[Егор Яковлев]

- Я молодость вспомнил: во время какой то веселой вечеринки я сидел на карнизе двенадцатого этажа, свесив ноги вниз.
Потом поехал домой, лег спать, под утро проснулся и безумно испугался. Так примерно и с этими демонстрациями: пока они
шли, у меня было вполне боевое настроение, а потом наступила разрядка ... Самым тяжелым для меня, и для коллектива «Останкино», особенно в первые дни осады, было чувство, что происходящее никого, кроме нас, не касается.