[Огонек]

6 ноября исполняется сто лет со дня избрания президентом США Авраама Линкольна.
Великий американский
поэт Уолт Уитмен писал
в 1856 году:
«Я был бы чрезвычайно рад, если бы какой-нибудь американский кузнец или лодочник — храбрый, умный, бывалый, здоровый бородач средних лет, с загорелыми руками, лицом и грудью , в опрятном рабочем костюме, пришел бы с Запада, из-за
Аллеганских гор, и занял пост президента; я непременно голосовал бы за такого человека, обладай он должными достоинствами, предпочтя его всем остальным кандидатам».
Пожелтевшие иллюстрированные журналы того времени изображаю т перевыборную кампанию 1860 года: на одних картинках
изящные джентльмены в цилиндрах призывают голосовать за демократов; на других — люди с простонародными лицами, в кепи, несут фонари с надписями: «Голосуйте за честного, старого Эйба!» Это агитаторы Авраама Линкольна.
Партия Линкольна, партия республиканцев, была совсем молода: ей минуло всего шесть лет.
В то время это была партия прогресса. Она выступала против рабства негров и за распределение целинных земель Запада между фермерами.
Демократы стояли за сохранение рабства и распространение его на западные земли. Южные демократы-плантаторы требовали,
чтоб вся Америка была покорена силой оружия и превращена в рабовладельческий материк. Они имели в виду не только США, но и Кубу, и Мексику, и вообще всю
Латинскую Америку. Эти откровенные реакционеры свирепо ненавидели аболиционистов — противников рабства.
Линкольн был поставлен историей во главе всего самого лучшего, что было тогда в Америке,— во главе народа, который в 1861 году поднял знамя борьбы за освобождение негров, за равенство между народами.
Линкольн был сыном плотника.
Он начал свой трудовой путь дровосеком и плотовщиком. Потом он стал почтовым служащим и, наконец, адвокатом.
«Труд, — говорил Линкольн, — важнее и самостоятельнее, чем кажется. Капитал есть только продукт труда; капитала не было бы, если бы раньше не существовал труд. Труд выше капитала и заслуживает большего внимания».
Выборы принесли Линкольну безусловный триумф. Но когда бывший лесоруб явился в Вашингтон, чтобы занять президентское
кресло, реакционеры встретили его враждебно.
Вашингтон был наполнен агентурой южан. Для того, чтобы президент мог безопасно проехать в Капитолий и принять присягу,
коменданту генералу Стону пришлось поместить наблюдателей снайперов на крышах домов. Линкольн присягнул на верность конституции. Грянул артиллерийский салют. Это было 4 марта 1861 года.
А 12 апреля в штате Южная Каролина раздался первый выстрел
гражданской войны м еж ду Севером и Ю гом .
Аараам Линкольн вначале предполагал ликвидировать рабство
постепенно, в течение многих лет.
Президент в первой половине войны соблюдал величайшую осторожность, боялся решительных
ударов и надеялся, что южане
пойдут на уступки. Но логика событий заставила его все более и
более склоняться к левому лагерю того времени. В январе 1863
года вступила в силу прокламация
об освобождении негров в ю ж *
ных штатах. О коло 200 тысяч их
влились в армию.
Выступая на пленарном заседании XV сессии Генеральной Ассамблеи ООН, товарищ Н. С. Хрущев сказал:
«Мы преклоняемся перед Авраамом Линкольном, великим американцем, которы й поднял знамя
борьбы за освобождение негров.
Он был американец и воевал против других американцев за равенство м еж ду народами, за справедливость».
Линкольну выпало быть «военным президентом», но он всегда
думал о мире. «Я хочу мира,—
писал он в 1863 году,— я хочу
остановить это страшное истребление людей и уничтожение материальных ценностей».
В апреле 1865 года армии ю жан
капитулировали. Гражданская война была закончена.
Это были последние дни ж и зни Линкольна. 14 апреля, на представлении ком едии в театре Ф о р *
да, раздался предательский выстрел, и президент был убит.
У честного Эйба были враги
не только на Ю ге, но и на Севере. Буржуазия Нью -Йорка и Чикаго смотрела на «лесоруба» презрительно. Его терпели только
потому, что он вел за собой массы ф ермеров и рабочих. Но с
концом гражданской войны этот
президент стал не нужен...
М аркс высоко ценил Линкольна. По его словам, Линкольн «был
одним из тех редких людей, которые, достигнув величия, сохраняют свои прекрасные качества. И
скромность этого великого и прекрасного человека была такова,
что м ир увидел в нем героя лишь
после того, ка к он пал мучеником».
С тех пор прош ло сто лет. В
А м ерике идут последние дни
предвыборной кампании 1960 года. Имя Линкольна используется
нынешними республиканцами как
средство провести на президентский пост своего кандидата. О
Линкольне говорят так много, что
один из избирателей обратился в
редакцию журнала «Ньюсуик» с
просьбой объяснить, в каком избирательном о кр уге выставлен
кандидатом А. Линкольн и где
м ож но за него голосовать!
Но Линкольна нет. В республиканском списке стоит Никсон.
Нынешний кандидат республиканцев повторяет на митингах одну и ту ж е хвастливую ф разу о
том, что А м ерика самая сильная
нация в м ире — и в военном и в
эконом ическом отношении.
Его противник, демократ Кеннеди, тоже не блещет излишним
миролю бием. Он разглядел «коммунистическую опасность в 90 милях от берега Ф лориды» (имеется
в виду Куба) и по этому случаю
вспомнил о святости «доктрины
М онро», что надо понимать как
угрозу интервенцией.
Оба кандидата клянутся в ненависти к ком м унизм у. Никсону принадлежит фраза: «Ком мунизм есть
зло, потому что он отрицает бога
и пренебрегает человеком».
На партийном съезде дем ократов в Л ос-А нжелосе Кеннеди сказал: «Мы знаем, что наши противники будут призывать имя Линкольна на помощ ь своему кандидату». Сам он повторяет имя
Ф ранклина Рузвельта.
По этому поводу м ож но заметить лишь одно: у Никсона так
ж е мало оснований ссылаться на
Авраама Линкольна, как у Кеннеди на Ф ранклина Рузвельта.
Вряд ли кандидаты на выборах
1960 года согласились бы повторить то, что когда-то говорил Линкольн о труде, капитале и власти
народа: «Когда бы ни возникал
конф ликт м еж ду правами человека и правами собственности,
права человека должны взять
верх».
Если Никсон едет за благословением к миллиардеру — республиканцу Рокфеллеру, то Кеннеди отправляется за моральной
помощ ью к рыцарю «холодной
войны» — демократу Трумэну.
Представим себе, что честный
Эйб оставил свою гробницу в
Спрингф ильде и явился на предвыборный митинг. М ож но представить себе выражение его лица, если бы он узнал, что Ричард
Никсон был членом «Комиссии по
расследованию антиамериканской
деятельности», а Кеннеди — сын
миллионера.
И еще раз вспоминаются слова
Уолта Уитмена: «Разве не обанкротились политические партии?
Смею утверждать: обанкротились
окончательно. Ам ерика переросла
их, они перед ней — пигмеи...»