![]() |
|
![]() |
|
Опции темы | Опции просмотра |
#21
|
||||
|
||||
![]()
Председателю Конституционного суда
Российской Федерации В.Д.Зорькину от Жбандиректора Уважаемый Валерий Дмитриевич! В декабре 2007 года я обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с заявлением о признании несоответствующими Конституции Российской Федерации норм статей 3, 23, 24, 134, 135, 360, 374, абзацев второго, третьего и четвертого статьи 380, 389 ГПК РФ. В сентябре 2008 года указанное заявление было мне возвращено из Секретариата Конституционного Суда Российской Федерации (исх. № 15631 от 18.09.2007) со ссылкой п.2 ч.2 ст.40, статьи 96, 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» (копия прилагается). Такой возврат я считаю несправедливым и незаконным, а, кроме того, нарушающим единство судебной практики самого Конституционного Суда Российской Федерации. Так, всеми обязательными инстанциями, вплоть до Судебной коллегии по гражданским делам Мосгорсуда, мне было отказано в рассмотрении моего гражданского дела на основании произвольного применения неопределенных положений ГПК РФ (копии судебных актов прилагаются). В своем заявлении в Конституционный Суд Российской Федерации я не прошу решения вопроса о возможности применения в конкретном деле каких-либо положений закона, или выбора норм, подлежащих применению в конкретном деле, или обеспечения надлежащего применения законов, или проверки фактов возможных нарушений конституционных прав и свобод граждан в результате конкретных правоприменительных действий, а равно не прошу совершить Конституционной Суд Российской Федерации любых иных других действий, ему неподведомственных. Я также не прошу вынести новое постановление при наличии вынесенного по предмету обращения и сохраняющего свою силу решения Конституционного Суда (п. 3 ч. 1 ст. 43 Закона о Конституционном Суде РФ). Я прошу лишь вынести определение, в котором выявить конституционно-правовой смысл ГПК РФ, исключающий ее произвольного толкования и игнорирование национальными судами Российской Федерации. Например, аналогичные решения Конституционного суда РФ были вынесены в форме Определений от 09.06.2005 № 220-О, от 14.12.2004 № 429-О, от 2 февраля 2006 г. № 33-О. В указанных решениях было указано, что «…Дела, которые послужили для заявителей поводом для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, во всяком случае подлежат пересмотру компетентными органами. Такой пересмотр осуществляется безотносительно к истечению сроков обращения в эти органы и независимо от того, имеются или отсутствуют основания для пересмотра, предусмотренные иными, помимо Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", актами… …Приведенная правовая позиция, неоднократно изложенная Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 5 февраля 2004 года N 78-О, от 27 мая 2004 года N 211-О и др.), в полной мере относится и к порядку исполнения решений, в которых Конституционный Суд Российской Федерации, не признавая оспариваемое нормативное положение противоречащим Конституции Российской Федерации, выявляет его конституционно-правовой смысл: если смысл нормативного положения, придаваемый ему правоприменителем, расходится с его действительным, конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, то основанные на этом нормативном положении решения судов (вступившие в законную силу и не исполненные или частично исполненные либо не вступившие в законную силу) - при надлежащем волеизъявлении заинтересованного лица, не являвшегося участником конституционного судопроизводства, и с учетом требований отраслевого законодательства - должны быть пересмотрены (изменены или отменены)». Исключительно в компетенции Конституционного Суда Российской Федерации сейчас находится возможность восстановить истинную справедливость и показать настоящую заботу Российской Федерации о рассмотрении жалоб на беззаконие национальных судов РФ. В соответствии с правовой позицией, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 1998 г. № 19-П, Конституционный Суд Российской Федерации, принимая решение по делу, должен оценивать также смысл, придаваемый рассматриваемому нормативному акту сложившейся судебной практикой. Таким образом, он выражает свое отношение, как к позиции законодателя, так и к ее пониманию правоприменителем, основываясь при этом на толковании положений Конституции Российской Федерации, в сфере которого, по смыслу ее статьи 125 (части 5 и 6), только Конституционный Суд Российской Федерации выносит официальные решения, имеющие общеобязательное значение. В Определении от 07 октября 1997 г. № 88-О Конституционный Суд РФ указал, что "правовые позиции, содержащие толкование конституционных норм либо выявляющие конституционный смысл закона, на которых основаны выводы Конституционного Суда Российской Федерации в резолютивной части его решений, обязательны для всех государственных органов и должностных лиц (статья 6 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации")". В Определении от 6 февраля 2003 г. № 34-О изложена уточняющая по сути правовая позиция: данное Конституционным Судом РФ "истолкование (в т.ч. выявленный им конституционный смысл действующего права) …. является общеобязательным, в том числе для судов…. Иное означало бы, что … суд может осуществлять истолкование акта, придавая ему иной смысл, нежели выявленный в результате проверки в конституционном судопроизводстве, и тем самым подменять Конституционный Суд Российской Федерации, чего он в силу статей 118, 125, 126, 127 и 128 Конституции Российской Федерации делать не вправе". В настоящем Заявлении, адресованном Конституционному Суду РФ, Заявитель указывает, что всеми судебными инстанциями ему было отказано в удовлетворении его требований именно со ссылками на обжалуемую норму п.1 ст. 134 ГПК РФ. При этом судами РФ обжалуемой норме было придано толкование, расходящееся с правовой позицией Конституционного Суда РФ. В связи с продолжающимся игнорированием национальными судами правовой позиции, сформулированной КС РФ в Определении от 19 июня 2007 г. N 431-О-О о конституционном смысле применения оспариваемых Заявителем положений п.1 ст.134 ГПК РФ, у Заявителя возникают следующее предложение: вынесение справедливого решения по указанному вопросу Конституционным Судом Российской Федерации будет выгодно Российской Федерации и в свете возможного обращения тысяч лиц, в международные правовые органы, в частности в Европейский суд по правам человека с жалобами на нарушение государством статьи 6, статьи 13 "Конвенции о защите прав человека и основных свобод" и статьи 1 Протокола № 1 к указанной Конвенции. Кроме того, Президент РФ в своем послании Федеральному Собранию РФ от 05.11.2008 заявил, что «…надо установить механизм возмещения ущерба, причинённого гражданам при нарушении их прав на судопроизводство в разумные сроки, на полное и своевременное исполнение судебных решений». Как пообещал Дмитрий Анатольевич Медведев: «Я внесу также законопроект по сокращению сроков рассмотрения гражданских дел и введению дополнительных мер ответственности за создание препятствий, ведущих к затягиванию судопроизводства». Полагаю, что рассмотрение настоящего заявления, как нельзя, кстати, будет соответствовать указанным предложениям Президента РФ. С учетом изложенного, прошу Вас поручить одному или нескольким судьям провести предварительное изучение моего обращения для доклада в пленарном заседании Конституционного Суда Российской Федерации. Приложение: 1) обращение в 3х экземплярах с приложениями - на 24 листах; 2) квитанция об уплате государственной пошлины – на 1 листе; 3) копия ответа Секретариата КС РФ от 18.09.2008 № 15631 . |
#22
|
||||
|
||||
![]()
Определение Конституционного Суда РФ от 19 марта 2009 г. N 233-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Жбандиректора на нарушение его конституционных прав положениями статей 3, 23, 24, 134, 135, 380 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева, рассмотрев по требованию гражданина Жбандиректора вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил: 1. Определением мирового судьи судебного участка N 79 Дзержинского района города Волгограда от 16 января 2006 года, оставленным без изменения вышестоящими судебными инстанциями, исковое заявление гражданина Жбандиректора к Управлению Федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации по Волгоградской области и Управлению Государственного комитета Российской Федерации по контролю за оборотом наркотических и психотропных веществ о взыскании денежных сумм, полагающихся при увольнении, и денежной компенсации за их несвоевременную выплату возвращено в связи с неподсудностью данного дела мировым судьям. Мировой судья указал, что служебные и трудовые отношения сотрудников налоговой полиции, где ранее проходил службу истец, регулируются специальным нормативным актом, а потому данное дело подсудно районному суду в качестве суда первой инстанции. Определением Тверского районного суда города Москвы от 26 марта 2007 года, оставленным без изменения вышестоящими судебными инстанциями, Жбандиректору отказано в принятии его искового заявления к Министерству финансов Российской Федерации о выплате справедливой компенсации за неправомерные, с его точки зрения, действия судей в рамках производства по его делу и о признании нарушения этими действиями его прав, гарантированных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Жбандиректор оспаривает конституционность следующих положений Гражданского процессуального кодекса: части первой статьи 3 о праве на обращение в суд, пункта 6 части первой статьи 23 о гражданских делах, подсудных мировому судье, статьи 24 о гражданских делах, подсудных районному суду, пункта 1 части первой статьи 134 об отказе в принятии искового заявления, статей 135 о возвращении искового заявления, 380 о возвращении надзорной жалобы или представления прокурора без рассмотрения по существу, 389 о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации или заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации. По мнению заявителя, взаимосвязанные положения статей 23, 24 и 135 ГПК Российской Федерации, как допускающие возвращение мировыми судьями исковых заявлений по причине неподсудности им трудовых споров государственных служащих, взаимосвязанные положения части первой статьи 3 и пункта 1 части первой статьи 134 данного Кодекса, как не предполагающие разрешение судами дел о признании нарушения Российской Федерацией норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также взаимосвязанные положения его статей 380 и 389, как допускающие отказ судьи в рассмотрении надзорной жалобы по существу, противоречат статьям 2, 7, 15, 17, 18, 19, 35, 45, 46, 47, 52, 53, 55 и 118 Конституции Российской Федерации. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Жбандиректором материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению. Данными материалами не подтверждается применение в деле заявителя статьи 389 ГПК Российской Федерации, а следовательно, его жалоба в этой части не отвечает требованию допустимости обращений, установленному статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации". То же относится и к пункту 6 части первой статьи 23 ГПК Российской Федерации. Кроме того, пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 22 июля 2008 года N 147-ФЗ "О внесении изменений в статью 3 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" и статью 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" этот пункт был признан утратившим силу. Статья 380 ГПК Российской Федерации утратила силу согласно пункту 7 статьи 1 Федерального закона от 4 декабря 2007 года N 330-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации". Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно в своих решениях указывал, что отмена закона, нарушающего конституционные права граждан, самим законодателем защищает их столь же эффективно, как и признание данного закона не соответствующим Конституции Российской Федерации; именно поэтому часть вторая статьи 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" не предусматривает возможности проверки конституционности законов, утративших силу до начала производства в Конституционном Суде Российской Федерации, которое в таких случаях не могло бы привести к иным правовым последствиям и, таким образом, было бы излишним (определения от 4 июня 1998 года N 112-О и от 18 июля 2006 года N 329-О). Что касается пункта 1 части первой статьи 134 и статьи 135 ГПК Российской Федерации, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 19 июня 2007 года N 431-О-О, отсутствие специального закона, определяющего подведомственность и подсудность дел о признании незаконными действий (бездействия) судьи, не означает, что к подобного рода делам не могут применяться общие правила о подведомственности и подсудности гражданских дел, установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации. Указанная правовая позиция сохраняет свою силу. Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации определил: 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Жбандиректора, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин Заместитель Председателя Конституционного Суда Российской Федерации О.С. Хохрякова Последний раз редактировалось Конституционный суд; 29.03.2014 в 16:20. |
#23
|
||||
|
||||
![]()
В Тверской суд
Тверской районный суд г. Москвы Адрес: 127051, г.Москва, Цветной б-р, 25/15а Истец: Жбандиректор Ответчик: Российская Федерация в лице Министерства финансов РФ Адрес: 109097, г. Москва, ул. Ильинка, 9 Заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Тверского районного суда г. Москвы от 26.03.2007 В производстве Тверского районного суда г. Москвы находилось гражданское дело по иску Жбандиректора к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ. В соответствии с определением от 26.03.2007 (далее – Определение от 26.03.2007) Тверского районного суда г. Москвы (далее – Райсуд) мне было отказано в принятии моего искового заявления о взыскании с Ответчика компенсации морального вреда, возникшего вследствие нарушения Российской Федерации ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Однако суд при рассмотрении дела не мог учесть существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны в то время и стали известны только 19.03.2009. Считаю, что Определение от 26.03.2007 подлежит пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам ввиду следующего. Вынесение незаконного решения по данному делу при первом его рассмотрении было вызвано пристрастностью и зависимостью суда первой инстанции. Являясь государственным органом, так же как и ответчик, суд первой инстанции в данном деле защищал интересы государства, а не человека. Федеральным законом от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней" в Российской Федерации была ратифицирована Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколы к ней, подписанные от имени Российской Федерации в городе Страсбурге 28 февраля 1996 года (далее – Конвенция). Как Ответчиком, так и Райсудом были нарушены статья 6 и 13 Конвенции, так как в результате их неправомерных действий я был лишен своего имущества в виде причитающихся сумм при увольнении. В своем решении суд первой инстанции не мотивировал свои выводы ссылками на примененное законодательство и не опроверг моих доводов, подтверждающих право на получение исковых сумм. Таким образом, при рассмотрении указанного дела, суд нарушил пункт 1 статьи 6 Конвенции, которым установлено: «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона». Отстаивая своё право на защиту в суде нарушенных прав, я не смог добиться справедливости в Райсуде, в том числе и потому, что суд первой инстанции не применил при вынесении решения нормы Конституции Российской Федерации и соответствующие нормы материального права. Соответствующие доводы о необходимости применения этих норм закона в моем деле я заявлял неоднократно. Однако суд первой инстанции проигнорировал нормы международного права, Конституции Российской Федерации и трудового законодательства Российской Федерации. Немотивированное пренебрежение доводами стороны в деле - это нарушение права на справедливое судебное разбирательство. В решении суда вообще нет анализа и правовой оценки ни одного из моих доводов. Суд их "не заметил", как будто я никаких доводов вообще не высказывал. Игнорирование этих доводов является несправедливым. Это также нарушение принципа равенства сторон. Это и фактическое нарушение права на доступ к правосудию: глухота к доводам одной из сторон - это пародия на правосудие, это имитация и профанация правосудия, это фактическое отсутствие правосудия. Это является ещё и нарушением действующего процессуального законодательства Российской Федерации: согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ, "решение суда должно быть законным и обоснованным". Судебное решение, игнорирующее доводы одной из сторон (без анализа и правовой оценки этих доводов), не является обоснованным и справедливым. При таком отношении к рассмотрению иска, когда обстоятельства дела не исследуются во всей полноте, выводы суда базируются на недостоверных доказательствах, доводы суда не мотивируются, а федеральные законы игнорируются, мне не представлялось возможным получить правовую защиту в первой инстанции судебных органов Российской Федерации. Право на доступ к правосудию в моем случае стало формальным, а правовая защита неэффективной, в результате чего я вынужден обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации за защитой своих нарушенных прав. Ситуация, сложившаяся при вынесении Определения по данному делу от 26.03.2007, когда в рамках гражданского судопроизводства не выполнялись требования законодательства о выплате содержания бывшим государственным служащим за счет государства, позволяет сделать вывод о нарушения Конвенции в Дзержинском районном суде г.Волгограда. При рассмотрении моего дела средства защиты нарушенных прав носили скорее теоретический характер, нежели могли быть использованы на практике, что позволяет усомниться в соблюдении судом права истца на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом. Это было подтверждено Определением Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О, вынесенного по заявлению Истца. В то же время статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации установлено, что все равны перед законом и судом. Статья 45 (часть 1), статья 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации закрепили гарантии государственной защиты прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, в том числе и в судебном порядке. В нарушение ст. 363 ГПК РФ, постановляя Определение от 26.03.2007, Райсуд не правильно применил закон. Так, отказывая в принятии моего иска, Райсуд сослался на положения ст. 134 ГПК РФ. Такое правовое обоснование ошибочно. Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О, вынесенному по моей жалобе, отсутствие специального закона, определяющего подведомственность и подсудность дел о признании незаконными действий (бездействия) судьи, не означает, что к подобного рода делам не могут применяться общие правила о подведомственности и подсудности гражданских дел, установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации. Указанная правовая позиция была изложена в Определении КС РФ от 19 июня 2007 года N 431-О-О и сохраняет свою силу. Например, в Определении КС РФ от 5 марта 2009 г. № 278-О-П, было указано: «Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), при этом государство обеспечивает потерпевшим от злоупотреблений властью доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52). Исходя из этих конституционных положений Гражданский кодекс Российской Федерации закрепляет правило возмещения государством вреда, причиненного при осуществлении правосудия, согласно которому такой вред возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2 статьи 1070). В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 25 января 2001 года N 1-П, данное положение Гражданского кодекса Российской Федерации, как предусматривающее возмещение государством вреда, причиненного при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу, не может служить основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, - если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Как следует из материалов, представленных в Конституционный Суд Российской Федерации С.И. Ивентьевым, отказывая ему в принятии искового заявления со ссылкой на пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации, суды исходили из того, что до настоящего времени не выполнено предписание Конституционного Суда Российской Федерации, содержащееся в пункте 3 резолютивной части Постановления от 25 января 2001 года N 1-П, согласно которому Федеральному Собранию надлежит урегулировать в законодательном порядке основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), а также определить подведомственность и подсудность таких дел применительно к случаям, когда вина судьи установлена не приговором, а в ином судебном порядке. Между тем данное обстоятельство не может служить основанием для отказа в принятии искового заявления, поскольку не означает, что до установления соответствующих специальных законодательных норм не могут применяться общие правила об основаниях и порядке возмещения государством вреда, как и о подведомственности и подсудности дел, возникающих из гражданских правоотношений. Иное истолкование указания Конституционного Суда Российской Федерации приводило бы к отказу гражданам в доступе к правосудию и компенсации государством причиненного ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2004 года N 210-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.С. Черничкина на нарушение его конституционных прав Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П). Пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации предусматривает, что судья может отказать в принятии заявления в случае, если оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а рассматривается и разрешается в ином судебном порядке. Между тем в силу статьи 22 ГПК Российской Федерации дела о возмещении государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), относятся к подведомственности судов общей юрисдикции, поскольку в порядке гражданского судопроизводства они рассматривают возникающие из гражданских правоотношений дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов с соблюдением правил подсудности, предусмотренных статьями 23 - 32 данного Кодекса, - при том что никакого иного судебного порядка рассмотрения и разрешения данной категории дел действующее законодательство не предусматривает. Данный вывод вытекает и из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно выраженной им в своих решениях, по смыслу которой отсутствие общих или специальных правил, установленных процессуальным законом для рассмотрения каких-либо конкретных дел, само по себе не может являться основанием для отказа в защите нарушенных прав, поскольку в таких случаях должны непосредственно применяться нормы Конституции Российской Федерации (определения от 22 мая 1997 года N 75-О, от 21 марта 2002 года N 42-О, от 27 мая 2004 года N 210-О, Постановление от 14 июля 2005 года N 9-П), тем более что право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), непосредственно подтверждено Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 года N 1-П. Соответственно, судами должны приниматься все надлежащие меры к реализации данного решения Конституционного Суда Российской Федерации. Таким образом, положение пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации об отказе в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, - по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм действующего гражданского процессуального законодательства и с учетом правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 января 2001 года, в Определении от 27 мая 2004 года N 210-О и настоящем Определении - не предполагает отказ судьи в принятии искового заявления о возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в случаях, когда спор не разрешается по существу вследствие незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Иное истолкование данного законоположения приводило бы к отказу гражданам в доступе к правосудию и компенсации государством причиненного ущерба и тем самым - к нарушению прав, гарантированных статьями 46, 52 и 53 Конституции Российской Федерации». Как было установлено в решениях Конституционного суда РФ, которые были вынесены в форме Определений от 09.06.2005 № 220-О, от 14.12.2004 № 429-О, от 2 февраля 2006 г. N 33-О, «…дела, которые послужили для заявителей поводом для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, во всяком случае подлежат пересмотру компетентными органами. Такой пересмотр осуществляется безотносительно к истечению сроков обращения в эти органы и независимо от того, имеются или отсутствуют основания для пересмотра, предусмотренные иными, помимо Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", актами… Приведенная правовая позиция, неоднократно изложенная Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 5 февраля 2004 года N 78-О, от 27 мая 2004 года N 211-О и др.), в полной мере относится и к порядку исполнения решений, в которых Конституционный Суд Российской Федерации, не признавая оспариваемое нормативное положение противоречащим Конституции Российской Федерации, выявляет его конституционно-правовой смысл: если смысл нормативного положения, придаваемый ему правоприменителем, расходится с его действительным, конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, то основанные на этом нормативном положении решения судов (вступившие в законную силу и не исполненные или частично исполненные либо не вступившие в законную силу) - при надлежащем волеизъявлении заинтересованного лица, … и с учетом требований отраслевого законодательства - должны быть пересмотрены (изменены или отменены)». Согласно Определению Конституционного суда РФ от 12 мая 2006 г. № 135-О и Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1996 года N 4-П решения Конституционного Суда Российской Федерации являются не только материально-правовым основанием для пересмотра ранее принятых судебных актов, но и официальным поводом для возбуждения дела по вновь открывшимся обстоятельствам. Учитывая, что Определение КС РФ от 19.03.2009 № 233-О-О мною было получено 01.06.2009 (согласно штемпелю на конверте), трехмесячный срок, установленный ст.394 ГПК РФ, на момент подачи настоящего заявления не истек. Таким образом, вынесенное Определение от 26.03.2007, должно быть пересмотрено по вновь открывшимся обстоятельствам, как содержащее в себе судебную ошибку с учетом правовой позиции, изложенной в Определение КС РФ от 19.03.2009 № 233-О-О и других его решениях по ст. 134 ГПК РФ. В соответствии со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и статьей 1 Протокола № 1 к ней, статьей 6 Федерального Конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", ст.392-397 ГПК РФ, Определением КС РФ от 19.03.2009 № 233-О-О, ПРОШУ: 1) пересмотреть определение от 26.03.2007 Тверского районного суда г. Москвы по вновь открывшимся обстоятельствам; 2) исходя из прецедентной практики Европейского суда по правам человека (например, Постановление Европейского Суда по правам человека от 10.02.2005 г. Дело "Сухорубченко (Sukhorubchenko) против Российской Федерации" (Жалоба N 69315/01)) взыскать в мою пользу с Ответчика компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконных действий Пресненского районного суда г.Москвы, повлекших нарушение ст. 6 Протокола к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод», в размере 66256,8 рублей (1500 евро по официальному курсу ЦБ РФ на 26.07.2009 1 евро=44.1712 руб.); 2) взыскать в мою пользу с Ответчика государственную пошлину в размере 100,0 рублей. Приложение: 1) заявление в КС РФ, поступившее в суд 07.12.2007 – 2 экз.; 2) исковое заявление о взыскании 1500 евро морального вреда – 2 экз.; 3) копия определения Пресненского райсуда г.Москвы от 12.01.2007 -2 экз.; 4) копия определения МГС от 19.04.2007 – 2 экз.; 5) копия определения от 26.03.2007 – 2 экз.; 6) копии определения от 30.08.07 Мосгорсуда – 2 экз.; 7) перевод текста Постановления ЕСПЧ по делу Сухорубченко против РФ №69315/01 – 2 экз.; 8) копия определения Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О – 2 экз.; 9) копия конверта, в котором было получено определение Конституционного Суда РФ от 19.03.2009 № 233-О-О – 2 экз. Подпись: _______________ Дата: 26.07.2009. 1,362 |
![]() |
Здесь присутствуют: 2 (пользователей: 0 , гостей: 2) | |
|
|