http://www.istpravda.ru/chronograph/3688/
Со стороны отца Пушкин принадлежал к старинному дворянскому роду, происходившему, по сказанию родословных, от выходца "из немец" Ратши. Лишь представитель шестого поколения после Ратши, Григорий Александрович, носил прозвание Пушки, откуда пошла и фамилия Пушкиных. Дальнейшая история этого рода не блистала крупными именами, хотя имя Пушкиных нередко попадается в разных актах: Пушкины были служилыми дворянами, исполняли иногда ответственные поручения и обязанности, но никогда не возвышались до первых мест в государстве. По знатности Пушкины принадлежали к аристократии, имевшей в XVI веке право на получение чина окольничего; таких родов было всего 15. Среди предков поэта были и наместники, и думные дворяне, и воеводы, и стольники, и сокольничие. Особенно живое участие в делах государства обнаружил род Пушкиных в Смутное Время. В избрании на царство Романовых принимали участие многие представители этого рода.
При Петре род Пушкиных теряет значение вследствие того, что некоторые из Пушкиных были противниками Петровских реформ. Опале подвергается род Пушкиных и при вступлении на престол Императрицы Екатерины: дед поэта, Лев Александрович, за верность Петру III был в 1762 году посажен в Шлиссельбургскую крепость, где он провел более двух лет.
Родословная матери поэта была не так велика. Родоначальником фамилии Ганнибалов был Абрам Петрович, арап и крестник Петра Великого. Он начал службу в гвардии, в 1742 году был произведен в генерал-майоры и назначен Ревельским обер-комендантом; в 1762 г., за старостью, был уволен от службы в чине генерал-аншефа.
Из пяти сыновей его младший, Иосиф, был родной дед поэта по матери: "Африканский характер его", "пылкие страсти, соединенные с ужасным легкомыслием", по словам поэта, предали его всякого рода диким увлечениям и излишествам и сделали ужасом семьи. Он был женат на Марии Алексеевне Пушкиной и при живой жене, сказавшись вдовцом, обвенчался со вдовой капитана У. Е. Толстой. Это двоеженство кончилось уголовным процессом, причем Ганнибал был разведен со второю женой и сослан — сначала на службу в Средиземное море, а затем в его село Михайловское.
Мать поэта, Надежда Осиповна, была дочь Ганнибала от первой жены. Тяжелое семейное положение, конечно, объясняет и многие недостатки характера Надежды Осиповны. По натуре своей не будучи доброй, она отличалась вспыльчивостью, эксцентричностью и порою могла быть злой и жестокой даже по отношению к детям. К младшим сыновьям она относилась со страстностью и любовью, к старшему Александру — с равнодушием и холодностью, считая его психованным и несимпатичным ребенком. Однажды она целый год не разговаривала с Александром, изобретая специально для него особые наказания, призванные ограничить его «гиперактивность».
Отец же поэта, Сергей Львович, был душой светского общества Москвы. В расцвете сил и здоровья он вышел в отставку, поселился в центре Москвы и зажил там беззаботной жизнью русского барина. Он был создан для гостиной, блистать в обществе было его главной заботой. Он был душою "общества", в декламации французских стихов у него не было в тогдашней Москве соперников; также он сам ставил дома любительские спектакли. Зуд к стихотворству был тоже одной из его многочисленных слабостей: особенно писание французских стихов было любимым его развлечением. Впрочем, увлечение стихотворством было тогда модой вообще, а в семье Пушкиных в частности. Дядя поэта, Василий Львович, был в свое время очень известным поэтом, а поэтическая страсть распространилась даже на прислугу: так, камердинер Никита Тимофеевич сочинил даже балладу из сказок о Соловье-Разбойнике и богатыре Еруслане Лазаревиче.
Воспитанием же Пушкина занимались гувернеры. «Отец, конечно, меня любил, но вовсе обо мне не беспокоился и оставил меня на попечение французов, которых беспрестанно принимали и отпускали, - позже писал Александр Сергеевич. - Первый мой гувернер оказался пьяницей; второй, человек не глупый и не без сведений, имел такой бешеный нрав, что однажды чуть не убил меня поленом...».
На этом фоне безотрадного детства поэта светлыми образами встают образы его бабушки, Марии Алексеевны Ганнибал, и старухи-няни, Арины Родионовны, которую он звал «мамушкой». Быть может, сердечность этой простой русской женщины и спасла нежное, любящее сердце поэта от раннего озлобления, от тягостного сознания несправедливости человеческой. Поэт отплатил своей няне теплой привязанностью, которую он сохранил в течение всей своей жизни. Он посвятил Арине Родионовне немало стихов, тогда как своим родителям – ни одного...