашим банкирам и «поддуть» недовольство в российском обществе. Ни то, ни другое не получилось. Больше того, глобальные платёжные системы в недалёкой перспективе столкнутся со снижением своих прибылей вследствие начала работы национальной платёжной системы. Такова цена политических игрищ.

Третий аргумент: если кому-то всё же хочется держать сбережения в валюте, можно либо перейти из долларов в другие денежные единицы, либо снять вклад и держать наличные в банковской ячейке (вариант — под подушкой). Что-то, а наличность, находящуюся в России, Обама точно не запретит. Такое не удавалось ни во времена раннего СССР, ни в период обострения межгосударственных отношений, спровоцированного вводом наших войск в Афганистан, не удастся и сейчас. Не будет же «экзальтированный Обама» устраивать обмен долларов ради менее 1 % всех наличных долларов, что ныне «живут» в России.

Но, может, оставив заначку, во что-то вложиться? Недалёкие умники советуют инвестировать в недвижимость, забывая, что деньги на покупку жилья есть от силы у 1–2 % россиян, которые, к несчастью для советчиков, свои жилищные задачи давно решили. Если уж куда-то и вкладывать, то не столько в квадратные метры, железо на колёсах или предметы роскоши, сколько в себя, по-научному — в человеческий капитал. В образование, здоровье, занятия физкультурой, обретение новых впечатлений и эмоций. Это та внутренняя «подушка безопасности», что поможет сохранить внутренне спокойствие в случае личной или межгосударственной финансовой аварии.

Щи и жемчуг
 

http://www.aif.ru/money/opinion/1189065
12:34 16/06/2014
Никита Кричевский
http://images.aif.ru/003/922/b5e551f...a7cd3d765e.jpg
Никита Кричевский. © / АиФ
На днях компания Boston Consulting Group (BCG) опубликовала интересное исследование «Глобальное благосостояние 2014: на волне роста», в котором представила тенденции и перспективы мировой когорты миллионеров в 2013 г.

Никита Кричевский, доктор экономических наук, профессор

Как и ожидалось, прошлый год оказался удачным для миллионерствующей плеяды: общее число миллионеров выросло до 16,3 млн человек (сравните с 13,7 миллиона в 2012 г.), а суммарные активы увеличились до 152,0 трлн долл., превысив показатель 2012 г. на 14,6 %.

Объяснение денежной благодати незамысловатое. Как пишут специалисты BCG, «почти во всех странах рост богатства в частных руках был вызван мощным подъёмом на фондовых рынках, относительной экономической стабильностью в Европе и США, стимулирующей денежно-кредитной политикой центральных банков и отдачей от имеющихся активов». То есть богатство бумажное, тем не менее в любой момент готовое стать реальным.

Наибольшее число миллионеров (7,1 млн человек) выдвинули США. За ними идут китайцы (2,4 миллиона) и японцы (1,2 миллиона). Российские миллионеры общей численностью 213 тыс. человек расположились на скромном 13-м месте («теневые» нувориши, понятное дело, не учитывались), хотя в гонке миллиардеров мы почётные бронзовые призёры (111 «капитанов бизнеса») после всё тех же США (492 счастливчика) и Китая (152 везунчика).

Любопытно, что в целом страны-лидеры по миллиардерам занимают схожие позиции и по количеству миллионеров. Исключений два: Россия да Индия, у которой разрыв в оценках сопоставим с нашим (5-е место по миллиардерам и 15-е по миллионерам). Почему так происходит?

Про Индию пусть говорят индийцы, что же до нас, то сумасшедшая концентрация частных миллиардов выглядит не чем иным, как режущим общественный слух эхом «дикой» приватизации, когда горстка «успешных» жуликов сумела захватить львиную долю российских промышленных активов. Нынче сидят ребятки и никого близко не подпускают: как только появляется новое интересное производство, они тут же прибирают его к своим загребущим ручонкам.

Нет, господа, что ни говорите, а до тех пор, пока богатство в России не станет действительно массовым, ни о каком экономическом росте можно даже не заикаться.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Внутренний ресурс
 

http://www.aif.ru/money/opinion/1190460
№ 25 18/06/2014
Как развернуть нашу экономику к нашему же рынку?
http://images.aif.ru/003/935/e417dd1...80c4b68861.jpg
Никита Кричевский, доктор эконо-мических наук, профессор:

- Главным двигателем любой экономики всегда считались не нефть с газом и алмазами, а внутренний рынок.

Его берегли как зеницу ока, защищали, в том числе с оружием в руках, от внешних посягательств, стремились наполнить товарами собственного производства. Везде, но не у нас.

Старые грабли

Согласно данным Госком*стата, в СССР в период 1980-1988 гг. в условиях жесточайшего потребительского дефицита и стремительно разраставшегося чёрного рынка выпуск многих видов товаров народного потребления парадоксально сокращался. Так, производство легковушек снизилось с 1327 до 1262 тыс., диванов и кушеток - с 548 до 517 тыс., пальто и полупальто - с 25 до 22 млн (о качестве стыдливо умолчим).

О продовольственной проб*леме тех лет лучше вообще не вспоминать. В условиях, когда в 1980-1988 гг. реальные доходы населения увеличились более чем на 18% (т. е. платёжеспособный спрос значительно вырос), производство сельхозпродукции, наоборот, упало. Так, валовый сбор озимой и яровой пшеницы снизился с 98 до 84 млн т, картофеля - с 67 до 63 млн т.

Недостающие потребительские товары, как мог, замещал импорт, но его из-за дефицита валюты не хватало. К тому же цены в те времена были фиксированными, что сужало возможности государственных импортёров. После либерализации цен и начавшегося через несколько лет массированного притока нефтедолларов ситуация стабилизировалась. Вот только на прилавках по-прежнему товары в основном иностранного производства, как будто значение внутреннего рынка для властей - по-прежнему тайна за семью печатями. Доходит до смешного: сегодня нам предлагают уже не китайские и даже не польские, а австралийские (!) чайники.
http://static1.repo.aif.ru/1/ac/1773...23342bd585.jpg
Восставшие руины
При этом способы увеличения своего производства лежат, что называется, на поверхности. Речь в первую очередь о моно*городах. Никаких значимых системных решений этой проблемы в России так и не найдено, трудо*устраивать высвобождающихся работников некуда. Очевидно, однако, что преобразования следует проводить точечно, учитывая индивидуальные особенности каждого города.

Один из вариантов - налаживание на производственных площадках моногородов выпуска бытовой техники, изделий лёгкой промышленно*сти, благо инфраструктурный, кадровый заделы ещё остались. Почему бы их не использовать? Организационно решить эту задачу по силам как государственным компаниям, так и частным финансово-промышленным группам. Финансово - при поддержке федерального и региональных бюджетов, Фонда национального благосостояния, средств российских и иност*ранных инвесторов. И даже населения - через облигационные займы. Что же до рынков сбыта, то они простираются от конкретного региона до страны в целом, а в перспективе можно будет говорить и об экспорте в страны Евразийского экономического сообщества.

Другой вариант развития внутреннего производства - комплексное развитие нефте*химии. Природного газа в стране завались. Так почему бы не возродить собственную нефтехимическую отрасль - от производства «умных» тканей и присадок для дорожного покрытия до изготовления современных резинотехнических изделий, тех же автомобильных покрышек, которые мы в огромных количествах вынуждены завозить из-за рубежа?

Времена, когда экономическое могущество государств измерялось числом угольных шахт или тонн добытой нефти, ушли в прошлое.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Сами справимся! Какие импортные товары можно заменить российскими
 

00:09 18/07/2014
Никита Кричевский Статья из газеты: Еженедельник "Аргументы и Факты" № 29 16/07/2014
http://static1.repo.aif.ru/1/e9/4772...22ad304004.jpg
Угроза экономических санкций, события на Украине напомнили о том, что наш внутренний потребительский рынок - главный стратегический ресурс любой экономики - оккупируют зарубежные производители. Можем ли мы вернуть его себе?

В этом году мы уже писали о соотношении импорта и собственной продукции (см. «АиФ» №№ 7, 8, 9 и инфографику на этой странице). Что именно будем производить, «АиФ» рассказал Никита Кричевский, доктор экономических наук, профессор.
«Лёгенькая» промышленность
http://static1.repo.aif.ru/1/f2/1977...4d20849b9c.jpg
Аграрный комплекс требует массированной господдержки. Кроме того, вложения в сельское хозяйство, как правило, долгосрочные. К примеру, первые результаты в приросте производства говядины появятся только через три года. Впрочем, государство в этой сфере делает немало - в 2013 г. общий объём госфинансирования аграриев достиг 268 млрд рублей, а увеличение производства сельхозпродукции превысило 6%.
Инфографика: АиФ

Иное дело - выпуск товаров народного потребления. Здесь сроки короче даже для технологически сложных производств. И чтобы запустить выпуск российской одежды и обуви, бытовой техники, а также - что более актуально - узлов и комплектующих, достаточно и года. Кстати, лёгкую промышленность в 30-е гг. ХХ в. прозвали лёгкой именно за сравнительно быструю окупаемость.

Зоны производства

Но кто, где и на какие средства откроет новые производства? Если говорить о территориях, то это в первую очередь многострадальные российские моногорода. Там и инфраструктура сохранилась, и строительство с нуля начинать не надо, и человеческий капитал присутствует. При этом проблемы с занятостью есть повсеместно, независимо от того, в чьей сфере влияния находятся подобные населённые пункты - госкомпаний или частных финансово-промышленных групп.

Деньги на организацию новых производств у собственников градообразующих предприятий найдутся. Если нет, государство должно помочь. Механизмы следующие: гранты, субсидирование процентных ставок, льготная передача госактивов, как в Чехии, или госгарантии на кредиты в размере 100% стоимости вновь созданных основных фондов, как в Индии.

Кому предоставлять помощь? Можно воспользоваться польским опытом, где инвестор должен вложить не менее 100 тыс. евро на срок от пяти лет. Или же обратить внимание на южнокорейские «подсказки»: там минимально необходимые вложения - 5 млн долларов.

Территории, где организуются новые производства, логично было бы объявить особыми экономическими зонами (ОЭЗ). Сегодня в России таких зон 28, в декабре 2013 г. в них было зарегистрировано 338 компаний (в среднем по 12 на ОЭЗ). Если кому-то создание новых ОЭЗ покажется излишним, предлагаю вновь посмотреть в сторону Польши - там территории с новыми производствами можно включать в состав уже существующей зоны. А в Южной Корее на любой территории, осваиваемой с участием иностранных инвесторов, создают локальные «мини-ОЭЗ». Зачем это нужно?

Эти экономические зоны на то и особые, что работать там выгоднее, чем в других местах. Те же корейцы своих иностранных гостей-инвесторов освобождают от всех налогов сроком на пять лет с возможностью последующей 50%-ной налоговой скидки ещё на два года.

В Бразилии и Индии предприятия особых экономических зон не платят налоги на импорт, который необходим им для развития производства, и на произведённую промышленную продукцию. Они освобождены от подоходного налога (на 10 лет), от налогов и пошлин на экспорт.

Во Вьетнаме в первые четыре года работы налог на прибыль не берётся вовсе, в последующие девять лет - взимается по ставке 5%. В Турции помимо освобождения от налога на прибыль не подлежат обложению и доходы работников, кроме того, существуют льготы на оплату предприятиями коммунальных расходов.
Вопрос безопасности

Колбаса, туфли или мобильники - это хорошо. Но будет ещё правильнее, если мы создадим (и - как вариант - законсервируем) производственные мощности по выпуску продукции, которую сейчас объективно выгоднее закупать за границей. Чтобы не получилось, как с Украиной: в свете известных событий недавние партнёры отказали нам в оборонно-промышленной кооперации, и мы вмиг оказались без некоторых ключевых узлов и агрегатов. Впрочем, оборонке, в отличие от потребительского рынка, всегда уделялось первостепенное внимание. Значит, справимся и в этот раз.
Интернет-опрос

Отечественное сельское хозяйство способно обеспечить страну продовольствием?

Способно, только это никому не надо - 50% (375 голосов)
Да - 30% (222 голоса)
Нет - 20% (150 голосов)

Всего голосов: 747

КАРТ-БЛАНШ. БРИКС как конец неоколониализма
 

http://www.ng.ru/politics/2014-07-18/3_kartblansh.html
18.07.2014 00:01:00

Никита Кричевский

Об авторе: Никита Александрович Кричевский – доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник Института экономики РАН.
http://www.ng.ru/upload/resize_cache..._1/briks-t.jpg
Фото Reuters

Прошедший 15–16 июля в Бразилии VI саммит БРИКС очертил контуры нового многополярного мироустройства. И если в политике, как было заявлено участниками, все спорные вопросы должны решаться под эгидой ООН, то в экономике решения, принятые лидерами БРИКС, приведут к окончанию эры неоколониализма, насаждаемого США и ЕС.

Нынешняя экономическая политика Запада в отношении новых экономик представляет собой современную версию средневекового порабощения: несмотря на то, что развивающиеся государства формально сохраняют независимость, цель остается прежней – увеличение богатства в одних странах и консервация отсталости в других. Мир все отчетливее осознает, что в основе западной экспансионистской стратегии – лицемерный знак равенства между двумя экономическими субъектами: провинциальным аграрием и транснациональной корпорацией. Тот факт, что правила в современном мире устанавливает хозяин долларового печатного станка, сознательно игнорируется.

В одиночку противостоять Западу вряд ли возможно, однако на уровне утвердившегося наднационального объединения БРИКС вполне реально. Как отметил в эксклюзивном интервью ИТАР-ТАСС президент России Владимир Путин, сейчас по инициативе нашей страны «разрабатывается стратегия экономического сотрудничества «пятерки», которая будет направлена на создание предпосылок для ускорения экономического развития и укрепления международной конкурентоспособности наших государств, расширения и диверсификации торговых связей, обеспечения взаимодействия в целях инновационного роста».

Запад истово проповедует ложную концепцию сравнительного преимущества, согласно которой бедная страна должна специализироваться исключительно на производстве и экспорте сырьевых ресурсов или простейших сельскохозяйственных товаров, взамен приобретая у промышленно развитых стран конечную продукцию с высокой добавленной стоимостью. После обнародования в 1989 году принципов Вашингтонского консенсуса (приватизация, либерализация, дерегулирование) такой подход стал новой экономической религией развитого мира, подчинение которой поощряется финансовыми подачками, а иногда – приставным стульчиком на второразрядных международных тусовках. Хотя в развитых странах экономика развивается с точностью до наоборот: там двигателями прогресса выступают развитие реального сектора, всемерное государственное поощрение инноваций, повышение уровня и качества образования. Если это не двойные стандарты, не передергивание экономических предпосылок ради достижения политических целей, то что?

Для России путь к осознанию уготованной ей роли был трагическим: применив на практике рекомендованную МВФ и Всемирным банком «шоковую терапию», мы получили катастрофическое обнищание населения, уничтожение национальной промышленности, отказ от научно-технических и образовательных традиций. Другие страны БРИКС были более осмотрительны, тем не менее и они сполна хлебнули социально-экономического «лиха»: в Бразилии в 90-е масштабы гиперинфляции были сопоставимы с российскими, а в отношении Китая до сих пор действует огромное количество экономических санкций.

Кстати, о санкциях. В наши дни санкционной атаке со стороны США и их сателлитов подвергается Россия. В этой связи нельзя не согласиться с Владимиром Путиным, заявившим, что БРИКС нужно «сообща продумать систему мер, которая бы позволила не допустить травлю стран, не согласных с теми или иными внешнеполитическими решениями США и их союзников, а вести цивилизованный, взаимоуважительный диалог по всем спорным вопросам». Более того, представляется, что именно объединение БРИКС, стремительно повышающее свой авторитет и востребованность в качестве эффективного формата межгосударственного взаимодействия, в политике станет базисом укрепления центральной роли ООН на международной арене, а в экономике – основой предсказуемости и устойчивости внешнеэкономических связей.

Соответствует ли навязываемый неоколониальный порядок современным реалиям? Конечно, нет. В нашей стране, других государствах БРИКС это понимают все более отчетливо. Отсюда – инициатива России по созданию Нового банка развития и резервного фонда БРИКС, направленная не только на развитие межгосударственного взаимодействия внутри наднационального объединения или на модернизацию инфраструктуры (по разным оценкам, развивающимся странам на снятие инфраструктурных ограничений до 2030 года потребуется около 15 трлн долл.), но и на реформирование мировой финансово-валютной системы в целом. Как сказал Владимир Путин, «и Банк развития, и Пул валютных резервов – практические шаги наших стран, направленные на укрепление международной финансовой архитектуры для придания ей более сбалансированного и справедливого характера».

Среди прочих институциональных итогов саммита в сфере экономики следует выделить предложение Владимира Путина об учреждении Энергетической ассоциации БРИКС и российскую же инициативу о создании Инфраструктурного фонда. В состав Энергетической ассоциации, учреждаемой в целях укрепления энергобезопасности стран «пятерки», войдут Резервный банк топлива и Институт энергетической политики БРИКС. Инфраструктурный фонд, создание которого предполагается утвердить на саммите БРИКС в Уфе в 2015 году, сможет привлечь инвестиции не только финансовых институтов наших стран, но и суверенных фондов других государств (по итогам первого полугодия 2014 года в мире функционировало 75 суверенных фондов с суммарными активами более 6,6 трлн долл.).

Нельзя не упомянуть об активизации торгового сотрудничества, только не по схеме «золото в обмен на бусы», а на взаимовыгодных началах – страны БРИКС располагают не только уникальными природно-сырьевыми ресурсами, но и весомым технологическим и индустриальным потенциалом, кроме того, речь идет о рынке почти с 3 млрд потребителей. К слову, доля стран БРИКС во внешней торговле России год от года увеличивается: если в 2013 году она составила 12,5% совокупного внешнеторгового оборота страны (превысив 300 млрд долл.), то за первые четыре месяца этого года уже 13,1%.

Справедливая торговля возможна только на основе симметричной экономической интеграции, в ходе которой все больше стран гармонизируют свои устремления, формируется и развивается высокотехнологичное промышленное производство, а поток товаров и услуг идет на пользу всем, а не избранным участникам обмена. Лишь при выполнении этих условий новые экономики смогут достичь устойчивого экономического роста и повышения общественного благосостояния, а неоколониализм, пусть даже с оттенком благотворительности, безвозвратно уйдет в прошлое.

Импортозамещение как проверка на вшивость
 

http://www.mk.ru/economics/2014/08/2...-vshivost.html
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...24_9017694.jpg
Популистскими лозунгами и бравыми выступлениями здесь не отделаешься
20 августа 2014 в 17:30, просмотров: 5851

Импортозамещение — фетиш как будто из позднесоветского прошлого: заснем в стране тотального социалистического дефицита (засилья импорта), проснемся в царстве рыночного капиталистического изобилия («сделано в России»). Нынче как тогда — жажда всеобъемлюща, знаний ноль.

Сможет ли нынешняя управленческая команда со всеми ее офшорами, скрытыми коррупционными связями, повальной круговой порукой оперативно перескочить с бюджетно-распределительной модели социальной консервации на интеллектуально-одержимую стратегию экономического прорыва? Политес принуждает ответить обтекаемо: скорее нет, чем да.

Импортозамещение как проверка на вшивость
фото: Кирилл Искольдский

Импортозамещение — фетиш как будто из позднесоветского прошлого: заснем в стране тотального социалистического дефицита (засилья импорта), проснемся в царстве рыночного капиталистического изобилия («сделано в России»). Нынче как тогда — жажда всеобъемлюща, знаний ноль.

Сможет ли нынешняя управленческая команда со всеми ее офшорами, скрытыми коррупционными связями, повальной круговой порукой оперативно перескочить с бюджетно-распределительной модели социальной консервации на интеллектуально-одержимую стратегию экономического прорыва? Политес принуждает ответить обтекаемо: скорее нет, чем да. Предыдущий популизм, а-ля удвоение ВВП за счет роста сырьевой и фондовой конъюнктуры, модернизация промышленности без какой-либо научной, организационной и финансовой поддержки или создание мифических 25 миллионов высокопроизводительных рабочих мест, склоняет к отрицательному ответу.

Что собираемся «импортозамещать»? Кредиты? Курорты? Смартфоны? Любое импортозамещение — это в первую очередь наполнение внутреннего рынка конечными потребительскими товарами собственного производства. От электрочайников и ботинок до мяса и лекарств. С непременным, по крайней мере на первом этапе, заимствованием иностранных технологий. В обществе понимание этой несложной истины присутствует как минимум с 1980-х, власть же по-прежнему ограничивается болтовней, как некогда было принято «заговаривать» кризисы.

Импортозамещение требует организации новых производств. Кто этим будет заниматься? Бюрократы? Госкомпании? Олигархи? Все вместе и никто. В России прозябает более 400 моногородов с мощным кадровым, инфраструктурным, управленческим потенциалом. Создать в них промышленные кластеры, предоставить прямую (кредитную) и косвенную (налоговую) поддержку, «нагнуть» хозяев — и первые результаты мы увидим уже в следующем году. Но всякий раз найдется тысяча причин, почему это сделать невозможно.

У нас есть несколько регионов — прежде всего столичных, — где, с одной стороны, присутствует относительная доступность недорогих кредитных ресурсов, с другой стороны, отмечается практически полная занятость, да еще с высокими зарплатами. И наоборот: в стране множество территорий, где пути к финансовому капиталу перерезаны, а местное население часто перебивается случайными «серыми» заработками. В первом случае нужно создавать капиталоемкие производства, требующие высококвалифицированных работников, во втором — трудоемкие хозяйства, где экономия затрат и низкая конечная цена достигаются за счет замены некоторых автоматизированных процессов ручными. Такая «двухколейка» долгое время была характерна для Китая, решавшего подобным способом проблемы наполнения внутреннего рынка, уменьшения безработицы, роста уровня жизни людей.

На импортозамещение нужны деньги, большие деньги. Где их взять? Иностранцы не дадут, госрезервы отписаны высокоскоростным фейкам, «капитаны бизнеса» с готовностью продемонстрируют голый зад. В то же время объем наличных и безналичных денег в российской экономике в 2,6 раза меньше по сравнению с Южной Кореей и в 3,5 раза меньше в сопоставлении с Китаем, при том что инфляция в этих странах ниже российской.

Пойдут ли на рост объема денег финансовые власти? Едва ли. Во главе Центробанка, Минэкономразвития, ключевых академических институтов и высшей школы — в основном соратники авторов дефолта 1998 года, те, кто по-прежнему свято верит, будто национальное процветание целиком зависит от искусства управления денежной массой. У них хорошо получается лишь повышать процентные ставки, выдавать неверные прогнозы или клепать «стратегии-2020», но когда происходит столкновение с унылой реальностью, виноватыми оказываются мировая закулиса, коварные предшественники, на худой конец — «неправильный» русский народ, но только не они.

Импортозамещение на старте предполагает обесценивание рубля и связанные с этим уменьшение в СКВ-эквиваленте благосостояния населения, рост цен на импортное продовольствие и ширпотреб, снижение оборота торговли и, как следствие, сокращение налоговых поступлений. Еще страшнее, что мобилизация финансов, прежде всего бюджетных, приведет к частичной или полной заморозке социальных обязательств, тех же пенсий и пособий. В реформируемой экономике не получается и рыбку съесть, и на елку сесть. Готовы ли мы к такому повороту событий?

Наконец, защита внутреннего рынка путем запрета на импорт продовольствия, а в недалеком будущем — возможно, и промышленных товаров из недружественных стран. Уникальный, особенно в условиях членства в ВТО, шанс, но сможем ли мы им воспользоваться? Не приведет ли топорное табу к новым потребительским проблемам? И как понимать слова некоторых российских небожителей, что запрет на импорт долго не продержится? Кто-то сейчас вкладывается в расширение внутреннего производства, а в итоге — деньги на ветер?

Советский Союз распался не столько под грузом тяжелейших экономических проблем, сколько вследствие глубочайшего разочарования людей в лидерах государства. Импортозамещение как проверка на вшивость, популистскими лозунгами или бравыми выступлениями здесь не отделаешься. Социум не простит.

Ищите под ногами. Где взять деньги для роста российской экономики
 

http://www.mk.ru/economics/2014/08/2...ekonomiki.html

Средства должны поступать на развитие реального сектора, а не на перекредитование западных ссуд
27 августа 2014 в 15:55

Российской экономике не хватает финансового воздуха. Не успели утихнуть страсти вокруг фейковой, как потом оказалось, просьбы «Роснефти» подбросить ей 1,5 трлн рублей из средств ФНБ, как тут же нарисовались новые желающие порезвиться за счет резервных денег — сначала обозначился предбанкротный «Мечел», потом с протянутой рукой явился «Газпромбанк», а теперь уже само правительство отписало 239 млрд рублей из авуаров ФНБ ВТБ и «Россельхозбанку».
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...25_4682496.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Впрочем, последнее решение в целом правильное, кому, как не правительству, помогать влетевшим под каток санкций государственным финансовым институтам. Разговор о другом: денег в ФНБ осталось кот наплакал, Резервный фонд — священная корова и приберегается на случай катастрофического снижения бюджетных доходов, как это было во второй половине 2008 г., других же финансовых источников у власти, похоже, нет. Это означает, что все разговоры о мегазаинтересованности государства в альтернативном сырьевому экономическом росте или наращивании импортозамещения — пустой треп.

Столь уничижительный тон оправдан: правительство ориентирует банки и бизнес на поиск дополнительных средств у «азиатских тигров» и в иных странах с экзотическими валютами, тогда как резервы буквально под ногами — в собственной финансовой системе. Не так давно Всемирный банк подсчитал, что в России соотношение денежной массы к ВВП едва ли не самое низкое среди всех прорывных экономик, включая, конечно же, страны БРИКС: по итогам 2012 г. в России общее количество денег в экономике составляло всего 52,5% ВВП, тогда как в ЮАР — 72,1%, в Бразилии — 78,4%, в Индии — 79,5%, в Китае — целых 188,3%. При этом инфляция в странах БРИКС составила от 2,6% в Китае до 9,3% в Индии, что свидетельствует в пользу существенного увеличения денежного предложения без каких-либо значительных негативных последствий для роста потребительских цен.

Недопустимо малый объем денег в экономике не позволяет снизить ставки по кредитам, традиционному бичу российской финансовой системы. Здесь, однако, мы отнюдь не в лидерах: в 2012 г. средняя базовая ставка по коммерческим кредитам в Бразилии составила 36,6% годовых, в Индии — 10,6%, тогда как в России — 9,1% годовых. Правда, в Китае — всего 6,0%, но на то он и Китай, чтобы думать головой, а не продуктами распада устаревшей монетарной теории. И в дополнение: в 2013 г. средние ставки по коммерческим кредитам снизились везде, только не в России — в 2012 г. было 9,1%, в 2013 г. стало 9,3% годовых. То ли еще будет.

Может, правительству и Центробанку, совместно воплощающим единую денежно-кредитную политику, законного инструментария не хватает? Отнюдь. Нормативно закрепленных способов полно: от возмещения коммерческим банкам средств, выданных в кредит под правительственные гарантии, до покупки за «живые» деньги облигаций институтов развития, тех же Внешэкономбанка или Российского фонда прямых инвестиций. Эти варианты прямо следуют из Закона о Банке России, но Центробанк предпочитает лишь регулярно повышать ключевую ставку рефинансирования, тем самым исподволь подстегивая ненавистную инфляцию.

В кредитовании экономики новыми деньгами в части минимизации дополнительного роста цен есть непременное условие — средства должны поступать на развитие реального сектора, того же импортозамещения, а не на перекредитование западных ссуд. Почему? Потому что в том же 2012 г. из 51 млрд долл. прямых иностранных инвестиций в Россию на офшоры и страны с пониженным налогообложением пришлось 39 млрд долл., или 77%, в частности, на «льготные» Люксембург, Нидерланды и Ирландию — 61%. Проще говоря, ушлые капитаны российского бизнеса сначала денежки своих предприятий вывели, потом под видом «иностранных инвестиций» завели обратно, а теперь воют белугой под тяжестью «непосильного» кредитного ярма. И ведь сердобольное общество этим жуликам верит!

Прокредитовать импортозамещающий «крупняк» большого ума не надо — те же ВТБ или Внешэкономбанк изрядно набили на этом руку. Но импортозамещение как базовый источник возрождаемого экономического роста состоит из многих тысяч малых производств, разбросанных по всей стране, с которыми нужно, что называется, возиться. Но заниматься этим некому — Улюкаев и Ко, в бытность вождями Центробанка, региональную банковскую сеть практически придушили: если в 2002 г. на 100 тыс. населения приходилось 0,9 условного банка, то нынче 0,6 (в США — 2, в ЕС — 1,8). Причем наибольшие проблемы констатируются в Сибири и на Дальнем Востоке: в этих громадных регионах банков почти в два раза меньше, чем в одной Москве.

Что мешает нашим экономическим небожителям применить несложные в общем-то решения? По всей вероятности, слепая вера в придуманные математические модели, не имеющие ничего общего с реальностью, игнорирование очевидных выводов из зарубежного опыта (наследственная черта гайдаровцев, ныне находящихся у власти) и, конечно, боязнь Гаранта, который, случись что, по головке точно не погладит. Так что, дорогие россияне, готовьтесь снова «затягивать пояса».

Луганский машзавод переехал в Россию
 

http://www.mk.ru/economics/2014/09/0...v-rossiyu.html
Первый пошел
1 сентября 2014 в 17:44,

Известие о переезде Луганского машиностроительного завода в Россию вызвало новую волну общественного патриотизма. Восторги справедливы: мы получаем социальное приращение, компетентностное усиление, индустриальное увеличение. Бенефициаров (выгодополучателей) этого события двое — не только Россия, но и Запад, а проигравшая сторона одна — деградирующая Украина.
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...03_3851590.jpg
фото: Геннадий Черкасов

В научном мире широко распространена точка зрения, согласно которой т.н. развитые страны во внешнеэкономической политике руководствуются торговой теорией (другое название — теория сравнительного преимущества) двухсотлетней давности от английского экономиста Давида Рикардо. Ничего сложного: любая экономика станет успешной только тогда, когда будет сохранять исторически сложившуюся товарную специализацию. По этой логике современная Россия, как когда-то, должна производить по преимуществу пшеницу и водку, Англия — шерсть и виски, а Япония — рис и саке.

«Пророческое» учение, что говорить. К слову, о «прозорливости» Запада — вот что писала в 1881 г. о перспективах Страны восходящего солнца англоязычная Japan Herald: «Мы не думаем, что Япония когда-либо разбогатеет: этому препятствуют преимущества, дарованные природой, а также любовь японского народа к праздности и удовольствиям. Японцы — счастливая раса, и, будучи удовлетворенными тем немногим, что имеют, они вряд ли многого достигнут».

Последующее глобальное развитие происходило с точностью до наоборот. Теперешние процветающие государства за редким исключением стали таковыми не благодаря ложным доктринам или божественному провидению (той же теории Рикардо или «невидимой руке» Адама Смита), а в результате кропотливого создания и государственной защиты собственного промышленного производства. Англия, а позднее США — лучшие тому подтверждения.

Кто успел — тот и съел: индустриальные государства постепенно начали диктовать свои условия сырьевым и аграрным экономикам, принуждая тех сохранять исторически сложившееся разделение труда и поставляя взамен нефти или бананов высокотехнологичные плоды цивилизации. Тут как нельзя кстати пришлись превратные рикардианские воззрения, превратившиеся в догмы Вашингтонского консенсуса (открывайте рынки, изгоняйте из экономики государство, приватизируйте имущество, поддерживайте устойчивые курсы своих валют), положения ВТО (накажем любого, кто осмелится препятствовать международной торговле) или в надуманную концепцию новой глобализации (объединим товарные, финансовые рынки и рынок труда в единый общемировой рынок). Между прочим, первая волна глобализации середины XIX века привела к многочисленным революциям в Европе.

Уничтожение национальной промышленности приводит к снижению уровня жизни людей, поскольку зарплаты в индустрии традиционно высокие, и остальная экономика вынуждена на них равняться. Снижаются доходы бюджетной сферы, налоги-то платить некому. Наконец, тихой сапой, за счет поставок субсидируемой продукции с Запада и возведения все новых заградительных барьеров, наподобие гармонизированных стандартов ЕС (по-нашему — техрегламентов или ГОСТов), препятствующих проникновению товаров из третьих стран, уничтожаются прочие сектора национальных хозяйств. В итоге «свободолюбивые» государства приходят с протянутой рукой к дверям МВФ, беспрекословно выполняя абсолютно все, включая геополитические, требования.

Нынче недалекое украинское руководство, чванливо посмеиваясь над носителями экономических знаний и не задумываясь о последствиях, с остервенением и с одобрения Запада методично разрушает собственную промышленность, сконцентрированную в основном на востоке и юго-востоке страны. Ликвидируются целые направления: 16 июня этого года Петр Порошенко, опять же по требованию западных «партнеров», прекратил все военно-промышленные связи с Россией, в одночасье лишив экономику Незалежной $500 млн ежегодных экспортных поступлений.

Под удар попали днепропетровское КБ «Южное» им. М.К.Янгеля (техническое обслуживание российских ракет РС-20 «Воевода»), харьковское НПО «Хартрон» (производство систем управления для тех же РС-20), запорожское «Мотор Cич» (выпуск двигателей для российских боевых и транспортных вертолетов) и другие. Так что «Луганский машиностроитель» — лишь частный, но красноречивый случай, можно сказать — «первая ласточка», перелетевшая в Россию.

Украину спасет сельское хозяйство? Не будьте наивными — более трети аграрного экспорта страны составляет подсолнечное масло, которого в Европе и без новых «нахлебников» — залейся. К тому же украинская продукция не соответствует европейским стандартам (о запрете экспорта в РФ не упоминаем). Для Европы со всех сторон лучше, если маслице вместе с молочком будет выливаться на Крещатике, а не на Елисейских Полях.

...Что же до фальшивой торговой теории Рикардо, то ее значение для развитого мира когда-то исчерпывающе выразил нобелевский лауреат по экономике Милтон Фридман: «Не смотрите на предпосылки теории торговли, смотрите на то, сколько пользы она приносит Соединенным Штатам».

Будет в России «Утро в Америке»?
 

http://www.mk.ru/economics/2014/09/1...v-amerike.html
Реплика
10 сентября 2014 в 17:40, просмотров: 11900

Российская экономика гнется под тяжестью неэффективного государственного управления и санкционных ударов Запада. Сползание в стагнацию, пусть и по разным причинам, в нашей истории происходит не впервые, и наиболее свежий пример — последние годы существования СССР, когда в начале перестройки у советского руководства, кажется, были все шансы, чтобы относительно быстро и безболезненно провести реформы. Но не случилось — шесть заключительных лет из жизни страны заполнили пустословие, нерешительность, трусость.
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...49_3661463.jpg
фото: morguefile.com

Но, может, в те годы брать пример было не с кого, образцы для подражания, пускай из иных социально-экономических систем, отсутствовали? Отнюдь. Прообразы были, и один из них, из жизни идеологически чуждых США, реализовался практически на глазах у советского руководства. Речь о рейганомике, и нечего губы кривить, когда дело касается примеров твердых, командных действий, направленных на экономическое возрождение нации.

Кризис американской самоидентификации, начавшийся после поражения во вьетнамской войне, усугубившийся с захватом американского посольства в Иране и проваленной военной операцией по спасению заложников, осложнившийся бедственным положением в экономике, к концу 1970-х привел Америку к общенациональной депрессии. В такой атмосфере 40-м президентом США 4 ноября 1980 г. был избран Рональд Рейган.

По итогам 1980 г. спад американской промышленности составил 0,2% ВВП, инфляция достигла ужаснувших Штаты 13,5%, а безработица — 7,1%. Падкие до эпитетов американцы даже придумали специальный термин — «стагфляция», означающий промышленный спад и связанный с ним рост безработицы на фоне высокой инфляции.

18 февраля 1981 г., менее чем через месяц после инаугурации, Рейган представил Конгрессу план действий «Новое начало Америки: программа восстановления экономики». Целью обновленного Белого дома стало не импортозамещение, нет, но «поддержание силы и жизнеспособности американского народа путем уменьшения обременяющего вмешательства федерального правительства в функционирование экономики, снижение налоговых ставок и сокращение правительственных расходов, создание стимулов, побуждающих людей работать, сберегать и инвестировать».

При выборе стратегии прорыва Рейган сделал ставку на разработчиков экономической теории предложения (supply-side theory): нобелевского лауреата по экономике (1976) Милтона Фридмана, будущего обладателя премии Нобеля (1999) Роберта Манделла, а также Артура Лаффера (знатоки вспомнят «кривую Лаффера», обозначающую оптимальный уровень налогообложения в экономике). Не заигрывание со сторонниками разных экономических учений, особенно с теми, чьи научные воззрения показали полную несостоятельность, а опора на узкую команду ученых и чиновников, так же, как Рейган, поставивших на карту собственные публичные судьбы.

«Новое начало» включало четыре группы взаимосвязанных мер.

Во-первых, снижение правительственных расходов в целях уменьшения дефицита бюджета и преодоления инфляции. Часть сэкономленных средств должна была перенаправляться на увеличение военных расходов для сокращения военно-технологического отставания от СССР (да-да, когда-то было и такое!). Во-вторых, уменьшение ставок подоходного налога и налогов на предпринимателей, что должно было привести к увеличению заработной платы и прибыли. В-третьих, ослабление регулирующих функций государства, сокращение законодательства в сфере экономики. В-четвертых, проведение стабильной и предсказуемой денежно-кредитной политики.

Уже в 1984 г. Рейгану и его команде удалось кардинально изменить ситуацию: экономический рост составил выдающиеся 7,2%, инфляция снизилась до комфортных 4,3%, и пусть безработица все еще оставалась высокой (7,5%), ясно было, что эта проблема разрешится в ближайшие годы (в 1988 г. безработица упала до «естественных» 5,5%). Кстати, тот подъем, помноженный на триумф американцев на летней Олимпиаде-84 в Лос-Анджелесе (СССР и другие социалистические страны те Игры бойкотировали), с легкой руки Рейгана до сих пор именуется «Утро в Америке».

Не все поставленные задачи Рейган и К° выполнили: например, к 1984 г. не удалось ликвидировать бюджетный дефицит, а в 1985–1986 гг. — сводить его с профицитом (кстати, «профицитные» мечты Рейгана в 1998–2000 гг. воплотил Билл Клинтон, а в 2001 г. — Джордж Буш-мл.). Однако разговор, напомню, не о рейганомике, а о том, что одни свою историческую миссию выполнили с блеском, а другие ее с треском провалили.

Нам не нужно искать спасение в слепом копировании рейгановских действий. Хотя бы потому, что наши экономики несопоставимы, патернализм противоположен либерализму, да и доллар что тогда, что сейчас остается мировым валютным гегемоном. Задача в другом: в кратчайшие сроки разработать и принять программу противодействия надвигающемуся кризису и уже в этом году, со всеми болезненными кадровыми решениями, приступить к ее реализации.

Наша нынешняя ситуация не в пример благоприятнее позднесоветской: Россия обладает неизмеримо большими, по сравнению с Советским Союзом, интеллектуальными, финансовыми, информационными ресурсами, да и настрой у людей пока еще позитивный. Однако погубить нас могут не санкции, а все те же унаследованные от СССР демагогия, непрофессионализм и в конечном итоге разочарование в национальном лидере.

Закон мудрого пенсионера
 

http://www.mk.ru/economics/2014/09/1...ensionera.html

Хочешь достойную старость — покажи детям, как надо заботиться о родственниках
15 сентября 2014 в 18:45, просмотров: 4142

Пенсионные дискуссии порядком надоели россиянам. Словоблудие по принципу «из пустого в порожнее» для одних — пиар, для других — работа, для остальных — повод для депрессии. Эксперт «МК» постарался ответить на пять наиболее часто встречающихся «пенсионных» вопросов, занимающих львиную долю при обсуждении пенсионной проблематики. Ответы нерадостные, но уж какие есть.

http://www.mk.ru/upload/objects/arti...72_2413327.jpg
фото: Наталья Мущинкина

1. Причина дефицита пенсионной системы — сползание в демографическую яму.

Ничего подобного. В 2010–2013 гг. численность пенсионеров в России выросла всего на 3,3% (с 39,7 млн до 41,0 млн человек), при этом количество работающих в соотношении с общим числом пенсионеров практически не изменилось и все последние годы составляет 1,7 (с незначительным понижающим трендом).

Откуда взялся дефицит? В 2002 г., когда стартовала «зурабовская» пенсионная система, пенсионные взносы входили в состав ЕСН (28 п.п. из суммарных 35,6% от фонда оплаты труда). До 2005 г. система была мало того что сбалансированной, так еще и профицитной: остаток средств в 2003 г. составил 100,4 млрд рублей, в 2004 г. — 66,5 млрд рублей (в 2004 г. при общих доходах ПФР в 1,2 трлн рублей поступления из бюджета на выплату обязательной части пенсии составили всего 59,5 млрд рублей, или 5,2%).

Все изменилось с 2005 г., когда начало реализовываться популистское решение (догадайтесь, чье) о резком снижении ЕСН с 35,6 до 28%. Причем в наибольшей степени пострадала именно «пенсионка», отчисления на которую уменьшились с 28 до 20 п.п. Снижать нужно было не ЕСН, а объем «серых» зарплат в экономике, но это табу: обналичка — кормилица силовиков. А теперь покажите мне того смельчака, кто осмелится указать «нашему всему» на очевидную оплошность.

Второй прародительницей пенсионной катастрофы стала пресловутая валоризация, введенная в жуткий кризис 2008–2009 гг. без каких-либо дополнительных финансовых источников. Помните, как лицемерили статусные социальщики: «Мы единственная страна в мире, которая в кризис не уменьшила, а наоборот, увеличила объем социальных обязательств»? Вот Боливар и не вынес двоих: сегодня приходится придумывать все новые объяснения, почему очередные «пенсионные» телодвижения не ухудшат положение будущих пенсионеров.

Рано или поздно новое и, надеюсь, вменяемое правительство будет вынуждено вернуться к вопросу определения (не обязательно повышения) адекватных пенсионных взносов. Только делать это нужно параллельно с уничтожением «серых» доходов, иначе очередной дефицит пенсионной системы вновь будет неизбежен.

2. Накопительную часть пенсии украли (вариант: будущие пенсии «ушли на Крым»).

Никто ничего не воровал: в 2014–2015 гг. взносы на накопительную часть после перечисления в ПФР останутся в нем же (будут учтены на индивидуальных счетах будущих пенсионеров и израсходованы на текущие выплаты пенсий), а не проследуют по привычному пути в государственную УК «Внешэкономбанк» или в НПФ.

Цена вопроса — около 550 млрд рублей в 2014 г. и 650 млрд рублей в 2015-м. За счет «накопительных» денег правительство уменьшит ежегодные расходы на покрытие дефицита ПФР (порядка 1 трлн рублей) из федерального бюджета и перенаправит высвободившиеся средства на необходимые ему нужды.

Тем не менее ПФР правительство не кредитует — нищий не может ссужать благодетелю. Что же до нашумевшего высказывания министра финансов Антона Силуанова, будто часть пенсионных накоплений в размере 243 млрд рублей ушла на Крым и оттуда не вернется, то тут мы имеем дело с «синдромом боксера Кличко»: увидел цель (проскочила мысль) — попади (ляпни невпопад). Синдром, диагностируемый у многих российских политиков, сначала говорящих, а потом думающих.
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...69_4823720.jpg
фото: Наталья Мущинкина

3. Мораторий на накопительную часть пенсии лишил экономику «длинных денег».

В 2013 г. финансовые вложения организаций составили 72,9 трлн рублей. А теперь сравните с недополученными пенсионными накоплениями (в 2014 г. — 550 млрд рублей). Сколько это «в граммах»? 0,8%! При том что о «длинных» деньгах могут рассуждать лишь те, кто незнаком со структурой инвестиционного портфеля НПФ, расписанной в Федеральном законе 111-ФЗ от 24 июля 2002 г.: в основном это государственные ценные бумаги и банковские депозиты (а также, в существенно меньшей степени, акции и обязательства негосударственных компаний), доходность по которым сами знаете какая: как правило, плюс-минус инфляция.

Впрочем, негосударственные пенсионные финансисты зря свой хлеб не едят — за прошедшие годы они придумали множество схем, позволяющих обходить законодательные требования и размещать накопления в милых их карманам, а также кубышкам учредителей инвестиционных фейках. В результате пока еще неявного воровства во многих НПФ образовались огромные дыры, невидимые в балансах, но в будущем, после 2022 г., когда начнутся массовые «накопительные» выплаты, грозящие обернуться настоящим пенсионным коллапсом похлеще МММ.

Кому выгоден сыр-бор с «длинными деньгами», кто заинтересован в пиар-кампании? Прежде всего собственникам НПФ — крупнейшим российским сырьевым, финансовым, инфраструктурным компаниям, второй год подряд лишающимся, по сути, дармовых миллиардов. Затем менеджменту НПФ, не понимающему смысл своего пребывания на высоких постах, — наживать-то не на чем. И, конечно, фондовым спекулянтам, нынче объясняющим абсолютно все экономические провалы (девальвацию, снижение налоговых поступлений, спад инвестиционной активности) мораторием на накопительную часть.

Ввести бы уголовную ответственность без срока давности за «шалости» с пенсионными деньгами — посмотрим, как забегали бы нынешние пенсионные «праведники».

4. Почему западные пенсионеры путешествуют, а наши «нищенствуют»?

Думаю, не стоит напоминать читателю, что пенсии иностранных пенсионеров формировались тогда, когда зарплаты в России и странах «золотого миллиарда» в пересчете на СКВ различались в десятки раз. К примеру, в 2000 г. годовая медианная зарплата (половина работников получает больше данной суммы, половина — меньше) в России составила $2,0 тыс., а в США — $26,5 тыс., соответственно, и взносы в государственную пенсионную систему были выше. Причем размер пенсионных взносов в США в 1,8 раза ниже российского, что неудивительно — доля «серых» доходов там минимальна.

Кроме того, в Штатах существует культ корпоративных и индивидуальных добровольных пенсионных программ: по итогам 2008 г. в корпоративных пенсионных программах участвовали четыре из пяти работников крупных и средних предприятий, а личные пенсионные счета имели 47,3 млн, или 40,5% всех американских домохозяйств. Увеличиваются и фондовые показатели: если типичный американский работник начал делать пенсионные взносы в 1970 г. в сумме $2 тыс. в год, то к 2010 г. при средней доходности в 8% он накопил бы более $550 тыс. При этом его взносы составили бы порядка $90–100 тыс., остальное — необлагаемый инвестиционный доход.

Можно на такие накопления путешествовать? Конечно, можно. И не только путешествовать, но даже местные казино иногда посещать.

А что у нас? В России при более чем четырехкратной (в долларах) средней отрицательной разнице в пенсионном обеспечении и ценах на транспорт зачастую выше, чем в развитых странах, наш пенсионер не может не то что путешествовать, ему не по средствам добраться на общественном транспорте до собственных 6 соток.

Но, наверное, доблестное российское правительство денно и нощно думает о будущих пенсионерах? И тут мимо: до настоящего времени к детальной проработке налоговых льгот для участников добровольных пенсионных программ оно даже не приступало. В практически неизменном виде пенсионные льготы существуют более 10 лет, с тех времен, когда нынешний «социальный» вице-премьер Ольга Голодец в поте лица трудилась председателем Совета НПФ «Норникель», зарабатывая себе пожизненную ежемесячную пенсию от фонда в 200 тыс. рублей.

5. Новая пенсионная формула дарует россиянам светлое будущее.

Нет, не дарует. Пенсионная формула была выведена математиками, не имеющими представления о том, как работает пенсионная система (не так давно во время теледебатов с автором этих строк один из разработчиков пенсионной формулы Юрий Горлин, не зная ответов на элементарные социальные вопросы, убегал из студии аж два раза). Собственно, задача была не повысить будущее пенсионное благосостояние, а уменьшить расходы бюджета на покрытие пенсионного дефицита.

С поставленной задачей товарищи справились. С 2015 г. трудовые пенсии будут определяться исходя не из привычных накопленных рублей (сколько за вас внесли, столько вы и получите), а на основе ежегодно утверждаемых правительством баллов. Причем баллы будут зависеть не от взносовой чистоплотности работодателей, а от финансовой устойчивости пенсионной системы и финансового рынка в целом. Это, наверно, правильно, но мы-то тут при чем?

Формула строится на основе средней зарплаты по экономике (у одного — капуста, у другого — мясо, в среднем — голубцы), тогда как было бы справедливо отталкиваться не от средней, а от медианной зарплаты, составляющей 55–60% от средней. Если переложить этот алгоритм на нынешние пенсии, получится, что медианная пенсия в стране составляет всего 6,5 тыс. рублей (средняя, напомню, — 11,4 тыс. рублей).

Наконец, «гениальное» творение математиков строится с учетом накопительной части, а ее перспективы после высказываний Голодец об упразднении обязательных пенсионных накоплений, мягко скажем, туманны.

Что же делать? Надеяться только на себя. Я много лет говорю, что лучшее пенсионное вложение — дети. Когда-то это вызывало саркастическую улыбку, сегодня стало мейнстримом. Спору нет, вкладывать в детей надо вне зависимости от того, «выгорит» вложение или нет. Но лучше, если вдобавок мы будем воспитывать деток на примере личной заботы о собственных родителях.

Дай Бог им здоровья.

В ожидании Назара Думы
 

5 октября 2015, 15:06 | Экономика | «Известия» | написать авторам
http://izvestia.ru/news/592548

Доктор экономических наук — о новом оброке, которым хотят обложить нефтяников

Да простят меня иные политологические эстеты, но нынешнее российское правительство всё чаще напоминает разухабистую гоп-компанию из классической «Свадьбы в Малиновке». Коренной резон их действий, помимо, разумеется, поиска горячительного, был прост как правда — день простоять да ночь продержаться. Глядя на некоторых наших «атаманов», аналогии возникают те же: кони уже пьяные, хлопцы запряженные, но командир Назар Дума никак не выходит.

Президент, как известно, отдал своему кабинету поручение создать «здоровый бюджет». А премьер Дмитрий Медведев тем временем… издал очередную программную статью (позавидуешь его работоспособности!). Только на этот раз не «Россия, вперед!» (то мелководье мы, видимо, уже прошли), а ни много ни мало «Новая реальность: Россия и глобальные вызовы».

Хорошие у нашего премьера способности, жаль, команда исполнителей — сплошь Попандопуло, Нечипор да Трындычиха.

Вот, например, уверенно пишет премьер, что «реформировать сырьевую экономику, когда цены именно на сырьевые товары находятся на таком низком уровне, нужно взвешенно и аккуратно. Прежде всего думать о том, как эти реформы скажутся на людях».

По сути всё правильно, а на деле? На деле министр Силуанов на днях говорил как о фактически принятом о решении «стрельнуть» всего-то на годик у российских нефтегазовых компаний (строго говоря, повысить НДПИ) дополнительные доходы от приснившейся ему нефтегазовой девальвации.

В этом месте неискушенный читатель может внутренне возмутиться: как же так, в прошлом году обвал случился без малого в два раза, а кэша у нефтяников опять нет?
А ведь действительно нет (естественно, в требуемых шайкой Попандопуло объемах). В том-то и закавыка: анализ публичной финансовой отчетности за первое полугодие 2015 года по шести крупнейшим публичным российским нефтяным компаниям подтверждает — российская нефтянка не получила дополнительных доходов от изменения стоимости рубля почти ничего.

Почему? Потому что почти половина поставок нефти производится на внутренний рынок и никакого девальвационного эффекта не вызывает. (Так, в «Роснефти» поставки на внутренний рынок на переработку в 2014 году составили 47% от общего объема поставок, а в первом первом полугодии 2015-го — 45%.) Кроме того, постоянно нуждается в обновлении западное оборудование, кредиты иностранцам нужно отдавать, наконец.
«Но всё же затраты-то у нефтяников и газовиков в рублях», — поумерит свой гнев диванный оппонент. А зарплаты, вновь возразим мы? А возросшие расходы на инфраструктуру? А инвестиции, наконец?

Из ФНБ не дают, Запад прикрыт крымской «крышкой», а в Китай уже чартерами катаемся.

А как вам такое «исполнение» Силуанова: сначала «решение об изъятии девальвационной прибыли принимается только на один год. В следующем году время покажет», многозначительно сказал он, поглядывая на то место, откуда должны были выскочить партизаны, то есть необходимость этих денег для нефтянки все-таки признал.

Но, пройдя несколько сот метров, вероятно, с несколькими отеческими привалами, на другой площадке наш герой, видимо, когда-то имевший «много специальностей, за шо и состоял на особом учете в одесском уголовном розыске», расхорохорился: «Почему-то только в России компании таким шантажом занимаются — если вы на нас налоговое бремя увеличиваете, то мы будем сокращать инвестиционные программы. Никто не говорит о сокращении операционных издержек, о замораживании зарплат, о снижении цен на закупаемое сырье, товары и услуги».

Во-первых, господин министр, думаю, не только в России, но и в Брунее и даже в Кабо-Верде тамошние народы не примутся в пляс, узнав, что теперь они будут платить родным государствам больше.

Во-вторых (вы меня еще слышите?) речь не о новых налогах, а о том, чтоб не увеличивать старые. Помните, как президент артикулярно наставлял вас — «никаких новых налогов?». Просто те суммарные «девальвационные» 330 млрд рублей уже «зашиты» в налогах, которые еще отработать надо. В том числе через рост розничных цен.

Тут же, в строку: за весенне-летнее укрепление рубля с нас точно не спросят?
И, в-третьих, Антон Германович, гнали бы вы взашей своих помощников — это как нужно подставить шефа, чтобы не удосужиться посмотреть отчетность той же «Роснефти», у которой, согласно итогам 2014 года, выручка и доходы группы выросли на 17%, удельные капрасходы на разведку и добычу снизились сразу на 24%, а свободный денежный поток увеличился на целых 172% (самый высокий среди всех сопоставимых мировых компаний результат)? Кстати, отчисления в бюджет, где пока еще заседает Силуанов, по итогам 2013 года достигли почти 60% от выручки.

Что же до снижения закупаемого сырья, товаров и услуг — уж не под импортозамещение вы, господин ментальный бухгалтер, копаете? Материалы и сырье-то у «Роснефти» — преимущественно отечественные, спросите у СИБУРа или «Синары».

Смех смехом, а денег в бюджете действительно не хватает. Так, может, пройтись по сусекам, а не бегать с фискальным топором за крупнейшими налогоплательщиками?
Может, для начала улучшить собираемость НДС? А то как-то некрасиво получается: цена вопроса с нефтегазом — 330 млрд рублей, а с 5,3 трлн рублей, начисленных с начала этого года, до казны дошло всего 62,1%. При этом общая налоговая база по продукции, обоснованность применения налоговой ставки 0% документально подтверждена, составила 16,3 трлн рублей. Не крутовато ли для кризиса, да же с учетом «сидящих» в этих 16,3 трлн «пеленок-распашонок», и не поискать ли недостающие 360 млрд рублей тут?

По итогам восьми месяцев этого года к «законному» возмещению НДС из бюджета полагается 1,3 трлн рублей. Но что удивительно, помимо «правильных» 1,3 трлн рублей в налоговых лежат заявления еще на 2 трлн! Дальше всё понятно: как только появляется «окно возможностей», заветные бюджетные триллиончики тут же улетают в направлении стран с теплым климатом и недорогим рынком недвижимости. А мы тем временем продолжаем «биться» за 360 млрд нефтезаговых долларов.

…В восьми приоритетных задачах, обозначенных Медведевым в «Новой реальности», по литерой «два» имеется непростая головоломка: «Многие критерии, по которым оценивали динамику развития еще в конце ХХ — начале ХХI века, потребуют пересмотра. Новые технологии, инновации, внедряемые в том числе небольшими компаниями, радикально и в короткие сроки преображают целые рынки и отрасли».

Хороши примеры медведевской «новой нормальности»?

Сейчас нужно не ордена раздавать или за голыми девками из-за бани подглядывать, а Назара Думу из «Свадьбы в Малиновке» звать. Известно каждому: для большого огня достаточно одной искры. Особенно в такое пожароопасной сфере, как российская нефтянка.

Проверка на прочность
 

http://lenta.ru/columns/2015/10/13/capital_flow/
15:02, 13 октября 2015

Почему в России прекратилось бегство капитала

доктор экономических наук, профессор

В начале октября в отчетности падающей российской экономики случилось маленькое чудо. ЦБ сообщил, что по итогам III квартала 2015 года в Россию поступило на 5,3 миллиарда долларов больше, чем ушло. Иными словами, зафиксирован чистый приток капитала. Хотя в этот же период прошлого года чистый отток капитала превысил 7,4 миллиарда долларов. Возможно, это случайное событие, однако кое-кто в российском истеблишменте увидел в этом единичном факте свет в конце кризисного тоннеля.

Возьмемся ответить на вопрос, какими могут быть возможные причины зафиксированного притока капитала. Но прежде — немного теории для уточнения, так сказать, матчасти.

Строго говоря, чистый ввоз/вывоз капитала — это разница между нетто-вывозом российского капитала за рубеж и нетто-ввозом иностранного капитала в Россию. Методика Банка России при расчете данного показателя обязывает учитывать показатель статьи «Чистые ошибки и пропуски», к которой относят неидентифицируемые операции, происхождение которых доподлинно неизвестно, но цель, как правило, одна и та же: вывезти как можно больше, и «чтоб ничего за это не было».
По итогам III квартала 2015 года «Чистые ошибки и пропуски» составили 7,1 миллиарда долларов, тогда как по итогам III квартала 2014 года было меньше — 4,1 миллиарда. Многовато, но тем не менее все равно приток. Почему?

Во-первых, август этого года благоприятствовал возврату части ранее выведенного российского капитала, необходимого, на фоне перекрытия зарубежного финансирования, для поддержания предприятий в рабочем состоянии. За август девальвация рубля составила 9,2 процента (а ведь кто-то «откупился» еще раньше — скажем, по 50-55 рублей за доллар — и выиграл еще больше).

Во-вторых, на фоне объективных (высокая плата) и субъективных (опасения банкиров за возврат выдаваемых средств) трудностей с получением кредитов внутри страны и в свете усугубляющегося общеэкономического кризиса доблестное российское предпринимательство столкнулось с доселе неизвестной реальностью: выводить из страны стало нечего (ну, или почти нечего). Только в реальном секторе инвестиционные доходы упали до 13,8 миллиарда долларов, или более чем на треть в годовом выражении. Все это сыграло на руку итоговому притоку.

Здесь же, так сказать, «в тему» нужно сказать пару слов о продолжающемся процессе погашения иностранных заимствований, выданных нашими предпринимателями самим себе. С начала года суммарный внешний долг России сократился более чем на 77 миллиардов долларов. А с 1 июля прошлого года, когда был зафиксирован пик внешней задолженности (более 700 миллиардов долларов), наши зарубежные обязательства без каких-либо усилий со стороны правительства и Центробанка, при падающей нефти и вымирании западных кредитов, уменьшились на 211,2 миллиарда. Видимо, кто-то счел за лучшее не дразнить фискальных гусей фальшивыми зарубежными инвестициями.

В-третьих, в последние месяцы без шума и пыли продолжается сворачивание офшорной вакханалии (кстати, во многом благодаря Закону о контролируемых иностранных компаниях). И пусть данных по трем кварталам этого года пока нет, тенденция очевидна: если в 2013 году крупнейшие российские компании по рейтингу РБК 500 «проинвестировали» в офшоры свыше 70 миллиардов долларов, в 2014 году — чуть менее 40 миллиардов, то в I квартале 2015-го — «всего» 1,3 миллиарда.

Станет ли внезапный «успех» долгосрочной тенденцией — к сожалению, зависит не от нас, а в первую очередь от цен на нефть. Если в последнем квартале этого года «черное золото» подорожает до 60 долларов за баррель и выше, курс доллара снизится до 60 рублей, а Центробанк вновь начнет скупать валюту, мы вновь увидим небольшой приток капитала.

При обратных тенденциях все будет наоборот, однако в любом случае финальный результат по оттоку капитала будет негативным, пусть и не таким удручающим, как в 2014 году, когда из страны «чисто» убежало свыше 150 миллиардов долларов.

У семи нянек
 

http://izvestia.ru/news/593560
21 октября 2015, 00:01 | Экономика | «Известия»

О том, кто разрушает сырьевой оплот российской экономики

В последние годы существования СССР регулированием экономики занималось как минимум семь госструктур: Отдел социально-экономической политики ЦК КПСС, Комиссия ЦК КПСС по вопросам социально-экономической политики, советы министров СССР и РСФСР, верховные советы СССР и РСФСР, а также Комитет по оперативному управлению народным хозяйством СССР.

Как и следовало ожидать, у семи нянек экономика закономерно оказалась без глазу. Больше того, отдельные «декоративно-правовые» мероприятия, наподобие преобразования некоторых министерств в концерны, вносили дополнительные хаос и неразбериху в некогда стройный хозяйственный механизм управления социалистической экономикой.

Итог той организационной чехарды известен — в 1991 году Советского Союза не стало. И если в «Газпроме» сохранить за государством права собственности всё же удалось, то нефтяная отрасль лихими стервятниками 1990-х была растащена по кусочкам.

Современная ситуация в российской нефтянке принципиально иная — ценой неимоверных усилий большинство нефтегазовых активов вновь собрано под крылом государства, а нефтегазовый комплекс страны, нравится это кому-то или нет, устойчиво является бюджетообразующим. Но всё же аналогия присутствует, и проявляется она в том, что с недавних пор российская нефтяная отрасль стала кое-кому поперек горла — некоторые министры и даже вице-премьеры делают, пожалуй, всё возможное, чтобы разрушить сырьевой оплот экономики. Вот один из примеров.

Два с половиной месяца назад, 4 августа 2015 года, правительством России была создана Комиссия по импортозамещению (далее — Комиссия). В составе Комиссии были образованы две подкомиссии: по вопросам гражданских отраслей экономики (председатель — вице-премьер Аркадий Дворкович) и по вопросам оборонно-промышленного комплекса (председатель — вице-премьер Дмитрий Рогозин).

На первом заседании Комиссии в развитие Федерального закона от 18.07.2011 г. № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон № 223-ФЗ), регулирующим закупочную деятельность хозяйственных обществ с госучастием, премьер-министром Дмитрием Медведевым был дан ряд поручений.

Прежде всего, разработать критерии и порядок отбора инвестпроектов, предполагающих приобретение продукции машиностроения, для их включения в реестр проектов, закупка по которым осуществляется в порядке ст. 3.1 Закона № 223-ФЗ. Далее, в целях реализации инвестпроектов выработать механизм определения единицы цены машиностроительной продукции. Наконец, утвердить отдельные виды продукции машиностроения, которые не могут закупаться без согласования с Комиссией их характеристик либо закупаться за рубежом.

Получилось вот что.

Во-первых, Минэкономразвития России, руководствуясь одному ему известными соображениями, задало единый стоимостный критерий отбора проектов, закупки по которым должны контролироваться Комиссией. Цифра получилась красивая, но бестолковая — 10 млрд рублей. Нелепость ее в том, что под особый порядок подпадают практически все нефтегазовые инвестпроекты, независимо от того, оказывается им господдержка или нет.

По мысли разработчиков, отныне нефтегазовые компании должны будут согласовывать с Комиссией практически все проекты, что повлечет существенные временные и финансовые затраты. О том, что реализация этого предложения будет связана с расширением регулирующих функций правительства на фоне их сокращения, даже упоминать не хочется.

Во-вторых, согласно Закону № 223-ФЗ, развитие и поддержка импортозамещения должны осуществляться лишь путем координации закупок, но никак не посредством раскрытия коммерческой информации. (Здесь важно отметить, что работа госкомпаний и без того жестко регулируется представителями государства в советах директоров.)

Теперь же обо всех «закрытых» деталях инвестпроектов, касающихся и госкомпаний, и их деловых партнеров, будет знать множество лиц, что не добавит привлекательности инвестиционному климату в стране.

В-третьих, Минпромторг России составил поистине «выдающийся» перечень машиностроительной продукции, подпадающей под дополнительное регулирование: это, в частности, инженерное, промышленное и прикладное(!) программное обеспечение, услуги по бурению, цементированию и капитальному ремонту скважин, строительство объектов энергоснабжения и связи.

Странно, что в указанный перечень не включены услуги по уборке офисов или закупки канцелярских принадлежностей. В результате, если предложения чиновников будут приняты, порядка трех четвертей закупок товаров, работ и услуг нефтяников и газовиков потребуют согласования Комиссии. Для чего последней нужно будет работать не менее 24 часов в сутки и по меньшей мере семь дней в неделю.

В последнее время невольно обращает на себя внимание административная активность, связанная с потоком инициатив по жесткому регламентированию нефтянки. Причем активность эта приобретает серийный характер. Вопрос лишь в том, имеем ли мы дело с временным помутнением рассудка или это хроническое заболевание.

На страже творчества
 

http://www.rg.ru/2015/10/16/sbori.html
Авторское право в России требует подхода мягкого и конструктивного

15.10.2015, 23:15
http://cdnimg.rg.ru/img/content/117/...00_default.jpg
Фото: depositphotos.com

Интеллектуальное пиратство - рецидив лихих 90-х - одна из самых застарелых общественных "болячек". Скрытое гражданское лицемерие проявляется в данном случае в стремлении без оплаты воспользоваться результатами чужого интеллектуального труда. Нимало не заботясь о том, что в создание и исполнение художественного произведения может быть вложен труд многих людей, для которых созидание и творчество - не только смысл жизни, но и подчас единственный способ заработка.

Проблема интеллектуального "безбилетничества" - отнюдь не только российская "головная боль". Почти сто лет назад международное сообщество для решения этой задачи создало Международную конфедерацию обществ авторов и композиторов (CISAC), на 1 июня 2006 г. объединявшую 227 организаций из 120 стран.

Россию в CISAC с 1993 г. представляет прошедшая государственную аккредитацию Общероссийская общественная организация "Российское Авторское Общество" (РАО) - правопреемник Всесоюзного агентства по авторским правам (ВААП), созданная российскими авторами и правообладателями для управления авторскими правами на коллективной основе. Методика работы Общества в целом соответствует деятельности зарубежных партнеров, а государственный контроль за работой Общества осуществляют Минкультуры и Минюст России.

Важность и актуальность этого общественного института неоспорима, поскольку в сферу полномочий РАО входят управление исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без) и отрывки музыкально-драматических произведений при их публичном исполнении, сообщении в эфир или по кабелю, а также осуществление прав авторов музыкальных произведений (с текстом или без текста), использованных в аудиовизуальных произведениях, на получение вознаграждения за публичное исполнение либо их сообщение в эфир или по кабелю - все то, что предписывает наш Гражданский кодекс. Именно из таких кирпичиков, как РАО, создается прочный фундамент правового государства.

Эффективна ли работа РАО? Отчетность Общества позволяет дать положительный ответ. За прошедшие пять лет авторские сборы РАО увеличились почти в два раза и в 2014 г. составили 4,6 млрд рублей, что на 5% больше, чем в 2013 г. До 1,7 млрд рублей возросли сборы в регионах, на 10% увеличились поступления от предприятий торговли и общественного питания.

Из 4,6 млрд рублей авторы получили 3,1 млрд рублей, 0,3 млрд рублей составили налоги, 0,9 млрд рублей - расходы по сбору, распределению и выплате авторского вознаграждения, а оставшиеся средства потрачены на зарплату, управленческие расходы и проведение благотворительных мероприятий.

К настоящему моменту РАО заключило 182 договора о взаимном представительстве интересов со 118 иностранными авторско-правовыми организациями из 68 стран мира. В России на ниве музыки РАО, замечу, отнюдь не являющееся монополистом, представляет интересы практически всех российских авторов и более 2 млн зарубежных правообладателей. Добавлю, что в 2014 г. поступления от учрежденного РАО Российского союза правообладателей (РСП) составили 0,4 млрд рублей, увеличившись на 14,2% (с 2010 г. РСП собирает компенсационный сбор за копирование произведений с импортеров и производителей техники в размере 1% от цены реализации товара или его таможенной стоимости).
Проблема интеллектуального "безбилетничества" - одна из самых застарелых общественных "болячек". Но это отнюдь не только российская "головная боль"

Впрочем, что нам сухие цифры! Несколько лет назад российские авторы и исполнители жаловались, что основной доход они получали не с продажи своих произведений на различных носителях, а с концертной деятельности.

В последние годы ситуация меняется. Многие артисты получают от РАО детализированные отчеты о том, где и когда были задействованы их музыкальные произведения. И это касается не только их трансляции на радио и телевидении, но их использования в спектаклях, фильмах, на массовых мероприятиях.

РАО как организация по управлению правами на коллективной основе сама не осуществляет использование произведений и объектов авторских и смежных прав, в отношении которых ей предоставлены полномочия по управлению правами. РАО лишь обеспечивает заключение лицензионных договоров с пользователями, сбор, распределение и выплату вознаграждения правообладателям. В деятельности РАО присутствует и формат бездоговорного управления, поскольку у многих авторов просто нет времени и возможностей заключать со всеми организациями отдельные договоры.

Как отмечает известный джазовый пианист Даниил Крамер, "законодательное регулирование деятельности таких организаций, как РАО, необходимо, но это не значит, что надо полностью отменять бездоговорное управление: ведь есть артисты, у которых нет времени заключать со всеми отдельные договоры, и их текущая система управления правами вполне устраивает".

Существующая в России система защиты авторских прав, конечно же, не идеальна. Она далеко не всегда успевает реагировать на новые форматы воспроизведения, не всегда учитывает новые нормативные веяния, зарекомендовавшие себя в международной практике, возможно, нуждается в большей прозрачности. Многие претензии к РАО справедливы, однако реформировать сложившийся и весьма успешный институт следует трепетно, а главными участниками изменений должны стать не рвущиеся "порулить" бюрократы, а профессионалы - те, ради которых РАО и существует.

"Российская газета" - Федеральный выпуск №6805 (234)

Остановите Глазьева!
 

http://lenta.ru/columns/2015/10/22/glaziev_stop/
13:25, 22 октября 2015

Нужно ли российской экономике «количественное смягчение»
доктор экономических наук, профессор

В экономической дискуссии последнего времени — «либералы» vs. «государственники» — разобраться who is who подчас сложно даже специалисту. И те, и другие предлагают повысить эффективность институтов, защитить права собственности, направить бюджетные средства, сэкономленные на оборонке и социалке, на инвестирование в реальный сектор.

В то же время и без социологии ясно, что основная часть населения благоволит «глазьевцам». Хотя бы потому, что народные раны от либеральных «шалостей» приснопамятных 90-х («шоковая терапия», «дикая» и залоговая приватизация, уничтожение советского среднего класса и прочие прелести) затянутся ой как нескоро. Тем досаднее, когда условные «глазьевцы» допускают ляп за ляпом, предоставляя возможность своим оппонентам в красках расписывать их ошибки (вот, к примеру, недавний заголовок на РБК: «Советник Путина предложил запустить печатный станок»).

Что обидно — противники Глазьева недалеки от истины. Так, в широко разрекламированном докладе «Экономика роста», подготовленном экспертами Столыпинского клуба «Деловой России», первым пунктом раздела «Основные системные решения» значится «Политика доступного, под низкую ставку (4-5 процента, средний уровень рентабельности российских предприятий), долгосрочного кредита для инвестиционного развития». А одним из трех путей реализации этой политики представлен «Российский вариант количественного смягчения». Точь-в-точь по Глазьеву.

Недостаток площади не позволяет привести обширную контраргументацию, потому остановимся на основных пунктах.

Во-первых, непонятно, откуда взялся целевой ориентир «доступного кредита» в 4-5 процентов годовых. Так, в прошлом году средняя процентная ставка коммерческих банков по странам БРИКС составляла: в Китае — 6 процентов, в ЮАР — чуть более 9 процентов, в Индии — свыше 10 процентов, в Бразилии — 33 процента годовых (в России — более 11 процентов годовых, так же, кстати, как в Иране). При том что инфляция в этих странах была зафиксирована в таких цифрах: в Китае — 2 процента, а в ЮАР, Индии и Бразилии — около 6 процентов (в России — более 11 процентов, в Иране — почти 16 процентов).

Как видите, лишь Иран торговал деньгами ниже инфляции, то есть себе в убыток, поскольку предоставление кредитов по таким ставкам автоматически приводило к «усушке» национальной валюты. Если, предположим, наш ЦБ с завтрашнего дня снизит ключевую ставку до тех же 4-5 процентов годовых при инфляции больше 11 процентов, не «глазьевцы» ли первыми начнут кричать, что Центробанк обворовывает пенсионеров?

Во-вторых, о том, что значительная часть средств, предоставленных по столь низким ставкам, тут же, вследствие оппортунистических действий ведущих банков (и лишь потом их клиентов), окажется на валютном рынке, можно не упоминать. Как и о том, что инфляция в России в последние годы, за исключением 2014-го, носила немонетарный характер, а в прошлом году дополнительным фактором инфляционного роста стала девальвация.

Здесь же стоит посочувствовать кабинетным ученым, свято верящим, что кредит в российской экономике всегда берется под один производственно-хозяйственный цикл. Если не согласны, объясните обозначенную в «глазьевской» части доклада взаимосвязь между низкой процентной ставкой и «средним уровнем рентабельности российских предприятий».

В-третьих, массу вопросов вызывает количественное смягчение «по-российски». Действительно, уровень монетизации нашей экономики недопустимо низок (соотношение денежной массы к ВВП в 2014 году в России составило почти 50 процентов, а не 45 процентов, как в докладе, тогда как в Китае — 196 процентов, а не 195 процентов, как в докладе). В то же время программа количественного смягчения, к примеру, в США была ориентирована на выкуп со вторичного рынка ипотечных закладных и гособлигаций, а не на кредитование реального сектора. И пусть в России расширение денежной массы предполагается осуществлять через рефинансирование инвестиционных кредитов и/или выкуп проектных облигаций, не могут не настораживать заранее определенные «глазьевцами» показатели эмиссии: «не менее 1,5 триллионов рублей в год в течение пяти лет».

Для справки: в 2006-2007 годах в России существовал государственный Инвестиционный фонд объемом в 200 миллиардов рублей. За время его функционирования удалось разместить всего 74 миллиарда, после чего фонд был ликвидирован. Теперь же эмиссию предлагается проводить в том числе для «стимулирования малого и среднего предпринимательства» (МСП), для реализации «частной инициативы миллионов».

О каких проектных облигациях применительно к МСП можно говорить? Не проще ли сразу заявить, что необходимо поддержать крупный бизнес?

Справедливости ради нужно отметить, что весомая часть предложений доклада и актуальна, и своевременна. Однако «глазьевский» мусор на входе порождает негативное отношение ко всем предлагаемым мерам на выходе. Остановите Глазьева, господа! Поверьте, это в ваших же интересах.

Правительство ошиблось в пользу маленьких
 

http://www.mk.ru/economics/2015/11/1...malenkikh.html
Популистские крики в защиту малого бизнеса могут «разбудить лихо» и только утяжелить налогообложение
Вчера в 14:25,
http://www.mk.ru/upload/entities/201...84_3306729.jpg
фото: Алексей Меринов

Новоиспеченный сюжет саги о «слоновьих» действиях властей в нашей многострадальной экономике разворачивается вокруг повышения налогообложения предпринимателей, применяющих единый налог на вмененный доход. Гнев, ярость, возмущение — лишь некоторые характеристики реакции ничего не смыслящих в экономической науке статусных и самопальных творцов общественного мнения. Между тем им следовало бы как минимум молчать в тряпочку, а как максимум — благодарить правительство за столь нежное отношение к «малышам».

В нынешней новостной «голодухе» повышение единого налога на вмененный доход (ЕНВД) — более чем «сладкий» информационный повод, на котором плотоядно оттаптываются все кому не лень. И пусть разномастные популисты понятия не имеют, что же это за зверь такой — коэффициент-дефлятор, в каких видах деятельности и при каких условиях применяется ЕНВД, а также кто имеет полномочия реально, а не пустопорожней трескотней облегчить нелегкую предпринимательскую долю, их это не останавливает. Как говорят политтехнологи, любой пиар хорош, кроме некролога.

Что ж, потрудимся объясниться. Краткая преамбула: 13 октября этого года Минэкономразвития в соответствии со статьей 11 Налогового кодекса опубликовало проект Приказа «Об установлении коэффициентов-дефляторов на 2016 год». Процедура эта рутинно-ежегодная, стартовавшая в лохматом 2003 году и связанная с необходимостью приведения в соответствие с инфляцией платежей в бюджет, выраженных в абсолютных цифрах, то есть в рублях, а не в процентах.

К примеру, если в предыдущие годы совокупный доход «упрощенцев» не должен был превышать 60 млн рублей в год (иначе право на применение УСН исчезает), то в 2016 г. в соответствии с коэффициентом-дефлятором 1,329 данная величина вырастет до 79,74 млн рублей. Еще одна иллюстрация: при патентной системе налогообложения максимальный размер потенциально возможного к получению индивидуальным предпринимателем годового дохода в будущем году в соответствии с тем же коэффициентом-дефлятором 1,329 составит не 1 млн рублей, как раньше, а 1,33 миллиона.

Что же напрягло наших правдорубов? Их неудовольствие вызвал дефлятор-2016 для предпринимателей, сидящих на ЕНВД, увеличивающий платеж в бюджет на «грабительские» 15,9%. Для справки: «вмененка» — это система налогообложения определенных видов деятельности, при которой сумма налога рассчитывается не с фактического, а с потенциально возможного дохода, то есть с дохода, заявляемого самим плательщиком, а не определяемого фискалами. (Под «определенными видами деятельности» Налоговый кодекс подразумевает оказание бытовых, ветеринарных услуг, услуг по ремонту автомобилей, перевозке пассажиров и грузов, некоторые виды нелицензируемой розничной торговли, размещение наружной рекламы и некоторые другие виды потребительских услуг.)

По каждому виду деятельности существует базовая доходность (минимальный размер выручки), как правило, выступающая базой для налогообложения. Так, для предприятий бытовых услуг базовая доходность на одного работника составляет 7,5 тыс. рублей в месяц, для автосервисов и автомоек (также на одного работника) — 12 тыс. рублей в месяц, для компаний, специализирующихся на развозной и разносной торговле (снова на одного работника), — 4,5 тыс. рублей в месяц. Естественно, с поправкой на коэффициент-дефлятор.

Немного, скажете вы и будете правы, но при одном условии — если вы рассматриваете бизнес исключительно в крупных городах, с численностью населения, скажем, от 250 тыс. человек. В небольших населенных пунктах, тем паче в сельской местности, доходность существенно ниже, но и там предприниматели «вмененку», что называется, тянут.

Коротко о масштабах предстоящей «трагедии». По итогам 2014 г., согласно данным Федеральной налоговой службы, на «вмененке» сидели 1810 тыс. индивидуальных предпринимателей и 334 тыс. организаций (численностью до 100 человек), а общая сумма налога за прошлый год составила 77,2 млрд рублей. Забыл сказать: ЕНВД — налог местный, поступающий в сверхдефицитные муниципальные бюджеты. И еще: в тех муниципальных образованиях и городах федерального значения, где введен торговый сбор (например, в столице), ЕНВД не применяется вовсе. Таким образом, московские предприниматели (за исключением Новой Москвы) использовать систему ЕНВД не вправе.

Выходит, что прирост величины торгового сбора (там, где он произойдет) к росту платежей по ЕНВД не имеет никакого отношения — на этих территориях «вмененка» просто не применяется. Если же вам по телевизору или по радио скажут обратное — знайте, что перед вами воинствующие демагоги, не читавшие Налоговый кодекс, смело переключайте канал или ткните в экран (радиоприемник) заметкой, которую вы сейчас читаете.

О размере налога. Ставка ЕНВД составляет 15%, но! Дальше можете читать по складам: представительные органы муниципальных образований, а также городов федерального значения могут вводить корректирующие коэффициенты базовой доходности (так называемые К2) от 1 до 0,005 включительно. То есть снижать базовую доходность и, следовательно, сумму налога максимально в 200 раз. Могут, но не вводят, поскольку денег в тамошних бюджетах и без того кот наплакал. К тому же вышестоящее начальство по-прежнему требует проведения красочных мероприятий по любому поводу.

Теперь о том, почему псевдозащитничкам несчастных «малышей» лучше сидеть тихо и не высовываться. Удивительно, но в данном, уникальном, замечу, случае родное государство в лице Минэкономразвития само себя высекло. Вряд ли кто-то согласится с тем, что цены на розничные потребительские услуги, подпадающие под ЕНВД, в этом году выросли всего на 15,9%. По многим, очень многим позициям рост был существенно выше — на 20, 25, а то и все 50%. Это, как говорится, факт.

Однако Росстат, находящийся в административном подчинении Минэкономразвития, упорно твердит, что индекс потребительских цен за январь–октябрь 2015 г. в сравнении с тем же периодом прошлого года увеличился именно на 15,9%! А ведь впереди еще два месяца, за которые может случиться все что угодно (окончание 2014 г. не даст соврать). И пусть инфляция пока замедляется, сомнений в том, что Минэкономразвития «продешевило», практически не осталось.

Безусловно, выручка многих предпринимателей, применяющих ЕНВД, в этом году снизилась, а в следующем может упасть еще больше, но давайте вновь вернемся к показателям базовой доходности — они, как вы видели, более чем щадящие. Конечно, налоги платить никто не хочет, тем более когда можно прикрыться кризисом и снижением потребительского спроса, но в нынешней ситуации целесообразнее следовать поговорке «не буди лихо, пока оно тихо».

Не ровен час одноглазое чудище, персонифицирующее у восточных славян злую долю, откроет свое левиафанско-улюкаевское веко и пересчитает коэффициент-дефлятор по ЕНВД в большую сторону. Если же оно, идя навстречу «трудящимся», на время снизит значение данного показателя, то это будет, выражаясь языком отдела спорта, «отложенный штраф» с обязательным погашением чуть позже.

Наконец, последнее. В плясках вокруг увеличения ЕНВД больше всего забавляют думские депутаты, когда-то дружно голосовавшие за внесение дополнений в Налоговый кодекс, а в эти дни шастающие по всем теле- и радиоканалам, где вместо благодарности Улюкаеву и Ко звенят праведным гневом. Хотя в их силах оперативно, до конца года, внести соответствующие правки в главный налоговый документ страны и тем самым заслужить предвыборную благодарность «нищих» коммерсантов. Но то ли наши думцы не хотят, то ли боятся, то ли не знают, как это сделать.

Как видите, все в руках властей, в первом случае — муниципальных, во втором — федеральных.

Страусиная авиаполитика
 

http://lenta.ru/columns/2015/11/09/krichevsky/
12:57, 9 ноября 2015

О насущных проблемах авиационной отрасли России

После аннулирования сертификата эксплуатанта у авиакомпании «Трансаэро» бизнес-образ флагмана российской гражданской авиации, государственного «Аэрофлота» претерпел неприятную метаморфозу — авиагордость России, лучшая авиакомпания Восточной Европы последних лет ни с того, ни с сего переродилась в ненавистного воздушного монополиста. «Трансаэро», некогда второй авиаперевозчик России, доведенный до ручки собственниками и менеджментом, а в последние месяцы еще и выстраивавший билетную пирамиду, кое-кем рисуется чуть ли не как альтруист-филантроп, с исчезновением которого «цены на авиабилеты в очередной раз взлетят до небес».

Но одно дело блогеры, как правило, «за интерес» представляющие далеко не всегда соответствующую действительности точку зрения, а в данном случае выступающие еще и медиаприкрытием проворовавшихся авиаторов. Совсем другой оборот возникает, когда некоторые чиновники занимают искаженную публичную позицию, нагнетая предгрозовые тучи в сфере пассажирского авиасообщения, при этом не утруждая себя разработкой конструктивных предложений по повышению транспортной доступности удаленных регионов страны.

В конце октября губернатор Приморского края Владимир Миклушевский заявил, что после прекращения полетов «Трансаэро» авиабилеты на прямые рейсы по направлению Москва —Владивосток стали недоступными для рядовых россиян. По его словам, стоимость билетов на прямые рейсы, которые теперь выполняет только «Аэрофлот», возросла в 3-5 раз, если покупать за несколько дней до вылета.

«Ситуация складывается крайне неприятная», — подытожил Миклушевский и обратился к полпреду президента в Дальневосточном федеральном округе Юрию Трутневу с просьбой увеличить количество прямых рейсов разными компаниями. Как будто полпред достанет из волшебного мешка дешевые авиабилеты вместе с дармовыми широкофюзеляжными самолетами и раздаст их всем желающим.

Впрочем, после официального опровержения «Аэрофлота» и подтверждения авиакомпанией неизменности «программы единых "плоских" тарифов на период до конца 2015 года на направления в ряд городов Дальнего Востока, а также в Калининград и Крым», приморский губернатор принес свои извинения. От которых простым дальневосточникам ни холодно, ни жарко — острота авиатранспортной проблемы не снизилась. И вот почему.

Прежде всего уточним, что «плоские» тарифы — часть социальной миссии «Аэрофлота», изначально убыточные цены на авиабилеты, потери, которые государство, в отличие от субсидированных тарифов, не компенсирует. Согласно программе «плоских» тарифов стоимость авиаперелетов в экономклассе из Москвы в Петропавловск-Камчатский, Хабаровск, Южно-Сахалинск, Владивосток и обратно составляет 18 000 и 11 000 рублей в одну сторону с учетом такс и сборов, а путешествие из Москвы в Симферополь или Калининград и обратно — 7500 и 4500 рублей в одну сторону с учетом такс и сборов. Обращаю ваше внимание: «Аэрофлот» как государственная компания идет на материальные потери сознательно, чего частники позволить себе не могут.

В свою очередь субсидированные тарифы — это часть специальных госпрограмм субсидирования определенных авиамаршрутов (всего их более 30) с целью повышения доступности пассажирских авиаперевозок. Благодаря таким программам, пассажиры-льготники оплачивают лишь половину стоимости авиабилета, а вторую половину компенсирует государство.

К льготным категориям относятся граждане России в возрасте до 23 лет, женщины старше 55 лет, мужчины старше 60 лет, инвалиды первой группы, дети-инвалиды, а также сопровождающие инвалидов первой группы и детей-инвалидов лица. Кроме того, для детей в возрасте до двух лет предусмотрена скидка в размере 100 процентов, правда, без предоставления отдельного места, а для детей в возрасте от двух до 12 лет — скидка в размере 25 процентов тарифа. Свобода передвижения трудоспособного населения многих российских территорий по-прежнему скована высокой стоимостью авиабилетов .

Как видите, убыточные «плоские» тарифы «Аэрофлота», аналогов которых в мировой практике нет, являются для других авиаперевозчиков основным камнем преткновения. Частные авиакомпании осознают, что выдержать подобную ценовую политику без финансовой помощи государства им не под силу, а потому предпочитают не расширять свое присутствие на указанных маршрутах. Единственным конкурентом «Аэрофлота» на дальневосточных авиалиниях была компания «Трансаэро», однако к чему привел ее демпинг ниже себестоимости, мы знаем. Другие авиакомпании летать столь печальным маршрутом не желают, что же до государства, то оно пока не спешит расширять программу авиатранспортного субсидирования.

Еще одно препятствие — отсутствие в авиапарках воздушных перевозчиков достаточного количества дальнемагистральных самолетов, из-за чего авиакомпании вынуждены осуществлять дальневосточные рейсы с промежуточными стыковками. Причем стыковки эти зачастую происходят за пределами нашей страны. Однако и в этом случае государство молчит, хотя могло бы через государственные институты развития предложить авиачастникам программы льготного лизинга дальнемагистральных воздушных судов.

Теперь проверим обоснованность утверждения администрации Приморского края, что до середины ноября пассажиры смогут приобрести билеты на рейсы «Аэрофлота» только на места бизнес-класса. Необходимая оговорка — эксперимент проводился 30 октября, а даты вылета из Владивостока в Москву и возвращение обратно запланированы соответственно на 5 и 8 ноября. То есть мы попробуем купить билеты, согласно приморскому губернатору, «за несколько дней до вылета», а заодно проверить утверждение, что цена выросла в 3-5 раз, то есть как минимум до 27-45 тысяч рублей.

Итак, на 5 ноября сайт «Аэрофлота» предлагает два прямых рейса Владивосток — Москва по цене 11 000 рублей за билет (тариф экономкласса «Премиум»). Билеты по 9000 рублей, к сожалению, проданы, зато у перекупщиков есть места на S7 Airlines с одной пересадкой в Новосибирске по цене 38 540 рублей. Если же мы не стеснены во времени, но желаем сэкономить, то к нашим услугам более дешевые варианты от той же S7 через Токио за 25 821 рубль или от «Нордстар» с привалом в Красноярске за 32 650 рублей.

Конечно, если постараться, то можно найти варианты не то, чтобы за 27-45 тысяч рублей, но даже за 256299 рублей с пересадками в Сеуле и во Франкфурте-на-Майне от «Аэрофлота» и Lufthansa, но это как-нибудь в следующий раз.

Теперь представим, что мы, сделав все дела в столице, решили вернуться во Владивосток 8 ноября опять же экономклассом. И снова к нашим услугам прямой рейс «Аэрофлота» за 11 000 рублей (вновь тариф «Премиум»), рейс S7 Airlines за 34 040 рублей, а также рейс S7 Airlines совместно с Emirates со стыковкой в Дубае за 36 320 рублей.

На этом маршруте также присутствует своя экзотика — скажем, можно вылететь сначала в Абу-Даби, потом в Сеул и лишь затем во Владивосток за неполный 21 час и какие-то 627 841 рубль, сравнив качество услуг «Аэрофлота» и Etihad Air, но это снова не про нас.

Всего же авиабилеты на прямые и стыковочные рейсы из Москвы во Владивосток и обратно по «плоским», субсидированным и стандартным тарифам мы можем купить у 25 российских и иностранных авиакомпаний, но по-настоящему доступными остаются лишь тарифы «Аэрофлота». Неудивительно, что билеты на рейсы этой госкомпании не достать.

Удостовериться в наличии авиабилетов по маршруту Владивосток — Москва и обратно с временным лагом в неделю может любой желающий. Но проверка ничего не изменит — большинство жителей дальневосточных регионов воспользоваться авиатранспортом по-прежнему может лишь по великим праздникам либо в случае печальной необходимости, авиакомпании конкурировать с ценой авиабилетов «Аэрофлота» в 18 тысяч рублей туда и обратно, как и раньше, не в состоянии, а государство, пытаясь сэкономить на собственных гражданах, предпочитает по-страусиному не замечать крайне тревожную ситуацию в авиаотрасли.

Хитрые мира сего
 

http://www.mk.ru/economics/2015/11/2...mira-sego.html
Под видом помощи малому бизнесу проталкиваются налоговые послабления олигархам
Сегодня в 16:14,
http://www.mk.ru/upload/entities/201...97_5226215.jpg
фото: Алексей Меринов

История с повышением и последующим «замораживанием» единого налога на вмененный доход становится все более интригующей. В эти дни в Госдуме рассматривается законопроект депутата Андрея Макарова, в котором под ширмой помощи малому бизнесу проталкиваются налоговые послабления олигархам. И если шаг навстречу «малышам» обойдется нам в 12 млрд рублей, то «рука помощи» олигархам — на порядок больше.

Краткая преамбула. В «МК» от 12 ноября этого года вышла моя заметка «Правительство ошиблось в пользу маленьких», в которой рассматривалась инициатива Минэкономразвития по повышению со следующего года на 15,9% минимально допустимых выплат по единому налогу на вмененный доход (ЕНВД), применяемого в малом бизнесе. В материале, в частности, говорилось, что предложенный коэффициент-дефлятор (его предназначение — привести налоговые выплаты в соответствие с ростом инфляции) существенно ниже реального повышения цен в тех секторах потребительского рынка, где трудятся плательщики налога. Смысл был таким: лучше помалкивать и не будить левиафанско-улюкаевское веко, а не то, не ровен час, оно приоткроется и пересчитает коэффициент в большую сторону.

Но, жизнь, как это часто бывает, выдает такие импровизации, что просто диву даешься. Буквально на следующий день после публикации председатель Комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров внес законопроект, одна из трех статей которого посвящалась «заморозке» ЕНВД для малого бизнеса. Мол, услышали глас народа, сейчас не время, нужно поддержать «малышей» и прочее.

Решили и решили, своя рука владыка. Но «макаровский» законопроект оказался с секретом: первая статья, где предлагается не поднимать коэффициент для «малышей», а также третья, регулирующая взимание НДС при авиаперевозках, выглядят ширмой для проталкивания второй статьи, ради которой, как я полагаю, весь сыр-бор и затевался.

Процитируем статью 2 «макаровского» законопроекта полностью: «В абзаце первом части 1 статьи 2 Федерального закона от 8 марта 2015 года № 32-ФЗ «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 2015, №10, ст. 1402) слова «по 31 декабря 2015 года» заменить словами «по 31 декабря 2017 года».

Вы что-нибудь поняли? Нет? Уверен, что и большинство думцев не въехало. Ларчик же открывается так.

Эта самая статья 2 Федерального закона от 8 марта 2015 г. №32-ФЗ «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации» посвящена налогообложению прибыли российских компаний, имеющих контролируемую задолженность перед компаниями иностранными.

В чем суть контролируемой задолженности? Долг считается контролируемым, когда российская организация связана с иностранной одним из следующих способов: либо иностранная компания прямо или косвенно владеет как минимум 20% уставного капитала российской организации, либо российская организация имеет долг перед другой российской фирмой, которая в свою очередь представляет собой аффилированное лицо иностранной компанией-кредитором, либо российская организация имеет долг, по отношению к которому иностранная и аффилированная российская компании выступают гарантом (поручителем).

Если совсем просто, то схема выглядит так. Российская компания прямо или через собственников (вариант — через местных номинальных владельцев) учреждает фирму, к примеру, в офшоре. Затем на иностранную пустышку частично или полностью оформляется уставный капитал российской структуры, т.е. она становится учредителем. Далее часть средств из России выводится и аккумулируется на счетах иностранной то ли «дочки», то ли «мамы», а может, «сестры». И, наконец, некогда выведенные из страны деньги триумфально возвращаются на Родину, но уже под видом иностранных инвестиций.

В результате левый карман оказывается должен правому, но правый делает вид, что к собственным штанам никакого отношения не имеет.

Но это еще не все условия (сложно, согласен, но на то они и деньги, чтобы не искать легких путей). Контролируемая задолженность перед иностранной компанией должна превосходить стоимость собственного капитала российской организации (суммы уставного, добавочного, резервного капиталов, а также нераспределенной прибыли и специальных фондов) минимум троекратно. Для банков и лизинговых компаний превышение задолженности над собственным капиталом должно быть не менее чем в 12,5 раза.

Продолжая аналогию со штанами, можно сказать, что одним из условий признания задолженности контролируемой выступает размер левого кармана. Критерий контролируемости — это во сколько раз долг левого кармана (перед правым) превышает размер всех остальных (внутренних, нагрудных, потайных) карманов пиджака и брюк.

К примеру, если собственный капитал составляет 1 млн рублей, а сумма долга перед иностранной фирмой — 2,5 млн рублей, (естественно, после пересчета по курсу, ведь иностранец предоставляет займы в валюте, тогда как бухгалтерский баланс составляется в рублях), то задолженность контролируемой не признается. Если же пересчет дает цифру в 3,1 млн рублей, то задолженность автоматически становится контролируемой.

Вы уже заметили, что очень многое зависит от курса? Правильно: за последний девальвационный год у очень многих крупных организаций, особенно олигархических, задолженность перед взаимозависимыми компаниями перешла из категории обычных в разряд контролируемых, поскольку рубль «просел», соответственно, задолженность (пересчитанная на рубли) выросла. Фискалы оживились.

Здесь-то и прячется, возможно, главный элемент Закона №32-ФЗ, определения того самого курса пересчета. В законе записано, что величина контролируемой задолженности рассчитывается по курсу, не превышающему курсы, установленные ЦБ по состоянию на 1 июля 2014 г., то есть, если в долларах, не более 33,84 рубля/$1. Госдума для этих потенциальных жуликов словно остановила время: мы живем при курсе в 65 рублей/$1, а для них все еще прошлогоднее лето с курсом 33,84 рубля/$1!

И снова о штанах. Фактически фискалам подсунули мерительный инструмент для определения размера карманов со специально испорченной шкалой делений, где циферки значат в два раза меньше, чем следовало бы. В итоге налоговики и бюджет предсказуемо оказались в пролете. Впрочем, вся эта курсовая халява должна была закончиться с предстоящим через месяц боем новогодних курантов. Но тут подоспел думский «Чип и Дейл» и, бесстрашно прикрываясь заботой об «угнетаемом малом бизнесе», предложил продлить олигархическое благоденствие еще на два года.

Теперь — к налогообложению процентов, выплачиваемых по контролируемой задолженности. Как известно, необоснованное завышение процентных ставок по долгам самим себе длительное время служило надежным инструментом вывода денег за бугор, ведь проценты относятся на себестоимость продукции — следовательно, платить с них налог на прибыль не нужно. Мало того что деньги уперли, так еще с процентами жульничают.

Спасибо фискалам, они продавили изменения в Налоговом кодексе, статья 269 которого теперь указывает, что предельные значения процентных ставок по долгам в рублях должны находиться по состоянию на сегодняшний день в интервалах от 0 до 19,8% годовых, а, к примеру, в долларах США — от 4,9 до 7,9% годовых. Не разбежишься.

Теперь, собственно, о суммах, которые недополучат бюджеты после принятия «макаровского» законопроекта. Сначала — по ЕНВД, направляемому в местные бюджеты. По итогам прошлого года общая сумма выплат по этому налогу составила приблизительно 77 млрд. рублей. При прочих равных, применив простое умножение собранной суммы на 15,9% (величину коэффициента-дефлятора), мы получим чуть более 12 млрд рублей, неполученных в следующем году муниципальными образованиями.

С налогом на прибыль (20%), взимаемым с переплаты процентов по контролируемым задолженностям и распределяемым в пропорции 18 процентных пунктов — в региональные бюджеты, 2 процентных пункта — в федеральный бюджет, сложнее. Теоретически в предстоящие два года российские юридические лица должны выплатить процентов по внешним долгам на общую сумму 37 млрд долл. (данные по состоянию на 1 июля 2015 г.). Если предположить, что под указанные в этом материале проценты подпадает хотя бы четверть всех процентов к уплате, то налог на прибыль, который могли бы получить региональные и федеральный бюджет, составил бы около 2 млрд долл., или приблизительно 120 млрд рублей. А общая сумма бюджетных потерь в результате принятия одного лишь «макаровского» законопроекта — не менее 132 млрд рублей. За счет этих денег в будущем году можно было бы провести индексацию страховых пенсий не на 4%, а минимум на 5%.

Не кажется ли вам, господа, что депутаты из года в год обходятся нам все дороже, а некоторые и вовсе становится бриллиантовыми? Впрочем, не все еще потеряно: будем надеяться, что «старшие товарищи» депутата Макарова одернут. Поправят, так сказать.

А в это время…
 

http://lenta.ru/columns/2015/11/25/rosneft/
26 ноября 2015

Какие сюрпризы преподнесла отчетность «Роснефти»
доктор экономических наук, профессор

Череда удручающих внешнеполитических событий последнего времени предсказуемо отвлекла внимание общества от внутриэкономических новостей. Подавленное настроение людей легко объяснимо, но вместе с тем приходится констатировать, что нынешние новостные ленты, как правило, не содержат никакой позитивной информации, способной стать тем лучиком света, в котором сегодня так нуждаемся мы все. Текущие условия функционирования российской экономики простотой и предсказуемостью не отличаются, и тем отраднее, что столпы нашего национального хозяйства, прежде всего крупнейший налогоплательщик страны, нефтяная компания «Роснефть», радуют своими результатами.

Не скрою, мы с коллегами-экономистами с некоторой тревогой ожидали выхода промежуточной отчетности «Роснефти» по МСФО за девять месяцев этого года. Санкции, как известно, пока никто не отменял, запрет на технологическое и финансовое сотрудничество западных компаний с нашим нефтегазовым гигантом и некоторыми другими российскими структурами продолжает действовать, плюс ко всему нефтяная конъюнктура, судя по всему, уже обжилась на непривычно низких ценовых рубежах. К этому стоит добавить возможный рост издержек нефтедобычи за счет все еще высокой инфляции, существенную долговую нагрузку компании и, конечно, удручающие результаты работы основных мировых конкурентов флагмана российской экономики.

Однако опубликованная на днях отчетность НК «Роснефть» по МСФО за 9 месяцев 2015 года превзошла даже самые смелые ожидания аналитиков и в который уже раз стала поводом для посрамления огульных критиков. Судите сами.

Во-первых, чистая прибыль «Роснефти» по МСФО за третий квартал составила 113 миллиардов рублей, а за 9 месяцев 2015 года — 303 миллиарда рублей, увеличившись (внимание!) на 40 процентов по сравнению с 9 месяцами 2014 года. Компания продолжает генерировать стабильный денежный поток: 177 миллиардов рублей в третьем квартале и 517 миллиардов рублей с начала года (рост по сравнению с прошлым годом — 28 процентов). Стабильная генерация денежного потока обеспечила источники для выплаты дивидендов, стабильные налоговые выплаты и необходимую ликвидность для финансирования инвестиционной программы.

Во-вторых, по итогам 9 месяцев 2015 года цена на нефть снизилась на 13 процентов в рублевом выражении и на 48 процентов в долларовом. Тем не менее выручка компании уменьшилась по сравнению с тем же периодом прошлого года менее чем на 8 процентов. Несмотря на ухудшение рыночных условий, «Роснефть» увеличила объем реализации нефти и нефтепродуктов на 2 процента, нарастила объемы продаж газа почти на 6 процентов, повысила показатель выпуска светлых нефтепродуктов до 55 процентов (рост объема производства моторного топлива класса Евро 4/5 составил более 8 процентов).

В-третьих, в условиях существенной инфляции — рост цен в промышленности за 9 месяцев 2015 года составил 12 процентов — компании удалось сохранить прежние операционные издержки (157 рублей/б.н.э.). Это значит, что «Роснефти» удалось снизить затраты в реальных, скорректированных на инфляцию, ценах.

В-четвертых, с начала нынешнего года за счет погашения существенной части краткосрочной кредиторской задолженности общий долг компании сократился на 22 процента в долларовом выражении, более того, по сравнению с прошлым годом чистый долг в долларовом выражении снизился на 46 процентов. Упомянутая выше стабильная генерация свободного денежного потока, а также получение средств по долгосрочным контрактам на поставку нефти позволили существенно улучшить структуру кредитного профиля компании.

Наконец, в-пятых, эти и другие позитивные результаты деятельности «Роснефти» в нынешнем году выгодно отличаются от аналогичных результатов основных конкурентов. Так, Exxon Mobil, Petrochina, Chevron, Petrobras и Shell продемонстрировали сокращение чистой прибыли на величину от 49 процентов до 81 процента, а ВР и Statoil и вовсе отчитались о чистых убытках. Кроме того, многие оппоненты демонстрируют существенное сокращение свободного денежного потока или даже отрицательное значение этого важного показателя.

Сегодня, когда в России «бизнес-плач Ярославны» стал уже привычным, а оправдание неудач кризисом — почти повсеместным, «Роснефть», подавая пример эффективной деятельности, в который уже раз доказывает, что при любой экономической погоде успех в первую очередь зависит от слаженной и компетентной работы корпоративного менеджмента. Успехи контролируемой государством «Роснефти» тем более показательны на фоне иностранных нефтегазовых «частников», которые сегодня, что называется, горят.

Сам себе регулятор
 

http://www.ng.ru/economics/2016-02-02/5_retail.html
Ритейл против роста цен
http://www.ng.ru/upload/resize_cache...1/RTR41LMF.JPG
Об авторе: – доктор экономических наук, профессор.

Как и ожидалось, никакого предновогоднего скачка цен на продовольственные товары не случилось, а запугивание потребителей так и осталось на совести всезнающих «экспертов». Ритейл и не собирался поднимать розничные цены: во-первых, на потребительский рынок давит снижение покупательной способности населения, а во-вторых, сетевые компании наглядно продемонстрировали, каким в нынешних непростых условиях должен быть социально ответственный бизнес. И это, пожалуй, лучшие доводы для прекращения разговоров о необходимости госрегулирования торговых наценок.

Россия стала считать деньги. Экономика страны, стреноженная снижением нефтяных цен, ослаблением рубля и антироссийскими санкциями, совершает пока что «мягкую» посадку. В такой ситуации не мы одни. То же самое, но с разной степенью «жесткости», происходит в национальных хозяйствах Австралии, Бразилии, Венесуэлы, Канады, Мексики, Норвегии, стран Ближнего Востока, всех, чьи экономики, в основном, специализировались на экспорте сырья. Хотя что нам до них…

Вроде бы у нас экономическая депрессия, а в российских городах появляются все новые и новые сетевые продовольственные магазины. Одновременно (не замечали?) поутихли разговоры о, якобы, взвинчивающем цены продовольственном ритейле. На деле сетевики делают все возможное, чтобы привлечь людей к своим прилавкам.

За нас, точнее, за наши кошельки, происходит самое настоящее бизнес-сражение. Кто предложит меньшую цену при сопоставимом качестве, кто больше урежет свои аппетиты и самостоятельно отрегулирует предложение под возможности покупателей, тот и выиграет. Причем, снижение покупательной способности – только часть объяснения, другая – конкуренция, особенно, в столицах, делающая бессмысленными любые ценовые сговоры, так как в прогаре могут оказаться все участники картеля. Есть еще импортозамещение, но о нем ниже.

Вернемся к продовольственным ценам. Когда-нибудь это должно было произойти – «данный нам в ощущениях» рост цен на продукты просто обязан был натолкнуться на аргументированные возражения торговых сетей. И вот по итогам декабря 2015 г. стоимость продовольственного набора по средним ценам «Пятёрочки» для европейской части России оказалась на «грамулечку» ниже аналогичного показателя Росстата: 3573 и 3590 рублей соответственно. Пусть даже расхождение составило всего 0,5%.

Поговорим о столицах, где жизнь, как считается, дороже. В декабре прошлого года стоимость продовольственного набора по средним ценам «Пятёрочки» в Москве составила 3734 рублей, тогда как стоимость аналогичного набора Росстата – 4264 рублей (московский индекс «Пятёрочки» составил, таким образом, 87,6% [1]). В Санкт-Петербурге стоимость того же набора составила 4140 рублей при аналогичной оценке Росстатом – 4265 рублей (санкт-петербургский индекс «Пятёрочки» – 97,1%). И это при средней по России доле расходов на продукты питания, алкогольные напитки и табак в 35,7%.

Вероятно, у некоторых жителей Москвы и Питера, прежде всего, малообеспеченных людей, «средние цены» не вызовут доверия – пословица «кому щи пустые, а кому жемчуг мелкий» не знает деления на сословия. В Москве декабрьская стоимость набора не по средним, а по минимальным ценам «Пятерочки» была зафиксирована в 2431 рублей, в Санкт-Петербурге – в 2890 рублей, а в среднем по европейской части России – 2020 рублей, что, кстати, в 1,75 раза ниже показателя Росстата.

В целом, во втором полугодии ушедшего года стоимость продовольственного набора по средним ценам «Пятёрочки» для европейской части России снизилась на 4,8%. Если же смотреть по минимальным ценам, то в декабре в сопоставлении с июлем «корзина» была вновь существенно ниже: в европейской части России – на 18% или на 438 рублей, в Москве – на 16% (на 469 рублей), в Санкт-Петербурге – на 9% (на 298 рублей).

В июле-декабре прошлого года товарами-лидерами по снижению цен стали, в первую очередь, овощи: морковь подешевела на 60%, картофель – на 52%, лук репчатый – на 23%, капуста белокочанная – на 10%. Сезон, скажут многие. Но как тогда относиться к уменьшению цены на куры охлажденные на 6%, а также на другие продукты, чье производство от сезонности не зависит?

Ответ – в развивающемся импортозамещении, которое незаметно происходит вокруг нас. В той же «Пятёрочке» российские продукты во втором полугодии занимали до 97% оборота, а в некоторых товарных категориях их доля доходила до 100%. Ритейл постепенно переориентируется на российских поставщиков, предлагающих продукцию по «вменяемым» ценам, от чего у некоторых возникает когнитивный диссонанс (познавательное несоответствие) – курс рубля падает, а цены если и растут, то не сильно. И это, кстати, еще одно возражение против нормативного, а не рыночного регулирования торговых наценок.

В определенной степени именно благодаря импортозамещению и не случилось того предновогоднего скачка цен, о котором говорилось в начале материала: мало того, что покупательная способность населения снижается, так еще и над отечественными производителями довлели соображения экономической целесообразности. Взвинтить цены – дело нехитрое, но что потом делать с нераспроданными остатками? Списывать? А из чего тогда платить зарплату собственным работникам?

Впрочем, в начале года цены в продуктовых магазинах традиционно вырастают, но отнюдь не вследствие внезапно возрастающих прихотей сетевиков, а по причинам куда более прозаическим: урожаи мы научились выращивать хорошие, но сохранить их до весны пока не можем. Так, зимой-весной объем плодоовощного импорта в среднем составляет 70–75%, из-за рубежа к нам поступают чай, кофе, некоторые виды алкогольной продукции, даже говядина и та все еще ввозится из-за границы.

Хорошо это или плохо – вопрос сколь риторический, столь и демагогический: конечно, плохо, но, повторюсь, причем здесь продовольственная розница? Экономическая депрессия, как говорил великий экономист Торстейн Веблен, «эмоциональный недуг бизнесменов»: работать надо, сокращать издержки, искать короткие пути к потребителю, а не жалиться на непривычно тяжелую жизнь.

[1] Показатель сравнивает данные о средневзвешенных ценах на минимальный продуктовый набор в торговой сети «Пятёрочка» с его среднерыночной стоимостью, рассчитываемой Росстатом. Соотношение показателей Росстата и ритейлера отображается в Индексе «Пятёрочки» и считается в процентах, где за 100% приняты данные государственной статистики.
http://www.ng.ru/upload/medialibrary/c0e/nlrj_3_t.jpg
http://www.ng.ru/upload/medialibrary/dcd/rrko_6_b.jpg
http://www.ng.ru/upload/medialibrary/109/xcij_7_b.jpg
Инфографика "НГ"

Порядок на дорогах через "платоническую" любовь
 

http://www.rg.ru/2016/02/01/sistema-platon.html
Владельцам большегрузов придется перейти на честные и понятные правила игры

01.02.2016, 00:00
http://cdnimg.rg.ru/img/content/121/...00_default.jpg
Фото: Алексей Филиппов/РИА Новости
С момента начала работы государственной системы "Платон", обеспечивающей сбор, обработку, хранение и передачу данных о движении российского и иностранного большегрузного автотранспорта массой свыше 12 т, прошло два с половиной месяца. Срок незначительный, но тем не менее позволяющий подвести первые итоги.

Во-первых, в системе "Платон" зарегистрировались более 123 тыс. грузоперевозчиков с общим количеством автопарка свыше 650 тыс. большегрузов. Из общего числа владельцев 64% составили физлица, 15% - индивидуальные предприниматели и 21% - организации. На конец января количество приобретенных маршрутных карт для поездок по федеральным трассам превысило 3 млн экземпляров.

Во-вторых, устранены стартовые недоработки проекта: регистрация и оформление маршрутной карты занимают несколько минут, а оплата теперь возможна безналичными перечислениями, наличными, топливными картами, а также через платежные терминалы.

В-третьих, известны первые финансовые результаты: из общей суммы в 3 млрд рублей 69,2% средств поступило по безналичным переводам, 23,3% - посредством оплаты через "личный кабинет" на сайте системы, 6,0% - через терминалы самообслуживания системы, 1,5% - при помощи платежных терминалов.

В-четвертых, и это главное, введение "Платона" практически не отразилось на стоимости перевозок, следовательно, влияние оплаты передвижения большегрузов на инфляцию отсутствует. Об этом свидетельствуют и положительные показатели работы ретейла.

Идея запуска системы "Платон" заключалась, напомню, в минимизации серого, неучтенного сектора грузоперевозок, суммарные бюджетные потери от которого достигали, по разным оценкам, 1,3 трлн рублей. В этой связи неудивительно, что участниками протестных акций стали как раз частники, кровно заинтересованные в сохранении прежнего статус-кво.
В системе "Платон" зарегистрировались более 123 тыс. грузоперевозчиков. На конец января количество приобретенных маршрутных карт для поездок по федеральным трассам превысило 3 миллиона

Обратите внимание: среди всех зарегистрировавшихся в системе без малого две трети составили те самые физические лица, которым нынче придется перейти на понятные и прозрачные правила игры. Что уже в этом году могло бы дать солидные дополнительные доходы бюджетов и внебюджетных фондов.

Могло бы, но, скорее всего, не случится.

Как известно, протяженность федеральных автотрасс составляет всего 5% от всех дорог в стране, но через них проходит до 40% автотранспортного грузооборота, а на "12-тонники" приходится порядка 60% всех грузов. Размер платы в счет возмещения вреда, причиняемого федеральным автодорогам большегрузами (3,73 руб./км пути), был введен Постановлением Правительства РФ от 14 июня 2013 г. N 504 (в ред. от 3 ноября 2015 г.). До 29 февраля 2016 г. включительно к размеру платы применяется коэффициент 0,41 (плата - 1,53 руб./км), а с 1 марта 2016 г. по 31 декабря 2018 г. включительно - коэффициент 0,82 (3,06 руб./км).

В конце прошлого года с постепенным введением платы согласились все. Кроме того, по предложению президента Владимира Путина правительство прорабатывает вопрос об отмене транспортного налога для большегрузов, например, через налоговый вычет на сумму платы в системе "Платон".

Помимо этого отменена предоплата для владельцев "12-тонников", а штраф за движение без регистрации снижен с 450 тыс. до 5 тыс. рублей за первое нарушение и до 10 тыс. рублей за второе.

Не так давно премьер-министр Дмитрий Медведев поручил представить в правительство согласованные предложения по сроку увеличения размера платежей, взимаемых с грузовиков массой свыше 12 т.

При этом некоторые думские популисты выступают за отсрочку как минимум до осени, а ведь такой "маневр" следует расценивать как очевидное нарушение интересов как государства и граждан, так и самих "дальнобойщиков".

Прежде всего возникает недофинансирование стратегических инфраструктурных проектов в сфере дорожного строительства, а это приоритет деятельности государства в кризисные периоды. Больше того, на днях министр транспорта России Максим Соколов заявил, что реализация ряда транспортных проектов уже перенесена на более дальние сроки.

Далее, низкое после весенней распутицы качество федеральных автотрасс негативно отразится на безопасности дорожного движения. По данным ГИБДД, каждое второе ДТП в России происходит из-за неудовлетворительного состояния автодорог. Сложно представить, какой будет доля дорожных происшествий по окончании дачного сезона вследствие неотремонтированных автотрасс по причине отсутствия средств.

Наконец, правительство, как видно, не собирается отменять п.2 упомянутого постановления, предписывающего автоматическую ежегодную индексацию размера платы на уровень инфляции. В результате при сохранении нынешнего уровня инфляции к 2019 г. размер платы будет составлять не 3,73 руб./км, а 5,37 руб./км.

Если уж и говорить о новой отсрочке, то речь может идти о повышении платы не осенью, а максимум с июня, когда закончится весенняя распутица на дорогах. Важно не откладывать реализацию дорожных и транспортных проектов, а главное - сохранить жизни и здоровье людей. При этом правительство может внести дополнительные изменения в постановление N 504.

Русский менталитет
 

http://www.sovsekretno.ru/articles/id/5329/
Опубликовано: 4 Февраля 2016 09:00

"Совершенно секретно", No.2/379, февраль 2016

http://www.sovsekretno.ru/public/use...-16-04-16.jpeg
Экономист Александр Чаянов
Фото: РИА "Новости"

Нашего человека могли заставить много работать только неурожай, падёж скота, эпидемия или грабёж. «Моральная экономика» Александра Чаянова

Как быстро, обретая, мы теряем снова! В советский перестроечный период страна узнала о выдающемся русском экономисте Александре Чаянове, о его семейно-трудовой теории, получившей название «моральная экономика». И что? Стали выводы Чаянова нашим подспорьем? Нет. Да что там, уже через несколько лет Чаянова забыли, хотя он нашёл один из заветных ключиков к экономическому развитию России.

На стыке XIX и XX веков Россия по многим экономическим показателям отставала всего от трёх стран «протестантского капитализма», где непрерывный промышленный рост являл собой как бы важнейшую добродетель и цель существования, – от Великобритании, Германии и США. Но сильно ли перетруждались наши предки, приумножая российскую экономическую мощь? Если и напрягались, то не сильно. Как они рассуждали? Дополнительный заработок, превышающий текущие и отчасти будущие краткосрочные потребности семьи – дело, конечно, хорошее, но стоит ли надрывать жилы ради неочевидного результата?

Трудолюбие без напряжения

Модель экономического поведения, когда семья довольствуется доходом, обеспечивающим удовлетворение лишь базовых потребностей, будучи уверенной, что власть, родственники, соседи в случае чего помогут, впервые была сформулирована русским экономистом Александром Чаяновым и получила название «моральной экономики». Замечу, что согласно переписям населения 1897 и 1926 года доля сельского населения России оценивалась соответственно в 85 и 82% от общей численности. Менталитет за столь короткий отрезок времени существенно не меняется.

Русский человек начинает работать интенсивнее, когда в его семье прибавляются едоки
http://www.sovsekretno.ru/public/use...6-07-01-4.jpeg
Фото: FUNIK.RU

Базовой единицей исследования у Чаянова выступил не привычный индивидуум, тем более общество или власть, а семейно-трудовое крестьянское хозяйство. Возможно, это не самый оптимальный метод проведения экономического анализа, однако чаяновский подход позволяет открыть новую страницу в изучении мотивационной составляющей русского экономического характера, весьма и весьма далёкой от цели получения прибыли.

Согласно выводам Чаянова и его коллег по организационно-производственной школе, в трудовом земледельческом хозяйстве нормы напряжения труда значительно ниже его полного использования. Например, в Тамбовской губернии колебания в использовании рабочего времени (за вычетом праздников) у мужчин составили от 37 до 96%, у женщин – от 15 до 55%, у полуработников – от 8 до 40%. Чтобы было понятнее, что такое «напряжение труда», Чаянов приводит эмпирические данные годовых затрат труда на одного работника по 25 обследованным хозяйствам Волоколамского уезда, по которым среднее количество затраченных в году рабочих дней на сельскохозяйственные работы составляет 118, на промыслы – 14, а всего – 132 рабочих дня.

Располагая резервами для увеличения собственного производства и получения доходов на стороне, крестьянское хозяйство только в экстремальных обстоятельствах (неурожай, падёж скота, эпидемия, грабёж) могло лишиться возможности удовлетворения жизненных потребностей, поскольку имело значительный объём неиспользуемого трудового ресурса. Кроме того, стремление минимизировать негативные последствия экстремальных обстоятельств находит своё выражение в желании русского крестьянина оказаться под крылом более сильного: господина, монастыря, государства.

Проанализировав эмпирические данные, Чаянов пришёл к выводу, что «при прочих равных условиях крестьянский работник, стимулируемый к работе потребностями своей семьи, развивает тем большую энергию, чем сильнее давление этих потребностей. Мера самоэксплуатации в сильнейшей степени зависит от степени обременённости работника потребительскими запросами своей семьи. Сила влияния потребительских запросов в данном случае настолько велика, что в целом ряде районов под давлением нарастающего потребительского запроса работник развивает свою продукцию в строгом соответствии с нарастающим числом едоков и объём хозяйства семьи зависит всецело от числа едоков, а отнюдь не от числа работников. Чем больше в хозяйстве (семье) едоков, тем больший объём продукции вырабатывает работник».

Далее Чаянов сравнил русский менталитет с западноевропейским. Оказалось, что работник, к примеру из Гамбурга (схожие выводы получились при исследовании хозяйств в Швейцарии), при увеличении числа едоков начинает экономить на потреблении, а русский начинает больше работать, даже при сопоставимом основном капитале. В случае же явного недостатка основных средств (орудий производства или земли) неиспользуемый трудовой ресурс члена русского семейно-трудового хозяйства перетекает в промыслы (говоря современным языком, в подработку на стороне).

Русский человек исходил из традиционалистского подхода, предполагающего выстраивание хозяйственного поведения не от «воздушных замков», но «от печки», то есть от фактических потребностей его родных и близких. При этом полагаться на формирование новых, выходящих за рамки традиционных, потребностей, которые якобы станут дополнительным стимулом к повышению производительности труда – занятие пустое. Гаджет, образование или квартира (дом) суть те же традиционные потребности, что довлели над нашими предками, только в современном, модифицированном виде. С удовлетворением которых существенная часть стимулов к продуктивной работе исчезает.

Чаяновские заветы

Из вышесказанного следует ряд весьма и весьма ценных для современной русской теоретической и практической экономики выводов. Во-первых, извечный русский патернализм, оказывается, имеет вполне понятную экономическую основу. Крестьяне всегда стремились встать под крыло сильного, однако сильные обязаны корректировать свою деятельность в соответствии с базовыми потребностями людей. Регулярная плата натурой (барщина или работа на хозяина, в экстремуме – на государство) и деньгами (оброк, ныне налоги) подразумевает моральные обязанности сильных поддерживать слабых в «экстремальных обстоятельствах».

Во-вторых, русский человек всегда стремился стать собственником, причём не столько средств производства, сколько того минимума активов, что позволял ему и его семье обеспечивать удовлетворение основных жизненных потребностей. К числу таких активов, в частности, относится крыша над головой. Ровно такое же желание есть у других народов, разница в том, что в той же Европе городское население было вынуждено арендовать жильё, у нас же все силы были брошены на возведение собственных стен.

В-третьих, отношение к собственности у русских специфическое, завязанное на результатах вложенного труда. В исторических трудах часто встречается случай, когда крестьянин нарубил лес, погрузил его на телегу и повёз в деревню. Его остановили и стали укорять за кражу господского леса. Когда крестьянина назвали вором, он пришёл в ярость, уверяя, что никогда не брал чужого. Тогда ему указали на срубленный лес. Ну, это другое дело – лес ничей, он божий. Его никто не сажал, за ним никто не ухаживал, лес – для всех, он как воздух. А вот если бы к нему был приложен труд, тогда другое дело.

В-четвёртых, резервы роста российской экономики находятся не только в плоскости повышения производительности труда посредством, скажем, внедрения новых технологий, максимального использования действующих мощностей или повышения образовательного уровня работников. Огромное значение имеет мотивационная составляющая, вычислить которую для современной России можно, исходя из структуры и потребностей домохозяйств.

Рост числа едоков в семье

Русский человек начинает работать интенсивнее, когда в его семье прибавляются едоки (иждивенцы), речь идёт в первую очередь о детях. Каково положение с домохозяйствами, имеющими детей, в современном российском обществе?

Согласно Всероссийской переписи населения 2010 года в России насчитывалось около 55 млн частных домохозяйств (семей), в которых проживал 141 млн человек (остальные вошли в группы коллективных и бездомных домохозяйств). Из общего числа домохозяйств 14 млн составляли домохозяйства, состоящие из одного человека (из них около 7 млн – люди старше трудоспособного возраста). Если из общего количества домохозяйств (55 млн) вычесть число одиноких домохозяйств, состоящих из людей старше трудоспособного возраста (7 млн), а также домохозяйств, в которых проживало двое и более детей (таковых было чуть больше 6 млн), остаётся без малого 42 млн домохозяйств – потенциальных получателей материнского капитала. Что даже с поправкой на невозможность иметь детей по состоянию здоровья выглядит, согласно теории Чаянова, впечатляющим потенциалом роста экономики.

Сложно сказать, что двигало авторами закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», по которому с 2007 года в России начала функционировать новая форма государственной поддержки семей под названием «материнский (семейный) капитал». Совершенно очевидно, однако, что эта инициатива была в духе чаяновской теории, согласно которой первым по значимости стимулом для повышения трудовой активности становится увеличение числа едоков.

В 2015–2016 годах размер материнского (семейного) капитала составляет чуть более 453 тыс. рублей. Властям следует найти дополнительные средства в бюджете и увеличить эту сумму, скажем, в два или три раза, тем самым подтолкнув членов 42 млн современных домохозяйств к более активной трудовой деятельности. Стимул будет долгосрочным, минимум до получения ребёнком (детьми) образования.

Предвижу возражения, что материнский капитал будет стимулировать к повышению рождаемости трудовых мигрантов, переселенцев, беженцев и прочие категории населения, относительно недавно получившие российское гражданство. В этой связи было бы логично установить «ценз оседлости», по которому право на маткапитал получали бы те семьи, матери и (а не или) отцы, чей срок проживания в России составляет, к примеру, пять или семь лет.

Ещё одно немаловажное обстоятельство. Рост интенсивности труда отдельно взятым индивидуумом будет общинно (то есть внутри коллектива) одобрен при наличии очень немногих побудительных мотивов, один из которых – как раз рост числа едоков в семье. В данном случае коллеги не будут смотреть косо в сторону «передовика производства», тем паче подозревать, что их товарищ на пустом месте хочет выслужиться.

Жилищный сертификат

В 2007–2015 годах было выдано 6,5 млн сертификатов на материнский (семейный) капитал. Из 4,5 млн использованных сертификатов 4,1 млн (или 92%) семьи направили на улучшение жилищных условий (7% – на образование детей, 1% – на формирование накопительной пенсии мамы). Собственное жильё, а не образование детей или пенсия мамы – вот что главное для российских домохозяйств.

Помощь государства в обретении семьями жилья предполагает не столько льготное ипотечное жилищное кредитование, сколько жилищную поддержку семей при рождении второго, третьего и последующих детей. Поддержка, которая могла бы выразиться в безвозмездном предоставлении государственных жилищных сертификатов, например на 10–20 квадратных метров жилой площади при рождении второго ребенка и 20–30 квадратных метров при рождении третьего.

Эти государственные обязательства могли бы предоставляться их обладателями в банки при получении или частичном погашении ипотечных жилищных кредитов, а затем предъявляться банками к оплате Минфину России или региональным учреждениям. До тех пор пока эти ценные бумаги государством не погашены, их можно было бы включать в капитал банка, тем самым облегчая кредитным организациям процесс соблюдения обязательных нормативов Банка России.

Налог на бездетность

Возникает вопрос, где взять средства на поддержку семей с детьми. Ответ на этот вопрос – налог на бездетность, существовавший в СССР. «Налог на холостяков, одиноких и малосемейных граждан» был введён в Советском Союзе в 1941 году. Бездетные мужчины от 20 до 50 лет и бездетные замужние женщины от 20 до 45 лет должны были отчислять 6% от зарплаты государству. С заработка менее 70 рублей налог не взимался. От уплаты налога освобождались лица, не имевшие возможности завести ребёнка по медицинским показаниям, а также те несчастные родители, дети которых погибли, умерли или пропали без вести во время Великой Отечественной войны. Льготы по налогу имели учащиеся средних специальных и высших учебных заведений (до достижения ими возраста 25 лет), лица, награждённые некоторыми высшими правительственными наградами, а также, с 1980-х годов, молодожёны (в течение года после регистрации брака).

Размер материнского капитала следует увеличить в 2-3 раза
http://www.sovsekretno.ru/public/use...-16-03-54.jpeg
Фото: ВАЛЕРИЙ МАТЫЦИН/ТАСС

Подоплёка введения налога понятна – шла война, страна ежедневно теряла многие тысячи жизней. Скорее всего, иной причины, кроме демографической, не существовало. В то же время налог на бездетность в современной России, учитывая выводы моральной экономики Чаянова, помимо демографического, имел бы ярко выраженный экономический подтекст. Существующий стандартный налоговый вычет по налогу на доходы физических лиц (НДФЛ) налог на бездетность ни в коем случае не заменяет, поскольку на величину недополученного дохода мало кто обращает внимание.

Приблизительные расчёты показывают, что потенциальной налоговой базой для налога на бездетность являются доходы 30 млн домохозяйств. Так что в итоге минимальные налоговые сборы «за бездетность» по ставке 6% могут принести в бюджет 1,1 трлн рублей (в финансовых рамках 2014 года). Что покроет если не все, то львиную долю дополнительных расходов бюджета.

Демографический взрыв и экономический рост

Постулаты моральной экономики не являются умозрительным построением, а имеют чёткую доказательную базу, основанную на статистике конца XIX – начала ХХ века. С 1897 по 1914 год, согласно данным современного Росстата, население Российской империи возросло на 38 млн человек, со 128 до 166 млн жителей. Победа в Великой Отечественной войне произошла вовсе не из-за «гения» Сталина или действия иррациональных обстоятельств, а во многом благодаря демографическому взрыву на рубеже тех веков.

Под стать демографии росла экономика. На рубеже XIX–XX веков при всех изъянах авторитарного государственного устройства, в условиях «управляемого капитализма», которому впоследствии, кстати, следовали все «азиатские тигры», недостаточно развитых правовых и социальных институтов, в России происходил взрывной экономический рост. В 1892–1900 годах производство хлопчатобумажных изделий выросло в полтора раза, нефти, железа и стали – в 2 раза, каменного угля и чугуна – в 2,5 раза. Промышленный подъём продолжился и в первые годы ХХ века. Если в 1909 году выплавка стали выросла на 6,4%, то в 1910-м – на 13,1%, а в 1913 году прирост по сравнению с 1908 годом составил 1,6 раза.

К 1913 году Россия по объёму промышленного производства достигла 80% от показателя Германии, почти сравнялась с Англией, значительно опережала Францию, в два раза превосходила Австро-Венгрию, а по темпам экономического роста обгоняла все европейские страны и шла вровень с США. В 1911–1914 годах на долю не нефти, но продуктов её переработки приходилось 88,6% нефтяного экспорта, вывоз же сырья и прибыли иностранцами был ограничен 12,8% от валового производства. Прямые налоги в России составляли лишь 13,7% всех бюджетных поступлений, тогда как во Франции – 19,5%, в Германии – 28,3%, в Великобритании и Ирландии – по 31,5%. Несмотря на незначительную величину прямых налогов, дефицит бюджета, разросшийся в годы Русско-японской войны и революции 1905–1907 годов (в 1906-м дефицит составлял 29,3% расходов), в 1912 году сократился до 1,1%, а в 1913-м сменился профицитом в 2,7%.

Росли сбережения населения. Если в 1881 году общий объём вкладов в сберкассах достигал всего 9 млн, то к 1895-му – 347 млн, к 1902-му – 832 млн, а к началу 1914 года превысил 2 млрд рублей. И это при стабильном курсе рубля, достигнутом после денежной реформы Сергея Витте. В 1903 году на финансирование начального образования из всех источников было израсходовано всего 44 копейки на душу населения, тогда как в Великобритании – 3 рубля 80 копеек. Однако уже к 1911 году государственные и местные расходы на образование и науку возросли в три раза, в 1911 году в начальной школе обучалось 43% детей в возрасте от 8 до 12 лет, а к 1920 году планировалось ввести всеобщее начальное обучение.

В 1913 году французский экономист Эдмон Терри констатировал: «Если у большинства европейских народов дела пойдут таким же образом между 1912 и 1950 годом, как они шли между 1900 и 1912 годом, то к середине настоящего столетия Россия будет доминировать в Европе как в политическом, так и в экономическом и финансовом отношении».

Чаяновская «моральная» теория отнюдь не противоречит утверждению, что экономика, так же как весь мир, движима энергией первопроходцев-пассионариев. Чаянов делал слепок с русского общества в целом, наверняка отдавая себе отчёт в том, что в каждом поколении отыщутся самородки, расширяющие границы как познания, так и национального хозяйства, имена которых пройдут сквозь века. Речь, повторюсь, о нас с вами, о стране в целом, а не об отдельных «талантливо» приближенных к власти бизнесменах.

Повысить налоги — это справедливо
 

http://www.mk.ru/economics/2016/02/1...ravedlivo.html
Справедливость - главная идея мобилизационной экономики
Вчера в 17:20,
http://www.mk.ru/upload/entities/201...32_5705516.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Справедливость — это благо. А еще мечта о должном общественном устройстве. Не отбрасывая путинский патриотизм, почему бы не сделать справедливость главной идеей мобилизационной экономики? К тому же на одном патриотизме каши не сваришь — любовь к Родине, так же как любовь к матери, внутренне присуща любому нормальному человеку.

Справедливость противоречива: равенство прав и свобод, органично справедливое в политике, соседствует с неотъемлемым неравенством в экономике: кто-то удачлив, а кто-то, простите, «дауншифтер». Притом что стартовые возможности у всех должны быть одинаковы. И везунчик, и аутсайдер входят в наше разношерстное общество, помимо прочего кровно заинтересованное в справедливом балансе между политическим равенством и экономическим богатством.

Кто может обеспечить искомое равновесие? Государство, по недоразумению доставшееся нам от развитого социализма, ошибочно представляемое в формате то Левиафана, то рога изобилия, взявшее на себя роль не то системного созидателя и координатора, не то взбалмошного распределителя и иногда разрушителя. Тем не менее о справедливости не забывавшее.

Сомнений в том, что приватизация 1990-х, те же залоговые аукционы, были неправыми, нет ни у кого. Ни у государства, ни у граждан. Красивая фраза, что пересмотра итогов приватизации не будет, долгое время срабатывала. Одновременно под ширмой «недопущения передела» власть все последние годы только и возвращала в госсобственность, в основном за компенсацию, изредка — за «посидеть на дорожку», все, что уж точно должно принадлежать всем. «Газпром», ТНК-ВР, «ЮКОС», «Башнефть». Продолжить?

В старые добрые времена, когда страна купалась в дармовых нефтедолларах, принесенных ветром с Уолл-стрит и китайского индустриального побережья, идея о справедливости, так же как борьба с серым сектором или обналичкой, была у власти в загашнике. Но сегодня, когда социум подогревается пустыми разглагольствованиями медийных недотеп о мобилизационной экономике, идея справедливости, скорее всего, явно или скрыто, станет главной в реальных антикризисных мероприятиях.

Начинать, скорее всего, будут с восстановления прогрессивной шкалы подоходного налога. Вряд ли кому-нибудь по душе, что грабители-олигархи и деревенские библиотекари платят одинаковый налог по ставке 13%.

В 2001 г. плоская шкала была введена по инициативе Владимира Путина с целью вывода доходов из тени. Прошло 15 лет — вышли барыши на свет? Нет, потому что вариантов получения левого, практически бесплатного навара все эти годы (за исключением последних лет) оставалось множество.

Однако наивное общество упорно верило дешевым сказкам, что причиной роста налоговых сборов стала именно плоская шкала, а не подорожание нефти, выразившееся, в частности, в том, что за 1999–2014 гг. средняя зарплата выросла в 20 раз.

Что ж, президент ввел — ему и отменять. В предыдущие годы до трети всех сборов по НДФЛ приходилось всего на 1% налогоплательщиков. Так что абстрактная баба Маня может спать спокойно — прогрессивная шкала ее не коснется. По всей вероятности, базой для обсуждения станет доход от 1 млн рублей в месяц, доход, полностью скрыть который при современном фискальном присмотре нынче не получится.

В то же время еще одна мера, идущая в связке с введением прогрессивной шкалы — отмена НДФЛ для всех, получающих меньше прожиточного минимума (другой вариант — до 10 тыс. рублей), вероятно, заболтается. Жаль. В деле консолидации общества на платформе справедливости это было бы как нельзя кстати.

Каких только собак сегодня не вешают на «гайдаровцев» и их последователей! Забывая главное — «мальчики в розовых штанишках» приложили максимум усилий, чтобы уничтожить не столько фабрики с заводами, сколько общественную справедливость, выражавшуюся, в частности, в общинной солидарности поколений. Когда наиболее активная часть общества несла двойную нагрузку в виде ответственности за благосостояние старшего поколения и более высокие стартовые позиции для поколения next.

А теперь вспомните, господа пенсионеры, как лет 20–25 назад вы радовались тому, что можно легально и законно не платить пенсионные взносы. Мол, мы этому Левиафану ничего не должны, на достойную старость накопим сами. Ну что, накопили? Так чего ж теперь пытаетесь заглянуть в государственный кошелек, недоумевая, почему из него не вываливаются новенькие «пенсионные» купюры? Вы же все сами хотели?

В этом году обязательные пенсионные взносы по базовой ставке 22% платят те, чьи заработки составляют до 796 тыс. рублей в год (66,3 тыс. рублей в месяц), а все доходы свыше этой суммы облагаются по ставке 10%. Для справки: 66,3 тыс. рублей — это сегодня плюс-минус среднестатистическая зарплата в городе-герое Москве. Причем взносы платятся по преимуществу не из частного кармана, а из выручки работодателя.

Справедливо ли это? Вопрос риторический. Но обратите внимание, товарищи пенсионеры, громче всех возмущаться отменой пенсионной регрессии будут ваши же работающие детки, то есть те, кого вы воспитали новыми русскими индивидуалистами. Хорошо, если кровиночки выбились в люди (удачно вышли замуж) и теперь подбрасывают вам на бедность, если же нет — пенять нужно только на себя. Но сильно не переживайте: пройдет немного времени, и они сами окажутся в вашей шкуре. Вот такое отравление вседозволенностью под соусом свободы.

Кстати, какое образование получили наследники тех, кто «отравился»? Пирожков ни с чем под названием «юридические экономисты»? Да еще за годовую плату, сопоставимую со стоимостью всего курса обучения в Гарварде-Кембридже? И ведь никому не пришло в голову, что ценность образования, так же как науки и культуры, определяется не столько продуктивностью новоиспеченного «менеджера», сколько приростом социального (нематериального) богатства всех, включая менее одаренных и удачливых. Общество озлобилось по отношению к успешным? Что посеяли — то и жнете.

А кто сегодня преподает в нашей высшей школе? Насквозь политизированный, напичканный предубеждениями и устаревшими теориями, не знающий историю собственной страны, самоутверждающийся на молодых слушателях, профессорско-преподавательский состав. Нехватка знаний и компетенций которого ретушируется хлесткими популистскими лозунгами, а недостаток информации гримируется устаревшими пропагандистскими приемами.

Не от того ли у нас столько претензий к правительству, что бывшие никчемные выпускники доросли до начальников департаментов и замминистров?

К слову, о преемственности. С 2006 г. в России отменен 13%-ный налог на наследство. Справедливо ли, что не всегда честно заработанное имущество, по большей части созданное трудом и тяготами всего общества, кому-то достается задарма? Не удивляйтесь, если в скором времени сначала дискуссия, а потом и законопроект о восстановлении налога на наследство вновь окажутся в общественной повестке дня.

Нет денег унаследовать бабушкину квартиру, чтобы потом сдавать ее стремящейся реализоваться провинциальной «новой волне»? Займите у друзей, в банке, в микрофинансовой организации с непременными коллекторами, откажитесь, наконец. Или вы считаете, что ваша бабушка построила свою хибарку одна, без помощи предков других людей? Неправильно считаете, и общество, озабоченное несправедливым наследственным обогащением, в недалеком будущем найдет для вас нужные аргументы.

Найдутся они и для введения налога на бездетность. Согласно крестьянско-трудовой теории Александра Чаянова, русский человек начинает больше работать лишь в том случае, когда у него в семье прибавляются новые рты. Что дает ошеломительный эффект для развития всей экономики. А в наших условиях — еще и для будущей пенсионной системы.

В русской истории было минимум два периода, когда эта зависимость блестяще реализовывалась: при «Петровой дщери» Елизавете в середине XVIII века и при «могильщике империи» Николае II в конце XIX — начале XX веков. Кстати, если бы не «николаевское» поколение, Великую Отечественную мы вряд ли бы осилили.

Не так давно был еще один демографический взрыв, случившийся в перестроечные времена. Произошедший не потому, что «Горбачев водку запретил», а из-за того, что люди увидели ложный, как потом оказалось, рассвет русской справедливости. Если нынешние господа правители кинут людей и на этот раз, бесславный конец, как минимум аналогичный проклятиям в адрес «прожекторов перестройки», им гарантирован.

Лихие 2010-е?
 

http://izvestia.ru/news/604584
19 февраля 2016, 00:01 | Политика |

Доктор экономических наук, профессор — о нефти, пиаре и приватизации

Приватизация еще не началась, а информационные атаки на ключевых персонажей будущих сделок не сегодня-завтра пойдут врукопашную. Причем участвуют в этих наездах, другого слова не подберешь, насквозь продажные медийные издания и персонажи, на которых, что называется, пробу ставить негде. Не останавливают даже публикации в респектабельных западных изданиях навроде Financial Times, в которых открытым текстом говорится, что «спустя два десятилетия после того, как граждане назвали продажу госактивов 90-х термином «прихватизация», — каламбур на российское слово «захватывать» — новая продажа станет, безусловно, шагом назад».

Ату его, это государство с его громадными усилиями, предпринятыми за прошедшие 15 лет по восстановлению общенародного участия в экономике. Нужно извалять в грязи всех, кто имеет хоть какое-то влияние во властных коридорах и шагает не в ногу с нынешними «капитанами бизнеса». Конкуренция, что вы хотите, в ней все средства хороши. И неважно, что, как пишет FT, «вновь возникает риск того, что доли будут проданы инсайдерам с хорошими связями», которые купят их по демпинговым ценам. Главное – урвать кусок, и пожирнее. Прямо как в подзабытые 1990-е.

То и дело натыкаешься на неприкрытое передергивание, если не сказать ложь. Как, например, в одной бизнес-газете, устами обитающего за океаном колумниста утверждающей, что «национализация вместо налаживания нормальной работы по сбору налогов — это не путь экономического развития». То есть получение честного объема налогов, оказывается, вредит экономике. По всей вероятности, имеется в виду государственная «Роснефть» в противопоставлении с частным «Лукойлом».

По итогам 9 месяцев 2015 года выручка за вычетом закупок у «Роснефти» достигла 3459 млрд рублей против 2207 млрд рублей у «Лукойла», разница составила 36%. А теперь посмотрим, сколько обе компании начислили налогов и таможенных пошлин: «Роснефть» — 1825 млрд, «Лукойл» — 940 млрд рублей, то есть разница уже не в 36%, а почти в два раза. Всего же налоговая нагрузка к выручке у «Роснефти» составила 53%, у «Лукойла» — 43%. Фискальные платежи «Роснефти» по итогам 2015 года составили почти четверть от фискальных доходов федерального бюджета страны.

«Роснефть», как известно, числится в числе первых кандидатов на приватизацию. В условиях явной недооценки компании, обусловленной низкими ценами на нефть и объявленными санкциями, «Роснефть» является, пожалуй, настоящей жемчужиной нынешней приватизации.

Судите сами: по итогам 2015 года добыча углеводородов компанией выросла на 1% и составила 254 млн т нефтяного эквивалента, что стало новым годовым рекордом. В то же время у основных российских конкурентов — «Газпрома» и «Лукойла» — добыча снизилась. Коэффициент замещения доказанных запасов «Роснефти» составил 124% — это самый высокий показатель среди сопоставимых по размерам глобальных и локальных конкурентов.

«Роснефть» — лидер отрасли по удельным операционным расходам на добычу. По итогам 9 месяцев 2015 года эти расходы составили 157 рублей на бнэ (баррель нефтяного эквивалента), причем за последние IV квартала расходы на добычу практически не изменились не только в долларовом, но и в рублевом выражении.

«Роснефти» принадлежит мировое лидерство по генерации свободного денежного потока (СДП). По итогам 9 месяцев 2015 года СДП компании составил $7/бнэ, в то время как глобальные конкуренты зафиксировали падение данного показателя: у Chevron, BP и Statoil снижение составило от $0,2/бнэ до $10/бнэ.

Наконец, сопоставим рост коммерческих, общехозяйственных и административных расходов за 9 месяцев 2015 года по сравнению с 9 месяцами 2014 года: «Роснефть» — 2%; «Татнефть» — 10%, «Газпром нефть» — 18%, «Лукойл» — 21%. И о долгах, куда же без них: за 9 месяцев 2015 года чистый долг «Роснефти» сократился на 44% и составил $25 млрд.

Теперь вы понимаете, почему сегодня вокруг «Роснефти» ломается столько копий?

Из свежих, но однозначно не последних, медиаатак можно привести в пример стремление показать неэффективность менеджмента через публично объявленный, то есть не скрываемый от общества рост вознаграждения. Мол, общая сумма вознаграждения всех членов правления за 2015 году составила 3683 млн рублей.

Бессмысленно в который уже раз повторять, что среди членов правления «Роснефти» немало высококвалифицированных иностранных менеджеров, оплачиваемых по единой тарифной сетке, что снижение выплат приведет к оттоку как иностранных сотрудников, так и компетенций, что в общий объем вознаграждения вошли бонусы за сверхуспешный 2014 год.

Всё это пустое, поскольку целью медийной истерии было не разобраться в деталях и отметить менеджмент крупнейшего налогоплательщика страны, но настроить общество против руководства компании.

Лично мне представляется убедительным лишь один контраргумент. Сколько, говорите, получил менеджмент «Роснефти» — 3,6 млрд рублей? А 33,4 млрд рублей, полученных менеджментом стагнирующего «Лукойла», не хотите? У «праведных» нефтяных частников оплата работы правления состоит из небольших зарплат и бонусов, составивших по итогам прошлого года 1,4 млрд рублей, и огромных, доходящих до 32 млрд рублей, дивидендов, перечисленных собственникам компании, по совпадению, преимущественно всё тех же членов правления. В итоге на одного члена правления «Лукойла» в среднем пришлось 2,3 млрд рублей суммарных выплат.

За такие деньги можно не то что одну очерняющую пиар-кампанию провести, все российские масс-медиа можно купить. И ведь купят. После приватизации — непременно.

Автор, доктор экономических наук, профессор

О, дивный «Новый курс»!
 

http://www.mk.ru/economics/2016/03/1...ovyy-kurs.html

Чему нас может научить экономический опыт США 1930-х годов
Сегодня в 16:48,
http://www.mk.ru/upload/entities/201...09_8681227.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Мобилизационной экономикой нынче разве что детей не пугают. В то же время «хичкоки от экономики», возможно, специально забывают, что многие мобилизационные стратегии отличались от ужасов тоталитаризма, как ласковое лето от злющей зимы. Например, «Новый курс для забытого человека» Франклина Рузвельта, олицетворявший движение американского общества к честности, справедливости.

Приблизительно те же, аналогичные рузвельтовским принципы сегодня исповедует один из значимых кандидатов на пост президента США, «демократический социалист», как он сам себя называет, Берни Сандерс. И помогают ему — по крайней мере, своими исследованиями и книгами — многие нобелевские лауреаты по экономике, от Пола Кругмана («Кредо либерала», «Выход из кризиса есть!») до Джозефа Стиглица («Цена неравенства»).

Если кто-то до сих пор не определился, под какими знаменами проводился «Новый курс», приведу цитату из радиовыступления Рузвельта от 1932 года: «По всей стране мужчины и женщины, забытые в политической философии правительства, смотрят на нас, ожидая указаний, что им делать, и более справедливого распределения национального богатства». Распределительная справедливость — извечная мечта человечества во взаимоотношениях с институтом государства.

По сути, Рузвельт не придумал ничего нового, став продолжателем замыслов своего дальнего родственника, президента США в 1901–1909 годы Теодора Рузвельта, проводившего не «Новый», но «Честный курс». Хотя вряд ли Рузвельт-младший мог предположить, насколько успешной и популярной станет его «справедливость по-американски». Пусть в основном и распределительная.

И последнее во вступительной части. Определение справедливости, соответствующее тематике публикации, выглядит так: справедливость — это равенство прав, свобод и возможностей для развития индивидуумов; эффективное, в сопоставлении результатов с затратами, участие государства в распределении и перераспределении национального богатства; организационное, экономическое, правовое обеспечение социальной кооперации.

Приведем чаще других встречающиеся институциональные мероприятия «Нового курса», имеющие, впрочем, лишь косвенное отношение к справедливости. В 1933–1935 годы с подачи администрации Рузвельта были приняты Чрезвычайный закон о банках, Закон Гласса-Стиголла, Закон о ценных бумагах, Национальный жилищный акт, регламентировавший жилищную ипотеку, Закон о социальном обеспечении, вводивший пенсионное, медицинское страхование и страхование занятости.

«Новый курс» содержал меры не только институционального, но и внерыночного характера, о чем упоминается существенно меньше. Так, в 1933 году США вслед за Великобританией отказались от «золотого стандарта», а в 1934-м Рузвельт подписал Закон о золотом резерве, по которому президент США, в частности, наделялся полномочиями девальвировать доллар. Вскоре доллар единовременно обесценился более чем на 41%.

Сегодня необъяснимо популярна точка зрения, по которой наиболее острая фаза Великой депрессии приходилась на 1929–1933 годы. Возможно, такая позиция поддерживается, чтобы принизить справедливые заслуги Рузвельта перед американской нацией.

Валовой национальный продукт, или ВНП, восстановился до предкризисных значений только в 1941 году (ВНП страны, в отличие от ВВП, отражает стоимость всей конечной продукции, созданной только ее резидентами вне зависимости от их географического положения, тогда как ВВП отражает ту же стоимость, произведенную на территории страны, без оглядки на страновую принадлежность экономических акторов).

Инфляция вышла на докризисные рубежи в 1934 году, а до этого США жили в условиях дефляции, что на практике означало трудности со сбытом, банкротства и, как следствие, массовую безработицу. Собственно, безработица приблизилась к уровню начала депрессии только в 1942-м, а в первый год президентства Рузвельта доходила до четверти численности всей гражданской рабочей силы.

Как только Рузвельт в 1937 году решился на снижение удельного веса правительства в экономике, буквально в следующем году ВНП отреагировал новым падением, или второй рецессией. Тогда же резко, с 14 до 19%, подскочила безработица.

За счет каких ресурсов Рузвельт усиливал государственное присутствие в экономике, на какие деньги строились дороги, возводились дамбы, высаживались деревья в долине реки Теннесси? Ответ на этот вопрос частично дает рост госдолга (еще один вариант — налоги — ждет нас ниже): в первый срок правления Рузвельта долг правительства США вырос на 61%, во второй — на 44%, но больше всего правительство США заняло во время третьего срока — тогда правительственная задолженность выросла в 4,5 раза.

6 июня 1944 года США вступили во Вторую мировую войну в Европе, высадив десант во французской Нормандии. В 1941–1945 годы численность американских вооруженных сил выросла более чем в 7 раз, что, помимо прочего, означало существенное увеличение заказов для промышленности (поставки странам антигитлеровской коалиции в соответствии с Законом по обеспечению защиты Соединенных Штатов начались еще в 1941 году). Все это также финансировалось за счет государственных заимствований.

Лишь в 1941 году Америка окончательно оправилась от Великой депрессии. Кстати, в том году численность вооруженных сил выросла ровно в три раза, а безработица впервые с 1930 года составила однозначную величину. Если бы избавление от «экономической чумы» случилось исключительно вследствие Второй мировой, после ее окончания США снова скатились бы в кризис. Однако Америку ждали почти три десятилетия процветания.

Теперь — о справедливости, которую Рузвельт устанавливал в первую очередь через налоги. Как писал Кругман, «в 1920-е годы налогообложение не очень обременяло богатых американцев. Самая высокая планка подоходного налога равнялась всего 24%... Однако с развитием «Нового курса» богачи столкнулись с налогами, крайне высокими не только по сравнению с 1920-ми годами, но и по сегодняшним меркам. Верхняя планка подоходного налога (сегодня равная всего 35%) [книга «Кредо либерала» вышла в 2009 году. — Авт.] была поднята до 63% в период первого президентства Ф.Д.Рузвельта и до 79% — в годы второго. К середине 1950-х годов, когда Америке потребовалось покрывать расходы на ведение «холодной войны», она подскочила до 91%».

По мысли Кругмана, эти шаги иллюстрируют усилия правительства Рузвельта по формированию среднего класса. Но как тогда понимать увеличение налогов с корпораций: «в среднем федеральный налог на прибыли корпораций вырос с менее чем 14% в 1929 году до более чем 45% в 1955-м»? Более адекватной выглядит другая версия: за счет роста налогов устанавливалась распределительная справедливость, а также финансировались подготовка и участие США в войне. Создание же в США среднего класса стало одним из положительных побочных итогов (по-умному — экстерналией) той политики.

Отметим еще одно важное обстоятельство, а именно — установление справедливости через налогообложение наследуемого богатства: «Жившие на доход с капитала не только вынуждены были отдавать в виде налогов его основную часть, но испытывали все большие затруднения при передаче накопленного своим детям. Максимальная ставка налога на наследство недвижимости была поднята с 20% сначала до 45%, затем — до 60, 70 и наконец до 77%. Отчасти это привело к тому, что богатство стало менее концентрированным: в 1929 году наиболее состоятельная часть американцев (одна десятая процента населения) владела более чем 20% национального богатства, а в середине 1950-х — лишь 10%».

Для США той поры «Новый курс» оказался спасением, что, конечно, не означает, будто программа, в точности повторяющая его, должна быть разработана и внедрена в других странах. Это было бы слишком просто — позаимствовать заокеанский опыт и свято уверовать в то, что транспонирование зарубежных достижений на национальную экономическую почву без учета в первую очередь ментальных различий приведет к аналогичным результатам. Сегодня помимо предвоенного мобилизационного американского опыта есть положительные мирные мобилизационные китайские экономические достижения, мобилизационные практики других стран.

Рузвельтовский «Новый курс», во-первых, демонстрирует забытый ныне приоритет человека и в экономике, и в антикризисных мероприятиях; во-вторых, доказывает, что в тяжелой экономической ситуации выстроить антикризисную доктрину, опираясь только на одно течение экономической мысли, невозможно; в-третьих, показывает эффективность движения к общественной справедливости, в том числе за счет перераспределения национального дохода.

Все не так сложно, не правда ли?

О дивидендах: стоит ли игра свеч?
 

http://izvestia.ru/news/611066
22 апреля 2016, 00:12 | Экономика |
Экономист — о том, стоит ли правительству резать курицу, несущую золотые яйца

Все последние месяцы финансово-экономический блок правительства занят поисками дополнительных доходов казны. Одним из свежих решений стало вменение компаниям с госучастием норматива начислений дивидендов в размере не менее 50% чистой прибыли.

Решение, как представляется правительственным чиновникам, интересное и эффективное. Для бюрократии, но отнюдь не для бизнеса. Для начала сопоставим некоторые результаты деятельности крупнейших российских госкомпаний по итогам прошлого года. Статистический массив составим из публичных данных «Роснефти», «Газпрома», «Башнефти», «Транснефти» и РЖД — это наиболее успешные флагманы последних лет. Естественно, в количественном отношении.

Начнем с начисленных налогов и пошлин. За 2015 год эти компании начислили в бюджет в общей сложности 4042 млрд рублей, из которых 2306 млрд рублей (более 57%) приходится на «Роснефть». При этом доля налогов и пошлин от выручки за вычетом стоимости закупок товаров для перепродажи у «Роснефти» составила 50%, тогда как у «Газпрома» — 35%, «Транснефти» — 7%, РЖД — 4%.

Если взять долю всех начисленных налогов и пошлин к совокупным налоговым и неналоговым поступлениям федерального бюджета, то у «Роснефти» этот показатель будет равен 17%, у «Газпрома» — 14%, у «Башнефти» — 2%, у «Транснефти» —статистический ноль, у РЖД — 1%.

А теперь собственно о дивидендах. Интересно, что наибольшая величина дополнительных дивидендных расходов при переходе к нормативу 50% от чистой прибыли приходится как раз на «Роснефть» — 89 млрд рублей (55% всех дополнительных доходов казны от указанных компаний), тогда как на все прочие анализируемые компании, включая
«Газпром», — 73 млрд. Вот они, чудеса бухгалтерии!

Как видите, справедливостью во взаимоотношениях госкомпаний с государством и
не пахнет. Скорее представленная картина напоминает какой-то заговор неудачников против самой дорогой компании страны. Цели которого — «высушить» инвестпрограмму, уменьшить капитализацию и выбить из равновесия менеджмент. Здесь бы к месту пришелся навязший штамп о поругании курицы, несущей золотые яйца, но обойдемся без демагогии, вместо которой представим нехитрые выкладки, больше интересующие уже фондовых инвесторов.

В 2016 году в разработку новых проектов, от которых в первую очередь зависит рост добычи «Роснефти», а значит, поступления в бюджет и капитализация, — Наульского,
Сузунского, Юрубчено-Тохомского месторождений — планировалось вложить порядка 100 млрд рублей. Примерно столько же (хорошо, хорошо, чуть меньше — 89 млрд)
компания заплатит дополнительно в виде дивидендов.

Для сравнения: в 2015 году инвестпрограмма «Роснефти» составила более 600 млрд рублей, мультипликативный эффект от инвестиций составил 10 трлн рублей. Сократим программу на 89 млрд — не досчитаемся 1/6 части мультипликативного эффекта. Или почти 2 трлн рублей.

Ну и где «Роснефть» возьмет дополнительное финансирование, если учесть, что иностранные финансовые рынки для нее, в отличие от «Газпрома», закрыты?

К слову, Минэнерго полагает, что «Роснефти» нельзя повышать дивидендные выплаты до 50% от чистой прибыли, поскольку данный шаг приведет к сокращению инвестпрограммы на 10% и снижению добычи сразу на 2–3%. От себя добавим, что менять правила игры «на переправе» ни в коем случае нельзя не только для малого или среднего бизнеса, но и для отечественных бизнес-гигантов: сначала повышение НДПИ, потом заморозка ставки экспортной пошлины, затем увеличение акцизов — и вот теперь нормативное изменение дивидендной политики.

Вместо заключения. Не исключено, что правительственная директива устоит и без вины виноватые госкомпании, прежде всего «Роснефть», будут вновь спасать бюджет от дефицита.

Однако повода позлорадствовать нет. Увеличение норматива чистой прибыли на выплату дивидендов, скорее всего, приведет не только к росту цен и тарифов вертикально
интегрированных нефтяных компаний и субъектов естественных монополий или к
увеличению экономической нагрузки для конечных потребителей их услуг, но и к всплеску инфляции, с которой государство и Центробанк столь активно борются. Да и краткосрочные бюджетные задачи в полной мере решены не будут.

Стоит ли игра свеч?

Авиахулиганов призовут к ответу
 

http://rg.ru/2016/04/21/v-rf-nazrela...ssazhirov.html
21.04.2016 00:00

Российская газета - Федеральный выпуск №6953 (85)

В России санкции к авиадебоширам слишком мягкие по сравнению с западными
На днях на одном из федеральных каналов вышла телепередача с большим количеством (так уж повелось) громкоговорящих экспертов, посвященная плачевному состоянию малых аэропортов российского Севера. Проблема бесспорно важная - транспортная инфраструктура огромной страны должна находиться под пристальным вниманием государства и общества.

В то же время не менее острый вопрос, затрагивающий жизненные интересы существенно большей части социума, в том числе потребителей услуг малой авиации, - упреждение и последующее возмездие воздушным правонарушителям (авиадебоширам) - из поля зрения выпал.

Между тем горестные повествования в СМИ и социальных сетях о том, как из-за необходимости обуздания авиабузотеров люди опаздывали на стыковочные рейсы и ночевали в пунктах пересадки, стали настолько привычными, что на них, пусть и не без сочувствия, уже не обращают внимания. О финансовых потерях авиакомпаний вследствие экстренных посадок, внеплановых задержек, ущерба имуществу, а также о репутационных издержках и говорить не приходится.

Доходит до того, что наиболее "продвинутые" пассажиры предпочитают более дорогие перелеты, да еще с пересадками, но рейсами иностранных авиакомпаний. Там и контроль жестче, и ответственность строже, и, как следствие, поведение соотечественников тише.

К примеру, европейская авиакомпания Air France-KLM имеет право по собственному усмотрению включить пассажира-нарушителя в "черный список" и отказать ему в перевозке. Сотрудники American Airlines вообще недавно отказали пассажиру в регистрации после того, как он был снят с предыдущего рейса из-за предполагаемого (!) подозрительного поведения. Состоявшийся вслед за тем суд встал на сторону перевозчика, поскольку безопасность, особенно после террористических актов (и не только в США) - превыше всего.

Законодательство многих стран мира предусматривает за хулиганство на борту не только занесение в "черный список", но и внушительные штрафы, и уголовную ответственность. В тех же США нарушение правил поведения авиапассажирами как в полете, так и на земле помимо "черного списка" наказывается штрафом до 10 тыс. долларов, а за нападение или вмешательство в работу экипажа - тюремным заключением на срок до 20 лет. В Голландии просто за нахождение в состоянии опьянения на борту предусматривается тюремное заключение на срок 12 дней и (не или) штраф в 300 евро, а за нарушение порядка с применением насилия - "отсидка" уже до 4 лет и штраф до 18 тыс. евро.

В Италии даже за словесное оскорбление, не говоря уже о рукоприкладстве, "настоящих буйных" ожидает тюрьма на срок до 6 месяцев и штраф до 500 евро. В воздушном кодексе этой страны есть статья 1095, предусматривающая за отказ пассажира выполнять любые (!) требования экипажа по обеспечению безопасности полета тюремное заключение на срок до 3 месяцев и штраф в 200 евро. А статья 58 Аэронавигационного кодекса Великобритании предусматривает наказание всего лишь за курение на борту в виде штрафа 2 тыс. фунтов или лишение свободы на срок до двух лет.

В России, к сожалению, меры в отношении авиадебоширов (за исключением резонансных правонарушений, повлекших для их зачинщиков реальные тюремные сроки) по-прежнему мягкие, если не сказать нежные. Например, пункт 6 статьи 11.17 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП РФ) "Невыполнение лицами, находящимися на борту воздушного судна, законных распоряжений командира воздушного судна" влечет наложение административного штрафа до пяти тысяч рублей или (!) административный арест до пятнадцати суток. Если же вспомнить о появлении в общественных местах в состоянии опьянения (в том числе в транспорте общего пользования), то статья 20.21 КоАП РФ и тут на страже интересов трудящихся - штраф составит от пятисот до 1,5 тыс. рублей или все тот же мифический арест до пятнадцати суток.

Что до "черных списков", то о них после принятия в первом чтении законопроекта "О внесении изменений в Воздушный кодекс Российской Федерации" (по работе с "черными списками" пассажиров) и вовсе забыли. А некоторые доблестные россияне тем временем получают полетное удовольствие по полной программе. Без особых последствий для кошелька (устное предупреждение выносится в 97% случаев нарушений), неотвратимой ответственности и, конечно, невзирая на непонимающий "простого русского человека" гнев пассажиров.

В результате тот же "Аэрофлот", на днях получивший четыре звезды Skytrax - международного сертификата отменного качества обслуживания пассажиров (наравне с Air France-KLM, Lufthansa, British Airways и Emirates), по сути, проигрывает западным компаниям в возможности обеспечения порядка на борту. Сравните российское устное порицание с европейскими штрафами, тюремными сроками и "черными списками" и сделайте вывод о нашей конкурентоспособности.

Подводя итог, нужно сказать, что уже давно назрела и перезрела необходимость легализовать и в нашей стране "черные списки" беспокойных пассажиров, дающие авиакомпаниям законное право отказывать им в продаже билетов. Возможно, включать авиадебоширов в такие списки будут не пожизненно, а возьмут за образец, например, принцип временного лишения граждан, пойманных на пьяном вождении, водительских прав.

Штраф за авиадебош должен быть значительно увеличен. Пусть виновный заплатит не полторы тысячи рублей, как сейчас, а полтора миллиона. А если его действия сопровождались отказом выполнять требования членов экипажа, то вместе с большим штрафом дебоширу должен грозить еще и реальный тюремный срок. И наконец, экипажу авиалайнера нужно дать право воспользоваться в случае необходимости спецсредствами, например, наручниками, чтобы обезопасить самолет и пассажиров от опасных действий авиахулигана.

За что не любят олигархов
 

http://www.mk.ru/economics/2016/05/1...ligarkhov.html

Если бы они поддерживали не иностранные баскетбольные клубы, а современных Шаляпиных — отношение могло бы быть совсем другим
Сегодня в 19:57,
http://www.mk.ru/upload/entities/201...88_7102860.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Русское предпринимательское сословие исторически состоит из двух характеров: хозяина и временщика. Первые — прижимистые, упорные, настойчивые («мужики») — считают богатство не столько доказательством ума и таланта, с одной стороны, и воли с мужеством — с другой, сколько огромной ответственностью перед верой и людьми. Вторые — ушлые, завистливые, нахрапистые, агрессивные («ворье») — всерьез уверовали в то, что материальное благополучие есть признание их праведности, а менее удачливые заслуживают только жалости и презрения.

В сегодняшней России «мужиков» — единицы, зато «ворья» — хоть отбавляй. Даже те ныне неугомонные рвачи, что некогда выделяли немалые средства на «социальную ответственность бизнеса», делали это не по зову сердца, а потому, что так велят современные корпоративные правила: регулярный отчет о корпоративной социальной ответственности является оборотной стороной деятельности любой работающей на международных рынках компании.

К чести России, так было не всегда. Нет, «пена», преклоняющаяся перед сиюминутным богатством, рассыпающимся в прах уже в третьем поколении, присутствовала и сто, и двести лет назад, но экономика страны держалась не на ней. Сердцевина, олицетворявшая дух русской экономики, отличалась не только безупречным качеством ведения дел или верностью данному слову, но и той благотворительностью, милостью, дышащей и поныне.

Начнем с богатейшего клана фабрикантов Мазуриных, хозяев Реутовской текстильной мануфактуры. Парижский Свято-Александро-Невский кафедральный собор на рю Дарю (rue Daru), благодаря которому Мазуриных до сих пор помнят в Европе, возведен в основном на деньги Митрофана Мазурина.

Мазурины, возводя храмы, заботились не только об отмолении грехов. Один из сыновей Митрофана Сергеевича — Федор, коллекционировал древние книги и рукописи. После смерти собирателя ценнейшее собрание было не вывезено за бугор и не распродано по дешевке наследниками, а пожертвовано архиву Министерства иностранных дел России. Блаженный, что говорить.

Сестра Федора, Вера Бахрушина (Мазурина), завещала не передать капиталы в абстрактный благотворительный фонд, как не так давно пиарно объявил один из новоявленных нуворишей, а построить амбулаторию в комплексе Бахрушинской больницы (ныне больница №33 в Москве на Стромынке, 7), что и было исполнено дочерьми.

Племянник Федора, Николай Мазурин, в 1886 году купил землю и выделил огромные по тем временам деньги — 500 тыс. рублей — не на строительство гостиницы для почасовых случек, а на устройство и содержание Дома призрения для лиц московского купеческого и мещанского сословий русского происхождения и православного вероисповедания. Уже через год Дом призрения по московскому адресу Котельническая набережная, 17, был открыт: обитатели купеческого отделения заселились в отдельные комнаты, имея полноценный обед из трех блюд, а постояльцы мещанского отделения расположились в общих палатах и были обеспечены форменной одеждой.

Кроме того, в 1880 году Николай Мазурин вместе с братьями Павлом и Алексеем пожертвовали 100 тыс. рублей, но не будущим организаторам чартеров с проститутками на элитные курорты, а Московской практической Академии коммерческих наук, смешно сказать, на стипендии. Современные богатеи, поди, не заграничные университеты оканчивали, но кто-нибудь слышал, что какой-либо «поднявшийся» имярек оплачивает, скажем, питание малообеспеченных студентов своей альма-матер? Чтоб молодые и потому голодные ребята получали каждый месяц, например, в профкомах бесплатные талоны на еду в студенческих столовках?

Или Савва Морозов, известный на весь мир не столько как владелец текстильных фабрик, сколько как выдающийся меценат и один из основателей МХТ (вместе с льняным королем Константином Алексеевым, известным как Станиславский), на создание которого он потратил более 300 тыс. рублей, построив в том числе здание театра в Камергерском переулке. Для работников своих мануфактур и членов их семей Савва возводил бесплатные общежития, больницы, бани. Может, кто-то из нынешних «капитанов бизнеса» хотя бы один жилой дом для работников построил, не слыхали?

Сын Саввы Тимофеевича, Сергей Морозов, также был меценатом: поддерживал художников Василия Поленова и Валентина Серова, стал одним из учредителей Музея изящных искусств на Волхонке (ныне Музей имени А.С.Пушкина). Кто-то скажет, будто один богатый товарищ создал музей для ювелирных пасхальных яиц, но сами-то изделия что, по-прежнему оформлены на офшоры? И случись что с хозяином, будут преспокойно вывезены?

К слову, на деньги отца Саввы, Тимофея Саввича Морозова, были построены гинекологическая клиника на Девичьем поле, лаборатория механической технологии волокнистых веществ Московского технического училища, многочисленные церкви и богадельни. Могут ли похвастаться хоть чем-нибудь подобным нынешние шакалы?

Нет, они же не идиоты деньги в собственную страну вкладывать. Вот футбольные или баскетбольные клубы в Старом и Новом Свете — совсем другое дело. Выплачивать сумасшедшие гонорары именитым арабам и афроамериканцам — это вам не на тупых русских лапотников тратиться.

Кстати, качество продукции на фабриках Тимофея Морозова было высочайшим, что достигалось в том числе за счет беспощадных штрафов. Однажды такая практика привела к забастовке на одной из морозовских мануфактур. Для разрешения которой было издано положение об обращении всех штрафных денег в особый капитал с назначением на нужды рабочих. А сейчас что? Тут же выгонят и гастарбайтеров наймут.

Идем дальше. Федор Шаляпин ныне канонизирован как выдающийся оперный бас. Но благодаря чьей, в первую очередь материальной, поддержке Федор Иванович смог «выбиться в люди»? Спасибо предпринимателю Савве Мамонтову, о котором Шаляпин в своей «Автобиографии» сказал так: «Савве Ивановичу я обязан своей славой. Ему я буду признателен всю мою жизнь».

Эй, абрамовичи, кто-нибудь напишет про вас столь же проникновенные строки? После выхода «Автобиографии» в 1907 году больше ста лет прошло, уже и о Мамонтове подзабыли, а Шаляпина до сих пор почитают. И его небезгрешному спонсору кланяются (грешки, видимо, были — в 1899 году Мамонтова ненадолго арестовали по подозрению в воровстве при строительстве Северной железной дороги).

Еще один штрих. В семье Рябушинских существовал обычай совместного с работниками празднования бизнес-юбилеев. К примеру, в 1906 году, когда отмечалось столетие дома Рябушинских, в Москве был устроен торжественный обед, где за одним столом сидели глава семьи с родственниками и приказчики, бухгалтеры, прядильщики, ткачи. После обеда гостей повезли в московские театры, где для них были заранее выкуплены ложи.

Другие промышленники нанимали специальный транспорт (тогда по преимуществу речной или железнодорожный) для доставки гостей не только в столицу, но и к местам расположения своих предприятий, открывали в честь памятных дат лучшие для того времени больницы, премировали работников подарками. В современной России известен, пожалуй, лишь один «титановый» богач, что вложился в суперсовременную клинику на своей малой родине, остальные отделываются подачками. Или привозят лабухов за бешеные гонорары.

И, конечно, иконопись — древнейшее, ставшее истинно русским, недооцененное и поныне искусство. Ценнейшие коллекции древних икон были у ведущих промышленников Рахмановых, Третьяковых (тех самых, основателей знаменитой галереи), Солдатенковых, Егоровых — всех не перечислишь.

Скажете, только русские были благотворителями? Отнюдь. Пожалуй, наиболее известным иностранцем, пожертвовавшим на развитие российской науки колоссальные по тем меркам 3,5 млн рублей, был этнический немец Гуго Марк. Причем жертвовал он не только в благополучные годы, но и во время Первой мировой войны.

На деньги Марка был построен и 1 января 1917 г. торжественно открыт Физический институт Московского научного института на Миусской площади (впоследствии Институт биологической физики), а также Институт экспериментальной биологии в доме 41 в Сивцевом Вражке и Московское научное издательство. Дабы не бросать тень своим немецким происхождением на Общество Московского научного института, Марк все пожертвования осуществлял анонимно, и о его благотворительности был осведомлен узкий круг лиц. Одним из которых был всемирно известный русский физик-экспериментатор, первым подтвердивший вывод Максвелла о наличии светового давления — Петр Лебедев.

Впрочем, у нас есть один богатый мобильный связист, что также помогал преимущественно либеральной гуманитарной науке. Но прежде чем помогать, сей досточтимый господин зачем-то вывел все деньги в офшоры, откуда и «пулял» понемножку. Любопытно оправдание, выдвинутое великовозрастным дутым «гуру» либеральной экономической мысли: «Все так делали». Воровали то есть.

…Мы часто слышим, что в России, дескать, деловой климат плохой, оттого к нам не идут иностранные инвесторы, а собственные капиталы утекают из страны всеми правдами и неправдами. Одним из главных факторов деловой духоты называется несоблюдение прав собственности, вызванное прежде всего нелегитимностью несправедливой приватизации 1990‑х.

А каким должно быть отношение людей к массовому ограблению, счастливо осуществленному «ворьем» и его приспешниками? Одобрительным? Поощрительным? Восхитительным?

Кстати, куда делся ваш ваучер?

На алтарь развития
 

https://lenta.ru/articles/2016/05/17/krichevskiy/
13:22, 17 мая 2016

Что спасет российскую экономику
https://icdn.lenta.ru/images/2016/05...305d394e34.jpg
Фото: Максим Змеев / Reuters

В апреле вышла новая книга известного российского экономиста, доктора наук Никиты Кричевского «Наследие противоречий. Истоки русского экономического характера». Автор анализирует национальные особенности экономического поведения в нашей стране, а также приводит собственную стратегию развития, которая позволит выстроить эффективную, а главное, справедливую экономическую систему. Один из путей к ее созданию — перенос экономики на мобилизационную платформу по примеру самых развитых государств планеты. «Лента.ру» публикует выдержки из главы о мобилизационной экономике.

Суть мобилизации

Мобилизационная экономика — малоисследованное в русской экономической науке явление, несмотря на то, что подобный способ организации хозяйствования — весьма распространенная в мире практика.

Одно из определений мобилизационной экономики гласит, что это антикризисная экономика, связанная с чрезвычайными обстоятельствами, и первая предпосылка к переходу на хозяйственное уложение такого рода — наличие угрозы существованию общества как целостной системы.

Об экономической мобилизации пока ничего не слышно? Неудивительно: абсолютное большинство российских экономистов, не говоря уже о широкой публике, привыкли мыслить навязанными абстрактными экономическими категориями: динамикой ВВП, волатильностью цен на нефть, снижающимся курсом рубля, объемом спекулятивных иностранных инвестиций, игнорируя очевиднейший факт — количественный экономический рост последних лет не был тождественен качественному экономическому развитию.

Могут ли те, кто внедрил в общественное сознание фальшивые псевдоэкономические цели (и кто по-прежнему определяет экономическую идеологию правительства и Центробанка), в одночасье перестроиться и начать думать и действовать в категориях качественных, мобилизационных? Нет, не могут.

Общество находится в плену иллюзий, навязанных псевдолиберальными и квазиинституциональными догматиками, рассматривающими мобилизационную модель экономики как пугало, эрзац командно-административной системы времен сталинских первых пятилеток, Великой Отечественной войны или как неоднократно встречающуюся в русской истории автаркию. С подачи этих, с позволения сказать, «ученых», мобилизация в общественном сознании приравнена к национализации и прочим ужасам тоталитаризма.

Это, разумеется, не так. Элементы экономической мобилизации встречаются в новейшей (заметим, мирной) экономической истории многих стран с вполне рыночной экономикой в различных вариациях: Тайваня (создание в конце 1950-х национального экономического лидера Formoza); Китая (события 4 июня 1989 года на площади Тяньаньмэнь и последовавшие западные санкции); Южной Кореи (финансовый кризис 1997-1998 годов, беспрецедентный кредит от МВФ в 58 миллиардов долларов, который ценой значительных экономических и социальных потерь, таких как утрата Daewoo или добровольная сдача в доход государства ювелирных украшений, был возвращен не через 15 лет, как планировалось, а всего через три года).
https://icdn.lenta.ru/images/2016/05...f12375eb40.jpg
Тайвань является примером успешного применения экономической мобилизации
Фото: Ashley Pon / Getty Images

Черты мобилизационной экономики можно увидеть в недавней истории США («Новый курс» Рузвельта в 1930-х), ФРГ (объединение восточных и западных земель), Финляндии (статус «одинокой звезды», присвоенный в начале 1990-х терпящему крушение флагману финской экономики Nokia), Аргентины (события после дефолта 2001 года), многих других стран.

Прогрессия и регрессия

Если мы хотим двигаться в сторону социального согласия — основы мобилизационной экономики в современных условиях, то нам нужно задуматься о введении прогрессивной шкалы НДФЛ. Прогрессивная шкала должна содержать в себе ставки от 0 до 35 процентов и предполагать две схемы обложения: индивидуальную, что пока выглядит предпочтительнее, и солидарную, предполагающую единое обложение НДФЛ доходов всех членов домохозяйства, что в перспективе должно стать одной из двух альтернатив обложения по данному налогу.

В 2012-2018 годах согласно Федеральному закону от 15 декабря 2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» тариф взносов по обязательному пенсионному страхованию с выплат в пользу работников составляет 22 процента. Теперь главное: представленные ставки действительны до суммы годового дохода в 796 000 рублей нарастающим итогом (66 333 рубля в месяц, что соответствует средней начисленной заработной плате в Москве), а суммы свыше указанного порога годового дохода облагаются по ставке 10 процентов. Обоснование законодателей, установивших столь низкий порог регрессии, неизвестно. Вывод очевиден: если мы хотим внедрить социальную справедливость, обеспечить старшее поколение достойным пенсионным содержанием, а ныне активное поколение — относительным благоденствием в преклонном возрасте, регрессию нужно не увеличивать, а отменять вовсе. Причем делать это быстро и публично, в назидание молодому поколению.

Налог на наследство

Налог на наследование или дарение — еще один прямой налог, которым облагается имущество и (или) денежные средства покойного или дарителя. В большинстве стран мира ставка налога на наследство имеет прогрессивную шкалу, в то же время в Австралии, Австрии (с оговорками), Израиле, Индии, Канаде, а также в офшорных юрисдикциях налог на наследство отсутствует.

Справедливо ли отсутствие налога на наследование или дарение в стране, недавно пережившей приватизационное ограбление общества? Естественно, нет. К тому же перечень льгот, содержавшихся в упраздненном законе (налог на наследство был отменен в России в 2006 году — прим. «Ленты.ру»), был весьма емкий, избавлявший подавляющее число российских наследников от волнений и тревог за собственный будущий финансовый потенциал. В этой связи так и осталось загадкой, что (или кто) двигало президентом, когда он выступил с инициативой отменить данный налог — неужели те, кто получили имущество нечестным путем? Впрочем, есть и другое, не конспирологическое, а реалистичное объяснение: как известно, в 2005 году российский бюджет вследствие роста цен на нефть и природный газ не нуждался в значительных доходах с граждан, а о социальной справедливости тогда никто не задумывался. Сегодня ситуация иная, схожая с США 1930-х, когда президентом США стал Рузвельт с его «Новым курсом» движения к справедливости.

Стимулирование рождаемости

В 2015-2016 годах размер материнского капитала определен в 453 тысячи рублей. Власти могли бы изыскать дополнительные средства и увеличить размер материнского капитала, скажем, в два или три раза, тем самым подтолкнув членов 41,7 миллиона современных домохозяйств (семей) к рождению ребенка и более активной трудовой деятельности. Стимул будет долгосрочным, минимум до достижения детьми 18-летнего возраста, а деньги, выделенные молодым семьям, будут потрачены внутри российской экономики.
https://icdn.lenta.ru/images/2016/05...b74536cfbe.jpg
Материнский капитал необходимо увеличить в два-три раза
Фото: Виктор Бартенев / ТАСС

Еще один аспект долгосрочного стимулирования экономического роста — помощь государства в приобретении семьями собственного жилья. Так ли актуален жилищный вопрос для молодых семей? Судите сами: в 2007-2015 годах было выдано 6,5 миллиона сертификатов на материнский капитал. Из 4,5 миллиона использованных сертификатов 4,1 миллиона, или 92 процента от общего количества, молодые семьи направили на улучшение жилищных условий (7 процентов — на образование детей, 1 процент — на формирование накопительной пенсии мамы). Собственное жилье, а не образование детей или пенсия мамы — вот что главное для российских домохозяйств. Еще одно направление использования жилищного сертификата — возможность погасить налог на наследство при наследовании членом семьи жилой недвижимости.

Налог на бездетность.

Подсчитаем «на пальцах» (в данном случае важен порядок цифр, а не точные данные), сколько бюджетных доходов принесет налог на бездетность и хватит ли сборов от старого-нового налога для покрытия расходов по стимулированию рождаемости.

Приблизительные, основанные на данных Всероссийской переписи населения 2010 года расчеты показывают, что потенциальной налоговой базой для налога на бездетность являются доходы 30 миллионов домохозяйств. По итогам 2014 года только оплата труда в российской экономике суммарно составила 32 триллиона рублей (доходы от предпринимательской деятельности, доходы от собственности, другие доходы для упрощения расчета оставим за скобками). Удельный вес домохозяйств, подпадающих под налог на бездетность, в первом приближении составляет 54,9 процента от всех домохозяйств. Таким образом, налоговая база — при условии, что берем в расчет доходы от оплаты труда лишь одного члена домохозяйства, считаем по средней величине оплаты труда по экономике и также откажемся от соблазна подсчитать дополнительные доходы бюджета от увеличения трудового напряжения социума (в данном случае, повторюсь, важен порядок цифр), — составит 17,6 триллиона рублей.

В итоге минимальные налоговые сборы по налогу на бездетность по ставке 6 процентов принесут в бюджет порядка 1,1 триллиона рублей (в финансовых условиях 2014 года).

Централизованное планирование

Обратимся к следующему пункту мобилизационного плана — к возрождению централизованного планирования. Стоит ли нам бездумно отторгать не самый бесполезный элемент обширного исторического опыта наших предков или все же почерпнуть из планового механизма лучшее?

Именно то, что централизация и связанное с ней планирование были присущи России на протяжении минимум нескольких предшествующих столетий, и привело к той относительной легкости, с которой плановая, позднее переродившаяся в директивную, социалистическая система хозяйствования вошла в российскую жизнь. Наследие проявлялось даже в деталях: к примеру, «ленинский» план ГОЭЛРО на самом деле был то ли стратегией, разработанной немецкими инженерами перед Первой мировой войной для Петербургской электрической компании, то ли наработками созданной в 1916 году академической комиссией по изучению естественных производительных сил России, реанимированными советским правительством.

Проблема не в пагубности планирования как такового, а в том, какое планирование мы подразумеваем: директивное, соответствовавшее различным периодам жизни СССР, или индикативное централизованное, взятое на вооружение многими капиталистическими странами (Великобританией, Германией, Францией, Японией), не говоря уже о прорывных экономиках последних лет (Индии, Китая, Южной Кореи).

Возможно ли восстановление планово-индикативных начал в современной российской экономике? Без сомнения, да, но для этого, в частности, потребуется перевод министерств и ведомств на новый формат работы в виде специфического гибрида центрального командного пункта (оперативного штаба), разрабатывающего и реализующего индикативные планы, и своеобразной диспетчерской, призванной устранять как на вертикальном, так и на горизонтальном (межведомственном) уровнях возникающие при выполнении плановых заданий недоработки и неполадки.

Кстати, задача удвоить национальный доход (не ВВП, что несколько проще за счет включения в этот показатель дополнительных переменных) была основой японского «Плана удвоения национального дохода» в 1961–1970 годах. Правда, в отличие от России начала нулевых, японский план был не лозунгом, а тщательно просчитанной индикативной стратегией по финансированию науки и технологий, выдаче субсидий производствам, способным внести наибольший вклад в осуществление роста, по агрессивному расширению внешней торговли. Вместо предусмотренных планом 7,2 процента ежегодного роста, экономика Японии, лишенная, как известно, полезных ископаемых, уже в 1961 году достигла показателя в 14,5 процента. В итоге национальный доход был удвоен не за 10, а за 7 лет.

Эмиссия во благо

Cначала ответим на первую часть вопроса — как без осложнений увеличить денежную массу и профинансировать приоритетные инвестиционные проекты?

Согласно статье 35 и 40 Федерального закона от 10 июля 2002 года №86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» эмиссия может осуществляться посредством рефинансирования Банком России кредитных организаций, причем из законодательного положения следует, что «формы, порядок и условия рефинансирования устанавливаются Банком России». Это может выглядеть так: уполномоченные (государственные) банки предоставляют заемщикам ссуды под гарантии правительства России, например для реализации инвестиционных проектов в области импортозамещения, а Банк России восполняет банкам выданные реальному сектору средства.
https://icdn.lenta.ru/images/2016/05...c5b32b3168.jpg
Эмиссию можно использовать для финансирования ключевых проектов
Фото: Владимир Смирнов / ТАСС

Денежная эмиссия может осуществляться путем покупки облигаций федеральных и региональных институтов развития, крупнейших банков с государственным участием (с участием Банка России), фондов прямых инвестиций. Перечень таких ценных бумаг, согласно пункту 2 статьи 39 закона о Банке России, определяется решением совета директоров Центробанка, при условии их допуска к обращению на организованных торгах.

Императивом представленных способов расширения денежного предложения должно стать проектное финансирование, сопровождающееся квалифицированным отбором проектов, всесторонней оценкой возможных рисков и, конечно, контролем за ходом их реализации.

Теперь ответим на вторую часть вопроса: не вызовет ли прирост количества денег в экономике рост инфляции? Вероятность такого развития событий крайне мала по ряду соображений.

Прежде всего в России стало уже общим местом сетовать на преимущественно немонетарный характер инфляции, проще говоря, высокую зависимость темпов роста потребительских цен от индексации тарифов естественных и инфраструктурных монополий, а также от других бюрократических «нововведений», повышающих плату за пользование общественными благами.

Далее. Рост инфляции частично зависит от индексации заработных плат, а также от повышения размеров страховых пенсий (в части покрытия пенсионного дефицита из федеральной казны). Кроме того, темпы роста потребительских цен зависят от степени решительности антимонопольщиков в противодействии ценовым сговорам в потребительском секторе. Как видно, ни один из перечисленных факторов непосредственного отношения к представленным выше путям дополнительной денежной эмиссии не имеет.

***

Реализация мобилизационной повестки нуждается не только в нормативных президентских указах и правительственных постановлениях, но и в позитивном плане адаптации экономических субъектов к меняющимся внутрихозяйственным обстоятельствам. Вряд ли экономические акторы, привычно сетующие на недостаточное внимание к экономическим проблемам со стороны главы государства или на неэффективность действий правительства, положительно откликнутся на столь существенную смену идеологической парадигмы, естественно, при условии, что эта смена будет публичной. Одновременно усложняется и задание для проводников мобилизационных экономических устоев — им, наряду с изучением «стандартной» аллокативной (распределительной) эффективности или анализом возможных изменений в пропорции «бюджетные доходы — расходы», придется примеривать матрицу русского менталитета, дабы внедряемые рекомендации и предложения не привели к пониженному, а то и вовсе отрицательному результату.

Монокль для зрячих
 

http://www.mk.ru/economics/2016/06/0...zryachikh.html
За четверть века мы так и не подняли «вуаль неведения» над современным российским менталитетом
Вчера в 17:06, просмотров: 7480

Начну со слов, приписываемых Генсеку ЦК КПСС Юрию Андропову на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС: «Если говорить откровенно, мы еще до сих пор не изучили в должной мере общество, в котором живем и трудимся, не полностью раскрыли присущие ему закономерности, особенно экономические».
http://www.mk.ru/upload/entities/201...65_1784943.jpg
фото: morguefile.com

Многие не зря сомневаются в подлинности цитаты: главный чекист, безусловно, имел представление об основных чертах русского общества, правда, в основном о тех, что в корне изменили Россию в первой половине прошлого века. Что касается более поздних исследований, то качество той аналитики, как правило, релевантной ключевым догматам марксистско-ленинской теории, не выдерживает никакой критики. В результате некондиционность результатов стала одной из причин катастрофы 1991 года.

За прошедшие четверть века мы так и не подняли «вуаль неведения» над современным российским менталитетом. Власть, как когда-то говорил Андропов, вынуждена «действовать, так сказать, эмпирически, весьма нерациональным методом проб и ошибок». Однако если в Советском Союзе «опыты» осуществлялись на базе вроде бы незыблемой идеологии, то сегодня таковой просто нет. Не считать же за фундамент нового мировоззрения голый, выдыхающийся и часто фальшивый патриотизм.

Поскольку своих идей нет, а свято место пусто не бывает, нам навязывают западные общественно-экономические максимы, неприемлемые в России как минимум по трем причинам.

Причина первая. Западные, «латинские», как говорили в старину, экономические принципы в обывательских умах созвучны лживости, враждебности. Причем противостояние это обоюдное (со стороны Запада — бывает, что паническое), начавшееся еще во времена Ивана Грозного. Даже если завтра Владимир Путин пойдет на «снижение геополитической напряженности», как недавно предложил Алексей Кудрин, введенные против России санкции полностью не отменят, оставив часть из них в целях профилактики.

Причина вторая. Запад, по крайней мере научный, сам не уверен в правоте своих взглядов. Все последние годы нам рассказывают о необходимости реформирования институтов (норм, определяющих нашу жизнедеятельность) или правил игры в обществе. Как когда-то писал нобелевский лауреат по экономике Джеймс Бьюкенен, «качество игры в большей степени зависит от качества ее правил, чем от мастерства игроков». Даешь эффективные институты — и завтра мы страну не узнаем.

Однако отечественные словоблуды не учитывают, что в любой игре помимо правил и игроков (от Месси или Роналду, оказывается, немногое зависит) существуют судьи. Нет, речь не о мировых или третейских арбитрах, бери выше — о тех, кто следит за соблюдением правил на уровне государства. К нашему стыду, выражаясь футбольным языком, они путают штрафную с вратарской. А некоторые, как, например, «водолазный прогнозист» Алексей Улюкаев, путают, пожалуй, футбол с водным поло.

Другой пример. Председатель ЦБ Эльвира Набиуллина начала свежее выступление в видеоролике «Понятная экономика» так: «Денежно-кредитная политика — это действия государства, влияющие на количество денег и условия их обращения». А теперь откроем Закон «О Центральном банке», где в статье 34 (1) говорится: ««Основной целью денежно-кредитной политики банка России является защита и обеспечение устойчивости рубля посредством поддержания ценовой стабильности, в том числе для формирования условий сбалансированного и устойчивого экономического роста».

Так все-таки «действия государства» или независимого от него, согласно законодательству, ЦБ? А ведь Набиуллина — «судья» самое малое в финансовом секторе.

Причина третья. Западные экономические убеждения эзоповым (иногда — «птичьим») языком навязываются нам либеральной интеллигенцией, как издавна в народе считается, прислуживающей настоящим «хозяевам жизни». Тот же Кудрин призывал снизить геополитическую напряженность не просто так, а ради привлечения иностранных инвестиций (куда? кому?) для преодоления технологического отставания.

В то же время печальный опыт свидетельствует, что в России в отличие от других стран воруют не с прибыли, а как раз с инвестиций. Что же до самих вложений, то они, как думают люди, будут направлены не на достижение распределительной справедливости, а на обогащение избранного ворья. Или на приобретение лживым правительственным чинушей очередного «Роллс-ройса» за 40 млн рублей. Насколько после обнародования этого факта увеличилась пропасть недоверия между этим «продуктивным» бюрократом и обществом?

В 2005 году индийские экономисты Ишвар Прасад, Рагурам Раджан и Арвинд Субраманьян опубликовали статью «Парадокс капитала», где проанализировали темпы экономического роста развивающихся стран в 1970–2004 гг. в соотношении с притоком иностранных инвестиций. Оказалось, что во всех без исключения государствах рост с опорой на внутренние сбережения происходил быстрее по сравнению со странами, сделавшими ставку на привлечение иностранных денег, в основном, как потом выяснялось, спекулятивных.

Может, Кудрин забыл, что единственным периодом, когда в новой России фиксировался чистый прирост иностранных инвестиций, были 2006–2007 годы? И что уже в следующем году приток сменился оттоком, да каким: только в IV квартале 2008 года из страны убежало более 130 млрд долларов? Неужели на этот раз наивно «все будет иначе»?

К слову, вариантов сокращения «технологического отставания» существует множество: от полукриминального копирования до респектабельного приобретения — как технологий, так и компаний, их производящих. Санкции? Я вас умоляю — существует множество способов их обойти.

Кстати, об эзоповом языке. Герман Греф на днях заявил, что снижение напряженности в «ситуации с Украиной» будет способствовать значительному укреплению рубля. Оставим в покое геополитику — простому человеку, не входящему в 2–3% населения, регулярно бывающего за границей, что с того? Цены упадут? Зарплаты вырастут? Потребительские кредиты простят? Сбербанк во главе с Грефом самолично подаст пример?

Что же делать, чтобы народ, «не купил мотыля и не пошел на реку» по-таксистски решать вопросы глобального мироустройства?

Во-первых, президенту надо прекратить взвешивать разномастные «концепции» и прислушаться к характеру выбравшего и поверившего ему народа, возможно даже, самому возглавить правительство. Общественная справедливость — это не только перераспределение, но еще и честность перед людьми. Следует также упорядочить отношения с церковью, погрязшей в роскоши, алчности, разврате. На Руси всегда поклонялись не попам, но Вере, пусть сдобренной обильной внешней атрибутикой.

Во-вторых, начать очищение властных коридоров от фанатов «Роллс-ройсов», коллекционеров лондонских хором или эксклюзивного отдыха на «дружеских» курортах. У этих крючкотворов жены сплошь мегауспешные, прокормят. То же самое относится к руководителям «естественных монополий»: именно они, а не действия ЦБ — причина по-прежнему высокой инфляции, не говоря уже о грандиозных провалах последнего времени. Сегодня экономика страны управляется по западным лекалам столетней давности.

В-третьих, привлечь к руководству промышленностью 30–40-летних технократов, безусловным мерилом ценности которых, помимо незапятнанной биографии, должны быть умеренность, трудолюбие, бессребреничество. Дмитрий Устинов стал наркомом вооружения СССР в 33 года, Николай Вознесенский — председателем Госплана СССР в 34, Алексей Косыгин — наркомом текстильной промышленности СССР в 35. Все назначения произошли перед войной. К слову, сын Андропова, выбравший дипломатическую стезю, впервые стал послом уже после смерти отца.

В-четвертых, принудить руководителей госкомпаний и собственников-олигархов к проведению производственной модернизации в вотчинных моногородах. Недовольство, как в 2009-м в Пикалеве, скорее всего, снова пойдет оттуда.

В-пятых, предельно упростить путь к образованию и научной деятельности, предварительно зачистив ректорский корпус и директорат от очковтирательской скверны и корысти. Привлечь, в первую очередь материальными и социальными благами, молодых специалистов, установив для вузов и научных институтов интегральный профессионально-возрастной показатель.

В-шестых, максимально расширить доступ к электронной литературе, особенно к архивам. Сегодня документы по истории России проще найти в сетевых каталогах какого-нибудь Гарварда, а не в родных хранилищах.

Иначе придется с тревогой ждать либерального реванша, неизбежного вследствие бездействия властей. Для начала выучить строки из «творения» Демьяна Бедного «Не последнее дело» периода революционного обличения мракобесной Руси:

Спала Россия, деревянная дура,

Тысячу лет! Тысячу лет!

Старая наша «культура»!

Ничего-то в ней ценного нет.

Оптимизм, основанный на реализме
 

http://izvestia.ru/news/618671
20 июня 2016, 09:00 | Политика |

Экономист — о том, чем обусловлен «десант нефтяных королей» на Петербургский экономический форум

Пожалуй, главным итогом прошедшего на прошлой неделе ПМЭФ-2016 стало заявление Владимира Путина о расширении взаимодействия Евразийского экономического союза с другими странами и объединениями: желание создать зону свободной торговли с ЕАЭС выразили уже более 40 государств и международных организаций. Есть и конкретные сроки, названные президентом: один из них — «к 2025 году будет создан единый рынок энергетики и углеводородов, финансовый рынок».

Неудивительно, что традиционный уже саммит энергетических компаний, проводимый в рамках ПМЭФ крупнейшей российской госкомпанией «Роснефть», был посвящен в первую очередь конкретным направлениям реализации этих планов. Главный исполнительный директор ExxonMobil Рекс Тиллерсон, глава BP Боб Дадли, генеральный директор Total Патрик Пуянне, глава Eni Клаудио Дескальци, первые лица крупнейших нефтетрейдинговых компаний Glencore, Trafigura, Vitol самим фактом своего присутствия на форуме подтвердили не столько тщетность санкционного давления на Россию, сколько желание поучаствовать в создании нового интеграционного контура. Основную «энергетическую» роль в котором, судя по всему, будет играть «Роснефть».

Еще два года назад, при введении санкций, западные хедлайнеры наивно ожидали существенного ухудшения показателей российской экономики, в первую очередь нефтянки, рассчитывая поживиться нежданными выгодами политических игрищ. Но прогадали. Тщетное предвкушение сменилось изумлением — как «Роснефти» в столь сложных условиях удается стабильно получать прибыль, генерировать свободный денежный поток, или СДП (за счет которого осуществляются инвестиции, погашаются долги, выплачиваются дивиденды), расширять свое присутствие в различных регионах мира?

В этом году, когда по итогам I квартала «Роснефть», несмотря на плохую конъюнктуру, вновь показала доход, а Shell, ВР или Chevron зафиксировали убытки, не говоря уже о том, что наша компания стала мировым лидером по генерации СДП, удивление сменилось пиететом. Чем в значительной мере и объясняется присутствие мировых нефтегазовых лидеров на ПМЭФ-2016.

Но не только этим. В последние годы глава «Роснефти» Игорь Сечин стал одним из немногих спикеров, определяющих развитие всего нефтяного рынка. Для глав крупнейших сырьевых корпораций принципиально важно лично, «вживую», услышать выводы руководителя крупнейшей российской компании, засвидетельствовать уважение, пообщаться в кулуарах. И, естественно, еще раз удостовериться, что даже в период низких цен и продления санкций российская нефтяная отрасль как прежде эффективна и устойчива, а главное — независима от стран Ближнего Востока или США.

Границы нового интеграционного контура, по крайней мере в энергетической сфере, на ПМЭФ-2016 были очерчены. «Мы не на активность саудитов должны реагировать, а на рыночную ситуацию. Пускай лучше саудиты приглядывают за нами», — заявил Игорь Сечин, аргументировав преимущества «Роснефти» развитой транспортной инфраструктурой, снижающейся долговой нагрузкой, стабильной системой сбыта, долгосрочными экспортными соглашениями.

В свете новой политико-экономической парадигмы символично, что в день открытия форума «Роснефть» заключила контракт с вьетнамской PetroVietnam Oil Corporation на поставку до 2040 года 96 млн т нефти, дополнительно усилив присутствие на азиатском рынке. (По итогам 2015 года объем реализации нефти и нефтепродуктов в азиатские государства составил почти 19% всех экспортных поставок российской госкомпании.)

Кроме того, в первый день ПМЭФ-2016 «Роснефть» договорилась об увеличении поставок на 15 млн т с польской компанией PKN Orlen, подтвердив свою роль на традиционном для России европейском рынке.

Наконец, в рамках форума «Роснефть» заключила сделку с ВР по созданию совместного предприятия «Ермак» для проведения геологоразведочных работ со стартовым объемом инвестиций $300 млн. Помимо привлечения иностранных инвестиций договоренность о создании СП демонстрирует тренд в направлении большей открытости нашей ресурсной базы как для разделения рисков, так и для развития отраслевых технологических компетенций.

Новые проекты на основе синтеза уникальных природных возможностей России («рынка энергетики и углеводородов», как отметил Путин) и финансового, технологического, компетентностного капитала иностранных партнеров (прежде всего «финансового рынка») — не об этом ли мы говорили все последнее время?

Несколько слов о диверсификации. В прошлом году в рамках Петербургского форума «Роснефть» договорилась о миноритарном вхождении британской ВР в разработку нефтегазового поля Таас-Юрях (общий объем инвестиций оценивался тогда в $700 млн). В этом году полку инвесторов в восточносибирские проекты прибыло: «Роснефть» заключила договор купли-продажи 23,9% акций АО «Ванкорнефть» с консорциумом индийских инвесторов.

Здесь же нужно отметить договор с итальянской логистической фирмой Pietro Barbaro в области морских танкерных перевозок, что увеличивает прибыльность трейдинга российской компании и расширяет географию поставок. Причем «Роснефть» инвестирует в фактически сложившийся бизнес, поскольку необходимая технологическая база в целом уже сформирована итальянским партнером.

И это только то, что имеет непосредственное отношение к профильной деятельности российской госкомпании. А ведь были еще соглашения о развитии дальневосточного судостроительного комплекса «Звезда», о поставке «Роснефти» 30 вертолетов (более половины заказанных машин будет произведено в России до конца 2018 года), по активизации инвестиционной деятельности компании в целом ряде российских регионов...

Нет ли иных в дополнение к экономической кооперации причин столь солидного десанта «нефтяных королей»? Есть: мировой рынок живет в ожидании среднесрочного дефицита нефти, о чем на саммите неоднократно говорили тот же Игорь Сечин, министр энергетики России Александр Новак, глава «Лукойла» Вагит Алекперов, практически все иностранные именитые участники саммита.

В то же время некоторые российские «непрофильные» гости ПМЭФ-2016 пребывали в уверенности, что нефтяная эра закончилась. Нет ничего проще: сначала разрушить отрасль, дающую до трети доходов в бюджет, а потом остаться на бобах. К слову, о нефтяном дефиците. Вице-премьер Аркадий Дворкович, отвечая на вопрос, потребуется ли России экстренное увеличение нефтедобычи при недостатке предложения (читай, нужны ли нефтяникам средства для инвестиций), ответил коротко: «Не потребуется».

...Пожалуй, лучшим послесловием к материалу будет мнение руководителя BP Роберта Дадли о российской нефтегазовой сфере, высказанное им на саммите энергетических компаний ПМЭФ-2016: «Оптимистично смотрю на российский сектор. Но мой оптимизм основан на реализме». Россия также с оптимизмом смотрит в будущее, реалистично полагаясь на поступательное развитие своего нефтегазового флагмана.

Не забывая, тем не менее, и о других точках роста.

Автор — доктор экономических наук, профессор