*3452. Эпикуреизм
 

http://www.bm-info.ru/pages/73.htm

Эпикур и его школа

Эпикур, сын афинянина Неокла, родился в Самосе в январе (7-го гамелиона) 341 г. до P. X. Ознакомившись через Навсифана с учением Демокрита и обучившись также у платоника Памфила, он выступил сам в качестве учителя, сначала в Колофоне, Митилене и Лампсаке, а с 307/6 года также в Афинах. Его сад сделался здесь местом собрания для кружка, исполненного безграничного почитания к Эпикуру и его учению; кружок этот соединял философские изыскания с интимным дружеским общением; к нему принадлежали и женщины.

Свои учения Эпикур изложил во множестве сочинений, о стиле которых он мало заботился. После его смерти, к 271/0 году, руководительство союзом перешло к Гермарху; любимый ученик Эпикура, Метродориз Лампсака, а также и друзей его ученик Полиэн, умерли ещё до его смерти. Наряду с ними из личных учеников Эпикура следует назвать Колота и историка Идоменея. Быть может, к ним принадлежал также и преемник Гермарха Полистрат.

За Полистратом следовал Дионисий,а за ним — Басилид. Ко второй четверти второго века, по-видимому, относится Протарх из Баргилиона, к третьей и четвёртой четверти этого века — Деметрий Лакониец и Аполлодор (властитель сада). Современником Протарха был математик Филон ид из сирийской Лаодикии. Эпикурейская школа получила большое распространение в римском мире, где с успехом излагал на латинском языке её учени: К. Амафиний уже в середине второго века. Ученик и преемник Аполлодора, Зенон из Сидона, с большим успехом преподавал Афинах, до 78 года до P. X; его соученика и позднее преемника Федра Цицерон слушал около 90 года до P. X. в Риме.

За Федром следовал Патрон в Афинах; в Риме преподавал около 50 года до P. X. Сирой (Скирон), учитель Вергилия, и Филодем. К той же эпох принадлежал и поэт эпикурейской школы, Лукреций Кар (жил вероятно, от 96 до 55 года до P. X.). Нам известны ещё многие имена эпикурейцев, в том числе их ревностная покровительница, же императора Траяна, Плотина. Школа, распространённость которой в 230 году после P. X. засвидетельствована Диогеном, ещё в 320 году — Лактанцием, угасла лишь в четвёртом веке христианской эры.

Но в научном отношении она была мало способна к развитию, и если Эпикур заставлял своих учеников строго держаться буквы своего учения, то это настолько удалось ему, что среди этой школы нам неизвестно ни одной заслуживающей внимания попытки дальнейшего развития её учения.
Содержание темы
1 страница
#1. Мудрый Философ. Эпикуреизм
#2. Δημόκριτος. Система эпикуреизма. Общие замечания. Каноника
#3. Δημόκριτος. Физика Эпикура. Боги
#4. Δημόκριτος. Этика Эпикура
#5. Википедия. Эпикур
#6. Википедия. Эпикуреизм
#7. Grandars.ru. Эпикуреизм
#8. Хронос. Эпикур
#9. Επίκουρος. Мои цитаты
#10. Filosof.historic.ru. Эпикуреизм
02 страница
#11. Русская историческая библиотека. 217 – Эпикурейство
#12. В.П. Лега. ЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ
#13. Реале Дж. , Антисери Д. 3. ЭПИКУР И ОСНОВАНИЕ "САДА" ("Kepos")
#14. Реале Дж. , Антисери Д. Глава десятая Языческие школы первых веков христианской эры
#15. Русская историческая библиотека. Стоики и эпикурейцы
#16. Русская историческая библиотека. Жизнь Эпикура
#17. Русская историческая библиотека. Школа («Сад») Эпикура
#18. Русская историческая библиотека. Этика Эпикура
#19. Русская историческая библиотека. Труды Эпикура
#20. Русская историческая библиотека. Философия Эпикура – кратко
03 страница
#21. Русская историческая библиотека. 217 – Эпикурейство
#22. Русская историческая библиотека. Высказывания Эпикура
#23. Новая философская энциклопедия. ДИОГЕН (Διογένης) из Эноанды
#24. Новая философская энциклопедия. ЭПИКУР
#25. Новая философская энциклопедия. ЭПИКУРЕИЗМ
#26. Filosof.historic.ru. Судьба древнегреческого атомизма и философский вклад Эпикура
#27. Filosof.historic.ru. Внутренняя логика атомизма и позиция Эпикура
#28. Filosof.historic.ru. Боги, человек, нравственное поведение, счастье
#29. Вanauka.ru. Эпоха эллинизма и Римской империи
#30. Filosof.historic.ru. Эпикурейцы
04 страница
#31. Filosof.historic.ru. Эпикурейцы
#32. Открытая реальность. Эпикуреизм
#33. Открытая реальность. Тит Лукреций Кар
#34. Great_philosophers. Тит Лукреций Кар
#35. Great_philosophers. Эпикур
#36.
#37.
#38.
#39.
#40.

Система эпикуреизма. Общие замечания. Каноника
 

http://www.bm-info.ru/pages/74.htm
Философская система есть для Эпикура ещё в гораздо большей мере, чем для Зенона, только средство для практических задач. Он мало ценил учёные изыскания и математические науки, которые он упрекал в том, что они не приносят никакой пользы и не соответствуют действительности; и его собственное образование в обоих этих отношениях было весьма недостаточным. Но и среди философских дисциплин он ценил в области диалектики лишь исследования о критериях истины, и потому назвал эту часть своей системы каноникой; о физике он говорил, что мы нуждаемся в ней лишь потому, что знание естественных причин освобождает нас от страха перед богами и смертью, и знание человеческой природы показывает нам, чего мы должны желать и чего избегать.

Таким образом, и эта часть философии не имеет для него самостоятельного значения.

Если с практической односторонностью стоицизма связан его эмпиризм и материализм, то та же связь проступает ещё сильнее у Эпикура. Этике, которая стремится всецело укрепить личность на её собственной почве, вполне соответствует взгляд, что лишь единичные материальные предметы суть первичная реальность, и что лишь чувственное ощущение есть источник наших представлений; и если человек находит свою высшую задачу в том, чтобы оградить от всяких помех свою индивидуальную жизнь, то он не будет ни искать в мироздании следов разума, на который он мог бы опереться и законам которого он должен был бы повиноваться, ни пытаться дать теоретическую основу своему поведению через изучение этих законов.

Мир представляется ему механизмом, в пределах которого он устраивается как можно лучше, но в отношении которого он не имеет потребности знать что-либо, помимо того, что затрагивает его собственное благополучие; а для этой цели, по-видимому, достаточны опыт и естественный рассудок, без особенно большого логического аппарата.

Соответственно этой точке зрения, Эпикур прежде всего в канонике признает критерием истины в теоретическом отношении восприятие, а в практическом отношении — чувства удовольствия и неудовольствия. Восприятие есть очевидное, то, что всегда истинно; если бы мы стали сомневаться в нем, то мы сделали бы невозможным не только знание, но и всякое действие; и даже обман органов чувств не опровергает этого, ибо ошибка лежит не в восприятии, а в суждении: образ, который мы, казалось, видели, действительно коснулся нашей души, мы только не имеем права допускать, что ему соответствует предмет или что он сполна передаёт последний. (Однако, Эпикур не сообщает, по какому признаку мы должны отличать образы, которым соответствует предмет, от образов, которым предмет не соответствует.)

Из восприятий возникают представления памяти или понятия, так как то, что неоднократно воспринималось, запечатлевается в воспоминании. Так как эти понятия относятся к прежним восприятиям, то они также всегда истинны; поэтому наряду с восприятиями и чувствами к критериям истины можно причислить и понятия. И так как, по Эпикуру, представления воображения также возникают под действием объективных образов, предстоящих душе, то и они причисляются к критериям. Лишь если мы выходим за пределы восприятия как такового.

Эпикур указывает четыре пути, по которым от восприятий можно дойти до предположений; но мы не можем искать у него и его школы научной теории индукции (как это показывает ещё сочинение Филодема «о знаках»).

Физика Эпикура. Боги
 

http://www.bm-info.ru/pages/75.htm
Взгляд Эпикура на природу определяется прежде всего желанием исключить из хода вещей всякое вмешательство сверхъестественных причин, ибо такое вмешательство лишало бы человека всякого душевного спокойствия и заставляло бы его находиться в постоянном страхе перед неисчислимыми силами. Он надеется достигнуть этой ли вернее всего чисто механическим объяснением природы; и когда ; искал такого объяснения среди древних систем (сам он не был ни пригоден, ни способен создать свою собственную естественно-научную историю), то он не находил системы, которая лучше соответствовала бы этой цели, чем атомистика Демокрита; и вместе с тем эта система создавала ему лучшие исходные точки для его этического индивидуализма; с этой системой он ознакомился раньше всего и, вероятно, лишь её одну знал более или менее основательно.

Вместе с Демокритом Эпикур объявляет основными элементами всего сущего атомы и пустоту; все вещи состоят отчасти из агрегатов атомов, отчасти из их сплетений, между которыми находятся большие или меньшие пустые промежутки. Атомы он представляет себе совершенно так же, как Демокрит, с той только разницей, что число различных форм, присущих им, он считает не бесконечным, а ограниченным. В силу своей тяжести атомы падают в пустом пространстве; но так как в последнем (как возражал Аристотель) все атомы должны были бы падать с одинаковой скоростью и, следовательно, не могли бы сталкиваться между собой, то Эпикур допускал — и это допущение было также в интересах признания свободы воли, — что атомы сами собой и не определяемые никакой причиной чуть-чуть уклоняются от вертикальной линии падения.

В силу этого они наталкиваются друг на друга, перемешиваются между собой, взаимно отталкиваются, частью оттесняются кверху, и отсюда возникают те вихревые движения, которые создают в различных частях бесконечного пространства бесчисленные миры; эти миры, разделённые пустыми промежутками, находятся в самых разнообразных состояниях, но все они возникли во времени и со временем снова погибнут.

Если, таким образом, возникновение мира обусловлено, по мнению Эпикура, чисто механической причиной, то Эпикур особенно настаивает также на том, чтобы и все единичные явления в мире объяснялись чисто механически, с исключением всех телеологических точек зрения. Но каким именно образом следует объяснять данное явление, это для него мало существенно. Раз мы только можем быть уверены, что нечто имеет свои естественные причины, то для нас неважно, каковы именно эти причины; напротив при объяснении отдельных явлений природы Эпикур предоставляет нам выбор между всевозможными гипотезами, хотя одна из них может быть более вероятной, чем другая; и даже такие явные нелепости, что Луна действительно увеличивается и уменьшается в размере, он не отклоняет безусловно.

Между прочим, он и его школа упорно утверждали — вероятно, чтобы не поколебать достоверности чувственных восприятий, — что Солнце не больше или только немногим больше своего кажущегося размера.

Живые существа возникли, по его учению, первоначально из земли, и между ними вначале имелись уродливые создания; но из них сохранились лишь жизнеспособные. У Лукреция встречаются правдоподобные и рассудительные догадки о первобытном состоянии и постепенном развитии людей. Душа животных и людей состоит из огненных, воздушных и пневматических частиц и, сверх того, из своеобразного, ещё более тонкого и подвижного вещества, которое есть причина ощущения и переходит в ребёнка из душ родителей. Но к неразумной душе у человека присоединяется ещё разумная часть, в которой Эпикур нуждался для своей этики; эта разумная часть, подобно стоическому, помещается в груди, тогда как неразумная часть души распространена по всему телу.

О телесном составе этой разумной части нам ничего не сообщают. После смерти атомы души рассеиваются, так как тело уже не может их сдержать; и именно это Эпикур находит крайне утешительным, ибо лишь убеждение, что после смерти мы вообще перестаём существовать, может основательно избавить нас от страха перед ужасами ада. — Из деятельности души Эпикур объясняет восприятия вместе с Демокритом (от которого Эпикур уклоняется лишь во второстепенных пунктах) как результат соприкосновения души с образами), которые отделяются от поверхности тела и достигают души через органы чувств; и то же самое объяснение распространяется и на представления воображения, с той только разницей, что в них душа затрагивается образами, объекты которых уже не существуют, или которые вообще образовались лишь в воздухе из смешения разнородных образов или из новых сочетаний атомов.

Движения, возбуждаемые в душе проникающими в неё образами, вызывают вновь и прежние движения души; или, в иной формулировке: из бесчисленных, постоянно окружающих нас образов, мы вынуждены обращать внимание на те, которые сходны с прежними образами, и это есть воспоминание. Из сочетания образа воспоминания с восприятием возникает мнение, а вместе с ним и возможность заблуждения; через умозаключения от воспринятого (т. е. через некоторую самодеятельность мышления, возможность которой остаётся, однако, необъяснённой в системе Эпикура) мы познаем скрытое. В движениях, которые возбуждаются представлениями в душе и от неё передаются телу, состоит воля.

Эпикур решительно утверждает свободу воли в смысле чистого индетерминизма, горячо протестуя против стоического фатализма. Однако, у него нельзя найти и следа более глубокого психологического исследования этого вопроса.

Эпикур надеется, что эта физика, вместе со страхом смерти, навсегда устранит и страх перед богами. Правда, веру в богов он оставляет неприкосновенной — отчасти потому, что общераспространённость этой веры, по его мнению, свидетельствует, что она основана на подлинном опыте, — именно что образы, из появления которых он, согласно вышеизложенному, только и может объяснить эту веру, по крайней мере отчасти происходят от реальных существ, т. е. суть восприятия, а не простые представления воображения; отчасти потому, что он сам испытывает потребность созерцать свой идеал блаженства осуществлённым в богах. Но он лишь отчасти может присоединиться к господствующим представлениям о богах и решительно борется против общепринятого мнения об их отношении к миру.

Правда, и он допускает множественность богов, и считает их даже бесчисленными; точно так же для него само собой разумеется, что они обладают прекраснейшей формой человека. Он приписывает им также различия по полу, потребность в питании, язык — даже греческий язык. Но блаженство и нетленность богов — эти два существенных признака его понятия божества — требуют, по его мнению, чтобы они вместо наших грубых тел имели тонкие эфирные тела и лили в промежутках между мирами, так как иначе их коснулась бы гибель миров, в которых они обитают, и предвидение этой участи нарушало бы их блаженство. Но это блаженство требует также, чтобы они не были обременены заботой о мире и людях, которую им навязывает вера в провидение; и ещё более необходимо это признание для душевного спокойствия человека, которое не имеет более опасного врага, чем мнение, будто высшие силы вмешиваются в ход земных вещей. Поэтому Эпикур решительный противник этой веры во всякой её форме.

Народная религия возникла, по его мнению, только из невежества и, прежде всего, из страха; стоическое учение о провидении и судьбе не только, как он полагает, опровергается фактическим устройством мира, но, к тому же, ещё более безнадёжно, чем нелепости мифологии. Его почитатели восхваляют как его бессмертную заслугу то, что он освободил человечество от этого безумия, от бремени страха перед богами; но вместе с тем они прославляют его благочестие и его участие в традиционном богопочитании.

Этика Эпикура
 

http://www.bm-info.ru/pages/76.htm
Если в своей физике Эпикур признал атомы основой всего сущего, то в своей этике он объявляет личность целью всего поведения. Мерилом для оценки благ и зол является наше чувство; единственное безусловное благо есть то, к чему стремятся все живые существа, — удовольствие, единственное безусловное зло есть то, чего все избегают, — страдание. Поэтому Эпикур в общем вместе с Аристиппом считает удовольствие последней целью нашей деятельности.

Однако при этом он имеет в виду не отдельные ощущения удовольствия как таковые, а блаженство всей жизни: наше суждение об отдельных удовольствиях и страданиях должно определяться их отношением к этому общему блаженству. Далее, по его мнению, подлинное значение удовольствия состоит в удовлетворении потребности и, следовательно, в устранении неудовольствия; нашей последней целью является не положительное удовольствие, а свобода от страданий, не душевное движение, а душевное спокойствие. И так как существенное условие последнего лежит в нашем собственном душевном состоянии, то Эпикур считает духовное удовольствие и страдание гораздо более важными, чем телесные.

Хотя он открыто и резко заявляет (несмотря на наличность у него суждений с несколько иным оттенком), что всякое удовольствие и неудовольствие в конечном счёте проистекает из телесных состояний, но он все же замечает, что на тело действуют лишь наличные в данный момент наслаждения и страдания, на душу же действуют также и прошедшие и будущие. И эти чувства, основанные на воспоминании, надежде и страхе, по его мнению, настолько сильнее других, что он считает себя вправе прославлять могущество духа над телесными страданиями столь же безусловно и с такими же преувеличениями, как это делали киники и стоики; ибо тягчайшие страдания длятся недолго и быстро полагают конец нашей жизни, а менее интенсивные выносимы и могут быть преодолены более сильными духовными наслаждениями.

Лишь условием душевного спокойствия является добродетель; но она — столь неизбежное условие, что и по Эпикуру блаженство неразрывно связано с ней, хотя его система и не даёт ему возможности признать самостоятельную ценность добродетели. Разумение освобождает нас от беспокоящих предрассудков, от пустых вымыслов и желаний, и учит нас истинному искусству жизни; самообладание охраняет нас, вызывая правильное отношение к удовольствие и неудовольствию; храбрость, внушая нам презрение к смерти и боли, освобождает нас от страданий; справедливости мы обязаны тем, что никакой страх перед наказаниями не нарушает нашего душевного спокойствия.

Сам Эпикур вёл образцовую жизнь, и его изречения обнаруживают чистоту помыслов и правильность нравственного суждения, далеко превосходящие их недостаточное научное обоснование. Его идеал мудреца довольно близко подходит к стоическому: хотя он не требует от мудреца ни стоической апатии, ни отказа от чувственных наслаждений, но он заставляет его настолько властвовать над его вожделениями, что они никогда не могут склонить его к чему-либо неправильному. Мудрец Эпикура столь независим от всего внешнего его блаженство столь полно и его мудрость так прочна, что Эпикур может сказать о нем то же, что стоики говорят о своём мудреце: именно, что он есть божество среди людей и что, даже питаясь хлебом и водой, он может ни в чем не завидовать Зевсу.

Соответственно этому идеалу, жизненные предписания Эпикура направлены прежде всего на то, чтобы предоставить отдельной личности как таковой, через освобождение её от предрассудков и ограничение вожделений, самоудовлетворённое и независимое от внешнего мира бытие. Если он сам жил необычайно скромно и непритязательно, то он призывает и других к непритязательности; даже из естественных вожделений лишь часть направлена на необходимое, тогда как большинство вожделений неестественны и суетны. К последним Эпикур причисляет главным образом стремление к славе и почестям.

Правда, он не требует подавления чувственных вожделений и не хочет даже запрещать более обильного наслаждения жизнью; но тем более он настаивает на том, что не нужно делать себя зависимым от всего этого: не в том дело, чтобы мало пользоваться внешними благами, а в том, чтобы мало в них нуждаться. Даже к жизни человек не должен безусловно привязываться: Эпикур разрешает ему через добровольную смерть освобождаться от невыносимых страданий; но он полагает, что такой случай не легко может представиться.

Труднее Эпикуру при его предпосылках обосновать необходимость и значение общественной жизни людей. Его система открывала ему для этого лишь один путь: соображение тех выгод, которые люди могут получить из своей взаимной связи; и наш философ, дорожа более всего свободой от внешних помех, ищет этих выгод гораздо более в защите от правонарушений, чем в положительном содействии личности через нравственное общение. Это применимо у него прежде к государству. Цель всех законов есть охрана общества против правонарушений, от которых только разумные воздерживается добровольно, сознавая их вредность, тогда как масса удерживается от них только наказанием.

Нашему философу кажется наиболее желательным пользоваться этой обеспеченностью, не стесняя вместе с тем своего покоя теми заботами и опасностями, которых не может избегнуть политический деятель. Поэтому он советует повиноваться законам, так как при нарушении законов никогда нельзя быть свободным от страха перед наказанием; но он предпочитает воздерживаться от участия в государственной жизни, если исключительные обстоятельства не требуют иного; его лозунг есть (живи незаметно!). Он высказывает также сомнения и против семейной жизни и брака. Зато у него и в его школе было особенно живо чувство дружбы; и как бы скудным ни казалось его учение, которое сводит ценность этого отношения лишь на значение взаимной поддержки и вытекающего отсюда чувства обеспеченности, — фактически он выходит далеко за эти пределы.

Эпикурейские дружеские союзы столь же прославлены, как и пифагорейские, и мнимую общность имущества у пифагорейцев Эпикур отвергал лишь потому, что среди друзей такое учреждение должно быть излишним. Однако, его принципам не сответствовало бы ограничивать свою благожелательность кругом личных друзей; напротив, он сам, как и некоторые лица его школы, славятся вообще своим мягким и человеколюбивым настроением; у него самого это настроение выражается, между прочим, в утверждении, что приятнее оказывать благодеяния, чем получать их.

Эпикур
 

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AD...BA%D1%83%D1%80

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

https://upload.wikimedia.org/wikiped...amonMuseum.png
Эпикур Самосский
Επίκουρος
Epicurus-PergamonMuseum.png

Дата рождения:

342 или 341 год до н. э.

Место рождения:

Самос

Дата смерти:

271 или 270 год до н. э.

Место смерти:

Афины

Страна:

Афины

Школа/традиция:

эпикуреизм

Значительные идеи:

учение о счастливой жизни, атараксия

Испытавшие влияние:

Метродор из Лампсака, Колот, Зенон из Сидона и др.

Эпику́р (греч. Επίκουρος; 342/341 до н. э., Самос — 271/270 до н. э., Афины) — древнегреческий философ, основатель эпикуреизма в Афинах («Сад Эпикура»).

От почти трехсот произведений, которые, как предполагают, написал Эпикур, сохранились только фрагменты[1]. Среди источников знаний об этом философе — сочинение Диогена Лаэртского (Лаэрция) «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов» и «О природе вещей» Лукреция Кара.

Содержание
1 Биография 1.1 Труды
1.2 Отношения Эпикура и древних авторов

2 Учение Эпикура 2.1 Теория познания
2.2 Учение о природе («физика»)
2.3 Этика
2.4 Учение об обществе и человеке
2.5 О богах

3 Публикации сочинений
4 Примечания
5 См. также
6 Литература
7 Ссылки

Биография

Согласно Диогену Лаэртскому, афинянин Эпикур вырос на острове Самос и с 14 (по другим сведениям, с 12) лет начал интересоваться философией. В 18 лет он приехал в Афины. Когда Пердикка (регент Македонии в 323—321 гг. до н. э.) после смерти Александра Македонского изгнал афинян с Самоса, Эпикур направился к своему отцу в Колофон (город в Ионии, Малая Азия), где прожил некоторое время и собрал вокруг себя учеников[2]. В возрасте 32 лет он основал свою философскую школу, которая первоначально находилась в Митилене (на острове Лесбос) и Лампсаке (на азиатском берегу пролива Дарданеллы), а с 306 г. до н. э. — в Афинах. В этом городе Эпикур со своими учениками поселился в купленном им саду (отсюда наименование эпикурейцев: «философы Сада»). Над входом туда висело изречение: «Гость, тебе здесь будет хорошо. Здесь удовольствие — высшее благо». Философ скончался («от камня в почках», как пишет Диоген Лаэртский) в 271 или 270 г. до н. э.

Труды

Сохранившееся творчество Эпикура, хотя число его работ доходит почти до трехсот, сводится к трем важным письмам к друзьям, к восьмидесяти афоризмам, называемым «Главные мысли», и к нескольким дюжинам отрывков, извлеченных из его работ[3].

Отношения Эпикура и древних авторов

Эпикур полемизировал с Платоном[4].

Некоторые древние авторы упрекали Эпикура в плагиате. Например, Аристон в «Жизнеописании Эпикура» утверждает, что Эпикур списал свой «Канон» с «Треножника» Навсифана, а стоики заявляли, что Эпикур присвоил себе учение Демокрита об атомах и учение Аристиппа-киренаика о наслаждении как высшем благе[2][1]. Сам же Эпикур, по некоторым свидетельствам, отзывался о названных и других философах довольно пренебрежительно, а то и презрительно[1].

Учение Эпикура

Он, кто впервые нашёл ту основу разумную жизни,
Что называем теперь мы мудростью. Он, кто искусно
Жизнь из волнений таких и такой темноты непроглядной
В полную ввёл тишину, озарённую ярким сияньем.

Лукреций, О природе вещей, V[5]

Свою философию Эпикур делил на три части:
каноника (греч. κανονικὸν),
физика (греч. φυσικὸν)
этика (греч. ἠθικόν).

Теория познания

Свою теорию познания Эпикур именовал «каноникой», так как в её основе лежало учение о критериях или канонах истины. Не соглашаясь с Платоном и Аристотелем, первичным и главным критерием истины он считал ощущения (греч. αἰσθήσεις), в которых даётся нам жизнь. Разум же Эпикур считал полностью зависимым от ощущений. Поскольку чувственное познание, согласно Эпикуру, непогрешимо, постольку ошибки в познании или заблуждения происходят из ошибочных суждений о том, что дано в ощущениях[1].

В канонике Эпикура выделяют также вторичные критерии истины, такие как «предвосхищение» (греч. προλήψεις, пролепсис — мнение, понятие), «претерпевание» (патхэ) и «образный бросок мысли».

«Предвосхищение» — это «памятование того, что часто являлось нам извне», «оттиск, предварением которого были ощущения»[1] и чувственные восприятия[6]. Предвосхищения — это понятия или общие представления, возникающие на основе чувственных восприятий из единичных представлений[6].

«Претерпевание» — патхэ — это скорее критерий отношения к вещам, чем критерий истины. Претерпевание — основа для моральных оценок в соответствии с этическими принципами[1].

Содержание же понятия «образный бросок мысли» определяется как интуиция или интеллектуальная интуиция[6]. Согласно Эпикуру, «истинно только то, что доступно наблюдению или уловляется броском мысли», а «главным признаком совершенного и полного знания является умение быстро пользоваться бросками мысли» (епиболами)[1].

Учение о природе («физика»)

В своём учении Эпикур стремился дать практическое руководство для жизни (этику); этому служила физика (натурфилософия), а последней — логика.

Учение Эпикура о природе, по сути дела, демокритическое учение: Вселенная (греч. πᾶν) представляет собой результат столкновения и разъединения атомов (греч. ἄτομα), помимо которых не существует ничего, кроме пустого пространства (греч. κενόν). Эпикур считал Вселенную беспредельной (греч. ἄπειρόν).

В пространстве между этими мирами («междумириях», метакосмиях, греч. μετακοσμία), бессмертные и счастливые, живут боги, не заботясь о мире и людях. Таким же образом возникают и исчезают живые существа, а также душа, которая состоит из тончайших, легчайших, наиболее круглых и подвижных атомов.

Объяснение природных явлений (греч. φαινόμενα) у Эпикура чрезвычайно близко к точке зрения физиков Нового времени[7]. Он останавливается на происхождении таких явлений как гром, молнии, ветер, снег, радуга, землетрясение и кометы. Эпикура считают открывателем эмпирического естествознания[8].

Этика

Идеалом человека для Эпикура является мудрец (греч. σοφός). Познание природы не есть самоцель, оно освобождает человека от страха суеверий (мнений толпы), а также от боязни смерти (греч. θάνατον). Смерть в понимании Эпикура - это отсутствие ощущений. «Смерть не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти ещё нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет», — утверждал философ.

Эпикур производил различие желаний (греч. ἐπιθυμιῶν), среди которых он обнаруживал естественные и "пустые" (греч. κεναί). Среди естественных он отдельно выделяет необходимые желания. Целью всех деяний является безмятежное и блаженное состояние души. Удовольствия (греч. ἡδονὴν) Эпикур считал началом и концом блаженной жизни. Однако не все желания достойны удовлетворения, поскольку за некоторыми из них могут последовать страдания. Поэтому мудрец должен быть осмотрителен (греч. φρόνησις).

Учение об обществе и человеке

В отличие от стоиков, Эпикур не интересовался участием в ежедневной политике, считая, что это приводит к неприятностям. К общественности (особенно государству и культу) мудрец должен относиться дружественно, но сдержанно. Эпикур проповедовал принцип «живи неприметно» (греч. λάθε βιώσας), считал, что нужно идти по жизни, не привлекая к себе внимания; не стремиться к славе, власти или богатству, а наслаждаться маленькими радостями жизни — вкусной едой, компанией друзей и т. д. Плутарх подробно остановился на этой теме в своём эссе «Хорошо ли изречение: Живи неприметно?» (греч. Εἰ καλῶς εἴρηται τὸ λάθε βιώσας)[9].

Однако Эпикур высказал новую идею — справедливость как общественный договор, договор о том, чтобы не причинять и не терпеть вреда; и такой договор необходим, чтобы пользоваться всеми выгодами совместного проживания в упорядоченном обществе. Законы и наказания необходимы для удержания в узде глупцов, из-за которых договор может пострадать. Однако мудрецу польза договора очевидна и ввиду того, что его желания невелики, ему нет никакой нужды в нарушении законов. Законы полезные для человеческого общения и счастья справедливы, бесполезные — несправедливы[10]. Общество, по Эпикуру, как раз возникло из договора между живущими уединённо и руководствующимися естественным правом людьми. Заключён он с целью непричинения друг другу вреда. При этом люди склонны забывать, что все законы и обычаи могут быть изменяемы, поскольку они должны служить взаимной пользе.[1].

Что касается человеческой речи, Эпикур указывал на связь развития речи с условиями среды проживания человека. В частности, полагал, что в различных географических местностях люди под воздействием одних и тех же вещей издавали различные звуки (за счёт различного влияния среды на человеческие легкие). Таким образом первые слова, произносимые людьми, были различными, а потому стали различными и языки[1].
Своим появлением на свет человек обязан самому себе и своим родителям.
Человек есть результат естественного развития природы.
Боги, возможно, есть, но они никаким образом не могут вмешиваться в жизнь людей и земные дела.
Судьба человека зависит от него самого, а не от богов.
Душа человека умирает вместе с телом.
Умение хорошо жить и хорошо умереть — это одна и та же наука.

О богах

Согласно Эпикуру, бог (греч. θεὸν) является существом (греч. ζῷον) бессмертным и блаженным. Как пишет Марианна Шахнович, парадоксальность наследия Эпикура заключается в том, что «он, признанный как безбожник, не только утверждал существование богов, но и отвёл учению о богах (теологии) важное место в своей философской системе»[11].

Эпикур отрицал провиденциализм[6]. Он заявлял, что в том виде, в котором боги существуют, им нет дела до людей, они не имеют представления о нашем существовании, и следовательно, они не будут наказывать нас ни в этой, ни в какой-нибудь любой другой жизни[12].

Основные положения учения Эпикура о богах таковы[6]:
боги существуют;
истинное знание о богах образуется за счёт предвосхищения (пролепсиса);
обывательское представление о богах ложно;
боги бессмертны и блаженны[6] и пребывают в междумириях (интермундиях)[11].

Шахнович пишет о «знаменитом заключении Эпикура», известном в изложении Лактанция (De ira dei 13, 19), о несовместимости представления о промысле всеблагого бога с наличием зла в мире, в связи с чем утверждает, что Эпикур отвергал теодицею[6].

Публикации сочинений
Письмо к Геродоту. Письмо к Пифоклу. Письмо к Менекею. Главные мысли. Перевод М. Л. Гаспарова // Тит Лукреций Кар. О природе вещей. — М., 1983. (серия «Библиотека античной литературы»). — С.292-324.

Примечания

1.↑ Перейти к: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Чанышев А. Н. Курс лекций по древней и средневековой философии. — М.: Высшая школа, 1991. — 512 с. — ISBN 5-06-000992-0. — с.74-92.
2.↑ Перейти к: 1 2 Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. Книга 10 «Эпикур»
3.↑ http://www.sno.pro1.ru/lib/school/bonnar/39.htm
4.↑ Plato Hodie — Платон Сегодня
5.↑ Книга - О природе вещей - Кар Тит - Читать онлайн, Страница 5 - DetectiveBook
6.↑ Перейти к: 1 2 3 4 5 6 7 Шахнович, М. М. Эпикур // Новая философская энциклопедия / Ин-т философии РАН; Нац. обществ.-науч. фонд; Предс. научно-ред. совета В. С. Стёпин, заместители предс.: А. А. Гусейнов, Г. Ю. Семигин, уч. секр. А. П. Огурцов. — 2-е изд., испр. и допол. — М.: Мысль, 2010. — ISBN 978-5-244-01115-9.
7.↑ Г. Гегель «Лекции по истории философии». — Гегель. Сочинения — том X — М.., Партиздат, 1932. — С. 378
8.↑ Г. Гегель «Лекции по истории философии». — Гегель. Сочинения — том X — М.., Партиздат, 1932. — С. 379
9.↑ Плутарх; Перевод с древнегреческого и комментарии Э. Г. Юнца. Хорошо ли изречение: Живи неприметно? // Вестник древней истории. — 1998. — № 4.
10.↑ Тит Лукреций Кар. Эпикур. Главные мысли. (31-40) // О природе вещей / Перевод и комментарии М. Л. Гаспарова. — М., 1983.
11.↑ Перейти к: 1 2 Шахнович, М. М. Парадоксы теологии Эпикура. — СПб., 2000. — С. 7, 55.
12.↑ O’Keefe, Tim. «Epicurus.» Internet Encyclopedia of Philosophy. Retrieved on 2008-02-12.

См. также

commons:
Эпикуреизм
Древнегреческая философия

Литература
Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. Пер. с древнегреч. М. Л. Гаспарова. — М.: Мысль, 1986.
Герлак Г. Ньютон и Эпикур // Физика на рубеже XVII—XVIII вв. — М.: Наука, 1974. — С.44-74.
Гончарова Т. В. Эпикур. — М., 1988. (ЖЗЛ) Гончарова Т. В. Эпикур. — 2-е изд. — М.: КомКнига, 2010. — 336 с. — ISBN 978-5-484-01242-8.

Гюйо М. Мораль Эпикура и её связь с современными учениями. Собр. соч., т. 2. — СПб., 1899.
Конш М. Эпикур и квантовый анализ // Разум и культура. Труды международного франко-советского коллоквиума. Лилль, 26-29 апреля 1978 года. — М., 1983. — С.42-56.
Никольский Б. М. Эпикур о наслаждении: проблема кинетического и статического наслаждения (недоступная ссылка с 12-05-2013 (886 дней)). // Марк Туллий Цицерон. О пределах блага и зла. Парадоксы стоиков. — М.: РГГУ, 2000. — С.421—451.
Танхилевич О. Эпикур и эпикуреизм. — М., 1926.
Тер-Аракельянц, Владимир. Критика русскими религиозными философами XIX—XX вв. принципов этики Эпикура // Культура и религия. — 2011. — № 1(01).
Шакир-Заде А. С. Эпикур. — М.: Соцэкгиз (Серия: Мыслители прошлого), 1963. — 224 с.
Шахнович, М. М. Христианизация эпикуреизма в эпоху Возрождения и раннего Нового времени // Христианская культура на пороге третьего тысячелетия. Материалы научной конференции. 12-14 июня 2000 г. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. — С.21-28 (Symposium, 5).
Шахнович, М. М. Парадоксы теологии Эпикура. — СПб., 2000. — 152 с. — ISBN 5-93597-008-2.
Шахнович, М. М. Сад Эпикура. Философия религии Эпикура и эпикурейская традиция в истории европейской культуры. — СПб.: Изд-во СПбГУ, 2002. — 284 с. — ISBN 5-288-02654-8.
Шахнович, М. М. Эпикур // Новая философская энциклопедия / Ин-т философии РАН; Нац. обществ.-науч. фонд; Предс. научно-ред. совета В. С. Стёпин, заместители предс.: А. А. Гусейнов, Г. Ю. Семигин, уч. секр. А. П. Огурцов. — 2-е изд., испр. и допол. — М.: Мысль, 2010. — ISBN 978-5-244-01115-9.
Bailey C. The Greek Atomists and Epicurus. — Oxford, 1928.
Г. Гегель «Лекции по истории философии». — Гегель. Сочинения — том X — М.., Партиздат, 1932. — С. 361—390

Ссылки
Труды Эпикура (в русском переводе) на портале ancientrome.ru
Эпикур Диоген Лаэртский. О жизни философов. 10 гл.
ΕΠΙΚΟΥΡΟΣ Диоген Лаэртский. О жизни философов. 10 гл.

Эпикуреизм
 

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AD...B8%D0%B7%D0%BC

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Эпикуреи́зм — философское учение, исходящее из идей Эпикура и его последователей.

Эпикур основывает свою школу в 310 г. до н. э. сначала в Колофоне, а затем, в 306 г. до н. э., переносит её в Афины. Школа находилась в саду философа, по этой причине она получила название «Сад», а последователи Эпикура стали именоваться «философами из садов». В школу принимались женщины и рабы, причём отказываться от своего имущества не требовалось. На воротах школы была надпись: «Гость, тебе здесь будет хорошо; здесь удовольствие — высшее благо»[1].

Школу эпикуреизма застал апостол Павел, во время путешествия в Афины[2].

Содержание
1 «Четвероякое лекарство»
2 Физика
3 Этика
4 Известные представители
5 Судьба эпикуреизма
6 Примечания
7 Ссылки

«Четвероякое лекарство»
https://upload.wikimedia.org/wikiped...1005_col_5.png
Тетрафармакос, папирус найденный в Геркулануме на Вилле папирусов
Тетрафармакон (τετραφάρμακος):
не должно бояться богов (греч. Ἄφοβον ὁ θεός).
не должно бояться смерти: «Пока мы существуем, нет смерти; когда есть смерть, нас более нет».
благо легко достижимо.
зло легко переносимо.

Физика

В физике Эпикур исходил из признания вечности и несотворимости мира. Эпикурейцы были яркими представителями античного материализма, которые заимствовали учение Демокрита об атомах, однако дополнили его учением о свободном отклонении атомов[3].

Этика

Эпикурейская философия, в особенности философия самого Эпикура, не имеет конечной целью нахождение теоретической истины, она не ставит перед собой задачу получить некое чистое знание. Эпикуреизм служит вполне конкретным нуждам: ищет способ избавления человека от страдания.

Эпикурейцы считали, что для счастливой жизни человеку необходимо:
отсутствие телесного страдания;
невозмутимость души (атараксия);
дружба.

Главный интерес для эпикурейцев представляет чувственный мир, поэтому их основной этический принцип — удовольствие. Но Эпикур представлял удовольствие не вульгарно и упрощенно, а как благородное спокойствие, уравновешенное удовольствие. Он считал, что желания человека безграничны, а средства их удовлетворения ограничены. Поэтому необходимо себя ограничить лишь потребностями, неудовлетворение которых ведёт к страданию. От остальных желаний следует отказаться, в этом необходимы мудрость и благоразумие.

В отличие от стоиков, которые считали рок неизбежным, эпикурейцы наделяют человека свободой волей. Человек может предаваться удовольствиям сообразно своим желаниям. Жизнь — вот главное наслаждение. Умирая, Эпикур принял теплую ванну и попросил принести ему вина.

Известные представители

Крупнейшим представителем греческого эллинистического эпикуреизма является в первую очередь сам Эпикур. Римский эпикуреизм представляли Лукреций и Каций; это направление повлияло также на римский эклектизм.[источник не указан 972 дня]
Метродор, ученик Эпикура;
Колот из Лампсака
Аполлодор Эпикурейский;
Зенон из Сидона, ученик Аполлодора;
Федр;
Филодем из Гадары;
Метродор Стратоникейский;
Диоген из Эноанды.

Судьба эпикуреизма

Исчезнув с распространением христианства, эпикуреизм вернулся в эпоху Возрождения, став одним из источников французского материализма (Пьер Гассенди)[4][5].

Примечания

1.↑ Эпикур // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
2.↑ Библия, Деяния святых апостолов, 17:18
3.↑ Эпикуреизм
4.↑ Судьба древнегреческого атомизма и философский вклад Эпикура
5.↑ Пьер Гассенди — возобновитель эпикуреизма

Ссылки
Эпикуреизм
Эпикуреизм
Шахнович М. М. Эпикуреизм // Новая философская энциклопедия: в 4 т. / Ин-т философии РАН; Нац. обществ.-науч. фонд; Предс. научно-ред. совета В. С. Стёпин. — 2-е изд., испр. и допол. — М.: Мысль, 2010. — ISBN 978-5-244-01115-9.
Шахнович М. М. Эпикуреизм в европейской философии
Античные концепции эпикуреизма, скептицизма и стоицизма

Эпикуреизм
 

http://www.grandars.ru/college/filos...pikureizm.html
Другим широко известным направлением в философии эпохи эллинизма был эпикуреизм. Его родоначальник Эпикур (ок. 342/341 — 270/271 гг. до н. э.) родился на острове Самосе. Его учителем был один из последователей Демокрита — Навсифан. После пяти лет преподавания философии в Колофоне, Митилене и Лампсаке Эпикур переехал в Афины, где прожил до конца жизни, руководя содружеством философов или школой, которая получила название “Сад Эпикура”.

Произведения мыслителя дошли до нас неполно в виде нескольких писем и значительного числа фрагментов из его произведений.

Философию Эпикур понимал как деятельность, дающую людям с помощью размышлений, лишенную страданий, счастливую жизнь. Цель его философии не изменение мира, а приспособление к нему.

Философия Эпикура делится на три части

Главная из них — этика, которая учит как достичь счастья. Вторая часть философии — физика. Она дает представление о природном мире, освобождает от страха перед ним и служит основанием для этики. Обе эти части опираются на канонику, своего рода теорию познания и методологию науки, выступающую в качестве третьей части. У Эпикура познание возможно на базе ощущений. Повторяющиеся ощущения, глубоко западая в сознание человека, образуют понятия. Эпикур рассматривал чувства как непогрешимые, а заблуждения выводил из неправильных суждений.

В физике Эпикур исходил из признания вечности и несотворимости мира. Он вслед за Демокритом придерживался идеи об атомном строении вещества. Он смягчил демокритовскую версию детерминизма. Это ему понадобилось для обоснования допускаемой им свободной воли человека. Мыслитель выдвинул идею о том, что не все в мире происходит по необходимости, в нем есть место и для случайности. Разобраться в диалектике необходимости и случайности можно лишь познав их. Указав на знание как средство подчинения необходимости разумному действующему человеку, Эпикур тем самым указал на реальный путь возвышения над необходимостью, подчинения ее своим интересам. Это обстоятельство позволило философу рассматривать человека в мире не как марионетку, а как свободного творца своих поступков, своей судьбы. Иными словами, в познании явлений, протекающих в силу необходимости и случайности, Эпикур видит путь к свободе.

Мыслитель осознавал трудности познания окружающего мира, вытекающие из несовершенства органов чувств как средств познания. Это заставило его искать основание, опора на которое давала бы правильные знания о мире и обеспечивала бы реализацию свободы. Такое основание Эпикур увидел в благоразумии, которое он ценил даже выше философии. Высокая оценка благоразумия объясняется тем, что Эпикур рассматривает его как особое качество, сформировавшееся у личности на основе освоения ею философских знаний. В данной связи он рассматривает и саму философию. Она для Эпикура имеет ценность лишь в той мере, в какой отвечает потребности формирования у человека благоразумия. Благоразумие как человеческая способность формируется в ходе воспитания. Оно избавляет человека от безграничных вздорных страстей и страха, что является непременным и первым условием обретения способности счастливо мыслить и избегать несчастья. Эпикур считал, что достижение счастья должно предусматривать высвобождение человека от уз общественной деятельности, имея в виду участие в политической деятельности. Однако этим учение Эпикура о счастье, как составной части его этики, не ограничивается. Оно связано с учением об атараксии или безмятежности, которые им рассматриваются как состояния, тождественные счастью. Следует заметить, что понимание атараксии как особого состояния разумного существа, по-видимому, является результатом восприятия Эпикуром идей восточных мудрецов. Оценка безмятежности как идеала человеческого существования была широко распространена в условиях общественной нестабильности.

Разрабатывая проблемы этики, которая в системе философствования Эпикура занимает главенствующее место, и сравнивая состояние атараксии и безмятежности со счастьем, Эпикур не был склонен, подобно мудрецам древнего Востока, видеть в безмятежности единственное условие счастья. Безмятежность (атараксия) у него — это лишь условие одного из видов удовольствий, которые он делил на активные и пассивные или удовольствия покоя. Последние и выступают, согласно Эпикуру, результатом безмятежности. Для Эпикура атараксия скорее состояние сосредоточенности в процессе познания, помогающее достичь истинного знания, благодаря отрешению от восприятия побочных эффектов и следованию важнейшим принципам достижения истинного знания.

Достижение счастья предполагает реализацию многочисленных желаний. Философ считал, что свободное от ошибок сочетание желаний при выборе линии поведения во многом зависит от самой личности. Согласно Эпикуру, организация счастливой жизни требует не свободного проявления знаний, а четкой их реализации в заранее установленных пределах. Ибо отсутствие ограничения личностью своих желаний влечет за собой нежелательные последствия. Мыслитель учит, что если неисполнение желания не влечет страдания, то такое желание не является необходимым. В то же время он рекомендует удовлетворять те желания, от которых зависит человеческая жизнь, т. е. желания есть, одеваться и т. д.

Иными словами, надо соблюдать меру в реализации желаний и получения удовольствий. Последние могут быть получены лишь при соблюдении меры в потребностях, реализуемых в желаниях.

Проблема удовольствий занимает особое место в этике Эпикура. В ней мыслитель вслед за Аристипом из Кирены (435 — 360 гг. до н. э.) и признавал, что для человека высшим является удовольствие. Эта точка зрения характерна для гедонистической этики. При этом удовольствие признается за начало и конец счастливой жизни. Однако в отличие от Аристипа, который рассматривал удовольствие как положительное состояние наслаждения, Эпикур связывал удовольствие с отсутствием страдания.

Эпикур понимал удовольствие как рубеж, за которым начинаются страдания. Умеренность во всем, в том числе и в удовольствиях, рассматривается мыслителем как самостоятельное и значительное благо. По мнению философа, тот, кто привык к умеренности, не будет страдать, когда многого нет и приходится довольствоваться малым.

Эпикур отнес к числу важнейших условий счастливой жизни прежде всего такие, казалось бы, элементарные, но чрезвычайно важные для поддержания жизни потребности, как потребности в пище и тепле. По его мнению, удовлетворение этих потребностей порождает самые приятные удовольствия.

Эпикур как философ имел многочисленных последователей как в Древней Греции, так и в Древнем Риме. К числу крупнейших среди этих многочисленных последователей выделяются Филодем (ок. 110 — 40/35 гг. до н. э.) Лукреций Кар (начало I — середина I в. до н. э.). В поэме Лукреция Кара “О природе вещей” в синтезированной форме передаются идеи эпикуреизма. В ней Лукреций Кар подверг критике религиозное мировоззрение. Он считал, что Вселенная не сотворена богом или богами. В то же время он не отрицает их существования, он считает, что они не вмешиваются в дела людей. Боги, по его мнению, не нуждаются в поклонении людей.

Согласно Лукрецию, материя существует вечно, она не является материалом для нематериальных сил. Материя состоит из своего рода атомов, которые поэт называет первоначалами вещей.

Природа у Лукреция складывается из первоначал, движущихся в пустоте. Первоначала, по его мнению, не слипаются, они всегда разделены пустотой.

Лукреций вслед за Демокритом и Эпикуром считал душу телесной, она рассматривается и как носительница разума. Философ считал, что душа рассеяна в теле и не может существовать без него. Она гибнет вместе с телом. Лукреций убеждает, что не следует бояться смерти души, ведь таким способом она избегает мучений. Поэма “О природе вещей” проникнута уверенностью в благоприятном для жизни будущем людей, в том, что их усилиями будет создана более совершенная организация общественной жизни, а также проникнута верой в силу знания. В дальнейшем это произведение стало катализатором, пробуждающим пытливость мысли и потребность в служении науке и людям

Эпикур
 

http://www.hrono.ru/biograf/bio_e/epikuros.php
http://www.hrono.ru/biograf/bio_e/epikuros.jpg
IGDA/G. Dagli Orti
ЭПИКУР.

Эпикур (342–270 до н.э.), древнегреческий философ, основатель эпикуреизма, родился на Самосе в семье афинян. Занимался философией у платоника Памфила и у последователя Демокрита Навсифана. От последнего Эпикур усвоил атомизм, сделавшийся основой его собственного учения. В 18 лет Эпикур прибыл в Афины, где провел два года. О последующих 10 годах его жизни сведений нет, но в 311 до н.э. Эпикур основал собственную школу в Митилене (на Лесбосе). Школа расширялась, и ок. 306 до н.э. Эпикур перебрался в Афины, где приобрел участок земли и создал уникальную общину, состоявшую из мужчин и женщин, придерживавшихся в своей жизни принципов его философии. В Афинах Эпикур пробыл, с небольшими перерывами, до самой смерти. Эпикур был чрезвычайно обаятельным человеком, мягким и великодушным. Считается, что им было написано 300 свитков по философским проблемам, но почти все его сочинения утрачены. Учение Эпикура известно нам главным образом по трем большим письмам, сохраненным Диогеном Лаэртием, а также по поэме Лукреция О природе. Эпикур оставил множество преданных последователей своего учения, сохранявшего организованную форму по крайней мере до 3 в. н.э.

Использованы материалы энциклопедии "Мир вокруг нас".

Эпикур (…) (341-270 до н. э.) — древнегреческий философ-материалист. Родился на острове Самос в семье школьного учителя. С 309 г. начинает преподавать философию в Колофоне, Митилене, Лампсаке. В 306 г. вместе с учениками переселился в Афины и основал философскую школу «Сад», просуществовавшую более восьми столетий и ставшую главным центром античного материализма и атеизма. Свое философское учение Э. изложил в многочисленных произведениях, письмах. Им написано около 300 сочинений, большая часть из них не сохранилась. Философская система Э. включает физику, канонику, этику. В своих физике и канонике Э. разработал материалистическое учение. Важнейшим его элементом является принцип сохранения материи: ничто не происходит из несуществующего и ничто не становится несуществующим, ибо нет ничего, помимо Вселенной, что могло бы войти в нее и произвести изменение. ПоЭ., Вселенная бесконечна и существует вечно. Основные элементы мироздания: первоначальные материальные тела — атомы, и занимаемое ими пространство — пустота. Атомы и пустота вечны и бесконечны. К свойствам атомов Э. относил форму, величину и вес.

Философский словарь / авт.-сост. С. Я. Подопригора, А. С. Подопригора. — Изд. 2-е, стер. — Ростов н/Д : Феникс, 2013, с 545.

Эпикур (341—270 до н. э.) — греческий философ-материалист и атеист эпохи эллинизма. Э. отрицал вмешательство богов в дела мира и исходил из признания вечности материи, обладающей внутренним источником движения. Возрождая атомизм Левкиппа—Демокрита, Э. вносит в него оригинальные изменения: для объяснения возможности столкновения атомов, движущихся в пустом пространстве с одинаковой скоростью, он вводит понятие спонтанного (внутренне обусловленного) «отклонения» атома от прямой линии. Это — основа более глубокого взгляда на соотношение необходимости и случайности, шаг вперед по сравнению с механическим детерминизмом Демокрита. В теории познания Эпикур — сенсуалист. Ощущения сами по себе всегда истинны, т. к. исходят из объективной реальности; ошибки возникают из истолкования ощущений. Возникновение ощущений Эпикур объясняет наивно-материалистически: от поверхности тел исходит непрерывный поток мельчайших частиц, истечений, проникающих в органы чувств и вызывающих образы вещей. Познание имеет целью освободить человека от невежества и суеверия, страха перед богами и смертью, без чего невозможно счастье. В этике Э. обосновывает разумное наслаждение, в основе которого лежит индивидуалистический идеал уклонения от страданий и достижения спокойного и радостного состояния духа. Наиболее разумным для человека является не деятельность, а покой, атараксия. Материалистическое учение Эпикура искажалось в идеалистической философии (например, Гегелем).

Философский словарь. Под ред. И.Т. Фролова. М., 1991, с. 542-543.

ЭПИКУР (341-270 до н.э.) - древнегреческий философ-моралист эпохи эллинизма, афинянин по происхождению. Основатель (306 до н.э.) оригинальной философской школы "Сад Э.". Написал около 300 сочинений. Сохранились лишь три письма, в которых сжато изложены основные положения его учения, и ряд фрагментов: "Э. приветствует Пифокла" (письмо), "Э. приветствует Менекея" (письмо), "Большой обзор" (предназначенный для начинающих), "Малый обзор", или "Письмо к Геродоту" (для более подготовленных последователей), "Главные мысли" (40 афоризмов), "О природе", "О предопределении" и др. Стремился создать практическое руководство для жизни (этику), для этого предназначалась физика, а последней служила логика. Учение Э. о природе утверждает бесчисленность и разнообразие спонтанно развивающихся миров, являющих собой результат столкновения и разъединения атомов, помимо которых существует лишь пустота. Пытаясь преодолеть тезис Демокрита о безраздельном господстве необходимости в мире атомов (следствием которого применительно к атомам души была невозможность свободы воли), Э. постулировал возможность случайного отклонения ("очень небольшого - меньше которого и быть не может") атома от закономерной прямой линии движения в пустом пространстве. По Э., в пространствах между этими мирами ("междумириях") обитают бессмертные и счастливые боги, равнодушные к посюсторонним страстям. (Отрицая провидение и бессмертие души, Э. не прекращал при этом почитать богов, убежденно провозглашая значимость святости и благочестия: совершенство божественной природы - достаточная причина, чтобы их чтить.) Душа и живые существа состоят из легчайших, тончайших и наиболее подвижных атомов. Вопреки классическим представлениям античной философии, ощущения, по Э., всегда истинны ибо обусловлены объективной реальностью. Ошибочным может быть истолкование ощущений. Согласие с чувственными восприятиями и с основанными на них общими представлениями - подлинный критерий истинности знания. Познание природы, философские искания - не самоцель, они освобождают людей от суеверия, страха перед смертью и религиозных предрассудков. Это является необходимой предпосылкой обретения человеком счастья и блаженства, в основании которых лежит духовное удовольствие - более устойчивое нежели простые чувственные удовольствия, т.к. не зависит от внешних обстоятельств. Разум людей - бескорыстный дар богов, полагающий приведение человеческих устремлений к согласию. Результат последнего удовольствие вкупе со спокойствием и невозмутимостью, не нарушаемыми никакими неприятными эмоциями. Именно сочетанием этих душевных качеств и достигается подлинное благочестие, более ценное для человека чем деятельность. К общественности (культовым традициям и государственным учреждениям), по Э., необходимо относиться дружественно и сдержанно ("Живи уединенно!"). Термин "эпикуреизм" вошел в философскую категориальную традицию как синоним "гедонизма".

А.А. Грицанов

Новейший философский словарь. Сост. Грицанов А.А. Минск, 1998.

Эпикур (Epikuros) (342-341 до н. э., о. Самос, - 271-270 до н. э., Афины), древнегреческий философ-материалист. С 306 жил в Афинах, где основал филос. школу ("Сад" Э. - см. Эпикуреизм). Из большого наследия Э. (ок. 300 соч.) сохранились неск. писем, афоризмы и завещание.

Философия Э. разделяется на этику, физику и канонику (учение о познании). В этике, исходя из идей Демокрита и киренской школы, Э. объявлял истинной природой человека способность к ощущениям (а не разум, как у стоиков), поэтому смысл и конечная цель человеческой жизни - в достижении удовольствий. Удовольствие, по Э., есть отсутствие страдания. Причина страданий заключена в самом человеке - это страсти и страх, от к-рых призвана излечить людей философия. Достижение удовольствий невозможно без аскетич. самоограничения. Результат правильной жизни - невозмутимый покой души (атараксия), счастье, тождественное добродетели, свобода и наслаждения, высшими из к-рых являются мудрость, справедливость и особенно дружба.

В физике Э., следуя атомистич. учению Демокрита, внёс в него, однако, существенные изменения: вихревое движение атомов заменяется у Э. падением, вводится понятие "веса" атомов. Особенно примечательно учение Э. о произвольном отклонении атомов от падения по прямой, обосновывавшее возникновение миров (число к-рых бесконечно) и свободу индивида (т. е. атома и человека).

В борьбе с традиционным для антич. натурфилософии понятием рока (см. Судьба) Э. доходил до беспрецедентного отрицания точной закономерности небесных явлений.

Источником знания Э. признавал ощущения и понятия, рождающиеся из повторения ощущений (prolepsis) или их предвосхищения. Критерий истины - соответствие ощущениям, происхождение к-рых объяснялось демокритовской теорией истечений.

Отвергая представления нар. мифологии о богах как нечестивые, Э. считал, что боги ведут блаженное и безмятежное существование в пространствах между мирами ("метакосмии", или "интермундии") и не вмешиваются в жизнь миров, являя этим мудрецу образец для подражания.

Философия Э. явилась новым этапом антич. атомизма и оказала значит, влияние на позднеантич. и новоевроп. философию.

А. Л. Доброхотов.

Использованы материалы Большой советской энциклопедии.

ЭПИКУР (…) (341/342 - 271/270 до н. э.) - древнегреческий философ, основатель эпикуреизма — философского учения, популярного в Античности и имевшего последователей и почитателей в Новое время. Родился на о. Самос в семье афинянина. Учился философии у Навсифана, в 310 основал философскую школу сначала в Колофоне и Митилене, затем в Лампсаке. В 306 вместе с некоторыми учениками переехал в Афины и обосновался недалеко от Дипилонских ворот, где приобрел участок земли с садом. Школа получила название «Сад» (…) и просуществовала более восьмисот лет.

Эпикур, по словам Диогена Лаэртия, был «изобильнейшим писателем и множеством своих книг превосходил всех» (X, 27). Однако из написанных им 300 произведений до нас дошли лишь его три письма к ученикам, Геродоту, Пифоклу и Менекею (жанр философских писем был популярен в эпикуреизме), отрывки из писем к другим лицам, собрания изречений «Главные мысли» и т. н. «Ватиканское собрание» (обнаруженное в конце 19 в. в греческом кодексе 14 в.); довольно большое число цитат из разных трудов в сочинениях поздних эпикурейцев, их оппонентов, а также отцов Церкви; кроме этого фрагменты из фундаментального труда Эпикура в 37 книгах «О природе», обнаруженные при расшифровке геркуланских папирусов.

Философское учение Эпикура имело практическую цель — указать людям путь к счастью. Он писал, что пусты слова того философа, которыми не врачуется человеческое страдание. Евдемонические искания определили характер всей его философской системы. Эпикур предложил людям «тетрафармакон» — четверолекарствие, способное излечить человечество от болезненного страха и указать путь к счастливой жизни: «Бог не внушает страха; смерть не внушает опасения; благо легко достижимо; зло легко претерпеваемо» (fr. 26 Arrighet- ti = Philod., … col. IV, 10—14). Эпикур стремился освободить человека от страха, в котором видел главный источник страдания. Этой задаче было подчинено его учение о природе. В «Главных мыслях» он писал: «Нельзя рассеять страх о самом главном, не постигнув природы Вселен-ной и подозревая, будто в баснях что-то все-таки есть. Поэтому чистого наслаждения нельзя получить без изучения природы» (XII).

В своей онтологии (физике) Эпикур был продолжателем атомистического учения Демокрита. Вселенная есть тела и пустота. Тела состоят из атомов, которые движутся вечно и непрерывно и не имеют никаких свойств, кроме вида, величины и веса. Во Вселенной множество миров, и наш мир возник из скопления атомов без внешнего вмешательства; «какова Вселенная теперь, такова она была вечно и вечно будет... ибо кроме Вселенной нет ничего» (X, 39). Эпикур выдвинул не только принцип самодвижения материи (атомы вечно движутся в пустоте), но и принцип ее самоорганизации: «Возникновение совершается тогда, когда необходимые для этого семена истекают из какого-либо мира, или междумирия, или нескольких миров, постепенно пребывая, расчленяясь... пока не наступит такая законченность и устойчивость, что зало-женное основание не сможет уже ничего принимать» (Diog. L. X, 89). Развивая атомистическую доктрину, Эпикур создал теорию спонтанного отклонения атома от прямой линии (… у Лукреция — clinamen). Это учение расширило понятие атома как первопричины, послужило теоретическим основанием эпикурейской этики. Эпикур критиковал фатализм стоиков, отвергал представления о необходимости Демокрита (в специальном сочинении «Против Демокрита»). Он отвергал не только провиденциализм, но и телеологию и связанную с ней теодицею. Знаменитое заключение Эпикура о том, что представление о божестве как всеблагом промыслителе несовместимо с наличием зла на земле, известно в изложении Лактанция (De ira dei 13, 19).

Теория познания Эпикура — каноника — изложена им в трудах «О критерии, или Канон», во 2-й книге сочинения «О природе», в «Об образах» и др. Он писал, что существуют от-печатки (…), образы, подобные по виду телам, но по тонкости далеко отстоящие от предметов, доступных чувственному восприятию. Эти копии, или образы, состоящие из тончайших атомов и исходящие от тел, сохраняют порядок, который имеют в телах, и, прямо попадая в органы чувств людей, образуют у них чувственные восприятия. Если же такие истечения носятся в воздухе, переплетаясь друг с другом, а затем проникают в людей через поры кожи, то образуются фантастические представления. Так, напр., смешение истечений от человека и коня вызывает представление о кентавре. На основе чувственных восприятий возникают единичные представления, а на их основе — общие представления или понятия, названные Эпикуром … (пролепсисы) — «предвосхищения». Согласно Диогену Лаэртию, «предвосхищения» у эпикурейцев были тесно связаны с опытом и возникали на его основе — пролепсис есть воспоминание того, что часто являлось извне (Diog. L. X, 33), в отличие от стоиков, для которых это врожденное понятие о всеобщем (X, 54). Критерием истины, по Эпикуру, кроме ощущений, предвосхищений и претерпеваний (чувств), Диоген Лаэртий называет «образный бросок мыслей» (….). Содержание этого сложного понятия определяется как интуиция или как интеллектуальная интуиция. К. Бейли определял его, с одной стороны, как схватывание (восприятие) особо тонких образов и, с другой — как понимание подтвержденного ранее положения (С. Bailey, р. 274). М. Изнарди Паренте считает, что оно определяет деятельность разума по восприятию мгновенной эмпирической информации и поднятия ее на иной уровень, для того, чтобы превратить чувственные образы в интеллектуальные представления (М. Isnardi Parente, p. 28). Этот критерий чрезвычайно важен для понимания отношения эпикурейцев к галлюцинациям и сновидениям. Они, по мнению Эпикура, образуются из истечений от реально существующих предметов, смешиваясь в голове больного или спящего человека, поэтому, возникнув на основе истинных ощущений, тем не менее ложны.

Эпикур отвергал традиционную религию, представление о бессмертии души, возможность мантики, отрицал пророческую силу снов. Посидоний, Цицерон, Плутарх считали его атеистом, лишь формально признающим существование богов. Имя его упоминается в списке атеистов Клитомаха Карфагенского. Однако известно, что у Эпикура было специальное сочинение «О богах» (не сохранилось). В дошедшем до нас письме Эпикура к Менекею (Diog. L. X, 123—124) определены важнейшие принципы его теологии: 1) боги существуют, т. к. имеется очевидное знание о них; 2) истинное знание о богах образуется за счет предвосхищения (…); 3) обывательское представление о богах ложно; 4) боги бессмертны и блаженны. В схолии к «Главным мыслям» отмечено, что непрерывное течение атомарных образов определяет антропоморфизм богов: «боги познаваемы разумом, одни — существуя в виде чисел, другие — в подобии формы, человекообразно возникая из непрерывного истечения подобных видностей, направленного в одно место» (Diog. L. X, 139). Боги атомарны и в силу изономии (т. е. равного количества смертных и бессмертных) бессмертны. Они блаженны, ни во что не вмешиваются и не нуждаются в культе. Цицерон отмечал, что, по мнению Эпикура, боги существуют, поскольку необходимо должна быть некая природа, столь превосходная, что лучше ее ничего нет (Cic. Nat. Deor. II, XVII, 46). Бог — идеал д ля невозмутимого эпикурейского мудреца, который живет, по словам Эпикура, «как бог среди людей» (Diog. L. X, 135). Это определило особенности благочестия Эпикура, выраженного в стремлении к подражанию богам и общению с ними путем созерцания атомарных истечений.

Этику Эпикура относят к натуралистическим моральным учениям, выводящим нравственность из потребности человека в удовольствии. В эпикуреизме атомистическому физическому «индивидуализму» соответствовал индивидуализм этический. Уверенность Эпикура в возможности счастья в земной жизни без вмешательства божественных сил, наряду с отрицанием бессмертия души и загробной жизни, вызвала критику эпикуреизма в христианстве. Эпикур считал естественным стремление человека к наслаждению, понимаемому как уклонение от страданий, и к достижению спокойного и радостного умиротворенного состояния духа. Он считал добродетельными и приятными только удовольствия, сообразные с природой, и отвергал порочные удовольствия, за которыми следует страдание, как несообразные с природой. Высшая добродетель — благоразумие (…) — достигается в результате самостоятельного выбора. Это означает, что боги не определяют критерия нравственности, не выступают в качестве морального регулятора. В сочинениях зрелого Эпикура для характеристики блаженного состояния используются лишь негативные термины …, указывающие на то, что счастье — это избавление от каких-либо зол. Эпикур считал, что душевные страдания хуже телесных и что, помимо наслаждений в движении (радости и веселья), существуют наслаждения покоя — безмятежность и отсутствие страдания. Диоген Лаэртий подчеркивал, что признание наслаждений покоя отличает Эпикура от киренаиков, признававших лишь наслаждения в движении (Diog. L. II, 85—86, 87—89). Из всего, что мудрость приготовила для счастливой жизни, самым значительным, приятным и плодотворным является для Эпикура дружба (Cic. De finib. II, XX,65).

Содержание эпикурейской этики было воспринято и развито гуманистами Возрождения, Спинозой, французскими просветителями, английскими утилитаристами, Фейербахом.

Источники: Epicuro, Ореге, а сига di G. Arrighetti. Torino, 1960, 2 ed. 1973; Epicurea, ed. H. Usener. Lipsiae, 1887 (repr. Stuttg., 1966); Epicuro, Ореге, a cura di M. Isnardi Parente. Torino, 1974, 2 ed. 1983; Epicuri et Epicureorum scripta in Herculanensibus papyris servata, ed. A. Vogliano. В., 1928; Epicurus. The extant remains with critical apparatus, transl. and noted by C. Bailey. Oxf., 1926; Фрагменты Эпикура, сост. Ф. А. Петровский.— В кн.: Лукреций. О природе вещей, т. 2. М.—Л., 1947, Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов, пер. М. Л. Гаспарова. М., 1986, с. 369—411 (кн. 10). Указатели: Usener Н. Glossarium Epicureum. Roma, 1977.

M. M. Шахнович

Новая философская энциклопедия. В четырех томах. / Ин-т философии РАН. Научно-ред. совет: В.С. Степин, А.А. Гусейнов, Г.Ю. Семигин. М., Мысль, 2010, т. IV, с. 448-449.

Далее читайте:

Философы, любители мудрости (биографический указатель).

М.Ф. Пахомкина. Философия. Задачи, упражнения, тесты, творческие задания: учебно-практическое пособие / М.Ф. Пахомкина. – Хабаровск: Изд-во Хабар. гос. техн. ун-та. 2005.

А.А. Тесля. Философия: методические указания / А.А. Тесля. - Хабаровск: Изд-во ДВГУПС, 2009. – 31 с.

Сочинения:

Epicurea, ed. H. Usener, Lipsiae, 1887;

Opere, Torino, 1973.

Литература:

Маркс К. и Энгельс Ф., Из ранних произведений, М., 1956, с. 17 - 98, 99 - 215;

Г ю и о М., Мораль Эпикура и её связь с современными учениями, Собр. соч., т. 2, СПБ, 1899;

Ш а к и р-3 а д е А. С., Эпикур, М., 1963;

Bailey С., The Greek atomists and Epicurus, Oxf., 1928;

H a dz s i t s G. D., Lucretius and his influence, L.. 1935;

Epikurus (Epikur). yon der tJberwindung der Furcht, eingel. und ubertr. v. O. Gigon, Z., 1949;

D e W i t t N. W., Epicurus and his philosophy, Minneapolis, 1954;

Hicks R. D., Stoic and Epicurean, N. Y., 1962.

Боричевский И. А. Древняя и современная философия науки в ее предельных понятиях. Научные письма Эпикура. М,—Л., 1925;

Шакир-Заде А. Р. Эпикур. М., 1963; Лосев А. Ф. История античной эстетики. Ранний эллинизм. М., 1979;

Васильева Т. В. Критерии эпикуровской каноники в интерпретации Лукреция и Цицерона.— В сб.: Из истории философского наследия древнего Средиземноморья, ч. 1. М., 1989, с. 40—62;

Шахнович М. М. Учение Эпикура об атрибутах богов,— В сб.: Философия религии и религиозная философия. СПб., 1995;

Bailey С. The Greek Atomists and Epicurus. Oxf., 1928;

Bignone E. L'Aristotle perduto e la formazione filosofica di Epicuro. Firenze, 1936;

Festugiere A.-J. Epicure et ses Dieux. P., 1946;

De Witt N. Epicurus and his Philosophy. Minneapolis, 1954;

Merlan F. Studies in Epicurus and Aristotle. Wiesbaden, 1960;

Furley D. Two studies in Greek Atomists. Princeton, 1967;

Lemke D. Die Theologie Epikurs. Miinch., 1973;

Konstan D. Some Aspects of Epicurean Psychology. Leiden, 1973;

Frisher D. The Sculpted Word. Epicureanism and Philosophical Recruitment in Ancient Greece. N. Y., 1982;

ZYZHTHXIX. Studi sull'epicureismo greco e romano offerti a M. Gigante, v. 1—2. Napoli, 1983;

Asmis E. Epicurus' Scientific Method. Ithaca— L., 1984;

Mitsis P. Epicurus' Ethical Theory: The Pleasures of Invulnerability. Ithaca—L., 1988.

Мои цитаты
 

https://ru.wikiquote.org/wiki/%D0%AD...BA%D1%83%D1%80

Мудрец не примет участия в государственных делах, если только к этому его кто-нибудь не принудит.

Конечная цель блаженной жизни — телесное здоровье и душевная безмятежность.

Лучше с разумом быть несчастным, чем без разума — счастливым.

Мы ценим свой характер как свою собственность, хорош ли он и уважается ли людьми или нет; так должно ценить и характер других.

Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

Для получения больших наслаждений необходимо себя ограничивать.

Кому малого недостаточно, тому ничего не достаточно. [1][2] — часто парафраз: «Довольствоваться малым»

— из неизвестных сочинений, фрагмент 69

Иные всю жизнь готовят себе средства к жизни.

Лучше вытерпеть некоторые страдания, чтобы насладиться большими удовольствиями; полезно воздерживаться от некоторых удовольствий, чтобы не терпеть более тяжких страданий.

Поблагодарим мудрую природу за то, что нужное она сделала легким, а тяжелое ненужным.

Самое страшное из зол — смерть — не имеет к нам никакого отношения, так как, пока мы существуем, смерть еще отсутствует; когда же она приходит, мы уже не существуем.

Величайший плод ограничения желаний — свобода.

Вера в бессмертие родилась из жажды ненасытных людей, безрассудно пользующихся временем, которое природа отпустила им. Мудрый найдёт это время достаточным, чтобы обойти весь круг достижимых наслаждений, и когда наступит пора смерти — насыщенному отойти от стола, освобождая место другим гостям. Для мудрого достаточно одной человеческой жизни, а глупый не будет знать, что ему делать с вечностью.

Необходимость есть бедствие, но нет никакой необходимости жить с необходимостью.

Смерть для нас — ничто: ведь всё и хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущений.

Законы изданы ради мудрых — не для того, чтобы они не делали зла, а для того, чтобы им не делали зла.

Пусты слова того философа, которыми не лечится никакое страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезни из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезни из души.

Изучение природы создаёт людей не хвастливых и велеречивых, и не выставляющих напоказ образование, предмет соперничества в глазах толпы, но людей смелых...[3]:87

Если Бог желает предотвратить зло,но не может этого сделать, тогда он бессилен
Если он мог бы это сделать, но не хочет, тогда он исполнен злобы.
Если он имеет как силу, так и желание, то откуда берется зло?
Если же он не имеет ни силы, ни желания - тогда за что называть его Богом?

Примечания

1.Перейти ↑ Материалисты Древней Греции: Собрание текстов Гераклита, Демокрита и Эпикура. – М., 1955. — С. 234.
2.Перейти ↑ Мысли и изречения древних (с указанием источника) / сост. К. В. Душенко. — М.: Эксмо, 2003.
3.Перейти ↑ Е.С.Лихтенштейн (составитель) Слово о науке. Книга вторая.. — М.: Знание, 1981. — 272 с. — (817728). — 100 000 экз.

Эпикуреизм
 

http://filosof.historic.ru/books/ite...96/st026.shtml
Единственной материалистической (для своего времени отчетливо материалистической) философией в античном Риме был эпикуреизм, который значительно распространился в последние годы Римской республики и в начале императорского правления. Наиболее выдающимся его представителем был Тит Лукреций Кар (ок. 95—55 до н.э.), написавший философскую поэму «О природе», которая является также и ценным художественным произведением тогдашней литературы.

Лукреций полностью отождествляет свои взгляды с учением Демокрита и Эпикура; последнего он считал наилучшим греческим философом. В своем произведении он мастерски объясняет, доказывает и пропагандирует воззрения ранних представителей атомистического учения, последовательно защищает основные принципы атомизма как от более ранних, так и от современных ему противников, давая одновременно наиболее цельную и логически упорядоченную интерпретацию атомистической филосрфии. При этом он во многих случаях разрабатывает и углубляет мысли Демокрита и Эпикура. Единственным сущим Лукреций считает атомы и пустоту.

Материя, прежде всего, это первичные тела вещей, во-вторых, все, что есть совокупность названных элементов. Ни одна сила, однако, атомы уничтожить не может, они всегда побеждают своей непроницаемостью. Первое же глубоко различно, двойной характер имеют те две вещи, как это сказано выше, материя и пространство, в нем же все происходит; необходимы сами они по себе и чисты. Куда простирается пустота, так называемое пространство, там нет материн; а таи, где простерлась материя, нет пустоты и пространства никоим образом. Первые тела суть полны без пустоты. Во-вторых, в возникших вещах пустота существует, возле нее же цельная материя.

В такой форме Лукреций излагает учение Демокрита и Эпикура об атомах и пустоте, подчеркивая в то же время несотворимость материи как таковой.

Если же первые тела, сплошные и без полостей, как уже я об этом говорил, они несомненно вечны. C неуничтожимостью и несотворимостью материи, т. е. с ее бесконечностью во времени, связана и бесконечность материи в пространстве.

Сама вселенная себя не может ограничить; правда — закон природы; он желает, чтобы границы материи образовала пустота, а материя — границы пустоты, заслугой этого чередования есть без конца вселенная 39.

Атомам, согласно Лукрецию, присуще движение. В решении вопроса движения он стоит на принципах Эпикура. Он пытается определенным образом обосновать отклонения от прямолинейного движения атомов.

Ты должен бы знать о движении вот что: если атомы падают в пространстве вертикально благодаря собственному своему весу, здесь на неопределенном месте и неопределенным образом отклоняются они от пути — лишь настолько, чтобы направление было немного иным. Если бы этого отклонения не было, все бы падало в глубины пустоты, вниз, как дождевые капли, не могли бы сталкиваться и соединяться элементы, и никогда бы природа ничего не создала 40.

Из этого вытекает, что Эпикурово паренклитическое движение для Лукреция является источником возникновения частиц. Вместе с величиной и формой атомов оно выступает причиной пестроты и разнообразия вещей в мире.

Душу он считает материальной, особым соединением воздуха и тепла. Она протекает через все тело и образована тончайшими и наименьшими атомами.

Из какой материи дух и из чего он состоит, это тебе перечислят вскоре мои слова. Прежде всего говорю, что дух чрезвычайно тонок; тела, что его образуют, чрезвычайно малы. Это помогает уяснить и сам поймешь, что: ничто не свершается в мире так быстро, как то, что себе представляет и образует сама мысль. Из этого видно, что дух имеет наибольшую скорость, чем все то, что доступно глазу; но что также подвижно, состоит он, верно, из тел совершенно круглых и наимельчайших 41.

Подобным образом он отстаивает атомистические воззрения и в области теории познания, которые он еще и разработал во многих направлениях.

В понимании Лукрецием атомистической теории уже можно встретить наметки эволюционизма. Он придерживался взгляда, что все органическое возникло из неорганического и что сложные органические виды развились из простейших.

Лукреций пытается объяснить естественным образом и возникновение общества. Он говорит, что первоначально люди жили, в «полудиком состоянии», не зная огня и жилища. Только развитие материальной культуры ведет к тому, что человеческое стадо постепенно превращается в общество. Естественно, он не мог прийти к материалистическому пониманию причин возникновения и развития человеческого общества. Его стремление к «естественному» объяснению было ограничено как социальными, так и гносеологическими параметрами. Однако, несмотря на это, его взгляды на общество были, в частности, по сравнению с тогдашним идеалистическим подходом значительным прогрессом. Так же как и Эпикур, он полагал, что общество, общественная организация (право, законы) возникают как продукт взаимного соглашения людей (теория договора): Соседи тогда начали соединяться в дружбе, Уже не желая чинить бесправие и враждовать, а детей же и женский пол взяли под охрану, показывая жестами и неловкими звуками, что к слабым все должны иметь сочувствие. Хотя согласие не могло повсеместно признаваться, лучшая и большая часть договор свято выполняла 42.

Материализм Лукреция имеет и свои атеистические последствия. Лукреций не только исключает богов из мира, в котором все имеет естественные причины, но и выступает против всякой веры в богов. Он критикует представление о жизни после смерти и все другие религиозные мифы. Показывает, что вера в богов возникает вполне естественным способом, как продукт страха и незнания естественных причин. В частности, он указывает на гносеологические истоки возникновения религиозных представлений (раскрытие социальных корней религии было, естественно, в его время невозможно).

В области этики Лукреций последовательно отстаивает эпикурейские принципы спокойной и счастливой жизни. Средством достижения счастья является познание. Чтобы человек жил счастливо, он должен освободиться от страха, в частности от страха перед богами. Эти воззрения он защищал как от стоической и скептической критики, так и от их вульгаризации в понимании некоторых сторонников эпикуреизма из высших кругов общества.

Воздействию и распространению последовательно материалистической и логически цельной философской системы Лукреция, несомненно, способствовала и художественная форма изложения. Поэма «О природе» принадлежит не только к вершинам римского философского мышления, но и к высокохудожественным произведениям своего периода.

Эпикурейство в римском обществе удерживалось сравнительно долго. Еще в эпоху Аврелиана эпикурейская школа находилась в числе наиболее влиятельных философских направлений. Однако, когда в 313 г. н. э. христианство становится официальной государственной религией, начинается упорная и безжалостная борьба против эпикуреизма, и в частности против идей Лукреция Кара, что в конце концов вело к постепенному упадку этой философии.

Римский эпикуреизм, в частности творчество Лукреция Кара, знаменовал собой вершину материалистических тенденций в римской философии. Он стал по-средующим звеном между материализмом древнегреческих стоиков и материалистическими течениями философии Нового времени.

217 – Эпикурейство
 

http://rushist.com/index.php/tutoria...1-epikurejstvo
Позднее учение киренской школы было преобразовано философом начала III в. Эпикуром, от которого и ведет начало философия, получившая название эпикуреизма и имевшая многочисленных последователей и в Греции, и в Риме в течение нескольких столетий. Выводя всю вселенную из случайного сцепления атомов, Эпикур не отрицал существования богов, но думал, что, избавленные от вмешательства в дела мира и людей, они ведут блаженную жизнь в полной свободе от каких бы то ни было мучительных, нарушающих бесстрастное спокойствие положений. Такое же блаженство, по Эпикуру, есть и высшая цель жизни человека. Но он все‑таки отдавал предпочтение духовным наслаждениям над телесными, как более прочным и чистым, и проповедовал, что лучшие пути к счастью – мудрость и добродетель. Сам он притом отличался благородством характера и добрым расположением к людям, хотя в общем его учение было эгоистично, потому что целью жизни ставилось в нем лишь собственное счастье отдельного лица. Впоследствии многие последователи Эпикура понимали и толковали его учение в смысле грубого материализма, т.е. погони за одними чувственными наслаждениями, чем создали всей своей школе очень дурную славу.

ЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ
 

http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/..._IstAnt_08.php
Начало этой философии совпадает с деятельностью Александра Македонского, с уходом с арены греческих городов-полисов и с образованием империи. Жизнь изменяется, нарушается привычный ее темп. Появление большей информации о жизни других народов, изменение образа жизни, во многом ее ухудшение, обилие войн, несчастий, болезней изменяют и философские акценты.

Раньше философия занималась или познанием природы, как у досократиков, или метафизикой — онтологией, гносеологией, как у Платона и Аристотеля. В философии эллинизма главенствующий характер приобретает интерес к человеку. В эллинистических философских построениях метафизические вопросы уступают место интересам этики. Все главные философские эллинистические системы — философия Эпикура (эпикурейство), стоицизм (философия стоиков), скептицизм (философия скептиков) — направлены на решение одного вопроса: как человеку жить в условиях существующего мира?

Выделяются школы эпикурейства и стоицизма. Они возникли в одно время, существовали долго, даже после Р.Х., закончили свое существование, когда распространилось христианство по Европе.

Скептицизм был реакцией на философию стоиков, и в меньшей степени — эпикурейства. Была еще одна философская школа — неоплатонизма, которая возникает позже, хотя школы Платона продолжают существовать и в эпоху эллинизма. Неоплатонизм — самая мощная философская школа первых веков христианства.



Эпикур

Эпикур родился в 341 г. до Р.Х. на острове Самос. Умер в 271 г. В 306 году перебрался в Афины и купил сад на окраине Афин. В саду он основал свою собственную школу, она часто и называется Садом. Над входом в этот сад висела надпись: "Гость, тебе будет здесь хорошо. Здесь удовольствие — высшее благо". Эпикур написал около 300 книг. Среди них "О природе", "Об атомах и пустоте", "Об образе жизни". В дальнейшем философия Эпикура нашла свое продолжение в учении римского философа Тита Лукреция Кара, в его основной книге — "О природе вещей".

Целью философии Эпикур считал указать путь человеку к счастью. Чтобы узнать, что такое счастье, нужны физика и логика. Логику Эпикур называл каноникой, т.е. теорией познания. В теории познания Эпикур был сенсуалистом, считая, что критерием истины является ощущение, а разум полностью зависит от ощущения. Ощущения дают нам истинную картину мира, они ошибаться не могут. Ошибается судящий о них разум. Из повторяющихся ощущений возникают понятия. Эти понятия тоже истинны. Мысли о понятиях могут быть ошибочными.

Эпикур говорил, что в своей философии он стремится освободить людей от трех видов страха: страха перед небесными явлениями, страха перед богами и страха смерти. Чтобы избавить людей от всех видов страха, Эпикур разработал физическую часть своей философии. Эпикур был материалистом, как и стоики, он пытался доказать, что все протекающие в мире процессы имеют причинно-следственный механизм. Нет ничего сверхъестественного, и т.к. нет субстанций, кроме материальных, то и причины могут быть также материальные. Если причина найдена, то Эпикур считает свою задачу выполненной. Узнав естественную причину явления, человек начинает побеждать страх перед этим явлением.

Эпикур считает, что тела состоят из атомов, которые находятся в постоянном движении. Механизм движения атомов находится в самих атомах. Если бы тела делились до бесконечности, то они исчезли бы, поэтому единственной составляющей тел являются атомы. Все изменения в телах происходят из-за перемещения атомов. Число атомов бесконечно, поэтому и вселенная бесконечна. Вселенных бесконечное множество. Другие вселенные тоже состоят из атомов, но более мелких, чем атомы огня и воздуха. Миров — несколько, они вечны. Между этими мирами находятся боги. Боги существуют не в нашем мире, а между мирами, и поэтому на наш мир не влияют. Т.к. боги не влияют на наш мир, на нас, то и обратной связи не существует. Всякое поклонение богам — бессмысленно, боги совершенно блаженны, поэтому страх перед богами Эпикуром убирается.

Чтобы избавить человека от страха перед смертью, Эпикур разрабатывает этическую часть своей философской системы. Смерти бояться не надо, так как жизнь и смерть никогда не соприкасаются. Когда есть жизнь — еще нет смерти, когда есть смерть — уже нет жизни. Мы боимся смерти — того, чего никогда не можем знать. Это бессмысленно. Смерти бояться не надо, т.к. душа состоит из атомов, а со смертью атомы и наше материальное тело распадается, распадается и душа. Душа смертна, и загробной жизни не существует. Смерти бояться не надо, как бояться того, что не существует. Поэтому смысл и цель жизни — в самой жизни. Этот смысл жизни Эпикур находит в том, чтоб избегать страданий, получать наслаждение.

Эпикур ищет свободу от страданий тела и от смятений души. В этом истинное наслаждение. Это достигается философией, поэтому философией заниматься не поздно никогда. Но надо искать не временных удовольствий: в еде, вине, в других телесных удовольствиях — они либо скоро кончатся, либо могут превратиться в свою противоположность, как, например, переедание. Телесные удовольствия ограниченны и непостоянны. Поэтому душевные наслаждения, душевный покой выше телесных, т.к. душевный покой может быть постоянным. Духовное и душевное (Эпикур их не различает) выше телесного потому, что включает в себя не только настоящее (как телесное), но и прошлое, и будущее. Будучи сильнее и выше, дух может повлиять и на телесное состояние, т.е. телесные страдания могут быть успокоены духом и даже переведены в разряд удовольствий.

Нельзя жить приятно, не живя разумно, умеренно и справедливо. Для того, чтобы достичь удовольствий, необходимо избавиться от страданий и страстей. Идеал эпикурейского мудреца — человек, который может побеждать страсти своей души. Человек должен умерять свою похоть, плоть. Для этого Эпикур приводил такое разделение всех наших нужд. Удовольствия бывают трех видов:

1) естественные и необходимые;

2) естественные и ненеобходимые;

3) неестественные и ненеобходимые.

Пример удовольствия первого вида: человек голоден, и ему достается кусок хлеба; второго вида: удовольствия от того, что предшествует продолжению рода; третьего вида: человек устраивает пир. Человек должен ограничиваться естественными и необходимыми удовольствиями — ограничивать себя в еде, в телесных удовольствиях.

И когда кто-нибудь входил в сад Эпикура, заинтересовавшись вывеской, то этому гостю в качестве угощения подавали ячменную крупу и воду. Это — истинное эпикурейство. Человек, который победил в себе страсти, становится независим от страстей. Такой человек становится блаженным, приобретает состояние, когда все страсти удалены. Такое состояние называется атараксия, т.е. состояние свободы от аффектов и страстей.

Эпикурейский мудрец — это человек, который имеет определенные убеждения, соответствующие эпикурейской философии, имеет страсти, свойственные человеку, но умеет побеждать их, верен дружбе, на правящем посту не будет тираном, не раболепствует перед судьей и тираном и т.п. Т.к. атомы имеют причину движения в себе, то и человек, состоящий из атомов, имеет причину в самом себе. Человек свободен, судьбы нет.

3. ЭПИКУР И ОСНОВАНИЕ "САДА" ("Kepos")
 

http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/...Antica/_06.php
3.1. "Сад" Эпикура и его новые идеалы

Первой из эллинистических школ в хронологическом порядке была школа Эпикура, возникшая в Афинах в конце IV в. до н.э. Эпикур родился на Самосе в 341 г. до н.э., практиковал в Колофоне, Митилене, Лампсаке. Перевод школы из Афин был настоящим вызовом Академии и перипатетикам и означал начало духовной революции. Если Эпикур хотел сказать нечто, что заключало в себе будущее, то последователи Платона и Аристотеля только прошедшее. Хотя оно и было хронологически ближайшим, но новые события изменяли интеллектуальные горизонты.

Даже место, выбранное Эпикуром для своей школы, было выражением революционного духа его мысли, - не форум как символ классической Греции, а постройка в саду, и даже огороде, в предместье Афин, вдали от шума городской жизни, в деревенской тиши, в обстановке, совершенно незнакомой классическому философу. По имени этого сада ("Kepos" - по гречески) стала называться школа, а последователи - философами Сада. Богатейшая продукция Эпикура дошла до нас в виде "Писем", адресованных Геродоту, Питоклу, Менекею и др., в виде собрания "Максим" и различных фрагментов.

Воззвание, исходившее из "Сада", можно суммировать в нескольких положениях: 1) реальность вполне проницаема для человеческого разума и поддается осмыслению; 2) в пространстве реального есть место для счастья; 3) счастье - это вытеснение страдания и беспокойства; 4) для достижения счастья и покоя человек не нуждается ни в чем, кроме себя самого; 5) для этого также излишни государства, институты, знатность, богатство, и даже Боги; человек автархичен.

Ясно, что в рамках такой миссии все люди выступали равными, ибо все одинаково жаждут духовного мира и покоя, все имеют на то право, и, если хотят, то вполне могут достичь его. "Сад" открыл двери всем: знатным и безродным, свободным и несвободным, мужчинам и женщинам, и, ни больше ни меньше, гетерам в поисках искупления и освобождения. Новизна, исходившая из "Сада", заключалась, следовательно, именно в его просветительском духе: в нем не было чистого интеллектуализма, он звал к жизни непривычной. Как верно замечено современными исследователями, в Эпикуре было нечто от пророка или святого, но в светском духе. "Сад" был центром обучения миссионеров, центром интенсивной пропаганды. Насколько широко распространилось это течение еще при жизни основателя подтверждает ряд сохранившихся фрагментов. Нам известны письма "друзьям из Лампсака", "друзьям в Египте", в Азии, "друзьям-философам из Митилены", и

180

даже на Востоке. Эпикур напоминает нам предшественника святого Павла (В. Farrington). Ясно, что сходство здесь лишь по типу деятельности; ведь вера Эпикура отрицает любую форму трансценденции; она в корне земная, в модусе "физиса", естественного. Метафизические выводы "второй навигации" Платона отвергнуты и забыты, как, впрочем, и аристотелевские завоевания.

3.2. Эпикурейский канон

Эпикур принимает ксенократовское деление философии на три части: логику, физику и этику. Первая изучает каноны, согласно которым мы познаем истину, вторая - строение реальности, третья - цель человека, счастье и способы его достижения. Первая и вторая реализуются только в функции третьей.

Платон полагал, что чувство смущает душу и отсекает ее от бытия. Эпикур переворачивает эту позицию, считая, что именно чувство схватывает бытие безошибочным образом. Чувства не ошибаются. Если бы чувство хоть раз обмануло, - ссылается на Эпикура Цицерон, - не было бы возможности верить ни одному из них. В этом смысле ощущения суть посланники истины. Аргументы Эпикура таковы: 1) Ощущения суть аффекты, значит, они пассивны, т.е. производны от чего-то, что они адекватно отражают. 2) Ощущения объективны и истинны, что гарантировано той же атомистической структурой бытия. От вещей истекают комплексы атомов, образующих образы, или подобия, которые в точности воспроизводятся нашими чувствами путем проникновения в нас этих образов, "simulacra". Ощущения регистрируют эти образы, как они есть, а также те, что ошибочно называются иллюзиями, ибо - это различные формы проявления объекта, в зависимости от места и дистанции от нас; ясно, что объект вблизи нас будет отличаться от того, что вдали; это обстоятельство, в котором иные видят доказательство обманчивости чувств, на деле свидетельствует об обратном. 3) Наконец, ощущения - в силу своей нерациональности - не способны отнять или прибавить нечто от себя,, а, значит, они объективны.

В качестве второго "критерия" истины Эпикур полагает т.н. "пролепсис", "prolepsis" , т.е. некие отпечатки чувственных впечатлений, остающихся в памяти в качестве резервов, выполняющих функцию предвосхищения будущего опыта. "Пролепсис" суть ментальные представления вещей, "память о том, что часто представляется извне". Мы способны предвосхищать события, но лишь в той мере, в какой это позволяет прошедший опыт, можем догадываться о характере вещей и тогда, когда они не предстоят перед нами, но в рамках уже имеющегося чувственного опыта. "Имена" суть "естественные" выражения этих "пролепсисов", образующихся в результате первоначального действия вещей на нас.

181

Третий критерий истины Эпикур находит в чувствах "наслаждения" и "страдания". Эти аффекты объективны по тем же соображениям, что и ощущения. Однако, они еще более существенны, ибо, помимо того, что позволяют распознавать и отделять истинное от ложного, бытие от небытия, они образуют аксиологический критерий, благодаря которому возможно опознание блага и отделение его от зла, а, значит, это критерий выбора, т.е. правило действия.

Ощущения, "пролессис" и чувства удовольствия и страдания имеют одну общую характеристику, что гарантирует их ценность и истинность, это - непосредственная очевидность. Покуда мы способны останавливаться перед очевидностью, признавая за ней истину, не ошибемся, - ведь очевидность всегда есть прямое воздействие на нас реальности. Очевидно, в узком смысле слова, - это все непосредственное (чувства и предчувствия). Но, поскольку процесс мышления не в состоянии зафиксировать непосредственное, будучи операцией опосредования, то отсюда рождается мнение, а с ним рождается возможность ошибки. И, если все очевидное верно, то все опосредованное, т.е. мнения, бывает иногда истинным, иногда ложным.

Верными Эпикур полагает те мнения, которые 1) получают подтверждение в опыте и в сфере очевидного; 2) не получают опровержения со стороны опыта и очевидного; 3) не получают пробной аттестации. Надо заметить, что очевидность здесь выступает базовым параметром, но, в любом случае, очевидность эта только эмпирическая, т.е. такая, какой она представляется чувствам, но не разуму. Здесь как нельзя лучше заметны тяжелые последствия сенситивного эпикурейского канона.

Ясно, что основные понятия эпикурейской физики, такие как "атомы", "пустота", "отклонение атомов", - далеко не очевидны сами по себе, по той простой причине, что сенсорно не воспринимаемы. Но, по Эпикуру, именно они предпосланы всем прочим феноменам, более того, призваны делать их осмысленными и внятными нашему разуму. Неясно, каким образом другие принципы и понятия, могут обнаружить недостаток опытного подтверждения.

Напомним также, что, как уже было показано, из суждения "все ощущения истинны" можно получить как абсолютный субъективизм в духе Протагора, так и абсолютный объективизм. По правде говоря, и физика, и этика Эпикура выходят далеко за пределы того канона, который тем же Эпикуром установлен.

3.3. Физика Эпикура

Для чего необходима физика как наука о природе? "Если не беспокоиться о небесных феноменах и не знать страха смерти, ее близкого дыхания, не искать границ наслаждения и страдания, то вряд ли нужна была бы наука о природе". Все это означает, что физика должна дать основание этике.

182

Эпикурейская физика - это онтология, целостный взгляд на реальность в ее всеобщности и последних основаниях. Надо сказать, что Эпикур, не умея создать новую онтологию, для выражения своего материалистического взгляда на реальность позитивным образом, (т.е. не просто отвергая позицию Платона и Аристотеля), вынужден был искать уже отработанные теоретические фигуры, и он находит их. Ясно, что после "второй навигации" Платона наиболее материалистическими были посылки атомистов. Однако, как мы уже видели, атомизм был ответом на апории, вытекавшие из позиции элеатов, попыткой примирить крайности логоса элеатов с требованиями опыта. В логику атомистов перекочевала большая часть логики элеатов (первый атомист Левкипп был учеником Мелисса). Ясно, что также это было неизбежным и для Эпикура.

Основания физики Эпикура можно сформулировать так:

1) "Ничто не рождается из небытия", поскольку, в противном случае, нужно было бы признать, что нечто может возникнуть без порождающего семени, а также то, что нечто распадается в ничто, а, значит, признать исчезновение всего. Но, поскольку ничто не рождается из ничего и не исчезает насовсем, то реальность в ее тотальности была, есть и будет, как она есть, вне принципиальных изменений.

2) Вся реальность образована из двух составляющих: тел и пустоты. Существование тел доказывается самими чувствами, существование же пространства и пустоты проистекает из факта движения, ибо для перемещения тел необходимо пространство. Пустота не есть небытие, а именно - пространство, "неосязаемая природа", по выражению Эпикура. Помимо тел и пустоты ничего третьего нет, ибо немыслимо ничто другое, что бы не обладало телесным эффектом.

3) Реальность, в понимании Эпикура, бесконечна. Она бесконечна как тотальность, но бесконечны и ее составляющие: множество тел, пространство. Если бы множество тел было конечным, то они потерялись бы в бесконечном пространстве, а если бы пустота была конечной, то не смогла бы вместить бесконечные тела. Таковы аргументы против Платона и Аристотеля.

4) "Тела" бывают сложными и простыми, абсолютно неделимыми. Делимость тел до бесконечности нельзя принять, так как это, в конечном счете, означает разрешимость вещей в небытие, что, по логике Эпикура, абсурдно.

Понимание природы атома Эпикуром отличается от понимания Левкиппа и Демокрита по трем позициям:

183

1) Древние атомисты выделяли как существенные характеристики атома - фигуру, порядок и позицию. У Эпикура - это фигура, вес и величина. Различия атомов по форме чисто количественные; это не качественные формы Платона и Аристотеля. Количественные различия, по Эпикуру, достаточны для объяснения существования феноменального многообразия вещей. Так же понятие величины достаточно для объяснения движения. Формы атомов различны и множественны, но их разнообразие не бесконечно, зато число их бесконечно.

2) Второе отличие заключается в теории минимумов. Согласно Эпикуру, все атомы, от самых больших до самых маленьких, физически и онтологически неделимы. Однако, тот факт, что речь идет о телах, наделенных фигурой, значит, объемом, величиной, означает, что они должны иметь части. Очевидно, речь идет о "частях", онтологически неделимых, а только логически и идеально выделяемых, именно потому, что атом структурно неделим. В силу того же мотива элеатов невозможно, чтобы атомы уменьшались до бесконечности, но лишь до известного предела, который Эпикур называет "минимумом", или "единицей меры". При этом Эпикур говорит о "минимуме" не только относительно атомов, но и относительно пространства, времени, движения и т.н. "отклонения атомов".

3) Третье отличие касается понятия первоначального толчка. Эпикур понимает движение атомов не так, как первые атомисты, - как равное во всех направлениях; для него движение - это падение вниз, в бесконечное пространство, под действием тяжести атомов. Тяжелые и легкие, все атомы падают (мышление же есть наибыстрейшее движение). Такая поправка к древним атомистам дает нам яркий пример малосимпатичного гибрида понятия бесконечного с сенсуалистским представлением, в котором неизбежны эмпирические, наглядные представления о верхе и низе. Понятно, что последние суть относительные понятия в рамках конечного.

Но почему же атомы не падают в бесконечности по параллельным траекториям? Для разрешения этого затруднения Эпикур вводит теорию "отклонения" (или деклинации) атомов, (по-гречески "clinamen" [102]), согласно которой атомы в любой момент времени и в любой точке пространства могут отклоняться от прямой линии на минимальный интервал и могут встречаться таким образом с другими атомами.

Однако теория "отклонения" была введена не только для физического обоснования, а, прежде всего, для обоснования этики. В системе античного атомизма господствует необходимость: фатум и судьба правят миром, для человеческой свободы места нет, а, следовательно, нет места для мудреца с его опытом жизни. "По правде говоря, лучше было бы верить в мифических богов, чтобы не быть рабами фатума, о котором говорят физики: мифы хотя бы оставляют надежду и утешительную возможность быть с Богами, в то время как фатум лишает и этого", - полагает Эпикур.

184

Как заметили уже древние, т.н. "отклонение" противоречит основным установкам Эпикура, ибо оно возникает без причины из небытия. Но ведь сначала был заявлен принцип элеатов: "из ничего - ничто", подтвержденный Эпикуром не раз.

Поскольку "клинамен" не связан ни с законом, ни с правилом судьбы (это также не свобода, ибо ему чужды любые цели и разумность), то ясно, что перед нами чистая случайность. Космос заброшен во власть слепой стихии.

Из бесконечных начал происходят бесконечные миры; некоторые из них совпадают с нашим, другие - иные, не похожи на наш. Миры рождаются и исчезают, одни быстро, другие медленно. Миры бесконечны не только в пространстве, но и во времени. И, хотя каждый миг миры рождаются и умирают, "в целом ничто не меняется", утверждает Эпикур. Не только элементы, образующие универсум, но и их комбинации остаются вечно теми же по причине бесконечности универсума, где любая возможность актуализирована.

В основе такой конституции бесконечных универсумов нет никакого разума, или проекта, или каких-либо целей, нет даже необходимости. Не Демокрит, но Эпикур - философ, который "мир на случае отстроил".

Душа, как и все прочее, есть агрегат атомов. Атомы воздухообразные и подвижные образуют алогичную часть души. Другие же, без специфического названия, образуют рациональную часть души. Кроме прочего, что с необходимостью вытекает из материалистических предпосылок, душа как агрегат, вовсе не вечна и подлежит разрушению и смерти.

По поводу существования Богов у Эпикура не было сомнений, однако он не допускал какой-либо их озабоченности по поводу человеческого мира. Они блаженствуют всем своим многочисленным семейством в межмировом пространстве, общаются между собой на языке мудрецов (разумеется, этот язык очень похож на греческий), проводят жизнь в радовании и мудром величии. Аргументы существования Богов, по Эпикуру, таковы: 1) от них у нас есть очевидное знание; 2) таковой очевидностью обладают не отдельные избранные, но все люди любой эпохи и любого региона; 3) знание о них мы имеем благодаря все тем же флюидам, а, значит, это объективное знание.

Эпикур описывает различие атомов рациональной души от прочих примерно также, как объясняет особенности конституции Богов: "не тело, но почти тело, не душа, но почти душа". Вот это "почти" разрушает философский дискурс Эпикура и явным образом демонстрирует всю недостаточность принципа атомистического материализма. Как

185

все в мире, Боги не могут не иметь атомарной структуры. Но все сложное существует, разрушаясь, в то время как Боги должны быть бессмертными, или они не Боги. Утверждение, что это иные атомные агрегаты, ничего не объясняет: если они испытывают непрерывное влияние со стороны других атомарных структур, формируя образы, неизбежны потери атомов. В этом случае неясно, как они восстанавливаются; уход от возникающих осложнений означает смещение фокуса проблемы. В самом деле, утверждение "почти тело" означает структурную неподключаемость в рамках атомизма проблемы Богов, и "отклонение" атомов не объясняет феномена свободы, т.е. ведет к нарушению единства сознания.

3.4. Этика Эпикура

Материальное - сущность человека, материальное есть также, необходимым образом, его специфическое благо, которое как актуальное и реализованное, делает человека счастливым. Поскольку благо - природа в ее непосредственности, то ясно без околичностей, что благо - это и наслаждение.

Об этом говорили уже киренаики. Однако, Эпикур радикально реформирует их гедонизм. Киренаики утверждали, что удовольствие есть естественное движение, страдание же - движение насильственное, однако они отрицали понимание наслаждения как покоя, т.е. промежуточного состояния, в котором отсутствует страдание. Эпикур не только принимает такую трактовку, но и усиливает ее, понимая покой ("catastema") как предельную границу счастья. Если киренаики полагали физические состояния удовольствия и страдания более сильными, чем психические, то Эпикур утверждает обратное. Такой исследователь человеческой натуры, каким был Эпикур, великолепно понимает, что ограниченные во времени телесные переживания куда как менее интенсивны, чем сопровождающие их внутренние резонансы и движения "psyche".

Истинное удовольствие, по Эпикуру, это "отсутствие телесного страдания" ("aponia" [36]), апония, или невозмутимость души, "ataraxia" [53]. Вот мнение самого философа: "Когда мы говорим, что благо - наслаждение, то это не указание на обжор и лентяев, ветренников и прощелыг, которые игнорируют или не понимают нашего учения. Мы говорим и указываем на отсутствие телесного страдания, беспокойства. Это не непрерывные празднества, не томления младых дев, не все то, чем изобильный стол нас искушает, но трезвое обсуждение, доискивающееся последних причин каждого акта выбора или отказа, которое разоблачает все фальшивые мнения, от коих все душевные треволнения исходят".

186

Если это так, то нравственной жизнью управляет не удовольствие как таковое, но разум, который судит и разделяет, т.е. практическая мудрость, отделяющая те удовольствия, что не несут страданий и возмущений, от тех, что несут наслаждения поначалу и - страдания впоследствии.

Для уверенности в достижении "апонии" и "атараксии" Эпикур считает важным различать: 1) естественные и необходимые удовольствия, 2) естественные, но не необходимые, 3) удовольствия не естественные и не необходимые. Затем он уточняет, что объективно достижимыми и несущими удовлетворение являются удовольствия первого типа, вторые необходимо ограничивать и всячески избегать третьих. Такая позиция Эпикура могла бы быть без особого преувеличения названа аскетической по следующим причинам.

1) Среди удовольствий первой группы - естественных и необходимых - лишь те, что тесно связаны с сохранением жизни индивида. Они единственно приносят истинную пользу, избавляя тело от страдания, как, например, чувство сытости в ответ на голод, - когда, жаждая, мы пьем, изнемогая от усталости, отдыхаем, - это состояние естественное. Философ исключает из них наслаждение любви, полагая ее источником беспокойства. 2) Среди удовольствий второй группы - те, что сверх естественных потребностей: изысканные пища и напитки, элегантная одежда и т.п. 3) Наконец, среди неестественных и ненеобходимых, - все формы человеческого тщеславия, суетные желания роскоши, власти, славы.

1) Желания и удовольствия первой группы бывают всегда удовлетворены, имеют естественный предел: как только устранено страдание, желание затухает. 2) Желания второй группы уже не имеют естественного предела, ибо не связаны с телесным страданием, а потому могут спровоцировать заметный ущерб. 3) Желания третьей группы, никак не связанные с телесными потребностями, подвергают душу опасным волнениям.

И все же, что следует делать, если физические недуги нас настигли? Ответ Эпикура таков: если недуг легкий, он переносим и не может затмить радость души; острая боль проходит быстро; если же боль острейшая, то смерть не заставит себя ждать, а она есть абсолютная анестезия, бесчувствие.

А что же делать с душевными недугами? Поскольку здесь мы имеем дело с продуктами заблуждений разума, то философия Эпикура - самое эффективное снадобье и противоядие.

187

А смерть? Смерть - зло только для тех, кто заблуждается на счет нее. Поскольку человек - это душевный состав в составе телесном, то смерть ничто иное как распад этих соединений; причем, распыляясь повсюду, сознание и чувственность утрачиваются, от человека не остается ничего. Стало быть, смерть не страшна сама по себе, ибо в момент явления ее мы ничего не способны чувствовать, ни так же после смерти, когда душа, как и тело, распадается; не остается решительно ничего. Наконец, смерть не отнимает ничего от жизни, ибо абсолютное совершенствование наслаждения не предусмотрено в плане вечности. Политическая жизнь, по мнению Эпикура, принципиально неестественна, а потому она ведет к нескончаемым треволнениям, препятствует достижению апонии и атараксии, а, значит, и счастья. В самом деле, те удовольствия, что многие связывают с политическими символами, как мы уже знаем, не натуральны, не необходимы, а значит, просто обманчивые миражи. "Так освободимся же, - призывает Эпикур, - раз и навсегда из тюрьмы наших житейских забот и от политики". Политическая жизнь не обогащает человека, но дезориентирует, разобщая людей. Посему эпикуреец стремится жить обособленно и бежит от толпы. "Обратись к себе самому, особенно, если ты вынужден быть в толпе". "Скрывайся и таись", - лишь в обращении к самому себе может быть найдена атараксия, покой души. Высшее благо, по Эпикуру, не короны царей и земных богов, но "корона атараксии, что превосходит корону великих империй".

На основе таких предпосылок ясно, что интерпретация Эпикуром права, закона и справедливости вполне антитетична классической греческой, и прежде всего - тезисам Платона и Аристотеля. Объективный фундамент, ценность и смысл закона и права состоят в их полезности: с точки зрения Эпикура, государство теряет свое абсолютное значение, становится релятивным институтом, возникающим из простого договора в виду его полезности. Из источника и венца всех высших моральных ценностей оно превращается в обычное средство охраны витальных ценностей, необходимое, но не достаточное. Справедливость обретает относительный характер, подчиненный полезности.

Платоновский идеальный мир перевернут, и разрыв с классическим жизненным миром и его переживанием не мог быть более решительным и радикальным. Человек-гражданин прекратил свое существование, на историческую сцену вышел человек-индивидуум. Из всех связей между индивидами единственно действенной остается дружба, связующий союз свободных людей, одинаково чувствующих, живущих и думающих. В дружбе нет ничего внешнего, неестественного, ничто не нарушает интимности индивидуальности. В друге эпикуреец видит свое другое я. Дружба также из сферы полезного, но это - возвышенное полезное. В самом деле, если поначалу ищут дружбы в надежде извлечь из нее определенную прибыль, то потом она становится источником чистого наслаждения. "Из всего, что мудрость избирает для счастливой жизни, наибольшее благо - это дружба".

188
3.5. Лечебник-квартет и идеал мудреца

Эпикур прописывает людям четырехэлементный лечебник против:

1) страха перед Богами и потусторонним;
2) абсурдного страха перед смертью, которая есть только ничто;
3) зла, которое либо кратковременно, либо легко переносимо, что в итоге должно привести к верному пониманию счастья, которое в распоряжении всех.

В пользу

4) счастья против эфемерного зла.

Человек, освоивший применение этого фармакологического квартета, приходит к душевному покою и счастью, которые невозможно поколебать. Став хозяином самому себе, мудрец не должен более ничего бояться, даже пытки: "Мудрец будет счастлив и на дыбе". На это ссылается Сенека: "Эпикур полагает, что мудрец, сжигаемый заживо в раскаленном быке Фалариса (тиран Агригента, который, согласно легенде, казнил своих врагов в бронзовой статуе быка), восклицал: как это сладостно! Но и это мне безразлично", - гореть синим пламенем - и в самом деле, наслаждение.

Сам Эпикур готов представить доказательства. Между приступами смертельного недуга, в письме другу он признавался, как сладостна и полна счастья жизнь.

Так Эпикур не страшится сказать, что в максимуме атараксии мудрец достигает счастья наравне с Богами: где он касается вечности, там и Зевс не обладает большим.

Своим современникам, уже лишенным уверенности, полным тревоги и страха перед жизнью, Эпикур указывал новый путь к счастью, который был вызовом судьбе и фатальности, поскольку он показывал, что счастье рождается изнутри, поскольку истинное благо, пока мы живы и будем живы, всегда и только в нас: истинное благо - это жизнь, для жизни необходимо немногое, и это - в нашем распоряжении, все прочее - суета сует. Сократ и Эпикур суть две парадигмы, две великие веры, две светские религии: религия "справедливости" и религия "жизни".

3.6. Судьба эпикуреизма в эллинистическую эпоху

Эпикур не просто предлагал, но предписывал своим последователям строжайшую дисциплину в том смысле, что в школе "Сада" не должно быть места идейным конфликтам, даже после смерти его основателя. Во второй половине I в. до н.э. земля, где находилась школа, была продана. Однако идеи "Сада" нашли свою вторую жизнь в Италии, где Филодем в нач. I в. до н.э. организовал эпикурейский кружок аристократического типа близ Геркуланума, в доме мецената и консула Кальпурнио Пизоне. Раскопки Геркуланума показали остатки виллы и библиотеки с сочинениями Эпикура и Филодема.

189

Однако самым крупным приверженцем эпикуреизма был Тит Лукреций Кар, составивший целое явление в истории философии. Он родился в начале I в. до н.э. и умер в середине того же века. Эпикурейское послание изложено в стихах в сочинении "О природе вещей". Чтобы освободить людей, понял Лукреций, мало холодной рефлексии, истины интеллектуального порядка, необходимо еще, как сказал бы Паскаль, чтобы истина была внятна сердцу. Действительно, там, где философ говорит языком логоса, поэт извлекает чувственные резонансы, фантазмы и находит интуитивные образы. Одна лишь разница была между ними: Эпикур умел гасить свои тревоги экзистенциального порядка. Лукреций же оказался их жертвой и покончил с собой в 44 года.

Глава десятая Языческие школы первых веков христианской эры
 

"... стремиться не только быть вне греха, но быть богом".
Плотин, Эннеады, 1, 2, 6.

1. ЯЗЫЧЕСКИЕ ШКОЛЫ ПЕРВЫХ ВЕКОВ ХРИСТИАНСКОЙ ЭРЫ
1.1. Жизненность эпикуреизма в первые два века христианской эры

После долгого периода кризиса "Сад" вновь "расцвел": во II в. н.э. появляется множество свидетельств его витальной энергии. Интереснейшим документом этого времени мы можем считать письмо Плотины, вдовы Траяна, которая, принадлежа эпикурейской школе, обращается к императору Адриану с просьбой о пожалованиях в пользу Школы и, еще о разрешении свободного выбора сочувствующим в самоопределении, даже если они не имеют римского гражданства. Это доказывает, кроме прочего, что предыдущие императоры накладывали на эти школы суровые ограничения, коль скоро они привлекали к себе внимание политиков. Все же император Марк Аврелий нашел нужным финансировать из общественного бюджета кафедру эпикурейской философии.

Однако лучшим доказательством популярности эпикуреизма во II веке остается грандиозная настенная резная книга, высеченная Диогеном из Эноанды (в Малой Азии), представляющая собой синтез эпикурейской мысли. Обширные фрагменты этой книги были извлечены археологами в конце прошлого века. "Сейчас, когда погас последний луч на закате моей жизни, - говорит Диоген в своем каменном послании, - но не пришел еще час расставания с жизнью, хочу воспеть гимн радостям жизни и упоениям, которые она несет всем тем, кто не утратил хороший вкус и здравый смысл. Сколько бы их - один, два, три, четыре, пять, шесть, вряд ли их много больше, - этих людей - в дурном расположении духа ни пришло ко мне, в моей власти вернуть им покой души. Но пока великое множество людей по причине общего

220

недуга, подобного чуме или какой другой эпидемии, заглатывающей все больше жертв, бредет один за другим, как овцы, ведомые дурным примером и собственным недомыслием, - для того стою здесь я, готовый прийти на помощь тем, кто будет после нас (ведь и те, что еще не родились, они тоже наши). Наконец, долг истинной человечности - позаботиться о блуждающих во тьме, которые всегда есть среди нас, - для того это послание взывает ко многим, - так соберемся же под этим портиком, чтобы, приняв снадобье, обрести спасение, покончив со страхами, что без всякой на то причины властвуют над нами, страданиями, в тенета коих влекут нас суетные желания..." "Мы обращаемся и к так называемым чужакам и странникам, ибо, согласно единственному разделению на земле, каждый имеет свою родину, но в отношении мира всеединого, единственная родина всех - это вся земля, а единственная обитель - весь мир".

1.2. Распад эпикуреизма

Послание в камне Диогена, возможно, было последним лучом славы эпикуреизма. В начале III в. н.э. Диоген Лаэртский, не разделяя, впрочем, доктрины "Сада" в целом, посвятил ей и Эпикуру всю десятую книгу своей "Жизни философов", благодаря чему мы можем знать работы Эпикура.

Что же касается школы "Сада" в Афинах, то она не прожила далее 267 г. н.э., когда здания школы были разрушены в результате вторжения варваров (герулы, предки остроготов). В IV веке по свидетельству императора Юлиана, книги Эпикура были почти утрачены.

Душами людей этой новой эпохи владели уже идеи неоплатонизма и христианства.

Стоики и эпикурейцы
 

http://rushist.com/index.php/weber-3...-i-epikurejtsy
Философия эпохи эллинизма

Господствующая религия не удовлетворяла людей, поэтому они искали душевного спокойствия и нравственной опоры в философии. Таким образом, время упадка верований было цветущим периодом философии. Великих новых философских систем этот век не произвел, но философия распространилась тогда в обществе, ею интересовались все образованные люди. Философы выработали правила жизни для всех сословий, для всех профессий; философские системы служили основаниями общественной жизни и литературы. Попытки Арата и Клеомена оживить государственный быт Греции реформами, низвергнуть тиранов, восстановить свободу – произошли из философских учений; из них произошли и космополитские понятия того времени. Основатели новых философских школ стремились провести в жизнь результаты своих размышлений, дать своим идеям практическое применение. Некоторые из этих философов были последователи великих мыслителей прежнего времени. Важнейшими философскими школами были: перипатетическая, развивавшая систему Аристотеля (II, 753); академическая, последователи которой назывались платониками, но преобразовывали учение Платона, так что различаются три периода платонизма: первая, вторая и третья академии (II, 739); еще влиятельнее были эпикурейская школа, основанная на учении Аристиппа, и стоическая, бывшая облагороженным учением циников (II, 717). Эпикур [342–270 гг.], основатель школы, названной его именем, родился на Самосе, в семействе, переселившемся туда из Аттики, получил образование в Афинах, преподавал свою философию отчасти в этой столице наук, отчасти в разных городах Малой Азии. Основатель стоической школы Зенон [ок. 336–264 гг.], уроженец кипрского города Кития, сначала занимался торговлею, потом, оставив ее, поселился в Афинах, посещал там школы разных философов, нашел их учения неудовлетворительными и составил свою систему, целью которой было решение вопросов о высших целях жизни. Он думал не о том, чтоб открывать новые отвлеченные истины; главным желанием его было установить правила нравственной жизни на здравых понятиях об устройстве мира. Учения Эпикура и Зенона были противоположны по своему характеру: Эпикур допускал человека свободно пользоваться внешними благами, учил благоразумному наслаждению жизнью; Зенон требовал, чтобы мудрец стремился к душевному спокойствию («бесстрастию» Apathia) и трудился над развитием в себе способности к отречению от внешних благ («занимался аскетикой»); но оба они желали доставить человеческой душе свободу от житейских тревог, оба считали твёрдую преданность истине отрадой человека, источником нравственного мужества. Школы, основанные ими, имели могущественное влияние на мысли людей во все последующие века.

Эпикур и эпикурейцы

Нравственное учение, которое Эпикур излагал в своем доме, стоявшем, в прекрасном саду близ Афин, было видоизменением киренейской этики; но Эпикур дал ему более прочное теоретическое основание тем, что заимствовал учение о природе из системы Демокрита (II, 348), почти без всякого изменения. Его философия, делившаяся на логику (канонику), физику и этику, учила, что познание истины основывается на чувственных восприятиях, на впечатлениях, производимых внешним миром; что нет ничего существующего отдельно от материи, а все материальные предметы состоят из случайного соединения атомов, носящихся в пространстве; из атомов состоит и душа человека, состоят и боги; различие между предметами происходит от различия атомов, из которых состоят они; душа и боги состоят из атомов очень тонкого вещества, которое можно сравнить с теплым дыханием. Цель жизни и у богов, и у людей – счастье. Счастье богов состоит в том, что они свободны от заботы о вселенной: она не создана ими, они не правят ею; они живут в пространствах между разными мирами и не имеют никакого влияния ни на природу, ни на жизнь людей. Счастье человека состоит в свободе от всяких неприятных ощущений, нарушающих душевное довольство. У Эпикура, человека нравственного и доброго, это учение имело благородный характер; но впоследствии оно превратилось в философию чувственного наслаждения. Основатель школы ставил счастье в душевном довольстве мудреца, отдавал предпочтение над чувственными наслаждениями умственным, как более прочным и более чистым; его ученики скоро переступили границу между прочным нравственным удовольствием душевного спокойствия и чувственными наслаждениями, их испорченный эпикуреизм ставил целью жизни эти наслаждения. – Характер самого Эпикура был, как мы сказали, безукоризнен, его нравы были чисты. Он любил проводить время в обществе учеников и друзей; они обедали в его саду; но эти обеды были скромны, и те небольшие расходы, каких требовали они, были покрываемы взносами участвующих; древние писатели хвалят согласие между собеседниками Эпикура в его саду, добродушие и кротость этого дружеского общества философов.
http://rushist.com/images/greece/epikur-2.jpg
Эпикур

Зенон Китийский и стоики

Противоположность эпикуреизму, выродившемуся в изнеженность, представляет суровый стоицизм, возобновленный цинизм в облагороженной форме. Зенон, преподававший свое учение в Афинах, оставался в жизни верен его правилам, исполнял их с непоколебимою твердостью воли до смерти, которую в глубокой старости добровольно дал себе, отказавшись от пищи. Он был слабого телосложения, но приучил себя удивительно легко выносить всякие труды и лишения; нравы его были чисты, он был воздержен, владел своими страстями, высказывал свои мысли коротко и определительно; характер его был строгий, несколько мрачный. Он преподавал свое учение в Разрисованной Стое (Stoa Poikile), потому оно получило название стоического. Основанием системы Зенона служило, как мы говорили, учение циников; но, кроме того, в ней заметно влияние мегарской школы: Зенон был слушателем Стильпона (II, 719). Стоицизм так же, как эпикуреизм, имеет своею целью доставить человеку счастье, состоящее в мудрой умеренности; но цель эта достигается в нем путями, противоположными эпикурейским. По учению стоиков, счастье человека состоит в том, чтоб он был подобен богам; он достигает этого сознанием истины о божественных и человеческих делах, правильным суждением о добре и зле, жизнью сообразною природе, владычеством над страстями, подавлением в себе влечений, противных разуму, приобретением привычки сообразовать свою волю с природою и разумом. Мудрый должен переносить все в жизни с непоколебимым равнодушием, потому что радость и горе, счастье и бедствия предопределены вечной необходимостью природы (Heimarmene, Fatum), a восставать против неизбежного противно природе. При самом возникновении мира было уже положено на вечные времена основание всему, что будет происходить, так что все в мире совершается по необходимости, и в нем нет места случаю. Самоубийство, по учению стоиков, дело, не заслуживающее порицания. В учении о вселенной (физике) они говорили, что первобытная материя (эфир) и первобытный разум (огонь) существовали при начале вселенной в соединении и это их соединение – движущий, оживляющий, создающий закон природы (Зевс); это существо, состоящее из эфира и огня, одаренное разумом и волей, создало из самого себя вселенную, которой оно движет и правит; вселенная некогда сгорит и тем возвратится в первобытное существо, из которого произошла. Подобно вселенной, и части её, в особенности небесные тела, имеют божественную природу; но все они подчинены закону необходимости. Душа человека – огненное дыхание, истечение души вселенной; она имеет, кроме пяти внешних чувств, способность размножения, дар слова и разум, который должен управлять другими силами души.
http://rushist.com/images/greece/zenon-stoik-2.jpg
Зенон Китийский, основатель школы стоиков
Автор фото - Jeremy Weate

Дальнейшее развитие школы стоиков

Учение Зенона получило широкое распространение; влияние его заметно в политических событиях того времени. Ученик Зенона Сфер Босфорский, живший в Спарте, возбудил в душе Клеомена энтузиазм к старинной спартанской строгости нравов (стр. 351); соотечественник и друг Зенона Персей Китийский пользовался уважением царя македонского Антигона Гоната. Но участие стоиков в политических делах помешало их единодушию: один из даровитейших учеников Зенона – Дионисий Гераклейский покинул его систему и стал последователем киренейской философии; другой даровитый ученик, Аристон Хиосский, разошелся с Зеноном по многим важным вопросам, находя его учение слишком суровым. Верен Зенону оставался Клеанф [334–232 гг.], уроженец троадского города Асса, получивший название «водоноса», потому что зарабатывал себе деньги ночью тяжелым физическим трудом, посвящая день изучению философии; он твердо держался системы Зенона и горячо защищал ее от противников; но ум его был тяжелый; он не мог привлекать к себе последователей. Ученик Клеанфа Хрисипп [ок. 278–207 гг.], уроженец города Сол, называется вторым основателем стоической школы. И, действительно, он поддержал ее. Человек твердого характера, одаренный сильным умом, большим диалектическим талантом, часто доводившим его до натяжек в аргументах, он обладал обширной ученостью, был ловок и деятелен; благодаря этим качествам, он соединил под своим руководством распадавшуюся школу Зенона и подробно разработал систему стоической философии. Он писал очень много; говорят, что число его сочинений простиралось до 750. Они были написаны торопливо, потому изложение в них было небрежное: древние писатели говорят, что язык их был неправилен, слог растянут, много было в них повторений, лишних цитат, много эпизодов, уклонявшихся от главного предмета. Но, при всех своих недостатках, сочинения Хрисиппа легли в основание всех позднейших ученых трудов стоической школы.

Жизнь Эпикура
 

http://rushist.com/index.php/philoso...-zhizn-epikura
Материалистический перипатетизм Стратона не был единственной и самой яркой формой античного материализма в эпоху эллинизма – ярче и полнее был материализм Эпикура и его учеников и последователей – эпикурейцев. В учении Эпикура свое второе рождение получил атомизм Левкиппа и Демокрита, дополненный, однако, выдающимся эллинистическим материалистом рядом своих оригинальных мыслей (начиная с конца IV в. до н.э.). Эпикур и эпикурейцы активно боролись с современными им идеалистами и агностиками. Они доказывали материальность и познаваемость мира. Кроме того, эпикуреизм противостоял все более модным в эпоху эллинизма суевериям, предрассудкам, астрологии и магии, имевшим афро-азиатское происхождение и хлынувшим в Грецию из завоеванных Александром Македонским областей.

Жизнь Эпикура не слишком богата событиями. Эпикур родился в 341/340 г. до н. э. на острове Самос – родине и Пифагора, и Мелисса, и астронома Аристарха. Однако Эпикур – афинянин, а не самосец. Его отец Неокл принадлежал к афинскому дему (дем – часть территориальной общины в Афинах) Гаргетта, к роду Филаидов, но жил на Самосе как один из афинских поселенцев-клерухов (клерух получал земельный надел в колонии, наделы распределялись между поселенцами по жребию, который назывался «клерос», отсюда «клерух»). Афины захватили часть самосской земли и вывели туда свою колонию после того поражения, которое нанес Перикл философу и стратегу Мелиссу.
http://rushist.com/images/greece/epikur-2.jpg
Эпикур

Эпикур происходил от незнатных и небогатых родителей. Его отец был учителем словесности. Желая унизить Эпикура и вместе с ним его учение, вечные враги эпикуреизма – стоики рассказывали о жизни Эпикура, что он в свои отроческие годы «при матери ходил по лачугам, читая заклинания, а при отце учил азбуке за ничтожную плату» (X, 4). Будучи формально афинянином, Эпикур оказался в Афинах лишь в восемнадцатилетнем возрасте для докимасии – проверки гражданских прав для лиц, достигших совершеннолетнего возраста. Диоген Лаэртский говорит, что в это время в Академии преподавал Ксенократ, Аристотель же был уже в Халкиде на острове Эвбея. Следовательно, Эпикур оказался в Афинах в 323/322 гг. до н. э. – отсюда и определяется время рождения Эпикура. Вернуться на родину Эпикур уже не смог: в наказание за восстание против Македонии афиняне были, в частности, изгнаны с Самоса, а их тамошняя колония ликвидирована. Семья Эпикура (а мы кроме имен отца и матери знаем еще имена трех братьев Эпикура) была вынуждена скитаться. В конце концов она обосновалась в Колофоне в Малой Азии. В этот город, бывший некогда родиной Ксенофана, и отправился из Афин прошедший докимасию двадцатилетний Эпикур.

Мы не знаем, в какой мере Эпикур мог использовать для философских занятий свое пребывание в Афинах, где философская жизнь продолжалась даже в эти смутные годы и где преподавали не только академик Ксенократ, но и перипатетик Теофраст, да и многие другие философы. Цицерон в своем труде «О природе богов» допускает, что Эпикур слушал лекции Ксенократа. Интерес к философии у Эпикура пробудился в его отроческие годы, когда он читал «Теогонию» Гесиода, в которой этот любопытный крестьянин спрашивает геликонских муз: «...что прежде всего зародилось?». Ответ воображаемых муз, удовлетворивший в VIII – VII вв. до н. э. Гесиода, не мог уже удовлетворить в IV в. до н. э. вдумчивого отрока. Напомним, что на заданный вопрос музы ответили так: «Раньше всего зародился хаос». А что было до хаоса? Откуда хаос взялся? На эти вопросы Эпикура его учитель словесности (возможно, что его отец) не смог или не захотел ответить, сказав, что грамматики этими вопросами не занимаются, и посоветовал обратиться к философам. Известно, что первым из учителей Эпикура в области философии был еще на острове Самос академик Памфилий, а во время пребывания Эпикура в Афинах, возможно, как уже сказали, – Ксенократ. Возвращаясь из Афин, Эпикур некоторое время учился на острове Родос у перипатетика Праксифана. Известно также, что Эпикур изучал все еще существовавшие в те годы сочинения Демокрита и учился у демокритовца Навсифана Теосского – автора «Треножника».

Однако Эпикур любил называть себя самоучкой и отзывался презрительно и о Демокрите, которого называл «Лерокритом», т. е. «Пустокритом» (от «лерос» – пустяки, вздор, бессмыслица), и о Навсифане, давая и ему обидные прозвища, и о Платоне, и об Аристотеле, и о Гераклите, и о Протагоре. Это говорит не в пользу Эпикура. Именно от него пошла легенда о том, что Левкиппа не было.

У Цицерона скептик-академик Котта утверждает, что «Эпикур оскорбительным образом поносил Аристотеля, позорнейше злословил Федона, ученика Сократа... Он проявил неблагодарность даже к самому Демокриту, последователем которого был, и уж так плохо отнесся к своему учителю Навсифану, у которого, правда ничему не научился».

Школа («Сад») Эпикура
 

http://rushist.com/index.php/philoso...la-sad-epikura
Будучи энергичной и творческой личностью, Эпикур привлек к себе многих мыслящих людей и образовал свою школу сперва на острове Лесбос в Митилене, а затем в Лампсаке (в малоазийской Греции). В Митилене Эпикур приобрел дружбу лесбосца Гермарха, в Лампсаке – других преданных учеников: Метродора (это любимейший ученик Эпикура, умерший еще при жизни учителя), Полиэна, Леонтия, Колота, Идоменея, а также всех своих трех братьев (редкий случай в истории философии): Неокла, Хередема и Аристобула. С этой-то когортой учеников и прибывает, наконец, афинянин Эпикур в 306 г. до н. э. (уже при Деметрии Полиоркете, только что сместившем Деметрия Фалерского) в Афины. Купив за 80 мин (мина – около полкилограмма серебра) уединенный сад с домом, он поселяется там вместе со своими учениками. Так возник знаменитый «Сад Эпикура», над входом в который было начертано: «Гость, тебе будет здесь хорошо: здесь удовольствие – высшее благо».

Однако школа Эпикура не была публичной философско-образовательной школой наподобие Академии или Ликея. «Сад» Эпикура – замкнутое сотоварищество единомышленников. В отличие от Пифагорейского союза, Эпикурейский союз не обобществлял собственность своих членов – «Эпикур не считал, что добром нужно владеть сообща, по Пифагорову слову, что у друзей все общее, – это означало бы недоверие, а кто не доверяет, тот не друг» (X, 11). Также в отличие от Пифагорейского союза, Эпикур и его друзья нисколько не занимались политической деятельностью. В основе неписаного устава школы лежал принцип Эпикура: «Проживи незаметно!». Он объясняется не только скромностью Эпикура – [«скромность его доходила до такой крайности, что он даже не касался государственных дел» (X, 10)], но и невозможностью граждан влиять на развитие политических событий и социальных явлений в условиях деспотических эллинистических монархий. Однако в отличие от иногороднего основателя другой философской школы в Афинах – Зенона-стоика афинянин Эпикур был патриотом. Он мечтал об освобождении Греции от македонского ига. «О, если бы свергнуть впоследствии самых злейших (наших) врагов – македонцев!» – восклицает Эпикур в одном из своих писем, найденных при раскопках Геркуланума.

В своем «Саду» Эпикур провел вторую половину своей жизни, лишь изредка выезжая в Лампсак, где у него остался, по-видимому, как бы филиал его школы. У Эпикура всячески поддерживался культ дружбы, это было в согласии с его учением: из того многого, что приносит мудрость для счастья, главный дар – дружба. В «Сад» временами съезжались эпикурейцы и со стороны. Жизнь в «Саду» была скромной и неприхотливой. Эпикур, как и все состоятельные эллины, был рабовладельцем, но он относился к своим рабам кротко, некоторые его рабы даже участвовали в философских занятиях. Некоторых своих рабов Эпикур отпустил на волю, и они стали полноправными членами «Сада». Таковым стал, например, раб по имени Мис. Это ему писал Эпикур об освобождении Греции от Македонии.

Этика Эпикура
 

http://rushist.com/index.php/histori...-etika-epikura
Каноника и физика Эпикура не являются самодовлеющими дисциплинами. Значение философии состоит не в исследовании природы и познания, хотя без него и нельзя обойтись. Цель философии – достижение счастья, поэтому главной частью философии Эпикура является этика. «Пусть никто не откладывает философию в юности, – проникновенно пишет Эпикур, – и пусть не устает заниматься ею в старости: ведь никто не бывает ни недозрелым, ни перезрелый для здоровья души. Кто говорит, что еще не наступило время или уже прошло время для занятий философией, тот похож на того, кто говорит, что для счастья или еще нет, или уже нет времени» (Письмо к Менойкею, 122). И смысл тех знаний, которые дает философия и которые необходимы для достижения счастья, состоит в том, что не зная природы вселенной, нельзя уничтожить в душе человека страх относительно самых важных вещей – жизни и смерти, судьбы человеческой, загробной жизни и т. д. А без этого нельзя жить счастливо.

Счастье же, по Эпикуру, – это неомраченное ничем удовольствие. Этот этический принцип эпикурейской этики вытекает из того, что человек обладает естественным стремлением к удовольствиям и столь же естественным отвращением к страданиям; он избирает, следовательно, первые и избегает вторых. «Поэтому-то мы и называем удовольствие началом и концом счастливой жизни. Его мы познали как первое благо, прирожденное нам; с него начинаем мы всякий выбор и избегание; к нему возвращаемся мы, судя внутренним чувством, как мерилом, о всяком благе» (там же, 128–129). И конечно, если бы Эпикур в своей этике этим ограничился, то его можно было бы упрекнуть в односторонности, в подчинении человека низким страстям. Ну а если прибавить сюда отрывок из книги «О цели [жизни]», то картина получится вовсе неблагоприятная. «Я, со своей стороны, – пишет Эпикур, – не знаю, что разуметь мне под благом, если исключить удовольствия, получаемые посредством вкуса, посредством любовных наслаждений, посредством слуха и посредством приятных эмоций зрения от красивой формы» (фр. 10). Не откровенная ли это проповедь самого обычного сластолюбия?

Нас не должны вводить в заблуждение отдельные фразы, возможно произнесенные в пылу полемики, или ради эпатирования обывателей от философии, или просто вырванные из контекста злостным критиком. Важнее принципиальные установки этики Эпикура. А они сводятся к следующему. «Нельзя, – утверждает Эпикур, – жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно» (Главные мысли, V). Таким образом, подлинное удовольствие, составляющее критерий нравственного поведения, это удовольствие разумное и справедливое. Хотя человек стремится к удовольствиям, «надо принимать во внимание, что желания бывают одни – естественные, другие – пустые, и из числа естественных одни – необходимые, а другие – только естественные; а из числа необходимых одни необходимы для счастья, другие – для спокойствия тела, третьи – для самой жизни. Свободное от ошибок рассмотрение их может направлять всякий выбор и избегание к здоровью тела и безмятежности духа, так как это есть цель счастливой жизни» (Письмо к Менойкею, 128).

В этике Эпикура перед нами – то же самое деление желаний и потребностей человека, которое стало традиционным в античных учениях о морали, равно разделяемое как «безнравственным» эпикуреизмом, так и «этичным» стоицизмом. Только эпикуреизм относится к потребностям и желаниям без того лицемерия, с каким осуждают их другие античные моралисты. Достаточно традиционно и учение эпикурейцев о том, что следует разумом ограничивать желания (стремление к удовольствиям). Согласно этике Эпикура, удовольствие как конечная цель жизни подразумевает «свободу от телесных страданий и от душевных тревог. Нет, не попойки и непрерывные кутежи, не наслаждения мальчиками и женщинами, не наслаждения рыбою и всеми прочими яствами, которые доставляет роскошный стол, рождают приятную жизнь, но трезвое рассуждение, исследующее причины всякого выбора и избегания...» (там же, 131 – 132). Чрезмерное удовольствие само собою превращается в страдание, и «мы обходим многие удовольствия, когда за ними следует для нас большая неприятность; также мы считаем многие страдания лучше удовольствий, когда приходит для нас большее удовольствие после того, как мы вытерпим страдания в течение долгого времени» (там же, 129). Все эти положения этики Эпикура вполне традиционны для Эллады. Что же ново?

Продолжим рассуждение, начатое в прерванной выше цитате, Речь идет здесь о рассуждении, изгоняющем «мнения, которые производят в душе величайшее смятение» (там же, 132). Это этические представления о богах, о смерти и загробных наказаниях, о вмешательстве богов в человеческую жизнь и божественных гарантиях нравственности и справедливости человеческих поступков. Причем мы видим здесь два аспекта. Один – обожествление небесных явлений, столь свойственное античности, что даже такой натуралистически мысливший человек, как Анаксагор, убежден в том, что философу следует жить «ради созерцания неба и всего устройства космоса», мыслимого как самое прекрасное и потому божественное. Эпикур, считающий, что небесные явления имеют совершенно естественную природу, скептически относящийся к возможности их однозначного понимания и объяснения, отвергает такое обожествление. Второй аспект – сами представления о божественном вмешательстве в жизнь людей, идея «провидения». Этика Эпикура парирует такого рода представления, говоря, что «блаженное и бессмертное само не имеет забот, и другому не причиняет их, так что оно не одержимо ни гневом, ни благоволением; все подобное находится в немощном» (Главные мысли, I). Боги, по Эпикуру, существуют, о чем свидетельствует всеобщее согласие, но они никак не могут влиять на людей. Об этом свидетельствует наличие зла в мире. Ибо «бог по его [Эпикура]словам, или хочет уничтожить зло, но не может, или может, но не хочет, или не может и не хочет, или хочет и может. Если он может, но не хочет – то он завистлив, что равным образом далеко от божественного. Если он хочет, но не может, то он бессилен, что не отвечает [понятию] бога. Если он не хочет и не может, то он и завистлив, и бессилен. Если же он и хочет, и может, что только и подобает богу, то откуда зле и почему он его не уничтожает?» – излагает одно из важнейших положений этики Эпикура Лактанций.

Аргумент этот свидетельствует о том, что эпикуреизм отрицательно решает вопрос о существовании божественного промысла, считая последний вымыслом «толпы». Действительные же боги – погруженные в самонаслаждение, высшее счастье и блаженство существа, состоящие из атомов тончайшей огненной природы. Они обитают в пространстве между мирами, совершенно безотносительно к этим мирам. И если человек должен почитать этих богов, то вовсе не с целью вымолить у них какие-либо дары или содействие нашим корыстным целям, но ради совершенно бескорыстного, по существу эстетического, общения с ними, ради их красоты и величия. Но утверждение эстетической сущности «богов» Эпикура означает уничтожение их религиозной сущности.

Этика Эпикура противостоит не только религиозной этике. Ее реальное осуществление, т. е. возможность для человека избежать превратностей земной жизни, требует признания свободы. Такое признание необходимо для этической системы Эпикура. Отсюда решительная борьба его не только против религиозной идеи предопределения, судьбы, вмешательства богов в жизнь людей, но и против фатализма естествоиспытателей. Эпикур считает, что «[одни события происходят в силу необходимости], другие – случайно, а иные зависят от нас»., Видя это, мудрец понимает, что «необходимость безответственна, случай непостоянен, но то, что зависит от нас, ничему иному не подвластно, и потому подлежит порицанию или противоположному [т. е. похвале]» (Письмо к Менойкею, 133). Иными словами, похвале и порицанию подлежат действия, зависящие от нас самих. Согласно этике Эпикура, возможность таких действий и событий обеспечивается неоднозначной определенностью природных и социальных процессов и способностью человека свободно выбирать свой путь, руководствуясь своими принципами.

Если Эпикур направлял свои возражения против «физиков», то эпикуреец Диоген из Эноанды прямо адресует аналогичное возражение Демокриту. «Если же кто-нибудь воспользуется учением Демокрита, – пишет он, – и станет утверждать, что у атомов нет никакого свободного движения, и что движение происходит вследствие столкновения атомов друг с другом, вследствие чего и получается впечатление, что все движется по необходимости, то мы скажем ему: разве ты не знаешь ... что атомам присуще и некоторое свободное движение, которое Демокрит не открыл, но обнаружил Эпикур, именно отклонение... Но что важнее всего: если верить в предопределенность, то теряет смысл всякое увещание и порицание и не следует наказывать даже преступников». Эпикур даже идет в своих этических взглядах настолько далеко, что предопределению – необходимости натурфилософов предпочитает миф о богах, которых можно умилостивить жертвами и молитвами.

Что же касается случая, отвергаемого Демокритом, то «мудрец не признает его ни богом, как думают люди толпы ... ни причиной всего, хотя и шаткой, – потому что он не думает, что случай дает людям добро или зло для счастливой жизни, но что он доставляет людям начала великих благ или зол» (Письмо к Менойкею, 134). Случай, иными словами, просто условие для свободного и разумного действия. Отметим в то же время, что Эпикур и его последователи не видели возможностей объяснения свободного решения и действия, имеющихся в системе Демокрита. Поэтому их критика воззрения Демокрита односторонняя.

В делении явлений на не зависящие (необходимые и случайные) и зависящие от нас мы видим одну из ведущих морально-этических идей эллинизма. Напряженное чувство случайности общественного бытия характерно уже для литературы раннего эллинизма, в частности для Менандра, в комедиях которого случай оказывается зачастую движущей силой интриги и олицетворяется в образе беззаконной, неразумной и безрассудной, непостоянной богини Тихи. Эпикур считает, что мудрость и счастье состоят в достижении независимости от всего того, что нарушает спокойствие Духа – от влияний мира и от собственных страстей и пустых желаний. В этике Эпикура счастье – невозмутимость духа (ataraxia), достигаемая путем длительного обучения и упражнения (askesis). Но «аскеза» Эпикура и эпикурейцев – не умерщвление плоти, в которое она превратилась в религиозных учениях, а воспитание человека, ведущего разумную, нравственную и приятную жизнь. Достижение атараксии требует и свободы от страха перед смертью. Эпикур уверен, что душа смертна, поскольку она состоит из атомов; она – «состоящее из тонких частиц тело, рассеянное по всему[организму], очень похожее на дыхание с примесью теплоты, и в одних отношениях похожее на первое, в других же – на вторую...Затем, когда разлагается все целое, душа рассеивается и уже не имеет тех же сил и не совершает движений, так что не обладает и чувством» (Письмо к Геродоту, 63, 65). Но в таком случае «смерть не имеет никакого отношения к нам: ибо то, что разложилось, не чувствует, а то, что не чувствует, не имеет к нам никакого отношения» (Главные мысли, II). Уничтожение страха смерти и невежества, выступающих источником веры в богов, вмешивающихся в людские дела, Эпикур считал важнейшей этической задачей философии.

Из основоположений своей этики Эпикур выводит учение о государстве (обществе). Общество представляет собою сумму индивидов, каждый из которых, руководствуясь стремлением к удовольствиям, действует таким образом, чтобы не мешать другим индивидам. Эпикур прославляет дружбу, которая ценится ради приносимой ею безопасности и безмятежности души. Из принципа удовольствия Эпикуром выводится понятие справедливости, определяемое на основе общественного соглашения не вредить друг другу. «В общем, справедливость для всех одна и та же, потому что она есть нечто полезное в сношениях людей друг с другом; но в отношении особенностей страны и каких бы то ни было других обстоятельств справедливое оказывается не для всех одним и тем же» (там же, XXXVI).

По материалам книги А. С. Богомолова «Античная философия»

Труды Эпикура
 

http://rushist.com/index.php/philoso...-trudy-epikura
Эпикуру принадлежало около 300 папирусных свитков («книг»). Но от этих трудов сохранились в основном лишь названия: «О природе», «Об атомах и пустоте», «Краткие возражения против физиков», «О критерии, или Канон», «Об образе жизни», «О конечной, цели». В других трудах Эпикура трактовались вопросы музыки и медицины, проблемы зрения и справедливости. Но все это погибло, поэтому главными источниками наших знаний об Эпикуре и его учении остаются десятая книга в компиляции Диогена Лаэртского, где приводятся три письма Эпикура к его ученикам – Геродоту, Пифоклу и Менекею, а также эпикуровы «Главные мысли». Громадную информацию об эпикуреизме дает поэма Лукреция «О природе вещей». В 1888 г. была опубликована найденная в ватиканской рукописи другая, чем «Главные мысли», подборка изречений Эпикура. Кроме того, мы имеем найденные при раскопках Геркуланума папирусные свитки, в которых содержатся как труды эпикурейца Филодема из палестинской Гадары, современника Цицерона, говорящие об эпикурейской традиции, так и отрывки из писем самого Эпикура. Кроме того, в 1884 г. в Эноанде в Ликии (Малая Азия) была найдена высеченная на камне неким Диогеном надпись, содержащая как бы эпикурейский катехизис.

Некоторые древние авторы обвиняли Эпикура в плагиате, например, Аристон в «Жизнеописании Эпикура» утверждает, что Эпикур якобы списал свой труд «Канон» с «Треножника» Навсифана, тогда как стоики со своей стороны утверждали, что Эпикур выдавал за свое и учение Демокрита об атомах, и учение Аристиппа-киренаика о наслаждении как высшем благе. Некоторые основания для подобных обвинений были – ведь эллинистическая философия малооригинальная, она скорее повторяет и дополняет старое, чем создает новое, так что если, философы и строят, то уже на застроенном участке, так что они скорее перестраивают, чем строят.

Философия Эпикура – кратко
 

http://rushist.com/index.php/philoso...epikura-kratko

Мыслитель Эпикур (342-270 гг. до Р. Х.) был основателем одной из самых известных философских школ античного мира. Главную цель философии эпикурейство видело в том, чтобы научить человека счастливой жизни, ибо всё остальное несущественно.

Теория познания Эпикура – кратко

В теории познания Эпикур призывал доверять чувственным восприятиям, так как иного критерия истины мы всё равно не имеем. Он считал, что критика сенсуализма скептиками имеет чисто теоретический интерес, практически же она совершенно бесплодна. Главный вывод, к которому Эпикур подводит слушателя этими рассуждениями – нет ничего сверхчувственного. Если бы даже оно и было, мы бы не могли его воспринять, так как ничего кроме чувств нам не дано. Это умозаключение очень важно для теории Эпикура: именно отсюда следуют её материализм и атеизм.

Физика Эпикура, его атомизм – кратко

В физике Эпикур является горячим сторонником идеи Демокрита об атомах. По его мнению, она целиком подтверждается чувственным опытом, ибо постоянно происходящее на наших глазах смешение разных сред нельзя объяснить без предположения о том, что они состоят из мельчайших частиц. В то же время атомы не могут быть делимы до бесконечности (термин Демокрита «атом» в буквальном переводе и означает «неделимое»), потому что тогда материя рассеивалась бы в пустоте, и никаких тел вообще бы не было.

Но в подробностях своего атомизма Эпикур сильно отходит от первоначального учения Левкиппа и Демокрита. Два этих философа признавали изначальное движение атомов в пустоте, а Эпикур сводит такое движение единственно к падению вниз, которое, согласно его представлению, есть извечное свойство материи (о законе притяжения, порождаемого массой тел, античность ничего не знала). Демокрит же, в противоположность этому, полагал, что в бесконечности нет ни верха, ни низа. Кроме этого, Эпикур, в отличие от Демокрита, утверждает, что атомы в своем падении совершают минимальное самопроизвольное (спонтанное) отклонение от прямой линии – как если бы атом обладал некоторой свободой воли. Иначе все тела постоянно опускались бы вниз в одном и том же неизменном виде, и было бы нельзя объяснить столкновений атомов и образования из них всё новых и новых масс. В этом пункте Эпикур уклоняется от строгого механического детерминизма ранних атомистов. Он горячо восстаёт их против строго механицизма, говоря, что такой подход хуже любой ложной веры в богов: тех ещё можно смягчить мольбами, а механистическая физика – неумолимый тиран, обрекающий человека на полное рабство.

Эпикур заимствует у первых атомистов и учение о душе, состоящей из мелких, подвижных атомов. Эпикур с ударение утверждает, что после смерти душа рассеивается, и никаких посмертных ощущений быть не может. Чувственные восприятия Эпикур, по примеру Демокрита, объясняет атомными истечениями, идущими от телесных предметов.

Представления Эпикура о богах – кратко

Общая уверенность всех народов насчёт существования богов, по мнению Эпикура, свидетельствует о том, что боги действительно есть. Но людские суждения о богах ложны и превратны. На самом деле, эти существа живут в далёких промежутках между мирами и отчуждены от них. Свободные от страхов и забот, они и сами никому их не причиняют. Неподвластные ни страстям, ни гневу, боги пребывают в блаженном покое, не вмешиваясь в человеческие и мирские дела.

«Общая уверенность всех народов» – весьма слабое доказательство существования богов. Сам Эпикур не мог этого не понимать. Нельзя отделаться от впечатления, что существования богов он сам не признавал вообще, и все его рассуждения о них – сделка с официальными верованиями толпы, которые философ просто считал опасным явно оскорблять. В одном из фрагментов, Эпикур говорит, что если бы боги существовали, то они хотели бы и могли истребить в мире зло. Если же они не желают или не могут сделать этого, то, являясь, немощными и злыми, они не могут считаться богами.

Этическая концепция Эпикура и его учение о счастье

Физика, теория познания и учение о богах Эпикура служат лишь служебным обоснованием для главной части его философии – этики. Признание достоверности за одними чувствами и отрицание всякой руководящей миром силы должны, по мысли Эпикура, освободить человека от пагубнейших заблуждений – веры в сверхъестественное и страха смерти. Нет сверхъестественных сил, которых мы могли бы бояться, и, следовательно, ничто не способно помешать человеку в его естественной цели – стремлении к удовольствию. Смерти не нужно бояться, ибо с ней прекращаются все ощущения, и, значит, она не может принести нам ни хорошего, ни дурного. Пока есть мы – нет смерти; если пришла смерть – нас нет. Естественные чувства с непосредственной очевидностью убеждают нас в благе удовольствия, и в зловредности страдания. Следовательно, истинная цель человека – в том, чтобы стремиться к первому и избегать второго. Нет даже и нужды доказывать, почему надо стремиться к удовольствию или избегать страдания: это чувствуется непосредственно, как то, что огонь жжет, снег бел, мед сладок. Люди добровольно избегают удовольствия лишь в случае, если оно влечет за собой бóльшие страдания – и соглашаются на страдание лишь в надежде посредством него получить бóльшие удовольствия или избавиться от бóльших страданий.

Значит, наша цель есть удовольствие и избавление от страданий. Но как именно надо её достигать? Философия Эпикура представляет собой развитие гедонизма киренской школы. Но понимание удовольствия у Эпикура иное, чем у родоначальника этой школы, философа Аристиппа. Аристипп учил ловить наслаждения минуты, дорожа настоящим и не смущаясь заботами о будущем. Но, по Эпикуру (который здесь сходится с Платоном), ценно лишь то удовольствие, которое устраняет страдание. «Мы нуждаемся в удовольствии там, где страдаем от его отсутствия; там же, где мы не испытываем такого страдания, там мы не нуждаемся в нём». Мимолетные наслаждения, вопреки мнению Аристиппа, не могут служить целью жизни: погоня за ними только нарушает покой души. «Устойчивое удовольствие» (равносильное удалению страданий) представляется Эпикуру целью вполне достижимой при помощи разумной жизни. Верный путь к «устойчивому удовольствию» – сознательное освобождение от потребностей, страхов и забот, достижение тишины и спокойствия души. Резко расходясь в большинстве положений с учениями киников и стоиков, Эпикур в итоге приходит к одной с ними конечной жизненной цели – «невозмутимости» (атараксии), так же призывает добиваться господства над страстями и суетой.

Философия освобождает нас от страха смерти и богов, отравляющего нашу жизнь. Истинный мудрец, считает Эпикур, способен избавиться также и от страха страданий и бедствий. Сильное страдание либо скоро проходит, либо влечет за собой смерть. Страдания либо кратковременны, либо выносимы – тот, кто приучит себя к этой мысли, говорит Эпикур, обретёт мужество и спокойствие духа. Человеческие потребности делятся на такие, без удовлетворения которых можно, и такие, без удовлетворения которых нельзя обойтись. Голод и жажду не утолять нельзя. Но без потребности, к примеру, в половой жизни или в приправленной пище обойтись можно, а без удовлетворения большинства прочих потребностей – роскоши, корыстолюбия, тщеславия – обойтись ещё легче. Погоня за почестями есть величайшее безумие. Скрывайся, живи в неизвестности, «проживи незаметно» (λάθε βιωσας) – вот золотое правило Эпикура. Надо уметь довольствоваться лишь крайне необходимым. Ложные и неестественные потребности ненасытимы. Все несчастия и скорби человеческие вытекают из них и из неразумных страхов, а счастье дается покоем и довольством. Все наши заботы, полагает Эпикур, должны быть направлены на сохранение душевного и телесного здоровья и невозмутимости духа, которая достигается философской мудростью, основанной на голосе природы и отречении от суеты. Голос природы требует немногого: не голодать, не жаждать, не мерзнут – и все это нетрудно исполнить. Ото всех остальных удовольствий можно отказаться. Умение довольствоваться малым является великим благом. Чем меньшим мы довольствуемся, тем меньше зависим от судьбы. «Не попойки, не непрерывные кутежи, не любовные наслаждения или пышный стол рождают приятную жизнь, а трезвое рассуждение… изгоняющее те мнения, которые порождают наибольшее смятение души».

Освобождая нас от страха и ложных мнений, философская мудрость, по Эпикуру, внушает нам мужество, умеренность и справедливость. Люди нуждаются во взаимопомощи и дружбе, которые доставляют нам большое удовольствие и нужны для того, чтобы жить безопасно. В знаменитом «Саду Эпикура» (его философской школе) люди соединялись солидарностью в одном и том же жизненном идеале, возвышая духовные удовольствия над телесными. Несмотря на свой материализм и сенсуализм, Эпикур превозносит господство духа над страстями, ибо хотя ничего сверхчувственного нет, спокойствие и невозмутимость души – это тоже особое физическое состояние. Философ может побеждать телесные скорби и страдания, перенося их мужественно и с невозмутимой ясностью. Даже стоики не высказывали в столь решительной форме убеждение в бессилии страдания над истинным мудрецом. Хотя учения Эпикура и стоиков считались противоположными по смыслу, эпикурейский идеал мудреца близко подходит к стоическому. За проповедником удовольствия Эпикуром скрывался глубокий моралист, проникнутый верой в единство добродетели и счастья

Значение Эпикура в истории античной философии

Ни одному из философов античности, за исключением Пифагора, не удалось создать такой прочный и тесный союз, каким была школа Эпикура. Верность последователей Эпикура заветам своего учителя является беспримерной в древности. Шесть веков, до торжества христианства, они хранили их без изменений. Школа Эпикура стала своеобразным философским орденом или сектой без таинств и мистики – кроме культа памяти учителя. В философском обществе эпикурейцев даже имущества были общими, хотя обязательный коммунизм отвергался, ибо любые правила относительно распоряжения личной собственностью казались Эпикуру излишними и оскорбительными для истинной дружбы.

Однако заметно, что на мудрости Эпикура лежит печать утомления. Его учение можно считать философией безмятежного, безбоязненного и, по возможности безболезненного конца эллинской цивилизации – без веры в будущее и без страха перед будущим. Такая философия соответствовала духу эпохи, в которой жил Эпикур, духу утонченной культуры пережившей своих богов и утратившей в эпоху эллинизма ту свободную политическую атмосферу, среди которой она расцвела.
http://rushist.com/images/rome/lucretius.jpg
Римский последователь Эпикура Тит Лукреций Кар

Популярность Эпикура была необыкновенно велика и в Риме. Величественное изложение его философии дал в своей поэме «О природе вещей» Тит Лукреций Кар. В период упадка империи общества последователей Эпикура казались тихими убежищами от политических бурь. При Адриане, при династии Антонинов количество эпикурейцев возросло. Но с середины IV века нашей эры влияние философии Эпикура падает: она умерла вместе со всем античным миром, не пережив торжество христианства.

217 – Эпикурейство
 

http://rushist.com/index.php/tutoria...1-epikurejstvo
Позднее учение киренской школы было преобразовано философом начала III в. Эпикуром, от которого и ведет начало философия, получившая название эпикуреизма и имевшая многочисленных последователей и в Греции, и в Риме в течение нескольких столетий. Выводя всю вселенную из случайного сцепления атомов, Эпикур не отрицал существования богов, но думал, что, избавленные от вмешательства в дела мира и людей, они ведут блаженную жизнь в полной свободе от каких бы то ни было мучительных, нарушающих бесстрастное спокойствие положений. Такое же блаженство, по Эпикуру, есть и высшая цель жизни человека. Но он все‑таки отдавал предпочтение духовным наслаждениям над телесными, как более прочным и чистым, и проповедовал, что лучшие пути к счастью – мудрость и добродетель. Сам он притом отличался благородством характера и добрым расположением к людям, хотя в общем его учение было эгоистично, потому что целью жизни ставилось в нем лишь собственное счастье отдельного лица. Впоследствии многие последователи Эпикура понимали и толковали его учение в смысле грубого материализма, т.е. погони за одними чувственными наслаждениями, чем создали всей своей школе очень дурную славу.

Высказывания Эпикура
 

http://rushist.com/index.php/philoso...vaniya-epikura
I. Существо блаженное и бессмертное ни само забот не имеет, ни другим не доставляет, а поэтому не подвержено ни гневу, ни благоволению: все подобное свойственно слабым. (В других местах он говорит, что боги познаваемы разумом, одни – существуя в виде чисел, другие – в подобии формы, человекообразно возникая из непрерывного истечения подобных видностей, направленного в одно место.)

II. Смерть для нас ничто: что разложилось, то нечувствительно, а что нечувствительно, то для нас ничто.

III. Предел величины наслаждений есть устранение всякой боли. Где есть наслаждение и пока оно есть, там нет ни боли, ни страдания, ни того и другого вместе.

IV. Непрерывная боль для плоти недолговременна. В наивысшей степени она длится кратчайшее время; в степени, лишь превышающей телесное наслаждение, – немногие дни; а затяжные немощи доставляют плоти больше наслаждения, чем боли.

V. Нельзя жить сладко, не живя разумно, хорошо и праведно; и нельзя жить разумно, хорошо и праведно, не живя сладко. У кого чего-нибудь недостает, чтобы жить разумно, хорошо и праведно, тот не может жить сладко.

VI. Чтобы жить в безопасности от людей, любые средства представляют собой естественные блага.

VII. Некоторые хотят стать знаменитыми и быть на виду у людей, надеясь этим приобрести безопасность от людей. Если жизнь их действительно безопасна, значит, они достигли естественного блага; если не безопасна – значит, они так и не достигли того, к чему по природному побуждению стремились с самого начала.

VIII. Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений.

IX. Если бы всякое наслаждение сгущалось и со временем охватывало весь наш состав или хотя бы главнейшие части нашей природы, то между наслаждениями утратились бы различия.

X. Если бы то, что услаждает распутников, рассеивало страхи ума относительно небесных явлений, смерти, страданий, а также научало бы пределу желаний, то распутники не заслуживали бы никакого порицания, потому что к ним отовсюду стекались бы наслаждения и ниоткуда – боль и страдание, в которых заключается зло.

XI. Если бы нас не смущали подозрения, не имеют ли к нам какого отношения небесные явления или смерть, и если бы не смущало неведение пределов страданий и желаний, то нам незачем было бы даже изучать природу.

XII. Нельзя рассеивать страх о самом главном, не постигнув природы Вселенной и подозревая, будто в баснях что-то все-таки есть. Поэтому чистого наслаждения нельзя получить без изучения природы.

XIII. Бесполезно добиваться безопасности меж людей, если сохранять опасения о том, что в небе, под землей и вообще в бесконечности.

XIV. Безопасность от людей до некоторой степени достигается с помощью богатства и силы, на которую можно опереться, вполне же – только с помощью покоя и удаления от толпы.

XV. Богатство, требуемое природой, ограниченно и легко достижимо; а богатство, требуемое праздными мнениями, простирается до бесконечности.

XVI. Случай мало имеет отношения к мудрому: все самое большое и главное устроил для него разум, как устраивает и будет устраивать во все время его жизни.

XVII. Кто праведен, в том меньше всего тревоги, кто неправеден, тот полон самой великой тревоги.

XVIII. Наслаждение плоти не увеличивается, а только разнообразится, если устранить боль от недостатка. Наслаждение же мысли достигает предела в размышлении о тех и таких вещах, которые прежде доставляли мыслям наибольший страх.

XIX. Бесконечное время и конечное время содержат равное наслаждение, если мерить его пределы разумом.

XX. Для плоти пределы наслаждения бесконечны, и время для такого наслаждения нужно бесконечное. А мысль, постигнув пределы и конечную цель плоти и рассеяв страхи перед вечностью, этим самым уже приводит к совершенной жизни и в бесконечном времени не нуждается. При этом мысль ни наслаждений не чуждается, ни при исходе из жизни не ведет себя так, будто ей чего-то еще не хватило для счастья.

XXI. Кто знает пределы жизни, тот знает, как легко избыть боль от недостатка, сделав этим жизнь совершенною; поэтому он вовсе не нуждается в действиях, влекущих за собою борьбу.

XXII. Нужно держать в виду действительную цель жизнии полную очевидность, по которой мерятся мнения, – иначе все будет полно сомнения и беспорядка.

XXIII. Если ты оспариваешь все ощущения до единого, тебе не на что будет сослаться даже когда ты судишь, что такие-то из них ложны.

XXIV. Если ты попросту отбрасываешь какое-нибудь ощущение, не делая различия между мнением, еще ожидающим подтверждения, и тем, что уже дано тебе ощущением, претерпеванием и всяким образным броском мысли, то этим праздным мнением ты приведешь в беспорядок и все остальные чувства, так что останешься без всякого критерия. Если же ты, напротив, станешь без разбору утверждать и то, что еще ожидает его, то и тут не избежишь ошибки, потому что так и останешься в сомнении при всяком суждении о том, что правильно и что неправильно.

XXV. Если ты не будешь всякий раз сводить каждое действие к естественной конечной цели, а будешь и в предпочтении и в избегании отклоняться к чему-нибудь иному, то поступки твои не будут соответствовать словам.

XXVI. Все желания, неудовлетворение которых не ведет к боли, не являются необходимыми: побуждение к ним легко рассеять, представив предмет желания трудно достижимым или вредоносным.

XXVII. Из всего, что дает мудрость для счастья всей жизни, величайшее – это обретение дружбы.

XXVIII. То же самое убеждение, которое внушило нам бодрость, что зло не вечно и не длительно, усмотрело и то, что в наших ограниченных обстоятельствах дружба надежнее всего.

XXIX. Желания бывают: одни – естественные и необходимые; другие – естественные, но не необходимые; третьи – не естественные и не необходимые, а порождаемые праздными мнениями. (Естественными и необходимыми желаниями Эпикур считает те, которые избавляют от страданий, например, питье при жажде; естественными, но не необходимыми – те, которые только разнообразят наслаждение, но не снимают страдания, например, роскошный стол; не естественными и не необходимыми – например, венки и почетные статуи.)

XXX. Естественные желания, неудовлетворение которых не ведет к боли, но в которых есть напряженное стремление, происходят от праздных мнений; и если они рассеиваются с трудом, то это не из-за естественности их, а из-за человеческого праздномыслия.

XXXI. Естественное право есть договор о пользе, цель которого не причинять и не терпеть вреда.

XXXII. По отношению к тем животным, которые не могут заключать договоры, чтобы не причинять и не терпеть вреда, нет ни справедливости, ни несправедливости, – точно так же, как и по отношению к тем народам, которые не могут или не хотят заключать договоры, чтобы не причинять и не терпеть вреда.

XXXIII. Справедливость не существует сама по себе; это – договор о том, чтобы не причинять и не терпеть вреда, заключенный при общении людей и всегда применительно к тем местам, где он заключается.

XXXIV. Несправедливость не есть зло само по себе; это – страх от подозрения, что человек не остается скрытым от тех, кто карает за такие его действия.

XXXV. Кто тайно делает что-нибудь, о чем у людей есть договор, чтобы не причинять и не терпеть вреда, тот не может быть уверен, что останется скрытым, хотя бы до сих пор это ему удавалось десять тысяч раз: ведь неизвестно, удастся ли ему остаться скрытым до самой смерти.

XXXVI. В целом справедливость для всех одна и та же, поскольку она есть польза во взаимном общении людей; но в применении к особенностям места и обстоятельств справедливость не бывает для всех одна и та же.

XXXVII. Из тех действий, которые закон признает справедливыми, действительно справедливо только то, польза чего подтверждается нуждами человеческого общения, будет ли оно одинаково для всех или нет. А если кто издаст закон, от которого не окажется пользы в человеческом общении, такой закон по природе уже будет несправедлив. И если даже польза, содержащаяся в справедливости, теряется и лишь на некоторое время соответствует нашему о ней предвосхищению, то в течение этого времени она все же будет оставаться справедливостью, – по крайней мере для тех, кто смотрит на существо дела и не смущается пустыми словами.

XXXVIII. Где без всякой перемены обстоятельств оказывается, что законы, считающиеся справедливыми, влекут следствия, не соответствующие нашему предвосхищению о справедливости, там они и не были справедливы. Где с переменой обстоятельств ранее установленная справедливость оказывается бесполезной, там она была справедливой, пока приносила пользу в общении сограждан, а потом перестала быть справедливой, перестав приносить пользу.

XXXIX. Кто лучше всего умеет устроиться против страха внешних обстоятельств, тот сделает, что можно, близким себе, а чего нельзя, то по крайней мере не враждебным, а где и это невозможно, там держится в стороне и отдаляется, насколько это выгодно.

XL. Кто смог достичь полной безопасности от соседей, те, полагаясь на нее с уверенностью, живут друг с другом в наибольшем удовольствии и, насладившись самой полной близостью, не оплакивают, словно жалея, того, кто умирает раньше других.

ДИОГЕН (Διογένης) из Эноанды
 

http://www.iph.ras.ru/elib/0972.html
ДИОГЕН (Διογένης) из Эноанды (Ликия, М.Азия) (1-я пол. 2 в.) – греческий философ, последователь Эпикура. О нем известно по уникальному прижизненному тексту, который Диоген приказал выбить на стенах портика, стоявшего на главной площади Эноанды (открыт в кон. 19 в.); этот текст – важнейший источник сведений об эпикуреизме первых веков н.э. В надписи, достигавшей более 50 м в длину, Диоген прославлял Эпикура и излагал основные положения его этики и физики; в ней приводились отрывки из «Главных мыслей» Эпикура, его избранные изречения, письмо к Антипатру о множественности миров, письмо к матери, а также сочинение о «золотом веке», вероятно, написанное самим Диогеном. В надписи упоминаются Фалес, Анаксимен, Гераклит, Демокрит, Протагор, Сократ, Аристипп, Платон, Аристотель, Диагор. Диоген критиковал представления Пифагора и Эмпедокла о метемпсихозе, полемизировал со стоиками, стремился оградить эпикуреизм от обвинений в безбожии, выступал против дивинации и веры в пророческую силу снов. Диоген полагал, что все люди могут обрести мудрость, став эпикурейцами, и жить как боги во взаимной любви и справедливости.

Фрагменты:

1. Diogenes of Oinoanda. The Epicurean Inscription, ed. with introd., transl. and notes by M.F.Smith. Napoli, 1993;

2. Casanova A. (ed.). I Frammenti di Diogene d'Enoanda. Firenze, 1984;

3. Chilton С.W. (ed.). Diogenis Oenoandensis fragmenta. Lpz., 1967.

Литература:

1. Smith M.F. A Bibliography of Work on Diogenes of Oenoanda (1892–1981). – ΣΥΖΗΤΗΣΙΣ. Studi sull'epicureismo Greco e Romano offerti a Marcello Gigante, vol. II. Napoli, 1983, p. 683–95;

2. Gordon P. Epicurus in Lycia: The Second-Century World of Diogenes of Oenoanda. Univ. of Michigan Pr., 1996;

3. Clay D. The Philosophical Inscription of Diogenes of Oenoanda: New Discoveries 1969–1983, ANRW II 36, 4, 1990, p. 2446–2559;

4. Casanova A. Contributi per un'editione commentata dei frammenti di Diogene d'Enoanda. – «Prometheus», 1981, 7, p. 225–46.

M.M.Шахнович

ЭПИКУР
 

http://iphras.ru/elib/3555.html
ЭПИКУР (Ἐπίκουρος) (341/342 – 271/270 до н.э.) – древнегреческий философ, основатель эпикуреизма – философского учения, популярного в Античности и имевшего последователей и почитателей в Новое время. Родился на о.Самос в семье афинянина. Учился философии у Навсифана, в 310 основал философскую школу сначала в Колофоне и Митилене, затем в Лампсаке. В 306 вместе с некоторыми учениками переехал в Афины и обосновался недалеко от Дипилонских ворот, где приобрел участок земли с садом. Школа получила название «Сад» (Κῆπος) и просуществовала более восьмисот лет.

Эпикур, по словам Диогена Лаэртия, был «изобильнейшим писателем и множеством своих книг превосходил всех» (X, 27). Однако из написанных им 300 произведений до нас дошли лишь его три письма к ученикам, Геродоту, Пифоклу и Менекею (жанр философских писем был популярен в эпикуреизме), отрывки из писем к другим лицам, собрания изречений «Главные мысли» и т.н. «Ватиканское собрание» (обнаруженное в конце 19 в. в греческом кодексе 14 в.); довольно большое число цитат из разных трудов в сочинениях поздних эпикурейцев, их оппонентов, а также отцов Церкви; кроме этого фрагменты из фундаментального труда Эпикура в 37 книгах «О природе», обнаруженные при расшифровке геркуланских папирусов.

Философское учение Эпикура имело практическую цель – указать людям путь к счастью. Он писал, что пусты слова того философа, которыми не врачуется человеческое страдание. Евдемонические искания определили характер всей его философской системы. Эпикур предложил людям «тетрафармакон» – четверолекарствие, способное излечить человечество от болезненного страха и указать путь к счастливой жизни: «Бог не внушает страха; смерть не внушает опасения; благо легко достижимо; зло легко претерпеваемо» (fr. 26 Arrighetti = Philod., πρὸς τους <sophistas> col. IѴ, 10–14). Эпикур стремился освободить человека от страха, в котором видел главный источник страдания. Этой задаче было подчинено его учение о природе. В «Главных мыслях» он писал: «Нельзя рассеять страх о самом главном, не постигнув природы Вселенной и подозревая, будто в баснях что-то все-таки есть. Поэтому чистого наслаждения нельзя получить без изучения природы» (XII).

В своей онтологии (физике) Эпикур был продолжателем атомистического учения Демокрита. Вселенная есть тела и пустота. Тела состоят из атомов, которые движутся вечно и непрерывно и не имеют никаких свойств, кроме вида, величины и веса. Во Вселенной множество миров, и наш мир возник из скопления атомов без внешнего вмешательства; «какова Вселенная теперь, такова она была вечно и вечно будет... ибо кроме Вселенной нет ничего» (X, 39). Эпикур выдвинул не только принцип самодвижения материи (атомы вечно движутся в пустоте), но и принцип ее самоорганизации: «Возникновение совершается тогда, когда необходимые для этого семена истекают из какого-либо мира, или междумирия, или нескольких миров, постепенно пребывая, расчленяясь... пока не наступит такая законченность и устойчивость, что заложенное основание не сможет уже ничего принимать» (Diog. L. X, 89). Развивая атомистическую доктрину, Эпикур создал теорию спонтанного отклонения атома от прямой линии (παρέγκλισις; у Лукреция – clinamen). Это учение расширило понятие атома как первопричины, послужило теоретическим основанием эпикурейской этики. Эпикур критиковал фатализм стоиков, отвергал представления о необходимости Демокрита (в специальном сочинении «Против Демокрита»). Он отвергал не только провиденциализм, но и телеологию и связанную с ней теодицею. Знаменитое заключение Эпикура о том, что представление о божестве как всеблагом промыслителе несовместимо с наличием зла на земле, известно в изложении Лактанция (De ira dei 13, 19).

Теория познания Эпикура – каноника – изложена им в трудах «О критерии, или Канон», во 2-й книге сочинения «О природе», в «Об образах» и др. Он писал, что существуют отпечатки (εἴδολα), образы, подобные по виду телам, но по тонкости далеко отстоящие от предметов, доступных чувственному восприятию. Эти копии, или образы, состоящие из тончайших атомов и исходящие от тел, сохраняют порядок, который имеют в телах, и, прямо попадая в органы чувств людей, образуют у них чувственные восприятия. Если же такие истечения носятся в воздухе, переплетаясь друг с другом, а затем проникают в людей через поры кожи, то образуются фантастические представления. Так, напр., смешение истечений от человека и коня вызывает представление о кентавре. На основе чувственных восприятий возникают единичные представления, а на их основе – общие представления или понятия, названные Эпикуром προλήψεις (пролепсисы) – «предвосхищения». Согласно Диогену Лаэртию, «предвосхищения» у эпикурейцев были тесно связаны с опытом и возникали на его основе – пролепсис есть воспоминание того, что часто являлось извне (Diog. L. X, 33), в отличие от стоиков, для которых это врожденное понятие о всеобщем (X, 54). Критерием истины, по Эпикуру, кроме ощущений, предвосхищений и претерпеваний (чувств), Диоген Лаэртий называет «образный бросок мыслей» (τὰς φανταστικὰς ἐπιβολὰς τῆς διανοίας). Содержание этого сложного понятия определяется как интуиция или как интеллектуальная интуиция. К.Бейли определял его, с одной стороны, как схватывание (восприятие) особо тонких образов и, с другой – как понимание подтвержденного ранее положения (С.Bailey, р. 274). М.Изнарди Паренте считает, что оно определяет деятельность разума по восприятию мгновенной эмпирической информации и поднятия ее на иной уровень, для того, чтобы превратить чувственные образы в интеллектуальные представления (M.Isnardi Parente, p. 28). Этот критерий чрезвычайно важен для понимания отношения эпикурейцев к галлюцинациям и сновидениям. Они, по мнению Эпикура, образуются из истечений от реально существующих предметов, смешиваясь в голове больного или спящего человека, поэтому, возникнув на основе истинных ощущений, тем не менее ложны.

Эпикур отвергал традиционную религию, представление о бессмертии души, возможность мантики, отрицал пророческую силу снов. Посидоний, Цицерон, Плутарх считали его атеистом, лишь формально признающим существование богов. Имя его упоминается в списке атеистов Клитомаха Карфагенского. Однако известно, что у Эпикура было специальное сочинение «О богах» (не сохранилось). В дошедшем до нас письме Эпикура к Менекею (Diog. L. X, 123–124) определены важнейшие принципы его теологии: 1) боги существуют, т.к. имеется очевидное знание о них; 2) истинное знание о богах образуется за счет предвосхищения (пролепсиса); 3) обывательское представление о богах ложно; 4) боги бессмертны и блаженны. В схолии к «Главным мыслям» отмечено, что непрерывное течение атомарных образов определяет антропоморфизм богов: «боги познаваемы разумом, одни – существуя в виде чисел, другие – в подобии формы, человекообразно возникая из непрерывного истечения подобных видностей, направленного в одно место» (Diog. L. X, 139). Боги атомарны и в силу изономии (т.е. равного количества смертных и бессмертных) бессмертны. Они блаженны, ни во что не вмешиваются и не нуждаются в культе. Цицерон отмечал, что, по мнению Эпикура, боги существуют, поскольку необходимо должна быть некая природа, столь превосходная, что лучше ее ничего нет (Cic. Nat. Deor. II, XVII, 46). Бог – идеал для невозмутимого эпикурейского мудреца, который живет, по словам Эпикура, «как бог среди людей» (Diog. L. X, 135). Это определило особенности благочестия Эпикура, выраженного в стремлении к подражанию богам и общению с ними путем созерцания атомарных истечений.

Этику Эпикура относят к натуралистическим моральным учениям, выводящим нравственность из потребности человека в удовольствии. В эпикуреизме атомистическому физическому «индивидуализму» соответствовал индивидуализм этический. Уверенность Эпикура в возможности счастья в земной жизни без вмешательства божественных сил, наряду с отрицанием бессмертия души и загробной жизни, вызвала критику эпикуреизма в христианстве. Эпикур считал естественным стремление человека к наслаждению, понимаемому как уклонение от страданий, и к достижению спокойного и радостного умиротворенного состояния духа. Он считал добродетельными и приятными только удовольствия, сообразные с природой, и отвергал порочные удовольствия, за которыми следует страдание, как несообразные с природой. Высшая добродетель – благоразумие (φρόνησης) – достигается в результате самостоятельного выбора. Это означает, что боги не определяют критерия нравственности, не выступают в качестве морального регулятора. В сочинениях зрелого Эпикура для характеристики блаженного состояния используются лишь негативные термины ἀπονία, ἀταραξία, ἀφοβία, указывающие на то, что счастье – это избавление от каких-либо зол. Эпикур считал, что душевные страдания хуже телесных и что, помимо наслаждений в движении (радости и веселья), существуют наслаждения покоя – безмятежность и отсутствие страдания. Диоген Лаэртий подчеркивал, что признание наслаждений покоя отличает Эпикура от киренаиков, признававших лишь наслаждения в движении (Diog. L. II, 85–86, 87–89). Из всего, что мудрость приготовила для счастливой жизни, самым значительным, приятным и плодотворным является для Эпикура дружба (Cic. De fınib. II, ХХ, 65).

Содержание эпикурейской этики было воспринято и развито гуманистами Возрождения, Спинозой, французскими просветителями, английскими утилитаристами, Фейербахом.

Источники:

1. Epicuro, Opere, a cura di G.Arrighetti. Torino, 1960, 2 ed. 1973;

2. Epicurea, ed. H.Usener. Lipsiae, 1887 (repr. Stuttg., 1966);

3. Epicuro, Opere, a cura di M.Isnardi Parente. Torino, 1974, 2 ed. 1983;

4. Epicuri et Epicureorum scripta in Herculanensibus papyris servata, ed. A.Vogliano. В., 1928;

5. Epicurus. The extant remains with critical apparatus, transl. and noted by С.Bailey. Oxf., 1926;

6. Фрагменты Эпикура, сост. Φ.Α.Петровский. – В кн.: Лукреций. О природе вещей, т. 2. М.–Л., 1947;

7. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов, пер. М.Л.Гаспарова. М., 1986, с. 369–411 (кн. 10).

Указатели:

1. Usener H. Glossarium Epicureum. Roma, 1977.

Литература:

1. Боричевский И.А. Древняя и современная философия науки в ее предельных понятиях. Научные письма Эпикура. М.–Л., 1925;

2. Шакир-Заде А.Р. Эпикур. М., 1963;

3. Лосев А.Ф. История античной эстетики. Ранний эллинизм. М., 1979;

4. Васильева Т.В. Критерии эпикуровской каноники в интерпретации Лукреция и Цицерона. – В сб.: Из истории философского наследия древнего Средиземноморья, ч. 1. М., 1989, с. 40–62;

5. Шахнович М.М. Учение Эпикура об атрибутах богов. – В сб.: Философия религии и религиозная философия. СПб., 1995;

6. Bailey С. The Greek Atomists and Epicurus. Oxf., 1928;

7. Bignone E. L'Aristotle perduto e la formazione filosofica di Epicuro. Firenze, 1936;

8. Festugière A.-J. Epicure et ses Dieux. P., 1946;

9. De Witt N. Epicurus and his Philosophy. Minneapolis, 1954;

10. Merlan F. Studies in Epicurus and Aristotle. Wiesbaden, 1960;

11. Furley D. Two studies in Greek Atomists. Princeton, 1967;

12. Lemke D. Die Theologie Epikurs. Münch., 1973;

13. Konstan D. Some Aspects of Epicurean Psychology. Leiden, 1973;

14. Frisher D. The Sculpted Word. Epicureanism and Philosophical Recruitment in Ancient Greece. N. Yю, 1982;

15. ΣΥΖΗΤΗΣIΣ. Studi sull'epicureismo greco e romano offerti a M.Gigante, v. 1–2. Napoli, 1983;

16. Asmis E. Epicurus' Scientific Method. Ithaca–L., 1984;

17. Mitsis P. Epicurus' Ethical Theory: The Pleasures of Invulnerability. Ithaca–L., 1988.

M.M.Шахнович

ЭПИКУРЕИЗМ
 

http://iphras.ru/elib/3556.html
ЭПИКУРЕИЗМ – философское учение, созданное Эпикуром и развитое его учениками и последователями – эпикурейцами (οἱ Ἐπικούρειοι); в качестве школьной традиции существовало в период с конца 4 в. до н.э. до середины 3 в. н.э. Для эпикуреизма характерны атомистическая картина мира, отрицание телеологии, провиденциализма и бессмертия души. Эпикурейская утилитаристская этика нередко вульгаризировалась и ошибочно ассоциировалась со стремлением к чувственным наслаждениям.

Основанная Эпикуром школа (первоначально в Колофоне, в 310) после перенесения в 306 в Афины получила второе название по месту своего расположения – «Сад». В истории эпикурейской школы выделяют несколько этапов. Ранний, или Древний Сад (кон. 4 – нач. 3 в. до н.э.), связан с деятельностью самого Эпикура и его ближайших учеников Метродора из Лампсака, Полиена, Гермарха, Леонтея, Идоменея, Колота и др. К Среднему Саду (2 – сер. 1 в. до н.э.) относятся Филонид, Аполлодор Афинский, Зенон из Сидона, Деметрий из Лаконии, Диоген из Тарса. Поздний Сад – это римский эпикуреизм. Появление эпикуреизма в Риме было сопряжено с его вульгаризацией, повлекшей за собой гонения на первых эпикурейцев. Алкей и Филиск, явившись незваными в 155 до н.э., были изгнаны за проповедь распущенности (Aelian. Var. hist. 9.12). Гай Амафиний (2-я пол. 2 в. до н.э.) написал первый эпикурейский трактат на латинском языке, в котором примитивизировал этику Эпикура, сведя ее к удовлетворению потребностей тела (Cic. Tusc. disp. 2.37.8, 4.3.67). В сер. 1 в. до н.э. в Кампании возникли эпикурейские кружки: в Неаполе, возглавляемый греком Сироном, в Геркулануме – Филодемом из Гадары. Оба, и Филодем, и Сирон, были учениками Зенона из Сидона, и между их кружками существовали контакты. О связи Лукреция с ними ничего не известно. 1 в. до н.э. – «золотой век» римского эпикуреизма. Среди эпикурейцев были как интересующиеся греческой культурой поэты – Вергилий, Варий, так и известные аристократы, крупные политики, напр. Луций Кальпурний Пизон, Гай Кассий Лонгин, Гай Требаций Теста, Тит Помпоний Аттик. Аскетическая эпикурейская доктрина была смягчена и приспособлена к условиям жизни римских эпикурейцев. Необходимость участия в политической деятельности заставила их отказаться от одного из самых главных принципов классического эпикуреизма – невмешательства в общественные дела. С гибелью республики значение эпикуреизма падает и возрастает влияние на общественное сознание его оппонента – стоицизма. Однако и в императорскую эпоху эпикуреизм имеет большое количество приверженцев, среди которых, к примеру, Плотина, вдова императора Траяна. О популярности эпикуреизма во 2 в. пишет Плиний (Hist. Nat. 35.5). Эпикуреизм получает распространение в восточных провинциях. Об этом свидетельствуют сочинения Лукиана, грандиозный труд Диогена из Эноанды, сведения о существовании эпикурейских школ в Вифинии (М. Азия), Апамее, Антиохии (Сирия), а также эпикурейские эпитафии.

Разнообразны формы рецепции эпикуреизма в европейской культуре: от христианизации до вульгарно-социологической интерпретации. Еще Арнобий начал переосмысление эпикуреизма, продолженное Исидором Севильским и, вероятно, представителями Шартрской школы, а затем мыслителями эпохи Возрождения (К.Раймонди, Л.Валлой, Дж.Ванини, Ф.Буонаккорзи, Э.Доле, Ф.Рабле, М.Монтенем и др.). В 17–18 вв. эпикуреизм получает широкое распространение во французской (П.Гассенди, Б.Фонтенель, М.Сен-Эвримон, С. де Бержерак, П.Бейль, Д.Дидро, Ж.Ламетри, П.Марешаль, П.Гольбах) и английской (Ф.Бэкон, У.Чарлстон, Дж.Толанд, Э.Коллинз) философских традициях. Источником первых сведений об эпикуреизме на Руси стала «Пчела» – византийский флорилегий, переведенный на русский язык в кон. 12 – нач. 13 в. История российского эпикуреизма тесно связана с развитием естествознания и материалистической философии в России.


Литература:

Танхилевич О. Эпикур и эпикуреизм. М., 1926;
Маркс К. Тетради по эпикурейской философии. – Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 40, с. 21–140;
Лосев А.Ф. История античной эстетики. Ранний эллинизм. М., 1979;
Шахнович М.М. Эпикур и история русского атеизма 18 – начала 20 в. – В сб.: Атеистические традиции русского народа. Л., 1982;
Он же. Эпикур в Древней Руси. – В сб.: Русское православие и атеизм в отечественной истории. Л., 1988;
Guiffrida P. L'epicureismo nella letteratura latina nel 1 secolo a. C., v. 1–2. Torino, 1940–48;
Brun J. L'épicurisme. P., 1959;
Paratore E. L'epicureismo e sua diffusione nel mondo latino. Roma, 1960;
Épicure et épicurisme. Actes de congrès 8-me d'Association G.Bude. P., 1969;
Bollack J., Laks A. (eds.) Études sur l'épicurisme antique. Lille, 1976;
Gigante M. Scetticismo et epicureismo. Napoli, 1981;
Capasso Ì. Studi su Epicuro. La fortuna dell'epicureismo. – ΣΥΖΗΤΗΣIΕ. Studi sull'epicureismo Greco e Romano, v. 2, Rassegne bibliografiche. Napoli, 1982;
Frisher D. The Sculpted Word. Epicureanism and Philosophical Recruitment in Ancient Greece. N. Y., 1982;
Castner С. Prosopography of Roman Epicureans: from the Second Century В. С. to the Second Century A. D. Fr./M., 1988;
Ferguson J. Epicureanism under the Roman empire (rev. and supplem. by J.P.Hershbell), ANRW II 36, 4, 1990, p. 2257–2327;
Gigante M. Das zehnte Buch des Diogenes Laertios: Epikur und der Epikureismus. – Ibid, 36, 6, 1992, p. 4302–4307;
Idem. Cinismo e Epicureismo. Napoli, 1992;
Erler M. Epikur – Die Schule Epikurs – Lukrez. – GGP, Die Philosophie der Antike, Bd. 4: Die hellenistische Philosphie, hrsg. v. H.Flashar, Hbbd. 1. Basel, 1994;
L'epicureismo greco e romano. Atti del Congresso Internationale tenutosi a Napoli, 19–26 maggio, a cura di G.Ginnantoni e M.Gigante. Napoli, 1996.

M.M.Шахнович

Судьба древнегреческого атомизма и философский вклад Эпикура
 

http://filosof.historic.ru/books/ite...04/st024.shtml
Наследие Эпикура (он жил, как полагают историки, между 342-341 и 271-270 гг. до н.э.) — более позднее явление в античной философии, чем философия Сократа и Платона, о которой речь пойдет дальше. Но имеет смысл об Эпикуре рассказать вслед за философией Демокрита — по той причине, что эпикуреизм есть не что иное, как продолжение атомистической традиции в древнегреческой философии. Учение Левкиппа и Демокрита с восторгом принимается Эпикуром. Вместе с тем, Эпикур вносит в атомистическое учение некоторые дополнения и изменения, причем изменения, которые совершенствуют атомистическую концепцию, как бы достраивают ее, делают более разумной и интересной. Это первое, что в истории мысли связано с именем Эпикура.

Впоследствии древнегреческий атомизм воспринимался не только, даже не столько в форме демокритовского учения, поскольку от сочинений Демокрита мало что сохранилось. А вот некоторые отрывки из сочинений Эпикура сохранились, и как раз они вошли в традицию дальнейшего развития философии и человеческой культуры как образец атомистической концепции. Эпикуреизм стал основанием древнеримского атомизма. Замечательный римский поэт и философ Тит Лукреций Кар написал поэму «О природе вещей», по существу посвятив ее изложению, развитию и защите учения Эпикура об атомах.

Второй момент, который важно подчеркнуть в связи с вкладом Эпикура в развитие философской мысли, — возникновение традиции целостного нравственно-поведенческого учения, так называемого эпикуреизма. Эпикуреизм в обоих смыслах — важное и длительное явление в истории человеческой культуры.

От Эпикура ведет свое начало обросшее потом разными интерпретациями и вариантами нравственное и этическое учение, которое было построено в форме определенных рекомендаций личности: как вести себя, как строить свою жизнь, как организовать свои занятия для того, чтобы жизнь была приятной и счастливой. Эпикуреизм — вид этического гедонизма, т.е. нравственного учения, положившего в основание стремление человека к счастью, к благополучию. Часто учение Эпикура проникало в идейные споры последующих веков, этапов развития человеческой мысли и культуры в некотором огрубленном изложении и выражении. Например, эпикурейцем считался человек, который, невзирая на ценности духа и культуры, предается чисто материальным, плотским удовольствиям, мечтает о роскошной жизни и, если может, ведет эту жизнь. Эпикурейцами нередко объявляли людей, ставящих плотские удовольствия превыше всего. Насколько такой образ эпикуреизма не согласуется с этическим наследием исторического Эпикура, может увидеть всякий, кто даст себе труд вчитаться хотя бы в некоторые отрывки из сочинений великого греческого философа, оказавшего очень глубокое влияние на последующую мысль.

Тит Лукреций Кар развивал эпикуреизм в двух его ипостасях — в виде атомизма и нравственного учения. У Эпикура были последователи в эпоху Возрождения. В XVII в. его учение развивал французский философ Пьер Гассенди. Эпикуреизм часто становился объектом интерпретации, подражания в художественной литературе: вспомните, например, Анатоля Франса с его «Садом Эпикура», интереснейшим литературным и эстетическим толкованием эпикуреизма. А каким же, согласно оставшимся документам, было учение самого Эпикура?

От главного труда Эпикура, который называется «О природе» (он содержал 37 книг), уцелели лишь небольшие отрывки. Сохранились также три письма Эпикура. В «Письме к Геродоту» излагается содержание атомистической физики Эпикура. Два других письма — к Пифоклу и к Менекею — содержат учение о богах, абрис концепции этики, обоснование ценностей мудреца.

Литература:
Мотрошилова Н.В. Судьба древнегреческого атомизма и философский вклад Эпикура./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.89-90

Внутренняя логика атомизма и позиция Эпикура
 

http://filosof.historic.ru/books/ite...04/st025.shtml
В чем же состояло то дополнение, видоизменение атомистической концепции, которое осуществил Эпикур?

Во-первых, к свойствам атома, обрисованным Демокритом, Эпикур прибавил вес атома. Он подчеркнул, что атомы имеют не только величину, фигуру, размеры, но и, будучи "тельцами", имеют определенную тяжесть. Также и под действием того или иного своего веса различные атомы образуют тела; вес тел, таким образом, связан с весом атомов. Это было новшество, дополнение, которое, однако, вполне укладывалось в рамки той логики, которую предложили Левкипп и Демокрит, точнее, одной его стороны. Далее, Эпикур стремился более глубоко обосновать атомистическую концепцию. И здесь вопросы логики атомизма, логики атомистического рассуждения выдвигаются на первый план. В отличие от Демокрита, учение которого в большей мере носит натурфилософский характер — больше повернуто к природе, к телам, — Эпикур старается основательно разработать именно внутреннюю логику атомистической концепции. Он пытается осмыслить, почему стал необходим атомизм. Почему стала необходимой идея о плюральном, неделимом начале? Эпикур отчетливее высветил внутреннюю логику атомизма. Вот как рассуждает Эпикур в «Письме к Геродоту»: "...вселенная состоит из тел и пространства; что тела существуют, об этом свидетельствует само ощущение у всех людей, на основании которого необходимо судить мышлением о сокровенном, как я сказал прежде. А если бы не было того, что мы называем пустотой, местом, недоступной прикосновению природе, то тела не имели бы, где им быть и через что двигаться, как они, очевидно, двигаются... В числе тел одни суть соединения, а другие — то, из чего образованы соединения. Эти последние неделимы и неизменяемы, если не должно все уничтожиться в несуществующее, а что-то должно оставаться сильным при разложениях соединений... Таким образом, необходимо, чтобы первоначала были неделимыми телесными природами (субстанциями)..."(Антология мировой философии: В 4 т. М., Т. 1, ч. 1. С. 348. Далее указание на страницы этого издания даются в тексте.).

Другая идея Эпикура: "...неделимые и полные тела, из которых образуются соединения и в которые они разрешаются, имеют необъятное число форм". Почему? "...Ибо невозможно, — рассуждает Эпикур, — чтобы такое множество различий в сложных предметах могло образоваться из одних и тех же ограниченных по числу форм. И в каждой форме подобные атомы безграничны по числу, а различие форм в них не совсем безгранично, но только необъятно." Так идея атома как предела развивается дальше: „Атомы движутся непрерывно в течение вечности..." (С. 348-349).

"Далее, — продолжает Эпикур, — миры безграничны [по числу], как похожие на этот [наш мир], так и не похожие. Ибо атомы, число которых безгранично, как только что было доказано, несутся даже очень далеко. Ибо такие атомы, из которых может образоваться мир и которыми он может быть создан, не израсходованы ни на единый мир, ни на ограниченное число миров, как тех, которые таковы [как наш], так и тех, которые отличны от них. Поэтому нет ничего, что препятствовало бы [признанию] безграничного числа миров" (С. 349).

Эпикуру принадлежит интересная идея и о свойствах тел: "...что касается формы, цвета, величины, тяжести и всего прочего, что говорится как о постоянных свойствах тела, присущих или всем телам, или видимым и познаваемым через чувственное восприятие этих свойств, то не следует думать ни того, что эти свойства суть самостоятельные сущности (независимые субстанции) — ведь это невозможно вообразить, — ни того, что они вовсе не существуют, ни того, что они суть какие-то другие бестелесные субстанции, присущие телу, ни того, что они суть части тела; но надо думать, что все тело хотя в целом обязано своим существованием всем этим свойствам, однако не в том смысле, что оно сложилось из этих свойств, снесенных вместе ... но только, как я говорю, всем этим свойствам тело обязано своим постоянным существованием. Все эти свойства имеют свои специальные возможности быть познаваемыми и различаемыми (познаются отдельно и различаются), если только целое сопутствует им и никогда от них не отделяется, но вследствие совокупного представления свойств имеет название тела..." (С. 352).

Это важное размышление о понятии свойств тела. Здесь углубляется спор с теми, кто эти свойства провозгласил бы некоторыми субстанциями, некоторыми самостоятельными "материями". Нет, свойства не самостоятельные материи. А если бы кто-то сказал, что этих свойств нет вовсе, что они всецело субъективны? Такие суждения в философии тоже встречались. Эпикур возражает: свойства тел объективно, реально существуют. Но между телом и свойствами — существенная разница, и ее должна уловить философия. Свойства присущи телу, но вместе с тем тело не есть простая, механическая совокупность свойств. Тело обладает свойствами, но тело не есть непосредственно его свойства, а свойства не суть непосредственно тело.

Развивая учение Демокрита о чувственном восприятии, Эпикур глубоко осмысливает демокритовскую концепцию идолов, или истечении, исходящих от тела. Увидеть эти истечения нельзя ни сегодня, ни в будущем, ибо по природе своей "идолы", "истекающие образы" бесконечно малы. Но то, что образы телесны, представляется Эпикуру совершенно ясным. Существуют, как он говорит, очертания, отпечатки, оттиски, подобные по виду плотным телам, но по тонкости не сравнимые с предметами, доступными чувственному восприятию. Такие истечения могут проникать "сквозь" воздух, когда возникают благоприятные условия. Образы, согласно Эпикуру, имеют "непревосходимые" тонкость, быстроту, и всякий путь для них — подходящий. Возникновение образов происходит с быстротою мысли. Мы смотрим вдаль, видим там предмет, ибо образ доносится к нам так же быстро, как быстро мы успели о предмете подумать. Чтобы мы могли мыслить о предмете, рассуждает Эпикур, до этого образы должны были принестись к нам с быстротою мысли, а то и с несколько большей скоростью, чем "свершилась" мысль об увиденном предмете.

Еще одно существенное и интересное дополнение в атомистическую концепцию привнес Эпикур. Оно состояло в допущении, так сказать, большей свободы в движении атомов. Концепция Демокрита относительно движения атомов — это концепция жесткой необходимости. Здесь нигде не может вмешаться никакой случай — все предопределено. Что же касается Эпикура, то он, напротив, считает, что атомам должна быть (по логике рассуждения!) присуща некоторая свобода, случайность в их движении. Атомы не движутся в каких-то строго предопределенных направлениях, а они, как говорит Эпикур, "трясутся во всех направлениях". Происходит по виду беспорядочное, обладающее множеством степеней свободы движение атомов, и потому в сочетаниях, которые из атомов возникают, заключено немало элементов случайности, возможны отклонения от жесткого порядка. Иными словами, необходимость здесь диалектически соседствует со случайностью.

Литература:
Мотрошилова Н.В. Внутренняя логика атомизма и позиция Эпикура./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.90-93

Боги, человек, нравственное поведение, счастье
 

http://filosof.historic.ru/books/ite...04/st026.shtml

Для Эпикура атомистическая концепция, разумное, рациональное объяснение природы, философское и научное, — предпосылки и основания для того, чтобы. перейти к человеческим делам, в частности к человеческому поведению, к нравственности. Поэтому нужно, согласно Эпикуру, обязательно задаться вопросом о связи философии с обычной человеческой жизнью. Самая главная, быть может, из задач философии — объяснить человеку, обычному человеку, насколько превратны составляемые людьми представления о богах. В эпикуреизме продолжается в какой-то мере начатое предшествующей античной философией богоборчество. Следуя линии мысли предшествующих философов-богоборцев, Эпикур говорит в «Письме к Менекею»: „Во-первых, верь, что бог — существо бессмертное и блаженное, согласно начертанному общему представлению о боге, и не приписывай ему ничего чуждого его бессмертию или несогласного с его блаженством; но представляй себе о боге все, что может сохранять его блаженство, соединенное с бессмертием" (С. 355). Казалось бы, это всего лишь ортодоксальное, религиозное представление, но вот что дальше советует Эпикур Менекею: „Да, боги существуют: познание их — факт очевидный. Но они не таковы, какими их представляет себе толпа, потому что толпа не сохраняет о них постоянно своего представления. Нечестив не тот, кто устраняет богов толпы, но тот, кто применяет к богам представления толпы: ибо высказывания толпы о богах являются не естественными понятиями, но лживыми домыслами, согласно которым дурным людям боги посылают величайший вред, а хорошим — пользу. Именно: люди, все время близко соприкасаясь со своими собственными добродетелями, к подобным себе относятся хорошо, а на все, что не таково, смотрят как на чуждое" (Там же).

Одно из самых главных соображений, которое, согласно Эпикуру, заставляет мыслить Бога, — идея Блага, блаженства, целостности человеческой личности. Но человек не должен мыслить божество подобным себе, он не имеет права распространять мысль о своем собственном блаженстве на Бога. Иными словами, хотя в "природе" Бога — быть этическим критерием, хотя к Богу восходят мысли человека, думающего об этическом совершенстве, тем не менее сам Бог с этическими перипетиями жизни человека не имеет ничего общего. Бог, по Эпикуру, — иное, чем человек, существо, его нужно всячески освобождать от тех признаков, которые человек — по своему образу и подобию — приписывает Богу. Ясно, что в греческом мире с целиком антропоморфными представлениями и изображениями богов подобные рассуждения о божестве и религии были весьма смелыми, неортодоксальными.

Одна из самых существенных для человека проблем, вокруг которой гнездится целый рой религиозных представлений, — неизбежность смерти. Человек никак не может примириться со своей смертностью. Ему трудно представить себе, что его совсем-совсем не будет на Земле. И постигнуть безжалостное: тебя не будет, мир будет, но без тебя — и трудно, и горестно. А отсюда, согласно Эпикуру, рождается иллюзорное представление, будто существует какая-то сила, которая, может быть, тебе и другим людям обеспечит некое другое существование — после смерти. Не будет ли "жить" твоя душа? Эпикур такие представления решительно отвергает, рассуждая при этом весьма любопытно, но, конечно, вполне в духе античного грека. Эпикур обращается к каждому, приглашая понять, что со смертью Человек не имеет ничего общего. Как же это? Но прочтите Эпикура: "...самое страшное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения, так как, когда мы существуем, смерть еще не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не существуем" (С. 356). Таким образом, смерть не имеет отношения ни к живущим, ни к умершим! Перед нами — попытка естественного объяснения смерти, которая вместе с тем заключает в себе нравственное содержание, определенный момент мудрости, успокоения. А ведь, в самом деле, разве не прав Эпикур? Остается, однако, ощущение, что Эпикур не считается с тем, насколько настоятельна мысль о смерти, как часто она приходит людям в голову и насколько остро эту мысль многие из нас переживают, И все же Эпикур прав в том, что и горестные мысли о смерти могут, должны служить нравственному самовоспитанию человека. Когда нас поражает, потрясает смерть близких — не можем, не должны ли мы становиться мудрее, лучше понимать соотношение ценностей, видеть, как коротка и как суетна жизнь, сколь важно в этой жизни сделать главное, доброе, истинное.

Собственно, в этом направлении и движется мысль Эпикура. Его цель — помочь человеку сориентироваться в жизни, сосредоточить внимание на самом главном, различать ценности истинные и мнимые, подлинные и неподлинные, быстротечные и непреходящие. А значит, Эпикур хочет помочь человеку разобраться в том, как следует жить. В частности, для Эпикура важно определить, какой должна быть линия жизненного поведения человека, занимающегося философией или интересующегося ею. В «Письме к Менекею» он пишет: „Пусть никто в молодости не откладывает занятия философией, а в старости не устает заниматься философией: ведь никто не бывает недозрелым, ни перезрелым для здоровья души. Кто говорит, что еще не наступило или прошло время для занятий философией, тот похож на того, кто говорит, что для счастья или еще нет, или уже нет времени. Поэтому и юноше, и старцу следует заниматься философией: первому — для того чтобы, старея, быть молоду благами вследствие благодарного воспоминания о прошедшем, а второму — для того чтобы быть одновременно и молодым, и старым вследствие отсутствия страха перед будущим. Поэтому следует размышлять о том, что создает счастье, если действительно, когда оно есть, у нас все-есть, а когда его нет, мы все делаем, чтобы его иметь" (С. 354-355).

Так что же такое счастье, согласно Эпикуру? Желания, рассуждает он, "бывают: одни — естественные, другие — пустые, и из числа естественных одни — необходимые, а другие — только естественные; а из числа необходимых одни необходимы для счастья, другие — для спокойствия тела, третьи — для самой жизни. Свободное от ошибок рассмотрение этих фактов при всяком выборе, избегании может содействовать здоровью тела и безмятежности души, так как это есть цель счастливой жизни: ведь ради этого мы все делаем, именно чтобы не иметь ни страданий, ни тревог... Мы имеем надобность в удовольствии тогда, когда страдаем от отсутствия удовольствия; а когда не страдаем, то уже не нуждаемся в удовольствии. Поэтому-то мы и называем удовольствие началом и концом счастливой жизни..." (С. 356). Такие высказывания критики эпикуреизма вменяли в вину Эпикуру — он-де проповедует безудержный культ удовольствия. На самом же деле Эпикур говорит просто о неискоренимости стремления к удовольствию, о природности и естественности этого стремления. Человек не может жить, не получая никаких удовольствий, и он не может жить, не избегая каких-то страданий.

Вместе с тем, в учении Эпикура о потребностях, желаниях, удовольствиях имеется строгая максима, смысл которой в том, что безнравственно и противоестественно безмерное стремление к удовольствию. Проповедуя именно умеренность в удовольствиях, Эпикур не жалеет доводов и аргументов. Он пишет: „Так как удовольствие есть первое и прирожденное нам благо, то поэтому мы выбираем не всякое удовольствие, но иногда мы обходим многие удовольствия, когда за ними следует для нас большая неприятность; также мы считаем многие страдания лучше удовольствия, когда приходит для нас большее удовольствие, после того как мы вытерпим страдания в течение долгого времени. Таким образом, всякое удовольствие по естественному родству с нами есть благо, но не всякое удовольствие следует выбирать, равно как и страдание всякое есть зло, но не всякого страдания следует избегать..." (С. 356-357).

Это относится, например, к потребности в пище — одной из фундаментальных потребностей человека. Согласно Эпикуру, не нужно стремиться к излишествам в еде: „Простые кушанья доставляют такое же удовольствие, как и дорогая пища, когда все страдание от недостатка устранено. Хлеб и вода доставляют величайшее удовольствие, когда человек подносит их к устам, чувствуя потребность. Таким образом, привычка к простой, недорогой пище способствует улучшению здоровья, делает человека деятельным по отношению к насущным потребностям жизни, приводит нас в лучшее расположение духа, когда мы после долгого промежутка получаем доступ к предметам роскоши, и делает нас неустрашимыми перед случайностью" (С. 357).

Иными словами, простые, умеренные блага, простые потребности человеку и полезнее для здоровья, и доступнее, а потому они благоприятнее для ощущения счастья. Как только он встает на путь погони за все большими наслаждениями — например, начинает стремиться ко все более изысканной, роскошной пище, — этому уже нет предела. И если распорядиться так, что у него не будет возможности иметь такую пищу, то неминуемы телесные страдания и неудовлетворенность жизнью. Стало быть, привычка к простому образу жизни и более здорова, и более разумна.

То же самое говорит Эпикур о всех других удовольствиях: „Итак, когда мы говорим, что удовольствие есть конечная цель, то мы разумеем не удовольствия распутников и не удовольствия, заключающиеся в чувственном наслаждении, как думают некоторые, не знающие или не соглашающиеся, или неправильно понимающие, но мы разумеем свободу от телесных страданий и от душевных тревог. Нет, не попойки и кутежи непрерывные, не наслаждения мальчиками и женщинами, не наслаждения рыбою и всеми прочими яствами, которые доставляет роскошный стол, рождают приятную жизнь, но трезвое рассуждение, исследующее причины всякого выбора и избегания и изгоняющее [лживые] мнения, которые производят в душе величайшее смятение. Начало всего этого и величайшее благо есть благоразумие. Поэтому благоразумие дороже даже философии" (С. 357).

Такая позиция достаточно типична для философии вообще и выдающихся философов. На разных этапах развития философской мысли вновь и вновь возникало противопоставление того, что сейчас называют "потребительством", и сосредоточения на высших духовных ценностях. Неверно было бы считать его плодом досужих размышлений, интересных только для философа. Но для философа это действительно проблема. Не потому только, что философ должен отыскать какое-то разумное оправдание своему сосредоточению именно на духовных благах, размышлению о первопричинах вещей, о нравственном. Он связывает с этим некоторый закон человеческого счастья. Не случайно философы часто идут именно по такому пути, оправдывая философию также и житейским рассуждением.

Сам процесс философствования приносит человеку молодому и человеку старому неизъяснимое духовное наслаждение, но это еще и средство для того, чтобы указать людям путь их жизни. В одном из отрывков, приписываемых Эпикуру, сказано: „Пусты слова того философа, которыми не врачуется никакое страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезней из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезни души" (С. 360).

Много сказано Эпикуром также о богатстве и бедности, о том, что само по себе богатство никогда не делает людей ни нравственными, ни духовно одаренными, что бедность вовсе не препятствует быть человеком глубокой, богатой, истинно человеческой души. Как видим, здесь все акценты расставлены очень четко. И если вам придется читать или слышать об Эпикуре нечто противоположное, всегда вспоминайте о том, что говорил он сам.

Литература:
Мотрошилова Н.В. Боги, человек, нравственное поведение, счастье./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.93-97

Эпоха эллинизма и Римской империи
 

http://banauka.ru/4299.html
Вспомним, что первый период ранней греческой философии - охватывает более 150 лет. Второй - классической философской мысли-около 100 лет. Последний, третий период истории античной философии, связанный с эпохой эллинизма и Римской империи. Он начинается с конца IV в. до н.э. и заканчивается в В-УИ ст. .э. Этот период охватывает около восьми веков. Философия этого периода существует в виде нескольких основных направлений, мало связанных друг с другом. Это: эпикурейцы /учредитель Эпикур/, скептики/ Піррон/, стоики /Зенон из Кітіону/. Для мыслителей эллинистической и римской эпохи судьба отдельной человеческой индивидуальности выделяется из общей судьбы человеческого мира и создает особое, самостоятельное бытие, которое требует внимательного философского исследования. Закончился этот период развития философии в 529 г. н.э., когда указом византийского императора Юстиниана были закрыты последние философские школы в Афинах, а философах была запрещена их деятельность.
Эпикур /341-270 гг. до н. э./ философ-материалист, афинянин, основал свою школу "Сад".
Эпикур разделяет свое учение на три части - "каноніку"- учение о познании, "физику" - учение о природе и "этику".
Учение о бытии. За Епікуром во Вселенной существуют только тела, которые состоят из неделимых частиц - атомов /вспомним учение Демокрита/. Эти атомы различаются по величине и форме. Они находятся в постоянном движении. Однако, в отличие от Демокрита, у которого атомы двигались прямолинейно, в Эпикура они могут двигаться криволинейно и спонтанно, что сближает его точку зрения по современным пониманием движения элементарных частиц.
Эпикур признавал наличие бесконечного числа миров в безграничном пространстве. Душа также состоит из атомов, особенно тонких и рассеянных по телу, и похожа на Ветер. Любые тела, некогда возникли, а временем распадаются, а вместе с ними и человеческая душа. "Смерть не имеет к нам никакого отношения, когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть придет, - нас уже нет". Соглашаясь с мнением всех людей. Эпикур признавал существование богов, которых не нужно бояться, но им следует поклоняться и не ждать от них помощи.
В этике Эпикур находился под влиянием основателя школы кіренаїків - Аристіпа: наслаждение - единственное благо для человека. Наслаждение Епінур понимал как отсутствие страданий. Чтобы избежать страданий, человек должен избегать тревог, опасности, участия в общественных и государственных делах. Много внимания епікурійці уделяют борьбе с предрассудками, а также с религией, которая вселяет в человека страх перед смертью.
Учение о познании. Источником человеческих знаний является чувственное восприятие мира и основанные на его обобщенные представления об окружающем мире. Все ложные знания возникают из следствие ошибок нашего мышления. Эпикуреизм достаточно широко воздействовал на сознание мыслители в следующих этапов эллинистической эпохи, в частности Рима. Наиболее известным из последователей Эпикура в Риме был Тит Лукреций Кар /99/9555 гг. до н. э. / . До нас дошла его поэма "О природе вещей", в которой он последовательно изложил свою материалистическую, атомистическую позицию.
В конце IV в. до н.э. возникает школа стоицизма. Основатель этой школы - Зенон из Кітіону. /ок. 336-264 гг. до н. э. / . Эта школа была логическим продолжением школы софистов, но имела свои особенности. Дальнейшее расстройство общественных отношений, угроза распада Римской империи поставили перед философами задача создания более жестких норм морально-этического воспитания граждан в обществе. Вместо теории "свободного обращения", достижения повседневной наслаждения и неограниченного блага, нужно было разработать основы рациональной этики, построенной на принципах соблюдения разумных потребностей. Конечно, такая теория имеет большую ценность в сегодняшних условиях. Вместо коллективных форм ответственности людей масс место индивидуализация человека, повышения Ее ответственности за свои действия. Проповедуется фатализм, вера в человеческую судьбу, трагическое становится героическим. Вместо альтруизма проповедуется эгоизм, эгоцентризм и аскетизм В мире царит неумолимая необходимость /фатализм/, учат стоики, и нет возможности противостоять ей, человек полностью зависит от всего, что творится во внешнем мире, природе. И мудрец, и невежда подчиняются необходимости, но "мудрого необходимость ведет, глупых - волочит". Мудрость позволяет сдерживать аффекты /чувственные порывы/, но для этого нужно выработать в себе четыре добродетели: благоразумие, неприхотливость, неумолимость, мужество и таким образом можно выработать идеальный, согласно учению стоиков, способ отношения к миру - апатию /отсутствие переживаний, бесстрастие, общее блаженство/. В плане имеющихся в то время социальных проблем следует рассматривать появление такого направления в философии, как скептикам. Основателем скептицизма был Піррон /ок. 360-270 гг. до н.э./. По преданию, он ничто не считал ни прекрасным, ни уродливым, ни справедливым и считал, что истинно ничто не существует, а человеческие поступки руководствуются только законом и обычаем. Піррон объявляет невозможным любое истинное знание о вещи окружающего мира.
Скептицизм, неверие в возможность познания мира, особенно распространяются в переломные периоды развития общества, когда старые общественные идеалы ветшают, а новые еще не сложились. Учение скептицизма особенно распространилось в период средневековой философии, когда царила схоластика и надо было принимать на веру даже абсурдное. В более поздние времена скептицизм перешел в новую форму - агностицизм, который выдвигал тезис о принципиальной невозможности познания, образование и ограниченность человеческого разума в познании.

Эпикурейцы
 

http://filosof.historic.ru/books/ite...04/st042.shtml

Если стоики, начав свое знакомство с уже существующей в Афинах философией, прежде всего увлеклись логикой и попытались в том или ином виде воспроизвести и другие части философии, разработанные прежде всего Академией, Эпикуру(Об Эпикуре уже шла речь в разделе II, где его учение обсуждалось в связи с предшествующими традициями античного атомизма. Здесь мы возвращаемся к Эпикуру как основателю школы, одной из самых важных в истории эллинистической философии, стремясь поставить эпикуреизм в общий контекст современной ему и последующей философии.) родившийся через семь лет после смерти Платона и проживший 72 года, вообще отвергает логику (диалектику), а в физике и этике объявляет себя самоучкой. Между тем по свидетельствам, приводимым Диогеном Лаэртием (X 13), он был слушателем последователя Демокрита Навсифана, ученика Теофраста Праксифана, а также Ксенократа. Школу свою он основал сначала в Митиленах и Лампсаке, а затем перебрался в Афины. К занятиям философией он приобщил братьев Неокла, Хередема и Аристобула, раба Миса, а также других рабов. Его отличала благодарность родителям, любовь к братьям, гостеприимство, с которым он принимал друзей в купленном им имении с прекрасным садом, по которому и вся его школа — четвертая из главных школ в Афинах эллинистического периода наряду с Академией, Ликеем и Портиком — стала называться Садом.

"Простые основы" и "простые слова" — вот что объявляет Эпикур главным признаком совершенного знания (X 36) в «Письме к Геродоту», которое дает популярную сводку эпикуровского учения о природе. Эти простые основы и слова были призваны доставить жизненный мир любому человеку, молодому и старому, а для этого ему прежде всего нужно было отказаться от всех прочих филососких учений. Поэтому в «Письме к Пифоклу», объясняющему небесные явления (X 84-116), Эпикур увещевает: „От всякого воспитания, радость моя, спасайся на всех парусах" (X 6). Впрочем, было и другое устойчивое мнение об этой враждебности Эпикура учению: „Эпикур выступает против наук... надеясь прикрыть собственное невежество (ведь Эпикур во многом уличается как человек невежественный и не умеющий даже говорить чистым языком в повседневных разговорах). Возможно, причиной была и его неприязнь к сторонникам Платона и Аристотеля и подобным, поскольку те отличались большой ученостью. Не является неправдоподобным, что это произошло из-за его вражды к Навсифану... Хотя Эпикур был его учеником, он, чтобы казаться самоучкой и самородным философом, всячески старался это скрыть, стремясь ослабить его славу, и стал яростным обвинителем наук, которыми тот гордился" (Секст Эмпирик, I 1-5).

Эпикур разрабатывает канонику, или учение о критерии познания, которым объявляются ощущения, дополняемые предвосхищениями и аффектами, — это изложено в утраченном сочинении «Канон»; физику, знание которой избавляет нас от страхов, смятения духа и позволяет сохранять безмятежность, — об этом идет речь в «Письме к Геродоту» (X 35-83); а также этику, которая должна толпу избавить от мнений, свойственных толпе, и привести ее к наслаждению, которое есть устранение всякой боли, начало и конец блаженной жизни, — этому посвящено «Письмо к Менекею» (X 122-135). Помимо этого Диоген Лаэртий приводит «Главные мысли» Эпикура (X 139-154).

Ощущение неразумно, не подвержено влиянию разума и не зависит от памяти; оно неопровержимо, но само определяет все наши помышления. Предвосхищения, формируемые на основе частого явления определенных вещей и как бы остающиеся в памяти, позволяют опознавать то, чем вызываются ощущения, и назвать их. Аффектов — два: наслаждение и боль.

Вечный и беспредельный мир всегда был таков, каков он сейчас; ему не во что изменяться, потому что ничего кроме него нет. В мире есть боги, блаженные и бессмертные, которые суть определенного рода тела, поскольку в мире нет ничего, кроме вечно существовавших атомов и пустоты. Все сложное разлагается на атомы, которые несутся в пустоте и отличаются друг от друга видом, величиной и весом. Помимо разнообразных атомов существуют неделимые минимальные частицы, которые суть меры атомов. Сами по себе они не могут двигаться, но, будучи в составе атома, движутся вместе с ним.

Все вещи испускают непрерывно исходящие от них образы (ειδωλα), которые, возбуждая наши чувства; оседают в мысли и так дают нам возможность видеть и мыслить вещи, от которых они изошли. От этих материальных истечении в нас происходит некоторое движение, из-за которого возможны ошибки в суждении. Поэтому мы должны всегда держаться критерия очевидности, но не допускать беспорядка от ошибки, принятой за истину.

В мире Эпикура единственное бестелесное — пустота. Поэтому все рассуждения о душе сводятся к ощущениям и аффектам, так что вся суть этики состоит в том, чтобы избежать этих ошибочных движений, возникающих в нас, приводящих к ошибочным суждениям и вызывающих боль и страдание. Но не надо бояться молнии, например, и впадать в баснословие в связи с ней или другими явлениями природы. Молния происходит оттого, что множество ветров скапливаются вместе, начинают вращаться и воспламеняются, землетрясение — оттого, что заключенный в земле ветер, перемежаясь с частицами земли, приводит их в движение и прочая и прочая. Понимая мир, мудрец не избегает жизни и не боится нежизни, так что если он не будет допускать ошибок, то останется здоров и безмятежен.

Это невероятное сужение интеллектуального кругозора, провозглашаемое Эпикуром, было решительно необходимо для его учеников, поскольку в противном случае они могли бы обнаружить, что целый ряд положений их учителя заимствован как раз из тех самых учений, от которых он их всячески остерегает.

Сама основная установка Эпикура на наслаждение явно восходит к Аристотелю, который в «Метафизике» (XII 7, 107b25 слл.) и «Никомаховой этике» (X 1178Ь21 слл.) подробно рассуждает о том, что высшее блаженство мудреца, даруемое мыслью, которого он достигает иногда, всегда свойственно богу. Эпикуровские боги также обладают высочайшим блаженством ("бог есть существо бессмертное и блаженное" — Х 123), к которому последователь Эпикура приобщен через "блаженство познания природы" (X 78).

Отношение Эпикура к традиционной мифологии также безусловно соотносится с аристотелевским. Рассматривая в «Метафизике» (XII 8, 1074а38 слл.) предания о светилах-богах, Аристотель отмечает: „А все остальное добавлено в виде мифа для внушения толпе, для соблюдения законов и для выгоды, ибо в нем утверждается, что боги человекоподобны и похожи на некоторые другие живые существа...". Так и Эпикур в начале письма к Менекею пишет: „Да, боги существуют... но они не таковы, какими их полагает толпа... высказывания толпы о богах — это... домыслы, и притом ложные", хотя они и "дают надежду умилостивить богов почитанием" (X 123-124, 134). Представление Эпикура об отрешенности богов от мира также базируется на Аристотеле и толковании в Академии платоновского «Федра», где речь идет о том, что за пределами неба (247с2: τα εξω του ουρανου).

Несомненно также влияние перипатетиков на физику и метеорологию Эпикура. Но и его этическое учение тоже во многих пунктах выводится из Аристотеля. В «Главных мыслях» (XIX) Эпикура читаем: „Бесконечное время и конечное время содержат равное наслаждение, если мерить его пределы разумом", что является прямым переложением того, что пишет Аристотель в «Никомаховой этике» (X 3, 1174а17 слл.): "...за сколь угодно малый срок можно испытать наслаждение, которое не станет совершеннее, продлившись большее время". Выше уже говорилось о том, что учение Эпикура о бестревожности есть вариант соответствующего учения Спевсиппа.

Не менее интересно также и происхождение эпикуровского учения об атомах. В письме к Геродоту (X 55-59) Эпикур специально и подробно рассуждает о минимальных частицах, которые служат мерой длины атомов: „Мельчайшие и несоставные частицы следует считать пределами длины, которые от самих себя дают мерило для меньших и больших [длин] при рациональном рассмотрении невидимых предметов". Собственно говоря, в этой концепции минимальных заключается вся особенность эпикуровского атомизма: мы имеем дело не просто с атомами разной величины, а с частицами минимальной длины, которые их составляют. Но эти минимальные частицы могут двигаться не сами по себе, а только войдя в состав атомов. Этот момент прямо отсылает нас к шестой книге «Физики» Аристотеля, где он, доказывая необходимость бесконечной делимости для возможности движения, критикует академическое учение о не имеющем частей, поскольку таковое не может двигаться. Эпикур же явно был знаком с этим учением, а критику его Аристотелем он учел в той части, которая запрещает движение не имеющего частей.

Отечество почтило Эпикура медными статуями, число его друзей измерялось целыми городами, его ученики были прикованы к его учению словно песнями Сирен... — Эпикур, как мы видим по этим сообщениям Диогена Лаэртия (X 9-10), придал философии еще большую популярность по сравнению со стоиками и сделал ее доступной для всех. О необыкновенной популярности эпикуреизма мы можем судить по тому, с какой легкостью он сам популяризирует свое учение в дошедших до нас письмах и «Главных мыслях», а также по тому, как им увлекались не имевшие своей философии римляне.

Среди учеников и восторженных почитателей Эпикура — Колот из Лампсака: он полемизировал с отдельными сочинениями Платона, а также написал трактат о том, что «Нельзя жить в соответствии с учениями прочих философов».

Преемником Эпикура был Гермарх Митиленский, писавший «Против Платона» и «Против Аристотеля». Мы знаем имена других учеников и последователей Эпикура. Но вплоть до Лукреция среди эпикурейцев не было ни одной значительной фигуры.

Литература:
Шичалин Ю.А. Эпикурейцы./История философии. Запад-Россия-Восток. Книга первая. Философия древности и средневековья.- М.:Греко-латинский кабинет, 1995 - с.140-144

Эпикурейцы
 

http://filosof.historic.ru/books/ite...04/st046.shtml
В ту самую эпоху, когда меняется очерченная выше общая ориентация стоицизма и платонизма, эпикуреизм занимает довольно прочное положение в кругах римских интеллектуалов. Эпикурейцев изгоняли из Рима уже во II веке, но их популярность продолжала расти. Об этом мы можем судить по сочинению Лукреция «О природе вещей» (ок. 55 г. до н.э.), где он возносит в прекрасных латинских стихах хвалы своему греческому кумиру, а также ведет традиционную для эпикурейцев полемику с Платоном. Об этой же распространенности эпикуреизма свидетельствует и Цицерон, которому в свою очередь приходится вести решительную полемику с эпикуровым учением. В трактате «О высшем благе и крайнем зле» (45 год), в первых двух книгах, действие которых относится к 50 году и представляет собой беседу Цицерона с двумя достойными юношами, Цицерон излагает и опровергает учение Эпикура о наслаждении, а в трактате «О природе богов» (45-44 год), якобы воспроизводящем беседу 77-76 годов между тремя образованными римлянами, эпикурейцев представляет друг оратора Красса сенатор Гай Веллей.

Неприемлемость и прямой вред эпикурова учения очевидны для Цицерона (что не помешало ему ознакомиться с еще не изданной поэмой Лукреция и выправить её), но не меньше его раздражает невежество эпикурейцев. В ответ на речь Веллея Котта, другой участник диалога замечает: "...вы твердите словно заученный урок то, что Эпикур, зевая, набредил, а сам он, между прочим, хвалится, как мы видим из его писем, что он-то не имел никакого учителя. Да если бы он и не предупредил, я мог бы легко в это поверить... Не пахнет от Эпикура ни Академией, ни Ликеем, не чувствуется в нем даже школьного образования" (I 72). Хотя мы уже видели, что к образу Эпикура-самоучки нужно относиться осторожно, в данном случае необходимо обратить внимание на другое: изложение учения Эпикура Веллей предваряет критической сводкой платоновского и стоического учения и обнаруживает явное знакомство с доксографическими компендиями того времени, излагавшими взгляды ранних философов (18-41).

И действительно, к этому времени эпикурейцы явственно цивилизуются, и общее стремление сознательно вместить в свой кругозор предшествующую философию свойственно также и им. Об этом можно судить по библиотеке современника Цицерона друга Пизонов эпикурейца Филодема, найденной на так называемой "вилле папирусов" в Геркулануме. Библиотека дает представление о необыкновенной эрудиции ее владельца. Эпикурейцы этого периода погружены в изучение платоновской и стоической традиции, и в данном случае не так важно, что целью этих ученых штудий могла быть и полемика. Просвещенный эпикуреизм оказал несомненное влияние на поэта Горация. Отметим также, что доксографический компендий Филодема по истории философии в десяти книгах был, в частности, одним из важнейших источников для Диогена Лаэртия.

Судя по той полемике, которая велась с эпикурейским учением в I-II веках н.э. можно судить о том, что их учение прочно вошло в обиход школьных дискуссий. В частности, Плутарх Херон ейский в своих «Моралиа» опровергает ряд положений эпикурейской философии в трактатах «Хорошо ли сказано "проживи незаметно"», «О невозможности жить в удовольствие согласно Эпикуру», «Против Колота».

Известно имя еще одного эпикурейца поздней эпохи (рубеж II-III веков н.э.) — Диогена из Эноанды, составившего сводку эпикуровского учения и записавшего ее на каменной стеле, фрагменты которой были найдены в 1884 году. Но уже задолго до этого времени у эпикуровского учения и его школы не было никаких перспектив плодотворного развития.

Если тенденция популяризации философии в эпикуреизме проявилась уже у его основателя, в стоицизме с его подчеркнутой в ранний период школьной окрашенностью она развивалась постепенно, причем собственно популярной философия стоиков становится у римлян. К концу первого века образованность в Риме уже явно предполагала знакомство с философией, и такой необходимой для образованного человека философией все более оказывается стоицизм, не исключавший после Панетия и Посидония платонического влияния и могущий при необходимости заимствовать элементы эпикуреизма. Таким образом, теперь дело идет не об исключительном случае Цицерона, например, сознательно ставившего своей целью ознакомление римлян со стоицизмом и платонизмом, а о превращении философии в необходимый элемент общего образования.

Эпикуреизм
 

http://openreality.ru/school/philoso.../epicureanism/
В конце 4 - начале 3 вв. до н. э. происходит усиление и обновление материализма, однако не в форме атомистического материализма Демокрита, а в форме нового учения - эпикуреизма. Создателем и учителем главой школы стал Эпикур - один из величайших мыслителей Древней Греции и один из важнейших ее материалистов.

Эпикур характерен для эпохи, когда философия начинает интересоваться не столько миром, сколько судьбой в нем человека, не столько загадками космоса, сколько попыткой указать, каким образом в противоречиях и бурях жизни человек может обрести столь нужное ему и столь желанное им успокоение, безмятежность, невозмутимость и бесстрашие. Знать не ради самого знания, а ровно настолько, насколько это необходимо для сохранения светлой безмятежности духа, - вот цель и задача философии, согласно Эпикуру.

Материализм должен был подвергнуться в этой философии глубокому преобразованию. Он должен был утратить характер философии чисто теоретической, созерцательной, только постигающей действительность, и стать учением, просвещающим человека, освобождающим его от гнетущих его страхов и мятежных волнений и чувств. Эпикур, сын афинянина Неокла, родился в 341 г. Эпикур излагал свое учение в многочисленных сочинениях (около трехсот), в беседах и письмах.

Главными сочинениями Эпикура были 37 книг «О природе». Из его огромного наследия до нас дошли: «Письмо к Геродоту», в котором излагается физическое учение, «Письмо к Пифоклу», которое, может быть, представляет выдержку из физических трудов - астрономических и метеорологических, и письмо в Менекею, излагающее этические взгляды философа. В конце XIX в. среди рукописей, найденных в Ватикане, были обнаружены «Главные мысли». Кроме того, сохранились многочисленные фрагменты из других сочинений и писем. Эти фрагменты собраны в издании работ Эпикура, которое было выполнено Узенером.

Философию Эпикур понимает и определяет как деятельность, дающую людям посредством размышлений и исследований счастливую, безмятежную жизнь, свободную от человеческих страданий. Нет никакой пользы от философии, если она не изгоняет болезни души. А в письме к Менекею Эпикур поучал: «Пусть никто в молодости не откладывает занятия философией, а в старости не устает заниматься философией... Кто говорит, что еще не наступило или прошло время для занятия философией, тот похож на того, кто говорит, что для счастья или еще нет, или уже нет времени».

По Эпикуру, человек даже вовсе не испытывал бы потребности в изучении природы, если бы его не страшили смерть и небесные явления. Однако все страхи не имеют силы в глазах истинного философа. «Смерть - самое страшное из зол, - поучал Эпикур Менекея, - не имеет к нам никакого отношения, так как, когда мы существуем, смерть еще не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не существуем».

Эпикур признавал бытие богов, считал познание этого бытия очевидным и даже утверждал, что в своем местопребывании боги наслаждаются блаженным существованием. Но он отводил место богам не в нашем мире и ни в одном из прочих бесчисленных миров, наполняющих вселенную. Боги живут в пустых промежутках между мирами («метакосмиях») и ведут там блаженную жизнь, нисколько не влияя на нашу земную жизнь, на существование человека. Они не могут ни помогать человеку, ни вредить ему своим вмешательством.

Философия делится на три части. Главная из них - этика, содержащая учение о счастье, об его условиях и о том, что ему препятствует. Вторая ее часть, предшествующая этике и ее собой обосновывающая, - физика. Она открывает в мире его естественные начала и их связи и тем самым освобождает душу от гнетущего страха, от веры в божественные силы, в бессмертие души и в тяготеющий над человеком рок, или судьбу. Если этика есть учение о цели жизни, то физика - учение о естественных элементах, или началах, мира, об условиях природы, посредством которых эта цель может быть достигнута.

Однако существует и условие самой физики. Это знание критерия истины и правил ее познания. Без этого знания невозможна ни разумная жизнь, ни разумная деятельность. Эпикур называет эту часть философии «каноникой» (от слова «канон», «правило»). Канонике он посвятил особое сочинение, в котором указал критерии истины. Это:

Восприятия
Понятия (или общие представления)
Чувства

Восприятиями Эпикур называл чувственные восприятия предметов природы, а также образы фантазии. И те и другие возникают в нас вследствие проникновения в нас образов, или «видиков» вещей. По виду они подобны твердым телам, но далеко превосходят их по тонкости. Образы эти истекают, или отслаиваются, от вещей.

Понятия, или, по сути дела, общие представления возникают на основе единичных представлений. Их нельзя отождествлять ни с логическими, ни с врожденными представлениями. Понимание в смысле «врожденных представлений» несовместимо с сенсуалистической основой теории познания Эпикура. Будучи очевидным, восприятие, так же как и общее представление, всегда истинно и всегда верно отражает действительность. Даже образы фантазии, или фантастические представления этому не противоречат, и они отражают действительность, хотя не ту, какую отражают восприятия наших органов чувств.

Поэтому именно чувственные восприятия и основанные на них общие представления оказываются, в конечном счете, критериями знания.

Заблуждение (или ложь) возникает вследствие суждения, или мнения, которое утверждает что-либо как действительность, принадлежащую якобы самому восприятию (в собственном смысле слова), хотя это на деле не подтверждается восприятием или опровергается другими положениями. Согласно мнению Эпикура, источник такого заблуждения, или ошибки, в том, что мы относим в нашем суждении наше представление не к той действительности, с которой оно связано на самом деле в нашем восприятии, а к какой-либо другой.

Этика Эпикура требует для себя опоры в материалистической, независимой от религии и мистики, физике. Такой физикой оказался для него атомистический материализм Демокрита, который он принимает с некоторыми важными изменениями. Эпикур принимает как исходные два недоступных чувствам физических положения:

Ничто не происходит из несуществующего и ничто не переходит в несуществующее
Вселенная всегда была такой, какова она в настоящее время, и всегда будет такой

Эпикур также утверждает, что вселенная состоит из тел и пространства, т. е. пустоты. Существование тел удостоверяется ощущениями, существование пустоты - тем, что без пустоты невозможным было бы движение. Тела представляют или соединения тел, или то, из чего образуются их соединения. Соединения образуются из весьма малых неделимых, «неразрезаемых» плотных тел, которые различаются не только, как у Демокрита, по форме и по величине, но также и по весу. Различия между атомами по весу - важная отличительная черта атомистической физики Эпикура и предвосхищение характеристики их в новейшем атомистическом материализме.

Утверждая неделимость атомов, Эпикур, как и Демокрит, отрицал бесконечную делимость тел. Существенная характеристика атомов - их движение. Атомы вечно движутся через пустоту с одинаковой для всех быстротой. В этом их движении некоторые атомы находятся на большой дистанции один от другого, другие же сплетаются друг с другом и принимают дрожательное, колеблющееся движение.

Провозгласив в этике принцип свободного, не подчиненного року, или необходимости, определения воли, Эпикур создает в физике обосновывающее этот принцип учение о свободном отклонении атома от происходящего в силу необходимости прямолинейного движения. Принадлежность Эпикуру учения о спонтанном отклонении атомов засвидетельствована около 100 г. н. э. доксографом Аэтием и, спустя столетие, Диогеном из Эноанд.

Гипотезу самоотклонения атомов Эпикур вводит для объяснения столкновений между атомами. Если бы атомы не отклонялись от своих прямых путей, то не было бы возможным ни столкновение их, ни столкновение образованных из них вещей. Для самоотклонения не существует никаких внешних причин, никакой необходимости, оно происходит в атомах совершенно спонтанно. Это тот минимум свободы, который необходимо предположить в элементах микромира - в атомах, чтобы объяснить ее возможность в макромире - в человеке.

В области практической философии, или в этике, учение о спонтанном отклонении атомов теоретически обосновывало учение о свободе воли. В области физики это учение обосновывало понятие об атоме как о первопричине: в качестве таковой атом не нуждается в каком-либо другом начале.

Следуя этим принципам атомистической физики, Эпикур строит картину мира, или космологию. Вселенная не имеет границ ни по числу населяющих ее тел, ни по пустоте, в которой они пребывают и движутся. Число миров, образующихся во, вселенной, безгранично, так как «атомы, из которых может образоваться мир и которыми он может быть сделан, не истрачены ни на единый мир, ни на ограниченное число миров, - как тех, которые таковы как наш, так и тех. которые отличны от них».

Все миры и все сложные тела в них выделились из материальных масс, и все со временем разлагается с различной скоростью. Не исключение здесь и душа. Она также есть тело, состоящее из тонких частиц, рассеянных по всему нашему телу, и «очень похожа на ветер». Когда разлагается тело, с ним вместе разлагается душа, она перестает чувствовать и прекращает свое существование как душа. И вообще ничто бестелесное нельзя мыслить, кроме пустоты, пустота же «не может ни действовать, ни испытывать действие, но только доставляет через себя движение (возможность движения) телам.

Во всех астрономических и метеорологических вопросах Эпикур - не меньше, чем в учении о знании, - решающее значение придавал чувственным восприятиям.

Теоретической опорой этики стала для Эпикура доктрина основателя школы киренаиков - Аристиппа из Кирены (435 - 360). Как и у Аристиппа, этика Эпикура покоится на положении, что для человека первое и прирожденное благо, начало и конец счастливой жизни, есть удовольствие. Эпикур, по крайней мере, в дошедших до нас сочинениях, определял удовольствие отрицательным признаком - как отсутствие страдания. Посредством освобождения от страданий и душевных тревог достигается цель счастливой жизни - здоровье тела и безмятежность души.

Эпикур различал при этом два вида удовольствий: удовольствие покоя и удовольствие движения. Из них основным он считал удовольствие покоя (отсутствие страданий тела).

В понятом таким образом удовольствии Эпикур видел критерий поведения человека. Принятие удовольствия за критерий блага вовсе не означает, будто человек должен предаваться любому виду удовольствия. Уже киренаик Аристипп говорил, что здесь необходим выбор и что для получения истинных наслаждений требуется благоразумие. Еще в большей мере Эпикур считал благоразумие величайшим благом, - большим даже, чем сама философия: «От благоразумия произошли все остальные добродетели: оно учит, что нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно».

На этих положениях строится у Эпикура его классификация удовольствий. Он делит желания на естественные и вздорные, пустые. В свою очередь, естественные делятся на такие, которые естественны и необходимы, и на такие, которые, будучи естественными, не являются в то же время необходимыми. В отдельных случаях необходимо избегать удовольствий и выбирать или предпочитать страдания.

Эпикур считал страдания души худшими по сравнению со страданиями тела: тело страдает только из-за настоящего, душа же - не только из-за этого, но и из-за прошлого и будущего; соответственно и удовольствия души Эпикур расценивал как более значительные. Этика Эпикура вполне индивидуалистична. Основное ее требование - «живи незаметно». Ее индивидуализму не противоречит и восхваление у Эпикура дружбы. Хотя к дружбе стремятся ради нее самой, но ценится она ради приносимой ею безопасности и, в конечном счете, ради безмятежности души.

В итоге этика Эпикура оказалась учением, противостоящим суеверию и всем верованиям, унижающим достоинство человека. Для Эпикура критерий счастья (аналогичный критерию истины) - чувство удовольствия. Благо - то, что порождает удовольствие, зло - то, что порождает страдание. Разработке учения о пути, ведущем человека к счастью, должно предшествовать устранение всего, что стоит на этом пути. Главные препятствия к счастью: страх перед вмешательством богов в человеческую жизнь, страх перед смертью и страх перед загробным миром. Эти страхи развеяны Эпикуром.

Так как душа смертна и есть лишь временное соединение атомов, то проникнувшийся этой истиной философ освобождается от всех прочих страхов, препятствующих счастью. Невозможность бессмертия делает невозможным загробное существование, а смерть не страшна - ни ввиду предшествующих ей страданий, ни сама по себе.

Учение Эпикура было последней великой материалистической школой древнегреческой философии. Ее авторитет - теоретический и нравственный - был велик.

Тит Лукреций Кар
 

Со всем содержанием этих своих учений школа Эпикура перешла в 1 в. до н. э. из Греции на почву Рима. Здесь для распространения эпикуреизма огромную роль сыграла написанная на латинском языке поэма Тита Лукреция Кара «О природе вещей (De rerum natura)». В ней Лукреций в блестящей поэтической форме восславил Эпикура и изложил основы его философии.

Лукреций - римский пропагандист и самобытный толкователь атомистического материализма и этического учения Эпикура. Он ищет философию, которая могла бы обеспечить человеку трудно доступную ему в современных римских условиях безмятежность и невозмутимость существования. Величайшие, согласно Лукрецию, враги человеческого счастья - страх перед преисподней (адом), страх загробного возмездия и страх перед вмешательством богов в события и течение человеческой жизни. В борьбе с этими врагами человечества Лукреций видит задачу своей поэмы.

Все эти страхи, однако, одолимы. И страх смерти, и боязнь богов властвуют над человеком только до того, пока человек не знает своего положения в мире, своего истинного отношения, к богам и своей истинной природы. Все эти страхи могут и должны быть побеждены просвещением, знанием, философией. Философия должна показать, что ни вмешательство богов в человеческую жизнь, ни загробное существование невозможны.

Лукреций разъясняет, что условием освобождения человека от гнетущих его страхов может быть только истинное познание природы: человек должен знать, как устроен и как возник мир, каковы его физические элементы, из каких элементов состоит сам человек и что делается с этими элементами после его смерти. Этика, учение о счастье может быть только завершением и результатом физики, науки о природе.

Но, с другой стороны, знание природы, согласно Лукрецию, интересно и важно не само по себе. Оно интересно и важно только в меру своей способности приближать человека к безбоязненному и безмятежному состоянию. Исследование природы интересно вовсе не само по себе, а лишь своим результатом для души и соответственно для этики.

Поэтому при обсуждении возникающих в науке гипотез требуется только, чтобы был соблюден общий принцип материалистического и натуралистического объяснения: все явления и все черты природы следует выводить из одних лишь естественных причин, не допуская и не предполагая в ней ничего сверхъестественного, не постулируя никаких чудес, никакого вмешательства высших надприродных сил и существ в события и в ход нашей жизни.

Критика и отрицание каких бы то ни было сверхприродных сил и существ, полный натурализм во всех объяснениях явлений природы и отсутствие в них всяких противоречий с фактами, известными из наблюдений, - единственное непреложное условие этих объяснений. Поэтому Лукреций - убежденный сторонник учения Эпикура о полной допустимости и даже о совершенной необходимости множественности объяснений происходящих в природе явлений.

В поэма Лукреция Кара (начало 1 - середина 1 в. до н. э.) «О природе вещей» излагается учение о физических элементах бытия и их движениях, материалистическая космология и космогония, история культуры, материалистическая антропология и материалистическая психология. Две идеи Лукреций считает особенно важными, освобождающими человеческую душу от гнета устрашающих ее призраков:

Мысль о смертности человеческой души
Мысль о неспособности богов влиять на человеческую жизнь

Лукреций не отрицает нацело существование богов. Следуя Эпикуру во всем существенном, он отводит богам в качестве их местопребывания пустые промежутки между мирами. Там, в этих «междумириях (intermundia)», вдали от потока событий нашей жизни, боги ведут блаженное, ничем не возмущаемое, безмятежное существование. По отношению к мирам, между которыми они пребывают, боги бессильны. Лукреций отказывает им в способности влияния и действия. Природа возникла не творческим действием богов и, возникнув, управляется не их державной волей. В природе нет ничего сверхъестественного.

Все миры возникают из движения потоков или вихрей бесчисленных, невидимых чувственным зрением и неосязаемых частиц вещества. Эти частицы - первоначала, или «семена», всех вещей. Из них составляются все тела и все души, все миры и все порождения природы. Все они возникают согласно естественной необходимости. Существуют только первичные тела, их соединения и движения и пустота, в которой они движутся. Эти первичные простые тельца вечны и неразрушимы, но все, что из них складывается, обладает смертной и преходящей природой.

Гибель эта не есть уничтожение самой материи, а лишь разложение сложного на его простейшие элементы, возвращение этих элементов в единый, общий вечный круговорот элементов и веществ природы. Гибнут бесчисленные миры, которые обнимает в себе бесконечная вселенная, гибнут тела живых существ, гибнут и их души. Душа, так же как и тело, телесна, состоит из атомов. В отличие от обычных атомов, образующих тело, атомы души - наиболее мелкие, круглые, гладкие, подвижные. Сцепление этих атомов существует лишь до того момента, пока существует связь атомов тела.

Со смертью человека разлетаются, рассеиваются также и атомы души. Вслед за Эпикуром Лукреций утверждает, что невозможно не только загробное существование души, но и никакое вообще отношение между жизнью и смертью. Жизнь и смерть никогда не могут встретиться, не могут «коснуться» друг друга. Пока мы живы, смерть не страшна нам, ее нет для нас. Пришла смерть - нас уже нет, нет самой души и, стало быть, невозможно и чувство страха смерти.

Тит Лукреций Кар
 

http://great_philosophers.academic.r...9A%D0%B0%D1%80

Тит Лукреций Кар
(ок. 99-55 до н.э.) - древнеримский философ, прославился своей философской поэмой «О природе вещей», написанной на латинском языке. О его жизни ничего не известно.

Произведение «О природе вещей» представляет собой по содержанию полную энциклопедию эпикуреизма. Более того, она предлагает наиболее полную картину всей античной атомистики. Художественная форма изложения дает дополнительную аргументацию всем философским положениям Лукреция. Философ исходит из того, что человеку требуется философия, которая давала бы основу спокойного существования. Задача состоит в том, чтобы противостоять врагам человеческого счастья - страху смерти, страху загробного возмездия и страху богов, их вмешательства в жизнь человека.

Этим страхам можно противостоять, если человек будет знать свое истинное положение в мире, свою истинную природу, а для этого требуются знание, философия. От страхов можно освободиться в том случае, если человек будет знать, как устроен окружающий мир и сам человек. Но знание природы - не самоцель, оно важно, считает Лукреций, для того, чтобы достичь безмятежного существования. Завершением исследования природы должна стать этика - наука о счастье.

В поэме Лукреция наиболее разработанная часть - все-таки учение о природе. Лукреций исходит из того, что ничто не может возникнуть из ничего и ничто не превращается в ничто. Вещи лишь разлагаются на составляющие их элементы. В мире существуют лишь тела и пространство. Тела характеризуют их свойства, которые нельзя отделить от тел. Тела бывают или сложные, или простые. Простые тела - это неразложимые дальше частицы материи. Бесконечной делимости частиц Лукреций не допускает. Хотя Лукреций излагал атомистическую концепцию, он не употреблял слово «атом», а заменял его различными другими названиями: «тельца», «семена» и др.

Атомы как первоначала вещей невидимы, непроницаемы, обладают плотностью и тяжестью, различаются фигурой и величиной, местоположением и количеством (в соединениях). Они не обладают свойствами и качествами, которые присущи только телам. Свойства тел зависят от формы атомов, их количества и расположения. Форма атомов разнообразна. В соответствии с учением Эпикура Лукреций различал три вида движения атомов: 1) движение по прямой линии вследствие тяжести; 2) самопроизвольное отклонение; 3) движение от толчка. Спонтанным отклонением атомов Лукреций объяснял и возникновение миров, которое происходит, по мнению Лукреция, без всякого вмешательства богов. «Не для нас, - писал он, - отнюдь не божественной создана волей эта природа вещей» {Лукреций. О природе вещей. V, 198-199].

В природе происходит, по мнению Лукреция, бесконечное изменение, постоянное образование и гибель миров. Вселенная бесконечна, как бесконечно пространство. Лукреций полагал, что жизнь возникла путем самозарождения из «первоначал». Организмы в прошлом возникли в определенном порядке, а именно: растения, животные, люди. Лукреций отрицал учение о переселении душ, утверждал неразрывную связь тела и души, духа. Он не признавал страха смерти, считая, что смерть - это избавление от страданий, а страх смерти возникает вследствие незнания людьми законов природы.

В учении о познании Лукреций исходит из того, что чувственное восприятие дает нам объективное знание действительности. Ощущения он понимает как образы, которые истекают от предметов.

Лукреций, как и Эпикур, считал не только допустимой, но и необходимой множественность объяснений природных явлений. Для каждого явления возможны самые разнообразные объяснения, и каждое объяснение будет вполне приемлемо. Лукреций вслед за Эпикуром повторяет пример в подтверждение этой своей позиции. Можно считать верным и то, что каждый день возникает новое Солнце, и то, что на небе появляется прежнее светило. Одинаково правильно и то, что Луна шаровидна и сияет отраженным от Солнца светом, и то, что Луна сияет собственным светом. Хотя Лукреций верит в познаваемость мира, он полагает, что при современном состоянии науки нельзя утверждать это определенно.

В вопросе понимания общества он стремился все объяснить естественными причинами. Первобытные люди жили в полудиком состоянии, и только развитие материальной культуры приводит к возникновению общества. Как и Эпикур, он считал, что общество - это продукт взаимного соглашения людей.

Этические воззрения Лукреция сводятся к эпикурейским принципам счастливой жизни, при которой счастье достигается познанием. Однако Лукреций привносит в этическую концепцию нечто новое. Если для Эпикура образец жизни состоял в незаметном существовании, то Лукреций в своей жизни, напротив, занимается активной общественной деятельностью. Хотя теоретически он и ценит покой как цель счастливого человека, но выступает против всего в обществе, что ведет к нарушению социального порядка. Так, он очень резко осуждал проявления нравственного разложения в знатном римском обществе. _М

Великие философы: учебный словарь-справочник. — М.: Логос. Л. В. Блинников. 1999.

Эпикур
 

http://great_philosophers.academic.r...BA%D1%83%D1%80
Эпикур
(341-270 до н.э.) - древнегреческий философ, наиболее выдающийся мыслитель эллинистического периода развития философии.

Родился и вырос на о. Самое. В 18-летнем возрасте переселяется в Афины - временно, а в 35-летнем - окончательно и основывает там школу в саду, на воротах которого была начертана надпись: «Гость, тебе будет здесь хорошо, здесь удовольствие - высшее благо». Эта школа в дальнейшем получила название «Сад Эпикура».

Эпикур написал большое количество произведений, около 300, из которых до нас дошли лишь некоторые. Много материала содержится в сочинениях противников эпикуреизма.

Прежде всего интерес представляет понимание Эпикуром философии и ее задач. Эпикур считает, что философия - это такая деятельность, которая приводит человека посредством размышлений к счастливой жизни, свободной от страданий.

«Пусты слова того философа, которыми не врачуется никакое страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезней из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезни души»

Лукреций. О природе вещей. М.-Л., 1947. Т. II. С. 641].

В развитие этой мысли он пишет в письме к Менекею: «Пусть никто в молодости не откладывает занятия философией, а в старости не устает заниматься философией... Кто говорит, что еще не настало время занятий философией, тот похож на того, кто говорит, что для счастья или еще нет, или уже нет времени». Таким образом, цель философии состоит в просвещении людей, а не в чистой теории.

Эпикур разделяет свою философию на три части: канонику учение о познании, физику, этику. Последняя выступает у Эпикура главной частью, а первые две части являются обоснованием этики.

Согласно Эпикуру, все знание возникает из ощущений посредством восприятий предметов природы, к которым он также относил и образы фантазии. Восприятия возникают вследствие проникновения в нас «образов» («видиков») вещей. Они по виду подобны твердым телам, но значительно превосходят их «по тонкости». Образы эти отделяются от поверхности вещей и перемещаются с быстротой мысли. Если они входят в органы чувств, то дают настоящее чувственное восприятие, если же проникают в поры тела, то дают фантастическое восприятие. Понятия, или общие представления, образуются на основе единичных представлений. Как восприятие, так и общее представление всегда верно отражают окружающий мир. Поэтому они выступают критериями знания.

Заблуждения и ошибки возникают только в том случае, когда мы что-то прибавляем к нашим восприятиям или относим наше представление не к той действительности, т.е. источником ошибки оказывается разум.

Для обоснования своей этики Эпикур привлекает атомистику Демокрита. Он исходит из трех сформулированных им предпосылок: 1) ничто не возникает из несуществующего и в него не переходит; 2) вселенная была всегда именно такой, какова есть в настоящее время и всегда будет такой; 3) вселенная состоит из тел и пустоты.

Эти предпосылки принимались и предшествующими философами, в том числе Демокритом и Левкиппом. Вслед за ними Эпикур признает, что тела состоят из атомов, которые неделимы и различаются по форме, величине и весу. Выделение Эпикуром отличия атомов по весу - весьма существенная черта его концепции.

Отличие физики Эпикура от физики Демокрита также состоит в понимании движения атомов. Демокрит утверждал, что движение атомов в пустоте определяется внешней механической необходимостью. Эпикур же считал, что атомы свободно отклоняются от прямолинейного движения. При движении атомы самопроизвольно отклоняются от прямолинейного движения и переходят в криволинейное. В этом состоит оригинальный вклад Эпикура в развитие атомистики. Самоотклонение атомов необходимо Эпикуру для того, чтобы объяснить их столкновение между собой. Этим он объясняет свободу, которая присуща атомам: под действием тяжести атомы двигаются или по прямой, или беспорядочно, и при этом происходят случайные отклонения и столкновения. Концепция отклонения атомов, по замыслу Эпикура, должна явиться основой для концепции свободы человека.

Разработанные Эпикуром учение о познании и физика не являются для него самодовлеющими областями знания, гак как философия, по его мнению, должна не исследовать природу, а указывать человеку путь к счастью. Поэтому в центр своих философских воззрений он помещает этику как единственную область, заслуживающую серьезного рассмотрения. Взгляды Эпикура на проблемы этики оформлены в целостную систему, которая часто называется эпикурейской этикой.

Для Эпикура счастье - это удовольствие. При этом он указывал, что под удовольствием следует понимать отсутствие страданий. Этот этический принцип удовольствия как основа счастья, по мнению Эпикура, не имеет ничего общего с гедонизмом. «Когда мы говорим, - писал он Менекею, - что удовольствие есть конечная цель, то мы разумеем не удовольствия распутников и не удовольствия, заключающиеся в чувственном наслаждении, как думают некоторые, не знающие или не соглашающиеся, или неправильно понимающие, но мы разумеем свободу от телесных страданий и от душевных тревог» {Лукреций. О природе вещей. Т. II. С. 597].

Утверждая, что удовольствие - это критерий блага, Эпикур вовсе не считал, что человек должен предаваться любым удовольствиям без разбора. Нет, при выборе удовольствий человек должен руководствоваться принципом благоразумия, только в этом случае он получит истинное наслаждение.

«От благоразумия произошли все остальные добродетели: оно учит, что нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и, наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно» [Там же].

При этом Эпикур подводил теоретическую основу под поведение, согласно которому мы должны выбирать одни удовольствия и сторониться других. «Так как удовольствие есть первое и прирожденное нам благо, то поэтому мы выбираем не всякое удовольствие, но иногда обходим многие удовольствия, когда за ними следует для нас большая неприятность; также мы считаем многие страдания лучше удовольствия, когда приходит для нас большее удовольствие, после того, как мы вытерпим страдания в течение долгого времени. Таким образом, всякое удовольствие, по естественному родству с нами, есть благо, но не всякое удовольствие следует выбирать, равно как и страдание всякое есть зло, но не всякого страдания следует избегать» [Там же].

Таким образом, этические воззрения Эпикура представляют собой разновидность утилитаристского толкования морали. Этому соответствует и понимание им справедливости, которое, по его мнению, тесно связано с договором: «Справедливость сама по себе не есть нечто, но в сношениях людей друг с другом в каких бы то ни было местах всегда она есть некоторый договор о том, чтобы не вредить и не терпеть вреда» [Там же. С. 609]. Эпикур в некоторой степени предваряет теорию общественного договора, развитую в последующей истории философии.

Этико-философские воззрения Эпикура явились основой его атеистических взглядов. В то же время он допускал существование богов в «межмировых» пространствах, они безразличны к миру и не вмешиваются в жизнь человека. Он выступал против утверждения о существовании божественного промысла, полагая, что это выдумка толпы.

Страх перед богами и страх смерти - вот, по мнению Эпикура, главные препятствия достижению счастливого состояния человека.

Этика Эпикура рекомендует избегать общественной деятельности, заниматься больше частной жизнью. В этом проявилась индивидуалистическая направленность этических воззрений Эпикура, характерная для всего периода эллинизма. «Живи незаметно» вот его правило.

Великие философы: учебный словарь-справочник. — М.: Логос. Л. В. Блинников. 1999.

Тит Лукреций Кар Лукреций
 

https://filosof.at.ua/publ/biografii...ecij/2-1-0-145
https://filosof.at.ua/Biografii1/Lukreziy.jpg
Тит Лукреций
Тит Лукреций Кар (лат. Titus Lucretius Carus) — римский поэт и философ.

Все, что известно о жизни Лукреция, сводится к сообщению св. Иеронима, который, по всей вероятности цитируя Светония, говорит: «Опоенный любовным зельем, Лукреций лишился разума, в светлые промежутки он написал несколько книг, позднее изданных Цицероном, и лишил себя жизни».

Лукреций является одним из первопроходцев в области латинского стихосложения. Он перенял и развил латинский гекзаметр эпического поэта Энния, у него же заимствовал некоторые архаические обороты речи и традиционную фразеологию героической поэзии. Лексикой и техникой Лукреций отчасти обязан и Явлениям Арата (в переводе Цицерона). Возможно, были и другие образцы, о которых исследователям его творчества ничего не известно.

Несмотря на скудость достоверных сведений о судьбе Лукреция, его жизнь и творчество интересовали не только современников. Цицерон, в письме брату Квинту, написанном в феврале 54 до н.э., упоминает его поэму О природе и признает в ней «многие проблески гения, но также и немалое искусство». Античные комментаторы признавали влияние Лукреция на Вергилия. Позднейшие поэты античности, выражавшие восхищение Лукрецием, как это делали Овидий и Стаций, тем не менее в качестве поэтического образца избирали Вергилия. История безумия и самоубийства Лукреция легла в основу поэмы Теннисона Лукреций (Lucretius, 1868); вне всякого сомнения, поэма О природе оказала влияние на Гете и Вольтера, ее воздействие прослеживается в современной европейской литературе (особенно в английской – от Спенсера до Хаусмана).

Поэма О природе является самым пространным из дошедших до нас изложений философии Эпикура.

В шести книгах поэмы Лукреций последовательно освещает космологические воззрения, в том числе учение об атомах и пустоте как первоначалах, о спонтанном отклонении атома, концепцию множественности миров, опровергает идеи провидения и участия богов в создании Вселенной, критикует представления о бессмертии души и переселении душ и называет страх перед смертью ничтожным. Душа материальна, поэтому погибает вместе с телом, и смерть для нее – лишь избавление от страданий. В пятой книге Лукреций воздает хвалу Эпикуру как герою-благодетелю, освободившему людей от суеверий, страха перед богами и смертью и тем самым указавшем людям истинный путь к счастью. В поэме также содержится концепция развития природы и человеческой культуры, в основе которой лежит понятие «нужды», что полемически направлено против идей о провиденциальном руководстве со стороны богов.

Идеи Лукреция оказали значительное влияние на развитие материалистических философских учений эпохи Возрождения и Нового времени.

ЭПИКУР И ЕГО ФИЛОСОФИЯ. Почему стоики так плохо к нему относились?
 

https://www.youtube.com/watch?v=7cXg-guuzvA

55 968 просмотров 26 авг. 2022 г.