[IMG][/IMG]
Гавриил Качалин проводит теоретическое занятие.
1958 год Чемпионат мира. База сборной СССР в Хиндосе (Швеция). Главный тренер сборной СССР Гавриил Качалин проводит теоретическое занятие. Фото: "Спорт-Экспресс".
Нужно сказать, что и в команде, и вне ее, на форуме футбольной общественности страны, такое решение было встречено с откровенным холодком, оно повлекло ряд открытых и (в еще большей степени!) закрытых критических выступлений.
"Лишить коллектив такого великолепного флангового форварда, как Метревели, - не слишком ли это большая потеря для "Динамо"?" - риторически спрашивал в своей статье на страницах газеты "Советский спорт" один из наших видных футбольных тренеров.
Но Качалина ничто не могло остановить. Он был отважен и последователен в своем решении. Видел: команде пока не хватает мощности в атаке из-за отсутствия напористой пары центральных форвардов. Попробовал подключить к Баркая Апшева, затем Хуцишвили, но должного эффекта не получилось. И тогда созрела дерзкая мысль насчет Метревели. Он объяснил Славе свою идею, растолковал, каким именно видит его в новой роли.
- Ваше филигранное мастерство, ваша заряженность на атаку, ваш тактический кругозор в полной мере проявятся именно здесь, в центре атаки, где вы будете действовать с таким отличным "тараном", как Баркая. Ваши действия будут обеспечивать на флангах Месхи и Датунашвили, а из глубины - Яманидзе и Сичинава. При таком построении мы все-таки добьемся своего, завоюем желанное золото...
Эти полные убежденности слова тренера, естественно, немедленно доводились до сведения коллектива и становились его силой, его верой. А спустя какое-то время, когда уже была достигнута недоступная прежде вершина, Гавриил Дмитриевич писал в газете "Лело":
"Работа, большая и напряженная творческая работа, не прекращавшаяся ни на минуту в течение всего сезона, - вот что лежало в основе того, что мы называем "психологической подготовкой".
Постепенно команда восполняла потери, о которых мы говорили выше. Первый круг динамовцы уже закончили на 2-м месте, отставая от лидера - московского "Торпедо" - всего на одно очко. Казалось, дело пошло на лад, обретено необходимое душевное спокойствие, найдена своя игра. И вдруг…
Никогда не забудет Гавриил Дмитриевич Качалин первую игру второго круга против столичных армейцев. Команда начала ее мощными, отлично построенными атаками, надолго прижав соперника к его воротам. А потом последовали немыслимые, грубейшие ошибки защиты, и в итоге оглушительное поражение - 1:4.
В раздевалке, когда ребята вернулись с поля, царило тяжелое молчание. Вошел тренер. Ни один человек не взглянул на него, все сидели низко опустив головы, потупив взор, словно провинившиеся сыновья, ожидающие справедливого наказания от огорченного ими отца. И вдруг все услышали спокойный, более того - даже бодрый, чуть насмешливый голос старшего тренера:
- Ну вот что, голубчики, чтобы в матче со "Спартаком" вы доказали себе и мне: все, что произошло сегодня, - случайность...
Если бы вы видели, что стало в это мгновение с ребятами! Стрессового состояния как не бывало: повсюду раздавались шутки, громкие голоса, радостные возгласы. Стоявший рядом со мной Всеволод Михайлович Бобров тоже не выдержал, улыбнулся и произнес, наклонившись к самому моему уху:
- Ну и великий психолог этот Качалин...
Да, Гавриил Дмитриевич отлично знал, что ненужным "накачиваниям" нет никакой цены. Однако на последовавшем через день разборе прошедшего матча старший тренер подверг безжалостной критике действия команды, особенно ошибки, допущенные защитой. И тут же он дал четкий, предельно продуманный план встречи с московским "Спартаком" на его поле. Встречи, окончившейся победой южан.
Трудно, со взлетами и падениями, окрыляющими успехами и неудачами, чье воздействие подобно холодному душу, продвигалась команда по дороге чемпионата. И все эти дни были отмечены большой созидательной, творческой работой старшего тренера. Особенно зримо в те дни проявилось одно очень ценное качество Качалина-педагога: его умение видеть игру и делать из своих наблюдений правильные, своевременные выводы. Так, проведя графическую запись двух матчей с "Зенитом" в Ленинграде и с горьковской "Волгой" на ее поле (оба закончились "сухой" ничьей), он установил, что свои атаки команда развивает в необычном для нее медленном темпе, так сказать, позиционно. Это и привело к их крайне низкой эффективности.
Тут же Качалин принимает срочные меры. На тренировочных занятиях репетируют быстрые атаки, анализируют их результаты и приходят к выводу, что они куда чаще приносят успех. Гавриил Дмитриевич даже специально придумал и разработал упражнение для убыстрения атаки. Суть его состояла в следующем.
На одной стороне поля трое защитников и вратарь действуют против трех нападающих. На другой половине поля два защитника и вратарь играют против двух форвардов. То есть как бы идет игра 6x6 (включая вратарей) в двое ворот, но с непременным условием: игроки - и защитники, и нападающие - не имеют права переходить на другую половину поля, чтобы помочь партнерам. Таким способом искусственно создается обстановка разреженной обороны, в условиях которой особенно удобно проводить стремительные контратаки.
По секундомеру время атаки на таких тренировках Качалин довел до 10-12 секунд. А 3 сентября в Куйбышеве "Динамо" опять сыграло вничью, но уже не "сухую", а со счетом 3:3. Причем вело 3:1, но потом упустило накопленное преимущество. Местная газета так написала об их выступлении:
"Мы благодарны тбилисцам за редкую по красоте и темпераменту игру. Они начали матч бурными атаками и до конца сражались в своем стиле, не думая о глухой обороне, об удержании счета любой ценой. До самого финального свистка мы видели на поле настоящих спортсменов, настоящую борьбу, настоящий большой футбол".
Гавриил Дмитриевич несколько раз перечитал эту заметку: она откровенно радовала его. Безвестный обозреватель с периферии увидел плод его настойчивых усилий.
Да, весь год он воспитывал своих ребят в духе непримиримости к равнодушию, весь год он не жалел сил и средств во имя того, чтобы зажечь в этих от природы темпераментных молодых людях огонь доброго спортивного тщеславия, жажду борьбы и - победы. И ему это удалось: тбилисцы взяли четыре очка из четырех у московского "Динамо" и находившихся в блестящей форме армейцев Ростова. Две эти победы, одержанные подряд, в отличном стиле, были важны сами по себе. Но еще дороже для Качалина было сознание, что команда избавлена от роковых ошибок прошлого и на финише не утрачивает свежести и силы, а, наоборот, наращивает эти качества, идет по восходящей. Это личное впечатление подтверждала пресса. Вот что писал, например, в те дни один из самых талантливых наших обозревателей, тонкий знаток современного футбола заслуженный мастер спорта Виктор Дубинин:
"Не берусь утверждать, что грузинская команда за десять туров до окончания чемпионата уже начала финишировать и что у нее хватит для этого сил. Но я видел команду в игре с московским "Динамо" - противником, экзаменаторские способности которого не вызывают сомнений. На поле в классическом бразильском варианте действовал на очень высоких скоростях слаженный ансамбль. Никакого смешения обязанностей, полная взаимосвязь всех линий и звеньев. Пожалуй, впервые в сезоне я не увидел ни одного перехода тбилисских нападающих на свою половину поля. Они нападали и нападали, расшатывая оборону чемпиона (московское "Динамо" носило тогда это высокое звание. - Л. П.), что сделать, как известно, нелегко, и все четыре форварда, и каждый из них в отдельности, право же, были великолепны. Ничего лишнего не было в действиях всего коллектива. Команда показала образцовую игровую дисциплину.
Тбилисцы знали, с кем играют, знали, что поражение может их отбросить от первого места, а значит, и от золотых медалей и... решительно отказались от очкового компромисса с маститым соперником. Они показали настоящий, красивый футбол, может быть пока лучший в сезоне".
Вот какую команду создал своим трудом, своей настойчивостью, своим вдохновенным творчеством Гавриил Качалин. Плоды его работы, его тонкого психологического опыта все в большей степени давали себя знать.
Нарастающие успехи тбилисцев заставили их соперников резко усиливать при встрече с южанами свои защитные ресурсы. Уже и московские динамовцы и армейцы Ростова, играя против лидера, сделали явный акцент на обороне. В следующих турах против тбилисцев выступали кишиневская "Молдова" и "Шахтер". Обе команды отрядили в защиту едва ли не весь свой наличный состав. Тем не менее, во всех этих четырех матчах южане набрали, как когда-то на старте, максимум очков - восемь из восьми.
Теперь в чемпионате сложилась необычайно интересная и напряженная ситуация. Лидером по-прежнему оставалось московское "Торпедо", имевшее 39 очков после 27 игр. У "Динамо" (Тбилиси) - 38 очков после такого же количества игр.
22 октября состоялась встреча между ними. Южане имели в ней преимущество "собственных стен" (матч игрался в Тбилиси), торпедовцы - неоспоримую психологическую компенсацию, ибо их вполне устраивала ничья, тогда как соперникам нужна была только победа.
И тбилисцы добыли ее в редком по красоте и напряжению матче - 3:1. Теперь уже они вышли вперед на одно очко. Но этот хрупкий перевес, по мнению абсолютного большинства, мог и должен был (если измерять прежними мерками) обернуться против них же. Хорошо помню, через два дня после матча, состоявшегося в столице Грузии, я присутствовал на встрече московских болельщиков футбола с ведущими обозревателями центральных газет. Руководивший вечером Мартын Мержанов сказал тогда буквально следующее:
- "Динамо" не будет чемпионом. Оно станет, как всегда, жертвой своего же собственного темперамента и, как бывало не раз, не сумеет сделать решающего шага до заветной вершины.
Его мнение разделяли многие. Может быть, даже все, кроме... Гавриила Дмитриевича Качалина. Ибо лишь один он знал, что перед ним совершенно иная команда, отличающаяся на сей раз идеальной психологической закалкой, сильной волей, большой уверенностью в собственных силах.
И в самом деле, до конца турнира динамовцы позволили себе лишь одну ничью. Чемпионат окончился, но имя чемпиона все еще было неизвестно: "Торпедо" (Москва) и "Динамо" (Тбилиси) набрали по 46 очков. По положению им предстояло провести дополнительный матч на нейтральном поле. Он состоялся в Ташкенте 18 ноября. Перед началом состязания газета "Заря Востока" писала в большом и интересном обозрении:
"В борьбу вступают два великолепных ансамбля. Нет никакого сомнения, что решающим фактором, который определит на этот раз победителя, станет фактор психологический, фактор морально-волевой закалки".
И с этим нельзя было не согласиться. Предстоящий поединок нес в себе многие черты исключительности. Никогда еще за всю историю нашего отечественного футбола не было случая, чтобы для определения чемпиона после столь длительного и напряженного турнира требовалась дополнительная дуэль. Она вызвала необычайный интерес. Зрители до отказа заполнили трибуны стадиона "Пахтакор". Миллионы людей в Москве, в Тбилиси, в самых различных городах и селах страны прильнули к радиоприемникам.
Большое нервное напряжение, исключительность обстоятельств наложили свой отпечаток на характер встречи. Обе стороны яростно атаковали и... не использовали множество "верных" моментов. Первый тайм окончился без результата - 0:0. После отдыха большая активность у москвичей. Они все чаще прорываются в штрафную площадку южан, и, наконец, на 56-й минуте В. Щербаков отличным ударом открывает счет.
Всеобщее мнение, во всяком случае в ложе прессы, где находился в тот момент и автор этих строк, сводилось к тому, что этот гол морально надломит южан. Но уже в который раз за сезон тбилисцы преподнесли нам чудо. Они не только не растерялись, а заиграли так, словно бы только и ждали, когда же москвичи разозлят их. Гол стал для динамовцев как бы раздражителем, он помог им найти свою игру.
Мы все стали свидетелями хорошо подготовленного и прекрасно организованного штурма, результатом которого был непрерывный обстрел ворот и серия угловых. Стадион гудел от восторга. Наконец И. Датунашвили сравнял счет. После этого тбилисцы повели игру еще более размашисто, широко, отлично используя скоростные рывки своих быстрых и техничных форвардов. Но москвичи защищались отчаянно, и счет остался ничейным.
Итак, в дополнительном матче было назначено еще и дополнительное время. Напряжение достигло своего апогея. Оно чувствовалось на трибунах, в ложах, на скамейках, где сидели тренеры и запасные. Но главная его линия, конечно же, проходила по зеленому полю. Было ясно, что зыбкое равновесие голов при таком положении не может сохраняться долго.
Под руководством своего тренера эти парни выиграли Кубок Европы в 1960 году
Под руководством своего тренера эти парни выиграли Кубок Европы в 1960 году.
Первыми - и довольно скоро - сделали это южане. М. Месхи резко рванулся в центр, умело запутал защитников и точно "выложил" мяч очень удачно открывшемуся И. Датунашвили. Удар - и нападающий тбилисцев стал героем дня: на его счету оказались два решающих мяча. Спустя десять минут М. Месхи провел в ворота москвичей третий гол, а победную точку в этом матче поставил С. Метревели. Итак, 4:1. Весьма убедительная, безоговорочная победа.
Я позволю себе привести две цитаты из выступлений в печати, которые были сделаны в те дни виднейшими специалистами футбола. Заслуженный мастер спорта Андрей Петрович Старостин писал:
"Победа тбилисцев была закономерной. Эта плеяда третьего поколения грузинских футболистов сумела наконец добиться того, к чему так близки были ее славные предшественники, сумела встать на вершину футбольного Олимпа.
То, что так долго служило камнем преткновения... для футболистов Грузии, в этом сезоне было устранено. Я говорю о психологической настройке, о стойкости характера, о стабильном волевом напряжении, без чего нельзя добиться большого успеха... Это прекрасное оружие дал южанам прекрасный педагог, тончайший психолог Гавриил Качалин".
С этой оценкой прекрасно перекликается высказывание виднейшего авторитета мирового футбола Лайоша Бароти, занимавшего тогда пост старшего тренера национальной сборной Венгрии. Вот его заключение, сделанное после матча в Ташкенте, на котором Бароти присутствовал в качестве официального наблюдателя.
"Золотые медали - давнишняя мечта тбилисцев. Сколько раз по окончании сезона динамовцам приходилось восклицать: "А счастье было так возможно!" И теперь с удовольствием я приветствую эту интересную команду на вершине спортивной славы.
Я думал, что по традиции золотые медали будут за москвичами. Но Качалину удалось настроить своих ребят на боевой лад. Они выдержали физическое и нервное напряжение труднейшего турнира и поразили всех любителей великолепным мощным финишем. Теперь эта команда успешно преодолела не только весенний круг, но и стала героем золотой осени".
Как видим, все они (а также многие другие) неизменно связывали успех тбилисцев с именем Гавриила Качалина. Да иначе и быть не могло!
Именно Качалину, и никому другому, удалось выточить команду с твердым, непреклонным характером. Виртуозы техники, "романтики атаки", как мы называли тбилисцев всегда, добавили к этим замечательным качествам в 1964 году высочайшую игровую дисциплину, четкость расчета, чего прежде у них не было.
Победа тбилисского "Динамо" в том трудном и интересном чемпионате не забудется никогда. И никогда не изгладится в памяти, что она одержана под руководством талантливого и терпеливого тренера, тонкого психолога Гавриила Дмитриевича Качалина.
Л. П. ПРИБЫЛОВСКИЙ. "Тренеры большого футбола". Издательство "Физкультура и спорт", 1980
* * *
ТРЕНЕР НОМЕР ОДИН
Гавриил Качалин проводит теоретическое занятие.
Вряд ли найдется в мире еще хотя бы один футбольный наставник, оставивший за своими плечами на 30-летнем тренерском пути три чемпионата мира, победные Олимпийские игры и кубок Европы. 78 официальных матчей провела в общей сложности сборная СССР под руководством Качалина. Абсолютный рекорд советского футбола, который не будет побит уже никогда. Между прочим, удостоверение заслуженного тренера СССР, выписанное на имя Качалина в августе 1957 года, имеет порядковый номер 1.
Когда три дня назад Гавриила Дмитриевича не стало, это интервью уже лежало на. столе редактора. Его автор Юрий Юрис, который последним, как теперь выяснилось, беседовал с Качалиным, был тогда взволнован и говорил, что Гавриил Дмитриевич с трудом давал это интервью, так как чувствовал себя весьма скверно.
В свои 84 года он перенёс три инфаркта, последний - в марте этого года. Только спустя два с половиной месяца врачи разрешили ему непродолжительные прогулки на свежем воздухе. По поводу встречи с корреспондентом "Спорт-Экспресса" Качалин, правда, с медициной советоваться не стал, и тот оказался в гостях у патриарха в доме на Фрунзенской набережной,
Безоговорочно считать его патриархом, мэтром - да как угодно назовите, преувеличением все равно не будет - дает основание почтенный возраст Качалина, помноженный на его выдающиеся заслуги перед футболом.
- Гавриил Дмитриевич, какие обстоятельства сопровождали ваше первое назначение на пост главного тренера сборной Союза?
- Да не было вроде никаких чрезвычайных обстоятельств, которые застряли бы в памяти. В начале 50-х я работал главным в московском "Локомотиве". Выступали мы в чемпионате страны прилично. К тому же еще раньше меня привлекали к руководству сборными Москвы. Все это, надо думать, и было положено на весы, когда решался вопрос о тренере национальной команды. Валентин Гранаткин, который председательствовал тогда в нашей федерации, поддержал мою кандидатуру.
- Как вы восприняли это решение?
- С большим интересом. Подумал: раз доверяют - надо попробовать.
- Первый матч сборной под вашим руководством помните?
- Ой, нет. Когда речь идет о событиях 40-летней давности, в моем возрасте лучше уже полагаться на футбольные справочники, чем на память.
- Олимпийских игр 1956 года этот ваш посыл, я думаю, не касается. Как сборная готовилась к Играм? С каким настроением ехали в Австралию? Какую спортивную задачу ставили перед командой?
- За десятки лет, проведенных в футболе, я знал только одну задачу: выиграть. Единственное, о чем всегда просил руководство, - это не лезть напрямую к футболистам перед ответственными матчами, если нужна какая-то накачка, то пусть все замкнется на мне как последней инстанции. А уж настроить ребят - мои, тренерские, проблемы. Что касается собственно подготовки к футбольному турниру Олимпиады-56, то она получилась очень непростой…
- Простите, перебью. Эта подготовка никак не осложнялась печальными воспоминаниями о предыдущих Играх в Хельсинки, после которых наш футбол получил беспримерный по глупости "урок", выразившийся в разгоне ведущего клуба страны?
- Нет. Без Сталина и Берии ничего подобного произойти уже не могло. Сложность возникла скорее чисто географическая: Австралия, край Земли, где все вверх ногами, в том числе и времена года. Мы тогда очень слабо себе представляли, как это можно вообще - играть в футбол в ноябре-декабре. А тут предстояло не просто удержать футболистов в нормальных игровых кондициях, но подвести их к пику формы в начале декабря. Прежде такую задачу в нашем футболе не доводилось решать никому.
- Как вам удалось с ней справиться?
- У сборной-56 было одно несомненное достоинство - стабильность состава, который практически не менялся уже полтора-два года. А когда проблема сыгранности, психологической совместимости, притирки игроков друг к другу с повестки дня снята - считайте, это уже половина дела. Тренировались мы сначала в залах в Москве, а ближе к Олимпиаде стали выезжать на юг, как правило, в Грузию, где были и хорошие поля, и приличные спарринг-партнеры. Акклиматизация в Австралии прошла тяжеловато, хотя и прибыли мы туда за две недели до начала футбольного турнира и успели сыграть несколько товарищеских матчей с местными командами.
- На пути сборной к олимпийскому золоту крайне загадочно, особенно теперь, с солидной временной дистанции, выглядит нулевая ничья с командой Индонезии, приведшая к переигровке. Что там случилось?
- Ничего особенного. Произошла элементарная недооценка соперника, которого наши футболисты почему-то решили по старой русской привычке шапками закидать. А индонезийцы взяли и уперлись. Все одиннадцать встали у своих ворот - и делай, что хочешь. Кто-то из наших ребят тогда пошутил: мол, с географией у нас неувязочка вышла, перепутали Индонезию с Индией, которую годом раньше громили многократно на ее стадионах. В переигровке все встало на свои места - 4:0, но тем не менее было жалко, конечно, растраченных сил и нервов.
- Вам принадлежит приоритет открытия Эдуарда Стрельцова для сборной СССР. Не много найдется, наверное, тренеров, которые готовы доверить место в главной команде страны 17-летнему игроку.
- Ну нет. Открытием, как вы говорите, Стрельцова футбольный мир обязан не тренеру Качалину, а, если хотите, Всевышнему, который наделил парня удивительным футбольным талантом. И нужно было иметь глаза на затылке, чтобы его не заметить. Ворота соперников Эдика словно магнитом притягивали - таких постоянно заряженных на гол форвардов до него мне видеть не доводилось. Физическая мощь, позволявшая ему противостоять самой жесткой персональной опеке, сочеталась в Стрельцове с ювелирной техникой владения мячом, дриблинга. Правда, я поначалу воспринимая его не так персонифицировано, как в связке с Валентином Ивановым. Именно в связке я пригласил их обоих в сборную.
- Существуют два основополагающих принципа формирования сборной страны: так называемый "звездный" и на базе сильнейшего клуба. Вы какого придерживались?
- Предпочитал второй, который возможен, правда, лишь при условии, что такой клуб-лидер реально есть. В 1956 году им был "Спартак". И даже если кто-то из другой команды выглядел посильнее, скажем, Татушина, я все равно при прочих равных условиях отдавал предпочтение спартаковцу. Потому что в клубе он имел постоянную игровую практику вместе с другими партнерами по сборной, которая в те годы, случалось, проводила всего по 6-8 матчей за сезон.
- Руководствуясь такой логикой, тренер сборной рискует оказаться излишне пристрастным к какому-то клубу. Вы не боялись подобных обвинений?
- Не боялся, во-первых, потому что на всякий роток не накинешь платок, а во-вторых - речь ведь идет не о симпатиях, а о детальном знании клуба и его возможностей. "Спартак" я звал лучше других, потому что несколько лет был куратором этой команды, работая в Федерации футбола СССР.
- Какие достоинства команды СССР предрешили исход олимпийского турнира 1956 года в ее пользу?
- Помимо превосходства в физической подготовке и сыгранности козырем нашей команды стала тактическая новинка, которую я придумал и назвал так: смена мест в нападении. Что это значило? Крайний форвард, к примеру, мог неожиданно сместиться на позицию полусреднего, а тот - в центр нападения или наоборот. Вариаций было предостаточно, поскольку система дубль-вэ предполагала наличие пятерки постоянно атакующих игроков. Оборону соперника эта тактическая уловка сбивала с толку: едва защитник привыкнет, приспособится к манере поведения действующего в его зоне форварда, как вдруг возникает другой нападающий, манеру игры которого с ходу не раскусишь. До нас так никто не играл.
- Почему вы не поставили на финальную игру с югославами Стрельцова, до этого неизменно выходившего на поле во всех встречах?
- Эдик сам попросил, чтобы я его не ставил. Мотивировал свою просьбу тем, что крайне вымотался в предыдущих играх и боится, как бы не подвести команду в финале.
- Вы легко с ним согласились?
- Имея в своем распоряжении такого бывалого и классного форварда, как Никита Симонян, я был убежден, что ничем не рискую, если оставлю Стрельцова на скамейке. Он ведь, действительно, подустал - выдержать такие нагрузки в 18-летнем возрасте было ой как непросто.
- Какой матч был самым тяжелым для советской сборной на Олимоиаде-56?
- Думаю, полуфинальная встреча с болгарами, которую мы выиграли - 2:1. Порядок, запрещавший в те годы замены по ходу игры, был жестоким по отношению к футболистам и тренерам и довольно нелепым по сути. Ведь в заявке каждой команды значился двойной комплект игроков, половина из которых оказывалась обреченной на бездействие. А в матче с болгарами случился драматический эпизод, едва не испортивший нам все. Соперники действовали сверхжестко, и в одном из столкновений получил перелом ключицы защитник Николай Тищенко. Однако остался на ноле, доиграл до конца с повязкой - и этот футбольный подвиг навсегда остался в истории нашего футбола.
- Определяя состав на финальную игру с югославами и зная, что только эти одиннадцать в случае успеха получат желанные золотые медали, вы не терзались сомнениями?
- Если сомнения и были, то носили они чисто игровой, прагматический характер: не имел я права ошибиться ни в одном из одиннадцати. Ясно, что заслуживал участия в решающей встрече Тищенко, до этого отыгравший все матчи от звонка до звонка, Стрельцов, о котором мы уже говорили. Но, увы, так распорядилась судьба.
- Вы не присутствовали, когда Симонян хотел отдать свою золотую олимпийскую медаль Стрельцову?
- Нет, не присутствовал, мне рассказали об этом чуть позже, кажется, на теплоходе "Грузия", которым мы возвращались из Австралии домой. Это очень похоже на Симоняна - человека в высшей степени порядочного и благородного. И я был искренне рад, что такие футболисты играют в моей команде.
- Выходящие за рамки поля человеческие качества игроков для вас имели значение?
- А как же! Человека, который не отвечал моим представлениям о порядочности, - как бы это еще поточнее выразиться? - с гнильцой в душе, хотя и прекрасного, быть может, игрока, я старался на пушечный выстрел к сборной не подпускать.
- Гавриил Дмитриевич, в этой связи снова всплывает вопрос о Стрельцове. Точнее, как вы понимаете, о том, что случилось с ним в 1958 году - за пару недель до начала чемпионата мира в Швеции, куда вы отправились без основного центрфорварда...
- Ясно, ясно... Хотите спросить, не ошибся ли я в Стрельцове как человеке, не проявил ли, как тогда гневно писали в газетах, "политической близорукости", доверяя ему место в сборной на протяжении четырех лет? Нет, не ошибся, не проявил. "Залетел" Эдик, простите, по дурости, свойственной молодым людям в таком возрасте. Да видел я эту девчонку, которую он якобы изнасиловал.
- Как - видели?! До сих пор старые болельщики, поклонники Стрельцова, убеждены, будто пострадал их кумир столь жестоко исключительно потому, что речь шла то ли о генеральской, то ли о какой-то посольской дочке.
- Да ерунда это полная! Появлялись они вместе несколько раз на стадионе, где я ее и видел. Обыкновенная девчонка, по-моему, из весьма скромной семьи. Этакая, знаете ли, пигалица. Имела она, как я думаю, виды на Эдика, а когда поняла, что у того серьезных намерений вовсе нет, - написала заявление. И влип наш Эдик. В общем, довольно банальная история, но невероятно раздутая прессой и обернувшаяся большой трагедией как для самого Стрельцова, так и для всего нашего футбола.
- Его отсутствие на чемпионате мира в Швеции здорово снизило потенциал команды?
- Процентов на 30-40, если говорить о возможностях сборной в атаке. Речь-то шла, действительно, о выдающемся форварде.
- "Русский Пеле", как позже писали, - это точно?
- Я даже думаю, что в пятьдесят восьмом-то Эдик был посильнее Пеле, который только начинал свою блистательную карьеру.
- Ваша вторая тренерская вершина - победа сборной СССР в Кубке Европы 1960 года - покорилась легче, чем первая, олимпийская?
- В чем-то легче, а в чем-то тяжелее. Ну, во-первых, к тому времени я уже имел возможность предварительно изучать соперников в деле, выезжал за границу на матчи с их участием, накопил солидные досье на югославскую, чехословацкую, французскую сборные. Причем больше всего меня интересовали югославы. Я был почти уверен, что если суждено нам добраться до финала, то опять встретимся с ними, как и в Мельбурне.
- Ваш прогноз, однако, мог и не состояться: в полуфинале югославы едва ноги унесли, выиграв у французов каким-то чудом. Даже представить себе трудно: за 20 минут до конца было 4:2 в пользу Франции, а победа - 5:4 - достается сопернику.
- А знаете, как такой выигрыш поднимает авторитет команды? За давностью лет, к сожалению, я неважно помню подробности финальной игры на Кубок Европы с югославами в Париже. Разве что общую канву поединка, который поначалу складывался не в нашу пользу, а потом наступил перелом и - победный гол в добавочное время.
- Виктор Понедельник - автор того золотого гола - недавно рассказывал мне, как в перерыве матча вы нашли какие-то замечательные слова для скисших было игроков и вернули им веру в благополучный исход встречи.
- Ну, Виктор-то помоложе меня, ему положено помнить. (Смеется.) Я этих слов сейчас точно не повторю.
- А можете сформулировать, то, что называют тренерским кредо?
- Отчасти мы этого уже касались. На первом месте - человеческие качества футболиста, которого я приглашаю в сборную. Его способность ощутить себя в коллективе равным среди равных, а не возноситься над другими. Его умение жить интересами команды, дружить с партнерами. Важно, насколько развито в нем чувство долга. Для меня все это имело первостепенное значение. А уже потом - удар, обводка, скорость, видение поля и прочие игровые премудрости.
- При таком строгом подходе иные талантливые игроки могут не попасть в команду.
- А что вы думаете - и не попадали.
- Можете назвать для примера, кто именно?
- Нет.
- Даже сейчас, по прошествии десятилетий?
- Никогда. Никогда не стоит обижать людей, если можно этого избежать.
- Футболисты-ветераны, игравшие у Качалина, говорят, что вы даже в самых критических ситуациях не повышали голоса. Это так?
- Надеюсь, что так, раз говорят. Крик и ругань унижают обе стороны. Особенно - тренера.
- Конфликты с игроками у вас случались?
- В основном, когда только начинал тренерскую карьеру. Поскольку носили эти конфликты сугубо производственный характер, могу даже пример привести. В начале 50-х годов в московском "Локомотиве", с которым я работал, был такой футболист - Ободов. Уж он меня донимал своими придирками по поводу тактики! По нему выходило, что Качалин - совсем никудышный тренер, просто профан какой-то. Все эти разговоры велись в команде и. ясное дело, авторитета мне не прибавляли.
- Надеюсь, вы отчислили говоруна?
- Зачем? Я просто не ставил его на игры, раз ему не нравилась моя тактика. До тех пор, пока он не понял разницы между игроком и тренером.
- Вы считаете себя великим тренером?
- Я считаю себя уважаемым и не зря прожившим свой футбольный век тренером. А великий? Здесь больше эмоций, чем оценки по существу. Если бы вы спросили о других тренерах моего поколения...
Гавриил Качалин- Считайте, что уже спросил. Скажем, об Аркадьеве, Якушине, Бескове...
- Самое подходящее слово, которое роднит их всех, - творцы. Аркадьев обладал замечательной способностью сплачивать игроков, устанавливать с ними доверительные отношения. Якушину здорово помогал его авторитет знаменитого в прошлом игрока. Как, впрочем, и Бескову. Бескова я считаю самым сильным из послевоенного поколения наших тренеров.
- Почему, интересно?
- Характер его меня подкупает - твердый, неуступчивый. Если он уж придерживается какой-то линии поведения - не отступит от нее ни на сантиметр. Это очень ценное для футбольного наставника качество, особенно во взаимоотношениях с игроками.
- Однако любой, даже самый выдающийся тренер может искренне заблуждаться. И вы полагаете, что он должен оставаться в плену этих заблуждений, вместо того чтобы проявить гибкость, уступчивость?
- Я полагаю, что для оценки тренерской работы существует только один критерий - результат, достигнутый командой. И расплачиваться за свои заблуждения тренер должен только по конечному результату и никак иначе.
- После чилийского чемпионата мира 1962 года вас отстранили от руководства сборной за результат?
- Со стороны это выглядело так - ведь не судят только победителей. Но в то же время и команда нуждалась в обновлении, и я - в передышке. Вообще наша профессия - наверное, самая уязвимая из всех существующих в мире. Уж в футболе-то многие прилично разбираются. Я с простыми болельщиками всегда страшно любил пообщаться. Иного послушаешь и диву даешься: Бог мой, как правильно он все говорит, какие нюансы улавливает и почему - не тренер?
- Что-то я не пойму: это вы без иронии?
- Абсолютно серьезно. Только ведь понимать футбол - одно, а сделать, добиться желаемого - совсем другое. И плата повыше. Инфаркт, например...
- Современным российским футболом интересуетесь? Как он вам?
- В целом довольно грустное зрелище. Никакого сравнения с тем, что мы видели 25-30 лет назад. Звезды наши теперь в основном светят зарубежным болельщикам. А история со сборной перед чемпионатом мира-94, когда футболисты и тренеры устроили непристойный торг, - это просто национальный позор.
- За какой клуб вы болеете?
- Фанатом уже давно не являюсь. Переживаю, например, за "Спартак", который вдруг прямо на глазах потерял свою игру. Радуюсь за "Динамо" - я все-таки динамовец по происхождению. И хотел бы увидеть ещё хоть разок "Динамо" чемпионом страны.
Юрий ЮРИС. "Футбол от "Спорт-Экспресса" №7, май 1995
ПЕРВАЯ ОЛИМП НЕОФИЦ ДАТА
МАТЧ
ПОЛЕ
1 26.06.1955
ШВЕЦИЯ - СССР - 0:6 г
2 21.08.1955 СССР - ФРГ - 3:2 д
3 16.09.1955
СССР - ИНДИЯ - 11:1 д
4 25.09.1955
ВЕНГРИЯ - СССР - 1:1 г
5 23.10.1955
СССР - ФРАНЦИЯ - 2:2 д
6 23.05.1956
СССР - ДАНИЯ - 5:1 д
7 01.07.1956
ДАНИЯ - СССР - 2:5 г
8 1 11.07.1956
СССР - ИЗРАИЛЬ - 5:0 д
9 2 31.07.1956
ИЗРАИЛЬ - СССР - 1:2 г
10 15.09.1956
ФРГ - СССР - 1:2 г
11 23.09.1956
СССР - ВЕНГРИЯ - 0:1 д
12 21.10.1956
ФРАНЦИЯ - СССР - 2:1 г
13 3 24.11.1956
ОГК (ФРГ) - СССР - 1:2 н
14 4 29.11.1956
ИНДОНЕЗИЯ - СССР - 0:0 н
15 5 01.11.1956
ИНДОНЕЗИЯ - СССР - 0:4 н
16 6 05.11.1956
БОЛГАРИЯ - СССР - 1:2 н
17 7 08.11.1956
ЮГОСЛАВИЯ - СССР - 0:1 н
18 01.06.1957
СССР - РУМЫНИЯ - 1:1 д
19 23.06.1957
СССР - ПОЛЬША - 3:0 д
20 21.06.1957
БОЛГАРИЯ - СССР - 0:4 г
21 27.06.1957
СССР - ФИНЛЯНДИЯ - 2:1 д
22 15.08.1957
ФИНЛЯНДИЯ - СССР - 0:10 г
23 22.08.1957
ВЕНГРИЯ - СССР - 1:2 г
24 20.10.1957
ПОЛЬША - СССР - 2:1 г
25 24.11.1957
ПОЛЬША - СССР - 0:2 н
26 18 05 1958
СССР - АНГЛИЯ - 1:1 д
27 08.06.1958
АНГЛИЯ - СССР - 2:2 н
28 11.06.1958
АВСТРИЯ - СССР - 0:2 н
29 15.06.1958
БРАЗИЛИЯ - СССР - 2:0 н
30 17.06.1958
АНГЛИЯ - СССР - 0:1 н
31 19.06.1958
ШВЕЦИЯ - СССР - 2:0 г
32 30.08.1958
ЧЕХОСЛОВАКИЯ - СССР - 1:2 г
33 28.09.1958
СССР - ВЕНГРИЯ - 3:1 д
34 22.10.1958
АНГЛИЯ - СССР - 5:0 г
35 19.05.1960
СССР - ПОЛЬША - 7:1 д
36 06.07.1960
ЧЕХОСЛОВАКИЯ - СССР - 0:3 н
37 10.07.1960
ЮГОСЛАВИЯ - СССР - 1:2 н
38 17.08.1960
ГДР - СССР - 0:1 г
39 04.09.1960
АВСТРИЯ - СССР - 3:1 г
40 21.05.1961
ПОЛЬША - СССР - 1:0 г
41 18.06.1961
СССР - ТУРЦИЯ - 1:0 д
42 24.06.1961
СССР - АРГЕНТИНА - 0:0 д
43 01.06.1961
СССР - НОРВЕГИЯ - 5:2 д
44 23.08.1961
НОРВЕГИЯ - СССР - 0:3 г
45 10.09.1961
СССР - АВСТРИЯ - 0:1 д
46 12.11.1961
ТУРЦИЯ - СССР - 1:2 г
47 18.11.1961
АРГЕНТИНА - СССР - 1:2 г
48 22.11.1961
ЧИЛИ - СССР - 0:1 г
49 29.11.1961
УРУГВАЙ - СССР - 1:2 г
50 11.04.1962
ЛЮКСЕМБУРГ - СССР - 1:3 г
51 18.04.1962
ШВЕЦИЯ - СССР - 0:2 г
52 27.04.1962
СССР - УРУГВАЙ - 5:0 д
53 31.05.1962
ЮГОСЛАВИЯ - СССР - 0:2 н
54 03.06.1962
КОЛУМБИЯ - СССР - 4:4 н
55 06.06.1962
УРУГВАЙ - СССР - 1:2 н
56 10.06.1962
ЧИЛИ - СССР - 2:1 г
57 20.02.1969
КОЛУМБИЯ - СССР - 1:3 г
58 25.07.1969
ГДР - СССР - 2:2 г
59 06.08.1969
СССР - ШВЕЦИЯ - 0:1 д
60 10.09.1969
СЕВЕРНАЯ ИРЛАНДИЯ - СССР - 0:0 г
61 24.09.1969
ЮГОСЛАВИЯ - СССР - 1:3 г
62 15.10.1969
СССР - ТУРЦИЯ - 3:0 д
63 22.10.1969
СССР - СЕВЕРНАЯ ИРЛАНДИЯ - 2:0 д
64 16.11.1969
ТУРЦИЯ - СССР - 1:3 г
65 14.02.1970
ПЕРУ - СССР - 0:0 г
66 20.02.1970
ПЕРУ - СССР - 0:2 г
67 22.02.1970
САЛЬВАДОР - СССР - 0:2 г
68 26.02.1970
МЕКСИКА - СССР - 0:0 г
69 05.05.1970
БОЛГАРИЯ - СССР - 3:3 г
70 06.05.1970
БОЛГАРИЯ - СССР - 0:0 г
71 31.05.1970
МЕКСИКА - СССР - 0:0 г
72 06.06.1970
БЕЛЬГИЯ - СССР - 1:4 н
73 10.06.1970
САЛЬВАДОР - СССР - 0:2 н
74 14.06.1970
УРУГВАЙ - СССР - 1:0 н
74 7
+47 =15 —12 +6 =11 —0
|