9000. Елабуга

[Сергей О Марков]

Огонек № 26 июнь 1986 года
Я хотел бы вернуться в Елабугу
фото Анатолия БОЧИНИНА
а уже тосковал по Елабуге, глядя
на нее с крутизны Чертова го р о дища,
у которого Тойма сливается
с Камой.
Сол н це Садилось у меня за
спиной. Так все ярко, четко вырисовывалось,
что казалось, будто
смо трю я в просветленные окуляры
бинокля, что каждый закатный
луч нашел себе что-то одно, самое
притягательное, и уже не отпустит,
буд ь то ворона на далекой антенне,
ветвистая коряга на песчаной
ко се острова, окно двухэтажного
бревенчатого д ом а в низине
или пятиглавый Спасский со б
о р с колокольней, светящейся и
каким-то еще собственным светом.
Елабуга... Удивительное слово.
Елабуга... Только здесь м о г р о диться
Иван Иванович Шишкин.
или Германию,— он писал свою маленькую
родину, «ее степей холодное
молчанье, ее лесов б е зб р еж ных
колыханье, разливы рек ее,
подобные морям...». Зд есь «он с
утра обыкновенно забирался куда-
нибудь за го р о д и целые дни б р о дил
по замечательно красивым окрестностям
Елабуги, зачеркивая и,
главное, наблюдая, усваивая себе
природу, которой он оставался верен
всю жизнь и к которой постоянно
до последнего времени возвращался
в своих картинах. Д ом а
он казался дикарем, нелюдимым,
постоянно сидел у себя в комнате,
где из окон открывался чудный
вид на при б р еж ны е луга и за кам-
ские леса».
Шишкинские места сохранились.
Заведующая Д о м о м -м у з е е м Шишкина
Светлана Васильевна Бобкова
показала мне, гд е он писал «Обрыв
», «Святой ключ близ Елабуги
»...
Ключей близ Елабуги и д о сих
пор бьет множество. Приехав в
го р о д рано утром, я увидел из
окна автобуса девушек с ко р ом ы с лами.
«Неужели вод о пр о во д а
нет?» «Есть, как же! — ответили
мне.— Хороший, современный водопровод
». «Так почему ж е тогда...
» «Коромысла-то? Д а сами поймете.
О вод опр оводе Ивана Васильевича
Шишкина не слыхали?»
— Он и мельницы строил — ветряные,
водяные, и башню восстанавливал
на Чертовом городище,—
говорил мне Николай Иванович
— А здесь,— говорил он, ра звернув
карту города,— мы учтем
все ошибки, просчеты, которых
было достаточно, здесь...— Бес прерывно
нас прерывали телефонные
звонки из Одессы, С в ер д ло вска,
Вильнюса, входили и выходили
инженеры, архитекторы, с тр о и тели,
в конференц-зале уже начиналось
очередное заседание, и
срочно, нужно было вылетать в
Харьков ругаться с проектировщиками,
которые обязаны, но безобра
зно обеспечивают стройку
документацией.— Елабуга — это
ведь и Андрей Боголюбский, и Ермак
Тимофеев, и Иван Грозный...
— А не могут сказать, что к
крупнейшей с тройке этой и следующей
пятилеток эти исторические
личности имеют довольно
косвенное отношение?
— Не могут. Никто этого сказать
уже не посмеет. Во-первых, Елабуга
должна стать культурным центр
ом всей округи — Брежнева,
'Нижнекамска, Менделеевска... А
во-вторых, ничего врем енного мы
делать здесь не собираемся и сами
пришли не только для того,
чтобы работать, но и для того, чтобы
жить здесь и воспитывать детей.
Какой же мож ет быть гор од
будущего без прошлого?
От генерального директора я
снова отправился в му зей Шишкина.
Светлана Васильевна дала мне
почитать «Историю города Елабуги
», «составленную» о тцом живописца,
Иваном Васильевичем Шиш-
ставили бы красу не только уездному,
но и губернскому городу».
Во всем, что делал, писал Шиш-
кин-старший,— бесконечная гордость
за свой городок и за своих
земляков. Сверкают, шумят где-то
Петербург и Париж, Лондон и
Москва, а Ивану Васильевичу милей
родная Елабуга, ни на что бы
он ее не променял, хоть и впору
иногда было впасть в отчаяние от
тупости и лености некоторых ее
граждан и начальства.
О водопроводах в Елабуге, конечно,
слышали, но «никто не сочувствовал
и решительно никто не
надеялся, чтобы можно было провести
воду туда, где ее нет... И потому
никто не согласился никакого
делать пособия. Тогда я и решился
устроить собственно своим счетом
». И устроил, несмотря ни на
что, даже на бурю, которая вырвала
уже уложенные дубовые желоба
из земли и унесла, после чего
все горожане поняли, что невозможно,
что самой судьбе неугоден
водопровод. Когда ударил посреди
города фонтан — все ахнули от
изумления; до утра не могли разойтись,
и потом много дней съезжались
с окрестных деревень крестьяне,
чТобы подивиться на чудо.
«Начально был поставлен столб сажени
две, и в нем было проверчено
несколько дыр, и в них во все
стороны вода струилась. Я сделал
на площади около столба чан, и
тут из него начали воду брать».
И до сих пор приходят с коромыслами
и берут, хотя прошло
уже больше полутора сотен лет и
не раз проводились новые водопроводы Вкусней, прозрачней,
мягче воды, чем из водопровода
Ивана Васильевича, я не пил нигде.
Замечательную память по себе
оставил этот скромный малограмотный
человек. Многие ли памятники
могли бы сравниться с этим
по своей подлинности, несомненности?—
вот о чем я думал, набирая
полные пригоршни и окуная
лицо, потому что пить уже не мог,
но и оторваться тоже. И архитекторы,
с которыми я гулял в тот
Река Кама вблизи Елабуги *
Здесь строится тракторный
завод * У дома, где провела
свои последние дни Марина
Цветаева.
Н А Р А З ВО Р О Т Е
ВКЛАДКИ:
Лето пришло * В доме-музее
Ивана Ивановича Шишкина
* Глаз не оторвать...
* Дом Надежды Дуровой *
Им жить в городе будущего.
См. стр. 24.

Здесь, посреди России.
«Мой девиз? — восклицая он.—
Да здравствует Россия!»
В 1910 году художник И. Э. Грабарь
писал: «Недавно еще его картины
казались со врем ен н ому поколению
только скучными и лишенными
достоинств, к р ом е похвальной
усидчивости. Но теперь,
когда прошла острота борьбы двух
мировоззрений, надо признать, что
заслуги Шишкина в истории русского
пейзажа огромны».
А Россия — страна пейзажа.
Пейзаж не только как жанр в искусстве
живописи, но в широком
смысле слова может иметь, по
мнению современных социологов,
значение географическое, натуралистическое,
биологическое, психологическое,
социальное, экономическое,
философское, эстетическое,
экологическое... Несколько
лет назад в СШ А проходила всемирная
выставка, посвященная охране
окружающей среды. Наша
экспозиция начиналась с полотен
Шишкина.
Где бы ни был живописец, чтобы
ни писал— остров ли Валаам, Крым
Бех, генеральный д и ректор с тр о я щегося
в Елабуге тракторного завода.
Это будет огр омный завод, верней
производственное объединение,
состоящее из шести заводов.
О д н а из крупнейших сейчас в
стране строек, вр оде Б АМ а , со сед него
К ам А З а . Она уже началась,
ее слышно, видно, уже чувствуется
ее горячее дыхание, пахнущее
бензином и соляркой, металлом и
цементом. Стране производственное
объединение даст «универсально-
пропашные тракторы м ощ ностью
150 л. с., имеющие важное
значение для выполнения заданий
Продовольственной про гр ам мы
СССР» . А что будет с самой Елабу-
гой — выдержит, выстоит ли этот
небольшой гор од о к с многов ековой
историей, и если выстоит, .то
каким будет ч ерез три, пять, д е сять
лет?
«Елабуга станет' го р о д ом двадцать
первого века»,— говорили
мне строители.
Николай Иванович Бех, котором
у нет и сорока, строил Волжский
и Камский автомобильные заводы.
киным, и посвященную д о б ры м и
благотворительным согражданам.
Вот что я оттуда выписал:
«Я как старожил своего города,
находясь в преклонных летах, хочу
на память потомству рассказать
историю своего родного города от
начала его и намерен постепенно
довести рассказ свой до настоящего
цветущего его состояния».
Много раз горел этот город —
первым, возможно, сжег его персидский
царь Дарий, гнавшийся за
скифами. Но город восставал из
пепла, подобно сказочной птице
Феникс. С любовью Иван Васильевич
описывает Елабугу, бывшее
Тресвятское, окрестности: «За расстилающимися
перед городом лучами,
прямо — величественная Кама,
с быстробегущими пароходами и
барками, нагруженными хлебом
и разными изделиями, также разными
сибирскими металлами и минералами...
Если взглянуть на город
с Камы, то вид его произведет
также приятное впечатление: вы
увидите на довольно большом возвышении
набережную города, на
которой стоят одна за другою и
почти в равном друг от друга расстоянии
четыре каменные церкви
хорошей архитектуры, и тянутся
по одной линии с набережной и
течением Камы; дома большею ча-
стию каменные; в числе последних
встретите много таких, которые серая