1731. Прокуратура Москвы – соцсетям: перепост Навального недопустим!

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/fast/russia/prokuratu...-1078251.xhtml

01.04.2014, 11:13

Представители российских контент-провайдеров получили из московской прокуратуры письма о недопустимости перепостов записей Алексея Навального в интернете. Предостережение было направлено сразу нескольким компаниям, выяснила газета «Ведомости».

С точки зрения прокуратуры, копирование постов Навального является нарушением запрета пользоваться интернетом, наложенного судом. Предоставление провайдерами услуг по передаче и распространению информации, по эксплуатации соответствующих интернет-ресурсов препятствует исполнению судебного решения, предупредил зампрокурора Москвы Андрей Ганцев. А неисполнение решения суда – это уголовное преступление и может стать основанием для изменения оппозиционеру меры пресечения.

Столичная прокуратура не раскрыла списка контент-провайдеров, которым отправили предостережение, но его получение «Ведомостям» подтвердили в «Афише-Рамблер-SUP» (владеет Livejournal) и еще одной компании, которую газета не называет.

Алексей Навальный с 28 февраля находится под домашним арестом и не имеет права пользоваться интернетом, однако его блоги в социальных медиа продолжают вести жена Юлия и соратники по Фонду борьбы с коррупцией. Несмотря на это, 13 марта страница Навального в ЖЖ была заблокирована Генпрокуратурой с формулировкой «нарушает положения судебного решения об избрании меры пресечения гражданину, в отношении которого возбуждено уголовное дело».

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/economics/ekonomiches...-1144610.xhtml
38 328 18.08.2014, 19:56

Фото: REUTERS / Ivan Sekretarev / Pool

Почему Владимир Путин сталкивает свою страну с Западом, если понимает, что это почти наверняка ударит по экономике? Существует мнение, что его не волнует то, что волнует другие страны, и вообще вполне устраивает перспектива принести экономический рост в жертву репутации. Редактор Harvard Business Review Джастин Фокс предлагает другой вариант ответа на этот вопрос. В своей статье «Экономическое обоснование безрассудства Путина» он настаивает на том, что причины несгибаемости российского президента на самом деле экономические, но не совсем такие, как вы могли бы подумать.

В период, когда Путин был президентом и премьер-министром, экономика России демонстрировала рост. Как видно из таблицы, валовой национальный доход на душу населения неуклонно увеличивался все 15 лет (за исключением 2009 года). Однако темпы его роста в последние годы значительно скромнее тех, что были поначалу.

Слева: динамика валового национального дохода на душу населения, пересчитанного по паритету покупательной способности (в долларах США); справа: прирост ВНД на душу населения, в % к предыдущему году. Источник: Harvard Business Review

Это не значит, что причиной экономического роста был именно Путин, отмечает HBR. Как в свое время доказывал известный экономист и эксперт по Восточной Европе и России Андерс Аслунд, Путину просто повезло оказаться «в нужное время в нужном месте» и пожать плоды ельцинских реформ. Реформы он потом повернул вспять, чтобы было удобнее поощрять друзей и наказывать врагов, а ВНД продолжал повышаться благодаря растущим ценам на нефть и газ. Этого было достаточно простым россиянам: как известно, граждан в лучшем случае интересует, есть рост или нет, а не то, за счет чего он происходит.

В последние же несколько лет нефтегазовые цены вели себя довольно спокойно, и это обнажило неэффективность всей остальной экономики, пишет Фокс. Что было делать Путину? Подтолкнуть экономику можно было бы новыми реформами – допуском иностранных инвесторов в энергетический сектор, улучшением бизнес-климата, адекватным регулированием, но все это ослабило бы личный контроль президента и не дало бы экономике немедленного и резкого скачка. Поэтому Путин решил пойти на конфронтацию с Западом, которая, возможно, задавит рост, но зато даст Путину поддержку широких масс. Таким образом, экономика играет роль в расчетах Путина, но по его формуле выходит так, что маленькая холодная война предпочтительнее мира.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/world/pochemu_rossiya...-1153263.xhtml

С момента начала кризиса на Украине Россию часто сравнивают с СССР, а Владимиру Путину приписывают мечту сколотить некое подобие Союза или даже империю. Такое сравнение некорректно, отмечает портал Vox: хотя бы потому, что советская империя состояла не только из России и после распада потеряла многие элементы своей прежней силы.

Это иллюстрирует простой график, составленный главным инвестиционным стратегом JP Morgan Майклом Сембалестом. Он взял ключевые экономические индикаторы когда-то ассоциированных с СССР стран, сложил их и разбил столбцы на блоки в зависимости от того, попадает государство в сферу влияния современной России или нет. Как видно из таблицы, «экономическая сила» по многим показателям (ВВП, инвестиции, торговый оборот и прочее) находится на стороне бывших союзных республик, входящих сегодня в ЕС или НАТО, а также тех, кто, по мнению автора, не попадет под влияние Кремля. Единомышленники России перевешивают в таких секторах экономики, как природные ресурсы и территория.
Источник: Vox, Майкл Сембалест

На графике: красный цвет – страны, входящие в ЕврАзЭС вместе с Россией (Армения – наблюдатель); оранжевый – зона высокого риска военного или экономического влияния РФ; желтый – зона низкого риска влияния; синий – страны под влиянием НАТО/ЕС. Экономические показатели, слева направо: ВВП, торговый оборот, портфельные инвестиции, межбанковские требования, прямые иностранные инвестиции, накопление капитала, патентные заявки, население, территория, возделываемые земли, запасы природного газа, запасы нефти, природные ископаемые (алюминий, хром, медь, золото, железо и т.п.). Непосредственно Россия в расчетах не учитывалась.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/nepravilnye_pr...-1195377.xhtml

Фото: Reuters

По словам политолога Джозефа Ная, профессора Гарвардского университета и автора термина в международной политике «мягкая сила», существует три главных пути, которые позволяют стране заставлять других идти ей навстречу и продвигать ее интересы: это принуждение, плата за союзничество и привлекательность. Если рассматривать их применительно к России, в ее распоряжении по большому счету остается только один из них, последний. Однако возможно, что воспользоваться им Москва не сумеет, пишет эксперт в своей статье: кажется, в Кремле не понимают, как следует применять его на практике.

Принуждение Путин уже использовал – и столкнулся с санкциями. Оплачивать расположение других стран Кремлю все сложнее: экономика разваливается, и даже привычные опоры – нефть и газ – не могут ее спасти. Поэтому Москва могла бы прибегнуть к мягкой силе, то есть начать нравиться окружающим; тем более, что это даже более мощный инструмент, чем может показаться на первый взгляд, пишет Най.

Среди источников мягкой силы государства автор выделяет три основных: это культура, политические ценности (права и свободы человека, демократия, помощь другим странам) и внешняя политика, сплетенная с моральным авторитетом. Совместно с активами «жесткой» силы (экономическими и военными) эти рычаги способны принести огромную пользу.

Комбинировать мягкое с жестким сложно, но можно. У США, например, в 2003 году это не получилось, отмечает колумнист: вторжение в Ирак испортило имидж Вашингтона в глазах многих его партнеров. Но России еще сложнее, потому что запас мягкой силы у нее и так мал. Точнее, изначально он у нашей страны был, и немалый – сперва благодаря вкладу в искусство, музыку и литературу, а затем, после Второй мировой, – благодаря борьбе с фашизмом и освобождению Европы. Но вскоре резерв мягкой силы Советский Союз истратил собственными действиями в Венгрии в 1956-м и в Чехословакии в 1968-м, отмечает политолог, и к концу восьмидесятых от него мало что осталось.

По мнению Ная, Путин совершает сейчас такую же ошибку, как его советские предшественники.

«Несмотря на заявление в 2013 году о том, что Россия должна сосредоточиться на «грамотном применении» мягкой силы, он не смог воспользоваться возможностью, подаренной зимней Олимпиадой в Сочи и вместо этого, пока шли Игры, предпринял полутайное военное вторжение на Украину, которое на фоне разговоров о российском национализме возбудило серьезное беспокойство, особенно в бывших советских странах, – пишет автор. – Это испортило собственный план Путина по организации Евразийского союза, в котором предводительствовала Россия и который стал бы конкурентом ЕС».

Чтобы вернуть стране привлекательность, Владимир Путин решил обратиться к пропаганде (для этого было реорганизовано РИА Новости и запущен поисково-новостной портал «Спутник», нацеленный на зарубежную аудиторию), но особенность пропаганды в том, что она скорее контрпродуктивна, чем полезна, подчеркивает колумнист, потому что ей не хватает доверия со стороны аудитории.

Гораздо более действенным инструментом был бы прямой контакт между гражданами разных стран, утверждает Най, и это иллюстрирует пример тех же США. Большая часть их мягкой силы происходит от действий не правительства, а гражданского общества, включая университеты, разномастные фонды и поп-культуру: тот факт, что общество активно критикует политических лидеров, собственно, и позволяет стране сохранять свое влияние, даже если партнеры Вашингтона не согласны с американским правительством. Аналогично медиакорпорация BBC сохраняет доверие своей аудитории именно потому, что может кусать руку государства, которая ее кормит.

Этих примеров недостаточно для Кремля, и он продолжает давить на неправительственные организации и гражданское общество, констатирует Най. Возможно, Владимир Путин понимает, что мягкая и жесткая сила должны дополнять друг друга, но, если и так, в его политике это отражения не находит. Вследствие этого Россия постепенно лишает себя последней из трех возможностей привлечь союзников – нравиться им; последствия, предупреждает эксперт, могут быть разрушительными.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/pochemu_zapadu...-1198546.xhtml

После выступления Владимира Путина перед мировой прессой и его рассказов про медведя, который гонял и будет гонять поросят по тайге, отмена введенных против России санкций может показаться недопустимой для западных лидеров идеей. Но это только кажется, утверждает Bloomberg Businessweek: на самом деле сейчас самое время задуматься о пересмотре санкций, и вот почему.

Во-первых, не санкции стали главной причиной экономического и финансового кризиса в России, напоминает журналист издания Кэрол Мэтлак. Рубль обвалился из-за падения нефтяных цен, поэтому российская экономика, основанная на экспорте ископаемого топлива, оказалась бы в шатком положении и без специальных ограничительных мер со стороны Запада.

В рецессии также виноваты не санкции. Замедление роста началось за несколько месяцев до вторжения в Крым и случилось из-за более глубоких проблем – пресловутой «нефтяной иглы», слабо развитого собственного производства, низкой продуктивности и чрезмерного контроля государства над частным сектором. Даже если бы санкции сняли завтра, сокращение экономики все равно было бы неизбежным. Как выразился аналитик лондонской Capital Economics Нил Шеринг, отмена просто означала бы, что рецессия стала бы менее глубокой, а восстановление – чуть более быстрым, и все.

В то же время, отмечает Businessweek, санкции выдают Путину удобного козла отпущения, позволяя ему свалить все трудности России на Запад. Похожая ситуация была на Кубе: изоляция острова США не только не низвергла коммунистический режим, но и усилила позиции Фиделя Кастро как борца с внешним агрессором.

Без сомнения, санкции доставили неприятности Москве: из-за закрытия для ряда российских компаний и банков глобальных рынков капитала Кремлю придется думать, чем отдавать чужие долги, а нефтяной отрасли будет не хватать западных технологий и оборудования. Но, по мнению Businessweek, ослабить санкции будет полезнее, чем еще больше усиливать их. 18 декабря в ходе пресс-конференции Путин высказался за восстановление единого политического пространства на Украине. Возможно, это заявление и станет для ЕС тем «жестом» со стороны России, который, по словам президента Франции Франсуа Олланда, способен привести к снижению экономического давления на Кремль.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/russia/kak_nam_obustr...-1199841.xhtml

Кажется, все плохо: Россия вошла в рецессию, цена на нефть ухнула вниз, ее примеру последовал рубль, потребительские товары начали дорожать и подорожают еще, бизнесу негде кредитоваться, дипломатические отношения с Западом испорчены, торговые связи нарушены, инвесторы разбегаются, а эксперты предрекают стране полноценный экономический кризис. За первые восемь месяцев 2014 года из России эмигрировало свыше двухсот тысяч человек – больше, чем за любой год правления Владимира Путина. При этом власти не предлагают никакой стратегии оздоровления: на большой пресс-конференции, посвященной итогам года, президент предложил россиянам потерпеть два года, и тогда все образуется само собой.

Но не все потеряно, сообщает информационно-аналитический портал U.S. News & World Report: по мнению аналитиков медиакомпании, хотя Россия и оказалась в условиях стратегического и экономического спада, для Москвы еще не поздно развернуть эту тенденцию и возвратить себе статус на международной арене. Российским властям предлагают пять советов.

Прежде всего, Кремлю следует согласиться вывести войска с территории Украины и помочь Киеву восстановить контроль над регионом, чтобы в ответ Запад снял свои наиболее болезненные санкции – например, ограничение доступа к рынкам капитала и технологиям.

Россия может уменьшить количество государственных корпораций – наименее эффективной части своей экономики. Малый и средний бизнес дает лишь около четверти ВВП страны – это гораздо меньше, чем в развитых странах.

Ничто так не поможет остановить спад, как восстановление отношений с соседями, уверены в U.S. News & World Report, и для этого Москва могла бы договориться с Украиной о поставках через ее территорию газа в Европу (вместо того, чтобы строить новый газопровод в Турцию).

Россия – многоконфессиональная и многонациональная страна, но националистическая политика отталкивает меньшинства и в конечном счете ослабляет государство, а плохое обращение с мигрантами и жесткие языковые требования к ним заставляют их уезжать из страны и лишают малый и средний бизнес необходимого ресурса. Куда разумнее продвигать всеобщую концепцию патриотизма.

Наконец, понятно, что ядерные силы помогают России поддерживать имидж великой державы, но ставить их в центр дорогостоящей модернизации армии вряд ли правильно. Стране нужны ресурсы для того, чтобы противодействовать непосредственным угрозам, например террористам из «ИГ» и Афганистана, – вот о чем нужно задуматься Москве.

Все эти шаги позволят России восстановить внутреннюю силу и вернуть положение в международном сообществе, считает U.S. News & World Report: мало кто ожидает, что Москва отдаст Крым, но возможности для того, чтобы остановить стратегический спад, у властей страны все еще есть.

[Ира Соломонова]

http://slon.ru/world/kak_deshevaya_n...-1172414.xhtml

Цена на нефть продолжает свое снижение, ставя новые рекорды. 16 октября баррель североамериканской WTI на электронных торгах Нью-Йоркской товарной биржи (NYMEX) впервые с середины 2012 года подешевел до $79,99 (более чем на 2%); стоимость Brent и Urals накануне опустилась до $82,7 и $82,6 соответственно. Падение цен происходит на фоне избытка производства с одной стороны (Ливия вместо 200 тысяч баррелей в сутки в начале года сегодня добывает 700 тысяч баррелей, США, Россия, Нигерия, Ирак и другие поставщики тоже наращивают производство) и спокойного спроса – с другой (потребление в Китае хоть и растет, но уже не такими высокими темпами, как раньше, а развитые страны свой спрос не увеличивают).

Эти факторы, рассуждают аналитики американской разведывательно-аналитической компании Stratfor, усиливают опасения: что будет, если стоимость нефти задержится на текущей отметке? Низкие цены создадут трудности как для производителей из ОПЕК, так и для других стран, в частности России, и будут вдобавок к финансовым иметь геополитические последствия.
Россия и Украина

Первый и самый важный результат снижения нефтяных цен – это тот эффект, который он окажет на противостояние России и Запада, считают в Stratfor. Углеводороды – главная статья доходов российского бюджета, который строился на ориентировочной цене $117 в течение большей части этого года ($90 в последнем его квартале) и $100 на 2015-й. Хотя Россия в настоящее время справляется с последствиями санкций США и ЕС, они уже заставили некоторые компании – в частности, «Роснефть» – обратиться к правительству за дополнительным финансированием. Сокращение российского бюджета, которое последует за падением цен на нефть, будет чем дальше, тем больше ограничивать Кремль в поддержке просящих. Чем тоньше будет финансовая подушка, тем менее эффективно она будет смягчать влияние санкций, и в конце концов Кремлю придется пересмотреть свою позицию в переговорах с Западом об Украине, полагают аналитики.
Ближний Восток

Европе хочется не только выиграть от снижения цен в борьбе с Россией, но и договориться с Тегераном по его ядерной программе. Для ЕС Иран с его большими запасами газа – наиболее многообещающая альтернатива российскому топливу. Тегеран, в свою очередь, находится под санкциями (а следовательно, лишен возможного дохода от экспорта газа), при этом несет расходы из-за конфликтов в близлежащих Сирии и Ираке и с трудом может позволить себе устойчивое снижение стоимости нефти.

Саудовская Аравия заинтересована в сохранении своей доли рынка и, как и Россия, может на время положиться на свои большие международные резервы, чтобы в условиях низких нефтяных цен «пересидеть» других поставщиков. Более того, Эр-Рияд может предложить еще большие объемы нефти со скидками и продемонстрировать, что он в отличие от конкурентов (например, России) более стабилен в долгосрочной перспективе.
Америки и не только

Снижение нефтяных цен повлияет и на Венесуэлу. Официально Каракас строит свой бюджет в расчете на $60 за баррель, пишет Stratfor, но сейчас Венесуэле нужно, чтобы нефть стоила, возможно, $110, чтобы бюджет сошелся. Низкие цены серьезно ударят по способности страны оплачивать импорт и могут заставить правительство либо пойти на продажу активов или золотых резервов, либо предложить покупателям нефти, например китайцам, более выгодные условия по нефтяным сделкам.

Тем временем крупным импортерам – Японии, Китаю, Индии, ЕС – низкие цены позволят отдохнуть от огромных счетов. Однако для той же Европы сокращение расходов на топливо может увеличить риск дефляции.

Stratfor предполагает, что стоимость нефти достигла своего нижнего предела. Вместе с тем, отмечают аналитики, нынешнее падение цен напоминает, насколько большую роль в геополитике играет и будет играть нефть, пока она остается одним из важнейших источников энергии.

[Ира Соломонова]

https://slon.ru/posts/59951
19 ноября, 14:52

После терактов в Париже 13 ноября большинство штатов США объявили об отказе принимать беженцев из Сирии. Это решение встретило много критики: комментаторы указывают на то, что большинство террористов жили в ЕС и имели европейское гражданство, что переселенцы бегут от насилия, а не пытаются в нем участвовать. Вспоминают даже Альберта Эйнштейна, который в 1933 году бежал из Германии в США. Страх общества по отношению к приезжим из других стран может быть контрпродуктивным и жестоким, но вместе с тем он естествен для человека: за этим страхом стоят научно обоснованные причины, объясняет Vox.

Обостренная реакция на беженцев и мигрантов после терактов – обыкновенная психология: когда нам угрожают, мы начинаем более четко проводить границу между «своими» и «чужими». Более того, мы слишком утрируем восприятие этих «чужих»: нам не важно, что говорит статистика, мы готовы всех сирийцев (или кого угодно) клеймить опасными. Серия экспериментов политического психолога Ингрид Хаас из Университета Небраски-Линкольна показала, что когда люди чувствуют себя в безопасности, они проявляют большую терпимость по отношению к другим, чем когда чувствуют угрозу.

Профессор социальной психологии из Клермонтского университета (Калифорния, США) Майкл Хогг в своем эксперименте установил, что чувство неопределенности влияет на самоидентификацию: неуверенность даже по отношению к себе усиливает в человеке чувство общности c социальной группой. Существуют даже экспериментальные доказательства справедливости поговорки о том, что «у страха глаза велики»: американцы, которые опасаются угрозы со стороны мексиканских мигрантов, уверены, что столица Мексики к ним ближе, чем на самом деле; те, кто угрозы не чувствует, оценивают физическое расстояние более адекватно.

Если негативное отношение к беженцам и мигрантам имеет не рациональные, а эмоциональные корни, можно ли его изменить? Профессор психологии Гарвардского университета Мина Сикара утверждает, что прежде чем включать рациональные аргументы – статистику, вероятность и так далее, – нужно смягчить эмоции общества, направить их в более позитивное русло («беженцы не отличаются от нас, и сейчас они нуждаются в помощи»).

Согласно исследованию, опубликованному в журнале Psychological Science в 2012 году, это осуществимо. Тогда участниками эксперимента стали израильтяне, которым показали материалы о палестино-израильском конфликте и спросили, какой из предложенных методов решения конфликта они поддерживают. Выяснилось, что подопытные, заранее ознакомленные с техникой «когнитивной переоценки» (подразумевает, что человек может разобраться со своими негативными эмоциями, понять, откуда они взялись, и побороть их), реагируют на стрессовые ситуации иначе, чем неподготовленные добровольцы. Люди, разобравшиеся в собственных эмоциях, выбирали менее агрессивную политику по отношению к палестинцам.

Есть и другой метод, давно опробованный благотворительными организациями, отмечает Vox: фотографии отдельных нуждающихся и их личные истории воздействуют на доноров сильнее, чем цифры статистики, какими бы впечатляющими они ни были. В случае с Сирией мы видим фото и знаем личности преступников, которые вызывают страх и ярость, а о беженцах знаем только статистику. Показ лиц и историй конкретных людей способен сильнее тронуть общество и приблизить «чужих» к «своим». Наконец, предлагают психологи, можно прибегнуть и вовсе к простому способу – не принимать судьбоносных решений на пике эмоций, будь то решение о миграционной политике или об эскалации войн.