*1270. Левичев, Николай Владимирович
 

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9B%...B2%D0%B8%D1%87

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

http://upload.wikimedia.org/wikipedi...IF_09-2013.jpg
Николай Левичев, 2013 год
http://upload.wikimedia.org/wikipedi...em_gosduma.gif
Заместитель председателя Государственной думы Федерального собрания Российской федерации
https://upload.wikimedia.org/wikiped...Russia.svg.png
с 21 декабря 2011 года[1][2]
http://upload.wikimedia.org/wikipedi...%D1%8F.svg.png
2-й Председатель партии
«Справедливая Россия»
16 апреля 2011 года — 27 октября 2013 года
Предшественник: Сергей Михайлович Миронов
Преемник: Сергей Михайлович Миронов
http://upload.wikimedia.org/wikipedi...%D1%8F.svg.png
1-й Руководитель фракции «Справедливая Россия» в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации
2 декабря 2007 года — 14 июня 2011 года
Преемник: Сергей Михайлович Миронов

Вероисповедание: Православие [3]
Рождение: 28 мая 1953 (60 лет)
Пушкин, Пушкинский район, Ленинград, РСФСР, СССР
Супруга: Валентина Фёдоровна Левичева
Дети: [кто?]
Партия: КПСС
Российская партия жизни
(2002—2006)
Справедливая Россия
(с 2006 — н.в.)
Образование: 1) Ленинградский государственный университет имени А. А. Жданова
2) Академия общественных наук при ЦК КПСС
3) Академия государственной службы
Деятельность: политический деятель

Сайт: www.levichev.info

Награды:
http://upload.wikimedia.org/wikipedi...Friendship.png
Орден Дружбы
http://upload.wikimedia.org/wikipedi...e_prok-rib.png
Медаль За взаимодействие (Прокуратура России)
http://upload.wikimedia.org/wikipedi..._of_Russia.gif
Почётная грамота Президента Российской Федерации
http://upload.wikimedia.org/wikipedi...une_2008-4.jpg
Дмитрий Медведев и Николай Левичев, 2008 год

Никола́й Влади́мирович Ле́вичев (род. 28 мая 1953 года, Пушкин, Пушкинский район, Ленинград, РСФСР, СССР) — российский политический деятель, председатель политической партии «Справедливая Россия» (2011—2013). Кандидат на выборах мэра Москвы (2013).

Содержание

1 Биография
2 Резонансные выступления в Думе
2.1 2012
3 Награды
4 Примечания
5 Ссылки

Биография

Родился 28 мая 1953 года в городе Пушкин,Пушкинский район, Ленинград.

Его отец был преподавателем радиотехники в военном училище, автором ряда учебников для курсантов. Мать, математик по образованию, работала художником-графиком в издательстве «Наука». Дед — учёный, окончил биологический факультет Санкт-Петербургского университета, почётный гражданин Санкт-Петербурга.[4]

Закончил восемь классов в 410 средней школе Пушкина, где он учился в одном классе с Сергеем Мироновым, с которым жил в одном подъезде.[4] Побеждал в математических олимпиадах. 9-10-й классы он учился в физико-математической школе № 239 Ленинграда (одной из трёх ведущих специализированных школ в городе), которую закончил в 1970 году.[4][5]

В 1976 году окончил физический факультет Ленинградского государственного университета имени А. А. Жданова. Учился на одном курсе с Владимиром Чуровым. Затем окончил аспирантуру (диссертацию не защищал).

После окончания ЛГУ работал научным сотрудником Государственного оптического института имени Вавилова, затем — директором подросткового лагеря.

Был избран в комитет комсомола, затем перешел на профессиональную комсомольскую работу — был инструктором Ленинградского горкома ВЛКСМ, завотделом культуры Ленинградского обкома ВЛКСМ, инструктором, завсектором по работе с творческой молодежью отдела культуры ЦК ВЛКСМ.

В 1991 году работал в ВЦСПС.

Окончил Академию общественных наук (АОН) при ЦК КПСС, а в 1991 году — аспирантуру при АОН. Состоял в КПСС до её запрета в августе 1991 года.

Окончил Академию государственной службы.

В 1991 году учредил ТОО «Компания Ключ-С», с 1991 по 2002 год — генеральный директор книжного издательства «Издательский дом „Ключ-С“».

В апреле 1999 года совместно с Александром Подлесовым и юридическими лицами «Общество НОЙПА», ЗАО «СТРОНЕКС» и ЗАО «Колчан» учредил ООО «Инвестиционная компания (ИК) АйБиЭйч» (IBH), генеральным директором которой стал А. Подлесов.

С 2002 — 2006 — первый заместитель председателя, председатель центрального исполкома Российской партии Жизни (РПЖ).

В 2004 году возглавлял избирательный штаб С. М. Миронова на президентских выборах.

В 2006 году был избран в состав Президиума центрального совета партии «Справедливая Россия: Родина/Пенсионеры/Жизнь». Секретарь политбюро президиума центрального совета «Справедливой России».

В 2007 году — генеральный директор журнала «Русская жизнь».

В 2007 году по партийному списку партии «Справедливая Россия: Родина/Пенсионеры/Жизнь» был избран депутатом Государственной Думы 5-го созыва.

Руководитель фракции «Справедливая Россия: Родина/Пенсионеры/Жизнь», член Комитета Государственной Думы по науке и наукоёмким технологиям.

В октябре 2009 года возглавлял список «Справедливой России» на выборах в Мосгордуму. Несмотря, на участие в списке многих популярных политиков, партия потерпела сокрушительное поражение (5,52 %) и не попала в региональный парламент.[6]

На V съезде партии «Справедливая Россия» 16 апреля 2011 года был избран председателем партии (после досрочного прекращения полномочий Сергея Миронова). Согласно уставу партии, председатель партии занимается партийно-хозяйственной работой. Председатель палаты депутатов, которым сейчас является Сергей Миронов, может отменить любое решение любого органа партии, включая председателя партии.[7]

14 июня 2011 года сложил с себя полномочия руководителя фракции «Справедливая Россия: Родина/Пенсионеры/Жизнь», передав их Сергею Михайловичу Миронову

21 декабря 2011 года на первом пленарном заседании Государственной Думы РФ VI созыва избран заместителем председателя Госдумы от фракции партии «Справедливая Россия»

19 июня 2013 года выдвинут от «Справедливой России» кандидатом на выборах мэра Москвы[8]. 8 сентября в единый день голосования получил 2,79% (64 778 голосов) избирателей заняв последнее место.
Резонансные выступления в Думе
2012

13 марта — призвал партию «Единая Россия» вести честную политическую борьбу. В частности Н. В. Левичев сказал:

«Мы поможем вам почистить свои ряды от жуликов и воров, а местную власть заставим честно работать и вести диалог с оппозицией, а не лизать, извините, задницу начальству, подтирая её приукрашенными бюллетенями»

— Русская служба Би-Би-Си. Лента новостей 21 марта 2012

Эти его слова вызвали негодование депутатов от «Единой России». Комиссия Госдумы по этике предложила лишить Н. В. Левичева права выступать на пленарных заседаниях палаты до конца весенней сессии.

8 мая — выступил с резкой критикой Д. А. Медведева на пленарном заседании, на котором рассматривалась кандидатура последнего на должность Председателя Правительства. В частности Н. В. Левичев сказал:

«Разве можно назвать современной рыночной экономикой сложившееся переплетение теневых практик и круговой поруки? Доступ к экономическим, социальным и политическом ресурсам обеспечивается не общими законами и нормами, а личными и клановыми связями….Феодальное наместничество, острова авторитаризма, где царит бесправие и насаждается политическое холуйство, никогда не дадут свободных, активных и творческих граждан..»

— Официальный сайт фракции политической партии Справедливая Россия в ГосДуме РФ

Награды

Орден Дружбы (1 июня 2013 года) — за заслуги в развитии российского парламентаризма и активную законотворческую деятельность[9]
Почётная грамота Президента Российской Федерации (21 октября 2009 года) — за плодотворную законотворческую и общественную деятельность[10]
Памятный нагрудный знак ЦИК России в ознаменование 15-летия избирательной системы Российской Федерации (2009 год)[11]

Примечания

↑ Миронов предложит пост вице-спикера новой Госдумы председателю «Справедливой России» Левичеву
↑ Госдума избрала шесть вице-спикеров
↑ Интервью порталу Religare.ru. Архивировано из первоисточника 29 августа 2013.
↑ Перейти к: 1 2 3 Миронова поменяли на Левичева, Stringer, 17.04.2011.
↑ Время политики. Интервью с Николаем Левичевым, «Свобода», 18.04.2011.
↑ Подсчитаны 100 % голосов на выборах в Мосгордуму, «Газета. Ru», 14.10.2009.
↑ «Это абсолютная ерунда, что кто-то там что-то „сливает“». Сергей Миронов рассказал «Ъ» о будущем своем и «Справедливой России», «Коммерсантъ-Online», 11.07.2011.
↑ «Эсеры» отправили в мэры Москвы вице-спикера Госдумы. РБК. Архивировано из первоисточника 20 июня 2013.
↑ Указ Президента Российской Федерации от 1 июня 2013 года № 523 «О награждении государственными наградами Российской Федерации»
↑ Распоряжение Президента Российской Федерации от 21 октября 2009 года № 706-рп «О награждении Почётной грамотой Президента Российской Федерации депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»
↑ Награждение памятным знаком ЦИК России

Ссылки

Официальный сайт
Левичев, Николай — статья в Лентапедии. 2012 год.
Информация на сайте Государственной Думы
Биография на сайте С. Миронова
Биография на официальном сайте партии «Справедливая Россия»
Биография на сайте lobbying.ru
Иван Давыдов. Нечеловеческие отношения. Россия. Lenta.ru (20 августа 2013). Проверено 22 августа 2013. Архивировано из

Ради принципов можно плюнуть на проценты
 

http://www.ng.ru/politics/2002-08-27/2_levichev.html
27.08.2002

Ольга Тропкина

Тэги: левичев, миронов, пж
Грядущий осенний политический сезон по праву можно назвать началом предвыборной кампании в Государственную Думу. Между тем "Партия жизни", создание которой приписывают спикеру СФ Сергею Миронову, до сих пор не фигурирует ни в одном социологическом опросе. Насколько целесообразно создавать очередную "питерскую" партию с туманными перспективами, на какого избирателя рассчитывает ПЖ и когда же Сергей Миронов официально возглавит эту структуру? На эти и другие вопросы "НГ" отвечает сопредседатель "Партии жизни" Николай Левичев.

- Николай Владимирович, некоторые эксперты весьма иронично восприняли создание "Партии жизни". Не секрет, что ваша структура воспринимается скорее как плод амбиций "питерца" Сергея Миронова. Действительно, в стране уже действуют или готовятся к созданию целых три партии "питерцев": "Единая Россия" Александра Беспалова, "Партия жизни" Сергея Миронова, да и Владимир Литвиненко уже объявил о создании партии горнопромышленников.

- Мне трудно отвечать за Литвиненко, я с ним просто не знаком. Что же касается Беспалова, если меня рассматривать как "питерского", то я с ним в свое время работал в Ленинградском обкоме комсомола, но знакомы мы не были. А мотивы создания "Партии жизни" - совсем не амбиции "питерских". Мне трудно говорить за Сергея Миронова, но близкое знакомство с ним позволяет мне судить о каких-то его мотивах. Конечно, появление Миронова в высших властных кругах было знаковым. Но он создал партию совсем не потому, что ему нужна какая-то политическая подпорка. Просто сейчас идеальные условия для создания такой партии, которых не было до этого и, может быть, не будет через год. Возникла особая среда, собрались люди, которые ощутили необходимость сделать какой-то следующий шаг. Наше название уважаемый Борис Немцов однажды назвал "идиотским", кто-то называет "экзотическим". Но оно родилось из объективных обстоятельств. Необходимо было задать идейный вектор, который устроил бы всех организаторов нашей партии.

- Но общество вряд ли готово голосовать за расплывчато сформулированную идею "жизни". Перед выборами вы все равно должны будете предложить избирателям какие-то более простые и четкие формулы.

- А почему все считают возможным решать, до чего российское общество "доросло", а до чего нет?

- Это отчетливо демонстрирует успех блока "Единство", который был создан за два месяца и получил феноменальное количество голосов.

- Я считаю, что люди не должны с этим мириться и в дальнейшем голосовать, как бараны, и ждать, куда нам покажут идти. В обществе созрели какие-то процессы, которые позволяют надеяться на то, что все в стране может быть иначе. Сейчас выпал исторический шанс, которым надо воспользоваться. Если я знаю, что на третьем посту в государстве находится человек, никого никогда не продавший, никем не купленный, то я понимаю, что сейчас появился шанс консолидировать с его помощью здоровые силы. Я совсем не уверен в том, что успех нам гарантирован. Это эксперимент, но для него сложились определенные условия. И не воспользоваться ими было бы глупо. Жизнь не кончается декабрем 2003 года. Если перед нами станет дилемма - плюнуть на те принципы, которыми мы сейчас руководствуемся, и получить желанные 5 процентов или воплощать в жизнь намеченные принципы, - мы пожертвуем этими пятью процентами.

- То есть по большому счету вы и не рассчитываете на успех на следующих выборах?

- Есть много других способов вхождения в политическое поле. К примеру, согласно социологическим опросам, "Народная партия" Геннадия Райкова отмеряет не так уж много процентов своему избирательному списку. Райков делает упор на одномандатные округа, для того чтобы именно из одномандатников создать в Думе фракцию или группу.

- "Партия жизни" пойдет по пути Геннадия Райкова?

- Если провести по одномандатным округам хотя бы одного человека, он так или иначе будет обладать правом законодательной инициативы.

- Но вряд ли одному человеку удастся провести эту инициативу через Думу...

- Больше, чем мы сумеем сделать, мы сделать не сможем. Под лежачий камень вода не течет. В стране не должно быть "одной-двух партий, чтобы народ не путался", как это предлагает уважаемый Владимир Литвиненко. Лично я не хочу жить в таком обществе. Поэтому и собрались не последние в этой стране люди, которые в жизни чего-то достигли, и пришли к выводу: если не пытаться что-то сделать, будет именно так, как предлагают некоторые.

- Неужели Сергей Миронов, взявшись за партстроительство, удовольствуется столь малыми результатами?

- Не все меряется процентами. И что бы ни писали о Сергее Миронове, на самом деле он политик весьма прозорливый и дальновидный. Он тоже не ограничивает свое существование в политике декабрем 2003 года. На сегодняшний день он является политиком федерального уровня. И как бы ни менялись его статус и его качества, у него есть возможность сделать что-то полезное и в других ипостасях. Вообще мне не хотелось бы отвечать за Сергея Миронова. Я отражаю мнение одного поколения, к которому мы оба принадлежим.

Не скрою, любая партия перед выборами была бы рада получить государственную поддержку. Но мы слишком рано рассуждаем о планах на декабрь 2003 года. На сегодняшний день созданы региональные отделения в 59 субъектах РФ, и мы готовим документы в Минюст на регистрацию. Мы рассчитываем на то, что популярность нашей структуры будет расти вне зависимости от того, что пишут о нас СМИ.

- На чем основана такая уверенность?

- Мы ни одного шага не ступили без каких-то социологических измерений, которые делал для нас один из самых профессиональных профильных центров в стране. До съезда мы провели два пилотных опроса, проводили фокус-группы по вариантам названия партии, по эмблеме партии, основным положениям программных документов. Мы прекрасно понимаем, что свой путь мы только нащупываем.

- И каков же собирательный образ вашего избирателя?

- На название "Партия жизни" откликнулись представители сельских районов Нечерноземья. А в общем - 85 процентов населения России. Мы не хотим рассчитывать на "среднестатистического" избирателя. Мы вообще не хотим ничего "среднего". Российское население слишком многообразно, и мы хотим, чтобы все они нашли в нашей программе то, что близко каждому.

- Рано или поздно Сергею Миронову и "Партии жизни" придется определяться, будут ли они иметь "официально оформленные" отношения или нет. Когда же это произойдет?

- Когда Александр Беспалов говорит о том, что он знает точный день, когда Владимир Путин станет членом партии "Единая Россия", он фактически отвечает за Владимира Путина. Я бы отвечать за Сергея Миронова не взялся. Я не знаю, когда Миронов возглавит партию. Если вопрос встанет прямо, он и будет конкретно решаться. Если уж на то пошло, то Миронов не единственный политик, которого мне интересно было бы видеть в рядах нашей партии.

"Рыночная экономика западного образца размежевала наш народ"
 

http://www.levichev.info/5_113.htm
07 февраля 2003

Игорь Шатров

Российская партия жизни (РПЖ), появившаяся на политической арене в сентябре 2002 года, намерена в ближайшее время предложить государству и обществу свое видение дальнейших экономических перспектив страны. Сопредседатель Общенационального совета партии Николай Левичев полагает, что реформы пока не улучшили экономического положения России. При этом он призывает не рубить сплеча, а принять существующий порядок вещей за "нулевой вариант" и продолжать реформирование на совершенно иной методологической основе.

– Николай Владимирович, чем экономическая программа РПЖ будет отличаться от программ других партий?

– У наших политических партий нет экономических программ. Есть лишь принципы. Партийцев хватает только на то, чтобы принимать декларации и бросать реплики по поводу того или иного законопроекта, обсуждаемого в Думе.

– Есть мнение, что многие партии выполняют функции отраслевых лоббистов, в их экономических предложениях отсутствует государственный подход...

– Да, так считают. Лоббирование – это естественная составляющая политического процесса и должно регулироваться законом. Отраслевой босс или предприниматель не могут пойти на встречу с депутатом и высказать свои претензии и пожелания. Их не поймут окружающие. Поэтому лоббирование было, есть и будет.

Существует такое понятие – "белое" лоббирование. Пока лоббирование "черное" или в лучшем случае "серое", народ будет считать лоббизм синонимом коррупции в верхах законодательной власти.

Путь к "белому" лоббированию лежит не только через закон, но и через культурную многопартийность. Чем больше партий, тем лучше для общества. Даже некрупная партия, не сумевшая пока пробиться в парламент, представляет серьезное общественное мнение. Один процент избирателей – это почти миллион человек: целая страна.

– Каковы партийные представления о настоящем российской экономики?

– Оно не заслуживает положительных оценок. Правительство не может обеспечить устойчивый экономический рост и гарантировать бесперебойное функционирование важнейших систем жизнеобеспечения.

– Почему?

– Нельзя больше ваять рынок из хаоса. Пока кабинет министров не переболеет "детской болезнью правизны", вряд ли что-то изменится в лучшую сторону. Правительство так и будет беспорядочно расставлять административные барьеры, действуя под умеренно правыми лозунгами. И, если говорить о политике, получать критику справа – за административный произвол и слева – за недостаточный контроль над рынком.

На наш взгляд, в основе того, что получило название реформ, лежит совершенно неверный методологический посыл о греховности прошлого России. Речь идет не только о советском времени.

Реформаторы считают, что Россия и ХIХ, и XX век провела впотьмах и сейчас должна вернуться в лоно мировой цивилизации. А для этого нам необходимо использовать стандарты экономической политики наиболее благополучных стран.

– А вы так не считаете?

– Не считаю. У России нет и не может быть никаких прошлых грехов, и она способна по-своему ответить на все вызовы современности.

Новый экономический уклад нельзя выбрать как товар в супермаркете. То, что имело успех где-то на Западе, может и не прижиться в российских условиях. Социально-ориентированная рыночная экономика, которую нашей стране безуспешно навязывали все прежние правительства в течение последних десяти лет, размежевала народ, лишила его цели. Социальная память сограждан находится в серьезном противоречии с сегодняшними правилами поведения, когда наиболее успешными являются неправедные действия.

Известное и вполне уместное бухаринское "Обогащайтесь!" приобретает сейчас совершенно иной смысл и используется для морального оправдания нигилизма, вседозволенности, циничного рвачества и мздоимства, разрушающих духовную и нравственную среду народной жизни.

Если российская экономическая система не перестанет гримасничать "под Запад", Россию ожидает глубокая демографическая яма. Сейчас совершенно очевидно, что экономические преобразования в нашей стране должны сплотить народ для его выживания. Кроме того, Россия обязана работать на опережение, чтобы не допустить тех тупиковых ситуаций, в которые попала западная цивилизация.

– Что для этого необходимо сделать уже сейчас?

– Прежде чем давать рецепты, необходимо подготовить общественное мнение. Во-первых, освободить общественность от иллюзии, что созданный за последние десять лет "рынок" можно действительно называть рынком. Наблюдаемые процессы купли-продажи с ореолом скандальности являются результатом неудавшегося научного эксперимента, субъективных экономических придумок "экспертов", которые еще в конце 80-х годов даже помыслить не могли, что им удастся реализовать свои идеи на практике.

Это был эксперимент над людьми, имевшими на тот момент совершенно иные жизненные установки. "Гайдарономика" в России – это не "рейганомика" в США, не "тэтчеризм" в Великобритании и не "ширакизм" во Франции. Тем более она не тянет на "японский вариант", сумевший совместить духовную традицию синтоизма и остатки общинного сознания японца с задачей экономической модернизации.

Во-вторых, необходимо объяснить обществу, что оно не вправе снимать с себя ответственность за тот уклад жизни, который возник из брожения 90-х годов. Поэтому сложившийся экономический порядок, со всеми его минусами, нужно рассматривать как объективную действительность, требующую серьезных преобразований. Нет никакого смысла начинать все сначала по вновь придуманной схеме. Это приведет к еще большей разрухе. Предлагаемые экономические программы должны быть реализуемы в существующих экономических условиях и при данных возможностях управления.

В-третьих, надо разобраться, какой же экономический уклад создан за прошедшее десятилетие. Я согласен с экспертами, считающими, что в России сложился номенклатурный капитализм. Свободами либеральной экономики у нас пользуется небольшая, избранная часть населения, в то время как остальные лишены возможностей для самореализации.

Открыть свое дело сегодня труднее, чем в начале 90-х годов. Предприниматель задавлен бюрократией, криминалом и коррупцией. Кредиты на развитие доступны лишь немногим. Поэтому желающим заниматься собственным бизнесом приходится идти на поклон, "закладывать душу" и т. д. С переделки номенклатурного капитализма в цивилизованный экономический порядок и надо начинать.

– А что потом?

– Российскую экономическую перспективу мы видим в создании экономики с уравновешенными рыночными и нерыночными параметрами. При этом соотношение рынка и нерынка должно определяться не предпринимательским потенциалом узкого круга избранных, а реальной возможностью передать в конкурентную сферу конкретную часть экономики.

– А как поступить с уже сложившимися финансово-промышленными и иными бизнес-группами, если, следуя вашей логике, их бизнес окажется в неконкурентных сферах экономики?

– Как я уже сказал, мы вынуждены рассматривать экономические итоги 90-х годов как объективную реальность. В том числе и итоги так называемой приватизации, несмотря на то, что общество считает поспешную распродажу государственного имущества ошибкой, которая, как известно, "хуже преступления", а происхождение многих капиталов – явно незаконным. Поэтому сложившаяся структура собственности отражает не реальные рыночные возможности, а платежеспособный спрос на наиболее ценное, что было и есть в стране.

Однако государство должно думать не об очередной перетряске собственности, а добиваться ее перехода в руки эффективного владельца. Это возможно, если будет решительно применен механизм банкротства, установлен налог на имущество предприятий, даны льготы активным инвесторам, призваны к порядку ретивые монополисты. В таком случае сам рынок разберется, кто есть кто на экономическом поприще.

Посредством имущественного и подоходного налога и контроля за крупными расходами граждан необходимо остановить процесс перетекания капитала в личное богатство. Предварительно надо ввести "нулевую" декларацию и признать законным все заявленное частное имущество и денежные накопления на момент ее заполнения.

– Это теория. А как на практике, не ущемив права частного капитала, усилить роль государства в экономике? Или стоит все же ограничить эти права?

– Не надо ограничивать ничьих прав зарабатывать деньги честным путем. Государство должно делать в экономике то, что никто другой делать не может. Причем у него есть совершенно конкретные обязанности.

Многие страны, в том числе западные, уже в новейшей истории преодолевали тяжелые кризисы и добивались успеха за счет мощного регулирующего и организующего воздействия государственной бюрократии. Наиболее наглядными примерами здесь являются выход США из Великой депрессии, воссоздание экономического величия Франции во времена де Голля, послевоенная Япония, современный Китай.

Экономические задачи современного государства наиболее полно изложены в годовом докладе Всемирного банка "Государство в меняющемся мире" (1997 год). Сразу скажу, что мы не дотягиваем даже до предложенного там уровня госрегулирования, несмотря на то, что российское государство обязано уделять экономике значительно больше внимания, чем, скажем, европейские страны или США.

Поэтому я просто вынужден говорить о присутствии государства в экономике, поскольку его все еще пытаются выставить за дверь. Наша партия не устанет повторять, что главной причиной экономических провалов последнего десятилетия было отсутствие реальной политической власти и полное непонимание того, какова экономическая роль государства в современном мире. Это должно закрепиться в общественном сознании.

– Послевоенные экономики европейских стран поднялись благодаря, среди прочего, и внешним инвестициям. Способно ли российское национальное хозяйство обойтись без иностранного капитала?

– Нет конечно. Россия должна привлекать иностранные инвестиции как развивающаяся страна и как субъект мировой экономики. И экспортировать свой капитал, когда это станет возможным и необходимым. Все предубеждения относительно внешних инвестиций связаны с тем, что у нас в стране нет элементарного экономического порядка. Я не знаю, как осуществить структурные реформы без участия зарубежных инвесторов.

– Похоже, ваша партия – партия глобалистов.

– Сейчас для важнейших экономических процессов не существует национальных границ. Нет никаких сомнений, что современные технологии требуют емких рынков, не ограниченных территорией одной страны. Также очевидно, что экономическая автаркия консервирует неэффективность.

Но эти общие рассуждения ничего не говорят о том, как Россия должна входить в мировой рынок. Европейские противники глобализации, устраивающие беспорядки каждый раз, когда где-нибудь проходит конференция по вопросам мировой торговли, тоже в курсе мировых тенденций. Но они не довольны тем, как все происходит. Ведь глобализация – это не новая экономическая игра, в которой выигрывает каждый. Речь идет о доминировании стран-лидеров и о корпоративном насилии. Логика рынка неизбежно делит экономическое пространство на центры и периферию.

Поэтому, прежде чем открыть дверь глобализму и поступиться частью экономического суверенитета, государство должно установить контроль над национальной экономикой. В противном случае придется отдать свое, как говорится, "с концами". Соблюдение данного принципа особенно важно для России, которая хочет стать частью общего экономического порядка, не наведя порядок у себя.

– Ряд экономистов высказывают свое несогласие с монетарной политикой правительства.

– Это связано и с проблемой иностранных инвестиций, о которых вы упомянули. Внешних инвесторов не привлекают страны с безрадостными финансовыми параметрами. Нашей стране пока еще рано применять многие методы монетарной терапии. Поэтому нет ничего удивительного, что правительство лечит и никак не вылечит нашу экономику деньгами.

Несмотря на имеющиеся ограничения, монетарные институты должны развиваться, а уже существующие серьезно пересматриваться, как с позиции их очевидной недостаточности, так и с точки зрения их несоответствия российским особенностям.

Например, мы считаем, что существующие диспропорции цен и рентабельности между предприятиями и отраслями не допускают тотальной либерализации цен. Повышение цен на энергоносители и транспортные тарифы создает спираль инфляции издержек, перегружает бюджет и ведет к серьезным социальным последствиям.

В вопросах цен мы вновь сталкиваемся с вульгаризацией рыночных постулатов, с недооценкой опыта других стран. Даже в развитых рыночных экономиках есть масса прецедентов государственного регулирования цен и их субсидирования. Еще относительно недавно, в 1986 году, во Франции правительство давало отраслевым ассоциациям разрешение на повышение цен только под обязательство поддерживать определенный объем инвестиций.

России жизненно необходима система государственного контроля над ценами в базовых отраслях, где в клубок сплелись все возможные виды монополий. Похожий механизм работал в Китае и обеспечил "скрытую" перекачку финансовых ресурсов в потребительский сектор, развил в этом секторе конкуренцию и решил многие социальные проблемы. Потери базовых отраслей были компенсированы с помощью дешевых государственных кредитов.

– Без перемен в кровеносной системе экономики – банковской сфере ваши идеи неосуществимы. Не имея инвестиционных кредитов, наша экономика не возродится.

– Коммерческие банки страны сейчас находятся в ситуации системного риска. Более половины доходов они получают от кредитования торговли, обменных операций, фондовых, биржевых и межбанковских сделок. Тот банк, который не дает больших долгосрочных кредитов, не разоряется.

Более близки к реальной экономике банки, входящие в состав финансово-промышленных групп. Но таких групп, возглавляемых банками, немного. Их мало и в высокотехнологичных отраслях, требующих серьезных долгосрочных инвестиций. В основном благополучные банки "пасутся" в сырьевых отраслях, где большой объем дополнительных доходов от разницы между внутренними и мировыми ценами. В нормальных условиях эти доходы могли бы быть использованы для структурной перестройки всего народного хозяйства. Но поскольку условия далеки от нормальных, многие банки перекачали деньги за рубеж.

В создавшейся ситуации ЦБ должен более последовательно влиять на деятельность коммерческих банков, способствовать их слиянию и специализации. Надо рассмотреть вопрос о допуске на территорию России зарубежных банков.

– Какого вы мнения о налоговой и бюджетной политике нынешнего правительства?

– В заслугу правительства ставят то, что оно снижает и унифицирует налоговые ставки. Это, конечно, хорошо, но не является главным. Налоговое бремя – это не высокие налоговые ставки, а их линейность, слабая дифференциация налогооблагаемой базы, отсутствие связи налоговых изъятий с социальными задачами государства.

Налоговую систему надо рассматривать не только с фискальных позиций, но и как постоянно действующий структурный фактор. Меняя и дифференцируя налоговые ставки, устанавливая льготы и ограничения, государство должно воздействовать на объем и структуру потребительского и инвестиционного спроса, на распределение и использование прибыли, активно влиять на темпы экономического развития и конъюнктуру рынков. Ничего этого в налоговых упражнениях правительства мы пока не видим.

Налоговую систему надо не упрощать, а, наоборот, усложнять. Как обеспечить преференции депрессивным регионам, отраслям, начинающему бизнесу, структурным инвестициям, прямым вложениям в социальную сферу? Через скидки, вычеты из налогооблагаемой базы, отнесение дохода к той или иной категории, прогрессивную шкалу ставок, введение предельных ставок, необлагаемых минимумов и т. д.

Поэтому мы вообще не рассматриваем в качестве цели снижение или повышение налогообложения. Вместе с тем мы считаем, что малый бизнес должен иметь всего один прямой налог и несколько целенаправленных льгот.

Системных наработок по совершенствованию налогообложения сейчас предлагается очень много. Мы представим свой вариант. Главное в нашем подходе – это повышение стимулирующей роли налогов, их привязка к инвестиционным и социальным императивам государства. Большое значение мы придаем рентному принципу налогообложения: изъятия части дополнительного дохода от монопольного владения ресурсами и возможностями.

– Есть ли у партии свои идеи по оптимизации финансовых потоков между центром и регионами, по так называемым межбюджетным отношениям?

– Отношения регионов и центра должны строиться исходя из концепции развития, а не перераспределения финансовых средств.

Многие регионы сейчас не используют свои экономические возможности, связанные с имеющимися ресурсами, динамикой внутренних и внешних рынков, изменений курса рубля. Вместе с тем теневой бизнес выколачивает из приграничных регионов России, богатых природными ресурсами, суммы, сопоставимые с несколькими региональными бюджетами.

Региональная политика федеральных властей – установление административных, налоговых, тарифных и других мер государственной поддержки – должна учитывать специфику каждого региона, в том числе особенности его исторических уложений, и обеспечивать развитие. Только на этой основе можно строить межбюджетные отношения.

Мы учитываем и то обстоятельство, что во многих регионах существуют неформальные отношения между местными, региональными властями и находящимися там государственными предприятиями. Эти отношения нередко весьма эффективны. Необдуманное изъятие средств государственных предприятий в центр лишает региональные власти стимула что-либо делать самостоятельно.

Пока нет законодательной базы для дифференцированного подхода к регионам, необходимо принять безотлагательные меры административного порядка по бюджетной поддержке Приморского края, который в результате поражения государства на всех "экономических фронтах", бюрократической волокиты и прямого разграбления богатств края попадает во все большую экономическую зависимость от Японии и Китая.

– В вашихz экономических воззрениях много социальных, если не сказать социалистических, элементов...

– Мы действительно не похожи на "прорыночную" партию и уж совсем не похожи на реформаторов 90-х годов, черпающих вдохновение в учебниках "чикагской школы", называющих все государственное казенщиной, а перепродажу номенклатурным бизнесом не ими созданных богатств – апофеозом рынка. Мы не считаем, что Россия может догнать Запад по основным цивилизационным параметрам, сотворив и реализовав экономическую программу из "сухого остатка" трехсотлетнего развития западного общества, положив в ее основу простое "купи-продай". Это наивно, если не сказать больше. Рынок, вырванный из исторического контекста, может сотворить только хаос.

В остальном мы разумные рыночники, хотя все эти рыночно-нерыночные страдания, честно говоря, набили оскомину. Человечество создало несколько основных цивилизаций, которые имеют ряд общих знаменателей, в том числе и рыночных. Россия не просто государство, а самостоятельная, полноправная цивилизация. Мы адекватно оцениваем наши рыночные перспективы и пытаемся совместить то, что есть, с тем, что реально может быть. Мы не считаем, что для будущего России существует безграничная свобода выбора. Есть серьезнейшие исторические, культурные и нравственные ограничения.

– В каких формах будет существовать российское предпринимательство после спада приватизационного ажиотажа и "разборок" на вторичном рынке производственного имущества.

– России необходимы такие формы предпринимательства, которые совмещают партикулярные интересы собственников с российской традицией "моральной экономики", когда работники не становятся простым элементом производственных издержек. Потери бизнеса в результате отклонений от неоклассических догматов будут полностью возмещены его способностью адаптироваться к конкретным условиям, использованием возможностей неформальных отношений, всегда отличавших экономику России. Мы можем также определить принцип, согласно которому стабильность рыночной системы зависит от разнообразия субъектов рынка. Частное предпринимательство не может, как сейчас, сводиться к двум-трем классическим формам. Хозяйственный контур России обязан вобрать в себя весь потенциал общественных инициатив, а правовая система должна быть достаточно эластичной, чтобы эти инициативы не зависали в правовом вакууме.

– Предпринимательство очень разное. Существуют крупные корпоративные структуры, или финансово–промышленные группы, средний и мелкий бизнес. Обычно партии говорят о защите тех, кто помельче, а деньги берут у тех, кто покрупнее.

– Мы не являемся партией владельцев чего-либо и не собираемся представлять интересы олигархии. Но мы будем требовать защиты прав собственности, если такая защита понадобится. Это касается и корпоративной собственности. Государственные и частные корпорации формируют экономический каркас современного государства. Мелкое и среднее предпринимательство устремляется туда, где возникает свободное рыночное пространство. Корпоративность должна быть полностью легализована и включена не только в цивилизованные рыночные механизмы, но и в социально-экономические отношения.

Мы рассматриваем два аспекта развития корпоративности в условиях России. Во-первых, так называемые финансово-промышленные группы (ФПГ) из иерархических структур должны трансформироваться в горизонтальные многополюсные сетевые структуры с коллективным координирующим органом крупнейших участников. В этих структурах ценовые и финансовые механизмы будут обычными инструментами работы, сопряженными не только с партикулярными интересами, но и с социальными и организационными факторами, оказывающими воздействие на общий экономический рост.

Во-вторых, правительство должно заключать соглашения с ФПГ о приемлемых для общества правилах хозяйственной деятельности в условиях свободных цен и самофинансирования и привлекать их к выполнению среднесрочных государственных программ. Договоренности ФПГ и государства, долгосрочные соглашения между самими ФПГ будут не только препятствовать недобросовестному поведению этих групп на внутреннем рынке, но и определять их совместные действия на основе общей стратегии.

Учитывая слабую доступность реального предпринимательства для населения страны, мы разрабатываем систему мер, после осуществления которых предпринимательство станет свободно достижимым видом экономической деятельности, проявлением социальной активности людей, направленной на обустройство своего региона, своей страны. Опять же с учетом российской специфики, государство должно способствовать созданию сетевых структур из малых и средних предприятий, без посредства крупных, в виде различных объединений и ассоциаций.

– Без правового обеспечения "освобожденного предпринимательства" (этим словосочетанием я хочу подытожить ваш ответ на предыдущий вопрос) ничего не сдвинется с места. Не будет права – будем жить по понятиям.

– Нынешняя правовая база российского номенклатурного капитализма действительно весьма убога. Многие законы являются "конспектами" правового регулирования "ненаших" рынков. Более подробное списывание "рыночного права" с западных стандартов пока невозможно, ибо любая конкретизация может обернуться правовым казусом. Лаконичность российского законодательства отражает неопределенность экономической ситуации, возникшей в реформаторской спешке сделать необратимыми рыночные преобразования, а также незнание правительством и законодателями направлений развития "вдруг" возникших рыночных институтов.

И еще одно. У нас есть неполное, но все же право, но нет неподкупности судей и уважения к закону. Чтобы создать правовую культуру, необходимо время.

Очень скоро потребуются законы, в которых будет отражено все разнообразие предпринимательских инициатив; подробно регулирующие экономические отношения федерального центра и регионов; дающие четкий ответ на вопрос "Чье?", проясняющие, в частности, взаимоотношения внутри крупных корпораций; устанавливающие порядок выработки соглашений между работодателями и профсоюзами в области заработной платы, условий труда и т. д.

Законотворческой работы впереди очень много, и мы к ней готовы.

Источник: БОСС

У левоцентристов есть огромный резерв
 

http://www.novopol.ru/-u-levotsentri...text12145.html
09 октября 2006

Первый заместитель председателя Российской партии ЖИЗНИ Николай Левичев в интервью "НП" прокомментировал итоги прошедших в воскресенье выборов в российских регионах.

– Как вы оцениваете нынешние выборы в сравнении с предыдущими кампаниями, в которых участвовала РПЖ? Есть ли какие-то новые тенденции?

– Новая тенденция заключается в том, что на эти выборы мы шли уже имея ввиду тройственный политический союз – Партии пенсионеров, партии "Родина" и Российской партии ЖИЗНИ. Поэтому, при выработке стратегии и тактики избирательной кампании, эти обстоятельства так или иначе учитывались. В каких-то регионах мы не выставляли список, в каких-то – "Родина", мы также учитывали то, в каких регионах Партия пенсионеров не выставляет свои списки. И мы оцениваем эти выборы не с точки зрения Российской партии ЖИЗНИ, а с точки зрения потенциала объединенной партии.

– Вы говорили, что объединенная партия в среднем получила более 22 % голосов. Но можно ли механически складывать проценты, полученные тремя партиями? Ведь не факт, что после реального объединения трех партий их электорат не претерпит изменений...

– Здесь будут работать два фактора. Во-первых, мы имеем социологические исследования насчет того, как будет суммироваться электорат трех наших партий. Могу вас заверить, что больше двух третей электората каждой из партий готовы голосовать за объединенную партию. Это уже явно больше, чем электорат одной партии. В сумме они будут равны как минимум двум прежним электоратам, а может быть будут и больше.

Во-вторых, огромный резерв мы видим в том, что явка на этих региональных выборах была существенно ниже, чем явка, которая бывает на выборах федеральных. И мы рассчитываем на то, что теперь все вменяемые люди увидели, что появилась реальная политическая сила, которая уже сегодня получает второй результат на выборах. И значит не так бессмысленно участие в этих выборах. Надо идти и голосовать за эту партию. Мы рассчитываем, что отколовшаяся от каждой из объединяющихся партий треть электората будет с лихвой восполнена теми людьми, которые не голосовали ни за одну из этих партий, но готовы будут проголосовать за объединенную партию. При этом, результаты прошедших выборов убедительно демонстрируют, что мы совершенно не претендуем на электорат "Единой России". "ЕР" получила 45,3 % от числа всех проголосовавших избирателей. Это ее реальный сегодняшний результат, от которого мы не украли ни одной десятой процента.

– Чем вы объясняете то, что РПЖ обошла КПРФ? Тем что, время коммунистов уходит, или тем, что РПЖ, РПП и "Родина", готовясь к объединению, заявили себя лидерами левоцентристских сил?

– И то, и другое. Идет естественный процесс обветшания КПРФ во всех смыслах, обветшания ее лидера, обветшания ее лозунгов, обветшания ее методов пропагандисткой работы, обветшания ее программных принципов. Это естественный процесс, тренд, который вполне ясен. С другой стороны, появляется новая политическая сила, которая вносит и будет вносить в политическую повестку дня актуальные проблемы, все более и более приближая Россию к цивилизованному политическому обществу.

– Насколько нынешние выборы можно считать репетицией думских выборов 2007 года?

– Никакие выборы нельзя рассматривать как репетиции. Это премьера, если говорить театральными аналогами. Это как маленький спектакль, перед постановкой масштабной оперы "Война и мир".

– Будете вы как-то реагировать на нарушения, пусть даже небольшие, выявленные в ходе этих выборов?

– Нарушения достаточно большие. Мы к таковым относим нарушения, которые приводят к искажению реального волеизъявления избирателей. Они имели место на тех участках и в тех округах, где мы зафиксировали расхождения между копиями протоколов, которые есть на руках у наших избирательных штабов и зафиксированными результатами избирательный комиссий. Вот все эти расхождения мы сейчас протоколируем и затем будем оспаривать правомерность фиксации результатов избиркомов.

Зампред РПЖ Николай Левичев: Я не знаю, чья эта голубая мечта, – двухпартийная система
 

http://www.nr2.ru/nn/86530.html
10.10.06 11:06
http://img.nr2.ru/pict/arts1/08/57/85791.jpg
Москва, Октябрь 10 (Новый Регион, Елена Троянская) – Объединение «Родины», РПЖ и РПП – это общенациональный мегапроект. Об этом заявил зампред «Российской партии жизни» Николай Левичев. По его словам, в настоящий момент заканчиваются последние обсуждения программы тройственного союза, идет работа над выработкой названия – все подробности в материале «Нового Региона».

НР: Когда будет сформирована идеология тройственного союза?

Н.Л.: Вы знаете, когда говорят: «Назовите пункты вашей идеологии», мне совсем не хочется возвращаться к временам, когда идеология заключалась в словах «Слава КПСС», или, что еще хуже, «зиг хайль». Идеология – это вещь хрупкая и трепетная. Для нас это будет некая совокупность ценностей, которые выстраиваются в определенной иерархии приоритетов и жизненных ценностей.

НР: «Главный пенсионер» РФ Игорь Зотов неоднократно заявлял, что объединение трех партий возможно только на платформе РПП…

Н.Л.: Всегда такого рода заявления выхвачены из контекста. Если взять стенограмму, то акценты и смыслы, думаю, будут другими. Насколько мне известно, у «пенсионеров» протокольно записано такое пожелание. Они отмечали, что в переговорном процессе будут добиваться того, чтобы объединенная партия больше опиралась на партию Пенсионеров. Но мы возвращаемся к основному протоколу о намерениях, в котором сказано что новая партия будет основана на базе всех трех организаций. Так что, по большому счету, никаких антагонистических противоречий у трех объединяющихся сил нет.

НР: А в регионах у вас все так же безоблачно? Вот недавно в Екатеринбурге в прямом эфире уральского радио случилась драка между двумя Евгениями – «союзниками»: региональными лидерами РПЖ и «Родины» Ройзаманом и Зяблицевым?

Н.Л.: Речь идет не об объединении Ройзмана и Зяблицева, между которыми «давняя любовь». Речь идет о мегапроекте, который выходит за рамки даже узкопартийных интересов этих трех партий. Мы оцениваем этот мега-проект как общенациональную задачу, которую предстоит решить. Поэтому объединяться будут три партии, насчитывающие в своих рядах почти полмиллиона человек. Я далек от мысли, что все 500 тысяч человек имеют одно-единственое мнение. То, что процесс объединения запущен и в нем участвуют сотни тысяч людей – это факт. То, что объединение состоится – тоже факт. То, что какое-то количество людей окажется на обочине этого процесса – это еще один факт.

НР: Как скоро вы сможете сформулировать какие-то общие цели и задачи нового объединения?

Н.Л.: До съезда всех трех партий остается меньше месяца, мы реально думаем, что за это время успеем принять какой-то там манифест или декларацию. Ну, что-то типа того, что «ЕР» уже сформулировала. А более объемная программа новой партии будет, конечно, сформирована к съезду, который состоится в 2007 году. Этот срок достаточен для того, чтобы принять такой документ, и, обсудить его как положено. Я имею в виду публично и широко внутри партии, с учетом экспертных оценок. Практически мы видим, что это будет синхронно с обсуждением программ партии «Единая Россия».

Это не значит, что мы заглядываем в тетрадку к соседу по парте и списываем что-то. Но, когда мы читаем, что у «Единой России» «в числе приоритетов недеверсифицированная экономика, борьба с коррупцией и демографическим спадом» – это все буквально списано с программы Партии жизни. Особенно одна цитата буквально списана: «повышать рождаемость посредством бережного отношения к каждой человеческой жизни как к бесценному достоянию»…

НР: А вы собираетесь повышать рождаемость в стране? Конкретно Николай Владимирович Левичев?

Н.Л.: Николай Владимирович уже не в том возрасте, чтобы конкретным образом это делать. А вот какие-то идейные установки мы даем. Мы считаем, что за 4 года мы выполнили миссию…

НР: «ЕР» боится, что вы отберете у них левый фланг. Вы чувствуете плохо скрываемое раздражение со стороны партии власти?

Н.Л.: – Некоторым людям нравится монополия во всех сферах деятельности. В «ЕР» таких много – они привыкли к монопольному положению. В бизнесе, области государственного управления, им нравится переносить такой способ существования и в политику. Давать плановые цифры подчиненным, слабо интересуясь, каким же образом они будут добиваться этого. Это специфическая политработа присущая партии «ЕР». У других партий этот механизм не работает и не получает распространения потому, что нет того самого административного ресурса на котором держится вся «ЕР».

НР: Вы хотите быть левым крылом двухпартийной системы?

Н.Л.: Я не знаю, чья это голубая мечта – честно скажу. Пытаются приписать это Владиславу Юрьевичу Суркову после встречи с нашим активом. Я вас уверяю – большая часть журналистов, которые пытались у меня брать интервью, на мой вопрос: «А читали они сами стенограмму этой встречи?», – стыдливо опускали глаза. Сурков очень неглупый человек. Почитайте еще раз, что там было сказано – ни о какой двухпартийной системе речи не шло. Речь шла о том, что политическая система мучительно проходит период становления. Сейчас де-факто существует одна партия, которую Сурков назвал доминирующей – мне кажется достаточно удачный термин.

НР: Если за «ЕР» стоит Владислав Сурков, кто стоит за РПЖ?

Н.Л.: При всем уважении к Владиславу Юрьевичу, не надо его недооценивать.

За РПЖ стоит российский народ – многострадальный, заждавшийся, когда же, наконец, появится партия, которая поставит своей целью не улучшить управление страной, как это сегодня делает «ЕР», а улучшить жизнь простого российского гражданина.

НР:. Вы уже определились с тройственным брендом?

Н.Л.: Пока еще не окончательно.

НР: Название будет длинным?

Н.Л.: Из пяти слов. Мы использовали опыт других стран. Иногда полезно посмотреть из своей скорлупы на звездное небо.

НР: Опыт какого «звездного неба» использовали вы?

Н.Л.: Очень много забавных названий у политических партий в Латинской Америке, в Европе, которые образовались ситуативно, в силу какой-то органики исторического процесса. Конкретный пример – более неудобного названия, чем «Союз 90/зеленые», сложно себе представить. Исторически в Германии образовалась партия «Союз-90-х». Еще была Партия зеленых. Потом они объединялись – аналог нашей ситуации. У той и другой партии уже были рейтинги до 5%. Они не стали придумывать одно короткое звучное слово, обошлись по-другому.

НР: У вас название будет по типу 90\зеленые?

Н.Л.: В названии будут использоваться ключевые слова трех партий: «жизнь, родина, пенсионеры». Два слова – предмет обсуждений.

НР: Вы консультируетесь с филологами?

Н.Л.: Да нет. Принимают участие сторонники всех партий. С креативом у нас все в порядке.

НР: «РПЖ» действительно «авторский проект Миронова»?

Н.Л.: Здесь есть какая-то доля истины, но это не совсем так. На учредительном съезде в июле 2002 года Миронов присутствовал в качестве гостя. Сам он вступил в марте 2003 года и только после этого был избран председателем. Поэтому отцов-основателей у РПЖ существенно больше, нежели один человек.

© 2006, «Новый Регион – Москва»

Самое трудное – наступать на собственные амбиции
 

http://www.ng.ru/ideas/2006-10-27/9_ambitions.html
27.10.2006

Зав. отделом политики "Независимой газеты"

Заместитель председателя Российской партии жизни Николай Левичев в эксклюзивном интервью поделился с «НГ» подробностями объединительного процесса накануне трехпартийного съезда, который должен завершиться завтра созданием новой политической структуры.

– Николай Владимирович, как будет проходить объединение?

– В субботу состоятся три съезда трех политических партий: Российской партии пенсионеров, Российской партии жизни и партии «Родина». Все они пройдут в здании Российской академии государственной службы – там достаточно помещений для того, чтобы делегаты могли синхронно осуществлять необходимые юридические действия, фиксировать решения, принимая их демократическим путем, – для того, чтобы к вечеру мы имели новую партию на российской политической сцене. Во главе ее встанут руководители трех структур. При этом партия «Родина» поменяет название: появится «Справедливая Россия: Родина/Пенсионеры/Жизнь».

– Какие решения обсудят на ваших трех съездах первыми?

– Партии жизни и пенсионеров преобразуются в общественные объединения. На съезде «Родины» планируется принять сначала решение об изменении названия и устава партии. Потом будет объявлен перерыв в работе съезда этой партии, и персоналии, делегированные соответственно съездами двух других структур, пройдут процедуру вступления в члены бывшей «Родины». Минюст разъяснил: в случае преобразования партии в общественное объединение бывшие ее члены не должны писать заявления о выходе из этой структуры: граждане автоматически становятся беспартийными и могут писать заявления о вступлении в новую партию, что и будет сделано в перерыве между заседаниями ее съезда.

– Съезды будут открытыми?

– Заключительное заседание съезда новой партии будет носит открытый характер. Будет исполнен гимн РФ, и все 600 с лишнем человек в едином порыве вытрут слезу, прощаясь со своим политическим прошлым...

– Как поделите места в центральном совете новой партии?

– Этот орган планируется избрать в составе 165 человек, войдут в него по 55 представителей от каждой из трех объединяющихся партий. На пропорциональной основе формируется и состав президиума ЦС, во всяком случае, такие предложения будут внесены на рассмотрение съезда.

– Говорят, оставшиеся не у дел руководители региональных ячеек ваших партнеров получат – в компенсацию – места в центральном совете новой структуры. Это и есть решение острого кадрового вопроса объединения?

– Не у дел никто не останется. В уставе новой партии предполагается в качестве руководящего органа совет регионального отделения, который будет иметь по уставу бюро совета, куда входят по должности три персоны: председатель совета, первый заместитель председателя и секретарь. Они будут представлять три объединяющиеся партии. Лидеры региональных отделений, во всяком случае, будут рекомендоваться федеральным руководящим органом. Никто за бортом не останется, а дальше всех будет расставлять по местам сама жизнь.

– Какие уроки вы извлекли из самарской избирательной кампании?

– Главный урок: ресурс доверия людей способен побеждать ресурс административный. Что касается отдельных нарушений, которые были зафиксированы, на то есть органы, куда можно подавать соответствующие иски. Мы заинтересованы, чтобы полезные уроки извлекались из любых выборов, и готовы к любым судебным слушаниям. Но заинтересована ли в этом ЕР на деле, а не на словах, что называется, посмотрим. Самарская кампания демонстрирует, что лучше не похвальбой заниматься, а быть этаким полком, который вдруг из-за лесочка выскакивает и оказывает на исход сражения решающее воздействие. Поэтому не будем загадывать: есть порох в пороховницах, я думаю, что его будет только прибывать. Цыплят считают теперь два раза в год – по весне и по осени, в единый день голосования.

– Вас постоянно обвиняют в стремлении стать новой партией власти – не замечая особых отличий вашей структуры от «Единой России».

– Никто не перепутает партию чиновников с партией людей, где чиновников практически нет. Эти все досужие вымыслы, которые специально вбрасываются: видно, что это уже целая информационная кампания такого рода. Это все специально делается для того, чтобы закамуфлировать разницу, чтобы помещать людям идентифицировать себя с новой партией. И мы к этому совершенно трезво относимся. И не считаем, что ЕР ассоциируется у людей с образом президента: он имеет 70% доверия, а «Единая Россия» – 45%. В теории любая партия стремится прийти к власти для того, чтобы осуществлять какие-то властные полномочия. А у нас партия власти выстраивается самой властью для того, чтобы сохранить свои преференции, полученные за счет каких-то других ресурсов и способов существования в этом мире, нежели партийно-политическая позиционирование.

– Это особенности нашей политической культуры?

– Получается, это особенности нынешнего развития нашей политической системы. Я только что вернулся с семинара Россия–ЕС, где выступал лидер Австрийской социал-демократической партии, победившей 1 октября на выборах в Австрии. Он, в частности, упомянул, что в России партии отличаются по своей сути от тех, что сложились в европейских странах в течение последних столетий.

– Это о специфике отечественной политической конкуренции?

– Политическая конкуренция у нас сегодня основана не на соперничестве в публичном пространстве, а на соперничестве в использовании целой совокупности ресурсов: финансовых, административных. Например: сейчас практически официальная позиция ЕР – в Самаре победил Тархов, а не Партия жизни. Я тоже такую оговорку делаю и поздравляю Виктора Семеновича Тархова, приклоняюсь перед его мужественной победой. Но тем не менее отметил, что в современных российских условиях уже немыслима победа гордого одиночки на выборах серьезного масштаба, поэтому, если он не является вершиной пирамиды каких-то общественных сил, в том числе обязательной политической партии, грубо говоря, победа на выборах ему не светит. Конечно, политические партии должны иметь лица, узнаваемые, авторитетные, которым люди доверяют. С другой стороны, так или иначе с каждым годом все большее и большее значение приобретает совокупный образ в глазах избирателей, пусть это сегодня не столько идеологическое позиционирование, сколько чувственный образ. Если персоналии соответствуют этому образу, если они органичны, то тогда люди в это верят. Если приходит человек и говорит: запишите меня в партию, как это сделал Георгий Сергеевич Лиманский, и идет на выборы через три недели после вступления в партию – люди не верят, происходит отторжение. Лиманский надеялся прислониться к партии власти, чтобы на ее ресурсе преодолеть отчуждение от гражданского общества города Самары, возникшее в последнее годы, а партия власти хотела въехать на очередной политический Олимп миллионного города на плечах крепкого хозяина, у которого, конечно, был определенный административный ресурс. И тот, и другие просчитались. Потому что органики люди в этом объединении не увидели. Наоборот, целый ряд членов ЕР публично вышли из партии, возмущенные тем, что руководящие органы не приняли во внимание мнение регионального отделения. Если политическая ошибка совершена, то ее уже не исправить никакими технологиями. Выборы показали, что сегодня людей ни подкупить, ни запугать, ни обмануть уже не удается.

– Что заставляет вас быть таким оптимистом?

– Обратите внимание: уже первый тур дал очень высокую явку по сравнению с выборами 8 октября. Тем не менее второй тур привел еще 5% дополнительно. Это люди, которые вначале решили, что все равно игра проиграна. Везде висели плакаты: Титов за Лиманского, Грызлов за Лиманского, везде Лиманский, приходят на работу – им говорят: принесите паспорта, будете голосовать за Лиманского... Была такая давиловка! И вот 5% избирателей, видимо, решили, что бесполезно участвовать в выборах. Когда же ко второму туру выяснилось, что Лиманскому есть реальная альтернатива и что есть реальная конкуренция, эти люди пришли и проголосовали.

– Отразилось ли объединение на росте рядов вашей партии?

– Ряды очень резко начали расти, когда было объявлено о начале процесса объединения: сначала с партией «Родина», потом к этому процессу подключилась Партия пенсионеров. Мы приводили аргументы желающим: подождите, зачем торопиться – через месяц вступите в объединенную партию... Люди настаивали – хотели сразу вступать в РПЖ. Видимо, им хотелось себя соотнести с этим объединительным процессом, в нем активно участвовать.

– Это перебежчики из других партий?

– В основном беспартийные, разочаровавшиеся в других партиях. Например, в Карелии, после того как региональное отделение «Яблока» сняли с выборов, начались такие процессы переосмысления своего политического бытия. Я думаю, что многие яблочники Карелии сейчас в этом объединении будут участвовать. Активно ведут диалог с нами и члены тех партий, которые не участвуют в объединении. Со всеми мы будем вести диалог и искать форму консолидации.

– Говорят, что формируется – и не без участия Кремля – еще один левый блок. Конкуренции не боитесь?

– Это очередная газетная утка, кем запущена – не знаю. То ли борзописцем-журналистом, который где-то что-то слышал, то ли каким-то технологами, которые пытаются это замутить, но, во всяком случае, никаких достоверных сведений об этом процессе нет. Более того: целый ряд активных участников этого якобы альтернативного процесса находятся с нами в диалоге. Поживем – увидим. Я встречался на днях с представителями региональных отделений Социал-демократов, которым надоели кадровые тромбы в их партии. Точно так же мы находимся в диалоге с Партией социальной справедливости, которая так или иначе будет, наверное, прибиваться к нашим берегам, с Партией развития предпринимательства. Сейчас кто только к нам не просится, вплоть до того, что некоторые Губернаторы предлагают своих кандидатов в руководители региональных отделений... Уже после мартовских выборов довольно много людей проявляли интерес, писали письма с предложениями модернизации программы партии, предлагали акции, идеи, личные ресурсы. Этот поток шел просто по нарастающей. Сейчас съезд дает дополнительный всплеск: очень много людей просят дать возможность присутствовать на нем в качестве гостя, но, к сожалению, мы вынуждены отказывать: это очень серьезная процедура и технически не будет возможности уделять внимание большому количеству гостей.

– Ваша программа готова?

– Она будет приниматься в начале следующего года. В субботу мы примем короткий манифест и программное заявление, которое наметит контур будущей программы партии. А уже в начале года, я думаю, состоится наш новый съезд, с широким представительством от регионов с приглашением политических партнеров, российских и зарубежных.

– Что было главной трудностью во всем объединительном процессе?

– Самое трудное – наступать на собственные амбиции. Это происходит всегда и везде: человек так устроен. Трудно расставаться с привычными представлениями, трудно вживаться в позицию партнера по диалогу, трудно жертвовать тем привычным, с чем уже сросся, трудно воспринимать какие-то новации. Это мучительный, но совершенно закономерный процесс. Без этой внутренней работы, в которую были вовлечены десятки тысяч людей во всех регионах, наверное, трудно было бы двигаться к консенсусу, на который мы надеемся. Мнение регионов иногда было облечено в довольно истеричную форму – это тоже имело место. Но в итоге в каждом случае всегда можно было эту меру истеричности поделить на 10. После того как по полочкам раскладывали – а что, собственно, вызывает возмущение? – как правило, это оказывались какие-то фобии: что их кто-то там продаст, сольет... Это основывалось на недостатке информации.

Николай Левичев об итогах региональных выборов
 

http://www.levichev.info/5_116.htm
27 марта 2007

Михаил Соколов: Вместе со мной в Московской студии Радио Свобода – секретарь политбюро президиума Центрального совета партии "Справедливая Россия" Николай Левичев.

Николай Владимирович, давайте начнем с результатов выборов. Конечно, прошло две недели, но, тем не менее, представители вашей партии у нас еще не были в эфире. Результаты, насколько я понимаю, для вас неплохие. То ли второе, то ли третье место, да?

Николай Левичев: Ну, смотря как считать.

Михаил Соколов: А как считать? Давайте правильно посчитаем.

Николай Левичев: Все считают по-разному. Журналисты считают среднеарифметическое, то есть берут проценты, набранные в каждом из 14-ти регионов, складывают, делят на 14 – и получается одна цифра. Более правильно, наверное, в электоральном плане считать средневзвешенный процент. То есть берется общее количество избирателей, проголосовавших за партию во всех 14-ти регионах, и делится на общее количество избирателей, принявших участие в выборах. То есть такое моделирование федеральной кампании. И тогда процент получается немножко другой.

Михаил Соколов: А как он получается в среднем?

Николай Левичев: Сейчас я скажу. А можно считать и количество депутатских мандатов, которые получила партия с учетом выборов по партийным спискам. И в тех регионах, где были выборы по смешанной системе, с учетом депутатов-одномандатников. Средний результат в районе 15 процентов.

Михаил Соколов: Так вы все-таки за КПРФ, получается, идете или впереди КПРФ, по вашим подсчетам?

Николай Левичев: По подсчетам в процентах или по числу избирателей мы немножко отстаем от КПРФ – это десятая процента или несколько тысяч голосов избирателей. Ну а для сравнения: порядка 1,5 миллионов избирателей проголосовали за каждую из наших партий. А если считать по количеству депутатов в партийных фракциях, которые уже заканчивают формирование, то мы немножко опережаем коммунистов.

Михаил Соколов: Но у вас же есть не самые удачные регионы. Скажем, в Омской области, насколько я помню, вы не преодолели 7-процентный барьер. Вот "Единая Россия", она, например, с тех руководителей, которые проваливают выборы, а проваливают, они считают, если не взяли какой-то контрольный результат – 40 процентов, и они их там снимают, или те сами уходят в отставку. А вы какие-нибудь меры к своим партийным деятелям принимаете или нет по итогам выборов?

Николай Левичев: Ну, конечно, принимаем. В отношении Омского регионального отделения, может быть, не такие драконовские меры были, как у наших коллег по политическому пространству. Но, тем не менее, президиум, который состоялся на прошлой неделе, принял решение приостановить полномочия Совета регионального отделения в Омской области и принять меры по укреплению кадрового состава регионального отделения.

Михаил Соколов: У вас еще есть один регион интересный на Урале. У нас был вчера и сегодня материал по этому поводу. Там, насколько я понимаю, все время делят должности, кажется, уже четыре конференции провели, и все никак не договорятся, кто будет руководить "Справедливой Россией" в Екатеринбурге.

Николай Левичев: Нет, в Екатеринбурге, наконец-то, договорились. Прошла конференция. Мы признаем решения, которые были приняты на этой конференции. Сформирован состав Совета и бюро Совета регионального отделения. Ну, просто, может быть, некоторые политически активные граждане, которые оказались не довольны такими решениями, считают себя оттесненными на обочину политической жизни, и они продолжают комментировать эти решения. Вот и все.

Михаил Соколов: То есть там господин Ройзман, депутат Государственной Думы, будет руководить?

Николай Левичев: На сегодняшний день – да.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, скажите, а вот эти выборы мартовские, на ваш взгляд, были ли они, собственно, честными? Скажем, по Дагестану есть очень большие сомнения. Там две недели считали. Сначала посчитали, что три партии попадают, потом все-таки, когда коммунисты пригрозили разными акциями протеста, оказалось, что и они проходят. А по Подмосковью очень странные истории с СПС были.

Кстати говоря, лидеры СПС говорят о "Справедливой России", что вы их подвели. Вы с ними заключили некое соглашение о подсчете, о наблюдении, а как только ваша партия 7 процентов переползла, то перестали делиться данными.

Николай Левичев: Ну, не знаю, у меня такой деликатной информации нет на самом деле. Наоборот, по моей информации, региональные отделения подмосковные обменивались данными, которые поступали от наблюдателей на тех участках и в тех территориальных комиссиях, где удавалось получить копии протоколов вовремя.

Что касается честности выборов... Ну, вы знаете, вот я недавно на "круглом столе" проводил одну простую мысль, что, вообще говоря, ведь в странах с многолетними демократическими традициями, если внимательно посмотреть, вся история демократии – это борьба с фальсификациями на выборах. Выборы – это и есть та площадка, где происходят столкновения ресурсных возможностей различных социальных групп, групп влияния, и не только в нашей стране, но и в других странах. И во все исторические периоды были хороши все средства. И путь демократии – это есть цивилизованный путь к как можно более честным и справедливым выборам. Так что мне кажется, что Россия в этом направлении движется, и вообще говоря, достаточно быстро.

Михаил Соколов: А вот есть такое впечатление, что в России выборы – это соревнование административных ресурсов. И единственное справедливое относительно соревнование в этом смысле было как раз там, где в Ставрополе вашей партии удалось добиться успеха, поскольку на одной стороне был губернатор Ставропольского края, а на другой стороне был мэр Ставрополя. И в результате обе стороны, как рассказывали наши корреспонденты, внимательно друг за другом следили, не давали сильно нарушать, и подсчет был достаточно подконтролен общественности, скажем так.

Николай Левичев: Да, это один из примеров. Но вообще говоря, даже на протяжении последних полутора лет – вот я имею в виду три единых дня голосования, которые мы уже пережили, – нам удавалось и в других регионах, где нет наших представителей в исполнительной власти, иногда добиваться справедливого подсчета голосов – там, где удавалось на большинстве избирательных участков выставить таких наблюдателей, которых нельзя было отправить после полуночи домой поспать и отдохнуть. Поэтому есть много возможностей пытаться партии-участнице выборов зафиксировать тот результат, который избиратели донесли до урн для голосования.

Михаил Соколов: И я хотел бы о сегодняшнем событии спросить. Николай Владимирович, как вы оцениваете смену руководства Центризбиркома? Вот появился новый руководитель ЦИК – Владимир Чуров.

Николай Левичев: Ну, в принципе, я оцениваю смену руководителя одного из важных институтов российского общества позитивно. Потому что Александр Альбертович Вешняков отработал два срока – 8 лет. И сама ротация, сама по себе ротация руководителя такого ранга, мне кажется, позитивна в целом для развития гражданского общества и демократических институтов в стране. Это хороший пример, который, я считаю, должен быть заразительным.

Что касается депутата Госдумы Владимира Чурова...

Михаил Соколов: Из фракции ЛДПР, но беспартийного.

Николай Левичев: ...да, из фракции ЛДПР, то могу напомнить, что недели две тому назад, когда были выдвинуты все кандидаты по всем трем направлениям формирования Центральной избирательной комиссии, как известно: пять человек от Государственной Думы, пять – от Совета Федерации, пять – это так называемый президентский список, – я в эфире "Эхо Москвы" как раз, может быть, отчасти пошутил, но в каждой шутке есть доля истины. Это было как раз после того, как Владимир Вольфович Жириновский устроил публичные выступления по поводу того, что очень плохо посчитали голоса ЛДПР, что у нее украли очень много голосов. И я высказался в том плане, что был бы хороший пример, если бы возглавил Центризбирком не представитель партии "Единая Россия", которая и так имеет много возможностей влиять на результаты выборов, а представитель фракции ЛДПР, который бы считал или, по крайней мере, способствовал бы подсчету голосов как можно более объективно. Плюс я еще высказался в том плане, что образование Владимира Чурова, – а он окончил физический факультет Ленинградского государственного университета (так же как и я в свое время), – я точно знаю, что это образование позволяет овладеть основами любого рода деятельности, а особенно той, где присутствует изрядная доля математики.

Михаил Соколов: Но он еще историк-любитель, автор книги "Тайна четырех генералов".

Николай Левичев: Да, этот человек достаточно разносторонний. Помимо математического склада ума, еще, видите, и с гуманитарной жилкой. Поэтому я думаю, что он вполне в состоянии справиться с ролью координатора такого профессионального органа, каким является нынешний состав Центризбиркома, где 11 человек подтвердили свои полномочия из состава прошлого созыва. И я как раз не склонен драматизировать какие-то перемены в составе Центризбиркома.

Михаил Соколов: Но он не юрист. Вот некоторым это не нравится.

Николай Левичев: Ну, наверное, это не нравится юристам. Вот я тоже не юрист. И еще раз подчеркиваю, что я не вижу в этом большой беды.

Михаил Соколов: Такое впечатление, что главное достоинство господина Чурова – это то, что он работал в Петербурге в мэрии с Владимиром Путиным. Вот получается, что один источник кадров – это Петербург и разные места, где поработал президент.

Николай Левичев: Ну, не знаю... В этом на самом деле тоже есть очень большая доля естественности.

Михаил Соколов: То есть это нормально, да? Были "днепропетровские" в Советском Союзе, а теперь "питерские" в России.

Николай Левичев: Ну, кроме "питерских" хватает и представителей других регионов.

Михаил Соколов: А в чем провинился все-таки Александр Вешняков? Сегодня господин Сурков так его хвалил за то, что он не поддавался давлению ни одной из партий, открыто говорил то, что думает... И вот, видите, как-то его и не переназначили, и никуда к делу не пристроили. Хвалят, но не берут.

Николай Левичев: По-моему, сегодня было анонсировано, что Александра Альбертовича ждет государственная деятельность не менее высокого ранга. Поэтому подождем немножко – и увидим.

Михаил Соколов: А вы его звали в "Справедливую Россию", я слышал.

Николай Левичев: Ну, со стороны руководства нашей партии было сделано предложение Александру Альбертовичу в том плане, что если бы он осуществил такое политическое волеизъявление, то в нашей партии нашелся бы фронт работы для человека с таким багажом и опытом деятельности в области избирательного законодательства, совершенствования избирательной системы. И право выбора за ним.

Михаил Соколов: Просто "Единая Россия", подозревают, приревновала его к вашей партии, мол, якобы он как-то больше вам стал симпатизировать на посту председателя.

Николай Левичев: Ну, должен сказать, что мы каких-то явных преференций, связанных с возможными симпатиями Александра Альбертовича не испытывали. В тех случаях, когда Центризбирком принимал какие-то решения в нашу пользу, это все равно делалось путем голосования. Но очень часто решения были и такие, которые нам не нравились.

Михаил Соколов: Ну что ж, давайте мы подключим к разговору слушателей. Пожалуйста, вопрос Николаю Владимировичу Левичеву. Алла Павловна из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте, господа. Николай, вот мне очень нравится название вашей партии – "Справедливая Россия". Мне уже за 70, и я всю жизнь мечтала жить именно в справедливой России. Как вы считаете, насколько справедливо то, что... Граждане по Конституции у нас все равны. Так вот, одним гражданам, например движению "Наши", перекрывают Москву, выделяют им автобусы, на автобусах привозят в центр, одевают их красиво – в бейсболки, в беленькие курточки. А других граждан, например "Марш несогласных", их бьют дубинками. Вы простите, мне уже за 70, но я сейчас не могу по-другому выразить свое несогласие, как выйти на улицу с этим маршем, хотя у меня очень болят колени уже. Я "яблочница". Я не то что механически голосую за "Яблоко", а я их программу знаю наизусть, с которой я согласна с первого и до последнего пункта. Их отстраняют от выборов, вопреки моему желанию. Так вот, насколько справедлива вот такая политика нашего правительства, в том числе и вашего гаранта, которого вы поддерживаете?

Михаил Соколов: Спасибо.

Николай Левичев: Ну, Алла Павловна такой содержательный комплекс проблем высказала, что я даже не знаю, с чего начать.

Михаил Соколов: Давайте начинать с права на митинги и демонстрации. Почему одним можно, а другим нельзя? Хотя, в общем, граждане, действительно, равны перед законом, и Конституция подразумевает уведомительный порядок проведения шествий и манифестаций.

Николай Левичев: Ну, мне тут трудно комментировать Конституцию. Наверное, надо более внимательно смотреть на правоприменительную практику. И там, где граждане действуют в соответствии с заявками, которые получили разрешение, наверное, и вопросов не бывает. А там, где заявляется один характер мероприятия, а он оказывается немножко другим, значит, там и возникают коллизии.

Михаил Соколов: Нет, по-моему, как раз в "Марше несогласных" люди делают заявку на шествие, предположим, а им предлагают провести митинг или встречу в закрытом помещении, что, в общем, как-то с законом расходится. А когда они все-таки приходят куда-то, то применяют силу. Нужно ли, собственно, власти применять силу, и тем самым (о чем Алла Павловна хотела вас спросить) провоцировать еще большее количество граждан выходить на разные митинги, разрешенные и не очень?

Николай Левичев: Ну, я тоже считаю, что перебор в этой ситуации провоцирует еще больше гражданское возмущение. Что касается нашей практики, то у нас, в общем, были тоже всякие случаи. И когда нам в заявке на проведение демонстрации предлагали не тот маршрут, который мы хотели, и когда заявка на проведение пикета не принималась, и приходилось выходить на несанкционированный пикет. Ну что ж, это живая политическая жизнь... И мы так же, как и все граждане, рассчитываем на то, что органы исполнительной власти и структуры, которые призваны регулировать конституционные положения, будут извлекать уроки из тех инцидентов, которые имели в последнее время негативные последствия.

Михаил Соколов: Ну, хорошо. А скажите, вот ситуация в Туве, например, одни выборы ваши единомышленники там выиграли, и их результаты аннулировали, сейчас второй раз то же самое произошло – они выиграли, но опять аннулировали результаты, и даже пересмотрели один округ в пользу "Единой России", им приписали, а они там проводят голодовку. И вдруг раздаются какие-то голоса, что вроде бы уже их партия "Справедливая Россия" теперь не поддерживает борьбу с фальсификацией выборов.

Николай Левичев: А я таких голосов не слышал, если честно.

Михаил Соколов: А я слышал голос госпожи Нарусовой, которая дала интервью и сказала, что Сергей Михайлович Миронов негативно относится к деятельности вот этих депутатов или кандидатов, к их голодовке, и отказался от их поддержки.

Николай Левичев: Ну, в отношении голодовки я могу тоже сказать, что мы считаем, что это крайняя мера, к которой, может быть, и не следовало бы прибегать. Потому что были, в общем, основания полагать, что ситуация в регионе разрешится, так или иначе, без применения таких крайних мер. Тем не менее, никто в поддержке не отказывает. Мы считаем, что ситуацию нужно возвращать в правовое поле. И насколько я знаю, завтра будет заседание Республиканской избирательной комиссии, которая будет пересматривать то решение, которое в воскресенье было принято, на наш взгляд, неадекватным образом.

Михаил Соколов: Хорошо. И еще у нас есть звонок. Пожалуйста, Александр из Москвы, ваш вопрос Николаю Левичеву. Добрый вечер.

Слушатель: Добрый вечер. У меня такой вопрос. Когда начался развал партии "Родина", то многие ее члены, которые из нее вышли, начали создавать альтернативную региональную организацию. И получился прообраз будущей партии под условным названием "Отчизна". Нас там почти 50 тысяч к съезду было. И вот мы сейчас через наше руководство оргкомитета обратились к Миронову, вашему руководителю, войти в состав вашей партии. Но нам нет ни ответа, ни привета. Почему? У вас ведь уже есть структуры партии, есть руководящий орган, вы есть. Хоть заметьте, что есть 50 тысяч людей, политически, так сказать, близких вам. Это просто даже как-то некрасиво.

Николай Левичев: Насколько я в курсе, это обращение было не так давно. И на сегодняшний день соответствующие товарищи получили указание выйти на связь. Я вам могу дать свой телефон – 650-47-08. Пожалуйста, звоните, приходите, и будем разговаривать.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, а это не та группа, которая собирается создавать новую патриотическую партию, тоже выходцев из "Родины", во главе с Андреем Савельевым, депутатом Государственной Думы, и возможно, Дмитрием Рогозиным под названием "Великая Россия"? Вот Федеральная регистрационная служба уведомлена о проведении 5 мая учредительного съезда в Москве.

Николай Левичев: Насколько я понимаю, это не та группа. Но я могу и ошибаться, потому что мы пока видели только вот это письмо-обращение, а вживую с людьми еще поговорить не успели. Думаю, что не та.

Михаил Соколов: А вы не думаете, что часть людей, которые сторонники рогозинского курса "Родины", могут покинуть "Справедливую Россию"? От вас то какие-то члены Партии пенсионеров отбегут, то еще какие-то структуры, в разных регионах – по-разному.

Николай Левичев: Во-первых, я считаю, что партия и должна быть живым организмом. А как в любом живом организме, одни клетки рождаются, другие отмирают. Люди должны иметь возможность для свободного политического волеизъявления. И если образуются какие-то партии или общественные организации, которые их привлекают больше, я ничего зазорного не вижу в том, что они какой-то акцент своей общественной активности переносят. Жизнь все расставит по местам.

Михаил Соколов: Насколько я понимаю, тот тренд, от которого вы отказались, вот такой националистический, он все привлекает разные структуры. Даже Компартия вышла на это поле национализма, обсуждала так называемый "русский вопрос" на пленуме.

Николай Левичев: Количество актуальных вопросов, которые сегодня стоят в повестке дня для нашей страны, оно не ограничено этими темами, оно достаточно широко. В том числе это одна из животрепещущих тем, кто бы с этим спорил.

Михаил Соколов: Ну а вы-то от нее отказались или нет? Потому что антимигрантская риторика, вот эти речи, знакомые год назад, они куда-то делить все. Да и люди куда-то попропали уже.

Николай Левичев: Ну, я не знаю... В любой проблематике есть какие-то границы здравого смысла и границы реального. У нас политическая платформа в том числе и эти вопросы отражает. И те избиратели, которые отдали голоса нам на региональных выборах (повторяю, это 1,5 миллиона человек), они это делали с открытыми глазами.

Михаил Соколов: Ну что ж, прочитаю вопрос с пейджера. "Если ваша партия получит большинство в Думе, отмените ли вы антиконституционные законы – о референдуме, о выборах, об экстремизме? Или будете такими же марионетками, как и "Единая Россия"?", – пишет вам Владимир. Ну, видимо, поправки в законы о выборах, о референдуме и так далее.

Николай Левичев: Я очень не люблю разговаривать в сослагательном наклонении. Тем более что для внесения поправок в конституционные законы требуется конституционное большинство в Государственной Думе.

Михаил Соколов: Ну, это о референдуме – конституционный, а о выборах – не конституционный...

Николай Левичев: Ну, зачем давать какие-то заверения?.. Подождите немножко, придем в Думу и разберемся.

На сегодняшний день мы готовимся всерьез к роли оппозиционной партии. Но думаю, что недалеко тот день, когда можно будет ставить и другие задачи.

Михаил Соколов: А оппозиционная – все-таки в каких рамках? То есть это та партия, у которой есть какой-то миноритарный пакет, который ограничивает правящую партию, скажем так, или околоправящую партию?

Николай Левичев: Ну, наверное, и в этом смысле тоже. Как известно, мы работали над проектом закона об оппозиции, который в первую очередь, между прочим, оговаривал бы права и возможности партии большинства думского, и уже во вторую очередь – права и возможности оппозиционной партии, что и создавало бы из Государственной Думы место для дискуссий.

Михаил Соколов: В Мосгорсуде начнется рассмотрение заявления прокуратуры Москвы о признании общественной организации "Национал-большевистская партия" экстремистской и о запрете на ее деятельность. Ну, правда, это выглядит странно – вроде ее уже запрещали. Но, тем не менее, вот такая акция.

Николай Владимирович, вам не кажется, что рост радикализма, который сейчас наблюдается среди молодежи, будет расти, если вот так будут постоянно создавать героев, а они же будут и лидерами моды тоже, из тех же "НБПэшников"?

Николай Левичев: Мне кажется, что мы все-таки немножко преувеличиваем значение такого рода актов, а гораздо больше будут расти радикальные настроения среди молодежи, если мы будем продолжать закрывать глаза на то, что нет внятной молодежной политики в государстве, а значит, затруднен процесс социализации молодежи, нахождения ею смысла жизни, сферы применения своих творческих сил. Вот, наверное, здесь гораздо более важные источники нужно искать радикализма молодежи.

Михаил Соколов: Ну как же нет молодежной политики?! Вот, пожалуйста, движение "Наши" привезли 10 тысяч человек в центр Москвы. Они там гуляли в соответствии с 31-ой статьей Конституции России, которая... вот нам напоминает Алексей Баштаненко: "Граждане имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования". Вот "Нашим" можно, а "не нашим" или "несогласным" нельзя.

Знаете, какие они вопросы замечательные задавали гражданам? Мне очень понравилось. Анкеты раздавали. "Как вы относитесь к тому, что вокруг России разворачиваются военные базы и нагнетается напряженность?". Что, хороший вопрос? Где, правда, эти военные базы, не очень понятно.

И еще один вопрос, на который я хочу вас, Николай Владимирович, попросить ответить. Вопрос такой. Вот представляете, к вам подходит на улице молодой человек и задает вопрос: "Вы согласны с мнением, что в случае устранения Путина или отхода от его курса в стране наступят Смутные времена, власть захватят ставленники Запада или экстремисты?". Вот что вы ответите молодому человеку, как социолог?

Николай Левичев: Хороший вопрос. Я молодому человеку отвечаю в таких случаях: "Не подаю".

Михаил Соколов: Нет, но вы понимаете, к чему, с одной стороны, приспосабливают вот этих ребятишек, которых свезли из близлежащей или далеко лежащей провинции – из Подмосковья, из Ярославля, к какому делу? А с другой стороны, людей запугивают фактически, получается. Это же чисто пропагандистская акция запугивания.

Николай Левичев: Я не считаю эту акцию элементом государственной молодежной политики.

Михаил Соколов: То есть это элемент чего? Негосударственной молодежной политики?

Николай Левичев: Да, это элемент деятельности общественной организации, которая получила некоторые ресурсные преференции.

Михаил Соколов: Неплохие у них ресурсы, надо сказать. Я ехал по Ярославскому шоссе в этот день. А навстречу мне проехало, я посчитал, порядка 60 автобусов, полностью набитых людьми. Это, в общем, немалых денег стоит.

Ну, давайте предоставим слово слушателю. Юрий Владимирович из города Волжский, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Относительно того, что делают "Наши". Во-первых, вытаскиваются деньги за счет законодательства об обязательном и различного рода страховании. И страховые фирмы наверняка в ответ за это "Единую Россию" финансируют на полную катушку.

Михаил Соколов: Ну, уж не знаем, это точно. А вопрос-то в чем, собственно?

Слушатель: У меня два вопроса. Можно ли верить в честные выборы при такой жесточайшей цензуре в средствах массовой информации, а особенно на радио и телевидении?

И второй вопрос. Принята ли ныне действующая Конституция на референдуме в 1993 году? Как считает представитель "Справедливой России"?

Михаил Соколов: Понятно. Николай Владимирович, не оспариваете действенность Конституции и голосование?

Николай Левичев: Нет, мы не оспариваем. Мы считаем, что Конституция на сегодняшний день оставляет еще потенциал для развития общества. И опасно было бы ее сегодня трогать.

Михаил Соколов: Так, про честные выборы и про цензуру в средствах массовой информации.

Николай Левичев: Еще раз подчеркну, что это значит – честные выборы. Мы живем в реальном обществе, а не в идеальном обществе.

Михаил Соколов: Но у одних есть доступ на телеэкран, а у других – нет.

Николай Левичев: Ну, если нет доступа на телеэкран, значит, мы выходим на улицы, идем от двери к двери, выпускаем газеты, выпускаем листовки, доносим политическую платформу нашей партии из уст в уста. Вот я люблю говорить о том, что до сих пор, даже при наличии Интернета, самым эффективным средством массовой информации является молва. Ну, достаточно много информационных ресурсов сегодня, чтобы обходиться без самого главного.

Михаил Соколов: А вы будете создавать свой еженедельный журнал под названием "Русская жизнь"? Вот я читал сегодня газету "Ведомости", и там написано: "Команда близких к "Справедливой России" публицистов планирует выпускать с мая журнал с рабочим названием "Русская жизнь". Главный редактор – Дмитрий Ольшанский, а должность шеф-редактора предложена писателю Дмитрию Быкову.

Николай Левичев: Я должен сказать, что вокруг нас сейчас формируется очень большое количество различных проектов – культурных проектов, медийных проектов, и это просто один из них. И пока рано комментировать, что из него получится. Но это опять же свидетельство того, что люди к нам тянутся и пытаются, консолидируют свои усилия на благо общества.

Михаил Соколов: И вот еще интересное событие сегодня произошло. Компартия заявила, сделала специальное заявление по вашему поводу. Видели?

Николай Левичев: Нет.

Михаил Соколов: Не успели? Я вам прочитаю.

Николай Левичев: Я успел прочитать доклад на пленуме ЦК КПРФ...

Михаил Соколов: И у вас сил хватило?! Он такой большой... Я его живьем слушал.

Николай Левичев: Да, я получил большое удовольствие.

Михаил Соколов: Но Геннадий Андреевич Зюганов интересно вообще выступал. Я понял, что он абсолютно культурный консерватор, потому что такая ненависть, конечно, к модернизму, к постмодернизму, поп-арту и ко всему искусству ХХ века, которая у него звучала, – это, конечно, нечто удивительное.

Николай Левичев: Ну, при нынешнем руководстве это достаточно архаичный политический институт, как мне кажется.

Михаил Соколов: Вот интересно, они борются за социализм и вы боретесь за социализм, я так понял. А вы, наверное, за разный социализм боретесь?

Николай Левичев: Я думаю, что да.

Михаил Соколов: А в чем разница-то все-таки?

Николай Левичев: Ну, вы знаете, мир социалистических идей многообразен, и нельзя оценивать социализм только по опыту Советского Союза. Сегодня в странах Европейского союза накоплен колоссальный опыт – практически треть правительств являются или социалистическими, или социал-демократическими. Посмотрите, какой интересный опыт нам дает Латинская Америка, свое видение подходов дает Китайская Народная Республика. Огромное многообразие. И в этом смысле претендовать, как это пытается делать сегодня КПРФ, на монополию в области левых идей, ну, мне кажется, немножко безответственно.

Михаил Соколов: Но они, скорее, консервативные во многом идеи. Вот про культуру я уже сказал. Но если взять, скажем, некоторые их рассуждения, то они как раз вот вас называют часто эсерами, но, скорее, они ближе к эсерам, к народникам, чем к марксистам, социалистам и так далее.

Николай Левичев: А вы давно заглядывали в программу партии КПРФ, которая является действующей на сегодняшний день? Почитайте – получите большое удовольствие. Такая эклектика!..

Михаил Соколов: Ну, это ж, наверное, так современно... Тоже постмодернизм, кстати, политический.

Так вот, о заявлении. Компартия заявила (специальное заявление), что у них "нет ничего общего ни с партией "Справедливая Россия", возглавляемой спикером Совета Федерации Сергеем Мироновым, ни (внимание!) с Народно-демократическим союзом, во главе которого стоит экс-премьер Михаил Касьянов. Политика нынешней власти подает надежды сторонникам либеральных реформ, толкает на новые "подвиги" архитекторов и прорабов "оранжевых" и номенклатурных революций – сторонникам С.Миронова и М.Касьянова".

Как вас в одну лодку посадили с Михаилом Михайловичем? Удобно ли вам там будет?

Николай Левичев: Я думаю, что ничего похожего и ни у этих двух политических фигур, ни у этих двух организаций найти, наверное, не удастся при ближайшем рассмотрении.

А что касается таких абсолютистских заявлений, которые следуют со стороны КПРФ, ну, мне они кажутся скоропалительными и удивительными. Потому что политическая жизнь – это непрерывное создание возможных коалиций, это попытка объединить усилия в решении каких-то реальных проблем. А так, как делают они – зарекаются от любых возможных союзов – ну, это просто несовременно и политически недальновидно. Посмотрите, в Европе: социал-демократы консолидируются то с "зелеными", то с социалистами, то с христианскими демократами, – это непрерывный поиск возможностей повлиять в лучшую сторону на реальную жизнь людей. Поэтому я думаю, что, в общем, под напором партийного актива и избирателей, так или иначе, КПРФ придется прийти к какому-то сотрудничеству по конкретным вопросам, актуальным для страны.

Михаил Соколов: Довольно странно... С другой стороны, они зовут 31 марта все левые силы на всероссийские акции протеста против социального неравенства, нищеты, бесправия, роста цен, налогов, ситуации с обеспечением льготников лекарствами, и предлагают требовать отставки главы Минздравсоцразвития Михаила Зурабова, повышения пенсий и зарплат. Тут, по-моему, у вас в данном случае тактически все совпадает.

Николай Левичев: Наша фракция в Думе "Справедливая Россия – Родина", она выступала на прошлой неделе за отставку Зурабова. Тогда как парламентское большинство отпустило, видимо, под честное слово опять Михаила Юрьевича.

Михаил Соколов: Хороший вопрос от Сергея Митрофанова (и веселый вопрос): "Как вы относитесь к тому, чтобы при избирательной комиссии организовать общественную палату, а во главе поставить Арутюна Акопяна?".

Николай Левичев: Вообще говоря, Арутюн Акопян, я думаю, – это слишком мелковато. Тут надо что-нибудь уровня Дэвида Копперфилда.

Михаил Соколов: Хорошо. Евгений Иванович из Ельца, пожалуйста, ваш вопрос. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. У меня вопрос к секретарю политбюро. Буквально недавно по поводу "Марша несогласных" комментатор Павловский выразился определенно, что "им вломили – вот и хорошо". Николай Владимирович, как вы относитесь к такому комментарию? И второй вопрос. Как вы считаете, может быть, стоило бы вломить самому Павловскому?

Михаил Соколов: Мы против насилия!

Николай Левичев: Евгений Иванович, вы меня как-то провоцируете в открытом эфире давать какие-то оценки.

Михаил Соколов: А вы не стесняйтесь.

Николай Левичев: Я могу сказать одно. Мы с основными тезисами "Марша несогласных" тоже не согласны. Но классическая фраза "я отдал бы жизнь за то, чтобы ваше мнение, отличное от моего, имело бы право на существование", она вечна.

А что касается комментариев конкретных комментаторов, то я просто убедился в том, что люди все видят, ничего не остается незамеченным.

Михаил Соколов: Программа "Реальная политика"... "высокорейтинговая".

Николай Левичев: Да, она имеет реальные отклики у реальных людей.

Михаил Соколов: Давайте еще вопрос послушаем из Петербурга, из вашего родного. Дмитрий, пожалуйста. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Я хотел бы сказать пару слов. Вчера позвонил мой приятель и говорит: "Включай скорее телевизор". Я знаю, что бывают новости интересные. Включил на "Третий" канал – а там идет концерт, который посвящен визиту китайского лидера в нашу страну. Действительно, концерт был замечательный. Я получил эстетическое наслаждение. И когда говорят о результатах "экономического чуда" Китая, вот то, что вчера было показано, – это, действительно, результаты не только "экономического чуда", но и чуда государственного строительства. То есть Китай становится, действительно, державой во всех отношениях. Потому что культура – это один из главных показателей. Но это как бы предисловие к моему вопросу.

А вопрос у меня к господину Левичеву такой. Вот сегодня постоянно слышится слово "русский, русский, русский...", хотя мы живем в Российском государстве, у нас государство многонациональное – и китайцы, и карелы, и корейцы, и евреи, и немцы... ну, российские граждане, одним словом. Вот когда, наконец, мы не будем изобретать колесо, а начнем защищать, действительно, интересы российских граждан?

В частности, сейчас прошел процесс в Кондопоге, осудили двух людей. Виноваты они – это решил суд. Но сам факт, что сегодня по средствам массовой информации муссируется такой слух: "вот они когда-то сидели, они уголовники, они должны быть осуждены...". И в то же время потерпевший, гражданин Азербайджана, он куда-то скрылся в неизвестном направлении...

Михаил Соколов: Там все на месте, не волнуйтесь, Дмитрий. Там суд будет и второй, и третий, и начальника ГУВД осудят... Там разбирательство идет большое. Хотя, конечно, региональным властям стоило бы, мягко говоря, посильнее с ними разобраться. Я не знаю уж – кому. Потому что до этого допустили... и это было не очень хорошо, скажем так.

И еще про Китай я уж маленькое замечание сделаю. Вы не обольщайтесь. Китайская культура – это замечательно. Но если бы вы побывали в китайской деревне в сотне-двух километров от Пекина на запад, то вы бы увидели, что он очень разный, Китай.

Николай Владимирович, пожалуйста.

Николай Левичев: Ну, что тут, собственно, комментировать... Я был, кстати, в Китае, между прочим, по линии межпартийных связей еще от Российской партии жизни в свое время. Да, действительно, Китай – это огромное государство, государство контрастов, где наряду с такими явлениями, как Шанхай, новая экономическая зона, соседствуют депрессивные регионы сельские, где люди еле-еле сводят концы с концами.

Что касается культуры, ну, действительно, такой пласт 1,5-миллиардного населения, он способен выдавать культурные жемчужины. Но тоже напомню, что и в Советском Союзе в эпоху деспотизма партийного и культа личности у нас были высочайшие достижения в области и исполнительского искусства, и в области литературы. Так что это, в общем, вопрос не для пятиминутного комментария.

Михаил Соколов: Да. А что насчет национальной карты, которая разыгрывается постоянно? Человека-то это тревожит, что, действительно, лучше бы о гражданах заботиться, а не о какой-то одной национальности.

Николай Левичев: Да, наша принципиальная позиция заключается в том, что Россия – это многонациональное государство, с вековыми традициями, с проживанием людей разных национальностей и разных культур в одном конгломерате. В соответствии с этим и выстраивается наша политическая платформа и практическая деятельность.

Михаил Соколов: Наталья Михайловна спрашивает: "Что вашу партию не устраивает в современной политике государства?".

Николай Левичев: В двух словах на этот вопрос не ответишь. Нас не устраивает недостаточность социальной политики, прежде всего, нас не устраивают трудовые отношения. Мы считаем, что нужно начинать в стране реформу доходов населения, откуда, как по цепочке, будет развиваться решение целого ряда других проблем. Ну, читайте нашу политическую платформу. Она опубликована на сайте "spravedlivo.ru".

Михаил Соколов: "Считаете ли вы ликвидацию Республиканской партии и вообще закон о партиях справедливыми?", – спрашивает Света.

И Виктор пишет: "Партию Рыжкова запретили за то, что она не набрала 50 тысяч членов. Поделитесь секретом, как вам удалось больше 500 тысяч, не обнародовав свою программу, собрать за короткий срок?".

Николай Левичев: Вы знаете, на самом деле я пять лет занимаюсь политической деятельностью. Мы формировали партию "Справедливая Россия" на базе трех политических партий, которые уже к тому времени обладали определенным электоральным потенциалом, побеждали на выборах в целом ряде регионов, имели партийные фракции, имели устойчивых сторонников. Нам тоже очень непросто пришлось находить путь юридического объединения в рамках того законодательства, которое существует. Действительно, законы в области политического, партийного строительства не предусматривали такую возможность, которую мы обнаружили в результате диалога и союза трех существовавших партий. Поэтому мы прошли такую сложную политико-правово-организационную процедуру. И вот поэтому число наших сторонников, оно, прежде всего, на сегодняшний день сложилось из сторонников этих трех партий.

Кроме того, сегодня у нас каждый месяц порядка 85 тысяч человек приносят заявления о вступлении уже в обновленную партию "Справедливая Россия".

Но по опыту... мы же прошли, скажем, с Российской партией жизни с начала 2002 года путь по новому закону о политических партиях, принятому в конце 2001 года, и на себе испытали, как я говорю, все "прелести" "политической дедовщины". Ведь этот закон принимался прошлым созывом Государственной Думы с участием таких старожилов политических, как "Яблоко" и СПС, между прочим. И этот закон...

Михаил Соколов: А они против голосовали – против 50 тысяч.

Николай Левичев: Тем не менее.

Михаил Соколов: Участие было негативным – голосовали против.

Николай Левичев: Во всяком случае, они не смогли отстоять.

Михаил Соколов: Не смогли, конечно.

Николай Левичев: Поэтому нам приходилось преодолевать все эти формальные барьеры, которые были выставлены этим законодательством.

Но сегодня, уже пройдя этот путь, я могу сказать, что, в общем, какая-то сермяжная правда в этом была. Потому что, наверное, все-таки наличие нескольких десятков, больше полусотни партий, как это было в конце 90-х годов, ну, это тоже находится для России за пределами здравого смысла.

Другое дело, что сейчас, когда более-менее уже политическое представительство, выраженное в партийных организациях, устоялось, мы выступаем, скажем, сторонниками смягчения этих процедур. Потому что должны быть возможности для прорастания каких-то новых идей, новых тенденций, новых общественных образований в стране.

Михаил Соколов: Вот и появляются... "Гражданская сила" устроила съезд, бывшая "Свободная Россия", Михаила Барщевского. Либералы, видите, они не соединяются, а все разъединяются.

Николай Левичев: Ну, главное, чтобы это проходило на глазах у всех, публично, открыто. И я убежден в том, что люди во всем разберутся.

Михаил Соколов: Мансур из Москвы, пожалуйста, ваш вопрос. Добрый день.

Слушатель: Добрый день. Я хотел бы задать два вопроса Николаю Левичеву. Меня интересует такой вопрос. Якобы в Самаре ваша только-только созданная партия провела антитатарский шабаш против руководителя телекомпании, который имеет татарскую национальность.

И второе. Как вы относитесь к тому, что в Башкорстане запрещены татарские гимназии, и там уничтожается все, что связано с татарами?

Михаил Соколов: Спасибо.

Николай Левичев: Я очень просто отвечу на первый вопрос. Это была провокация наших политических конкурентов. Наше региональное отделение партии "Справедливая Россия" к этой акции не имеет никакого отношения. И об этом сразу было сделано публичное заявление.

А что касается второго вопроса, ну да, мы негативно на это смотрим. В каждой республике должны быть сохранены основные принципы национальной политики государства.

Михаил Соколов: Леонид Николаевич, пожалуйста. Добрый вечер.

Слушатель: Добрый вечер. Председатель Счетной палаты Степашин публично заявил, что во время приватизации промышленной собственности были сделаны многочисленные, многотысячные преступления...

Михаил Соколов: Леонид Николаевич, вы не успеете задать вопрос. Я его задам за вас.

Вы за пересмотр итогов приватизации?

Николай Левичев: Ну, вы знаете, при такой постановке вопроса сложно однозначно ответить. Пересмотр права собственности – это очень для страны деликатная проблема. Мы за то, чтобы та приватизация, которая проходила с нарушением закона, получила бы соответствующую правовую оценку. Но если это проходило с соблюдением действовавших законов, то надо искать просто дальнейший путь эволюции страны в этом плане.

Михаил Соколов: Вот еще короткий вопрос: "По вашему мнению, Ходорковского посадили справедливо? И если "да", то – почему?".

Николай Левичев: Есть решения судов по этому поводу, которые мне не хотелось бы комментировать в режиме блица.

Михаил Соколов: Может быть, его помиловать надо или амнистировать на пользу стране?

Николай Левичев: Не знаю... Это компетенция соответствующих государственных органов.

Михаил Соколов: Но вы же в Думу можете прийти и высказаться за амнистию, как было в 1993 году.

Николай Левичев: Ну, когда придем, тогда и подумаем.

Михаил Соколов: "Ваш лидер Сергей Миронов, – Наталья Михайловна спрашивает, – высказался за продление полномочий Путина на посту президента. Как вы будете это проводить в жизнь?".

Николай Левичев: Он никогда такого не говорил.

Михаил Соколов: То есть вы против третьего срока Владимира Путина, я правильно вас понимаю.

Николай Левичев: Да.

Михаил Соколов: Хорошо. Но за продолжение его курса?

Николай Левичев: Несомненно.

Михаил Соколов: Ну ладно, я думаю, что мы не последний раз обсуждаем деятельность партии "Справедливая Россия".

Источник: Радио Свобода

Очень прикладная социология
 

http://www.ng.ru/ideas/2007-05-28/1_levichev.html
28.05.2007

Зав. отделом политики "Независимой газеты"
http://www.ng.ru/upload/iblock/9e9/102-9-1.jpg
Главной функцией опросов Николай Левичев считает манипуляцию общественным мнением.
Фото Евгения Зуева (НГ-фото)

В недавней публикации «НГ» обратила внимание на низкие рейтинги «Справедливой России» (по данным влиятельных социологических служб), предположив при этом, что такая картина может демонстрировать новый политтехнологический прием, направленный на дезориентацию общественного мнения накануне парламентских выборов. Ситуацию взялся прояснить «НГ» секретарь политбюро партии Николай Левичев.

– Николай Владимирович, результаты опросов, дающие вашей структуре 6% – почти наравне с ЛДПР, – факт или политтехнология? Каковы, на ваш взгляд, истинные показатели вашей партии? И если вы считаете официальные данные ошибочными, в чем причина искажения?

– Вчера я разговаривал с одним из полпредов. Он говорит, что «Единая Россия» постоянно заказывает замеры рейтинга как путем федеральных опросов, так и по линии региональных администраций┘ Знаете когда человек себя неважно чувствует, он каждые полчаса измеряет температуру. Вот у них сейчас аналогичная ситуация. Результаты замеров иногда наводят ужас. Их почему-то не публикуют. В некоторых регионах готовность респондентов голосовать за «Справедливую Россию» доходит до 40%. Это, конечно, еще не электоральный рейтинг, но кое-кому по ночам уже не спится┘ Возьмите результаты мартовских выборов в регионах. Голосовала треть избирателей страны. Какая еще репрезентативность нужна? Наш результат – в среднем почти 15%! Пытаясь сегодня приписать нам рейтинги 5–6%, люди рискуют потерять свою профессиональную репутацию. Можно получить деньги, можно получить заказ, можно получить установку, но кроме того, чтобы зарабатывать на жизнь, они должны иметь еще и репутацию в своей профессиональной среде. Элементарная процедура: взять прогнозы до выборов и результаты голосования и сличить┘ Вот вам таблица сличения замеров ФОМа и итогов выборов: цифры различаются в разы!

– Что еще заставляет вас сомневаться в сегодняшних результатах?

– У меня возникает много вопросов к нашим социологическим службам. Почему, например, всегда держится в тайне имя заказчика? В регионах все яснее. Тут не надо голову ломать, думая, кто заказывал рейтинг. В Волгограде было четыре кандидата в мэры, все ходили со своими рейтингами, и каждый в своем списке лидировал┘ Очень плохо, что у нас отсутствует система репутационных отношений, дополняющих чисто экономические. Есть проблема независимого аудита социологических фирм – сегодня его просто не существует.

– Вы хотите сказать, что вашу партию заказали политические конкуренты?

– Из нескольких фактов я не стал бы делать далеко идущих выводов. Надо внимательнее присмотреться к инструментарию, которым пользуются социологические службы. Есть такое понятие, как усталость сети. Одно дело, когда из года в год, каждый месяц измеряют рейтинги по одной и той же методике, по одной и той же сети, в постоянных регионах. К примеру, КПРФ измеряется многие годы, респонденты к ней привыкли┘ Появляется новая структура, которой не было вчера. Это ситуация, которую корректно довольно сложно замерить. Кто сегодня может сказать, как работают социологические сети и сколько их на самом деле? Мы знаем, что часто сети берутся в аренду и субаренду. Может быть, под покровом коммерческой тайны скрывается элементарная профессиональная беспомощность? Происходят процессы, при которых нужно вводить какие-то поправки, но никто этим не озабочен. Хрестоматийный пример: в начале 2000-х тот же ФОМ несколько лет держал в списке партий «Женщин России», а этой партии уже не было. Респондентам предлагался список партий трехлетней свежести┘ Уважаемая социологическая служба, которая в течение нескольких лет методично замеряла неизвестно что, у меня, например, не может пользоваться доверием. По большому счету это все туфта. Самая главная функция этих опросов – манипуляция общественным мнением и управление мнением элит или даже отдельных персон. Даже название бытует: «формирующая социология»┘

– Какие рейтинги у вас в регионах? Кто проводит опросы – и как влияют их результаты на политическую ситуацию?

– Что касается рейтингов, то вот передо мной региональные замеры. Петербургский социологический центр «Мегаполис» с 15 по 30 апреля провел опрос 10 800 респондентов в 18 районах города. Рейтинг «Единой России» с октября прошлого года не изменился – 29,6%. У СР вырос с 7,9 до 12,5%. Напомню, что 11 марта на выборах в Закс нас поддержали 22% избирателей. Вот что такое замеры. Их результаты надо уметь интерпретировать. Мне прислали рейтинги по Волгограду, довольно детальные. По этим данным уже в середине апреля 15% населения намерены были голосовать за партию «Справедливая Россия». При том, что до 15 апреля член «Справедливой России» Олег Михеев, кандидат в мэры, никак не позиционировал себя от партии и только потом, когда получил разрешение от Миронова использовать его изображение и высказывания, включил в свою кампанию партийную компоненту. За две недели он по рейтингам обошел всех конкурентов. Поэтому его в срочном порядке и сняли по суду с выборов. Вот свежие данные из Челябинска, где мы еще в выборах как объединенная партия не участвовали. Рейтинг 17,7%. На днях к нам в Москву поступила конфиденциальная информация: администрация одной из областей замерила рейтинги (сейчас у нас все умеют мерить!) и увидела, что у регионального отделения «Справедливой России» уже 20%. Дается команда: срочно принять меры к замене руководителя регионального отделения. Это значит, что сейчас на него начнут оказывать какие-то меры воздействия – на бизнес наезжать, к примеру┘ Или будут пытаться выходить на федеральное руководство партии. Не подозревая, что мы знаем о 20, будут предлагать нам 15: только поменяйте, мол, Иванова на Петрова┘ Вдруг мы купимся?

– И часто вам такое предлагают?

– Сплошь и рядом такие предложения поступают: и кандидатуры списка «согласовать», и кандидатуру главы отделения. Взамен предлагают «выписать» нам 15%, к примеру. Но наш двухгодичный уже опыт показывает: если мы где-то склоняемся к тому, чтобы как-то согласовывать свои действия, то там больше 12% не получаем. А если гнем свою линию, не обращая внимания на «месседжи» администрации, там у нас бывает иногда неудача, но зато бывают и крупные победы.

– Насколько результативной вы считаете вашу деятельность в парламенте?

– Сейчас в Думе рассматривается бюджет. На заседании нашей фракции мы проанализировали – если не все, то очень многое из того, что в минувшие три года артикулировали «Родина» или Партия жизни, так или иначе учтено в бюджете. Скажем, прислушались к тому, что природную ренту надо оставлять в стране – правда, механизмы немного не те и немного другая интерпретация┘ И все же фракция при голосовании в первом чтении воздержалась, потому что в первую очередь нам не понятно, каким образом средства, которые раньше шли в Стабфонд, будут использованы внутри страны. Мы видим: наши идеи и предложения так или иначе пробивают себе дорогу. С опозданием, часто в искаженном виде или не в полном формате, но тенденция очевидна. При этом часто наши советы принимаются и подаются как собственные инициативы «Единой России». Например, мы постоянно говорили: возьмите президентские послания за восемь лет, проанализируйте их и увидите, что большая часть его требований не реализована – ни правительством, ни парламентским большинством. Прислушались, взяли послания, проанализировали┘ Вопрос только: вам нужно было три года думать, чтобы понять, что надо взять в качестве программы партии?

– Никаких признаков ухудшения в отношениях с властью вы вроде бы не ощущаете, но при этом говорите о социологах, получающих определенный заказ. Нет ли здесь противоречия?

– Я далек от того, чтобы кого-то упрекать в злонамеренных искажениях. Для таких обвинений надо иметь определенную информацию, которой лишены не только мы, но и профессиональное сообщество социологов. Проверить эти результаты невозможно. Однако хочу обратить ваше внимание: если рейтинги СР сейчас у разных служб близки, то в течение прошлого года они, давая показатели популярности «Единой России», обнаруживали разницу чуть ли не в 20 пунктов┘ (примерно 47 и 29%). Это вещь тоже совершенно необъяснимая. Если у вас похожие методики, то вы должны иметь сопоставимые результаты! Чтобы хотя бы в рамках некоего разброса они пересекались. А когда идет системное скашивание в ту или иную сторону, то это говорит либо о системной ошибке в методике, либо о желании угодить заказчику, пусть даже на подсознательном уровне. Ведь если тот, кто заказывает музыку, доволен, то пригласит «девушку» и в следующий раз┘

НИКОЛАЙ ЛЕВИЧЕВ: «КОНТРЭЛИТАМ НУЖНО ОБЕСПЕЧИТЬ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО ВО ВЛАСТИ»
 

http://www.politcom.ru/article.php?id=4888
Секретарь политбюро президиума центрального совета партии «Справедливая Россия» Николай Левичев считает, что приход Ельцина и ельцинских элит к руководству страной стал возможен на волне стихийной демократизации общества: «Впервые за многие десятилетия люди вышли на улицы - их вела жажда перехода от регулируемой гласности к истинной свободе слова. На этом буме общественных ожиданий к власти пришли представители тех, кто ранее был лишен возможности выносить свои суждения дальше коммунальной кухни или отдельной малогабаритной квартиры. Впрочем, мой личный опыт общения с теми представителями новой элиты, которые имели ученые степени и считались тогда носителями чуть ли не истины в последней инстанции, достаточно противоречив. Полагаю, эти люди не совсем представляли себе, как будут развиваться события в ближайшие год–два, не говоря уже о ближайших десятилетиях».

- То есть стратегии развития страны у них не было.

- Они исходили из уверенности в том, что все сразу встанет на места, достаточно лишь порвать со старыми порядками.

- А на самом деле старый порядок в лице части советской номенклатуры сумел воспроизвести себя в новых условиях.

- По данным Института социологии РАН, несмотря на все революции и кадровые потрясения, треть нынешних чиновников начинала карьеру еще при Брежневе. Классический пример тому - московский мэр, недавно переизбранный на пятый срок. Волны демократизации прошли в одну сторону, в другую, потом схлынули – а Лужков остался. И знаете, почему? По воспоминаниям Станкевича, когда в бытность Гавриила Попова московским градоначальником в столице случился дефицит с растительным маслом, Попов не знал, что делать и где взять это самое масло. А вот Лужков - знал. Иными словами, пришедшая на волне демократизации интеллигенция была, может, и неплохо подкована теоретически, однако не обладала никаким опытом управления. Поэтому ее довольно быстро сменили «крепкие хозяйственники».

Но что получилось в итоге? Общество так и осталось вне процесса принятия политических решений. Оно так и не смогло выбраться из ловушки «зрительного зала». Российские граждане до сегодняшнего дня остаются лишь зрителями разыгрываемого перед ними политического спектакля, к тому же не всегда яркого и зрелищного. Вертикальная мобильность в России невысока. Попасть в политическую элиту, шаг за шагом продвигаясь по карьерной лестнице, у нас мало кому удается.

Но давайте сравним отечественную практику с тем, что происходит на Западе. Из того, что сегодня на слуху, можно привести историю успеха нынешнего премьер-министра Великобритании Гордона Брауна, который вступил в лейбористскую партию подростком и, ступенька за ступенькой, дошел до поста главы исполнительной власти. В России же в верхний слой политической элиты попадают скорее из других элитных групп, чем из структур гражданского общества либо поднимаясь по карьерной лестнице. Крайне редки случаи, когда депутат муниципального образования становится депутатом областного ЗакСа, а затем выходит на федеральный уровень.

Причиной этого отчасти являются проблемы с качеством региональной и местной элиты. Но главное все же в другом. В конкурентных политических условиях образованные и энергичные люди обязательно объявят о себе, выказав претензии на участие в политическом процессе. Однако выборы регионального и местного уровня в России зачастую безальтернативны. Рекрутинг кадров для политической элиты сегодня осуществляется не по итогам свободной конкуренции программ и кандидатов, а совсем другими способами.

- Какими?

- Назову три основных. Люди приходят из бизнес-среды, в этом случае предприниматель конвертирует свои ресурсы в соответствующее им политическое влияние; из сообществ наподобие кланов и родственных групп; из других элитных групп, наконец, из бюрократической элиты.

Так, согласно уже упоминавшемуся исследованию Института социологии РАН, сегодня на всех уровнях власти наблюдается значительное увеличение числа бизнесменов. Ставленники крупного бизнеса и их агенты в высшем российском руководстве составляют 16%, в Федеральном Собрании – 17%. В законодательных собраниях регионов цифра доходит до 70%.

Но особенно велико сегодня значение чиновничьего корпуса. Опросы выпускников школ и учащихся вузов показывают, как сильно изменилась жизненная ориентация молодежи в 2000-х по сравнению с 90-ми. Если десять лет назад самыми популярными профессиями были профессии юриста и экономиста, то сегодня молодые люди стремятся попасть в государственный аппарат. Мой коллега по партии Геннадий Гудков обозначил ситуацию таким образом: страна советов становится страной откатов.

- Можно ли российскую элиту вслед за многими экспертами назвать «бюрократической»?

- Она сама по себе инкорпорирована в систему государственной власти и зависима от нее. Но особенно активна именно административная элита - как на идеологическом, так и на организационном поле. Кстати, это не во всех отношениях плохо. Действия этой элитной группы способствуют консолидации нашего атомизированного общества на основе общих мировоззренческих стереотипов. Но есть здесь и другая сторона медали, связанная с обеспечением и консервацией своего лидерства. Например, многие значимые действия «партии власти» можно объяснить стремлением любой ценой сохранить себя во власти. С большим упорством нам сегодня внушается мысль о том, что элита и «Единая Россия» - тождественные понятия. Однако надо понимать, что всякий политический монополизм ведет к самоуспокоенности, застою, и в конечном счете к деградации общества, отлученного от рычагов принятия решений. Доступ в элитарные слои должен быть открыт, это аксиома политической науки.

И в этом смысле плюралистичная партийная система – важнейший канал ротации и рекрутинга элит. В России этот процесс только начал развиваться. Несмотря на попытки противодействия со стороны доминирующей партии, позитивные сдвиги налицо.

- Вы назвали бизнес-среду в качестве одного из главных поставщиков новых кадров в политическую элиту. Что движет предпринимателями?

- Расширяя свое жизненное пространство, многие из них упираются в некоторые препятствия, которые можно преодолеть лишь на политическом уровне. Иными словами, ни развивать собственный бизнес, ни реализовывать другие жизненные устремления без выхода в политическую элиту предприниматель уже не в состоянии. Это общее ощущение многих бизнесменов из поколения сорокалетних, с которыми я общаюсь. Спрашивается, что делать успешному предпринимателю регионального уровня, полному сил и амбиций? Офис в областном центре, членство в английском клубе во фраке с бабочкой - все это у него уже есть и уже ему не интересно…

- Вы рассматриваете проникновение бизнесменов во власть как позитивное явление?

- Во всяком случае как вполне естественное. Я вообще считаю, что, как бы кому ни хотелось технологизировать общественные процессы, существуют определенные закономерности общественного развития, и не стоит им препятствовать. Российские предприниматели претерпели эволюцию в самосознании, и сегодня отнюдь не все из них руководствуются чисто меркантильным интересом расширения лоббистских возможностей. Большей частью я сталкивался с намерениями гуманитарного порядка. Люди рационализировали свое желание участвовать в политической деятельности таким примерно образом: «я хочу, чтобы мои дети жили в нормальной, цивилизованной стране» или «я хочу после себя оставить какие-то сущностные следы моего пребывания на этом свете». То есть мотивация носит больше идеалистический, патриотический характер.

И это укрепляет меня в мысли, что мы в «Справедливой России» делаем полезное для страны дело, поскольку торим дорогу людям с такого рода устремлениями. Однако, к сожалению, происходящая в последние годы монополизация политического пространства препятствует общественной эволюции. Предприниматели не способны органично встраиваться в ту обюрокраченную элиту, которая пристроилась к государственной кормушке, и потому вынужденно формируют контрэлиту, прежде всего на региональном уровне. Сегодня нужно дать этим контрэлитам представительство во власти.

- «Справедливая Россия» претендует на роль партии, которая станет площадкой для контрэлит?

- Идеологическая платформа партии базируется на защите интересов работающих людей. И в этом смысле защита предпринимательского корпуса находится не на первом плане. Однако при всей социал-демократической ориентации «Справедливой России» свобода предпринимательства находится в рамках нашей идеологии. Тут нет противоречий. Все здоровые общественные силы, начиная от простого сознательного гражданина и заканчивая социально ответственным предпринимателем, должны быть включены в жизнь государства и общества.

Мы сегодня говорили о бюрократизации элиты. Но сам чиновничий корпус тоже весьма разнороден. И если мы посмотрим, например, на представительство в государственной и бюрократической элите людей в погонах, то окажется, что их число достигло 25% . У многих возникает ощущение, что этого достаточно, что если больше - уже страшновато.

- Силовики получили власть при Путине.

- А, вообще говоря, была ли этому альтернатива? На волне общественного недовольства временами «ельцинского разгула и разграбления страны» (именно так формулировали простые российские граждане свое отношение к 90-м) во власть был рекрутирован государственно–бюрократический элемент, постаравшийся положить этому конец теми средствами и способами, которые были для него доступны и понятны. То, что часть этой элитной компоненты в итоге не удержалась от связанных с властью соблазнов, сегодня очевидно.

Но интересно, как сильно изменилась за семьдесят лет публичная риторика, призванная объяснять санацию элиты. В свое время оставшийся неизвестным автор сочетания слов «враг народа» создал формулу, отправившую миллионы людей в места не столь отдаленные. Представителей номенклатуры репрессировали преимущественно за взяточничество и воровство. Вслух этого сказать было нельзя в силу идеологического догматизма, поэтому использовали «шпионский» дискурс. А в конце 90-х – начале 2000-х мы видим совершенно противоположную картину, когда за посягательство на политические процессы олигархов наказывали с контексте «спора хозяйствующих субъектов».

- По вашим ощущениям, коррупция в 90-х была больше, чем в 2000-х?

- Если в 90-х годах коррупционные сделки осуществлялись весомо и зримо – чемоданы, коробки из-под ксерокса, оффшорные зоны, - то сегодня применяются более скрытые технологии. Как свидетельствует эксперты, ныне в ходу откаты и дарение акций. Коррупция принимает все более скрытые, латентные формы, поэтому все труднее оценивать ее масштабы.

- Глава фонда «ИНДЕМ» Георгий Сатаров напрямую увязывает бюрократизацию политического режима и резкое увеличение коррупции.

- Это жестко заданная и упрощенная схема. При всем уважении к аналитическим исследованиям то, что их выводы озвучивает Сатаров, девальвирует всю значимость экспертных оценок. Человек, находившийся в числе немногих советников президента, при котором возник один из самых коррупционных режимов в истории страны, пусть уж лучше пишет мемуары.

- Но он активно занимается оппозиционной деятельностью. Как стал возможен феномен «Другой России», достаточно широкого движения, которое делает ставку даже не на смену режима, а фактически на деконструкцию государственности в ее нынешнем виде?

- Вспоминая терминологию прошлых лет, «отщепенцы» существовали во все времена при любых режимах. Что касается «Другой России», как говорится, всех этих оленей мы знаем в лицо. Например, Гарри Каспаров – типичный пример человека, который, достигнув высшего уровня компетентности в очень узкой сфере деятельности, почему-то решил распространить свой опыт на другие сферы, где все устроено совершенно иначе. Его феномен - это дефект нашей публичной жизни. Согласитесь, не вполне нормальна ситуация, когда свое присутствие в информационном поле, свою позицию ньюсмейкера «по шахматным вопросам» можно конвертировать в политическое влияние. Увлечение Каспарова исторической теорией академика Фоменко должно было бы автоматически закрыть ему путь в политическую элиту. Однако, как видим, пока этого не происходит.

- Может быть, проблема в отсутствии той самой карьерной лестницы, о которой вы говорили?

- Дело не только в карьерной лестнице. Очень важны традиции. Иными словами, элита должна сложиться и воспроизводиться как класс. Мы сегодня на подходе к тому моменту, когда элитная прослойка начнет воспроизводиться на «генетическом» уровне. Собственно, последние года два этот процесс уже идет. Отучившись в престижных заведениях, дети элиты начинают занимать статусные позиции, должности, свидетельствующие об их причастности к элитному слою. В этом году я впервые столкнулся с интересной симптоматикой в политической сфере – в политику пошло поколение сыновей. Думаю, что в следующей Госдуме будет присутствовать уже два поколения российской элиты. Такого у нас еще не было.

Однако как дело пойдет дальше, я прогнозировать не берусь. Постсоветской элите насчитывается всего пятнадцать лет, и у нас нет достаточного материала для экстраполяции.

- То, о чем вы говорили, можно описать иначе: элита сформирована, все места заняты, а для тех, кто не успел, просто закрыли двери.

- Думаю, это все же сильное сгущение красок. В начале 70-х, когда мне было 18 лет, я написал такие строчки: «Обреченность трамвая. Однозначность пути. Хоть дороги не знаю, но с нее не сойти». Карьерная линия для меня как представителя интеллигенции была, казалось бы, предначертана – отучиться, попасть в аспирантуру, защититься, годам к пятидесяти дослужиться до доктора наук... Общее ощущение от этой предзаданности было не слишком позитивным. И в этой связи переезд из Питера в Москву оказался существенным расширением возможностей. Москва уже тогда была большим муравейником, состоящим из автономных элитных групп - федеральная элита отдельно, московская отдельно, министерская, партийная, военная и т.д. отдельно. Не попав в одну группу, можно было попробовать себя в другой.

Так вот, на сегодняшний день у молодого человека гораздо больше возможностей для реализации своих амбиций. Я лично знаю людей, которые в 90-е годы рассылали свое резюме в сотни зарубежных университетов и получали приглашение учиться, ехали, получали гранты, заканчивали, а через 10 лет возвращались в Россию и находили себе здесь достойное место. При том, что во время моей юности даже мечты такой быть не могло! Безусловно, сегодня тяжело, но ведь и Ломоносов, как известно, шел в Москву с рыбным обозом. «Справедливая Россия» выступает против единого госэкзамена, но при всех его минусах нельзя отрицать, что он призван дать хотя бы теоретическую возможность молодому человеку из Сахалина поступить в московский вуз.

Или пример с партизацией общественной жизни. Как бы ни был ущербен закон о выборах депутатов региональных собраний, он создает равные стартовые возможности в политической сфере. «Справедливая Россия» в данный момент формирует региональные списки на осенние выборы в Госдуму. И мы столкнулись с ситуацией, когда московские представители элиты не могут быть механически втиснуты в региональные списки, поскольку за них просто не проголосуют люди. Сегодня партии вынуждены ориентироваться на авторитет, который тот или иной политик имеет у местного населения. Конечно, проблема сдачи карточек для голосования никуда не исчезла, и в этом смысле обманутые ожидания будущих депутатов еще впереди. Но сегодня они определенно полны воодушевления. Они видят, что им предоставлен шанс войти в политическую элиту России.

27.07.2007

Мысль о мысль высекается
 

http://www.levichev.info/5_111.htm
24 января 2008

Оксана Ушакова

Три из четырех парламентских фракций возглавили народные избранники, работавшие в Государственной Думе прошлого созыва. И лишь руководителем депутатского объединения "Справедливая Россия" стал новичок нижней палаты Николай Левичев. Хотя на Охотном ряду в статусе депутата он впервые, однако в политике Николай Владимирович отнюдь не дебютант:

– Моя политическая биография как публичного политика началась еще в марте 2002 года. Тогда я вошел в состав организационного комитета по созданию Российской партии Жизни.

– А чем занимались до переломного в вашей судьбе 2002 года?

– Более десяти лет посвятил издательскому бизнесу. Начинал в 1991 году, когда книжный рынок еще не был наполнен. Создавал серию "Библиотека остросюжетной мистики", потом перешел в сектор детской развивающей литературы – так появились "Справочник школьника", детские энциклопедии "Все обо всем", "Все обо всех", выпускал книги по истории Москвы и России, один из последних проектов – журнал "Русская жизнь".

Собственно, до недавнего времени являлся генеральным директором издательского дома "Ключ-С" и оставил эту должность в связи с необходимостью исполнять обязанности депутата Государственной Думы. Ведь, по закону, народный избранник не может заниматься предпринимательской деятельностью.

– Николай Владимирович, расстановка сил в Госдуме V созыва такова, что ваша фракция оказалась самой маленькой...

– Пусть она у нас самая небольшая, но высокопрофессиональная. Из 38 депутатов 22 имеют значительный опыт парламентской деятельности на разных уровнях, 14 из них работали в Государственной Думе предыдущих созывов. Треть фракции составляют женщины – это гораздо больше, чем в депутатских объединениях других партий.

В целом в составе нашей фракции очень много высококвалифицированных специалистов в различных отраслях, а также людей, состоявшихся в той или иной общественной, производственной и научной деятельности. Поэтому продуктивность работы фракции "Справедливая Россия" будет отличаться не только количеством инициатив, но и их качеством.

– Но в условиях превалирования одной партии в парламенте непросто реализовать свои законотворческие планы.

– Поживем – увидим: жизнь все расставляет по местам. Не допустить политического монополизма – один из главных тезисов, с которым мы шли на выборы. И именно в силу того, что мы этот тезис самоотверженно отстаивали, нас поддержали почти пять с половиной миллионов избирателей. Я всегда понимал политику как постоянный процесс поиска возможных коалиций.

Если партия "Единая Россия" не на словах, а на деле будет способствовать улучшению социального самочувствия российских граждан, если будет вкладывать средства в человеческий капитал, проводить внятную социальную политику, повышать качество жизни россиян, то мы не станем в позу, а начнем всячески поддерживать ее в этом.

Другое дело, что если это останется словами и по-прежнему будут пылиться на полках важные нормативно-правовые акты, как уже пять лет пылится проект закона о противодействии коррупции, если по-прежнему не будет модифицироваться пенсионная реформа, если по-прежнему не будет проведена реформа доходов населения, тут мы начнем "поддавливать" партию власти к работе в интересах большинства россиян.

Почему-то существует стереотип, что партия обязательно должна бороться за власть. Но в законе "О политических партиях" прописано: главная функция политической партии – формирование общественного мнения. Нам кажется, что в политическом лексиконе, которым заговорили в том числе и руководители "Единой России", очень много тех словосочетаний, которые произносились нами в течение последнего года, а также лидерами партии "Родина", Партии Жизни, Партии пенсионеров в предыдущее четырехлетие. Так или иначе, мы во многом способствовали формированию социально ориентированной повестки дня V созыва Государственной думы.

Нам кажется, мысль только о мысль высекается, и поэтому любого рода конструктивная дискуссия дает шанс на продвижение вперед, на интеллектуальный прорыв. И если наконец-то "Единая Россия" решила, что парламент – все-таки место для дискуссий, то мы это будем только приветствовать.

– Пример искусства коалиционности был продемонстрирован в конце прошлого года, когда четыре партии, в том числе и "Справедливая Россия", выдвинули единого кандидата в президенты страны – первого вице-премьера Дмитрия Медведева.

– Хочу подчеркнуть, что Дмитрия Анатольевича Медведева мы узнали не вчера. Именно Дмитрию Анатольевичу мы передавали концепцию демографической политики, разработанную Российской партией Жизни. Он – один из первых государственных деятелей, который воспринял демографическую ситуацию как политическую проблему. Этот человек, здесь я цитирую Бориса Грызлова, является "социально ориентированным кандидатом в президенты". Поэтому нас очень устраивает, что первый вице-премьер, последние два года занимавшийся выработкой социальной политики государства, претендует на высший руководящий пост в стране.

Подчеркну: беспартийный Дмитрий Анатольевич Медведев хорошо известен россиянам, последние два года он был на виду у всей страны, о нем можно судить по реальным делам. Если взять статистические данные, касающиеся самочувствия населения, то (несмотря на расширяющуюся бездну между богатыми и бедными, о которой мы не устаем повторять) показатели здоровья населения потихонечку выправляются, и в демографической политике наступил перелом.

Отмечу: Дмитрий Анатольевич Медведев вполне состоявшийся политик, состоявшийся государственный руководитель. Мне, например, приятно, что с каждым разом кандидаты в президенты все моложе. Напомню, что Дмитрию Анатольевичу 42 года. Мне кажется, у населения больше энтузиазма появляется, когда страной управляют не те, кто находится на закате жизни, а полные энергии и планов люди.

– Ранее вы упомянули об основных приоритетах "Справедливой России". А какие еще цели ставит перед собой ваша фракция?

– Мы имеем объемный портфель законопроектов – более 100 инициатив подготовлено. Прежде всего планируем бороться за реформу доходов населения. Для нашей страны острейшей проблемой является именно огромная дифференциация доходов. 20 миллионов россиян живут за чертой бедности, то есть имеют доход ниже даже официального мизерного прожиточного минимума. В наиболее сложном положении не только инвалиды, пенсионеры, но и работающие граждане, составляющие так называемые группы "работающих бедных".

Мы выступаем за пенсионную реформу, за выработку внятной государственной социальной политики – то есть отстаиваем интересы большинства работающих и работавших раньше россиян. Мы считаем, что распределяется национальное достояние в современной России несправедливо. Нечего скрывать: стань "Справедливая Россия" партией большинства в парламенте – решение проблем доходов населения, жилья, пенсий, налогов было бы другим, нежели при "Единой России".

В том пакете законопроектов, который составлял неотъемлемую часть нашей предвыборной платформы и который, как показали выборы, был в значительной степени поддержан, есть такие предложения, как переход на прогрессивную шкалу налогообложения. Есть проект закона о роскоши, который уже вносился нашей фракцией предыдущего созыва на рассмотрение Государственной Думы. По-прежнему будем настаивать на принятии закона об оппозиции. Во многих западных странах такой закон не нужен, так как многовековая история парламентаризма сформировала механизмы, которые не нуждаются в кодификации. У нас же принятие такого закона необходимо, иначе и существующая многопартийность благополучно загнется.

Источник: Государсвенная Дума

http://www.newizv.ru/politics/2008-0...-levichev.html
http://www.newizv.ru/images/photos/b...1-levichev.jpg
Руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме Николай Левичев:
«Любой закон можно извратить и довести до абсурда»
28 Февраля 2008 г.

Подготовила Кира ВАСИЛЬЕВА

У нас в гостях на традиционной летучке побывал руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме Николай ЛЕВИЧЕВ. Мы говорили о свободе слова в России, о том, почему граждане не доверяют депутатам. Политик рассказал, чем его партия отличается от «Единой России», и объяснил, почему депутаты оппозиционных парламентских партий не имеют возможности работать с избирателями во всех регионах страны.

– Николай Владимирович, разговор в редакции мы обычно начинаем с вопроса о прессе. Как вы оцениваете качество российской журналистики?

– После того, как я стал публичным политиком, мне очень редко доводилось встречать политических журналистов, с которыми было бы интересно разговаривать. Наверное, отчасти потому, что многие очень молоды – студенты. Например, однажды в субботу мне позвонили с одного из центральных телеканалов и говорят: «Срочно нужен ваш комментарий». Я объяснил, что живу за городом, на что мне ответили: «Ничего, сейчас приедем». Тогда, помнится, речь шла о нашумевшей встрече актива Партии жизни с Владиславом Сурковым, и как раз тогда в прессе появилась фраза о создании «второй ноги» власти. Через два часа приезжает ко мне корреспондент – студент и я понимаю, что ему просто сказали: «Езжай, задай этому хмырю такой-то вопрос». Парень даже не знает, по поводу чего берет у меня комментарий – опубликованной стенограммы встречи в глаза не видел. Еще пример – на региональную конференцию политической партии посылают корреспондента – девушку. Но по ней видно, что она никогда ни в одной общественной организации не состояла и даже не знает, что такое кворум, не знает элементарных демократических процедур и пытается взять комментарий. В общем, знающий, интересный политический журналист нынче большая редкость.

– Как вы думаете, свобода слова сейчас есть в стране?

– Если кому-то захочется полить меня грязью, то это довольно просто сейчас делается. Есть издания, которые не гнушаются это сделать за определенную плату. Я думаю, что сегодня у свободы слова есть определенный тариф. У кого есть финансовые возможности, тот и осуществляет свободу слова. Так, например, в период избирательной кампании была запущена «деза» о моей якобы причастности к сайентологам.

– Но действительно ходят слухи, что вы, Сергей Кириенко и еще несколько политиков были связаны с сайентологами.

– Ни сном, ни духом! Хорошо еще пока не говорят, что я под столом ем младенцев по ночам! Вы сами видите, что у нас, с одной стороны, полная свобода слова. Сейчас я уже добился публичных извинений от г-на Дугина, устами которого запускали эту «жареную утку», и пытаюсь судиться с интернет-ресурсами, которые эту информацию опубликовали. Но в судах мне говорят, что не туда обратился, потому, что они зарегистрированы как электронные версии печатных изданий, которые на самом деле не выходят. Боюсь, эти иски растянутся еще года на полтора. Поэтому в определенном смысле – полная свобода слова.

– Тогда по-другому: в стране есть цензура?

– Ну, цензуры у нас нет точно. В букинистических магазинах можно приобрести старые досоветские издания, где строчки вымараны черными чернилами. В советский период также была даже профессия такая – цензор и был соответствующий государственный орган, который занимался цензурой. С ним согласовывали материалы до напечатания, а еще раньше, до революции, цензуре подвергались даже уже напечатанные книги – простым физическим способом при помощи чернил. В этом смысле цензуры нет. Но, как известно, многие прихожане склонны быть святее Папы Римского. В качестве примера возьмем прошедшие думские выборы. На них избирателей порой склоняли к голосованию за бутылку водки, или грозили, что уволят с работы, или ребенка перестанут пускать в детский садик, если родители не отдадут голос за нужного кандидата. И действительно, люди шли на избирательный участок, брали бюллетень и выражали то мнение, к которому их склоняли. При этом многие держали в кармане фигу. Но некоторые люди не могут жить с фигой в кармане – и начинают писать письма типа: «Уважаемый Сергей Михайлович, в нашу деревню приходил начальник, все дома обошел и сказал, что нам не будет счастья, если мы не проголосуем за такую-то партию. Мы, конечно, проголосовали, но вы этого дядьку накажите». Или директор школы по деревне ходит и собирает паспорта с родителей. Но если вы паспорт ему отдаете, то на что же потом жалуетесь? А потом подводят итоги – а демократические ли были выборы? Как говорил мой любимый учитель: «Математика может проверить очень многое», – к тому же я оканчивал математическую школу. Так вот, я недавно в Интернете нашел очень интересный график: в нем по горизонтальной оси обозначен процент явки на думских выборах от 0% до 100 %, а по вертикали процент голосов, отданных за партию «Единая Россия». Там, где явка составила 50% населения, за «Единую Россию» проголосовали всего 25–35%. Но там, где явка была ближе к 99%, растет и количество голосов, отданных за партию власти. То есть это в Чечне, Ингушетии и других подобных регионах.

– А в Мордовии, говорят наблюдатели, и вовсе вначале насчитывали явку 109 %?

– Значит, она выпала даже из этого графика. Но в целом тенденция понятна – там, где усилия по увеличению явки не предпринимались – результат один, там, где предпринимались – другой. Если обозначить на графике результат оставшихся партий, то, как только явка увеличивается – результат других партий ползет вниз.

– А если бы «Справедливая Россия» оказалась на месте «Единой России» и получила большинство мест в Госдуме, вас бы волновали эти графики?

– Мы не можем поменяться местами с «Единой Россией» в принципе. Но сначала расскажу, почему не удалось нас не пустить в Государственную думу. Примерно за две недели до выборов в наших независимых СМИ стали появляться комментарии кремлевских, как я их называю, экспертократов. Они наперебой высказывались, что «Справедливой России» в Думу ходу нет потому-то, потому-то и потому-то. Но это нас не испугало – так как мы к выборам начали готовиться заранее – у нас на съезде была принята предвыборная платформа, которая была издана тиражом 25 млн. экземпляров, и мы ее сумели распространить по российским городам и весям. Часть этих брошюр осела где-то в гаражах и под столами в партийных офисах, но за 20 млн. я ручаюсь. Мы потом получили несколько десятков тысяч откликов, комментариев и предложений в эту программу. И уже новая программа, принятая на съезде партии в минувшем сентябре, была переписана на три четверти, и в ней учтено огромное количество этих предложений. Например, пункты, касающиеся проблем военных пенсионеров, взяты из писем наших избирателей. В стране нашей оказалось достаточно много людей, чьи аналитические материалы по качеству превосходят работы профессиональных аналитических центров. Поэтому, когда брошюра со словами «План Путина» попадала в руки людей, которые нашу книжечку до дыр зачитали, эффект от нее был нулевой. И поэтому бесполезно нас с «Единой Россией» менять местами, потому что состав нашего основного ядра качественно отличается от состава ядра этой партии. У нас уже почти пол- миллиона членов партии. И огромное большинство этих людей пришли в партию сознательно.

– Но все-таки, чем отличается «Справедливая Россия» от «Единой»?

– Совсем недавний пример – мы не голосовали за поправки в бюджет, которые пришли из правительства, вроде бы с благими целями – увеличить социальные выплаты. Но, по сути, делалась попытка изменения структуры трехлетнего бюджета. То есть его хотели превратить из бездефицитного в профицитный. Дополнительные доходы в размере 1 трлн. 400 млрд. рублей предлагалось распределять таким образом – 331 млрд. рублей – на увеличение социальных выплат, а 1 трлн. 87 млрд. – отправить в стабилизационный фонд. То есть вместо того, чтобы вкладывать их в экономику России, о чем мы уже не первый год говорим, деньги опять будут вкладываться в экономику других стран. Мы понимали: шансов, что эти поправки учтут, у нас не было. Но в целом наша позиция на эти четыре года заключается в том, чтоб будоражить общественное мнение и подталкивать «Единую Россию» в нужном направлении, потому что какие-то наши наработки и предложения частично все же принимаются. И хоть все кричат, что главное для политической партии взять власть, в законе сказано, что на первом месте у партии стоит функция формировать общественное мнение. Мне кажется, что с этой функцией мы худо-бедно справляемся. Вообще попадание партии «Справедливая Россия» в Госдуму является серьезной исторической вехой. Потому что впервые в истории партия, открыто провозгласившая социал-демократические принципы, прошла в Госдуму.

– Если вы себя считаете социал-демократами, вас не смущает, что вас называют «эсерами»? Они были тоже социалисты, но все-таки революционеры.

– Меня лично название «эсеры» не смущает вообще, так как один из моих дедов был членом партии эсеров и депутатом Петросовета, он был балтийским матросом в 1905 году, сгинувшим в 37-м в океане репрессий. Но понимаете, перед нами сейчас стоит проблема вступления в Социнтерн – нам кажется, что для России это будет достаточно значимым событием на международном уровне. Социнтерн на сегодняшний день объединяет более 160 партий из 130 стран. Более 55 этих партий являются правящими в своих странах. Так что это очень авторитетная международная организация. Однако сегодня мне представляется преждевременным констатировать формально, какая на самом деле наша партия: социально-демократическая или социалистическая. Мы свою программу писали, не исходя из наследия Плеханова, а основываясь на сегодняшних мыслях и чаяниях нашего народа, и поэтому мы себя определили «актуальными левыми».

– Вы говорите, что находитесь в оппозиции к партии власти, а какое отношение к самой власти?

– Мы противники революционных изменений, которые связаны с растратой жизненного потенциала нации, и все-таки пытаемся оставаться в том правовом пространстве, которое существует, и улучшать его. Даже в 2003 году, когда Партия жизни на выборах набрала 1,9%, мы стали единственной политической партией, которая поступила по закону и полностью погасила долги за бесплатный эфир – 56 млн. рублей. Кроме нас никто этого не сделал.

– Вы называете крупные цифры – 56 млн. за эфир, брошюра издана 25 млн. экземпляров. Откуда такие деньги?

– Сейчас наша партия ежемесячно сдает справку о доходах и расходах в территориальные избирательные органы. Региональные отделения партии предоставляют данные в региональные избиркомы, а федеральная бухгалтерия контролируется ЦИК. Соответственно налоги платим вовремя. Пока мы не получали положенное по закону по итогам выборов в Госдуму государственное финансирование, партия живет на средства спонсоров.

– Это какие-то бизнес-структуры, которые разделяют ваши взгляды?

– Перечень организаций, которые нам помогают, доступен. Но не будем скрывать, что после съезда «Единой России» с участием Владимира Путина перед думскими выборами, у нас возникла проблема – примерно 9 из 10 потенциальных спонсоров воздержались от выполнения своих, скажем так, фьючерских контрактов.

– Сами воздержались или их кто-то попросил?

– Кто-то сам воздержался, а кого-то, может, и попросили, мне трудно судить. Может, они сами когда-нибудь напишут об этом в воспоминаниях через много лет.

– Тем не менее ждать, что вы перейдете в оппозицию не только «Единой России», но и исполнительной власти, бесполезно?

– А почему вы считаете, что мы не в оппозиции к исполнительной власти? Ведь партия «Единая Россия», которой мы противостоим, это зеркальное отражение КПСС. Только КПСС представляла из себя структуру, которая сформировалась в процессе полного огосударствления партии, а «Единая Россия» формируется за счет партизации властной вертикали. На региональном уровне руководителями этой партии являются люди, занимающие высокие посты в исполнительной власти. Они, обращаясь к избирателям, говорят – если вы проголосуете за «Единую Россию» – мы достроим мост или, скажем, больницу за год, а если вы проголосуете за кандидата от «Справедливой России», то средств на его строительство у государства не будет. Вот и скажите, как не быть в оппозиции исполнительной власти, если она срослась со своей партией?

– А почему вы решили поддержать Дмитрия Медведева?

– Когда партия вырабатывала решение о поддержке, мы с Дмитрием Анатольевичем официально встречались, задали ему вопрос, не планирует ли он в скором времени вступить в какую-то политическую партию. Он ответил, что в обозримом будущем у него таких планов нет. Именно это обстоятельство позволило нам консолидировано выступить в его поддержку. На самом деле я считаю, что неплохой это вариант.

– Последние соцопросы показали, что больше всего россияне не доверяют депутатам, как вы считаете почему?

– В том числе и потому, что у нас представители партий любят поупражняться в остроумии. Они изощренно подбирают какие-то оскорбительные эпитеты для того, чтоб охарактеризовать коллегу по Госдуме. Я считаю, что употребление непарламентских выражений в этом заочном диалоге разрушает политическую культуру общества, формируя негативное отношение граждан к институту политических партий. Поэтому мы и не движемся вперед к правовому государству, к свободе слова, к демократии. Кроме того, демократия развивается на благо человека там, где присутствует многопартийность. А как же развивать многопартийность, если представители разных партий друг друга поливают грязью.

– В итальянском парламенте депутаты частенько дерутся, и никто не скажет, что в Италии нет демократии…

– Можно будет драться, когда у нас доверие к институту политических партий приподнимется хотя бы до 20%, а сейчас оно на очень низком уровне.

– Так откуда быть доверию? Ведь люди видят, каким образом кандидаты попадают в парламент…

– Тут я вас отошлю к классикам, которые говорили «других писателей у меня для вас нет». Вот и у нас в стране других партий, к сожалению, нет, и вряд ли они появятся в обозримом будущем. У меня складывается ощущение, что 29 июня 2002 года мы вспрыгнули на подножку последнего вагона уходящего поезда – именно в этот день возникла и начала расти Партия жизни. Я думаю, что если бы мы затеяли этот процесс с опозданием на полгода – ничего бы не вышло, так как все начинания последних шести лет не состоялись. Но и создать такую партию, провозгласившую демографическую проблему центральной политической проблемой страны, даже на полгода раньше мы тоже не могли, так как в России такая историческая возможность сложилась только к весне 2002 года. Соответственно и условия для объединения «актуальных левых» созрели только к середине 2006 года.

– Не тяжело работать в Госдуме?

– Я когда был маленький – родственники собирались по праздникам вместе – отмечали 7 ноября, 1 Мая – уж какие были праздники. В основном все разговоры за столом в интеллигентской семье сводились к тому, какая глупая и тупая власть. Рос я тоже с этим же убеждением. Но когда начал знакомиться с людьми на разных уровнях власти, понял парадокс – оказывается, человек внизу этой властной вертикали смотрит наверх, думает – какие же там идиоты. А человек, который находится на верху и смотрит вниз, думает – какой же никчемный народец мне достался. Как руководить таким народом? Какое ни дашь указание, какой закон ни придумаешь – его тут же извратят, вывернут наизнанку и доведут до абсурда. Что касается проблем – у нас в думе 38 мандатов, у ЛДПР 40, и у КПРФ 57 мандатов, а субъектов Федерации в России больше 80. Но в законе о статусе депутата есть норма – что депутат обязан осуществлять связь с избирателями и ему обязаны предоставить помещение и еще ряд дополнительных возможностей для организации общественной приемной только в том субъекте федерации, который входил в региональную группу, по которой избран кандидат. Это значит, что в 30 регионах мы это можем сделать, а в 50 оставшихся нет. Перед «Единой Россией» такая проблема не стоит, так как она имеет как минимум по одному депутату от каждого региона. Сейчас решением нашей фракции мы закрепили за депутатами в порядке обременения дополнительные регионы. Например, Краснодарский край – где за нас проголосовали 195 тыс. человек и нет ни одного депутата от этого региона. В этом вопросе представители всех «малых» фракций Госдумы уже достигли объединенной позиции, и мы надеемся, что нам удастся убедить думское большинство ввести соответствующую поправку в закон о статусе депутата и изменить ситуацию. Эти четыре года мы хотим работать с избирателями, в том числе и в тех субъектах, где за нашу партию голосовали, но депутат от региона в Госдуму не попал.

О позиции политической партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"
 

http://www.levichev.info/5_8.htm
11 августа 2008

Руководитель фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Государственной Думе, член Бюро Президиума Центрального совета партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: РОДИНА / ПЕНСИОНЕРЫ / ЖИЗНЬ" Николай Левичев осветил вопросы, отражающие различные аспекты позиции политической партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", в интервью газете "Союзное вече".

– Николай Владимирович, "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" называет себя партией оппозиционной. По отношению к кому и чему?

– В первую очередь по отношению к курсу, проводимому сегодня партией конституционного большинства, название которой вы знаете. Опыт показал, что партия власти не может самостоятельно решить все проблемы, с которыми сталкивается страна.

Более того – мы считаем, что праволиберальные идеи вообще ничего хорошего России не принесут. Нашу задачу мы видим именно в поиске и предложении альтернативных вариантов развития страны. Также мы находимся в жесткой оппозиции к чиновничеству, которое в некоторых субъектах федерации находится у власти уже более полутора десятилетий.

Нам не нравится политика несменяемости кадров. "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" борется за реальную состязательность кандидатов на высшие должности в исполнительной власти, за реальную политику, за то, чтобы страна не сползала в тот застой, куда ее толкают карьеристы и коррупционеры. В конце концов, современная Россия сталкивается с очень серьезными вызовами, и исторического времени на новый застой у нас нет.

– Вы этим бросаете вызов "партии власти", но при этом поддерживаете Президента Медведева и премьера Путина, возглавляющего "Единую Россию". Нет ли в этом противоречия?

– Думаю, все согласятся с тем, что никому не нужна оппозиция ради самой оппозиции. Цель "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" – добиться конкретных результатов. Мы рассчитываем на продуктивное сотрудничество с Президентом и Председателем Правительства, и моя недавняя встреча с ними в очередной раз показала: наши взгляды на проблемы страны, на пути развития России во многом совпадают. Поэтому кричать о том, что черное – это белое, а белое – это черное, мы не будем.

Хочу напомнить, что в 1990-х годах разочарование народа оппозицией наступало порой даже быстрее, чем разочарование в "партиях власти" ельцинской эпохи.

Вина или даже беда тогдашней оппозиции в том, что она не смогла сформировать общей повестки дня с действующей властью, ограничиваясь тотальной критикой. Потеряла популярность не идея оппозиции как таковая, потеряли авторитет политики, имитирующие деятельность, а также те силы, которые провоцировали раскол и беспорядок.

Люди ждут решения их проблем, а получают шоу. Мы так работать не хотим. Хочется подчеркнуть – взаимодействие власти (в том числе партии парламентского большинства, которая пока не очень-то хочет идти на компромисс) и оппозиции должно рассматриваться в контексте развития России.

Все мы граждане одной страны и политические партии в первую очередь являются участниками одного общего дела и несут общую ответственность перед народом. И никакого противоречия в этом нет. Кстати, хочу напомнить вам, что мы поддерживаем высшее руководство страны далеко не во всем. К примеру, мы голосовали против предложенных Правительством Владимира Путина поправок в бюджет. И можно найти массу таких примеров.

– Если я Вас правильно понял, системная оппозиция призвана предлагать альтернативные подходы к решению проблем, при этом сотрудничая с властью, а не впадая в крайность тотальной критики. В чем Ваша "альтернативность"? Что предлагает "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" гражданам страны?

– Наша позиция напрямую связана с идеологическим самоопределением как партии социал-демократов, защищающих людей наемного труда в условиях рыночной экономики.

В течение завершившейся сессии Государственной Думы мы внесли на рассмотрение коллег 42 законопроекта, которые направлены на прямую реализацию положений Программы партии.

Кстати, хотел бы обратить внимание на то, что парламентское большинство отклоняет большинство наших предложений. К примеру, наши изменения в статью о трудовых пенсиях, где предлагалось привязать размеры индексации страховой части пенсии к годовому индексу роста среднемесячной заработной платы – с тем, чтобы коэффициент замещения не продолжал катастрофически снижаться. Я говорил об этом и на встрече с Президентом Медведевым.

Мне кажется, наша партия обладает высоким потенциалом, и рано или поздно он будет востребован. В современном мире никого не удивляет факт, что, например, в Европе консерваторы по итогам выборов меняются местами с социал-демократами, а в Америке – демократы с республиканцами. Уверен, что и в России недалек тот день, когда на смену правящей партии придет "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ".

– Несмотря на то, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" – партия, близкая к власти, зачастую Вы сталкиваетесь с жестким давлением. Почему так происходит?

– Во-первых, близость к власти – это миф, который распространяется конкурентами. Мы – полноценная оппозиция, а быть оппозиционной партией в России вообще непросто. Во-вторых, действительно, оказываемое на нас давление беспрецедентно.

Мы сталкиваемся с административным давлением во всех без исключения избирательных кампаниях, работа нашей фракции в Думе также показывает, что права парламентской оппозиции сегодня законодательно не обеспечены.

На региональном уровне такие процессы происходят, прежде всего, из-за застоя и усилий бюрократии, уверовавшей во вседозволенность. А на федеральном – это является следствием политического монополизма одной партии.

Однако я не открою Америку, если скажу, что сознательное ослабление оппозиции провоцирует интеллектуальный застой. И в этом кроется опасность разложения любой власти, ведь, как известно, опираться можно только на то, что оказывает сопротивление.

Источник: Справедливо.ру

Николай Левичев: Кризис порождён избытком экономического либерализма
 

http://www.levichev.info/5_225.htm
05 декабря 2008

Ярослав Григорьев

Мировой финансовый кризис не обошёл стороной и Россию. О своём взгляде на его причины и последствия "Парламентской газете" рассказал руководитель фракции "Справедливая Россия" в Государственной Думе Николай Левичев.

– В чём, по вашему мнению, заключается главная причина возникновения и развития мирового финансового кризиса?

– Сегодня господствует точка зрения, что происходящие с мировой экономикой события стали следствием фатальных ошибок, допущенных крупными компаниями и правительствами западных государств. На мой взгляд, причина происходящего глубже – мы наблюдаем не кризис в системе, а кризис самой системы либеральной экономики, исповедуемой Западом и в агрессивной форме навязываемой остальному миру. Становится всё более очевидным, что либеральная модель экономики, основанная на незыблемости ценностей "свободного рынка" и полном невмешательстве государства, несостоятельна. В своё время произвела фурор книга Фрэнсиса Фукуямы, после крушения СССР провозгласившего "конец истории" и глобальное торжество либеральной демократии по западному образцу. Как мы видим, его прогноз не сбылся и идеи либеральной демократии терпят крах. Кстати, и сам философ недавно признал, что либеральные принципы завели США и весь остальной мир в политический и экономический тупик.

– Что же придёт на смену капиталистической системе?

– Сейчас политический маятник качнулся влево. Неделю назад я вернулся из Мексики, где проходило заседание Совета Cоциалистического интернационала. Естественно, именно кризис, а также его экономические и политические последствия были главной темой обсуждения. Практически все эксперты сходятся во мнении, что расхлёбывать заваренную либералами кашу будут социалисты. Не случайно сегодня во всём мире возникает огромный интерес к идеям современной социал-демократии.

– Это значит, что мир ожидает "социалистический ренессанс"?

– Действительно, это словосочетание уже на слуху. Давайте посмотрим на факты. Социалистический путь развития выбрали большинство стран Латинской Америки, и сегодня процесс продолжается: скоро состоятся выборы в Сальвадоре, и наибольшие шансы на победу имеет левый Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти. Социал-демократы и социалисты победили на выборах в Чехии, Словакии, Болгарии, Словении, Румынии. В этом смысле мировой финансовый кризис обещает и положительные результаты. Подвергнув сомнению все фундаментальные ценности западного мира, кризис будет способствовать поиску новых эффективных моделей экономического развития.

– Но США, к примеру, продолжают настаивать на незыблемости ценностей свободного рынка.

– Давайте проанализируем реальные шаги вашингтонской администрации. Под разговоры о государственном невмешательстве в экономику американское руководство резко ужесточает государственный контроль над рынками. Более того – в США и других западных странах идёт массовая национализация банков и крупных корпораций. Вспомните критические возгласы со стороны американской администрации, когда Уго Чавес переводил под государственный контроль венесуэльские нефтедобывающие предприятия. Тогда они утверждали, что национализация является уделом исключительно авторитарных правителей!

Масштабность и глубина нынешнего кризиса стали по-настоящему очевидны, когда от либерально-рыночной риторики стали отказываться её наиболее ярые проповедники. Бывший глава ФРС США Алан Гринспен публично признал, что он был "частично неправ", декларируя, что рынок может оценивать риски лучше правительства.

– Однако до последнего момента американская экономика демонстрировала рост. А значит, в безопасности была и мировая система?

– Не надо забывать, что стремительный рост экономики и благосостояния населения в США происходил за счёт ресурсов, которые должны были обеспечивать развитие в будущем. Следствием безудержного форсирования роста стала гигантская задолженность. Сегодня государственный долг США превышает 10 триллионов долларов. Чтобы финансировать текущие долговые обязательства и дефицит собственного бюджета, правительство США запускало печатный станок. По оценкам экспертов, за последние 25 лет мировой ВВП вырос в четыре раза, в то время как объём денежной массы, прежде всего долларовой, с учётом производных финансовых инструментов увеличился более чем в 40 раз. Политика "рост экономики любой ценой" требовала огромных инвестиций, которые невозможно было привлечь традиционными методами. Это стало следствием появления так называемых производных ценных бумаг – деривативов, причём их эмиссия абсолютно не регулировалась. Сегодня совокупный объём рынка деривативов составляет, по некоторым оценкам, около 1100 триллионов долларов. Астрономическая цифра. Рано или поздно этот финансовый пузырь должен был лопнуть.

– Какие последствия этого ожидают российскую экономику и российское общество?

– С некоторыми следствиями кризиса мы уже столкнулись, и нам ещё придётся ощутить и инфляцию, и спад производства, и рост цен на продукты питания, и рост задолженности по зарплатам. Нас очень беспокоит сокращение социальных расходов и условность запланированных бюджетом повышений пенсий, зарплат и социальных выплат, которые не покроют инфляционный рост цен. В первую очередь кризис может ударить по наименее обеспеченным слоям населения.

Правительство уже признало опережающий рост инфляции по сравнению с прогнозируемым, который в этом году достигнет, а возможно, и превысит 14 процентов. Напомню, что это средний рост цен, с учётом предметов роскоши, автомобилей и т.д. Между тем особенно быстро растут цены на товары первой необходимости и продукты питания, что критично для пенсионеров и малообеспеченных граждан. Ни пенсии, ни зарплаты не смогут компенсировать ожидаемого роста цен, особенно если услуги ЖКХ или транспорт подскакивают в некоторых регионах на 30 процентов. Сегодня стали всерьёз обсуждать вопрос о введении продуктовых карточек для малоимущих. Комитет Государственной Думы по труду и социальной политике уже направил на согласование в Правительство законопроект о продуктовых сертификатах. Получается, что в результате неолиберальных реформ парламентское большинство вкупе с Правительством возвращает в жизнь практику "распределительных коммунистических режимов". Вот уж, действительно, консерваторы.

Заметим, что если снижение потребительского спроса в связи с кризисом во всём мире ведёт к снижению цен, то в России почему-то мы наблюдаем обратную картину. Это свидетельство того, что наша экономика является рыночной лишь формально, на самом же деле мы имеем высоко-монополизированную экономическую систему, которая не включает механизм адекватного ценообразования. Особенно меня умиляет позиция нашего бизнеса, продолжающего повышать цены, чтобы компенсировать снижение объёмов продаж увеличением нормы прибыли.

Всё больше информации о сокращениях персонала, об урезании зарплаты на предприятиях вне зависимости от их сферы деятельности. Всё очевиднее, насколько наши работники незащищены, насколько слабы наши профсоюзы и как несовершенно наше трудовое законодательство. Невозможность легально защищать свои права неизбежно приведёт к росту протестных настроений.

Вместе с тем я убеждён, что последствия кризиса для нашей страны были бы гораздо менее ощутимыми в случае грамотной политики Министерства финансов и Центрального банка.

– Что конкретно они делали неправильно?

– Депутаты фракции "Справедливая Россия" неоднократно встречались с министром финансов Алексеем Кудриным и другими руководителями финансово-экономического блока Правительства и пытались доказать, что вместо вкладывания денег Стабилизационного фонда в сомнительные зарубежные активы нам необходимо поддерживать реальный сектор экономики.

Я много общался с самыми разными предпринимателями и от всех слышал примерно одно и то же: в результате жёсткой финансово-денежной политики взять кредит в России под нормальный процент было невозможно. Многие стратегические предприятия, не имея возможности кредитоваться в России, были вынуждены занимать средства на Западе (совокупный внешний корпоративный долг российских компаний составляет порядка 400 млрд долларов), в результате чего сегодня оказались зависимы от иностранных банков и политики властей иностранных государств.

Другой важный фактор – неспособность финансово-экономических властей последовательно переводить экономику страны на инновационный путь развития. Ведь всем было понятно, что золотой дождь нефтедолларов будет литься на нас не вечно. После падения цен на нефть мы уже лишились значительной части доходов бюджета. Если бы экономика России обладала другой отраслевой структурой, бюджет бы так не пострадал.

– Как, по-вашему, необходимо действовать?

– Эксперты фракции "Справедливая Россия" разработали план стабилизации экономики и минимализации социальных последствий мирового финансового кризиса.

Если говорить о путях насыщения банковской системы ликвидностью, то, по нашему мнению, наиболее приемлемой формой является путь "снизу", то есть через снижение налогов. Снижение НДС до 10 процентов – это лишь одна из мер, предлагаемых нашей фракцией.

С другой стороны, мы настаиваем на прогрессивной ставке подоходного налога. В конце концов, почему бюджетник с доходом на уровне прожиточного минимума и мультимиллионер отчисляют одинаковый процент в бюджет от своих доходов? К сожалению, пока наш бизнес не спешит вкладывать деньги в инновационное производство, в отечественную науку и культуру, не очень-то он засветился и на ниве благотворительности. Покупая виллы, яхты, эти люди становятся объектом ненависти со стороны тех, кто едва сводит концы с концами, и при этом не стесняются публично высказываться о том, что бедные сами виноваты в том, что они бедны, как недавно заметил господин Авен в одном из своих интервью. Во-первых, бизнес, наконец, должен осознать и принять часть ответственности за общество. Во-вторых, надо усилить контроль за деятельностью бизнес-структур и повысить эффективность налогообложения. Почему налоговая система никак не может стать инструментом экономической политики?

В целом же я и мои коллеги придерживаемся мнения, что на сегодняшний день первоочередной задачей является сбалансированное распределение денег между снижением налогов, вложением в локомотивные отрасли экономики, социальными расходами, а также экстренными расходами на преодоление кризиса.

Вместе с тем не хочу выглядеть пессимистом. Уверен, что для России кризис несёт новые возможности. При грамотных действиях Правительства, при консолидированных действиях власти, общества и бизнеса наша экономика должна выйти из кризиса обновлённой и структурно переориентированной. От сырьевой экономики мы должны перейти к инновационной. А вот как это сделать – это уже тема другого, гораздо более обстоятельного разговора.

Источник: Парламентская газета

Начальный курс института демократии
 

http://www.levichev.info/5_593.htm
22 мая 2009

В преддверии 20-летия начала работы Съезда народных депутатов СССР "Парламентская газета" задала видным российским парламентариям шесть вопросов:

Какова была политическая обстановка в СССР весной 1989 года? Что ее характеризовало?

Что заставило власти СССР перейти к такому варианту парламентаризма, как съезд?

Насколько адекватен был для тогдашнего СССР такой вариант представительной законодательной власти?

В чем главные итоги работы съезда? Заложил ли он основы современного российского парламентаризма?

Кто из участников первого съезда народных депутатов СССР вам особенно запомнился? И почему?

Какие исторические уроки съезда надо учесть для развития парламентаризма в нашей стране?

Николай Левичев, руководитель фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Государственной Думе (в 1989 году – помощник секретаря ВЦСПС).

1. К моменту начала работы I съезда народных депутатов СССР идеи перестройки, гласности уже дали свои плоды. Открылись шлюзы, через которые начало выплескиваться недовольство существующим положением дел в стране. Было очевидно, что планово-распределительная экономика, как она существовала в Советском Союзе, не способна решить стоящих перед страной задач. Темпы экономического роста продолжали замедляться, около 40 процентов всех средств уходило только на поддержание военного паритета с США. Начатые в 1985 году экономические реформы потребовали серьезных политических изменений. При этом было ясно, что КПСС отживает свой век, теряет авторитет и власть. Угроза бюрократического атеросклероза КПСС для всего общества осознавалась как серьезная проблема. Вместе с тем на тот момент еще не было видно опасности грядущего развала страны, большинство и в правящей элите, и в обществе полагало, что развиваться, идти вперед будет именно Советский Союз. Люди действительно ждали и хотели перемен к лучшему.

В той ситуации можно увидеть очевидные параллели с сегодняшним днем. Мы хотели выйти из ловушки сырьевого развития еще 20 лет назад, но по-прежнему рискуем остаться на обочине постиндустриального мира. Очередное падение цен на нефть продемонстрировало, сколь безрассудно полагаться на один только поток нефтедолларов. При этом существующая политическая элита в лице партии парламентского большинства отвергает многие инициативы, направленные на переориентацию экономики на инновационный путь развития. В этом смысле и сырьевая направленность экономики, и сверхконцентрация собственности в руках узкой группы сверхбогатых, и государство торжествующей бюрократии – во многом результат политических усилий "партии власти", выдававшей инерционный сценарий развития общества за стабильность. На примере СССР мы видим, к чему может привести монополия на власть одной партии. Сегодня нам жизненно важно не повторять тех ошибок.

2. После начала перестройки все острее звучала критика Советов и советской системы управления, которая, как всем было ясно, в действительности была далека от народовластия. Да и в КПСС зрел раскол, была группа недовольных политикой Горбачева, на местах создавались альтернативные центры власти. Пришло понимание необходимости легитимации политических реформ, привлечения к управлению государством людей, далеких от номенклатуры и аппаратных игр.

Именно партийная конференция 1988 года решила, что партийные органы постепенно должны передавать полномочия Советам народных депутатов. При этом высшим органом государственной власти решено было сделать Съезд народных депутатов СССР. В ходе проведения тех преобразований никто не планировал отказываться ни от советской власти, ни от "развитого социализма".

3. Съезд народных депутатов казался Михаилу Горбачеву наиболее оптимальным средством демократизации нашей страны. Понятно, что главным контекстом в тот момент было назревшее недовольство КПСС как властью номенклатуры. Поэтому успех сопутствовал тем кандидатам, которые сосредоточились на критике идеологии, системы управления, правящей бюрократии. Делегатами избирали в первую очередь тех, кто критиковал КПСС. Другое дело, сегодня это можно признать, что именно КПСС была стержнем государства. Если бы реформирование партийной системы шло другим путем, мы бы видели другое развитие событий, но, как известно, история не терпит сослагательных наклонений.

Вместе с тем опыт демократического транзита в разных странах подтверждает, что разом перейти от советской действительности к подлинной демократии невозможно. Общество да и сами депутаты оказались не готовы к такому повороту событий. Люди, скажем так, были настроены честно и открыто выражать свое мнение, но не желали слушать других и не шли на компромисс. Культура диалога и политической дискуссии вырабатывается в ходе долгой исторической практики.

4. Главным итогом тех событий является то, что общество поверило в возможность влиять на происходящее. Тогда были заложены основы гражданского сознания и новой политической культуры. Было принято несколько по-настоящему значимых решений, во многом предопределивших дальнейшее развитие страны: это и изъятие знаменитых 6 и 7 статьей, которые предусматривали руководящую и направляющую роль Коммунистической партии; принятие законов о конституционном надзоре в СССР, об учреждении поста президента.

Подчеркну, что тот вариант парламентаризма был своеобразным компромиссом между сторонниками и противниками реформ. Однако роль первых свободных и честных за всю историю нашей страны выборов, показавших действенность демократических процедур, переоценить трудно. Это был, если хотите, первый курс института, который называется "демократия". Сессий или даже контрольных работ еще не было, поэтому все виделось в розовом цвете.

Выборы народных депутатов проходили на альтернативной основе. Один только этот факт позволяет назвать те выборы первым шагом к будущей российской многопартийности. Кандидаты вели ожесточенную борьбу друг с другом, причем часто они проводили свои кампании без астрономических бюджетов и изощренных технологий (о пиаре в Советском Союзе вообще ничего не слышали), рассчитывая только на собственную интуицию и красноречие. Были проведены первые в СССР теледебаты, а Анатолий Собчак и ряд других кандидатов выступали с мегафонами у метро. Я до сих пор помню, какой ажиотаж царил на тогдашних выборах. Они вызвали беспрецедентную активность избирателей. Нам бы сегодня такую явку!

Между тем я бы не стал идеализировать тот опыт. Та демократия имела в некотором смысле половинчатый и одновременно демонстративный характер.

5. Спустя 20 лет можно сказать, что в памяти остались Сахаров, Собчак, Ельцин. Тогда во власть пришло много интеллектуалов, которые определяли ход политической полемики. Они по-разному обращали на себя внимание. Стиль Юрия Афанасьева или Гавриила Попова сильно отличался от стиля Алеся Адамовича или Бурбулиса. Но помню, что на многих российских граждан неизгладимое впечатление производили именно способность говорить "без бумажки", яркие реплики Собчака и готовность многих членов межрегиональной группы дискутировать. До сих пор в памяти картина идущего по проходу зала академика Сахарова после его знакового выступления...

Важным обстоятельством стало то, что кроме депутатов по территориальным округам в новый орган также избирались представители общественных организаций, творческих союзов и так далее. В результате депутатами были избраны многие люди, по-настоящему не зависимые от КПСС, – Галина Старовойтова, Юрий Щекочихин и другие. Они, по сути, и стали мотором всех самых громких преобразований. Именно они активно участвовали в работе по созданию различных комиссий по расследованию войны в Афганистане или по событиям в Тбилиси.

6. Сегодня многие обвиняют наши парламентские институты в незрелости, говорят о дисбалансе исполнительной и законодательной властей. И действительно, во многих случаях исполнительная власть тянет одеяло на себя. Между тем наша демократия еще слишком молода, мы не имели столетнего опыта развития парламентаризма, как многие западноевропейские государства.

Сегодня можно сказать, что российский парламентаризм уже имеет свою новейшую историю, которую можно изучать, анализировать. Парламент как политический институт стал неотъемлемой частью российской политической жизни. Можно спорить или не соглашаться с особенностями нашей политической системы, но сам факт развития многопартийности в стране и функционирования многопартийного парламента, существующего уже многие годы без конституционных кризисов, важен.

Да, не все получается гладко. Вместе с тем сегодня идет реальное усиление роли парламента, который становится все более профессиональным. Свидетельством могут служить принятые поправки в Конституцию о контрольных полномочиях Государственной Думы, а также блок законов, направленных на совершенствование партийной системы. Можно отметить, что начатая 20 лет назад демократизация привела к реальной многопартийности.

Источник: Парламентская газета

Николай Левичев, лидер фракции "Справедливая Россия", в гостях у Михаила Соколова
 

http://www.svoboda.org/content/transcript/1787890.html
28 июля 2009
http://gdb.rferl.org/4D764AF4-2719-4..._w640_r1_s.jpg
Говорит о политическом ханжестве и реформах в России
Михаил Соколов

Николай Левичев, лидер фракции "Справедливая Россия", в гостях у Михаила Соколова говорит о политическом ханжестве и реформах в России

Николай Левичев: У нас конференция 5 августа. Поэтому у нас еще есть возможность оценить диспозицию политических сил, которые будут участвовать в этой кампании помимо нас, для того, чтобы последние штрихи внести в ночь на 5 августа.

Михаил Соколов: То есть 4-го числа "Единая Россия" проводит конференцию, а потом вы?

Николай Левичев: Да.

Михаил Соколов: То есть вы за собой оставили последнее слово. Ну а кто у вас все-таки из известных людей может пойти, скажем так, из тех депутатов, которые известны в Москве?

Николай Левичев: Мы обсуждали возможность участия в этой кампании, прежде всего, Галины Петровны Хованской как депутата, хорошо известного москвичам и признанного эксперта в области жилищной политики, прежде всего. Ну, я как депутат от Москвы Государственной Думы, в принципе, тоже имею моральное право поучаствовать в этой кампании, будучи, тем более, руководителем регионального отделения партии в городе Москве. Но будем ли мы применять "паровозный" принцип – это все-таки зависит от той тактики, которую наши основные конкуренты предпримут.

Михаил Соколов: А за что вы покритиковали Юрия Михайловича Лужкова как мэра? Или не покритиковали бы вообще, учитывая, что до половины москвичей готовы его то ли любить, то ли терпеть на этом посту, похоже, вечно.

Николай Левичев: Если говорить о Юрии Михайловиче Лужкове как квинтэссенции московской городской политики последних десятилетий, скажем так, то я не скрываю, что... Я привожу пример, и я этот пример приводил и президенту, и председателю правительства на встречах с ними, Москва, если хотите, самый недемократический город мира. Потому что 35 депутатов Московской городской Думы на 7,5 миллиона избирателей – это один из самых высоких показателей. Во всяком случае, мне не удалось найти, а я специально этим вопросом интересовался, такие мегаполисы или столицы, как Берлин, Лондон, Токио и так далее, везде эти показатели в разы, если не в десятки раз выше. 450 тысяч москвичей избирают одного депутата Мосгордумы – это, в принципе, покруче, чем даже выборы в Федеральное Собрание.

Михаил Соколов: Ну, в Марий Эл 56 депутатов будут в октябре избираться, а в Москве 35. Действительно, забавно. Представительный орган очень слабый.

Николай Левичев: А кроме того, конечно, система муниципального управления...

Михаил Соколов: Да его нет просто. Это имитация.

Николай Левичев: ...она в Москве сведена к нулю. Поэтому мы, как социал-демократическая партия, которая выступает за повышение участия граждан в организации их собственной жизни, по этим принципиальным моментам будем критиковать существующее положение дел.

Михаил Соколов: Я вас все-таки спрошу еще о соперниках. Есть уже ясность с ЛДПР: Жириновский во главе списка.

Николай Левичев: У них конференция еще тоже не прошла.

Михаил Соколов: Да. Но обещал же. Хотя, конечно, может и обмануть, всякое бывало. Может и уйти. Проигрывать, конечно, никому неохота.

Ну, "Правое дело" сошло с дистанции. Что скажете?

Николай Левичев: А я уже по этому поводу высказал глубокое сожаление. Можете опять же на мой сайт...

Михаил Соколов: А они что, у вас отнимали голоса?

Николай Левичев: Ну, трудно сказать, что бы они у нас отнимали. Для того чтобы у нас что-то отнимали, нам нужно самим что-то иметь. Пока у нас нет представительства в Мосгордуме. Речь идет просто о том, что мы за плюрализм политический и за то, чтобы все-таки правая партия как-то становилась на ноги. А пропустив эти выборы... Мне очень сложно предсказывать судьбу партии, которая пропускает выборы в столице.

Михаил Соколов: Ну, может быть, как оппозиционное будет становиться как раз на ноги Движение "Солидарность", которое по одномандатным округам будет выставлять своих кандидатов. Так что какой-то баланс будет соблюден, по крайней мере, в агитации.

Ну а "Яблоко" во главе с Сергеем Митрохиным и Евгением Бунимовичем? Они себя позиционируют как умеренно оппозиционная партия, тоже с социал-демократическим уклоном. Вот тут явный ваш конкурент.

Николай Левичев: Ну, насчет социал-демократического уклона, что-то я давно не слыхал от них таких слов. Они как-то все больше словом "демократическая" оперируют.

Михаил Соколов: У них есть социал-демократическая фракция, я вам сообщаю.

Николай Левичев: Ну да. Мы-то уже, как члены Социнтерна, несмотря на то, что моложе их по возрасту...

Михаил Соколов: А вы полноправные члены?

Николай Левичев: Ну, мы пока еще в статусе наблюдателей, но, во всяком случае, думаю, что, может быть, уже даже в этом году этот вопрос будет решаться. Потому что мы участвуем в работе всех структур, комиссий Социнтерна, активно общаемся на всех форумах многопартийных, на межпартийных встречах.

Михаил Соколов: Так "Яблоко" не конкурент, да?

Николай Левичев: Ну, в этом плане нам не конкурент. Они за всю свою историю так и не смогли поставить себя в ряд европейских или мировых социал-демократических партий, а мы это сделали за полтора года.

Михаил Соколов: Андрей из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Не кажется ли вам, что в связи с таким сильным экономическим кризисом в России, уже пора принимать федеральный закон, как целую программу, о помощи бедным слоям населения? И может ли ваша партия разработать эту программу и принять ее?

И второй вопрос. Байден говорил, что грядет углубление экономического кризиса в России. Не кажется ли вам, что это связано с выплатами предприятиями российскими 500 миллиардов долларов долга? И первая выплата – больше 100 миллиардов.

Михаил Соколов: Давайте все-таки о помощи людям поговорим. Действительно, есть ощущение, что помощь людям, Николай Владимирович, в нынешней антикризисной системе идет мимо людей, она уходит крупным компаниям, олигархам, некоторые из которых никак не разорятся. Кстати, у нас был вопрос: "Как ваша партия собирается лечить раковую опухоль олигархии?". Вот о помощи конкретно людям.

Николай Левичев: Я могу отослать к антикризисным мерам нашей фракции, которые были внесены в правительство 4 декабря прошлого года. Этот пакет антикризисных мер в себе заключал то, как экстренные меры по снижению налогов, то есть снижению давления кризиса на реальный сектор экономики, экстренные меры, в частности, по поддержке малых предприятий, которые могли бы решить довольно много проблем нашего населения. Причем эти меры не просто в тезисах были. Мы внесли и пакет законотворческих предложений в декабре же в Государственную Думу и в правительство. Там была предусмотрена помощью населению, расширение внутреннего спроса через расширение потребительского спроса посредством увеличения социальных выплат к восстановлению части натуральных льгот. Речь шла о помощи жилищному рынку и собственникам жилья, о регулировании процентных ставок на рынке межбанковских кредитов при кредитовании реального сектора, в первую очередь. В том числе, был внесен законопроект, который предусматривал ограничения максимальной доли оплаты коммунальных услуг 10% от совокупного дохода семьи, и так далее.

И что касается Байдена, то я думаю, что, так сказать, при всем уважении к его статусу, не его мнение будет определять характер и глубину экономического кризиса в России.

Михаил Соколов: Это правда. Хотя в его словах было то, на что стоило бы, наверное, российским государственным деятелям обратить внимание, по крайней мере. Это же было доброе, в общем, пожелание. В том смысле, что обратить внимание на то, чтобы не цепляться за какие-то идеи прошлого, а идти в ногу со временем, чтобы не отстать от всего мира. Можно по-разному было посмотреть на это выступление.

Между прочим, я бы заметил, что вице-президент Соединенных Штатов ведь не сам говорит обычно, а он выполняет поручение президента. Его функции как раз связаны только с этим. Так что разводить президента и вице-президента здесь бы не стоило.

Николай Левичев: Ну, он высказывался не только по поводу экономического кризиса, он еще сделал несколько резковатых заявлений, которые, на мой взгляд...

Михаил Соколов: Про увядание России, да.

Николай Левичев: ...уже госпожой Клинтон немножечко смикшированы. В политике есть и такой прием, как разводка.

Михаил Соколов: То есть вас Байден не пугает, и это уже хорошо.

Михаил Андреевич из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: У меня ядовитый вопрос. Как известно, бактерии и микробы не подчиняются законам демократии и либерализма. Я в отношении гриппа. Не нужно ли увеличивать количество инфекционистов на медицинских факультетах наших институтов?

Михаил Соколов: Ну да, больше яда, Михаил Андреевич.

Действительно, затраты на здравоохранение, наверное, стоило бы увеличить. Хотя и систему стоило бы немножечко почистить. А то вот идет судебный процесс сейчас по руководителям Фонда медицинского страхования, и там такие суммы украдены, что за голову хватаешься.

Николай Левичев: Если говорить о медицинском страховании, то мы как раз, как партия и фракция, считаем, что нужно переходить на прямое обслуживание населения.

Михаил Соколов: За бюджетный счет?

Николай Левичев: Да. Допустим, больничных касс. Потому что все эти фонды, как промежуточные структуры, вы же знаете, они любят сидеть в хороших офисах, ездить на хороших машинах и так далее. И люди становятся заложниками все-таки бюрократических отношений, которые возникают в этих структурах.

Что касается ядовитости вопроса Михаила Андреевича, ну, я думаю, он имел в виду, конечно, ситуацию с "птичьим гриппом", "свиным гриппом" и нагнетанием страстей вокруг этого. Я все-таки считаю, что здесь что-то не совсем так. Я вижу здесь какие-то, если хотите, может быть, более хитрые козни, какие-то экономические причины.

Михаил Соколов: Ведомственные игры?

Николай Левичев: Ну, самый простой пример, с которым я недавно столкнулся. После истории с возбуждением ситуации со "свиным гриппом", самолеты просто в Латинскую Америку теперь летают не через Мексику, а через Майами. Можно легко прикинуть, наверное, экономический эффект от такой пропагандистской акции.

Михаил Соколов: Но, с другой стороны, я разговаривал с хорошими специалистами, которые говорят, что так называемый обычный, привычный грипп гораздо опаснее, чем тот, вокруг которого сейчас такая истерия раскручивается.

Николай Левичев: Вот именно.

Михаил Соколов: Ну, это надо, действительно, медицинским специалистам решать, а все-таки не депутатам, вот эти вещи.

Дмитрий из Орла, добрый вечер.

Слушатель: Добрый вечер. У меня вопрос про дороги. Вот сейчас страшные вещи на дорогах происходят. Я понимаю, что от вашего гостя здесь особо ничего не зависит. Но факт остается фактом, у нас после этих аварий сразу начали говорить об ответственности водителей автобусов, что их надо снабжать всякими аппаратами. Но почему в Европе и в Америке нет понятия "лобовой удар" за городом? Потому что там все дороги разделены полосами, чем угодно. Ну, водитель уснул. И максимум, что могло случиться – это удар в отбойник и возвращение в свою полосу. Почему у нас все дороги без всяких заградительных полос?

Михаил Соколов: Ну, по двухполосным дорогам действительно так.

Николай Левичев: Ну, Дмитрий, не в бровь, а в глаз! Вы знаете, что как только у нас в России произносят слово "дороги", то сразу возникает ассоциация еще с одним словом, которое начинается на ту же букву. Поэтому дорожная проблема больная. Наша фракция в решении этой проблемы, когда она возникает на заседаниях или в каких-то предложениях правительства, играет активную роль.

Михаил Соколов: А вы голосовали за компанию "Росавтодор"?

Николай Левичев: Мы голосовали против создания компании "Росавтодор" во всех чтениях.

Михаил Соколов: Почему?

Николай Левичев: Потому что на наш взгляд, это еще одна возможность вывода бюджетных средств из-под контроля, в том числе, и депутатов, и перетекание бюджетных средств в частный сектор.

Михаил Соколов: Да, это правда. Во многих странах без этого обходятся. И есть платные дороги, а есть страны с бесплатными дорогами, и очень хорошими. Например, та же Германия.

Хочу поинтересоваться немножечко все-таки историей с историей. Кстати, радиослушательница спрашивала про это – вот этот учебник про "эффективного менеджера" Сталина. Действительно, каково ваше отношение ко всем этим историям, которые в последнее время очень оживились? Какие-то комиссии по борьбе с фальсификациями, законопроект об уголовной ответственности за неправильное освещение истории Второй мировой войны. Как-то опять это все к запретам идет, к ограничению свободы слова. Не очень это хорошо, по-моему.

Николай Левичев: На самом деле, понятно, что это идет от того, что не очень хорошо и то, что мы видим на международной арене. Я отсылаю вас к резолюциям ОБСЕ о том, что надо приравнять...

Михаил Соколов: Да там не написано, что приравнять. Там написано, что было два тоталитарных режима – нацизм и сталинизм. А разве их не было? Было.

Николай Левичев: Я вам могу сказать как человек, один дед которого репрессирован в 1937 году, а другой умер в блокадном Ленинграде, мне, в общем-то, по большому счету, оба этих режима в моей личной жизни нанесли непоправимые беды и горе. Вопрос в том, что мы же видим тенденциозность, с которой подается этот вопрос.

Михаил Соколов: Не вижу.

Николай Левичев: Ну, вы не видите, а я вижу.

Михаил Соколов: Две формы тоталитаризма. Опасные? Опасные. Были? Были. В российском законодательстве по этому поводу что говорится. Есть закон о реабилитации репрессированных народов, и там говорится, что был геноцид. Закон о реабилитации жертв политических репрессий говорит о произволе тоталитарного государства. Вся эта истерия, которую у вас в Думе и в Совете Федерации устроили, – это тоже политиканство, извините.

Николай Левичев: И тем не менее, я считаю, что нужно рассматривать сложные явления, не упрощая. И здесь, например, я сошлюсь на мнение того же Роя Медведева, который к ангажированным историкам...

Михаил Соколов: А можно мы не будем переходить на личности? А то я что-нибудь не то скажу. Давайте в общем плане.

Николай Левичев: Это уже ваше право.

Михаил Соколов: У каждого есть любимые историки и любимые специалисты.

Николай Левичев: Явление сталинизма, и по его мнению, и на мой взгляд, более сложное, чем фашизма. И от того, что мы там что-то через запятую будем рассматривать и клеймить, мы к пониманию лучше не придем. У нас изживание наследия сталинизма идет очень противоречиво, непоследовательно. Мы, в частности, считаем, что это самое больное место у Коммунистической партии Российской Федерации, которая прибегает к этому для того, чтобы, может быть, повышать свой электоральный результат за счет тех людей, которые тоскуют по твердой, железной руке. Ну, давайте как-то все-таки быть последовательными и рассматривать сложные исторические явления, не упрощая их.

Михаил Соколов: Да что тут упрощать!.. Вот ваши тезки вас эсерами называют по первым буквам...

Николай Левичев: Ну и пусть называют. Вот мой дед репрессированный как раз был в партии эсеров в 1905 году.

Михаил Соколов: А вы знаете статистику, что те, кто не эмигрировал члены партии эсеров, социалистов-революционеров, были физически уничтожены по спискам – 99%. И это русская разночинная интеллигенция. Как это называть? Началось это еще при Ленине, а продолжилось при Сталине. И это, конечно, ваше дело, но это ничем не лучше и не хуже, конечно, нацизма. То же самое.

Николай Левичев: А что, вы меня в пособники сталинизма записываете?

Михаил Соколов: Ну, когда вы протестуете против резолюции ОБСЕ, как-то это выглядит странно.

Андрей из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Вот у меня мать инвалид второй группы. Она имеет право на льготные лекарства. По льготам таких лекарств нет, а в соседнем окошке в аптеке – пожалуйста, 500-1 тысяча рублей, и приходится платить. Что вы можете сказать по этому поводу?

Николай Левичев: Могу сказать, что это безобразие. Давайте по-простому поступим. Напишите мне на сайт "levichev.info", опишите эту ситуацию конкретно, и я постараюсь конкретно помочь.

Михаил Соколов: Но это помощь конкретному человеку. А это значит, что система дает сбой.

Николай Левичев: Я не могу сегодня в разговоре с вами щелкнуть пальцами – и изменить систему.

Михаил Соколов: Нет-нет, я говорю, что просто стоит поинтересоваться все-таки механизмом системы.

Николай Левичев: Мы интересуемся, мы приглашали на заседания фракции министра социального развития. Нам докладывали, как система ДЛО функционирует, какие они предпринимают меры для того, чтобы такие факты изживать. Ну, одно дело – какие-то статистические характеристики и результаты по стране, а другое дело – конкретная ситуация у конкретного человека с конкретным лекарством.

Михаил Соколов: И я вижу результаты опроса. В том, что существует сейчас в России политическая оппозиция, положительный ответ дают 39%, а 38% говорят, что оппозиции в России нет. Это "Левада-Центр". Что скажете?

Николай Левичев: Я могу сказать, что оппозиция в России есть. И мы, как оппозиционная партия, по сантиметру каждый день пытаемся отвоевывать плацдарм для того, чтобы конструктивно критиковать те меры, которые иногда слишком быстро реализуются по предложениям других партий или правительства.

Михаил Соколов: А надо бороться за власть оппозиционной партии.

"Мы заставили правительство полеветь"
 

http://www.rosbalt.ru/main/2009/08/03/660266.html
03/08/2009 15:06

Рубрика "Интерактив" – онлайн-интервью с известными политиками и деятелями культуры. Вопросы читателей "Росбалта" принимает руководитель фракции "Справедливая Россия" в Государственной Думе Николай Левичев.

Наталья: Николай, верите ли Вы, что партия, если она не "Единая Россия", может хоть на что-то в стране повлиять?

Н.Л.: Уважаемая Наталья! Я всегда придерживаюсь принципа "дорогу осилит идущий". Если опустить руки и сказать, что все уже решено за нас, никакого позитивного эффекта мы ясно не добьемся. Мы же своей активностью пытаемся заставить правящую партию, правительство и президента прислушиваться к нашему мнению. Есть и конкретные достижения. Нам удается проталкивать свои поправки во многие важные для страны законы. Более того – мы заставили правительство "полеветь", добившись того, что его политика стала более социально ориентированной. Многие наши инициативы были поддержаны Дмитрием Медведевым. Так, на майской встрече с руководством нашей партии президент признал, что требования "Справедливой России" об отказе от прямой финансовой поддержки фондового рынка де-факто уже воплощены в жизнь. Президент поддержал нашу идею квотирования первого рабочего места для выпускников вузов. Одобрены и предложения, касающиеся освобождения от налога владельцев земельных участков, размер которых не превышает 8 соток. Влиять на ситуацию не только можно, но и нужно. Иначе в какой стране мы с вами проснемся завтра?

Юрий Тепляков: Предполагается ли возврат в трудовой стаж периода службы в армии и учебы в институте?

Н.Л.: Уважаемый Юрий! Наша партия и фракция неоднократно выступали с такой инициативой, однако всякий раз правящая партия отказалась поддержать это предложение. Депутаты нашей фракции предлагали учитывать при оценке пенсионных прав застрахованных лиц те "нестраховые" периоды стажа, которые учитывались ранее – отпуск по рождению и уходу за ребенком, обучение в училищах, в специальных учебных заведениях и вузах, пребывание в аспирантуре, докторантуре, клинической ординатуре, служба в армии. Совсем недавно мы с Сергеем Мироновым, Оксаной Дмитриевой и Иваном Грачевым внесли поправки в закон "О трудовых пенсиях в РФ", в котором в очередной раз предложили дополнить периоды, включаемые в общий трудовой стаж при оценке пенсионных прав застрахованных лиц, периодом обучения. Однако законопроекты с таким содержанием неизменно отклоняются, и нашу инициативу постигла та же судьба.

Николай: Почему игорный бизнес в России не запрещался столько лет, а теперь его запретили прямо в кризис, когда безработица высока? Только в одном Санкт-Петербурге около 10 тыс. молодых людей остались без работы после вступления в силу закона.

Н.Л.: Уважаемый Николай! Казино и залы игровых автоматов давно были нарывом на теле российских городов. Наша партия выступала за то, чтобы запретить этот бизнес, еще несколько лет назад. Это необходимо для улучшения социального самочувствия россиян. Между тем мы также добиваемся того, чтобы сотрудники закрывающихся казино были трудоустроены по своим специальностям (экономисты, охранники, официанты – профессии вполне востребованные даже в кризис), а владельцы игорных заведений должны выплатить людям все полагающиеся компенсации, соблюдая предусмотренные законодательством размеры и сроки выплат.

Наталья Полякова: Что делается конкретно вашей фракцией для поддержки молодежи? И много ли ребят "до 30-35 лет" в ваших рядах?

Н.Л.: Уважаемая Наталья! Молодежь активно идет на сотрудничество с нашей партией – сегодня люди до 35 лет составляют около 40% членов "Справедливой России". Мы ведем постоянный диалог с молодыми людьми, поощряя все формы ее самоорганизации и помогая сделать первые шаги в политической жизни. Мы все время расширяем формы и возможности участия молодежи в деятельности государственных и представительных органов власти. Осенью состоятся выборы в Мосгордуму, и молодых людей до 30 лет много среди наших кандидатов.

Помимо этого, хочу обратить внимание на то, что мы предложили обществу правильные и вполне достижимые ориентиры. В программе партии, принятой на состоявшемся недавно IV Съезде, молодежной политике посвящен отдельный раздел с конкретными инициативами. Мы предлагаем, в частности, принять федеральный закон "О государственной молодежной политике", прописав в нем все обязанности государства по отношению к молодежи, определить основные стандарты помощи молодым семьям, студентам, учащимся. Помимо этого, мы добиваемся законодательного обеспечения квотирования первого рабочего местадля выпускников средних специальных и высших учебных заведений, предоставления молодым семьям беспроцентного кредита на покупку квартиры, увеличения размер стипендий до уровня социального стандарта по*требления, увеличения масштабов строительства социального жилья для молодых семей и т.д.

Максим: Как лично вы понимаете предложенный г-ном Мироновым социализм? Продвигается ли его строительство?

Н.Л.: Уважаемый Максим! Мне кажется, что социализм – это справедливое, свободное и солидарное общество, где нет чудовищной пропасти между богатыми и бедными, где власть по-настоящему ответственна перед народом. Государство при социализме уделяет первоочередное внимание социальным вопросам – пенсионному обеспечению, здравоохранению, образованию и т. д. Продвигается ли строительство нового социализма? Популярность нашей партии растет, а электоральные показатели улучшаются. Кроме того, как я уже отмечал выше, мы заставили правительство "полеветь", добившись того, что его политика стала более социально ориентированной. А значит, понемногу, но продвигается.

Петрович: Как вы предпочитаете проводить свободное время?

Н.Л.: Уважаемый Петрович! Из-за плотного графика работы свободного времени у меня практически не бывает. Если же оно появляется, я всегда провожу его с семьей.

Общее дело – на общее благо
 

http://www.levichev.info/5_755.htm
09 сентября 2009

Александр ПРОХАНОВ. Николай Владимирович, вы – видный политик, руководитель думской фракции "Справедливая Россия". Участвуете в законодательном процессе, влияете на решения Президента. Как вы стали политиком? Стечение обстоятельств, страсть к политической игре, желание реализовать свое видение страны?

Николай ЛЕВИЧЕВ. Александр Андреевич, пожалуй, однозначного ответа у меня нет. В судьбе любого человека играет роль множество случайностей, которые в итоге определяют жизненный выбор. В советское время я был близок к молодежной политике, выявлял таланты среди творческой молодежи. Потом занимался книгоиздательством. Летом 2001 года Сергей Михайлович Миронов, с которым я был знаком с детства, стал членом Совета Федерации от Законодательного собрания Петербурга. Моя первая встреча с ним в Москве состоялась 11 сентября, когда все экраны полнились апокалиптическим зрелищем "боингов", пробивающих башни, а мы говорили с ним о жизни, о необходимости собрать вместе активных людей, способных вывести страну на путь возрождения. Очень скоро Миронов стал Председателем Совета Федерации, и эти наши разговоры превратились в намерение создать политическую партию, творческую по духу и созидательную по миссии.

Помню, в то время вокруг Сергея Михайловича забегали люди, принося в его кабинет папочки, где лежали регистрационные документы так называемых "законсервированных" партий. Я сказал тогда, что на "политических консервах" будущего не построить, и мы стали создавать новую, авангардную, если угодно, организацию. Встречались вечерами, я приходил со своими предложениями, выступал в роли советника. Как надо строить партию, я не знал, но как не надо – знал точно. Мы вырабатывали современную идеологию, тщательно подбирали актив. Выбрали место, где в марте собрался Оргкомитет – Красная площадь, дом 1, Исторический музей. Державный символ Кремля и вся неисчерпаемость российской истории. В оргкомитет вошли доктора наук – экономисты, философы, социологи. В конце июня родилась Российская партия Жизни. Позднее к нам примкнули "Родина", Партия пенсионеров, и мы избрали для этого родственного союза название "Справедливая Россия". Ибо справедливость является высшей ценностью российского народа, содержанием его религиозных и культурных чаяний.

Для воплощения этих идеалов лучшей политической философией из традиционного политического спектра сегодня служит социал-демократия. Знаком нашего признания стало принятие "Справедливой России" в мировое социалистическое движение – Социнтерн.

У истоков нашего движения стоял выдающийся русский актер Евгений Семенович Матвеев, который на учредительном съезде партии Жизни произнес очень эмоциональную речь о русской духовности, которая стала его моральным завещанием. Вот так, если кратко, я и стал политиком.

А.П. Вы – представитель власти. Вы действуете в поле власти. Что она для вас, эта субстанция власти? Возможность повелевать, воздействовать на общественное сознание, реализовать свой личный или общественный проект? Или некое бремя, которое возложила на вас судьба, "терновый венец власти"? Как вы чувствуете эту категорию?

Н.Л. В условиях разделения ветвей власти в законодательном органе, тем более – находясь в оппозиции, сакральности власти не ощущаешь. Но приведу вам только один пример, когда я вдруг ощутил эту властную субстанцию, хотя и на мизерном уровне. Я окончил университет, работал в Оптическом институте, и меня профком назначил на летние месяцы руководителем подросткового лагеря на Карельском перешейке. Три деревянных домика, палатки, клуб-столовая – вот и вся резиденция. Персонал из таких же, как я, молодых специалистов расставил кровати, ждем детей. Мне позвонили из профкома: "Автобусы с детьми выехали". А меня вдруг оторопь взяла: сто детей приедут почти в пустыню под мою ответственность. Как заставить это буйное племя подчиняться? Мне двадцать три года, детям от четырнадцати до восемнадцати. Я их увижу впервые. А ну, как взбунтуются? Ребята приехали, расселись, "сверлят глазами", я стал объяснять им правила распорядка. И по мере того, как я говорил, крепло ощущение, что они покоряются моей воле, признают мое лидерство как данность. Потенциальный, заложенный в них бунт не оформился в волеизъявление. Способность удержать инстинкты толпы, направить чужую волю в русло своей – это мое первое реальное ощущение власти, которое потом иногда повторялось. Но мой личный опыт в этом плане незначителен. Больше приходилось смотреть со стороны, попадая то в коридоры Смольного, то на ковровые дорожки Кремля. Власть – это ситуация, когда множество людей добровольно подчиняются некоему персонифицированному институту.

Конечно, власть – это и огромная моральная ответственность, и страстное желание осуществить общественный идеал, и готовность к жертве, и сложнейшие технологии. Но в основе всего лежит описанный мной первичный механизм. Конечно, в России власть очень многолика. Она и чудище, как описал её Радищев. Она и бремя – "тяжела ты, шапка Мономаха!" Это и власть Президента, половина указаний которого, кстати, не выполняется. Это и монопольное влияние корпорации, клана, диаспоры. Это и криминализированная власть в каком-нибудь городке, который живет не по законам, а по "понятиям". А насилие в семье, когда власть на тридцати двух квадратных метрах напоминает беспощадную диктатуру?

А.П. Николай Владимирович, кончаются отпуска, и наступает новый политический сезон. Все ждут его с тревогой. Я беседовал с политологами, военными, разведчиками, с представителями разных страт и слоев; и у всех ощущение исчерпанности, израсходованности предшествовавшего периода. Исчерпаны ресурсы, методики, риторика, народное доверие и традиционные возможности государства. Кончена целая эра, и если не отыскать новые ресурсы, новые формы общения элит и народа, не поставить новых стратегических целей, мы просто скатимся в пропасть. Аварии и катастрофы последнего месяца подчеркивают это ощущение. Вы испытываете нечто подобное?

Н.Л. Если бы последние годы я не жил с этим ощущением, я бы, наверное, не занимался политикой. Я с этим чувством общаюсь со своими коллегами по партии, хожу на встречи с Президентом. Государство, взявшее на себя все формы и способы управления страной, отстранившее человека от свойственной ему самодеятельности, политической, гражданской, культурной, – себя исчерпало.

Сейчас много говорят и пишут о том, что политика в России сворачивается. Ищут виноватых. Я считаю, что главный виновник – это реинкарнация монопартийности, которая превращает политику в ритуальный танец. Как известно, если субъект политики один – то политики нет. Мы видим свою задачу в том, чтобы субъектом политики становились граждане страны, а не узкий круг избранных. А значит, должны быть многопартийность, политическая конкуренция, все то, чего "Единая Россия" боится как огня, особенно на местном уровне.

Если не раскрепостить гражданский потенциал, не задействовать ресурсы гражданского общества, то мы окажемся в тупике. "Вертикаль власти", "административный ресурс", "крепкий хозяйственник" – все эти категории, еще вчера полезные и эффективные, сегодня перестали работать. Если власть намерена осуществлять новую политику, она должна завоевать доверие людей. Люди должны убедиться, что их инициативы не будет наказуемы, их волеизъявление будет учтено в процессе принятия решений, что народ не станет жертвой ненасытных стяжателей, а справедливость ляжет в основу социальных, национальных и политических отношений. То есть возникнет долгожданное "общее дело", в котором найдут свое место богатый и бедный, старый и малый, лидер и простой гражданин.

А.П. А как может возникнуть "Общее дело", когда все российские ресурсы вымываются из страны? Когда горстка богачей присвоила себе национальное богатство? Когда все результаты труда нынешнего и предшествовавших поколений идут на утоление потребностей узкой элитной группы? Вы – социал-демократ. Должно быть, для вас это драма?

Н.Л. Это драма страны. За предшествующие "тучные годы" мы накопили огромные богатства. Но не для поддержки гибнущих банков в условиях кризиса, а на модернизацию, развитие, преодоление нашего опасного структурного и технологического отставания. Народ ждал, что эти миллиарды денег пойдут на высокие технологии, медицину, строительство дорог, обновление городов, оборону, в конце концов. Этого не произошло. Мы сейчас готовим "круглый стол" по проблемам космической отрасли. Поскольку сегодня наша, когда-то передовая в этом страна, стоит по предоставлению космических услуг на девятом месте. Невозможно бороться за возвращение утраченных позиций, не вернув в нашу экономику принципа справедливости. Социал-демократия, которую мы исповедуем, дает нам примеры бурного развития в условиях справедливого общества. Вы правы, Россия не может быть вотчиной абрамовичей, но вот мне только что позвонили из Саратова, где всем вузовским обществоведам 1 сентября рекомендовано прочитать лекции на тему: "Единая Россия – в нашей жизни". Ведь одно с другим связано. Мы боремся с этим политическим монополизмом, закрывающим двери для динамичного развития.

А.П. Я знаю программу "Единой России", обещающую нам рывок к двадцатому году. Это бархатная программа развития, быть может, эффективная в бархатные спокойные годы. Но сейчас чудовищный кризис, преддверие мировых кризисов, войн, катастроф, которые накатываются на Россию. Такой "бархатный" подход, мне кажется, абсолютно недостаточен. При нехватке ресурсов и нехватке исторического времени необходим другой проект, "мобилизационный". Своевременно ли говорить о "гражданском обществе", когда чужие дивизии стоят у границ государства? Сможет ли ваша партия, опираясь на интеллектуалов страны, на лучшие умы России разработать этот радикальный, спасительный проект?

Н.Л. Александр Андреевич, разумеется, наша партия не всемогуща. Она очень молода, находится в стадии становления. Она создавалась на основе тех структур, которые имели, в основном, негативный политический опыт. Поодиночке они не смогли прийти к успеху. Мы достигли его, мы одна из системных, парламентских партий России. Но возникла опасность экстенсивного роста, привлечения самых разных, иногда неподготовленных, иногда нечистоплотных и корыстных людей. Мы несколько раз производили отсев, не заботясь о формальной численности, сознательно оставаясь на уровне четырехсот тысяч членов.

Это "живые души". Встречаясь с ними на местах, в районах, я узнаю, под какой пресс они попадают за свой политический выбор, какая стойкость, целеустремленность от них требуется.

Конечно, кризисные, военные, мобилизационные времена сплачивают нацию, обеспечивают рывок, победу, которые кажутся чудом. Но сегодня нужно развитие долгих, "длинных" процессов, которые не позволят достигнутым успехам рассыпаться, как рассыпались несомненные успехи "мобилизационного" Советского Союза. Вы спрашиваете, есть ли у нас интеллектуалы? Мы их ищем в научных, культурных, политических кругах, в бизнес – сообществе. Сейчас, в период кризиса, с каким губернатором ни заговоришь, в личной беседе он выступает как завзятый социал-демократ, хотя записан в партию власти. Мы выступаем за налог на роскошь, за прогрессивную шкалу налогообложения, возлагающую большую нагрузку на богачей и "разгружающую" бедных. Я побывал на съездах и в штаб-квартирах европейских социалистов. У всех все по-разному, но там присутствует "мобилизация" людей на свободное проявление, на откровенные высказывания, на вдумчивое, неторопливое обсуждение важных проблем. Это тоже "мобилизация", призванная победить апатию, – наше нынешнее русское несчастье. На нашем съезде, обсуждая программу, выступило более 60 делегатов, многие экспромтом, но толково, грамотно, искренне. Теперь я знаю – у нашей партии уже "длинная скамейка", есть из кого выбирать преемников, есть, кому доверить будущее.

А.П. Вы только что сказали, что партия остро нуждается в интеллектуалах, в талантах, в ярких риторах, страстных пропагандистах. Ищите ли вы их в культурной среде, среди писателей, художников, режиссеров? Ведь сегодняшняя культура "бесхозна". Почему бы партии ни привлечь к себе самых экстравагантных литераторов, авангардных музыкантов, художников-реставраторов?

Н.Л. Я много сотрудничал с деятелями культуры. В разные годы достаточно многим "подающим надежды" помогал проторить путь в большое искусство. Таланту, особенно на первых шагах, нужна помощь. Мы добились включения в антикризисную программу правительства раздела "культура", о которой в Правительстве просто "забыли". К сожалению, в итоге всё равно содержание этого раздела оказалось пустым.

А.П. А почему бы партии не созвать ассамблею российских реставраторов, на которой прозвучали голоса в защиту разрушаемых памятников культуры? Например, Пскова или даже Москвы. Или собрать молодых писателей, которые нуждаются в отклике со стороны государства. Им нужны не финансы, не материальное благосостояние, хотя оно у многих плачевно. Им необходимо сознание того, что их литературное дело нужно стране, что страна нуждается в них не меньше, чем в банкирах или кумирах эстрады.

Почему партии не собрать вокруг себя интеллектуалов – концептуалистов, русский "Ренд корпорейшен"?

Н.Л. Одними акциями или собраниями здесь не обойтись. Нужна ответственная государственная культурная политика и кропотливая законодательная работа. Нам нужны законы о благотворительной деятельности, о творческих союзах, о внешкольном художественном образовании. Нужно совершенствовать законодательство об интеллектуальной собственности. Надо строить современные концертные залы, площадки для музыкальных фестивалей, добить, в конце концов, реставрацию и капитальный ремонт Московской консерватории. Мы со своей стороны создали интеллектуальный центр – институт "Справедливый мир", провели несколько художественных выставок с московским Союзом художников, ряд культурных акций. Но это пока капля в море.

А.П. Мне кажется, Николай Владимирович, что "ветер истории" дует сегодня в ваши паруса. Исчерпал себя не только русский олигархизм, но и мировой. Мир стоит на развилке. Либо он станет фашистским, станет сбрасывать ненужные народы, дефектные континенты, такие, как Африка. Или мир станет социалистическим, основанным на справедливости, мир, в котором есть место всех народам, мир творчества и развития.

Н.Л. Да, мы уже вошли в эту глобальную бурю. Мы чувствуем эту развилку. И мы ловим в свои паруса мировой ветер нового социализма. Мы выстраиваем идеологическую партию. В регионах уже сложились самодостаточные команды, которые делают нашу партию реальной общероссийской силой. Доверие народа – наш главный партийный ресурс. Я убежден, что наша партия оправдает это доверие, ибо в основу нашей идеологии и деятельности положена главная ценность русского народа – справедливость.

Интервью Николая Левичева телеканалу "Эксперт ТВ"
 

http://www.levichev.info/5_768.htm
10 сентября 2009

10 сентября руководитель фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Государственной Думе Николай Левичев принял участие в программе "Угол зрения" на телеканале "Эксперт ТВ". Депутат обсудил с ведущим передачи Александром Приваловым подготовку партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ к выборам в Мосгордуму, предвыборную программу, отношение к столичному градоначальнику и т.д. Предлагаем вашему вниманию расшифровку интервью.

Интервью Николая Левичева. Видео телеканала "Эксперт ТВ"
– Здравствуйте, господа. Продолжаем серию встреч с участниками предстоящих выборов в Московскую городскую Думу. Сегодня у нас в гостях руководитель фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Государственной Думе Российской Федерации и глава списка "справедливороссов" на упомянутых выборах Николай Левичев. Здравствуйте, Николай Владимирович.

– Добрый день.

– Скажите для начала, отчего это вы возглавили московский список. Вы, насколько я понимаю, питерец, ну, по происхождению, по началу карьеры. Вы сейчас федеральный политик. Так почему вы возглавляете список?

– Начнем с того, что я москвич. Я тридцать лет жил в Москве.

– А, так вы уже перекрасились? Вы не последнего призыва?

– Во-вторых, я депутат Государственной Думы именно от Москвы, также как и моя коллега Галина Хованская, которая идет на второй позиции в общегородском списке.

– Да, Галина Петровна ведь была и депутатом Московской городской Думы.

– Галина Петровна не раз была депутатом Московской городской Думы. В этом есть логика. Два года работая в Государственной Думе, мы работали с московским избирателем, вели прием граждан-москвичей, мы так или иначе в курсе московских проблем и хорошо понимаем, что большинство этих проблем невозможно решить без воздействия на федеральное законодательство.

– Это бесспорная правда.

– Поэтому мы с Галиной Петровной обеспечиваем как раз стыковку кандидатов в Мосгордуму, которые идут за нами по 17 округам – это в основном люди молодые, энергичные, которые только начинают политическую жизнь. Среди кандидатов есть несколько бывших депутатов Московской городской Думы, так что сплав молодости и опыта у нас присутствует. А мы с Галиной Петровной гарантируем взаимосвязь работы будущей фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"...

– Вы прикрываете спину со стороны федеральной.

– ... в Мосгордуме и нашей фракцией в Государственной Думе.

– Замечательно. Я где-то читал, что Галина Петровна утверждает, что в случае успеха она поменяет мандат и пойдет туда. Вы так не собираетесь?

– Я всегда журналистам говорю, что о политике в сослагательном наклонении предпочитаю не говорить. Но во всяком случае нельзя исключать, что либо мы оба, либо кто-то из нас поменяет мандат депутата Госдумы на городской. Все будет зависеть от результатов выборов.

– Но ни она, ни вы по отдельному округу не баллотируетесь, только в списке?

– Галина Петровна в семнадцатом округе.

– Она и в округе, и в списке?

– Да, как одномандатник.

– Ну, это показывает некоторую особую серьезность намерений.

– Да. Мы посмотрели, мы же последними выдвигали свой список специально. Знаете, как на велотреке: встаешь на колесо...

– Сюрпляс, сюрпляс, конечно.

– ...И после того, как выдвинули Уласа и в списке, и в округе, после того как некоторые товарищи, например, спикер Мосгордумы Платонов – тоже и в списке, и в округе, мы решили, что и у нас есть такой резерв.

– Раз такие многоопытные люди делают так, давай и мы так сделаем. В этом, несомненно, есть резон. Но видите: сюрпляс – дело это такое рискованное, можно засидеться. Скажите пожалуйста, каких итогов для своей партии вы хотите, ожидаете? О чем, может быть, мечтаете? Уровень притязаний.

– Как принято делить на программу-минимум и программу-максимум...

– Да, например, в таком формате.

– ...Поскольку СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ – партия молодая, нам еще три года не исполнилось, и мы штурмовать бастионы Московской городской Думы будем впервые, для нас, конечно, программа-минимум – это обеспечить присутствие СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ в Мосгордуме, то есть преодолеть 7-процентный барьер.

– Или выиграть один из округов. Или это уже не спасает?

– Ну, это дополнительно. В любом случае, парламентская партия должна уже на любых региональных выборах преодолевать барьер.

– Это было бы логично.

– К этому надо стремиться. У нас сегодня, к слову сказать, в 67 субъектах Российской Федерации СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ уже присутствует в региональных органах законодательной власти.

– Ну что же, это действительно достижение, хотя Москва – это весьма специфический субъект.

– Если же говорить о мечтах (мы реалисты, но реалисты-мечтатели), то нам бы хотелось, чтобы фракция "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Московской городской Думе была настолько сильна, чтобы без ее влияния, без ее решений ни одно кардинальное решение в области московской жизни не могло бы пройти.

– Я даже не буду говорить, как вот на сторонний взгляд для не вовлеченных в вашу партийную дискуссию выглядит ваша программа-максимум, вы это сами прекрасно знаете. Ну, в общем, понятно – как минимум пройти, а там уж как Бог даст. Скажите, пожалуйста, а есть ли какие-нибудь оценки того, в какой степени именно московский избиратель готов вашу партию поддержать?

– Я могу сослаться на уважаемые социологические центры, на июльское исследование Левада-центра, который тогда дал нам 9% рейтинга.

– Ну это все-таки очень издалека.

– Это было в двадцатых числах июля, еще до начала кампании. Поживем-увидим.

– Как вы будете вести кампанию? На что будете напирать? Какие будут ваши ключевые, корневые лозунги?

– Надо сказать, что к лозунгам в отношении завоевания умов и сердец москвичей я отношусь достаточно скептически...

– Ну москвичи – народ тертый, да.

– ... одними лозунгами их не возьмешь.

– Ну и слоганы тоже нужны.

– Есть некоторые, ну, можно сказать месседжи, если говорить наукообразным языком, или, может, эпиграфы. Мы выходим на эти выборы с программой, которая была принята на московской городской конференции. Программа эта, с одной стороны, отталкивалась от программы партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ, которая только 25 июня на IV съезде партии была принята. Это объемный документ, который мы в течение года обсуждали по всей стране, очень широко, очень плотно. А с другой стороны, это московская выжимка из нашей федеральной программы основывалась на многочисленных письмах москвичей, на общении с москвичами – то есть учитывала и конкретику московской проблематики. Это основной документ. Но, как всегда водится, агитационные материалы будут какими-то дайджестами из этой программы. Это будут буклеты, листовки, газеты...

– Мы с вами помним и понимаем, что общепартийную программу читали, условно говоря, полтора человека, московскую выжимку – два с половиной человека. А вы же хотите поддержки достаточно широкой. Даже 9% – это чертова прорва народа, это очень много. Они не будут читать.

– Это реальная проблема, которая поставлена перед всеми участниками выборов накануне той процедуры, которая предваряла решение о выборах. Как известно, с начала года была такая информация, что будут полномочия Московской городской Думы продлеваться, в законодательстве есть такая лазейка, и они пройдут в единый день голосования весенний. Но, может быть, это такой специальный технологический прием, может быть, сказалась динамика мирового финансового кризиса, который уже стал не только мировым, но и нашим, отечественным, и опять же уже во втором чтении дата была изменена и летом мы узнали, что выборы состоятся в октябре. Семи с половиной миллионный избиратель города Москвы, который уже, по сути, находился в отпусках, на дачах, конечно, не может быть охвачен сугубо московскими средствами массовой информации, городскими и районными газетами.

– В отличие от любого другого города, в Москве городские средства массовой информации не очень заметны на фоне федеральных.

– Да. Информационное поле москвича – это федеральное информационное поле. Это отчасти обусловило решение, чтобы в составе списка кандидатов в Мосгрдуму присутствовали депутаты Госдумы, политики федерального уровня.

– Как более узнаваемые.

– Они более узнаваемые.

– Но это совершенно не исключает того, о чем я сказал как о лозунгах, вы – как о мессаджах: с чем идете? На что будете ловить вашего избирателя? Уже ловите.

– Главная мысль, которую мы хотим провести – назрели большие перемены в организации московской жизни. Мы считаем неприличным, когда в столице нашей родины, огромном мегаполисе, представительная демократия осуществляется 35 депутатами на 10-ти с лишним миллионный город. Прецедента такого нет не только среди мировых столиц, не только среди крупных политических центров, но даже в субъектах Российской Федерации вы такой пропорции нигде не увидите.

– Ну естественно.

– Поэтому мы считаем, что нужно бороться за то, чтобы представительство москвичей в органах законодательной власти соответствовало современным представлениям. Мы готовим сейчас и будем бороться на федеральном уровне за принятие федерального закона о местном самоуправлении в городах федерального значения – Москве и Санкт-Петербурге, где оно сведено до нуля, на наш взгляд. Потому что бороться с глобальными проблемами, которые на нас обрушиваются, не пробудив инициативу и ответственность граждан – на наш взгляд, этот путь исчерпан для нашего государства. В понедельник в Ярославле пройдет международный форум, посвященный взаимоотношениям государства и граждан, мы ожидаем выступления Дмитрия Анатольевича Медведева на эту тему. При общении с Президентом мы уже получили поддержку и в этом смысле надеемся, что наша законотворческая работа не пропадет...

– Но это законотворческая работа скорее федерального уровня, чем московского.

– Тут нужно очень тщательно проработать московскую проблематику, потому что речь пойдет о перетряске всей системы управления города Москвы. Вы знаете эту систему – префектуры, управы. Муниципальные депутаты практически лишены всяких полномочий и всяких возможностей.

– У них карман пустой, поэтому и ничего не могут.

– Нужно, наверное, будет думать о новом территориальном делении.

– А это уже внутримосковский вопрос.

– Конечно. Об уровне функций взаимодействия между различными уровнями власти...

– У вас есть уже конкретные предложения? Вы готовы предложить какой-то документ на рассмотрение московских законодателей?

– Я боюсь сглазить, удастся ли нам внести этот законопроект до 11 октября, но мы будем стараться.

– Нет, ну удастся ли внести – это отдельная песня. То есть он готов? Существует некий продуманный комплексный тест по этому поводу, который можно обсуждать?

– Вы знаете – любой текст до того, как молотком не стукнут "продано", он все время в процессе.

– Так это хорошо, это не минус, а плюс!

– Да. У нас сейчас начинаются встречи с избирателями. Только что была имитация общественных слушаний по поводу Генплана, поэтому у людей накипело. Мы получаем вал предложений, замечаний. Конечно, это тоже все будем пытаться учесть.

– Николай Владимирович, Вас как возглавляющего список кандидатов в депутаты устраивает уровень контроля, который сегодняшняя Мосгордума имеет над исполнительной властью города Москвы?

– Пока еще это впечатление стороннего наблюдателя.

– Вы же должны понимать, куда вы идете.

– Я как житель города Москвы рассуждаю. У меня почему-то складывается впечатления, что Московская городская Дума в основном оформляет те решения, которые формируются в недрах исполнительного органа власти – мэрии Москвы. Каких-то прецедентов, когда Московская городская Дума выкатывала исполнительной власти требования московских граждан, сформулированные в виде их волеизъявления, оформленного органом представительной власти, что-то на ум не приходит.

– И вы полагаете, что основной причиной таково, видимо, неправильного положения является малосоставность городской Думы?

– И монопольное представительство в Мосгордуме, также как и в Государственной Думе на сегодняшней день, представителей одной партии.

– То есть вы видите свою судьбоносную роль в том, чтобы это пошевилить?

– Да. Мы видим свою роль в развитии многопартийности в нашей стране. Я уже сказал, что в ряде регионов наши фракции уже по крайней мере не дают спокойно спать сильным мира сего, скажем так. Надеемся, что такая же фракция появится и в Мосгордуме.

– Вы не первый человек, который в этой нашей серии разговоров с людьми, идущими в Мосгордуму на этих осенних выборах – не считая представителей "Единой России", все остальные в более или менее агрессивных выражениях выражали неудовольствие по поводу того, как шла регистрация, как готовится кампания, какие административные ресурсы применяются, затрудняя им ход к избирателю, и так далее. У меня вопрос и к вам: а почему все эти ропоты так разрознены? Почему вы не выступаете единым фронтом с вашими коллегами? Да, они ваши политические конкуренты, но в этом-то вопросе вы должны быть едины. Почему нет?

– Вы знаете, мне трудно сказать. Мы ведь "на новенького" на политическом поле. Когда я попадаю в какие-то форматы дебатные, где есть представители, по крайней мере, парламентских партий, все нападают на СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ. Потому что мы как гриб, который всем мешает. И в этом плане нам никто не предлагает объединять усилия. Мы сжав зубы идем сами по себе. Нас зажимают, нас преследуют, нас не регистрируют. Я могу привести свое определение административного ресурса – я пару раз сформулировал это, а на моем сайте Levichev.info оно как эпиграф весит. Административный ресурс – это предоставление возможности подчиненному или зависимому от тебя человеку нарушить закон. И я говорю так: господа хорошие, ведь кто нарушает закон? Тысячи и тысячи членов избирательных комиссий, граждане Российской Федерации, которым говорят: подпиши пустой лист протокола избирательной комиссии, а мы потом впишем туда что надо. Или еще целый ряд процедур. До тех пор, пока гражданское самосознание и политическая культура наших граждан будут позволять идти на эти процедуры, очень сложно бороться.

– Николай Владимирович, если вот так ставить вопрос, так никогда вы не получите возможность бороться. Потому что существует в Уголовном Кодексе кара за фальсификацию выборов. И пока обиженные оппозиционные партии судятся за то, чтобы изменить результаты выборов, они получают кукиш, и так будет всегда. Надо, чтобы сажали конкретного мальчика.

– Ни одного прецедента нет. Я могу вам сказать: у нас есть портфолио. Когда я получаю от правоохранительных органов такое разъяснение: в судебных слушаниях было подтверждено, что такие-то члены или председатели избирательных комиссий совершили такие-то неправомерные действия, но поскольку они имеют на воспитании маленьких детей, положительно характеризуются по месту работы, и в их деяниях не было умысла (а по закону обязательно должен быть умысел), то уголовного преследования не наступает.

– То есть человек подписал пустой бланк без умысла, находясь в бессознательном состоянии.

– Да, да, да. У меня хранятся вот такие дела. Во всяком случае, у нашей партии, за это короткое время, уже есть прецеденты, когда постфактум уже снимали и прокуроров субъекта РФ, и председателей избирательных комиссий. Мы кусаемся.

– Дай вам Бог, потому что это дело точно...

– На этих выборах в Мосгордуму наши представители, что называются, закроют все избирательные участки. На всех участках будут наши наблюдатели, члены комиссий с правом совещательного голоса, поэтому фокусы будут затруднены.

– Ну хорошо. Как вы полагаете, вашу партию интересует вопрос явки?

– Конечно.

– Вам нужно большую явку или меньшую явку?

– Уже даже статистические данные показывают, что повышение явки играет на нас.

– То есть вы тоже относитесь к числу людей, которые считают, что чем ниже явка, тем лучше ведущей партии.

– Конечно. Да. Там еще наступают перекосы в представительстве социально-возрастном при снижении явки. Она же не пропорциональна. Поэтому нюансы есть. Но в принципе, к сожалению, я знаю очень много людей, которые работают на телевидении, журналисты, которые даже бравируют тем, что "я на выборы не хожу". Тогда и не жалуйтесь, господа.

– Ну, право жаловаться тоже нельзя отнять, это конституционное право. Скажите, пожалуйста, в ваших выступлениях в этой кампании, в ходе встреч с избирателями как вы будете отзываться о московском правительстве и конкретно о его руководителе?

– Я сразу должен сказать, что все-таки это выборы не мэра города Москвы, а выборы законодательного органа. Поэтому, скажем, я считаю оправданным присутствие в списке депутатов Государственной Думы, потому что мы все-таки занимаемся законотворческой работой, которая в том числе затрагивает интересы городского уровня и жителей столицы. Но мне кажется, что и по стране, и в конкретном случае, когда эти списки кандидатов в законодательные органы возглавляют руководители исполнительной власти региона – вот здесь, конечно, имеет место момент лицемерия. Потому что ни Юрий Михайлович, ни Людмила Ивановна Швецова, при моем глубоком личном уважении к ней, наверное, не собираются менять свою сферу деятельности таким кардинальным образом.

– Да вряд ли.

– Поэтому я вижу в этом политическую некорректность.

– Понимаю. Весьма логично, на мой взгляд. Но об их основной, титульной деятельности вам же придется как-то отзываться? Как вы это будете делать, в каких тонах, какие оценки им поставите?

– Мы будем конкретно оценивать деятельность по тем проблемным полям, которые больше всего затрагивают москвичей. Я, как и все москвичи, утром не могу добраться на работу гарантированным образом, я, например, обязательно сочетаю личный автотранспорт с поездкой в метро, и там есть свои неудобства, свои плюсы и свои минусы. У меня, например, не получается делать ставку на какой-то один вид транспорта. Мы, конечно, возмущены тем, что в историческом центре Москвы продолжается застройка, мягко говоря, убивающая душу города Москвы. Эта тема не может остаться вне поля нашего внимания. Все, что касается тарифов, все, что касается взаимодействия уровня власти, который обеспечивает бытовую жизнь москвичей, бесправие московских граждан – все это, естественно, будет подвергнуто не просто критике деструктивной, как принято говорить. У нас по всем этим позициям есть конструктивные предложения, что нужно сделать для того, чтобы эти отношения оптимизировать.

– Хорошо. Скажите, пожалуйста, вот я не могу похвастаться доскональным знакомством с вашими программными документами, но я их просматривал, как и у других партий. Я нахожу довольно много пересечений ваших предложений с предложениями, например, КПРФ. Собираетесь ли вы сотрудничать в случае, если вы и они пройдут в Мосгордуму на городском уровне?

– Политика – это искусство возможного. И в Государственной Думе, и в ряде субъектов Российской Федерации так или иначе у нас довольно часто совпадает позиция с позицией фракции КПРФ, особенно в области социальной политики, социальной защиты наших граждан. Поэтому, конечно, будем стараться. Особенно в условиях доминирования одной партии, когда даже совокупность оппозиционных сил не дотягивает до так называемого блокирующего пакета, без такого взаимодействия, конечно, не обойтись.

– Мне говорили о том, что в Мосгордуме традиционно по сравнению с Государственной Думой несколько больше возможностей отдельных депутатов, микрофракций, по конкретике, законопроектам. Да, его невозможно, как и в Госдуме, вывести и провести свой законопроект, но поправить идущие сверху у них больше возможностей. Так ли это, по вашему наблюдению?

– Я здесь не берусь высказать экспертное мнение, потому что нужно иметь какую-то статистически значимую информацию.

– Только изнутри вы готовы будете об этом судить?

– Да. Но опыт работы в Государственной Думе показывает, что все-таки если демонстрировать активность и публичность своей позиции, то так или иначе мы поддавливаем. У нас, например, фракция в Государственной Думы самая активная, на каждого депутата приходится по четыре внесенных законопроекта. Это больше, чем у всех остальных фракций.

– Ну, внесенных – это называется "не догоню, хоть согреюсь".

– Но 25 законопроектов мы провели.

– В этом отношении сложно спорить с нашим сегодняшним гостем. Если не проявлять активность, точно ничего особенного изменить нельзя, и неособенного тоже. Спасибо.

Николай Левичев – о кризисе системы либеральной, капиталистической экономики и социальном государств
 

http://www.exess.ru/?printe=16320&razd_see=1
http://www.levichev.info/depot/35/1/00122904500300.jpg
Фото с © Levichev.Info.
Вопросы руководителю фракции «Справедливая Россия» в ГД РФ задает главный редактор ИА "Moscow Business Times" (а теперь и член партии «Справедливая Россия» – обещаю сохранить статус независимого издания) Дмитрий Ягодин.

Это первое интервью, опубликованное в наступившем 2010 г.

Уважаемый Николай Владимирович, на ваш взгляд, какое будущее ожидает Россию через 5-10 лет?

Будущее нашей страны зависит только от принимаемых сегодня решений. Конечно, многие вещи вызывают серьезное беспокойство. Взять, к примеру, состояние экономики, от которого зависит благосостояние каждого конкретного гражданина. Сегодня можно констатировать, что России так и не удалось осуществить переход от сырьевой экономики к инновационной, что мне кажется одной из важнейших задач для нашего общества. Между тем, в проекте бюджета на 2010 год на финансирование инновационных отраслей выделено примерно 140 млрд. рублей. Это ровно столько же, сколько будет затрачено на подготовку к Олимпиаде в Сочи — событие, безусловно, важное, но с переводом экономики страны на инновационные рельсы явно не сравнимое.

Впрочем, структурные проблемы экономики — лишь один из индикаторов, свидетельствующих о серьезной отсталости нашей страны. В модернизации нуждаются все сферы общественной жизни. Если нашей стране удастся осуществить глобальный модернизационный рывок, мы займем достойное место в новом мировом порядке. Если же ничего радикально не изменится, Российская Федерация рискует навсегда остаться на обочине постиндустриального мира, окончательно оформившись в качестве сырьевого придатка Запада.

Как Вы относитесь к речи Президента Франции о необходимости «реформирования» капитализма?

Сегодня об этом говорят не только во Франции, но и во всем мире. На мой взгляд, нынешний глобальный финансовый кризис свидетельствует о кризисе самой системы либеральной, капиталистической экономики, исповедуемой Западом и в агрессивной форме навязываемой остальному миру. Становится все более очевидным, что данная модель экономики, основанная на незыблемости ценностей «свободного рынка» и полном невмешательстве государства, несостоятельна — либеральные принципы завели США и весь остальной мир в политический и экономический тупик. Сейчас даже самые ортодоксальные приверженцы свободного рынка начинают говорить на языке социал-демократии. Необходимость вмешательства государства в экономику уже даже не обсуждается. Речь идет только о том, как сделать государственное регулирование экономики наиболее эффективным.

Постепенно отказываются от абсолютизации рыночных монетаристских схем даже в США. Большинство европейских стран последовательно строят социальное государство. Скандинавские страны, к примеру, продвинулись в этом направлении очень далеко. А вот Россия, к сожалению, идет в противоположном направлении.

Николай Владимирович, Вы согласны с тем, что, если в ближайшие 2-3 года государство не станет социально-ориентированным, не избежать массовых волнений?

Это вполне вероятный вариант развития событий. Сегодня наше государство колоссально несправедливо, и наша партия не перестает повторять об этом. Доходы 10% самых богатых превышают доходы 10% наиболее бедных, по разным данным, в 25-30 раз! В таких условиях в обществе растут противоречия, которые в конечном счете могут создать базу для социального взрыва. Чтобы избежать такого варианта развития событий, СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ предлагает конкретные инициативы, направленные на рост благосостояния граждан, снижение социальной дифференциации. Только, увы, правящее большинство из «Единой России» такие законопроекты чаще всего бракует.

За что бьется, борется СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ? Как Вы оцениваете действующие антикризисные меры, спасут ли они экономику от развала? Знакома ли Вам политика правительств зарубежных стран?

Главные ценности социализма — справедливость, свобода, солидарность. Мы боремся за построение общества, которое преодолеет чудовищную пропасть между богатыми и бедными. Общество равных стартовых возможностей, где власть по-настоящему ответственна перед народом.

Если говорить об антикризисных мерах Правительства РФ, то мы оцениваем их в целом скорее негативно. Простой пример: на устойчивость финансово-экономической системы России было выделено в 14 раз больше средств, чем на меры по социальной защите населения. На наш взгляд, бизнес необходимо поддерживать «снизу», путем снижения налогов. К примеру, мы предлагаем сократить ставку НДС до 10%. Однако Правительство идет другим путем, что в очередной раз показала пенсионная реформа. Налоговое давление на бизнес существенно усиливается. Если ставка единого социального налога составляла 26% (а для малого бизнеса, работавшего по упрощенной системе налогообложения — вообще 14%), то после реформы налоговое бремя достигнет 34%.

Я считаю, что нам следует перенимать успешный опыт зарубежных стран. В рамках Социалистического интернационала, в который наша партия вступила в прошлом году, мы наладили контакты со многими социалистическими и социал-демократическими партиями, часть из которых являются правящими в своих странах. Особенно пристально, на мой взгляд, необходимо взглянуть на пример Китая, который путем переориентации экспортноориентированной экономики на внутреннее потребление сумел не только избежать многих негативных последствий кризиса, но и выйти из него еще более сильным.

Верите ли Вы в существование малого и среднего бизнеса в России — в нормальном, западном понимании этих определений? Какие конкретные меры поддержки предпринимателей предлагает СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ?

Малый и средний бизнес есть, но его масштабы очень невелики. И чувствует он себя не самым лучшим образом. Сегодня заниматься малым или среднем бизнесом в стране очень сложно. Мешают многочисленные административные препоны, постоянные проверки и «наезды» со стороны чиновников и коррумпированных правоохранительных органов. В итоге доля малого и среднего бизнеса в нашей экономике составляет всего 15%.

Мы, между тем, убеждены, что одна из важнейших функций социального государства — обеспечить каждому человеку и каждой группе людей возможность самому строить будущее — свое, своей семьи, своей страны.

К сожалению, кризис и последние действия Правительства РФ ситуацию только ухудшили. У предприятий теперь вообще нет возможности взять кредит, потому что практически все деньги, выделенные на поддержку экономики, осели в банках. Еще сильнее ударит по предпринимателям и запланированная пенсионная реформа — отчисления единого социального налога заменяются отчислениями в три разных фонда, в результате чего фактическая ставка налога повышается с 26 до 34%, а для малого бизнеса — практически в два с половиной раза, с 14% (для тех, кто работает по упрощенной системе налогообложения) до 34%.

Программная установка партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ — увеличить долю малого и среднего бизнеса в ВВП до 50%. Для этого мы выдвинули целый ряд мер, которые должны освободить бизнес от избыточного регулирования, защитить его от криминала и коррупции, а также дать полноценный доступ к источникам финансирования.

Так, мы предлагаем предусмотреть для предприятий малого и среднего бизнеса льготные ставки арендной платы, снижение тарифов на потребляемые энергоресурсы и подключение к коммуникационным сетям, а также приоритетное право выкупа арендуемых помещений из федеральной и муниципальной собственности площадью до 5 тыс. кв.м с предоставлением рассрочки платежа до 10 лет. Кстати, мы с Оксаной Дмитриевой, Иваном Грачевым и Олегом Михеевым вносили эту инициативу в Государственную Думу, однако законопроект был отклонен парламентским большинством.

Также мы предлагаем предоставить государственные преференции малым и средним предприятиям, которые развивают инновационное предпринимательство и тем самым создают рабочие места для научных работников и разработчиков. Такой законопроект также внесен на рассмотрение парламента.

Важной проблемой для предпринимателей является отсутствие доступа к финансовым ресурсам. Мы считаем, что для кредитования малого и среднего бизнеса необходимо развивать специальные финансовые институты с более доступными для начинающего предпринимателя условиями кредитования: поддерживаемые государством банки и венчурные фонды, финансовые ассоциации, кредитные кооперативы, лизинговые компании. Стимулировать выдачу займов необходимо посредством предоставления государственных гарантий кредитным учреждениям.

Почему понятие «любовь к Родине» для большинства пустые слова?

Причина, которая лежит на поверхности — отсутствие нормального патриотического воспитания. Впрочем, на мой взгляд, надо смотреть глубже. Если государство бросило граждан на произвол судьбы, а его законные представители расстреливают невинных граждан в супермаркетах, много ли найдется желающих любить такое государство? Тем не менее, я уверен, что большинство россиян в случае реальной угрозы существования нашей Родины по-прежнему готовы за нее отдать жизнь. Государство и Родина все-таки понятия разные.

Что Вы думаете по поводу идеи частичной национализации предприятий?

Я считаю это правильной идеей. Национализации могут подлежать предприятия с неэффективными собственниками, которые понабрали долгов, а расплатиться сами не в состоянии. Возвращаясь к антикризисным мерам правительства: мы считали, что не нужно гасить долги корпораций, а если это и делать, то только через национализацию. Это нормальная практика западных стран, где владельцы «проблемных» предприятий под угрозой национализации мобилизуют все резервы, подключают собственные ресурсы и выходят, в конечном счете, из положения.

Почему деньги из федерального бюджета поступают на счета неэффективных олигархических структур? Почему топ-менеджер из «Альфа-Банка» получает несколько сотен миллионов долларов в год и при этом не прекращает плакать о своих «низких» доходах?

Проблема здесь заключается как в неправильно избранных приоритетах государственной политики (поддержка банков и крупных предприятий), так и в отсутствии прозрачности расходования средств, виной чему можно считать недостаточное госрегулирование. В любом случае, ситуация несправедливая. С ней надо что-то делать. Весь мир идет по пути ограничений всевозможных компенсаций и бонусов топ-менеджерам. Мы же, как всегда, идем своим путем...

И личный вопрос-просьба — навеяло недавней беседой со своим товарищем — молодым ученым. До каких пор умные головы России будут жить на копейки?

Пока государство не поймет, что существующее положение дел угрожает национальной безопасности. У российской молодежи сегодня нет никаких стимулов реализовывать себя в науке, кроме интереса. Отсюда — вопрос «утечки умов», о котором сказано уже очень много. Когда обсуждают эту ситуацию, обычно говорят об отъезде молодых ученых за рубеж. На мой взгляд, проблема стоит шире, и речь нужно вести также об «утечке умов» из науки в другие сферы, прежде всего в коммерческую деятельность. 71% ученых России относит себя к малообеспеченным гражданам, а 56% не видят никаких перспектив в плане уровня доходов в ближайшие годы.

Без широкого участия молодежи в научной деятельности невозможно создать подлинно инновационную экономику. Я считаю, что мы должны создать все условия для привлечения в научно-технический комплекс страны талантливых молодых людей. Для этого партия СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ предлагает принять государственную программу обеспечения социальным жильем аспирантов и молодых специалистов, а объем государственных научных стипендий и грантов увеличить минимум в 3-5 раз.

Всем спасибо.

Николай Левичев принял участие в программе "Время политики" на Радио Свобода
 

http://www.levichev.info/5_1075.htm
25 января 2010
http://www.levichev.info/depot/35/1/00128203200240.jpg
Сегодня наши гости в прямом эфире – это лидер фракции "Справедливая Россия" в Государственной думе России Николай Левичев и сопредседатель партии "Правое дело" Леонид Гозман. Мы поговорим о разнообразных последствиях пятничного заседания Госсовета России, где обсуждалась возможная модернизация политической системы.

Собственно, этот Госсовет, не знаю, чего от него ждали, но все-таки ждали, готовили предложения, готовили разнообразные формы модернизации системы.

Я бы хотел сначала попросить Николая Владимировича Левичева поделиться в общем плане своими впечатлениями от этого заседания. Вы не разочаровались?

Николай Левичев: Да нет, я никогда не питаю пустых иллюзий. Результат рассмотрения вопроса совершенствования политической системы на заседании Госсовета, на мой взгляд, поднял в определенной степени градус публичности в нашей современной российской политике. Впервые за очень продолжительное время все главы субъектов Российской Федерации в концентрированном виде получили одну и ту же политическую информацию, а уж кто какой из этого сделает вывод – будем смотреть. Мне кажется, как всегда, каждый услышал то, что хотел услышать.

Михаил Соколов: Как-то они скучали, было такое впечатление. Особенно Юрий Лужков, отметили его. Его критиковали активно, а он позевывал. Как-то не было ощущения, что губернаторы получают указания.

Николай Левичев: Ну что вы. Вы, наверное, неопытный, неискушенный политик. Я предрекал журналистам накануне Госсовета, что самое главное для этой категории политиков, самое главное будут не те слова, которые будут содержаться в докладе, который им раздали, в докладе рабочей группы, и даже не в отдельных выступлениях, а самое главное – это будут паузы, взгляды, реплики.

Вы про Юрия Михайловича сказали, а Минтимер Шаймиев, например, сделал весьма кардинальные выводы из этого заседания, он заявил о своей отставке, о нежелании баллотироваться на следующий срок в президенты Татарстана.

Михаил Соколов: Вы хотите сказать, что его что-то напугало на этом заседании так, что он решил больше не рисковать?

Николай Левичев: Мне кажется, что Минтимер Шарипович, будучи одним из самых искушенных политиков в нашей стране, сделал глубокие, правильные выводы из этого заседания.

Михаил Соколов: Надо давать дорогу молодым. Ну давайте Леонида Гозмана тоже спросим, хотя вашу партию представлял Георгий Бовт, тоже выступал с докладом. Вы, кстати, доклад визировать посылали в администрацию? Я тут странную вещь заметил, что перед этим заседанием сообщалось, что посылали какие-то тезисы в Кремль участники заседания.

Леонид Гозман: Нет, это было не так. Я не знаю, как с другими участниками, с нами было не так.

Я хотел бы начать с другого. Сегодня 40 дней со дня смерти Гайдара. И сегодня я к вам приехал после собрания, посвященного его памяти, в культурном центре Высшей школы экономики. Это было совершенно замечательное собрание. И лица, как на похоронах Егора Тимуровича были лица не совсем такие, как на концертах Петросяна, так и здесь они были другие.

Я просто прошу вспомнить этого великого человека, который не просто спас страну, он сделал новую страну. Я думаю, как в Америке отношение к отцам-основателям, так у нас будет отношение к Егору, светлая ему память.

И дело не в том, что памятники будут, конечно, будут, мы пробьем памятник и в Москве, и в других местах. Но дело не в памятниках, дело в том, что Егор действительно сделал нашу страну, я просто прошу его вспомнить.

Михаил Соколов: Леонид, а что, он хотел видеть такие заседания Госсовета?

Леонид Гозман: Нет, конечно, что вы. Егор был человек реалистичный, очень критично относился к тому, что происходит. Но я думаю, что вся эта, простите, мразь, которая поднялась сейчас простив него, я имею в виду статью в "Московском комсомольце" и многое другое, она потому и поднялась сейчас, что, я думаю, с его уходом им стало понятно, что он все равно выиграл, все равно он выиграл. Конечно, отступление, конечно, противно и ему было противно очень сильно. Я имел честь часто с ним общаться достаточно откровенно. Ему многое было противно.

Но базовые вещи все равно он выиграл, все равно это другая страна, абсолютно другая страна. Конечно, роль Егора в этом смысле переоценить невозможно.

Ничего, отступили, все равно исторически он победил, я в этом абсолютно убежден. Так же как в том, что очень скоро эта пена вся схлынет, и подавляющее большинство людей будет относиться к нему так, как сегодня в Штатах относятся к Франклину или Джефферсону, к тем, кто создавал Соединенные Штаты Америки, так будут относиться к Егору Тимуровичу Гайдару. Хотя, конечно, потеря для нас страшная, просто страшная.

Михаил Соколов: Я бы вернул вас к теме разговора все-таки. Но я замечу, что партия "Справедливая Россия" как раз была инициатором того, чтобы почтить память Егора Гайдара, как политического деятеля, в Государственной думе, другие, правда, как-то так не поддержали.

Николай Левичев: Все-таки справедливости ради я вынужден заметить, мне, конечно, неловко, поскольку в 40 дней высказываться некорректно каким-то критическим образом. Я хочу сказать, что я, например, не разделяю такие высокопарные оценки Леонида Гозмана. Считаю, что история все рассудит. И на этом хотел бы сегодня ограничиться.

Леонид Гозман: История точно рассудит, даже известно – как.

Михаил Соколов: Хорошо, давайте к теме нашего разговора.

Леонид Гозман: Мы никаких тезисов не посылали, я не знаю, как другие, но за партию "Правое дело" я даю гарантию и честное слово, что мы никаких тезисов не посылали, доклад мы никак не согласовывали. Мы делали другое. Когда была рабочая группа, то ко всем потенциальным участникам, в том числе к нам, обратились с просьбой дать предложения, свои оценки и так далее. Мы, естественно, в рабочую группу свои предложения и оценки добавили – это правда. Но тут я не вижу ничего криминального.

Николай Левичев: Я подтверждаю как официальный член рабочей группы, я тоже от "Справедливой России" входил в состав рабочей группы, по два представителя от каждой партии туда входили. Было два полномасштабных заседания рабочей группы помимо челночного обмена материалами. Мы тоже представляли свои тезисы.

В частности, мы избрали такой путь – мы предлагали во все три раздела доклада рабочей группы те оценки и тезисы, которые нам представлялись возможными для такой более-менее консенсусной констатации. При этом понимая, что те оценки и предложения, которые будут более радикальны для представителей других политических сил, прозвучат в выступлении лидера нашей партии Сергей Миронова. Так и получилось.

Михаил Соколов: Я хочу к одному интересному выступлению, основной доклад был господина Георгия Бооса от Госсовета, от власти. И вот что он сказал: "Обвинения в фальсификациях в ходе выборов не должны стать системным явлением, иначе в общественное мнение может быть внедрен тезис о нелегитимности власти. Это крайне опасно".

То есть после этого было еще одно заявление уже о том, что нужно отказаться от обвинений в целом в адрес избирательной системы. Это что, введен запрет на критику нынешней политической практики, Леонид?

Леонид Гозман: Это очень советская вещь. Допустим, сажали диссидентов за то, что они что-то говорили. Причем не говорили, что это неправда, что они говорят, просто про это говорить нельзя. Смотрите, что сказал господин Боос. Он сказал, что нельзя, чтобы в практику внедрились обвинения в фальсификации. Он не сказал, что нельзя фальсификации. Если бы он сказал: нельзя допускать фальсификации выборов. Конечно, нельзя – это преступление против государства, это узурпация власти на самом деле. А он говорит: нельзя допустить обвинений в фальсификации. Это классная такая вещь, абсолютно советская. И они об этом все время говорят, что нельзя обвинять в фальсификациях. Говорят: ребята, не фальсифицируйте, тогда не будет обвинений в фальсификациях. Но, по-видимому, не фальсифицировать им сложно, наверное. Им, наверное, проще запретить обвинения в фальсификациях.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, как вы восприняли тезис Бооса?

Николай Левичев: Я вообще-то, честно говоря, хотел сделать разговор более глубоким. Наша партия, несмотря на то, что принимала участие в демарше, который был совершенно спонтанным в ответ на обвинения, что якобы какая-то спланированная акция, как человек, который принимал решение в зале в конкретной в сиюминутной ситуации, до сих пор считаю, что мы были правы, почувствовав эту ситуацию, поскольку сам факт такого Государственного совета на эту тему на таком представительном уровне в конечном итоге явился следствием ершистости оппозиции, которая несмотря на свою трехголовость и непохожесть друг на друга, в одном оказалась солидарна, что нужно все-таки анализировать реальные процессы, которые происходят, не отмахиваясь от оппозиции как от назойливой мухи.

Но дело в том, что то, что понимается, в том числе и в словах Бооса, под огульным обвинением в фальсификациях – это тоже такая гипербола. В частности, Владимир Вольфович Жириновский, который говорил, что нужно все выборы по всей стране отменить, потому что они сфальсифицированы.

Михаил Соколов: И всех назначить.

Николай Левичев: 75 субъектов Российской Федерации участвовали в выборах муниципального уровня – это многие тысячи и тысячи избирательных ситуаций, многие тысячи кандидатов. И я в свое время говорил прямо, выйдя из зала, что мы не готовы отдать те победы, которые мы завоевали на этих выборах потом и кровью в противодействии административному ресурсу в том числе. Поэтому мы говорили, что мы, конечно, считаем, так же как и вся общественность, что в Москве, мягко говоря, были большие перегибы и в городе Астрахани на выборах мэров.

Леонид Гозман: А Воскресенск, а Дербент, а Марий-Эл?

Николай Левичев: Вы все равно называете некоторые точечные вещи. И, Леонид, согласитесь, что нам ковровые дорожки на выборах никогда никто не стелил.

Михаил Соколов: Давайте вспомним Ставропольский край, где вы выиграли выборы. Где находится лидер вашего избирательного списка, мэр города Ставрополя господин Кузьмин? В бегах в Австрии. Выдачи его требует прокуратура российская. Обвинен он в каких-то махинациях. Но все понимают, что это связано с тем политическим сюжетом.

Леонид Гозман: Нечего выборы выигрывать, неприлично просто.

Николай Левичев: И тем не менее, мы стараемся выигрывать и выигрываем. Говорить о фальсификации тотальной в ситуации, когда в избирательных комиссиях порядка миллиона наших граждан принимают участие, давайте смотреть.

Михаил Соколов: А не бывает систем, которые создают тотальную фальсификацию?

Николай Левичев: Возьмем даже выборы в Москве. Тем не менее, на многих избирательных участках оказались принципиальные порядочные люди, которые не пошли ни на какие давления, запугивания и зафиксировали тот результат, который дали избиратели. Когда мы имеем возможность проанализировать, в том числе с помощью математических процедур, статистику по большому количеству участков, то неправда выпирает. И что бы там ни говорили, мы знаем, как закончатся судебные рассмотрения или наши 120 обращений в прокуратуру города Москвы, мы иллюзий не питаем. Но тем не менее, цена фразы президента о том, что немножко странноватым выглядит представительство в Московской городской думе двух фракций, свидетельствует о том, что молву не обманешь, общественное мнение не обманешь.

Михаил Соколов: Конечно, премьер-министр господин Путин видит в интернете только порнографию. Но в интернете выкладывались довольно грамотные исследования с расчетами.

Леонид Гозман: В интернете все есть, что смотришь, то и видишь.

Михаил Соколов: В общем да, что ищешь, то и найдешь. И Левада-центр провел довольно репрезентативные опросы и исследования, из которых четко следует, что в Москве явка была завышена в итоговых протоколах на 7-8%, а результат "Единой России" на 12-13. Если все совместить, то до 20.

Леонид Гозман: Я во многом согласен с Николаем Владимировичем, по крайней мере, с выводами. Понимаете, конечно, фальсификации, конечно, тотальные, конечно, полное безобразие, беспредел все происходящее. В то же время, понимаете, ресурс вранья, он не стопроцентный. Это не советская ситуация, когда политбюро накануне выборов утверждало их результаты.

Михаил Соколов: А потом обсуждало их с представителями какой-то общественности в виде партий, что есть отдельные недостатки.

Леонид Гозман: Это не совсем такая ситуация. Помните, знаменитая фраза Обаме: были мы в Египте. Надо помнить, откуда мы вышли. Надо помнить, что у нас в прошлом. А в прошлом у нас тоталитарная диктатура, в которой за любой писк сажали в тюрьму. Я не к тому, чтобы защищать, что есть сейчас, я просто, чтобы понимать, где мы живем.

Ресурс вранья у начальства, он не стопроцентный. Они могут, например, если партия взяла, как у нас было в Марий-Эл, мы взяли по самым маленьким оценкам 7%, у них 5% барьер, самое большое 12%. Вот где-то от 7 до 12% у нас было, они нам написали 2,4. Если бы у нас было 20%, они бы не смогли написать 2,4.

Михаил Соколов: А если бы вы смогли вывести хотя бы 1,5% своих избирателей на улицу, то просто даже бы вопроса такого не возникало.

Леонид Гозман: Насчет улицы, знаете, я выходил на улицу.

Михаил Соколов: Маловато что-то вас было.

Леонид Гозман: Было дело. Я считаю, что подставлять людей под дубинки – это не очень хорошо. Самому можно идти, подставлять людей, по-моему, не совсем правильно.

Михаил Соколов: А если люди сами выходят?

Леонид Гозман: Если сами выходят, значит надо защищать людей, защищать их права. Так вот, я хочу сказать вот что, что на той же конференции Левада-центра, на которой были и вспоминали ее сегодня, хотя нони говорили о фальсификациях в Москве, там говорилось, что создана такая стабильность. Вот люди с одной стороны все знают и все понимают, с другой стороны с этим согласны, и они не видят альтернативы, хрен с ним, пусть так будет и так далее. Вот в какой-то момент это начнет меняться.

В свое время у коммунистов, которые пытались остановить Бориса Николаевича Ельцина, возможностей фальсификации и контроля прессы и так далее было значительно больше, чем у нынешних властей. Они не смогли остановить Ельцина. И поэтому я считаю, что мы, конечно, должны всячески эту систему разоблачать, показывать и с ней бороться.

Михаил Соколов: И сотрудничать с ней. Вы же сотрудничаете?

Леонид Гозман: Мы должны сотрудничать со своей страной. Совершенно бессмысленно уйти в глухую несознанку, спрятаться и сказать: все они сволочи и поэтому дружить с ними не будем и заберем все свои игрушки. Тогда они будут делать в стране все, что хотят. Мне бы этого не хотелось.

Поэтому, я считаю, что в тех случаях, когда можно чего-то делать с ними, надо делать с ними. Поэтому мы пошли на Госсовет, поэтому мы делали доклад на Госсовете. Мы считаем это правильным на самом деле.

Более того, я совершенно убежден, что достаточно скоро партии, которые не "Единая Россия", в том числе и наша, достигнут такого уровня, когда они не смогут фальсифицировать настолько, чтобы не пускать нас в парламент. Просто не смогут. Будет у нас 20%, запишут нам 10, но с этими 10 мы будем в парламенте.

Михаил Соколов: Николай Владимирович Левичев, знаете, такой тут комментарий есть, что в ответ на робкие жалобы непримиримой оппозиции (перечисляются все партии) на массовые фальсификации результатов выборов власти дружно послали всех вас на три буквы – в суд. Вы согласны ходить в суд, тот, который какой есть сейчас, Басманный, соответствующие еще, Хамовнический. Тот, который нам известен, который по звонку работает. Вот этот посыл: идите в суд и там жалуйтесь. И вообще жалоб много, вроде было много на словах, а на деле мало – это же ответ власти вам.

Николай Левичев: Вы знаете, я могу сказать, что другого суда у нас пока нет. Судебная система, если уж на то пошло, один из краеугольных камней политической системы, об этом тоже, кстати, упоминалось, пусть может менее выпукло, чем о партийно-политической системе на заседании Государственного совета. Поэтому мы пока подаем иски в те суды, которые есть. Если бы мы этого не делали, как некоторые другие оппозиционеры, которые действительно кричать кричали, а исков не подают, наверное, тогда бы, согласен с Леонидом, ничего бы не менялось в лучшую сторону. А мы все-таки такие иски подаем.

Михаил Соколов: Вы где-нибудь выиграли хотя бы? Есть пример судебных побед?

Николай Левичев: Вы знаете, у нас, например, есть судебные победы, когда наши списки или кандидатов снимали с регистрации, а мы восстанавливали их вплоть до Верховного суда, между прочим.

Михаил Соколов: Госпожа Хованская, тут же вспомнил.

Николай Левичев: Например. Поэтому, знаете, известная метафора про двух лягушек, надо все-таки трепыхаться, иначе совсем в бараний рог согнут. В Москве мы подали 17 исков в районные суды, потому что у нас набралось достаточное количество документальных свидетельств нарушений, а в 120 случаях жалобы наблюдателей или членов избирательных комиссий были вынуждены приобщить к депутатским запросам, которые направлены в прокуратуру города Москвы. Потому что необходимы следственные действия того типа, как на участке Митрохина. Надо, чтобы пошли, что-то вскрыли.

Леонид Гозман: Есть одно основание бороться, даже понимая, что в этих судах выиграть нельзя. Оно состоит в том, что жизнь долгая, и она не заканчивается прошедшими выборами. Если думать так: можешь ли ты отменить результаты прошедших выборов, добиться справедливости по тем выборам, которые прошли? Ежу ясно, что нет. Никто ничего не отменит, никто ничего не сделает. Но это не последние выборы. Будут еще.

И поэтому, если мы будем тихо сидеть, проглатывать субстанцию, которой нас пытаются накормить, и считать, что это нормально и не будем возражать, тогда мы следующие выборы точно проиграем. А если мы будем бороться, если мы будем протестовать против этого, у нас появляется больше шансов на следующий раз. Не на следующий, так через следующий.

Вообще одна из величайших книг, написанных Гайдаром, называется "Долгое время". Вообще время долгое очень и надо на длинные дистанции.

Николай Левичев: Я хочу отметить, что на самом деле прямые фальсификации, куда можно отнести вбросы, махинации с досрочным голосованием, когда используют, допустим, списки людей, которые на протяжении последних трех лет ни разу не ходили на выборы – это одна сторона медали. Меня, например, очень беспокоит искажение волеизъявления избирателей, которое достигается путем других способов воздействия на людей до самого голосования.

Михаил Соколов: По пейджеру хороший вопрос: "Реформируется ли в принципе политическая система нынешней России или ей суждено рано или поздно развалиться, как в советском союзе?". Спрашивает Сергей. Николай Левичев, пожалуйста.

Николай Левичев: Вы знаете, тут могут быть разные оценки по поводу динамики процесса, но тем не менее, какие-то подвижки происходят. В частности, после послания президента Медведева Федеральному собранию было внесено несколько законопроектов, которые расширили возможности оппозиционной деятельности на региональном уровне. Буквально в пятницу, в день Государственного совета президент внес законопроект об ослаблении условий политического представительства партий на региональном уровне.

Михаил Соколов: То есть за 5-7% будут давать одно место во всех субъектах. Интересно, тем, где сохранялось 5%, им придется перейти на эту систему?

Николай Левичев: Там в законе есть оговорка, что там, где 5 и менее нижний порог, то это правило не действует.

Михаил Соколов: А вы решили улучшить что-то, чтобы партии, которые 3% возьмут, им давать право выступать?

Николай Левичев: Емельянов внес законопроект в этой волне инициатив, чтобы те партии, которые не имеют представительства на региональном уровне, но набирают 3%, имели бы право законодательной инициативы.

Михаил Соколов: Да, это такие рюшечки. Леонид, нравится? Видите, как забоятся о партиях типа вашей, "Яблока", "Патриоты России", хотят вам дать по одному месту от души.

Леонид Гозман: Я человек неблагодарный и бессовестный, мне это не нравится. Я считаю это абсолютно недостаточным. На самом деле проблема вот в чем. В чем плюс Госсовета, как мне кажется, который прошел, действительно плюс, серьезный плюс. У него два плюса. Во-первых, сам факт проведения заседания на эту тему означает, что высшее начальство, Путин, Медведев, не знаю, кто еще, 5-7 человек, они понимают, что что-то надо делать, по крайней мере, пар выпускать.

Михаил Соколов: Слово "нелегитимность" прозвучало от представителя власти, а не от оппозиции.

Леонид Гозман: Они понимают, что что-то надо делать, как-то надо менять ситуацию. Кроме того большой плюс этого госсовета вот какой. Высшее начальство всякое, первая сотня, они получают указания о том, как им действовать, непосредственно в кабинете один на один с Путиным, Медведевым, Сурковым, я не знаю, с кем. А в городе Коврове Владимирской области местное начальство к начальнику не пробивается, он смотрит телевизор.

Михаил Соколов: А на губернатора он не смотрит?

Леонид Гозман: В передаче это уже хуже действует, он смотрит телевизор, что президент сказал. И поэтому, возможно, что на выборах 14 марта безобразий будет немножко меньше. Вот я надеюсь на то, что инерция Госсовета на 14 марта немножко подействует. Посмотрим, конечно.

Но в чем серьезная проблема, как мне кажется, это в том, чего хочет высшая власть. Она хочет на самом деле реформировать или она хочет такими косметическими, здесь стенки подкрасить, здесь фотографию подвинуть, а ремонт проводить не хочет. В этом, мне кажется, различие между нами и руководством страны. Потому что мы считаем, что политическая система современной России неадекватна вызовам сегодняшнего дня. Если мы ее кардинально не изменим, всерьез не изменим, мы так и будем отсталой страной. А если, боюсь, что руководство хочет ограничиться косметическими мерами.

И тогда к вашему вопросу – можно менять или нельзя. Она изменится, эта система, обязательно изменится. Но хотелось бы, чтобы она изменилась спокойно, аккуратно и так далее, но это требует соответствующей политической воли сверху.

Николай Левичев: Я бы отметил знаковую фразу президента Медведева о тупом администрировании. Умный, да услышит.

Михаил Соколов: Давайте мы посмотрим хотя бы одну ситуацию, какие-нибудь выборы. В Орле у нас есть корреспондент Елена Годлевская, она подготовила коротенький репортаж.

Елена Годлевская: На пост мэра города Орла претендуют пять кандидатов: Виктор Сафьянов от "Единой России", Василий Иконников от КПРФ, Галина Антипова от ЛДПР и двое самовыдвиженцев Денис Скрипов и Дмитрий Сухоруков. Местное отделение "Справедливой России" в своих рядах достойного человека не нашло и поддержало представителя партии власти. Однако каких-либо заметных действий по его популяризации не предпринимает.

Главная борьба, как и ожидалось, развернулась между Виктором Сафьяновым и Василием Иконниковым. По опросам, имеющимся в распоряжении местного отделения "Единой России", лидирует Виктор Сафьянов, опережая главного противника почти на 10%. А по статистике орловского избирательного штаба КПРФ, подавляющее число избирателей сегодня готово проголосовать не за Виктора Сафьянова, а за Василия Иконникова, 70% против 30.

Единороссы упрекают коммунистов в том, что они при распространении агитации используют почтовые ящики без разрешения собственников и организовывали встречи с Василием Иконниковым до его регистрации в качестве кандидата.

Претензии коммунистов более серьезны. Они заявляют о политическом преследовании тех, кто так или иначе помогает КПРФ, и обвиняют единороссов в нечистоплотных методах борьбы. Так, например, в Орле активно распространяется газета "Искра", которую называют полуклоном органа орловского обкома КПРФ "Орловской искры". В стилизованном под коммунистическую газету агитационном материале тиражом якобы в 999 экземпляров кандидат от КПРФ представлен как нечистый на руку неудачник, неспособный управлять городом. Член исполнительного комитета орловского отделения партии "Единая Россия" Андрей Уваров утверждает, что его партия не имеет к клону никакого отношения.

Андрей Уваров: Орловское региональное отделение "Единой России", руководителем регионального исполкома которой я являюсь, ни инициатором, ни заказчиком выхода этой газеты не являлось. Я считаю, что эта газета нам больше вредит. Если бы это было решением или действием, связанным с моим пониманием и так далее, эта бы газета не вышла.

Елена Годлевская: У зам редактора "Орловской искры" Валентины Остроушко иная информация.

Валентина Остроушко: Сегодня я получила информацию о том, что собрала власть наша рядовых сотрудников органов социальной защиты и сказали: увидите, что где-то лежит "Орловская искра" в ящиках, доставайте. За каждый номер вы получите 10 рублей. А вот это незаконная "Искра", которая полуклон, вы ее должны вбросить взамен в почтовый ящик и тоже за то, что вы ее бросили, вы получите 10 рублей.

Михаил Соколов: Вот такой простенький репортаж. Это, видимо, ответ Леониду Гозману на то, что не надейтесь, что будет по-другому. Так оно все и происходит, как и раньше.

Леонид Гозман: Не надо надеяться на них, надо надеяться на себя.

Михаил Соколов: Я хочу к Николаю Левичеву обратиться, да и к Леониду тоже: а где же ваши кандидаты? Вас на этом Госсовете между прочим полоскали всех, говорили, что не выдвигаете достаточное количество кандидатов. Грызлов сказал, что это все партии оппозиционные – это партии, заранее обреченные на проигрыш, потому что они не участвуют во всех выборах, не борются серьезно. Он, правда, не сказал еще одну фразу – они не борются за власть. Действительно ваша партия, как считают многие эксперты, не борется за власть. Что, скажете, Леонид?

Леонид Гозман: Наша партия борется за власть.

Михаил Соколов: Почему она не борется за власть в Орле, например?

Леонид Гозман: Не борется за власть в Орле, потому что мы посчитали ситуацию в Орле, мы поняли, что мы не можем обеспечить финансирование этих выборов. Просто не можем и все, у нас денег не хватает на это дело, к сожалению. Вы прекрасно понимаете, что один голос "Правого дела" будет стоить по обеспечению во много раз дороже, чем голос "Единый России", которая тратит деньги, не считая.

Мы очень рассчитываем на выборы в Рязани. Например, в Рязани сейчас будут выборы в заксобрание, мы очень рассчитываем на выборы в Рязани. Мы туда, что можем, туда бросаем, интеллектуальные ресурсы, человеческие и так далее. Я последний раз с нашим руководителем рязанской организации Александрой Перехватовой говорил сегодня утром по телефону, мы сдали подписи, мы боремся. Мы боремся активно. А в Марий-Эл, я считаю, мы выиграли. Но толку? Нам нарисовали 2,4.

Михаил Соколов: А вы не судились?

Леонид Гозман: Нет, пошли материалы в суды. У меня был забавный разговор с товарищем Чуровым. Я ему звонил ночью в день выборов: "Владимир Евгеньевич, вот тут протокол участковый, на нем написано 5,6%". Это был какой-то сельский район, мы вообще туда не доехали, а у них барьер пять процентов. А эта же строчка с этого участка в республиканском протоколе, там написано 0,48%. В 12 раз. Это как? Он говорит: "Кошмар! Мне срочно на факс пришлите и так далее". Прислали.

Михаил Соколов: Ну как?

Леонид Гозман: Ничего, нормально.

Михаил Соколов: Что ж вы ждали от такого замечательного председателя.

Леонид Гозман: А мы ничего не ждали.

Михаил Соколов: Я к господину Левичеву тоже обращусь. Вот региональные выборы, на этих региональных выборах в Орле вы поддерживаете "Единую Россию", оппозиционная партия. Наверное, денег не хватило или еще как-то договорились.

Николай Левичев: Михаил, надо все-таки понимать, что выборы особенно мэров – это все-таки не игра в рулетку. Нужно как минимум иметь кандидатуру, которая способна будет, мало того победить, способна будет справиться с этими обязанностями в течение длительного срока в условиях противостояния с областной властью. У нас есть тому пример, один из них вы приводили. Второй, допустим, мэр города Самары, наш коллега по партии товарищ Тархов.

Михаил Соколов: Пока правит Самарой.

Николай Левичев: Выдерживает еще оборону от администрации. Мы выдвинули кандидата в Ульяновске, потому что считаем, что там есть серьезные шансы, и в случае победы человек будет способен выполнять эти обязанности. Я напомню, что мы осенью добились победы на выборах главы города Волжского. Это 400 тысяч населения.

Михаил Соколов: Хотя там тоже хотели посчитать в последний момент как-то хитро.

Николай Левичев: Хотели, но тем не менее, мы сумели эту победу отстоять. Сейчас Марина Афанасьева уже целый ряд приняла управленческих решений, которые поддержаны населением города. Поэтому это все-таки не игрушки – это серьезные вещи.

Михаил Соколов: Ну хорошо. Давайте мы послушаем, что нам народ скажет. Яков из Москвы, пожалуйста, ваш вопрос нашим гостям.

Слушатель: Добрый вечер. Сначала реплика, а потом вопрос. Реплика по поводу статьи Лужкова. Почему-то соратники Гозмана все время...

Михаил Соколов: Нет, мы это не обсуждаем. Вот это не обсуждаем. Вопрос давайте.

Слушатель: Хорошо, вопрос следующий: хотел сказать, что человек, безусловно, левых убеждений и всегда голосую за коммунистов. Вопрос такой к вам: как же такие люди, как я будут голосовать за вас, когда у вас наряду с очень симпатичными людьми такими, как, например, Драпека, Дмитриева, Хованская, существуют абсолютно неприемлемые для людей моих убеждений лица, как, например, Митрофанов, когда в вашей партии состоит Лебедев. Как вы можете допускать таких людей?

Михаил Соколов: Лебедев не состоит, я за них заступаюсь.

Слушатель: Вопрос тогда второй: как же можно голосовать за партию, которая, занимая формально третий пост в государстве, давным-давно обещала вернуть праздничный статус дню Великой октябрьской революции 7 ноября, но так воз и ныне там.

Михаил Соколов: Понятно. Не сильно вы левые, Николай Владимирович, упрекает вас Яков.

Николай Левичев: Я могу Якову ответить, что надо быть немножко более корректным в своих утверждениях. Во-первых, в соответствии с законодательством вступление в партию – это акт личного волеизъявления. Если господин или товарищ Митрофанов решил, что социал-демократическая партия ему больше подходит, то у нас нет никаких оснований сомневаться в его дееспособности и отказать ему в приеме в партию на том основании, что он был соратником Владимира Вольфовича Жириновского в течение нескольких лет. Что касается господина Лебедева – это уже вопрос к Александру Евгеньевичу, который, будучи членом центрального совета партии, публично заявил, что он членом партии не является. Опять же это проблемы лично Лебедева.

Леонид Гозман: Примеры есть: один человек, который возглавляет большую партию, не являясь ее членом, Путин фамилия.

Николай Левичев: Что касается 7 ноября, то Сергей Михайлович Миронов никогда не отстаивал необходимость сохранения этого дня в качестве праздника.

Михаил Соколов: Давайте еще, Александр из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос господину Левичеву и господину Гозману еще вопрос. Господин Левичев, на Госсовете говорили об укрупнении регионов. Бедные будут присоединять к богатым, чтобы стали самодостаточными. Хотелось бы знать, куда именно приткнут республики Северного Кавказа, которые на 99% дотируются из Москвы и кому это надо, чтобы к ним это приткнули? И второй господину Гозману. Жириновский говорил на Госсовете, что надо установить верхний порог в думе для всех партий, а остаток делить между всеми остальными. Как по-вашему, это осуществиться? Известно, что то, что говорит Жирик, часто сбывается.

Михаил Соколов: Пожалуйста, Леонид, начнем с Жириновского.

Леонид Гозман: Владимир Вольфович говорит очень много и поэтому часть того, что он говорит, действительно сбывается. Причем, он говорит вещи абсолютно противоположные. Смотрите, если, например, скажете две фразы, вы скажете: завтра морозы сохранятся в Москве. А вторую фразу вы скажете: завтра морозы спадут. То вы обязательно будете правы в одном из своих утверждений. Поэтому я не стал бы рассматривать то, что говорит Владимир Вольфович, как основания для прогноза серьезного. Если когда-то через него вбрасывали что-то, то, по-моему, эти времена позади.

Я думаю, что не будут устанавливать верхнюю границу все-таки, скорее всего не будут. И мне кажется, что вообще все это неправильно, не нужен вообще никакой барьер, ни верхний, ни нижний.

Михаил Соколов: За честные выборы.

Леонид Гозман: Нужны честные выборы и все будет нормально. И дальше, как народ решит, так и будет.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, пожалуйста, по поводу укрупнения.

Николай Левичев: По всей видимости, я должен прокомментировать предложение Бориса Вячеславовича Грызлова. Я хочу обратить внимание на то, что в своем первом заявлении на эту тему проблема укрупнения регионов не ставилась, а ставилась проблема, можно ли носить гордо имя субъекта Российской Федерации, будучи регионом дотационным. Я уже публично высказывал удивление, что глава нижней палаты парламента высказывает вещи, вообще говоря, антиконституционные.

Леонид Гозман: Вы зря удивляетесь, парламент – не место для дискуссий, как сказал Грызлов.

Николай Левичев: Вы меня еще учить будете.

Михаил Соколов: Это место для обучения.

Николай Левичев: Это прямое посягательство на конституцию, которая, на мой взгляд, свой потенциал далеко не выработала. Поэтому нам бы разобраться с тем законодательством, которое есть, а обижать регионы, мне кажется, рановато еще.

Леонид Гозман: Тем более, что часть регионов дотационные...

Николай Левичев: В силу определенных причин.

Леонид Гозман: Конечно. Так тоже нельзя.

Михаил Соколов: Изменилось же налоговое законодательство. Еще несколько лет назад многие были не дотационные, пока не забирали у них сверхприбыли.

Николай Левичев: И опять же финансовый кризис подкосил.

Михаил Соколов: Вадим из Москвы, еще один вопрос давайте.

Слушатель: У меня вопрос к "Справедливой России". Вы говорите, что вы кровью и потом зарабатываете свои места в представительных органах, особенно в думе, я думаю. Я думаю, что это далеко не правда, мягко говоря. О чем свидетельствует такой факт: как могло произойти, что оппозиционная партия, которая имеет смешное разрешенное представительство, избирает своего лидера председателем второй палаты парламента. Да такого нигде нет. Его избрали, потому что он продался тем, кто его избрал.

Михаил Соколов: Не обижайте. Человек давно работает, из Петербурга, потому и избрали. Николай Владимирович, может быть что-то добавите?

Николай Левичев: Честно говоря, в такой словесной ахинее очень трудно разобраться, простите меня. Насчет пота и крови.

Михаил Соколов: Не настоящий вы оппозиционер, говорят.

Николай Левичев: Насчет пота и крови я могу сказать, что да, у нас очень много членов партии преследуются за свои политические убеждения, тому есть масса примеров. Последний горький пример – это убийство Виталия Устименко, который выиграл осенью выборы главы муниципального образования поселка Тучково Московской области, спустя два месяца его и его жену зверски убили. И чтобы правоохранительные органы нам ни говорили, поймав на следующий день какого-то бомжа, молву не обманешь, все жители поселка прекрасно знают, кто стоит за этим политическим убийством.

Михаил Соколов: Я смотрю на сообщения с пейджера, все-таки нас возвращают снова к Северному Кавказу. Видимо, идея Северо-Кавказского округа людей волнует. Кстати, насчет "приткнули" тоже пишут – приткнули к Ставропольскому краю, так получается. Какой-то есть у вас комментарий назначения Хлопонина и создания этого 8 округа? Все, кстати, не из конституции, а из указов исходит, между прочим.

Леонид Гозман: Вообще округа – это не конституция. У меня комментарий вот какой. Во-первых, я думаю, что здесь, я считаю, что от того, что оппозиция, что я должен всегда говорить "нет". В данном случае я думаю, что это правильное кадровое решение. Потому что важно, что назначили не генерала, а бизнесмена и губернатора. Хлопонин лучше, чем многие другие, понимает, я так думаю, необходимость интеграции этой территории в экономику России.

У нас есть, возможно, два пути. Мы можем считать, что мы все равно потеряем эти территории и задача, допустим, медленно и аккуратно, без крови, без волнений их отпустить. Это, возможно, одна концепция. Я не уверен, что она правильная.

А если мы хотим, чтобы Северный Кавказ был стабильной нормальной частью Российской Федерации, то тогда экономика северного Кавказа должна быть интегрирована в экономику России. Я думаю, что генерал с этой задачей не справился бы, а Хлопонин с этой задачей может справиться, есть шанс.

Здесь есть одна опасность. Опять же, если мы хотим интеграции этих территорий, республик, как угодно назовите, в Россию, вообще если мы хотим целостной страны, то сначала должна быть общая для всех территория, а потом уже специфичная, национально-культурная и так далее. Если вы едете по Америке, то вы видите, что штаты там все отличаются, Техас отличается от Массачусетса и так далее, но тем не менее, вы прежде всего понимаете, что вы в Соединенных Штатах. Вот такое должно быть у нас. Мне кажется, что сегодня, если вы находитесь в Дагестане, Чечне или еще где-то, то вы сначала чувствуете, что вы в Дагестане или в Чечне, потом вы чувствуете, что вы в России.

Все национально-культурные особенности наших республик, областей и так далее, они должны быть орнаментом, виньеточками на фоне общего, единого правового пространства, единых правил и так далее. Выделение Северо-Кавказского округа, куда фактически вошли кроме Ставропольского края северокавказские республики, может способствовать инкапсулированию их, может способствовать усилению роли особенного в сравнении с общим для всей России. Но как временная мера эта мера мне кажется абсолютно правильная. Работа у Хлопонина будет тяжелая, я искренне желаю ему успеха.

Михаил Соколов: Николай Владимирович Левичев, что добавите?

Николай Левичев: Я могу добавить только, что действительно есть основания полагать, что это назначение связано с понимаем, что нужны серьезные социально-экономические меры, борьба с безработицей прежде всего. Скажем, институт "Справедливый мир", с которым сотрудничает наша партия, разработал еще осенью программу микрокредитования для регионов Северного Кавказа. Мы надеемся, что с помощью Хлопонина, который должен понимать эти экономические механизмы, может быть мы получим возможность хотя бы в плане пилотного проекта где-то реализовать эти экономические программы.

Леонид Гозман: Я бы добавил. На самом деле микрокредитование вещь абсолютно необходимая, безусловно. Но крайне важно для Северного Кавказа, чтобы экономика Северного Кавказа была не самодостаточной, строить не самодостаточную экономику.

Михаил Соколов: Она и так не самодостаточная.

Леонид Гозман: Что строить, тут важно, что мы строим. А важно, чтобы была экономика часть экономики России. То есть, чтобы там, условно говоря, можно поставить завод.

Николай Левичев: Понятно, чтобы дело шло не к натуральному хозяйству.

Леонид Гозман: И не только к натуральному хозяйству. Чтобы там, допустим, можно сделать фабрику, которая будет делать кружки для кофе, и эти кружки делаются изначально там и сначала до конца. А можно, чтобы она делала компоненты для чего-то, что собирается на Урале. Второй вариант, мне кажется, более важен, если мы хотим целостной страны. Потому что тогда большие общероссийские фирмы будут людей как-то вывозить на стажировку, кто-то будет ездить туда, приезжать учиться, присылать менеджеров и так далее. То есть это будет целостность. Это важно, если мы хотим целостной страны.

Михаил Соколов: Еще я вижу один вопрос, тему – это слова Владимира Путина о том, что нельзя допустить украинизации России. Я так понял, что в этих словах, по крайней мере, для некоторых, кто нам пишет, это значит, что он боится отмены цензуры и свободных честных выборов, которые видели на Украине во время первого тура сейчас? Николай Левичев, как вы интерпретируете слова премьера-соправителя?

Николай Левичев: Поскольку было очевидно, что эта фраза сорвалась у Владимира Владимировича импровизационно, думаю, что может быть не самый лучший политологический термин. Потому что можно, конечно, в этом термине разные смыслы черпать. Может быть он имел в виду, что вот эта процедура третьего тура президентских выборов после двух состоявшихся.

Михаил Соколов: Долгая у него память.

Николай Левичев: Понятно совершенно, что накануне второго тура новых президентских выборов не хотелось бы там видеть третий тур.

Михаил Соколов: То есть вы это относите к таким импровизационным оговоркам.

Леонид Гозман: Я не специалист по тому, что в голове у начальства.

Михаил Соколов: Хотя вы психолог по образованию.

Леонид Гозман: Именно потому, что я психолог по образованию, понимаю, что это спекуляция и жульничество говорить, что человек имел в виду, когда он сказал что-то. Он сказал – не допустить украинизации.

Михаил Соколов: Простите, была четкая альтернатива: авторитаризм – украинизация, ни то, ни другое России не подходит.

Леонид Гозман: Он под украинизацией в данном случае, совершенно очевидно, что человек имеет в виду. Он имеет в виду слабость государства. Он имеет в виду постоянные склоки среди высших руководителей, неспособность принять какое-либо решение и так далее. Это действительно очень плохо. Другое дело, что я считаю, что, боюсь, что он полагает, я не интерпретирую то, что он сказал, просто смотрю, что он делал все годы, будучи президентом, сейчас премьером и так далее. Я боюсь, что для него демократия – это и есть слабость государства.

Мне кажется, что сильные государства – это демократические государства. Государства, которые добиваются исполнения закона, порядка жесткого, вообще закон должен исполняться всегда. Вот это государство, которое основано на демократических принципах. И в этом смысле, мне кажется, что у Украины есть неплохие шансы. Потому что если выборы пройдут нормально, то я надеюсь, что в следующий президентскией цикл там будет больше порядка. Мы крайне заинтересованы в том, чтобы на Украине была демократия и чтобы Украина была стабильным государством.

Михаил Соколов: Давайте, Кирилл, еще короткий вопрос успеете.

Слушатель: Добрый день. Большое спасибо за содержательный разговор. Я журналист, и профессия меня подстегивает Леониду задать вопрос такой. Взять Сергея Сергеевича Митрохина, он проиграл на последних региональных выборах, по сути аутсайдер. Но смотрите, какая штука: на Государственном совете он получает трибуну, и таким образом можно предположить, что партия "Яблоко" во главе с Сергеем Сергеевичем Митрохиным получила как бы федеральный карт-бланш, федеральный рупор. Вопрос у меня: что это значит?

Михаил Соколов: Партия "Правое дело" тоже получила рупор.

Леонид Гозман: Да, мы были точно так же, нашу партию представлял не я, а Георгий Бовт, мы два сопредседателя партии, мы равны абсолютно. Это не значит карт-бланш ни для нас, ни для "Яблока". Было принято политическое решение дать слово всем зарегистрированным партиям, его дали. Из этого абсолютно ничего не следует.

Михаил Соколов: То есть вы хотите сказать, что система не хочет себя дополнить еще тремя партиями и это не сигнал?

Леонид Гозман: Я не знаю, чего хочет или не хочет система. То, что произошло на Госсовете – это сигнал, что президент, премьер и другие понимают, что надо что-то менять. И это сигнал в этом смысле положительный. Рассчитывать на то, что все станет сразу хорошо, конечно, нет. Это от нас зависит. Вы знаете, у протестантов есть чудная поговорка: у Господа нет других рук, кроме наших.

Михаил Соколов: Хотелось бы понять, что хочет сейчас российская власть. Мы пытались в этой сложной теме разобраться вместе с нашими гостями.

"Из СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ уходят проходимцы"
 

http://www.levichev.info/5_1166.htm
08 марта 2010

Михаил Богатырев

14 марта в ряде субъектов Российской Федерации прошли выборы. Разыгрывалось, если так можно выразиться, около 40 000 мандатов, причем в 2000 населенных пунктов выбирали глав администраций. В восьми регионах должны быть сформированы законодательные органы власти в своем новом составе. Накануне выборов о своем видении места партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ на политическом ландшафте страны и ее перспективах корреспонденту "РВ" рассказал лидер фракции "справедливороссов" в Государственной Думе РФ Николай Левичев.

– Николай Владимирович, в начале февраля "Единая Россия" и СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ подписали соглашение о сотрудничестве. Однако почти сразу представители обеих партий заговорили о том, что этот документ – в каком-то роде политическое поражение другой стороны. Кто же на самом деле проиграл от подписания соглашения, а кто выиграл?

– Первым делом мне хочется напомнить, какие события предшествовали подписанию соглашения. Это позволит лучше понять суть документа. В программе "Познер" на "Первом канале" председатель Совета Федерации, лидер нашей партии Сергей Миронов произнес безобидную фразу: "Говорить о том, что мы, и лично я, во всем поддерживаем Владимира Путина, это уже устаревшая информация". Миронов не сказал ничего нового. Мы и до этого выступали с критикой Правительства, голосовали против предложенного им бюджета. Реплику в программе "Познер" использовали, таким образом, как повод. Весь следующий день этих высказываний никто не замечал. А в 23.30 началось какое-то безумие. Комментарии различных деятелей на сайте "Единой России" стали появляться с интервалом в несколько минут. Все до одного были написаны как под копирку. Конфликт стал главной новостью во всех СМИ. Разумеется, информация дошла и до Владимира Путина. Ему, очевидно, поведение однопартийцев показалось дикостью. Через пару дней состоялась встреча премьер-министра с думским руководством "Единой России". Я внимательно смотрел репортаж с той встречи. Некоторые представители партии власти сидели мрачнее тучи.

На следующий день нам предлагают подписать политическое соглашение. С этой инициативой выступили не мы, а "Единая Россия". Предложенный нам проект документа мы несколько изменили и дополнили. Мы считаем, что это победа СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ. Например, один из пунктов документа касается цивилизованной межпартийной дискуссии. Как нам ее не хватает! Как часто мы сталкиваемся с тем, что наши оппоненты переходят на оскорбления!

В четвертом пункте говорится, что стороны "выражают готовность сообща действовать при решении кадровых вопросов в органах государственной власти и местного самоуправления, в том числе по итогам выборов путем заключения пакетных соглашений при формировании руководящих органов". Политика – это искусство компромисса. В городе Волжском "Единая Россия" несколько месяцев блокировала заседания городского совета, добиваясь поста его председателя. Мы проявили благоразумие. Пост уступили, но взамен получили пост заместителя не только в Волжском, но и в шести других районных советах Волгоградской области. Иногда без договоренностей невозможно. Наши фракции есть в парламентах 50 субъектов РФ, но посты заместителей председателя или глав комитетов СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ не дают. Мы надеемся, что соглашение позволит выстраивать конструктивные взаимоотношения. Самое главное – "Единая Россия" в соглашении подписалась под тем, что "считает целесообразным нахождение Сергея Миронова на посту председателя Совета Федерации". Интересно, как после этого почувствовали себя некоторые представители партии, которые кричали о необходимости его отставки? Мы не отступили ни от каких своих позиций. Слова критики, звучавшие в адрес "Единой России" и ее лидера, остаются актуальными. И мы продолжим критиковать – это абсолютно нормально для демократического государства.

– 14 марта – единый день голосования. Зампред ЦИК Леонид Ивлев отмечает, что нынешняя кампания рекордная по числу кандидатов-"паровозов" – известных людей, которые вносят свои кандидатуры в списки на местных выборах, а потом отказываются от депутатских мандатов. Как Вы к этому относитесь?

– Естественно, отношусь к такой практике отрицательно. Если человек идет на выборы, чтобы в случае победы отказаться от мандата, это просто нечестно. СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ такими вещами не занимается, это все на совести наших оппонентов. Другое дело, что этот прием не запрещен законодательством и является, может быть, самым безобидным из всех, которые используются на выборах. "Паровозы" – это мелочь по сравнению с масштабным использованием административного ресурса, подтасовками и откровенными фальсификациями, которые мы наблюдали в ходе осенней избирательной кампании.

– Много разговоров ходит о зарегистрированных кандидатах от СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ, которые после регистрации перешли в иные политические партии, причем не только парламентские. Не исключаю, что так называемые "перебежчики" будут и после завершения выборов. С чем это связано?

– Мне кажется, что это абсолютно нормальные, рабочие моменты. Процесс ухода из СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ проходимцев, которые использовали партию для достижения своих личных целей, можно только приветствовать. Случаи бывают разные, но упомяну о ситуации в Тверском региональном отделении, которое возглавлял Михаил Маркелов. Этот человек решил уйти, громко хлопнув дверью, выступив с открытым письмом в адрес Сергея Миронова. Мы давно хотели избавиться от Маркелова, но просто не знали, как это сделать. Он развалил работу регионального отделения СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ, которая потерпела поражение на выборах в городской совет Твери, в ряде муниципальных выборов. Еще весной прошлого года вставал вопрос о том, чтобы освободить его от обязанностей председателя Совета регионального отделения. Однако Михаил в моем кабинете бил себя в грудь, обещал наладить нормальную работу, брал обязательства. А сам по сути вступил в сговор с администрацией Тверской области. Партия – это живой организм. Так что у нас происходит процесс самоочищения, вывода шлаков.

– Как Вы оцениваете шансы партии на успех на выборах? Какой результат Вас бы устроил?

– По нашим данным, электоральная поддержка позволяет СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ как минимум преодолеть заградительный барьер во всех восьми субъектах Федерации, где пройдут выборы в региональные органы законодательной власти. За оставшиеся до выборов дни мы рассчитываем активизировать избирательную кампанию. Кроме того, на региональных выборах мы всегда показываем результат выше прогнозируемого. Думаю, что так будет и в этот раз. Партию на выборах представляет 5461 кандидат – члены партии и сторонники. Таким образом, СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ участвует в 30% избирательных кампаний всех уровней. Это рекордная для нас цифра – год назад мы принимали участие лишь в 10% кампаний, прошлой осенью – в 22%.

– В каких регионах у СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ наиболее уверенные позиции, а где вы вряд ли можете рассчитывать на положительный результат?

– Самые лучшие перспективы у нас в трех субъектах Федерации: в Воронежской и Рязанской областях, а также в Республике Алтай. Откровенно "провальных" регионов нет, везде мы рассчитываем преодолеть заградительный барьер. С уверенностью могу сказать, что наша партия имеет сегодня достаточную электоральную поддержку и успешно позиционирует себя как серьезное оппозиционное объединение, выражающее интересы значительной части российских избирателей.

– В Госдуме завершилась региональная неделя, которую, насколько мне известно, Вы провели в поездке. Какие впечатления в целом остались?

– Я был избран в Государственную Думу от Москвы, и в качестве курируемого региона за мной закреплен Зеленоград, где я бываю достаточно часто. Мое главное ощущение: люди хотят перемен. Они устали от партии власти, от монополии на власть, на истину, от безработицы, кризиса и прочих негативных явлений, которые "Единая Россия" победить не в состоянии. Мой прогноз: выборы покажут ослабление партии власти. Если, конечно, пройдут без административного беспредела.

– Как Вы считаете, насколько по итогам мартовских выборов вероятен демарш, подобный тому, который устроили думские фракции в октябре прошлого года?

– Все зависит от того, как пройдут выборы. Надо полагать, что в регионах восприняли правильный сигнал, прозвучавший в том числе от первых лиц государства в ходе заседания Государственного совета, показанного, кстати, в прямом эфире. Это заседание, напомню, явилось одним из следствий так называемого "демарша". Хочется надеяться, что выборы будут более честными, чем в прошлый раз, и нам не придется прибегать ни к каким акциям протеста.

«Закон легализует право чиновника плевать на цели и смыслы деятельности»
 

http://www.polit.ru/article/2010/05/24/lex/
24 мая 2010, 08:54

Президент Д.А. Медведев недавно подписал закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений». Закон вызвал опасения и дискуссии – особенно в части образовательных и медицинских учреждений. Мы публикуем интервью с главой фракции «Справедливой России» в Государственной Думе Николаем Левичевым по поводу этого закона.

Название закона, как и его текст, достаточно непрозрачны.

Вот, как ни странно, из его непрозрачного названия следует и его назначение. Правовое положение государственных учреждений будет меняться (в названии эти изменения однозначно названы «совершенствованием»), и это повлечет за собой необходимость внесения изменений в существующие законы. Таким образом, данный закон должен регулировать и изменения, и их внесение.

Паника – от внезапности?

Закон действительно возник как черт из табакерки – в последний день 2009 года Минфин внес проект на рассмотрение в Государственную Думу. А 23 апреля 2010 он был принят уже в третьем чтении. Закон, затрагивающий буквально каждого гражданина страны, касающийся самых деликатных социальных тем, проскакивает через законодательное горнило без единого признака общественного обсуждения! О причинах такой стремительности можно только догадываться. Мне кажется, гораздо интереснее прояснить нашу позицию – мы ведь были и остаемся активно против этого закона. И нас не меньше других интригует причина скоропостижности документа, который идет вразрез даже с инициативами того же Минфина.

А в чем противоречие?

В феврале 2010 года в Министерстве финансов был обнародован масштабный документ — проект программы повышения эффективности бюджетных расходов на период до 2012 года. С его помощью планировалось внедрить в практику как раз программно-целевой метод составления госказны. Этот документ как раз выглядит наиболее разумно, потому что в нем предъявляются логика и принципы, по которым надо экономить бюджетные деньги. Программно-целевой метод – это очень верная модель и проектирования деятельности, и распределения денег на нее. По замыслу документа, долгосрочные целевые программы (ДЦП) взамен существующих федеральных целевых программ (ФЦП) позволят более эффективно расходовать бюджет. В этом документе есть свои блохи, но сейчас для нас важно другое. Проект был своего рода входной дверью в нервную и чувствительную «воронью слободку», именуемую социально-культурной сферой. Понятно, порядок надо наводить, – но никому не перекрыв газа и никого в коммуналке не перессорив... Так вот, обсуждаемый закон просто опровергает эту инициативу.

А инициатива пригодна для социальной и – особенно – культурной сфер?

Именно социальная сфера – культура, образование, медицина – наиболее эфемерная с точки зрения, так сказать, «оцифровки». И она должна быть встроена в программно-целевую матрицу. А закон в двадцать пятый раз переписывает организационно-правовые формы учреждений, полагая, что через форму можно делать реформу. Но это можно сделать, только заходя через цели. Какая разница, какую форму имеет бюджетополучатель, если финансирование происходит по принципу исполнения задач, поставленных государством? Пусть бюджетополучатель хоть горшком именуется.

То есть определение того, кто и сколько денег должен получать от государства, должно зависеть от приложимости его ресурсных деталей к общей целевой картине?

Да, конечно. Например, государство видит в качестве одной из своих целей укрепление нравственного климата в обществе. Согласно этой цели эксперты формулируют программы, доказательно направленные на ее достижение. И, например, согласно независимой экспертизе такой программой становится – научить к 2025 году каждого третьего россиянина играть на скрипке. Происходит аудит ресурсов – музыкальных школ, кружков, домов пионеров, мастерских по выпуску скрипок, агентств по натягиванию струн и тому подобное. Деньги даются учреждениям (инструментам) в соответствии с заявленными возможностями. Ответ за использование денег – по результатам. Вы заявили, что лучше всех учите играть на скрипке, наши эксперты нашли, что ваши заявления обоснованы, и выделили вам деньги – теперь отчитайтесь, скольких вы таки научили. Вы заявляли, что лучше всех канифолите смычки – покажите нам результаты, обоснуйте новый грант. Это очень условная картинка, но это принцип, который лежит в основе «Программы повышения бюджетной эффективности» Минфина, – и он полностью зачеркивается вышедшим законом.

Но какие-то плюсы в законе есть?

Безусловно. Закон вроде как призван реформировать систему устройства социальной сферы, доставшуюся нам с советских времен. Время идет, страна изменилась, а принципиальная структура социальных институтов – нет. Однако этим благим намерением буквально мостится дорога в ад. Все свои плюсы закон сам же и хоронит.

В чем же все-таки основной дефект закона?

Ничего не изменится, если вы станете бюджетное именовать казенным. Это просто игра в термины. Один из главных и крайне неприятных месседжей закона: раньше государство было обязано рассчитываться с бюджетополучателем, теперь оно меняет свою обязанность на право. Это не плохо и не хорошо, если проработан четкий механизм и принцип, по которому это право государства реализуется. Нынешний закон ни принцип, ни механизм не определяет. Поэтому первое, что мы вычитываем из такого закона – нас будут кидать, закрывать, игнорировать, бросать всей нашей социалке пересохшие крошки с барского стола.

Но в развитых странах у государства как раз право, а не обязанность, – и социальная сфера чрезвычайно мощная.

Да, потому что нет как таковых «бюджетных учреждений» в российском понимании. Есть, скажем так, бюджетные исполнители. Они функционируют на государственные деньги, но не в статусе несменяемого иждивенца, а в роли полноправного исполнителя государственного поручения. Это все осуществляется через бюджетные процессы, а не через жонглирование бесконечным организационно-правовым дроблением. Есть известная методология подготовки и исполнения бюджета, при которой планирование расходов осуществляется в непосредственной связи с достигаемыми результатами. Оно так и называется – бюджетирование, ориентированное на результат. Или «программно-целевой подход». То есть именно то, что предложил Минфин в своих Положениях, и что полностью – вдруг! – отверг своим законом.

Может ли такое понятие, как «результат», всерьез обсуждаться в случае с социальной или культурной сферой?

Только так и можно работать в этих сферах, только через результат. В США, например, с 2001 года существует система рейтинговой оценки программ (Program rating assessment tool (PART) – прим. ред). PART как раз и является инструментом оценки целевых программ. Основано все на изучении и оценке деятельности посредством очень широкого круга показателей и факторов. Это подробно продуманная система, которая включает в себя серию тематических вопросов: по 30 на каждую из четырех областей оценивания. Структура, цели, долгосрочность перспективы, категории финансирования программы, критерий «конечный эффект программы» – все отражено. Ответы на вопросы системы PART ранжируются по шкале от 0 до 100, оценки формируются в общие баллы, которые являются основой для составления конечного рейтинга: «Эффективные», «Достаточно эффективные», «Формально приемлемые», «Неэффективные» программы.

Нам нужен такой же инструмент?

Я не говорю о том, что нужно внедрять кальку этой программы. У нас иная общественная ситуация, другая среда. Я лишь говорю, во-первых, что есть реальная возможность оценить эффективность и нужность той или иной социальной работы. А закон, который мы обсуждаем, эту логику полностью проваливает.

И поэтому разговоры о «конце бесплатной эпохи» не совсем беспочвенны?

Допустим, мы хотим, чтобы дом культуры изыскивал внебюджетные средства для своего существования. Какие есть варианты? Аренда, самый очевидный и самый любимый метод дохода, и, например, рекламные площади. Если же эти два способа недоступны (ну какую рекламу может на коммерческой основе разместить сельский клуб?), то остается один путь – деньги от конечного потребителя. Это и означает перевод ряда прямых услуг учреждения на платную основу. И общественная паника по поводу «платного образования» коренится именно в понимании того, что внебюджетное поле-то голое. Нет развитой системы благотворительности, нет внятной программы с рабочим инструментарием по социальной ответственности бизнеса. Нет никаких институтов мотивации социального донорства. Старый анекдот про «дали пистолет – и крутись, как хочешь» становится реальностью. При оговорке, что пистолет-то пластилиновый.

Но ведь в части бюджетных организаций законом сформулировано понятие госзадания – разве можно говорить о том, что бюджетные организации остаются совсем без защиты?

Тут-то мы и оказываемся в полном тупике. Госзадание – это ключевой субъект закона, ключевой инструмент действия такого закона. Но, увы, не этого. Закон заведомо взял неверный вектор в реализации праведных намерений: госзадание в нем выглядит каким-то совсем таинственным зверем. Это что-то типа образа принца Гамлета в мировой режиссуре – понимай как хочешь, трактуй согласно своим представлениям. И это самый слабый момент закона. Потому что по идее госзадание как раз должно быть и инструментом оптимизации этой сферы, и механизмом определения результативности, и носителем критериев как собственной эффективности, так и эффективности своего исполнения. А здесь получается, что важнейший механизм закона и не прописан.

А если посчитать, что он все-таки прописан, то как выглядит его функция?

Бледно выглядит, пятым колесом в телеге. У нас, например, есть закон о госзаказе, где четко прописано, что это такое и на каких принципах он формируется. По идее, социальное госзадание также заслуживает своего отдельного закона, либо все-таки несколько иного статуса в законе обсуждаемом. Госзадание, само понятие, должно быть движком, запускающим желаемую перестройку социальной сферы. А что мы видим здесь? Оно переносится на уровень подзаконных актов, на уровень, где сталкивается десяток взаимоисключающих интересов.

Кто же здесь основной выгодоприобретатель?

Уж точно не государство, не страна и общество. Госзадание по этому закону превращается в обычное и, главное, случайное номенклатурное распоряжение. Как определять эффективность госзадания, если оно включено не в систему результативной оценки деятельности, а в искусственную организационно-правовую сетку? Кто и по какому принципу определил, что все до единой психбольницы полезны, а польза всех до единой сельских школ априорно стоит под сомнением? Где в законе прописаны критерии эффективности госзадания? Где прописано, как отделить неэффективность деятельности, если она была всего лишь исполнением госзадания, от неэффективности собственно госзадания? Как регулировать ситуации, когда госзадание не полностью покрывает или выходит за пределы уставной деятельности учреждения? Как учреждение может оспорить полученное госзадание, если не предложено ни административного, ни судебного порядка оспаривания. Вот вам и почва для конфликта интересов.

То есть вопросы по госзаданию – кто будет формировать, каким образом, с каким целеполаганием – остаются пока открытыми?

Увы. Это все равно что в уголовном кодексе написать: за преступление – расстрел. А что такое преступление? – спрашивает общественность. А это мы сообщим вам отдельно и чуть позже. Ждите. Ключевое понятие закона только формирует вопросы, вместо того, чтобы однозначно их снимать.

Закон добавит дополнительный вес чиновнику?

Конечно. Вопрос доступа – кто, когда и почему – к госзаданию вообще опущен, о прозрачности ни слова. Какой из наших общественных пороков это подкормит, вы сами понимаете. Приходит ректор областного вуза за бюджетом. Его вуз оказывает образовательные услуги по получению первого высшего образования, второго высшего и дополнительного образования. Ему чиновник (а другого фигуранта в определения госзадания в законе не назначается) говорит: «У тебя госзадание – это услуги по получению второго высшего образования, мы так решили». А что делать с первым и дополнительным, спрашивает его ректор. «А это крутись сам, формируй бюджет самостоятельно, без помощи государства». Приходит руководитель муниципального театра: планируем поставить пьесу Юджина О’Нила. «Какой такой О’Нил, – говорит чиновник, – я на это денег не дам. Мое госзадание – два спектакля про партию «Единая Россия». Не хочешь принимать госзадание – значит, не хочешь получить бюджет». На каком основании принято решение о том, что второе высшее в данном вузе нужнее государству, или спектакль про «Единую Россию» очень важен для нужд муниципального образования, по какому принципу, исходя из каких государственных задач и целей – никому не понятно. Потому что изначально ни о каких государственных целях речи не шло. И закон легализует право чиновника плевать на цели и смыслы деятельности.

Многие поддерживающие закон эксперты, наоборот, объявляют закон либеральным. Он, говорят, позволит быстрее встроить нашу неэффективную социалку в актуальные экономические условия… Например, даст давно ожидаемые права бюджетным организациям в хозяйствовании, в распоряжении имуществом, заработанными деньгами, новые возможности по привлечению внебюджетных средств и так далее.

К сожалению, это декларации. Новое организационно-правовое дробление никак не может само по себе выступить движком желаемого процесса. Например, под видом расширения пределов имущественной ответственности перед кредиторами по сути не предлагается ничего нового. Написано, что учреждение может отвечать любым имуществом, кроме особо ценного. Но ведь речь идет о бюджетных организациях – у них все имущество особо ценное, так как они могут владеть только тем, что необходимо для ведения уставной деятельности. Другого им просто по закону не положено было иметь. Чем же таким новым они могут отвечать перед кредиторами, кроме огрызков карандашей и ржавых гвоздей из красного уголка? Это просто какой-то юридический конфуз. А нам он предъявляется под видом большей свободы для финансовой активности.

Еще говорят о приватизации того, что еще не приватизировано. Есть такой мотив в законе?

Приватизация вряд ли – речь идет, по большей части, о сфере малоприбыльной. Но вот коммерциализация – да. Этот закон в некотором смысле повторяет известный Указ Ельцина в начале 90-х годов, разрешивший коммерческую деятельность на госпредприятиях. Тот самый Указ породил феномен так называемых «красных директоров» – и этот закон может поспособствовать появлению «красных директоров» уже в неиндустриальном поле. А это самый худший тип менеджмента, который только можно придумать: ответственности как за чужое, а прав и полномочий – как в собственной вотчине.

Но свобода руководителя имеет и позитивные стороны…

Пусть у руководителей социальных учреждений будет больше свобод – но пусть они работают и управляют в рамках единой логики эффективности. Программно-целевой подход может гарантировать контроль за «освобожденным» директором музея или филармонии. Он защищает и от чиновничьего произвола. Всегда можно посмотреть: вот программа с высокими рейтингами денег не получает, а вот программа не приносит результатов, а деньги выделяются регулярно. А сейчас на вопрос, почему вы регулярно финансируете государственными средствами чью-то провальную деятельность, вы будете получать ответ – а вот мне кажется, что она не проваливается. И ответ, заметьте, вполне законный.

Однако закон все-таки выделяет группу социальных учреждений, которые остаются на полном и ответственном довольствии государства. Нельзя сказать, что самая важная «социалка» выпихивается из поля ответственности государства?

Да, остается. Но по какому принципу в число так называемых казенных учреждений попали те, кто попали? Из чего следовало, что выделение этой группы следовало проводить по принципу отраслевой принадлежности: все психбольницы, все исправительно-трудовые учреждения, все правоохранительные структуры и т.д. Наверняка, существуют исправительно-трудовые учреждения, которые могут частично самофинансироваться. Почему их полностью должны содержать налогоплательщики? Кто и когда подтвердил, что существующая система психиатрической помощи настолько эффективна, что безоговорочно должна покрываться из госбюджета? Это только будет укреплять ее изоляционность, вместо того, чтобы менять в сторону социально-психологической открытости. Кроме того, и сейчас психиатрические клиники имеют коммерческую деятельность. И с точки зрения имиджа, это не самый лучший выбор. Посмотрите, как выглядят, исходя из этого закона, государственные приоритеты. Зэки, наркоманы и сифилитики, получается, у нас важнее детей и стариков. Милость к падшим – это прекрасно, но мы должны руководствоваться общественно-ценностной логикой, когда строим систему защиты слабого. Нам нужно дать социальные гарантии и шизофренику, и профессиональному скрипачу, и школьнику, и смотрителю музея, и библиотекарю, и пожилой балерине. Сейчас же логика такая – самое рисковое прикроем, а остальное выдавим в автономный статус.

И еще раз о платном образовании. Министр Фурсенко сказал, что ничего подобного этот закон не сулит.

И не покривил душой ни на йоту. Проблема – в абсурдной попытке прикрутить колеса к прибитой к асфальту скамейке. Она не может поехать по определению, зачем ей колеса? Как только вы совмещаете несовместимое, возникает зазор для толкований. А это и есть и поле чиновничьего произвола, и лазейка для коррупции, и зона неконтролируемого управленческого «оффшора». Обсуждаемый закон, вопреки не очень компетентному шуму в СМИ, отнюдь не предписывает учить считать только до пяти, а писать лишь свою фамилию. Он открывает возможность из зазора нестыковки сделать для кого-то прибыль. У нас скрестили немецкую систему обучения (реализованную в советской школе) с американской формой аттестации (ЕГЭ). Мы уже сейчас не знаем, как разгрести это странное сочетание и повернуть его в свою пользу. Процесс обучения не ведет к сдаче ЕГЭ. Соответственно – то, что ведет, что как бы способствует переводу с «немецкого на американский», официально и законно становится платным. С одной стороны, можешь этот «перевод» не покупать, с другой – тогда ты просто не сдашь ЕГЭ. А будет ли этот блок по «переводу» включен в госзадание – большой вопрос. Это как решит конкретный чиновник. И закон разыгрывает лотерею – повезет вам с чиновником или нет. Таких «экстра» услуг может быть очень много. Потому что в школьной деятельности очень много важных воспитательных и образовательных услуг, которые не определяются госстандартом, но без которых школа и не школа вовсе.

То есть закон, даже если считать, что в нем не до конца разобралась протестующая общественность, на ваш взгляд, опасен?

Дело не в том, что этот закон вреден и опасен. Дело в том, что он похож на сочинение двоечника, в котором написано, что Татьяна Ларина была безответно влюблена в Печорина и из-за этого бросилась под поезд. Непонятно, как такой документ может функционировать в качестве законодательного регулятора очень сложной и сверхчувствительной деятельности, какой является вся социальная сфера

Николай Левичев: Памятники беззащитны перед рынком
 

http://www.sobesednik.ru/culture/sobes_28_10_pamatniki/
00:00, 27 Июля 2010

Руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме Николай Левичев в интервью «Собеседнику» рассказал о продолжающемся конфликте вокруг Кадашёвской слободы в Москве.

Руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме Николай Левичев в интервью «Собеседнику» рассказал о продолжающемся конфликте вокруг Кадашёвской слободы в Москве.

Хлопот на рубль, а славы – на копейку

– Николай Владимирович, история с Кадашевской слободой стала настоящей линией фронта в борьбе любителей архитектурной старины с поклонниками строительного новодела. Большое участие в этой истории принимаете вы лично. Некоторые вашу позицию считают искусственной, излишне воинственной и провокативной. Вас обвиняют в пиаре…

– Что касается пиара, то я должен признаться, что тема защиты культурного наследия, к сожалению, не очень популярная. Для пиара можно отыскать гораздо более шумные и, главное, общепонятные сюжеты. Сохранение «развалин», как именуют остатки некоторых кадашевских строений московские власти, не является для них, в том числе для мэра Москвы, важным. Мы ведем многомесячную бумажную войну за Кадаши – кропотливую, дотошную и даже скучную, разжевывая один за другим законы, которые нарушаются застройщиком в этой зоне. Хлопот, как говорится, на рубль, а славы – на копейку.

– Зачем же вы этим занимаетесь?

– Есть много причин. Например, элементарное отношение к закону – он есть и писан для всех. Ну, и кто-то ведь этим должен заниматься. Кадаши сегодня – это такая «точка сбора» самых разных общественных энергий, порожденных безнаказанностью разрушительных действий, которые идут по всей России. Памятники архитектуры сносят повсюду: по ряду известных событий мы видим, что даже комиссия по культурному наследию ЮНЕСКО многим не указ. Что уж говорить о тех разрозненных памятниках, которые устояли в войны и революции, имеют возраст в 200, 300, а то и 500 лет, но оказались совершенно беззащитны перед рынком недвижимости в XXI веке. Кадаши стали лакмусовой бумажкой, проявившей общественное неприятие такого хода событий. Очень много людей по всей стране страдают от выкорчевывания истории. Скоро на уроках москвоведения Москву будут изучать, как Киевскую Русь – на схемах учебников отыскивать Патриаршие и Триумфальную. Ну и наконец, это все небезразлично мне лично. Без ложного пафоса скажу: я переживаю, как личную трагедию, пожар в Псковском кремле, рассыпающийся Ярославль, рисковые метаморфозы Петербурга и, конечно, бурные замены московских зодческих шедевров новоделами.

Кадаши специально довели до ручки

– В какой стадии сейчас находится ситуация с Кадашами?

– Весь сюжет я пересказывать не буду: этим кишит Интернет. Излишне пересказывать и содержание тех десятков запросов, которые мы сделали в Росохранкультуру, в Москомнаследие, в Министерство культуры, в Московскую и Генеральную прокуратуры. То, что наши действия не только вызывают раздражение ряда московских начальников, но и вынуждают их учитывать букву закона, которая широким мазком замазывалась при выдаче различных неправомерных разрешений на снос и застройку, это факт. Но история пока не окончена. Постановление правительства Москвы от 29 октября 2002 года до сих пор выступает тем конфликтообразующим документом, который пока так и не изменен.

– Насколько известно, сам храм Воскресения Христова в Кадашах вне опасности и речь идет только о каких-то постройках вокруг него?

– «Какие-то постройки» – это прежде всего «Дом дьякона», который специально доводился до такого состояния, чтобы его удобнее было назвать развалинами. Постановление 2002 года, дававшее санкцию инвесторам сносить и строить в этой зоне так, будто это непримечательный пустырь, изначально противоречило Федеральному закону «Об объектах культурного наследия» – закону, который прямо запрещает новое строительство на территориях охранных зон.

– Да, но что делать, если на охранной территории находится здание, не представляющее исторической ценности, на чем настаивают Лужков и его подчиненные?

– А вот это уже требует основательного опровержения. Официальная позиция Москомнаследия неоднократно выражалась вполне категорично: здание по Кадашевскому тупику, 3 не является памятником. «Не имеет самостоятельной историко-архитектурной ценности», – заявляли и Шевчук, и Громов, и Кузин (автор проекта нового строительства). При этом ссылаются они на важный исследовательский документ, подготовленный специалистами Моспроекта-2, мастерской №17 по кварталу №401 в начале 1990-х годов. Эти работы носят архивный характер, их нет в широком доступе, и это дает возможность тем, для кого они оказались доступны, вырывать цитаты из контекста без угрозы быть пойманными на подтасовках. Однако эта работа – как награда за упертость – оказалась доступной общественности. Исследование состоит из нескольких разделов: альбомной части, описания, истории домовладения, оценки и рекомендаций. Знакомство с подлинником убеждает, что для специалистов вопрос сноса стоит совсем не так, как представляет Москомнаследие.

«Рядовой пример главного дома, небольшой городской усадьбы, перестроенного в кон. 19 в. под доходные квартиры. Сохранил значение доминанты застройки владения, при этом утратив композиционные и стилевые характеристики», – это то, что цитируется сторонниками сноса. Однако в документе есть продолжение. Буквально за этими фразами на странице 16 следует: «Здание включено в дополнительный список памятников архитектуры как элемент исторической застройки, входящий в охранную зону церкви Воскресения Христова в Кадашах». То есть в тексте признается, что «Дом дьякона» есть «рядовой пример» городской усадьбы. Но при этом со всей ясностью в этом же тексте сказано, что здание включено в список памятников архитектуры. Этот вполне прозрачный вывод специалистов никогда никем в этом конфликте не озвучивался. Далее в этом же исследовании в резолютивной его части специалисты не то что не предлагают снос здания, а вполне определенно рекомендуют его реставрацию. Вот дословная цитата со страницы 17 документа: «В связи с утратой зданием стилевых характеристик необходимо привлечение специалистов-реставраторов для определения либо первоначальной композиции фасадов, либо восстановления их по аналогам; возможно восстановление мезонина».

Из нас делают «спасателей развалин»

– Приведенные вами факты чувствительно меняют картину. То есть аргументы ваших противников, мягко говоря, вводят общественность в заблуждение?

– Ну конечно! Гораздо проще из всех нас сделать неадекватных «спасателей развалин», назвать нас «корыстной узкой группкой», но не вести честную дискуссию и профессиональный анализ имеющихся документов. Кадаши – очень древняя зона, храм Воскресения – памятник федерального значения. Представлять ситуацию таким образом, будто все это дожило до 2010 года случайно, довольно нелепо. Понятно, что такая архитектура и такие зоны находятся под надзором профессионалов все 200 лет. И мы, слава Богу, пришли защищать Кадаши не из частной жалости к стареньким домикам, а потому что это экспертно определенная национальная ценность.

– Кажется ли вам ваша работа по спасению Кадашей более значительной, чем просто сохранение одной зоны?

– Да. Кадаши – это лишь частная деталь неблагополучного целого. Мы все время слышим аргументы, что современный город должен развиваться и все должны жить с комфортом. Но какими бы мы ни были скифами и азиатами, не надо сводить мнение российских граждан только к желанию обладать теплыми квадратными метрами с канализацией. Это совершенно не так. Мы живем в стране с тысячелетней историей, при этом официальное число исторических памятников у нас на всю огромную страну 90 тысяч. Тогда как в Великобритании, например, – 450 тысяч. Хотите сказать, что мы в пять раз культурно и исторически беднее, чем британцы? Полагаю, что нет. Даже то, что официально находится под защитой ЮНЕСКО, пребывает в очень плачевном состоянии, что вызывает большое недоумение этой авторитетной организации. Кремль, охраняемый ЮНЕСКО, именуется у нас «музеем-заповедником», но при этом ни в одном законе нет даже такого понятия. Центр Петербурга признан объектом всемирного наследия ЮНЕСКО, а по российским законам не является не только историко-культурным заповедником, но даже и достопримечательным местом. И вместо того, чтобы совершенствовать закон, устранять противоречия с другими (например земельными) законами, многие ищут способ нарушить даже то, что прописано.

Илья Новиков

Эсеры требуют роспуска и перевыборов Мосгордумы.
 

http://www.svoboda.org/content/transcript/2173612.html
В студии - глава фракции "Справедливой России" в Госдуме Николай Левичев
http://gdb.rferl.org/9A4CD59B-F26D-4..._w640_r1_s.jpg
Михаил Соколов: Сегодня в нашей московской студии – депутат Государственной Думы России, лидер фракции партии "Справедливая Россия" в российском парламенте Николай Левичев.

Мы сегодня будем говорить и о региональных выборах, наверное, сначала, а потом поговорим и о политической судьбе Юрия Лужкова и последствиях тех решений, которые были приняты на этой неделе. Итак, партия "Справедливая Россия" активно участвует сейчас в осенней избирательной кампании, и я хотел бы спросить, Николай Владимирович, с чем вы идете, собственно, на эти выборы?

Николай Левичев: Мы идем на эти выборы с тем, с чем ходят на выборы политические партии, – со своей политической программой, которая, естественно, на региональных или муниципальных выборах привязывается с региональным или местным проблемам.

Михаил Соколов: Но вот ключевой момент, общий для всех кампаний, которые идут по выборам в законодательные собрания регионов, там и Кострома, и Челябинск, и Тува и так далее?

Николай Левичев: Ключевой момент социал-демократической партии – это уменьшение бездны между богатыми и бедными, это развитие процессов, способствующих социальной справедливости в нашем обществе. Поэтому мы рассказываем о том, чем занимается наша фракция в Государственной Думе, какие законопроекты мы предлагаем, за какие законопроекты мы голосуем, против каких законопроектов мы голосуем, какие меры мы предлагаем на региональном уровне. Все достаточно конкретно.

Михаил Соколов: Ну, вот на региональном уровне, я разговаривал с разными людьми, участвующими в выборах, сам ездил в несколько регионов. Они говорят, что вообще изменить что-то в социальной политике практически невозможно. Региональные бюджеты дефицитные, деньги, в общем-то, перекачиваются в Москву, в федеральный бюджет, там надо ходить, просить и так далее. Налоговую политику изменить невозможно. И, в общем, все вот катится по такой наезженной колее. Немножко можно где-то убавить, где-то прибавить, но в принципе, сейчас федерализма в России нет, и вот на этих уровнях региональных парламентов принципиальные какие-то решения принять нельзя.

Николай Левичев: Если, конечно, смотреть с высоты птичьего полета, может быть, вы и правы, но речь идет о конкретных судьях, о конкретных жизненных ситуация конкретных людей. Вот я вернулся вчера из Нижнего Новгорода, там выборы в городское собрание Нижнего Новгорода. Это город-миллионник, столица административного округа Приволжского. Но наши депутаты, допустим, Александр Бочкарев, который уже 10 лет является депутатом Городского совета, вот он в течение многих лет пытался получить доступ к тем сметам, которые принимаются на городском уровне, в мэрии, и выяснил, что, оказывается, жители Нижнего Новгорода на сегодняшний день за некоторые вещи платят дважды. Поэтому когда пенсионер, у которого пенсия – 4200 рублей, из которых более 2 тысяч он платит за услуги ЖКХ, и на его вопрос, как можно прожить, у меня ответа нету, им объясняют, что для того, чтобы с них перестали брать деньги за уборку подъездов, которые никто не убирает, они должны прийти и написать заявление от имени жильцов, что просим не убирать нам подъезд за счет управляющей компании, мы сами будем его убирать, и тогда они сэкономят на этом приличную сумму в месяц.

Михаил Соколов: Теория малых дел.

Николай Левичев: Да. Коль скоро мы не можем, щелкнув пальцами, весь мир изменить к лучшему, могу привести еще один пример. Наша фракция в Волгоградской области путем подачи судебных исков добилась пересмотра тех платежей, которые на протяжении последних лет жители Волгограда осуществляли вот опять же за услуги ЖКХ. И судебное решение в нашу пользу, пересчитываются сейчас эти суммы. Поэтому, ну, как говорится, если мы не можем сделать счастливыми всю планету, то помочь конкретным людям, которые бедствуют и для которых там 100 рублей в месяц – это серьезная сумма, ну, во всяком случае, можно постараться.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, а с чем связано то, что я видел, скажем, в Костроме, в Костромской области, а мой коллега видел в Новосибирске последнее время, – почему такое жесткое давление на партию "Справедливая Россия", административное и информационное, проводится именно в этих регионах?

Николай Левичев: Ну, начнем с Новосибирска. Поскольку сегодня состоялось очередное заседание областной избирательной комиссии, в очередной раз было принято странное решение: изъять тираж агитационных материалов партии "Справедливая Россия" по смехотворному основанию. Потому что когда идет уже третья неделя активной избирательной кампании, далеко не первый материал поступает в избирательную комиссию, все они изготавливаются по договору с одним и тем же юридическим лицом, и тут, наконец, их осенило, значит, придраться к тому, что, дескать, это юридическое лицо не числится в реестре юридических лиц Новосибирской области, – ну, понятно, что за этим стоит. Предыдущая попытка изъятия агитационных материалов привязывалась к тому, что якобы там фактический адрес отличается от юридического. То есть идет такая казуистика – лишь бы за что-то зацепиться, лишь бы не дать распространить агитационный, информационный материал.

Михаил Соколов: А что же вы там такое пишете, что власти Новосибирской области так раздражает?

Николай Левичев: Мы пишем правду, а люди по правде соскучились. Поэтому в Новосибирской области, где пока руководил господин Толоконский, все было хорошо, все было организованно, и вот такого, чтобы тиражом 960 тысяч экземпляров распространялся материал, где, значит, не очень лицеприятные вещи говорятся о том, так сказать, как расходуются бюджетные средства, да, и так далее, ну, вот, это просто пугает. Там, по моей информации, они ведут какие-то свои замеры, да, и их просто пугает та тенденция роста популярности "Справедливой России", и поэтому уже как бы кричат караул и пускаются во все тяжкие.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, ну, а Костромская область, там то же самое? Тоже власти не нравится то, что эсеры печатают, рассказывают?

Николай Левичев: Ну, вообще, не нравится лидер нашей партии в Костромской области, ну, и опять же не нравится то, что растет популярность. В последний момент, вот я к вам шел на передачу, мне дозвонился Валерий Гартунг из Челябинска...

Михаил Соколов: А он мне жаловался, что его прессуют.

Николай Левичев: А вот с сегодняшнего дня началось и там. Видно, какой-то замер сделали, опять же напугались, и я вот получил от него информацию, что наши рекламные ролики, которые проплачены уже из избирательного фонда, значит, отказываются ставить в эфир, при этом не успев, видимо, еще даже повод и причину придумать, без всяких объяснений. Вот, как говорится, у нас, видимо, так получается: по осени у нас избирательный маразм крепчает, а к марту, к весне, надеемся, будет небольшая оттепель, да. Но, может быть, для этого придется опять выходить из зала пленарных заседаний Государственной Думы.

Михаил Соколов: То есть не исключены такие демарши. Вот, я вижу, коммунисты очень сильно жалуются. Они, правда, на выборах в законодательные собрания как-то опять же не так сильно, а вот на выборах в городские Думы, по-моему, Краснодар и Тамбов – очень сильно как-то жалуются на давление. Наверное, у вас тоже есть еще другие случаи. В принципе, что, возможен опять новый демарш?

Николай Левичев: Ну, поживем – увидим. Во всяком случае, мы не готовимся этому, но действительно, чем ниже опускаешься по уровню вот этой, значит, пресловутой вертикали власти, тем как бы больше таких нанотехнологий на сегодняшний день. Ну, вот из того, что мне раньше не встречалось, а сейчас вот в какой-то багаж можно взять придумок таких, ну, скажем, в Московской области, в Тучково, выборы муниципального уровня. Год назад кандидата от нашей партии во время избирательной кампании убили, были назначены выборы повторные, на них выиграл тоже не нужный местной власти кандидат, поэтому там различными приемами за счет признания недействительными на двух участках выборов выборы отменили. Сейчас назначили выборы на 10 октября, кандидат от нашей партии зарегистрировался – напугались, четыре члены избирательной комиссии из восьми написали заявления о сложении полномочий, кворума нет, больше нельзя принять заявления и зарегистрировать ни одного из кандидатов. Стало быть, выборы безальтернативные, стало быть, они не состоятся. Ну, что еще, вот какие-то последние новости из Нижнего Новгорода, коль скоро я вчера там осматривал, там бьет фонтан такого черного пиара.

Михаил Соколов: В Костроме тоже, там поливает областная телекомпания.

Николай Левичев: Значит, от имени "Справедливой России" делаются всякие пакости, условно говоря, двух лиц неприятной наружности надевают накидки, на которых написано "Справедливая Россия"... Ну, мы-то видим, что они изготовлены похожими, но не по нашему клише. Дальше небольшая съемочная группа сопровождает их, около пунктов сдачи бутылок и вторсырья они предлагают людям уж совсем непритязательной наружности испить из бутылочки водочку, разливают по стаканам...

Михаил Соколов: Ну, "марш бомжей" – это 1997 года технология.

Николай Левичев: Это все снимается на видео, на фото. После этого появляются плакаты, якобы от "Справедливой России", ну, и так далее. И последняя находка. Бедные пенсионеры мне жаловались, что уже третий день за полночь начинаются телефонные звонки до двух часов ночи это продолжается, и им говорят: "Здравствуйте! Вас беспокоит "Справедливая Россия", два три глупых вопроса, и после этого говорят: "Ну, вы можете на выборы не ходить, считается, что вы проголосовали за "Справедливую Россию".

Михаил Соколов: Ну, с чувством юмора люди... Видимо, трудно конкурировать на почве программ и так далее. Кстати, я так понимаю, что во многих регионах продолжается история, когда не получаются теледебаты, то есть партия власти от них уклоняется. Так, вот нам пишет Роза: "После такого страшного лета пожаров, дыма, смертей, отсутствия в больницах кондиционеров, отсутствия пожарной техники что-то изменилось ли в вашей программе? Или она у вас на все случаи жизни?"

Николай Левичев: Вы знаете, есть программа, которая на все случаи жизни, а есть, что называется, злоба дня. Поэтому мы и на встрече с президентом, и на первых же заседаниях после парламентских каникул тоже говорили о том, что Лесной кодекс надо менять, что нужно пересмотреть всю систему превентивных мер. Потому что, ну, мы уж как-то по сказке: теперь мы будем опасаться пожаров, а если весной будет разлив рек? Мы ставим вопросы немножко шире. Мы давно уже, три года, на международном уровне обсуждаем проблему изменения климата, но в своем отечестве три года нас никто не слышал. Сегодня надо понимать, что нужно вносить изменения в бюджет Российской Федерации, подразумевая, что, во-первых, на научную разработку подходов к этой теме нужно деньги выделять, да, нужно восстанавливать систему метеонаблюдений, чтобы улучшить качество прогнозов, и если мы будем готовиться только к пожарам, то нам не захлебнуться бы наводнением.

Михаил Соколов: В общем, к чрезвычайным событиям вы готовитесь. Еще вот сообщение сегодняшнего дня: лидер ЛДПР, вице-спикер Госдумы Владимир Жириновский считает, что выборы в парламент в 2011 году будут досрочными. Уже в декабре текущего года нижняя палата российского парламента объявит о самороспуске, и президент своим указом назначит выбора на второе воскресенье марта, – предрек лидер ЛДПР. Что вы думаете о таком интересном прогнозе?

Николай Левичев: Ну, роспуск Государственной Думы по причине сложения с себя полномочий большей части депутатского корпуса возможен, только если такое политическое решение примет партия "Единая Россия". Мне хотелось бы узнать, с какой аргументацией будет принято решение. Лично я никаких оснований для того, чтобы нарушать Конституцию Российской Федерации, в которой есть прямая строчка – "Государственная Дума избирается на четыре года", – лично я таких оснований не вижу.

Михаил Соколов: Но может же быть, хоть и не было. Недоверие правительству...

Николай Левичев: А я вам привел ноу-хау, если избирательную комиссию в паралич ввести путем снятия с себя полномочий половины ее членов, – ну, можно оставить страну без дееспособного парламента. А представьте себе, что такое новые парламентские выборы с учетом роспуска парламента. Это, по крайней мере, четыре с лишним месяца страна не может...

Михаил Соколов: Ну, раньше, позже – какая разница? Деньги те же.

Николай Левичев: ...ни одного законопроекта принять, нарушается нормальная работа.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, но деньги-то те же, что в декабре, что весной. А весной, может быть, настроение лучше, все-таки рост цены будет не такой. Вот прогнозируют, что к следующему году, к декабрю, рост цен будет еще и еще, и партии власти это невыгодно.

Николай Левичев: Лично мне не хотелось бы такого вселенского позора, если вот с такого рода аргументацией мы распустим парламент. Ну, у нас и не то бывало. В 1993 году и постреливали по парламенту, как говорится.

Михаил Соколов: Но выборы провели.

Николай Левичев: Мне кажется, что эти 17 лет все-таки в стране прошли не зря.

Михаил Соколов: Собственно, "Единая Россия" заговорила о том, что надо сместить как-то дату выборов. Это же господин Грызлов сказал по поводу совмещения региональных выборов, осенних, и выборов, которые на декабрь назначены. И я так понимаю, что он слово "октябрь" произнес, а не вы и не ваша партия.

Николай Левичев: Ну, я могу сказать, что наша позиция по вопросу переноса выборов следующая. Мы были бы склонны поддержать перенос выборов региональных с марта 2012 года на декабрь 2011-го, совместив их с выборами Государственной Думы.

Михаил Соколов: То есть все региональные выборы за один раз.

Николай Левичев: Нет, только марта 2012 года. Почему? Если мы в марте 2012 года будем избирать президента, то, в принципе, есть логика разнесения выборов президента, персонифицированных, с выборами региональными, которые проходят по партийным спискам. Вот здесь я понимаю, для того чтобы не увязывать определенные имена с определенными партиями, вот мы такую логику видим. Кроме того, сокращение полномочий регионального депутатского корпуса всего на 3 месяца – это, в общем, понятно, а вот предложение, которое вынашивает "Единая Россия", о переносе выборов региональных с марта 2011 года на декабрь 2011-го – это, извините меня, совсем другая песня. Это продление полномочий на 9 месяцев, не спросясь избирателей. А с другой стороны, если мы нагребем выборы марта, октября 2011 года и марта 2012 года, и все это в кучу совместим с выборами в Госдуму, там получается 35-37, по-моему, субъектов Федерации, это – полстраны. Вот мы категорически против этого. И никаких иных аргументов, кроме удобства "Единой России", в этих предложениях мы не видим.

Михаил Соколов: А что за движение создается – "Вперед, Россия" вашим членом партии, активным, и депутатом Геннадием Гудковым? И почему "Единая Россия" пытается немедленно создать одноименное движение? Это у вас конкуренция на почве модернизации?

Николай Левичев: Ну, давайте расставим здесь, значит, все акценты. Я не вхожу в оргкомитет этого движения "Вперед, Россия". Впервые идея создания такого движения родилась в мае месяце, когда собралось несколько политически активных людей, в числе которых оказались там три депутата нашей фракции – это Геннадий Гудков, Анатолий Аксаков и Валерий Зубов. Но это вещь не запрещенная. Если у людей есть возможность реализовывать свою общественную активность, помимо партийных форматов, в других, я в этом ничего зазорного не вижу. Поэтому четыре месяца оргкомитет готовил эту учредительную конференцию, на конференцию я пришел и своими глазами увидел, что там был полный зал, были представители 56 регионов, более 300 делегатов. То есть с точки зрения процедурной все было выдержано. Значит, эпиграфом висела цитата из статьи Дмитрия Анатольевича Медведева "Россия, вперед", что он приглашает к дискуссии по поводу путей модернизации страны как тех, кто с ним согласен, так и тех, кто с ним не согласен, между прочим. Но вот удивительно, что "Единая Россия", у которой годовщина со дня выхода статьи прошла уже до этого, у них был год для того, чтобы самим как-то взбудоражить общественность и создать какой-то там народный фронт в поддержку президента. Но коль скоро они 9 месяцев молчали, а другие люди начали какую-то активность, конечно, уже эти заявления о том, что они сейчас проведут конференцию по учреждению движения с таким же названием, чтобы не отдать лозунг президента в руки, как они говорят, популистов, это уже, конечно, смешно и попахивает фарсом. Потому что прошла конференция, там выступали вполне уважаемые люди, Андрей Дементьев, член Общественной палаты, и так далее. Я там выступил в качестве гостя, поэтому как бы я не несу персональную ответственность за судьбу этого движения, но всячески его приветствую.

Михаил Соколов: А президенту Дмитрию Медведеву нужно такое движение?

Николай Левичев: Коль скоро он обращался и в этой статье к нации, и в послании к Федеральному Собранию, призывая консолидировать общественные усилия, для того чтобы страна в этом направлении зашагала, а не топталась на месте, я думаю, он не должен быть против.

Михаил Соколов: Ну, да, видимо, какая-то все-таки идет активизация процессов в политической среде. Вот и это движение, и потом либеральная коалиция появилась "За Россию против произвола и коррупции", с нуля, между прочим, и у нее рейтинг стал подниматься. Вы как к этому проекту относитесь? Рыжков, Немцов, Касьянов, другие...

Николай Левичев: Я отношусь скептически и этого не скрываю, потому что одно дело, когда за какими-то персоналиями стоят более-менее сформировавшиеся уже массовые общественные движения... Ну, вы уж простите, но я приведу пример нашей партии. Вот я 8 лет, значит, занимался этой деятельностью, начиналось с Партии Жизни, которая выросла из общественных движений, потом мы объединяли активные силы сначала трех политических партий, потом еще шести политических партий. В итоге вот образовался такой конгломерат, так сказать, который на сегодняшний день представлен в парламенте, мы имеем там 400 с лишним тысяч членов партии, мы имеем уже огромный депутатский корпус на всех уровнях, во всех регионах, на муниципальном уровне.

Михаил Соколов: Ну, это вам разрешили все. Мы понимаем, что их не разрешают, а вас разрешают.

Николай Левичев: Вы знаете, это вам тут легко так вот разговаривать, да, а когда я встречаюсь со своими депутатами уже в регионах и вижу глаза людей, которые прошли через это горнило, ну, им никто ничего не разрешал.

Михаил Соколов: Все-таки давайте про Юрия Михайловича Лужкова поговорим. И слушатели нам уже об этом напоминают. Как вы оцениваете по-партийному такой недобровольный уход Юрия Лужкова с его поста? Что это такое, почему президент не выдержал? Объяснений он не дает. Вот как он доверие-то потеряли? Сколько лет была вера и у Дмитрия Медведева, и у Владимира Путина – и вдруг вера кончилась...

Николай Левичев: Я могу только повторить свой вчерашний комментарий по этому поводу. Основные два момента я бы назвал так. Во-первых, все-таки я считаю, что это в определенном смысле победа гражданского общества. И во-вторых, мне хочется надеяться, что это первый серьезный публичный шаг президента по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти. Разворачивать оба эти тезиса я готов.

Михаил Соколов: Вообще, причин, на самом деле, могло быть много. Если даже взять последние события и разные разоблачения деятельности госпожи Батуриной, земли МИДа, проданные странным образом ей, или там эта пробка на въезде в Шереметьево, или там то, что творилось в "Речнике", но большинство комментаторов считают, что это все могли быть поводу. Тем не менее, вот коррупция. Вы считаете, что Москва – это такое исключение из правил, в других регионах нет коррупционных отношений во власти регионов?

Николай Левичев: А я неслучайно сказал, что это первый серьезный шаг по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти.

Михаил Соколов: А выборы в Московскую городскую Думу еще ту вспоминают. Некоторые политики говорят, что нужно было бы добиться роспуска Мосгордумы и проведения новых выборов. Ну, действительно, ситуация изменилась...

Николай Левичев: Я принадлежу к этим "некоторым политикам", да.

Михаил Соколов: А как этого добиться можно? Вы же судитесь, наверное, по следам.

Николай Левичев: Мы судимся, да, значит, весь этот год, но те судебные иски, которые мы подавали, они касались нарушений на конкретных избирательных участках или в конкретных территориальных избирательных комиссиях. Московская судебная система, вы знаете, она достаточно квалифицированная, эти судебные тяжбы – дело долгое, суды то переносятся, то там отклоняются наши иски по каким-то там формальным основаниям, поэтому мы тут можем еще долго продолжать. Но я не буду скрывать, что я, как лидер списка партии "Справедливая Россия" на московских выборах, готовлю иск в Московский городской суд о признании выборов в Московскую городскую Думу недействительными на основании 74-ой статьи соответствующего закона о том, что лидер списках – партия "Единая Россия", Юрий Михайлович Лужков во время избирательной кампании пользовался преимуществами служебного положения. Есть такая норма, которая позволяет отменить выборы. Ну, дальше доказательство, конечно, лежит на истце, поэтому мы сейчас собираем доказательную базу. И я надеюсь, что в ближайшие дни такой иск будет подан. Ну, прекрасно мы понимали, что до того, как Юрий Михайлович покинул высшую точку московской пирамиды, подача такого иска была обречена на неудачу, а сейчас мы проверим, у нас тут руководство московской судебной системы уже заявило о том, что они нуждаются в защите, да, и у них нет теперь другого выхода, кроме как судить по-честному. Вот мы и посмотрим. Основание такое, юридическое, есть.

Михаил Соколов: Да, тем более что сменить состав Мосгордумы, который был подобран под одного человека, я подозреваю, что есть и у некоторых деятелей "Единой России" такая мысль, они бы, наверное, хотели, чтобы там другие люди появились. Сергей пишет: "Господин Левичев, не кажется ли вам, что Медведева подставили в связи с отставкой Лужкова? Ведь он не кто-нибудь, а крупный политический деятель и чиновник. Позорная отставка! Прежде всего она бьет по власти в целом, а не по недостаткам политического и экономического устройства в стране, с которыми, похоже, никто не собирается бороться".

Николай Левичев: Ну, с уважаемым Сергеем я категорически не согласен. Подчеркну, что Юрий Михайлович Лужков – это тоже не некая константа. За 18 лет своего пребывания в Москве Юрий Михайлович Лужков заметным образом менялся. И если внимательно проследить, на протяжении последнего года я это очень хорошо ощущал, как депутат от города Москвы Государственной Думы, я с Юрием Михайловичем состоял в активной переписке...

Михаил Соколов: Лично поговорить не удавалось?

Николай Левичев: Депутатские запросы писались, открытое письмо Юрию Михайловичу Лужкову после истории в Кадашах я публиковал. И было заметно, что в последний год, когда общественный резонанс получали такие вот скандальные ситуации в городе Москве – "Речник", Кадашевская слобода, пробка на Ленинградке, тот же Химкинский лес, какие-то ситуации с точечной застройкой, то Юрий Михайлович начинал все более и более неадекватно реагировать на вот это возмущение общественного мнения. А общественное мнение консолидировалось. Я просто поминутно знаю ситуацию с Кадашевской слободой. Ведь там в число защитников, которые ночами караулили эти экскаваторы и бульдозеры, были люди самых разных убеждений, самого разного уровня образования, имущественного положения. Юрий Михайлович, конечно, этот пульс жизни уже не ощущал. Он ведь что говорил: "Я своим решением отменил..." При этом постановление правительство Москвы, имеющее номер и дату, еще изменено не было. Он начинал себя чувствовать частью, причем, наверное, большей частью государства, он начинал чувствовать себя вершителем судеб. Ну, и последнее его высказывание, интервью Елены Николаевна Батуриной – я считаю, что это уже был моральный вызов всему обществу, а не только и не столько Кремлю. По моему впечатлению, президенту Медведеву просто, вообще говоря, ничего больше не оставалось, как гаранту общественного консенсуса.

Михаил Соколов: Вот пишут: "Отставка Лужкова – дело сугубо экономическое. Федеральные финансово-политические группы решили: пора забрать под себя экономику Москвы". А мы вот о нравственности, об общественном мнении...

Николай Левичев: Ну, поживем – увидим. История все ставит на свои места.

Михаил Соколов: Геннадий из Ленинградской области, пожалуйста, ваш вопрос Николаю Левичеву?

Слушатель: Добрый вечер! Как можно сделать, чтобы каждый гражданин мог реально защитить себя от произвола чиновников, не желающих выполнять свои обязанности, работников ЖКХ, оказывающих плохие услуги, и всяких различных халтурщиков и нерадивцев? Заявления в суды стоят дорого? Суды у нас несовершенные, а решения, касающиеся чиновников, они просто не выполняются. Единороссы, насколько я понимаю, не хотят менять эту ситуацию. Хотелось бы, чтобы этим занялась "Справедливая Россия". Потому что Иванов, Петров, Сидоров не могут реально повлиять и наказать рублем тех нерадивцев, о которых я сказал. Спасибо большое!

Николай Левичев: Спасибо, уважаемый Геннадий. Мировая практика выработала только один рецепт гарантий гражданам – это отсутствие политической монополии – это все-таки демократическое устройство государства. Я, как депутат, веду прием избирателей, получаю массу писем и вот попросил своих помощников проанализировать за последние два года результаты моей депутатской деятельности. Вы знаете, я сам был приятно удивлен. Еще раз повторю, несмотря на то, что я, как депутат Госдумы от Москвы, не пользуюсь какой-то любовью московских властей, просто скажу, что общественную приемную депутата мне выделили в городе Зеленограде, самом "центральном" районе можно сказать. Тем не менее, больше половины депутатских запросов все-таки приносят конкретную пользу, по ним и отменяют неправедные решения, и пандусы инвалидам делают, и детские площадки удавалось защитить, и восстановить людей на работе, и так далее. Поэтому для того, чтобы не тратиться сами на судебные иски, нужно избирать депутатов, которым вы доверяете, и дальше вот в рамках депутатской деятельности они будут защищать ваши гражданские права. Поэтому, когда будет баланс политических сил, когда каждая социально-значимая группа будет иметь свое представительство во всех органах законодательной власти, как минимум, а лучше еще и иметь, так сказать, в исполнительной власти определенные ниши, вот тогда, наверное, и заработает вот этот институт гражданских гарантий.

Михаил Соколов: Еще один вопрос из Москвы. Лариса Дмитриевна, пожалуйста.

Слушатель: Добрый вечер! У меня к вам такая просьба. Сейчас ломают судьбы и жизнь двух девушек – это Айгуль Махмутова и Алина Жукова. Вот помогите! Ваш лидер, вы – вроде бы нормальные люди. И второе, скажите, как ваша партия голосовала за расширение полномочий ФСБ? Что с учеными-шпионами? Мои приятели, живущие в Кремниевой долине, я им говорю: "Ну, что, приедете?" Они говорят: "Ты что, с ума сошла что ли?"

Николай Левичев: Начну со второго вопроса. При обсуждении закона в первом чтении о расширении полномочий ФСБ наша фракция голосовала против. По первому вопросу, я вам могу признаться, что судьбой Айгуль Махмутовой я занимаюсь уже не протяжение двух лет. Я лично посещал ее еще в следственном изоляторе. Я лично дважды обращался к президенту страны Дмитрию Анатольевичу Медведеву.

Михаил Соколов: Это журналистка, которую неправедно осудили, московская.

Николай Левичев: Да, она сейчас находится в колонии-поселении, уже отбывает срок. Я продолжаю заниматься этим делом. Ну, в таком радиоразговоре всего не расскажешь. Недавно, на прошлой неделе, в "Новой газете" была по этому поводу большая публикация Леонида Никитинского, можете ее почитать, чтобы понимать, в каком состоянии сейчас находится это дело. Ну, судьбой Алины Жуковой, честно признаюсь, я пока лично не занимался, но думаю, что после вашего звонка я постараюсь в интернете найти информацию.

Михаил Соколов: А мы попросим Ларису Дмитриевну вам написать.

Николай Левичев: Или напишите мне в Государственную Думу. Или на сайт "Левичев.инфо".

Михаил Соколов: А вот вопрос об ученых-шпионах – это тема выглядит тоже достаточно актуально, особенно в свете заявления о Сколкове, о модернизации и так далее. Постоянно же возникают эти конфликты и дела, так сказать, об охране государственной тайны, весьма расширительно толкуемой.

Николай Левичев: Что касается государственной тайны, на прошлой неделе обсуждался законопроект по части расширения понятия "государственная тайна". Наша фракция тоже голосовала пока против, потому что там слишком расплывчато толкуется это понятие. Ну, посмотрим, удастся ли нам какие-то конкретные поправки внести во втором чтении, и будем определяться.

Михаил Соколов: Вот я еще вижу вопрос: "А ваша партия за отставку Юрия Лужкова вообще когда-нибудь выступала?"

Николай Левичев: Я могу сказать, что я подавал заявку на пикетирование с 20 по 30 сентября на Тверской улице, напротив здания мэрии. В очередной раз мы получили от префектуры Центрального административного округа отказ. Но дело в том, что когда мы в мае получили на аналогичную заявку отказ, мы подали, значит, обжалование этого решения в суд, и на прошлой неделе районный суд вынес такое странное решение: поскольку в судебном слушании представитель префектуры сказал, что мы неправильно поняли это письмо за подписью зам. префекта, что оно, на самом деле, было не запретительное, а информационное, значит, никаких препятствий для того, чтобы проводить пикеты напротив мэрии, Тверская, 13, нету. Поэтому вот не успели мы пропикетировать мэрию Москвы с требованием отставки Юрия Лужкова, хотя заявка на такие пикеты была подана.

Михаил Соколов: Если вам не дают проводить ваши пикеты в Москве и манифестации, вы не хотите присоединиться к движению "несогласных", которые выступают за нормальное применение 31-ой статьи Конституции? Можно выйти 31-го числа на митинг вместе с ними, на Триумфальную.

Николай Левичев: В отличие от так называемых "несогласных", мы действуем в правовом поле. Если нам не разрешают проводить несанкционированные пикеты, мы проводим одиночные пикеты. Вот мы пикетировали здание мэрии весной путем одиночных пикетов. Познакомились с большим количеством сотрудников УВД Центрального административного округа. И сейчас, после того, как мы получили судебное решение о том, что, оказывается, наши пикеты были правомочны, я думаю, что мы начнем судебное преследование тех милиционеров, которые воспрепятствовали нам в реализации наших конституционных прав. Но подставлять под дубинки своих партийных активистов я, в общем, никогда не считал необходимым.

Михаил Соколов: Звонок из Серпухова. Владимир Павлович, пожалуйста, ваш вопрос?

Слушатель: Добрый вечер, господа! У меня чисто такой теоретический вопрос. Вот вчера утром я узнал такую весть об отставке и впервые за последние годы почувствовал себя гражданином страны, в которой есть не какой-то тандем, а есть президент! Первый шаг сделан. Второй должен быть сделан. Такую фигуру, как Лужков, сковырнуть – это гигант, конечно, это поступок. Но вот второй шаг какой будет? Ведь очевидно, что если придет опять такого же типа мэр – ничего мы от этого не получим. Это будет пустота. А вот если придет порядочный мэр, организует комиссию, которая проведет определенную проверку всей этой власти лужковской, и если человек заслуживает там отставки – пожалуйста, паровозиком за своим шефом.

Михаил Соколов: Понятно. Как вы все-таки видите фигуру нового московского руководителя? Опять же, некоторые российские политики говорят, что нужно добиваться свободных, прямых выборов мэра населением, чего сейчас нет. А вы, наверное, партия такая... социал-реформистская, мы за какой-нибудь компромисс, чтобы хорошего человека назначили, да? Как оппортунисты. Социал-демократы – они же оппортунисты, как нас учили.

Николай Левичев: Давайте разделим, так сказать, зерна от плевел. Нет, мы, в принципе, выступаем за прямые выборы мэров, но дело в том, что в Москве мэр является в то же время и главой субъекта Федерации. Поэтому неслучайно 11 сентября на встрече с президентом лидер нашей партии Сергей Миронов передал президенту разработанный нашими экспертами законопроект о местном самоуправлении в городах федерального подчинения – Москве и Санкт-Петербурге. До сих пор, несмотря на то, что 131-ый закон о местном самоуправлении принят уже давно и вступил в действие, вот это – лакуна в законодательстве. В 131-м законе есть только отсылка, что в этих городах вот местное самоуправление организуется специальным образом.

Михаил Соколов: Оно отсутствует фактически.

Николай Левичев: Поэтому мы считаем, что сейчас в Москве наступила прекрасная возможность предпринять меры для роспуска лужковской Московской городской Думы. В течение того времени, когда будут организованы честные и прозрачные выборы нового состава Московской городской Думы, вот, пожалуйста, давайте обсудим наш законопроект, если надо, внесем туда какие-то поправки и используем эту ситуацию для того, чтобы деперсонифицировать власть в городе Москве и Санкт-Петербурге, распределить властные полномочия по всей вертикали, чтобы заработало местное самоуправление, чтобы люди имели возможность сами решать, где в своем доверии песочницу делать, а где, значит, гаражи и так далее. Вот такой комплексный подход я бы предложил сейчас. Потому что, если мы заменим Иванова на Петрова, а Петрова на Сидорова, но останется вся система управления такой косной и неповоротливой, какой она была, по большому счету, наверное, ожидать больших изменений не приходится. Вот наша позиция.

Михаил Соколов: Ну, это какая-то идеалистическая позиция. Дело в том, что Юрий Лужков – он опередил, в свое время он построил "путинскую" вертикаль гораздо раньше, чем Путин появился у власти. И, собственно, федеральная власть, она копировала все методы московской власти по управлению средствами массовой информации, по уничтожению муниципальной, так сказать, составляющей и все-все абсолютно. И с чего это федеральная власть, которая копировала Лужкова, будет идти вот на такие либеральные, демократические шаги?

Николай Левичев: Ну, во-первых, я считаю, что демократические шаги не обязательно должны быть либеральными, мы приверженцы социальных форм демократии. Во-вторых, такой огульной терминологией – "путинский режим", "путинская вертикаль" – я бы предпочитал не пользоваться, потому что за эти 8 лет...

Михаил Соколов: Но это же не вы сказали, это я сказал.

Николай Левичев: Да. Нам, например, удалось все-таки создать партию, удалось стать парламентской партией. Мы сейчас бьемся до крови в регионах за то, чтобы увеличить представительство социал-демократов в муниципальных органах и в региональных органах власти. И поверьте, люди, которые жертвуют своей карьерой, своим благополучием ради того, чтобы страна осуществляла эти маленькие шаги в сторону демократизации, они заслуживают всяческого уважения.

Михаил Соколов: Да, все-таки есть еще идеалисты в российской политике. Ну, вот о политике все-таки. Анатолий Чубайс сказал о Юрии Лужкове, что о бывших политиках ничего или хорошо. С другой стороны, вот есть утечки, что Лужков сказал, что уйдет в политику, что будет бороться за возвращение прямых выборов глав регионов. И некоторые говорят, что единственное его спасение сейчас – это как раз уход в открытую политику, заявить о себе как о кандидате в президенты. Это возможно?

Николай Левичев: Да, мне очень понравилась такая формулировка: Лужков ушел из "Единой России" в политику, – поскольку онам тем самым косвенно подтверждает, что то, что называется "Единой Россией", это, мягко говоря, не совсем политика, чтобы не сказать совсем не политика. У меня есть такой совет. Поскольку отставной мэр не может быть субъектом политических отношений, значит, вот я бы рекомендовал московскому городскому отделению партии "Единая Россия", которое неделю назад на своей конференции присягнуло единогласно, и сказали они вслух, что Юрий Михайлович Лужков – единственный человек, за которым они пойдут на выборы, последовать из "Единой России" в политику за Юрием Михайловичем Лужковым. Они могли бы, в соответствии с законодательством, зарегистрировать инициативную группу по выдвижению кандидатуры в президенты, и вот тогда легитимным образом Юрий Михайлович Лужков вместе с инициативной группой мог бы стать субъектом политических отношений в Российской Федерации.

Михаил Соколов: Еще рановато группу создавать. Может быть, с партии начать, движения?

Николай Левичев: Ну, Лимонову было не рано заявить о том, что он пойдет на президентские выборы.

Михаил Соколов: Но он и партию создает. Даже в "Российской газете" программу напечатал.

Николай Левичев: Поэтому Юрий Михайлович был бы только "номером 2" в этой ситуации. Ну, насчет партии, думаю, что ни одна из семи зарегистрированных партий Юрия Михайловича под свои знамена звать не будут.

Михаил Соколов: Ваша не будет?

Николай Левичев: Наша уж точно не будет.

Михаил Соколов: А он ведь социалист по взглядам, публично высказанным.

Николай Левичев: Ну, это такой, значит, специфический социализм.

Михаил Соколов: Спрошу вас про господина Ресина. Вот появился исполняющий обязанности и сразу же принял решение приостановить строительство на Боровицком холме. Это какой-то позитивный шаг сразу или это от испуга что ли?

Николай Левичев: Ну, если он извлек уроки как раз из неадекватности как раз реагирования Юрия Михайловича Лужкова на аналогичные ситуации, то я могу его только похвалить. Я уже комментировал сегодня эту ситуацию, и не хотелось бы, чтобы общественные движения окружали Боровицкий холм, святое место для каждого россиянина, для того чтобы приостановить это строительство до тех пор, пока мы разберемся, что к чему. Я сегодня призвал объявить мораторий на любое строительство, потому что последние месяцы, когда кресло под Юрием Михайловичем Лужковым зашаталось, мы увидели, как скоропалительно начали сноситься здания, которые, может быть, в иных условиях еще постояли бы, а сейчас инвесторы и строители торопились их разрушить, пока суд да дело, чтобы не потерять эти жирные куски московской земли, о которых было так смачно сказано с трибуны Государственной Думы Владимиром Владимировичем Путиным.

Михаил Соколов: А вы думаете, все-таки назначение нового мэра, предположим, появится какой-то человек, оно гарантирует от того, что ваша партия снов не окажется к нему в оппозиции?

Николай Левичев: Ну, конечно, не гарантирует. Но мне бы все-таки хотелось, чтобы процедура утверждения внесенного президентом кандидата проходила в новом составе Московской городской Думы.

Михаил Соколов: Ну, это не успеть. Они сказали, что через неделю уже кандидатов, то самое отделение "Единой России", выдвинут, предложат своему федеральному руководству.

Николай Левичев: К сожалению, тогда, смотрите, в случае, если Мосгордума ответит пионерским "всегда готовы" на предложение президента, мы будем иметь не просто избранную, мягко говоря, некорректным образом Московскую городскую Думу, но еще и Московскую городскую Думу, которая демонстрирует политическое лицемерие. Неделю назад они присягали на верностьЛужкову, сейчас, если столь же единодушно они поддержат любую внесенную президентом кандидатура, ну, я как москвич не хотел бы жить в ситуации, когда Москвой управляет законодательный орган, состоящий в основном из лицемеров.

Михаил Соколов: Наши слушатели нам говорят, что хотели бы увидеть еще и уголовные дела, но это, наверное, дело дальнейшего, возможно, будущего и зависит, безусловно, от поведения Юрия Лужкова.

Николай Левичев: Мне кажется, что неслучайно по времени совпали эти события вокруг снятия Лужкова и инициатива президента, внесенная в Госдуму, о создании единого Следственного комитета. Я думаю, что такому мощному следственному органу будет по плечу борьба с коррупцией в высших эшелонах власти.

Михаил Соколов: Я, кстати, замечу, что господин Рябинин, вице-мэр, который находился под следствием, сегодня подал в отставку.

Николай Левичев: Видите, как много "случайных" совпадений.

Михаил Соколов: Да... Я благодарю нашего гостя!

Мы – свободный народ
 

http://www.levichev.info/5_1581.htm
06 октября 2010

Беседа Николая Левичева и Александра Проханова

Александр ПРОХАНОВ. Николай Владимирович, вы являетесь идеологом партии "Справедливая Россия". В какой степени идеология партии созвучна идеологии модернизации?

Николай ЛЕВИЧЕВ. Должен вам сказать, что в политическом сообществе последнее время к слову "идеология" относились отрицательно, предполагая, что идеология – это пережиток тоталитаризма. Существовало своего рода негласное табу на идеологию. Некоторые партии даже бравировали своим внеидеологическим характером, пытаясь стать так называемыми партиями "для всех".

Однако популярный тезис о "конце идеологии" уже развенчан, и последние события в мире это подтверждают. Сегодня все более очевидно, что разные социальные группы в России привержены разным ценностям и имеют различные интересы. Игнорировать это нельзя. Для того и существуют партии, чтобы отстаивать и защищать разные позиции. Не случайно и партия власти озаботилась своими идейными корнями, привинтив на свои двери табличку с надписью "консерваторы". Мы изначально определили свою идеологию как социалистическую. И наша идеология социальной справедливости напрямую связана с идеологией модернизации.

В сегодняшних дискуссиях на тему российской модернизации нередко противопоставляют два сценария: "вестернизация" и "опора на собственные силы". Противопоставление весьма условное, так как развитие России проходило не только в рамках общеевропейских тенденций. Усваивая и перерабатывая все самое передовое, что было в мире, она вырабатывала и самобытные, уникальные формы социального существования. Думаю, сегодня особенно важно не просто создать "российскую кремниевую долину", но обеспечить условия, при которых внедрение модернизационных элементов будет вовлекать в процесс созидания энтузиазм всех неравнодушных людей.

Любая модернизация возможна только тогда, когда ее идеи будут восприниматься общественным сознанием как "свои". Целью должны быть не безликие проценты валового продукта, а развитие человеческого потенциала. Наиболее эффективные инвестиции – это инвестиции в человека, в тех, кто может быть субъектом перемен. Поэтому, раз уж мы говорим о модернизации, надо обеспечить ее прочный фундамент, вкладывая деньги в здравоохранение, образование, культуру, обеспечивая возможности самореализации человека.

А.П. Что такое, по-вашему, идеология модернизации? Существует ли она? Что вы вкладываете в понятие модернизации?

Н.Л. Конечно, это не просто технологический прорыв, считаю такое понимание модернизации упрощением. Модернизация – это коренное изменение ключевых институтов общества. И она действительно нам необходима.

Я бы сказал, что существуют вполне конкретные критерии модернизации в разных областях жизни, которые не позволяют размывать или подменять ее смысл. Например, в социальной сфере – это высокий уровень удовлетворенности жизнью, доверия между людьми, между народом и властью, эффективно работающие "социальные лифты", позволяющие людям выстраивать стратегию собственного будущего. В политической жизни – это участие населения в процессе принятия решений, уровень развития местного самоуправления, обеспечение прав человека и гражданина. В области культуры для России – это взаимодействие традиций и сотрудничество разных народов, которое дает синергетический эффект, умножающий наш общий потенциал.

В этом контексте важнейшими по значимости принципами мы считаем Справедливость, Социальное Равенство, Солидарность, Гуманизм. Идеи, направленные на установление справедливости, на развитие знания и улучшение самого человека, будут восприняты и усилены российским народом, именно они должны стать философской основой или, если хотите, идеологией модернизации.

А.П. Насколько я понял, в идеологию модернизации вы вводите такую категорию, как народ, отношение власти к народу и отношение народа к власти, а также совместное отношение народа и власти к идее развития. Правильно ли я вас понял?

Н.Л. Может быть, мои слова прозвучат как очевидные, но народ – это субъект истории. Некоторые периоды истории бывают персонифицированы, на первый план выходят лидеры или элиты, но на самом деле в основе любых преобразований находится народ, его воля, самосознание, способность к историческому творчеству. Потеряв волю к жизни, погрязнув в беззаботном гедонизме или, наоборот, будучи деморализованным ударами судьбы, народ может исчезнуть с исторической арены, потеряв свою государственность.

Но народ может и ускорить историю, дать ей стремительное развитие, достигая невероятных результатов в кратчайшие сроки. Российский народ – народ с огромным прошлым, с грандиозными достижениями за плечами. Эти достижения позволили нам выстоять в самые страшные периоды мировой истории, не проиграть, не сдаться, а одержать величайшие победы, к которым относится Победа 1945-го года. Порою отечественная история напоминала метаморфозы птицы Феникс, когда русская жизнь, наша государственность возрождались практически из небытия. И ключевую роль в эти периоды играли не только лидеры, выдвинутые на передний край, но сам дух народного бытия, позволивший сохранить искру национальной идентичности и вновь возжечь пламя нашей истории. Так было и на Куликовом поле, и в 1612 году, и во времена первой Отечественной войны 1812 года, и, конечно же, на крутых поворотах XX века.

А.П. Сегодня в высоколобых кругах нашей элиты нередко раздаются упрёки в адрес нашего народа. Русский народ называют инерционным, народом-рабом, народом, неспособным к преобразованию. Всё чаще слышатся возгласы о том, что модернизация невозможна при сегодняшнем русском народе.

Н.Л. Подобные заявления еще раз демонстрируют ту пропасть, которая сложилась между основной частью нашего общества и чиновно-олигархической верхушкой, любящей называть себя "элитой". "Элита" в отношении сегодняшнего правящего класса – это даже не лесть, это маскарад циничных и самовлюбленных персонажей. Разве сегодняшние "клоны" "Единой России" сравнятся в профессионализме, радении о судьбе Отечества с Горчаковым, Витте, Брусиловым, Косыгиным, Курчатовым? Или, может быть, аморальные завсегдатаи нашего телевидения и постыдных шоу в московских клубах мнят себя Пушкиным, Шаляпиным, Высоцким? Пропасть между сегодняшней подлинной Россией и присосавшейся к ней Россией Рублевского шоссе лежит не только в имущественном или правовом поле. Среди двух этих частей нашего общества возникла крайняя поляризация в области мировоззренческой, в области культуры и тех ценностей, которые исповедуют граждане. И те высокомерные заявления, которые мы слышим об инерционности народа, конечно, нужно воспринимать как стремление списать на народ собственную некомпетентность и несостоятельность, бессилие что-либо преобразовать в нашей жизни.

В российском обществе в целом и в российской политике в особенности сегодня, пожалуй, даже больше, чем в советское время, укрепился принцип работы "для галочки".

Вот типичная для сегодняшнего дня ситуация. Ты чиновник, тебе поручено какое-либо государственное дело, оно обеспечено ресурсами, санкцией высшего руководства. Казалось бы, работай, служи Отчизне. Но на практике получается так, что квалификация сегодняшней бюрократии позволяет ей решить лишь две задачи: освоить бюджет и покрасить ограду вдоль забора перед приездом начальства. А потом уже начинается поиск виновных. Целый год прошел с момента, когда президент провозгласил курс на модернизацию. А за окном – "конь не валялся". Кто виноват? Конечно же, "народец"!

А.П. То есть вы хотите сказать, что сегодняшнее российское чиновничество в принципе не способно решать задачу обновления и преобразования жизни в стране? Что оно и есть главный враг модернизации?

Н.Л. Александр Андреевич, казус состоит в том, что стоит нам сегодня с вами составить фоторобот "врагов модернизации" – и завтра же нас назовут "охотниками на ведьм". Но трезвый анализ реальности, безусловно, требует выявления тех социальных институтов и групп, которые объективно не заинтересованы, чтобы положение дел в России менялось в лучшую сторону.

Кто они? Для ответа на этот вопрос достаточно вооружиться римским принципом "Qui prodest?" – "Кому выгодно?". А вернее, кому невыгодны перспективы, обозначенные президентом? И здесь существует очевидный экономический ответ. Пока прибыль сырьевых секторов экономики будет в разы, на порядок превышать прибыльность технологичных производств, пока "менеджер среднего пошиба" будет получать бонусы, в несколько раз превосходящие годовую зарплату врача и ученого, то найти для нынешних хозяев жизни аргумент, для чего нужна модернизация, будет невозможно!

"Справедливая Россия" придерживается принципа, что природные недра, то, чем одарила Россию матушка-природа, должны быть достоянием всего народа. И в нынешних условиях, когда операторами нефтедобычи, разработчиками рудных месторождений являются частные компании, есть эффективные и рыночные по своей сути решения. Налоговая оптимизация, таможенное регулирование, госзаказ на отдельные виды продукции – вот те рычаги, которые могут не в отдаленной перспективе, а уже сегодня принести свои плоды. Сделать так, чтобы труд ученого и инженера ценился выше авантюрных навыков дельца и спекулянта, какими бы пафосными словами они ни прикрывались.

Но для этого нужны политическая воля и практические меры по преодолению коррупции. Не так давно мы услышали с экранов телевидения, что "посадки будут!". А на деле... Вы сами знаете, кто виноват, если лимузин миллиардера выехал на встречную полосу или какому-то "облаку в кепке" захотелось построить очередной торговый центр на месте детского садика. А говорят – "виноват "народец"".

А.П. А может, тогда либеральные говорящие головы правы. И нашим людям не хватает гражданской активности, не хватает уважения к себе самим. Чтобы отстоять попираемые права?

Н.Л. Развитие гражданского общества, поддержка народной самоорганизации всегда оставалась одной из приоритетных задач нашей партии. Мы сотрудничаем с десятками общественных организаций по всей России, оказываем правовую и консультативную поддержку всякий раз, когда к нам приходят жалобы на произвол чиновников. Хотел бы напомнить, что гражданское движение всегда плечо в плечо шло с левыми политическими силами. Теорию гражданского общества разрабатывал Антонио Грамши. Профсоюзы и борцы за мир весь XX век сражались на одних баррикадах с социалистами всех стран. И сегодня, когда монополию в области неправительственных движений пытаются приписать себе либералы или по разнарядке свыше спустить представители "партии власти", это выглядит просто анекдотично.

Объективный анализ общественных настроений в России показывает, что большинство представителей нашего народа стремится к социализму, сохраняет социалистические ценности. Люди мыслят свою историю и свое национальное существование в рамках социально справедливого общества. Поэтому модернизация, как полноценный социокультурный процесс, должна базироваться именно на глубинных, свойственных народу представлениях. Тогда она станет подлинно народной модернизацией. Иначе она останется громогласным пиар-проектом.

А.П. Что же должна делать власть, чтобы заручиться народной поддержкой? Должны ли министерские чиновники раз в неделю посещать сельские больницы и детские дома с благотворительными целями, как делала семья Императора во время войны? Или, уподобившись Ильичу, депутаты должны таскать бревна на субботниках?

Н.Л. И это не помешало бы. Правда, это должны быть не разовые акции на камеру, как сейчас практикуется, а, как вы верно заметили, регулярные, можно сказать системные занятия. Но главное даже не в этом. Работа чиновника – это ведь тоже труд, причем труд наемный! И если он выполняется недобросовестно, то наемный работник должен увольняться, наказываться за злоупотребления. Поэтому и необходимо продемонстрировать, что модернизацию мы собираемся вести все вместе. Что интересы простого труженика – главная её цель. Что зло наказуемо! Что каждый факт коррупции, будь он освещен хоть в районной газете, хоть в открытом письме на имя президента – расследуется, невзирая на то, провинился лейтенант милиции или министр.

Лишь спустившись на землю, разделив с простыми людьми их горести и чаяния, власть может рассчитывать на поддержку, на синергетический эффект, о котором сегодня так много говорится. А в перспективе – и на то, чтобы остаться в истории Элитой без кавычек.

В нашем коллективистском народе до сих пор живёт представление о том моменте, когда мы все объединимся, вновь вложимся в то, что принято называть Общим делом. Мы должны научиться объединению не только в момент национальной трагедии или катастрофы, как не раз случалось в нашей истории, но и в моменты общего созидательного труда. То есть в период модернизации страны.

А.П. Для этого, как мне видится, необходима система новых, солидаризирующих символов, ясных целей. Советское общество объединилось и мобилизовалось, когда пришёл враг и нужно было дать отпор. Но в отсутствие чёткого образа будущего оно не смогло пережить периода благополучия: разделилось в себе и пало.

Н.Л. Именно поэтому на знамени нашей партии написано священное слово "Справедливость"! Только единство нашего общества, жизнь общей судьбой, неравнодушие, сострадание способны стать теми ориентирами, которые объединят наши великие пространства – от Владивостока до Калининграда. Нельзя, чтобы создание Сколково воспринималось народом, как нечто чужеродное, ненужное. Нельзя, чтобы народ воспринимал модернизацию экономики как модернизацию корпорации Роснефть или Газпром, владений Абрамовича или Дерипаски. Сегодня необходима ставка на воодушевление! Всенародное духовное, моральное и профессиональное участие позволит каждому отдельному участку нашей модернизационной работы напитаться огромными энергиями социального творчества. И тем самым ощутить азарт и энтузиазм большого и справедливого Общего дела.

А.П. Но, откровенно говоря, наше российское общество устроено крайне несправедливо. В нём существуют противоречия, готовые его разорвать. Как преодолеть эту несправедливость? Что ваша партия предлагает делать для того, чтобы эта несправедливость была смещена, если не полностью устранена?

Н.Л. Говоря о справедливости, мы вовсе не призываем к новому переделу собственности, не призываем к экспроприации. Мы призываем к правильному перераспределению финансовых потоков и имеющихся ресурсов. В стране должны быть созданы такие условия, чтобы баснословные прибыли, получаемые предпринимателями от эксплуатации наших недр, направлялись не на создание дворцов в Эмиратах и строительство бензоколонок в Европе или в Америке, не на вклады в ценные бумаги других стран, а на развитие России. Вокруг этих финансовых потоков должны складываться новые коллективы, создаваться новые рабочие места. Они должны оживлять научные центры, стимулировать инновации.

Потоки инвестиций, направленные на внутреннее российское развитие, вызовут к жизни новые изобретения, научные разработки. Народ, понимая, что эти деньги способствуют развитию страны в целом и благосостоянию граждан в частности, начнёт воспринимать русский бизнес не как нечто враждебное, а как часть общего национального дела. Во имя этого и работает "Справедливая Россия".

"Слушатели "Финам FM" против партии "Справедливая Россия"
 

http://finam.fm/archive-view/3831/

21 марта 2011

ПРОНЬКО: 19 часов 6 минут в российской столице. Здравствуйте, дамы и господа. У микрофона Юрий Пронько, на волнах радиостанции "Финам FM" вечерняя интерактивная программа "Реальное время".

Сегодня понедельник, а это значит, что сегодня у нас с вами, третья по счету уже, программа из цикла "Слушатели "Финам FM" против". Сегодня вы будете против партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ".

Прежде чем представить моих гостей и напомнить вам средства коммуникации, я просто обязан сказать: в минувшую субботу ушел из жизни очень близкий мне человек, человек, который здесь был неоднократно, с которым мы дружили, Виктор Иванович Илюхин, депутат Государственной Думы России, зампредседателя комитета Госдумы по законодательству. Вы его все хорошо знаете по борьбе с коррупцией, он был одним из членов комиссии по законодательному обеспечению борьбы с коррупцией. На 63-м году жизни Виктора Ивановича не стало. Завтра будут похороны, прощание будет в ЦКБ, затем – похороны на Троекуровском кладбище. Уходят близкие нам люди, но жизнь продолжается.

Поэтому я представляю вам гостей. Напомню в самом начале средства коммуникации: телефон многоканальный – 65-10-996, код Москвы – 495; и сайт в Интернете – www.finam.fm. Сегодня вы против партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", которую представляют: руководитель фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Государственной Думе страны Николай Левичев. Николай Владимирович, добрый вечер.

ЛЕВИЧЕВ: Добрый вечер, Юрий.

ПРОНЬКО: И депутат Государственной Думы России, руководитель аппарата партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", Олег Михеев. Олег Леонидович, добрый вечер.

МИХЕЕВ: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Значит, мы работать будем с вами в следующем режиме: я задаю вопрос один с нашего сайта, один телефонный звонок. Вот так мы будем идти с вами на протяжении этого часа. Поэтому приглашаю слушателей, как традиционно они активно участвовали, участвовать и в этом разговоре.

Значит, первый мой будет вопрос: Николай Владимирович, зачем партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в свое время подписала соглашение с "Единой Россией"? Я неспроста задаю этот вопрос: очень много у слушателей комментариев по этому поводу. "Все-таки "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" – это реальная оппозиция "Единой России"? – спрашивает Елена, – или это фикция?"

ЛЕВИЧЕВ: Даже выборы 13 марта показали, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" более чем реальная оппозиция, потому что

"Единая Россия" вместо того, чтобы в повестку дня своего участия в выборах поставить борьбу с проблемами страны, региона, населения, муниципального округа, на худой конец, поставили главную задачу – борьбу с оппозицией и, в частности, борьбу со "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИЕЙ".

Если бы мы не воспринимались, как реальная оппозиция, скажите, кто бы стал тратить много-много средств, со многими нулями, если в рублях, а может быть, даже и не в рублях, для того чтобы, как по-простому в народе говорят, мочить "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ"?

ПРОНЬКО: То есть, вас мочили?

ЛЕВИЧЕВ: Еще как.

ПРОНЬКО: Еще как, да? А в чем тогда принципиальное расхождение, в чем принципиальное отличие "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" от "Единой России"?

ЛЕВИЧЕВ: Как принято у нас почему-то говорить, все партии одинаковые, программы их ничем не отличаются – и эту лапшу стараются вешать нашим гражданам на уши для того, чтобы они не вникали в детали. На самом деле, если вы возьмете программы даже тех четырех партий, которые представлены в Государственной Думе, и уделите немножечко своего свободного времени, чтобы хотя бы по диагонали их просмотреть, вы легко поймете, в чем разница.

В частности, программа партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" представляет из себя программу современной социал-демократической партии. Об этом вам скажет любой западный независимый эксперт, которому вы дадите либо на русском, либо в переводе эту программу. Значит, это – единственная в нашей стране программа партии, которая начинается с констатации проблем человека, только потом переходя к проблемам общества и государства. То есть она сознательно выстроена таким образом, что

приоритет партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", это отражено в ее программе, – это уважение к гражданам, прежде всего. Поскольку мы считаем, что если мы с вами не уважаем себя и если мы не уважаем страну, в которой живем, то дальше все бесполезно: модернизация, инновации, любые другие новации бесполезны.

ПРОНЬКО: Но, наверное, единороссы тоже скажут: "Мы уважаем свою страну, уважаем своих граждан"?

ЛЕВИЧЕВ: Ну, хорошо.

ПРОНЬКО: Сложно мне представить, чтобы они сказали иное.

ЛЕВИЧЕВ: Хорошо. Значит, есть еще такая небольшая разница. Как у нас вообще становилась на ноги партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"? Я позволю кратко напомнить. Значит, в один день, когда проходил объединительный съезд трех партий...

ПРОНЬКО: Так.

ЛЕВИЧЕВ: ...Партии "Родина", партии жизни, партии пенсионеров, мы приняли сначала политический манифест. Это был трехстраничный документ, который очертил тот политический коридор, в котором мы начали сотрудничество.

Потом у нас появилась, на первом съезде уже партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", у нас появилась платформа политическая, это был уже документ на полутора десятках страниц. Потом уже у нас появился проект программы партии, который мы приняли на третьем съезде партии за основу, издали тиражом 20 миллионов экземпляров, разослали по стране. И в течение года собирали отзывы, замечания и предложения не только от членов партии, а от всех граждан, кому это было интересно. Мы получили более 10 тысяч откликов, которые были внимательно проштудированы. И потом, на четвертом съезде, когда мы приняли программу партии в целом, значит, текст этой уже брошюры, изменился более чем на 50%, просто текстуально.

Я могу привести такой пример, что, скажем, раздел программы партии, посвященный проблемам военных пенсионеров, от первой до последней буквы был сформулирован на основе предложений военных пенсионеров. Это люди, обладающие интеллектом, свободным временем, они проанализировали существующее законодательство лучше, чем даже наши партийные эксперты, и мы опирались именно на эти предложения.

А другие партии, которые доминируют, якобы, у нас, так сказать, в политическом пространстве, они сначала набрали 2 миллиона членов партии, потом провели съезд, и 2 миллиона членов партии на утро узнали, что, оказывается, их партия – консерваторов.

ПРОНЬКО: Вы имеете в виду "Единую Россию"?

ЛЕВИЧЕВ: Да.

ПРОНЬКО: Хорошо. Идем дальше. Сегодня, еще раз напомню, слушатели "Финам FM" против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". Это цикл в рамках "Реального времени" на "Финам FM". "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ" у нас представляют руководитель парламентской фракции Николай Владимирович Левичев, и руководитель аппарата партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Олег Михеев. 65-10-996, не можете дозвониться, тогда пишите на www.finam.fm. Добрый вечер, как вас зовут? Представляйтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, добрый вечер. Алексей.

ПРОНЬКО: Да, Алексей, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Юрий, прежде всего, вам. Хочу напомнить передачу, где-то месяц назад, присутствовал у вас Миронов.

ПРОНЬКО: Да, был.

СЛУШАТЕЛЬ: Я дозвонился и как раз просил его продвигать TV "Финам FM" на "Первом канале". Все-таки он мне предложил на сайте написать письмо, я написал, но после ответа, в принципе, я еще больше уверился в своих мыслях, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" – это всего лишь буферная зона, как бы план "Б" нынешнего руководства. Смешно, размыто все. Сравните, допустим, с реальной оппозиционной партией, и не надо никаких экспертов привлекать, почему никто не привлекает идентифицировать партию, допустим, Немцова или Лимонова? Смешно просто.

ПРОНЬКО: Нет, смотрите, Алексей, у вас сейчас есть возможность напрямую обратиться к Николаю Левичеву, руководителю парламентской фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ". Вот скажите, в чем заключается этот буферный вариант. И тогда...

СЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете...

ПРОНЬКО: Да?

СЛУШАТЕЛЬ: ...Прошу прощения, на мой взгляд, любая оппозиционная партия, где бы она ни была лояльна власти, не везде есть неправда.

ПРОНЬКО: Так.

СЛУШАТЕЛЬ: Но какой-то радикализм должен присутствовать, в каких-то вопросах, пускай в одном. Его нет. "Да, нехорошо..." – общие, размытые фразы. А вот, допустим, прямой вопрос. Развалили наш военно-промышленный комплекс, продолжают, почему нет этого колокола? По одному вопросу, по второму – нет ничего. Вот просто тихая вода.

ПРОНЬКО: Спасибо, Алексей. Пожалуйста, господа.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, всегда...

ПРОНЬКО: Николай Левичев.

ЛЕВИЧЕВ: ...На такие размытые вопросы очень трудно и конкретно отвечать.

ПРОНЬКО: Смотрите, у Алексея было рациональное зерно в чем, заключалось его высказывание: нет радикализма. То есть, есть ли вопросы, в которых, я так уже, в лоб задам, кардинально "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" расходится с нынешней властью? И вы не идете ни на какие уступки по данной тематике.

ЛЕВИЧЕВ: Значит, третий год подряд фракция "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" при обсуждении главного документа, определяющего жизнь страны, – бюджета Российской Федерации – не просто не голосует за представленный правительством бюджет, а вносит свой, альтернативный бюджет, где предлагает другие приоритеты экономической и социальной политики. Какой еще вам нужен радикализм? Это и есть самая принципиальная радиальная позиция парламентской партии: отвергать проект бюджета, представленный правительством, и предлагать свой вариант бюджета.

Дальше я могу перечислять десятками законопроекты, которые мы не поддерживаем, когда они вносятся правительством либо фракцией большинства. Могу перечислять законопроекты, которые мы вносим и которые либо по-тихому, либо громко проваливаются партией большинства. Что еще вы хотите от парламентской оппозиционной партии? Радикализма Лимонова?

Я вообще не считаю, так сказать, то образование, которое называется НБП, я не считаю, например, партией. Господина Немцова, при всем его радикализме, я пока не считаю лидером партии, потому что это гораздо сложнее: создать программу, создать организационную структуру, в которой, на сегодняшний день задействовано более 400 тысяч человек, многие из которых за эти 4 года существования нашей партии пожертвовали своим животом, что называется, они преследовались, прямо называю, за политические убеждения, значит, лишались карьеры, лишались работы, получали...

ПРОНЬКО: То есть, это конкретные примеры, конкретные люди?

ЛЕВИЧЕВ: ...Получали угрозы жизни себе и своим близким. Это дорогого стоит. Почему у нас такое поверхностное, пренебрежительное отношение к политической работе? Это низкая политическая культура общества в целом, эта работа не ценится. А это титаническая ежедневная работа десятков тысяч людей.

Поэтому когда кто-то говорит: "Буферная зона, кремлевский проект, кто-то щелкнул пальцами", – это все ложь и клевета. Это вам лапшу на уши вешают, а вы верите.

ПРОНЬКО: "Слушатели "Финам FM" против партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"". 65-10-996, www.finam.fm. Елена спрашивает: "Скажите, пожалуйста, по вашему мнению, почему рейтинг партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" так невелик?" Пожалуйста. Олег Михеев.

ЛЕВИЧЕВ: Давайте так, значит...

ПРОНЬКО: Давайте. Как считаете нужным.

ЛЕВИЧЕВ: Она какой рейтинг имеет в виду? Я имею несчастье быть профессиональным социологом, плюс – еще имею хорошие личные связи в этой среде. Поэтому если речь идет о так называемой формирующей социологии, которая уже четвертый год говорит, что у "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" рейтинг 3,5%, максимум 4%, то почему же тогда на всех выборах мы получаем в разы больший результат? Поэтому, значит, рейтинг, на самом деле, дают реальный только справедливые и честные выборы, которые, на сегодняшний день...

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, а, по вашему мнению, в России нынче есть честные, справедливые, открытые демократические выборы? Вот ваш взгляд?

ЛЕВИЧЕВ: Конечно, нет. Значит, стремление к этому – это мучительный и долгий процесс, в котором должны участвовать даже не только члены партии, а вообще говоря, все сознательные граждане.

Потому что в избирательных комиссиях в Российской Федерации работает больше миллиона граждан. И если среди этого миллиона граждан значительная часть, чтобы не сказать больше, готова на то, чтобы жить с фигой в кармане, как я называю, то есть где-то на что-то закрывать глаза, а где-то даже какие-то совершать действия, которые, честно говоря, против совести идут – это тоже политические реалии наши, это реальный уровень политической сознательности нашего общества. Все-таки в избирательные комиссии, так или иначе, рекомендуются, идут работать не отбросы общества, а в принципе, так сказать, средние члены нашего гражданского общества.

ПРОНЬКО: И эти люди нарушают закон.

ЛЕВИЧЕВ: И эти люди нарушают, да. Самый простой пример: вы возьмите, допустим, выборы в Московскую городскую Думу, которые так нашумели, имели такой международный резонанс. Просто если не полениться и простыню такую распечатать результатов голосования, официально зафиксированных на избирательных участках, вы сразу увидите, что есть еще в Москве честные люди, потому что на целом ряде избирательных участков эти результаты сильно выпадают из среднестатистических. Это говорит о том, что на этих участках люди выполнили свой гражданский долг честно.

Один из таких участков – на котором голосовал президент страны Дмитрий Анатольевич Медведев. Там просто либо не посмели, либо побоялись, либо просто действительно, попались, значит, сознательные члены избирательной комиссии, и там примерно похоже все на правду. А вот в остальном, к сожалению, на большей части...

ПРОНЬКО: А почему не добиваетесь отмены?

ЛЕВИЧЕВ: Нет...

ПРОНЬКО: Посмотрите, город поделили на коммунистов и на единоросов. И получается, что даже не то что третьей, четвертой, пятой силы нет, а вот парламент городской состоит только из двух партий.

ЛЕВИЧЕВ: Значит, я лично направил 135 примерно депутатских запросов в прокуратуру, и более сотни исковых заявлений сразу было подано в районные суды города Москвы.

ПРОНЬКО: Так.

ЛЕВИЧЕВ: И мы шли, значит, этим путем пока хватало сил, пока у нас люди соглашались приходить на эти судебные заседания, которые то переносились... Понимаете, это все тоже мучительный и долгий процесс. И в итоге...

ПРОНЬКО: То есть люди сами не готовы отстаивать свои права?

ЛЕВИЧЕВ: Вы знаете...

ПРОНЬКО: Вот обычные люди, простые люди?

ЛЕВИЧЕВ: Значит, с другой стороны, у нас судебная система еще тоже далека от идеалов, скажем так.

ПРОНЬКО: Мягко говоря.

ЛЕВИЧЕВ: Значит, я приведу пример, чтобы не по Москве даже. В свое время, после выборов в Татарстане мы два года проходили все эти инстанции, и я храню до сих пор такой удивительный документ, когда на пяти страницах, значит, я получил официальный ответ от органов юстиции Республики Татарстан, что да, действительно, в судебных слушаниях было установлено, что на таких-то и таких-то избирательных участках члены избирательных комиссий подписывали незаполненные бланки протоколов. Вообще говоря, уголовное преступление.

ПРОНЬКО: Да, конечно.

ЛЕВИЧЕВ: В судебных слушаниях это было подтверждено, в Республике Татарстан, представляете, что нам это стоило?

ПРОНЬКО: И, Николай Владимирович?

ЛЕВИЧЕВ: Но поскольку в их действиях не было умысла, а в законе есть такое словечко, что если, значит, имел место умысел, то наступает уголовное преследование, но, оказывается, не было умысла в их действиях, они раскаялись в содеянном, имеют на иждивении несовершеннолетних детей и положительно характеризуются по работе, то уголовного преследования не наступает.

ПРОНЬКО: Но они – преступники!

ЛЕВИЧЕВ: И эти люди...

ПРОНЬКО: Они совершили преступление.

ЛЕВИЧЕВ: ...На следующих выборах опять работали в составе этих избирательных комиссий. Вот такая наша политическая реальность.

ПРОНЬКО: Олег Леонидович, ваш взгляд?

МИХЕЕВ: Мой взгляд совпадает на 100%. И если говорить о том, как проходят выборы и расширить немного, брать не только членов комиссии с правом решающего голоса, совещательного голоса, у нас большое количество людей, которые должны обслужить выборы. И то, что мы сегодня видим практически во всех регионах, мы видим, что эти люди идут на нарушение закона, они идут в противовес закону.

ПРОНЬКО: И ничего невозможно сделать?

МИХЕЕВ: И рука руку моет, прикрывает. Например, возьмем эти выборы, когда милиция... полиция, извините, мы с вами знаем, что милиция переименована в полицию.

ПРОНЬКО: Да, мы уже приняли этот закон.

МИХЕЕВ: Да, мы приняли этот закон.

ПРОНЬКО: Президент подписал его.

ЛЕВИЧЕВ: Не мы приняли, мы голосовали "против".

МИХЕЕВ: Да.

ПРОНЬКО: Да?

ЛЕВИЧЕВ: Да.

ПРОНЬКО: "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"? Так.

МИХЕЕВ: Госдума приняла закон. И что получается: почти во всех регионах сотрудникам милиции сказали, что "если будут сорваны выборы, если что-то не так пойдет, то вы не перейдете в полицию". Вы можете себе представить, насколько эти люди были замотивированы, чтобы "помогать" правильно проходить выборам? У нас даже...

ПРОНЬКО: Олег Леонидович, а есть доказательная база? Вот, господа...

МИХЕЕВ: Конечно, есть. Давайте я вам озвучу такой пример, который лучше не придумаешь, когда в Курске сотрудники милиции забирают и увозят журналиста с участка, потому что он задал вопрос председателю комиссии: "Как вы можете совмещать работу председателя комиссии и быть первым заместителем главы района?"

ПРОНЬКО: Они не имеют права, согласно закону о СМИ вообще трогать журналиста, на избирательном тем более участке.

МИХЕЕВ: Естественно. Она возмутилась, приехала милиция, его увезли, и он пробыл почти 6 часов в милиции, пока я не приехал и оттуда его не забрал. А когда я его забирал, я задаю майору... подполковнику милиции вопрос: "На каком основании?" Он говорит: "Я не забирал. Он, – говорит, – сам пришел сюда".

И это происходит постоянно. Сотрудники милиции приходят, журналистов, наблюдателей от партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" выгоняют с участков. Это повсеместно, по всей стране. Если говорить о сотрудниках прокуратуры, которые тоже должны следить, они тоже закрывали глаза на те нарушения, которые делает партия "Единая Россия". Но если "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" мешает, и мешает чем: мешает тем, что наводит порядок на избирательном участке, здесь вступает такое противоречие интересов, и все эти органы начинают работать, опять же, против оппозиции. Это в продолжение ответа на вопрос, когда вы говорите: "А что делает оппозиция?" Да, оппозиция сегодня делает, оппозиция сегодня держит удар.

Помимо того, что мы вовлекаем, агитируем людей прийти на участки, в чем не заинтересована партия власти, потому что чем меньше придет людей на участки, тем больше процентов они наберут. Поэтому

когда мы вовлекаем людей, мы видим, что идет борьба с этими людьми, борьба против этих людей, и те нарушения, гигантское количество нарушений, которые происходят, на них, просто-напросто, никто не смотрит.

ПРОНЬКО: То есть, это реальное противоборство?

МИХЕЕВ: Конечно.

ЛЕВИЧЕВ: Реальное.

ПРОНЬКО: Не то что там виртуально...

ЛЕВИЧЕВ: Более того, чтобы у нас не было уж такого, значит, визга поросячьего, значит, я вам скажу так: мы очень трезво оцениваем. И когда обсуждаем результаты выборов наша позиция с Сергеем Мироновым очень простая: на самом деле, тот результат, который удается зафиксировать партии официально, и есть свидетельство реального влияния этой партии на общественную жизнь. Вот это реальное влияние у нас мало-помалу растет.

Если на выборах в Государственную Думу нам удалось зафиксировать 7,7% голосов поддержки, то на последних региональных выборах мы уверенно фиксируем результат на уровне 13,5%, 12,5% или 14,3%, как на этих выборах. Значит, в том числе это говорит о том, что нам удается извлекать уроки из поражений, нам удается бороться с теми системными ошибками, которые вносятся на разных этапах: на этапе агитации, на этапе "дня тишины", на этапе дня голосования, самое главное – ночи подсчета голосов. Значит, мы все-таки постепенно уменьшаем возможности для искажения этого результата.

Почему мы за это боремся? По одной простой причине: во всем мире честные, прозрачные выборы – это возможность адекватно оценить ситуацию, обстановку, и выработать адекватную социально-экономическую политику.

Если вы хотите приукрасить действительность, если вы хотите исказить реальное волеизъявление граждан, будьте уверены, это приведет к тому, что ваша политика, выработанная на основе этих выборов, будет неадекватной.

ПРОНЬКО: Идем дальше. Это "Реальное время", "Финам FM". Сегодня понедельник, а значит слушатели "Финам FM" против, сегодня вы против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". Здесь, в московской студии нашей станции, руководитель фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Госдуме Николай Левичев; и руководитель аппарата партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Олег Михеев. 65-10-996, www.finam.fm. Добрый вечер, вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.

ПРОНЬКО: Да, представляйтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Иван.

ПРОНЬКО: Да, Иван?

СЛУШАТЕЛЬ: Вот пару недель назад на информационных лентах мелькало такое сообщение, что правительство поручило "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" аккумулировать голоса националистов. Помните? И сама постановка вопроса, что вам поручили аккумулировать голоса тех, голоса этих, то есть не вы ищите себе избирателей...

ПРОНЬКО: Подождите, а это что за сообщение? Кто передавал?

ЛЕВИЧЕВ: Видимо, на уши Ивану попала какая-то очередная лапша, еще раз повторю: были миллионным тиражом изданы...

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я могу вам сказать.

ПРОНЬКО: Сейчас, подождите, Иван...

СЛУШАТЕЛЬ: Если хотите, я могу назвать два СМИ...

ПРОНЬКО: Давайте.

СЛУШАТЕЛЬ: ...Где я слышал. Это телеканал "Рен-ТВ" и радиостанция "Эхо Москвы". То есть...

ПРОНЬКО: О том, что правительство поручило "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" аккумулировать голоса националистов...

СЛУШАТЕЛЬ: Да.

ПРОНЬКО: Да, спасибо. Пожалуйста.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, это просто вообще настолько инфернальная ситуация, что...

ПРОНЬКО: Я бы сказал, не тонко, я бы тоньше это сделал.

ЛЕВИЧЕВ: Это в принципе невозможно, значит, поскольку правительство ничего не может поручить политической партии парламентской. Правительство может предлагать что-то, так сказать, обсуждать что-то, но поручить правительство ничего не может. Тем более, каким это образом? Решение какое-то правительственное? Понятно, что оно не принималось и не могло быть принято. Значит, если это...

ПРОНЬКО: Обычно говорят: "Источники где-нибудь там сообщили..."

ЛЕВИЧЕВ: Если это из разряда каких-то слухов и домыслов – кушайте лапшу по утрам и вечерам, что я могу сказать? Если у вас нет желания и возможности черпать информацию из первичных источников. Мне очень нравится, когда ко мне подходит какой-нибудь профессор и начинает, значит, жарким шепотом излагать новость, которая на прошлой неделе была напечатана в газетах, потому что газеты профессура уже давно не читает. И когда до них этот слух доходит коридорным вот таким вариантом – это уже...

ПРОНЬКО: Но вы отвергаете напрочь подобные слухи и инсинуации?

МИХЕЕВ: Вы знаете, я дополню еще. Две недели назад, это как раз была неделя до дня голосования...

ПРОНЬКО: То есть, такая информация была запущена?

МИХЕЕВ: Столько всего, выбрасывали в эфир, в газетах, в СМИ. Поэтому, может быть, что-то, опять же, была провокация.

ЛЕВИЧЕВ: Это не самый пикантный сюжет из тех, которые...

ПРОНЬКО: Ну, не тонко, я говорю. Я бы тоньше сделал, если б надо было. Павел пишет: "Может, оппозиционным партиям, в частности "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ", создать Интернет-ресурс и выкладывать факты нарушения закона в нашей стране?" Как у вас с Интернетом, дружите?

МИХЕЕВ: Во-первых, мы дружим с Интернетом, у нас есть сайт, который называется "spravedlivo.ru" и "spravedlivo-online". Как раз

на "spravedlivo-online" у нас открыта страница, постоянно ведется работа, где мы выкладываем все нарушения, которые были и в избирательной кампании, и вообще в ходе нашей политической деятельности.

ПРОНЬКО: А сайт интерактивный?

МИХЕЕВ: Да – можно заходить, смотреть, получать любую информацию.

ПРОНЬКО: А Георгий пишет: "Ребята, пора перейти в жесткую оппозицию к "Единой России" и Путину – ваши шансы возрастут".

ЛЕВИЧЕВ: Спасибо за совет!

ПРОНЬКО: Виталий: "Какими законопроектами планирует "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" бороться с коррупцией, с откатами при госзакупках и отсутствием конкуренции на местах? Поддерживаете ли вы проекты деятельности Алексея Навального?" Пожалуйста.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, по поводу коррупции на местах я приведу удивительный факт, которому до сих пор сам не перестаю изумляться: 11 марта, в пятницу – в последний пленарный день заседания Государственной Думы перед единым днем голосования я с изумлением увидел в повестке дня законопроект, автором которого я являюсь, о том, чтобы внести поправочку в закон о муниципальной службе, который исключал бы возможность принятия на замещение должностей муниципальной службы главе муниципального образования, если он является избранным. На самом деле на эту лакуну в законе обратил внимание один из наших муниципальных депутатов в Московской области, который сначала обратился в прокуратуру по факту того, что родного брата взяли на работу в муниципалитет. Ну, а когда получил, значит, из прокуратуры, что это не противоречит закону, он обратился к нам во фракцию. Мы посмотрели – увидели, что на самом деле ограничение существует только в случае, если руководитель муниципалитета – назначенный. А если он избранный – да, действительно, можно трактовать таким образом. Конечно, это – трактовка буквы, а не духа закона – и вот, такую маленькую поправочку я внес. И, представьте себе, вдруг поставили это в повестку дня – все фракции поддержали. Более того, коллеги из других фракций говорили, что это будет первым маленьким шагом Государственной Думы в борьбе с коррупцией, реально 445 депутатов поддержали этот законопроект. Вообще в моей трехлетней депутатской практике это было впервые! Потому что обычно, когда вносишь законопроект... Самый характерный пример – когда я предложил разбить новогодние каникулы: один день – на 31 декабря, один – на май отнести, чтобы вот эти пьяные каникулы немножечко, так сказать... Сначала мариновали в комитете, потом несколько раз ставили в повестку, но там тридцать пятым вопросом, чтобы очередь не дошла – и больше года он так... А тут раз – и ставят, да еще и поддерживают. Я думаю, для того чтобы теперь, когда мы скажем вам, что наши законопроекты рубятся, скажут: "Позвольте, позвольте!"

ПРОНЬКО: "Вот – они принимаются!"

ЛЕВИЧЕВ: Значит, возвращаясь к сути –

в программе нашей партии сформулировано, что для того, чтобы борьба с коррупцией была более эффективна, нужно вводить контроль над расходами, а не только над доходами – к этой теме сейчас лидер "Единой России" Путин подталкивает, наконец, свою партию "Единая Россия".

ПРОНЬКО: Это хорошо вы сказали – подталкивает. Подтолкнет ли?

ЛЕВИЧЕВ: У нас, напомню, уже два года это в программе партии. И мы говорим: "Давайте, расширим круг лиц, которые подлежат декларированию: совершеннолетние дети и другие родственники ближнего круга". Потому что на сегодняшний день это только супруг, супруга и несовершеннолетние дети, но жизнь показывает, что этого мало. Поэтому открытость, доступность, прозрачность расходования средств – это такая будет лакмусовая бумажка. Ну, а потом мы предлагаем не только штрафами кратными облагать, но вернуть конфискацию имущества.

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, а что касается проектов Навального? Там вот вторая была часть вопроса.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, по этому поводу

я могу только процитировать Сергея Миронова, который сказал, что и проект "РоСпил", и вообще его деятельность по противодействию коррупции мы, естественно, поддерживаем.

Я могу сказать, что еще полтора года назад я был организатором большого круглого стола в Малом зале Государственной Думы по практике применения Закона № 94. И мы собрали очень много людей из регионов, но представители заинтересованных министерств были на уровне заместителей начальников департаментов, которые нам пытались доказать, что все очень хорошо, а будет еще лучше. Поэтому, конечно же, закон № 94 – это из разряда "хотели, как лучше", потому что он был направлен на то, чтобы противостоять системе откатов, когда это все втемную делалось, но оказалось, что очень много лазеек он, тем не менее, оставляет, а в некоторых сферах доводит до абсурда – ну, это художественное творчество, к примеру, или ремонт школьного туалета...

ПРОНЬКО: Или позолоченные кровати для МВД.

ЛЕВИЧЕВ: Да. Значит, явно в каких-то моментах он доводил ситуацию до абсурда. Сейчас мы думаем над тем – есть два конкурирующих предложения. Это либо пытаться совершенствовать Закон № 94, исходя из правоприменительной практики, либо все-таки приоритет отдать той концепции, которую Навальный в Высшей Школе Экономики. Честно говоря, на следующей неделе мы во фракции примем решение, по какому пути пойдем мы.

ПРОНЬКО: Идем дальше. Слушатели "Финам FM" против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". Николай Левичев, Олег Михеев здесь, в московской студии. 65-10-99-6, www.finam.fm. Добрый вечер, вы в эфире! Алло!

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте!

ПРОНЬКО: Да, представляйтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Николай. У меня такой вопрос, вернее, два. Первый звучал, что "партия Лимонова – какая же это партия?" Насколько я знаю, слово "партия" – это вообще не русское слово и трактуется как "группа людей", соответственно, любая группа может именовать себя партией. Ну, это ладно, это лирика. А в остальном меня, в принципе, просто поражает бездействие нашей оппозиции в плане того, что все кричат, что выборы были нечестные. А зачем тогда, какого, извините, рожна идти на эти выборы, если они заведомо знают, что они нечестные?

ПРОНЬКО: Да, спасибо! Пожалуйста!

МИХЕЕВ: Вы ведь позволите? Вот как раз мнение молодого человека...

ПРОНЬКО: Николая.

МИХЕЕВ: Николая – что "зачем идти на выборы?" Вот в этом как раз и есть проблема, что большое количество людей считает, что на выборы идти не нужно. И это как раз возможность для злоупотреблений. Вот, давайте, мы с вами представим на минуту такую ситуацию, что 100% людей пришло на выборы – шансов у любой партии, у любых людей, заинтересованных провести какую-то махинацию, практически не остается, потому что, ну даже если они там что-то смогут сделать, то в пределах 1%, который сильно не повлияет на результаты. Но когда на выборы приходит 30-40% населения, то что мы видим – вот, например, опять же, на этих выборах? Всплывает первая и самая основная технология – это выносные урны. Когда с участка уходит на час молодой человек, потом приходит – 200-600 человек проголосовало за час. Давайте, с вами посчитаем, что такое "200 человек проголосовало в урну": если 20 минут на одного человека – то это нужно трое суток. Вот она, первая технология. Вторая – открепительные талоны, когда людям дают подзаработать, и они по открепительным талонам переезжают из одного района в другой и голосуют. То есть, это как раз наша позиция "зачем ходить голосовать?" дает возможность злоупотреблять на избирательных участках. Если мы пересмотрим свое отношение к этому, то не будет возможности нас обманывать.

ЛЕВИЧЕВ: У меня сегодня была встреча с секретарем шведской социал-демократической партии – к слову сказать, в Швеции явка на выборы 85%.

ПРОНЬКО: Там нет штрафных санкций, если не пришел? Потому что я знаю такую практику в Европе.

ЛЕВИЧЕВ: Там нет штрафных санкций, но, скажем, в Бразилии – обязательное голосование – и что мы там имеем? Мы там имеем 111 миллионов избирателей, то есть, это примерно столько же, сколько в России, только у нас порядка 100 тысяч избирательных участков, а там – 400 тысяч избирательных участков. Там тоже есть труднодоступные места, там сельва Амазонки, и так далее, горные районы... Так вот, несколько лет назад все партии в Бразилии договорились потратить бюджетные средства на оснащение всех избирательных участков системами электронного голосования. Последние выборы осенью прошлого года – каждый избиратель опускал в эту электронную машину шесть бюллетеней: выборы были президента, двух сенаторов, губернатора и в две палаты Законодательного собрания. Через шесть часов после окончания голосования вся страна знала результаты выборов, ни одна партия не подвергает их сомнению, доверие избирателей к результатам выборов близко к 100%.

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, но что мешает-то вам провести через парламент такое решение, обязать всех, выделить эти финансовые ресурсы?

ЛЕВИЧЕВ: Мы на встрече с президентом Медведевым еще осенью прошлого года этот вопрос задали. Насколько я в курсе, Дмитрий Анатольевич поставил задачу правительству Российской Федерации определить тот объем средств, который необходим для того, чтобы обеспечить так называемыми КОИБами все избирательные участки. Ну, вот мы пока ждем.

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, чиновники имеют свойство забалтывать и вообще саботировать, в том числе и поручения президента России.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, значит, мы не даем возможности заболтать – мы об этом регулярно напоминаем. Теперь, значит, что касается "партия – не партия". Можно, конечно, посмотреть, там, в словарь Ожегова, что такое партия, а можно смотреть в Федеральный закон Российской Федерации о политических партиях. Нравится, не нравится – но это вот те правила, по которым в России существуют сегодня политические партии. На самом деле как человек, который потратил почти десять лет своей жизни на то, чтобы создать в России реальную политическую партию, которая работала бы в социал-демократической политической нише, я вам скажу – это очень и очень непросто: с момента создания российской партии жизни (мы с Мироновым начинали с этого) меня не покидает ощущение, что мы постоянно вспрыгиваем на последнюю подножку уходящего поезда: вот начни мы тогда этот процесс хотя бы на полгода позже – мы бы уже через все эти препоны (очень непростые) не смогли бы пройти. Поэтому, когда люди говорят: "Ах, вы нам тут ковровую дорожку расстелите – тогда мы будем партией" – ну, жизнь, к сожалению, сложнее наших представлений о ней.

ПРОНЬКО: Традиционно мы запускаем сейчас SMS-голосование по поводу той партии, которая присутствует в сегодняшней программе – а сегодня, еще раз напомню, у нас "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ". Слушатели "Финам FM" против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". Вы поддерживаете эту партию, политическую силу под названием "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", парламентская партия – тогда на 5533 отправьте SMS-сообщение с буквой "А" – то есть вам близка платформа этой партии, вам близки те слова, которые говорил руководитель парламентской фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Николай Левичев и его коллега – руководитель аппарата партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Олег Михеев (еще раз напомню, лидер этой партии – Председатель Совета Федерации России Сергей Миронов). Вы придерживаетесь иных политических взглядов, соответственно, вы против партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" (эту процедуру голосования проходят все политические партии в моей программе) – 5533, буква "Б". Голосование идет. Ваши звонки – 65-10-99-6, www.finam.fm. Добрый вечер, вы против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Зовут меня Алексей. Я хотел высказаться на такую тему: вот ваши гости говорят, что надо идти на выборы, надо голосовать, и вот если все придут, все проголосуют... А вот что делать, если я не поддерживаю ни "Единую Россию", ни КПРФ, ни "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ"? Я как человек логически мыслящий поддерживаю такую точку зрения: вначале была сделана "Единая Россия" – и сделаны вот эти маленькие псевдо-партии ЛДПР, КПРФ, которая стала псевдо-партией, "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ". И сейчас эти обезьянки типа конкурируют".

ПРОНЬКО: Вопрос в чем, Алексей?

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос в том, что если "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" считает себя уверенной партией, почему она не внесет опять пункт, что можно голосовать против всех?

ПРОНЬКО: Спасибо! Пожалуйста!

ЛЕВИЧЕВ: Честно говоря, Сергей Михайлович Миронов уже устал говорить о том, что наличие графы "Против всех" является измерителем температуры общества, и мы считаем, что напрасно на нынешнем этапе развития политической системы эта графа была отменена.

ПРОНЬКО: То есть, "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" за возвращение в избирательные бюллетени графы "Против всех"?

ЛЕВИЧЕВ: Да, конечно!

"СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" за то, чтобы снизить порог прохождения в Госдуму как минимум до трех процентов – мы считаем, что это только на пользу пойдет нашей политической системе.

Алексею я могу дать практический совет – если вам не нравится никакая из существующих в избирательном бюллетене партий, у вас два выхода: либо прийти и испортить бюллетень – чтобы этим бюллетенем не мог воспользоваться никто больше, либо поступить, как я – вот мне в девяностые годы было не за кого голосовать, поэтому я потратил десять лет своей жизни на то, чтобы появилась такая партия, за которую люди готовы голосовать, и сегодня за эту партию голосуют миллионы людей, а 400 тысяч вступило в это партию, понимаете? Значит, для чего мы идем на выборы, понимая, что они еще не до конца, мягко говоря, прозрачны и честны? За четыре года это позволило нам сформировать наши фракции в пятидесяти субъектах нашей федерации, а представители партии есть в шестидесяти семи – хотя бы по одному депутату. То есть, мы имеем 67 публичных площадок. Мы не можем пока влиять на принятие решения, но мы можем с этих публичных площадок хотя бы как-то декларировать свое видение политической ситуации, экономической ситуации. Мы получили возможность общаться с населением, несмотря на известную блокаду в СМИ, особенно в региональных СМИ. Но, еще раз говорю, де-факто складывается двухпартийная система у нас в стране – партия телевизора и партия Интернета.

ПРОНЬКО: Это же хорошо!

ЛЕВИЧЕВ: Правильно!

ПРОНЬКО: И видно, что партия телевизора скоро проиграет эту борьбу – по крайней мере, мы приложим к этому максимум усилий.

ЛЕВИЧЕВ: Да, поэтому можно, как вот в этой притче о двух лягушечках, говорить: "Да ну, еще дергаться" – и утонуть, а можно все-таки дергаться и взбивать сметанку. Вот мы из тех, которые взбивают сметанку.

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, но все-таки? Тут пошли и в мой адрес такие, ну, не то чтобы обвинения, а примечания: "Юрий, вы обещали не давать собеседникам уходить от ответа". В общем-то, Анатолий, я и не даю им уходить от ответа – ваши собеседники просили конкретный вопрос. "Повторяю, – пишет Анатолий, – то, что было задано первым: зачем "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" заключила соглашение с "Единой Россией"? И вот по этому соглашению – масса вопросов. Владимир пишет: "Сколько ни слушаю критику господина Миронова в адрес "Единой России" и правящего тандема, меня не покидает ощущение постановочности. Складывается впечатление, что справедливороссы и "ЕдРо" заключили соглашение и решили наложить на некоторые темы табу – "нет, и не обсуждать". Разве могут соперничающие политические партии заключать соглашения?" Лаконично!

ЛЕВИЧЕВ: Могут. Вообще говоря, политика – это и есть постоянный поиск коалиций и компромиссов, потому что, я напомню, в какой ситуации было заключено это так называемое соглашение.

ПРОНЬКО: Я очень хорошо помню.

ЛЕВИЧЕВ: Да, и, вообще говоря, значит, это соглашение (четыре пунктика всего-навсего) – оно до сих пор есть в Интернете, можно зайти и посмотреть. Вы помните, как тогда "Единая Россия" попыталась изобразить, что они выкинут Сергея Миронова из Совета Федерации?

ПРОНЬКО: Ну, еще бы! Он тогда же сказал – как это было трактовано моими коллегами: "Он отрекся от Путина". Я помню очень хорошо. И, кстати, через два или три дня он у меня был в эфире, мы с ним об этом говорили, но я видел, что он на самом деле переживал и нервничал.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, на самом деле нормальные, здравомыслящие люди должны понимать, какой груз ответственности несет на себе Сергей Михайлович Миронов с одной стороны, выступая председателем Совета Федерации – законодательного органа, который ни на минуту не может прекратить свои полномочия по Конституции, и будучи при этом лидером оппозиционной партии, да? Если люди разумные, могут войти в этот образ и попытаться представить себе, как это непросто. И мы тоже реалисты – представьте себе, что "Единая Россия" предпримет ряд шагов (а они к этому готовились в течение длительного времени) для того, чтобы убрать Миронова из Совета Федерации. Это будет на пользу политическому становлению партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" на сегодняшний день? Мы считаем, что пока нет. Может быть, через некоторое время нам не нужно будет иметь такого человека, который имеет прямой контакт с президентом страны, с председателем, допустим, Верховного, Арбитражного Суда, человека, с авторитетом которого считаются губернаторы на сегодняшний день, как говорится, подрастем немножко, и это будет уже не партия Миронова, а партия миллионов. Но на сегодняшний день, а, тем более, на тот момент нужно было выйти как-то из этой ситуации и "Единой России", которая предлагала подписать соглашение (гораздо более многостраничное), и нам нужно было... Знаете, в боксе есть команда "брэк" – когда расходятся по углам и вытирают кровь и сопли.

ПРОНЬКО: Слушатели "Финам FM" против партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" 65-10-99-6, www.finam.fm. "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ" у нас представляют в студии "Финам FM" Николай Левичев и Олег Михеев. Добрый вечер, вы в эфире! Алло!

СЛУШАТЕЛЬ: Алло!

ПРОНЬКО: Да, здравствуйте! Представляйтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Иван.

ПРОНЬКО: Иван, выключите приемник и общайтесь с нами по телефону.

СЛУШАТЕЛЬ: Я ни разу не слышал, чтобы он свою точку зрения открыто высказал. Они говорят что угодно: что Кудрин в политику идет, другой министр неправильно... Но ведь людей назначил Путин, и держит Медведев. Почему нет открытой дискуссии – прямой, мужественной?

ПРОНЬКО: Давайте конкретный вопрос господину Левичеву.

СЛУШАТЕЛЬ: Вот вопрос: почему их лидер в открытую не выступает против той же позиции Медведева и Путина, если он с ними не согласен?

ПРОНЬКО: Да, спасибо!

ЛЕВИЧЕВ: Ну, понимаете, вот я всегда удивляюсь какому-то смешению понятий.

Политическая партия не выступает против Путина или против Медведева – политическая партия выступает против тех или иных политических решений. Поэтому значительную часть предложений президента Медведева, которые в форме законопроекта вносятся в Государственную Думу, мы поддерживаем, хотя часто считаем, что это полумеры,

и мы об этом говорим. Но лучше ввести ограничения на пользование открепительными удостоверениями, чем оставить существующую вакханалию. Мы продолжаем говорить президенту Медведеву: "Этого недостаточно, давайте, в сложившейся политической ситуации отменим вообще хотя бы на какой-то один избирательный период, на 5-6 лет, а дальше – посмотрим, вернемся к этому. Но если мы увидим, что злоупотребления с этим связаны". Но он принимает половинчатое решение – мы его поддержим, это лучше, чем ничего. Но есть ряд предложений, которые мы не поддерживаем.

ПРОНЬКО: Например?

ЛЕВИЧЕВ: Например, закон "О полиции" – самый последний, самый яркий пример.

ПРОНЬКО: А в чем "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" не согласна с Путиным?

ЛЕВИЧЕВ: Еще раз говорю, Путин вносит бюджет страны – мы третий год подряд голосуем против этого бюджета и вносим альтернативный проект бюджета. Что касается законодательных предложений правительства, то больше половины этих предложений мы не поддерживаем. Но, как выясняется, людям это неинтересно – им надо, чтобы что-нибудь такое смачно сказать лично про Путина. Но я, например, лично поддерживаю стремление Путина сохранить снежных барсов. Понимаете? Путин тоже – есть Путин – человек, есть Путин – бывший президент, есть Путин – председатель правительства, и отношение у меня к нему очень сложное. Начнем с того, что я, вообще говоря, сокурсник Путина – мы только на разных факультетах учились. Я во многом понимаю логику его действий, его мотивы. Я могу с ними не соглашаться, но я их понимаю. Я против вот такого огульного охаивания, потому что, ну, будем справедливы – Путин для страны очень многое сделал. Нам не нравится политика правительства последнего времени – ну, мы об этом открыто заявляем. Но вы хотите, чтобы я встал около Думы с плакатом на груди? Но у меня другая миссия, другая функция на сегодняшний день. Вот если мы не попадем в следующую Государственную Думу, я буду тогда бегать по улицам с плакатиком на груди.

ПРОНЬКО: Это Николай Левичев – руководитель парламентской фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в Государственной Думе. У вас остается буквально одна минута для голосования. Ну, давайте, еще один телефонный звонок – все линии заняты. Добрый вечер! Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте! Владимир.

ПРОНЬКО: Если можно, лаконично.

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Один вопрос. Вот как бы сейчас товарищи из "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" обвинили правительство, нашу партию власти в том, что они сфальсифицировали выборы. А вот что конкретно сделала "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" – подали в суд...

ПРОНЬКО: Подавали в суд. Владимир, не сначала, значит, слушаете. Подавали в суд, пытались добиться – в частности, по оспариванию выборов в Мосгордуму, по отмене выборов в Госдуму.

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, вот сейчас – последние. Не в Мосгордуму – Мосгордума уже прошла. Последние которые были. Подали – и просто так забыли.

ПРОНЬКО: Спасибо! Пожалуйста!

МИХЕЕВ: Ошибочно мнение наших слушателей, что подали и забыли: во-первых,

наши юристы постоянно работают, и даже те иски, которые были поданы осенью прошлой осенью, было большое количество нарушений, они до сих пор рассматриваются.

Жалобы, которые подавали в ЦИК, жалобы, которые подавали в территориальные избирательные комиссии – УИКи, то есть работа ведется. И, если учесть, что за день голосования больше всех подали жалоб в ЦИК (больше семидесяти), то работа с ними ведется, и наши юристы и аппарат с этим работают.

ПРОНЬКО: Ну, отбиваетесь? Хорошо, ведут они, значит, дела.

МИХЕЕВ: Конечно! Есть какие-то решения, которыми отбиваемся. Но, к сожалению, я приведу пример.

ПРОНЬКО: Давайте, лаконично!

МИХЕЕВ: Ведь у нас же есть, например, Волгоградская область – когда два человека, к сожалению, учителя, которые участвовали в злоупотреблении – они получили условный срок. Вы знаете, что самое неприятное? Они получили условный срок, но те люди, из-за которых они нарушали – они прошли во власть и остались во власти, как работали, так и работают. То есть, сегодня страдают не те, кто должны.

ПРОНЬКО: То есть, подонки, которые подставили этих людей.

МИХЕЕВ: Конечно! Страдают не те, кто должен страдать. Но мы сегодня продолжаем работу, и самое главное – не бороться с последствиями, а сегодня мы предлагаем законопроекты, сегодня мы предлагаем варианты, и вот сейчас Николай Владимирович озвучил, что на самом деле, если мы возьмем и примем решение (Дума) ввести электронное голосование...

ЛЕВИЧЕВ: Юрий, можно, я напоследок дам свое определение административного ресурса? Административный ресурс – это предоставление возможности подчиненному или зависимому от тебя человеку нарушить закон.

ПРОНЬКО: Последний вопрос от Гульнары, и я к нему сейчас присоединю и свой вопрос: "В случае честных выборов в декабре, что уже вызывает улыбку, в общем-то, но, тем не менее, "Единая Россия" не наберет большинство голосов и будет вынуждена создавать коалицию, "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" согласится вступать в эту коалицию?" – вопрос от Гульнары. А я вам, Николай Владимирович, что называется, вдогон. Уже не один политик мне за эфиром говорит о том, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" вступит в коалиционное соглашение с "Единой Россией", что вы чуть ли уже не договорились об этом. Я просил этих политиков публично мне сказать об этом, в студии здесь – нет, они отказываются, ссылаясь, опять-таки, на некоторые подковерные договоренности.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, почему бы нам в заключение не помечтать?

ПРОНЬКО: Да, вот, давайте, у вас буквально 30 секунд.

ЛЕВИЧЕВ: Допустим, результаты этих региональных выборов показывают, что, возможно, так сложится альянс в Государственной Думе, что коалиция "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" и КПРФ будет способна проводить целый ряд социально значимых решений.

ПРОНЬКО: Спасибо – это был ответ. Значит, я останавливаю SMS-голосование, и мы получили следующий результат: в общем-то, такой результат мы крайне редко получаем на "Финам FM": у нас либо любят, либо ненавидят основательно. 53% слушателей "Финам FM" (для меня это неожиданный результат) симпатизируют партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", 47% придерживаются иных политический воззрений. Спасибо вам, спасибо нашим слушателям. Сегодня в цикле программ "Реальное время" – слушатели "Финам FM" были против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". До 9 вечера, до "Сухого остатка"!

"Капитан корабля, ушел с капитанского мостика. Его место у руля занял старший помощник.
 

18 апреля 2011
http://www.svoboda.org/content/transcript/4747484.html
Курс корабля не изменится"
http://gdb.rferl.org/4D764AF4-2719-4..._w640_r1_s.jpg
Интервью радиостанции "Радио Свобода"

Михаил Соколов: Сегодня с нами в прямом эфире новый председатель партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" и руководитель думской фракции этой же партии Николай Левичев. Я вас поздравляю с избранием руководителем партии, хотя в какой-то степени могу и посочувствовать – работы прибавиться.

Николай Левичев: Разумеется, легче моя жизнь не станет.

Михаил Соколов: Когда вы узнали про предстоящую рокировку, что освобождается пост председателя и этот пост коллеги предназначают вам?

Николай Левичев: На самом деле такое решение не с неба свалилось, оно вызревало постепенно на протяжение последнего года.

Михаил Соколов: Решение когда было принято окончательно, точка в этом диалоге?

Николай Левичев: Точка была принята, накануне в пятницу прошли заседания. Сначала заседание бюро президиума Центрального совета, на котором обсуждалась повестка и все предложения, потом заседание президиума, потом Центральный совет, потом, как это принято, совещание руководителей делегаций региональных. И в общем-то мы практически в полночь разошлись, пока на всех четырех заседаниях не обсудили предложения. На самом съезде мою кандидатуру Сергей Михайлович предложил, а решение вот этих органов партии.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, можно ли открыть внутрипартийную тайну? На съезде партии вас выдвинули в одиночку, безальтернативно, а на вот этих совещаниях были другие кандидатуры?

Николай Левичев: Нет, не было.

Михаил Соколов: Трудно вам все-таки.

Николай Левичев: Тоже это небольшой секрет, я предлагал такие варианты Сергею Михайловичу, когда мы обсуждали возможные варианты. Честно говоря, он решил, что изображать демократическую процедуру на самом съезде с учетом того, что наши прогнозы относительно реакции недоброжелателей оправдались – это могло внести как раз некоторое смятение.
Сейчас смятение в партийные ряды вносят недружественные средства массовой информации, которые выливают ушаты грязи и небылиц по этому поводу. У нас все-таки люди иногда не успевают быстро отсортировать информационные потоки.
В частности, мы с этим столкнулись 13 марта, когда убедились, что эти потоки грязи, черных технологий, мы-то думали, что какой же идиот поверит в то, что Римма Васильевна Маркова увлекается скабрезностями. До сих пор получаем письма от избирателей, которые с удивлением пишут: мы вот тут вашу агитационную газету читали, а там такое. Есть люди, которые продолжают верить любому печатному слову, и уж тем более таким профессиональным политтехнологическим вбросам, которые начались со вчерашнего вечера. Поэтому решили не дразнить судьбу. Придет время, у нас будут и альтернативные выборы.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, все-таки как вы объясните смысл этого решения, что Сергей Миронов теперь у вас только председатель Совета федерации и председатель палаты депутатов партии, такой новый пост, а вы, собственно, занимаете официальный пост главы партии. В чем смысл этого решения?

Николай Левичев: На самом деле в этом решении достаточно много внутренних смыслов. Если у вас терпения хватит, я могу начать перечислять. Дело в том, что так называемая палата депутатов, которую вы так иронично обозвали – это наше политическое ноу-хау. Когда наша партия образовалась – это было всего четыре года назад, и через год после этого пошла на федеральные выборы и стала парламентской партией, мы получили 38 депутатов, фракцию в Государственной думе. После этого партия начала участвовать в выборах различного уровня в единые дни голосования в тех регионах, где проходили региональные выборы, и в ряде муниципальных выборов, которые тоже попадали на единый день голосования. И у нас начал формироваться партийный депутатский корпус.
Поначалу это были сотни людей, которые попадали в очень сложную жизненную ситуацию. Как правило, они оказывались в соответствующем органе законодательной и представительной власти либо в одиночестве, либо в сильном меньшинстве, на них начинало оказываться давление, административное давление, политическое давление, вплоть до физического давления – шантажа, угроз и так далее. Мы стали понимать, что нам надо не просто работать через систему партийных организаций региональных, местных отделений, нам надо напрямую работать с этими депутатами.
И за минувшие три с половиной года у нас сформировалась так называемая палата депутатов, мы такое название подобрали для этого формата, которая на сегодняшний день после 13 марта насчитывает более 5 тысяч человек. Палата депутатов полтора года назад у нас была сформирована, начал работать совет палаты. Но этот орган не носил уставного характера, в уставе у нас, как и у многих других партий, был только стандартный пункт о том, что партия может создавать советы различные, рабочие органы. За эти полтора года, когда мы провели по всем федеральным округам конгрессы депутатов всех уровней, когда у нас в ряде субъектов Российской Федерации количество депутатов стало исчисляться сотнями, первая, кстати, стала Псковская область еще два года назад, где у нас уже больше 250 муниципальных депутатов насчитывалось на тот момент, мы поняли, что партия должна вырабатывать механизмы поддержки и роста своего влияния через этих людей.
И я, выступая на последних конгрессах депутатов, совершенно искренне говорил, что если, это было, заметьте, за полгода до нашего съезда, если год назад "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" была фактически партией Миронова, то она перестает быть партией одного человека, она становится партией этого депутатского корпуса. Это 5 тысяч человек, которые потом, а иногда кровью заняли это политическое положение, в нашей партии пряников не дают, одни неприятности на сегодняшний день. Это люди, которые прошли огонь и воду, а до медных труб им еще очень далеко. Вот мы стали вырабатывать принципы работы, разрабатывать модельные законопроекты, разрабатывать рекомендации, разрабатывать советы по реакции на те или иные политические инновации, реформы ЖКХ, повышение тарифов и так далее.

Михаил Соколов: Сити-менеджеров насаждают везде.

Николай Левичев: И у нас Миронов был и председатель партии, и председатель совета палаты депутатов. Я был у него первым заместителем. Нельзя объять необъятное, в сутках 24 часа, и на сегодняшний день принято решение, чтобы Сергей Михайлович, как человек, у которого парламентский опыт насчитывает десятилетия, мой опыт три с половиной года в нижней палате парламента, мы решили так распределить полномочия.

Михаил Соколов: Какие возможности будут у Сергея Миронова? Он сказал, что у него будут большие полномочия, он сможет приостановить решение любого органа партии, любого руководящего должностного лица. Это что, внесено теперь съездом "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" в устав?

Николай Левичев: Точно так. Дело в том, что в отличие от некоторых других партий и органов, мы хорошо представляем себе, что сегодня есть Миронов, Левичев, а устав партии должен отрабатываться политической практикой. Поэтому, мало ли что может случиться с Мироновым или с Левичевым, закладываются некие алгоритмы партийного поведения, партийного взаимодействия.
Если хотите, мы прекрасно понимали, что уход Миронова с поста председателя партии будут пытаться интерпретировать как какой-то уход. Никакой это не уход. Этими полномочиями подчеркивается, что капитан корабля, грубо говоря, ушел с капитанского мостика подумать над дальнейшими стратегическими планами, его место у руля занял старший помощник, от этого ни курс корабля не изменится.

Михаил Соколов: Миронов остается лидером партии?

Николай Левичев: Он сам по этому поводу сказал, что если члены партии будут так называть, он возражать не будет.

Михаил Соколов: Просто есть разные версии, вы уже сказали о недружественных средствах массовой информации, но версии интересные. Например, версия "Коммерсанта": "Перед Сергеем Мироновым был поставлен жесткий выбор – партия или пост спикера Совета федерации". Был поставлен жесткий выбор кем-то?

Николай Левичев: Вы, прямо скажем, не самую интересную интерпретацию выбрали, есть и поинтереснее.

Михаил Соколов: То есть не было такого?

Николай Левичев: Вы знаете, я так понимаю, что вечером слушать политическую передачу будут не просто обыватели, которым нечего делать, а люди, которые политикой интересуются. Небольшой секрет, что в последнее время было сделано очень много для того, чтобы выдавить из Совета федерации представителей нашей партии. В какой-то период у нас насчитывалось 20 членов Совета федерации, состоящих в партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", сейчас осталось 8. И если хотите, Сергею Михайловичу все сложнее отстаивать принцип департизации верхней палаты парламента, мы видим, что нагнетается обстановка для того, чтобы вернуться к созданию фракций, политических, партийных фракций в Совете федерации.

Михаил Соколов: Что в этом плохого?

Николай Левичев: Я отсылаю вас к многочисленным аргументам Сергея Михайловича Миронова, который стоит за то, чтобы Совет федерации, конституционная палата регионов отстаивала бы региональные интересы, а не партийные. Для партийных интересов есть Государственная дума. И стоит только партизовать Совет федерации, и окажется прав Владимир Вольфович Жириновский – дублирование Государственной думы в Совете федерации никому не нужно. У нас двухпалатная парламентская система позволяет в принципе на сегодняшний день осуществлять баланс многочисленных разнородных интересов как социальных групп, так и регионов, диспропорция между развитием которых угрожающе растет.

Михаил Соколов: Скажите, Миронов будет возглавлять список на выборах в законодательное собрание Санкт-Петербурга, чтобы иметь возможность на следующий срок опять претендовать на место председателя Совета федерации? Вообще, вы рассчитываете на то, что депутаты "Единой России" которые выходили из зала демонстративно во время его выступления, вновь пошлют его в Совет федерации?

Николай Левичев: На минуточку: для того, чтобы это решала "Единая Россия", ей нужно победить на выборах, а это большой вопрос.

Михаил Соколов: Пока побеждает везде.

Николай Левичев: Мы хорошо знаем ситуацию в Санкт-Петербурге, имеем достоверную социологическую информацию, и рейтинг нашей партии растет, а рейтинг "Единой России" в Петербурге падает круче, чем в целом по стране.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, о рейтингах, кстати говоря, тем не менее, я посмотрел один опрос сегодняшний свежий, его делал центр социологический, близкий к коммунистической партии – Центр исследований политической культуры. Они дают такие данные: "Единая Россия" может набрать 48% голосов в целом по России, компартия 23 "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" 15 и ЛДПР 12, остальные три партии не набирают и одного процента. Как вы прокомментируете такие результаты опроса, для вас это хорошие цифры?

Николай Левичев: Лучше, во всяком случае, чем прогнозы ФОМа, ВЦИОМа или Левада-центра.

Михаил Соколов: Но 15% – это ваша цель или это такая стартовая платформа?

Николай Левичев: Отсылаю к нашим публичным высказываниям – для нас это программа-минимум.

Михаил Соколов: А программа-максимум?

Николай Левичев: А программа-максимум – занять первое место, как всегда.

Михаил Соколов: Если вы хотите занять первое место, кстати говоря, по-моему, на выборах региональных было только однажды, в Ставрополе вы победили, и там потом победителей пересажали.

Николай Левичев: Еще была Тыва, где фактически мы победили, но на полтора процента вытащили "Единую Россию".

Михаил Соколов: Я просто хочу напомнить, что победы вашей партии заканчивались не очень хорошо для победителей. Вас это тенденция не тревожит?

Николай Левичев: Тревожит, конечно. Но что делать, если должны быть свои Александры Матросовы.

Михаил Соколов: Я хотел бы еще спросить: как вы воспринимаете свою должность? Вы считаете, что это должность больше аппаратная или политическая? Потому что опять же комментаторы некоторые так говорят: тем не менее, несмотря на формальный уход с поста председателя партии, Сергей Миронов будет принимать все стратегические решения, а в ваших руках будет исполнение.

Николай Левичев: Вы знаете, я опять отсылаю к тому, что Миронов говорил на съезде. Действительно, сегодня в Государственной думе я выполняю функцию руководителя фракции. У меня есть полномочия, которые прописаны в положении о фракции. Но председатель партии по партийному уставу – это человек, который наделен полномочиями выступать от имени партии без доверенности по любым вопросам.
Пример не очень свежий, но, допустим, октябрь 2009 года, начинается накал страстей в зале заседаний Государственной думы. Миронов находится с зарубежным визитом в Испании, связи с ним нет. Я принимаю решение выходить фракции из зала вместе с двумя другими оппозиционными фракциями. В принципе я немножко рисковал, потому что я не согласовывал свое решение, которое нужно было принять именно в данную секунду в этом месте, с председателем партии. У меня просто есть ощущение, и многолетний опыт подсказывает, я умею читать мысли Сергея Михайловича иногда. Теперь в этом плане я буду более свободен.

Михаил Соколов: Кстати говоря, я хотел бы эту историю напомнить. Тогда это было после скандальных выборов, которые сопровождались многочисленными нарушениями, фальсификациями и так далее, действительно три партии – ЛДПР, КПРФ и "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", депутаты вышли из зала заседаний Государственной думы. И эффект был достаточно сильный. Почему в других случаях ваша партия не действовала солидарно с другими оппозиционными партиями? Ведь сам пример этого яркого достаточно демарша показал, что власти и ваши оппоненты боятся таких публичных коллективных действий на политической арене.

Николай Левичев: Вы догадываетесь, что в коллективных действиях участвуют несколько участников, поэтому мы никому не можем из наших политических оппонентов, партнеров по оппозиционности в отношении "Единой России", что-то такое предписать. Тогда возникла такая ситуация достаточно спонтанно, что в интересах всех трех партий оказалось противопоставить себя таким публичным образом. Но в одну и ту же реку иногда не удается войти второй раз, и договориться о каких-то совместных действиях непросто, потому что уже и коммунисты, и тот же Жириновский очень ревниво смотрят. Ведь на нашу мельницу вода льется больше, чем на их.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, ваши выводы по выборам мартовским, кампания была достаточно удачной для партии, как вы считаете?

Николай Левичев: Удачной она была в том смысле, что партия выдержала этот экзамен, который был очень непростой. Я должен признаться, что мы может быть психологически не были готовы к тому, что нас ожидало. Впервые за последние годы, даже если брать октябрьский эпизод 2009 года, впервые были созданы дублирующие избирательные штабы наших главных оппонентов, которые не взаимодействовали зачастую в регионе с основными официальными штабами, которые занимались распространением дезинформации, лживой информации, выпуская стотысячными, чтобы не сказать, миллионными тиражами якобы от имени нашей партии фальшивые газетенки, при чтении которых у людей должны были волосы дыбом вставать. Вы знаете, нам поначалу показалось: ладно, ребята, политтехнологи, как принято говорить, освоят бюджет и отчитаются о проделанной работе. Но я уже сказал, что, к сожалению, все-таки иногда люди принимали за чистую монету, и мы потеряли немалый процент голосов на этом.

Михаил Соколов: А как все-таки понять такой разброс: где-то у вас больше 20% голосов, а в Тамбове, предположим, 6?

Николай Левичев: Так и понимать, что тамбовское региональное объединение объявили, что они сами справятся, брали определенные обязательства, отказались от помощи со стороны центрального аппарата партии, от какой-то группы поддержки. Кампанию вели очень вяло, неагрессивно. А самое главное, мы тоже прекрасно понимаем, они не обеспечили фиксацию реального результата, не справились с тем, чтобы выставить членов избирательных комиссий, наблюдателей, способных получить на руки первичные копии протоколов.

Михаил Соколов: То есть главное сейчас – посчитать, получается?

Николай Левичев: Главное не то, чтобы посчитать, а главное – заставить зафиксировать хотя бы то, что посчитали с первого раза.

Михаил Соколов: А нельзя законодательство поменять, чтобы нельзя было протоколы переписывать, как это делается нагло?

Николай Левичев: В законодательстве и не написано, что их можно переписывать – это, вообще говоря, уголовное дело. У нас масса примеров, когда нам удавалось в судебных слушаниях доказать, что члены избирательных комиссий подписывали пустые, незаполненные бланки протоколов. В судебном слушании это удавалось подтвердить, но уголовная ответственность не наступала, потому что они положительно характеризуются по работе, имеют малолетних детей, и в их действиях не было умысла.

Михаил Соколов: Александр критически вам пишет: "Лже-профсоюзы Шмакова, лже-либералы Гозмана, лже-демократы Митрохина, лже-коммунисты председателя Зю и лже-социалисты Миронова, пока они все у власти, грош цена всем нам". Это на совести Александра.
А вот по поводу социализма, действительно, вы уверены в том, что современным российским гражданам нужен какой-то социализм 21 века, о котором говорит ваша партия? Может быть им неплохо и при нынешней, как это называется...

Николай Левичев: При нынешнем бандитском капитализме.

Михаил Соколов: Управляемой демократии. Я Суркова лучше процитирую: суверенная демократия.

Николай Левичев: Я предпочитаю цитировать тех граждан, которые пишут нам письма, они почему-то считают, что у нас бандитский капитализм продолжает процветать.

Михаил Соколов: А кто строитель бандитского капитализма, вы не знаете случайно?

Николай Левичев: Достаточно много у нас людей.

Михаил Соколов: Есть партия "Единая Россия", у партии "Единая Россия" есть лидер Владимир Владимирович Путин. Он не строитель бандитского капитализма, Николай Владимирович?

Николай Левичев: Честно говоря, у нас фундамент был построен в 90-е годы.

Михаил Соколов: А здание?

Николай Левичев: Здание с переменным успехом, одни строят, а другие растаскивают.

Михаил Соколов: То есть Путин не виноват? Вы как-то его даже хвалили недавно на личной встрече за то, что он ведет правильную социальную политику. Если он ведет правильную социальную политику, зачем нужна ваша партия, озабоченная какими-то социальными проблемами?

Николай Левичев: Для того, чтобы подсказывать, во-первых. Если уж быть точным, на встрече с Путиным на последней я как раз акцентировал внимание на том, что, на наш взгляд, очень много бюджетных средств потрачено на так называемую реформу образования, куда они улетучились – не очень понятно. Образовался целый класс чиновников от образования, в высшей школе студент только мешает. И точно так же я сказал, может быть это немножко разговор был в ироничных тонах, буквально я сказал, что если бы все эти денежки на повышение зарплаты учителей, то туда бы пришли талантливые люди, и все остальные шаги в отношении реформ они бы сделали сами.

Михаил Соколов: Господин Путин ведь пообещал повысить зарплаты учителям?

Николай Левичев: Он сказал, что в принципе надо подумать, и буквально на следующий день или через день на совещании с правительством он предложил, по крайней мере, ряд мер, которые, на его взгляд, позволят на 30% повысить зарплату учителям. Мы, правда, с нашими экспертами считаем, пока 60 миллиардов немножко маловато. Важен сам факт, важно само желание.

Михаил Соколов: А ваша партия, кстати говоря, выступает за отмену ЕГЭ или вы отступились от этой темы?

Николай Левичев: Нет, мы последовательно критикуем принятие ЕГЭ в качестве единственного критерия оценки способностей школьников получать высшее образование.

Михаил Соколов: Ну и что, а результат какой? Вы критикуете, а оно двигается, система живет и процветает.

Николай Левичев: Если на то пошло, я хочу напомнить, что основная миссия оппозиционной партии, вообще любой политической партии – это формирование общественного мнения. Поэтому наше призвание говорить вслух то, что все так знают, если хотите.

Михаил Соколов: Все ли знают все? Сегодня было в новостях про выступление замечательного хирурга Леонида Рошаля. Он говорил о том, что неспециалисты в медицине заполонили Министерство здравоохранения и социального развития, и что там коррупция и так далее. И вот ответ, министерство пишет коллективное письмо, жалобу на господина Рошаля. Ваша партия с такими людьми будет объединять усилия, как Рошаль, другие, которые выступают за социальные программы, за нормальные реформы в той же сфере здравоохранения?

Николай Левичев: Мы с Леонидом Михайловичем всегда сотрудничали очень конструктивно. Другое дело, он почему-то считает, что нехорошо вступать в какую-нибудь партию. Может быть человек с уровнем Рошаля, его авторитетом и его публичными возможностями сам себе партия. Но на самом деле в этой истории почему-то верится Леониду Михайловичу Рошалю.

Михаил Соколов: А вы в думе не хотите запрос сделать по выступлению, потребовать отставки министра? Там много разговоров.

Николай Левичев: Я не успел сегодня прочитать, у меня день был рваный, меня на части рвут. Я отложил себе его выступление, чтобы, на ночь глядя, с карандашом в руках прочесть. Но в принципе основные тезисы мне хорошо известны, потому что я общаюсь не только с доктором Рошалем, но и со многими другими практикующими медиками.

Михаил Соколов: Если вернуться к вашим программным тезисам партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", все-таки, если в общем плане сказать, с чем вы пойдете на думские выборы, кроме этого социализма 21 века? Два-три пункта, которые привлекут к вам избирателей, они бросят "Единую Россию" и пойдут голосовать за "Россию справедливую"?

Николай Левичев: На самом деле нам хватит даже тех избирателей, которые не собираются бросать "Единую Россию". Нам главное привлечь тех избирателей, которые не ходят на выборы и не верят ни во что. На съезде мы приняли как раз предвыборную программу, она очень сжатая, очень конкретная, 16 разделов в ней.
Если говорить о каких-то системных вопросах, мы продолжаем предупреждать руководство страны, что социальное неравенство приобретает в нашей стране угрожающие размеры и нужно принимать меры для устранения диспропорций в оплате труда, для устранения диспропорций между различными регионами Российской Федерации. Потому что это как бы страну на разрыв, что называется, сегодня пробуют.

Михаил Соколов: Наталья из Москвы, пожалуйста, ваш вопрос.

Слушательница: Спасибо большое. Добрый вечер и добрый вечер, Николай Владимирович. Мне очень нравится ваша манера разговора, вы отличаетесь очень от многих депутатов, не кричите, у вас хороший правильный русский язык – это очень приятно слушать.

Николай Левичев: Спасибо моим учителям школьным.

Слушательница: Меня, знаете, что интересует, такие немножко личные вопросы: где вы родились, в каком городе?

Николай Левичев: Отечественное Царское село. Я впитывал воздух Пушкина на аллеях Ахматовой.

Слушательница: Еще такой очень нескромный вопрос: вы Николай Владимирович, как звали вашего отца?

Николай Левичев: Владимир Григорьевич.

Слушательница: Очень хорошо. А что вы заканчивали?

Николай Левичев: Я заканчивал 8 классов в 410 средней школе, где мы учились вместе в одном классе с Сергеем Михайловичем Мироновым. Потом я закончил 239 физико-математическую школу в Санкт-Петербурге. Это, наверное, до сих пор одна из самых лучших школ в Российской Федерации. Я был сейчас на 50-летнем юбилее школы 15 февраля в Большом концертном зале "Октябрьский". Эта школа дала двух выдающихся математиков с мировым именем, и до сих пор она выпускает интеллигентных, образованных людей, несмотря на все ЕГЭ и прочие казусы министерства Фурсенко.
После этого я поступил на физический факультет Ленинградского государственного университета, который закончил. Работал в Государственном оптическом институте. Потом меня увлекла общественная работа. Попутно успел закончить Академию общественных наук, и вообще говоря, я дипломированный социолог по второй специальности.

Михаил Соколов: Спасибо, Наталья. У нас звонок из Химок. Валентина Александровна, пожалуйста, ваш вопрос Николаю Левичеву.

Слушательница: Николай Владимирович, добрый вечер. С вами говорит Валентина Александровна, член "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ", которая начинала здесь в Химках образовывать местное отделение "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". У нас эту партию забрал один пришедший в нашу "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ" Хорсев, который теперь по нынешний день возглавляет эту партию. И нас как активистов, а нас более 117 человек, отстранил от работы. Работает он на "Единую Россию". Сейчас на данный момент он является советником при администрации городского округа Химки по работе с общественностью. Мы обращались к Миронову, на сайт Миронова писали, мы обращались к Романовичу, но результатов по его отстранению из председателей не получили. Как нам быть, подскажите, пожалуйста?

Николай Левичев: Валентина Александровна, спасибо за такую информацию, для меня она является новостью. В мои прямые обязанности входит разобраться в этой ситуации. Вы оставьте, пожалуйста, телефон. Звоните мне или пишите на мой сайт "Левичев.инфо".

Михаил Соколов: Спасибо. Еще давайте звонок из Владимира. Владимир, ваш вопрос Николаю Левичеву.

Слушатель: Спасибо. Три вопроса участникам передачи. Первый вопрос относительно вектора или уклона деятельности партии, я бы назвал православно-патриотический. Есть в Госдуме такой депутат Антон Беляков, это ваш, по-моему, депутат, он как раз от Владимирской области, и он курирует довольно оригинальный проект по созданию пансионата для пожилых людей. И есть поддержка, благословение патриарха Владимирского. Второй вопрос: были ли попытки в вашей партии пригласить Юрия Болдырева? Это очень честный и порядочный человек в высшей степени. Третий вопрос: как партия реагирует на грубые нарушения, когда снимаются депутаты? В Александрове сняли кандидата.

Николай Левичев: Насчет проекта пансионата для пожилых людей, я суть вопроса не понял. Может быть это и неплохо, потому что у нас явный дефицит такого рода заведений.

Михаил Соколов: Есть у вашего депутата средства и возможности, значит, создает такой пансионат.

Николай Левичев: Что касается Юрия Болдырева, он входил в список нашей партии, хотя он не является членом нашей партии на выборах в думу в 2007 году. Он является членом экспертного совета при фракции, экспертный совет возглавляет Оксана Дмитриева, первый заместитель руководителя фракции. Юрий Юрьевич Болдырев, по крайней мере, на моей памяти, я участвую в работе этого совета, принимал участие в обсуждении проекта бюджета и нашей антикризисной программы, которую мы вносили. У нас нормальный рабочий контакт.

Михаил Соколов: А как у вас с реакцией на снятие кандидатов?

Николай Левичев: На снятие кандидатов мы стараемся реагировать оперативно. Соответственно, либо это по линии избирательных комиссий, либо по лини судебных органов.

Михаил Соколов: Давайте еще вопрос из Москвы. Валентина Ивановна, пожалуйста.

Слушательница: Здравствуйте. Я хотела бы задать вопрос вашему гостю. Может ли он ответить, как человек Владимир Владимирович Путин, не являясь членом партии, руководит этой партией. Это, по-моему, нонсенс. И почему никогда в жизни нигде не задается этот опрос? Как они сидят там, заседают, Путин приходит, что-то командует, он же не является членом партии.

Николай Левичев: Валентина Ивановна, это вопрос не ко мне – это вопрос к партии "Единая Россия", которая на своем съезде приняла такой устав. В нашем уставе Сергей Миронов, даже уйдя с поста председателя партии, остается членом партии, входит во все руководящие органы, в бюро президиума, в президиум Центрального совета партии. Поэтому мы для себя выбрали другую схему руководства и лидерства в партии. Поэтому за других мне трудно отвечать.

Михаил Соколов: Александра интересуется, как вы относитесь к сегодняшнему запрету судом Движения против нелегальной иммиграции? Что если запрещать такие организации, то будет только хуже, лучше иметь легальную националистическую партию.

Николай Левичев: Всегда очень трудно комментировать решения судов со слуха, что называется. Я не видел пока.

Михаил Соколов: Мотивированного решения еще никто, наверное, не видел.

Николай Левичев: Поэтому все-таки я сторонник принципов правового государства, когда я ознакомлюсь с решениями суда, тогда смогу комментировать.

Михаил Соколов: А вообще вы считаете, что в России есть суд, как независимый орган, которому можно доверять?

Николай Левичев: Это вопрос немножко другой. Иных судов пока в России нет. Я как законодатель вынужден, как других писателей у нас нет, и других судов пока у нас нет. Мы должны делать все, чтобы эти суды были больше похожи на те, которые патронирует Фемида. Это процесс созревания, в том числе и гражданского общества.

Михаил Соколов: Леонид из Москвы.

Слушатель: Господин Левичев, зачем вы вводите ваших слушателей в заблуждение? Передо мной закон о гарантиях, написано, что член комиссии с правом решающего голоса, даже участковый не может быть привлечен даже к административному наказанию без согласия прокурора субъекта федерации. Это что за защита избирательных прав граждан? И второе правило, которое вы тоже исказили. 79 статья закона о выборах депутатов Госдумы говорит, что каждая участковая комиссия имеет право переписать протокол после того, как раздали копии наблюдателям. Это прямая норма закона.

Михаил Соколов: Может быть, надо этот закон менять, Николай Владимирович?

Николай Левичев: Понимаете, переписать могут в случае, если допущена техническая ошибка. А если у вас в первом варианте протокола 200 голосов, а во втором варианте протокола два голоса, то это не техническая ошибка, а фальсификация выборов, а за это предусмотрено в уголовном кодексе уголовное наказание.

Михаил Соколов: А как насчет безнаказанности членов избирательных комиссий, защищенности этими нормами? Кстати говоря, безнаказанно выгоняют с участков наблюдателей, мы это тоже видели на последних выборах. Но что-то "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" в этот раз из зала не выходила, как-то вы смирились. Результаты стали лучше, поэтому партия стала менее оппозиционной?

Николай Левичев: Во-первых, оппозиционность не в том, чтобы периодически выбегать из зала. Если это будут делать слишком часто, на это перестанут обращать внимание. А во-вторых, я со своими коллегами, у нас было большое совещание за день перед съездом, я больше часа выступал перед руководителями региональных отделений. Я говорю, что мы живем в политических реалиях, и тот результат, который партия способна на сегодняшний день зафиксировать на выборах, является свидетельством ее реального политического влияния на данный момент. Оно у нас медленно, но неуклонно растет. Мы учимся на своих ошибках в том числе.

Михаил Соколов: Сергей нам пишет: "Был слух, что партию "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" возглавит президент Дмитрий Медведев, для этого и ушел Миронов". Что вы скажете? Хотели бы вы, чтобы Дмитрий Медведев возглавил партию "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"?

Николай Левичев: Дмитрий Анатольевич Медведев по своим убеждениям, которые он публично демонстрирует, скорее относится к либеральным политикам, а мы приверженцы социальной демократии.

Михаил Соколов: А социального либерализма не бывает разве?

Николай Левичев: Это надо Дмитрия Анатольевича спрашивать, он еще человек не закостеневший, он тоже может свои убеждения, они могут эволюционировать. У нас достаточно определенный политический коридор, в котором мы работаем, а у него есть возможность выбора, он надпартийный президент на сегодняшний день.

Михаил Соколов: Скажите, сегодня о президентских амбициях заявил лидер КПРФ Геннадий Зюганов, а у вашей партии есть свой кандидат на пост президента?

Николай Левичев: Придет время, он непременно появится. Что касается Геннадия Андреевича, у меня почему-то такое мнение, что результаты нашего съезда подняли такую информационную волну, что Геннадий Андреевич решил как-нибудь попытаться ее оседлать. Он мог заявить об этом за день до съезда, он этого не сделал, а сейчас, видимо, соперничает с нами по информповодам.

Михаил Соколов: Это же неплохо, правда? Вы левая партия, где-то соперничаете, а где-то может быть сотрудничаете? Вы вообще сотрудничаете с КПРФ в чем-то?

Николай Левичев: Мы сотрудничаем, особенно на региональном уровне довольно часто. Иногда наши позиции совпадают и в стенах Государственной думы при обсуждении голосования по различным законопроектам. Геннадий Андреевич на сегодняшний день лицо недоговороспособное.

Михаил Соколов: Скажите, как вы прокомментируете позицию вашего, я буду говорить, лидера Сергея Миронова, что если Путина выдвинет "Единая Россия", то "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" его не поддержит. Неужели такое может быть?

Николай Левичев: Конечно, может.

Михаил Соколов: А кого же вы тогда поддержите – вот вопрос?

Николай Левичев: Мы посмотрим, что для партии окажется наиболее выгодно в конкретной политической ситуации. Мы же тоже реалисты, если мы почувствуем, что мы не способны выдвинуть кандидатуру, которая пойдет на победу, то в интересах партии можно выставить такую кандидатуру, которая воспользуется избирательной кампанией для того, чтобы продекларировать наши партийные программы, лозунги, наши партийные интересы. Президентская кампания – это уникальная возможность для популяризации партии.

Михаил Соколов: Скажите, а вы можете себе представить такую ситуацию, когда одновременно идут на выборы Дмитрий Медведев и Владимир Путин?

Николай Левичев: Вообще говоря, я могу представить такую ситуацию теоретически, честно говоря, в реалистичность этой ситуации не верю.

Михаил Соколов: Если эту ситуацию посчитать реалистичной, вы лично за кого проголосуете?

Николай Левичев: Я лично проголосую, разумеется, за кандидата в президенты от партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ".

Михаил Соколов: Михаил из Москвы, ваш вопрос.

Слушатель: Добрый вечер. Честно говоря, я не верю в вашу партию – это кремлевский проект для выхода пара. Но, тем не менее, я задам вопрос такой: господин Левичев, как вы относитесь к господину Лужкову, и должен ли он быть предан суду за то, что он натворил в Москве за свое царствование в течение 18 лет?

Михаил Соколов: Кстати, вы ведь еще до сих пор лидер московской организации "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ"?

Николай Левичев: Пока еще да. Михаил может зайти на мой сайт, посмотреть мое открытое письмо Юрию Лужкову в июне прошлого года, из него следует, как я относился тогда к Юрию Михайловичу, когда он находился на посту мэра. Естественно, я считаю, что Юрий Михайлович Лужков пал жертвой бизнес-таланта своей супруги, а вот докуда дойдут следственные органы, разматывая ее бурную деятельность, я жду с не меньшим интересом, чем Михаил.

Михаил Соколов: Еще вопрос Виктора: "Как вы относитесь к лозунгу "Ни одного голоса партии жуликов и воров"?

Николай Левичев: Я положительно отношусь.

Михаил Соколов: То есть вы готовы идти на выборы с таким лозунгом?

Николай Левичев: Это такая немножко вульгарная постановка вопроса, у нас гораздо больший набор содержательных лозунгов.

Михаил Соколов: 20 апреля будет отчет главы правительства в Государственной думе. У вашей фракции есть конкретные вопросы к Владимиру Путину?

Николай Левичев: Конкретные пять вопросов, которые по регламенту в письменном виде задаются через совет Государственной думы, мы задали. По процедуре совет Государственной думы установил, что каждая фракция сможет задать три вопроса, мы сегодня на заседании фракции очертили круг этих вопросов. Я как лидер фракции получу возможность в течение 10 минут высказать свое отношение к отчету правительства. Этой возможностью я, естественно, воспользуюсь.

Михаил Соколов: Какая главная тема вас волнует? Я понимаю, что не хочется раскрывать карты, но именно тема.

Николай Левичев: Главную тему я уже называл: у нас в России недооценен добросовестный труд. На наш взгляд, это корень всех наших проблем.

Михаил Соколов: Скажите, за повышение подоходного налога на богатых вы будете выступать? Если да, то с какой цифры?

Николай Левичев: Мы выступаем и будем продолжать выступать. У нас внесен законопроект о прогрессивной шкале налогообложения физических лиц, и увеличение происходит примерно с суммы три миллиона рублей в год.

Михаил Соколов: Сегодня лидер ЛДПР Владимир Жириновский предложил поменять российский флаг на черно-желто-белый. Как вам эта идея?

Николай Левичев: Мне эта идея почему-то не нравится.

Михаил Соколов: А почему?

Николай Левичев: Вот не нравится, и все.

Михаил Соколов: То есть не надо ничего менять в российской символике?

Николай Левичев: Я не скажу, что она идеальна, на мой взгляд. Есть такая историческая традиция, которая сегодня такова, какова она есть. Честно говоря, мне и двуглавые орлы не очень нравятся. Историю надо принимать такой, какова она есть.

"У Дмитрия Анатольевича есть время подумать, вступать ли ему в партию"
 

http://www.gazeta.ru/politics/2011/0..._3587845.shtml
19 апреля 2011

Интервью с новым лидером "Справедливой России" Николаем Левичевым

После ухода Сергея Миронова с поста лидера "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" ее возглавит нынешний лидер фракции партии в Госдуме Николай Левичев. О причинах этого решения, Дмитрии Медведеве как потенциальном преемнике и харизме Миронова Левичев рассказал "Газете.Ru".

– Когда впервые Сергей Миронов заговорил с вами на тему руководства партией?

– Могу сказать, что это не спонтанное, не сиюминутное решение, мы шли к нему несколько месяцев, обсуждая и обдумывая возможные варианты и последствия тех или иных перестановок... На сегодняшний день депутатский корпус "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" составляет более 5 000 человек. Это если не армия, то по меньшей мере полк или бригада. Практически каждый из этих людей на местах испытывает прессинг из-за своей политической работы. Их надо защищать, им надо помогать. Когда возник вопрос, кто будет отвечать за эту работу, естественно, в первую очередь мы подумали о Сергее Михайловиче, который обладает огромным опытом политической и парламентской деятельности.

– Речь сразу зашла именно о вас?

– Практически с самого начала. Я предлагал ему вынести на съезд несколько кандидатур, ведь в нашей партии состоит очень много достойных людей, однако Сергей Михайлович посчитал, что я лучше всего подхожу для этой должности, и решил не вносить смятение в ряды делегатов съезда дискуссией по кадровому вопросу, если его предложение поддержат члены президиума и центрального совета, что и произошло накануне съезда.

– Многие делегаты узнали о смене руководителя только на съезде и даже если бы и хотели выдвинуть альтернативную кандидатуру, то не успели подготовиться.

– Накануне съезда прошли заседания всех руководящих органов партии: бюро президиума, потом президиума, потом президиума центрального совета, потом центрального совета. Потом провели совещание руководителей всех делегаций съезда. И на каждом из перечисленных заседаний обсуждался вопрос смены председателя, и все эти органы приняли решение вносить на съезде мою кандидатуру. Все могли задать вопросы, все могли высказать свои соображения... Вполне все в рамках демократических процедур.

– Скептики говорят, что вам, человеку менее публичному, чем Сергей Миронов, будет непросто возглавить партию в предвыборный год, что вы можете им ответить?

– Безусловно, на мне теперь лежит огромная ответственность – не только перед однопартийцами, но и перед всеми гражданами, которые голосовали за нашу партию на выборах. Да, с Сергеем Михайловичем трудно соперничать по популярности, но учитывайте тот факт, что он уже 10 лет является третьим лицом в государстве, возглавляя Совет федерации. Но и он от партии никуда не дистанцируется – так что это не смена лидерства, руководства, а скорее перегруппировка сил. Кроме того, уверяю вас, люди уже и меня часто узнают на улице. Что же касается скептических реплик в СМИ – хочу обратить внимание, что их авторами в основном являются те, кто накануне каждых региональных выборов предрекает нашей партии результат в 3–4%. Жизнь раз за разом опровергает их измышления. Мою эффективность прежде всего будут оценивать соратники по партии.

– СМИ пишут, что и внутри партии не все довольны выбором нового председателя. Есть такой конфликт в партии?

– Все мы живые люди, в каждой фракции есть конфликты, но масштаб этих конфликтов соответствует принципам работы демократической партии.

– По одной из версий, Миронов был вынужден уйти с поста лидера партии, чтобы сохранить пост спикера Совета федерации. Она соответствует действительности?

– У Сергея Михайловича Миронова проблемы в Совете федерации уже 10 лет. Ничего нового в последнее время не происходило.

– Вторая версия ухода Миронова – освобождение места лидера для политических тяжеловесов. Вы кого-то ждете?

– Ну, вы мне назовите этих тяжеловесов. Кто это?

– Например, Дмитрий Анатольевич Медведев.

– Медведев Дмитрий Анатольевич, насколько я знаю, человек беспартийный. У него есть время подумать, вступать ли ему в какую-то партию или нет. Я бы на его месте пока ни в какую партию не вступал. А там посмотрим, как у него судьба будет складываться.

– Вы готовы сложить с себя полномочия председателя, если в партию придет новый сильный лидер, которого поддержат ваши соратники?

– Я не держусь за свои посты, поэтому если через два с половиной года, когда истекут мои полномочия, созреет другое решение съезда – я его приму. Вместе с тем могу сказать, что все разговоры о том, что партию якобы готовят к приходу другого человека, – на сегодняшний день не более чем разговоры.

– А Дмитрия Рогозина в партию хотите вернуть?

– С ним у меня прекрасные товарищеские отношения, но его в партию возвращать не нужно, потому что он из нее не выходил. Проблема в том, что он преимущественно сейчас проживает за рубежом (Рогозин – представитель России в НАТО, живет в Брюсселе – "Газета.Ru"). В законодательстве не отображена такая ситуация, как постановка на учет членов партии, преимущественно проживающих за рубежом. Создавать за пределами России местные отделения партии запрещено законом. С другой стороны, член партии где-то должен состоять на учете. Когда мы таких членов партии ставили на учет в московском городском отделении, мы получили замечание Минюста о том, что так делать нельзя. Поэтому мы не можем предъявить претензии Рогозину, что он неактивно работает в партии, потому что он не имеет права создать местное отделение "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" в Брюсселе...

– Останетесь ли вы председателем московской организации СР или сложите с себя полномочия?

– Совмещать руководство партией и руководство одним из региональных отделений (пусть даже ключевым в электоральном плане) неправильно. Поэтому решение уже принято – по моему предложению бюро президиума центрального совета рекомендовало на пост председателя московского отделения другого человека.

– Вы в самом деле дружите с Мироновым с детства? Он говорит, что вы росли в одном дворе.

– Действительно, мы росли в одном дворе, учились в одном классе, с детства дружили. Но сегодня это имеет значение только в том плане, что мы получили в детстве похожий заряд патриотизма, представлений о дружбе, нравственных ценностей. Политические убеждения нам пришлось вырабатывать уже в зрелые годы. С момента создания Российской партии жизни и все последующие 10 лет мы работали бок о бок и спорили в основном по тактическим вопросам.

«Миронов никуда не уходит»
 

http://slon.ru/russia/mironov_nikuda...t-583082.xhtml
Новый лидер «Справедливой России» Николай Левичев рассказал, зачем спикер СФ ушел с поста председателя партии и когда ждать прихода в СР новых политических тяжеловесов
http://slon.ru/images2/blog_photo_12...481124_350.jpg
В партии «Справедливая Россия» ждут больших перемен – на днях сменился лидер, а вскоре ждут и прихода новых политических тяжеловесов, имена которых не раскрываются. Об этом, а также о стратегии партии в ходе предвыборной гонки Slon.ru рассказал новый председатель СР – Николай Левичев.

– Решение об уходе с поста председателя партии, наверное, не случайно появилось перед выборами. Значит ли это, что именно вы будете главным лицом предвыборной кампании? Какую позицию в рамках партии теперь займет Сергей Миронов?

[Николай Левичев. Фото: ИТАР-ТАСС] – Не могу сказать, что это решение напрямую связано с предстоящими выборами. Оно, скорее, обусловлено объективными тенденциями развития нашей партии. В текущей ситуации мы посчитали необходимым более предметно заняться кадровой работой с депутатским корпусом (в рядах «Справедливой России» сегодня 5000 депутатов разного уровня), который сталкивается с определенными трудностями, особенно на местах. Такой работой, очевидно, должен заниматься лично Сергей Миронов, обладающий огромным опытом законотворческой деятельности. Он в итоге и занял пост главы Совета Палаты депутатов, предложив передать мне полномочия председателя партии. Вместе с тем, принципиально в нашей деятельности ничего не меняется: еще раз подчеркну, от партии Сергей Михайлович никуда не дистанцируется, он уже пообещал, что возглавит список «Справедливой России» на выборах в Государственную Думу, а значит, останется главным лицом нашей избирательной кампании.

– Намерены ли вы внести что-то новое в курс СР после вступления в должность председателя?

– Принципиально менять курс, которым вел партию Сергей Миронов, я не собираюсь. «Справедливая Россия» демонстрирует серьезные электоральные успехи (в ходе последних региональных выборов мы получили в среднем 14,2%, что почти в два раза лучше по сравнению с думскими выборами), увеличение численности партии. Если механизм работает в совершенстве, зачем что-то перенастраивать? Какие-то изменения, конечно же, будут, но радикальных ждать не стоит.

– «Единая Россия» уже определилась, кто для нее будет оптимальным кандидатом в президенты России в 2012 году. А кто для СР предпочтительнее – Путин или Медведев?

– Сегодня однозначно ответить на этот вопрос невозможно. И потом, этот вопрос прежде всего стоит перед «Единой Россией», и он до сих пор открыт. А мы, как говорил Ларошфуко, «будем переживать неприятности по мере их поступления». В политике иногда надо уметь проявлять терпение. Однозначно могу заявить только о том, что наша партия официально не будет поддерживать кандидата, которого выдвинет «Единая Россия». Этот вариант мы для себя точно исключаем. А вот ситуация, при которой мы выдвинем свою кандидатуру, вполне реальна. Дождитесь осеннего съезда.

– Геннадий Гудков говорил, что в СР планирует вступить кто-то из важнейших политических тяжеловесов. Вы уже можете сказать, кто это будет и когда это произойдет?

– Я не знаю, кого конкретно имел в виду Геннадий Владимирович, однако, могу сказать, что в списке кандидатов в депутаты Государственной думы, которые мы утвердим на осеннем съезде, будут очень интересные и известные люди, которые до этого в наших списках не фигурировали. Однако раскрывать интригу сейчас я не намерен, уже через несколько месяцев вы все увидите сами.

– Ждете ли вы на грядущих парламентских выборах масштабных фальсификаций в пользу «Единой России», насколько это серьезная угроза для СР? Какую планку вы ставите для себя как желаемый ориентир, сколько процентов голосов думаете набрать на выборах?

– Последние региональные выборы показали, что ради получения депутатских мандатов «Единая Россия» готова пуститься во все тяжкие. Мартовская кампания стала самой грязной за все последнее время: в большинстве субъектов РФ, где проходило голосование, создавались параллельные штабы «партии власти», которые занимались исключительно «черными» технологиями. Основной поток «чернухи» был направлен именно против нашей партии. К сожалению, я практически на 100% уверен, что подобная практика получит развитие на следующих выборах, в частности, в Государственную думу. Но мы готовы этому противостоять. На любое действие мы найдем свое противодействие. Мы уже активно готовим наблюдателей, членов избирательных комиссий различного уровня, юристов. Сделаем все, чтобы реальное волеизъявление избирателей было зафиксировано.

Что касается наших ориентиров, то накануне декабрьских выборов мы ставим задачу увеличить нашу фракцию как минимум в два раза. Для этого нам необходимо получить около 15%. А задача-максимум – побороться с «Единой Россией» за большинство.

– Если бы вам пришлось выбрать три основных лозунга, которые могли бы проиллюстрировать предложения СР в ходе предвыборной кампании, что бы это были за лозунги?

– В ходе думской избирательной кампании мы будем требовать остановить повышение тарифов на услуги ЖКХ и рост цен на продовольствие, повысить уровень зарплат и пенсионного обеспечения, создавать новые рабочие места, отменить 83-й Федеральный закон о коммерциализации бюджетных учреждений. Пожалуй, это главные лозунги. Напомню, что с момента своего создания наша партия провозгласила нашу главную идею – справедливость, которую мы трактуем как справедливое вознаграждение за достойный труд, справедливое распределение национального богатства, справедливое политическое устройство.

"Справедливая Россия": Не дождетесь!
 

http://www.rosbalt.ru/main/2011/04/21/842023.html
21 апреля 2011

Новый лидер "эсеров" Николай Левичев, сменивший на этом посту спикера Совета Федерации Сергея Миронова, сразу проявил себя как настоящий оппозиционер. Все эксперты оценили его выступление во время отчета Владимира Путина перед Госдумой как самое жесткое и одновременно – самое "политическое". Как будет жить "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" после смены руководства, почему ушел Сергей Миронов, и какие еще кадровые перестановки возможны в партии? Об этом "Росбалту" рассказал новый лидер "эсеров" Николай Левичев.

– Николай Владимирович, с чем все же был связан уход с поста председателя партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Сергея Миронова?

– Журналисты почему-то всегда любят искать различные интриги и скрытые смыслы даже там, где их на самом деле нет. О причинах решения было объявлено самим Сергеем Михайловичем на съезде партии, и добавить к этому мне, честно говоря, нечего. В наших рядах сегодня состоят уже более 5 тысяч депутатов регионального и местного уровней, практически каждый из которых сталкивается с колоссальным давлением на местах со стороны исполнительной власти и представителей "Единой России".

К сожалению, "политическая дедовщина" у нас в стране – это не громкие слова, а реальность, с которой мы вынуждены считаться. Для координации работы состоящих в наших рядах законодателей мы и приняли решение создать палату депутатов партии, перед которой стоит множество амбициозных задач. И естественно, что первым кандидатом на пост главы такого органа стал человек, который вот уже 10 лет возглавляет верхнюю палату российского парламента и, более того, ежедневно сталкивается с проявлениями той самой "политической дедовщины" на самом высоком, федеральном уровне.

Поэтому Сергей Михайлович никуда не уходит – он остается на ключевом посту в нашей партии, по-прежнему отвечает за результаты на выборах и является, если хотите, нашим духовным лидером.

– А что вы скажете по поводу версии о том, что Миронов ушел с поста главы партии в надежде таким образом сохранить за собой пост спикера Совете Федерации?

– Можно выдвигать какие угодно версии, но для начала нужно подумать об их разумности. Если вы оглянетесь назад, то увидите, что у Сергея Михайловича проблемы в Совете Федерации уже 10 лет. Далеко не всех устраивает его принципиальная позиция, умение сказать правду в глаза. Из-за этого для многих он как кость в горле. И я не думаю, что ситуация изменится с его переходом на другой партийный пост. Его убеждения не меняются, молчать он в любом случае не будет, так при чем тут конкретная должность, которую он занимает в отдельно взятой общественной организации?

– Версия о том, что избирательный список "эсеров" на выборах в Госдуму может возглавить президент Дмитрий Медведев, также не имеет под собой оснований?

– А вы для начала у него поинтересуйтесь, нужно ли ему это. В данный момент Дмитрий Анатольевич дистанцировался от всех политических партий, оставаясь, что называется, над схваткой. Он внимательно выслушивает и нас, и "Единую Россию", и коммунистов, и либерал-демократов, все разумные предложения берет на заметку, и, как мне кажется, это абсолютно правильно для президента страны. Так что у Дмитрия Анатольевича есть время подумать, вступать ли ему в какую-то партию или воздержаться от этого. А там посмотрим, как у него судьба будет складываться.

– Кто же тогда возглавит список?

– Наш список на выборах в Госдуму возглавит Сергей Миронов. Интриги здесь не ждите. Но вот другие кандидатуры, которые попадут в список, пожалуй, для многих станут сюрпризом. Впрочем, пока никаких секретов я раскрывать не буду. Как говорится, следите за рекламой.

– В последнее время также муссируются слухи о возвращении в "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ" Дмитрия Рогозина. Как вы относитесь к такому варианту?

– Я замечательно отношусь к этому варианту, учитывая, что Дмитрий Олегович из нашей партии не выходил. Он состоит в "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ", у нас с ним прекрасные личные отношения. Правда, в данный момент он не может принимать активного участия в партийной работе, как раньше, поскольку проживает преимущественно в Брюсселе. А российское законодательство в этом плане содержит пробел, не позволяя ставить на учет ни в одном из региональных отделений членов партии, проживающих за рубежом.

– Повлияет ли смена партийного лидера на предвыборную стратегию партии?

– Стратегию обычно меняют, когда что-то идет не так, а мы с каждыми следующими выборами демонстрируем все более впечатляющие результаты. Посмотрите на последние региональные выборы, где мы получили средний результат 14,2%. Это почти в два раза больше, чем на выборах в Госдуму, хотя прошло всего три с половиной года. У нас самая лучшая динамика среди всех зарегистрированных в России партий. Определенные коррекции в предвыборную стратегию я, безусловно, внесу, но принципиальных изменений не ждите.

– Оппозиционный дух "эсеров" также не иссякнет или наиболее яркие представители вашей партии, к примеру, Оксана Дмитриева и Геннадий Гудков теперь могут больше не рассчитывать на попадание в избирательный список? И началась ли уже в партии процедура формирования избирательных списков?

– Градус нашей оппозиционности, нашей критики ни в коем случае не уменьшится. Как говорится, не дождетесь! Более того, прогнозирую, что с приближением к федеральным выборам он будет только увеличиваться. И Гудков, и Дмитриева остаются в руководстве партии и играют заметную публичную роль. Что касается формирования избирательных списков и конкретных кандидатур, которые в них могут попасть или не попасть, то все решения будут приниматься ближе к осени, когда пройдет очередной съезд нашей партии. На нем мы и утвердим эти списки.

– В каком направлении будет выстраивать свою работу московское отделение, которым вы ранее руководили и у которого теперь новый глава?

– Я предложил на этот пост нынешнего секретаря Бюро Совета регионального отделения, руководителя аппарата нашей фракции в Госдуме Александра Агеева. Это молодой, амбициозный политик, который сможет грамотно выстроить работу регионального отделения. Конкретные направления деятельности, в принципе, мало изменятся. По-прежнему будем тщательно анализировать работу правительства Москвы, предлагать свои решения существующих в городе проблем, выдвигать инициативы и реализовывать свои проекты для конкретной помощи москвичам. Удачными считаю нашу кампанию по борьбе с подпольными казино. Мы привлекли широкое внимание к этой проблеме, после чего и началась известная информационная волна, акцию "Чистый подъезд" и другие мероприятия, проводимые московским отделением. Насколько я знаю, у Агеева запланирован целый ряд подобных кампаний, так что скучно не будет.

"Я надеюсь, что через какое-то время партия будет успешно продолжать свой путь без Миронова и Левиче
 

http://www.nakanune.ru/articles/15416
22 апреля 2011
http://www.media.nakanune.ru/images/...es/image_28750
"Справедливороссов" можно смело назвать главными ньюсмейкерами недели. Уход Сергея Миронова, скандал, связанный с якобы попавшим в прессу открытым письмом депутатов думской фракции, слухи об уходе из партийных рядов Оксаны Дмитриевой, трагическая гибель Максима Головизнина подняли интерес к "эсерам". В интервью корреспонденту Накануне.RU новый лидер "СР" Николай Левичев прокомментировал самые важные темы партийной жизни и рассказал, почему в скором времени партия будет добиваться успехов без опоры на политических тяжеловесов.

Вопрос: Гибель Максима Головизнина остается едва ли не самой главной темой новостей. Сейчас некоторые СМИ, ссылаясь на медиков, говорят, что Максим умер еще за два часа до того, как его привезли к воротам госпиталя. Что Вы можете сказать по этому поводу?

Николай Левичев: У меня складывается впечатление, что если это действительно так, то заработал мощный механизм корпоративной солидарности и корпоративной защиты. Поверить в то, что друзья Максима Головизина настолько потеряли адекватность, что привезли бездыханное тело, двигаясь по встречной полосе в центе Москвы, я не могу. Я допускаю, что к моменту, когда они постучались в ворота Института Вишневского, Максим был мертв, я допускаю, что профессиональный врач мог взять на себя ответственность и установить, что реанимационные процедуры уже бесполезны. Но в то же время я склонен верить друзьям Максима, которые говорят, что он был еще теплым и они верили в то, что еще можно что-то сделать.

Вопрос: Сейчас вокруг вашего назначения на пост председателя партии ходит много слухов. Не успели все опомниться от истории с открытым письмом, как теперь говорят, что фракцию "эсеров" в Госдуме хочет покинуть Оксана Дмитриева...

Николай Левичев: Правда это или нет, надо спросить у самой Оксаны Дмитриевой. Она находилась вчера в Санкт-Петербурге. Я допускаю, что ее слова не совсем адекватно передают средства массовой информации. А вот, что касается газеты, которая раздула скандал с открытым письмом, то там все четко и протокольно. Господин Ремчуков, который считает себя главным редактором этой газеты, будучи ее собственником, публично в прямом эфире заявил, что у них в редакции находится открытое письмо депутатов, среди которых есть депутат Гудков. Если Господин Ремчуков не в состоянии доказать это утверждение, то, я боюсь, ему придется отвечать в суде за свои слова. Геннадий Владимирович Гудков публично опроверг свою причастность к какому бы то ни было открытому письму и сказал, что приведенные в публикации "Независимой газеты" его слова относились совсем к другому обстоятельству, были произнесены совершенно в другом контексте и не соответствуют тому, что утверждает господин Ремчуков. Поскольку все люди, работающие в политике, знают, что главный редактор Ремчуков "сдал" своего заместителя, который уже отбывает уголовное наказание по факту взятки за публикацию платных материалов, так называемой "джинсы", то доверия в этому изданию у приличных людей давно потеряно.

Вопрос: Возвращаясь к теме недавнего съезда "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" не могу не спросить: будут ли еще какие-то кадровые изменения в руководстве партии?

Николай Левичев: Я подозреваю, что все органы партии, избранные на съезде на 2,5 года, доработают до окончания срока этих полномочий. Мы считаем, что этот срок – 2,5 года – для современных политических условий России адекватный срок ротации политического руководства. Кроме того, я напомню, что мы входим в мировую семью социал-демократических социалистических партий, а там принято ротировать руководящие кадры достаточно регулярно. Я очень надеюсь, что через какое-то время партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" будет успешно продолжать свой путь без Миронова и Левичева.

Вопрос: На съезде партии в сентябре могут произойти какие-то перестановки, в том числе и кадровые?

Николай Левичев: Если вы имеете в виду корректировки в руководящих органах, то я думаю, что их не будет, более того, Миронов подчеркнул, что все члены бюро, в которое входят руководители партий, объединившихся под флагом "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" также сохранят свои посты. Мы никого не потеряли.

Вопрос: А могут ли появиться какие-то новые лидеры?

Николай Левичев: Новые лидеры всегда могут появиться. Но мы считаем, что сильной может называться только та партия, где много лидеров. И слаба та партия, которая ищет какого-то мифического политического тяжеловеса, с огромной харизмой, который вытащит ее из политического болота. Я может, сыронизирую, но в нашей стране харизмой обладает тот, кого показывают по телевизору! Надеюсь, вы меня поняли, потому что приходится замечать, что иногда журналисты, а уж тем более так называемые, "экспертократы", обладают ослабленным чувством юмора и не понимают иронических интонаций.

"За что отставили Миронова? Мешал очень!"
 

http://www.nr2.ru/moskow/341112.html
27 июля 2011
http://img.nr2.ru/pict/arts1/34/11/341112.jpg
Интервью Николая Левичева ИА "Новый Регион"

Новый Регион" продолжает серию интервью с лидерами российских партий. Сегодня главный редактор РИА "Новый Регион" Юлия Шатова беседует с лидером партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Николаем Левичевым.

Кто и куда бежит из "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ"? За что на самом деле отставили Миронова? На чьих руках обещает застегнуть "браслеты" Геннадий Гудков? Все подробности в материале "НР". Приятного чтения.

Редакция "НР" сознавая, что формат интервью не позволяет получить ответы на все вопросы, предлагает читателям подключиться к "допросу" Николая Левичева и задать вопросы через call-центр.

ЕГОРЬЕВСКИЕ УЖЕ ПОБЕЖАЛИ

"Новый Регион": Каждый день приносит новые сведения о бегстве членов "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" в "Правое дело", "Народный фронт" и так далее. Хотелось бы услышать вашу версию.

Николай Левичев: Посредством СМИ частному эпизоду придается вселенский размах. Есть, например, в Архангельской области Няндомский район. Глубинка. Не каждый архангелогородец туда доберется. Есть у нас там местное отделение (мы корнями в народную почву врастаем уже достаточно уверенно). Так вот, что такое политический плюрализм в отдельно взятом селе? Глава района говорит: "Велено всем вступать в Народный фронт, иначе не будет газа!". Если людям предлагают на выбор: кладбище или фронт, люди пойдут на фронт. Там есть хотя бы возможность выжить. Вот три человека согласились вступить. Катастрофа для партии? Отнюдь. Но странно, что такие эпизоды попадают в федеральные СМИ.

В партии 400 тысяч человек, ежедневно наблюдается естественная диффузия прибытия-убытия. Она составляет несколько сот человек в день. Причины разные.

"НР": Ну вот пресса пишет: "Бывший соратник Миронова Алесей Каныгин из Егорьевского района Московской области приступил к формированию отделения "Правого дела". В Калининграде наблюдается аналогичный процесс. Говорят, что и в Нижнем Новгороде побежали.

Н.Л.: "Соратник Миронова Каныгин из Егорьевского района" ... ну, конечно, в определённом смысле все члены партии мои соратники... Но с другой стороны, с каким количеством может поддерживать контакты один человек? Это 150 человек. Вне зависимости от работы, интеллекта, общительности. Больше невозможно. У меня 400 тысяч соратников, членов партии. Ну, наверное, в силу своего положения я держу в памяти фамилию-имя-отчество и некий образ больше, чем 150 человек. У нас только 83 региональных отделения. Может быть, около тысячи человек держу в памяти. Трубить, что "соратник Каныгин побежал"... это подход бессмысленный.

"НР": Бессмысленный, но эффектный: "а егорьевские уже побежали".

Н.Л.: Если бы у нас был хоть какой-нибудь федеральный телеканальчик, я бы мог долго рассказывать, кто к нам прибежал откуда. И кто еще вскоре прибежит.

"НР": Расскажите.

Н.Л.: У нас все ясно, четко. Никто не подарит нам места в Госдуме. Все, что возьмем, – сами. В других рядах разброд и шатание такие, что не приведи господи. Из "ЕР" стучатся в гораздо больших количествах более статусные люди, ну из "Правого дела" никто не бежит, там никого нет, бежать некому... кто-то из коммунистов просится... для адекватных двери не закрыты. Вот намедни депутат из ЛДПР к нам вступил, и все рязанские СМИ надрываются, столько по этому поводу размышлизмов...

ЗА ЧТО МИРОНОВА ОТСТАВИЛИ

"НР": За что все-таки сняли Миронова с поста председателя Совета Федерации? Вот как вы бабушке на скамейке это объясните?

Н.Л.: Мешал очень.

"НР": Чем? Тем, что место занимал хорошее?

Н.Л.: Тем, что высказывал принципиальную позицию, критиковал "ЕР", не допускал партизации Совета Федерации.

"НР": Совет Федерации давно превратился в дом престарелых для отставных губернаторов, типа Росселя. В чем интрига борьбы за руководящий пост в таком органе?

Н.Л.: Да, бытует такое мнение, но оно не совсем верно. Отставных губернаторов в Совфеде около десятка от силы. Но есть и дельные люди, профессионалы в своей области, они способны давать адекватные экспертные оценки. Кроме того, не стоит забывать, что по Конституции, СФ – это единственный орган власти, который ни на минуту не прекращает своих полномочий. Президенту можно объявить импичмент, Думу распустить, правительство отправить в отставку, а Совет Федерации никто не тронет. Он объявляет войну, чрезвычайное положение. Конечно, не приведи, господи, до такого дожить. Но в Конституции-то это есть!

"НР": Как повлияла отставка Миронова на атмосферу в партии?

Н.Л.: Считаю, что позитивно повлияла. Например, через полчаса после окончания трансляции "экзекуции" Миронова в питерском ЗАКСе ко мне в кабинет пришла Галина Хованская и с чувством сказала, что теперь, после того, что "они сделали с Сергеем Михайловичем", она вступит в партию. Хованская пришла к нам с поста зампреда партии "Яблоко" и, являясь членом фракции "СР", в партию официально не вступала. А тут не выдержала.

А вообще, если еще год назад "СР", безусловно, была партией Сергея Миронова, то сейчас это уже не так. В какой-то момент я понял, что костяк партии – это уже ее депутатский корпус. За эти 2,5 года мы получили 5 тысяч человек подготовленных законодателей. У нас появились депутатские фракции в 60 с лишним субъектах федерации. Это не партфункционеры из местных отделений, которые мы вынуждены по закону содержать (Минюст постоянно сверяет численность), а люди, которые прошли горнило выборов. И год назад, глядя в глаза этим людям, я сказал: "Основа партии – это вы". И никакие Фронты-ветры нам ничего сделать не могут. Конечно, идет диффузия, на людей оказывают давление, психическое, физическое воздействие. И это, кстати, лучший ответ на обвинения в конъюнктурности, которые мы слышим. О какой выгоде может идти речь, если в регионах члены "СР" имеют одни неприятности от местной власти?

ВОЗЬМЕМ 15 ПРОЦЕНТОВ

"Новый Регион": Сколько процентов вы планируете набрать на предстоящих выборах?

Н.Л.: В отличие от Владимира Вольфовича Жириновского, который всем, начиная от рыночной торговки, заканчивая президентом, говорит, что ЛДПР на выборах возьмет 40%, мы живем в реальности. Наберем не менее 15%, если меньше, значит, остальное украли.

"НР": Считаете, что уровень фальсификации будет высоким?

Н.Л.: Один из первых тезисов, который я пытаюсь донести до своих соратников после каждых выборов (когда они кричат: ааа, у нас украли!!! ааа, нас обманули!!!): мы живем в реальности, поэтому тот результат, который партии удалось зафиксировать как официально признанный, и свидетельствует о ее реальном влиянии. Точка. Если не получилось зафиксировать, значит, кишка тонка.

Впрочем, за последние годы мы поднаторели. За одного битого двух небитых дают. Мы применили тактику завоза наблюдателей из соседних регионов. И она сработала.

"НР": Какие-то подготовленные люди?

Н.Л.: Депутатский корпус. Представьте себе, что сидит председатель ТИКа, у него все готово. Тут появляется человек, не пойми откуда, ведет себя грамотно, вопросы задает неприятные. Кто он, черт его знает. Психологически это сильно меняет ситуацию.

А в критической ситуации у нас в Кирове, Твери и Нижнем Новгороде в 2 часа ночи была попытка вырубить систему ГАС "Выборы". Я на связи, мне звонят. А у нас везде свои депутаты. В Кирове – Гудков. Я говорю: жаловаться некому, два часа ночи. Поезжайте сейчас в облизбирком и устраивайте скандал. Если вас будет человек 20, совсем хорошо. И скоро слышу в телефон, как Гудков говорит председателю комиссии: "Сейчас сюда едет прокурор, я лично тебе буду браслеты на руках застегивать!". И сработало. Систему выключить не посмели, продолжился ввод данных. В итоге у "СР" 21% в Кирове и Твери.

О НАВАЛЬНОМ И НЕСИСТЕМНОЙ ОППОЗИЦИИ

"НР": Утверждают, что вы вели переговоры с известным блогером-антикоррупционером Алексеем Навальным о сотрудничестве.

Н.Л.: С Навальным я лично не знаком, что касается Сергея Михайловича Миронова, то он в Твиттере разок пообщался, и этим все ограничилось.

"НР": Одобряете?

Н.Л.: Мы одобряем любую деятельность в рамках формирования гражданского общества. Тем более антикоррупционную.

"НР": Как действующий политик и политтехнолог скажите, чей проект Навальный?

Н.Л.: Это проект Навального. Другое дело, на мой взгляд, он питается иллюзиями, недопонимая, что сильные системные структурные изменения в стране могут произойти только тогда, когда за этим стоят большие группы людей. То есть, партия. Та же Евгения Чирикова считает, что заниматься общественной деятельностью более эффективно, чем строить партийные структуры. Но это не так. Партофобию активно раздувают чиновники. Им выгодно иметь одну партию, слившуюся с властной вертикалью. Мировой опыт свидетельствует: демократии без партий, без их конкуренции не существует. Пока, во всяком случае, таких примеров нет.

"НР": Отличная тема. Вот есть такая организация "ПАРНАС", которая очень хочет заняться сложной партийной работой. Но ей не дают. Говорят, что рано еще...

Н.Л.: Не надо забывать, сколько партий под ключ предлагалось желающим получить партию. Как эти партии регистрировались... как эти 60 тысяч членов собирались. Все знают про работу с базами данных. Как сборщики подписи собирают. Все эти технологии не совсем чистые. Повторю то, что раньше говорил: нужно добиваться, чтобы с вами считались, идти по этому пути... нравится не нравится, но есть процессы, которые в обществе должны созреть.

"НР": Как вы оцениваете качество российской несистемной оппозиции?

Н.Л.: У нас вообще тяжело с моральными авторитетами в стране. Люди, которые претендуют на лидерство в ПАРНАСе, на протяжении многих лет даже не могут договориться, кто главный. И уж во всяком случае, моральными авторитетами не являются. Мы все про них знаем. Я в каких-то интервью за рубежом отвечал представителям левой прессы на вопрос, как я отношусь к Каспарову: вы задаете только стандартные вопросы, которые в нашей стране волнуют тысячу человек, а тем, что волнует миллионы – пенсионное обеспечение и т.п. вы не интересуетесь. Я в детстве шахматами очень увлекался и уважаю Каспарова, как великого гроссмейстера. Но его политическая деятельность достойна лишь умиления.

О СИСТЕМНОЙ ОППОЗИЦИИ

"НР": Хорошо, а есть такие политики в РФ, которые вызывают у вас уважение своим профессионализмом?

Н.Л.: В других партиях тоже есть много приличных людей. Я с большим уважением отношусь, например, к Жоресу Ивановичу Алферову и Олегу Николаевичу Смолину, которые уже который созыв Госдумы числятся во фракции КПРФ. Но замечу, что в Компартию они так и не вступили.

"НР": А Рогозин? По-моему, хороший политик.

Н.Л.: Ну как вам сказать. Ему были предоставлены уникальные возможности, которых не имел последние десять лет ни один другой деятель. Но ему не хватило интуиции, чувства меры, поскользнулся на арбузной корке, да и с голодовкой смехотворная история вышла. А вообще я не хочу никому давать оценки, как и отвечать на обидные эпитеты в адрес нашей партии. Но у меня большая почта, могу зачитать вам одно письмо. Это от нашего избирателя из Москвы. Не мои суждения, подчеркиваю:

"ЛДПР – перебродивший проект спецслужб и флюгер власти, с вождем – профессиональным провокатором, фигляром, с семейным подрядом и законами секты"

"КПРФ – затхлый огрызок КПСС, не взявший ответственности за грехи родителя, встроенный в систему. Боявшаяся революции оппозиционная партия болтунов, вымирающих пенсионеров. Ее бессменный лидер не шизофреник, а тихий приспособленец, которому выгодно безбедное существование при сложившемся статус-кво". Вот оценка людей.

"НР": Кто вам такое шлет?

Н.Л.: Таких писем со словами поддержки после отставки Миронова стало приходить намного больше. Люди благодарят нас за мужество. Похоже, на сегодняшний день мы единственная партия, которая может позволить себе быть искренней с избирателями.

"Справедливая Россия" станет самой популярной партией в стране "рано или поздно"
 

http://www.nr2.ru/interview/342447.html
05 августа 2011
http://img.nr2.ru/pict/arts1/34/24/342447.jpg
Интервью Николая Левичева ИА "Новый Регион"

Лидер партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Николай Левичев подробно ответил на вопросы читателей РИА "Новый Регион".

Он объяснил, что рост полярности идей "эсеров" в народе неизбежен, что "предатель" Бабаков уже давно не финансировал партию, поэтому его уход никак не отразился на организации, что "заливать" деньгами Северный Кавказ не просто бессмысленно, но и вредно.

Анонимно: Каковы, на Ваш взгляд, перспективы у "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ"? Станет ли она в дальнейшем наиболее популярной партией у народа?

Николай Левичев: Убежден, что популярность нашей партии будет неуклонно расти. "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" выступает за построение государства, основанного на принципах демократии, социальной справедливости и солидарности. Как свидетельствуют данные социологических опросов, большинство граждан России разделяют эти идеи. Российское общество смело можно назвать социал-демократическим по своим взглядам и ценностям. Поэтому нельзя исключать и того, что рано или поздно наша партия действительно станет самой популярной в стране. Нам удастся убедить общество в своей правоте.

Леонид, г. Верхняя Салда Свердловской обл. Особая экономическая зона "Титановая долина": Здравствуйте! Я думаю, большая часть электората Зюганова – это ваши единомышленники. Вопрос. Будете ли консолидироваться с КПРФ, используя её Ополчение?

Николай Левичев: Действительно, многие сторонники КПРФ и даже некоторые партийные руководители стоят приблизительно на тех же идеологических позициях, что и "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ". Я с большим уважением отношусь ко многим депутатам фракции КПРФ в Государственной Думе. И мне хорошо известно, что мои взгляды разделяют мои коллеги и соратники по "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". У ряда региональных организаций нашей партии сложилось взаимодействие с коммунистами, они проводят совместные мероприятия, объединяют усилия в борьбе против коррупции и произвола, уничтожения социальной сферы. Некоторые активисты и руководители местных отделений Компартии переходят к нам. Вместе с тем нынешние лидеры КПРФ не слишком жалуют демократические принципы, как на внутрипартийном уровне, так и в общественной жизни в целом. Главное идеологическое отличие "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" от КПРФ состоит в том, что Геннадий Зюганов и его окружение призывают наше общество вернуться в советское прошлое. Мы же видим свой идеал в будущем, в построении социального государства. Поэтому организационное объединение "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" и КПРФ принципиально невозможно. К сожалению, на общенациональном уровне руководство КПРФ демонстративно воздерживается от сотрудничества.

Анонимно: Здравствуйте, Николай Владимирович! Еще не определился, за кого голосовать, выбираю между вами и КПРФ. У меня к вам два вопроса:

1. Если вы пройдете в Думу – инициирует ли ваша фракция восстановление смертной казни для террористов, серийных убийц, маньяков и педофилов

2. Инициирует ли ваша фракция полный запрет на так называемое "международное усыновление" (а по сути – работорговлю русскими детьми)?

Николай Левичев: Будем реалистами. Безусловно, часто нам хотелось бы уничтожить людей, виновных в чудовищных преступлениях. Но нельзя позволять эмоциям брать верх над разумом. Вспомните, что по обвинению в преступлениях, которые совершил Чикатило, были казнены два невинных человека. Это обнаружилось уже после его поимки. Кроме того, возвращение смертной казни невозможно из-за взятых Россией международных обязательств. И политические силы, обещающие вернуть смертную казнь, попросту спекулируют на чувствах наших граждан. Но и без введения смертной казни можно эффективно бороться с преступностью. Естественно, при наличии политической воли. "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" подготовила ряд законопроектов, принятие которых поможет предотвратить существенную часть тяжких преступлений. В частности, мы предлагаем химическую кастрацию педофилов.

Что касается международного усыновления, то мне кажется, что его полный запрет не имеет смысла. Основные проблемы, связанные с усыновлением российских детей гражданами зарубежных стран, порождены коррупцией, как и многие другие беды нашей страны. Нужно установить жесткий контроль над работой органов, выдающих разрешение на усыновление, заставить их собирать подробную информацию о предполагаемых родителях, а не идти на поводу у агентств, заинтересованных в том, чтобы усыновление прошло как можно быстрее. Необходимо также принять законы, предоставляющие льготы гражданам России, усыновившим ребенка, облегчающие затраты, связанные с его воспитанием, образованием, медицинским обслуживанием.

Санкт-Петербург, Игорь Анатольевич, рабочий: Добрый день! Как собирается ваша фракция решать вопрос по республикам Северного Кавказа? Имеется в виду их особое положение с финансовыми влияниями и их расходованием (разбазариванием), проблемы с долгами, коррупцией и т. д. И не пора ли другим регионам начать военные действия (повод найдётся!) чтобы и до них снизошли? С уважением.

Николай Левичев: В республиках Северного Кавказа две главных проблемы: низкая занятость и клановый характер власти. Полностью согласен с Вами – финансовыми вливаниями решить эти проблемы невозможно. Они приведут, как Вы правильно указываете, только к росту коррупции и еще большему сосредоточению финансовых ресурсов и реальных властных полномочий в руках правящего клана. Однако осуществить те социально-экономические преобразования, которые могли бы принести Северному Кавказу мир и стабильность, в рамках нынешней системы невозможно. Поэтому власть предпочитает вместо того, чтобы решать реальные проблемы, вкладывать все новые средства, рассчитывая сгладить наиболее опасные проявления нынешнего социально-экономического курса. Боюсь, что нельзя долго поддерживать хотя бы относительную социальную стабильность подобными мерами. Если политика по отношению к Северному Кавказу не изменится, то там обязательно будут возникать все новые вооруженные конфликты. Поэтому, прежде всего, нужно приступить к восстановлению промышленности в северокавказских республиках, создавая там новые рабочие места, способствуя появлению жизненных перспектив у молодежи. Нынешние планы, связанные с развитием туристического комплекса, даже если их удастся воплотить в жизнь (а при нынешнем уровне коррупции это, мягко говоря, сомнительно), не позволят обеспечить высокий уровень занятости. Кроме того, нужно добиться появления в этих регионах реального местного самоуправления, избираемого на конкурентной основе, независимого от региональной власти, обладающего необходимыми полномочиями (в том числе финансовыми) для решения наиболее острых проблем.

Арина (Москва): Николай Владимирович! Сколько стоит сегодня депутатское кресло? С учетом того, сколько тратит партия на предвыборную кампанию. С уважением.

Николай Левичев: В "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" нельзя купить места в избирательном списке. Люди, состоящие в них, вынуждены заниматься политической деятельностью в условиях постоянного административного давления. Если они не будут верить партийному руководству, если они не будут видеть, что оно отстаивает те же принципы и идеалы, то они просто уйдут из политики или найдут другую, более честную политическую организацию. Попытка торговать местами в избирательном списке закончилась бы для оппозиционной партии катастрофой. Но нужно понимать, что политика в нашей стране – это чрезвычайно затратный процесс. Поэтому у любой политической силы есть инвесторы и спонсоры, которые оказывают ей финансовую поддержку.

Олег: Как вы и ваша партия относятся к проектам Олимпиады в Сочи, Универсиады в Казани, Саммита в Приморье и Чемпионата мира по футболу в 2018 году? Огромные миллиарды в спорт... Может все-таки лучше в науку вкладывать... Или уже поздно?

Николай Левичев: К счастью, у нашей страны пока сохраняется научный и промышленный потенциал, позволяющий нам рассчитывать на переход к эффективному развитию. Но при сохранении нынешнего курса этот потенциал будет утрачен, причем точка невозврата будет пройдена уже в ближайшие годы. Мне кажется, что у нас нет необходимости выбирать между инвестициями в научную и исследовательскую деятельность и в проведение статусных спортивных мероприятий. Тем более что затраты, связанные с созданием необходимой инфраструктуры, можно было бы существенно уменьшить, если рационально подойти к вопросам организации и прекратить расхищение государственных средств. Что же касается поддержки образования и науки, то "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" считает необходимым не просто увеличить финансирование этой сферы, но и изменить сам принцип распределения средств. Средства на научную деятельность должны распределяться самими учеными, а не чиновниками, как это происходит сейчас. Российскую академию наук фактически лишили сколько-нибудь существенного влияния на принятие стратегических решений в области развития науки. Существующие научные и исследовательские центры должны активно участвовать в процессе модернизации экономики. Понятно, что чиновникам хотелось бы отстранить ученых от данной деятельности, в противном случае придется заниматься реализацией проектов, нацеленных на достижение конкретного результата, а не на выгодное освоение государственных средств под красивыми лозунгами.

Геннадий: Люди хотят от выборов зрелищ. Ваша партия решила действовать через интернет, отлично! Но в инете людей (население России 142 млн) мало. Народ в инете (активных пользователей меньше 3 процентов) развлекается, смотрит голых теток, камедиклаб и скачивает развлекуху и очень маленький процент в инете работает (журналисты, которые вынуждены переваривать политический доширак). Ваша партия на камеди клаб и на голых тёток не похожи, значит Ваш поезд незаметно летит мимо избирателя, а осень близко. Дайте людям в руки что-то лично, чтобы с этим личным они Вас запомнили (флажки и газетёнки не годятся) и могли это использовать и выкладывать все что увидели в борьбе за справедливость на популярные странички инета. Попросите Ваших пиарменагеров придумать способ удивить и запомнить Вашу замечательную партию! С большим уважением, Геннадий. Спасибо!

Николай Левичев: Нам бы тоже очень хотелось получить доступ к ведущим СМИ, чтобы изложить свою позицию по вопросам развития страны. Мы были бы очень рады, если бы наша деятельность освещалась федеральными каналами (в стране ежемесячно проходят десятки мероприятий, организованных "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИЕЙ"). Но у "партии власти" на этот счет, по всей видимости, другое мнение. Однако Вы совершенно правы. Нужно прорвать "информационную блокаду". И лучшее средство для этого, как мне кажется, последовательная и решительная защита социальных прав, борьба против курса, направленного на разрушение социальной сферы.

Анонимно: Два вопроса:

1. Как Вы и Ваша партия намерены решать национальный (он же русский, он же межэтнический, он же напряженности дружбы народов, он же Северокавказский) вопрос?

2. В каком году СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ намерена перестать изображать оппозицию и стать оппозицией реальной?

Николай Левичев: Нет никакого иного способа преодоления межэтнической напряженности, кроме утверждения верховенства закона и проведения социально-экономической политики, направленной на создание новых рабочих мест, развитие промышленного и сельскохозяйственного производства, повышение стоимости труда. Если закон будет одинаков для всех граждан нашей страны, независимо от их этнической принадлежности, социального статуса и личных связей, то многие факторы, порождающие межнациональные конфликты, исчезнут сами собой. Если у человека будет возможность найти хорошо оплачиваемую работу в своем регионе, а не ехать в поисках заработка в столицу, если честным трудом можно будет обеспечить достойную жизнь своей семье, то исчезнут базовые причины для роста межэтнической напряженности.

Что касается Вашего второго вопроса, то мне хотелось бы Вам напомнить, что ярлык "карманной оппозиции" пытается приклеить нам "партия власти". Наша деятельность, наша позиция, наши предложения и требования сознательно замалчиваются. Между тем, "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" неизменно выступает как против бюджета, который навязывает стране "партия власти", так и против антисоциальных единороссовских законов. При этом мы не просто критикуем, а предлагаем собственную альтернативу. Пока "партия власти" обладает конституционным большинством, она может высокомерно отвергать наши предложения.

Анонимно: За 2 полновесных рабочих дня на очень популярном новостном сайте всего 7! вопросов к партии... Печально.

Николай Левичев: Не стоит забывать, что сейчас сезон отпусков, и у многих людей с активной политической позицией просто нет возможности задать вопрос. Однако подобная ситуация является и следствием целенаправленной деятельности "партии власти", которая сознательно препятствует политизации общества. Политический процесс, в том числе избирательная кампания, сознательно превращаются в фарс. Делается все возможное, чтобы отбить у российских граждан желание интересоваться политикой.

Федор (Екатеринбург): Ушедший в путинский Фронт Бабаков был спонсором вашей партии? Как вы теперь без него?

Николай Левичев: Александр Михайлович сам ответил на этот вопрос на своей пресс-конференции: его спонсорская помощь не являлась определяющей. В последнее время партию он вообще не финансировал, так что его переход под крыло "партии власти" практически не сказался на финансовом положении партии.

о. Христофор, г. Ростов-на-Дону: Скажите, Вы действительно полагаете, что "смоделированное отторжение" Миронова от "кормушки" и создание ему имиджа "преследуемого властью" борца за справедливость, да еще накануне выборов, вызовет у людей желание за него голосовать?

Николай Левичев: Отставка Сергея Миронова с поста Председателя Совета Федерации стала результатом политической кампании, разработанной и проведенной руководством "Единой России", которое и не скрывало своих целей. Во-первых, они хотели отомстить Сергею Михайловичу за жесткие критические высказывания о ситуации, сложившейся в Петербурге. Во-вторых, они хотели бы поставить работу Совета Федерации под "партийный" контроль. И не ищите здесь никакой конспирологии.

Выдержит ли "Справедливая Россия" предвыборные удары власти?
 

http://www.svoboda.org/content/transcript/24311181.html
29 августа 2011
http://gdb.rferl.org/9E01319D-B430-4..._w640_r1_s.jpg
Стала ли партия по-настоящему оппозиционной?
Интервью Радио Свобода

Михаил Соколов: В нашей московской студии – председатель партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" и заместитель руководителя фракции этой партии в Госдуме России Николай Левичев.
Поговорим о предвыборной ситуации в стране. Вот президент России подписал указ о назначении выборов в Государственную Думу на 4 декабря. Правда, этот указ еще не напечатан, так что мы можем беседовать в свободном совершенно режиме. Николай Владимирович, президент сказал такую фразу при подписании указа в присутствии лидеров всех партий, в том числе и представителя "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" Сергея Миронова: "Мне бы очень хотелось, чтобы состав нашей будущее Думы максимально отражал политические предпочтения самого широкого круга наших граждан". Как вы трактуете такую фразу Дмитрия Медведева?

Николай Левичев: Собственно говоря, человек, исполняющий миссию гаранта конституции, только такую фразу и должен был сказать. Поэтому нам остается только уповать на то, что эти слова не останутся словами, а будут подкреплены реальным контролем за тем, чтобы выборы проходили по тем законам, нравятся они кому-то или не нравятся, которые на сегодняшний день определяют избирательный процесс. О большем, во всяком случае, нашем оппозиционном партиям, в общем, и мечтать пока не приходится.

Михаил Соколов: Была сказана еще одна фраза Дмитрием Медведевым: "Для нас в равной степени являются неприемлемыми две вещи – и административный произвол чиновников, которые пытаются вкручивать выборы для себя, и бездоказательные обвинения в фальсификации, которые довольно часто звучат со стороны тех, кто проиграл". Вам не кажется, что в равной степени относиться к этим двум вещам довольно странно? Потому что, на мой взгляд, первое – это нарушение закона, административный произвол, а второе – колебание воздуха.

Николай Левичев: Ну, с вами трудно не согласиться, потому что там вот скользкое место в эпитете "бездоказательный". Имея большой опыт представления доказательств в виде исков о нарушении избирательных прав и законов на тех или иных избирательных участках, я хорошо знаю, как трудно эти доказательства, предъявляемые обиженными, превратить в судебные решения. Вот заковыка в этом – что считать доказательством. Вот я вернулся из Чувашии позавчера, там заведено уголовное дело по поводу того, что несколько десятков людей написали заявления, что они не принимали участие в голосовании, хотя подписи вроде как их есть. Из нескольких десятков до судебных исков дошло несколько человек. Вот они считают, что их заявления являются вполне доказательными. Подсчитает ли так суд – ну, мы посмотрим.

Михаил Соколов: Да, обычно суд так не считает. "Удалось повысить качество нашей демократии, но это не означает, что мы сделали абсолютно все. Она просто стала более современной" – я воспользуюсь и третьей цитатой их Дмитрия Анатольевича Медведева.

Николай Левичев: Если вы хотите наш диалог превратить в комментирование всех фраз Дмитрия Анатольевича Медведева...

Михаил Соколов: Это все, что я хочу. (смеются) Вот насчет "удалось повысить качество демократии".

Николай Левичев: Я думаю, поскольку я по первому образованию естествоиспытатель, я все-таки придерживаюсь принципа, что практика – критерий истины. И избирательная кампания и день голосования наглядно покажут всем гражданам страны, удалось или не удалось.

Михаил Соколов: А ваша партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", она вообще продержится до выборов-то? Вот говорят, почитаешь тут – есть определенный набор сайтов и средств массовой информации, и говорят, что она после регистрации, а может, и до регистрации развалится, что бегут там от вас активисты, депутаты. И действительно некоторые бегут. Вот Бабаков –такой был видный деятель партии, а теперь он деятель Общенародного фронта. Как у вас с дезертирством?

Николай Левичев: Вы сказали эту фразу с иронической интонацией, про сайты. Ну, понятно, что это все пропагандистская компания, которая развязана нашими политическими конкурентами, потому что, на самом деле, "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" – это единственная партия, которую опасаются на сегодняшний день власть предержащие. Я вам могу сказать, что я вот в Чебоксарах выступал на конгрессе депутатов партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Приволжского федерального округа – это 14 субъектов Федерации. Люди, наши депутаты всех уровне, проехав, может быть, тысячу километров, не спав ночь, но в зале яблоку не было места, там был такой настрой эмоциональный, такой драйв, что я получил заряд энергии. И поскольку я говорил своим соратникам по партии, что глубоко убежден, что выборы выигрываются не административным ресурсом, не деньгами, в конечном счете, а выигрываются человеческой энергетикой. Вот как добиться этой энергетики – это уже политическое искусство. Но никакого раздрая в партии нет. Если вы назвали там некоторых моих коллег поименно...

Михаил Соколов: Я пока одного назвал – Бабаков. Ну, Старыгин еще есть.

Николай Левичев: Ну, он не убежал, мы все знаем, что он в течение недели уползал из партии, если уж мы обмениваемся такими эпитетами. Ну, это естественный процесс флуктуации. У нас даже из фракции, 38 депутатов, если четыре человека куда-то уползли, это гораздо меньший процент, чем тот ущерб, который понесет фракция "Единая Россия". Они уже сегодня объявили, что более трети депутатов будет заменено, а это более 100 уважаемых людей. Поэтому в их рядах, на самом деле, гораздо больше раздрая и различного рода несогласований. Я стараюсь подбирать очень мягкие слова.

Михаил Соколов: А Дмитрия Рогозина, бывшего вождя партии "Родина", вы тоже заманивали, но он как-то к вам не пошел.

Николай Левичев: Мы никого никуда не заманивали.

Михаил Соколов: Но вы вели с ним переговоры.

Николай Левичев: Переговоров я с ним не вел.

Михаил Соколов: Он говорит, что с ним вели переговоры от имени партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ".

Николай Левичев: Я не знаю, кто это делал от имени партии. Я, как председатель партии, с ним переговоров не вел. Все эти годы, которые Дмитрий Олегович провел на чужбине, мы поддерживали отношения, когда я бывал в Брюсселе в составе партийной делегации, он всегда со мной встречался, и в резиденции посла, и приватным образом. Все это время я хранил у себя в кабинете в сейфе партийные билеты партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" его, его супруги и сына, он об этом прекрасно знал. На последней нашей встрече, в мае этого года, я ему эти партийные билеты передал. Специфика ситуации заключалась в том, что российское законодательство о политических партиях оставляет белым пятном ситуацию российских граждан, находящихся за рубежом. С одной стороны, они у нас стояли на учете московского регионального отделения, при проверке Минюста было сделано замечание, что, поскольку место преимущественного проживания у них другое, то нельзя их на учете держать.

Михаил Соколов: Брюссельское.

Николай Левичев: Да. Мы писали письма в Министерство юстиции, мы вносили с коллегой Емельяновым поправку в закон о политических партиях в Госдуму, чтобы устранить казус такой юридический, но разрешение эта ситуация до сих пор не получила. Ну, коль скоро Дмитрий Олегович говорит, что он высказал пожелание его из рядов партии исключить, ну, это сделано, это его человеческое право. А дальше, ну, если он уже не имеет к партии никакого формального отношения, вопрос, наверное, ему нужно задавать.

Михаил Соколов: Вот еще вопрос пришел к нам по смс: "Планирует ли "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" пригласить к себе Навального, Чирикову, Милова, Немцова?"

Николай Левичев: Могу сразу сказать, что мы не планируем никого приглашать. У нас достаточно предложений от членов партии и беспартийных граждан, проявивших себя на ниве общественной деятельности, для того чтобы справиться, дай бог, с этим потоком предложений. Напомню, что если сегодня президент подписал указ о назначении даты выборов, и завтра он будет опубликован, у всех граждан Российской Федерации есть ровно три дня, для того чтобы попытаться реализовать свое пассивное избирательное право.

Михаил Соколов: Каким образом?

Николай Левичев: Подать заявление в любую политическую партию, которая принимает участие в выборах, о том, что он желает баллотироваться в кандидаты в депутаты по спискам этой партии. Если перечисленными вами товарищи в три дня уложатся и выберут именно нашу партию, нам будет что обсуждать.

Михаил Соколов: Но пока не было никаких переговоров? Опять же прямой вопрос.

Николай Левичев: Конечно.

Михаил Соколов: Вообще никаких?

Николай Левичев: Ну, понимаете, я...

Михаил Соколов: До меня дошли, извините, слухи, что с Евгенией Чириковой ваша партия вела переговоры?

Николай Левичев: Партия никаких переговоров не вела. С Евгенией Сергеевной Чириковой я знаком хорошо, Сергей Михайлович Миронов знаком хорошо, Геннадий Владимирович Гудков знаком хорошо, Антон Владимирович Беляков и другие знакомы хорошо. Лично у меня с Евгенией Сергеевной, – ну, раз она по этому поводу высказывалась, я снимаю как бы моральное эмбарго на беседы, – дважды шла речь о ее дальнейшей общественной деятельности. И в режиме вот такого разговора двух людей, озабоченных судьбами страны, велась речь о том, как вообще лучше защищать интересы граждан. И Евгения Сергеевна действительно высказывала такое убеждение, что вот в рамках партии или там в рамках депутатской деятельности она пока плохо представляет себя. Но я, как человек более умудренный жизненным опытом, ей говорил о том, что, может быть, стоит подумать. Вот если она дальше собирается заниматься не только проблемами спасения Химкинского леса, но проблемами спасения Байкала, то те форматы, в которых она сейчас пытается действовать, уже не проходят, и неплохо бы как-то иначе объединять людей вокруг себя. То есть это вот был такой разговор, а ни в коем случае не переговоры от имени партии. Если она при этом до сих пор осталась во мнении, что она, как одиночка в поле воин, большего достигает успеха, чем в рамках партийных структур, ну, жизнь нас рассудит.

Михаил Соколов: На сайте Владимир Кириллов интересуется предвыборным альянсом "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" с КПРФ: "Не секрет, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" создавалась Кремлем как альтернатива КПРФ, для того чтобы отбирать у нее голоса избирателей социал-демократической ориентации, склоняющих, но не поддерживающих напрямую политику правящей "Единой России". Судя по вашему последнему высказыванию, предвыборные лозунги "Единой России" совпадают с предвыборными лозунгами КПРФ. Этот уход в оппозицию правящей партии несет в себе угрозу потери колеблющихся между КПРФ и "Единой России" избирателей".

Николай Левичев: Да, такой анализ свидетельствует о том, что мозги нашим гражданам промываются политической пропагандой довольно успешно. Если хронологически просмотреть, и интернет позволяет это сделать, потому что каждое слово, оно вылетает, как воробей, и его уже обратно не вернешь, можно проследить, что, допустим, в риторике представителей КПРФ формулировка "социализм 21 века" появилась после создания партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ". Потому что действительно на условном левом фланге эти партии работают. Если взять результаты нашего голосования, допустим, в Государственной Думе, очень часто это голосование идентично. Есть и различия, да, но часто, когда речь идет о защите интересов наиболее обездоленных слоев нашего населения, наши позиции совпадают. Классика – между социал-демократами и коммунистами...

Михаил Соколов: Октябрьская революция?

Николай Левичев: ...да, есть Октябрьская революция. Поэтому, если коммунисты предпочитают иногда об этом забывать, что их партия-то не социалистическая даже, я уж не говорю про социал-демократическую, а коммунистическая, когда им это выгодно, ну, мы исходили только из одного: сейчас и нам, и им, и стране выгодно, чтобы результаты волеизъявления граждан 4 декабря были под патронатом президента Дмитрия Анатольевича Медведева зафиксированы отражающими реальность, а не те какие-то пузыри виртуальные, которыми насыщено сегодня информационное пространство. И не те результаты, которые постарается довернуть так называемый административный ресурс. С точки зрения содержательной из 7 тезисов КПРФ, которые они в своей основной листовке предлагают избирателю, по пяти позициям у фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" есть внесенные в Госдуму законопроекты, не лозунги, а законопроекты, проработанные и внесенные. Поэтому там, где наши взгляды на защиту интересов населения, на развитие социально-экономического, вообще прогрессивного курса страны совпадают, мы не собираемся поливать коммунистов грязью. И надеемся, что и они этого делать не будут. Но мое предложение в основном заключалось в том, чтобы объединить усилия на этапе как раз ведения избирательной кампании и особенно дня голосования. Совместными усилиями, я очень подозреваю, если нам удастся зафиксировать реальное волеизъявление граждан, может оказаться совершенно неожиданная ситуация, что у нас совокупный результат в процентах, у двух партий, окажется выше, чем у "Единой России".

Михаил Соколов: Ну, на региональных выборах, где, в общем, не было подтасовок существенных, там Кировская область...

Николай Левичев: Мы к этой черте уже подошли. А я напомню, что выборы в 20 с лишним субъектах Российской Федерации совпадают с выборами федеральными. И если даже там нам не удастся дотянуться до это планки, допустим, на федеральных выборах, то заняв такую позицию в нескольких субъектах Российской Федерации, мы существенно переформатирует политическое пространство России.

Михаил Соколов: Но Геннадий Андреевич Зюганов выставил ряд условий: поддержка референдума, насколько я помню, отказ от соглашения с "Единой Россией", которые у вас было несколько лет назад. Вы все это принимаете, его условия?

Николай Левичев: Отвечу двояко. Во-первых, хотя я обращался к Геннадию Андреевичу Зюганову, меня услышали не только руководители партии КПРФ, меня услышали все коммунисты страны. Я хорошо знаю, что в большинстве регионов идет нормальный, конструктивный, содержательный диалог о том, как нам получше подготовиться к выборам. Нравится это Геннадию Андреевичу, не нравится, – у каждого бойца наших двух партий будет свой участок фронта, раз нам навязывают такую терминологию.

Михаил Соколов: Фронтом на фронт.

Николай Левичев: Да. И, значит, в этой борьбе каждый не откажется от помощи, если она ему на пользу. Поэтому третье условие... Ну, во-первых, они говорят о том, что жизнь должна показать, Геннадию Андреевичу что важнее – судьбы страны или шесть лишних мандатов Государственной Думы. Ему подсказочку сразу дали кремлевские политтехнологи, что если будет – цитирую – "заключено ситуационное коалиционное соглашение между "Единой Россией", КПРФ и ЛДПР по выдавливанию "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" из Государственной Думы", они быстренько посчитали, что это принесет коммунистам аж целых 6 лишних мандатов.

Михаил Соколов: Ну, а "Единой России" не шесть, а гораздо больше, конституционное большинство, правильно?

Николай Левичев: Так вот, если Геннадий Андреевич с учетом этой подсказочки откажется вести с нами диалог хотя бы о каком-то взаимодействии, ну, тем самым он перед своими же партийцами выкажет свои истинные цели и намерения.

Михаил Соколов: Там просто прозвучало еще четвертое условие. Я, правда, не знаю, от Зюганова или от его заместителей, что хорошо бы еще и поддержать единого кандидата на президентских выборах – коммуниста. Такие вопросы вы готовы решать?

Николай Левичев: На это я ответил, что для начала давайте мы хоть как-то посотрудничаем. Если результаты этого сотрудничества на думских выборах приведут к позитивному исходу, тогда... никогда не говори никогда, тогда и будем разговаривать дальше.

Михаил Соколов: "Вопрос Левичеву: как сделать "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ" партией трудящихся, наемных работников из партии лично Миронова и лояльных ему бизнесменов?" – вот смс пришла.

Николай Левичев: Вы знаете, я эти тезисы уже давно говорю публично с трибун. Говорю это, глядя в глаза своим соратникам по партии, что если год назад еще можно было говорить о том, что партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" во много партия Сергея Миронова, также как там ЛДПР – партия Жириновского, то сегодня это не так. Я цитирую сам себя. Отстрели сегодня голову Миронову и Левичеву, партия все равно пойдет на выборы. Вот я приведу потрясающие цифры, потрясшие меня. Я только что вот получил анализ из аппарата, подведены предварительные итоги обсуждения нашего проекта предвыборной программы. У нас был опыт обсуждения программы партии два года назад, и мы тогда получили несколько, к примеру, 15 тысяч замечаний, предложений и считали, что при 20 миллионном тираже программы это большой успех. Я онемел, когда мне посчитали точную цифру. В наш адрес поступил с апреля, когда мы обнародовали вот этот проект программы, 391 480 обращений с предложениями граждан! Ну, а теперь вот сами судите, партии, которая имеет такой общественный резонанс, сильно нужен уже Миронов и Левичев?

Михаил Соколов: Да, вот это ответ Лене, которая интересовалась, не планируете ли вы сменить лидера Сергея Миронова. Я вернусь к встрече лидеров партии с Дмитрием Медведевым. Там все говорили о своем. Скажем, Михаил Прохоров предложил ограничить количество депутатов от партии-победителя половиной состава Думы, кто-то еще что-то просил. Я подозреваю, что вы с Сергеем Мироном уже пообщались, да, собственно, и отрабатывали планы, что сказать на этой встрече. Что он предложил на этой встрече в Сочи?

Николай Левичев: Я пока имел только краткий телефонный разговор, поэтому, наверное мой перечень предложений не будет исчерпывающим. Но самое главное, что он акцентировал внимание на наших предложениях по формированию состава избирательных комиссий всех уровней, мы эту тему последовательно президенту излагаем на всех встречах, ратуя за то, чтобы комиссия формировались на всех уровнях из представителей зарегистрированных партий в равных долях. На наш взгляд, эта простая мера существенно повысила бы доверие избирателей к результатам выборов. И второй момент такой технический носит характер, но, как Сергей Михайлович успел сказать, он весьма живо заинтересовал Дмитрия Анатольевича. Речь идет о пять о давно звучащем предложении снабдить все избирательные участки видеокамерами, которые бы в режиме онлайн были нацелены на урны для голосования. Что позволило бы дистанционно, а не только присутствуя на избирательном участке, следить за тем, чтобы не было фокусов типа Амаяка Акопяна или кто там у нас еще умеет из льва делать тигра или наоборот.

Михаил Соколов: Да, а из одного бюллетеня сто. Было бы неплохо вообще, чтобы эта камера смотрела и за всем избирательным участком, поскольку на выборах в Петербурге, насколько я помню, просто наблюдателей вот сейчас выгоняли под разнообразными предлогами просто, не давали им даже присутствовать на участках. Кстати говоря, в этих выборах в Петербурге ваша партия активно агитировала за то, чтобы люди не голосовали за Валентину Матвиенко, ну, вот муниципальным депутатом с перспективой ухода в Совет Федерации, чтобы она стала председателем Совета Федерации, и получается, что вы проиграли. 95 процентов там, по-моему, проголосовало за то, чтобы госпожа Матвиенко стала этим депутатом и так далее. То есть поражение у вас в Петербурге.

Николай Левичев: Я с искренним прискорбием констатирую, что проиграла страна, проиграли мы все, проиграла лично Валентина Ивановна Матвиенко, потому что это факт политической биографии, который уже ни пером, ни топором не вырубишь. И если несколько тысяч человек в силу разных обстоятельств и мотиваций проголосовали за Валентину Ивановну, то несколько миллионов человек испытали чувство глубокого отвращения. Я обращаю внимание на тот простой факт, что выборы-то были не Валентины Ивановны были выборы в муниципальные советы "Красненькая речка" и "Петровский". И выборы были трехмандатные. В каждом бюллетене каждый избиратель должен был поставить три галочки, избирать из того жалкого перечня, который был им предъявлен, – жалкого, потому что вы знаете, что выборы не были широко анонсированы, – по крайней мере трех человек, чтобы совет функционировал в полном объеме. Так вот, и на том и на другом участках оказалось, что практически каждый третий избиратель ставил только одну галочку – напротив Валентины Ивановны Матвиенко. Потому что им проели мозги, я уж не знаю, разные способы, наверное, в отношении курсантов были одни, в отношении пенсионеров другие, но они шли выбирать Матвиенко, а не депутатов муниципального совета. Вот им сказали, они одну галочку поставили и все. А члены избирательных комиссий либо не успевали, либо не очень сильно акцентировали внимание, раздавая бюллетени, что галочки нужно поставить три. И я так до сих пор и не услышал, меня, как гражданина, очень волнует, а как же будут работать теперь эти муниципальные советы, если там такие были выборы, ну, не совсем полноценные. Вот состоялись ли вообще они, полностью ли избран состав депутатов муниципальных советов. Вот мне это интересно, но как-то об этом ни гу-гу.

Михаил Соколов: Ну, ничего, не сейчас избрали, так потом назначат, выберут точнее.

Николай Левичев: Да, надо – еще раз распустят.

Михаил Соколов: Да, что там... У них и прав-то, у этих муниципальных советов, по-моему, нет.
Давайте подключим слушателей. Николай из Мичуринска, ваш вопрос?

Слушатель: Господин Левичев, вас не возмущает, что кремлевская камарилья манипулирует вот этими всеми псевдопартиями? И этот фарс с выборами не говорит ли вам, что вы являетесь марионетками у Медведева, Путина и прочих?

Николай Левичев: Я очень сожалею о том, что у нас всячески вольно или невольно подвергается обструкции партийная деятельность. Она не в почете. Хотя это очень сложная и нужная для общества деятельность. Поверьте мне, вот псевдопартия, говорят, мы. Но вот я вернулся, еще раз повторю, с очередной моей встречи с однопартийцами, 650 человек, которые ради того, чтобы собраться вместе, проехали некоторые до тысячи километров, люди, которые прошли уже огонь и воду, они прошли либо муниципальные, либо региональные выборы. Они этим своим партийным выбором очень осложнили себе жизнь, потому что в нашей партии ни карамели, ни кренделей не раздают, а они только ставят под сомнение свою жизненную карьеру, подвергаются давлению различному. Но они понимают, что если мы сегодня не сделаем все возможное, чтобы эволюционным путем двигаться в сторону демократизации всех общественных процессов, то нас ждут... ну, по спирали движется история, и нас ждут какие-то гораздо более серьезные катаклизмы. Это люди, которые не хотят уезжать из страны, которые хотят для своих детей и внуков добиться нормальных человеческих условий жизни, чтобы они имели стимулы для жизни, стимулы для карьеры. Ну, какие они марионетки? Они пассионарии, они подвижники. И я глубоко преклоняюсь перед своими однопартийцами, которые часть своего жизненного ресурса в течение последних 4 лет положили, я считаю, на благо страны.

Михаил Соколов: А человек верит, что вы просиживаете в приемной Владислава Суркова часами и ждете инструкций. Так ведь пишут!

Николай Левичев: Ну, пишут недоброжелатели, пишут те, кто хочет сохранить статус-кво в существующей партийной системе, чтобы мы двигались в направлении такого китайского варианта политической системы: одна доминирующая партия и несколько партий, изображающих демократические процедуры. Ну, вот выборы на муниципальном уровне в Красненькой речке и Петровском – это как раз как в капле воды предупреждение о том, что такое возможно.

Михаил Соколов: Так, по-моему, это уже случилось.

Николай Левичев: Если граждане не придут на выборы 4 декабря.

Михаил Соколов: Ну, вот ваш лидер сказал, что нужно, чтобы пришло 80 процентов граждан. Знаете, в республиках Северного Кавказа почти до 100 уже доходит явка, и голосование под 100 – за "Единую Россию". Чего вы добьетесь этим призывом?

Николай Левичев: Я постараюсь сейчас подобрать выражения... Всем хорошо известно, что в некоторых субъектах Российской Федерации зафиксированные результаты имеют мало общего с процедурой прихода граждан к урнам для голосования.

Михаил Соколов: То есть не верите вы в это. А если реальные люди придут, 80 процентов, что, не нарисуют те же самые результаты?

Николай Левичев: А если реальные люди придут, нет, не нарисуют.

Михаил Соколов: Почему? Если нет наблюдения, нет контроля, если раз за разом во многих регионах ухудшается обстановка контроля за избирательными участками, за процессом голосования, когда переписываются безнаказанно протоколы в процессе передачи с участков в окружные комиссии, что это изменит, что пришло 80 процентов избирателей?

Николай Левичев: Это изменит очень многое. Это изменит психологическую атмосферу на избирательных участках. Не надо забывать, что членами избирательных комиссий у нас в день голосовании и накануне работает порядка миллиона граждан нашей страны. И если они чувствуют, что пришли их соседи, пришли люди, которым им дальше по жизни смотреть в глаза, уверяю вас, это на опыте проверено... Административный ресурс, напомню, по моему определению, это предоставление возможности зависимому от тебя человеку нарушить закон. Они не будут нарушать закон.

Михаил Соколов: Вы, конечно, оптимист, ну, ладно.
Яков из Москвы, пожалуйста.

Слушатель: Добрый вечер! Я коммунист по убеждениям, я за социализм и против частной собственности, и за вашу партию, честно говоря, я голосовать не буду. Ваш лидер как-то говорил, что занимая третий пост в государстве, он сделал все для возвращения праздничного календаря, 7 ноября. Тем не менее, это не сделано. Как можно верить партии, лидер которой не выполняет даже таких обещаний?

Николай Левичев: За ваши убеждения, Яков, я вас уважаю, и я уважаю людей с убеждениями, любыми. Я могу сказать, что я, например, лично вносил проект закон об изменении календаря в части разрубания так называемых новогодних каникул...

Михаил Соколов: "Пьяная неделя".

Николай Левичев: ...да, и добавления праздничного дня 2 мая. Мне удалось добиться даже рассмотрения там. Полтора года ушло на то, чтобы пройти комитет Госдумы и вынести даже на рассмотрение палаты Госдумы, но закон не прошел. Поэтому желания одного человека, даже находившегося в тот момент в статусе руководителя верхней палаты, далеко недостаточно для того, чтобы провести такое предложение через Государственную Думу и дальше по всей цепочке принятия закона.

Михаил Соколов: Геннадий из Ленинградской области, пожалуйста.

Слушатель: Добрый вечер! Вопрос мой следующий. Все ли соглашения с "Единой Россией", официальные и неофициальные, аннулированы после выдавливания Сергея Михайловича Миронова из Совета Федерации? А если какие-то остались, то какие? А я вашей партии желаю успехов на выборах 4 декабря!

Николай Левичев: Спасибо, уважаемый Геннадий! Любое слово поддержки вдохновляет. Мы постараемся соответствовать вашим надеждам на нас. Дело в том, что с "Единой Россией" формально было подписано одно только соглашение, это было в феврале 2010 года. После очередной попытки такого публичного наезда, как принято говорить, на Сергея Михайловича Миронова, и оно поместилось, вообще говоря, на одной страничке, состояло из четырех пунктов. Для нас самый важный пункт заключался в соглашении обсуждать кадровые вопросы при выборах в законодательные органы власти. "Единая Россия" тем самым как бы позволяла себе объяснить, почему они Миронова не спихнули с поста председателя Совета Федерации, у них тогда это еще не получилось. А мы надеялись, во всяком случае, это обговаривалось при подготовке этого одностраничного документа, что наши депутаты в республиканских, краевых и областных органах законодательной власти смогут, по крайней мере, получать возможность профессионально работать. Я уж не говорю о том, чтобы претендовать на позиции председателей комитетов, различных профильных, или там, упаси господи, заместителя председателя Законодательного собрания. Потому что раз за разом добиваясь, в том числе с помощью депутатом-одномандатников, если по спискам даже не получали большинство, "Единая Россия", которая пока контролирует все законодательные органы, они не давали возможности работать на профессиональной основе, иметь помощников, создавать какой-то аппарат фракции и так далее. Но поскольку ни разу ничего такого не наблюдалось, то, вообще говоря, не вступило в действие ни разу это соглашение. Ну, а де-факто и де-юре оно было, понятно, ликвидировано этим демаршем в отношении Миронова 18 мая в Заксобрании Петербурга.

Михаил Соколов: Скажите, а отставки вашего вице-спикера, вышедшего из партии, вы будете требовать? Сейчас вот начинается думская сессия.

Николай Левичев: Ну, я, как председатель партии, планирую на первом же заседании фракции "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" в Государственной Думе внести такое предложение: поскольку Александр Михайлович Бабаков был избран заместителем председателя Государственной Думы в рамках пакетного соглашения между фракциями при распределении постов в декабре 2007 года, и по этому пакетному соглашению было обещано, что три оппозиционные фракции выдвигают кандидатуру, которая не будет дезавуирована единороссовским большинством, а будет проголосована, вот от нас был выдвинут Александр Бабаков. Де-юре все равно процедура переизбрания совершается на пленарном заседании Государственной Думы. Наша политическая обязанность – внести в совет Государственной Думы предложение от фракции о замене нашего кандидата в связи с тем, что он исключен из партии и сам заявил о своем разногласии с партийной позицией. Как отнесется к этому совет Госдумы, вынесет ли он это на пленарное заседание, и как проголосует большинство Госдумы – ну, подождем, поживем – увидим. Я думаю, что коллеги по фракции мое предложение поддержат.

Михаил Соколов: Федор из Петербурга: "Верите ли вы в честность выборов и будете ли требовать отставки Путина?" После победы на выборах. Вы же победить хотите.

Николай Левичев: Понимаете, я все-таки должен работать в правовом поле, и вот эти все фокусы, там комитет "За честные выборы", давайте проведем честные выборы, – я не хочу оперировать этими понятиями. Я хочу, чтобы выборы были законными, в соответствии с законом. Соответственно, если они проводятся с нарушением закона, то это выборы незаконные. А там честные, нечестные – это вот из области морали, а не из правовой области.

Михаил Соколов: А как насчет премьер-министра? Вы за то, чтобы поменять премьер-министра? Ведь имеет же право фракция, скажем, поставить вопрос о вотуме недоверия правительству, например.

Николай Левичев: Ну, я могу что сказать... Когда Дмитрий Медведев предложил в мае 2008 года кандидатуру Путина на должность председателя правительства, я выступал от имени фракции. И я могу напомнить, что я сформулировал четыре позиции, ну, там условия, не условия, которые мы адресовали председателю правительства, рассчитывая на то, что он к нам прислушается. На сегодняшний день я вынужден констатировать, что, по большому счету, эти четыре позиции не реализованы. Если учесть, что мы последовательно голосовали против всех проектов бюджета, вносимого правительством на рассмотрение Госдумы, у нас накопилось довольно много вопросов к правительству, к конкретным министрам, и это все мы публично и открыто высказываем. На последнем отчете председателя правительства в Государственной Думе мое выступление было, наверное, скажем мягко, одним из самых критических.

Михаил Соколов: А какая главная претензия у вас?

Николай Левичев: Ну, если у нас такой КВН, 30-секундный, главная претензия, что я у нас атмосфера в обществе – вместо того, чтобы раскрепощать общественную энергию, ее, наоборот, закрепощают. Вот, если хотите, так.

Михаил Соколов: Виктор из Вологды, пожалуйста.

Слушатель: Если вы думаете войти в коалицию с Зюгановым, не опасаетесь ли вы, что он косолапой пяткой раздавит бесхребетные демократические партии? Ведь Компартия оставила жуткий кровавый след с 1917 года. И второй вопрос. Когда вы встречались с президентом, не возникало ли у вас чувство брезгливости из-за того, что этот президент оккупировал Грузию и изгнал более 50 тысяч детей и стариков из сел, практически стертых с лица земли?

Николай Левичев: По первому вопросу. Я ведь предложил не коалицию коммунистам, я специально выбрал такое расплывчатое понятие, как альянс. Речь идет только о том, чтобы совместно зафиксировать результат реального волеизъявления граждан. Вот по нашим оценкам, ничего страшного для страны не случится. Потому что уж, во всяком случае, коммунисты на сегодняшний день большинства в Государственной Думе не получат. Поэтому вы можете не опасаться за свою жизнь. Что касается второго вопроса, ну, при всем уважении к вам, я не в таких терминах, я и моя партия не в таких терминах описываем трагические события 2008 года.

Михаил Соколов: Вот Владимир Кириллов вам дает такой совет: "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" необходимо предложить стране оригинальную плодотворную идею, и такой идеей могла бы стать защита отечественного товаропроизводителя, реиндустриализация страны, восстановление сельского хозяйства, то что не под силу "Единой России", партии торговцев и строителей, основных выгодоприобретателей от роста нефтяных цен. Станьте партией проигравших от роста нефтяных цен, а это вся технократическая часть нашего общества, и у вас появится шанс стать второй правящей партией в нашей стране".

Николай Левичев: Ну, вот я могу сказать, и я вам уже эту цифру называл сегодня, это 391 481-е предложение в нашу программу. Я могу только уважаемому Владимиру сказать, что по результатам вот такого общественного обсуждения у нас появился целый дополнительный раздел в проекте программы, он называется так – "Вернуть оффшорную собственность в российскую экономику". Так что целый ряд конкретных экономических решений мы в своем проекте программы предлагаем.

Михаил Соколов: Владимир, Кемеровская область, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте! Зачем людям дурить голов? Понятно, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" – прокремлевская партия!

Михаил Соколов: Не верит вам человек.

Николай Левичев: Ну, надо все-таки к первоисточникам пытаться приникнуть. Я могу рассказать, партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" не проходила процедуру регистрации. Де-юре мы нашли тогда, осенью 2006 года, такой вариант, это была сложная политико-организационная, юридическая процедура. В один день, в одном месте, в Академии государственной службы, в трех разных залах начались три съезда трех зарегистрированных на тот момент партий. И в результате такой процедуры мы не выпали из политического процесса, и к вечеру на выходе была партия с названием "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: Родина, Пенсионеры, Жизнь" с новым составом руководящих органов и с новым председателем партии. Нам не нужна была, так сказать, процедура прохождения регистрации на тот момент.

Михаил Соколов: Понятно, в общем, историческая справка. А как вам рейтинги, которые сейчас публикуются, что у "Единой России" больше 50 процентов избирателей, у Компартии – 18, ЛДПР – 13, а вот "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" где-то у барьера, там 4, 5, 6? Это я на "Левада-центр" ссылаюсь.

Николай Левичев: Ну, я уже устал объяснять, что, к несчастью, я хорошо в социологии разбираюсь, поэтому хорошо себе представляю, что у нас в общественное поле, в информационное поле вбрасываются какие-то цифры, интерпретацию которых забывают разъяснить. Начнем с того, что даже по Левада-Центру 4 процента – это от числа опрошенных, а от числа намеренных идти на выборы уже 6. С другой стороны, ну, мы обращаем внимание, нас хоронят перед каждым единым днем голосования, но мы почему-то стабильно набираем 14-16 процентов и уже в течение двух лет набираем больше, чем ЛДПР, во всяком случае. И динамика наших результатов выше, чем у других оппозиционных партий. Поэтому у нас есть свои экспертные замеры, свои результаты опросов. Нам также знакомы те результаты опросов, которые не выбрасываются в информационное пространство, а являются закрытыми. И эти результаты нас вдохновляют.

Михаил Соколов: Ну, вот призывают вас отказаться от участия в фарсе, имеют в виду выборы, Валерий из Кургана. Вы что скажете такому человеку?

Николай Левичев: Я Валерию из Кургана могу только сказать. Значит, я призываю вас и всех ваших знакомых принять участие в выборах, и тогда они будут меньше похожи на фарс.

Михаил Соколов: "Почему нет закона о декларации доходов граждан? Выдвигали ли вы такое предложение в Думе?" – спрашивают.

Николай Левичев: На самом деле, надо идти последовательно. После декларации доходов чиновников нужно добиться декларации расходов чиновников. И когда фискальные органы справятся хотя бы с этой задачей, дальше смотреть, стоит ли расширять наблюдение за доходами граждан, три четверти которых находятся ниже черты бедности.

Нас боятся – поэтому и "мочат"!
 

http://www.levichev.info/5_2182.htm
29 августа 2011

Интервью ИА "Росбалт"

Дмитрий Медведев дал старт предвыборной кампании. Теперь борьба политических партий, которые еще с весны начали "делить" избирателей, активизируется. В ближайшее время станет известен также состав предвыборных списков партий. О том, готова ли "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" на самом деле создавать альянс с КПРФ и уверены ли эсеры в своем попадании в Госдуму следующего созыва "Росбалту" рассказал официальный лидер этой партии Николай Левичев.

– Николай Владимирович, не секрет, что поражение "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" на предстоящих выборах в Государственную Думу стали прочить именно после ухода Сергея Миронова из Совета Федерации. Действительно ли прежний статус Миронова был главным "ресурсом" партии, и согласны ли вы с утверждением, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" является "закрытым проектом"?

– Боже мой, придумали бы они чего-нибудь новенькое, да "креатива", видимо, не хватает! Увещевания прокремлевских политологов о грядущем крахе нашей партии мы слышим накануне каждых региональных выборов. На самом деле, началось все это задолго до того, как Сергей Михайлович Миронов покинул пост главы Совета Федерации. Против "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" стали разворачивать масштабную информационную кампанию, когда стало ясно, что партия превращается в реальную оппозиционную силу. Возможно, единственную, кто способен дать бой "Единой России", поколебать ее монополию на власть и истину. Нас боятся – поэтому и "мочат". Они могут сколько угодно говорить о нашем грядущем поражении, но я вас уверяю, реальность в очередной раз разобьет их "прогнозы". А тем, кто говорит о "закрытом проекте", просто не хватает понимания политической жизни. Мы никогда не были "ручным" проектом, как это пытаются представить.

Что касается Сергея Миронова, то его статус никогда не являлся нашим "ресурсом", тем более главным. Будучи, по Конституции, третьим лицом в государстве, Сергей Михайлович никогда не использовал свое положение в Совете Федерации в интересах "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ". Вспомните, он никогда не допускал партизации Совета Федерации (во многом поэтому его, кстати, и сняли), никогда не позволял себе смешивать государственную и партийную деятельность. Главный ресурс нашей партии – это люди, 400 тысяч неравнодушных граждан, которые хотят перемен к лучшему и готовы этим переменам поспособствовать.

– И все же, на какой процент голосов избирателей вы рассчитываете по итогам выборов?

– Задача стоит получить на выборах не менее 15%. Если наберем меньше, значит, остальное украли. Все мы знаем, что, к сожалению, в целом ряде субъектов РФ зафиксированные результаты не имеют никакого отношения к реальному волеизъявлению граждан.

– Тем не менее, социологические службы и эксперты прогнозируют вашей партии максимум 5%...

– Я уже неоднократно высказывался на эту тему. Такие "прогнозы" направлены исключительно на формирование определенного общественного мнения. В научном сообществе результаты исследований всех наших "авторитетных" социологических центров (в первую очередь, ФОМ и ВЦИОМ) и применяемые ими методики вызывают большие вопросы. Посмотрите, перед каждым единым днем голосования эксперты этих центров заявляют, что рейтинг "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" не превышает 3-4%. После этого мы стабильно набираем 14-16%. В любой другой стране поставили бы вопрос о профнепригодности таких социологов.

Скажу более: в нескольких субъектах РФ, где в один день с федеральными пройдут выборы в региональные парламенты, мы всерьез рассчитываем на победу!

– На кого будете делать ставку, и можно ли сказать, что у партии есть свой избиратель?

– Делать ставку лишь на отдельные категории населения было бы ошибочно. Мы разработали и предложили гражданам очень грамотную, сбалансированную программу, которая привлекла к партии и предпринимателей, и пенсионеров, и бюджетников, и студентов, и многих других. Типичный портрет нашего избирателя – человек левых убеждений, с активной гражданской и жизненной позицией, уставший от монополии "Единой России". Таких людей, на самом деле, очень много, гораздо больше, чем 15% – левые взгляды близки большинству населения нашей страны.

– Ранее также было заявлено, что "эсеры" будут привлекать на свою сторону избирателей, которые не ходят на выборы. Чем же планируете заманить таких граждан на избирательные участки?

– На выборы, как правило, не ходят люди, которые давно разочаровались в действующей власти и считают, что их голос все равно ничего не изменит. Мы попытаемся объяснить им, что такая позиция крайне выгодна "Единой России". Чем меньше людей придет на избирательные участки, тем больше простора для фальсификаций (мы видели это на примере выборов в Мосгордуму). Если бы все "разочаровавшиеся" пришли на выборы, завтра мы проснулись бы в другой стране! Этот месседж и попытаемся донести до наших граждан.

– Некоторые говорят, что на предыдущих парламентских выборах "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" выполняла задачу "спойлера" КПРФ. Почему же сегодня вы предлагаете им создание политического альянса?

– Кому это известно? Хватит тиражировать глупости! Может быть, это коммунисты хотят выставить нас своим спойлером, но это не так. Во всех цивилизованных странах всегда находится место нескольким левым партиям, причем, как правило, коммунисты всегда являются непримиримыми врагами социал-демократов. "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ" с КПРФ объединяет только то, что обе партии левые. Но если копнете чуть глубже, вам станут очевидны глобальные отличия в идеологии.

Мы предлагаем коммунистам альянс, потому что на декабрьских выборах перед нами стоит одинаковая задача – зафиксировать реальное волеизъявление граждан и не дать "Единой России" получить большинство с помощью административного ресурса. Объединив усилия, мы сможем этого добиться.

– Готовы ли вы выполнить требования коммунистов?

– Мы готовы их обсуждать. Если я не ошибаюсь, их первое требование – разорвать соглашение с "Единой Россией". Де-факто это соглашение не работало с момента подписания. Что касается национализации природных ресурсов, то здесь позиции наших партий несколько отличаются, но коммунисты, насколько я понимаю, предлагают провести народный референдум. Мы это также готовы поддержать, поскольку всегда надо прислушиваться к народу, к гражданам. Возможную координацию наших усилий на президентских выборах я тоже не стал бы исключать.

– А как быть с вопросом о так называемом политическом самоопределении: "эсеры" – "за" Путина или "против"?

– Мы не за или против конкретных персоналий, надо обсуждать конкретные действия и предложения. Когда, к примеру, Владимир Путин представлял Госдуме проект федерального бюджета, мы голосовали против, обосновывая нашу позицию. А если завтра Путин предложит повысить пенсии в два раза, нам что, тоже из принципа голосовать против? Мы – конструктивная оппозиция.

– Если вы в оппозиции, почему бы не привлечь в свои ряды также представителей и других оппозиционных сил?

– Так мы активно их привлекаем! Посмотрите хотя бы на состав нашей фракции в Госдуме. Галина Хованская и Елена Мизулина – в прошлом видные представители "Яблока". Светлана Петровна Горячева до этого входила в руководство КПРФ. И сейчас к нам активно приходят новые люди, до этого работавшие в других оппозиционных партиях. Уверяю вас, предстоящая избирательная кампания подарит еще много сюрпризов. Сейчас идут переговоры с несколькими известными депутатами-коммунистами. А из ЛДПР в ряде регионов к нам уже переходят чуть ли не целыми отделениями. Недаром нас Владимир Вольфович так не любит!

– Тем не менее, лидер партии Сергей Миронов уже успел высказаться против вступления в ряды "эсеров" представителей внесистемной оппозиции из ПАРНАСа. Однако известно, что в партии были и те, кто не возражал против такого варианта. Не означает ли это, что, помимо перебежчиков, партию также беспокоит и проблема внутренних противоречий?

– Это не противоречия, это нормальная внутрипартийная дискуссия. У нас со времен КПСС во всех партиях ходят по струнке. В "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" все по-другому, мы сегодня самая демократическая партия. На заседаниях руководящих органов всегда идет очень живое обсуждение, высказываются самые разные точки зрения.

– Тем не менее, вы не станете отрицать, что накануне выборов партия несет значительные кадровые потери?

– Значительные? Ну, сравните эпизод, связанный с выходом нескольких партийцев в каком-то региональном отделении или даже в Госдуме, и гораздо более многочисленные факты выхода из "Единой России" довольно видных представителей. Никаких значительных потерь мы не понесли, наоборот, избавляемся от балласта.

– Если с кадрами все нормально, стоит ли рассчитывать на то, что "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" сумеет сформировать предвыборные списки во всех 70 субъектах РФ?

– Конечно. Региональные отделения уже представили около 500 фамилий кандидатов, на большинство уже собраны все документы. У нас есть, из кого выбрать. И, уверяю вас, без сюрпризов не обойдется.

– И все же готовы ли вы вслед за Мироновым поспорить на ящик шампанского, что "эсеры" сохранят свои кресла в новой Госдуме?

– Хоть на два ящика!

Альтернатив повышению пенсионного возраста нет?
 

http://finam.fm/archive-view/4862/print/
13 октября 2011

ПРОНЬКО: 19 часов 7 минут в российской столице. Меня зовут Юрий Пронько. Вы на "Финам FM", это ежедневная вечерняя интерактивная программа "Реальное время", в которой мы обсуждаем актуальные реальные проблемные вопросы. Мы не занимаемся политологией, мы занимаемся или пытаемся решить проблемные темы, которые возникают у каждого из нас. И сегодняшний разговор не исключение, речь пойдет о нашем пенсионном обеспечении в России.

"Есть ли альтернатива повышению пенсионного возраста?" – это вопрос, который мы рефреном проводим через всю программу. Но, безусловно, будем рассматривать данную тематику с разных точек зрения: и с той, что львиная доля россиян – молчуны; и с той, что государство сейчас пытается вам предложить программу "Тысяча на тысячу", когда вы вкладываете тысячу, и вам государство еще тысячу дает.

И, безусловно, самый главный проблемный вопрос: до каких пор будет возможность у федерального бюджета гасить дефицит бюджета ПФР, Пенсионного фонда Российской Федерации? Вы знаете, что согласно проекту федерального бюджета до 2014 года прямые трансферты из федбюджета в бюджет ПФР... может быть, на слух вам тяжело это воспринимать, но вы это воспринимайте, потому что это каждого касается: меня, моего гостя, который доехал, моего гостя, который еще не доехал – абсолютно всех живущих в нашей стране, и тех, кто не собирается из России уезжать. Я надеюсь, что львиная доля из вас не собирается покидать страну, несмотря на разные проблемные, скажем так, ситуации. Так вот, эти трансферты составят 2 триллиона 400 миллиардов рублей. Это проект, который представил Минфин Российской Федерации.

Вы сами понимаете, тема крайне важная, крайне принципиальная. Я вам с удовольствием представляю гостя, который доехал, несмотря на московские пробки, до нашей студии – это депутат Государственной Думы России Николай Левичев. Николай Владимирович, добрый вечер.

ЛЕВИЧЕВ: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Спасибо, что согласились принять участие в разговоре. И мы ждем с минуты на минуту, я надеюсь, к нам все-таки доедет председатель Комитета Совета Федерации России по бюджету Евгений Бушмин. Евгений не единожды был у меня в эфире, в общем-то, знает дорогу, и я надеюсь, что вы ему уступите сейчас, где он проезжает, и он доберется до нашей студии, мы подискутируем.

Ну, а пока мы с Николаем Левичевым здесь, в московской студии "Финам FM". Идет прямая веб-трансляция на нашем сайте – finam.fm, посредством которого вы можете отправлять свои комментарии, вопросы, письма. И наш многоканальный телефон, его номер – 65-10-996 (код Москвы – 495). Пожалуйста, участвуйте в разговоре, высказывайтесь, задавайте, еще раз подчеркну, интересующие вас вопросы.

Николай Владимирович, вам не представляется, что на самом деле государство, а под государством я подразумеваю конкретных чиновников, для меня это персонифицированное понятие, это не абстракция, в общем-то, провалило пенсионную реформу в Российской Федерации? Заявления, которые я периодически слышу из Минздравсоцразвития, меня просто выносят порой, вот в буквальном смысле выносят, они настолько алогичны с точки зрения той концепции, которая была ранее разработана, стала воплощаться худо-бедно, два шага вперед, три шага назад, но логика была. А теперь в Минздравсоцразвитии что ни заявление (пока, слава богу, не министра, но его заместителей), начинают говорить о том, что: "Давайте накопительную часть вернем опять государству", – хоть это и является собственностью государства, и до сих пор предстоят выплаты, вот уже по новой системе, с 1 января 2012 года, а закона ваши коллеги не приняли. Ваш взгляд: вообще, что происходит? Какая-то абсурдная ситуация.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, позиция нашей фракции, нашей партии по поводу пенсионной реформы – она известна, она неизменна. Мы давно говорили, что в принципе, переход от распределительной системы к накопительной был ошибкой нашей пенсионной системы, и сейчас, как нам кажется, это становится все очевиднее, и в этом уже приходится, так или иначе, убеждаться и представителям министерств. В частности, Минздравсоцразвития пытается крутиться между Сциллой и Харибдой, ничего не получается. Мы давно говорили, что эта идея перехода в нашей стране к накопительной системе привела к эффекту такого двойного бремени, когда из пенсионных взносов мы стали пытаться платить и нынешним пенсионерам, и еще немножечко откладывать для пенсионеров будущих поколений. И вот этот период двойного гнета растягивается на десятилетия.

Но беда-то в том, что в условиях высокой инфляции, с которой пытаются бороться монетарными средствами – хотя мы опять же говорим, что на наш взгляд истинные причины инфляции лежат совсем в другой сфере, нежели это нам объясняют представители Минфина. Вот вся эта наша накопительная система будет повторять тот эффект, который я, например, проходил в свое время: когда я еще был молодой человек, у меня родилась дочка в советское время, меня сагитировали застраховать ее до 18 лет. И я 18 лет из своей очень небольшой советской зарплаты отчислял денежку на 18-летие своей дочери. И, естественно, когда ей исполнилось 18 лет, эта тысяча рублей, которая 18 лет назад казалась половиной автомобиля "Москвич", она превратилась в ничто.

Поэтому все попытки в нашей стране накопить... я получил, по-моему, как раз из газеты "РБК Daily" такую эксклюзивную информацию, как это у нас водится: "Вот, один источник в Министерстве финансов сказал, что сейчас готовится законопроект такой, который позволит пенсионным фондам негосударственным не каждый год выкладывать доходный, а вот замолчать до выхода человека на пенсию. И только когда он выйдет на пенсию, объявить ему доходность по его накопительной части пенсии".

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, главный тезис: в России невозможно накопить. В России государство – это первое кидалово. Вот из той истории, которую мы имеем на сегодняшний день.

ЛЕВИЧЕВ: Пока, к сожалению, жизненный опыт моего поколения другого не знает.

ПРОНЬКО: Это Николай Левичев, депутат Госдумы России. И к нам все-таки дозвонился, несмотря на то, что едет в пробке... Евгений Викторович, едете или толкаетесь? Или что у вас?

БУШМИН: Ну, я, к сожалению, не еду – я, к сожалению, стою на Большой Ордынке. Здесь проехать невозможно, но я внимательно слушаю всю беседу.

ПРОНЬКО: Да, я просто напомню нашим слушателям: Евгений Бушмин к нам присоединился, председатель Комитета Совета Федерации России по бюджету. Пока он с нами будет по телефону. Евгений Викторович, ну вы слышали то, что сказал Николай Левичев...

ЛЕВИЧЕВ: И подтверждается мое мнение: вот нам все кажется, что мы едем, а на практике оказывается, что мы стоим.

ПРОНЬКО: Что скажете?

БУШМИН: Ну, я надеюсь, у Левичева есть мигалка, и поэтому он так вовремя приехал.

ЛЕВИЧЕВ: Нет у меня мигалки, нет. Я огородами, огородами, Евгений Викторович.

БУШМИН: Я тоже ехал огородами, доехал до пробки, слава богу. Но сейчас по теме. Вы знаете, на самом деле есть несколько моментов, которые на меня не очень хорошо подействовали. Ну, первый момент – это советская история. Это, конечно, важно для нынешнего поколения, особенно такого поколения, как мое, которому уже за 50, и вроде бы вот они все это дело испытывали. Но советская история не является основанием для проведения или не проведения пенсионных реформ. Это, во-первых.

Во-вторых, проведение пенсионных реформ в момент высокой инфляции в сторону накопительной части, естественно, является неправильным направлением. Здесь я, конечно, с Левичевым согласен. Другой разговор, что ждали другой инфляции, не ждали 2008 года в таком виде, в каком он нас настиг, когда начался кризис мировой. И, конечно, если бы сейчас по тем планам, которые были в 2007 году, то грубо так, в 2011 должно быть максимум 3,5% инфляции. В этих условиях, конечно, уже можно говорить о реформе пенсионной системы в сторону накопительной части.

Сейчас такой возможности нет. Сейчас все, конечно, должно быть сосредоточено на ответственности поколений, на том, что мы из федерального бюджета – как бы мы против этого ни сопротивлялись, – но всю необходимую сумму, которая нужна Пенсионному фонду для выплаты пенсий, предоставляли. Мало этого. Вот сейчас я не уверен, что так все пройдет, получится, особенно через год, я имею в виду проблемы с очередным мировым кризисом, о котором много говорят, но который, в конце концов, может и не произойти. Так вот, если на это посмотреть, то мы еще держим запасец, запасец не такой большой, всего 2,5 триллиона. Это означает, что фактически без средств федерального бюджета мы можем один год пенсию выплатить. Ну, если при этом мы будем находить средства в федеральном бюджете, то эта история может растянуться на несколько лет.

ПРОНЬКО: А дальше, коллапс? Вот я хочу понять, Евгений Викторович, 2,5 триллиона есть. Значит, Кудрин, ну или теперь уже бывший министр, Минфин отправил проект бюджета, 2014 год, 2,4 триллиона прямые трансферты из федбюджета на покрытие дефицита ПФР. Но это же не нормально?

БУШМИН: Нет, это не нормально, я с этим согласен. Это необходимо. Есть вещи нормальные, а есть вещи необходимые. Я тоже не согласен с тем, что на социальные расходы мы вынуждены тратить такую огромную сумму. Но вынуждены. По-моему, вот это главный вопрос. Вынуждены. А раз так, то нам некуда деваться, мы должны, мы обязаны тратить эти деньги.

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, что скажете?

ЛЕВИЧЕВ: Я бы хотел немного так приподняться на некий другой уровень осмысления происходящих в стране процессов и высказать такую простую незатейливую мысль: обсуждать проблемы повышения пенсионного возраста, или проблему адаптации пенсионной системы к конъюнктуре экономической мировой нельзя, отрываясь от всей системы общественных отношений в стране. Вообще, реализовать социальные права российских граждан, на мой взгляд, нельзя без изменений всей системы общественных отношений. Когда я слушал Алексея Леонидовича Кудрина, когда я слушал вот Евгения Викторовича, людей-бюджетников, которые умеют считать большие цифры, которые знают, что такое монетарная политика, что такое мировой финансовый рынок – я предпочитаю встать в другую позу, я предпочитаю встать в позу человека, который живет в существующих социально-экономических и политических реалиях.

БУШМИН: Нет-нет, секундочку, секундочку. На счет позы я не очень понял, простите.

ЛЕВИЧЕВ: Я сейчас поясню.

БУШМИН: В какую позу не вставай, а пенсию платить надо. Вот я, как бюджетник... Понимаете, пенсионная реформа...

ЛЕВИЧЕВ: Да, Евгений, вы – человек с арифмометром, который считает, как в "Маленьком принце" звезды считал звездочет. "500 миллионов чего", – спрашиваю? Вот я – маленький принц, который спрашивает: "500 миллионов чего?" Потому что...

БУШМИН: Я скажу, чего. Есть минимальный уровень, при котором пенсионеры в состоянии вообще жить, и вот нам нужно обеспечить, я его и считаю. Другой разговор, что есть...

ЛЕВИЧЕВ: А я вот ссылаюсь на президента Российской Федерации, который публично сказал, что только в рамках 94 закона о госзакупках – сколько?.. Триллиончик куда делся? Украли! Украли, понимаете? Поэтому вы-то только смотрите со стороны, где взять деньги в Пенсионный фонд, а я хожу и вижу: "Ух, ты, что за здание в граните, в мраморе? А это, оказывается, Пенсионный фонд новое здание построил". Понимаете? И как-то я думаю: "Куда это пошли мои налоги?" Думаю: "Наверное, они пошли не туда". Вот я понятно объясняю, что нельзя вырывать одну какую-то проблему из общего контекста социально-экономической жизни страны?

ПРОНЬКО: Это Николай Левичев. Евгений Бушмин, что скажете?

БУШМИН: Раз нельзя вырывать, давайте не будем вырывать. Мы говорим о конкретной вещи, о расходах Пенсионного фонда на собственное содержание. В мире есть такие же системы, или есть системы накопительные. И там тоже есть организационные расходы.

Я не буду говорить о том, что было время, что на пенсионные деньги строились эти самые административные здания. Я смотрю те бюджеты, которые сейчас мы рассматриваем, и там административные расходы ниже, чем в мировых системах, и в том числе накопительных системах – в коммерческих структурах, которые выплачивают накопительные пенсии. Сейчас меньше.

Почему меньше? Да потому, что президент, премьер и Левичев сказали: "Слушайте, так нельзя". И вот два года идет резкое сокращение административных расходов Пенсионного фонда. Причем, это на самом деле к возрасту, к выплатам не имеет отношения. Потому что это проценты не десятки, а десятые процента, понимаете разницу? А раз десятые процента, то нужно говорить, в основном, не об этом, а нужно говорить о том, должны мы выполнять свои обязательства перед пенсионерами или не должны.

ЛЕВИЧЕВ: Должны.

БУШМИН: Раз "должны", я обязан, как арифмометр, посчитать и сказать, что это нужно. Левичев должен сказать: "Нужно выдать не всем. А вот тот, кто не работает – не выдавать, тот, кто работает – выдавать, кто много работает – выдавать больше". Вот это – Левичев.

ЛЕВИЧЕВ: А кроме этого, Евгений Алексеевич, я бы еще хотел сказать, что, значит, решать проблему наполнения Пенсионного фонда только за счет повышения пенсионного возраста, на мой взгляд, это такой, просто людоедский подход.

БУШМИН: А мы это, кстати, не обсуждали.

ЛЕВИЧЕВ: А мы вот с этого начали, пока вас еще не было в эфире. Это главная наша тема сегодняшняя.

БУШМИН: Нет, как раз главная тема, я к ней и готовился, потому что, как я только услышал, что будет Левичев, я думаю, что будем говорить о том, что повышать пенсионный возраст – это плохо. Я взял, посмотрел, посчитал: если не менять нынешнюю пенсионную систему, то повышение пенсионного возраста приведет к дополнительным расходам Пенсионного фонда. Представляете?

ЛЕВИЧЕВ: Вот! Вот просто подарок судьбы! И я хотел то же самое сказать, да.

БУШМИН: А чего сказать? Я считаю (я уже подъехал, кстати), я уже считаю, я посчитал, потому что с каждым годом, который пенсионер проработает...

ПРОНЬКО: Так, все. Евгений Викторович, вы заходите. Все, да, да, ждем. Ждем уже Евгения Бушмина, председателя комитета Совета Федерации России. Сейчас, он с минуты на минуту уже зайдет сюда, в московскую студию прямого эфира "Финам FM".

Николай Владимирович (Николай Левичев здесь, депутат Госдумы России), в чем принципиальное разногласие? Вот Бушмин говорит о том, что если не менять – урюхаемся еще больше, проблем будет еще больше.

ЛЕВИЧЕВ: Нет, насколько я успел понять реплику Евгения Викторовича, сейчас он войдет, мы начнем, наверное, с ним, по всей видимости, обниматься, потому что он...

ПРОНЬКО: Что увидят слушатели в прямой веб-трансляции.

ЛЕВИЧЕВ: Он-то как раз и сторонник нашего подхода, что увеличение пенсионного возраста не решит проблему наполнения пенсионных фондов, а наоборот, через несколько лет только усугубит. Потому что людям, которые дольше работают, нужно будет потом выплачивать большую пенсию. Ну, он лучше меня на арифмометре считает. Он вот, сейчас посчитал, во что это выльется, но мне, как человеку с математическим образованием, это было интуитивно понятно и так.

ПРОНЬКО: Хорошо, если не повышаем, да? Если не повышаем пенсионный возраст, какие пути вы видите?

ЛЕВИЧЕВ: Есть же масса других путей. Например, повышать заработную плату, повышать долю заработной платы в валовом внутреннем продукте. У нас же система оплаты труда, на мой взгляд, требует коренной реформы. И изменение, допустим, реформа оплаты труда, может решить проблемы, в том числе и наполнения Пенсионного фонда.

ПРОНЬКО: Евгений Бушмин доехал до нашей студии прямого эфира. Рад приветствовать, добрый вечер. Это председатель комитета Совета Федерации по бюджету. Евгений Викторович, пока шли эти два шага между автомобилем и студией, было сказано Николаем Левичевым, что выход – это повышение заработной платы.

БУШМИН: Хороший выход, я его поддерживаю. И мне бы тоже...

ПРОНЬКО: Хотелось бы?

БУШМИН: ...Хотелось бы. Кстати, извиняюсь, специально посмотрел: мигалки нет на вашей машине. Извините.

ПРОНЬКО: Подробности такие, заэфирные.

ЛЕВИЧЕВ: И не было никогда.

БУШМИН: Заранее ехали, я тоже выехал за час, но час вот потратил, чтобы из Совета Федерации сюда доехать. Обычно мне хватало меньше, я приезжал, как вы помните, заранее, но сейчас, видите, так получилось. Я извиняюсь.

ПРОНЬКО: Повышение зарплаты.

БУШМИН: Повышение зарплаты – прекрасный способ. Кстати, в процентах к ВВП в развитых странах фонд заработной платы больше, чем в России, это действительно так, но это их не спасает от таких, исторических проблем. Потому что повышение, оно может сгладить ситуацию на четыре, на пять лет, а вот через 20 лет, когда весь этот эффект пройдет, и повышать уже так нельзя будет, то, в принципе, только демографическая ситуация влияет на все, на это дело. Поэтому, как временную меру, это возможно. Но...

ПРОНЬКО: Но были бы еще на это деньги?

БУШМИН: Даже не в этом дело. Вы понимаете, ведь повышение заработной платы это не повышение заработной платы чиновникам, или даже бюджетникам. Повышение заработной платы – это поднятие уровня оплаты труда в производственных сферах. Это не только "Газпром" или "Электрические сети". Это во всех фирмах, которые работают на территории страны и которые бы честно выплачивали эти самые проценты с заработной платы, которые должны пойти в пенсионную систему.

ПРОНЬКО: Но вы согласны с принципиальным тезисом Николая Левичева о том, что был ошибкой переход с распределительной на накопительную систему?

БУШМИН: Если бы он произошел в тот момент, особенно перед кризисом, я бы назвал это ошибкой. Но, так как он не произошел, и суммы, которые вошли в накопительную систему, они составляют...

ПРОНЬКО: Евгений Викторович, вот подождите, прошу прощения. Я перебиваю только в тех случаях, когда вопиющий голос в пустыне. Подождите, а те, кто перевели свои накопительные части пенсии, вот этих доходов, которые они получают от работодателей...

БУШМИН: Ну, это 1/14 всей суммы.

ПРОНЬКО: Нет, подождите. Они лохи, что ли?

БУШМИН: Нет-нет-нет. Просто, когда 2% переводят из 28%, которые платили, но сейчас, значит, поменьше процент платят. Я говорю об этом.

ПРОНЬКО: Но они поверили государству, что государство проводит пенсионную реформу.

БУШМИН: Нет, вы не понимаете. Я говорю, что то, что переведено в накопительную, это очень маленькая часть пенсии. Постепенно по этой реформе, год за годом, они должны были наращивать этот процент. И через 10 или 12 лет, я не помню точно, они должны были...

ЛЕВИЧЕВ: Убедиться в том, что реформа провалилась.

БУШМИН: А этого делать не стали – убеждаться – и застопорили перевод пенсии в накопительную. И сейчас там, собственно, вращается, и у этих людей, и выплата, это тоже понятно, будет вот только с той части, что они переводили.

ПРОНЬКО: Но вы знаете, это такой примитивный шаг, это такая алогичность со стороны государства! Это, вообще, сделали первый шаг...

БУШМИН: Остановиться?

ПРОНЬКО: ...Не сделать дальше, не пойти дальше.

БУШМИН: Конечно, поднять инфляцию до 20, и можно сделать и 20 шагов, потому что пенсии тогда уже хватит только на коробок спичек. Вы поймите, это же...

ПРОНЬКО: Ну хорошо, а как будет выходить из этой ситуации государство? Я что-то не могу понять.

БУШМИН: Первое, что будет выходить, это, конечно, нужно (мы же о реформе сейчас уже не говорим, да?) нужно постараться заплатить то, что мы уже приняли решение. Вот когда мы каждый раз принимаем решение и его никак не доводим, не отрабатываем, вот это как-то очень неприятно для всех сказывается. Сейчас у нас вот выборы в Госдуму, выборы президента, там еще что-то, да? И мы все время находимся в таком состоянии ожидания чего-то. Для меня, в этом случае, ожидание чего-то означает, еще раз вам говорю, как арифмометр, выплатить то, что мы уже наобещали. А сейчас мы, кстати, обещаем еще и военным пенсионерам.

И, поверьте, что там... Вы только говорите – трансферты Пенсионному фонду на трудовые пенсии. А насколько сейчас увеличатся те же самые трансферты, которые рядышком стоят? На пенсии военным? Это еще, как минимум, в полтора раза. Поэтому для меня главное – где найти денег, в том смысле, как бы нам хотя бы чуть-чуть сдвинуть нашу экономику, чтобы мы нашли денег на то, чтобы уже обещанное для наших пенсионеров получить.

Но это, конечно, проблема сиюминутная. Это мы год, два так проживем. Без подготовки, действительно, реформы, которая позволила бы нам хотя бы 20 лет спокойно платить пенсию, мы не пройдем. Я считаю, что сейчас государство должно готовить эту реформу. Нет, не те законы, которые спрячут от населения доходность негосударственных пенсионных фондов, конечно, не эти. Это просто абсурд. Там вообще надо двигаться в другую сторону, чуть ли не ежедневно, чтобы было у населения...

ЛЕВИЧЕВ: Чтобы прозрачность была.

БУШМИН: Конечно.

ПРОНЬКО: А на сегодняшний день?

БУШМИН: Сейчас год, сейчас раз в год дают такую информацию.

ПРОНЬКО: Да, да, вот это письма приходят.

БУШМИН: Вроде бы кто-то чего-то подготовил, чтобы вот, когда ты выйдешь на пенсию, тебе...

ЛЕВИЧЕВ: Вот тогда и узнаешь.

БУШМИН: Нет. Этого ни вы, ни я не допустим.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, будем стараться, во всяком случае.

БУШМИН: Ну, по крайней мере, я очень надеюсь на разум и старых, и новых депутатов Государственной Думы, особенно на разум членов Совета Федерации. Со мной согласятся. Не допустим. Поэтому мы сейчас решаем сегодняшнюю проблему. Как ее решить? Самое главное это...

ПРОНЬКО: И не смотрим в перспективу?

БУШМИН: Пока нет. Подождите.

ПРОНЬКО: Такие близорукие?

БУШМИН: Вы знаете, сколько сейчас нефтегазовые доходы составляют от дохода федерального бюджета?

ПРОНЬКО: Ну, половину...

БУШМИН: 55%!

ПРОНЬКО: Уже 55%, да?

БУШМИН: 55%, понимаете? Пока мы не снизили...

ПРОНЬКО: Ну, это итог 11 стабильных лет.

БУШМИН: Пока мы не снизим их до 40%, говорить о том, что мы в состоянии сами что-то планировать, нельзя. За нас кто планирует? Тот, кто нефть продает, и тот, кто нефть покупает.

ПРОНЬКО: Евгений Викторович, а что будет тогда с людьми? Хорошо, вот я с вами могу согласиться с тезисом – надо исполнять те обязательства, которые уже нагребли на себя.

БУШМИН: Если что-то случится, первое, от чего мы должны отказаться, первый раздел – это госуправление, резать его по живому, следующее, что мы должны – отказаться от разделов по инвестициям в промышленность, ну, а как, другого-то нет, третье – это оборонка пойдет туда же, под этот самый нож, и, в конце концов, последнее, что мы будем резать – это деньги пенсионерам. Будем ли мы их? Я надеюсь, что нет, но каждый здравомыслящий человек должен предположить – а если нефть упадет до 20 долларов, что мы будем делать? Вот я знаю, что мы будем делать до 93-х, у нас все это рассчитано, здесь мы не будем наращивать фонды, здесь мы расплатимся... У нас есть, подсчитано, что мы будем делать до 60 долларов за баррель, тогда пойдет уже в дело, весь резервный фонд уйдет туда, у нас начнутся траты по Фонду национального благосостояния, и так далее, то есть у нас будет сокращение по инвестициям, у нас будут много каких сокращений, и вот если это упадет все ниже 30, тогда, как здравомыслящий, я должен думать, что нам делать, когда будет ниже 30, а ниже 30 – это значит, мы должны будем трогать в том числе и деньги пенсионеров.

ЛЕВИЧЕВ: Насколько я понимаю, если ниже 30, то у нас, по-моему, даже добыча нефти и газа на территории страны становится убыточной.

БУШМИН: Да, совершенно верно.

ЛЕВИЧЕВ: Да, потом вообще как бы делить нечего.

БУШМИН: Нет, поэтому предположить, что мы уйдем туда, и будем добывать себе в убыток – ну, конечно, я, в общем, не могу, но весь спектр расчетов, как арифмометр, мы проводим. Опять-таки, это, знаете, консенсус общества, что делать с пенсионерами, что делать с пенсионными деньгами, что делать с пенсионной реформой. Здесь, конечно, большее значение – это Левичев, Государственная Дума. Так или нет, да?

ЛЕВИЧЕВ: Вот это, насчет общественного консенсуса, мне очень нравится, вот давайте мы сначала пообсуждаем. Я вот где-то цифру видел, что в Соединенных Штатах Америки...

БУШМИН: Да-да, вы будете обсуждать, а я буду платить пока, ближайшие два года, три.

ЛЕВИЧЕВ: ...Когда переходили на повышение пенсионного возраста, у них этот процесс занял 27 лет. А у нас взял товарищ министр, или вице-премьер, как шарахнет в эфире: "Нам надо бы повышать пенсионный возраст". Не подумали, не просчитали, не пообсуждали, а сколько социальных последствий от одного только этого выступления его, а как дальше, повышать возраст – у нас молодежи не будут освобождаться рабочие места, мы новые-то пока еще не сильно научились создавать, а человек, который вот работал-работал, ему остается год до пенсии, а ему говорят: "Нет, ты еще пару лет поработай, а там дальше мы, может быть, еще на годик увеличим" – у него вообще мотивация пропадает. А что у нас делать с выводом теневой экономики на белый свет?

ПРОНЬКО: Это очень хорошая тема, да.

ЛЕВИЧЕВ: Почему бы нам там-то не посмотреть, можем ли мы оттуда, да, или у нас половина зарплат по-прежнему в конвертах, и ничего в Пенсионный фонд оттуда не идет.

БУШМИН: Вот, вы тоже как калькулятор, правильно, я вот как раз об этом и говорю.

ЛЕВИЧЕВ: Так давайте мы все это пообсуждаем пару лет хотя бы.

ПРОНЬКО: Евгений Викторович, но делается-то все с точностью до наоборот, вот как раз то, что было одобрено президентом Медведевым с подачи правительства, я имею в виду "олигархические" зарплаты – 500 тысяч годового дохода, да, облагаются дополнительно. Что это вообще? Ну вот кому это пришло в голову?

БУШМИН: Что пришло в голову, начать платить?

ПРОНЬКО: 42,5 тысячи рублей – это зарплата, которую необходимо реально облагать еще дополнительно.

БУШМИН: Нет, свыше сорока?

ПРОНЬКО: Да.

БУШМИН: Свыше сорока – конечно.

ПРОНЬКО: Да вы что?!

БУШМИН: А что делать-то? А что вы предлагаете делать?

ПРОНЬКО: Нет, государство нагребло обязательств, а люди, которые не в тени, теперь будут платить за это?

БУШМИН: Давайте введем систему по подоходному налогу прогрессивную.

ПРОНЬКО: Прогрессивку, да.

ЛЕВИЧЕВ: И уберем регрессивную со страховых взносов.

БУШМИН: А вы что предлагаете?

ПРОНЬКО: А я ничего не предлагаю.

БУШМИН: А вы сейчас плачете: "Как же мы еще?!"

ПРОНЬКО: Так нет, это одно из достижений Путина в первое президентство. Оставьте в покое вот этот вопрос, 13% он сделал. Сейчас на него давят, я вижу.

БУШМИН: Не трогать, давят, и вот давит господин Левичев.

ЛЕВИЧЕВ: Да, и буду давить.

БУШМИН: А я буду защищать тот режим, который работает сейчас. Но, там же не тот же процент с суммы выше 42 тысяч, не тот, а в два раза ниже, понимаете, это регрессивная система, кстати, против которой тоже господин Левичев выступает. А вы говорите: "Что, еще будем?" Да, будем. Но не столько, сколько, потому что сверхденьги уже никак к нему не попадут – ни через пенсию, ни через медицину.

ПРОНЬКО: Евгений Викторович, вы меня давно знаете, да, я не популист, не отношусь к тем журналистам, которые популистски высказываются, но я соглашусь с Николаем Левичевым, который сказал по поводу триллиона: "А не хочется чиновникам вернуть их?" Вот я готов с государством начать разговор о повышении налога, с момента, когда товарищи, укравшие – будем вещи называть своими именами – один триллион из пяти, да, возможных, по госзакупкам, возвращают в бюджет эти бабки.

БУШМИН: По нынешнему законодательству, всего-то надо на 10 миллиардов прокуратуре найти, чтобы в стократном размере вернуть этот самый триллион.

ПРОНЬКО: Не могут, да?

БУШМИН: Так пусть они найдут, делов-то.

ПРОНЬКО: Но не могут же найти?

БУШМИН: Ну, слушайте, ну как же тогда? Если они не могут, те не могут, эти не могут, а кто будет возвращать? Только прокуратура, только следственный комитет.

ПРОНЬКО: И еще одна тема, вот смотрите: мы говорим о исполнении взятых уже обязательств, я понимаю весь пафос Евгения Викторовича, и я согласен – это надо исполнять.

БУШМИН: Да.

ПРОНЬКО: У меня родители – пенсионеры, я вижу, как они там крутятся, да, вертятся, но, я хочу затронуть с вами будущие пенсии, да. Вот люди, которые перевели вот эти накопительные части в НПФ, ОУК и так далее. Людям, которым сейчас впаривают тысячу на тысячу, вот, Евгений Викторович, это что – это разводка такая?

БУШМИН: Нет, не разводка.

ПРОНЬКО: А вот что это, если мы говорим о том... о реальной, да, ситуации, что, ребята, вот эта схема в нынешней модели не работает.

БУШМИН: То есть вы подозреваете...

ПРОНЬКО: Я не подозреваю, я спрашиваю

БУШМИН: ...Что, показав обертку от конфетки, через 20 лет возьмет – а там конфетки нет?

ПРОНЬКО: Пошлют к праматери истории, скажут: "Не заработал", да.

БУШМИН: Потому что инфляция за эти 20 лет все эти тысячи рублей съест, съест, и превратит их в очень маленькую. А что, я где-нибудь говорил по-другому?

ПРОНЬКО: Нет, я ваше мнение спрашиваю – что это?

БУШМИН: А я вам свое мнение говорю, что это – это пополнение пенсионных денег.

ПРОНЬКО: То есть мы – лохи, те, кто это вкладываем, тысячу на тысячу, кто перевел в накопительную часть – мы лохи?

БУШМИН: Значит, при программе снижения до 3% инфляции, вы не лохи. Но пока инфляция 6-8%, мы – лохи.

ПРОНЬКО: Это откровение. Николай Владимирович, что скажете?

ЛЕВИЧЕВ: Мне очень нравится, что Евгений Викторович, по крайней мере, честно говорит о том, о чем...

БУШМИН: Да нет, при инфляции в 30% мы будем лохи, даже если зарплату начнем повышать.

ПРОНЬКО: Нет, господин Бушмин откровенно это говорит, да, то есть это предельно откровенный ответ. Но тогда вот на что рассчитывать нынешним-то – те, кто работают, кто не в тени, кто вбелую, кто...

ЛЕВИЧЕВ: А вот еще раз, есть еще люди, которые тоже пытаются чего-то считать, вот среди них был такой Леонид Иванович Абалкин, академик, вот они посчитали оптимистический сценарий "Россия. 2015", был такой труд, и, в частности, там такая простая мысль проводится, да, что вот ежели мы будем перестраивать экономику, не просто вот ждать, что там будет на рынке с нефтью, а если мы будем перестраивать экономику, если мы будем легализовать зарплаты, половина из которых находится сейчас в серых-черных схемах, да, и если мы все-таки долю зарплаты в ВВП поднимем до 50% хотя бы, то пенсии могут быть увеличены к 2015-2020 году, страшно сказать, в 6-9 раз, достигнув коэффициента замещения 50-60%.

ПРОНЬКО: Николай Владимирович, но это – если делать, да?

ЛЕВИЧЕВ: Это оптимистический сценарий, если все делать и не воровать.

БУШМИН: Город Солнца, Кампанелла.

ПРОНЬКО: Обеляя все. Теперь я вновь к Евгению Викторовичу. Переход с ЕСН на страховые взносы...

БУШМИН: Они на то и академики от экономики, чтобы красиво посчитать, и я с ними соглашаюсь, если вдруг все произойдет так, как там написано.

ПРОНЬКО: Теперь мой вопрос, который мы с вами не единожды обсуждали. Переход с ЕСН на страховые взносы – ошибка?

ЛЕВИЧЕВ: Значит, нужно решать системные проблемы экономики страны, без этого мы с пенсионным начислением ни черта не сделаем, как ни считай

БУШМИН: Первое. Переход со страховых на ЕСН – ошибка.

ПРОНЬКО: Тогда?

БУШМИН: Да.

ПРОНЬКО: Так.

БУШМИН: Это точно ошибка, и я, кстати, высказывался, вы тут не можете сказать, что не так – я говорил, что вообще, это не налоговая система, это другой принцип. Поэтому нельзя было делать там, и вообще надо было, чтобы часть платили работодатели, а часть человек сам платил. То есть, ему на эту сумму повысить зарплату, и он сам ее платил, чтобы он понимал, что он платит, а то, что вот сейчас происходит – мы все говорим, а люди не знают, сколько, чего платят, когда приходят на пенсию, и говорят: "Почему вы такую пенсию мне маленькую посчитали?" "А вы вот столько, вот столько платили, такая маленькая зарплата была". "Нет, у меня была другая". "Так она была у вас в конверте". "А кто виноват?" "А никто не виноват". Понимаете, вот, надо первое – перевести часть на человека, чтобы человек четко понимал, что он платит в пенсию, платит вот столько, и он знал: "Если я заплачу рубль, за меня предприниматель заплатит два, ну, или государство, не важно, кто работодатель – и у меня будет три". И вот тогда начнется какой-то счет, а пока – сколько лет отработали.

ЛЕВИЧЕВ: А если мне половину зарплаты дадут в конверте, я заплачу не рубль, а полтинник, то значит, меня обманывают, и на такого работодателя надо настучать в налоговую службу.

БУШМИН: Какой у нас здесь консенсус.

ЛЕВИЧЕВ: А в налоговой службе тогда можно будет сократить количество работающих.

ПРОНЬКО: А зачем тогда было принято это решение? Вот я беру квартальные отчеты, которые мне "Деловая Россия" присылает, да, после перехода от этого решения, вступившего в силу...

БУШМИН: А тогда был такой процесс централизации, знаете, вот все собрать в одно место...

ПРОНЬКО: Но у нас всегда какой-то процесс, у нас глупые решения.

БУШМИН: У нас в какой-то момент, знаете, вот я, работая, знаю по отношению... я занимался регионами в то время, вы знаете, то есть не имел отношения к этому, я сразу предупреждаю, чтобы не было на меня, но, я имел отношение к регионам, и я чувствовал напряжение со многими регионами, не будем говорить, с какими, такое, что, ну, знаете, вплоть до массовых выступлений по отделению от Российской Федерации, и тогда вот это вот стремление после того, как руководство, президент первый оказался от идеи "берите суверенитета, сколько хотите", началось быстро стягивание всего этого, забирать это все в одно место, в один карман, потому что побоялись распада Российской Федерации. И такая опасность в конце прошлого века – она была в России. И поэтому это просто попало, знаете, как щепки, когда лес рубят – щепки летят, вот этот вот перевод из страховых в налоги – это были щепки.

ПРОНЬКО: Но сейчас произошел другой процесс, возврата...

БУШМИН: Да, мы вернулись, вернулись.

ПРОНЬКО: ...Да, и "Деловая Россия" мне докладывает о том, что в тень уходят штабелями, толпами.

БУШМИН: Правильно, уходят.

ПРОНЬКО: Вновь конверты, стали возрастать эти проценты. И я спрашиваю: государственные мужи, что вы творите? Тогда вы совершили ошибку, сейчас вы совершили ошибку, Евгений Викторович, но логика какая-то должна же быть.

БУШМИН: Должна быть.

ПРОНЬКО: Вот то, о чем говорил Николай Владимирович – обеление экономики.

БУШМИН: Мы как всегда, мы совершаем ошибки, потом бросаемся на пулемет, чтобы эту ошибку исправить. Значит, с 34 вернулись на 20, да? Ну, знаете, это тоже, кстати, не очень красиво в экономике, если вот такие движения происходят, но вернулись на 20, для того, чтобы люди понимали – нет-нет, мы ошиблись. Вот это, я не знаю, может быть, это и не признавали так явно, как каяться на телевидении, но я вам точно говорю, вот этот переход, возврат к 20% – это точное признание: "Да, мы ошиблись, когда все это настрогали".

ЛЕВИЧЕВ: Они ошиблись, а мы против 34% голосовали.

БУШМИН: Да, а мы ошиблись.

ПРОНЬКО: Скажите, пожалуйста, вот мой короткий вопрос – и мы будем общаться со слушателями.

БУШМИН: А если мы уйдем по подоходному налогу на прогрессивную шкалу, мы ошибемся – здесь уже я вам скажу точно, вот тогда уходить будут. И тогда, встретившись через три года, мы с Левичевым поговорим, и он скажет: "Да, ошиблись".

ПРОНЬКО: Вот мой один вопрос, и дальше – слушатели. Ответьте мне на один вопрос в течение 30 секунд. На что могут рассчитывать сегодняшние работники в будущем в части пенсий? Вот есть гарантии того, что они, выйдя, значит, на старость свою, будут достойно жить, а не существовать? Я этот вопрос задаю без пафоса, я просто хочу понять: если людей накололи с накопительной частью, если там инфляция – я понимаю эту арифметику, она работает при 3%, но не работает при уже даже 8%, и так далее. Но люди здесь и сейчас, они пытаются понять, на что им рассчитывать в старости: на свою хребтину или государство как регулятор, в первую очередь, этого процесса, может что-то изменить?

БУШМИН: На сегодня – только на ответственность поколений, то есть одно поколение отвечает за другое. Мы можем обеспечить минимальный прожиточный уровень – это 100%. Все государство, грубо говоря, будет работать на это. Если будет возможность выше – вот сейчас она есть (ну, потому что нефть высокая) – мы платим больше. Но минимальный прожиточный уровень, а, кстати, как только, значит, нефть упадет, и инфляция пойдет вверх, минимальный прожиточный минимум будет очень быстро достигать, так что там единственное – что его надо быстро считать, чтобы людям хватало на то, чтобы прожить – нет, к сожалению, не жить, а существовать. Это – к сожалению, но это minimum minimorum, вот за это я буду биться.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, еще раз повторю, что нельзя этот вопрос рассматривать в отрыве от всего нашего бытия российского, поэтому, если мы не будем бороться с коррупцией эффективным образом, если мы не будем вводить контроль за расходами чиновников, если мы не будем бороться с воровством возвратного НДС, где тоже там в триллиончик суммы вылезают, если мы не будем реструктуризировать экономику нашу, не дожидаясь, пока грохнется нефтяной и газовый рынок мировой – ну, перспективы очень плачевные.

БУШМИН: А можно без политических последствий?

ЛЕВИЧЕВ: А без политических не получится.

БУШМИН: Через несколько лет кривая возврата НДС превысит кривую начисления, мы вынуждены будем не получать в бюджет НДС, если вот так идти, как вот сейчас – не по сути, а по динамике, по графику, то получится, что мы должны будем выплачивать НДС из федерального бюджета для того, чтобы его вернуть.

ПРОНЬКО: Ой, как хочется в это верить.

ЛЕВИЧЕВ: Ну, тем самым Евгений, видите, как бы подтверждает, что я, в общем, дело говорю.

БУШМИН: С возвратом – да.

ЛЕВИЧЕВ: И указываю ключевые моменты, где эти триллионы утекают не туда, куда надо.

ПРОНЬКО: Добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут? Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Александр, Подмосковье. Скажите, пожалуйста, очень много рассуждений о плоской шкале, о большой, небольшой – а вообще забывают о налоге на дивиденды – там всего 9%, а какие деньги там, это все забыли, никто даже словом не обмолвился.

ЛЕВИЧЕВ: Нет, вы неправы, Александр, мы не забыли, возьмите программу партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", и вы увидите, что этот пункт мы тоже выпячиваем.

ПРОНЬКО: То есть вы предлагаете еще повысить этот налог?

ЛЕВИЧЕВ: Конечно.

БУШМИН: Они предлагают.

ЛЕВИЧЕВ: Я бы еще напомнил, значит, о бонусах, например, менеджменту государственных корпораций, которые непонятно почему такие несусветные деньги получают, и они налогом не облагаются.

БУШМИН: Вот, с бонусами, значит, отдельно. Мухи – отдельно, котлеты – отдельно. Мухи – это бонусы, об этом надо говорить, пусть они там летают, крупные менеджеры, и зарабатывают большие деньги, но мы должны за этим следить и контролировать, согласен. Что касается котлет – вы знаете, вот деньги пришли в инвестиции – из-за рубежа, не из-за рубежа, люди вложили.

ПРОНЬКО: "Физики", "юрики" – не важно.

БУШМИН: Не важно. На этом, значит, заработали, заплатили все налоги, включая налог на прибыль – без налога на прибыль нельзя платить дивиденды. Значит, налог на прибыль будет уплачен там, НДС, значит, налог на землю – вот все налоги должны быть уплачены, после этого оставляется то, что на дивиденды. Они вложили, а им говорят: "А давайте, мы еще с вас возьмем вот столько". Будут они вкладывать? Нет, мне кажется, что тот уровень, процент налога на дивиденды стоит сейчас такой, чтобы все-таки привлекать. То есть, есть запрещающий, 20% – уже запрещающий. Есть провоцирующий вложение этих денег, инвестиций? Вот сейчас стоит провоцирующий процент, который все-таки подталкивает людей к инвестициям.

ЛЕВИЧЕВ: И, опять же, если мы этот вопрос рассматриваем отдельно от наличия так называемой оффшорной экономики, мы полной картинки не получим.

БУШМИН: Да, у них там 0% дивиденды – это конечно.

ПРОНЬКО: Добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут? Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Антон, 30 лет, Москва. Я хотел бы вашим гостям задать один перекрестный вопрос. Вот тут сейчас обмолвились, дескать, и государство признало свою ошибку, и снизили налог до 20%. А позвольте полюбопытствовать, откуда же такие данные замечательные? Может быть, я оперирую не теми сведениями? Насколько я понимаю, снизили до 20% для крайне незначительного круга лиц, для остальных – 28%, и то на два года, и Медведев сказал, что опосля будет все-таки повышение. Хотел бы получить комментарии.

БУШМИН: Не 28%, а 30% для всех остальных. 20% – для мелкого бизнеса, тот, кто работает на земле, у которого совсем мало всего, и вот он делает – вот для него 20%. А крупные корпорации – они должны будут платить 30%, для них снижение на 4% – это уже очень серьезная экономика. Это для мелкого бизнеса снижение на 14% важно, серьезно.

ПРОНЬКО: Малому и среднему бизнесу всему сократили этот налог, или там тоже диверсифицированно произошло?

БУШМИН: Нет, пока стоит всему. Есть поправки – этот закон еще не принят, кстати. Там есть поправки выделить оттуда инвестиционный, такой, сякой, то есть каким-то образом все это разнообразить. Я очень надеюсь, что вот это разделение – оно, в конце концов, выльется все-таки в стопроцентное освобождение малого бизнеса от 34% налога.

ПРОНЬКО: Ой, ну так и хочется уже сказать: надеюсь, что это будет.

БУШМИН: Ну, будет 20%, то есть не ноль.

ПРОНЬКО: Да. Добрый вечер, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Дмитрий. Я хотел такой аспект сказать: понимаете, у нас сейчас вектор общественного развития такой, что лет через там три-пять, может, через два, у нас все равно революция будет. А раз революция – ну, я уж не говорю о том, какого консенсуса мы будем достигать, что делать с членами партии "Единая Россия" – сажать всех или выборочно – это другой разговор, судить или как получится. А вопрос будет другой аспект: что там без инфляции, без денежной реформы, скорее всего, не выйдет. Поэтому то, что сейчас пытаются накапливать – это абсолютно бесполезно.

ПРОНЬКО: Вы знаете, я очень демократичный и либеральный журналист, я даю возможность высказаться всем, не предмодерируя, не цензурируя ваши телефонные звонки. Но это глупость, не обижайтесь на меня – то, что сейчас было произнесено "у нас будет революция". Вам очень хочется – мне хочется спросить встречно – очень хочется? Вот, как говорил покойный Виктор Степанович Черномырдин: "Чешется – почешите в другом месте". Вообще, понимаете, когда утверждают в эфире: "Революция, хаос" – я был в Цхинвали, я видел, что такое город после войны. Не дай Бог кому-либо подобное пережить. Как бы мы ни относились критично к нынешней ситуации, степень ответственности у всех высокая.

БУШМИН: Ну, в конце 2012 года будет конец света. Ну и что, тогда чего мы считаем, о чем мы говорим?

ПРОНЬКО: Ну да, какие обязательства, исполнение, и так далее?

БУШМИН: Нет, ни в коем случае. Либо мы эволюционно развиваемся, и, кстати, даже партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" не предлагает революционных решений.

ЛЕВИЧЕВ: Более того, я могу сказать, что партия "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" пытается сделать все для того, чтобы таких настроений в обществе было поменьше, чтобы люди все-таки имели возможность в рамках парламентских, демократических процедур отстаивать свое мнение. А поскольку вот сейчас с этим проблема, вот возникают такие призывы, значит, к уличным формам решения проблем. Но, как вы правильно сказали, Юрий, уличные формы эти проблемы уж точно не решат.

ПРОНЬКО: Нет. И тогда, понимаете, вот абсурдно это действительно планировать.

ЛЕВИЧЕВ: Не до пенсий будет.

ПРОНЬКО: Вот я хочу у слушателей, который подобные мысли высказывают – у вас дети есть? Вы вообще вот понимаете, о чем, еще раз подчеркну, о чем вы говорите? Очень хочется почесать – в другое место. Дальше идем. Добрый вечер, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Олег, Москва. Хотел бы вот возмутиться по поводу идеи, то есть мне выдадут зарплату, а я должен там пойти и еще чего-то в пенсионный фонд заплатить. Вы извините, давайте, я куплю танк и буду себя защищать – для чего тогда государство? Значит, по поводу "где найти деньги" – ищите на рынках и в услугах – это сумасшедший просто черный нал. Значит, работает человек один, а семья у него – двадцать человек, и там больше половины взрослых, которые получают пенсию, и практически платежи – они нигде не отслеживаются. Ну это черный нал, понимаете? То есть дисциплина платежей, наведите там порядок, найдите там деньги.

ПРОНЬКО: Да, Олег, спасибо.

БУШМИН: "Найдите там, а меня не трогайте" – ну, я не очень с этим согласен, тем более что каждый платит подоходный налог. Вот сейчас такая ситуация создана, с чем я категорически не согласен и борюсь – я хочу, чтобы платили подоходный налог по месту жительства, а не по месту работы. Вот я хочу, чтобы каждый человек понимал, что он платит государству, за что он платит подоходный налог. А вот сейчас: "Да нет, пусть за нас кто-то заплатит, пусть государство обо всем этом беспокоится".

ЛЕВИЧЕВ: Более того, некоторые даже политики, не хочу им делать рекламу – они говорят: "Да зачем вообще там повышать какие-то налоги? Они все равно идут не туда, их все равно разворовывают, не надо вообще платить никакие налоги, пока не изменят..." Да, вот порочна сама система. Значит, наш принцип такой: нет, вот мы, давайте, все-таки будем по кусочку выгрызать какие-то позитивные действия и уменьшать вот эту, значит, как бы вам сказать – такое, хаоса и кошмара чтобы становилось меньше, а порядка и осмысленности становилось больше каждый день.

ПРОНЬКО: И ответственности каждого.

БУШМИН: Но с черным налом надо бороться – это обязательно.

ПРОНЬКО: Но Греф же ходил к Путину, предлагал ему войну объявить налу.

БУШМИН: Обязательно – надо переходить на безналичный оборот, надо платить теми же кредитными карточками, надо уйти от тех расчетов, которые сейчас производятся, предлагаются.

ПРОНЬКО: Евгений Викторович, ну почему медленно?

БУШМИН: Ну что медленно? Жизнь человека – 60-70 лет живет, а вы хотите, чтобы мы все это сделали?

ПРОНЬКО: Да, иногда надо с форсажем идти.

БУШМИН: Нет, если мы сделаем это с форсажем, то никто не будет пользоваться кредитными карточками, все будут рассчитываться в наличную.

ПРОНЬКО: Но, по-моему, сейчас такая же картина наблюдается.

БУШМИН: Не совсем.

ПРОНЬКО: В лучшем случае транзакция в банкомате для обналички, вот и все.

БУШМИН: Вот я вам скажу так: в мире что такое отмывание денег? В мире отмывание денег – когда человек приносит наличные и пытается их на безналичный счет зачислить, и это преследуется, его проверяют, выясняют, не от наркотиков ли и не от оружия у него эти деньги. В России что является обналичкой, что является отмыванием? Это перевести из безналичных денег в наличные. А вы говорите, ничего. Мы не как весь мир, мы боремся именно с черным налом, только с этим, в том числе и вся система финансового мониторинга только с этим и борется. Да, хорошо, плохо, вот вы так: "Ну, конечно". Но если бы мы с этим не боролись, мы бы следили за тем, как люди приносят наличные в банк. А мы следим, чтобы, не дай бог, больше наличных не ушло в этот самый оборот?

ПРОНЬКО: Я воздержусь от комментария в силу того, что наша программа сегодня завершилась – это просто еще на час как минимум. Николай Левичев, депутат Государственной Думы России и Евгений Бушмин, председатель комитета Совета Федерации России по бюджету были сегодня в "Реальном времени" на "Финам FM". Спасибо всем, единственное, еще раз подчеркну – слушайте, ну не верьте вы тем, кто вас разводит на тему революции. Как известно, те, кто организуют революции, становятся после жертвами, а реальная политика делается за плотно закрытыми дверями. Другая задача – депутатов, сенаторов, нас, журналистов – делать ее более прозрачной и доходчивой, не кулуарно решать эти темы, не забалтывать их, как это, к сожалению, произошло с модернизацией, инновациями и так далее. Это лучше, чем выйти на площадь, непонятно что совершить, и потом совершать еще один подвиг, преодолевая эти трудности. Спасибо всем, далее – новости.

"Мы – оппозиционная партия. Лозунг "Справедливой России": "хватит кормить жуликов и воров!"
 

http://www.levichev.info/5_2265.htm
03 ноября 2011

Николай Левичев в программе "Время гостей" на Радио Свобода

Михаил Соколов: В московской студии Радио Свобода сегодня – Николай Левичев, председатель партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ, депутат Государственной Думы России.

Николай Владимирович, давайте начнем с даты. 4 ноября – День народного единства – будет ознаменован массовыми акциями во многих городах. Это так называемые "Русские марши". Пройдут они под лозунгами такими: "Хватит власти жуликов и воров!", "Русские выбирают свободу", "Русские, объединяйтесь!", "Хватит кормить Кавказ!", "Хватит грабить регионы!", "Труд, нация, свобода", "Русских не запретить", "Москва – русский город", "Меньше мигрантов – больше зарплаты". Как вы относитесь к тому, что происходит в этот день, который должен символизировать единство народа, российской многонациональной нации и так далее?

Николай Левичев: Я начал бы с того, что этот государственный праздник пока не завоевал такой популярности, чтобы отвечать названию и тому смыслу, который пытались в него вложить. Лично для меня историческая дата 4 ноября, скорее, связана со становлением гражданского общества в России. Я напомню, что в приснопамятные времена именно гражданское общество (в современном понимании) того времени объединило свои усилия, независимо от воли и желания властных группировок. Сейчас бы мы говорили: каких-то политических партий. И мне бы хотелось исторический смысл в этот день вытаскивать, который бы как раз консолидировал становление гражданского общества в России сегодня. А когда происходит де-факто такая узурпация этой темы людьми определенных взглядов, мне кажется, что допускается перекос. Я поддерживаю часть тезисов, которые вы перечислили, но далеко не все из них. Я считаю, что эти тезисы необязательно в этот день декларировать, есть еще 364 дня в году, когда они могут звучать не менее актуально. А почему именно в этот день происходит гипертрофирование заботы о русском народе, мне не очень понятно.

Михаил Соколов: Тем не менее, это есть. И по опросам, лозунг "Россия для русских!" поддерживает достаточное количество людей, иногда и больше половины опрашиваемых. И такое впечатление, что тяга к этническому национализму растет. ЛДПР выступает за русских, КПРФ выдвигает, как один из главных, русский вопрос, либерал Навальный и представители "Правого дела" тоже идут на "Русский марш". А что СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ, вы считаете, что существует "русский вопрос"?

Николай Левичев: Я считаю, что в определенном смысле русский народ унижает появление такого рода защитников русского народа. Мне кажется, что русский народ, который в течение всего ХХ века подвергался историческим испытаниям, которые он преодолел, в таких защитниках не нуждается. Он в состоянии сам пройти весь XXI век с достоинством. А особенно меня коробит, когда некоторые защитники русского народа свои мысли и чувства на русском языке грамотно выразить-то не умеют. Русская культура, русский язык и русский народ – до сих пор остаются такими глобальными понятиями, что когда какая-то мелкотравчатость якобы в его защиту начинает произрастать, мне кажется, это только унижает великий русский народ.

Михаил Соколов: Партия "Единая Россия" тоже решила присоединиться к этой кампании. Господин Балыхин, депутат Государственной Думы, вместе с группой товарищей внес законопроект "О тестировании мигрантов на знание русского языка". Как они выражаются, "ради поддержания мира". То есть "межнационального мира". Практически все основные партии встали на позиции розыгрыша русской, а кто-то – и антимигрантской карты. Вы не боитесь выступать как интернационалисты в каком-то смысле? Это становится непопулярным, немодным.

Николай Левичев: Мне кажется, что если под интернационализмом понимать защиту прав других народов, представителей других культур, в этом ничего зазорного нет. Никто же не отрицает необходимости поддерживать русский язык на должном уровне. И если какая-то инициатива господина Балыхина и его сотоварищей приведет к какому-то позитиву, я могу это только приветствовать. Подчеркну, что с вульгаризацией русского языка в Интернете прочитать страницу-другую текста средней грамотности – это довольно большое счастье на сегодняшний день. Нужно, на наш взгляд, подходить к этому системно. В нашей предвыборной программе есть очень простой тезис: мы считаем, что нужно разрабатывать, вносить и принимать федеральный закон о национальной политике. И в этом законе, в том числе, сформулировать, что русский народ является государствообразующим народом, этого отрицать нельзя. Мы считаем, что можно не залезать в Конституцию, как некоторые предлагают, а вполне достаточно на данном этапе было бы начать с того, чтобы эту нехитрую истину зафиксировать федеральным законом, специально направленным на разъяснение государственной политики в этой сфере.

Михаил Соколов: То есть вы тоже, оказывается, с этническим национализмом играете, если вы о государствообразующем народе хотите говорить, а не в политическом смысле говорите о том, что должна существовать единая, многонациональная, политическая российская нация.

Николай Левичев: Одно другому не мешает.

Михаил Соколов: Ну, это спорно. Господин Грызлов высказался, что этот закон, обязывающий мигрантов знать русский язык на базовом уровне, будет рассмотрен депутатами в ноябре. "Мы успеем принять его в первом чтении до конца месяца", – сказал он. Как ваша фракция будет голосовать за этот законопроект?

Николай Левичев: Мы посмотрим. Дьявол-то в деталях. Принять закон нетрудно, чтобы прокукарекать на эту тему, но еще раз подчеркнуть, что в России строгость законов перечеркивается их неисполнением, не хотелось бы. То, что эта тема заслуживает и государственного внимания, и политического внимания, это понятно. Я тоже не очень уютно себя чувствую, когда в какой-нибудь государственный праздник гуляю ли я по улицам центра Москвы, еду ли я в метро, я вижу, что рядом находятся группы молодежи, которая явно проживает в Москве, которые между собой предпочитают общаться на гортанном иностранном языке, который я не понимаю.

Михаил Соколов: А если бы они на английском языке общались, вам было бы уютно?

Николай Левичев: Мне неуютно, когда зарубежные гости толпой кричат на языке, который я не понимаю. Европейские языки я более-менее могу понять. Но когда я вижу, что это приезжие, мне спокойнее. А когда я вижу, что эти люди явно местные, но изъясняются не на русском языке... ну, я такой же человек, как все, мне присущи все человеческие чувства, и мне становится неуютно, особенно когда один в вагоне находишься.

Михаил Соколов: Мне кажется, партия СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ несет в себе наследие партии "Родина" в мягком варианте. А как вы относитесь к модному лозунгу, который выдвигается на "Русских маршах" – "Хватит кормить Кавказ!"?

Николай Левичев: Мы считаем, что это все-таки лозунг популистский. Если речь идет о неразумном использовании бюджетных средств (я сошлюсь на выступление Оксаны Дмитриевой), то гораздо большая "черная дыра" находится в другом месте – в том, что средства переводятся в зарубежные экономики, мы об этом говорим при принятии каждого бюджета, вместо того, чтобы вкладывать их в реструктуризацию российской экономики. Поэтому говорить о том, что все бюджетные деньги воруются на Кавказе, – это большое преувеличение.

Михаил Соколов: А они там не воруются?

Николай Левичев: Они воруются не только там. Я бы сказал "хватит кормить жуликов и воров", в более обобщенном варианте.

Михаил Соколов: Это одна альтернатива, которую выдвигает нынешней системе национализм. Ваша альтернатива, как я понимаю, – социализм обновленный, новый и так далее. А чем он лучше? Чем он будет отличаться от современной системы? Ведь сейчас социализма-то вполне хватает. Нефтяные деньги идут на кормление разных раздутых государственных структур – МВД, армии, чиновничества. Все они живут при государственно-бюрократическом социализме. Может быть, вы просто хотите расширить число пользователей нефтяного пирога? А система останется той же.

Николай Левичев: Мы хотим расширить возможности для людей реализовывать свой человеческий и творческий потенциал. Я напомню, что в объеме ВВП страны только 15% приходится на долю малого бизнеса, а люди не могут себя проявить и волей-неволей становятся патерналистски настроенными нахлебниками. Поэтому одно другого не исключает. Мы говорим о том, что нельзя допускать, чтобы сверхдоходы от нефтегазовой отрасли распределялись в основном узкой группе людей, которые еще и налогов платят в процентном отношении меньше, чем основная масса беднейшего населения. С другой стороны, без реструктуризации экономики мы ни к какому социализму все равно не придем. Мы будем слишком зависимы от "нефтяной иглы" пресловутой, от глобальных процессов и так далее. Все здесь увязано в комплексе.

Михаил Соколов: Сейчас правящие силы, и Путин, и Медведев, выступают за повышение военных расходов, причем на очень существенные суммы, и как видится, не на пенсии военным, хотя тоже об этом говорят, или на какие-то социальные выплаты, а в значительной степени на закупки вооружений. Уже авианосцы, кажется, собрались строить. Что-то ваша партия по этому поводу молчит.

Николай Левичев: Наша партия при обсуждении бюджета говорит о том, что здравоохранение, образование, культура нуждаются в бюджетных средствах в том числе. А коммерциализация этих сфер губительна в перспективе для страны, потому что без внятной социальной политики, мы считаем, никакая экономическая политика не будет успешной. Это наша прерогатива, о которой мы говорим.

Михаил Соколов: А расходы на вооружение надо снизить или нет? 20 триллионов надо потратить на всякие железки?

Николай Левичев: Вооружение сегодня – это не железо. Вооружение имеет очень большую инновационную, интеллектуальную составляющую. Так уж было в советское время, что оборонная промышленность была локомотивом отечественной промышленности. И когда мы пытаемся вооружения закупать за рубежом, вместо того, чтобы поддерживать отечественную промышленность, науку, мы можем скоро приплыть. Конкретный пример. Я недавно поздравлял с 70-летием своего родственника, который всю жизнь работает на оборонном предприятии в Санкт-Петербурге. Он специалист по акустическим системам. И он мне рассказывает, что он был вынужден в прошлом месяце ехать на Северный флот и принимать участие в подводных испытаниях на атомной подводной лодке, тестируя новые образцы акустического оборудования, потому что больше некого послать. А ему 70 лет! Вот это беспокоит. Вопрос в том, если бы еще выделение средств на отечественное вооружение вытягивало бы инновационные сферы нашей науки и нашей экономики – тогда бы еще полбеды. А когда мы выкачиваем нефть и закупаем за рубежом – здесь уже двоякая опасность.

Михаил Соколов: Специалисты говорят, что в современной экономике не работает то, что работало в экономике 50-х годов, когда Военно-промышленный комплекс был мотором инноваций. Сейчас этого уже нет. Это устаревшая схема. Получается, что ваша партия умеренно национально озабоченная, умеренно милитаристическая. То есть вы помягче, чем "Единая Россия", чем КПРФ, но в значительной степени, получается, с ними совпадаете. А где отличия-то?

Николай Левичев: Мы реалисты и люди здравомыслящие. Мы стараемся избегать крайностей, которые, может быть, на словах выглядят красиво и завлекательно, но на деле нереализуемы.

Михаил Соколов: Лариса Дмитриевна из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Господин Левичев, насколько известно, Управление делами президента, некий Лещевский, большой человек, взял огромную взятку. А он уже опять устроен, и что главное, опять на денежных потоках. Олег Смолин решает какие-то проблемы хотя бы с образованием.

Михаил Соколов: Это коммунист.

Слушатель: Вы как-то поддерживаете правозащитников, которые раскрывают жуткие преступления наших полицаев? Что вы делаете, чтобы допустили нормальных людей, правозащитников или просто гражданских активистов, чтобы посмотрели, что там творится? Никто не говорит о педофилах и так далее.

Николай Левичев: Олега Николаевича Смолина я очень глубоко уважаю, мы сотрудничаем в области образования с Олегом Николаевичем. Поддерживает наша фракция все его инициативы. И как правило, Олег Николаевич Смолин, и даже вся фракция КПРФ поддерживают наши инициативы в области образования. У нас заместителем председателя Комитета по образованию является Виктор Евграфович Шудегов, ученый, бывший ректор университета, до этого возглавлявший комитет Совета Федерации. И как правило, они со Смолиным, что называется, поют в одну дуду. Я напомню, что хотя Олег Николаевич Смолин уже пятый созыв является депутатом Госдумы, членом фракции КПРФ, он не является членом партии КПРФ, так уж исторически сложилось. А по его взглядам мы с удовольствием видели бы Олега Николаевича Смолина в составе нашей фракции.

Что касается попыток как-то влиять на правозащитную деятельность или на деятельность воровскую, ну, по мере сил пытаемся. Я могу публично признаться, что несколько дней назад я получил из Генеральной прокуратуры ответ на свой запрос депутатский к генеральному прокурору по поводу того, что Владимир Иосифович Ресин в бытность свою исполняющим обязанности мэра Москвы, а это было 21 день, в это время успел подписать несколько очень крупных контрактов со строительными корпорациями, в которых он на тот момент, согласно публичным данным, числился членом совета директоров, и даже кое-где председателем совета директоров. Мне московские граждане подсказали обратить на это внимание. Я обратил на это внимание и усмотрел "конфликт интересов". К сожалению, как я понял, Генеральная прокуратура никакой проверки не проводила, хотя сказали, что по итогам проверки выяснилось, что каким-то решением товарищ Хуснуллин был назначен главой стройкомплекса, поэтому нет конфликта интересов. Мне кажется, что это ответ довольно иезуитский.

Мы стараемся людей вытаскивать, если считаем, что они неоправданно осуждены. В частности, 3,5 года лично я боролся за Айгуль Махмутову, которая по двум сфабрикованным делам была посажена в тюрьму. И с таким известным правозащитником, как Людмила Михайловна Алексеева, мы, даже не общаясь друг с другом, при содействии Александра Николаевича Музыкантского, уполномоченного по правам человека в Москве, по сути, втроем вытаскивали Айгуль из тюрьмы в течение 3,5 лет. И полгода назад удалось это сделать. Депутатские запросы пишем.

Что касается правоохранительных органов, то на этом направлении у нас Геннадий Владимирович Гудков в основном специализируется, которого вы, может быть (а я думаю, именно в силу этих причин), не часто видите на экране телевизора, например.

Михаил Соколов: А господин Лещевский – это из Управления делами президента. Дело не закрыто, ну, он трудится снова. Значит, такие люди устраивают, видимо.

Николай Владимирович, хотел бы о ситуации в вашей партии во время предвыборной кампании немножко поговорить. Поступают сообщения о том, что в регионах у вас, мягко говоря, не все благополучно. Мы получили репортаж Михаила Жеребятьева из Воронежа. Давайте мы его послушаем, а вы его прокомментируете.

Михаил Жеребятьев: После формирования списков СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ в Воронежской области двое местных претендентов на госдумские кресла один за другим уведомили Центризбирком об отзыве своих кандидатур. Депутат Воронежской областной Думы Анатолий Шмыгалев и его коллега из Городского собрания Воронежа Федор Ковалева, занимавшие соответственно второе и пятое места, объясняют свои действия тем, что первым номером в региональный список партийное руководство назначило "варяга" из Волгограда – политтехнолога Олега Пахолкова. В октябре о выходе из партии также заявила депутат Гордумы Воронежа Галина Кудрявцева, харизматичный ветеран воронежской политики, неформальный лидер региональной организации. Галину Кудрявцеву возмутило, что фамилия Пахолкова в воронежском списке появилась в ночь перед съездом, на котором определялся персональный состав кандидатов.

Галина Кудрявцева: Я два года добросовестно работала. Когда я пришла, рейтинг у партии в Воронежской области был меньше единицы – 0,6%. Мы на выборах набрали 6,32% по области в целом. При этом в городе Воронеже – 14%.

Михаил Жеребятьев: Руководитель нынешней госдумской избирательной кампании СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ Олег Михеев связывает демарш воронежских однопартийцев с "происками конкурентов из "Единой России".

Олег Михеев: Это не что иное, как давление местной политической элиты, а часто это бывают губернаторы, что, мы видим, в Воронеже происходит, они смогли кого-то передавить. Их задача – сделать так, чтобы люди громко вышли. Кому-то предлагают должность, кому-то предлагают деньги, кому-то – еще что-то. Ничего страшного не происходит.

Михаил Жеребятьев: Вместе с тем, выход из рядов СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ Галины Кудрявцевой и Федора Ковалева привел к тому, что соответствующая фракция в Воронежской городской Думе попросту перестала существовать. Аналитики отмечают, что в результате конфликта "эсеры" в Воронежской области вообще могут не набрать процент голосов, необходимый для получения хотя бы одного мандата.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, это типичная ситуация? По-моему, в Мордовии ваш список не вышел на региональные выборы, так как местный лидер – друг и приятель губернатора Меркушкина. Что происходит? Это что, такие способы борьбы с вами или это внутрипартийные конфликты?

Николай Левичев: И то, и другое, если хотите. Я бы не назвал эти ситуации типичными, потому что все-таки у нас 83 субъекта, 83 региона. На одной руке можно пальцы позагибать. Например, сегодня мы были вынуждены принять решение об исключении из партии бывшего руководителя регионального отделения в Ленинградской области Геннадия Жирнова, который совершил акт предательства. А именно: своей рукой в последний день, когда возможно внесение кандидатур членов избирательных комиссий с правом совещательного голоса, в Волосовском районе Ленинградской области он отправил бумагу в территориальную избирательную комиссию, где заменил уже внесенных 25 кандидатов, которые обеспечили бы наблюдение за ходом голосования для нашего кандидата по этому одномандатному округу, на 25 жителей города Санкт-Петербурга. Все они работают практически в трех организациях – какое-то ООО, начиная от директора, финдиректора, главного бухгалтера. Мы выяснили, что это сделано в интересах списка "Единой России" по этому округу, где идет Вадим Густов. Поэтому сегодня там собрался совет регионального отделения, и было принято решение дальше не тянуть. Хорошо, что человек свою предательскую сущность выказал за месяц до дня голосования, а не сделал это за пять дней, когда уже нельзя кандидатуры из списка вычеркивать. Выборы – это всегда момент истины.

Михаил Соколов: А не получится ли так, что люди будут выходить из списков, а потом список СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ вообще сойдет с дистанции?

Николай Левичев: Нет, не получится. У нас на сегодняшний день 574 человека в списке остаются, запас большой. В каждой региональной группе сознательно у нас сделан запас такой, что ни одну группу снять с выборов не удастся. Конкретно по Воронежской области я готов, если и вы готовы, поспорить на ящик шампанского (это становится модным), что один мандат мы точно завоюем, а может быть, речь пойдет даже и о втором мандате. Спустя много лет тишины в Воронежской области, наконец-то, началась политическая работа. И многие местные отделения партии воспряли. Пахолков – это не только политтехнолог, это руководитель фракции в областном собрании Волгоградской области. И для партии нормальная ситуация, когда в гибнущее, тонущее региональное отделение, а его в течение двух с лишним последних лет возглавлял господин Бабаков, даже харизма Галины Кудрявцевой не помогла набрать 7% на областных выборах. Мы считали эти выборы проигранными. И санация регионального отделения все равно была необходима.

Михаил Соколов: Некоторые эксперты считают, что принципиально то, что если "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" проходит в Государственную Думу, то "Единая Россия" не получает конституционного большинства. А что изменится, если вы будете там, а у "Единой России" не будет конституционного большинства?

Николай Левичев: Глобальные изменения произойдут, если "Единая Россия" не наберет простого большинства.

Михаил Соколов: Они рассчитывают на 250-270, сегодня Неверов сказал.

Николай Левичев: Они рассчитывают свое, мы рассчитываем свое, КПРФ рассчитывает свое. И исключать, что оппозиция в совокупности получит больше 50% мест в Государственной Думе, на сегодняшний день нельзя.

Михаил Соколов: В регионах такое бывало. Трудно, конечно, на федеральном соревновании.

Николай Левичев: Всем известно, что рейтинг "Единой России" падает. Какие бы прогнозы ни давали Центры, типа Левада-Центра, от которых в социологической научной среде покрываются красными пятнами люди, не имеющие отношения к Левада-Центру, но имеющие отношение к социологической науке, выборы все расставят по местам.

Михаил Соколов: А вот возможные 12 лет правления Владимира Путина, два президентских срока, – ваша партия на это согласна? Вы же не выступаете против Владимира Путина, вы выступаете против партии "Единая Россия".

Николай Левичев: Сейчас у нас выборы в Государственную Думу, поэтому мы выступаем против той партии, которая не оправдала, на наш взгляд, доверия россиян. Дождемся 5 декабря. Я уже сегодня могу сказать, что, скорее всего, мы будем проводить съезд партии 10 декабря. И в зависимости от результатов выборов в Государственную Думу определим свою позицию по президентским выборам. А на 12 лет вперед, мне кажется, даже Нострадамус не посмел бы в условиях глобальных мировых проблем заглядывать вперед.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, я хочу вам напомнить, что ваша партия выдвигала в президенты вместе с "Единой Россией" Дмитрия Анатольевича Медведева. Теперь он лидер списка "Единой России". Вы признаете, что вы ошиблись с кандидатом в президенты?

Николай Левичев: На тот момент нам казалось, что надпартийный президент будет способствовать совершенствованию политической системы Российского государства.

Михаил Соколов: Поспособствовал?

Николай Левичев: Способствовал какое-то время некоторыми шагами в правильном направлении. Хотя мы всегда просили, требовали и говорили о том, что шаги должны быть более решительными. Но выбор Медведева – это его личный выбор. И теперь, когда он остается де-юре гарантом Конституции, а де-факто стал первым номером конкурирующей партии, мы будем критиковать, в том числе, и его действия, которые он уже начал демонстрировать на телеэкранах чуть ли не каждый день.

Михаил Соколов: И Путин, и Медведев открыто агитируют в рабочее время за "Единую Россию", мэры тоже агитируют. Челябинск, Ижевск – скандальные ситуации. А вы как-то вяло возражаете.

Николай Левичев: Почему? По Ижевску у нас уже направлен запрос в Генпрокуратуру и ЦИК. Депутат Виктор Евграфович Шудегов, возглавляющий Удмуртское отделение нашей партии, оперативно эти материалы представил. Насколько я знаю, товарища уже приглашали сегодня для дачи показаний.

Михаил Соколов: А товарища Путина или товарища Медведева же не приглашают для дачи показаний за нарушение избирательного законодательства, правда?

Николай Левичев: Я реалист. В свое время я подавал иск по поводу превышения полномочий Юрием Михайловичем Лужковым на выборах в Мосгордуму, мы дошли до судебных слушаний...

Михаил Соколов: Проиграли?

Николай Левичев: Суд нам отказал в принятии этого иска. Но у нас сейчас слишком много более реальных хлопот, связанных с попыткой из наших списков исключить самых электорально значимых кандидатов, "наезды" на нашу агитационную продукцию и так далее, чтобы нам еще заниматься гипотетическими проблемами.

Михаил Соколов: Из Смоленска вопрос: "Ваша избирательная кампания направлена против кого – Путина, создателя и лидера "Единой России", или только против "Единой России"? Вам не стыдно, что имитируя оппозиционность, ваша партия крадет из бюджета средства, которые пошли бы на помощь больным и бедным?".

Николай Левичев: Это, на мой взгляд, демагогический подход. Нам не стыдно. Мы выступаем не только против, мы выступаем с позитивной программой, которую в течение четырех лет наша партия последовательно вырабатывала. Эта программа доступна на нашем сайте "spravedlivo.ru", она будет доступна в нашей агитационной газете, которую мы издаем тиражом на сегодняшний день 3 миллиона экземпляров. Всем, кому интересно, могут посмотреть, за что мы выступаем. А выступаем мы против кумовства, против коррупции, против засилья жуликов и воров на всех уровнях власти.

Михаил Соколов: "Как можно голосовать за "СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ", если во внешней политике нет отличий, во всем поддерживает великодержавный курс Путина?". И вопрос от Данилы: "Семь человек из вашей фракции подписали письмо в защиту торговца оружием Виктора Бута. Интересно, зачем вам это надо?". Откуда такой интерес у вашей фракции к этому не очень приятному персонажу, скажем так?

Николай Левичев: Какой бы ни был персонаж, нам не очень приятно, как его доставили в Соединенные Штаты Америки.

Михаил Соколов: А ты террористам оружие не продавай.

Николай Левичев: А почему Соединенные Штаты Америки берут на себя право из любой страны, где бы что ни происходило, добиваться экстрадиции на свою территорию?

Михаил Соколов: Таиландский суд рассмотрел эту историю и выдал его как человека, готовившего, как они посчитали, незаконные операции. Суд был, присяжные были. Но я не понимаю, почему СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ надо вмешиваться в какой-нибудь суд в Америке. Вы каких-нибудь соотечественников в Таджикистане или в Туркмении, которых угнетают, так же активно защищаете?

Николай Левичев: Да, мы активно защищали полковника Корепанова, который был в Узбекистане обвинен в государственной измене и чуть ли до смерти не был доведен – у него инсульт был в больнице. Мы активно занимались этой темой. Сейчас любят приводить в пример Израиль, который одного солдата обменял на тысячу. Надо демонстрировать, что по отношению к российскому гражданину, даже если он что-то сделал не так, нельзя поступать волюнтаристским образом.

Михаил Соколов: А вас попросили заступиться за Бута?

Николай Левичев: Я этой темой сам не занимался, но я знаю, что у нас есть люди, входящие в президиум нашей партии, которые в свое время с ним вместе служили. Обращалась его супруга за помощью. Поэтому я не исключаю, что это делается по гуманитарной линии, я бы сказал. Никто же не говорит о том, что он невиновен. Но нам не нравится, что Соединенные Штаты Америки... Точно так же, как было со Стросс-Каном. Я уж не знаю, какой у него морально-нравственный уровень, но мне не нравится, когда Соединенные Штаты Америки... Или речь идет об экстрадиции сейчас Ассанджа. Я считаю, что людей должен судить независимый суд, но там, где они совершили преступление, а не там, где этого хочется сильным мира сего.

Михаил Соколов: Мир-то теперь глобализован, так что непонятно, где он совершил преступление, пытаясь продать оружие террористам из Колумбии.

"Какие шансы у СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ пройти в Думу? Заметно, что все против вас, включая Радио Свобода. Предпочитают коммунистов и ЛДПР. И на телевидении вас отталкивают", – пишет Анатолий.

Николай Левичев: Я очень рад, что есть такие наблюдательные граждане, как Анатолий. Действительно, можно задаться простым вопросом: с чего это вдруг из зарегистрированных партий, тем более – парламентских партий, изжогу у всех вызывает именно СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ? На него, наверное, любой думающий человек легко даст ответ: потому что именно СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ представляет собой наибольшую опасность для монополии нынешней власти.

Михаил Соколов: А почему наибольшую-то опасность? Рейтинг у коммунистов больше, это объективные данные.

Николай Левичев: Но почему-то их не боятся, их и по телевизору показывают.

Михаил Соколов: Тогда больше всего боятся тех партий, которые не регистрируют. Партии народной свободы сегодня в очередной раз суд отказал. Значит, они еще более опасны, чем СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ, по вашей логике.

Николай Левичев: По моей логике, партии должны регистрироваться по гораздо более облегченной процедуре, и избиратели должны давать оценку популярности партий. Что касается прохождения. Я убежден, что СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ при любом раскладе уверенно проходит в Государственную Думу. На это указывают все последние независимые социологические замеры. С началом избирательной кампании наш рейтинг уже начал подрастать. А то, что кликушествуют все перед любыми выборами, что у нас 2-6%, это никогда не мешало нам набирать 14-21%.

Михаил Соколов: Михаил из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Добрый вечер. Как господин Левичев относится к награждению журналистов-правдолюбов Государственной премией, в частности, покалеченного Бекетова? Его отношение к лидеру нации Владимиру Владимировичу Путину, и его перспективы стать президентом России. И будут ли ваши представители участвовать в "Русских маршах"?

Николай Левичев: К награждению журналистов я отношусь положительно. Право государственных органов присуждать премии, право любых награжденных людей принимать эти награждения или не принимать.

Михаил Соколов: Выдвигал-то Союз журналистов, кстати.

Николай Левичев: Я считаю, что общественного и государственного внимания эти люди заслужили.

Михаил Соколов: Уж Бекетову-то эти деньги точно не помешают на лечение.

Николай Левичев: Можно говорить о том, что могли быть другие формы поддержки, и не надо было столько ждать, но это уже вопрос второй.

Михаил Соколов: И ваше отношение к Владимиру Владимировичу Путину.

Николай Левичев: Я считаю, что Владимир Владимирович Путин – на сегодняшний день де-факто самая влиятельная политическая фигура в стране.

Михаил Соколов: То есть вы не расходитесь с журналом "Forbes", который поставил его на второе место в мире.

Николай Левичев: А что касается оценки деятельности, то я отсылаю к своему выступлению при отчете Председателя Правительства перед Государственной Думой весной этого года.

Михаил Соколов: А он успешно справляется с деятельностью премьер-министра?

Николай Левичев: Там, где он неуспешно справляется, мы его критикуем. В частности, при принятии бюджета, внесенного Председателем Правительства в Государственную Думу.

Михаил Соколов: А почему ваша фракция голосовала против принятия закона о здравоохранении? Там же были сделаны под нажимом господина Рошаля какие-то поправки и так далее.

Николай Левичев: Я скажу по памяти: примерно из 420 поправок, которые вносила Национальная медицинская ассоциация под руководством Рошаля, было учтено порядка 100 с небольшим поправок. Значит, все-таки практически три четверти поправок не было учтено. Мы считаем, что, во-первых, название закона не соответствует его сути, там речь идет не о здравоохранении. А во-вторых, ползучая коммерциализация здравоохранения, образования и культуры по-прежнему, с нашей точки зрения, является ключевой ошибкой правительства.

Михаил Соколов: Андрей из Москвы, здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Если вы придете в Думу, то какие два закона вы примите: один внешнеполитический, другой внутриполитический? И я слышал, что Министерство обороны России продает объекты по всей стране. Показывают санатории, недвижимость и так далее. Это что, новый коррупционный скандал?

Николай Левичев: По поводу двух законов. Наша предвыборная программа существует в двух форматах. Первый – это формат, где в 15 разделах мы по проблемным полям высказываемся. Второй формат называется "Пять шагов к справедливости", где мы на каждый год – 2012-2016 годы – запланировали внесение определенных законопроектов. 15 законопроектов в 2012 году, 13 – в 2013-ом. Вы можете на сайте "spravedlivo.ru" увидеть специальную плашку "Пять шагов к справедливости". Вы можете посмотреть полсотни законов, которые мы либо уже подготовили, либо готовим для того, чтобы в течение пятилетнего срока вносить в Государственную Думу.

Что касается Министерства обороны. Ну, мне навскидку трудно судить. Я встречался в формате один на один с министром Сердюковым, обсуждал целый ряд проблем. Есть реальная проблема, что на балансе Министерства обороны действительно находится очень много так называемых непрофильных активов. Поэтому делается попытка вывести эти активы с баланса Министерства обороны и привлечь для обслуживания армии соответствующие структуры, чтобы они кормили, обували, одевали, обеспечивали быт военнослужащих. И, наверное, санаторий – это не военный объект.

Михаил Соколов: Ну и контролировать этот процесс, наверное, надо.

Николай Левичев: А последить, чтобы там не было "распила", все общество в этом заинтересовано.

Михаил Соколов: Владимир из Кемерово, пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. "Единая Россия" – это у нас главная партия. А СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ – дублер. Пройдет некоторое время, дискредитирует полностью себя "Единая Россия", и тогда ее место займет СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ.

Михаил Соколов: Николай Владимирович, вы себя дублером чувствуете?

Николай Левичев: Во всем мире баланс и достигается тем, что граждане имеют возможность отдавать предпочтение той или иной политической силе. И если одна из них себя дискредитировала, и большего доверия заслуживает другая, то это приводит к передаче власти не революционным, а эволюционным путем. Дублер бывает у космонавтов, а в политическом смысле бывает оппозиция. СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ себя чувствует оппозиционной политической силой, которая набирает мускулы политические и надеется, что на каком-то этапе будет способна прийти к управлению страной или, во всяком случае, на разных уровнях законодательной и исполнительной власти.

Михаил Соколов: Вы в начале кампании говорили о возможности соглашений коалиции с Компартией. Вы получили ответ? В чем-то сотрудничество так называемых левых сил будет?

Николай Левичев: Вразумительного ответа мы не получили. В ответ мы получили перечисление каких-то условий, при соблюдении которых...

Михаил Соколов: Поддержать Зюганова на президентских выборах?

Николай Левичев: Но политические реалии таковы, что во многих регионах наши партийные товарищи с коллегами из КПРФ достигают взаимодействия, взаимопонимания. Мы подписываем соглашение о совместном контроле над днем голосования, над подсчетом голосов. На сегодняшний день, наверное, это главная точка нашего возможного сотрудничества, потому что все мы заинтересованы, прежде всего, в том, чтобы зафиксированные результаты как можно точнее отражали реальное волеизъявление наших граждан.

Михаил Соколов: А вы уже подготовили наблюдателей, и сколько, как? Часть регионов просто же невозможно закрыть наблюдателями, например Кемеровскую область. Ну, известно, что там происходит. Или Северный Кавказ.

Николай Левичев: Закрыть наблюдателями можно и Кемеровскую область, и Кавказ. Другое дело, окажет ли это решающее воздействие на фиксацию результатов. Уверяю вас, мы и в Кемеровской области готовим наблюдателей, и в Кемеровской области нами выдвинуты своевременно члены избирательных комиссий с правом решающего и совещательного голоса. Мы эту работу вели в течение последних полутора лет. И все территориальные и участковые избирательные комиссии будут закрыты нашими представителями. Конечно, в каких-то регионах нам удастся удержать реальный результат, в каких-то, наверное, мы еще будем слабоваты. Но наши мускулы растут с каждым днем, месяцем, тем более – годом.

Михаил Соколов: "Я за КПРФ, но чтобы "Справедливая" тоже была в Госдуме, лишь бы жуликов и воров везде было поменьше", – написал нам Олег Анатольевич.

Николай Левичев: Политическая модернизация – веление времени
 

http://www.levichev.info/5_2282.htm
18 ноября 2011

Интервью Парламентской газете

На вопросы "Парламентской газеты" о политической системе и ее модернизации ответил Председатель Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Николай Левичев.

– Почему Вы говорите о политической модернизации? Что Вас не устраивает в современной политической системе России?

– Считаю, что сложившаяся политическая система на сегодняшний день не отвечает потребностям нашего общества. Неконкурентная декоративная демократия с доминирующей партией слишком инерционна, чтобы вовремя и эффективно реагировать на современные вызовы времени. Кроме того, она ограничивает возможности граждан участвовать в политическом процессе на всех уровнях. Игнорирование демократических процедур, попытки устранить альтернативные мнения и взгляды, вытеснить оппозицию из нормального законодательного процесса, выхолащивают суть политической деятельности, что не может не сказаться на всем обществе. Сегодня, к сожалению, в глазах наших сограждан снижается ценность и института выборов, и парламентаризма, и многопартийности, а в конечно итоге снижается и легитимность власти в целом. Наши сограждане по-прежнему не доверяют своему государству. У многих людей появилось ощущение, что мы возвращаемся назад, в застой и фальшь, в эпоху "руководящей и направляющей".

– Может быть, рановато нам говорить о демократии по европейскому образцу? И надо сначала ускорить темпы роста экономики?

– Это ошибочное и вредное суждение, которое, к сожалению, взяли на вооружение многие представители "Единой России". Оно выгодно тем, кто заинтересован в том, чтобы круг лиц, принимающих прежде всего экономические решения, был узким и своим. Именно поэтому мы видим такое сращивание власти и бизнеса. Ни для кого не секрет, как быстро жены, дети и родственники губернаторов вдруг становятся крупными предпринимателями или держателями акций государственных кампаний в регионах. Естественно, им не хочется никакого контроля со стороны общества. Во-вторых, ссылки на то, что наш народ якобы не готов к демократии, просто безнравственны. Российские граждане имеют тысячелетнюю традицию социальной самоорганизации, а в существовании гражданского общества сегодня можно убедиться, выглянув в окно. Я убежден, что для каждой модернизационной задачи должен формироваться свой собственный механизм социальной самоорганизации граждан, исходя из конкретных условий и задач: от партисипативного бюджета до проведения местных референдумов. В-третьих, история не раз демонстрировала, что экономические реформы не обязательное ведут к процветанию и прогрессу, а напротив, часто сопровождаются насилием и снижением качества жизни. Поэтому рассчитывать на результаты в экономической сфере мы можем только в том случае, если наша политическая система будет в состоянии реагировать на запросы общества и будет способна к переменам. Небольшой пример: когда в Государственной Думе обсуждался антикризисный план правительства, мы выступили с его критикой, предложили свой вариант бюджета и собственный антикризисный план. Естественно, партия большинства даже не взяла за труд с ним ознакомиться. Между тем, спустя год жизнь доказала нашу правоту, поскольку наши расчеты оказались точнее. Поэтому наша задача сегодня – построение современной и эффективной политической системы, в рамках которой возможна выработка курса на основе широкой публичной дискуссии, с обсуждением и оценкой всех альтернативных точек зрения.

– Что Вы подразумеваете под современной политической системой?

– Прежде всего, нам необходима реальная политическая конкуренция, где разные группы интересов имеют равный доступ к политической жизни. На сегодняшний день процедура создания и регистрации политической партии превратилась в сизифов труд, а высокие барьеры и система распределения мандатов ограничивают возможности малочисленных партий формировать полноценные фракции, что, как вы понимаете, лишает миллионы граждан (подчеркиваю, миллионы) права на представительство своих интересов..

Единственный путь – последовательное развитие российской многопартийности и культуры оппозиционности, в связи с чем в совершенствовании нуждается наше избирательное законодательство. Мы с коллегами по партии считаем необходимым снижение проходного барьера для политических партий; восстановление в избирательных бюллетенях графы "против всех"; формирование избирательных комиссий только на партийной основе, что позволит избежать многочисленных нарушений, которые пока имеют место на выборах всех уровней; упрощение процедуры регистрации политических партий. Кроме того, считаю, что пришло время вернуться к выборности членов Советов Федерации и глав субъектов федерации, что повысит их ответственность перед населением регионов, с одной стороны, и обеспечит более высокую легитимность власти, с другой. Наконец, совершенствование деятельности нашего парламента и усиление его роли как отдельной ветви власти предполагает принятие законов "О парламентском расследовании" и "Об оппозиции ". Стране нужны независимые и самостоятельные депутатские собрания разных уровней, от федерального до муниципального, которые могут выступать в качестве противовеса исполнительным структурам для достижения оптимального баланса в соблюдении интересов граждан. Общественный "заказ" на парламентскую оппозицию сложился. Общество дифференцируется, становится разноликим. Сила законодательных органов – в пропорциональном представительстве в них основных политических течений, поэтому в Государственной Думе должны быть представлены разнохарактерные и разнонаправленные социальные силы, и вместе с тем, должна всегда оставаться реальная возможность выработки общих решений, чтобы парламент консолидировал, а не разваливал общество.

«Нам кукловодов и так хватает»
 

http://www.gazeta.ru/interview/nm/s3847282.shtml
30 ноября 2011
http://img.gazeta.ru/files3/690/3852...452-70276.jpeg
Онлайн-интервью Председателя партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Николая Левичева изданию "Газета.ru"

В редакции "Газеты.ru" закончилось онлайн-интервью с председателем партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Николаем Левичевым. Политик объяснил, почему его однопартиец пожаловался на независимую ассоциацию наблюдателей "Голос", рассказал, кто от партии будет выдвигаться на президентские выборы и подвел итоги избирательной кампании в Госдуму. Полный текст ответов появится в ближайший час.

– Здравствуйте, Николай Владимирович. Начнем сразу с дополнительного вопроса по повестке дня. Дело в том, что один из депутатов фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", Антон Беляков, подписал депутатский запрос о проверке деятельности организации "Голос". Как фракция комментирует это? // "Газета.Ru"

– Во-первых, фракция никак не прокомментирует, потому что фракция не собиралась ни по этому поводу, ни по другому. У нас каждый депутат фракции является дееспособным политиком, поэтому вопросы по этому поводу надо задавать Антону Владимировичу Белякову. Я, например, об этом узнал впервые, когда мне вчера вечером позвонил корреспондент "Коммерсанта". Этот вопрос Антон Владимирович ни с кем не согласовывал, и у него, наверное, были на это какие-то основания. Я с ним не виделся еще.

– Но вы согласны с претензиями?

– Вы знаете, мне уже приходилось давать комментарии по этому поводу. Меня не очень радует претензия на мессианство, с которой ассоциация "Голос" начала предлагать свои услуги, в том числе политическим партиям. Я по этому поводу уже высказался, я считаю, что любая некоммерческая организация вправе осуществлять свою деятельность на территории Российской Федерации в соответствии с законами РФ, формировать свое мнение, но любые попытки манипулирования общественным мнением у меня вызывают естественное тоже чувство настороженности.

Поэтому такая, как я сказал, претензия на мессианство и претензия на некое навязывание своей точки зрения – нам, честно говоря, кукловодов и так хватает. Поэтому я очень осторожно отношусь к любому навязыванию мнения, к любому монополизму, не только в политике, но и в информационном пространстве. Каждый все-таки должен немножко скромнее оценивать свое величие и степень своего влияние.

– Не очень понятно – они вам предложили свои услуги, чтобы идти на выборы?

– Вы знаете, что значит "они нам предлагали свои услуги". Мы сами четыре года готовились к этому событию, я, вообще-то, иногда с иронией называю то, что нам предстоит ночь длинных ножей, в каком-то смысле. Мы прекрасно понимали, что нас ждет. Поэтому мы сами готовили членов избирательных комиссий. Слава Богу, мы, получив статус парламентской партии, получили право выдвигать членов избирательных комиссий с правом решающего голоса. У нас в 2007 году их не было. Поэтому теперь у нас практически на всех избирательных участках будут члены избиркома с правом решающего голоса, с правом совещательного голоса, и мы выставляем наблюдателей, при этом понимая, что на инструкции ЦИК, обращающих внимание на то, что одновременно на избирательном участке не может быть больше одного наблюдателя от партии, мы инструктируем, чтобы они находились там по очереди. И, если нашего наблюдателя отправляют куда-то с участка, у нас будет запасной наблюдатель, который тут же войдет в дверь и будет присутствовать на участке.

Поэтому я не очень понимаю, какая еще нам нужна тут помощь и поддержка, мы сами с усами. А если они будут вскрывать факты нарушений и предавать их гласности – большое спасибо, как и многим другим наблюдателям, которые тоже хотят внести свою лепту. Вот и все.

– Чтобы закончить эту тему: в принципе, если есть независимые организации по наблюдению, зачем пытаться создавать им проблемы?

– Этого я не могу сказать. Я стараюсь никому проблем не создавать.

– Возможно, есть проект администрации, например.

– Я не люблю комментировать слухи и домыслы. Поэтому обратитесь к Антону Владимировичу Белякову – что его сподвигло, кто к нему обратился. Я с ним не общался больше недели уже.

– То есть у вас не возникло вопросов?

– У меня не возникло вопросов,

– Николай Владимирович! Вы что, не видите, что по всей стране идет подготовка к преступлению – фальсификации выборов? Открыто готовится чудовищный обман народа. И все молчат. Вас и вашу партию это устраивает??? C КПРФ и ЛДПР давно все ясно. Была надежда на вашу партию. // Cергей Иванович

– Николай Владимирович, а как вы думаете, сфальсифицируют выборы или нет? И если вы думаете, что сфальсифицируют, то почему в них участвуете??? // Антон

– Начнем с того, что мы в них участвуем в том числе для того, чтобы их не сфальсифицировали, и уж во всяком случае для того, чтобы это было очень трудно сделать.

– Но фальсификации будут все-таки?

– Я думаю, что попытки будут. Мы будем с этими попытками бороться.

– Впервые буду голосовать за вашу партию. Так как считаю, что из всех, допущенных к выборам, она занимает наиболее последовательную оппозиционную позицию, в то же время не скатываясь в популизм и игру на инстинктах толпы. И вообще, по своим установкам, мне кажется, СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ близка, например, Социал-демократической партии Германии. Желаю вам успехов на выборах! Впрочем, с парламентскими выборами все более-менее понятно. Поэтому вопрос касается выборов президентских: насколько верна информация, что в СР сейчас рассматривается три кандидатуры для выдвижения на пост Президента – Сергея Миронова, Оксаны Дмитриевой и вашу? Сразу скажу, что лично для меня наиболее приемлемая кандидатура из этой тройки – Дмитриева. Если от СР выдвинется она, то мой голос и на президентских выборах тоже стопроцентно ваш! Наименее же "проходная" фигура, на мой взгляд, г-н Миронов: у него ведь уже есть опыт участия в таких выборах, и не сказать, что удачный. Так у кого все же больше шансов быть выдвинутым партией (надеюсь на вашу объективность при ответе)? // Вадим

– Судя по озвученным в Интернете и в народе отзывам, самые большие симпатии и уважение среди всех лидеров СР люди испытывают к Оксане Дмитриевой. Думается, что лучшего кандидата в Президенты от вашей партии вам не найти. Миронова и любого другого вашего лидера на выборах просто не поддержат, потому что не знают или знают, но не доверяют. Что вы думаете по этому поводу? // Сергей

– Кого планируете выдвигать на должность Президента РФ от партии СР? // Сергей Дрожжинов

– Я думаю, что на этот счет есть по крайней мере разные мнения. Я могу привести, например, такие данные: у нас очень большое количество писем приходит во фракцию, в Аппарат партии. Есть статистика, каждый месяц готовится анализ того, как мы с этими письмами работаем. Анализ этих данных показывает, что наибольшее количество писем адресовано Сергею Михайловичу Миронову, на втором месте ваш покорный слуга. Оксана Генриховна тоже получает довольно много писем. По памяти, Светлана Петровна Горячева еще находится в их числе, Дмитриева и Хованская – вот люди, которым персонально пишут.

Поэтому мы, честно говоря, таких данных не имеем, что у нас Миронов менее популярен, чем Дмитриева. Я свою позицию высказал вчера на пресс-конференции по этому поводу, и Сергей Михайлович высказал. У нас работал такой вариант альтернативного Правительства, которое наш кандидат, в случае если он станет Президентом, будет представлять. И Оксане Генриховне Дмитриевой там отводится роль Председателя Правительства.

– Если Оксаны Генриховны не будет?

– Я всегда стараюсь быть политкорректным в своих высказываниях, решение примет съезд партии 10 декабря. Но я уже высказал свою точку зрения, она основана на консультации с членами руководящих органов партии, что мы будем предлагать съезду кандидатуру Сергея Миронова. Я, как Председатель Партии, во всяком случае, собираюсь это сделать, и у меня есть целый ряд аргументов в пользу такого решения.

– Нет ли опасений, что, учитывая ситуацию в 2004 году – 1%...

– 0,75%, я вам подскажу.

– Вследствие таких результатов в 2004 году, нет ли у вас опасений не очень удачных выборов?

– Нет, у меня таких опасений нет. Потому что ситуация очень сильно отличается. Я не буду говорить тривиальные вещи, что Миронов стал за это время другим человеком и другим политиком. Но ситуация в корне изменилась. Я напомню вам, что в 2004 году Путин был надпартийным Президентом, он возглавил партию "Единая Россия" только в 2007 году, и стал превращаться в нашего политического оппонента на глазах. Кстати сказать, этот путь повторил Дмитрий Медведев не так давно. В течение трех лет он пытался сохранять статус гаранта Конституции, надпартийного Президента. Я напомню, к нему апеллировали представители всех трех оппозиционных партий после так называемого демарша оппозиции в 2009 году. Медведев провел заседание Государственного совета, создал рабочую группу по внесению изменений в избирательное законодательство, внес целый ряд инициатив, направленных на либерализацию избирательной системы.

И на встречах с ним, и публично мы каждый раз говорили, что мы за более решительные шаги в этом направлении. Целый ряд наших предложений до сих пор не нашел поддержки. Но, во всяком случае, было какое-то движение или видимость движения в сторону демократизации политической жизни.

Сейчас, когда он занял первую строчку в списке партии "Единая Россия", он превратился в нашего политического оппонента.

– Здравствуйте. Все помнят, как "создавалась" ваша партия в Кремле. А-ля запад. "ЕдРо" – правые, вы как бы левые. Не получилось. И вопрос: Миронов еще год назад был верным путинцем, Федеральное Собрание одобрило все законы "ЕдРа". Под чутким руководством 3-го лица государства Миронова. Про ваши голосования в Думе и говорить нечего. Что случилось? Вы действительно прозрели? // Андрей

– Вы знаете, только мне не надо рассказывать, как создавалась наша партия. Что делать, у нас общество полно ложных стереотипов, вы знаете, что целый ряд политических мифов на протяжении многих лет внедрялся в общественное сознание. Есть, как мы в начале нашей беседы говорили, специально обученные люди, которые получают за это неплохие деньги. Поэтому – ну что ж поделать, если целый ряд людей, которые считают себя информированными, на самом деле напичканы такой лживой мифологической информацией.

Поэтому что я могу сказать? Я потратил на политическом поприще скоро уже 10 лет своей жизни, и в общем целью моей было создать такую партию, позиция которой по любому вопросу определялась бы ее программой. А не мнением отдельных лиц или советами со стороны.

В этом плане нам достаточно просто сейчас даже голосования в Государственной Думе, если хотите. Потому что практически по любому вопросу, если он не является техническим, если в нем присутствует политическая компонента, мы легко можем понять, укладывается это голосование в тот политический коридор, в котором работает партия социал-демократической направленности, или нет.

Мы руководствуемся определенными принципами.

– Николай Владимирович, мы помним прекрасно, как создавалась партия. Было в 2006 три встречи Путина с Игорем Зотовым, лидером Партии пенсионеров, Сергеем Мироновым, лидером Партии жизни, и Александром Бабаковым, лидером партии "Родина". И после этого эти три лидера объявили о создании СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ. Если это независимая структура, то зачем было встречаться с Путиным? // "Газета.Ru"

– Вы у них спросите, я с Путиным не встречался, тем не менее перед вами как раз сидит основной переговорщик по объединению осколков политических партий и движений, которые вливались в СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ. Я напомню, что после августовских встреч и после съезда Партии, который прошел 28 октября 2006 года, когда и родилось это название – "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: Родина/Пенсионеры/Жизнь", – после этого в наши ряды вливались представители еще шести политических партий, зарегистрированных на тот период в РФ. И я провел десятки, если не сотни часов в переговорах, готовя эти процессы. Поэтому если кому-то кажется, что нужно сформировать политическую партию на основании одного разговора или щелчка пальцев кого-то, то это глубокое заблуждение, это упрощение реалий политической жизни. В этот процесс вовлечены были десятки тысяч людей, никто из которых с Путиным не встречался. И Александр Михайлович Бабаков, светлая ему память, нас уже покинул, а Партия существует и будет существовать еще долгие годы.

– Вопрос, который мы задаем всем участникам выборов, вы не исключение. Сталкивались ли вы в ходе кампании с действиями Администрации Президента, конкретных чиновников какого-то давления, попыток повлиять на список ваших кандидатов? // "Газета.Ru"

– Сталкивались. Мы об этом тоже публично говорили. Практически все депутаты нашей фракции в Госдуме имели возможность такой приятной беседы с легкими намеками по поводу присутствия в списках Партии на выборах в Госдуму. И вы знаете, что некоторые наши бывшие товарищи приняли к сведению такого рода разговоры и шесть депутатов фракции отсутствуют в наших кандидатских списках.

Я так думаю, что моя публичная позиция и стремление все кулуарное переводить в публичную плоскость избавили от искушения предложить мне покинуть ряды партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ.

– Товарищ Левичев, почему не получился альянс с Компартией? Этого ждало полстраны!!!!!! // Мария

– Что все-таки мешает вам объединиться с КПРФ? // Александр

– Нельзя ли было договориться с "Яблоком" об объединении голосов ? // Герман

– По этому поводу тоже достаточно много публичных высказываний на эту тему. Наверное, альянс с КПРФ не получился потому, что Геннадий Андреевич Зюганов в ответ на мое публичное предложение обсудить эту тему начал с того, что выдвинул предварительные условия. Понимаете, любые переговоры обречены на провал, если они сопровождаются предварительными условиями, часть из которых заведомо неприемлема для партнера по возможным переговорам. Поэтому корень нерешенности этой проблемы, конечно, надо искать в руководстве КПРФ.

Что касается "Яблока" – честно говоря, меня удивляет вообще такая направленность избирательной кампании этой партии. Я к вам подъезжал по Бульварному кольцу, висит биллборд, там написано как-то – только "Яблоко", да? Есть только "Яблоко". Ну, я в свое время родил такой тоже тезис, я говорил еще несколько лет назад, в кампании 2007 года, что проблемы этой партии в том, что у них алфавит начинается с буквы "Я". И та же рекламная кампания, когда известный персонаж говорит: "Я обещаю". Социологические замеры показали, что за время кампании антирейтинг "Яблока" превысил их позитивный рейтинг. То есть, видимо, какой-то менторский тон, претензия на исключительность, не подкрепленная на самом деле практической деятельностью, вызывает такое отношение людей.

Поэтому на первые дебаты господин Митрохин вышел вместе с Оксаной Дмитриевой и, вместо того чтобы пытаться найти какую-то конструктивную позицию в отношении преодоления политического монополизма, скажем так, помягче, какие-то упреки за позицию в прошлой жизни – а вот вы в 1999 году, вы что-то еще – не случайно, наверное, в наших рядах довольно много известных политиков, которые по разным причинам в разное время покинули эту партию. Вот, наверное, поэтому.

У нас-то ведь алфавит все-таки с буквы "мы" начинается.

– У вас хватит смелости пойти против Путина в 2012 году?! Или у вашей партии?! Или Миронова?! Возможны ли какие-то неожиданные сценарии, например, двухуровневые хотя бы выборы? // Евгений Люкович Дебакер

– Понимаете, если бы мы не ставили планку, которую мы не сможем преодолеть, пусть даже установив личный рекорд, как в спорте, мы бы этим видом спорта не занимались. Реальная ситуация такова, что мы серьезно рассчитываем на то, что на выборах в Госдуму "Единой России" не удается получить большинство, даже простое большинство. На наш взгляд, это коренным образом переформатирует политическое пространство страны. Поэтому, если результаты окажутся такими, которые мы ожидаем, а должен сказать, что я уже не имею по закону права приводить, как и вы убрали со своей страницы рейтинги голосования, идеальные или реальные выборы – я не могу уже называть цифры, но качественно картина такая: за время избирательной кампании наша партия продемонстрировала такой рост рейтинга, который в политической истории РФ до сих пор зафиксирован не был. Это признают, скрипя зубами, и наши политические оппоненты.

Учитывая, что еще три дня, учитывая, что, несмотря на то, что наши ролики очень не нравятся Владимиру Евгеньевичу Чурову и иже с ним, нам удалось все-таки добиться того, что в последние три дня будут показаны два этих снятых ролика, и мы рассчитываем, что эта инерция, которую мы набрали, позволяет нам рассчитывать на очень приличный результат.

С платформы этого приличного результата мы уже будем 10-го числа – есть информация, что Центральная избирательная комиссия успеет до 10 декабря подвести итоги избирательной кампании, – вот с этой платформы, с этого фундамента мы и будем штурмовать уже президентские высоты.

И, что бы кто ни говорил, реальность такова, что именно Сергей Миронов на сегодняшний день пользуется наибольшей личной популярностью, у него наибольший политический опыт, человек, который прошел и огонь, и воду, и медные трубы. И имеет такую политическую биографию и такой жизненный опыт, который позволяет ему взять штурвал руководства страной без опасности съехать на обочину жизни в глобальном уже смысле.

Именно поэтому я надеюсь искренне, что мои однопартийцы поддержат его кандидатуру. И согласитесь, что для Сергея Михайловича это непростой будет жизненный шаг, но он уже в этом году сделал целый ряд непростых шагов, за которые я, например, снимаю шляпу перед ним.

– Вы оцениваете положительно решение Владимира Путина баллотироваться? // "Газета.Ru"

– Я оцениваю негативно. Именно поэтому мы будем выдвигать своего кандидата.

– Негативно почему?

– Вы знаете, есть все-таки опыт человечества, который полит не только потом, но и кровью. И многочисленные исторические эксперименты показали, что есть только один способ развиваться и не впадать в застой. Это сменяемость любого уровня руководителей. И когда приводят примеры из истории – возвращение де Голля, еще что-то такое, – это те исключения из правила, которые, как по пословице, только подтверждают правило.

Я не расцениваю нынешнюю ситуацию – внутриполитическую, внешнеполитическую, – как такую, что только возврат Путина может спасти страну от гибели. Наоборот, кадровый застой, который опасен в случае его возвращения на высший пост, является основным тормозом для развития страны, на наш взгляд.

Поэтому, вы посмотрите, мне кажется, пример довольно характерный. Мне, казалось бы, оазисы вольнодумства, оазисы демократии – во все времена это были российские университеты. Даже в советские времена там существовала традиция выборности руководителей учебных заведений. И что мы видим? В нашей новейшей российской истории, тем не менее, ректор, который проходит демократическую процедуру, сплошь и рядом дальше начинает считать, как я говорю, по пушкинской сказке, смотрится утром в зеркало – кто на свете всех милее, всех румяней и белее – и приходит к выводу, что ни умнее, ни красивее никого нет.

Это приводит к негативным последствиям. Это очень тяжелый шаг. В принципе, Владимир Путин, мне кажется, 4 года назад проявил достаточно мужества, если хотите, отказавшись от реальной возможности пойти на третий срок. Все мы знаем эту ситуацию, он мог это сделать, если бы принял такое решение.

Тогда ему мудрости хватило. Но, очевидно, не очень понравилось ему то, как страной руководили четыре этих года. Опять же возникло искушение, что кто на свете всех румяней и белее. Тяжелое искушение, я думаю, что можно вообразить себе, есть такое понятие – сакральность власти, когда нас Дмитрий Анатольевич Медведев водил по Кремлю, в палаты вот эти, закрытые для посещения, и было видно, что не случайно в Кремле у нас верховная власть.

Есть все-таки какая-то в этом действительно сакральность. Поэтому вот, наверное, это искушение оказалось непреодолимым для него сегодня.

– Уважаемый Николай Владимирович! У меня к вам два вопроса. 1. Что предпримет ваша Партия, если завтра "Газету.Ru" закроют по политическим соображениям или изменят до неузнаваемости ее редакционную политику? 2. Обращались ли в СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ представители несистемной оппозиции по поводу возможного сотрудничества наблюдателей в подсчете бюллетеней за СР и "против всех" (намеренно испорченных)? Заранее благодарен за ответ. Роман. // RAM

– В обратном порядке. Представители так называемой несистемной оппозиции не обращались. Я, честно говоря, не очень понимаю, кто может быть их представителем в качестве наблюдателей, поскольку наше законодательство не предусматривает такой возможности. Что касается "Газеты.Ru" – редакционную политику, насколько я понимаю, формирует редакция, которую утверждают собственники. Я, честно признаюсь, плохо себе представляю, кто является реальным собственником вашего ресурса. Поэтому вопрос, наверное, не ко мне, а к собственнику. Если будет нарушено трудовое законодательство, в случае если я продолжу свою депутатскую деятельность, я готов буду прийти на помощь в рамках действующего закона. Если собственник это сделает в рамках действующего законодательства – я постараюсь наиболее интересным журналистам этого ресурса помочь подыскать работу, в том числе в пресс-службе нашей Партии.

– Николай Владимирович, почему СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ использует повсеместно лозунг Навального "против партии жуликов и воров"?? // Елена

– Он у нас немножко модифицирован, наш лозунг звучит так: "За Родину без жуликов и воров". В политике, понимаете, не существует понятия копирайта. В этом плане я всегда успокаиваю своих однопартийцев, которые находят в программах других партий или в законопроектах, которые вносят депутаты других партий, знакомые словосочетания. В частности, Сергей Миронов обратил внимание на то, что в своей речи на съезде "Единой России" Владимир Путин слово "справедливость" больше десяти раз употребил, и в качестве основной задачи поставил задачу устранения социального неравенства. То есть мы имеем тот случай, когда наши идеи и наши предложения имеют такую судьбу, как научная парадигма. Сначала все говорят: какая это чушь, потом все говорят: в этом что-то есть, а потом наступает стадия, когда говорят: кто же этого не знает.

Мы благодарны в каком-то смысле Навальному за то, что он употребил такое словосочетание, но не считаем зазорным использовать его в нашей транскрипции.

– Каковы будут ваши действия и действия СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ в целом в случае реализации озвученного Сергеем Мироновым сценария с фальсификацией выборов и непрохождением партии в Госдуму? // Иван

– Я совершенно искренне вам скажу, что я, вообще говоря, такой вариант непрохождения уже не рассматриваю – хорошо знаю статистические данные. Я ведь обладаю информацией не только от так называемых ведущих социологических центров, куда они ведут – это вопрос второй. Я обладаю информацией от своих региональных отделений, от независимых социологических служб. И мы имеем такой запас прочности, что вопрос прохождения в Госдуму в отношении СР уже не стоит. Мы, безусловно, пройдем при любых вариантах. Но опять же я все-таки хорошо умею считать и отсылаю вас к своим высказываниям трехмесячной давности, когда я говорил, что, если партия СР наберет меньше 15%, вы с помощью простого арифметического действия сможете узнать, сколько процентов у нас слизнули или отняли. Поэтому "будем посмотреть".

Мы будем обладать данными экзит-полов, которые будут проводить различные службы, с разной степенью доверия будем относиться к этим экзит-полам. Но еще раз вслед за Сергеем Мироновым повторю, что это все будет публично, открыто и сильно сфальсифицировать результаты не удастся.

Я не могу гарантировать, что мы каждый участок, находящийся в отдаленном ауле или, как сейчас, началось голосование в труднодоступных районах Севера, там, может быть, мы не сумеем сохранить каждый голос. Но все, что касается уж крупных городов и районных центров, там никакого разгула фальсификаций мы не допустим. Поэтому я так думаю, что и страхи некоторых по этому поводу тоже излишне раздуваются и нагнетаются. И еще раз, пользуясь случаем, обращаюсь ко всем избирателям. Во-первых, не бойтесь приходить на выборы, во-вторых, не бойтесь голосовать так, как вам подсказывает совесть. И я гарантирую, что мы сделаем все от нас зависящее, чтобы ни один голос не пропал.

– Вы призываете опять строить социализм. Зачем? Чтобы снова вернуться во времена тотального дефицита и фальшивой идеологии? Может быть, хватит экспериментов с социализмом? // Петр Монафов

– Кроме советского эксперимента в мире было поставлено много других экспериментов. И мы не случайно вошли в Социалистический интернационал. Мы не случайно поддерживали в течение всех 5 лет существования нашей партии партнерские отношения с социал-демократами Европы. Мы изучали их опыт, мы провели огромное количество совместных мероприятий, даже на местном муниципальном уровне. Это были "круглые столы", семинары, тренинги. Мы очень большое внимание уделяли созданию опоры партии на местах, у нас больше 5 тыс. депутатов муниципального уровня уже действует от Партии. Поэтому я вынужден оперировать такими понятиями, которые русскому уху более привычны, как шведский социализм. Оговорясь при этом, что шведские социал-демократы, когда мы начали с ними совместную деятельность, очень удивлялись и говорили, что никакого шведского социализма не было, нет и быть не может. Они употребляют термин "социальная демократия". Поэтому вопрос не столько в словах, просто российскому избирателю слово "социализм" не только отрицательный несет заряд, но несет и положительный заряд, потому что многое из того, что, уж, во всяком случае, декларировалось, а иногда и реализовывалось в советский период, бралось на вооружение, между прочим, на Западе, и вполне может быть востребовано сегодня. Я имею в виду бесплатное образование, бесплатную медицину. Не тот, конечно, способ оплаты труда, который тогда мы называли "государство делает вид, что нам платит, мы делаем вид, что работаем".

Очень многое, в частности, неосталинистский курс КПРФ, мы отвергаем. Но то позитивное, что удалось сделать в европейских странах в области защиты всех слоев населения, особенно наименее защищенных, то внимание, которое социал-демократы уделяют возможности рассматривать систему образования как социальный лифт, как способ реализовать себя – это мы берем на вооружение и то, что может быть перенесено на российскую почву, вполне реалистично.

– В предвыборной программе вашей Партии первым разделом является раздел "Культура". Почему? // Сергей Иванцов

– Я объясню. В той версии Предвыборной программы, которую мы приняли за основу на апрельском съезде партии, на пятом съезде, раздел "Культура" у нас был последним. И было там 15 разделов. В ходе обсуждения нашей программы в течение 5 месяцев мы получили огромное количество замечаний, предложений. У нас даже попытка подсчитать была, это 398 с лишним тысяч замечаний и предложений. Большинство из них было систематизировано, и мы просто увидели реакцию людей, которая подвигла нас к тому, чтобы на сентябрьском съезде раздел "Культура" поставить на первое место. Потому что культура у нас в загоне. Ваш покорный слуга напоминал об этом Председателю Правительства при обсуждении всех бюджетов, при обсуждении антикризисного плана Правительства.

Мы последовательны в том, что без заботы о культурном уровне населения все остальное работать не будет. Можно сколько угодно говорить о модернизации экономической, можно говорить даже о политической модернизации: если уровень культуры населения будет катастрофически падать, а не будет, наоборот, подрастать, то все эти усилия пропадут втуне.

Вот поэтому, в частности, мы и отличаемся тем, что считаем: во-первых, государство должно обеспечивать доступность шедевров отечественной и мировой культуры для всех слоев населения. А в этом у нас большие проблемы, коммерциализация у нас затрагивает не только образование и здравоохранение, а все активнее захватывает сферу культуры. Уже и на мультфильм детей не сводишь, 480 рублей стоит билет в кино, например. И семье из трех человек с ребенком, одним даже, нужно полторы тысячи за это маленькое удовольствие заплатить. Не каждый на это решится. Это обширная проблема.

– Прокомментируйте ситуацию с выборами в Южной Осетии. // "Газета.Ru"

– Мне, честно говоря, не очень нравится то, как это подается в наших телевизионных СМИ. Явно прослеживается, что что-то там не так. К сожалению, я не обладаю информацией, так же как, наверное, и большинство наших граждан, какие именно нарушения верховный суд Южной Осетии посчитал настолько серьезными, чтобы отменить результаты выборов и запретить кандидату Джиоевой принимать участие в следующих выборах в марте. Можно будет как-то содержательно по этому поводу высказываться, только когда мы получим описание этих нарушений.

Судя по тому, как эта информация подавалась: конечно, мне не нравится, что те выборы, результаты которых кого-то не устроили, по сути, действующей властью, которая и переизбирается на этих выборах, дезавуируются.

– Вы часто говорите о том, что "корень зла" – однопартийная система. А как можно гарантировать, что через несколько лет партия, пришедшая к власти, тоже не захочет стать монополистом на политическом поле? // Алексей

– Гарантировать это должно действующее законодательство и, если хотите, постоянно повышающаяся политическая культура граждан нашей страны. Гарантия только в этом.

Наши законодательные инициативы настолько, мне кажется, известны, мне даже неудобно их повторять. Это выборы губернаторов, выборы членов Совета Федерации, обязательные выборы мэров городов. Потому что исполнительная власть должна быть подотчетна гражданам.

Что касается избирательного процесса, наше предложение, которое до сих пор не нашло реализации – это формирование избирательных комиссий всех уровней, начиная с участковой, заканчивая Центральной избирательной комиссией, из разного числа всех зарегистрированных в России партий. На сегодняшний день 7 партий принимают участие в выборах, если бы в ЦИКе по два представителя от каждой партии, было бы 14. 15-го числа мы готовы отдать право выдвижения кандидатуры Президента РФ. И, соответственно, таким же квотным образом формировать составы всех избирательных комиссий всех уровней, я уверяю, и сомнений в легитимности результатов выборов было бы существенно меньше.

– В случае попадания в следующую Думу ваша фракция поддержит Правительство во главе с Медведевым или будет голосовать против? // Илья

– Вы знаете, давайте не будем забегать вперед. Я искренне надеюсь, что мы всеми силами попытаемся заработать право самим представить вариант Правительства в Госдуме 6-го созыва.

– Николай Владимирович, на прошлых президентских выборах ваша партия поддержала кандидатуру Д. А. Медведева с согласия В. В. Путина. Что для вас изменилось за эти 4 года? Неужели вы тогда не понимали, что к чему движется? // Максим

– Нет, вы знаете, я на эту тему уже высказался. Мы надеялись на лучшее. И первое время Дмитрий Анатольевич старательно оправдывал наши надежды.

– Чем вы занимаетесь в свободное от работы время? И имеется ли у вас вообще свободное время? // Арсений

– Вопрос, конечно, непростой. Какое время считать свободным от работы – когда стоишь в пробке, это свободное время или нет? И заглядываешь в Интернет с помощью айфона, если ты политическую информацию читаешь, сайт "Газеты.Ru" – это свободное время или несвободное? А если ты читаешь последнее произведение Дмитрия Быкова – это свободное время или несвободное?

Если попытаться серьезно – у меня есть участок за городом, у меня есть собака, у меня есть еще домашние животные, которым я уже практически время сейчас не могу уделять, но стараюсь.

Со спортом тяжелее, поэтому основной спорт – это выполнение каких-то функций на участке или по хозяйству.

– Николай Владимирович, как вы считаете, все-таки у нас власть, те люди, которые у власти, смена курса, смена режима произойдет в результате выборов или будет некий иной сценарий? // "Газета.Ru"

– Мы принципиальную позицию свою высказываем с утра до вечера и каждый день. Пользуясь теми возможностями, которые предоставляет существующее законодательство, начиная с Конституции РФ, мы делаем все от нас зависящее для того, чтобы влиять на политику, прежде всего внутреннюю политику, таким образом, чтобы она не работала на дестабилизацию общественной жизни.

Мы не устаем предупреждать, что расширение бездны между богатыми и бедными, это социальное неравенство, которое способно разорвать страну, должно минимизироваться действиями власти. Если власть этого недопонимает – мы стараемся эту власть поменять. Мы это хорошо понимаем. И если наше влияние на политическую жизнь в стране будет расти – это зависит от того, насколько поддержит нас российский избиратель, в том числе, на выборах в Госдуму, то мы в соответствии с нашими программными установками введем такие механизмы, которые позволят начать сокращать эту пропасть между богатыми и бедными.

И тогда есть шанс, что до социальных катаклизмов, которые могут разорвать страну, как это было в 1991 году, не дойдет.

– Как вы относитесь к тезису, выдвинутому Алексеем Навальным, о необходимости голосовать 4 декабря "за любую партию, кроме "Единой России"? Есть еще альтернативная точка зрения: надо бойкотировать выборы и вообще не приходить на избирательные участки – ваше мнение на этот счет? // Максим Приванов

– Мы неоднократно по этому поводу тоже говорили. Хорошо зная все особенности действий наших избирательных комиссий, неприход на избирательные участки расширяет возможности для фальсификаций. Если люди придут на избирательные участки, по нашим оценкам, если бы явка составила 80%, то практически никаких возможностей для фальсификаций не осталось бы.

Поэтому мы призываем всех граждан, обладающих правом голоса, понимать, что, в том числе, речь идет об их личной судьбе, и поэтому много не надо, нужно встать с дивана. Кстати сказать, наши партнеры, европейские социалисты, так и говорят, что их главный соперник на выборах – это "диванная партия", это те люди, которые не приходят на выборы. Поэтому я приглашаю всех членов "диванной партии" прийти.

– Уважаемый Николай Владимирович. Два вопроса, от ответов на которые зависит, буду ли я голосовать за СР: 1. Почему вдруг все политические лидеры вдруг стали верующими? Если они думают, что это добавит им популярности, то это ошибка. Как вы относитесь к клерикализации страны? 2. Не считаете ли Вы, что закон о "нуле промилле" – глупость несусветная? Знаете ли вы о том, что такое эндогенный уровень алкоголя в крови? Согласны ли вы с тем, что, как сказал Президент, "...как у нас обычно выпивают: сначала рюмку, вроде можно теперь, потом две-три, а потом – ладно, поехали". В кругу ваших знакомых и друзей это так? // Владимир

– Очень трудно на такие изощренные формулировки реагировать. Честно говоря, у меня среди знакомых больше людей либо непьющих, либо малопьющих. Уж, во всяком случае, практически нет знакомых, которые, выпив, садятся за руль. Что касается примеров из жизни, я вспоминаю случай, когда один мой знакомый, молодой человек, еще до принятия этого закона о нулевом промилле выпил бутылку безалкогольного пива и через 500 метров был остановлен сотрудниками, тогда это называлось ГАИ.

И его заставили ехать на обследование в соседний населенный пункт, потому что эта дышалка показала, что он должен быть подвергнут остракизму. Он не согласился, его повезли на какую-то экспертизу, судя по всему, эта дорога была протоптана, там тоже сделали заключение, что присутствует алкоголь в его организме. После этого дело об этом нарушении попало к мировому судье, после этого нарисовался адвокат, который объяснил, что вопрос может быть решен за 30 тыс. рублей, и таким образом обнаружилось, что эта система уже притерта.

Поэтому на самом деле вопрос не только в том, чем – нулем или каким-то количеством промилле – ограничить: все равно недобросовестные блюстители закона найдут возможность коррупционного ответа на такие законодательные нормы.

Проблема не очень простая. Но то, что по вине пьяных водителей у нас гибнет огромное количество ни в чем не повинных людей, – это факт. Поэтому, в конце концов, давайте поднакопим мы некоторую статистику и посмотрим, с введением этого закона количество смертей по вине пьяных водителей уменьшится или нет.

Правоприменительная практика – все-таки критерий законодательной истины.

– Николай Владимирович! Почему так мало рекламы "Справедливой" на улицах Москвы? Жириновский просто везде, "ЕР" везде, коммунистов тоже видел – а вашей просто нет??? // Арсен

– Тут есть несколько соображений. Во-первых, я искренне считаю, что при той насыщенности визуальной рекламы, которой сегодня загажен город, эффективность одного билборда катастрофически снизилась. Если раньше, допустим, была оценка, что для того, чтобы реклама сработала, нужно от 300 до 400 билбордов повесить на город, то сегодня, мне кажется, такое количество окажется незаметным. Это очень затратная процедура с точки зрения средств, а с точки зрения влияния на умы избирателей, на мой взгляд, наименее эффективная.

Поэтому испытывая определенные сложности с финансированием избирательной кампании, мы вкладывали эти ресурсы в более эффективные агитационные средства. Например, тот же телевизионный ролик, по нашим оценкам, гораздо более эффективно влияет на настроения и мнение людей, чем билборд, мимо которого вы либо проезжаете, либо в пробке под ним стоите, но на него все равно не обращаете внимания,

– Уважаемый Николай Владимирович! Как вы считаете, нужно ли повышать пенсионный возраст? Пойдут ли власти на это? // Иван

– Наша принципиальная позиция тоже известна, мы сделали соответствующие расчеты, которые свидетельствуют о том, что повышение пенсионного возраста в экономическом плане не спасает ни от чего. Но, кроме того, я вас отсылаю к публичным заявлениям Председателя Правительства, который в предвыборные дни сказал, что планов повышения пенсионного возраста нет. Поэтому до марта 2012 года, я думаю, он уж точно не будет повышаться.

Я вас отсылаю к нашим расчетам, они сделаны как раз под руководством Оксаны Дмитриевой.

– Будут ли предприниматься попытки создания некой коалиции левых и левоцентристских сил с целью противостояния партии бюрократов? Или, "на потеху публике" и на радость ПЖиВ, продолжатся склоки с коммунистами по несущественным вопросам? // Сергей

– Вы знаете, вообще говоря, все эти предвыборные препирательства осядут и уйдут. Если вы посмотрите реальную, рутинную работу наших фракций в зале пленарных заседаний Госдумы, то вы увидите, что большей частью по социально значимым законопроектам голосование "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" и фракции КПРФ совпадает. Мы очень часто поддерживаем их законопроекты, они поддерживают наши законопроекты, но они пока, как правило, не проходят. Потому что их блокирует единороссовское большинство. Также не всегда, но довольно часто совпадает наше голосование по тем проектам, которые, наоборот, предлагает "Единая Россия". Поэтому там очень много достаточно профессиональных депутатов, я называл их фамилии часто, и еще раз повторю: Олег Николаевич Смолин, не будучи членом партии, тем не менее, он исторически уже депутат пяти созывов от фракции КПРФ. Так получилось. Он всегда поддерживает наши инициативы в области образования, мы поддерживаем всегда его выступления и законопроекты.

Что касается фракции ЛДПР: к сожалению, она практически труднопрогнозируема. Хотя у них есть вполне определенное название, у партии, но, если вы посмотрите содержательное голосование или внесение законопроектов, оно очень часто выходит за рамки того политического поля, которое описывается словами "либеральная демократия". Поэтому там возможны какие-то ситуационные соглашения по тем или иным конкретным законопроектам.

Во всяком случае, повторю, если только "Единая Россия" не наберет 50% мандатов, то это будет совершенно другая Госдума, это будет совершенно другое политическое пространство, потому что для завоевания необходимого количества голосов каждой фракции придется убеждать аргументированно представителей других фракций, либо принять их точку зрения, либо искать какой-то возможный компромисс. А политика – это вообще искусство компромисса и создания коалиций.

– Чем вам запомнилась эта избирательная кампания, которая уже почти закончилась?

– Если лично для меня говорить, мне она, конечно, запомнилась тем, что я вытащил первый номер в избирательном бюллетене. Это прибавило энтузиазма и повысило настроение всех моих однопартийцев. Но в жизни за все приходится платить, и, как сказала моя помощница, видимо, всю свою фартовость я вложил в этот жест левой руки. И дальше мне, например, дважды не удалось улететь с визитом в регионы – в Калининград и в Ростов, потому что в Калининград я даже в самолет сел, и полчаса мы там просидели, но нелетная погода не позволила принять этот самолет.

То же самое случилось в Ростове, но, правда, ростовские журналисты поняли, в чем дело: специально "Единая Россия" туман нам напустила, чтобы Левичев не смог прилететь.

– До свидания, Николай Владимирович, спасибо за ответы на вопросы!

– Всего доброго!

Сергей Миронов и Николай Левичев – о результатах "Справедливой России" и нарушениях на выборах-2011
 

http://www.svoboda.org/content/article/24411397.html
04 декабря 2011
http://gdb.rferl.org/D2602AF5-92C8-4...7_cy7_cw94.jpg
Интервью "Радио Свобода"

В эфире Радио Свобода о предварительных итогах выборов-2011 говорили председатель партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" Николай Левичев и лидер СР Сергей Миронов.

– У меня прекрасное настроение, – говорит Николай Левичев. – Страна сдавала экзамен. Мне очень хотелось бы, чтобы гражданское общество сумело этот экзамен на гражданскую зрелость сдать не только удовлетворительно, но и, по крайней мере, на четыре с плюсом.

– Сдаст ли?

– Пока я на это надеюсь. Но все самое интересное у нас впереди. Судя по всему, мы реально боремся за третью позицию. И вообще, у этих выборов появилось несколько интриг. Первая интрига – кто займет третье место, вторая интрига – дотянется ли "Единая Россия" до 50-процентного результата и третья интрига – судя по всему, "Яблоко" может иметь шанс достигнуть 5-процентной планки.

– "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ", как и другие политические силы, публикует свой список нарушений. Какие из них наиболее распространены в ходе голосования 4 декабря?

– Ничего нового я по этому поводу сказать не могу. Было пущено в ход все, что до этого создала интеллектуальная мощь злонамеренных нарушителей российского законодательства.

– Какими партиями?

– Я бы сказал, что дело не столько в партиях, сколько в тех, кто хочет удержаться за свои кресла, за свои властные полномочия, за возможности повелевать финансовыми потоками и другими людьми.

– Что вас больше всего возмутило?

– Есть курьезные факты, есть возмутительные факты. Больше всего возмущает, когда, что называется, на воре и шапка горит – и те, на ком клейма ставить, по-русски говоря, негде, начинают еще тыкать пальцем в оппозиционные партии, уверяя, что это именно они делают большинство нарушений на выборах.

– "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" была в числе тех, кто подписал открытое заявление против ассоциации "Голос". По информации СМИ, это заявление подписали СР, ЛДПР и еще одна партия.


– Речь шла не о партиях, а о конкретных депутатах Государственной Думы.

– В частности, о депутате от фракции СР Антоне Белякове.

– Я с ним разговаривал по телефону вчера, он находился некоторое время в труднодоступных для связи районах Владимирской области. Беляков сказал, что он такой бумаги не подписывал.

– Что касается "Голоса" – что вы можете сказать по поводу деятельности этой организации?

– Массированный – как бы это выразиться – нажим на эту организацию, мне кажется, слишком выделяет ее из ряда других. Много людей, состоящих, в частности, в партиях, в иных общественных организациях, инициативных группах, занимаются подобной деятельностью. Я не стал бы выделять "Голос", вообще говоря, как какую-то главную, ведущую, объединяющую. Мое нравственное чувство против этого. Но власти, судя по всему, не желая того, делают все для того, чтобы их раскрутить в информационном пространстве, – полагает Николай Левичев.

– Наша партия официально никаких заявлений не делала, – подчеркнул в эфире Радио Свобода Сергей Миронов. – Отдельные наши коллеги высказывали свою личную точку зрения; это есть личная точка зрения наших коллег.

Сергей Миронов перечислил четыре региона, в которых, по данным его партии, было совершенно наибольшее число нарушений при выборах 4 декабря: это Москва, Московская область, Свердловская область и Санкт-Петербург. На нарушениях в северной столице бывший спикер Совета Федерации остановился особо.

– Как вы оцениваете явку избирателей на выборы-2011?

– Дальний Восток, похоже, не очень активно пришел – по крайней мере, если сравнивать с предыдущими выборами. Мы надеемся, что все-таки за счет центральной части России явка все-таки будет повыше. Очень радует мой родной город Петербург. Там, как говорят мои товарищи, явка беспрецедентная. Просто многие избирательные комиссии не справлялись, люди стоят в очередь – это здорово, это хорошо.

Голосование шло нормально. Нарушения, к сожалению, есть. Можно выделить несколько регионов – Московская область, мой родной Петербург, Свердловская область, Москва, – где наши наблюдатели фиксируют те или иные нарушения. Насколько они будут влиять на результат? Увидим некоторое время спустя.

– На какое место рассчитывает "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ"?

– Мы рассчитываем на хороший результат.

– Чем занимались ваши активисты и собственно, лидеры партии в последние часы голосования?

– Я сидел на телефонах. У нас несколько точек – в частности, штаб, который работает функционально; туда журналистов мы особо не пускали. Есть еще одна площадка, на которой нахожусь я. Ко мне поступали данные exit poll'ов, которые проводит наша партия и, скажем, другие, очень крупные социологические структуры нашей страны. Могу сказать, что и те, и другие данные очень похожи.

– Удастся ли "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" занять весомые позиции в законодательном собрании Санкт-Петербурга?

– Я считаю, что это реально. Прежде всего, большая явка указывает на то, что это очень может быть. Я всегда говорил: если будет большая явка, то результаты для оппозиционных партий будут хорошие.

– Какие нарушения вас возмутили более всего?

– Изгнание наблюдателей с участков под самыми надуманными предлогами. Я дал команду, например, в Петербурге – очень простую: ребята, не расстреляйте все патроны до подсчета голосов, потому что вы нарываетесь. "Нарываются" – это условно: они ничего не делали, их просто под любым надуманным предлогом выводили с избирательного участка. Надо досидеть до подсчета голосов, до составления протоколов.

Кроме того, меня удивили выпуски новостей с раннего утра – когда было объявлено, что в Свердловской области якобы по просьбе трудящихся избирательные участки были открыты на час-полтора раньше. Это нарушение закона. Наблюдатели пришли в восемь, а они говорят: ребята, уже все проголосовали. А что там, в урнах, остается только догадываться. Это уже зафиксировано, и это абсолютно неправильно.

Кстати и в Москве некоторые участки открылись на пятнадцать минут позже. Выяснилось, что педагоги в школах, в которых находятся избирательные участки, якобы проголосовали к тому времени. Опять же: проголосовали – не проголосовали? Пять педагогов проголосовали или там уже триста бюллетеней лежит? Все это мы зафиксировали. Я уже сказал, что мы, конечно, посмотрим, насколько окончательные результаты будут совпадать с данными exit poll'ов. Опыт показывает, что данные экзет-пулов отличаются от результатов буквально на десятые доли процентов. Если они будут совпадать, то мы будем считать, что в целом все нормально. Если не будут совпадать, то будем смотреть, где, какой регион тянет назад и почему такие вещи происходят.

– Какой процент избирательных участков "накрыли" ваши избиратели?

– Планировали 100 процентов. Судя по реальным данным, я думаю, где-то процентов 95 мы закрыли. Есть нюансы: мало ли, – например, человек мог заболеть. Но где-то, похоже, все-таки засбоило. Тем не менее, я могу сказать, что, если у нас нет наблюдателя, то у нас, как правило, есть член комиссии с совещательным голосом, а иногда член комиссии с решающим голосом. Так что, я думаю, если считать таким образом, то представители партии "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" закрывают те самые 100 процентов, – говорит Сергей Миронов.