*1635. Вред, причинённый незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда

[Жбандиректор]

В Тверской суд

Тверской районный суд г. Москвы
Адрес: 127051, г.Москва, Цветной б-р, 25/15а

Истец: Жбандиректор

Ответчик: Российская Федерация в лице Министерства финансов РФ
Адрес: 109097, г. Москва, ул. Ильинка, 9

Заявление
о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Тверского районного суда г. Москвы от 26.03.2007

В производстве Тверского районного суда г. Москвы находилось гражданское дело по иску Жбандиректора к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ.
В соответствии с определением от 26.03.2007 (далее – Определение от 26.03.2007) Тверского районного суда г. Москвы (далее – Райсуд) мне было отказано в принятии моего искового заявления о взыскании с Ответчика компенсации морального вреда, возникшего вследствие нарушения Российской Федерации ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Однако суд при рассмотрении дела не мог учесть существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны в то время и стали известны только 19.03.2009.
Считаю, что Определение от 26.03.2007 подлежит пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам ввиду следующего.
Вынесение незаконного решения по данному делу при первом его рассмотрении было вызвано пристрастностью и зависимостью суда первой инстанции. Являясь государственным органом, так же как и ответчик, суд первой инстанции в данном деле защищал интересы государства, а не человека.
Федеральным законом от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней" в Российской Федерации была ратифицирована Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколы к ней, подписанные от имени Российской Федерации в городе Страсбурге 28 февраля 1996 года (далее – Конвенция).
Как Ответчиком, так и Райсудом были нарушены статья 6 и 13 Конвенции, так как в результате их неправомерных действий я был лишен своего имущества в виде причитающихся сумм при увольнении.
В своем решении суд первой инстанции не мотивировал свои выводы ссылками на примененное законодательство и не опроверг моих доводов, подтверждающих право на получение исковых сумм.
Таким образом, при рассмотрении указанного дела, суд нарушил пункт 1 статьи 6 Конвенции, которым установлено: «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона».
Отстаивая своё право на защиту в суде нарушенных прав, я не смог добиться справедливости в Райсуде, в том числе и потому, что суд первой инстанции не применил при вынесении решения нормы Конституции Российской Федерации и соответствующие нормы материального права. Соответствующие доводы о необходимости применения этих норм закона в моем деле я заявлял неоднократно. Однако суд первой инстанции проигнорировал нормы международного права, Конституции Российской Федерации и трудового законодательства Российской Федерации. Немотивированное пренебрежение доводами стороны в деле - это нарушение права на справедливое судебное разбирательство. В решении суда вообще нет анализа и правовой оценки ни одного из моих доводов. Суд их "не заметил", как будто я никаких доводов вообще не высказывал. Игнорирование этих доводов является несправедливым. Это также нарушение принципа равенства сторон. Это и фактическое нарушение права на доступ к правосудию: глухота к доводам одной из сторон - это пародия на правосудие, это имитация и профанация правосудия, это фактическое отсутствие правосудия. Это является ещё и нарушением действующего процессуального законодательства Российской Федерации: согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ, "решение суда должно быть законным и обоснованным". Судебное решение, игнорирующее доводы одной из сторон (без анализа и правовой оценки этих доводов), не является обоснованным и справедливым.
При таком отношении к рассмотрению иска, когда обстоятельства дела не исследуются во всей полноте, выводы суда базируются на недостоверных доказательствах, доводы суда не мотивируются, а федеральные законы игнорируются, мне не представлялось возможным получить правовую защиту в первой инстанции судебных органов Российской Федерации. Право на доступ к правосудию в моем случае стало формальным, а правовая защита неэффективной, в результате чего я вынужден обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации за защитой своих нарушенных прав.
Ситуация, сложившаяся при вынесении Определения по данному делу от 26.03.2007, когда в рамках гражданского судопроизводства не выполнялись требования законодательства о выплате содержания бывшим государственным служащим за счет государства, позволяет сделать вывод о нарушения Конвенции в Дзержинском районном суде г.Волгограда. При рассмотрении моего дела средства защиты нарушенных прав носили скорее теоретический характер, нежели могли быть использованы на практике, что позволяет усомниться в соблюдении судом права истца на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом.
Это было подтверждено Определением Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О, вынесенного по заявлению Истца.
В то же время статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации установлено, что все равны перед законом и судом. Статья 45 (часть 1), статья 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации закрепили гарантии государственной защиты прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, в том числе и в судебном порядке.
В нарушение ст. 363 ГПК РФ, постановляя Определение от 26.03.2007, Райсуд не правильно применил закон.
Так, отказывая в принятии моего иска, Райсуд сослался на положения ст. 134 ГПК РФ.
Такое правовое обоснование ошибочно.
Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О, вынесенному по моей жалобе, отсутствие специального закона, определяющего подведомственность и подсудность дел о признании незаконными действий (бездействия) судьи, не означает, что к подобного рода делам не могут применяться общие правила о подведомственности и подсудности гражданских дел, установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации. Указанная правовая позиция была изложена в Определении КС РФ от 19 июня 2007 года N 431-О-О и сохраняет свою силу.
Например, в Определении КС РФ от 5 марта 2009 г. № 278-О-П, было указано:
«Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), при этом государство обеспечивает потерпевшим от злоупотреблений властью доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).
Исходя из этих конституционных положений Гражданский кодекс Российской Федерации закрепляет правило возмещения государством вреда, причиненного при осуществлении правосудия, согласно которому такой вред возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2 статьи 1070). В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 25 января 2001 года N 1-П, данное положение Гражданского кодекса Российской Федерации, как предусматривающее возмещение государством вреда, причиненного при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу, не может служить основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, - если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением.
Как следует из материалов, представленных в Конституционный Суд Российской Федерации С.И. Ивентьевым, отказывая ему в принятии искового заявления со ссылкой на пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации, суды исходили из того, что до настоящего времени не выполнено предписание Конституционного Суда Российской Федерации, содержащееся в пункте 3 резолютивной части Постановления от 25 января 2001 года N 1-П, согласно которому Федеральному Собранию надлежит урегулировать в законодательном порядке основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), а также определить подведомственность и подсудность таких дел применительно к случаям, когда вина судьи установлена не приговором, а в ином судебном порядке.
Между тем данное обстоятельство не может служить основанием для отказа в принятии искового заявления, поскольку не означает, что до установления соответствующих специальных законодательных норм не могут применяться общие правила об основаниях и порядке возмещения государством вреда, как и о подведомственности и подсудности дел, возникающих из гражданских правоотношений. Иное истолкование указания Конституционного Суда Российской Федерации приводило бы к отказу гражданам в доступе к правосудию и компенсации государством причиненного ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2004 года N 210-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.С. Черничкина на нарушение его конституционных прав Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П).
Пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации предусматривает, что судья может отказать в принятии заявления в случае, если оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а рассматривается и разрешается в ином судебном порядке. Между тем в силу статьи 22 ГПК Российской Федерации дела о возмещении государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), относятся к подведомственности судов общей юрисдикции, поскольку в порядке гражданского судопроизводства они рассматривают возникающие из гражданских правоотношений дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов с соблюдением правил подсудности, предусмотренных статьями 23 - 32 данного Кодекса, - при том что никакого иного судебного порядка рассмотрения и разрешения данной категории дел действующее законодательство не предусматривает.
Данный вывод вытекает и из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно выраженной им в своих решениях, по смыслу которой отсутствие общих или специальных правил, установленных процессуальным законом для рассмотрения каких-либо конкретных дел, само по себе не может являться основанием для отказа в защите нарушенных прав, поскольку в таких случаях должны непосредственно применяться нормы Конституции Российской Федерации (определения от 22 мая 1997 года N 75-О, от 21 марта 2002 года N 42-О, от 27 мая 2004 года N 210-О, Постановление от 14 июля 2005 года N 9-П), тем более что право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), непосредственно подтверждено Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П. Соответственно, судами должны приниматься все надлежащие меры к реализации данного решения Конституционного Суда Российской Федерации.
Таким образом, положение пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации об отказе в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, - по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм действующего гражданского процессуального законодательства и с учетом правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 января 2001 года, в Определении от 27 мая 2004 года N 210-О и настоящем Определении - не предполагает отказ судьи в принятии искового заявления о возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в случаях, когда спор не разрешается по существу вследствие незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Иное истолкование данного законоположения приводило бы к отказу гражданам в доступе к правосудию и компенсации государством причиненного ущерба и тем самым - к нарушению прав, гарантированных статьями 46, 52 и 53 Конституции Российской Федерации».
Как было установлено в решениях Конституционного суда РФ, которые были вынесены в форме Определений от 09.06.2005 № 220-О, от 14.12.2004 № 429-О, от 2 февраля 2006 г. N 33-О, «…дела, которые послужили для заявителей поводом для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, во всяком случае подлежат пересмотру компетентными органами. Такой пересмотр осуществляется безотносительно к истечению сроков обращения в эти органы и независимо от того, имеются или отсутствуют основания для пересмотра, предусмотренные иными, помимо Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", актами… Приведенная правовая позиция, неоднократно изложенная Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 5 февраля 2004 года N 78-О, от 27 мая 2004 года N 211-О и др.), в полной мере относится и к порядку исполнения решений, в которых Конституционный Суд Российской Федерации, не признавая оспариваемое нормативное положение противоречащим Конституции Российской Федерации, выявляет его конституционно-правовой смысл: если смысл нормативного положения, придаваемый ему правоприменителем, расходится с его действительным, конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, то основанные на этом нормативном положении решения судов (вступившие в законную силу и не исполненные или частично исполненные либо не вступившие в законную силу) - при надлежащем волеизъявлении заинтересованного лица, … и с учетом требований отраслевого законодательства - должны быть пересмотрены (изменены или отменены)».
Согласно Определению Конституционного суда РФ от 12 мая 2006 г. № 135-О и Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1996 года N 4-П решения Конституционного Суда Российской Федерации являются не только материально-правовым основанием для пересмотра ранее принятых судебных актов, но и официальным поводом для возбуждения дела по вновь открывшимся обстоятельствам.
Учитывая, что Определение КС РФ от 19.03.2009 № 233-О-О мною было получено 01.06.2009 (согласно штемпелю на конверте), трехмесячный срок, установленный ст.394 ГПК РФ, на момент подачи настоящего заявления не истек.
Таким образом, вынесенное Определение от 26.03.2007, должно быть пересмотрено по вновь открывшимся обстоятельствам, как содержащее в себе судебную ошибку с учетом правовой позиции, изложенной в Определение КС РФ от 19.03.2009 № 233-О-О и других его решениях по ст. 134 ГПК РФ.
В соответствии со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и статьей 1 Протокола № 1 к ней, статьей 6 Федерального Конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", ст.392-397 ГПК РФ, Определением КС РФ от 19.03.2009 № 233-О-О,
ПРОШУ:
1) пересмотреть определение от 26.03.2007 Тверского районного суда г. Москвы по вновь открывшимся обстоятельствам;
2) исходя из прецедентной практики Европейского суда по правам человека (например, Постановление Европейского Суда по правам человека от 10.02.2005 г. Дело "Сухорубченко (Sukhorubchenko) против Российской Федерации" (Жалоба N 69315/01)) взыскать в мою пользу с Ответчика компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконных действий Пресненского районного суда г.Москвы, повлекших нарушение ст. 6 Протокола к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод», в размере 66256,8 рублей (1500 евро по официальному курсу ЦБ РФ на 26.07.2009 1 евро=44.1712 руб.);
2) взыскать в мою пользу с Ответчика государственную пошлину в размере 100,0 рублей.

Приложение:
1) заявление в КС РФ, поступившее в суд 07.12.2007 – 2 экз.;
2) исковое заявление о взыскании 1500 евро морального вреда – 2 экз.;
3) копия определения Пресненского райсуда г.Москвы от 12.01.2007 -2 экз.;
4) копия определения МГС от 19.04.2007 – 2 экз.;
5) копия определения от 26.03.2007 – 2 экз.;
6) копии определения от 30.08.07 Мосгорсуда – 2 экз.;
7) перевод текста Постановления ЕСПЧ по делу Сухорубченко против РФ №69315/01 – 2 экз.;
8) копия определения Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О – 2 экз.;
9) копия конверта, в котором было получено определение Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О – 2 экз.

Подпись: _______________

Дата: 26.07.2009.
1,362