http://magzdb.elibrary.keenetic.pro/...84%96%2001.pdf
Огонек 1 января 1960 года № 1 (1698)
Говорят, что февральское небо Калифорнии в ясные дни не уступает по чистоте и синеве своей лазурному небу Италии. Не знаю, право... В Италии мне бывать доводилось не раз. Красота ее неба от Неаполитанского залива до снежных и багряных вершин Доломитовых Альп запомнилась навсегда. В Калифорнию же мне заезжать пока не случалось. Но, как, вероятно, и многие другие любители спорта, я не прочь был бы своими глазами увидеть все, что скоро разыграется под небом, к которому поднялись громады Сьерра-Невады...
Уверен, что в новогоднюю ночь,
а ту минуту, когда каждый загадывает для себя что-то на год
грядущий, не только мои друзьяспортсмены, но и верные их почитатели, «болельщики», среди
многих других желаний загадают
на 1960 год: увидеть небо Калифорнии над олимпийской лыжней
в горах Сьерра-Невады, услышать
непосредственно, как звенят
коньки, как стучат клюшки на
льду Скво Вэлли.
1960 год — большой и особый
год в международном спортивном календаре. Известно, что раз
в четыре года, сперва зимой, а
через несколько месяцев летом,
сплетаются пять символических
колец, знаменуя спортивное единение пяти континентов нашей
планеты. И факел со священным
огнем, принесенным из древнего
греческого селения Олимпия, зажигает светильник там, где в избранной точке земного шара, движимые дружбой и здоровой жаждой соревнования, сходятся, чтобы померяться силами, доблестной ловкостью и искусством, молодые люди всех частей света,
всех наций, языков, верований и
воззрений.
1960 год — год олимпийский!
Традиционный факел внесут сначала в феврале на арену нового
Дворца спорта, специально построенного на высоте в две тысячи метров в Скво Вэлли, расположенном в горах Сьерра-Невады, километрах в 200 от СанФранциско. А затем, летом, священный огонь загорится в огромной чаше светильника над
Олимпийским стадионом в Риме.
И надо думать, что в любом доме,
обитатели которого уже стали на
лыжи или еще не сошли с них
окончательно, везде, где любят
полной грудью вдыхать пахучий
морозный воздух и ощущать радостное сердцебиение при звуках учащенного ритмического касания стальных лезвий о лед,—
там повсюду в новогоднюю ночь,
поднимая тосты за наши успехи
в новом году, за мир на земле
и в небе, приверженцы спорта
поднимут тост и за успехи наших
любимцев под калифорнийским
и итальянским небом.
Вот они, эти пять цветных олимпийских кругов!.. Новый, 1960 год
как бы окольцован ими. Радужной цепочкой сомкнулись они над
моим рабочим столом, на памятном дипломе, любезно присланном Международным олимпийским комитетом после «Белой
Олимпиады» 1956 года.
В спортивном жаргоне есть ходячее выражение, которое, позволю себе надеяться, не очень
уж оцарапает слух строгих блюстителей чисторечения... Когда
возникает спор о возможных результатах каких-либо предстоящих состязаний и знатоки строят
всякие предположения,.выражаются иной раз так: «Н у, на этой дистанции нам «не светит». А вот
поглядим, что нам «светит» на
средней»... Сейчас миллионы «болельщиков» уже заняты сложными выкладками и пытаются угадать, какие победы советских
спортсменов, освещенные олимпийским огнем в Скво Вэлли, могут озарить и без того славные
спортивные знамена наши, а где
нам, возможно, сейчас еще «не
светит»...
Мы с большим интересом читаем высказывания наших уважаемых и заслуженных тренеров,
прислушиваемся к тому, что говорят и как чувствуют себя те, кто
сам выйдет на олимпийскую ледовую дорожку, на зеркало хоккейного поля или лыжню в Скво
Вэлли, чтобы решить спор сильных, быстрых, умелых. Но кто может точно предсказать итог
столь серьезного, разностороннего и многолюдного состязания,
какое представляют собою олимпийские игры, летние или зимние?
И напрасно некоторые зарубежные мудрецы, облекаясь в мантии
астрологов, пытаются сегодня составлять гороскопы по своим и
чужим спортивным «звездам».
Все эти расчеты могут пойти прахом... белым прахом на самой
лыжне или, выражаясь столь же
условно, провалиться на ледовой
глади.
Однако хотя бы примерно прикинуть силы и определить свои
возможности каждая команда,
вступающая в олимпийские зимние игры, конечно, обязана. Почему же не взвесить свои шансы и
нашим зимним «олимпийцам»?
Четыре года прошло с. того памятного февральского вечера,
когда над полированными деревянными трибунами стадиона в
Кортина д'Ампеццо медленно погас олимпийский огонь и волшебный фейерверк забушевал над
гребнями Доломитов. С тех пор
в международном спорте было
немало событий. За эти четыре
года одни «заезды» уже зашли
за горизонт, другие поднялись в
зенит, третьи только что зажглись
на спортивном небосклоне... Было немало новостей и в нашем,
советском зимнем спорте. Иногда
то были радостные, весьма обнадеживающие новости, а иной раз
они доставляли огорчения. Спорт
на то и спорт, что он не позволяет оставаться на месте, успокаиваться на достигнутом, жить на готовеньком. Он требует беспрестанного движения вперед, постоянного самосовершенствования. Малейшая успокоенность
приводит к поражению.
Но, откровенно говоря, у нас
сейчас в некоторых областях зимнего спорта нет особенных оснований для самоуспокоенности.
Прошлогодний сезон международных встреч на льду, грубо говоря, «не светил» нам. После многих лет безоговорочного и блистательного господства на льду
нашим «королям» ледяной дорожки пришлось уступить свои
короны. Как известно, мировую
завоевал финн Ю . Ярвинен, а всеевропейскую — норвежец К.
Юханнесен.
Как мы поздравляли четыре года назад Е. Гришина, когда он показал при нас на льду озера М изурина в Кортина д'Ампеццо рекордное время на полторы тысячи метров! Но в прошлом году
Ю . Ярвинен превзошел этот результат и установил новый мировой рекорд... Что говорить, были
неприятности!.. Но все это не
дает никаких оснований, чтобы
махнуть рукой на золотые медали и уже не рассчитывать на новые решающие победы наших
конькобежцев а предстоящих зимних олимпийских играх. Вспомним-ка отличное выступление на
льду в том же Скво Вэлли совсем
молодого спринтера Г. Воронина,
сумевшего поделить второе—
третье места с опытным американцем Б. Диснеем на пятьсот
метров, или феноменальный результат скромного омского студента Николая Штельбаумса, который превысил рекорд знаменитого Андерсена на десять тысяч
метров.
И уж, конечно, можно с твердыми основаниями ждать нового
международного успеха наших
непобедимых скороходок, которые впервые выйдут на дорожку, освещенную олимпийским огнем: в программы прежних «Белых Олимпиад» не включали состязания женщин по скоростному бегу на коньках. А не
следует забывать, что в борьбе
за первенство мира, разыгранной
прошлой зимой в Свердловске,
чемпионкой мира стала Т. Рылова; за ней три места заняли последовательно В. Стенина, Л. Скобликова, И. Артамонова, бывшая
чемпионкой мира в предыдущем
году.
Вероятно, до предела захватывающими будут события на олимпийской лыжне... Там, по всей видимости, предстоит жестокая
борьба. Я помню изумительную
выдержку Вейко Хакулинена, его
могучий ход на лыжне в Кортина
д ’Ампеццо. Помню, как восторженно качали его благодарные
соотечественники и побежденные
соперники. Казалось, что маститый лыжник взлетит вот-вот выше Доломитовых скал. Однако
впоследствии с этим грозным противником встретился уже на
уральской лыжне, в Свердловске,
наш олимпийский чемпион Павел
Колчин. И Вейко Хакулинен уступил ему победу. Это повторилось
и на прошлогодней прикидке в
Скво Вэлли, где на пятнадцатикилометровой дистанции Колчин
снова вырвал победу у Хакулинена. У Павла Колчина имеется
вполне реальная возможность завоевать и в 1960 году по крайней
мере еще одну золотую олимпийскую медаль.
С надеждой проводим мы на
калифорнийскую лыжню молодых
наших лыжников Леонида Емелина и Владимира Маринычева. Они
мужественно боролись за право
выйти на эту лыжню. У них были
успехи, были и поражения... Но
надо надеяться, что неудачи на
горе Холменколлен в Норвегии,
где молодые лыжники выступали
хуже обычного, были приняты ими
как жестокий, но полезный урок,
который научил их более расчетливо выкладывать свои силы на
дистанции лыжного марафона.
И сегодня эти талантливые молодые лыжники имеют все для того, чтобы по крайней мере дерзать.
«Светит» нам олимпийский огонь
и на лыжне, где будет разыгрываться включенный в олимпийскую программу «биатлон». Это *.!
очень интересный и своеобразный комплекс состязаний. Снег и
порох — бег на двадцать километров и стрельба с четырех промежуточных рубежей. На чемпионате мира 1959 года, который
проводился в Итальянских Альпах, личное первенство завоевал
советский биатлонист В. Меланин.
Да и командная победа досталась
нашим спортсменам.
А прошлогодняя победа во время прикидки в Скво Вэлли нашего
двоеборца Дмитрия Кочкина,
ставшая подлинной сенсацией!
Разве не дает она права надеяться, что и в этом состязании,
Рдсунок А. Елисеева. включающем бег на пятнадцать
километров и прыжок с трамплина, зарубежным спортсменам нелегко будет оттеснить наших лыжников с первых мест?
И если четыре года назад мы
не могли рассчитывать серьезно
на большой успех в прыжках с
лыжного трамплина, то сегодня
наши прыгуны уже делают заявку на призовые места в Скво
Вэлли. Достаточно хотя бы назвать такого отличного и смелого
спортсмена, как Н. Каменский, который разделил на соревнованиях
в Холменколлене со шведом
Лундтом второе — третье места
по прыжкам. Хотелось бы только
пожелать нашим мужественным
прыгунам, чтобы они так же хорошо «держались за землю», как за
воздух. Как часто в Кортина д'Ам -
пеццо мы хватались за голову, видя, что после блистательного парения в воздухе наш лыжник, уже
приземлившись, не может удержаться на ногах и летит кувырком
в снежной пыли!.. Сейчас как будто с этим пороком наши мастера
начинают справляться.
Ну, а теперь хоккей! Мне никогда не забыть тех часов, когда
нас бросало то в жар, то в холод на обогреваемых особыми
рефлекторами трибунах Олимпийского стадиона в Доломитовых Альпах, где мы с волнением
следили за искрометными схватками на ледяном поле. Победителями их выходили неизменно
хоккеисты Советского Союза.
Помню, что и шведов, и американцев, и уж, конечно, канадцев
победить было совсем не легко.
Но с удивительной слитностью,
никак не мешающей играть гибко
и разнообразно, сражался советский коллектив ледовых рыцарей
за право выйти в последние минуты «Белой Олимпиады» на вышку почета, озаренную бессонным
пламенем олимпийского светильника, поднятого к ночному
итальянскому небу.
И какие же могут быть основания думать, что то была лебединая песня советского хоккея?
Правда, за эти годы наши хоккеисты доставляли нам не раз
ощутительные огорчения. После
ухода с ледяного поля таких грозных и прославленных мастеров,
как Бобров и Бабич, в рядах советских хоккеистов образовалась
на некоторое время существенная
брешь. Молодежь, заполнившая
ее, не сразу, конечно, освоилась
с жесткими требованиями, которые предъявлялись ей в международных играх. Не знаю, согласятся ли со мной специалисты,
но мне кажется, что игры, которые я имел тоже возможность
наблюдать недавно уже на льду
этой зимы, в какой-то мере вселяют отрадные чувства, рождают ощущение, что молодежь окрепла, осмелела, стала действовать увереннее и тоньше. Думаю
я также, что нашим хоккеистам
после легких игр с американцами
очень полезно было проиграть
первую встречу шведам. Это был
своевременный и вразумляющий
холодный душ, который для
слишком горячих голов небесполезен и на льду... И следующая
же игра с могучими шведами,
когда скандинавские исполины
оказались буквально разгромленными советской командой, еще
раз показала, какими неисчерпаемыми и мощными возможностями располагает советский хоккей. Надо только пожелать, чтобы в игре наших хоккеистов на
поле в Скво Вэлли отвага не переходила в неосмотрительность, а
быстрота— в суматоху и чтобы парни наши не трепетали от «пафоса
дистанции», а били по воротам
с дальнего расстояния чаще и точнее... И тогда даже всемогущим
канадцам трудно будет оградить
свои ворота от сокрушительного
натиска нашей команды.
Но, как уже было сказано выше, все эти прогнозы и предположения пока что вилами на воде
писаны. А вот что будет записано коньками на льду и лыжами
на снегу и внесено судейским пером в протокол, это мы узнаем
тогда, когда от календаря можно будет перейти к секундомеру,
от взглядов на будущее — непосредственно к биноклю, от разноречивых слухов — к сообщениям
радио со стадиона в Скво Вэлли.
С абсолютно твердой уверенностью сегодня можно сказать
лишь об одном: тот дух прочного, веселого спортивного братства, который вносили советские
спортсмены в атмосферу Доломитовых Альп, вызывавший восторг и всеобщее уважение четыре года назад, обеспечит им
любовь, признание и популярность среди всех, кто слетится на
олимпийский огонь в Скво Вэлли,
чтобы еще крепче закалить в нем
пятицветную кольчугу дружбы.
Но, конечно, что тут скрывать,
очень хочется, чтобы и к небу
Калифорнии, какого бы оттенка
оно ни было, почаще бы поднимался над пьедесталом почета
наш флаг, цвет которого четыре
года назад так хорошо компоновался с румяными скалами Доломитов. И чтобы с трибун в адрес
наших олимпийцев несся то и дело клич, рожденный нами, болельщиками, на стадионе Кортины: «М о-лод-цы!..»