http://www.liveinternet.ru/users/3411633/post178016589/
Суббота, 30 Июля 2011 г. 15:43 (ссылка) + в цитатник
Прочитало: 0 за час / 3 за неделю / 74 за месяц
Мой иск к Почте России
Послезавтра, на заседании мирового суда, я зачитываю это заявление. А потом уже зачитаю ходатайство о передаче дела в районный суд по подсудности. Так что мое красноречие окажется предназначенным, в конечном счете, для ушей другого судьи, которого, к сожалению, не может быть в зале суда 1 августа.
Но ведь из дела (и главное - из протокола) мою речь уже не выкинешь!
Важно, что мне удалось выиграть время для подготовки качественных и убедительных замечаний на гнилые, хотя и внешне правдоподобные, возражения ответчика. Я мог две недели поправлять и шлифовать первоначальный черновой текст, до ста раз возвращаясь к его началу.
Успел и с материалами дела ознакомиться (хотя и здесь суд схитрил и, не ответив на ходатайство, быстренько переправил дело в мировой суд), и отправить этот текст на одобрение моему другу-юристу Андрею Ивлеву. Он оценил мою работу на "отлично".
Вспоминаю день 30 мая, когда районный судья отказал мне в переносе заседания и дал только десять минут для изучения возражений ответчика и подготовки замечаний. И тут он тоже подтасовал по-мелкому: В протоколе записано было не десять, а "пятнадцать минут"!
А казалось бы, ну куда торопиться?! Ведь даже в новом законе № 68-ФЗ нарушением разумного срока судопроизводства МОЖЕТ считаться лишь срок свыше 3 лет. А у меня только четыре месяца прошло на тот момент. И все равно судья не решился принимать решение по существу дела и отправил его, в нарушение норм закона о подсудности, в мировой суд.
Хорошо еще, что Андрей помогает мне раскрывать глаза на все хитроумно-мошеннические и просто недобросовестные телодвижения судей, которые предвзято действуют в интересах более сильной и влиятельной стороны.
И действительно: по левую сторону от судьи простой пенсионер, действующий от самого себя, даже без адвоката, а по правую - монопольная, многомиллиардная махина-монстр - ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ унитарное предприятие "Почта РОССИИ" с управлениями-филиалами в каждом субъекте Федерации. Это в Америке председателя международного валютного фонда и возможного кандидата в президенты союзнического государства можно отправить в кутузку без проверки сведений, сообщенных африканской уборщицей-эмигранткой с сомнительными связями...
... А для определения разvера морального вреда я решил нескромно использовать (в соответствии с законом) и свою биографию из подшитой в дело газеты "Ваша защита".
Мировому судье
судебного участка № 3
Центрального района г. Читы
ОРЛОВОЙ В.В.
От истца Комиссарова Бориса Ильича,
г. Чита, ул.
Тел.
ЗАЯВЛЕНИЕ
О нарушении контрольных сроков и компенсации морального вреда
В соответствии со статьей 5 Федерального закона «О почтовой связи» № 176-ФЗ от 17 июля 1999 года в редакции Федеральных законов от 07.07.2003 № 126-ФЗ, от 22.08.2004 № 122-ФЗ, от 26.06.2007 № 118-ФЗ деятельность в области почтовой связи в Российской Федерации осуществляется на основе принципов соблюдения прав пользователей услуг почтовой связи и обеспечения права каждого на тайну связи.
Представитель ответчиков необоснованно утверждает, что контрольные сроки пересылки письменной корреспонденции по территории России якобы не были нарушены, так как бандероль из Читы в Москву была доставлена за 4 дня при контрольном сроке 5 дней. Этот довод несостоятелен, так как не учитывает срок обработки бандероли на территории Москвы в течение более трех месяцев, включая обработку в месте международного обмена PCI-2, почтовый индекс 104002.
В постановлении Правительства РФ от 24.03.2006 № 160 определено понятие «контрольные сроки». Услуга почтового ведомства по пересылке рассматривается как совокупность времени, затраченного на отдельные технологические операции.В контрольный срок пересылки корреспонденции входит не только время, затраченное на ее доставку, но и время на ее обработку.
Заказной мешок, в котором находилась моя бандероль, был сдан 04 июля 2010 года в ПЖДП при Казанском вокзале, почтовый индекс 102012. Данный факт подтверждает начальник КСУ АО ПП Домодедово Дружняева Т.А. в служебном письме № 83-29/271 от 26 июля 2010 года (лист дела 87).
ФГУП «Почта России» или его Забайкальский филиал обязаны были предоставить мне ответ на мое заявление об утрате бандероли и сообщить о результатах проверки, но не выполнили эту обязанность. Представитель ответчиков Тришина не предоставила мне служебное письмо начальника КСУ Дружняевой. Только при ознакомлении с материалами дела я обнаружил данный документ, из которого следует, что моя бандероль уже 4 июля 2010 года прибыла на обработку в ПЖДП при Казанском вокзале. Информация о месте доставки бандероли поступила в УФПС Забайкальского края от начальника КСУ Дружняевой 26 июля 2010 г. И лишь спустя три месяца после утраты, 4 октября 2010 года, в 10.00, бандероль покинула сортировочный цех № 5, участок 5,3. Данный факт подтверждаетзапись в базе данных внутрироссийского почтового идентификатора (лист дела 8).
Таким образом, совокупный срок проведения атрибутов технологической операции «прибыло на сортировку» и «покинуло сортировочный цех» составил 90 дней или три месяца, считая от 4 июля 2010 г. до 4 октября 2010 года. В то же время в базу данных внутрироссийского почтового идентификатора не была внесена дата прибытия бандероли на сортировку - «4 июля 2010 г.».
Для того, чтобы скрыть срок фактической обработки бандероли, включая время на ее розыск, в графу «атрибут операции» была внесена только одна запись - «покинуло сортировочный центр» с датой «4 октября 2010 г.».
Атрибут операции «прибыло в сортировочный цех» в ПЖДП при Казанском вокзале с датой «4 июля 2010 г.» не был внесен в базу данных почтового идентификатора, но достоверно устанавливается на основании служебного письма начальника контрольно-счетного управления Дружняевой от 26 июля 2010 года (л.д.87).
Исходя из контрольных сроков пересылки, доставка моей бандероли в место международного обмена должна была произойти не позднее 6-7 июля. В этом случае мое обращение в Европейский Суд было бы доставлено не позднее 10-11 июля 2010 г.
Отказавшись признать вину за причиненный мне моральный вред, представитель ответчика обвинила меня в нарушении статьи 56 ГПК РФ и потребовала доказательств претерпеваемых мной физических и нравственных страданий. Подобные обвинения и требования являются некорректными и рассчитаны на незнание истцом законов и полного текста части 1 статьи 56 ГПК РФ (цитирую): «Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом».
Из этого положения следует, что, во-первых, данная норма содержит общий принцип права без указания категории морального вреда. Во-вторых, специально оговаривает обстоятельство: «если иное не предусмотрено федеральным законом». В-третьих, фактов и обстоятельств, доказывающих причинение морального вреда, в материалах данного дела содержится более чем достаточно.
В отношении компенсации морального вреда статьей 15 Федерального закона РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрена следующая форма ответственности продавца перед потребителем (в данном случае - продавца услуги почтовой связи):
«Статья 15. Компенсация морального вреда.
Моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РоссийскойФедерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей,подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков».
(В ред. Федеральных законов от 17.12.1999 N 212-ФЗ, от 21.12.2004 N 171-ФЗ)
Ответчики причинили мне моральный вред своими действиями, а равно бездействием. Они не выполнили свою обязанность сообщить мне о результатах проверки моих заявлений и жалоб, которые стали известны уже 26 июля 2010 года.
Установленная законом обязанность по обеспечению тайны связи требовала проведения служебной проверки, установления причастности работников сортировочного центра к изъятию бандероли из процесса обработки, наличия повреждений и следов вскрытия, которые могли свидетельствовать о нарушении тайны переписки, незаконном использовании информации, содержащейся в обращении к председателю Европейского Суда по правам человека.
Руководители «Почты России» не провели всесторонней и добросовестной служебной проверки причин утраты бандероли, не сообщили о выявленных нарушениях мне, как заявителю, а при наличии оснований - в соответствующие правоохранительные органы, осуществляющие надзор за обеспечением права на тайну переписки в соответствии с ч. 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации.
В пункте 49 совместного постановления пленумов Верховного и Высшего Арбитражного судов Российской Федерации № 30/64 от 23 декабря 2010 года «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» установлено, что размер компенсации морального вреда должен определяться судом с учетом: требований лица, обратившегося в суд с заявлением, обстоятельств дела, по которому допущено нарушение, наступивших вследствие этого нарушения последствий, их значимости для лица, обратившегося в суд с заявлением о присуждении компенсации, практики Европейского Суда по правам человека, размера сумм компенсаций вреда, присуждаемых этим судом за аналогичные нарушения.
Я неоднократно предупреждал ответчиков в своих обращениях и жалобах на особую значимость моего почтового отправления в Страсбург и наступлении для меня тяжелых последствий вследствие несвоевременной доставки или утраты моей бандероли в адрес Президента (председателя) Европейского Суда по правам человека. Свои волнения и переживания, которые я испытывал по вине почты, я объяснял тем, что от своевременной доставки моей бандероли зависят результаты рассмотрения моего заявления Верховным Судом РФ о присуждении мне компенсации в размере 300 тысяч рублей или 7200 евро (см.л.д. 70-71).
Тяжесть волнений и переживаний определялась тем, что мне необходимо было получить из Европейского Суда ответ на мой запрос, который я должен был успеть передать в Верховный Суд России до 17 августа 2010 года. Указанные обстоятельства я подтверждал телеграммой о назначении слушаний в Верховном Суде РФ на 17 августа 2010 г. (лист дела 13). Определение Верховного Суда РФ от 17 августа 2010 г. также содержит мои доводы о предоставлении в Верховный Суд РФ информации из Европейского суда по правам человека по моей жалобе от 16 июля 2007 года (листы дела 70-71). Степень остроты нравственных страданий подтверждена также обстоятельствами, указанными в обращении в адрес председателя Европейского суда по правам человека на английском и русском языках (листы дела 61-62).
Ответчики держали меня в неведении, не отвечая более года на мое письмо директору УФПС Рыхлову Е.В. от 21 июля 2010 года (л. д. 16) и мое заявление об утере почтового отправления от 28 июля 2010 г. (л.д. 17).
Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, при определении размеров компенсации морального вреда учитывается степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Продолжительное отсутствие информации о причинах утери моей бандероли способствовали усилению степени нравственных страданий, которые для меня как инвалида, страдающего сердечно-сосудистыми заболеваниями и сахарным диабетом, категорически противопоказаны и могут довести до инфаркта или инсульта.
Состояние моего здоровья подтверждено справкой об инвалидности (л.д. 21). К моим индивидуальным особенностям, которые требует учитывать статья 151 Гражданского Кодекса РФ, относится обостренное отношение к несправедливости и нарушениям прав человека. С 1966 года я выступал в СМИ на темы морали и права, защищая права человека в качестве журналиста, в течение двадцати лет служил в органах внутренних дел, в 1999 году ушел на пенсию в звании «подполковник милиции». В 1990 году я был избран народным депутатом Читинского областного Совета, до конца депутатского срока исполнял обязанности председателя депутатского комитета по правам человека, законности и правопорядку. В 2001-2002 годах являлся помощником депутата - председателя комиссии по противодействию коррупции областной Думы. Указанные обстоятельства моей биографии отражены в выпуске газеты «Ваша защита» (л. д. 72).По вине ФГУП «Почта России» у меня появились подозрения в нарушении тайны связи, перлюстрации моего обращения в Европейский Суд и использовании информации для создания препятствий в получении ответа на мой запрос. Данные подозрения значительно усилилистепень претерпеваемых мной страданий, вызванных ненадлежащим оказанием почтовой услуги, отсутствием должной служебной проверки моего заявления об утере бандероли и непредоставлением мне ответа о результатах проверки и причинах утраты письменной корреспонденции.
Хочу также обратить внимание на незаконность требования представителя ответчиков о предоставлении подтверждения морального вреда, который я понес.
В постановлении Европейского Суда по правам человека от 1 июля 2010 года по делу «Недайборщ против Российской Федерации» в пункте 37 указано следующее: «Европейский Суд напоминает свою постоянную позицию о том, что заявителю не может быть предъявлено требование о предоставлении какого-либо подтверждения морального вреда, который он понес (см. в числе многих примеров Постановление Европейского суда от 15 октября 2009 г. по делу Антипенков против Российской Федерации <…>, Постановление Европейского Суда от 14 февраля 2008 г. по делу «Пшеничный против Российской Федерации» <…….> и многие другие» (л.д. 80).
По делу Чорап против Молдавии (№ 2) обжалуется присуждение на уровне страны компенсации, значительно уступающей минимуму, присуждаемому Европейским Судом по аналогичным делам. По делу признано нарушение требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (л.д. 79).
В Бюллетене Европейского Суда по правам человека от 5 апреля 2011 года опубликована редакционная статья «Дотянет ли Москва до стандартов Страсбурга?». В данной статье приведен поучительный пример: компенсация, определенная российским судом за потерю зрения в колонии в 300 тысяч рублей, была признана недостаточной. Европейский Суд своим решением увеличил ее до 70 тысяч евро или почти до трех миллионов рублей (л.д. 81).
Исходя из практики Европейского Суда по правам человека, считаю сумму компенсации морального вреда в размере 300 тысяч рублей обоснованной, отвечающей той степени страданий, которые я претерпел, защищая свои права, в том числе в судебном порядке. Также прошу учесть общественную значимость дела, так как ненадлежащее предоставление услуги почтовой связи в данном случае равнозначно созданию препятствий в отправлении правосудия.
Истец Б.И.КОМИССАРОВ.
01 августа 2011 г.
Приложение:
Статья 5 Федерального закона «О почтовой связи» № 176-ФЗ от 17.07. 1999 г.
Фрагмент Постановления Правительства РФ от 24.03.2006 № 160.