*133. Август 1991 года

[Igor-mikhaylin]

Интервью с последним Маршалом Советского Союза Дмитрием Язовым, которого одни считают закостенелым коммунистом и антидемократом-гэкачепистом, другие – настоящим патриотом великой страны, переставшей существовать 23 года назад.

Для большинства людей это уже глубокая история. Тем более интересно узнать подоплеку многих событий от непосредственного их участника. В этом разговоре с Дмитрием Тимофеевичем участвовали четверо журналистов «КП», в числе которых был и ваш автор. Материал большой, в газету уместилась лишь его малая толика. В интернет-издании возможно напечатать полную версию, что мы и делаем.

- Дмитрий Тимофеевич, если бы после всего пережитого возвратиться в 1991 год, изменилось бы что-нибудь в действиях министра обороны СССР маршала Язова?

— На этот вопрос трудно ответить. Я человек военный. А решения, как вы знаете, часто принимаются в зависимости от складывающейся обстановки. Тогда, в 1991 году это (попытка августовского переворота – К.М.) было обусловлено тем, что ожидался распад Советского Союза. И все начали говорить о хунте, путче, заговоре, об измене Родине. Но на самом деле потом все убедились, что ничего подобного не было. Измена Родине – это такое деяние, которое влечет за собой какие-то преступления, связанные с предательством, разглашением военной, государственной тайны в пользу иностранного государства или заговор с целью захвата власти…

Члены ГКЧП объявляют о введении в СССР чрезвычайного положения. Москва, 19 августа 2014. Фото: ru.wikipedia.org

Ну, скажите, пожалуйста, какой заговор, если накануне поехали к президенту (Горбачеву, в Форос, на президентскую дачу в Крыму – К.М.) сказать ему, что завтра государства не будет, если вы подпишете договор… А что за договор? 17 марта 1991 года, как вы знаете, состоялся всесоюзный референдум, на котором более 76 процентов советских людей, в том числе в союзных республиках, проголосовали за Союз.

Сейчас многие говорят: самое главное – это воля народа, которой мы подчиняемся. Так почему 76 с лишним процентов проголосовали за прежний Союз – и сразу же Горбачев, Яковлев и некоторые другие его сторонники садятся в Ново-Огарево и ведут разговор о создании нового Союза суверенных государств, то есть практически меняется общественный, политический и государственный строй. Мы анализировали ситуацию и совершенно ясно представляли себе (исходя из того, как шли сессии Верховного Совета), какая сложилась обстановка: что если 19 августа будет подписан договор, — значит, Союза не будет.

Ответы в Ново-Огарево

— Когда был опубликован Ново-огаревский договор? В пятницу, 16 августа! – продолжает Дмитий Язов. – А в понедельник его уже собирались подписывать. Скажите, пожалуйста, кто с ним ознакомился, кто его прочитал? Вот даже вы не помните, когда он был опубликован, потому что никто его не читал! Народ в выходные – на дачах. Мы в субботу собрались под руководством Павлова, а он был председателем Совета Министров: Крючков (председатель КГБ СССР – К.М.), Язов, Пуго (министр МВД – К.М.) и еще ряд ответственных товарищей, и пришли к выводу, что договор противоречит воле народа, высказанной на референдуме 17 марта, и надо что-то делать.

Если был бы чистый заговор, надо было по-другому действовать. А тут пять человек в воскресенье летят в Форос к Горбачеву, чтобы доказать ему необходимость или отложить подписание договора, или дать народу хотя бы изучить, что представляет из себя сущность Союза суверенных государств.

Приехали к нему. Горбачев: «Да вы ничего не понимаете!» Дошло до мата, причем в основном – с его стороны…

Я туда не ездил. Но Варенников (генерал армии, командующий сухопутными войсками – К.М.), вспоминая об этом, говорил, что думал, что такая нецензурщина была принята только в кругах Политбюро или в Президентском совете…

Итак, в понедельник должен был быть подписан договор – государство распадается. Почему его согласились подписывать пять республик? Прибалтика и Закавказье отказались, Молдова тоже, Украина – категорически. И Ельцин позвонил Горбачеву накануне и тоже сказал: «Понимашь, шта на меня давит группа Афанасьева…» (Язов метко передал даже интонацию тогдашнего руководителя РСФСР – К.М.). В том смысле, что РСФСР тоже колеблется подписывать этот договор. Горбачев с этим не согласился. И вечером мы приняли решение, что надо создать Государственный комитет по чрезвычайному положению и в некоторых районах объявить ЧП. Вот и все!

Гособъект «Заря» — та самая дача в Форосе.

- А Горбачев сообразил, зачем к нему прибыли пять человек?

— Это надо спросить у него самого. Вам нужно прочитать «Горькую чашу» Яковлева (бывший секретарь Ц КПСС по идеологии, член Президентского совета – К.М.). Еще в начале 1985 года Яковлев надиктовал примерно 8 страниц и довел их до Горбачева. Первое: давалась оценка марксизму-ленинизму – утопическому догматическому учению, которое, так сказать, не имеет перспектив. Второе: социализм тоже не имеет, как система, будущего. И потом именно в «Комсомольской правда» Яковлев несколько раз говорил о том, что нужно было проникнуть внутрь партии для того, чтобы сделать ее неруководящей, ненаправляющей. И только разрушив партию, можно было разрушить государство. Так кто ж заговор-то сочинял?

Мы-то даже не знали о том, что Яковлев работал с Горбачевым по этому вопросу. Что сторонниками его стали Шеварднадзе (министр иностранных дел СССР с 1985 по январь 1991 года – К.М.), Медведев (секретарь ЦК КПСС –К.М.). Через некоторое время Яковлева назначили секретарем на Варшавский договор (военный блок соцлагеря, созданный в противовес НАТО – К.М.) – и Варшавского договора не стало… Все это ведь явь!

Александр Яковлев. Фото: ru.wikipedia.org

ЧП союзного масштаба

— Горбачев, может быть, понимал, к чему дело идет, и в Форосе сидел и ждал, пока вы тут разберетесь? А потом он вернется обратно на ваших плечах?

— Когда ему сказали, что Ельцин добивается того, чтобы центру не подчиняться, тогда Горбачев махнул рукой: делайте, что хотите! Понимаете? А примерно недели за две до отъезда Горбачева в отпуск Ельцин объявил, что не будет перечислять деньги от Российской федерации в госбюджет. Его примеру последовали Прибалтика, Грузия, Армения и некоторые другие республики. Что это – укрепление Союза было? Уже разваливался Союз! Нужно было действовать! Но мы тогда не знали, что Горбачев в полном смысле слова является антикоммунистом, что он является практически главой разрушения и партии, и государства.

Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачев выступает на XX съезде ВЛКСМ в Кремлевском Дворце съездов. Москва, 15 апреля 1987. Фото: ru.wikipedia.org, архив Rian.ru

- И все-таки: кто в августе 1991 года принимал решения: Янаев как и.о. президента приказывал министру обороны – либо это ГКЧП принимал решение, допустим, о вводе войск в Москву, либо – сам министр обороны? И правда ли, что от маршала Язова исходили и письменные приказы, и устные, которые на самом деле отменяли письменные?

— Мифы и есть мифы. Никто ГКЧП не командовал. Его как орган создали после того, как все вернулись из Фороса (18 августа 1991 года – К.М.), примерно в 22 часа. Понятно, что нужно было принимать какие-то меры. Вот Янаев, Павлов и другие товарищи предложили создать ГКЧП. А решение Верховного Совета о вводе чрезвычайного положения было! (Принято еще весной 1991 года – К.М.)

За все время после того, как был образован ГКЧП, я издал два документа. Первый: привести войска в повышенную боевую готовность. И второй – о том, чтобы вывести войска из Москвы 21 августа. А введены они были по моему устному приказу для охраны объектов, которые подлежало охранять в соответствии с повышенной боевой готовностью. В том числе охраняли Дом Президиума Верховного Совета РСФСР, Гохран. Кстати, ни копейки, ни камушка, ни одного грамма золота не украли. Это после нас на 180 миллионов, если не больше, украли. Козленку (известному бизнесмену, работавшему по вывозу драгоценностей за рубеж – К.М.) потом 6 лет дали, и никто больше не виноват…

Решение о вводе ЧП принимал Янаев как и.о. президента. ЧП было введено только в Москве, но не полностью. Сил и средств для обеспечения ЧП в 10-миллионном городе не было.


Танки входят в Москву. 19 августа 1991. Фото: ru.wikipedia.org, архив Rian.ru

- А в других регионах, республиках?

— Нигде в других регионах ЧП не вводили, как и в республиках. Это была прерогатива местных властей, а не командующих округами.

— А вы просчитывали ситуацию, что войдут войска отнюдь не для репетиции перед парадом? Что обстановка в городе накалена, что может пролиться кровь? Сейчас уже не вспоминают погибших Усова, Кричевского и Комаря…

— Ну почему? Вот в 1994 году состоялась конференция. И когда отец Усова, контр-адмирал, выступал, а вел эту конференцию Филатов ( бывший глава администрации Ельцина – К.М.), то он попросил всех встать, почтить память Усова, Кричевского и Комаря. Но ведь был и 1993 год, когда был расстрелян Верховный Совет, убито более 600 человек. Никто почему-то не встал и никто их не вспомнил.

И ни одного человека при вводе танков в 1991 году не задавили. А вот в 1993 году расстреливали. Вот вы вопросы на эту тему не задаете.

Пятая колонна

— Хорошо, товарищ Маршал, а вас не спрашивают ваши близкие и знакомые, что же вы не завершили начатое до конца?

— А что мы должны были завершить? Вы пользуетесь домыслами, что мы якобы хотели чуть ли не пленить Ельцина, разогнать Верховный Совет РСФСР… Такого не было. А порядок навести было уже нелегко, когда народ был подготовлен к неповиновению. Вы ведь прекрасно знаете, что в Верховном Совете СССР была создана так называемая межрегиональная группа, куда входили Собчак, Ельцин, Попов. За ними шла определенная часть населения.

Мы сейчас смеемся, но почему-то не придаем значения некоторым фактам. Ведь Ельцин не случайно ездил на «жигулях», на «москвиче» и на трамвае, чтобы показать, что он борется с привилегиями. Вот это для простого человека было порой важнее, чем строить социализм, коммунизм или капитализм. В то время, прямо скажем, на полках ведь ничего не было. Поэтому много людей ждали, что наступит лучшая жизнь. Да, мы все надеялись на это. Но – при сохранении Союза, за что проголосовали, повторюсь, более 76 процентов.

Но в то же время работала «пятая колонна», агенты влияния. Вот посмотрите, Горбачев приказывает Павлову, мне, Крючкову и Пуго выступить на Верховном Совете и рассказать о ситуации в стране. Это было в июне. Мы выступили. И через 20 минут Гавриил Попов был уже у американского посла Мэтлока. Показывает, мол, что переворот готовится (а в это время Ельцин был в Америке). Пишет на бумажке: путч, Павлов, Крючков, Язов, многоточие поставил и, не говоря ни слова, разошлись…

Но Мэтлок, видимо, не понял, кому сообщить. Попов написал: Ельцину. А посол, естественно, сообщил своему президенту. Буш (старший – К.М.) тоже не понял, что надо это передать Ельцину, и немедленно позвонил Горбачеву. Но тоже с Горбачевым говорил условными знаками, а шифровку дал Бейкеру (госсекретарю США –К.М.).

Тот в это время находился в Берлине, и только что закончил встречу с Бессмертных (министр иностранных дел СССР, назначенный после Шеварднадзе – К.М.). Ему звонит Бейкер, а Бессмертных встречался в это время с послом из Кипра. Быстро закончил встречу и поехал к Бейкеру. Тот говорит: надо немедленно связаться с Черняевым, помощником Горбачева, сказать, чтобы они срочно приняли Мэтлока…

Вот такая ситуация была. А Попов в то время был мэром Москвы, Лужков – его заместителем. Кто большую провокацию устроил: Язов или Попов? Поставьте на весы и взвесьте – и вы убедитесь, что мы ввели войска действительно для охраны. Конечно, можно было бы на машинах, не на танках. Но баррикады строили местные власти.

Кто разрушил СССР?

— Но мы уходим от главного, — продолжает Язов. – События, длившиеся полтора-два дня, не разрушили государство. А вот после настоящего разрушения государства в каком состоянии оказался народ? Вот об этом надо писать.

— Вы о Беловежской пуще?

— Да Беловежская пуща – это уже факт развала государства. Если бы не было этой перестройки, этих «реформ», не было бы и Беловежской пущи. А если говорить о ней, то, если бы Горбачев хотел, чтобы сохранилось государство, — что, десантников туда нельзя было высадить, чтобы нейтрализовать этих трех алкоголиков (глав России, Украины и Белоруссии – Ельцина, Кравчука и Шушкевича, ликвидировавших СССР и образовавших СНГ – К.М.)?!


Президент Украины Леонид Кравчук, Председатель Верховного Совета Белоруссии Станислав Шушкевич и Президент России Борис Ельцин после подписания Соглашения о создании СНГ. Белоруссия, 8 декабря 1991. Фото: ru.wikipedia.org, архив Rian.ru

- У Горбачева в его мемуарах другая точка зрения: мол, гэкачеписты спутали все его планы, что если бы пошел Ново-Огаревский процесс, все сложилось бы иначе…

— Почему вы не видите основного? Кто придумал этот процесс? Горбачев. Во имя чего? Во имя развала государства. Вот и все. Горбачев теперь все что угодно будет утверждать.

— Так была ли возможность управлять ситуацией в августе 1991-го?

— Соль в том, что СМИ были уже в руках недоброжелателей советской власти. Вы помните, кто возглавлял «Огонек»? Коротич. А где потом он оказался? В Америке. Примеры можно приводить и дальше. Вот люди, которые работали на развал государства, а не ГКЧП.

Когда наши представители полетели к Горбачеву, расчет был на то, что он нас поддержит, введет ЧП, и, в конце концов, удастся сохранить СССР. Я вам искренне говорю. И вообще, какой власти нужно было добиваться Павлову, если он был главой кабинета министров? Какой власти мог добиваться Язов, если он был министром обороны? Или Крючков, если он был председателем КГБ? Никто в личном плане ни в чем не был заинтересован.

Клуб самоубийц

— Могли бы вы все-таки тогда победить или нет?

— Кого победить? Свой народ?

— Но вот вы объявили ГКЧП и проиграли…

— Мы и не играли и не собирались выигрывать.

— Что же, это был клуб самоубийц?

— Ну, может быть. Мне все говорят: а почему вы не дали команду стрелять? А я спрашиваю: а в кого стрелять? В свой народ? Что, меня назначили для того, чтобы я свой народ губил? Я не стал стрелять, а Ельцин – стал (расстрел Белого дома в октябре 1993-го – К.М.). По приказу Гавриила Попова рестораны работали – солдатам носили еду, в термосах привозили напитки, ящиками водку развозили…

— Слабость ГКЧП была очевидна уже в конце первого дня, когда не происходило никаких действий…

— Что значит действовать? Постреливать? Чтобы опять Горбачева оставить у власти? Горбачев ведь был уже не председателем Президиума Верховного Совета, а президентом. И никакие органы партийные уже в это время не функционировали. А функционировал только президент.

ГКЧП назвали заговором с целью захвата власти. Так захватили мы власть или нет? Когда Варенникова судили, он спрашивал Горбачева: когда мы от вас уехали, вы считали себя отрешенным от престола или оставались президентом? Горбачев смолчал. И только когда Варенников вопрос повторил, тот нехотя признал: да, я остался президентом. Так кто тогда власть захватил?

Михаил Горбачев и Дмитрий Язов. Фото: portal-kultura.ru

Ложки-баня-волейбол

— В воскресенье, 18 августа 1991 года (накануне объявления о переходе власти в руки ГКЧП – К.М.), Ельцин находился в Алма-Ате, — продолжает вспоминать Дмитрий Тимофеевич. — Я читал все его показания, в которых много вранья. Как он сам говорит, они должны были вылететь оттуда в 16 часов. Но он играл на ложках, Назарбаев – на домбре…

Они отложили вылет на 2,5 часа. После этого пошли играть в волейбол после дождя. Перепачкались, пошли в баню. И вылетели через 4, 5 часа после намеченного времени. А Ельцин потом утверждал: наш вылет на 4,5 часа задержали гэкачеписты.
Назарбаев и Ельцин

Нурсултан Назарбаев и Борис Ельцин Фото: ru.wikipedia.org, архив rian.ru

Да если бы у нас был какой-то план, если были бы какие-то определены задачи! Поехали к Горбачеву (на президентскую дачу в Форос – К.М.) с единственной целью: просить, чтобы он ввел ЧП. Он должен был отдать распоряжение тем структурам, которые ему подчинялись. За две недели до этого указом Ельцина на территории России (а эти указы повторили республики) на предприятиях ликвидировали парторганизации. И никто ничего не сделал для того, чтобы защищать советскую власть.

Поэтому мы и объявили утром 19 августа по телевидению о создании ГКЧП. Кстати сказать, до половины шестого никто телевидение не охранял. Из Медвежьих Озер прибыла рота десантников и взяла под охрану телецентр. Если бы был заговор, так, может быть, стоило продумать, кто должен идти на телевидение, кто должен выступить, кто должен к чему-то призвать и т.д.? Я сам удивился: почему транслируют балет «Лебединое озеро»?

— Он в программе стоял…

— Стоял, но мы взяли под охрану ТВЦ, чтобы кто-то из секретарей (ЦК КПСС – К.М.) приехал. А из них все хотели, чтобы кто-то действовал, но только не они, и никто не взял на себя инициативу. Все хотели, чтобы Язов стрелял. А я сказал: в кого стрелять, покажите?

Тэтчер обработала Горби

— Горбачев человек неглупый, — продолжает Язов. – Он действительно был изменник в полном смысле этого слова. Его обработали хорошо в свое время Маргарет Тэтчер (тогдашний премьер Великобритании – К.М.), Яковлев…


Горбачев и Тэтчер. Фото: youtube.com

Горбачев ждал, кто победит. Летели мы туда, и следом летели Бакатин, Руцкой, Примаков, Силаев. Мы сели первыми. Летели, кстати, на его президентском самолете за ним. Ему сообщили о делегациях. К слову, это о том, что связи не было. Все — вранье.

У него действовала связь системы «Кавказ». Все у него было. Рядом стоял автобус со всеми средствами связи. Но он закусил удила: как так, он должен куда-то идти? Он три раза в разных вариантах записал свое видеообращение, эту пленочку упаковывали и в самых интимных местах вывозили. В частности, машинистке Ольге дали…

Так вот, 21 августа прилетели. Он нас не принял. Позже принял Лукьянова и Ивашко, заместителя генерального секретаря. Он их отматерил. Потом приходит от него представитель, сказал Крючкову, что Горбачев поговорит с ним в самолете. Чтобы специально, видимо, разъединить нас. Крючков с ним улетел. И мы полетели на другом самолете. Он первым сел, а мы затем. Там ко мне подошли мордовороты. В комнате ВИП сидит Степанков (тогдашний прокурор РСФСР – К.М.). Он мне и говорит: оружие есть? Говорю, нет. Он: вы в соответствии с 64-й статьей (измена Родине) арестованы. Крючков уже был к тому времени арестован…

Череда самоубийств?

- Как вы оцениваете поступок Бориса Пуго? Его застрелили или это легенда?

— Откуда я знаю? Я находился в это время в тюрьме, в Кашино. Но я считаю, что никто не должен сам себя лишать жизни. По православной вере, самоубийц даже не имеют права хоронить на общем кладбище. И Ахромеев, и Пуго, и Павлов, однофамилец члена ГКЧП, бывший перед Кручиной («казначей» ЦК КПСС – К.М.), который тоже покончил с собой, ушли по глупости. Но ушли они сами.

Я не знаю насчет Пуго — говорят, что там есть какие-то зацепки: пистолет не там лежал, неизвестно, кто жену застрелил – он или она сама. Я не читал никаких следственных документов, что касается Пуго.

А что касается Ахромеева (Ахромеев Сергей Федорович – Маршал Советского Союза, Герой Советского Союза, покончил жизнь самоубийством, по официальной версии, 24 августа 1991 года – К.М. ), то в деле все буквально есть. И все предсмертные записки, и тесемочка, на которой он удавился. И записка, как оборвалась тесемка в первый раз.

Я верю, что это сделал сам Ахромеев. Ну, любого спроси: как я свою жену ласково зову? А он там пишет: Томуся, и всех дочек и внуков ласково называет. Так что подлог маловероятен. Я специально его письмо привожу в своей книге: мол, я всю жизнь посвятил тому-то и тому-то, сейчас все это на моих глазах рушится, и я не считаю себя вправе оставаться.

читать дальше с источника : http://ya-russ.ru/marshal-yazov-gorb...e-etogo-slova/

[lekcion.ru]

http://lekcion.ru/filosofia/11335-av...ktur-sssr.html
Развитие перестроечных процессов сопровождалось обострением борьбы между различными политическими силами.

Результаты и оценка

· политическая система изменяется в демократическом направлении, при сохранении ее базовых черт

· происходит перераспределение власти от КПСС к Советам

· происходит переоценка традиционных ценностей, изменяется сознание и поведение граждан

· зарождаются элементы идеологического и политического плюрализма (оппозиция М.С.Горбачеву, неформальное движение).

Первое направление - борьба внутри КПСС между представителями различных платформ - «демократической, «марксистской» и др.

Второе направление – борьба между центристской линией М.С.Горбачева (союзное руководство) и радикальными демократами, объединившимися вокруг Б.Н.Ельцина (российское руководство).

Причины: угроза потери власти консерваторами.

Цели ГКЧП:

· восстановление основ традиционного социализма

· сохранение социалистических ценностей и СССР.

Документы, принятые руководителями ГКЧП:

1. Указ вице-премьера Г.И.Янаева о «невозможности» президента СССР М.С.Горбачева исполнять свои обязанности и о вступлении в исполнение обязанностей главы государства Г.И.Янаева.

2. «Заявление советского правительства» о ведении в отдельных местностях страны чрезвычайного положения на срок до 6 месяцев.

3. «Обращение к советскому народу» в котором говорилось о провале начатой М.С.Горбачевым перестройки, о том, что появились силы, взявшие курс на развал СССР и захват власти любой ценой.

4. «Постановление ГКЧП №1» - определялся комплекс первоочередных мер, направленных на сохранение социализма, укрощение сепаратизма и спасение СССР.

Факторы провала путча:

· отказ общества в поддержке путча

· активное сопротивление общества

· сплочение противников ГКЧП вокруг российского руководства

· наличие лидера в лице Б.Н.Ельцина;

· раскол в силовых союзных структурах

· отказ силовых структур использовать силу против противников ГКЧП.

Итоги:

· победа радикальных демократов

· поражение консервативного блока

· крах КПСС

►указ президента РСФСР Б.Н. Ельцина «О приостановке деятельности Коммунистической партии РСФСР» фактически запрещена КПСС

►отставка М.С. Горбачева с поста Генерального секретаря и призыв к партии о самороспуске

►заявления Компартий союзных республик о самороспуске.

· 25 августа 1991 г. указом М.С.Горбачева был упразднен Совет Министров СССР. Вместо него был образован Комитет оперативного управления народным хозяйством во главе с премьер-министром РСФСР И.С.Силаевым.

Результаты реформы политической системы:

· способствовала изменению государственно-политической системы

· привела к ослаблению власти в центре и на местах

· проявились сепаратистские и националистические тенденции

· властная система, монопольно контролировавшаяся КПСС в течение нескольких десятилетий, распадалась.

Произошло разрушение тоталитарной системы, утверждение политической свободы, свободы слова и совести, начало формирования правового государства и гражданского общества, создание постоянно

действующего парламента.

Крах перестройки сталреальностью осенью-зимой 1991 г. Политическому руководству не удалось вывести СССР на мировые рубежи в промышленном производстве и НТП, модернизировать советскую систему, создать новую модель социализма.

Осенью 1991г. государственные органы СССР фактически перестали функционировать как органы власти. Распад государственной власти в СССР сделали неизбежным трансформацию по революционному, а не реформистскому типуруководства

[Дмитрий Шагиахметов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=578F1F521E433

20-07-2016 (10:07)

Вычеркнут ли юбилей победы над ГКЧП?

! Орфография и стилистика автора сохранены

Нынешний год - череда юбилеев.
Путин поздравил свою службу безопасности с 25-летием.
Четверть века - хорошо охраняли.
Поздравил ветеранов и действующих сотрудников - с 25- летием создания Администрации Президента.
Жду августа.
Вероятно, в 25-ю годовщину победы над ГКЧП Путин должен устроить торжественный прием для защитников Белого дома.
В приветственной речи, думаю, правильно было бы сказать о праве народа в критический для страны момент выйти на баррикады, защитить демократию, остановить беспредел очумевшего начальства.
О праве народа - защитить свободу и суверенитет России от тех, кто на них покушается, кто их уничтожает.
Такие же торжественные приемы вслед за Путиным провели бы все губернаторы.
В Кузбассе - Тулеев. В Чечне - Кадыров. Все, как один!
...Хотя, подозреваю, этот юбилей - он постарается забыть.
Или больше того - отметит торжественно не 21-е августа, а 19-е - день начала путча - "когда здоровые силы общества предприняли попытку сохранить великую страну...".
И на юбилейный банкет пригласит ГКЧП-пистов (если кто жив), их родственников и сослуживцев.
...Юбилеи бывают разные.
Хорошие, "правильные", "наши".
И те, которые очень хочется забыть и вычеркнуть.

[Константин Сонин]

Было искушение написать завтрашнюю колонку в "Ведомостях" про путч 1991 года. Всё-таки близкая тема - и в жизни было важным событием (это смешно, но как раз с этого дня началась, по чистому совпадению, моя взрослая жизнь), и в научно-публицистическом. Всё-таки важный шаг в смене власти в недемократическом режиме. У меня даже было название "Путь предателей" и небольшая заготовка. Но потом я подумал, что про путч напишут на этой неделе многие. Собственно, в завтрашнем New Times будет моя статья "Путч глазами экономиста". Интересней, наверняка, будет читать, чем писать - из колонок Сергея Медведева, Кирилла Рогова, Григория Голосова, Андрея Колесникова (и не только - запись Володи Гельмана в ЖЖ может стоить многих колонок и статей) я узнаю куда больше, чем из своих. А Женя Альбац в New Times наверняка подберёт чудесную инфографику и напомнит что там как было. Короче, завтрашняя колонка в "Ведомостях" будет про ЦБ и инфляцию - и не про 1998-ой, а про 2016-й.

Но какие-то соображения про август 1991-го у меня остались. Это помимо шуточных соображений про то, что должно было бы быть в манифесте ГКЧП, чтобы победить в тот день.

Во-первых, интересный кейс: когда мы смотрим на разного рода перевороты, то всегда есть ощущение, что победитель - это либо тот, кто бросил вызов (такие случаи хорошо заметны и называются революциями), либо тот, кому был брошен вызов (такие случаи заметны куда хуже и называются путчами и попытками переворота). А вот 19-21 августа 1991-го года в эту дихотомию не попадает. Там, напомню, часть политического руководства страны, чувствуя, что власть ускользает из их рук, попыталась захватить всю власть в свои руки, низложив лидера - президента Горбачёва. Они полностью проиграли, отправившись уже через три дня в тюрьму на год с лишним, до амнистии. Однако Горбачёв ничего не выиграл, превратившись, по итогам путча, в номинального лидера страны, которая через три месяца перестала существовать. То есть если считать, что задачей путчистов было "снять Горбачёва и отменить его курс", то они полностью преуспели.

Во-вторых, интересно, что революционное изменение произошло не в результате чего-то типа "бархатной" революции (по примеру Чехии-Венгрии-ГДР) или "оранжевой" (по примеру Сербии-Грузии-Украины-04), а в точности от обратного действия. Никакого "майдана" никто не готовил, а вот "борцы с майданами" оказались в первых рядах предателей, направивших войска против своего народа, спровоцировали массовые выступления граждан и внесли большой вклад в разрушение режима. Прослушивать, как показал опыт августа 1991-го, нужно не лидеров оппозиции, а руководство служб безопасности и армии. Опасность для страны шла именно из этих кабинетов.

В-третьих, у этого выступления не было никакой "классовой основы" - ГКЧПисты не выражали ничьих интересов, кроме своих личных. Бюрократическая номенклатура тогда интересовалась абсолютно другим, рабочие, крестьяне и интеллигенция - никто ГКЧП никак не поддержал. Это сильно отличается и от опыта других стран (в Латинской Америке в ХХ веке, например, множество правых переворотов совершалось "военными" - читай, по-другому, детьми крупных латифундистов, боровшихся с перераспределительными земельными реформами), и от российского опыта 1993-го года (за "Белым домом" стояли, как минимум, интересы директоров заводов и председателей колхозов, новой, промежуточной "элиты").

В-четвёртых, легко понять как мог провалиться путч, возглавлявшийся, на минуточку, вице-президентом, премьер-министром и главами всех силовых ведомств в логике "диктаторов и визирей". (Восемь лет назад я попробовал разъяснить суть этой модели максимально неформально, цитируя Турчина и Бродского, в выступлении на вручении премии им. Б.Л.Овсиевича.) Там лидер назначает на важные посты некомпетентных (политически) людей без собственной политической базы, причём чем сложнее ситуация у лидера, тем слабее все, кто хоть что-то значит. Причина в том, что чем политически компетентнее человек, чем лучше у него собственная, не зависящая от лидера база, тем больше у него возможностей продолжить работу и без лидера, который его назначил. Вице-президент Янаев, премьер-министр Павлов, глава парламента Лукьянов - это просто картинки для иллюстрации этой модели. Непопулярные, невлиятельные и нехаризматичные - именно такие люди были нужны Горбачёву на ключевых позициях тогда, когда его собственные становились всё менее прочными...

Это, конечно, просто нескольких отдельных соображений. Вообще я не считаю, что путч что-то радикально поменял, кроме судеб множества отдельных персонажей - кого-то вниз (некоторые потом прекрасно выплыли на поверхность, став депутатами и губернаторами), кого-то вверх (и немало случайных). Представить себе победу ГКЧП в те дни гипотетически можно, но реально нет - либерализацию цен в течение года было бы вынуждено провести любое правительство, Грузию и Прибалтику уже не могла бы удержать никакая сила (не было никакой силы), а отделение Украины и Белоруссии от России мог предотвратить разве что результат путча, при котором Ельцин сразу же, в августе 1991-го, стал бы президентом СССР. (Что это за сценарий? Если бы заговорщики начали с убийства Горбачева?) То есть для меня попытка военного переворота в августе 1991-го - это один из шагов длинного процесса, который начался за много лет до этого и завершился появлением России в новом (постколониальном, рыночном, демократическом) виде.

[Наталия Ростова]

http://www.svoboda.org/a/27922043.html
16 августа, 2016


Пресс-конференция членов ГКЧП в Москве, 19 августа 1991 года

Август 1991-го: почему путчистам не удалось подчинить себе СМИ и установить информационную блокаду

Годы горбачевской перестройки были "золотым веком" советских СМИ: такой популярности и таких рекордных тиражей телепрограммы, газеты и журналы не знали ни до, ни после рубежа 80-х и 90-х. Неудивительно, что в дни августовского путча 1991 года российские СМИ сыграли значительную роль в том, что страна и мир оставались в курсе драматических событий, происходивших в Москве, а инициаторам переворота не удалось установить информационную блокаду, хотя они к этому активно стремились. Радио Свобода публикует исследование Наталии Ростовой, посвященное тому, с чем столкнулись и как вели себя журналисты в три решающих августовских дня. Это часть проекта "Рождение российских СМИ. Эпоха Горбачева (1985–1991)". Публикуется с небольшими сокращениями.

НАЧАЛО ПУТЧА

В ночь с 18 на 19 августа главе Гостелерадио Леониду Кравченко позвонил секретарь ЦК КПСС Юрий Манаенков. Как рассказывал в интервью Slon Кравченко, ему было сказано, что за ним выехала машина, которая довезет его до ЦК. Для руководителя телевидения это означало, что приедет машина КГБ: с января все его перемещения контролировались приставленными к нему офицерами. Тогда необходимость в этом Кравченко объясняли угрозой покушения на него. "Начиная с января 91 года, было принято принципиальное решение, по предложению Крючкова и с согласия Горбачева, – поставить мне круглосуточную охрану, – рассказывает он. – Четверо человек охраняли, один постоянно был в подъезде, я даже не мог вынести мусор в мусоропровод без сопровождения охранника. Поднимался человек, и уж тогда я выходил. Сказали, что есть достоверные сведения об организации на меня покушения".

После введения чрезвычайного положения телевидение и радио должны работать в таком режиме, как они работали в дни похорон видных деятелей КПСС и государства

В 1.30 уже из кабинета Манаенкова Кравченко поднял из постели звонком первого заместителя генерального директора ТАСС Геннадия Шишкина, велев подъехать в ЦК. (Глава ТАСС Лев Спиридонов находился в это время в отпуске и на работе появился только к 5 вечера того же дня.) В результате именно ТАСС стал главным инструментом, при помощи которого путчисты распространяли свои заявления. Контроль за СМИ в те дни осуществлял секретарь ЦК Александр Дзасохов. Как сразу после путча Шишкин говорил "Коммерсанту", в течение трех дней тот многократно "оказывал давление, требуя передавать по каналам ТАСС больше информации в поддержку путча".

Как следует из показаний Кравченко, данных им по делу ГКЧП, Манаенков "дал понять, что после введения чрезвычайного положения телевидение и радио должны работать в таком режиме, как они работали в дни похорон видных деятелей КПСС и государства". Кравченко было приказано приготовить телевидение к введению чрезвычайного положения. Позже в интервью Slon Кравченко сказал, что такая программная сетка, когда играл симфонический оркестр Федосеева и звучала классическая музыка, бывала много раз в истории, часто – когда хоронили генсеков.

Леонид Кравченко

Руководителю программы "Время" Ольвару Какучая, как он рассказывал исследователю СМИ Эллен Мицкевич, Кравченко позвонил в 1.30 ночи и велел немедленно прийти на работу. Как следует из показаний Кравченко по делу, с тем же он позвонил еще двум важным телевизионным работникам – Дмитрию Бирюкову и Виктору Осколкову. В 5 утра у Олега Шенина Кравченко получил документы ГКЧП – заявления, указы, обращения, которые следовало огласить по телевидению. Какучая говорил, что указания Янаева о чрезвычайном положении написаны от руки, как и несколько страниц, написанных Анатолием Лукьяновым.

"Я приехал в ТАСС и начал звонить работникам, необходимым для выпуска информации, – отмечал в показаниях Шишкин. – А в то время, когда я занимался организацией всего, раздался звонок по правительственной связи, и мне сказали, что звонят из Комитета государственной безопасности и сейчас ко мне приедут в помощь два сотрудника, которые хорошо знакомы со спецификой работы ТАСС". Около 5 часов туда же, в ТАСС, с документами ГКЧП приехал и Кравченко. В них был проставлен и порядок, в котором должны были выдаваться сообщения.

После этого Кравченко отправил документы в "Останкино", которое уже с 3.55 утра начал окружать транспорт с вооруженными людьми, а сам поехал в здание на Пятницкой. Через полчаса подъезды к "Останкино" начали перекрывать танки. Кравченко говорил во многих интервью, что позже не сразу смог зайти в здание – не пускали солдаты. Они считали, что выставлены на 15 суток, в реальности же были сняты с постов в ночь на 21 августа. В тот момент, когда Кравченко появился в "Останкино", Ирена Лесневская, всю ночь монтировавшая свою последнюю программу для Центрального телевидения, столкнулась с ним в лифте. "Утром я доделала "Кинопанораму", она должна была идти в эфир в День кино, 28 августа, – говорит она. – Смонтировала, в 8 утра села в лифт, а в него зашел глава Гостелерадио Леонид Кравченко. Белого цвета весь. Поздоровались: "Вы тоже с ночного монтажа?" – "Хуже", – говорит. "Тоже здесь ночевали или так рано приехали?" – спрашиваю. "Выйдете – все увидите".

Звонят из Комитета государственной безопасности и сейчас ко мне приедут в помощь два сотрудника

В 6 утра заявления ГКЧП появились на ленте ТАСС, а по телевидению указ вице-президента СССР Геннадия Янаева о введении чрезвычайного положения в стране и образовании ГКЧП прочитали дикторы Инна Ермилова и Евгений Кочергин. С этого же времени сообщения передаются и по радио. Документы комитета зачитываются с интервалами во времени, а в 8 утра выходит первый полноценный выпуск теленовостей, в котором они звучат друг за другом.

Как отмечал в своих показаниях по делу глава ТАСС Лев Спиридонов, к вечеру агентство стало получать заявления и из Белого дома – "Заявление Б. Н. Ельцина с осуждением путча", "Сообщение Комитета конституционного надзора", "Сообщение из Белого дома о созыве чрезвычайной сессии Верховного Совета РСФСР" и "О созыве пресс-конференции в Белом доме". "Я распорядился дать заявление Ельцина в изложении, в котором сохранялись два принципиальных положения: о том, что все это незаконно, и призыв к всеобщей бессрочной забастовке, – говорил он. – Эта информация прошла за подписью РосТАСС. Прошла информация о созыве чрезвычайной сессии Верховного Совета РСФСР с подачи ТАСС. Прошла информация по каналам связи со страной и за рубеж о пресс-конференции в Белом доме".

ЗАПРЕТ ГАЗЕТ

Путч был организован в понедельник, когда газеты традиционно не выходят. Но во вторник они не выходят уже в связи с постановлением ГКЧП №2 "О выпуске центральных, московских городских и областных газет". Этим документом "временно ограничен перечень выпускаемых центральных, московских городских и областных общественно-политических изданий", но названы те, что не представляют угрозы заговорщикам. Выходить разрешено следующим изданиям: "Труд", "Рабочая трибуна", "Известия", "Правда", "Красная звезда", "Советская Россия", "Московская правда", "Ленинское знамя", "Сельская жизнь".

Президент России Борис Ельцин выступает у здания Белого дома, 19 августа 1991 года

В 11.10 утра Егор Яковлев, главный редактор запрещенных в тот день "Московских новостей", уже встречается с Борисом Ельциным. Президент России, узнавший о перевороте из телевизора, с первых минут противостоит путчистам. Журналистка "Московских новостей" Евгения Альбац записывает в дневнике в этот день: "16.30. Ну, слава Богу, гэкачеписты наконец-то разродились: пришла "тассовка" – независимые демократические газеты будут закрыты. "МН" в том числе. Правые – "Правда", "Советская Россия", "Красная звезда" – будут выходить. Остальным предстоит "перерегистрация" в созданном ГКЧП органе контроля за средствами массовой информации. Ребята из "Коммерсанта" быстро выяснили, что ни им, ни нам регистрации не видать как своих ушей. Егору [Яковлеву] кто-то позвонил по "вертушке" (не назвался): "Ты меня, сука, душил, теперь слушай радио"… По радио в сотый раз – указы ГКЧП. Егор спокоен: экстрим – его стихия".

В 19.23 информационное агентство "Новости" передает сообщение со ссылкой на сотрудника "Московских новостей": "Положение демократической прессы – критическое". Типографии, говорится в нем, отказались принять в набор ряд газет, включая "МН", и не объяснили, по чьему приказу это делается. "Редакция газеты "Гражданское достоинство" – орган Партии конституционных демократов – эвакуирована и перешла на нелегальное положение", – сообщает председатель ПКД Виктор Золотарев.

"Танки – лучшее место для рекламы "МН" – редакционный фольклор

20 августа в 11 утра главные редакторы 11 газет демократического толка, которые не вышли в этот день в свет – "Аргументы и факты", "Московский комсомолец", "Комсомольская правда", "Коммерсантъ", "Куранты", "Мегаполис-экспресс", "Независимая газета", "Российская газета", "Российские вести" и "Столица", – собрались в кабинете Егора Яковлева в "Московских новостях" и решили издать "Общую газету". "Будем выпускать общую подпольную газету, – записывает в дневнике Альбац. – Уже договорились с типографией в Таллинне. Факсами отправляем информацию в Париж, Нью-Йорк, Берлин, Рим. Там под шапками "МН" она выходит в "Либерасьон", в "Нью-Йорк Таймс", в "Репубблика"… Но почему работают факсы? Почему аэропорты принимают самолеты из-за рубежа, а вокзалы исправно отправляют поезда во все концы страны и за границу? Почему позволяют нам выпускать листовки, которые наши мальчишки наклеивают даже на танки? ("Танки – лучшее место для рекламы "МН" – редакционный фольклор.) Переворот это или – ?"

В этот же день газету зарегистрировало Минпечати РСФСР, и она вышла в свет 21 августа. Номер верстался в "Коммерсанте", который возглавлял сын Егора Яковлева Владимир. Спустя годы шеф-редактор издательского дома "Коммерсантъ" Андрей Васильев скажет, что был "теневым" главным редактором "Общей газеты". "Володя Яковлев – тогда владелец и главный редактор "Ъ" – был занят: искал какую-нибудь из закрытых гэкачепистами типографий, где осмелятся взять взятку. Взятку взяли, газета вышла, тут и путч кончился. И сразу же пришлось выпускать текущий номер "Ъ". Я не спал третью ночь и обижался на ГКЧП: эти "совки" не смогли даже до выходных дотянуть".

Егор Яковлев

Номер "Общей" запомнится одним из легендарных, школы "Коммерсанта", заголовков: "Кошмар, на улице Язов".

Кроме работы над "Общей" коллективы закрытых газет распечатывают на ксероксах и свои выпуски и раздают их в Москве с рук. "Редакция газеты "Московские новости" готовит к выпуску шестнадцатистраничный номер, – сообщает агентство "Новости". – 20 августа вышли размноженные на ксероксе номера газет "Куранты", "Московские новости", "Мегаполис-Экспресс", а также "Комсомольская правда", которая перешла в режим работы информационного агентства". Произошедшее журналисты в своих самодельных номерах называют "хунтой", "свержением Горбачева", "оккупацией".

Запрет на выпуск газет продлится до 6 вечера 21 августа и будет снят одновременно с включением средств связи на даче Михаила Горбачева, запертого в Форосе.

"ИЗВЕСТИЯ"

20 августа "Известия" становятся единственным печатным изданием, которое рассказало об обращении "К гражданам России", подписанном руководителями России Борисом Ельциным, Иваном Силаевым и Русланом Хасбулатовым. В нем говорилось, что президент СССР Горбачев был отстранен от власти, вне закона объявлен "пришедший к власти так называемый комитет", его решения и распоряжения. Гражданам России предлагалось "требовать вернуть страну к нормальному конституционному развитию".

Здание газеты "Известия" на Пушкинской площади в Москве

Газеты демократического толка запрещены, сторонники ГКЧП заявление не публикуют, поэтому информация "Известий" критична для понимания происходящего в стране. Журналист Владимир Надеин рассказывает, что главный редактор Николай Ефимов приехал в редакцию во второй половине дня и приказал выбросить из номера текст об обращении Ельцина. "Заметка была скромно заверстана на второй полосе, не идя ни в какое сравнение с материалами ГКЧП, господствовавшими на первой странице, – пишет Надеин. – Она не сопровождалась одобрительными комментариями, имея одно назначение – информировать читателей. Тем не менее указание Ефимова было категорическим – снять!"

"Известия" публикуют все материалы комитета, включая и постановление №1 (этим документом распускаются все органы власти в стране, включая военных и Совет безопасности, его функции ГКЧП тоже берет на себя), и указ вице-президента Геннадия Янаева (берет на себя президентскую власть "в связи с невозможностью по состоянию здоровья исполнения Горбачевым Михаилом Сергеевичем своих обязанностей").

Мы-то известинцы десятки лет, а вы – без году неделя

Возможно, Ефимов и смог бы настоять на праве главного, но тут возникло давление типографских рабочих. "…Только что пришли ребята из "Известий" (их, к стыду большинства журналистов, не закрыли): в типографии потасовка, – записывает в те минуты в дневнике журналист "МН" Евгения Альбац, сидящая в здании напротив "Известий", по другую сторону Пушкинского сквера. – Наборщики отказались набирать газету без заявления Ельцина". "Верстальщики, линотиписты, мастера типографии заявили, что без обращения Ельцина они печатать "Известия" не будут, – подтверждает Надеин. – "Это не ваше дело! – кричал Ефимов. – Вы – не "Известия". Рабочие ответили: "Мы-то известинцы десятки лет, а вы – без году неделя".

Редакция "Известий" после путча потребует отставки главного редактора. В решении редколлегии говорится: "Честь запрета, который хунта наложила на лучшие издания страны, обошла нас стороной. Путчисты были уверены в благонадежности Ефимова. Они не ошиблись. Ефимов служил им верно и до самой последней минуты". На его место коллектив изберет Игоря Голембиовского.

"ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО"

Балет "Лебединое озеро", ставший одним из символов августовского путча, традиционно служил музыкальным фоном при похоронах всех последних генеральных секретарей – и Леонида Брежнева, и Юрия Андропова, и Константина Черненко. В этот день, как неоднократно говорил Леонид Кравченко, балет стоял, причем дважды, утром и вечером, в телевизионной программе, которая в те времена составлялась за недели вперед. На вопрос о "Лебедином озере" он отвечал "раз двести или триста". "Ну возьмите газеты, журналы августа 91 года! – говорит он в интервью Slon. – Я еще 5 августа утвердил программу на неделю с 19 по 26 августа (это всегда заранее делалось, делается и теперь). Откройте газету и увидите, что и утром, и вечером было "Лебединое озеро", а также премьера художественного фильма "Три дня и три ночи". И он тоже был показан. Название было за два года придумано, кто знал, что путч будет три дня и три ночи? Это потрясающий парадокс!"

В день начала путча советские телезрители принудительно "приобщались к классике"

Кравченко говорит, что понимал: он лишится кресла в любом случае, кто бы ни пришел к власти, а потому решил защитить себя хотя бы тем, что поставит в эфир уже утвержденную программу.

Однако для аудитории музыка Чайковского стала символом замалчивания происходящего в стране. Любопытно, что эта же музыка звучала в дни переворота и по "Маяку". Ближайший помощник Горбачева Анатолий Черняев, запертый вместе с ним в Форосе, записывает в дневнике: "Когда я писал там, через каждые полчаса включал "Маяк": между новостями шли "симфонии" и музыка из балета Чайковского "Лебединое озеро", от которых в той обстановке тошнило. Потом в памяти миллионов слушателей они навсегда остались "позывными путча". Кстати, именно по радио "Маяк" 19 августа Черняев узнал о перевороте.

Мы взяли и поставили то, что у нас было запланировано за две недели до этого, – балет "Лебединое озеро"

Виктор Осколков, который в то время возглавлял главную дирекцию телепрограмм Гостелерадио, рассказывал в интервью телеканалу "Дождь", что около полудня 19 августа ему позвонил выпускающий редактор и предложил что-нибудь поставить в эфир во время традиционного перерыва в вещании, который практиковался в те годы. В тот день перерыв планировался примерно с 12.45 до 3-х дня, и балет ложился в хронометраж. "Я позвонил тут же председателю компании, – вспоминал Осколков, – сказал, говорю, что вот, ребята предложили такой вариант, мне кажется, что это неплохо, это своевременно. Он говорит: "Да, хорошо". И мы поставили тогда то произведение, которое впоследствии вызвало такой резонанс. Мы взяли и поставили то, что у нас было запланировано за две недели до этого, оно должно было идти вечером, после программы "Время", – это балет "Лебединое озеро". <…> Неожиданно, спонтанно только вышло то, что мы решили не оставлять эфир без вещания. Потому что – это действительно было довольно страшно, – потому что заявления следовали одно за другим, и народ мог подумать, что уже что-то началось или, я не знаю, или закончилось".

Кравченко также рассказывал, что ему пытались навязать прямой эфир в виде телемарафона: "Первый секретарь Московского горкома Прокофьев даже прислал в "Останкино" около 140 работников предприятий Москвы, которые будут поддерживать ГКЧП". Но Кравченко удалось отбиться. "Такие экспромты в профессиональном плане немыслимы, – вспоминает он линию своей защиты. – К этому надо готовить города и людей – за несколько дней, заранее, и только тогда марафон получится".

ВЕЩАНИЕ: ТЕЛЕВИДЕНИЕ И РАДИО

Постановлением №3 ГКЧП временно ограничивает "перечень транслируемых из Москвы на всю территорию страны следующими программами: по телевидению – первой, второй и третьей программами Центрального телевидения; по радиовещанию – первой, второй, третьей и четвертой программами Всесоюзного радиовещания". Деятельность телевидения и радио России приостанавливается.

Как позже напишет "Коммерсантъ", в первый день путча в 10 утра "прекратилась трансляция республиканских ТВ. Технически республиканские каналы были заведены на ретрансляционные станции, находящиеся по периметру Москвы. Раньше эти станции были глушилками – ими же теперь и стали. Хотя западные радиоголоса в целом еще не глушились, глушилось всякое прямое (по телефону) включение из Москвы".

Защитники московского Белого дома на баррикадах, 20 августа 1991 года

В 14.57 агентство "Новости" сообщает, что по распоряжению Леонида Кравченко 19 августа отключены от эфира российское телевидение и радио (на втором канале транслировался первый). "Российское радио должно было выходить в эфир с 14.00, – отмечает тот же "Коммерсант". – И тоже не вышло, так как передатчик находился в том же "Останкино". Редакция продолжала работать в прежнем режиме, суммировала поступающую информацию и пыталась протолкнуть ее на западные станции".

Кравченко позже пояснит, почему было принято решение заблокировать российский канал: "Можно предположить было, что соберется Верховный совет, [встанет] за Ельцина горой. И для меня внутренне это выглядело позорным актом, не потому что нарекания потом будут, а просто [телевизионный] вариант со смертями генсеков". "Ну, а дальше произошло то, что произошло: российский канал – заблокировать, синхронизировать работу первого канала и второго: показывать то же самое, что на первом, – говорит он. – А там что? "Лебединое озеро". Это выглядело очень глупо с профессиональной точки зрения. Для меня это – один из несчастных вариантов моей творческой биографии, но другого выхода не было".

Агентство "Новости" 20 августа сообщает, ссылаясь на госсекретаря РСФСР Геннадия Бурбулиса: "За прошедшую ночь в Доме Советов России было оборудовано четыре радиостанции, ведущие передачи на коротких и средних волнах. Российские депутаты лишены своих средств массовой информации и могут рассчитывать только на эти радиостанции и зарубежное вещание на русском языке". Полноценно "Радио России" возобновит работу только 21 августа, в 14.30, хотя сумеет сделать несколько выпусков на русском и английском языках в ночь с 19 на 20 августа.

Выходили в прямой эфир каждый день. За несколько дней военной блокады города у нас скопилось огромное количество снятого материала

О том, что в действительности происходило в те дни, телевизионной аудитории станет известно после путча. 23 августа в эфир вышел спецвыпуск программы "Взгляд", закрытой в конце 1990-го. Его провели Владислав Листьев, Александр Любимов и Александр Политковский. "Выходили в прямой эфир каждый день, – вспоминал позже Любимов. – За несколько дней военной блокады города у нас скопилось огромное количество снятого материала. Поскольку государственное ТВ было окружено войсками, наши телекамеры практически и собрали всю картинку трехдневного путча. Работали все: и Листьев, и Демидов, и Разбаш, и даже Эрнст, который политической журналистикой не занимался". Именно "Взгляд" показал 25-го кассету, которую Горбачев записал еще в Форосе. Как рассказывал позднее его пресс-секретарь Виталий Игнатенко, Горбачев услышал его совет – передать пленку именно "Взгляду", несмотря на сложное личное отношение к ведущим.

Вышел в те дни и спецвыпуск программы "До и после полуночи". Борис Ельцин здесь отрицательно отвечает на вопрос: "Можете ли представить себя завтра не на том посту, на который избрали вас мы?" В сюжете приводятся комментарии танкистов, которые отказались выполнять приказ, интервью с двумя сотрудниками "Альфы", которые рассказывают о невыполненном приказе штурмовать Белый дом. Уникальные кадры, которые демонстрирует телеведущий Владимир Молчанов, – обыск кабинета арестованного председателя КГБ Владимира Крючкова. Оператор заходит в кабинет вместе со следователями. А 22 августа Молчанов оказывается в "месте, где содержатся Язов и Крючков, не имея права его назвать". Маршал Язов дает интервью, но отказывается от съемки на камеру. На вопрос о том, что его ожидает в будущем, отвечает так: "Я думаю, что благодарность объявлена не будет". Крючков же в конце интервью просит журналиста дать ему газету, в обмен на которую он мог бы ответить еще на несколько вопросов. Никакой газеты у Молчанова нет. "Ну вот видите, я не знал, а то бы только на один вопрос ответил", – досадует главный чекист страны.

"ЭХО МОСКВЫ"

Время путча приносит "Эху" настоящую славу. Вещание радио за три дня прекращалось четырежды, и, как сейчас известно, на этом настаивал лично Борис Пуго, глава МВД СССР и один из членов ГКЧП.

Деятельность радиостанции "Эхо Москвы", как и телевидения и радио России, "как не способствующих процессу стабилизации положения в стране" приостанавливается тем же постановлении ГКЧП №3.

В 7.20 утра радиостанция сообщила, что на Москву идут танки. А уже в 7.40 люди в штатском, которые зашли в здание, велели прервать вещание, ссылались на чрезвычайное положение. Как писал "Коммерсантъ", "главный редактор Сергей Корзун ответил, что сделать это ему не позволяет этика журналиста. Тогда люди в штатском выключили рубильник и опечатали помещение". "Аргументы и факты" отмечают, что предъявивших документы сотрудников КГБ было восемь.

Танки у Кремля. Москва, август 1991 года

Вещание возобновилось 20 августа в 13.40, как пишет "МК", "не без вмешательства народных депутатов", что помогло узнать "об истинной ситуации в Белом доме". Вновь было отключено около 23.00. "Московский ОМОН находится внутри радиостанции, а десантники охраняют ее снаружи, – передает в ту ночь РИА Новости. – Как сообщили сотрудники "Эха Москвы", "охранники" обращаются с ними хорошо. В связи с введением комендантского часа в столице штаб Моссовета по чрезвычайным ситуациям рекомендовал сотрудникам дожидаться утра в здании радиостанции".

21 августа в 3.37 утра "Эхо" вновь вышло в эфир, еще на шесть часов, но по приказу вошедшей в помещение радиостанции группы десантников, в 10 часов 18 минут ее передачи снова прекращены. Командир группы подполковник Захаров сказал, что это сделано по приказу коменданта города. Произошло закрытие вещания при помощи группы "Альфа", в нем принимал участие лично руководитель подразделения Виктор Карпухин. В последний раз в эти дни вещание "Эха" было возобновлено в половине четвертого вечера.

Годы спустя глава Гостелерадио Леонид Кравченко в интервью Slon рассказывал о благодарности, которую сохранила к нему редакция "Эха". "Пуго распорядился послать туда омоновцев и их заблокировать, – вспоминал он. – А с "Эха" звонят мне: "Как же так? У нас – коммерческие договоры". Я поговорил с заместителем министра связи, потому что мы оба подписывали [разрешение о вещании], он – с технической точки зрения. Мы [в случае чего] должны были платить неустойку – что мешаем им [осуществлять деятельность]. Как события развивались бы, неизвестно, но иск с юридической точки зрения был бы точно. И я сказал об этом Пуго… И вот я к нему обратился, понимая, что с ним можно обсуждать элементарные вещи. В результате "Эхо" продолжало работать, поэтому годы спустя я у них значился как человек, который помог восстановить вещание".

Пуго распорядился послать туда омоновцев и их заблокировать

Долгие годы на "Эхе" работает и сын Кравченко – Антон Орех, который вынужден был взять псевдоним при поступлении на факультет журналистики тем же летом 1991 года. "Поступил случайно, это был август, все было раскалено до предела, и то, что фамилия его Кравченко, могло помешать поступлению, – рассказывал Кравченко. – Я преподавал на факультете много лет, и мне [декан факультета журналистики МГУ Ясен] Засурский тогда сказал, что опасается, что Антона может завалить профессор с другого факультета – из-за фамилии. Вот с тех пор он Антон Орех, фамилия Кравченко с тех пор для него табу".

Впрочем, в показаниях по делу ГКЧП Кравченко признает, что лично, вместе со своим подчиненным, вносил коррективы в постановление ГКЧП №3.

РЕПОРТАЖ СЕРГЕЯ МЕДВЕДЕВА

В 10 вечера 19 августа кадры с Борисом Ельциным на танке неожиданно появились в программе "Время". Четырехминутный сюжет корреспондента Сергея Медведева стал переломным. Он показал, что ГКЧП еще не одержал победу, солдаты не готовы стрелять в людей, а подступы к зданию Верховного Совета перекрыты москвичами. В сюжете было сказано, что Ельцин требует эфира для Горбачева, потому что он "заперт в Форосе". Для самого Ельцина показ сюжета Медведева был неожиданностью. Репортер не призывал людей выйти на улицу, но при просмотре сюжета было очевидно: можно пойти за Борисом Ельциным, как это уже сделали герои репортажа. Как в показаниях по делу ГКЧП отмечал Валентин Лазуткин, Борис Пуго назвал этот репортаж прямым предательством и инструктажем к действиям против ГКЧП. "Вся программа "Время" была полна откликами о "единодушном одобрении трудящимися", и только этот репортаж показал сопротивление москвичей созданию ГКЧП", – писал о нем исследователь телевидения Георгий Кузнецов.

Только этот репортаж показал сопротивление москвичей созданию ГКЧП

Годы спустя глава Гостелерадио Леонид Кравченко в интервью Slon сказал, что сюжет с Ельциным на танке не мог быть показан без его разрешения. По его словам, его первый заместитель Валентин Лазуткин не мог принимать решений, подобных этому, самостоятельно, поэтому позвонил в 9.30 вечера на дачу, куда он, Кравченко, уехал после напряженного дня, и они договорились о 2 минутах 20 секундах эфира для этого.

Как рассказывал сам Медведев в интервью исследователю медиа Эллен Мицкевич, он попросил разрешения пойти в Белый дом, на баррикады, у своего начальника, руководителя новостей Ольвара Какучая. Тот, хотя и не верил, что получится дать сюжет в эфир, разрешил сходить – "для истории". (В самом сюжете Медведев тоже проговаривается, что не верит в выход в эфир.) По версии Медведева, Лазуткин согласился с Какучая дать репортаж. Как отмечает Мицкевич, Лазуткину немедленно позвонили и сказали, что он уволен, Какучая попросил Медведева исчезнуть на две-три недели, а 20-го числа к Лазуткину прикомандировали полковника КГБ.

[Антон Куликов]

http://www.pravda.ru/politics/partie...0302-august-0/
19 авг 2013 в 11:19

Политика » Партии » Другие

17 августа 1991 года на секретном совещании в Москве было принято решение о начале действий ГКЧП 18 августа. А 19 августа исполняется очередная, 25-я по счету, годовщина со дня... А вот со дня чего - вопрос спорный. Единое мнение по которому, по крайней мере, в ближайшие годы вряд ли достижимо.

Что же произошло утром 19 августа 1991 года, когда члены Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП) заявили, что принимают на себя всю полноту власти в стране и ответственности за происходящее? Попытка переворота, путча? Ну да, отстранение от власти законно избранного главы государства по другому вряд ли назовешь.

Попытка патриотов в руководстве страны спасти Советский Союз от развала? И эта точка зрения вполне имеет право на существование. ГКЧП в своих обращениях апеллировало к результатам мартовского референдума 1991 года, когда абсолютное большинство жителей страны высказались за сохранение Союза.

"Правда.Ру" обратилась с просьбой к участникам событий 19-21 августа поделиться своей оценкой происходившего в те дни.

Геннадий Зюганов, председатель ЦК КПРФ

- ГКЧП давно назревал. Я был инициатором вместе с рядом крупных руководителей партийных организаций КПСС специального совещания в феврале 1991 года. На этом совещании Горбачев уверял, что он понимает - в стране развивается чрезвычайная обстановка, надо останавливать этот развал и вакханалию. Тогда я по согласованию с другими руководителями высказал 10 конкретных предложений, что следовало сделать немедленно для того, чтобы остановить развал страны и партии. Он заявил, что согласен, но в заключении при подведении итогов совещания не вспомнил ни одного предложения.

Выйдя оттуда я сказал: ребята, надо быть готовым к тому, что и дальше будет сплошная болтовня, а не будет конкретных мер. Но тогда же, как стало потом известно, были даны поручения готовить ряд мер. И я абсолютно уверен, что те меры, которые пытались реализовать члены ГКЧП, были согласованы с тем же Горбачевым. Однако он разыграл игру, спрятавшись в Форосе, изображая, что его отключили. Ничего и никто не отключал. По сути дела, это была крупнейшая провокация со стороны Горбачева и его подельников для того, чтобы срезать партию и дальше бросить страну в жар и в холод. Вот что произошло.

Члены ГКЧП действовали совершенно законно. Это были люди, которые были наделены большой властью и полномочиями. Они захватывали эту власть и они имели право на введение чрезвычайного положения. Что касается их конкретных действий, то я заявлял и сейчас заявляю, если бы они после того, как ввели чрезвычайное положение, немедленно собрали бы съезд, реально представили бы картину, как складывается обстановка с точки зрения безопасности и экономики в стране и потребовали бы отставки Горбачева и формирования нормального дееспособного руководства, уверяю вас, 90 процентов населения стрнаы поддержали бы этот ход.

Но все развивалось по другому сценарию. Этот сценарий оказался хорошо продуман в том числе и спецслужбами и затем реализован ельцинской камарильей.

Сегодня я вижу, что никто не хочет признавать, что он голосовал за Ельцина. Если сейчас на улице остановить 10 человек, 9 из них с сожалением скажут что распалась их Родина и страна. Все понимают, что нас задвинули на задворки истории и сегодня дальше продолжают добивать. Это уже становится очевидным.

Поэтому ГКЧП был шагом в верном направлении. Но не хватило ни воли, ни ума для того, чтобы реализовать его полностью. Надо было под домашний арест посадить Ельцина со всей это камарильей, которые потом, собственно говоря, разыгрывали всю эту петрушку. Надо было действовать решительно.

Владимир Жириновский, председатель ЛДПР

- Это был самый радостный день в моей жизни, я решил, что все, страна будет спасена. Приблизительно в 7 утра я услышал информационное сообщение ГКЧП. Тут же поехал в штаб, у меня еще сохранили предвыборный штаб в гостинице "Москва" на 7 этаже, собрал высший совет партии, и мы составили наше обращение и направили в ТАСС. Там в архивах мы постараемся найти его.

Мы единственная из политических партий и единственная федеральная структура, которые поддержали ГКЧП полностью. Была поддержка с мест от региональных властей. Но в Москве мы были единственными.

Коммунисты промолчали, испугались Селезнев, Зюганов, все там в санаториях сидели, промывали свои внутренние органы, а мы открыто поддержали. Я сидел в штабе, и в 11 утра танки подошли. Я подумал: ну все, страна спасена. И вдруг к вечеру танки разворачиваются и уходят. И через три объявляют нам о провале ГКЧП.

То есть ГКЧП никак бы не провалился,еслибы не предатели-генералы. Крючков, Ачалов, Язов, Лебедь, Грачев - вот они пять генералов-предателей струсили и сдали страну. Все было в порядке, вся страна была в оцепенении, все. Если бы в понедельник 19 августа действительно в Москве ввели бы комендантский час, как сейчас в Египте, никто бы никуда не сунулся, арестовали бы Ельцина, всю эту камарилью, засевшую там в Белом доме. Арестовали бы Горбачева, привезли бы его сюда. Он был бы должен или поддержать ГКЧП, или немедленно суд, трибунал и повесить его. И был бы спасен весь Советский Союз.

Гамсахурдия испугался, прибежал к командующему Закавказским военным округом, сдал ключи от Грузии. Все испугались. Все ждали только решительных действий из Москвы. И все бы граждане поддержали. Все бы получили землю, развивалось бы кооперативное движение. Продовольственная проблема была бы решена вполне. Полно было продовольствия на юге, полно было продовольствия на складах. Специально все делали - специально пустые полки и т. д. Поэтому ГКЧП не провалился. Это трусость пяти генералов, они виноваты.

И мы потеряли страну, территорию, людей. До сих пор страна чертыхается и харкает кровью. Это Немцовы и проститутки, наркоманы шумели у Белого дома, поддерживали Ельцина. Его могли арестовать, когда он из Казахстана прилетел в аэропорт Шереметьево, могли арестовать в Архангельском утром 19-го, он ждал ареста. Хасбулатов, все ждали ареста, все были готовы сдаться.

Для меня это был самый счастливый день, день спасения Родины. Сейчас, если даже все попытаться вернуть, мы уже не сможем. Заводы разгромлены, люди погибли, пашни испоганены. Сегодня уже нельзя как-то попытаться компенсировать. Погибших людей - по миллиону в год за эти 22 года умирало, от болезней. Расстреливали по 100 тысяч в год, а от болезней умирало 900 тысяч. Беспризорники. Уехали.

То есть полный разгром страны, хуже Гитлера, хуже Чингиз-хана, хуже турецкой армии. То есть так подло могли сделать только сами они: Ельцин, вся его команда, все эти Чубайсы, Бурбулисы. Сегодня это Навальный, Прохоров, Немцов - это все та же самая "пятая колонна". И сегодня их нужно арестовывать и изолировать от общества.

Поэтому ГКЧП не провалился, мы продолжаем жить в состоянии чрезвычайного положения. И победа будет за русским народом!

Сергей Бабурин, российский политический и научный деятель

- Чем больше проходит лет, тем более глубокие выводы можно сделать из событий 1991 года. Сегодня для меня очевидно, что если бы не выступление ГКЧП, Советский Союз погиб бы 20 августа 1991 года, как это было спланировано Горбачевым. Потому что Беловежские соглашения, которые убили Союз в декабре (того же года) примерно в этом же формате были подготовлены под видом Союзного договора, назначенного к подписанию на 20-е августа.

Иное дело, что если бы ГКЧП выступило энергично и победило, то тогда Союз, очевидно, был бы жив до сих пор. А вывод уже несослагательный заключается в том, что огромная часть жителей постсоветского пространства жалеет о единой стране. И будет, уверен, рада, если на новых принципах эта единая страна возродится.

Илья Константинов, российский политический деятель; член Верховного Совета РФ (1990-1993)

- Разумеется, то, что тогда было животрепещущей, больной, кровоточащей темой, сегодня скорей превратилось в элемент истории. Но в такой элемент, который, тем не менее, формирует отчасти и сегодняшний, и завтрашний день.

Тогда, в августе 1991 года, решался вопрос о векторе развития отечественной истории, решался вопрос о судьбе государства под названием СССР, в прошлом Российская империи, ныне Российской федерации.

Все это решалось тогда. Было очень много эмоций, было очень много борьбы, было очень много заблуждений.

Что изменилось с тех пор в моем, например, восприятии тех событий. Прежде всего хочу сказать, что если в августе 1991 года те государственные деятели, которые вошли в состав ГКЧП, воспринимались мною как враги, то сегодня я смотрю на это совсем иначе. Я вижу людей искренне заботившихся о судьбе своей Родины, о судьбе государства, о судьбе народа. И вижу людей в сущности глубоко порядочных, может, даже слишком порядочных для современной политики. Я вижу людей милосердных, людей, которые не были готовы проливать кровь своего народа, которые были не готовы идти на массовые репрессии. Я вижу людей, которые вызывают у меня большую симпатию.

Вот так перевернулось мое восприятие за эти десятилетия. И не то, чтобы я сегодня сказал: вот если бы не тоили не это, тоинициатива ГКЧП могла бы увенчаться успехом. Нет, я не думаю, что она могла бы увенчаться успехом. Колоссальные интересы различных кланов, социальных и национальных группировок раздирали советское общество тех лет на части и инстинкт стяжательства, который оказался основной движущей силой наших современников, заработал тогда уже на полную мощь. И вряд ли этому инстинкту можно было противостоять с позиций гуманизма, человечности, ответственности за судьбу государства, народа.

Мне кажется, инициатива ГКЧП в этом переменившемся мире была обречена на неудачу. Но уважение к этим людям, признание их заслуг, признание того, что они спасли, может быть, честь мундира советского руководства, советской элиты, мне кажется, сегодня в обществе созрела. Думаю, что члены ГКЧП останутся в истории как очень и очень достойные люди.

Руслан Хасбулатов (в августе 1991 года - исполняющий обязанности председателя Верховного Совета РСФСР)

- Это было незаконное неконституционное выступление. Хотя цели они ставили - ничего против не скажешь. Но ведь это можно было и обсудить и на съезде народных депутатов СССР, на Верховном Совете СССР вполне легально.

Тем более, это были не рядовые какие-то функционеры, а сами лидеры страны. Глава правительства СССР, кто ему мешал взять слово и выступить и изложить свою программу? Полагаю, что там бы поддержали.

Или председатель КГБ - что это за манера такая устраивать какие-то заговоры? Это вообще было черт знает что. И другие - все были депутаты Верховного Совета СССР, высшая политическая каста, а действовали как обычные заговорщики. Конечно, это было с моей точки зрения неприемлемо. Поэтому я тогда написал обращение к народу, к гражданам, которое Ельцин потом с танка зачитывал. И вот тогда и народ поддержал именно в силу того, что это был неконституционное выступление, противозаконное.

Кто же знал, что через два года сам Ельцин начнет выступать с этих же позиций? Так что оценки, на мой взгляд, просто не могут быть другими.

Так что я считаю, что выступление руководства Российской Федерации было тогда совершенно обоснованным. Другое дело, что ведь само это выступление конечно привело к мощному удару по каркасу СССР.

Союзные республики страшно испугались таких действий, они захотели дальше дистанцироваться от этого дела. Была дискредитирована руководящая роль партии (КПСС - прим.), ее высшие институты, разные инструменты и механизмы.

Конечно, в такой обстановке надо было сконцентрировать силы на каком-то единении. А вместо этого целый ряд республик избрали тоже тайный путь. Ельцин же тоже вместе с украинским и белорусским лидерами тайно договорились за спиной своих Верховных Советов, парламентов. Я был вообще в Сеуле, когда они принимали решение о демонтаже СССР. То есть он тоже решил повторить путь заговора. Что поделаешь, это были такие испытанные вожди, такие партийные деятели, от них-то ничего хорошего не следовало ждать изначально. Как одни депутат сказал: черного кобеля не отмоешь добела - это уж было совершенно точно...

Сергей Филатов, во время августовских событий возглавлял депутатский штаб обороны Дома Советов РСФСР (ныне Дом правительства РФ)

- Единственное, о чем я очень сожалею, что не было доведено до конца следствие. Вообще по таким событиям следствие должно всегда доводиться до конца, иначе эти споры остаются бесконечными и будет

побеждать та точка зрения, которая представляется, скажем, все-таки в основном властью. Вот власть будет смотреть с положительной точки зрения, и общество в основном также ориентируется. На самом деле это неправильно. Для нас для всех судебное решение должно быть законом. К сожалению, по ГКЧП и наступающим октябрьским событиям следствие не было закончено, и точки зрения остаются совершенно разные, и споры будут бесконечными.

А в остальном считаю, это великое преступление, потому что оно подтолкнуло страну к совершенно потрясающим трагическим последствиям. Было понятно, что и так мы накануне развала. Но, наверное, страну еще можно было как-то спасать, когда она была единой. Но когда ГКЧП подняло армию и заставило увидеть образ нашей власти, это подвигло наши национальные республики к тому, что они ушли из

Советского Союза. И эти мучения будут еще очень долго. Целый пласт вопросов, о которых мы знали, насколько они были тяжелы и нерешаемы в советское время, но которые придется нам всем решать, они вмиг встали перед нами в самую критическую минуту.

https://youtu.be/S6_rWmFUbEk

[Константин Сонин]

http://newtimes.ru/stati/temyi/putch...konomista.html
16.08.2016 | | №25 (414) от 15.08.16

События августа 1991 года зафиксировали смерть советской плановой системы

Очередь в магазин «Молоко» в Москве, неподалеку от Белорусской площади, зима 1991 года. Фото: Дмитрий Борко

На первый взгляд экономическая составляющая августовского путча была такой же анекдотической, как все остальные. На экономическую часть заявления ГКЧП никто не обратил внимания, никаких серьезных долгосрочных планов у них не было, а включенные в состав комитета представители экономического блока не пользовались ни влиянием, ни авторитетом. С другой стороны, августовский путч выдал «свидетельство о смерти» советской плановой экономики. Он не ухудшил ситуации: к этому моменту экономическая катастрофа, к которой страна ползла уже почти два десятилетия, вошла в острую фазу. Не привел он и к появлению новой экономической реальности: плановую экономику спасти было уже невозможно, а для появления первых полноценных институтов рыночной нужна была смена политического режима. Однако после путча стало очевидным, что советский период в экономике закончился.

Контекст

В августе 1991 года советская экономика находилась в свободном падении. Экономические реформы плановой экономики велись уже четыре года. (Первой существенной реформой было увеличение самостоятельности предприятий и возможность создания небольших частных фирм в 1987 году.) Однако осторожные реформы, начавшиеся поздно, после пятнадцати лет застоя, только ухудшили ситуацию. Одним из последствий частичной либерализации зарплат (предприятия получили возможность сами определять, сколько платить своим работникам) стала резко выросшая в 1989–1990 годах инфляция.

При фиксированных ценах, как это было в СССР, инфляция проявляется прежде всего в дефиците товаров: неудивительно, что к 1990 году дефицит распространился на товары первой необходимости. В 1989 году в Москве, самом благополучном городе страны, были введены карточки на табак, сахар и водку; в 1991 году были многочасовые очереди практически на все продукты, включая хлеб, яйца и молоко. Резкое повышение цен в апреле 1991 года (именно это повышение «съело сбережения» советских граждан) не помогло. Книга Егора Гайдара «Гибель империи» документирует катастрофическое ухудшение ситуации в самом конце 1980-х. В 1990 году валовый национальный продукт (ВНП) упал на 2–4 % (оценки расходятся), а в первые три месяца 1991-го — на 8%, что соответствует показателям наиболее тяжелых кризисов в мирное время во второй половине ХХ века. Дополнительной проблемой было то, что к 1991 году население было уже порядком измучено сочетанием растущих экономических бедствий и тем, что «перестройка», вызвавшая сначала неподдельный энтузиазм граждан, продолжалась уже пятый год.

К 1991 году население было уже порядком измучено сочетанием растущих экономических бедствий и тем, что «перестройка», вызвавшая сначала неподдельный энтузиазм граждан, продолжалась уже пятый год

Дефицит товаров первой необходимости был только поверхностным признаком дисфункции советской экономики. Плановая экономика по необходимости опиралась на «экономическое насилие» — и граждане, и фирмы были вынуждены продавать свои товары или услуги не потому, что это им было выгодо, а подчиняясь плану. Среди множества искажений — по сравнению с тем, что было бы в экономике, если бы цены были рыночными, — основными были резко заниженные цены на все энергоносители и на сельскохозяйственную продукцию. Это делало многочисленные промышленные предприятия «прибыльными» на бумаге, хотя по рыночным ценам бóльшая их часть была бы глубоко убыточной. Это позволяло поддерживать до поры до времени раздутый без всякой меры военно-промышленный комплекс, съедавший бóльшую часть инвестиций и не производивший никакой полезной продукции.

В последние двадцать лет СССР эта модель экономики — с высоким уровнем инвестиций, но низкими темпами роста — поддерживалась за счет экспорта нефти и газа. И чем менее эффективной становилась модель, тем труднее было государственному аппарату ее контролировать: по некоторым подсчетам, уже в начале 1980-х в тени была почти четверть экономики. Попытки изменить структуру управления — гласность и перестройка, провозглашенные новым руководством страны в 1985-м, — только ускорили ее распад. Мотивационная часть обращения ГКЧП к народу перечисляла признаки этого распада, ничего не говоря о его реальных причинах — потому, что никто этих реальных причин не понимал.

«Профессионалы»

В составе ГКЧП было четыре человека из экономического блока советского руководства — премьер-министр Валентин Павлов, бывший секретарь ЦК КПСС по оборонным вопросам Олег Бакланов, председатель Крестьянского союза СССР Василий Стародубцев и президент Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР Александр Тизяков. Появление двух последних, Стародубцева и Тизякова, в составе ГКЧП выглядело искусственно: никаким серьезным политическим влиянием ни они, ни организации, которые они представляли, не пользовались. По всей видимости, те, кто составлял список членов ГКЧП, пытались сделать так, чтобы чрезвычайный комитет выглядел настоящим правительством, в котором номинально должен быть экономический блок. Не случайно, что из трех министров (почти из ста присутствовавших), возразивших премьеру Павлову на заседании кабинета министров 19 августа, двое были «экономическими». Первый вице-премьер Совета министров СССР Владимир Щербаков так и сказал: «Определить позицию пока не могу, но таких, как Тизяков и Стародубцев, хорошо знаю — ничего полезного не жду!» Собственно, Тизяков и подвел путчистов: его малограмотный и путаный ответ на первый же вопрос на пресс-конференции 19 августа, который был переадресован ему и.о. президента Янаевым, задал тон всему мероприятию. Стародубцев выглядел еще менее адекватным — громкий смех десятков журналистов, который раздался, когда ему был задан вопрос, как он оказался в ГКЧП, только подчеркнул эту неадекватность.

Стихийный рынок в центре города, Москва, 1991 год. Фото: Дмитрий Борко

Каждый из «экономистов» ГКЧП был по-своему примером советской истории успеха. Валентин Павлов, когда-то инспектор районного финансового отдела, стал премьер-министром после карьеры в Министерстве финансов. К 1991 году советский финансовый опыт уже не представлял никакой ценности — значительная часть экономики подчинялась рыночным законам. Олег Бакланов прошел путь от студента харьковского ремесленного училища до руководителя советской оборонной промышленности, главной отрасли советской экономики. Александр Тизяков, начинавший слесарем, стал директором огромного машиностроительного завода, а Василий Стародубцев из простого колхозника вырос в директора одного из самых крупных и успешных колхозов. Другими словами, и тот и другой возглавляли предприятия, которые могли существовать только в условиях советской экономики, в которой добавленная стоимость, создававшаяся, например, в добыче нефти и газа, перераспределялась в сектора, где действовали эти динозавры. Структурная неэффективность этих предприятий, неспособность быть механизмом нормального экономического развития страны была одной из причин начавшейся катастрофы. Появление этих фигур из прошлого, которое в тот момент обрушивалось на глазах, в составе ГКЧП было символичным.

И Тизяков, и Стародубцев возглавляли предприятия, которые могли существовать только в условиях советской экономики

Программа

С утра 19 августа ГКЧП успел выпустить три программных документа — заявление, обращение и постановление. Заявление было кратким сообщением о том, что власть в стране теперь принадлежит комитету, обращение — набором трескучих фраз о надвигающемся кризисе, которые к тому времени уже два года кочевали из номера в номер «советских патриотических изданий», а вот постановление содержало целый ряд экономических пунктов. Приведены они были в беспорядке — по всей видимости, «экономическая программа» была результатом какого-то полуночного «мозгового штурма». Иначе невозможно понять, почему часть пунктов (например, пункты 9 и 16) повторяли пункты из руководящих документов КПСС предыдущих десятилетий, а часть выглядели элементами популистской предвыборной программы (пункты 13 и 15), часть повторяла стандартные ежегодные мероприятия («подготовка к зиме» в пункте 14), а часть свидетельствовала о критической ситуации («угроза голода» в пункте 12).

Абсурда добавлял и тот факт, что часть поручений («в двухнедельный срок завершить планирование неотложных мероприятий…») обращалась ровно к тем людям, которые и так по должности обязаны были этими вопросами заниматься. И неужели авторы текста думали, что проблемы с жильем, которые страна не могла решить несколько десятилетий, объясняются нежеланием руководства «подготовить и доложить народу реальные меры»? Можно подумать, если добавить в постановление пункт, что «реальные меры» должны быть доложены в месячный срок, то проблема решится. В то же время упоминание о «земельных участках», порядок предоставления которых всем желающим городским жителям должен был быть обнародован, согласно постановлению, в недельный срок, показывает, что его авторам хотелось как-то продемонстрировать интерес к неотложным, истинным чувствам граждан. В СССР вожделенные дачные участки распределялись по предприятиям и ведомствам; в 1991 году они стали еще более желанными из-за дефицита продовольствия.

Коротко говоря, «экономическая программа» ГКЧП предполагала одномоментное, как по мановению волшебной палочки, исчезновение всех симптомов болезни, не предлагая никаких новых рецептов. Можно себе представить гипотетический сценарий «победы ГКЧП» в августовские дни 1991 года, но меры, описанные в документах, не могли бы остановить надвигающихся проблем со снабжением крупных городов продовольствием той же осенью. Все, что можно было сделать «силовым путем» — заставить колхозников производить и продавать продукты; предприятия — прекратить повышать зарплаты, рассчитывая на субсидии из новонапечатанных денег; а бизнесменов — не использовать разницу между государственными и рыночными ценами на одни и те же товары, — уже было испробовано. Никакой силовой ресурс и никакие жесткие меры уже не были способны справиться с останавливающимся производством и (отчасти скрытой) инфляцией. Часть «гайдаровских реформ», включая либерализацию цен и международной торговли (а значит, и валютного курса), была бы вынужденно проведена любым правительством в течение ближайшего года.

1989 году образовался дефицит всего и вся — от продуктов до металла. На снимке: вынужденный простой в оборонном цехе завода «Борец» в Москве. Фото: Виктор Будан/ТАСС

Неудивительно, что реакции граждан на «экономическую программу» ГКЧП не было вовсе. Широкая публика не увидела ничего нового, кроме очевидно несбыточных обещаний, связанных со строительством жилья и выделением земельных участков. Небольшую прослойку первых предпринимателей риторика программных документов, в которых рынок выглядел не лекарством от проблем, а основным источником болезни, могла только отпугнуть. Наконец, чиновники уже видели первые перспективы совмещения государственной службы с личным обогащением — их программа ГКЧП тоже не могла заинтересовать.

Чиновники уже видели первые перспективы совмещения государственной службы с личным обогащением — их программа ГКЧП тоже не могла заинтересовать

Последствия

Собственно, главным итогом августовского путча 1991 года стал распад системы центральной власти — реальные рычаги управления перешли к республикам, у которых — как у РСФСР — реально действующих институтов не было. И это сделало еще более необходимыми рыночные реформы — создание новых, республиканских, органов экономического управления.

Попытка вооруженного захвата власти частью политического руководства страны, провалившаяся за три дня, не ускорила процесс экономического распада СССР, а только сделала для всех очевидным, что этот процесс уже в самом разгаре.

К 1991 году население было уже порядком измучено сочетанием растущих экономических бедствий и тем, что «перестройка», вызвавшая сначала неподдельный энтузиазм граждан, продолжалась уже пятый год
Документ
Экономическая часть «Постановления № 1 Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР»: путчисты не предлагали ничего нового

<...>

Органам власти иуправления, руководителям учреждений ипредприятий принять меры по повышению организованности, наведению порядка и дисциплины во всех сферах жизни общества. Обеспечить нормальное функционирование предприятий всех отраслей народного хозяйства, строгое выполнение мер по сохранению и восстановлению на период стабилизации вертикальных и горизонтальных связей между субъектами хозяйствования на всей территории СССР, неукоснительное выполнение установленных объемов производства, поставок сырья, материалов и комплектующих изделий.

Установить и поддерживать режим строгой экономии материально-технических и валютных средств, разработать и проводить конкретные меры по борьбе с бесхозяйственностью и разбазариванием народного добра.

Решительно вести борьбу с теневой экономикой, неотвратимо применять меры уголовной и административной ответственности по фактам коррупции, хищений, спекуляции, сокрытия товаров от продажи, бесхозяйственности и других правонарушений в сфере экономики.

Создать благоприятные условия для увеличения реального вклада всех видов предпринимательской деятельности, осуществляемых в соответствии с законами Союза ССР, в экономический потенциал страны и обеспечение насущных потребностей населения.

<...>

Считать несовместимой работу напостоянной основе вструктурах власти и управления с занятием предпринимательской деятельностью.
Кабинету Министров СССР внедельный срок осуществить инвентаризацию всех наличных ресурсов продовольствия ипромышленных товаров первой необходимости, доложить народу, чем располагает страна, взять под строжайший контроль их сохранность и распределение.

Отменить любые ограничения, препятствующие перемещению по территории СССР продовольствия и товаров народного потребления, а также материальных ресурсов для их производства, жестко контролировать соблюдение такого порядка.

Особое внимание уделить первоочередному снабжению дошкольных детских учреждений, детских домов, школ, средних специальных и высших учебных заведений, больниц, а также пенсионеров и инвалидов.

В недельный срок внести предложения об упорядочении, замораживании и снижении цен на отдельные виды промышленных и продовольственных товаров, в первую очередь для детей, услуги населению и общественное питание, а также повышении заработной платы, пенсий, пособий и выплат компенсаций различным категориям граждан.

В двухнедельный срок разработать мероприятия по упорядочению размеров заработной платы руководителям всех уровней государственных, общественных, кооперативных и иных учреждений, организаций и предприятий.

Учитывая критическое положение суборкой урожая иугрозу голода, принять экстренные меры по организации заготовок, хранения и переработки сельхозпродукции. Оказать труженикам села максимально возможную помощь техникой, запасными частями, горюче-смазочными материалами и т.д. Незамедлительно организовать направление в необходимых для спасения урожая количествах рабочих и служащих предприятий и организаций, студентов и военнослужащих на село.
Кабинету Министров СССР внедельный срок разработать постановление, предусматривающее обеспечение в1991–1992 годах всех желающих городских жителей земельными участками для садово-огородных работ в размере до 0,15 га.
Кабинету Министров СССР вдвухнедельный срок завершить планирование неотложных мероприятий повыводу из кризиса топливно-энергетического комплекса страны и подготовке к зиме.
Вмесячный срок подготовить идоложить народу реальные меры на 1992 год по коренному улучшению жилищного строительства и обеспечения населения жильем. В течение полугода разработать конкретную программу ускоренного развития государственного, кооперативного и индивидуального жилищного строительства на пятилетний срок.
Обязать органы власти иуправления вцентре и на местах уделять первоочередное внимание социальным нуждам населения. Изыскать возможности существенного улучшения бесплатного медицинского обслуживания и народного образования.

Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР.

<...>

19 августа 1991 г.