[Перикл]

Неравномерное представительство интересов плюралистическими структурами порождает проблемы, связанные с легитимностью. Последние не могут быть компенсированы даже всеобщими выборами. И еще один аргумент в плане ограниченности плюралистической демократии. В западных странах, относящих себя к плюралистическим демократиям, истинное политическое управление все более зависит от лоббистских объединений и бюрократии и все менее — от парламентов и партий. Российский избиратель теперь может убедиться в справедливости этого суждения на политической практике своей страны. Господство президентских структур власти в управлении и связанных с ними групп, с одной стороны, и политическая беспомощность Федерального собрания, вытекающая, кстати сказать, из установлении Конституции, — реальная картина российского политического бытия сегодня. Это, конечно, мало похоже на плюралистическую демократию, хотя власть придержащие о ней говорят.

В международной политической культуре и теории имеются разнообразные варианты концепции плюралистической демократии и ее практической реализации. В частности, американский политолог голландского происхождения А. Лейпхарт, исследуя демократические режимы в так называемых многосоставных обществах, обосновывает тип демократии, названный им сообщественной демократией. Это, по определению автора, “особая форма демократии”, позволяющая достичь и поддерживать стабильное демократическое правление в условиях многосоставных (плюральных) обществ — полиэтнических, многонациональных.

“Со-общественная демократия — модель одновременно и эмпирическая и нормативная. Она служит объяснением политической стабильности в ряде малых европейских демократий ... Австрии, Бельгии, Нидерландах и Швейцарии”*7. “Со-общественная демократия”, по А. Лейпхарту, означает “сегментарный плюрализм”. Ее характеризуют четыре признака. Первый и самый важный элемент — осуществление власти “большой коалицией” политических лидеров всех значительных составных частей (сегментов) многосоставного общества. Стиль правления такой коалиции основан на союзе интересов, в отличие, скажем, от либеральной британской модели, строящейся на конкурентном принципе. Тремя Другими чертами со-общественной демократии являются: “взаимное вето”, или, как правило, “совпадающего большинства”, выступающее как дополнительная гарантия жизненно важных интересов меньшинства; “пропорциональность как главный принцип политического представительства”; “высокая степень автономности каждого сегмента в осуществлении своих внутренних дел”*8.

Конечно, и со-общественная демократия как скорма в некоторой степени плюралистической модели имеет свои недостатки. А. Лейпхарт их признает, указывая, в частности, на то, что при наличии большой коалиции может существовать только слабая оппозиция, либо вообще не будет никакой оппозиции, оформленной в законодательных органах. Существует и проблема эффективности принимаемых решений, поскольку мыслится при этом достижение в каждом случае консенсуса*9.

Со-общественная демократия предполагает сотрудничество политических элит. Следовательно, эта форма демократии включает в себя элемент элитаризма.

Элитарная теория демократии. Сторонники данной теории выступают против переоценки традиционных либеральных идеалов (в частности, И. Шумпетер). Они исходят из того, что в реальности, даже в условиях достижения господства демократического большинства, политические решения принимаются преимущественно меньшинством, - демократической элитой. И в этом они не видят недостатка демократического режима. По мнению И. Шумпетера, “Демократический метод — это тот порядок создания института для достижения политических решений, при котором отдельные (социальные силы) получают право на принятие решений посредством конкурентной борьбы за голоса народа”'".

Стало быть концепция элитарной демократии по сути своей утверждает, что в действительности идеал народовластия в современную эпоху (как и прежде) не реализуется в полной мере. Народ представляет в системе политической власти господствующая или господствующие элиты. Демократия же в таком случае состоит в открытости формирования элит и подконтрольности их деятельности по осуществлению власти и управления.

Элитарная демократия не возникла на пустом месте. Ее предшественниками были различные виды сословных демократий, существовавшие еще в феодальном обществе. Социальной базой элитарных демократических порядков в наше время служат неразвитые социальные структуры в ряде стран, находящихся на стадии перехода к индустриальной цивилизации. Или же переживающих переход к демократии от авторитаризма и тоталитаризма. Думается, что во всех тех ситуациях, когда большинство населения не обладает необходимым уровнем политической культуры для демократического участия, неизбежно формирование элитарной демократии. По крайней мере, на какой-то определенный, ограниченный во времени период политического развития данной страны.

В качестве альтернативы по отношению к концепции элитарной демократии выступает теория партиципационной демократии. Под “партиципацией” в западной политической науке понимаются все виды участия граждан (добровольной и вынужденной) и политической жизни с целью оказания воздействия на принятие решений различными уровнями и институтами политической системы. Концепция партиципационной демократии тяготеет к непосредственной форме демократии. Ее авторы сосредоточивают свое внимание на обосновании необходимости участия большинства народа не только в избирательных кампаниях, референдумах, но и во всех других видах политического процесса, включая формирование правящих групп и выдвижение политических лидеров.

При разработке понятий “партиципация” первоначально исходили из участия в политической сфере отдельного гражданина, то есть имелось в виду проведение в жизнь индивидуальных интересов. Затем, благодаря социальным исследованиям, стало ясно, что индивидуалистическая модель партиципации охватывает лишь ограниченный спектр всей комплексности явления. И был предложен иной подход, учитывающий групповые виды участия и дифференциацию населения наслои: апатичнонастроенных политическим действиям, сочувствующие тем, кто участвует в деятельности, наконец, участвующие в политических действиях.

Концепция партиципации обосновывает всестороннюю демократизацию общественной, жизни, ее политизацию и право участия личности в принятии решений, касающихся всех сфер жизни —через право голоса. В литературе подчеркивается утопический характер такой установки.

Немецкие политологи Б. Гуггенбергер и Д. Нолей рассматривают теорию партиципационной демократии как один из вариантов критической теории демократии, в центре которой — анализ политической действительности с позиции идеала индивидуального самоопределения и ориентации на автономию отдельной личности.

Социалистическая (марксистско-ленинская) концепция демократии. Представляет альтернативу традиционно-либеральной и другим концепциям конкурентной демократии, поскольку базируется на признании социально и политически единого народа как основы его власти. Социалистическая концепция исходит из классовой природы и содержания демократии и тем самым она внутренне противоречива: ее основная посылка — социальное единство исключает классовые противоположности. И еще не менее важное противоречие: на первом этапе становления социалистическая демократия должна сочетаться с диктатурой по отношению к меньшинству— оставшимся буржуазным слоям населения. Однако исторический опыт показал, что “демократическая диктатура” реально невозможна.

Одним из главных элементов марксистско-ленинской концепции является признание идеи демократии как составной части учения о социализме. Отсюда ее коллективистский характер, примат общего над индивидуальным, личным, отрицание мировоззренческих и социальных различий, с необходимостью обусловливающих постоянно обновляющееся соглашение, в чем суть современной политической демократии

Другое принципиальное положение социалистической концепции заключается в понимании, демократии как государства, где управляет сам народ. Действительное поголовное участие масс в управлении государством, самоуправление народа —вот что означает социалистическая демократия. Отождествление демократии с государством получило логическое развитие в тезисе Ленина об отмирании демократии вместе с отмиранием государства. И то и другое суждение из области политических утопий. А в реальности роль государства возрастала, демократия оказалась в положении Золушки, гонимой жестокой мачехой-бюрократией.

Третье положение. Социалистическая концепция, обосновывая классовую природу демократии, увязывает политическую демократию с социальной; более того, последняя рассматривается в качестве условия и гарантии политической демократии. В этом тезисе заключена истина, нашедшая признание в политической науке и практике в виде широко распространенного в настоящее время тезиса о демократическом социальном государстве.

Социалистическая теория демократии в основе своей оказалась противоположной политической практике авторитарного режима, апеллирующего к этой теории. Тем самым она потеряла свое признание среди значительной части ее бывших сторонников.

В современной политической науке идет поиск новых форм демократии. Ранее говорилось о со-общественной демократии. Американский политолог Дж. Сартори — один из известных зарубежных теоретиков демократии — предлагает идею “вертикальной демократии”. Ее смысл — анализ “меньшинства” как понятия теории демократии, обозначающее политическую контролирующую группу. Речь идет, разъясняет автор, о “политической контролирующей власти, коей обладают группы численностью менее половины того социума ... в отношении которого такая власть осуществляется”*11, - разработка понятия “контролирующая группа”, анализ типологии таких групп, безусловно, обогащает все содержание принципа “большинства”, диалектику его демократической, а не авторитарной, реализации. Вместе с тем идея “вертикальной демократии” прямо связана с концепцией элитарной демократии и углубляет последнюю. В высшей степени важная мысль Дж. Сар-тори состоит также в том, что демократию нельзя описывать только как систему контролирующих групп, конкурирующих между собой на выборах. Она имеет вертикальное измерение, что включает ценностный аспект. “Демократия должна представлять собой селективную (основанную на избирательности, отборе, подборе — ред.) систему конкурирующих избирательных меньшинств. Демократия, уточняет автор, должна представлять собой селективную полиархию и полиархию по основанию достоинств*12. Иначе говоря, демократия предполагает отбор групп (элит), наиболее способных к руководству обществом и наиболее достойных.

Французский политик и политолог М. Рокар считает реальность взаимосвязей между выборными лицами, средствами массовой информации и избирателями сердцевиной современной демократии. В этом направлении, по его мнению, происходит становление “новой формы демократии”, свидетелями чего мы являемся. Ее составляющими выступают всеобщее избирательное право и свободная информация. Народ может реализировать свое право выбора только в условиях свободного распространения информации. В течение полутора веков демократия строилась почти исключительно на избирательном бюллетени. Теперь же между Избирателями и его актом выбора при помощи избирательного бюллетеня находится информация. Она в огромной степени определяет демократическое действие граждан. Не случайно средства массовой информации стали называть “четвертой властью”.

Всеобщее избирательное право начинает терять эффективность, отмечает М. Рокар. При принятии важных решений, при осуществлении правительственной политики все возрастающую роль играет общественное мнение, формируемое и в значительной степени управляемое распространением массовой информации. “В какой-то мере, — пишет М. Pокар, — общественное мнение заменит классовую борьбу в роли движущей силы истории, ускоряя или тормозя деятельность общества”*13.

Новую форму демократии М. Рокар называет “информационной демократией”. Она представляет собой “современную форму организации общества”.

Канадский философ проф. М. Бунге, развивая идею “третьего пути” общественного устройства (в противоположность капитализму и социализму), предлагает концепцию “интегральной технодемократии”. Этот строй основан на науке; он должен расширить существующую политическую демократию (народное представительство и соучастие), экономическую (кооперативная собственность и самоуправление), культурную (культурная автономия вместе с универсальным доступом к культуре и образованию на протяжении всей жизни)*14. Средства для ее достижения: просвещенное правление народа, посредством народа и для народа во всех сферах — в экономической, культурной и политической — на основе советов экспертов. Иначе говоря, отмечает автор, интегральная технодемократия (она им именуется еще “холотехнодемократией”) есть равенство посредством кооперативной собственности и самоуправления, политической демократии и технической экспертизы.

М. Бунге характеризует прогнозируемую им на будущее модель демократии такими признаками:

— во-первых, интегральная технодемократия предполагает не полное, а квалифицированное равенство, т.е. комбинацию эгалитарности и меритократии. Это проистекает из соединения трех принципов: социалистического принципа: “от каждого по способностям, каждому по труду”; б) локковского принципа законного владения плодами своего труда; принципа Роуэлеа —единственно справедливо то равенство в распределении товаров и услуг, которою удовлетворяет каждого: вознаграждение заслуги и исправление оплошности;

— во-вторых, соединение кооперации и конкуренции;

— в-третьих, центральная координация сообществ посредством создания федераций и государств, в конечном счете, мирового правительства;

— в-четвертых, создание малого и более слабого государства, чем когда бы то ни было, ибо хорошо устроенное общество не нуждается в большом правительстве;

— в-пятых, в интегральной демократии должна расцвести свобода.

Описанное М.Бунге общественное устройство, по его мнению, может быть более легко установлено в бывших коммунистических странах, потому что там нет “значительного класса капиталистов”*15.

В калейдоскопе политических теорий демократии немаловажное место занимает экономическая теория демократии. Она построена на основе образа экономического — Homo oeconomiks, т.е. человека всесторонне информированного, способного действовать рационально и добиваться для себя максимальной пользы. Экономическая демократия — это сфера рыночных отношений, к чему нередко сводятся политико-властные отношения. Во всяком случае либерально мыслящие теоретики и политики связывают воедино демократию и рынок. Американский президент Клинтон недавно назвал современную западную демократию рыночной демократией. Следуя западным моделям, нынешняя правящая элита в России общим понятием “переход к рыночным отношениям” по сути обозначает и экономические и политические процессы, происходящие в стране.

Анализ современных теоретических концепций демократии показывает многообразие подходов к определению и характеристике демократии, что, безусловно, связано с реальным многообразием ее практических, форм существования, а также идеолого-мировоззренческими позициями исследователей. Есть в рассмотренных теориях и общее. Демократия представляется в основном как определенный образ политического общества и даже всей конкретной общественной системы. Каждое из направлений носит концептуально-нормативный характер, т.е. характеризует тот ильиной вид демократии в идеале. Вместе с тем теоретическое рассмотрение опирается на реальный опыт, а следовательно, на эмпирически-описательный подход.