[Marcus Porcius Cato]

Генеральному прокурору РФ

Заявление о преступлении

Я являлся работником государственного сельскохозяйственного предприятия ППО «Истро-Сенежское». В процессе приватизации этого предприятия я имел право на получение в собственность земельной доли участка земли, который находился у ГСП ППО «Истро-Сенежское» в пользовании. Основания Указ Президента РФ от 27.12.1991 г. № 323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» и Постановление Правительства РФ «О порядке приватизации и реорганизации предприятий и организаций агропромышленного комплекса» от 04.09.1992 г. №708. В соответствии с этими нормативными документами на нашем предприятии была создана внутрихозяйственная комиссия по приватизации, которая произвела раздел имущества и земли. В Приложениях 1 и 2 к учредительному договору этот результат раздела имущества и земли был отражен.
Решением Мособлкомимущества от 26.04.1994г. №351 нам был передан бесплатно общий паевой фонд, подлежащий распределению на доли, в сумме 81,1 млн. рублей, в котором государственной доли не имелось. За счёт этого имущественного фонда и был сформирован уставной капитал вновь создаваемого АОЗТ «Истро-Сенежское ППО».По решению Администрации Солнечногорского района ГСП «Истро-Сенежское ППО» от 20.01.1993г. №200\02 выдано свидетельство о праве пользования землёй в количестве 3521га. Земля в собственность не была передана.
13 октября 1994 г. генеральный директор АОЗТ «Истро-Сенежское ППО» Макаров Л.Ф. направил главе администрации Солнечногорского района Жарову А.Е. заявку № 1-13/215 на переоформление земли в собственность. Прилагаю копию этой заявки. Подлинник находится в судебном деле 2-771/01 по иску акционеров ЗАО «Истро-Сенежское ППО» к администрации Солнечногорского района в Солнечногорском суде Московской области. Ответа на эту заявку не было.
17 декабря 1997 генеральным директором ЗАО «Истро-Сенежское ППО» Макаровым Л.Ф. была подана повторная заявка № 337 в земельный комитет Солнечногорского района Московской области для оформления земли в собственность. Прилагаю копию этой заявки. Подлинник находится в судебном деле 2-771/01 по иску акционеров ЗАО «Истро-Сенежское ППО» к администрации Солнечногорского района в Солнечногорском суде Московской области. На этот раз председатель земельного комитета Леонтьева Е.И. ответила. Она потребовала для оформления свидетельств заплатить деньги якобы для проведения землеустроительных работ. Это требование Леонтьевой были незаконными. Прилагаю копию ответа из комитета по земельным ресурсам и землеустройству по Московской области от 7.05.2003 г. Цитирую: Согласно пункта 11 Указа Президента РФ от 07.03.96 г. № 337 «О реализации конституционных прав граждан на землю» «…..Правительству РФ, органам исполнительной власти субьектов РФ предписывалось обеспечить своевременное финансирование землеустроительных работ, связанных с реализацией настоящего Указа…..» На эти цели в 1996 году выделялись средства из федерального бюджета.
Мы, акционеры поняв, что нам не собираются выдавать свидетельства о собственности на земельную долю в 1998 году обратились в суд. 19 октября 1998 года Солнечногорский суд удовлетворил наши требования и обязал администрацию Солнечногорского района выдать нам свидетельства. Однако 10 декабря 1998 года судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда отменила это решение и отправила дело на новое рассмотрение.
18 июля 2001 года Солнечногорский суд вновь удовлетворил наши требования. Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе Беленкова В.И., Давыдовой С.Ю. и Бугровой С.С. оставила это решение в силе и оно вступило в законную силу. Администрация Солнечногорского района Московской области подала надзорную жалобу в Президиум Московского областного суда. 31.10. 2001 года Президиум отменил решение от 18.07.2001 г. и направил дело на новое рассмотрение.
На этот раз дело приняло к рассмотрению председатель Солнечногорского суда Мильченко Л.А. 4 декабря 2001 года она своим определением выделила мои требования в отдельное производство. Причём в определении судья Мильченко не обьяснила почему мои требования выделены в отдельное производство. 7 декабря Мильченко Л.А. вынесла решение по иску общей части акционеров отказав им в удовлетворении их требований полностью.
Поняв, что решение от 7.12.2001 г. может стать препятствием рассмотрению моего иска я обратился к Мильченко с ходатайством от 17.12.2001 г. в котором просил её рассмотреть мои требования до рассмотрения дела по иску общей части акционеров в кассационной инстанции. Мильченко дала ответ на моё ходатайство. Ответ Мильченко от 21.01.2001 г. прилагается. Я прошу Вас дать оценку ответа Мильченко на моё ходатайство. Мой же вывод однозначен - Мильченко специально выделила мои требования в отдельное производство для того, что бы не давать оценку моим доводам. Что бы решение от 7.12.2001 г. стало препятствием рассмотрению этих моих доводов. Что и произошло. Мильченко вообще не собиралась рассматривать мои требования и только я сам её заставил рассмотреть мой иск. Я стал каждый день посылать жалобы президенту РФ и в итоге Мильченко была вынуждена рассмотреть моё заявление. 22 марта 2002 года она рассмотрела мой иск и отказала в удовлетворении моих требований.
В Постановлении Пленума Верховного суда РСФСР от 20 декабря 1983 года № 11 «О судебном решении» в пункте 5 сказано: Судам необходимо соблюдать последовательность в изложении решения, установленную ст. 197 ГПК. Содержание исковых требований должно быть отражено в его описательной части в соответствии с исковым заявлением. Мильченко правильно написала мои требования: В судебном заседании истец уточнил свои исковые требования и просил признать за ним право на получение свидетельства на право собственности на земельную долю и обязать ответчика выдать ему свидетельство о праве собственности на землю, ссылаясь на то, что он является акционером ЗАО «Истро-Сенежское ППО» и в соответствии с действующим законодательством он имеет право на получение свидетельства о праве собственности на землю, о чём у него имеется информационное письмо Министерства сельского хозяйства и письмо Мособлкомзема.
Но вот решение изложила не в той последовательности в которой заявлены мои требования. И я обьясню почему.
Моим первым и основным требованием было требование о признании за мной права на получение свидетельства о праве собственности на земельную долю. И без удовлетворения этого требования рассматривать второе требование к регистрационной палате было бессмысленным. Если бы Мильченко изложила в решении рассмотрение моих требований в той последовательности в которой они были мною заявлены, то это было бы не решение, а определение в отказе в принятии к рассмотрению моего иска. Ведь в удовлетворении моего требования о признании за мной права на получение свидетельства мне было бы отказано на том основании, что уже есть вступившее в законную силу решение суда. Цитирую решение от 22.03.2002 г: Все доводы истца как одного из акционеров «Истро-Сенежское ППО», связанные с признанием права на получение свидетельств о праве собственности на землю были предметом рассмотрения судом. Вступившим в законную силу решением суда от 7 декабря 2001 года в иске акционерам было отказано. Решение суда имеет преюдициальное значение.
Вот и получается, что второе требование к регистрационной палате после отказа в удовлетворения первого рассматривать было бессмысленно. При правильном изложении порядка рассмотрения моих требований ну никак не получается решение суда, которым дело разрешается по существу. В любом случае получается определение об отказе в принятии иска. Но отказать в рассмотрении моего иска Мильченко уже не имела права и именно поэтому она так и построила своё решение, что бы создать видимость полноценного рассмотрения моего иска. Но на самом деле это не есть решение. Это есть определение об отказе принятия иска к рассмотрению.
И ещё один довод в пользу вывода о том, что это не есть решение, которым разрешается дело по существу. Я о доказательствах. Ещё раз процитирую Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 20 декабря 1983г. N 11 "О судебном решении": п.2. Учитывая, что в силу ст. 146 ГПК одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции. Если собирание доказательств производилось не тем судом, который рассматривает дело (ст.ст. 51, 57, 59-62, 66, п.12 ст. 141, ст. 162 ГПК), суд вправе обосновать решение этими доказательствами лишь при том условии, если они были оглашены в судебном заседании и предъявлены лицам, участвующим в деле, их представителям, а в необходимых случаях экспертам и свидетелям и исследованы в совокупности с другими доказательствами. Недопустима ссылка в решении на те данные, которые не были исследованы судом в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса (ст.ст. 175, 178, 192 ГПК).
В судебном заседании доказательства, которые исследовались судом вынесшим решение 7 декабря 2006 года не оглашались и не исследовались в совокупности с моими доказательствами. Моим доказательствам вообще не дана оценка в судебном решении вынесенном судом по моему иску.
Мильченко утверждает, что всем моим доказательствам и доводам была дана оценка в судебном решении от 7.12.2001 г. На самом деле оценка предьявленным мною доказательствам и доводам судом не давалась. Мильченко даже не удосужилась их перечислить в судебном решении, что уже есть нарушением. В решении упомянуты только два моих доказательства: имеется информационное письмо Министерства сельского хозяйства и письмо Мособлкомзема. И всё.
Вы можете сами судить о моих доказательствах по моему ходатайству от 17.12.2001 г. Я приведу только один пример в подтверждении своей правоты. Это доказательство того, что я прав. При рассмотрении моих требований я предьявил это доказательство. Это судебное решение от 13 ноября 1995 года(копия прилагается). К какому главному выводу пришла судья Мильченко Л.А. в своём решении от 7.12.2001 отказав акционерам ЗАО «Истро-Сенежское ППО» в праве на получение свидетельств о праве собственности на землю? Цитирую решение от 7.12.2001года: Вместе с тем, истцы и другие акционеры АОЗТ «Истро-Сенежское ППО», действуя в пределах своих полномочий, определённых п. 16 Положения распорядились путём их внесения в уставной капитал АОЗТ «Истро-Сенежское ППО». И далее: …. следует, что за счёт земельных долей и имущественных паёв акционеров-владельцев как обыкновенных именных, так и привилегированных акций общества был сформирован уставной капитал АОЗТ «Истро-Сенежское ППО». А вот что написано в судебном решении от 13.11.1995г.: Пай истца определён, исходя из уставного имущественного базового фонда общества, в Уставе лишь дана нормативная оценка земельного базового фонда, которая не включается в Уставной фонд.
Два судебных решения, которые пришли к взаимоисключающим выводам. И что оба эти решения имеют преюдициальное значение? Но получается, что для судьи Мильченко имеет преюдициальное значение только её собственно решение. А ведь решение от 13.11. 1995 г. имеет для меня преюдициальное значение так как во время этого разбирательства я был стороной по делу. И Мильченко при судебном разбирательстве с моим участием должна была признать имеющим преюдициальное значение именно это решение от 13. 11. 1995г.
Подтверждает это мой вывод мнение Конституционного суда. Я процитирую решение Конституционного суда от 20 февраля 2006 года № 1-П:
Заинтересованные лица, не участвовавшие в деле, также не лишены права обратиться в суд, если принятым судебным актом нарушаются их права и законные интересы. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает для них несколько способов судебной защиты. В частности, право на судебную защиту может быть реализовано этими лицами, а нарушенное материальное право - защищено путем предъявления самостоятельного иска в суд первой инстанции (части первая и вторая
статьи 3, часть первая статьи 4, статьи 131 и 132 ГПК Российской Федерации) как до вступления в законную силу судебного акта, которым был разрешен вопрос об их правах и обязанностях, так и после, причем обязательность судебного акта не является препятствием для их обращения в суд за защитой нарушенных прав и законных интересов (часть четвертая статьи 13 ГПК Российской Федерации), - судебное решение, ранее вынесенное без их участия, но в отношении их прав и обязанностей, не будет иметь в новом процессе, как вытекает из частей второй и третьей статьи 61 ГПК Российской Федерации, преюдициального значения.
В этом решении КС имеется ввиду новый ГПК вступивший в силу в 2003 году. Но эти выводы изложенные в этом постановлении верны и в отношении старого кодекса, действовавшего на момент принятия решения от 22 марта 2002 года.
В том же Постановлении Верховного суда говорится: 1. Исходя из требований ст. 192 ГПК о законности и обоснованности решения необходимов иметь в виду, что решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению………….
Исходя из вышеизложенного можно констатировать, что решение от 22 марта 2002 года вынесено с грубейшими нарушениями процессуального права.
И ещё одно доказательство того, что Мильченко намерено выносила решения по искам акционеров с целью лишить нас собственности. Это судебное решение от 21.09.2001 г. В этом решении Мильченко уже утверждает, что спорная земля является государственной собственностью. Для Мильченко нет ничего противоестественного, что один и тот же обьект находится в разных местах.
К сожалению при рассмотрении моего иска я не знал о существовании этого решения. Я с ним ознакомился уже после вступления в силу судебного решения от 22 марта 2002 года и не мог использовать в то время для доказательства своей правоты. Делаю это сегодня. Прошу Вас дать оценку судебному решению от 21.09.2001 г.
Также в судебном заседании при рассмотрении моего иска в суде первой инстанции я предьявил доказательство, которое не фигурировало при рассмотрении исковых требований общей группы акционеров. В судебном заседании я предьявил это доказательство. Это бухгалтерский баланс ЗАО «Истро-Сенежское ППО». Из которого следует, что земли в уставном капитале нет. Мильченко не стала давать оценку этому моему доказательству. Я прошу Вас найти в решении от 7.12.2001 г. оценку этому доказательству. И то что это доказательство верно подтверждает решение АСМО по делу о банкротстве ЗАО «Истро-Сенежское ППО». Во время судебного разбирательства по делу о банкротстве земля как актив ЗАО «Истро-Сенежское ППО» не фигурировала. Потому что такого актива, как земля нет в бухгалтерском балансе ЗАО «Истро-Сенежское ППО». Несмотря на то что Мильченко в своём решении от 7.12.2001 установила, что эта земля находится в уставном капитале ЗАО «Истро-Сенежское ППО» АСМО не принял во внимание этот установленный СОЮ факт. АСМО пришёл к такому выводу, что земли нет в уставном капитале именно на анализе бухгалтерского баланса ЗАО «Истро-Сенежское ППО». А земли нет в уставном капитале и в этом Вы можете убедиться самолично, копию бухгалтерского баланса я прилагаю к заявлению.
Решение АСМО по делу о банкротстве ЗАО «Истро-Сенежское ППО» является доказательством того, что решения от 7.12.2001 и от 22.03.2002 не являются обоснованными. Факты установленные судом не подтверждаются фигурировавшими в деле доказательствами. Я прошу Вас при рассмотрении моего заявления дать оценку этому решения АСМО по делу о банкротстве ЗАО «Истро-Сенежское ППО».
Тоже самое могу сказать и в отношении судей Московского областного суда Беленкова В.И, Давыдовой С.Ю., Бугровой С.С. Они также как и Мильченко не дали оценку моим доводам изложенным в кассационной жалобе. Вот что написано в определении кассационной инстанции: Поскольку кассационная жалоба не содержит доводов опровергающих выводы суда, оснований к отмене судебного решения не имеется.
Мною в кассационной жалобе были перечислены все доказательства, которые я предьявил суду первой инстанции. Ни одно доказательство, ни один мой довод не был учтён кассационной инстанцией.
А кассационная инстанция обязана была отменить решение от 22 марта 2002 года только из-за неправильного применения норм процессуального права. А именно из-за признания того факта, что судебное решение от 7.12.2001 года имеет для меня преюдициальное значение.
Резюмируя вышеизложенное я могу утверждать, что действиями судей Мильченко Л.А., Беленкова В.И, Давыдовой С.Ю., Бугровой С.С. я был лишён своего конституционного права на судебную защиту своего нарушенного права. Права на получение в собственность земельной доли в процессе приватизации. Другими словами действиями вышеуказанных лиц я был лишён своей собственности.
В соответствии с Гражданским кодексом РФ (часть II) вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (ст. 1070).
Без привлечения судей Мильченко Л.А., Беленкова В.И., Давыдовой С.Ю., Бугровой С.С. к уголовной ответственности я буду лишен возможности компенсации мне имущественного вреда, который нанесен мне неправосудными решениями и иными действиями, нарушающими законодательство. Судьи Мильченко Л.А., Беленков В.И., Давыдова С.Ю., Бугрова С.С. использовали своё служебное положение для вынесения заведомо неправосудного решения.
Я разьясняю Вам смысл статьи 305 УК РФ. Приведу мнение В.М. Лебедева изложенное в комментарии к УК под его редакцией:
1.Неправосудность приговора, решения или иного судебного акта заключается в их несоответствии установленным по делу обстоятельствам, в грубом нарушении требований материального и процессуального закона. Такие судебные решения могут быть вынесены при осуществлении как уголовного, так и гражданского, конституционного либо административного судопроизводства. Под иным судебным актом, помимо приговора и решения, понимаются судебные определения и постановления.
2.Объективная сторона данного преступления выражается в том, что при вынесении приговора, решения, определения или постановления судье (судьям) заведомо известно, что такое судебное решение является незаконным и необоснованным. Применительно к уголовным делам заведомая неправосудность приговора может выражаться, в частности, в преднамеренном искажении в нем установленных по делу обстоятельств, в противоречащей закону квалификации деяния, назначении явно несправедливого наказания как вследствие мягкости, так и вследствие суровости, в незаконном осуждении либо оправдании, в необоснованном удовлетворении гражданского иска либо в отказе в нем. Заведомо непра-восудное судебное решение может быть вынесено как единолично судьей, так и коллегиально.
5.Данное преступление считается оконченным с момента подписания приговора, решения или нового судебного акта. При этом не требуется вступления их в законную силу.
6.Субъектами комментируемого деяния могут быть судьи судов общей юрисдикции, арбитражных судов, Конституционного Суда РФ. При вынесении заведомо неправосудного вердикта субъектами могут быть и присяжные заседатели.
7.Субъективная сторона данного преступления характеризуется только прямым умыслом. Виновный осознает, что выносит заведомо неправосудный судебный акт, предвидит и желает наступления такого результата. Мотивами преступления могут быть корысть, месть и др.
Начну с первого вопроса. Соответствует ли решение от 22 марта 2002 года, как и от 7.12.2001 установленным по делу обстоятельствам? В обосновании своего вывода я уже приводил доказательства такого несоответствия: бухгалтерский баланс и судебное решение от 13 ноября 1995 года. Приведу ещё одно доказательство. Это так называемые Приложения 1 и 2 к Учредительному договору, которые прямо доказывают, что земля не вошла в Уставной капитал общества. Мой имущественный взнос в уставной капитал составляет 29 000 рублей. 500 рублей стоит одна акция. 29 000 делим на 500 получается 58. Столько акций мне выдано взамен моего имущественного взноса в уставной капитал. Но у меня всего 58 акция. А ведь моя земельная доля оценена в 7 500 рублей. А это ещё 15 акций. Где они? Почему мне их не выдали, если я внёс свою земельную долю в уставной капитал? А потому что я не вносил свою земельную долю в уставной капитал. Её за меня внесла судья Мильченко. И эти Приложения 1 и 2 имеются в деле.
Теперь о нарушении закона, Конституции и Европейской Конвенции по правам человека. Мильченко высококвалифицированный юрист, председатель суда и должна соответствовать высоким требованиям предьявляемым к судьям. В соответствии со ст. 4 ФЗ РФ «О статусе судей», дублирующей известные конституционные положения, судьей может быть гражданин РФ, достигший 25 лет, имеющий высшее юридическое образование, стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет, не совершивший порочащих его поступков, сдавший квалификационный экзамен и получивший рекомендацию квалификационной коллегии судей.
Мильченко отказала мне в рассмотрении моего требования о признании за мной права на получении свидетельства о собственности на земельную долю по процессуальным основаниям. Мильченко утверждала, что есть судебное решение которое имеет в отношении меня преюдициальное значение, то есть этим решением разрешён вопрос и о моих правах. Это решение действует и в отношении меня, хотя я не был стороной по делу в том судебном разбирательстве. Причём Мильченко не указала точную статью закона на котором она основывает этот свой вывод, что тоже есть нарушение ГПК. Но указанное Мильченко решение не имеет в отношении меня преюдициального значения. В обосновании этого вывода я привёл выше мнение Конституционного суда. Ещё раз оговорюсь, что оно высказано в отношении нового ГПК, но эти выводы правомочны и в отношении старого ГПК, действовавшего на момент принятия решения от 22 марта 2003 года. Мильченко самым грубым образом нарушила процессуальный закон, Конституцию и Конвенцию и попросту она отказала мне в доступе к правосудию. В праве на судебную защиту моего нарушенного права.
Тоже самое можно сказать и про судебную коллегию по гражданским делам Московского областного суда в составе Беленкова В.И., Давыдовой С.Ю., Бугровой С.С.
Они проигнорировали все мои доводы изложенные в кассационной жалобе. При таком отношении к рассмотрению кассационной жалобы, когда обстоятельства дела не исследуются во всей полноте, выводы суда базируются на недостоверных доказательствах, доводы суда не мотивируются, а Конституция и федеральные законы и международные договоры игнорируются или применяются явно в произвольном характере нельзя говорить о том что при рассмотрении моей кассационной жалобы был соблюдён закон. Право на доступ к правосудию в моем случае стало формальным, а правовая защита неэффективной. Немотивированное пренебрежение объяснениями и доводами стороны в деле это нарушение права на справедливое судебное разбирательство. В определении суда вообще нет анализа и правовой оценки ни одного из моих доводов. Суд их "не заметил", как будто я никаких доводов вообще не высказывал. Игнорирование этих доводов является несправедливым. Это также нарушение принципа равенства сторон. Это и фактическое нарушение права на доступ к правосудию: глухота к доводам одной из сторон - пародия на правосудие, это имитация и профанация правосудия, это фактическое отсутствие правосудия. Это является ещё и нарушением действующего процессуального законодательства Российской Федерации: согласно Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ, "определение суда должно быть законным и обоснованным". Определение, игнорирующее доводы одной из сторон (без анализа и правовой оценки этих доводов), не является обоснованным и справедливым. Однако ко мне был применен необычный и произвольный подход, что также является нарушением ст. 6 Конвенции, а именно права на справедливый суд по гражданскому спору. Право на справедливое судебное разбирательство также предполагает право на справедливый результат или справедливое судебное решение. Право на справедливое судебное разбирательство не ограничивается процессуальными гарантиями, но распространяется также на окончательное судебное разрешение самого дела. Действительно, было бы абсурдно, если бы Конвенция обеспечивала надлежащее осуществление процессуальных действий при споре о праве или предъявлении уголовного обвинения и в то же время оставляла лицо, обратившееся в суд, или обвиняемого незащищенным относительно результата разрешения дела. Такой подход позволяет справедливому судебному разбирательству закончиться с явно необоснованным или несправедливым результатом. Чем он в итоге и закончился вынесением заведомо неправосудного определения.
Теперь о заведомости и умысле. Я утверждаю, что судьи Мильченко Л.А., Беленков В.И., Давыдова С.Ю., Бугрова С.С. вынесли заведомо неправосудное решение в корыстных целях. Они исполняли преступный заказ бывшего главы Солнечногорского района Попова В.Н. и губернатора Московской области Громова Б.В. по лишению нас нашей собственности.
Для лучшего понимания моих доводов приведу цитату из судебной речи знаменитого русского адвоката Плевако:
«Приходя к этому выводу, я руководился той аксиомой здравого смысла, которая ищет позднейшему факту причину в предшествовавших событиях; той аксиомой, которая заставляет применять к фактам человеческой жизни то же изречение, которое философ высказывает о движениях физического мира: «Вся наша жизнь насквозь сплошная причинность». Доказывая, что мир управляется божественной силой, Цицерон говорит : "Если бы взять и нарезать из дерева громадное количество букв и затем кидать их кучами на пол,- буквы падали бы в беспорядке и ничего бы собою не выражали. Но, если бы вы пришли и увидали их сложенными в такой порядок, что они составляли бы целую речь, образцовое произведение ораторского искусства,- вы бы ни за что не допустили тут случая, а искали бы Творца этой речи и крепко бы были убеждены в Его существовании. Воспользуйтесь этой мыслью в данном случае. Если вы видите, что отдельные, от общего порядка отступающие поступки Мельницкого 3 ноября слагаются в такую стройную систему действий, при предположении, что исчезновение денег есть преступление; если вы видите, что случайности составляют части целого плана,- тогда невольно в том, от кого зависят эти случайности, разум подсказывает видеть и виновника плана!".Вот и поговорим о поступках судей, которые я выстраиваю в определённый план.
О фактических обстоятельствах дела. По представленным мною доказательствам Вы можете установить, что вывод к которому пришла Мильченко и судьи Мособлсуда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Вывод о том, что спорная земля внесена акционерами в уставной капитал и является собственностью акционерного общества. Я уже упоминал судебное решение от 21.09.2001 года, которое выносила та же Мильченко. В этом решении она уже установила, что спорная земля по-прежнему является государственной собственностью. Это факт подверждает заведомость вынесения Мильченко неправосудного решения. Ведь она вынося свои решение и от 7.12.2001 г. и от 22.03.2002 г. она прекрасно осознавала, что спорная земля по-прежнему является государственной собственностью и ни в каком уставном капитале её нет.
То же самое можно сказать и про судебную коллегию Мособлсуда. Ведь этот же состав коллегии рассматривал кассационную жалобу главы Солнечногорского района на решение суда от 18.07.2001 года. И признал решение от 18.07.2001 г. законным и обоснованным. А через четыре месяца признал законным и обоснованным уже другое решение, которое противоречит установленным фактам в решении от 18.07.2001 г. Мне могут возразить, что возможно судьи ошиблись. Нет это не ошибка потому что судьи даже не обьяснили почему произошёл такой поворот на 180 градусов.
В обоих решениях Мильченко пишет, что «суд тщательно изучив собранные по делу доказательства……». А тщательно ли? А вот свидетельские показания конкурсного управляющего, которые были зафиксированы в судебном решении от 18.07.2001 г. она, как и коллегия почему-то не изучила. Цитирую: «При этом конкурсный управляющий пояснил, что по решению арбитражного суда МО от 27.07. 2000 возбуждено производство по делу о признании ЗАО «Истро-Сенежское ППО» несостоятельным(банкротом) и установлено конкурсное производство, земля в собственность АОЗТ/ЗАО «Истро-Сенежское ППО» не передавалась и до настоящего времени является муниципальной собственностью.» Не дана оценка этим свидетельским показаниям. А ведь и Мильченко и коллегия знали об этих показаниях. Это ещё одно доказательство того, что судьи вынесли заведомо неправосудное решение.
После вынесения решения от 7.12.2001г. я подал ходатайство Мильченко о рассмотрении моего иска до рассмотрения кассационной жалобы на это решение. В этом ходатайстве изложены все мои доводы по подтверждению моей правоты. Это же ходатайство я направил и в кассационную инстанцию. А в решении по моему иску Мильченко написала, что всем моим доводам дана оценка в решении от 7.12.2001 г. Вы можете сами выяснить по моему ходатайству от 17.12.2001 г. дана ли оценка моим доводам в решении от 7.12.2001 г. И убедитесь, что не дана. И убедитесь, что Мильченко и коллегия прекрасно осознавали, что оценка моим доводам в судебном решении не дана. Они заведомо знали, что отказав мне в рассмотрении моего требования на том основании, что решение от 7.12.2001 г. имеет в отношении меня преюдициальное значение, они лишают меня права на судебную защиту.
Судьи Мособлсуда не отреагировали на моё ходатайство. Это ещё раз подтверждает заданность их действий по вынесению заведомо неправосудного определения. А вот Мильченко ответила. Я прошу Вас дать оценку этому ответу от 21.01.2002 г. Этот ответ по своей абсурдности говорит, что действия Мильченко граничат с невменяемостью. А как ещё это можно назвать? Ведь этот ответ на моё ходатайство писала высококвалифицированный юрист. Этот ответ Мильченко от 21.01.2002 г. подтверждает, что Мильченко сознательно предпринимала все действия для того, что бы вынести заведомо неправосудное решение. Прошу Вас дать оценку ответу Мильченко от 21.01.2002 г. и игнорированию моего ходатайства от 17.12.2001 г. судебной коллегией Мособлсуда при рассмотрении моей кассационной жалобы на решение суда от 22.03.2002 г.
Ну и ещё один довод. Я ещё раз акцентирую Ваше внимание на факте отказа в рассмотрении моего требования на том основании, что есть уже вступившее в законную силу решение суда от 7.12.2001 г., которое имеет преюдициальное значение. Судьи признали, что рассмотрение судом вопроса о моих правах без моего участия это законно. И это не судебная ошибка. Или эти судьи не высококвалифицированные юристы, которые не знают таких элементарных вещей. Нет судьи всё прекрасно знали. Это ещё одно доказательство вынесение ими заведомо неправосудного решения.
Прошу Вас возбудить уголовное дело против судьи Солнечногорского суда Мильченко Л.А., судей Московского областного суда Беленкова В.И., Давыдовой С.Ю., Бугровой С.С. по статье 305 УК РФ «Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта».

19 июля 2007 года