*3892. "Ирония судьбы, или с лёгким паром"

[Dubikvit]

https://dubikvit.livejournal.com/766324.html
Пишет Виталий Дубогрей (dubikvit)
2018-12-29 15:08:00 4640

У нас есть традиция - каждый год 31 декабря мы с друзьями ходим в баню по одному из каналов нам показывают фильм Эльдара Рязанова "Ирония судьбы, или С лёгким паром!". Я сам обязательно включаю телевизор на этом фильме, потому что с первых музыкальных аккордов в начале фильма у меня появляется новогоднее настроение. Не смотрю - телевизор в это время просто фон. А когда пришла эта традиция?


Во всех передачах и статьях о фильме говорят, что с 1976 года, когда его первый раз показали по телевидению. Но, к примеру я, чьё осознанное детство пришлось на 80-е, не помню, чтобы родители (а мой отец очень любил смотреть кино по телевизору) в Новый год смотрели "Иронию судьбы".

Выяснить это не так сложно. Телепрограмму на новогодние праздники за разные годы не так сложно найти. Давайте же проследим. Итак, первый показ фильма пришёлся на 1 января 1976 года



Смотрим дальше программу. Встреча 1977 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1978 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1979 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1980 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1981 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1982 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1983 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1984 года. Первое появление "Иронии судьбы" в новогодней телепрограмме после премьерного показа (на второй программе в 16:10)





Встреча 1985 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1986 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1987 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1988 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1989 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1990 года. Второе появление "Иронии судьбы" после премьеры 31 декабря 1989 года в 15:20 по второй программе

31 декабря 1989 года. Воскресенье





Встреча 1991 года. "Иронии судьбы" нет



Встреча 1992 года. "Иронии судьбы" нет



Встреча 1993 года. "Ирония судьбы" в 14:05 по 1 каналу





Встреча 1994 года. "Иронии судьбы" нет



Встреча 1995 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1996 года. "Иронии судьбы" нет





Встреча 1997 года. "Ирония судьбы" на канале ОРТ в 18:05



Встреча 1998 года. "Иронии судьбы" нет



Встреча 1999 года. "Ирония судьбы" на канале ОРТ в 13:40



Встреча 2000 года. "Ирония судьбы" на канале ТВЦ в 16:30



Пл всему выходит, что главным новогодним фильмом "Ирония судьбы" стала не в СССР, а в конце 90-х, на волне ностальгии по Советскому прошлому

[Аргументы и Факты]

https://aif.ru/dosug/kak_horosho_vy_...s_legkim_parom

[Dubikvit]

https://dubikvit.livejournal.com/841225.html

Пишет Виталий Дубогрей (dubikvit)
2019-07-08 11:01:00 6674
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
Россия
Кино



Андрей Мягков на съёмочной площадке фильма "Ирония судьбы, или С лёгким паром!" появился достаточно поздно, когда съёмки уже начались, а режиссёр никак не мог определиться с актёром на главную роль. Лукашиным уже почти стал Олег Даль, но Рязанов находил его слишком жёстким для этой роли. И тогда Наталья Коренева, ассистент режиссёра по актёрам, предложила попробовать Андрея Мягкова


Рязанов сначала не поверил в комедийность этого актёра, ведь он был уже достаточно известен серьёзными драматическими ролями. Но после кинопроб режиссёр наконец вздохнул свободно. Всё то, что он хотел видеть в Лукашине - интеллигентность, деликатность, юмор - прекрасно сочеталось в игре Андрея Мягкова. А главное, по словам Рязнова - в пьяном виде он был невероятно обаятелен

Появление же иностранной актрисы в роли Нади Шевелёвой иностранной актрисы - своего рода месть Рязанова худсовету за то, что ему не дали в этой роли снять Алису Фрейндлих "Ищите красивую артистку!" - такой ответ ему был дан на худсовете. Рязанов начал искать - говорят, что на пробах побывала чуть ли не вся женская половина актёрской картотеки Мосфильма. Но однажды, посмотрев на досуге фильм "Анатомия любви", Рязанов решил, а почему бы не попробовать Барбару Брыльску. Ставка иностранной актрисы была в разы больше, да её, к тому же, ещё и пришлось переозвучивать



Съемки фильма "Ирония судьбы, или С легким паром!" . В павильоне киностудии "Мофильм" режиссёр фильма Эльдар Рязанов, исполнитель главной роли актер Андрей Мягков и польская актриса Барбара Брыльска в перерыве между съемками. 1975 год. Фото В. Алисова /РИА Новости

[Илья Стрекалов]

https://rodina-history.ru/2026/01/01...-brezhnev.html

Автор, кандидат исторических наук

1 января 1976 года советские зрители впервые увидели телевизионный фильм "Ирония судьбы, или с легким паром!"
01 января 2026
Родина - Федеральный выпуск: №1 2026
поделиться
Наверняка, многие читатели "Родины" знают этот фильм, что называется, наизусть. Уже много десятилетий каждую новогоднюю ночь он смотрится на одном дыхании. А вот создавался этот культовый киношедевр вовсе не так легко...

Фото: Мосфильм / rutube.ru
"Попал в жилу!"
Началось с того, что Эльдар Рязанов и Эмиль Брагинский, зарекомендовавшие себя как успешный творческий дуэт, решили переработать свою пьесу "С легким паром! или Однажды в новогоднюю ночь...". Рязанов горел желанием поставить двухсерийный фильм для кинотеатров, но "как только я заикнулся об этом (на киностудии "Мосфильм". - Авт.), меня просто никто не стал слушать. Две серии в кино в те годы разрешали, лишь когда постановщик хотел отразить какую-нибудь крупную, глобальную проблему. Делать же двухсерийный фильм о любовных похождениях загулявшего доктора - да кому это надо?"1.

Тогда режиссер пошел на переговоры с телевидением. Там согласились получить фильм от студии. И только после этого "Мосфильм" включил ленту в свой план производства.

Пьеса по жанру была исключительно комедийная. Режиссер-постановщик, однако, видел в будущей телеистории не только смех, но и грусть, он считал необходимым дать возможность зрителю поразмышлять о жизни. Рязанов настолько переработал пьесу, что на студии решили считать полученный сценарий "Иронии" оригинальным произведением - со всеми вытекающими из этого авторскими гонорарами. Более того, он так "попал в жилу" (литературный уровень сценария наложился на дефицитность комедийного жанра), что было решено заплатить авторам повышенный гонорар.

Тут уж сам бог велел сотворить шедевр...

Без Гурченко и Миронова
Осенью 1974 года сценарий утвердили. И Эльдар Рязанов, как положено, начал пробы артистов. В своих мемуарах он упоминает бесчисленное множество проб на роль Нади, не называя при этом имен и фамилий. Но Людмила Гурченко, триумф которой пришелся на первую полнометражную картину Рязанова "Карнавальная ночь", в своих воспоминаниях не постеснялась признаться: она проходила кинопробу на роль Наденьки. Более того, в одной из телевизионных передач, где шел диалог Рязанова и Гурченко, актриса в весьма ироничной форме заметила режиссеру: мол, ты мог меня утвердить, и я бы тебе все сыграла и спела на высшем уровне. Но ты решил поставить в кадр одну актрису, озвучить ее другой, а дать спеть за нее - третьей...

Трудно спорить с талантливой актрисой, но режиссеру-постановщику виднее...

Вот и главную роль Жени Лукашина первоначально предполагалось отдать неподражаемому Андрею Миронову. Он тоже пробовался, но результат Рязанова не убедил: чересчур фактурен для простого и невзрачного на вид Лукашина.

Правда, Рязанов все-таки "оставил" звездных артистов в фильме: когда в начале фильма расстроенный Ипполит включает телевизор, там показывают "Соломенную шляпку" с Гурченко и Мироновым в кадре...

Ленинградская деликатность Брыльски
После долгих метаний выбор Рязанова пал на польскую актрису Барбару Брыльску. Он запомнил ее по фильму "Анатомия любви". Позвонил в Варшаву, выяснилось, что Брыльска с нетерпением ждет работы над каким-либо сценарием: "Уже на кинопробе Барбара продемонстрировала удивительную деликатность в интимных сценах; в ней угадывалась, как это ни странно, подлинно ленинградская интеллигентность, она подходила по возрасту - годы актрисы и героини совпадали"2.

"Двойную" роль в фильме сыграла Валентина Талызина: она озвучила главную героиню, поскольку у польской актрисы был сильный акцент, и сыграла одну из ее подруг в эпизодической роли. Правда, имени Талызиной, актрисы дубляжа, не было в титрах - как и восходящей звезды советской эстрады Аллы Пугачевой, спевшей за Надю.

Как снимали наши любимые фильмы - подкаст "Родины"
Как снимали наши любимые фильмы - подкаст "Родины"
Ипполитом изначально должен был стать Олег Басилашвили. Его без всяких проблем утвердили на эту роль, но... у артиста перед съемками случилось несчастье: умер отец. Убитый горем артист объяснил ситуацию Рязанову, тот, конечно, вошел в его положение. Но, к счастью, на место Басилашвили быстро нашлась не менее достойная кандидатура - Юрий Яковлев, совсем недавно сыгравший в прогремевшей на всю страну кинокомедии "Иван Васильевич меняет профессию".

Содом на съемочной площадке
Когда в Ленинграде начались съемки, неожиданно подвела "зимняя натура". Снега в городе просто нет!3 Начальство разрешило группе все "ленинградское" доснять в Москве.

Кстати, изначальный замысел Рязанова не ограничивался двумя столицами. Режиссер хотел снять с вертолета разные города Советского Союза, и в начале картины диктор должен был при показе этих городов - Владивостока, Тбилиси, Минска, Мурманска, Одессы, Свердловска... - рассказывать о том, как типичные новостройки охватили такие разные уголки огромной страны. Но от вертолетных съемок отказались - слишком велик замах для камерного фильма. Ограничились мультипликацией для начальных титров.

Впрочем, технических сложностей хватало и без этого. Рязанов впервые решил освоить новую технику съемок - трехкамерным методом по системе "Электроник-КАМ". Суть ее в том, что одна камера снимает общий план, две остальные - героев картины крупным планом. Это позволяло одновременно зафиксировать эмоции главных героев, чего вряд ли возможно достичь последовательной съемкой одной камерой. Но новый метод был крайне трудоемок.

Фильм "Морозко" стал символом новогоднего настроения для миллионов зрителей
Фильм "Морозко" стал символом новогоднего настроения для миллионов зрителей
"Нужно создать световую среду практически во всей декорации на все 360 градусов единовременно - ведь три камеры, как три шпиона, подглядывают буквально отовсюду. Это невероятно осложняет задачу оператора, - вспоминал Рязанов. - Труднее всего снимать крупные планы, где требуется чрезвычайная тщательность в обработке светом актерского лица".

Значительно прибавлялось проблем и у художника-декоратора. Работу при многокамерном методе Рязанов охарактеризовал в мемуарах словом "содом". Но не сдался!

В плену у пленки
30 июня худсовет творческого объединения "Телефильм", посмотрев готовую картину, дал ей высокую оценку. Но беда пришла, откуда не ждали. Творцам пришлось объясняться по поводу того, что вместо положенных по плану 4100 метров кинопленки потратили 5252! Идти против утвержденного плана, тем более с таким фантастическим превышением метража (ведь разрешалось снять односерийный фильм!), не позволялось никому. Пришлось отбиваться филигранными объяснительными записками: "Съемочная группа в период подготовки съемок пыталась вести тщательную работу в направлении сокращения метража, но каждый раз сталкивалась с невозможностью формального вторжения в структуру драматургии".

После просмотра на "Мосфильме" коллеги по цеху поддержали Рязанова. Пришлось пойти навстречу и представителям Гостелерадио, согласившимся на двухсерийную версию. Однако телередакторы отыгрались при монтаже. Увидев в истории Жени и Нади нечто нетипичное для советских людей, они попросили авторов вставить титр в самом начале фильма: "Совершенно нетипичная история, которая могла произойти только и исключительно в новогоднюю ночь". Настоятельно рекомендовали смягчить и "пьяную" интонацию Жени Лукашина, перебравшего со спиртным в бане.

Зато некоторые фразы из фильма, давно ушедшие в народ, в режиссерском сценарии звучали совершенно иначе. Их сами создатели переиначивали на ходу. Например, почти легендарная фраза опьяневшего Ипполита про заливную рыбу поначалу выглядела так: "Какой невкусный паштет! Какая гадость..."4.

Ирония режиссерской судьбы
Говорят, от излишне жесткого редактирования картину спасла "протекция" генерального секретаря ЦК КПСС Л.И. Брежнева, которому ее однажды показали. Причем, спустя несколько лет Леонид Ильич, выступая с докладом на XXVI съезде КПСС, к месту упомянул картину Рязанова, рассуждая о недостатках советского градостроительства: оно "нуждается в большей художественной выразительности и разнообразии, чтобы не получалось, как в истории с героем фильма, который, попав по иронии судьбы в другой город, не сумел там отличить ни дом, ни квартиру от своей собственной"5. Зал разразился аплодисментами!

Что ел Женя, чему учила Надя и на чем ездил Ипполит. Тест "Родины" про "Иронию судьбы"
Что ел Женя, чему учила Надя и на чем ездил Ипполит. Тест "Родины" про "Иронию судьбы"
В первый день Нового 1976 года зрители увидели долгожданный фильм. И только Эльдару Рязанову теленачальники подпортили настроение, выдернув из-за новогоднего стола. Режиссеру пришлось утром 1 января приехать на телевидение для перезаписи своего вступительного слова к зрителю. Его просили представить картину как новогоднюю сказку, а не "рождественскую", потому что в Советском Союзе религиозных праздников нет...

1. Рязанов Э. Неподведённые итоги. М., 1995. С. 208.
2. Там же. С. 211.
3. Архив киноконцерна "Мосфильм". Ф. 2453. Оп. 10. Д. 1419. Л. 22.
4. Там же. Д. 1418. Л. 121. РГАЛИ.
5. XXVI съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчёт. Т. 1. М., 1981. С. 81. РГАЛИ

[Георгий Судовцев]

https://zavtra.ru/blogs/dusha_nadezhdi

00:15 25 декабря 2025

О культовой советской новогодней киноленте

Время, как известно, при всей своей протяжённости, — жидкость весьма сверхтекучая. Вот и фильму "Ирония судьбы, или С лёгким паром" режиссёра Эльдара Рязанова на днях исполнится уже ни много ни мало — полвека. И, наверное, в этом году его снова будут показывать по разным каналам отечественного телевидения — а что же ещё всем нам необходимо смотреть в канун новогоднего праздника? За прошедшие годы телеисторию московского участкового хирурга Евгения Лукашина (роль Андрея Мягкова) и ленинградской (позвольте использовать здесь такое название) школьной учительницы Надежды Шевелёвой (роль Барбары Брыльской) посмотрели уже не менее полумиллиарда человек, и её, эту историю, все желающие успели рассмотреть не просто вдоль и поперёк, но также во всех возможных диагоналях и проекциях, ракурсах и дискурсах. "Классика жанра", "культовый фильм", "символ эпохи", "часть коллективной памяти и новогоднего ритуала", "культурный код", "выдающийся портрет целого поколения", — каких только громких определений и эпитетов не была удостоена эта лента за свою полувековую историю, которую, тем не менее, вряд ли можно считать окончательно завершённой, а потому ставшей достоянием прошлого — пусть её герои сейчас выглядят уже подчёркнуто несовременными, "из той жизни", с другими нормами, правилами и законами, но они — всё ещё часть нашего актуального настоящего: часть, от которой мы, несмотря ни на что, не можем (не в состоянии) либо не хотим отказаться. Мы живём в таких же домах, почти так же одеваемся, так же наряжаем новогодние ёлки такими же игрушками и мишурой, и даже "те самые" "жигули" (Ипполит) с "волгами" (такси из ленинградского аэропорта) ещё можно встретить на наших улицах, а "ту самую" мебель — в наших жилищах. И, конечно, смотрим (и заново переживаем) "Иронию судьбы". Какие-то глубинные струны в наших сердцах эта лента заставляет звучать резонансом даже сегодня, когда многие её создатели, не говоря уже о зрителях, ушли из жизни, а общество наше успело пережить множество не слишком заметных, заметных, а нередко даже прямо бросающихся в глаза изменений — можно сказать, стало другим, причём успело сделать это уже не раз. Например, вы представляете себе сегодня загрузку невменяемо пьяного и без документов Жени Лукашина в самолёт рейса Москва — Санкт-Петербург? А реакцию на него других пассажиров? А реакцию хозяйки квартиры Нади Шевелёвой на присутствие в её квартире неизвестного незнакомого человека? Это к слову о разнице человеческих отношений в "застойном" СССР и в современной России.

Какой же вывод из всего этого следует? Что мы — "чем больше всё меняется, тем больше остаётся неизменным" — продолжаем быть прежними? Или же речь должна идти о чём-то другом?

Ведь вот удивительное дело: налицо другой "новогодний" фильм того же режиссёра, только посвящённый встрече не 1976-го (вернее, 1975-го, дата определяется по фильму "Соломенная шляпка", но монтаж ленты завершился лишь в июне, и она полгода ждала премьеры), а 1957-го года, — "Карнавальная ночь", с образами Серафима Ивановича Огурцова (роль Игоря Ильинского) и Леночки Крыловой (роль юной Людмилы Гурченко), но, в отличие от "Иронии судьбы", подобной глубинной, живой сопричастности у зрителей он давно уже не вызывает — прежде всего потому, что там показаны совсем другие люди, с другими проблемами и системами ценностей, целиком принадлежащие иному "духу времени": чуть более близкие нам, но в целом не менее далёкие, чем герои грибоедовского "Горя от ума" или гоголевского "Ревизора". То есть за неполные двадцать лет, прошедшие от "Карнавальной ночи" до "Иронии судьбы" наше общество и наша жизнь в нём претерпели куда более значимые, существенные трансформации, чем за последующие полвека, изменился сам образ и стиль жизни. В первом из этих двух рязановских фильмов нет и намёка на какую-то камерность, интимность — нет, всё предельно публично, общественно, сценично, это куда в большей степени острая социальная сатира, чем тонкая ирония личных судеб. Хотя обе ленты формально можно отнести к одному и тому же жанру "ромкома", или романтической комедии (точно так же, как "ситком" — это ситуационная комедия): ведь и сатира, и ирония суть лишь различные проявления категории комического, но первое из них нацелено вызывать открытый смех, а второе — "понимающую" скрытую улыбку. "Если сила смеха так велика, что её боятся, стало быть, её не следует тратить по-пустому. Боясь смеха, человек удержится от того, от чего бы не удержала его никакая сила", — писал Гоголь. Скрытая улыбка иронии вроде бы не удерживает ни героев, ни зрителей ни от чего. Но она всё равно несёт собой посыл, "как надо" и "как не надо". Поэтому обвинения со стороны критиков "Иронии судьбы" в том, что эта лента представляет собой "безыдейную комедию о похождениях загулявшего доктора", что её герои — аморальны, по факту предают не чужих себе людей, не говоря уже о "пропаганде алкоголя и курения", — вполне понятны и отчасти даже обоснованны, тем более, что главный герой пьесы Эльдара Рязанова и Эмиля Брагинского "С лёгким паром, или Однажды в новогоднюю ночь", выдержавшей больше сотни постановок на театральной сцене и ставшей основой сценария "Иронии судьбы", носил "говорящую" фамилию Алкашин. Но фильм — далеко не идентичен пьесе, и знака равенства или даже следствия (соответственно, = или →) между ними ставить не стóит.

В "святые девяностые" была мода (а в отечественной "либеральной" среде, с началом СВО резко "сдувшейся", — она, скорее всего, жива и поныне) представлять главных героев "Иронии судьбы" в качестве своего рода "икон советского диссидентства": на основе их "свободного" стиля жизни, обширного знакомства с "полуразрешёнными" на то время образцами русской поэзии — всё-таки у нас была "самая читающая в мире страна" — или высказанного вскользь недовольства героев своими "хорошими, но маленькими зарплатами", на которые, разумеется, не было никакой возможности свободно приобрести в полную личную собственность даже выданные им государством стандартные малометражные квартиры в стандартных новостройках. Видимо, свою роль в формировании подобной трактовки сыграли и политическая конъюнктура того времени, и репутация самого Рязанова, известного, помимо своих фильмов, ещё и едкими эпиграммами — например, такой, получившей в советские времена буквально всенародную известность: "Мы не сеем, не пашем, не строим — / Мы гордимся общественным строем".

Но режиссёрская "фига в кармане", оставалась не более чем "фигой в кармане", модным аксессуаром художественной "номенклатуры" — ведь всё-таки экранный хирург Лукашин принимал до тридцати человек за рабочий день, а экранный педагог Шевелёва, как сообщается, была удостоена фото на доске почёта своей школы, то есть "вкалывали" эти телегерои — каждый по своей специальности — минимум на совесть. Но при этом некая "валентность" внутри них — возможно, "валентность", обозначаемая в рамках традиционных ценностей как "Бог", — всё же оставалась незанятой. Не потому ли для хирурга Жени такое значение имело совместное с друзьями ежегодное посещение бани 31 декабря, а утончённая красавица и умница Надя к своим 34 годам так и не нашла себе пару? "А семьи всё нет, не получилось, бывает…" Но в официально атеистическом советском обществе речь о Боге могла идти прежде всего через речь о Любви (евангельское "Бог есть Любовь"), и, с данной точки зрения, если признанная "культовой" "Ирония судьбы" — это история о любви между людьми, то, например, столь же "культовый" телесериал "Семнадцать мгновений весны" — это история о любви к Родине, к ближним своим (кстати, помимо всего прочего, у этих, таких разных, во всём, кроме суперпопулярности, фильмов — один композитор, Микаэл Таривердиев, чья музыка давала общую для них "звуковую атмосферу").

Среди множества разных фактов, сопровождавших появление этих картин, также можно выделить момент их создания изначально для ТВ, а не для кино — момент, который, перефразируя известные ленинские слова, можно выразить так: "Важнейшим из искусств для нас является телевидение" (на следующем этапе технологического прогресса, уже в XXI веке — Интернет). Поэтому по всему "Ирония судьбы" — не бытовой анекдот, не рождественская "сказка для взрослых" и даже не "святочный рассказ", а притча о том, что между Галей "для галочки" ("будет мелькать перед глазами туда-сюда, туда-сюда") и Надей "для надежды": на любовь, на счастье, на чудо, — человек всегда может выбирать (и должен выбирать) последнюю. Даже вопреки всем писаным или неписаным нормам, правилам и законам.

"Нашим фильмом мы хотели как бы постучаться в сердце каждого человека и сказать: "Помни, что надо верить людям, что жизнь прекрасна, что чудо возможно!" — впоследствии разъяснял Эльдар Рязанов. Но здесь, как мне кажется, всё-таки присутствует ещё одно — возможно, самое важное — обстоятельство: в каком-то смысле "Ирония судьбы", сделанная по вполне советским меркам, оказалась ещё и спецзаданием "на вырост" нашему обществу, причём в этом смысле все мы в России последние пятьдесят лет продолжаем "расти". Конечно, примеряя, впору нам уже или ещё нет эта привычная одёжка.