http://www.fc-dynamo.ru/articles.php...aID=263&pID=72
КОСТЯ УВИДЕЛ МЕНЯ И РЕШИЛ ЖЕНИТЬСЯ
- Валерия Николаевна, в своем недавнем интервью Константин Иванович сказал, что никакого Бескова без вас и не состоялось бы. Что думаете о мнении супруга?
- Ну вы же сами понимаете, что это просто такой комплимент в мою сторону. Что значит «без меня бы не было ничего»? Все бы было, наверное. Может быть, быт был бы не тот, а Бесков был бы тот же!
- Если браться за составление рейтинга историй встреч футбольных звезд с их вторыми половинками, то ваша с Константином Ивановичем едва ли не самая интересная и необычная.
- Может быть. Увидел он меня летом 1945-го, сразу же после окончания войны, в саду Эрмитажа, очень популярном в свое время. Ему было 24 года, мне 17. Когда я проходила мимо, он, как позже рассказывал сам, указал на меня своему другу: «Вот на этой девочке я бы женился». Ну сказал и сказал, я ушла, он ушел. А второго ноября на улице Горького случайно встретились. Я была с подругами, он с приятелем. Тогда и познакомились. И все… Единственное, он взял с меня слово, что по приезде «Динамо» из Англии я буду его встречать. Так все, собственно, и началось, и с тех пор мы уже не расставались. Шестьдесят лет со дня знакомства отметили в этом году.
- За той триумфальной поездкой «Динамо» в Англию вы имели возможность как-то следить?
- Конечно. Во-первых, я ходила в кинотеатр «Хроника» на Сретенке и смотрела там эти матчи. Во-вторых, благодаря Синявскому, с которым Костя поделился тем, что уехал, только-только познакомившись с девушкой, которая ему очень нравится, нам удалось и пообщаться. Когда Синявский давал интервью из Лондона в «Московский большевик», меня тогдашний главный редактор отдела спорта этой газеты Индурский Семен Давыдович пригласил на разговор с Костей. Так что мы с ним немножечко поговорили и из Лондона.
- И что он вам тогда такого сказал, что вы сразу поняли, что он - ваш человек?
- Из трех минут разговора я, конечно, не могла понять этого. А вот когда он вернулся в Москву с победой мирового значения, тут уже, конечно, все было по-другому, очень приятно. Мне даже однажды задали такой вопрос: «А вы его полюбили за то, что он Бесков?» Я сказала, что, конечно, его талант, его знаменитость, его популярность в тот момент сыграли свою роль. Я этого не отрицаю, это так и было. И уважение к его заслугам у меня осталось до сих пор.
- Когда смотришь кинохронику тех лет, сразу бросается в глаза еще и особый внешний вид спортсменов. Говорят, что даже габардиновые плащи и фетровые шляпы советским футболистам в те времена шили в специальном ателье МВД. Тогда футболисты действительно были первыми модниками в стране?
- По сравнению с тем, как сейчас выглядят игроки - в каких они формах, с какими шикарными сумками - тогдашние футболисты не выглядели как-то роскошно. Помню, в те времена они приезжали на тренировку с фибровыми чемоданами. Но Костя, конечно, выделялся среди всех в быту какими-то костюмами красивыми, обувью, манерами. И вообще он был очень статный, и замечательно, просто изумительно катался на коньках. Мы вместе с ним ходили регулярно на каток и в клуб милиции на танцы. Тогда это было очень модно, вся молодежь встречалась приблизительно в таких местах.
В СВЯЗКЕ С АНДРЕЕМ СТАРОСТИНЫМ
- Говорят, Константин Иванович очень любил танцевать.
- Да, это и до сих пор у него любимое, но крайне редко осуществимое занятие. Где сейчас танцевать-то? Даже если приходишь в ресторан, то в основном попробовать чего-то вкусненького. А танцы, конечно, уже в прошлом.
- В период знаменитого динамовского турне по Англии любую футбольную победу встречали чуть ли не как победу воинскую. Вас не смущали всеобщее внимание, толпы журналистов и болельщиков?
- Когда команда приехала - а это было 7 декабря - на дворе стоял очень сильный мороз, поэтому встречающих было немного, в основном начальство и родственники. А потом, конечно, то, о чем вы спрашиваете, имело место. Меня даже узнавали на улице и говорили: «Вот девушка Бескова идет». Нас же видела молодежь на катке, в клубе, в театрах, куда мы ходили часто, в зале Чайковского. Всеобщее внимание сильно чувствовалось.
- Поклонники того времени дали Константину Ивановичу лаконичную кличку «Бес». Вы о ней слышали? И как сам Константин Иванович относился к такому прозвищу?
- Нет, вы знаете, ни о чем таком мы не в курсе. Никогда никто при нас не осмеливался называть его какими-то прозвищами. Это было исключено!
- Супруг ваш в свое время сделал многое для того, чтобы отпустили вашего репрессированного отца...
- Да, это правда. Мой отец, как и многие незаслуженно пострадавшие, не был ни в чем виноват. И освободили его не только потому, что Бесков просил: его дело было пересмотрено, и оказалось, что состава в нем как такового нет.
- Константин Иванович всегда с особой теплотой вспоминал о братьях Старостиных.
- Взаимоотношения с ними у Кости начали складываться еще до войны, когда он играл в команде «Металлург». Он был нападающим, а Старостины (Андрей и Николай) играли на позиции защитника и полузащитника. Как обычно говорят, знаете, «из-под такого-то защитника нападающий забил гол»? Так это тогда и произошло. «Спартак» встречался с «Металлургом» и уступил ему то ли 3:2, то ли 3:1, не помню уже. Во всяком случае, два гола Константин Иванович забил из-под опеки защитника Андрея Старостина. Тот уже тогда сразу сказал: «Этот мальчик будет большим футболистом». Косте было где-то 18 лет.
- А когда они стали друзьями?
- Когда Константин Иванович был тренером сборной, а Андрей Петрович начальником команды. Вот тогда они очень сдружились, и дружбе были верны до последних дней жизни Андрея Петровича. Это был необыкновенный человек, эрудированный эстет. Мы очень многому у него научились. В те годы, когда Костя работал в «Спартаке», он был гостем в нашем доме после каждой игры чемпионата. Вообще, сам приход Константина Ивановича в «Спартак» состоялся благодаря Андрею Старостину. Когда этот клуб упал лигой ниже, созывалось даже совещание в горкоме, на котором Гришин и все-все сами знаете какие фамилии на самом высоком уровне выбирали кандидатуру тренера. Старостин им тогда сказал: «Только Бесков может поднять «Спартак». Так и получилось.
- Трудно было Константину Ивановичу, такому непримиримому врагу непрофессионального отношения к своему любимому делу, мириться во времена Сталина и Хрущева с тем, что мнение политических вождей, далеких от футбола, решало почти все, как это было после проигрышей советской команды сборным Югославии и Испании?
- Очень тяжело он все это переживал. Это была несправедливость, за которую наш футбол очень жестоко поплатился и расплачивается, наверное, и по сей день. Я прекрасно помню все эти моменты. Тогда не было телевидения, мы читали газеты и слушали по радио репортажи об этих матчах. Ну, а потом… Когда футболисты национальной команды страны приехали после встречи с Югославией, например, с них, сразу с нескольких, сняли звание заслуженных мастеров спорта. Это, честно вам скажу, длилось недолго, но в тот момент было очень обидно еще и потому, что на тот матч Константин Иванович вообще не должен был ехать. У него была серьезная травма, но Аркадьев, будучи тренером сборной, попросил его, и Костя согласился, играл больным. Не лично же из-за него проиграли, просто команда не справилась во второй игре с югославами. Зачем же так карать человека?
- Не опускались руки от таких поворотов дела футбольного?
- Руки не опускались, но тяжело было. Ну а потом, поскольку Константин Иванович был очень востребован (не как сейчас некоторые тренеры, которые по несколько лет не могут найти себе команду), ему некогда было отдаваться этим горестям. После всякого разочарования почти тут же начиналась другая работа, а с ней и новый творческий процесс.
НЕ ТРЕНИРОВАЛ, А УЧИЛ
- Вообще, у многих футболистов того времени блестящая тренерская карьера как-то не сложилась. В чем секрет того, что Константину Ивановичу достаточно легко дался переход из игровой ипостаси в наставническую?
- Ну, во-первых, я думаю, что у него были выдающиеся способности к педагогической работе. Он, даже будучи игроком, готовил себя к тому, чтобы стать наставником. Может быть, поэтому Константин Иванович вступил в свои права полноценно и незамедлительно сразу с того момента, как перешел на тренерскую работу. Врожденные способности и талант. Кроме того, у него был особый дар видеть футболистов. Он мог разглядеть будущего хорошего игрока даже в учениках детских школ, не говоря уже о ребятах юношеского возраста.
- Часто отмечали, что Бесков был не просто тренером, но и в большой степени тем, что заключает в себе слово «педагог».
- И в этом, наверное, и заключается настоящая тренерская работа - не только воспитывать игрока, но и быть наставником и учителем. И еще, самое главное, чего, как мне кажется, не хватает сейчас многим тренерам - они не учат играть, а тренируют команду, готовят ее физически. А Константин Иванович всех, кто к нему попадал, учил футболу.
- Педагогический метод Бескова всегда предусматривал предельное внимание тренера к каждому игроку. Были у Константина Ивановича «любимчики» - те ребята, кого он не только за работу на поле уважал, но и в жизни считал хорошими людьми, на которых можно положиться?
- Конечно, внимание ко всем у него было предельное, ведь каждый педагог интересуется своими учениками - тем, что они из себя представляют, как живут. Были и «любимчики». Федор Черенков, например, которого нельзя было не любить - его обожал весь народ - он был и футболист замечательный, и как человек очень хороший. А для Кости это было всегда самое главное. Вообще, он часто беседовал с футболистами, советовал им что-то не только по игре, но и по жизненным обстоятельствам. Те, кто его в свое время послушался, те и стали людьми. Футбол ведь очень короток, он как балет - в тридцать лет, а иногда и раньше многие заканчивают играть. Это были очень тяжелые моменты для футболистов и их семей, которые все имели, пользовались авторитетом и любовью болельщиков, а потом испытывали на себе, что такое забвение. Те, кто смог выйти из этого положения, кто смог состояться как тренер, найти какую-то другую работу, те сейчас и живут хорошо. А некоторые просто погибли после того, как бросили играть в футбол.
- Супруги многих футболистов шутя говорят, что их дом становится для всей команды и тренерского штаба прообразом общежития. Вам эта проблема знакома?
- Нет. Конечно, отдельные футболисты по каким-то делам и по каким-то серьезным вопросам к нам домой приходили, но все решения Костя принимал на базах, где его команды жили и тренировались. Вообще, знаете, сейчас, когда Константин Иванович смотрит какой-то матч и видит, что тренер выбегает к полю и что-то кричит игрокам, он категорично реагирует. Он считает, что команду надо тренировать до игры как следует, а не во время. Футболисты все равно ничего не слышат, будучи на поле.
- Вы, наверное, за все время совместной жизни с настоящей легендой футбола научились читать мысли супруга. Когда было Константину Ивановичу всего труднее? Что его больше обижало, что раздражало?
- Больше всего его обижало невыполнение тех указаний, которые он давал на игру. Если такое происходило, то команда проигрывала. Естественно, это его задевало.
- Были у вас в семье свои футбольные приметы?
- Константин Иванович не очень подвержен воздействию всяких там примет. Наверное, когда кошка перебегала дорогу, было неприятное какое-то чувство, но как-то все обходилось.
ДО СИХ ПОР УЗНАВАЕМ НА УЛИЦЕ
- Все-таки, как по-вашему, в какой команде он чувствовал себя по-настоящему счастливым как тренер - в «Динамо», в «Торпедо», в «Спартаке», может быть. в сборной?
- Все команды, которые с успехом под его руководством выступали и побеждали - все они счастливые и любимые. И игроки, игравшие в них, тоже любимые. Очень многие из них до сих пор звонят, передают приветы. В особенности теплые встречи бывают, когда проходят турниры ветеранов. А так… Вы знаете, как у нас случается в стране: человек немножечко ушел от работы, и все.
- У себя дома вы с Константином Ивановичем храните, в том числе и критические материалы о его работе, которые появлялись на страницах печати. Вообще, злился порой Бесков на журналистов?
- Мы вообще все статьи год за годом складываем в свой домашний архив, и критических среди них очень мало. Были, конечно, отдельные журналисты, которые хотели почему-то отметить плохое и не заметить хорошее. Но мы на это мало обращали внимания. Пресса - она ведь вчера одна, а сегодня совсем другая.
- Футбол помимо душевных и физических сил отнимает очень много времени. Не возникало у вас досады по поводу того, что муж уделяет ему максимум внимания?
- Нет, все воспринималось совершенно естественно. Это была работа. Как можно протестовать против нее? Как можно, допустим, служащему не разрешить идти на работу по какой-то своей прихоти? А уж тем более, как можно допустить такое по отношению к тренеру? Константин Иванович уезжал каждый день в девять часов утра, а приезжал домой в девять вечера. Две тренировки в день плюс совещания, собрания, разговоры. Так что всего сутки после игры были свободны, и то не всегда, потому что появлялись другие вопросы.
- Впечатления и переживания свои он приносил вечером домой?
- Да. Чем-то делился. Не скажу, чтобы это было полным откровением, потому что у них в команде был мужской коллектив, были свои секреты, и думаю, что не всегда все я знала. Что-то обсуждали, но в советах он не нуждался: всегда справлялся со всеми проблемами сам. Тем более как советчик у него всегда был незаменимый Андрей Петрович Старостин.
- Делал Константин Иванович вам какие-то неожиданные подарки? Или, как говорится, и победы было достаточно?
- Не скажу, что он каждый день мне преподносил букеты, но у нас дома было заведено правило дарить цветы. В день рождения, в праздники. Были и неожиданные подарки. Впрочем, мы на эту сторону нашей жизни как-то мало обращали внимания.
- Безостановочный график на протяжении стольких лет и сегодняшняя суматоха по поводу юбилея. С одной стороны, по-хорошему завидуешь вам, видя такую востребованность, а с другой - не трудно ли?
- Нет, юбилейная суматоха ведь не каждый год бывает - всего раз в пять лет. А в повседневности Константин Иванович очень узнаваем на улице. Как и всех наших артистов театра, кино и так далее, его узнает народ. Идет ли он по улице, приходим ли мы куда-то, моментально находятся люди, которые подходят к нему, желают здоровья.
- У вашей семьи великое множество друзей. Часто общаетесь с ними очно?
- Мы уже немолодые люди, и наши друзья тоже. Поэтому хождения в гости, которые были раньше, очень в последнее время сократились.
- Осталось общение в кругу семьи. Можете о ней рассказать немножко?
- У нас великолепная семья у дочери, которая замужем за Владимиром Федотовым, футболистом и сыном знаменитого Григория Федотова. У них взрослый сын - ему сейчас 34 года, и в честь деда его назвали Григорием. Григорий женат на очаровательной молодой женщине, которая родила нам уже двух правнуков, Настасью и Константина, которому сейчас месяц. И мы счастливы.
- Никто из потомков Константина Ивановича не играет в футбол?
- Нет, не получилось. Но что делать? У Пушкина тоже не было последователей среди его детей и внуков.
- Каким-то коротким предложением можете описать, охарактеризовать все те годы, которые прожили вместе?
- Я могу сказать об этом в одном слове. Любовь...
ДОСЛОВНО
- До весны прошлого года Костя все время посещал стадионы - и «Лужники», и «Динамо». Особо следил за игрой «Локомотива» - там ведь его ученик был тренером: Семин-то всю футбольную школу прошел у Константина Ивановича, будучи динамовским игроком. Отсюда и интерес к матчам именно этой команды в прошлом сезоне. Ну а весной этого года Константин Иванович немножко приболел, и только сейчас пришел в ту форму, когда может снова ходить на матчи.
- В футболе нет «вчера». Все, что было - это уже в прошлом. А вот завтра начинаются новые тренировки, подготовка к очередной игре. И жить в футболе надо именно этим «завтра».
- Константин Иванович находится под неусыпным моим контролем. В вопросах его здоровья я уже, по-моему, лучше всякого доктора разбираюсь. Ну а если серьезно, у него есть врачи, есть друзья, и все вместе мы его воскрешаем.