*1252. Платон и платоники

[Новая философская энциклопедия]

http://iph.ras.ru/elib/0080.html
АКАДЕМИЯ (’Aκαδήμεια или ’Ακαδημία) Платоновская – школа Платона, названная так по имени общественного гимнасия, существовавшего, вероятно, со времен Солона (нач. 6 в.) в северо-западном пригороде Афин на месте святилища в честь местного героя Академа. Недалеко от Академии Платон после 1-й сицилийской поездки (387) приобрел небольшое имение (κηπίδιον – Diog. L.Ill 19–20) и вел занятия либо у себя, либо в гимнасии, причем и здесь, и там он устроил святилища в честь Муз. По-видимому, школа Платона – созданный по личной инициативе кружок единомышленников, составивших своего рода неофициальный политический клуб и вместе чтущих память отмеченного божеством учителя философии Сократа, – образовалась в 380-е гг. и в ней по инициативе и по образцу Платона начали писать диалоги (с обязательным участием Сократа), полемизировали с другими сократиками, софистами и риторами, вели диспуты и занимались математикой. Когда Платон во второй раз едет в Сицилию (367–66), его замещает Евдокс (попытки оспорить это неубедительны). В то же время в Академии появляется Аристотель, при котором развивается стихия диспутов и расширяется система литературных и лекционных жанров (диалоги с участием современников, доклады, курсы лекций, трактаты).

Последовательность схолархов Академии после смерти Платона (347) восстанавливается на основе прежде всего «Списка академиков» Филодема (Acadernicorum index Herculanensis), IV книги Диогена Лаэртия и статьи Πλάτων из Суды: Спевсипп из Афин, племянник Платона (ум. 339); Ксенократ из Халкидона (ум. 314/13); Полемон из Афин (ум. 270/69); Кратет из дема Фрия в Афинах (?); Сократил (? – вероятно, последний, кто вел занятия не только в Академии, но и в имении Платона); Аркесилай из Питаны (Diog. L. IV 32: «школу он принял после кончины Кратета, когда некий Сократил уступил ему это главенство»; ум. 241/40); Лакид из Кирены (ум. ок. 207), который первым еще при жизни передал руководство школой Телеклу и Евандру из Фокеи, преемником которого был Гегесин из Пергама (Diog. L. IV 60). Суда между Лакидом и Карнеадом из Кирены называет Евандра, Дамона, Леонтея, Мосхи-она, Евандра из Афин, Гегесина; «Список академиков» (col. M 10–21) называет Леонтея, Демона из Кирены, Деметрия, Полита (?) из Фокеи, двух Евбулов, Мосхиона, Агаместора, Евандра (?) и Телекла, Евфориона; вероятно, не все они были схолархами (Cic. Acad. II 16: Карнеад «был после Аркесилая четвертым, так как его наставником был Гегесин, который сам слушал Евандра, ученика Лакида»), Карнеад из Кирены (ум. 129/28), Карнеад Младший (131/30), Кратет из Тарса (ум. 127/26), Клитомах (110/109), Филон из Ларисы, который покинул Афины в 88 до н.э. Филон не оставил преемника (Seneca. Nat. Quaest. VII 32, 2), и на нем прерывается цепь непосредственного преемства схолархов Академии.

Ученик Филона Антиох Аскалонский разрывает с ним еще при его жизни и основывает собственную школу (Numenius, fig. 28, 11–12 des Places: (ἑτέρας ἄρξας Ἀκαδεμίας), назвав ее «Древней Академией» (Cic, Brut. 315; Luc. 70), к которой он относил Платона и его ближайших последователей, противопоставляя ей скептицизм Аркесилая; в этом двойном разделении ему следовал Цицерон.

Тройное членение Академии представлено в «Списке академиков» (XXI 37–42): Средняя начинается с Аркесилая, Новая – с Лакида (ср. Diog. L. I 14, I 19, ГУ 59; Суда, Λακύδης; аберрация связана с тем, что Лакид стал учить в новом месте, названном Лакидейон); однако новый содержательный этап в развитии Академии начинается с Карнеада, которого и называет родоначальником Новой Академии Секст Эмпирик (Pyrrh. I 220; ср. Ps.-Gal. Hist. Phil. 3; Clem. Alex. Strom. I 64, 1). Согласно последнему, круг Филона и Хармида составил 4-ю Академию (Pyrrh. Hyp. I 220. cf. 235), a школа Антиоха – 5-ю (Pyrrh. Hyp. I 220. cf. 235).

Брат Антиоха Аскалонского Арист упоминается Цицероном в «Бруте» (332), написанном в 46 до н.э., как глава – heres – «Древней Академии»; но уже осенью 45 его, вероятно, не было в живых, т.к. сын Цицерона слушал только ученика Ариста перипатетика Кратиппа. Другой ученик «Древней Академии», Аристон Александрийский, также перешел в Перипат. Согласно Плутарху (Brut. 2, 3), Марк Юний Брут в августе 44 слушал в Афинах Кратиппа и «академика Теомнеста». Это последний живший и преподававший в Афинах философ, которого источники называют «академиком»: нет оснований считать его преемником Ариста, хотя нельзя сказать и того, что он продолжал традицию скептической Академии, вероятно, обратившуюся после Филона из Ларисы к пирронизму. Т.о., на Аристе завершается история основанной Антиохом Аскалонским «Древней Академии», само название которой было ярким свидетельством того возвратного порыва философской мысли античности, который в период т.н. среднего платонизма искал идентичности во все большем внимании к текстам основателя школы и постепенно привел к возникновению нескольких центров изучения и разработки платоновского наследия вне Афин. И тем не менее, когда афинские платоники в 4–6 вв. считали себя «диадохами» Платона и говорили о «золотой цепи» его адептов, это было не только «сентиментальной конструкцией» (W.Görler), но и констатацией того пути, на котором античный платонизм сумел подвести самый внушительный итог всего развития языческой мысли и сохранить ее наследие для Византии, арабов и Западной Европы.

Источники:

1. Filodemo, Storia dei filosofi. Piatone e l’Academia (Pap. Herс. 1021 e 164), edizione, traduzione e commento a cura di T.Dorandi. Napoli, 1991.

Литература:

1. Lynch J.P. Aristotle’s School. A study of a Greek Educational Institution. L, 1972;

2. Glucker J. Antiochus and the Late Academy. Gott., 1978;

3. Billot M.-F. Académie. – «Dictionnaire des philosophes antiques», t.1. P., 1989, p. 693–789 (p. 780–87: Platon et l’École Académicienne à l’Académie); Dorandi T. Ricerche sulla cronologia dei fflosofi ellenistici. Stuttg., 1991.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/0752.html
ГЕРАКЛИД ПОНТИЙСКИЙ (Ἡρακλείδης ὁ Ποντικός; из г. Гераклея на южном берегу Понта Эвксинского) (4 в. до н.э.) – греческий философ, член древней Академии Платона, согласно Сотиону, посещавший также лекции Аристотеля и в некоторых текстах причисляемый к Перипатетической школе. После смерти Спевсиппа (339 до н.э.) – кандидат на должность схоларха (побежден Ксенократом); возможно, вернулся в Гераклею и основал свою школу. Сочинения его (согласно каталогу Диогена Лаэртия V 86–88, 47 названий, в основном диалоги) утрачены. Гераклид имел репутацию блестящего писателя с тягой к парадоксальности; действующие лица его диалогов, как правило, исторические персонажи, в т.ч. Фалес, Пифагор (к диалогу Гераклида восходит легенда о Пифагоре, изобретшем термин «философия» и впервые назвавшем себя «философом») – ср. написанный в подражание Гераклиду философский диалог Цицерона «О государстве». В физике («О природе») в противовес неизменяемым и бескачественным атомам Демокрита Гераклид развил представление об аффицируемых «несопряженных молекулах» (ἄναρμοι ὄγκοι), обладающих качественными различиями и управляемых божественным мировым разумом. Концепция Гераклида оказала влияние на Стратона из Лампсака и врача-натурфилософа 1 в. до н.э. Асклепиада из Вифинии. В диалогах Гераклида обсуждались такие астрономические теории, как вращение Земли вокруг своей оси, вращение Венеры и Меркурия вокруг Солнца, Солнца – вокруг Земли (ср. гелиогеоцентрическую систему Тихо Браге), гелиоцентрическая гипотеза и даже гениальная догадка о существовании других планетных систем («каждая звезда – мир, содержащий землю...»). Астральная концепция души («душа – свет», происходящий из Млечного Пути) неясным образом сочеталась с отрицанием субстанциальности души в диалоге «О том, что в Аиде».

Фрагменты:

1. Wehrli F. von (hrsg.), Die Schule des Aristoteles. Texte und Komm., Hft. VII. Basel – Stuttg., 1969.

Литература:

1. Lonie I.M. The «anarmoi onkoi» of Heraclides of Pontus. – «Phronesis», 1964, v. 9, n. 2;

2. Idem. Medical Theory in Heraclides of Pontus. – «Mnemosyne», 1965;

3. Gottschalk Η.Β. Heraclides of Pontus. Oxf., 1980.

А.В.Лебедев

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/1565.html
КСЕНОКРАТ (Ξενοκράτης), сын Агафенора (396, Халкедон на Боспоре – 314 до н.э., Афины) – греческий философ, ученик Платона. После смерти Платона вместе с Аристотелем покинул Академию; с 339 схоларх Академии, сменивший Спевсиппа. Сочинения Ксенократа (список из 75 названий, свидетельствующий об энциклопедическом характере его интересов, – у Диогена Лаэртия, IV 11–14) были достоянием школы и не предназначались для широкой публики; вероятно, они погибли при разрушении Академии в 86 до н.э. Однако «мнения» Ксенократа вошли в доксографические компендии (начиная с Теофраста) и были очень популярны в период среднего платонизма. Ксенократ – первый платоник, отличавшийся литературной продуктивностью: вероятно, им был разработан жанр философских трактатов по отдельным вопросам. Он предпринял первую серьезную попытку догматизации доктрины Платона, впервые использовав для изложения его взглядов разработанное в Академии (ср. Arist. Top. I 14, 105b) деление философии на физику, этику и логику (fr. 1 Heinze). Философская система Ксенократа создавалась (в противовес другим платоникам – Спевсиппу, Евдоксу, Аристотелю) как учение ортодоксального платонизма. Она поддерживала (и заостряла) пифагорейские тенденции позднего Платона. Ксенократ выделял три типа бытия: умопостигаемое, помещаемое им за пределами небесной сферы (идеи-числа); чувственное, заключенное внутри нее, и смешанное, или представляемое (δοξαστή), доступное как зрительному восприятию, так и научному изучению посредством астрономии (fr. 5). В качестве метода изложения философии Ксенократ, по примеру пифагорейцев и Платона, избрал математику (арифметика и геометрия суть «ухваты философии», fr. 2) в сочетании с аллегорическим толкованием мифов. Первый бог – монада, ум, Зевс (мужское начало); второй – диада, душа мира (женское начало, как бы «мать богов»); зримых богов – 8: небо и 7 планет (fr. 15). Между людьми и богами, совмещая черты тех и других, посредничают демоны. Ксенократ не признавал временного начала мира. Начала всего суть единое и неопределенная двоица, из сочетания которых получаются числа, точки, плоскости и тела; от двоицы происходят место, пустота, апейрон; от единого и чисел – душа и др. (fr. 26). Сделав математику универсальным способом описания, Ксенократ не различал между бытием математических объектов и идей (в терминологии познейших платоников – между эйдетическим и математическим числом). Идея (как число) возникает из «большого и малого» и единого (fr. 33) и есть «парадигматическая причина существующего по природе от века» (fr. 30). Идеальные математические предметы (точки, линии, числа от 1 до 10 и т.д.) неделимы, т.е. диада не состоит из двух монад и т.д. (fr. 41–42), из чего вытекало учение о 5 элементах (по числу правильных многогранников) (fr. 53). Понимая душу как среднюю между неподвижными идеями-числами и вечно изменчивыми телами сущность, Ксенократ называл ее «числом, само себя движущим» (fr. 60, 64). Душа бестелесна (fr. 66), не имеет возникновения во времени (fr. 68) и бессмертна (fr. 74), обладает двумя потенциями – чувством и разумом (fr. 70).

Судя по названиям многих трактатов, Ксенократ придавал большое значение практической этике, в чем ему следовал сменивший его во главе Академии Полемон. Блаженство состоит в приобретении добродетелей (fr. 77), подлинно блажен – разумный (σπουδαῖος – fr. 81–82). Наряду с хорошим и дурным есть «безразличные» с этической точки зрения предметы, напр. здоровье, богатство (fr. 76, 92).

Осуществленная Ксенократом систематическая разработка платоновского учения обусловила исключительное влияние его на неопифагореизм и средний платонизм, а также на стоиков, воспринявших благодаря ему ряд платоновских идей (учение о принципах, о самодостаточности добродетели и др.) и эпикурейцев (учение о неделимых величинах).

Фрагменты:

1. Heinze R. Xenokrates. Lpz., 1892; repr. Hildesheim, 1965;

2. Pines S. A New Fragment of Xenocrates and its Implications. – «Transaction of the American Society», 1961, vol. 51, part 2, p. 3–34;

3. Senocrate, Ermodoro, Frammenti, a cura di M.Isnardi Parente. Napoli, 1982.

Литература:

1. Лосев Α. Φ. История античной эстетики. Высокая классика. М., 1974;

2. Krämer H.J. Der Ursprung der Geistmetaphysik. Untersuchungen zur Geschichte des Piatonismus zwischen Platon und Plotin. Amst., 2 Aufl., 1967, S. 21–191 u. a.;

3. Idem. Die Ältere Akademie, GGP, Antike 3, 1983, S. 151 sq., 161–174;

4. Dorandi T. Senocrate nel giudizio di Demetrio del Falero, Beiträge zur antiken Philosophie. Festschrift für W.Kullmann, hrsg. v. H.-Chr. Günther, A.Rengakos. Stuttg., 1997, S. 271–278.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/2820.html
СПЕВСИПП (Σπεύσιππος) (ок. 407 до н.э., Афины – 339, там же) –древнегреческий философ-платоник. Сын сестры Платона Потоны, его преемник по руководству Академией. Писал трактаты и диалоги. Важнейшие среди его сочинений (30 названий, по Диогену Лаэртию, IV 4–5, часть из них – диалоги; к этому следует прибавить трактат «О пифагорейских числах») – «Об удовольствии», «О философии», «О богах», «О душе», «О подобном», «Энкомий Платону». Спевсипп заменил платоновские идеи числами (fr. 42 Lang), которые понимал как самостоятельные субстанции, отделенные от чувственных вещей, но при этом толковал их не как «идеальные числа» Платона, а как математические числа. Начало (архе) всех чисел – единое, которое Спевсипп отличал от блага и бога (fr. 34); это начало – выше бытия, причиной которого является диада (fr. 35); числа наряду с другими математическими объектами суть первые из существующих предметов, рождение которых от единого и некоего принципа множественности Спевсипп понимал не буквально, а в качестве мысленного образа. Демиурга платоновского «Тимея» он считал богом и умом (нусом) и отождествлял парадигму с декадой. Для каждой ступени реальности Спевсипп признавал свою материю. В сочинении «О подобном» на материале биологии и ботаники он проводил логическое различение родовых и видовых признаков. Разграничивая мир чувственный и умопостигаемый, он, в отличие от Платона, признавал знание на основе ощущений. В этике считал благом отсутствие зла и свободу от душевного смятения (ἀοχλησία, ἀλυπία). Влияние Спевсиппа, по-видимому, ограничено в основном рамками Древней Академии, хотя оно проявлялось и позднее – в неопифагореизме.

Фрагменты:

1. Speusippus, Fragmenta, ed. P.L.F.Lang. – De Speusippi Academici scriptis. Bonn, 1911, repr. Fr./M., 1964;

2. Frammenti, a cura di I.Parente. Napoli, 1980.

Литература:

1. Merlan Ph. Zur Biographie des Speusippos. – «Philologus», 1959, 103, Heft 3/4, S. 198–214;

2. Tarrant H.A.S. Speusippus ontological classification. – «Phronesis», 1974, v. 19, № 2, p. 130–45;

3. Dillon J. The middle Platonists. L., 1977, 2 d. 1996, p. 11–22;

4. Halfivassen J. Speusipp und die Unendlichkeit des Einen: ein neues Speusipp-Testimonium bei Proklos und seine Bedeutung. – «Archiv für Geschichte der Philosophie», LXXIV, 1992, 43–73.

Ю.А.Шичалин

[Михаил Маяцкий]

https://postnauka.ru/video/32906
Философ о синтезе власти и философии, Карле Поппере и денацификации Платона
08 июня 2015

Почему нацистские философы предложили Платона в качестве главной идеологической опоры Третьего рейха? Как интерпретирует платоновский синтез философии и власти Карл Поппер? Как Платон был денацифицирован в послевоенный период? На эти и другие вопросы отвечает научный сотрудник отделения культурологии НИУ ВШЭ Михаил Маяцкий.

Философия и власть — это большая, тяжелая, многоплановая проблематика, и редко какой крупный философ является абсолютно нейтральным относительно этой темы. Хайдеггер, который не покидает общественные дебаты, тому лишний пример.

В становящейся идеологии нацистской Германии Платон был среди самых мобилизованных философов наряду, например, с Фихте, Гегелем, и в отличие, например, от Аристотеля. В 1930-е годы появилась масса книг и статей, которые утверждали, что национал-социалистическая революция 1933 года и есть та, о которой мечтал Платон в своей «Политее», в своем «Государстве».

Эта тема хорошо изучена. Надо сказать, что дело тут не только в философии — практически вся немецкая древняя история того времени очень легко, без всякого подталкивания, добровольно включилась в так называемый гляйхшальтунг, в подчинение общим идеологическим задачам. И история античной философии была лишь частью этих наук о древности.

Что произошло потом? Как оказалось, что после этого Платон остался вполне пристойным мыслителем, изучение которого не прекращается, а, наоборот, все больше расширяется? В Германии, по крайней мере, произошел негласный процесс денацификации Платона, и он сам по себе довольно интересен. Все было бы просто, если бы можно было после войны сказать: нацисты все поняли неправильно, неправильно истолковали Платона, исказили его, неправомочно выпятили одни аспекты, недооценили другие, поэтому их интерпретацию можно отбросить как неверную. Это было бы слишком просто. Но возник один непредвиденный фактор, и возник он в лице известного философа Карла Поппера.

Карл Поппер, австрийский философ еврейского происхождения, встретил аншлюс, то есть захват, аннексию Австрии фашистской Германией, оказавшись в ссылке в Новой Зеландии, преподавая там, и, узнав об аншлюсе и обо всей европейской трагедии, решил посвятить следующий труд как раз отношениям философии и власти, несколько лет труда положить на сочинение — «Открытое общество и его враги». Первый том — это The Spell of Plato («Чары Платона») — анализирует, как Платон оказался приманкой для последующих мыслителей, мечтавших или пытавшихся осуществить синтез философии и власти. Понятно, здесь имеется в виду платоновский идеал политического строя, в котором философы правят, а правители философствуют. И вся политическая программа Платона плюс его практические попытки реализации — его малоудачные сицилианские экспедиции как попытки воплотить его философию — относятся именно сюда.

И перед послевоенными историками философии возникла проблема: оказалось, что невозможно отвергнуть нацистское прочтение Платона как неверное по той простой причине, что либеральный мыслитель Поппер толкует Платона точно так же, пусть и с обратным знаком. Те одобряли, видели в Платоне провозвестника, предвосхитителя Третьего рейха.

А Поппер видит в Платоне злостные чары, которые испортили отношения между властью и философией на многие века, и этому нужно положить конец.

Сначала резюмируем то, как происходила нацификация Платона. Здесь были некоторые изолированные мыслители, те, кто пришел из феноменологии или из расовой теории, которая тогда была вполне этаблирована и стала предметом университетского преподавания и исследования. Исследовательская программа «третьего гуманизма» Вернера Йегера была другим течением, которое политически истолковывало Платона. Круг Штефана Георге тоже поднял Платона на щит, сделав его фактически самым важным своим фетишем, идолом. Так или иначе, они, наряду с дежурными идеологами Третьего рейха — Розенбергом, Боймлером, Криком, — выдвинули Платона в качестве главной идеологической опоры Третьего рейха.

После войны некоторые из этих акторов продолжили исследование Платона и совершили некоторые чисто поверхностные ритуальные акты покаянного характера, которые позволили им дальше продолжать писать о Платоне. Разумеется, они уже не могли писать, что Платон — это фюрер Античности или Гитлер — это Платон сегодня. Но они давали проницательному читателю знаки того, что их позиция осталась прежней: использовали определенные маркированные слова, ссылались на тех же авторов, что и до войны. Некоторые совершили полную конверсию, отказались от прежних взглядов и стали исповедовать нечто другое.

Были и более тонкие переинтерпретации. В частности, люди спорили с Поппером, что позволяло им избегать прямой конфронтации с нацистскими авторами, которые были просто вычеркнуты из обихода, даже спорить с ними считалось ненужным для науки демаршем, и это позволяло, не упоминая этих авторов, оспаривать (через Поппера) их позицию, поскольку, повторяю, он дал Платону в целом такую же интерпретацию, но только с противоположным знаком. Причем он был не первым, он уже опирается на довольно длительную либеральную традицию, преимущественно английскую, осуждения этого альянса философии и власти, который Платон заложил или который реабилитировал.

Другие интерпретационные попытки были еще более изощренными. Например, ни для кого не было секретом, что Платон — враг демократии. Но нашлись либерально, демократически настроенные мыслители, которые захотели сохранить Платона в качестве предмета исследований и которые трактовали его в таком духе: да, Платон критиковал, конечно, демократию, очень несовершенную демократию своего полиса, Афин IV века до н. э., но критиковал ее с точки зрения идеала демократии, то есть он хотел подтянуть Афины до идеала демократии. Это, разумеется, является сильным вчитыванием, но оно предпринималось ради как бы благой цели — сохранить Платона как достойного объекта исследования в современном либерально-демократическом контексте.

Одним словом, в послевоенные десятилетия — а во многом и сейчас — мы имеем дело с переинтерпретацией Платона, в которой нацистское, фашистское толкование остается ориентиром, ex negativo по контрасту, остается вехой, от которой нужно отталкиваться. Сейчас нужно убедить себя, редакторов, издателей, читателей в том, что Платон — это учитель демократии, учитель диалога, учитель аргументации, убеждения, а не принуждения и так далее. Что не может не наводить на размышления о роли вообще герменевтического или интерпретационного насилия в наших науках о человеке. Можно ли полностью абстрагироваться от этого фактора? Можно ли говорить о какой-то истине в делах человеческих, в conditio humana как предмете изучения или мы навсегда во власти неких тропизмов, неких предрасположенностей исследователя?

PhD University of Fribourg (Switzerland), профессор отделения культурологии НИУ ВШЭ

[Новая философская энциклопедия]

http://iphlib.ru/greenstone3/library...2f%2f2832.html
СРЕДНИЙ ПЛАТОНИЗМ – условно выделяемый в истории античного платонизма хронологический период после закрытия платоновской Академии в Афинах в 88 н.э. (см. также Филон из Ларисы) и до Плотина (хотя еще ученики Плотина Амелий и Порфирий сохраняют ряд среднеплатонических установок). В доктринальном плане переход от среднего платонизма к неоплатонизму означал жесткое противопоставление сферы бытия сверхбытийному началу – первому богу, единому, или благу; а в пределах ума-бытия – тождество демиурга платоновского «Тимея» и ума-нуса, в пределах которого помещается образец-парадигма.

По основной философской установке средний платонизм противопоставлен предшествующему скептическому периоду как догматизм (начиная с Антиоха Аскалонского), институционально не связанный с Академией и развивающийся в ряде центров (Александрия, Рим, Афины, Херонея, Смирна, Апамея).

Начиная с Евдора Александрийского платонизм возвращается к свойственной Платону и Древней Академии пифагорейской ориентации (ср. также Трасилла, издателя известного нам корпуса платоновских сочинений, Плутарха Херонейского, Модерато, Никомаха из Герасы, Нумения), в пределах которой развивается сакрализация образа Платона (Апулей) и его текстов (прежде всего «Тимея» – у Евдора, Плутарха, Феона Смирнского, и «Парменида» – вероятно, уже у Модерата, ср. также «Второе Письмо», представляющее собой скорее всего пифагорейскую подделку).

В отношении к другим школам средний платонизм обнаруживает разные тенденции: антиаристотелевская (Евдор, Лукий, Никострат, Аттик) сопровождается стремлением вместить аристотелизм в качестве пропедевтики (прежде всего логической) платоновского учения, что ярко проявилось у Алкиноя, для которого также характерна – вопреки резкому антистоицизму Плутарха Херонейского – стоическая ангажированность (ср. также Анонимный Комментарий к платоновскому «Теэтету»), в связи с чем вообще говорится об эклектическом характере платонизма этого периода.

Популярный платонизм, развивающийся во 2 веке (Апулей, Максим Тирский), имеет в качестве основы две школьные тенденции: составление учебников платонизма (Апулей, Алкиной) и комментирование текстов Платона (Альбин, ср. также Кальвена Тавра, Аттика, Гарпократиона; вариант школьного догматического платонизма как базы медицинской теории дает Гален).

Антихристианская тенденция среднего платонизма (Кельс, который, по слову Оригена, во многих местах выступает как платоник, С.Cels. IV 83, а также Порфирий) сопровождается, с одной стороны, стремлением объединить Платона и Моисея (Нумений), с другой, – противопоставить христианству собственный богооткровенный текст («Халдейские оракулы», изданные Порфирием «Эннеады» Плотина, открывающего неоплатонизм).

Но уже в самом начале эпохи среднего платонизма мы находим фигуру Филона Александрийского, продемонстрировавшего возможный путь принципиального расширения базы опорных текстов платонического философствования и нашедшего широкий отклик в христианском богословии.

На перепутьях указанных тенденций платонизм этого периода постепенно обретает те качества, которые позволили ему остаться единственной школой, пережившей смерть язычества, сумевшей сохранить и реально приумножить духовные богатства античной философии, обеспечив ей преемственность в христианстве Византии и Запада, а также в мусульманской философии.

Литература:

1. Dörne Н. Platonica minora. Münch., 1976;

2. Dillon J. The middle Platonists. L., 1977, 2 ed., 1996;

3. Zintzen С. (hrsg.). Der Mittelplatonismus. Darmstadt, 1981;

4. Lilla S. Introduzione al medio platonismo. Roma, 1993.

Библиография:

1. Deitz L. Platonisme antérieur à Plotin. ANRW II 36, 1, 1987, p. 124–128.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphlib.ru/greenstone3/library...2f%2f0125.html
АЛКИНОЙ (’Αλκίνοος) (сер. 2 в. н.э.?) – греческий философ-платоник, автор сочинения «Учебник платоновской философии». Биографических сведений о нем нет. Датировка условна (после Ария Дидима, цитата из которого начинает XII главу «Учебника» Алкиноя, и до Плотина). После работы Ю.Фрейденталя (J. Freudenthal, 1879) Алкиной в течение почти века обычно отождествлялся с Альбиной и причислялся к «школе Гая», но в работе М.Гиуста (M. Giusta, 1960–61) это отождествление было поставлено под сомнение на основе сопоставления позиции Альбина, восстанавливаемой по Тертуллиану, Ямвлиху и Проклу, с позицией «Учебника». Эта точка зрения была развита в работах Ю.Уайтекера (J. Wïttaker, 1974) и др. вплоть до издания греческого текста «Учебника» в 1990. Одно из возможных отождествлений – с Алкиноем-стоиком, упоминаемым у Филострата (Vit. Soph. I 24). «Учебник» представляет традицию эклектического платонизма, принимающего аристотелевскую логику и ряд стоических положений, что проявляется уже в порядке изложения: логика (диалектика) – физика (теоретическая философия) – этика (практическая философия, включающая политику).

Платоновское определение диалектики (усмотрение сущности каждой вещи) сочетается с аристотелевским учением о силлогизме и принятым стоиками (восходящим к Теофрасту) делением силлогизма на категорический и гипотетический. Примеры использования отдельных видов силлогизма приводятся из Платона.

Теоретическая часть делится на три раздела: математика, физика, теология. В отличие от диалектики математические дисциплины не имеют дело с первыми началами, но они выше мнения, имеющего дела с телами: в согласии с Платоном, они принадлежат сфере рассудка (διάνοια) и только грезят о сущем (VII, р. 162.5, 15–17, ср. Resp. 533c1). В соответствии с «Тимеем» излагается теология, возникновение космоса и человека, причем Алкиной начинает с первых начал: материи, образца, или идеи, и причины, или бога. Материя, как у стоиков, оказывается «бескачественной» (ἄποιον VIII, р. 162. 41 Н) и в соответствии с Аристотелем сравнивается с медью — «статуей в потенции»; идея определяется как «вечный образец естественных вещей» (IХ, р. 163. 23–24 Н) в соответствии с Ксенократом (фрг. 30 Heinze); бог – как аристотелевский неподвижный первый ум, движущий все как предмет желания и являющийся причиной того, что действует ум целокупного неба (X, р. 164. 20–27 Н).

В области этики Алкиной в согласии со стоиками рассуждает о том, что одной добродетели достаточно для счастья, и о «взаимообусловленности» (ἀνθακολουθία) добродетелей (XXVII, р. 180. 40–41, XXIX, р. 183.3), опирается также на ряд аристотелевских представлений, напр., о дружбе (XXXIII, р. 187. 11–14, ср. Arist., Eth. Nie, VIII 2, 1155b33–34, и пр.).

Алкиной не принадлежал к самым представительным и сильным фигурам среднего платонизма: позднейшие платоники на него не ссылаются; но он оказался одним из авторитетов для мыслителей Возрождения и новоевропейской традиции, первый латинский перевод «Учебника» был сделан Пьетро Бальби в 1460, впоследствии посвящен кардиналу Николаю Кузанскому и издавался полностью в 1469 (Рим), 1488 (Виченца), 1493 (Венеция), 1497 (Милан) и частично в 1472 (Нюрнберг). В 1464 появился латинский перевод М.Фичино, имевший хождение в рукописях и неоднократно издававшийся, начиная с 1497 (Флоренция). Новый латинский перевод, предпринятый Дени Ламбеном, был опубликован в 1567 в Париже, где в 1577 появился другой латинский перевод, изданный Жаком Шарпантье. В 1607 и 1614 годах вышли две версии латинского перевода Даниила Гейнсия (Лион). «Учебник» неоднократно переводился на новые языки (английский, французский, итальянский, русский).

Сочинения:

1. Alkinoos. Enseignement des doctrines de Platon, introd., texte et. et comm. par J.Wittaker et trad. par P.Louis. P., 1990;

2. Alkinous. The Handbook of Platonism, transl. with introd. and comm. by J.Dillon. Oxf., 1993;

3. Учебник платоновской философии, пер. Ю.А. Шичалина. — В кн.: Платон. Собр. соч. в 4 т., т. 4. М., 1994.

Литература:

1. Deitz L. Bibliographie du platonisme impérial antérieur a Plotin: 1926–1986. – ANRW II 36, 1. В., 1987, p. 136–137;

2. Göranson T. Albinus, Alkinus, Arius Didymus. Göteborg, 1995.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphlib.ru/greenstone3/library...2f%2f0119.html
АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА 1) платонизма и 2) неоплатонизма.

1) Александрийская школа платонизма – название, условно объединяющее ряд философов-платоников 1 в. до н, э. – начала 5 в. н.э., не связанных единообразно с определенным институтом, но учивших в Александрии. Платоновские тексты попадают в Александрию, вероятно, уже в период основания Музея; предметом специального рассмотрения и комментирования они становятся у Стефана Александрийского (ум. 180), сгруппировавшего их по трилогиям, выделившего неподлинные диалоги и, вероятно, осуществившего издание корпуса (Diog. L. III 61–66). Среди александрийских филологов Платон сначала был оценен за литературные достоинства (известное слово Панэтия, назвавшего Платона «Гомером философов»). В 87 в Александрии – Антиох Аскалонский, провозгласивший отказ от академического скепсиса и возвращение к догматизму Древней Академии. Возможно, с кругом его учеников так или иначе был связан Евдор Александрийский, который, отказавшись от свойственного Антиоху стоического материализма в толковании сверхчувственного мира и от безусловного приятия аристотелевской логики, развил пифагорейские моменты в платонизме, обратился к непосредственному толкованию текстов Платона (в частности, «Тимея») и тем самым открыл т.н. средний платонизм. О том, что платонизм в Александрии продолжал развиваться на рубеже старой и новой эры, можно судить по сочинениям Филона Александрийского. В духе александрийского платонизма философствовал Аммоний, учитель Плутарха (ум. ок. 80 н.э.), который перенял от учителя интерес к пифагорейской числовой символике и восточным вероучениям. Вероятно, сходный комплекс идей – но при гораздо более развитом мистическом начале – развивался в кружке Аммония Саккаса, учителя Плотина и ряда других платоников (Оригена, которого не следует смешивать с учителем Церкви; Геренния; колдуна Олимпия, и др.)! Однако ок. 242, вероятно, после смерти Аммония, кружок его учеников распался. В кон. 4 – нач. 5 в. в Александрии преподавала Гипатия (ум. 415); хотя «Суда» сообщает, что Гипатия читала публичные лекции о Платоне, Аристотеле и др. философах, тем не менее сведений о философских сочинениях Гипатии у нас нет, и по тому же «Суде» вероятнее всего заключить, что прямой специальностью Гипатии, дочери и ученицы математика Феона, была геометрия и астрономия. Учеником Гипатии был Синесий Киренский, с 411 епископ Птолемаиды, сочинения которого представляют собой смешение христианства и платонизма, затронутого влиянием Плотина.

2) Александрийская школа – ответвление Афинской школы неоплатонизма. Первым неоплатоником в Александрии был ученик Плутарха Афинского (ум. 432) Гиерокл Александрийский, который ок. 420 начал здесь преподавать платоновскую философию в ямвлиховском духе. Как язычник Гиерокл был отправлен в изгнание, но затем вернулся в Александрию и продолжал учить по-прежнему. В Афинах у Сириана учился Гермий, от которого дошла запись лекций Сириана о «Федре». Сын Гермия Аммоний, ученик Прокла, открывает «неоплатоническую эру» комментирования Аристотеля, однако преподавание платоновской философии в Александрии при этом не прерывается: между 475 и 485 курс платоновской философии у Аммония слушал Дамаский, сорока годами позже лекции Аммония о «Горгии» – Олимтюдор; на лекции по платоновской философии, в частности на комментарий к «Теэтету», ссылается Асклепий. Иоанн Филопон, также ученик Аммония, приняв христианство, полемизирует с ортодоксальным неоплатонизмом Афинской школы, но прежде всего (в сочинении «О вечности мира против толкования Прокла») обрушивается на традицию неоплатонического толкования «Тимея». Вероятно, непосредственным преемником Аммония был Евтокий, читавший курс по «Органону» Аристотеля. Ряд комментариев к Платону принадлежит Олимпиодору Младшему, последнему неоплатонику-язычнику Александрийской школы.

Ученики Олимпиодора Элиас и Давид – христиане; в это время (2-я пол. 6 – нач. 7 в.) изучение философии в Александрийской школе ограничивается началами логики. Программа обучения, как и в Афинской школе, включала в себя толкование сочинений как «дивного» Аристотеля, так и «божественного» Платона (сочинения Аристотеля как введение и необходимое дополнение к сочинениям Платона). До чтения полных корпусов Аристотеля и Платона дело доходило, вероятно, крайне редко (у Аммония?), при этом сочинения Платона читались в Александрийской школе в меньшей степени, чем в Афинской. От Олимпиодора, напр., дошли три комментария к диалогам Платона («Алкивиад I», «Горгий», «Федон»), читавшимся первыми по порядку из 12, входивших в полный курс платоновской философии («канон Ямвлиха»). Элементарный характер обучения провоцировал иногда в качестве пропедевтики толкование других (помимо трудов Платона и Аристотеля) сочинений по практической этике: отсюда комментарии к «Золотым стихам пифагорейцев» Гиерокла и к «Руководству» Эпиктета Симпликия. Основной курс начинался с общего введения в философию, построенного по плану аристотелевской «Второй Аналитики» II, гл. 1 (в качестве примера см. русский перевод древнеармянской версии «Введения» Давида [Фессалоникийского?] в кн.: Давид Анахт. Соч. М., 1975); за ним следовало введение ко «Введению» Порфирия, чтение самого «Введения», затем введение к Аристотелю, включавшее классификацию его сочинений (см. Аристотеля комментаторы), затем толкование «Органона», начинавшееся с «Категорий». К концу 6 в. обучение стало принимать все более элементарный характер и последний представитель школы Стефан Александрийский, перебравшись из Александрии в Константинополь и сделавшись (после 610) «вселенским наставником» (οἰκουμενικὸς διδάσκαλος), τ. е. преподавателем императорской академии, среди прочего преподавал квадривий. По характеру комментариев к Александрийской школе примыкает Симпликий, стремившийся, как и александрийцы, объединить учения Платона и Аристотеля. В целом школа повлияла на формирование византийского богословия (Леонтий Византийский, Максим Исповедник, Иоанн Дамаскин, Михаил Пселл и др.); с Иоанном Филопоном связан сирийский аристотелизм (в частности, сирийские монофизиты), через него традицию толкования Аристотеля перенимают арабы, оказавшие затем значительное влияние на западноевропейскую средневековую философию.

Литература:

1. Tannery P. Sur la période finale de la philosophie grecque. – «Revue philosophique» XL11,1896, p. 266–287;

2. Vancourt R, Les derniers commentateurs alexandrins d’Aristote. Lille, 1941;

3. Richard M. ’Απὸ φωνής, «Byzantion» 20, 1950;

4. Saffrey H.D. Le Chrétien Jean Philopon et la survivance de l’école d’Alexandrie au VIe siècle. – «Revue des Études Grecques» LXVII, 1954, p. 396–410;

5. Marrou H.-I. Synesios of Cyrene and Alexandrian Neoplatonism. – Conflict between Paganism and Christianity in the Fourth Century, ed. A.Momigliano. Oxf., 1960;

6. Westerink L.G. The Alexandria School since Hermias. – Anonymous Prolegomena to Platonic Philosophy, introd., text, transl. and indices by L.G.Westerink. Amst., 1962, p. X–XIII;

7. Hadot I. Le problème du néoplatonisme alexandrin. Hiéroclès et Simplicius. P., 1978;

8. Texts and studies in neoplatonism and Byzantine literature. Coll. papers by L.G.Westerink. Amst, 1980.

См. также лит. к ст. Средний платонизм, Неоплатонизм, Афинская школа, Аристотеля комментаторы, Платона комментаторы.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/3060.html
ТРАСИЛЛ (Θράσυλλος) (ум. 36) – античный философ-платоник, известный как издатель сочинений Платона и придворный астролог императора Тиберия. Издал сочинения Платона и Демокрита, разбив их по тетралогиям, т.е. четверкам (такое деление было известно и до Трасилла, ср. Varro, De Lingua Latina VII, 370). Издание Демокрита утеряно, а принцип издания Платона, предложенный Трасиллом, сохраняется до сих пор в наиболее авторитетных изданиях на языке оригинала (см. издание Платона в Clarendon Press. Oxf.). К Трасиллу также восходит двойное название платоновских диалогов – «по имени» и «по теме», напр. «Теэтет, или О знании», «Государство, или О справедливости» и т.д. (см. Диоген Лаэртий III 57–61). Об интересе Трасилла к пифагореизму свидетельствует его сочинение о первоначалах пифагореизма и платонизма (см. Porf. V.Pl. 20 со ссылкой на Лонгина). Выдержки из сочинения Трасилла по гармонике («О семи [музыкальных] тонах») приводит в своем сочинении Теон из Смирны, а также Порфирий в комментарии на «Гармонику» Птолемея (ad Ptol. Harmon., p. 266). На сочинения Трасилла о небесных телах дважды ссылается Ахилл (1 в.) в своем комментарии на Арата (in Arat., p. 43, 9; 46, 30 Maass).

Литература:

1. Tarrant Η. Thrasyllian Platonism. Ithaca, 1993.

M.А.Солопова

[А.В.Марей]

https://postnauka.ru/longreads/41342
17 февраля 2014

Кто согласно Платону может управлять полисом? Каковы характеристики полиса в платоновской философии? По какому принципу в полисе люди делятся на сословия? И как описывает Платон различные режимы правления? Об этом рассказывает кандидат юридических наук.

Платон родился в Афинах в 427 году до н. э., умер там же в 347 году до н. э. Был учеником Сократа, и учитель оказал на Платона и его философию неоценимое влияние. Говоря о политической философии Платона, необходимо начать с вопроса об идеях. Согласно теории Платона, существуют два мира: один — вечный, нематериальный и неизменный, мир эйдосов, мир идей; другой — наш, материальный и изменчивый, который представляет собой отражение (объективацию) мира идей, материальную проекцию.

Существование платоновского полиса — и об этом Сократ говорит в диалоге «Государство» — возможно, если мы изначально предположим существование группы философов, стоящей у истоков этого полиса. В основе гармонии платоновского полиса лежит индивидуальное воспитание. Дети должны быть отлучены при рождении, их должны забирать у родителей, и воспитанием детей должны заниматься философы. Те априорные философы, стоящие у истоков. Из-за чего весь платоновский полис и представляется утопией: нет априорных философов.

Худший режим правления в философии Платона — это демократия, власть большинства, толпы. Потому что большинство (и в этом Платон вторит своему учителю Сократу, в этом, конечно, слышен отзвук давней обиды Платона на его казнь) не способно видеть благо, не способно принять разумное решение. Ими правят инстинкты, темные силы, опьяненные свободой, они режут друг друга.

кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник Центра фундаментальной социологии ИГИТИ ВШЭ , доцент кафедры практической философии факультета философии ВШЭ