**747. Русский календарь

[Полит. ру]

http://polit.ru/news/2017/08/06/avaliani/
06 августа 2017, 00:02 Мемория

Дмитрий Авалиани
polit.ru

6 августа 1938 года родился Дмитрий Авалиани, поэт, палиндромист.

Личное дело

Дмитрий Евгеньевич Авалиани (1938—2003) родился в Москве в семье книжного графика Евгения Авалиани. Окончил кафедру экономической географии СССР географического факультета МГУ, после чего довольно долго работал по специальности. Затем, в связи с обострением болезни Бехтерева, устроился сторожем в издательство НЛО.

По воспоминаниям Бориса Колымагина, «ночью редакция становилась для него мастерской: Авалиани работал, активно используя принадлежащие издательству бумагу, принтер, ксерокс. На этом однажды и погорел: Ирина Прохорова, владелец сего предприятия, случайно прознала про эту особенность творческого метода Дмитрия Евгеньевича и прогнала, как сокрушенно заметил Олег Асиновский, «батюшку».

В конце 60-х — начале 70-х Авалиани примыкал к группе Иоффе-Сабурова, которая существовала около десяти лет как общность авторов, очень разных, но близких в основных творческих позициях. Вошел в число авторов первого и единственного номера самиздатского журнала «Литературный вестник», составленного в 1969 году, наряду с Айзенбергом, Иоффе, Маковским, Сабуровым, Шленовым. Работал во многих жанрах, в том числе палиндрома и визуальной поэзии.

Официально не публиковался в СССР до конца 80-х. Потом начали выходить подборки в «Новом мире», журнале кукольного театра «Кук-арт», газетах «Авто», «Гуманитарный фонд», «ГФ-Новая литературная газета», «Российская музыкальная газета».

В 1995 в издательстве АРГО-РИСК вышла его первая книга — «Пламя в пурге». В книгу вошли произведения, представляющие различные направления творчества Авалиани – как стихотворения относительно традиционного типа, так и написанные в экспериментальных жанрах.

Далее были книги «Улитка на склоне: Стихи, палиндромы, анаграммы, граффити» (1997), «Иной реестр: Стихи, палиндромы, анаграммы, листовертни» (1997).

Последняя прижизненная книга - «Лазурные кувшины: Стихотворения» вышла в 2000 году.

Дмитрий Авалиани погиб 19 декабря 2003, возвращаясь со свадьбы приятеля. Его сбила машина в двух шагах от дома.

Чем знаменит

Дмитрия Авалиани называют классиком так называемой «игровой поэзии» (палиндромы, анаграммы, панторифмы - и многое другое). Вместе с Владимиром Гершуни, Еленой Кацюбой и, несколько ранее, Николаем Ладыгиным, он является основоположником современного русского палиндрома. Палиндром (в переводе с греческого — бегущий назад) — это слово или фраза, одинаково читаемые как слева направо, так и справа налево. В русской стихотворной традиции палиндромы присутствовали еще со времен Державина, немало внимания уделял им Хлебников, но только в творчестве Дмитрия Авалиани палиндром стал полноценной формой художественного высказывания.

«Он начал с палиндромов, достигнув в этом виде словесной игры высочайшего мастерства; он продолжил, сочиняя анаграмматические стихи, панторифмы, тавтограммы, «алфавиты» — а также другие, им самим придуманные стиховые формы, устоявшихся названий у которых нет: двустишия, отличающиеся одной буквой, или стихотворение, написанное с использованием только трех согласных, или еще более изощренные и оригинальные работы», - писал о нем Андрей Урицкий.

Огромный вклад внес Авалиани и в развитие русской визуальной поэзии: он изобрёл своеобразную поэтическую форму на стыке поэзии и каллиграфии, названную «листовертень» — небольшие тексты от одного слова до нескольких строк, написанные, или даже, скорее, нарисованные таким образом, чтобы при переворачивании на 180° (реже на 90°) читался уже другой текст. Иногда в сумме эти «перевертыши» составляли вместе рифмованное двустишие или четверостишие.

Авалиани также развил и превратил в особую литературную форму панторифмы и анаграммы, экспериментировал с некоторыми другими необычными и трудными приёмами стихосложения.

О чем надо знать

Дмитрий Авалиани был горбат. «Маленький человек с горбом, с большой папкой под мышкой», - так описывал его Борис Колымагин. При этом, по воспоминаниям Алексея Сосны, Авалиани не был от рождения горбат, а горб появился и развился в студенческие годы «в результате неосторожного обращения с тяжестями».

«Подумалось

может быть эта трагедия, сильное искривление основного жизненного ствола человека, и объясняет уникальное творческое направление принёсшее ему наибольшую известность - листовертни

может быть, прямому человеку никогда было не догадаться так искривлять и скручивать буквы, чтобы они при взгляде с разных сторон давали разные смыслы», - пишет автор Lj-журнала Махар Лучезар.

Прямая речь

«Чем может быть полезен и интересен сегодняшнему школьнику непререкаемый классик русского стиха Николай Алексеевич Некрасов - не разумею; но твердо знаю, что в школьной программе должен быть ныне здравствующий поэт Дмитрий Евгеньевич Авалиани со своими листовертнями, потому что эти маленькие мультики, герои которых - слова, блистательно решают задачу одомашнивания слова, его приручения в игре, при сохранении за ним полновесного экзистенциального содержания», - литератор Дмитрий Кузьмин, Уроки литературы как уроки жизни.

«В Авалиани была суровая тайна, и теперь с недоумением пытаюсь представить, как множество алхимиков-филологов, с авангардистским закосом, её разгадывают. Нельзя представить методологических статей по творчеству Авалиани, хотя они и есть. Эти статьи противоречат существу его поэзии: значит, не-существуют. Об Авалиани можно написать только так, как сам он написал о своих встречах с Аронзоном. Эти записки — реквием и завещание. Только так: бросками, жестами, вздохами. "Имя, не ставшее словом" — прежде всего относится к самому Дмитрию Авалиани», - Наталия Черных.

«Словесные игры, шутки, фокусы с пространственным перемещением нарисованного слова оказывались удивительно содержательными и естественными текстами, как будто эта невероятная эксцентрика слова организована самим языком. Действительно, Авалиани находил в языке такие точки, в которых слово проявляло свойства, не известные до этих экспериментов», - Людмила Зубова. Дивная словесность Дмитрия Авалиани.

В траве на дне травы

На самом дне травы

Я спал отдавшись лону

Когда подобно башенному звону

По скорлупе огромной головы

Ударил дождь и в бок меня и в спину

И понял я какой я страшно длинный —

На мне зрачки как бабочки открылись

И удивились — о, как удивились!

Дмитрий Авалиани

Некоторые палиндромы Авалиани:

Не до логики — голоден;

Ем, увы, в уме;

Я не моден, тут не до меня;

Нече выть, ты вечен;

Вот сила минималистов!

Кич печатал, а скулил я:

я ли лук, салата чепчик?

Нече выть, не меркни, мак тут.

Тут камин-кремень, ты вечен.

Я — лад, мотив, о Ляля!

Я — ля! Лови том Даля.

Ни морд, ни лап. И мир —

пни лбов мущин.

Нищ ум — во, блин!

Прими палиндромин

Некоторые панторифмы Авалиани:

небом живы

не бомжи вы

избыт и я

из бытия

вы шелестите, перья

выше лести теперь я

2 факта о Дмитрии Авалиани

В годовщину смерти поэта в музее «Зверевский центр современного искусства» прошла выставка «Небом живы» (Борис Куперштейн - графика, скульптура; Дмитрий Авалиани - визуальная поэзия).

Авалиани написал автоэпитафию в виде палиндрома: Я не мил, а взят, - и мечтою ярем умеряю. Отче, Митя звали меня.

Материалы о Дмитрии Авалиани

Борис Колымагин. Река и Песок. Памяти Дмитрия Авалиани.

Дмитрий Авалиани: словесная акробатика. Глава из книги Людмилы Зубовой «Языки современной поэзии»

Листовертни Дмитрия Авалиани

Статья о Дмитрии Авалиани в Википедии