9698. Останкино

[Ирина Петровская]

- Но, может быть, кого-то (не знаю, кого) ycтpaивалo, чтобы наиболее агрессивная часть населения выпустила пap. И выпустила его здесь, «вдали от шума городского», вдали от центров, где сосредоточена та власть, недовольство которой и послужило причиной всех событий.

[Егор Яковлев]

-Может быть….. Но я поражен тем, что многие до сих пор упрекают меня: зачем я принимал представителей ппозиции, зачем с ними разговаривал? А я рад, что пять часов провел с этими людьми. Я понял, что с ними, исключая Анпилова, можно и нужно разговаривать. Интересно, что из двенадцати человек, 12 июня обьявивших голодовку у меня в кабинете, листовку о митинге 22 июня спустя несколько дней подписали только трое. Девять после наших переговоров ушли от Анпилова.

[Ирина Петровская]

-А Проханов в передаче «Диалог в прямом эфире» заявил, что своим появление на экране оппозиция обязана решительным действиям народных масс….

[Егор Яковлев]

-Во-первых, это ложь, потому что Анпилов, Бабурин, Зюганов и другие участвовали в нынешнем году не менее чем в 25 ТВ-программах и бесчетное множество раз имели доступ к радиомикрофону. Нет системы предоставления эфира оппозиции-согласен: мы этим занимаемся. А во-вторых, на той встрече я сказал: наша кампания заинтересована в присутствии оппозиции на экране больше, чем сама оппозиция. Если мне сегодня это запретят, я работать здесь не стану. Но когда я смотрел из окна своего кабинета, как идут стенка на стенку милициия и толпа, я увидел гражданскую войну в миниатюре. И твердо понял, что не желаю быть ни на той, ни на другой стороне. Полторанин и Попцов прекнули меня на парламентских слушаниях, что, мол, хочу быть над схваткой. Дело не в этом: ТВ не должно выбирать, на чьей оно стороне, когда льется кровь. Его задача сделать все, чтобы этого не допустить.

[Ирина Петровская]

Я согласна, что общенациональное ТВ не может придерживаться какой-то одной политической линии Но это же не значит, что у него вообще не должно быть никакой концепции в освещении тех или иных проблем и событий, как нет ее сейчас. С экрана практически изчезли публистические передачи и, возможно, как результат-значительный процент населения не понимает, что происходит в стране….

[Егор Яковлев]

-Неужели вы считаете меня таким нахалом, который скажет, что сам что-то понимает?

[Ирина Петровская]

-Так публицистика и есть способ разобраться, что происходит.

[Егор Яковлев]

-А вы полагаете, что на телевидении сидят боги, которые в состоянии все обьяснить?

[Ирина Петровская]

-Допустим, обьяснить не в состоянии. Но показать-то в состоянии-и не только горы трупов и пробоины в стенах, но и просто жизнь. Мне, например, вдруг безумно захотелось увидеть, КАК сеют, ЧТО сеют т ЧТО мы есть зимой будем. Нашему зрителю, который живет в постоянном ожидании голода, мора и войны, на мой взгляд, очень важно видеть: несмотря ни на что, жизнь продолжается, люди как-то живу и выживают. Вот этого на телеэкране фактически нет. Зато-огромное множество всяческих шоу, уровень которых столь удручающ, что наводит на мысль: до содержательной, творческой части вещания никому нет дела.

[Егор Яковлев]

-Выяснить, что происходит, очень трудно. Показать жизнь как она есть еще труднее. В «Останкино» сегодня очень мало людей, которые могли бы это делать: покажут сев, по которому вы соскучились, так, что завтра придете и в меня плюнете. Но и мне самому не хватает в наших программах того, что вы называете просто жизнью. Иногда это получается у авторского ТВ, у Леонида Парфенова. Я очень дорожу «Темой» Листьева. Он первый, как мне кажется, сделал передачу, которая касается тех или иных сторон взаимодействия людей. То есть вы правильно говорите, что совершенно ушла с экрана жизнь-крупного предприятия, маленького города, села, семьи. И у нас действительно много провальных программ. И мы топчемся на месте….. И творческие наши дела оставляют желать лучшего.