Моё мнение
Мананникову предьявили обвинение по ч. 2 ст. 297, ч. 3 ст. 298 и по ст. 319. 297 это оскорбление судьи. 298 клевета на судью. 319-оскорбление представителя власти.
Сейчас я буду разбирать только обвинение по ст. 297 и по ст. 319, а это есть оскорбление.
А какие вопросы поставили следователи перед экспертом:
1.«Имеются ли в представленных текстах слова, фразы, содержащие негативную оценку судьи Шишкиной М.А. и следователя Гусаковой Г.А.?»
2..« Имеются ли в представленных текстах слова, фразы, содержащие негативную оценку действий судьи Шишкиной М.А. и следователя Гусаковой Г.А.?»
Что же тогда следователи хотят доказать ставя такие вопросы? Что распространять информацию содержащую негативную оценку судей нельзя. Но ведь нет такой статьи, нет такого состава преступления. Есть оскорбление. А что такое оскорбление? Оскорбление это унижение чести и достоинства лица, выраженное в неприличной форме.
Гевко ссылается на Баранова А.Н. Вот и давайте поглядим, что Баранов говорит по этому поводу. Это из его экспертизы по делу Киркорова:
"С семантической точки зрения, оскорбления содержит два важнейших компонента. Во-первых, адресату оскорбления приписывается какая-то отрицательная характеристика (вне зависимости от того, соответствует это реальности или нет). Во-вторых, эта отрицательная характеристика вербализуется (выражается) в неприличной форме. К неприличным относятся обсценные (нецензурные) слова и устойчивые обороты (идиомы), некоторые метафоры фауны (например, свинья, козёл), неологизмы, образованные в результате языковой игры и содержащие аллюзию на неприличные или обсценные слова (например, демократ) и некоторые другие типы лексем.
С точки зрения теории речевых актов, оскорбление представляет собой особый тип речевого акта, использование которого предполагает выполнение целого ряда условий. Условие назначения речевого акта является важнейшим условием, в котором отражается коммуникативная направленность речи говорящего, его коммуникативные цели на данном этапе беседы.
Речевой акт оскорбления по своим свойствам близок и акту утверждения, и акту побуждения. С актом утверждения его сближает наличие условий назначения «данный акт рассматривается как сообщение о действительном положении вещей» и «характеристика вводится в общее поле зрения говорящего и слушающего». С другой стороны, в классическом понимании оскорбление предполагает непосредственную реакцию адресата – от вызова на дуэль до физического противостояния.»
Ну то что в высказываниях Мананникова присутствует отрицательная характеристика этого он и сам отрицать не будет. Ещё раз говорю, что состава преступления это не образует. Вот когда к отрицательной характеристике добавляется и неприличная форма вот тогда и образуется состав преступления. Кроме вопросов о негативной оценки деятельности Шишкиной и Гусаковой следователи должны были поставить перед экспертом вопрос: А была ли в высказываниях Мананникова неприличная форма? Без этой второй составляющей осуждение Мананникова будет самым настоящим произволом. Его по сути осудят за негативное высказывание о правоохранительных органах, а это у нас запрещено. Об этом прямо пишет в своей экспертизе Гевко: «То есть действия следователя представляют собой, с точки зрения адресанта, регулярное несоблюдение законных норм и требований, негативно характеризуют Гусакову как следователя.» Вот так то регулярное несоблюдение законных норм и требований негативно характеризуют Гусакову как следователя. Об этом никак нельзя писать, а тем более через сеть Интернет. Вот это больше всего беспокоит эксперта, да и следователей с судьями тоже, то что о несоблюдении ими законных норм и требований становится известно всем. Вот этого они боятся больше всего.
Ну и для сравнения я приведу вопросы, которые были поставлены перед Барановым в том деле Киркорова. Не все вопросы я приведу так как там есть ненормативная лексика.
Вопросы лингвистического исследования:
1. Предполагает ли оскорбление какого-либо лица приписывание ему каких-либо характеристик? Какова цель оскорбления? Приписываются ли какие-либо характеристики И. Ароян в следующих фразах из пресс-конференции Киркорова:
— (1) Ф. Киркоров: Меня раздражают Ваша розовая кофточка, Ваши сиськи и Ваш микрофон.
— (2) Ф. Киркоров: А? Да мне… да мне по-...., как Вы напишете… Так же, как и Вы… Я не люблю непрофессионалов! Непрофессионалам тут делать нечего!
— (3) И. Ароян (презрительно): А вы научитесь себя вести. «Звезда».
Ф. Киркоров (рифмуя): Да… ........!
4. Можно ли квалифицировать слово сиськи в следующем ниже контексте как неприличное?
— (5) Ф. Киркоров (обращаясь к И. Ароян): Я не хочу, чтобы Вы меня фотографировали. Вы мне надоели. Меня раздражают Ваша розовая кофточка, Ваши сиськи и Ваш микрофон.
5. Каково значение слова подворотня в следующем контексте:
— Ф. Киркоров: На пресс-конференцию к звёздам нужно приходить подготовленными, а не так, как вы – вчера у подворотни, а сегодня здесь, на втором ряду.
Можно ли считать, что оно используется для оскорбления адресата данной реплики?»
И Баранов в той экспертизе ничего оскорбительного в фразах Киркорпова практически не нашёл.
Читатель может судить сам какие вопросы поставлены перед экспертами и в первом и во втором случае. Просто в первом случае виден непрофессионализм следователей, да и не особо они беспокоятся о своём профессионализме потому что знают, что любую их лабуду наш суд узаконит.
А цель и у экспертизы и у уголовного дела возбуждённого против Мананникова запугать граждан России, что бы они даже и не думали что либо негативное писать про наши правоохранительные органы, а тем более в интернете.
Ну и про саму экспертизу мне есть что сказать, она такая же безграмотная, как и вопросы следователя.
Может ещё и скажу. Посмотрим как дело будет далее развиваться.
|