*249. Судьба оппозиции

[Владимир Милов]

http://besttoday.ru/read/2364.html
14.09 00:25

Предстоящие парламентские и президентские выборы ставят перед внесистемной оппозицией исторический водораздел: хочет ли она дальше продолжать бороться, чтобы выйти из маргинальной ниши, добиваться реальных политических целей и оказывать реальное влияние на происходящее в стране. Или, обидевшись на отказ в регистрации Парнаса, забрать свои игрушки и объявить обидчику «бойкот».

Грустно смотреть, как многие коллеги по оппозиции стремительно откатываются на обочину национального политического процесса, самоустраняясь из легальной политики и погружаясь в пучину разного рода «неучастий» и «бойкотов».

Самое неприятное, что ведь всё это в нашей недавней истории уже было.

Я хотел бы напомнить о примере мощнейшей подпольной оппозиционной организации советского времени – Народно-трудовом союзе российских солидаристов (сокращенно НТС).

НТС был не чета нынешним оппозиционным организациям. Членами НТС, который иначе как «диверсионной фашистской организацией», в СССР не именовался, были люди несгибаемой воли, готовые не только на тюрьму, но и на смерть ради своих идеалов. Многие из них, кстати, и были убиты террористами КГБ за рубежом. НТС был самой массовой и сплоченной оппозиционной организацией в СССР (не считая, наверное, лишь Прибалтики). Созданный эмигрантами второго поколения, НТС к середине 1980-х имел сплоченную и боевую организационную структуру, значительные финансовые ресурсы. Действуя за рубежом легально, а в СССР до 1987 г. подпольно, НТС распространял реально тонны агитационной продукции (печатавшейся за рубежом и подпольно доставлявшейся в СССР, в частности, на воздушных шарах), издавал сотни книг и регулярный журнал «Посев», имел собственные офисные помещения и даже издательство в собственности в ФРГ, наладил хороший сбор средств. Членами НТС были, к примеру, такие люди, как погибший в советских лагерях диссидент Юрий Галансков, или писатель Василий Аксенов.

По сути, в Советском Союзе НТС играл ту же непримиримую роль, что и внесистемная оппозиция в сегодняшней России. Эту оппозицию в политику не допускали, всячески преследовали, но, несмотря на все трудности, она продолжала организованную борьбу с советским режимом.

В конце 1980-х преследование НТС на территории СССР было де-факто прекращено, и организация получила возможность вести официальную деятельность в стране.

И что?

Организация полностью погубила себя, самоустранившись от участия в приоткрывшейся официальной политике. НТСовцы считали перестройку спецоперацией КГБ, и заняли сектантскую позицию неучастия в выборах народных депутатов СССР и РСФСР, ссылаясь на их недемократичность. И действительно, те выборы сложно было назвать демократическими – к примеру, для выдвижения кандидата требовалось согласие трудового коллектива или общественной организации, а все предприятия были государственными, а организации – вроде ВЛКСМ или ВЦСПС. Многие оппозиционеры получали отказ в регистрации.

В документах НТС «Не надеяться, а действовать» (1987), «Не перестраивать, а строить заново» (1988), «Наша политическая программа» (1990), прослеживались мысли, очень похожие на рассуждения сегодняшних апологетов «бойкота» и «неучастия в нелегитимном фарсе». К примеру, в «Нашей политической программе» говорилось:

«…Повсеместно провести свободные выборы - конечная цель переходного периода. Свободные выборы станут возможными, когда не будет КГБ, когда наследники КПСС перестанут обладать финансовыми и политическими привилегиями властвования, когда у всех партий будет равный доступ к средствам массовой информации, равная возможность владеть газетами и типографиями, следить за ходом выборов и создавать свои организации. В Уставе НТС сказано, что первоочередная задача Союза “активно содействовать переходу страны от однопартийной диктатуры к условиям, при которых станут возможны свободные выборы, и что на таких выборах Народно-Трудовой Союз российских солидаристов как организация выдвинет своих кандидатов на выборные должности в систему местной и центральной власти. Однако НТС - неполитическая партия периода перестройки, и участия в политических битвах на верхах власти сегодня не принимает по той простой причине, что мы вышли из подполья, а не из правящего слоя, на уровне которого эти битвы идут. Наше время - в будущем, и наша основная задача - задача созидания, участия в устройстве российского будущего на началах права, свободы и солидарности. Справиться с этой задачей, завоевать себе авторитет, получить поддержку в народе, мы сможем, только начиная уже сегодня с “малых дел” на местах: дел конструктивных, приносящих видимую пользу людям. На их основе можно будет создать как подлинно народное самоуправление, так и политическую силу, способную вывести страну из хаоса…»

То есть – вот когда будут по-настоящему свободные выборы, вот тогда мы примем в них участие и возглавим страну, а пока, пролетая над Парижем, посылаем весь этот нелегитимный фарс к соответствующей матери.

Ну прямо в точности аргументация нынешних апологетов «бойкота».

А в то время, как НТСовцы строго блюли обет политического воздержания – точь-в-точь – как сегодняшние «нах-наховцы» - Борис Ельцин и «Демократическая Россия» пошли на эти несвободные, нелегитимные выборы, при наличии КГБ, отказов в регистрации и всех прочих ограничений, которыми так был озабочен НТС. И выиграли. А НТС был забыт – хотя до начала перестройки был самой мощной оппозиционной организацией. Даже после 1991 г., когда были выполнены все формальные требования НТС, никакого «будущего» для НТС не наступило. Они остались прошлым. Пусть героическим, но прошлым.

В 2000-м, в канун 70-летия создания НТС, очевидцы вспоминали об НТСовцах:

«В конце 80-х в Париже я познакомился с лидерами НТС. После расспросов о делах межрегиональной депутатской группы и тоста "за успех безнадежного дела" последовал главный вопрос: когда же, наконец, съезд народных депутатов поставит вопрос о передаче власти в стране Народно-Трудовому Союзу? …Ведь мы готовы управлять страной. У нас есть структура, программа выхода из кризиса, кадры. Почему же нас не приглашают? " - жаловались энтеэсовцы.»

Читая и вспоминая это все, невозможно отделаться от аналогий со многими коллегами по нынешней оппозиции.

Полагаю, что это больше, чем аналогия. Я больше чем уверен, что в самое ближайшее время нас ждет окончательное отделение «первых ступеней» - те оппозиционеры, которые не в состоянии будут найти себя в новой политической реальности, окончательно потеряют влияние. Они не уйдут совсем – будут писать великолепные обличительные памфлеты в блогах и на небольших оппозиционных сайтах. Это же ведь все умные и талантливые люди.

Но политика не прощает нерелевантности к текущему моменту. Если большинство населения страны не воспринимает выборные процедуры как нелегитимные, а на самих выборах есть хоть какое-то пространство для маневра – значит, надо действовать.

Те, кто выбирает высокомерный протест и горделивое ожидание светлых времен в полном одиночестве – обречен. Выяснится всё буквально 5 декабря, когда мы узнаем, что процент недействительных бюллетеней по стране – равен или меньше 1%. Второго раза подряд – после опыта 2007 года – авторитет оппозиционеров, призывающих к бойкоту, не выдержит. Их просто перестанут слушать.

Да уже перестают – звонят, пишут, возмущаются, плюются. Можно проследить динамику: опрос на «Эхе» от 4 июля – чуть более 50% за голосование по «варианту Навального», совсем недавний опрос – уже почти две трети. Динамика мнений целевой аудитории – явно не в пользу «бойкотчиков», их аргументы явно не оценили.

Печальная судьба.

Но не время лить слезы – время работать. Впереди парламентские и президентские выборы. Надо действовать – агитировать за «вариант Навального» при голосовании на выборах в Госдуму 4 декабря, выдвигать кандидата от оппозиции на выборах президента.

[Владимир Милов]

Vedomosti.ru

13.10.2011, 00:51


К возвращению Путина в президентское кресло многие, даже его ненавистники, относятся с благоговейным ужасом, ожидая беспрепятственного ужесточения контроля над страной, безграничной власти на 12 лет вперед в условиях полной народной поддержки.

Между тем последние недели показывают, что Путин, которому осталось меньше года до пенсии, уже вовсе не тот, что раньше. Почти ничто не свидетельствует о его прежней силе и способности контролировать ситуацию. Зато, наоборот, чуть ли не каждый день мы видим, как Акела промахивается. То его пресс-секретарь признается, что история с «нахождением амфор на дне Таманского залива» была позорной постановкой. То ответ Путина на вопрос писателя Захара Прилепина о Gunvor и «Транснефти» покажет, что Путин не владеет элементарной информацией. То на форуме «ВТБ капитала» он откровенно разочарует банкиров штампованными формулировками и отсутствием конкретики.

Есть и более серьезные признаки деградации. Перед лицом второй волны мирового экономического кризиса — необъяснимая сдача старого союзника Кудрина в результате какой-то аппаратной разводки и обещание назначить премьером Медведева, мало что смыслящего в экономике, о недееспособности которого ходят легенды. Это уже не шутки.

Путин печатает программную статью в «Известиях» об интеграции со странами бывшего СССР, где хвастается тем… что теперь не придется обустраивать границу со Средней Азией, жители которой смогут свободно устраиваться на работу в России! И это на фоне растущей озабоченности населения притоком азиатских мигрантов, выливающейся в протесты на Манежной и т. д.

После чего путинский пресс-секретарь заявляет, что не боится сравнений с Брежневым, так как Брежнев — это хорошо. Это уже запредельная неадекватность: едва ли так удастся соблазнить ностальгирующих по СССР, бесконечно далеких и от Брежнева, и от Путина, и предпочитающих скорее Сталина. А вот разумным людям, подозревающим, что возвращение Путина грозит скатыванием в застой наподобие брежневского, подан четкий сигнал: да, это и есть наш план.

Возвращение Путина всегда трактовалось политологами как триумф проекта «сильный президент», выход на бис главного политического мачо. На практике никакого сильного президента нет и в помине — перед нами расслабившийся за годы вседозволенности без пяти минут пенсионер, давно разучившийся понимать свою страну, не умеющий разговаривать с ней иначе как посредством постановочных телешоу, не чувствующий ситуации в России и уже на старте кампании делающий ошибки, непозволительные для первокурсника.

Не надо бояться возвращения такого президента. Надо активнее бросать ему вызов. Первое столкновение с реальностью для него наступит уже в декабре, когда его партия потеряет конституционное большинство в Думе. На этом закончится история о том, что «Путин в России может все».

Автор — российский политик

[Владимир Милов]

http://www.echo.msk.ru/blog/milov/821532-echo/
17 октября 2011, 17:41
Несколько слов по итогам субботней конференции «Демвыбора», получившей название «2012». «Субботнее мероприятие движения «Демвыбор» мало напоминало традиционный съезд оппозиции – в зале пятизвездочного отеля 200 делегатов, преимущественно мужчин в деловых костюмах, обсуждали кризис нынешней власти» - написала одна из газет, от души меня повеселив. И, в общем, это было правдой.

Действительно, «Демвыбор» проводит уже вторую публичную конференцию, и, на наш взгляд, нам удалось задать новый стандарт проведения оппозиционных мероприятий: вместо унылой тусовки перманетных «плачущих оппозиционеров» с бессмысленной демагогией про «демонтаж нелегитимного режима» и «вывод миллионов на улицы» – серьезный и уважительный разговор о будущем между деловыми людьми, понимающими, для чего они здесь собрались, и обладающих видением того, что нужно делать.

Много кого мы позвали выступить – Навального, Гонтмахера, Кынева, Иноземцева, Михаила Дмитриева (президент Центра стратегических разработок, автора нашумевшего весной доклада «Политический кризис в России и возможные механизмы его развития»), «облачного демократа» екатеринбуржца Леонида Волкова, бывшего лидера Московского СПС (активно противостоявшего линии Чубайса-Гозмана на сотрудничество с Кремлем) Владлена Максимова, и многих других. Для меня особо интересной была сессия с участием представителей молодого поколения политиков, которые, я уверен, скоро выйдут на первый план в российской политике – пора уже, старые лидеры засиделись на своих местах.

Мы хотели честно поговорить не о том, как в стране все плохо, а о том, что же делать. Мы – люди действия. Подавляющее большинство участников конференции этим настроем прониклись, дискуссия получилась очень живой и энергичной. Ведущий одной из сессий Константин Эггерт сказал мне, что это лучший оппозиционный форум, который он видел – таким же мнением делились и многие другие участники.

Выступление Алексея Навального на сайте «Эха» уже разместил Олег Козырев, а вот мое:


Говорили на форуме в том числе и о пресловутом «русском вопросе», у нас в гостях были представители русского национального движения. Все еще раз убедились, что вампирских клыков у них нет, что с ними можно вести нормальный диалог, а вот спрятаться от национального вопроса в политической жизни не удастся – о чем я говорил в своем выступлении. (Мою позицию по этому вопросу можно подробнее прочитать здесь.)

Одна из принципиальных вещей, которые мы с коллегами по «Демвыбору» заявили на конференции – будем продолжать попытки официально зарегистрировать независимую оппозиционную партию для участия в выборах. «Парнас» с этой дорожки окончательно свернул – отказался повторно подавать документы в Минюст, радикально перекроил устав и состав руководства так, что теперь они не имеют ничего общего с документами, поданными в мае в Минюст – так что теперь, даже если представить себе, что партию восстановят по суду, возникнет неразрешимая организационная неразбериха по поводу того, что именно восстановили и соответствует ли этому «Парнас» в его нынешнем виде. Ну и людям, конечно, не нравится, что нынешние лидеры «Парнаса» столь жестко натягивают партийный актив на поддержку генеральной линии «бойкота» - линии, непопулярной в самой партии, но насаждаемой сверху руководством.

Раз так – значит, партию будем регистрировать, но уже без «бойкотчиков», тем более что их антирейтинги серьезно отпугнули людей с протестными настроениями от «Парнаса» весной – для меня это стало крупнейшим откровением и разочарованием.

По моему убеждению, из многих людей, которые 15 октября были в зале нашей конференции и выступали, получилась бы отличная, сильная и независимая правая партия. Надеюсь, так и будет. Первая конференция «Демвыбора», состоявшаяся в июне 2010 года, как известно, окончилась созданием новой партии.
Собственно, ответ на вопрос «Что дальше?», на мой взгляд, простой – ни в коем случае не раскисать, забыть про мантру «Путин на 12 лет» - Путин уже не тот, что раньше, не надо его бояться – нужно активнее бросать ему вызов, нужно бороться за право участия в выборах, бороться за право представлять интересы граждан в легальной политике. Об этом я говорил в своем выступлении.

Очень продуктивная, живая и свежая конференция – сильно отличающаяся от стандарта прежних лет. Будем выкладывать видео всех выступлений в нашем ЖЖ-сообществе и канале на Youtube.

Смотрите, слушайте. Традиционные представители секты «профессиональных революционеров» сейчас привычно выльют на «Демвыбор» тонны грязи, но многие люди уже начали понимать, что в стране есть не только старая и привычная «оппозиция бойкота», но и новая, молодая, деловая и энергичная оппозиция – уверен, ее ждет большое будущее. Присоединяйтесь к нам.

Отдельное спасибо «Эху Москвы» за освещение нашей конференции.

[Владимир Милов]

http://www.vedomosti.ru/opinion/news...tvetstvennosti
Vedomosti.ru

26.10.2011, 00:11

Статья


От обилия актуальных политических событий, которые необходимо прокомментировать, глаза разбегаются. Но сегодня стоит вспомнить об одном важном историческом событии, оказавшем определяющее влияние на новейшую историю нашей страны.

20 лет назад на этой неделе в Москве открылся V съезд народных депутатов РСФСР, которому президент Борис Ельцин предложил свою программу неотложных экономических реформ. Первым пунктом этой программы значилась немедленная либерализация розничных цен с 15 декабря 1991 г. Егора Гайдара тогда еще не было в правительстве: он будет назначен туда только в ноябре.

Предложение Ельцина о форсированной либерализации цен было одобрено 878 голосами «за», и только 16 депутатов голосовали против. Против не выступила ни одна организованная политическая сила. Не нашлось ни одного Явлинского, Илларионова, Лужкова и других, которые вышли бы тогда на трибуну съезда и сказали: остановитесь, одумайтесь, что вы делаете, это все неправильно, у нас есть другая программа действий! Нет, такого не было. Массовая критика «шоковой терапии» началась много позже — наш мужик, как известно, силен задним умом.

Похожая история случилась в декабре с ратификацией Беловежских соглашений о роспуске СССР: толпа рвущих на себе рубаху «категорических противников развала великой страны» нарисовалась потом, а 12 декабря 1991 г. против ратификации соглашений проголосовало всего семь депутатов Верховного совета РСФСР из 250.

Вообще-то голосование на V съезде народных депутатов РСФСР должно стать краеугольным камнем учебников истории, анализирующих российские реформы 1990-х. С этого голосования все началось, оно сделало все последующие действия реформаторов легитимными (Борису Ельцину тогда были еще и предоставлены особые полномочия сроком на год).

Но этой информации днем с огнем не найдешь — даже в интернете. Про тот съезд нет даже отдельной статьи в Википедии.

К чему это я? К тому, что в решающие моменты российской истории очень многие из тех политиков, кто в относительно спокойной обстановке по разным поводам гордо выпячивает свою грудь, вдруг как по мановению волшебной палочки превращаются в послушное стадо и прячутся за спины тех немногих, кто решается взять на себя ответственность. А потом, когда станет полегче, выходят из-за спины и начинают во всеуслышание заявлять о своем «принципиальном несогласии».

В ближайшие годы нашу страну ждут трудные времена, возможны неожиданные исторические повороты. В эти времена важно помнить об опыте и ошибках 1991-го. И очень важно, чтобы нашлись политики, которые не испугаются брать ответственность на себя. Если в такой момент у нас не окажется никого, кроме стада фрирайдеров, нагулявших жир за время путинской «стабильности» и разучившихся мыслить и действовать самостоятельно, ничего хорошего это нам не сулит.

Автор — российский политик

[Владимир Милов]

http://www.echo.msk.ru/blog/milov/741352-echo/

Четверг, 13.01.2011 10:36
13.01.2011 | 10:36

Я вчера около четырех часов провел в Тверском суде, где рассматривалась апелляция Немцова на его незаконный арест на 15 суток.
У меня иллюзий не было с самого начала – у Бориса, по-моему, тоже. Но, тем не менее, это был важный этап в установлении истинной сущности путинского правосудия, который необходимо было пройти. Вкратце суть ситуации:

На стороне обвинения были:

– показания двух ментов (или представившихся ментами), сказавших, что задерживали Немцова, хотя на самом деле они его не задерживали и никто их не видел, на фотографиях и видео задержания их нет, зато четко видно, что Немцова задерживают другие люди;

– суть показаний – Немцов «оказывал сопротивление милиции», «выкрикивал антиправительственные лозунги», «выкрикивал нецензурные ругательства в адрес (почему-то?) президента Российской Федерации Медведева», «призывал людей собираться на несанкционированный митинг» (на мой взгляд, ничего из этого само по себе не заслуживает ареста, тем более на 15 суток);

На стороне защиты:

– показания 13 гражданских лиц, включая таких уважаемых, как народная артистка России Наталья Фатеева, о том, что Немцов в момент задержания никаких нецензурных выражений и антиправительственных лозунгов не выкрикивал, уходил с разрешенного (!) митинга, задержанию не сопротивлялся;

– видеозапись и фотографии, подтверждающие показания гражданских свидетелей.

Тем не менее, показания всех (!) гражданских свидетелей на заседании суда 2 января, где судья Боровкова присудила Немцову 15 суток ареста, были проигнорированы (основание – «они знакомы с Немцовым»), а показания лжесвидетелей, совравших, что «задерживали Немцова», были приняты как единственное (!) доказательство его вины.

При этом:

– никто из сотрудников милиции, реально принимавших участие в задержании Немцова и запечатленных на видео и фото, в суд вызван не был;

– видеозапись и фотографии судья отказалась приобщить к делу в качестве доказательств.

Ну и все такое прочее.
Такое вот правосудие у нас. Попадете в какой-либо конфликт с властью – готовьтесь.

Сегодня судья в течение 4-х часов выслушивала аргументированные доводы защиты, показания дополнительно вызванных в суд свидетелей – например, оператора Петра Царькова, снявшего видео задержания Немцова, из которого очевидно, что никакого сопротивления сотрудникам милиции он не оказывал.

После четырехчасового заседания судья Сташина – это та самая, которая в свое время оставила в СИЗО тяжело больного Сергея Магнитского, ну и вообще на ее счету много разных художеств – удалилась для вынесения приговора, после чего стало известно, что приговор Немцову оставили в силе и сидеть он будет до вечера субботы.

Хотя в ходе рассмотрения дела судья мало чем выказывала свои намерения, кое-какие сигналы все-таки были.
Например, когда Немцов рассказывал про издевательства над ним в первые двое суток задержания (его заточили в небольшую камеру – бетонный мешок полтора на три метра без мебели, матраса и нормального света, а в зале суда почти пять часов не давали сесть, отказывая в требовании принести ему стул) судья Сташина задала поистине издевательский вопрос: скажите, а вы заявляли письменное ходатайство с просьбой предоставить вам стул?

Ну, как бы в этот момент все начало становиться ясно.

И решение суда оказалось сегодня соответствующим.

Я рад был видеть Бориса Немцова в бодром расположении духа, полным решимости продолжить свою борьбу после выхода из-под ареста.
Те, кто хотел таким образом сломить его боевой дух, – как и следовало ожидать, просчитались.

Позор судье Елене Сташиной.

Позор Марине Литвинович и другим блоггерам, внесшим свою лепту в интернет-травлю Немцова путем соучастия в раскрутке грязных нашистских провокаций против него.

Сегодня также пришли новости о том, что одному из лидеров российских националистов Владимиру Тору, только позавчера вышедшему на свободу после отбытия 10-дневного ареста и вчера вновь арестованному, впаяли второй (!) подряд административный арест, теперь уже на 15 суток.
Тора вчера арестовали, когда он не то что не совершал никаких противоправных действий, а вообще давал интервью журналисту.

То, что творят власти в отношении оппозиции, – полный беспредел.
Немцов, Тор, Лимонов и другие политзаключенные должны быть немедленно освобождены.

Кстати, позор так называемым «правозащитным организациям», устроившим тут непристойный карнавал по поводу признания/непризнания Владимира Тора и ряда других оппозиционных политиков политзаключенными.

Да идите вы к черту, горе-правозащитнички.
Мы без вас разберемся, кто политзаключенный, а кто нет.

Коллеги, нас очевидно хотят не только запугать, но и оторвать от нормального хода нашей политической деятельности, втянуть в циклическую гонку «арестовали – вышли на акцию протеста в защиту арестованных – опять арестовали – опять вышли на акцию протеста – опять арестовали» и т.п.
Отнять у нас силы, энергию, ресурсы на борьбу с этой вновь развернувшейся волной репрессий.

Мы не должны позволить это сделать.
Мы должны довести до конца главный проект этого года, успехов в продвижении которого ждут от нас наши сторонники – участие в парламентских и президентских выборах. Арестами и кампанией запугивания нас с этого пути не свернут.

[Владимир Милов]

http://www.echo.msk.ru/blog/milov/838608-echo/

12 декабря 2011, 17:14
После оглушительного субботнего митинга на Болотной (слава Богу, что он получился мирным, и у организаторов хватило ума не устраивать провокаций, как в прошлый раз – призывы были услышаны) в воздухе повис вопрос: а что дальше?

В своей сегодняшней статье в Газете.ру я свой взгляд на вещи подробно изложил, повторяться не буду. Здесь хотел бы акцентировать внимание на одной важнейшей вещи.
Президентские выборы. Это должна быть сейчас основная цель. Все остальное – ерунда. Итоги выборов в Госдуму никто не отменит, да это и ни к чему. А вот бить эту власть на выборах – даже нечестных «чуровских» - мы уже научились. Если мы отвлечемся на другие цели, и Путин возьмет реванш в марте – это может серьезно отодвинуть перемены в стране. А мы, с другой стороны, можем добиться и второго тура, и более серьезного поражения Путина. Что делать – см. текст по ссылке. Президентские выборы, 4 марта – вот что сейчас главное. Нанести новый удар по Путину. Мы уже открыли запись наблюдателей на выборы – собираемся с новой силой бороться против фальсификаций на участках, записывайтесь! Арифметика четкая – на участках, где наблюдатели смогли отстоять результат (у нас таких большинство из тысячи с лишним), средний результат власти в районе 30%.

Вообще, я должен сказать, пока многие в оппозиции занимались болтовней – кто Шевчука выдвигал в президенты, кто Чирикову, Парнас вон обещал целые праймериз провести, но слился в кусты – подошел дедлайн: согласно правилам, последний срок для подачи документов самовыдвиженцами – 15 декабря, для выдвижения кандидатов в президенты на съездах партий – 20 декабря. Хвостом крутили, голосовалки устраивали в интернете, облачная демократия и всё такое, а в результате кандидатов – ни одного.

Алексею Навальному, к сожалению, слишком дорого обошелся арест на 15 суток – выдвинуться кандидатом он, скорее всего, не успевает, если его не выдвинут во время отбывания ареста, в чем мы готовы всячески помогать (юристы, поясните, такое возможно?). Если нормального независимого кандидата не будет, агитировать против Путина на президентских выборах станет намного более сложной задачей.

Но в любом случае, сейчас необходимо акцентировать усилия на президентских выборах. Если Путин и победит – в чем теперь уже нет уверенности – то будет сильно ослаблен и в новом цикле будет вынужден пойти на уступки. Президентские выборы поддержат и народившееся митинговое движение, которое иначе после праздников рискует просто умереть.
Так что нечего возиться с этой Госдумой, это второстепенный вопрос – сейчас нужен акцент на президентских выборах.

P.s. Готовится отправить этот текст – а тут и Прохоров подоспел. Вот и хорошо. Он персонаж своеобразный, но чем больше против Путина будет кандидатов, тем лучше – выше интерес к выборам + больше голосов против Путина. Это главное.

[Владимир Милов]

http://v-milov.livejournal.com/37312...2593#t17182593
Вчера провел полдня в суде, где рассматривался вопрос о продлении Даниилу Константинову содержания под стражей.

Кратко: это совершенно новый и беспредельный пример давления на оппозиционных активистов. Даниила, юриста и известного политического активиста, которого многие из нас знают как честного и порядочного человека, пытаются обвинить ни много ни мало в убийстве (!). Убийство было совершено поздно вечером 3 декабря у метро Ул. Академика Янгеля, на Юге Москвы, тогда как в это время Даниил находился на другом конце Москвы и праздновал день рождения своей матери (! оцените профессионализм сотрудников центра "Э", фабрикующих дело против него), у него стопроцентное алиби. Убийство произошло в ходе уличной драки, удар нанесен ножом прямо в сердце, нож не найден. Единственная улика против Даниила - показания некоего свидетеля, знакомого убитого, который "опознал его по фотографии". При этом у Даниила округлое бритоголовое лицо довольно типического плана, а личность свидетеля не разглашается - у защиты есть все основания сомневаться в адекватности этого человека. Подробности дела здесь, можно еще посмотреть видео вот этой пресс-конференции по делу Даниила, где детально все разъясняется.

По сути, мы имеем дело с беспрецедентной тактикой фабрикации уголовных дел против оппозиционеров: находится некий свидетель по делу об убийстве, которому показывают фотографию оппозиционера, он его "опознает", и оппозиционер надолго садится за решетку по тяжкому обвинению, а по государственному ТВ показывают сюжет о том, что "все оппозиционеры - убийцы".

Защита Константинова представила массу свидетельств, подтверждающих невиновность Даниила - показания шести свидетелей, подтверждающих его алиби (против одного, "опознавшего" его по фотографии), распечатки счетов, данные телефонного биллинга и так далее. Это надо было умудриться обвинить Константинова в каком-то случайном уличном убийстве в тот вечер, когда он праздновал день рождения матери на другом конце Москвы.

Но суд, решавший вчера вопрос продления под стражей (срок содержания Даниила под стражей истекал 4 мая), вообще не принял никакие доводы защиты. А следствие даже не приложило к материалам дела ни заявление об алиби, ни протоколов допроса свидетелей защиты, ни вообще никаких материалов защиты!

Судья Дина Шалагина, зачитывавшая решение, сообщила, что суд "не решает вопросы виновности или невиновности" Константинова, поэтому не рассматривает вопросы его алиби, зато считает возможным оставить его еще на 2 месяца под стражей для проведения "судебно-психиатрической и молекулярно-генетической экспертиз". Просьба о залоге была отклонена в связи с тем, что Константинов якобы "может скрыться или угрожать свидетелям".

Т.е. еще раз получили подтверждение, что можно любого человека при наличии массы доказательств очевидной невиновности держать сколько угодно под стражей "для проведения судебных экспертиз".

У меня не было никаких иллюзий по поводу вчерашнего решения, но надо сказать, что мы сталкиваемся с некоей новой стилистикой действий против оппозиционеров: попыткой преследовать их не по обвинениям в "экстремизме" и "нарушении общественного порядка" по ходу их общественной деятельности, а обвинять их в совершении уголовных преступлений.

"Материала" для таких обвинений - подментованных наркоманов, которые ткнут пальцем в кого угодно и обвинят его в пожирании младенцев живьем - хоть пруд пруди.

Складывается ощущение, что на деле Константинова эту новую тактику "обкатывают", особенно пользуясь тем, что Константинов - русский националист, и власти явно рассчитывают, что его можно будет легко упрятать за решетку, так как независимые "либеральные" СМИ и "либеральная общественность" традиционно обходят преследования националистов молчанием.

Нет, хочу разочаровать оперов из "центра "Э" (пресловутого центра МВД по борьбе с "экстремизмом"): ничего у них не выйдет, мы прорвем информационную блокаду вокруг дела Константинова.

Участие оперов из "центра "Э" в расследовании уголовного дела вообще вызывает массу вопросов и, на мой взгляд, является прямым доказательством фабрикации обвинения в убийстве. Кстати, вчера была использована простая, но эффективная технология недопуска сторонников Константинова в зал судебных заседаний: сначала туда пропускали только оперов-"эшников" и ОМОНовцев, а потом объявляли, что мест в зале не осталось, и пускали только адвокатов и родственников.

В результате вчера я был вынужден большую часть заседания провести в коридоре, и смог зайти в зал только на оглашение приговора.

А вот оперки из "центра "Э", которые с довольным ухмыляющимся видом ошивались вчера на судебном заседании (отсюда) - надо бы распространить фотографии их физиономий как можно шире:



В "центре "Э" надо искать и истинную причину жестокого преследования Даниила Константинова: зимой оперативники предлагали ему сотрудничество, работать на них, но Даниил отказался. Теперь ему жестоко мстят.

Что мы ("Демократический выбор") конкретно намерены делать для оказания помощи Даниилу Константинову:

1. Добиваться максимальной огласки его дела в России и за рубежом, используя наши связи в СМИ и так далее (в том числе есть пара нетривиальных ходов в запасе на эту тему).
2. Опубликовать в ближайшее время глубокое информационное досье на "центр "Э", включая печально известного опера Окопного (как я и обещал на этой пресс-конференции), с перечислением фактов их причастности к преступной деятельности (убийствам оппозиционеров, фабрикации уголовных дел и т.п.), для максимально широкого распространения и использования в качестве инструмента для привлечения этих лиц к суду.

Поддержите кампанию по защите Даниила Константинова!

[Владимир Милов]

5.07 15:55

Лето - время спокойно осмыслить произошедшее в последние месяцы и подумать о том, что делать дальше.

Я тут просмотрел все свои публикации по ходу зимних-весенних протестов и решил просто собрать вместе ссылки на все эти статьи. Чтобы было лучше понятно, что пошло не так и почему протестное движение не принесло тех политических результатов, которые могло бы принести. И лучше видно, что спокойная и последовательная позиция по поводу того, как все можно было бы сделать по-другому, в эти месяцы была, имела место, существовала.

Эта подборка предназначена для всех тех, кто хочет серьезно, без белоленточной истерии, разобраться в ситуации и сделать правильные выводы на будущее. Для всех, кто еще не разучился думать. Прочитайте.

26 декабря. "Люди не понимают, куда двигаться дальше после двух беспрецедентно успешных оппозиционных митингов"

12 января. "По нормальной логике, после декабрьского нокдауна нужно приложить все усилия, чтобы нанести второй удар по политическому престижу Путина 4 марта: для этого есть все основания. Но мы наблюдаем удивительные вещи: многие оппозиционеры словно отмахиваются от темы президентских выборов, распространяя обреченные настроения в духе «никаких выборов нет» (что является очевидной глупостью), «все равно все предрешено» (хотя, как показало 4 декабря, вовсе ничего не предрешено), «не за кого голосовать» и так далее"

6 февраля. "Отсутствие ясного политического продолжения – главная проблема нынешнего протеста"

5 марта. "Именно от наблюдателей, делегированных «Лигой избирателей», «Гражданином наблюдателем» и т.п., можно уже услышать комментарии о том, что Путин выиграл в первом туре честно. Это, разумеется, не так. Но факт в том, что оппозиция фантастически проспала президентские выборы. Все это время она занималась креативными флешмобами, выбором улиц для шествий, бралась за руки в едином благородном порыве, а потом получилось как в известной переделке басни про стрекозу и муравья: наступила зима, стрекоза уехала на спортивной машине во Флориду, а муравья раздавили. Путин пришел и выиграл"

7 марта. "Вместо выдвижения и поддержки общего кандидата в президенты — повестки, которая придала бы протесту осмысленную политическую цель, — она сосредоточилась на абстрактных лозунгах (честные выборы, освобождение политзаключенных). В это время Путин работал на вполне конкретную цель — президентскую кампанию. Если он и выиграл нечестно, то по крайней мере оппозиция честно проиграла, те, кто претендовал в последние месяцы на лидерство в протесте, предпочитали тему выборов обходить, рассуждая о том, что «выборов в стране нет»

19 марта. "Наступает время партийной политики, рутинной политической работы с избирателем, стратегии прихода к власти через традиционные политические механизмы – партии, выборы"

9 апреля. "Последние месяцы российской политики совершенно четко обнажили проблему оппозиции в том виде, как она сложилась за последнее десятилетие. Отключение от телевизора и официальной политики (массовый недопуск к выборам, отказ в регистрации партий и т.п.) сыграли с оппозиционерами злую шутку: они разучились взаимодействовать с широкими слоями населения, быть понятными для них. Деятельность многих оппозиционеров фокусировалась на сохранявшемся небольшом сегменте относительно независимых СМИ, где они традиционно встречали одобрение верной, но не очень многочисленной паствы, что в целом способствовало выхолащиванию умения «профессиональных оппозиционеров» вести грамотный диалог с гражданами. По большей части этот диалог сводился к соревнованию по части того, «кто сильнее обругает Путина», с целью сорвать очередные аплодисменты небольшой, но преданной аудитории оппозиционных СМИ. Когда протестные настроения в стране начали приобретать серь*езный масштаб, все эти болезни немедленно вскрылись. Федеральные оппозиционные силы оказались плохо представлены на региональных выборах, где «Единая Россия» теряла одну позицию за другой. В ходе думской кампании значительная часть известных оппозиционных персонажей агитировала за привычный бойкот, в то время как подавляющее большинство политически активизировавшихся граждан захотело идти на участки и голосовать против партии власти. Хуже всего сложилась история с зимними митингами протеста и президентскими выборами. Несмотря на огромный скепсис и недоверие вышедших на Болотную и Сахарова к традиционным лидерам оппозиции (что было четко видно по данным проведенных там соц*опросов, где они едва набирали 10% поддержки), преодолеть этот разрыв никто не пытался: хедлайнеры протестов видели себя генералами, а пришедших — солдатами, которые пойдут туда, куда им скажут. При этом не смогли ни сказать с трибун ничего нового, кроме традиционного «Россия без Путина», ни даже кандидата единого на выборы 4 марта выставить. Регионы, кстати, все это видели — там митинговое протест*ное движение сильно пошло на спад сразу после 10 декабря, а важные региональные кампании оказались практически незамеченными политизированной московской тусовкой. Перед первым туром ярославских выборов, например, независимые СМИ писали об очередных, никому не нужных московских оппозиционерах много больше, чем про Евгения Урлашова, про которого уже тогда было понятно, что он имеет огромные шансы стать мэром Ярославля. Путин прекрасно понимал этот разрыв и довольно точно расставил акценты в своей кампании, суть которой сводилась к тому, что, несмотря на бунт «носителей норковых шуб» в Москве, «Нижний Тагил по-прежнему за него». Во многом так это и получилось — например, независимым наблюдением больше чем на 50% оказались охвачены участки лишь в Москве, она и оказалась единственным регионом, где Путин официально получил меньше 50%."

14 мая. "Зимний конгломерат разных сил, сошедшихся в«оргкомитете протестных действий», предсказуемо заканчивается выдавливанием ярких, но менее организованных сил более организованными, и нетто-победителем ситуации очевидно выглядят Сергей Удальцов и люди из «Левого фронта»."

13 июня (с ноткой оптимизма). "К счастью, не всю нынешнюю оппозицию следует мазать одной краской. Силы, понимающие правильность другой повестки дня — серьезной работы с избирателем, выращивания профессиональной альтернативы власти всероссийского масштаба, — появляются и в либеральном, и в других лагерях российской политики. Если в ближайшие годы этим политическим силам удастся добиться успеха на ниве региональных и местных выборов, вполне вероятно, что и у протестов появятся новые лидеры, предлагающие людям более четкую и реалистичную повестку дня, чем перевыборы всего и вся под звуки набившей оскомину общей критики. Новый закон о партиях, отмена требования сбора подписей для партийных кандидатов, возврат губернаторских выборов создают лучшие возможности для такой практической повестки дня. Этим надо пользоваться."

Ну и в завершение - несколько общих обзорных материалов, четко описывающих целостную картину происходящего:

Большая обзорная статья на АПН.ру (5 марта) "Россия без Путина как Украина без Кучмы"
Эфиры на "Эхе Москвы" 28 мая и на Финам-ФМ 29 мая
Видео дискуссии об итогах протестной зимы и весны, прошедшей 20 мая в Центре Сахарова, с участием Милова, Немцова, Пархоменко, Павловского, Бабченко
Мое выступление на съезде партии "Демократический выбор" 26 мая

Читайте, смотрите, анализируйте, думайте.

Вступайте в "Демократический выбор" и помогайте нам в нашей деятельности.

[Владимир Милов]

http://www.gazeta.ru/column/milov/4674493.shtml
— 9.07.12 12:00 —

Новый вал прогнозов о средне- и долгосрочном будущем России актуализировал тему потенциальной нехватки рабочих рук в связи с плохой демографией. И, как всегда, последовала серия комментариев о том, что без привлечения мигрантов для решения этой проблемы якобы не обойтись.

Это довольно вредное и ни на чем не основанное утверждение вот уже 20 лет служит оправданием для совершенно неразумной и весьма опасной миграционной политики «открытых дверей».

В России существует немыслимая для развитых стран ситуация: границы страны полностью открыты для ежегодного притока сотен тысяч низкоквалифицированных мигрантов из стран с низким уровнем жизни.

Те, кто получал въездные визы в страны Шенгенской зоны, США, Великобританию, Канаду, Японию, Австралию и так далее, по своему опыту знают, насколько жестки правила въезда в эти страны, особенно для тех, кто пытается получить там работу. В Россию бесконтрольно въехать может практически любой — достаточно иметь паспорт любой среднеазиатской или южнокавказской страны.

В результате этого, по официальным данным, в Россию ежегодно переезжает около 270 тысяч мигрантов из Средней Азии и Южного Кавказа. И это только официальные данные, которые, как следует полагать, сильно занижены: многие выходцы из соответствующих стран вовсе не спешат официально регистрироваться как приезжие, а те, кто приезжает сюда на работу, массово перевозят в Россию членов своих семей и т. п.

Понятно, что, если пограничный режим «открытых дверей» будет сохраняться и дальше, этот поток лишь продолжится. Средние зарплаты в Таджикистане и Киргизии составляют $100—200 против более чем $800 в месяц в России. В Узбекистане, Азербайджане и Казахстане хоть и повыше — $500—600, но там значительная часть населения за пределами столиц и нефтедобывающих регионов получает куда меньше. Понятно, что при такой разнице уровня жизни и открытых границах люди просто продолжат массово ехать в Россию, и все. Что за этим следует?

Вопреки расхожему мнению, приезжие из стран Центральной Азии и Южного Кавказа вовсе не помогают решить проблему дефицита рабочей силы в России. По данным Росстата, в течение последних десяти лет, когда число рабочих мест в целом по стране выросло более чем на 4 млн (с 66 до 70 млн), прирост происходил в основном в секторах, где задействована высококвалифицированная рабочая сила.

Потребность в неквалифицированных рабочих оставалась на одном и том же уровне в 7,5 млн. человек — что в 2002, что в 2010 году.

Не нужно быть специалистом, чтобы понимать: страны Средней Азии и Южного Кавказа не могут быть поставщиками работников с высокой квалификацией: сегодняшний уровень образования в этих странах, социально-экономического положения их населения полностью исключает такую возможность. Из этих стран в Россию приезжают в основном низкоквалифицированные работники.

А между тем, судя по приведенным выше данным, дополнительного спроса на эти профессии в России не возникает. Прежде всего за счет банального повышения производительности труда и автоматизации сферы низкоквалифицированного труда (скажем, замены ручных уборочных и погрузочных работ использованием техники, замены продавцов и кассиров автоматами и т. п.) и за счет массового ухода этого сектора в тень, в том числе по причине использования «серого» труда мигрантов.

Объективные данные показывают, что в последние 12 лет спрос на низкоквалифицированный труд в стране как минимум не рос, а наши южные страны-соседи в состоянии поставлять нам в основном только такую рабочую силу. Это ставит серьезный вопрос: а в чем же смысл продолжения миграционной политики «открытых дверей» с этими государствами?

Среди негативных последствий такой политики создание ситуации переизбытка рабочей силы на рынке низкоквалифицированного труда и массового демпинга мигрантов в этом сегменте. Это приводит к целой группе негативных последствий. Прежде всего зарплаты на рынке неквалифицированного труда по-прежнему низки — как были на 50% ниже среднедушевых доходов населения в целом по стране, так и остаются сегодня. Как часто можно услышать: разве пойдет русский работать дворником? Конечно, когда зарплата в этой сфере всего на 3—4 тысячи рублей выше прожиточного минимума — не пойдет.

Ценовой демпинг мигрантов на рынке простейших профессий не только способствовал торможению роста доходов в этой сфере, препятствующему экономическому росту и росту благосостояния граждан, но и мешал дальнейшей модернизации и повышению производительности труда.

Модернизация происходит тогда, когда зарплаты высоки и за счет внедрения современных технологий можно снизить издержки. Если эти издержки и так низки вследствие эксплуатации сверхдешевого труда, то стимулов внедрять прогрессивные технологии нет — можно продолжать эксплуатировать тысячи таджиков.

Среди других негативных последствий консервация неприемлемо низких социальных стандартов в мигрантской среде, доходы большинства представителей которой существенно ниже реального прожиточного минимума, и высокая криминализация этой среды. Низкие социальные стандарты и криминал неизбежно выплескиваются на остальное российское общество: мы наблюдаем это и в виде плохого здоровья мигрантов, и в виде неподготовленных и плохо знающих русский детей мигрантов в наших школах и вузах, и в виде высокой доли мигрантов в показателях преступности. Усугубляется и проблема коррупции: мигранты являются удобной средой для коррупционеров во власти и близких к чиновникам структурах в сферах ЖКХ, строительства и так далее, отбирающими до двух третей дохода у приезжих, не умеющих и не настроенных бороться за свои трудовые права.

Альтернатива этой ситуации — визовый режим с нашими южными соседями и выдача рабочих виз только по группам профессий, где имеется реальный дефицит рабочей силы (прежде всего в области высококвалифицированного труда), замена коррупционного института «разрешений на работу» понятной и прозрачной процедурой выдачи рабочих виз.

Если легального большого спроса на импортную низковалифицицированную рабочую силу не будет, то не понадобится и рабочие визы выдавать в больших количествах. За этим соответствующий рост зарплат в низкоквалифицированном сегменте рынка труда, повышение благосостояния граждан, повышение производительности, технологический прогресс, снижение преступности и коррупции.

Почему ситуация не сдвигается в эту сторону? Здесь сталкиваются две группы интересов: геополитические устремления руководства страны и коммерческие интересы близкого к власти бизнеса. Власть вместо линии на европейскую интеграцию России очевидно делает ставку на «евразийство» (для Путина евразийский проект является личным приоритетом, что прямо следует из его статей, речей и практических действий), неизбежно имеющее следствием сохранение политики «открытых границ» со среднеазиатскими государствами. А коррумпированные чиновники и близкий к власти бизнес заинтересованы в увеличении личных прибылей и откатов за счет эксплуатации труда мигрантов по демпинговым ценам.

Эти интересы и дальше будут препятствовать кардинальному пересмотру миграционной политики. Но на кону серьезные стратегические вопросы развития государства: модернизация, повышение производительности труда, повышение социальных стандартов жизни общества, борьба с преступностью и коррупцией. Очевидно, что насущная потребность в достижении реального прогресса в этих направлениях будет возвращать нас к теме полной смены вектора миграционной политики снова и снова. Кстати, и визы с Евросоюзом будет легче отменить.

Читать полностью: http://www.gazeta.ru/column/milov/4674493.shtml

[Владимир Милов]

http://slon.ru/russia/milov_pro_poli..._-997500.xhtml

Поль Сезанн. Пьеро и Арлекин

Изменилась ли российская политическая система после выборов 8 сентября? В серии колонок отвечают лидеры партий.

После довольно конкурентных выборов (и вишенки на торте в виде приглашения оппозиционеров на Валдай) сразу заговорили о некоей новой политической стратегии Кремля – дескать, вот, теперь все у нас будет по-новому, хитрые кремлевские стратеги начали игру в управляемую конкуренцию, из всех этих рассуждений делаются далеко идущие выводы и так далее. Позволю себе внести свои пять копеек в эту дискуссию как непосредственный участник выборного процесса, которому изнутри понятно немножко больше, чем рядовому наблюдателю.

Прежде всего, я не вижу никакой особой «новой стратегии Кремля». Я вижу маневрирование в непростых условиях, когда популярность власти в целом падает, но есть целый ряд соломинок, за которые можно ситуативно схватиться, – и успешно хватаются. Важно понимать, что у Кремля есть несколько рубежей обороны, из которых главным является контроль над регионами. Грубо говоря, губернаторские посты. В ходе кампании по выдвижению кандидатов мы с коллегами чувствовали, что особая трепетность проявляется именно в отношении того, будет или не будет оппозиция участвовать именно в губернаторских выборах. На все остальное смотрели откровенно расслабленно. Так что можно сделать первый вывод: все, что не касается прямой потери ключевых властных рычагов в виде губернаторских постов, Кремль волнует не так сильно.

Прямой риск первой потери контроля над регионом был только в одном случае – в Ярославле. Там не было губернаторских выборов, но зато был сильный политический лидер Урлашов, способный триумфально победить на выборах облдумы, а дальше добиваться досрочных выборов губернатора. Урлашов открыто заявил о губернаторских амбициях, а рейтинг действующего губернатора Ястребова, пусть и назначенного всего в прошлом году, ниже плинтуса. Ситуация становилась для Кремля опасной и грозила реальной потерей политического контроля над Ярославской областью. Самое большое, чего боятся власти предержащие, – цепной реакции, создания модели поведения для недовольных регионов, которые могли бы начать формировать антикремлевский «белый пояс» (по аналогии с «красным поясом» неподконтрольных Ельцину губернаторов-коммунистов в конце 1990-х). Если позволить этой схеме реализоваться один раз – избирается харизматичный оппозиционный мэр областного центра, потом он либо напрямую идет на губернаторские выборы, либо пытается получить контроль над региональным заксобранием и добиться досрочных выборов губернатора – последствия могут быть весьма неприятными для Кремля.

Если бы это удалось Урлашову и ему ничего за это не было бы, то был бы подан прямой сигнал самостоятельным политикам в других регионах – бороться за контроль над регионами можно. И сразу нашлось бы много желающих. Та самая цепная реакция, которой боится Кремль. Отсюда крайне решительные действия – арест, уголовное дело, отстранение и прочие ковбойские штучки. В этой ситуации хочется пожелать осмотрительности и выдержки Евгению Ройзману, который, очевидно, движется в своей политической карьере по той же модели, что и Урлашов. Можно ожидать, что к нему тоже попытаются применить традиционную для последних лет схему устранения со сцены популярных мэров областных центров, чтобы не допустить их дальнейшего движения по политической лестнице. Риски для Ройзмана высоки.

Второй рубеж – недопущение вырастания умеренной, если хотите, «новой системной» оппозиции. Именно из-за этого с использованием различных приемов из большинства выборных кампаний выдавили Прохорова. Я не собираюсь его хвалить, Прохоров проявил себя в ходе этих выборов, выразимся наиболее мягко, абсолютно не бойцом. Но, однако же, прохоровский вариант богатой, лояльной и умеренной оппозиции сам по себе являлся крайне привлекательным для представителей регионального истеблишмента, желающих бежать из «Единой России» и не рассматривающих для себя присоединение к надоевшим старым системным партиям. Поэтому «Гражданскую платформу» и разгромили, тот же Ярославль прямое тому подтверждение. Впрочем, с одной поправкой – сама «ГП» в силу некомпетентности своего руководства сделала для этого разгрома едва ли не больше, чем Кремль. Ну, там просто довольно улюлюкали, и все.

Тут скажу вещь, которая, может быть, кому-то не понравится, но тем не менее факт – Кремлю намного удобнее иметь в штатных оппозиционерах радикальных лидеров с Болотной площади, чем более организованную оппозицию нового типа, претендующую на системность. Поэтому, например, Борис Немцов в Ярославле не вылезал из областного телевидения, а его партия была единственной, кроме «Единой России», которой не срезали рекламные билборды, – а в отношении других перспективных партий, которые могли бы по-настоящему конкурировать с «ЕР» в регионе (ну хотя бы «Родины» или «Патриотов»), применялся настоящий административный террор. Власти выгодно показать жителям регионов – в данном случае ярославцам – что вот, оппозиция, это вот Немцов. С антирейтингом последнего он стратегически не опасен, так как власть в регионе ни он, ни его сторонники взять не смогут никогда. А вот не дать вырасти на системном оппозиционном поле чему-то умеренному, стоящему и перспективному – вот это была реальная задача не только на ярославских выборах, и мы с этим столкнулись по полной программе.

Третий рубеж – Москва. Самый сложный и одновременно самый простой. Простой потому, что власти явно смирились с тем, что у них уже не будет в Москве решительной поддержки, и тактика игры понятна – банальное «на удержание», игра от обороны. Но здесь у власти есть серьезное конкурентное преимущество, что и было обкатано и отработано на московских выборах: разыгрывать карту профессионализма против демагогии. Вырвавшаяся вперед по результатам московских выборов оппозиционная группировка поражена вирусом демагогии до мозга костей, их довольно легко бить на этом поле.

Сложность Москвы в том, что она не управляема по тем технологиям, которые можно применять в регионах. Например, в Ярославле арест и отстранение от власти Урлашова осуществлялись на фоне понимания того, что «население проглотит». Население не проглотило, но затаилось: не видя альтернативы такого же порядка, как Урлашов, взяло паузу, однако при появлении альтернативы обязательно припомнит властям все. Но в краткосрочном плане тактика сработала.

В Москве не сработает, и последствия чрезмерно волюнтаристских действий могут быть непредсказуемыми. Я лично четко видел, что в момент объявления досрочных выборов мэра власти двигались по сценарию «Собянин + 3», то есть три традиционных кандидата – от КПРФ, «СР» и ЛДПР – в вида гарнира, и будет вам. Но уже по ходу дела испугались, что это будет совсем уже неприлично, и решили добавить конкуренции. К которой оказались во многом не готовы.

Но не надо иллюзий – это была та же самая игра «от обороны», а вовсе не какая-то хитрая долгосрочная стратегия. В конечном счете главную цель никто не отменял, смотри пункт первый – терять власть в Москве Кремль не собирался. И не потерял – для того, чтобы доползти до фотофиниша, инерции собянинского имиджа хозяйственника хватило, а его главный конкурент реально бороться за второй тур не стал, затянув с подачей иска и распустив своих сторонников по домам. Это можно понять: Навальный сейчас будет купаться в этих 27%, для его стратегии, где центральным элементом является пиар, это лучший подарок за всю жизнь, зачем там какой-то геморрой со вторым туром и реальной борьбой за мэрское кресло. А власти такие вещи чувствуют, ой как чувствуют. Нутром, печенкой.

А что касается политической конкуренции – объективно это растущий запрос со стороны общества, а вовсе не какая-то хитрая придумка властей. Власти выкручиваются, обороняются, пытаясь и как-то среагировать на этот запрос, и контроль при этом не потерять. Началась хитрая позиционная борьба. И пока что для Кремля в ней диспозиция, увы, лучше. Взятый в оппозиции тренд на радикальные лозунги, поддержку радикальных лидеров, в целом наплевательское отношение к регионам, выдвижение на первый план пиар-фигур вместо реальных профессионалов, ставка на «волонтерские штабы» и «прямую демократию» вместо построения организованных партийных структур – все это дает Кремлю больше козырей в этой долгосрочной, многоходовой позиционной игре.

Зато все попытки создать кремлевским силам какие-то умеренные альтернативы на этих выборах были теми или иными способами задавлены. Если и есть сейчас какая-то стратегия, то она, скорее всего, вот в этом – давить умеренных и пропускать вперед радикалов. В Кремле прекрасно понимают, что русскому избирателю, условно говоря, не нужен Джулиан Ассанж. Ему нужна условная Меркель. Поэтому цель понятна – не допустить появления возможных Меркелей, сделать все, чтобы избиратели думали, что оппозиция – это сплошные Ассанжи, и не голосовали за них. Низкая явка избирателей в Москве – прямое подтверждение того, что такая линия приносит свои плоды.

Вот в таких непростых условиях приходится работать сегодня.