*1357. Похвальное слово маргиналам

[Евгений Ихлов]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=53F1E1D6B5020
Попытки отгородиться от русла западной цивилизации обрекают на неизбежный исторический крах
18-08-2014 (16:36)

Взаимный обмен санкциями, проходящий под всеобщий восторг как бывалых, так и новообращенных путинистов, а также непрерывная демонизация Запада всеми средствами пропаганды еще больше приблизили Россию к цивилизационной изоляции. Наступило долгожданное возвращение страны на "особый путь развития", который она покинула всего менее четверти столетия назад. Мои соображения о том, почему это гибельно, я полагаю являются достаточно нестандартными и потому берусь высказаться еще раз на тему, кажется уже полностью изъезженную либеральной публицистикой.

Дело в том, что развитие отдельных человеческих сообществ (племенных союзов, княжеств, полисов), политических режимов, государств-культур и империй-цивилизаций подчинено циклическим закономерностям. Путь от формирования, расцвета, увядания и итоговой гибели проходят все. И как в анекдоте про Красную шапочку и Серого волка, в финале их ждут "либо слияние, либо поглощение". Только у более крупных и структурно сложных образований циклы длиннее.

Диктатуры и сверхгигантские империи легендарных завоевателей редко переживают своих создателей. Государства и мегаполисы насчитывают века. Спад может временно сменится на новый подъем за счет подключения новых культурных ресурсов обновления элит, временного включения в объединения более высокого порядка. Жизнь древних мегаполисов и царств продлевало их включение в уважающие их статус или автономию империи, как, например, это было с Вавилоном или Александрией, с Римом и Константинополем.

СССР мог практически не пережить Сталина, если бы в элитах и субэлитах (интеллигенции) не было влиятельного антисталинского слоя т. е. деятелей, готовых создать новую, принципиально отрицающую сталинские порядки модель, не опирающуюся на массовый террор и харизматический авторитаризм, и включающую дозированную бытовую, научную и культурную свободу. В Китае обломки снесенных Великой Пролетарской Культурной революцией 1966-1971 г. номенклатурных элит, вернувшись к власти после смерти Мао, спасли от распада страну, начали долголетнюю программу совершенно антимаоистских по содержанию реформ, по многим параметрам почти мгновенно открылись миру. Крах феодальной империи в 1911 Китай преодолел строительством гоминьдановского прозападного национального государства партии Гоминьдан (Национальная), приведшей к власти средний класс и офицеров, а великодержавный статус стране был возвращен маоизмом.

Россия могла практически не пережить краха коммунизма спасли ситуацию многочисленные "антисоветчики" и "антикоммунисты" в элитах и субэлитах, которые мгновенно создали рыночные и демократические механизмы, начали интеграцию в западный мир, радикально обновили госидеологию за счет обращения к традиции, национализму и религии. Еще заметнее это произошло в бывших союзных и части автономных республик, где деспотизм и авторитаризм сохранился при мгновенном вытеснении в качестве госидеологии коммунизма национализмом и доктринами авторитарной модернизации.

Григорий Померанц, отталкиваясь от работ классика французской социологии Эмиля Дюркгейма, отмечал, что племена и деревни появляются и исчезают, города и области то хиреют, то процветают, а империи (царства) и рождаются и гибнут. Пророк Даниэль и автор Апокалипсиса показали это в жутких картинах последовательно пожирающих друг друга чудовищ символов мировых держав древнего мира.

Цикл расцвета и гибели культур детально описал британский историк Арнольд Тойнби, со всеми фазами подъема, надлома и упадка.

Лев Гумилев оценил средний срок существования империи локальной цивилизации в 10-12 веков.

Так было до того периода в истории Западной Европы (начиная с XIVвека - итальянское "треченто"), когда, по примеру Первого и Второго Рима (Византии) должен был завершиться и цикл постримской (готско-католической) цивилизации, а вместо этого в западноевропейском регионе начался период, называемый отечественными культурологами А.А. Пелипенко и И.Г. Яковенко "вторым осевым временем".

"Первым осевым временем" немецкий философ Карл Ясперс назвал тысячелетний период с VI в. до н.э. по V в. н.э., во время которого одновременно в Элладе, Индии, Китае и Иудее возникло личностное сознание, появились персоналистские религиозные и философские учения. Этот период был сменен Средневековьем. После "римского тысячелетия" настал "романо-германский" католический феодализм. Истечение его тысячелетия должно было отправить Западную Европу на свалку истории, сделать ее добычей турок, как перед этим такой добычей стали земли арабского Халифата и Византии. Вместо этого в Западной Европе появилось индивидуальное сознание, началось Возрождение. Через сто лет появилась Реформация. Цикл западной цивилизации качественно изменился он оказался "разомкнут" (или на фазе роста стал принципиально больше, чем у предшественников).

Другие локальные цивилизации, включая Русскую, такого фазового перехода самостоятельно совершить не смогли и проиграли соревнование с западноевропейской цивилизационной системой. Поэтому мировой интерес к культуре Ренессанса, к истории Генриха IV и Людовика XIII (и Ришелье), создавших французскую нацию; и к золотой эпохе Тюдоров, создавшей английскую нацию, куда больше, чем к блистательным правлениям китайских, индийских и персидских императоров. Ведь как бы ни были велики и богаты владыки Востока, все равно к приходу французских и английских колонизаторов и Китай, и Индостан, и Ближний Восток, и Персия, и Индокитай ждали бы их в виде отсталых, рыхлых конгломератов средневековых княжеств. Только западноевропейская цивилизация открыла "секреты" практически непрерывного развития индивидуализм, рационализм и "открытое общество". Но эти секреты имели коварную особенность ими нельзя было пользоваться поодиночке. Страны (позднее их назовут "цивилизованными") могли успешно развиваться только в общей системной связи. Рывки происходили поочередно. В Италии, потом во Франции, потом в Англии, потом в Германии, потом в России и США. А затем, внезапные рывки снова делали отставшие было Италия и Испания. Втянутые в общение с динамичными Западом рвались вперед Япония и Корея (Южная), а когда они вышли на "плато", фантастически рванули Китай и Индостан.

Надо отметить, что в распространении цивилизаций ведущую роль играют культуры-сателлиты ("дочки"), захваченные "материнским" воздействием на примитивной стадии. Эллинизм распространила по миру армия небольшой варварской Македонии. Античную цивилизацию брутальный и неотесанный Рим. У Рима эстафету западной культуры приняли германские племена, завоевавшие Галлию (Францию и Северную Италию). Англосаксонскую культуру всемирной силой сделали США. В Северной Америке роль цивилизационного локомотива от Новой Англии перешла к Калифорнии. Именно "варварская" Япония сделала дзен(чень)-буддизм рафинированного Южного Китая всемирным достоянием. Бедуин Моисей сделал источником трех мировых религий трансцендентальный монотеизм - эзотерическое направление древнеегипетской теологии. Увядающая французская культура периода "конца века" была выведена на новый уровень Россией "модерна".

Отмечу, что в гибели Римской империи нет особой мистики. Ни принятие христианства, ни нашествие варваров не были фатальны. Христианская варварская Европа это и есть Европа католического средневековья, со ее всеми рыцарями, университетами и империями почти в тех же пределах Карла Великого и Священной Римской. Поэтому у Рима его роковые проблемы видимо были связаны с императорской вертикалью и рабством. Августы не смогли, а Меровинги справились.

Современная глобализация это формирование англосаксонской культурной системой матрицы для нециклической (открытоциклической) общемировой цивилизации. В предыдущие полтысячелетия проходил своеобразный кастинг западноевропейских культур. Отбор шел на роль лидера иудео-христианской цивилизационной системы, к середине XVIII века выигрывшей соревнование в мировой динамике у всех остальных локальных цивилизаций планеты. Внутри системы соревнование за место матричной культуры последовательно проиграли Испания, Франция, Германия, Англия, Советская Россия. В финал первенства вышли США. Все другие существующие сегодня локальные цивилизации японская, китайская, латиноамериканская, индуистская, исламская носят закрытый и "полузакрытый" характер, и поэтому на роль строителя такой матрицы не могут претендовать.

Понятно, что все враги создания всемирной либеральной цивилизации объединены под флагом антиамериканизма. Никакого иного смысла у антиамериканизма не существует. Ползучий французский, немецкий и русский антиамериканизм это раздражение проигравших в борьбе за право стать духовным лидером "Севера". Крах "мультикультурализма", о котором сетует Западная Европа и по поводу чего злорадствует Россия это очевидный провал попытки создания в европейских странах той универсальной цивилизационной модели, в которой преуспели заатлантцы - американцы и канадцы. А именно этот универсализм открывает путь к формированию культуры, способной сделать западные ценности "открытого общества" всемирными и тем самым, завершить цивилизационную интеграцию человечества, избежать угрозы системной деградации.

Интересно, что многие публицисты и писатели-"альтернативщики" убеждены, что некоммунистический вариант российской истории сулил нашей стране такой уровень технологической и экономической динамики, который, в сочетании с блестящим уровнем культуры и науки "серебряного века", именно ее поставил бы на нынешнее место США. Причем, на лет 30 раньше.

Любые попытки отгородиться от основного русла западной цивилизации, так называемый "особый путь развития", обрекают избравшие их страны-культуры на включение "циклического" механизма и неизбежный исторический крах. Особенно это относится к культурам, "генетически" связанными с европейской цивилизацией и поэтому обреченных постоянно восстанавливать свое равновесии в динамике (мысль Г. Померанца). Им уже не дано закрыться от мира и по-тибетски прозябать на обочине мировой истории.

Понятие "особого пути" (Дер Зондер Вег) создали немецкие романтики, чтобы философски обосновать сопротивление влиянию британского либерализма и французского республиканизма. В результате в Германии на полвека было продлено политическое доминирование прусской аристократии, которая поняв свою историческую исчерпанность ввергла 100 лет назад страну в мировой конфликт с западным либерализмом и его младшим российским союзником.

Вообще, лозунг "особого пути" всегда означает стремление сохранить как можно больше антидемократических по сути феодальных, средневеково-теократических или тоталитарных политических и социальных компонентов - даже при процессах вынужденной модернизации страны. Разумеется, когда 240 лет назад североамериканские колонии решили восстановить древнеримскую республиканскую модель, то на фоне абсолютистских и полуабсолютистких государств тогдашней Европы они выглядели очень экзотично, но исторически США выиграли, поскольку в кодах европейской цивилизации было сильно античное демократическое наследие. Напротив, вопиющим анахронизмом были многочисленные попытки сохранить и реставрировать в XIX веке средневековые феодальные порядки, или даже, как это произошло в гитлеровской Германии и в коммунистических режимах, заимствовать социальные практики восточного деспотизма.

Когда в разгар либеральных реформ Александра II историософ Данилевский выдвинул свою теорию изолированных культурных кругов, то это был прямой и очень нам знакомый выпад против "разрушительных" западных влияний. Альтернативой им предлагался поход на австрийцев и турок (с отнятием у них "Славянского мира" и Царьграда), а затем - вполне советское "закукливание" получившейся православной самодержавной суперимперии.

После краха Второго рейха в 1918 году, в полемике с демократическими рефорами в Веймарской Германии, немецкий философ Освальд Шпенглер пишет популярнейшую работу "Закат западного мира".

Следующим, самым грандиозным вариантом реализации "особого пути" стал большевизм. Созданная им цивилизационная модель (неовизантийская) еле перевалила за 70 лет.

Китайская версия большевизма, вдохнувшая новую жизнь в угасшую китайскую имперскую цивилизацию, стала загибаться уже через 40 лет после победы Мао, очевидно увлекая весь Китай к гибели. Спасительный выход был найдет в невиданной для страны открытости к миру и в мобилизации социальных групп, нацеленных на модернизацию.

Примечательно, что в начале XX века Джек Лондон предвидел, что трудолюбивый и разумно управлямый Китай неизбежно станет "мастерской мира", оттеснив Англию, Германию и Америку (по сюжету его антиутопии завистливые европейцы "гасят" удачливого конкурента атомными бомбами). В нашей же реальности только после восьми десятилетий войн и революций Дэн Сяопин и его соратники-технократы вернули Китай на тот путь развития, который как бы и был ему предназначен. Впрочем, блестящий опыт Сингапура, Гонконга и Тайваня показали как реалистичность оптимистического взгляда американского писателя на судьбы Поднебесной, так и пагубность "утопических" мобилизаций общества.

Только острый системный кризис Японии в конце 90-х, который резко остановил стремительный послевоенный рывок, заставил Страну Восходящего солнца отказаться от многих черт своей сохраненной "особости", включая фактическую однопартийность и сращенность государства, большого бизнеса и мафии, полуфеодальный характер корпораций. В результате и в Японии возникла нормальная (вестминстерская) система "маятникого" чередования парламентских партий у власти.

Российский "особый путь", скорее всего, вернет нас в ту фазу имперского увядания, с которым мы, казалось, окончательно распрощались 23 года назад. Полгода назад у меня была иллюзия, что эстафета русской цивилизационной динамики будет подхвачена "дочерней" Украиной. К сожалению, фактическая украинско-российская война, скорее всего, надолго сделает украинскую культуру закрытой для ее взамодействия с русской цивилизацией. Точно также произошло с Прагой 20 годов прошлого века, когда чешский национализм разрушил уникальный немецко-чешско-еврейский синтез времен Двуединой монархии, и она не смогла стать преемником Вены в качестве носителя блестящей "дунайской" культурной системы.

Вывод же мой из всего вышесказанного очень прост — сопротивление "закрыванию" российской локальной цивилизации, сопротивление ее "обосабливанию" - это борьба за само существование России в качестве единого социокультурного феномена мирового уровня, вписанного в общемировой (извините за тавтологию) процесс формирования свободной планетарной цивилизации. При этом у России нет и цивилизационного преемника. Ни европейская Украина, ни многочисленная и процветающая русская и русско-еврейская диаспора в странах Запада (Русский мир-2 в терминах академика В.Иноземцева) на эту роль не годятся.

Поэтому либо "русские европейцы" вновь каким-то чудом победят, либо обломки угасшей русской цивилизации сравнительно скоро будут утилизованы. Одним ли Китаем, или Китаем и Западом на паях. Иначе говоря, то ли Россия повторит участь Византии, целиком переваренной Османской империей, то ли - участь Халифата, поэтапно поделенного между турками и европейцами.

Историко-культурологическое послесловие.

Самым знаменитым средневековым мифологическим монархом Запада является король Артур. На исламском Востоке — монархический эталон — багдадский халиф Гарун аль-Рашид. Артур Камелотский вместе со своим кузеном магом Мерлином учредил рыцарский круглый стол, т.е. организовал аристократическую элиту (не только британскую) как "горизонтальную" корпорацию. Это — легендарный исток демократических принципов Запада, через 7 веков приведший к Великой Хартии Вольностей. Как раз, когда испанские евреи перевели с арабского на латынь политологические труды Аристотеля и Платона. Халиф Гарун прославился тем, что по ночам вместе со своим первым визирем работал в Багдаде агентом антикоррупционного управления под прикрытием. От этого идет "восточный" идеал монарха, лично расследующего все безобразия своих подчиненных. Вся современная борьба политических доктрин — это спор артурового и гаруновского принципа организации эффективной власти.

Мне довелось в личной беседе предложить авторам "второй оси", следующее развитие их концепции. Если учесть, что первому "осевому времени" предшествовали первые Темные века, наступившие после разгрома древних цивилизаций Восточного Средиземноморья и Индостана волнами индоариев (в Египте эту печальную роль сыграли так называемые Народы моря и гиксосы) — то мы получаем меандр (синусоиду) с приблизительно тысячелетним периодом. По принципу польского сатирика Станислава Ежи Леца "в каждом веке свое средневековье" мы можем предположить, что эпоха гражданских войн и восстаний в Риме и Иудее, а также эпоха мировых войн и тоталитарных революций в первой половине XX века — такие малые "темные эпохи" в самой серцевине "осевых" периодов.

Петр I продлил существование России как цивилизации-империи лет на 200 (альянс Швеции, восставшей Украины и Турции вернул бы "неовизантийское" государство к границам Московского княжества времен счастливых дней самого начала правления Ивана IV). Сталин — продлил лет на 50-60 (без коллективизации СССР дебольшевизировался бы и стал бы конгломератом "эсеровских" или, наоборот, "солидаристских" государств). Путин — продлил лет на 15... (при любом другом преемнике Ельцина началась бы постепенная конфедерализация РФ).

[Евгений Ихлов]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=53FA153E4DFA6
Путин открыл "рыночный сталинизм"
24-08-2014 (20:56)

"Вот кто-то с горочки спустился,
Наверно милый мой идёт.
На нём защитна гимнастёрка
Она с ума меня сведёт.
На нём погоны золотые
И яркий орден на груди.
Зачем, зачем я повстречала
Его на жизненном пути"

14 лет и 200 дней ему удавалось всё, и даже временные неудачи довольно скоро выворачивались победами, а все успехи его врагов обрушивались на их головы, подобно дубинкам лесных разбойников, заброшенные в небеса в старом добром советском фильме "Морозко". Складывалось впечатление, что он играет в четырёхмерные шахматы на 16 досках одновременно — и успешно.

31 декабря 1999 года он стал всероссийским диктатором. 17 июля 2014 года над мятежным Донбассом, где он начал первую битву Второй Холодной войны был сбит авиалайнер с сотнями европейцев на борту. И в глазах цивилизованного мира он стал убийцей. На следующий день в Гааге Третейский Арбитражный суд постановил, что он и созданная им "судебно"-следственная машина украла у собственников, в т.ч. американцев и европейцев, десятки миллиардов долларов ЮКОСа. Украла в пользу его друзей. Которые отправили на долгие годы на тюремные нары тех, кто стоял между нефтяной сокровищнецей и ними.

И в глазах всего цивилизованного мира он стал вором и бандитом. А итогом начавшихся 31 июля открытых судебных слушаний о причинах смерти Александра Литвиненко могут стать ещё и обвинения в причастности к акту международного атомного терроризма в Лондоне...

А четырьмя месяцами раньше он перекроил границы послевоенной Европы и в глазах всего цивилизованного мира он стал разрушителем принципа отказа держав от захвата чужих земель, принципа, на котором 69 лет стоял миропорядок.

Берусь утверждать, что отныне ни одно его начинание не будет успешным, и всё старательно созданное им будет стремительно распадаться. Он сам перевалил себя через вершину успехов и ринулся вниз. Сшибая по дороге все плоды своих предыдущих побед.

Шокируя всех многочисленных адептов наполеоновской харизмы, Лев Толстой уподобил императора Бонапарта тельцу, откормленному (скажем без религиозной мистики) историей. Наполеон точно также шёл от победы к победе, почти шутя превращая даже поражения в последующие триумфы. Пока в 1808 году не сделал мелкую ошибку — не сместил королевскую семейку испанских Бурбонов. С этого момента его ждал провал за провалом, и даже феерические победы зимы 1814 года лишь оттягивали его армию от Парижа.

Схожим образом и Гитлера, после поражения Роммеля под Эль-Аламейном в июне 1942 года, ждало одно стратегическое поражение за другим, хотя он ещё придёт на Волгу и Кавказ, вторично — причём сразу после сталинградского краха — отобьёт у Красной армии Харьков, погоняет в декабре 1944 года союзников в Арденнах, а в марте 1945 — Красную армию у озера Балатон.

Наполеон пал, потому, что, дискредитировав и сокрушив средневековые порядки, он высвободил европейский национализм — немецкий, испанский, русский, которые оказались не менее мощными, чем тот французский, на разбуженную силу которого он так успешно опирался. Показательное злодейство Гитлера объединило обоих наследников Великой Французской революции — либерализм и коммунизм, что не оставило никаких шансов возрождённому нацизмом средневековью.

У Путина всё получалось, пока он решал исторические задачи, объективно стоящие перед Ельциным, но нерешённые им. На деле он превращался в столь желаемого "бархатного Пиночета". Но тут Путин открыл, что наибольший успех он имеет, когда делает шаги в сторону тоталитарной реставрации. Он открыл "рыночный сталинизм". Но поскольку исторически сталинизм был реставрацией такой российской архаики, как опричное правление Ивана Грозного, то его рыночный сталинизм стал быстро превращаться в чекистскую опричнину. В качестве истинной партии власти ФСБ оказалось куда надежнее, чем вернувшаяся номенклатура. Но такая система немедленно обернулась коррупционно-полицейской машиной южноазиатского или южноамериканского типов. Путин инстинктивно пошёл по пути наименьшего исторического сопротивления — и вырастил потребительский тоталитаризм. В такой среде либерально-романтический протест 2007-13 годов был изначально обречён. Как и диссидентское движение в брежневско-андроповские времена. Но тоталитаризм по определению — это мобилизационное состояние общества. Муссолини лишь шутил, что формула фашизма — "Ешь и молчи", а сам непрестанно тормошил итальянское общество грандиозными социальными перестройками и войнами. Раздавив "болотный" протест, Путин окончательно демобилизовал общество. Люди быстро нащупали границы дозволенного (не трогать РПЦ, не ревизовать построенную на Второй мировой государственную мифологию, не создавать общих либерально-левых политических проектов) и массами ушли во внутреннюю эмиграцию, формально вывесив в окна белые флаги и заменяющие их простыни.

Тогда аккуратно балансирующий на грани фашизации Путин решил использовать последний мобилизующий ресурс — он развязал антизападную войну за "Русский мир". Обращение к ксенофобии, антиамериканизму, антизападничеству и имперскому национализму почти удвоило его социальную базу. На востоке Украины стремительно возник "русский ХАМАС*", столь же бескомпромиссный по отношению к населению, которое он якобы защищает, как и палестинский. Но ни умирать, ни даже нищать во славу "национальной революции" развращенное раболепием и патернализмом российское общество отказалось наотрез. Точно также, как 30 лет назад советское общество отказалось ложиться костьми за "идеалы мира и социализма". Теперь за его спиной только рукоплещущий у телеэкранов электорат, всё чаще прикидывающие как бы и кому бы его половчее сдать "элиты" и замершие в мрачном предчувствие заслуженного возмездия опричники-подельники.

Отныне только с горочки...

А различные экзотические инициативы "общественности" вроде награждения звездой "Герой России" (за мужество, проявленное при подписании принятого федеральным собранием "крымского" закона), могут послужить ему утешением. Напоследок.

Что же касается "консервативно-революционного" проекта "Новороссия", то наученный горьким опытом бывшей Югославии и сектора Газы цивилизованный мир теперь санкционирует практически любое абортирование донбасского "ХАМАСа". Лишь бы оно не затягивалось и не сопровождалось чересчур скандальными эксцессами. Поэтому некоторое снисхождение наш персонаж получит лишь при условии, что герои и мученики "Русской весны" будут им как можно быстрее предоставлены своей горестной судьбе.

* ХАМАС в данном случае — это видовое обозначение для локального агрессивного религиозно-мотивированного псевдогосударственного образования тоталитарного (политически-гангстерского) типа, ставящего себе утопические цели, вооруженным путём выступающего против либеральных ценностей и глобалистских процессов, и не имеющего внутренних ресурсов для существования.

Приказ Стрелкова/Гиркина о запрете во вверенных ему частях мата (с целью улучшить положение на фронте), воспетый журналистом Ф. как уникальное средство создания "Преображённой Новороссии", напоминает сокровенную мечту российских панславистов вековой давности о том, что захват Константинополя преобразит империю царей, выведет её в ранг величайших держав тогдашнего мира и (подсознательно) остановит ход мировой истории.

[Евгений Ихлов]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=5412BBE38876A
Борьба со стратегией "нах-наховцев" обернулось и еще одним обманом людей
12-09-2014 (13:31)

Не прошло и трех лет после того, как Алексей Навальный подвергал уничижительной критике инициаторов кампании "Нах-нах" (бойкот "обманных" выборов в Госдуму), как он (точнее, его лирический герой) повторил ее тезисы в пламенном призыве бойкотировать единый день голосования.

Позиция "нах-наховцев" для меня была и остается морально безукоризненная в условиях полицейской деспотии - участие в подставных выборах, где только власти определяют каким партиям и с какими кандидатами можно в них участвовать (но зато разрешенную оппозицию включают в монопольно правящую номенклатуру) — это соучастие в тяжком уголовном преступлении, называемом узурпация власти. При этом все видят, как нужный "предвыборный пейзаж" власть искуссно организует, одни партии незаконно снимая с регистрации, другие - незаконно не регистрируя, в третьих - организуя перевороты (так сперва Прохорову дорогу расчищали, а затем - его же свергали).

Вместо этого осенью 2011 Навальный бросил свой авторитет — против авторитета Бориса Немцова и Виктора Шендеровича, чтобы в итоге лишь повысить капитализацию политических сил, в итоге оказавшихся лишь подручными партии власти в их наступлении на остатки свобод. Это чтобы не сказать — ее грязными наймитами.

Борьба со стратегией "нах-наховцев" обернулось и еще одним обманом людей. Десяткам и сотням тысяч неравнодушных граждан внушили ложную идею, что самый важный вид активизма — это не создание массовых политических структур (что отлично понимали отечественные демократы четверть века назад), но лишь отстраненный контроль за предвыборной борьбой между заранее разрешенными и тщательно отобранными деятелями.

В прошлом июне Сергей Удальцов и его сторонники справедливо говорил, что его уголовное преследование — это расчистка плацдарма для Навального. "Сильный руководитель" Собянин должен был красиво прихлопнуть главоппозиционера. Это символизировало бы всю ничтожность и исчерпанность "белоленточного" протеста.

И в 2013 Навальный согласился с ролью "мальчика для битья", принял подаренные "едросовские" подписи, тем самым позволив Кремлю назначить себя Главным оппонентом власти. А за два года до этого Михаил Прохоров столь же хитроумно позволил Администрации превратить себя в Главлиберала - "извинительной" ценой отстранения от выборов Партии народной свободы (Касьянова, Немцова и Рыжкова).

Теперь Навальный справедливо говорит об аморальности участия в выборах кандидатов, которые знают - их товарищей (и конкурентов) убрали путем фальсификации уголовных дел. Чем прошлогодний домашний арест Удальцова отличается от нынешнего домашнего ареста Навального. Тогда сторонники Навального в КС оппозиции сделали все для срыва поддержки Удальцова.

Я не хочу злорадствовать. Но я убежден, что политик не может выступать с нравственных и гражданских позиций, если честно не признает аморализм своих предыдущих действий.

Но я убежден, что загнанным в маргинальность оппозиционерам остается только их безукоризненная гражданская и моральная позиция. Вот это — действительно реальный политический плацдарм, а не хитроумное маневрирование в попытках "обыграть дьявола в кости".

И я очень хочу покаяния от либерально-оппозиционной публики. Той самой, что три года назад легко допустила лишение политического права (не прав "выбирать и быть выбранным", но самого права быть субъектом политической жизни) парнасовцев. Дескать, зачем они - ведь у нас есть сам Прохоров! Той самой, что год назад разрушила союз правых и левых оппозиционеров, не дрогнув "списать в убыток" Удальцова. Боливар ведь не выносил двоих кандидатов в мэры!

Урок поражений 2011-2013 должен быть усвоен. Правильность отказа от соучаствия в мелком политическом маклерстве должна быть затвержена.

[Евгений Ихлов]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=541A70B70FA3B
Диктатуры и сверхгигантские империи легендарных завоевателей редко переживают своих создателей
18-09-2014 (14:44)

Российско-украинская криптовойна, взаимный обмен санкциями с Западом, проходящий под всеобщий восторг как бывалых, так и новообращенных путинистов, идущая непрерывно с февраля демонизация Запада всеми средствами российской госпропаганды - еще больше приблизили нашу страну к цивилизационной изоляции, создали новую цивилизационную границу в Европе. В результате наступило долгожданное возвращение на тот "особый путь", который мы, казалось, окончательно покинули всего менее четверти столетия назад.

Мои соображения о том, почему это гибельно, полагаю, являются достаточно нестандартными, потому я берусь высказаться еще раз на тему, кажется, уже полностью изъезженную либеральной публицистикой.

Дело в том, что развитие отдельных человеческих сообществ (племенных союзов, княжеств, полисов), политических режимов, государств-культур и империй-цивилизаций подчинено циклическим закономерностям. Путь от формирования, расцвета, увядания и итоговой гибели проходят все. И, как в анекдоте про Красную шапочку и Серого волка, в финале их ждут "либо слияние, либо поглощение". Только у более крупных и структурно сложных образований циклы длиннее.

Диктатуры и сверхгигантские империи легендарных завоевателей редко переживают своих создателей. Государства и мегаполисы насчитывают века. Спад может временно смениться на новый подъем за счет подключения новых культурных ресурсов — обновления элит, временного включения в объединения более высокого порядка. Жизнь древних мегаполисов и царств продлевало их включение в уважающие их статус или автономию империи, как, например, это было с Вавилоном или Александрией, с Римом и Константинополем.

СССР мог практически не пережить Сталина, если бы в элитах и субэлитах (интеллигенции) не было влиятельного антисталинского слоя — т. е. деятелей, готовых создать новую, принципиально отрицающую сталинские порядки модель, не опирающуюся на массовый террор и харизматический авторитаризм, и включающую дозированную бытовую, научную и культурную свободу. В Китае обломки снесенных Великой Пролетарской Культурной революцией 1966-1971 гг. номенклатурных элит, вернувшись к власти после смерти Мао, спасли от распада страну, начали долголетнюю программу совершенно антимаоистских по содержанию реформ, по многим параметрам почти мгновенно открылись миру. Крах феодальной империи в 1911 Китай преодолел строительством гоминьдановского прозападного национального государства партии Гоминьдан (Национальная), приведшей к власти средний класс и офицеров, а великодержавный статус стране был возвращен маоизмом.

Россия могла практически не пережить краха коммунизма — спасли ситуацию многочисленные "антисоветчики" и "антикоммунисты" в элитах и субэлитах, которые мгновенно создали рыночные и демократические механизмы, начали интеграцию в западный мир, радикально обновили госидеологию за счет обращения к традиции, национализму и религии. Еще заметнее это произошло в бывших союзных и части автономных республик, где деспотизм и авторитаризм сохранился — при мгновенном вытеснении коммунизма в качестве госидеологии национализмом и доктринами авторитарной модернизации.

Григорий Померанц, отталкиваясь от работ классика французской социологии Эмиля Дюркгейма, отмечал, что племена и деревни появляются и исчезают, города и области то хиреют, то процветают, а империи (царства) и рождаются, и гибнут. Пророк Даниэль и автор Апокалипсиса показали это в жутких картинах последовательно пожирающих друг друга чудовищ — символов мировых держав древнего мира.

Цикл расцвета и гибели культур детально описал британский историк Арнольд Тойнби, со всеми фазами подъема, надлома и упадка.

Лев Гумилев оценил средний срок существования империи - локальной цивилизации - в 10-12 веков. И в истории так и было. Вплоть до того периода Западной Европы, начиная с XIV века (итальянское "треченто"), когда, по примеру Первого и Второго Рима (Византии) должен был завершиться и цикл постримской (готско-католической) цивилизации, а вместо этого в западноевропейском регионе начался период, называемый отечественными культурологами А.А.Пелипенко и И.Г.Яковенко "вторым осевым временем".

"Первым осевым временем" немецкий философ Карл Ясперс назвал тысячелетний период с VI в. до н.э. по V в. н.э., во время которого одновременно в Элладе, Индии, Китае и Иудее возникло личностное сознание, появились персоналистские религиозные и философские учения. Этот период был сменен Средневековьем. После "римского тысячелетия" настал "романо-германский" католический феодализм. Истечение его тысячелетия должно было отправить Западную Европу на свалку истории, сделать ее добычей турок, как перед этим такой добычей стали земли арабского Халифата и Византии. Вместо этого в Западной Европе появилось индивидуальное сознание, началось Возрождение. Через сто лет появилась Реформация. Цикл западной цивилизации качественно изменился — он оказался "разомкнут" (или на фазе роста стал принципиально больше, чем у предшественников).

Другие локальные цивилизации, включая Русскую, такого фазового перехода самостоятельно совершить не смогли и проиграли соревнование с западноевропейской цивилизационной системой. Поэтому мировой интерес к культуре Ренессанса, к истории Генриха IV и Людовика XIII (и Ришелье), создавших французскую нацию, и к золотой эпохе Тюдоров, создавшей английскую нацию, куда больше, чем к блистательным правлениям китайских, индийских и персидских императоров. Ведь как бы ни были велики и богаты владыки Востока, все равно к приходу французских и английских колонизаторов и Китай, и Индостан, и Ближний Восток, и Персия, и Индокитай ждали бы их в виде отсталых, рыхлых конгломератов средневековых княжеств. Только западноевропейская цивилизация открыла "секреты" практически непрерывного развития - индивидуализм, рационализм и "открытое общество". Но эти секреты имели коварную особенность — ими нельзя было пользоваться поодиночке. Страны (позднее их назовут "цивилизованными") могли успешно развиваться только в общей системной связи. Рывки происходили поочередно. В Италии, потом во Франции, потом в Англии, потом в Германии, потом в России и США. А затем, внезапные рывки снова делали отставшие было Италия и Испания. Втянутые в общение с динамичными Западом рвались вперед Япония и Корея (Южная), а когда они вышли на "плато", фантастически рванули Китай и Индостан.

Надо отметить, что в распространении цивилизаций ведущую роль играют культуры-сателлиты ("дочки"), захваченные "материнским" воздействием на примитивной стадии. Эллинизм распространила по миру армия небольшой варварской Македонии. Античную цивилизацию — брутальный и неотесанный Рим. У Рима эстафету западной культуры приняли германские племена, завоевавшие Галлию (Францию и Северную Италию). Англосаксонскую культуру всемирной силой сделали США. В Северной Америке роль цивилизационного локомотива от Новой Англии перешла к Калифорнии. Именно "варварская" Япония сделала дзен (чень)-буддизм рафинированного Южного Китая всемирным достоянием. Бедуин Моисей сделал источником трех мировых религий трансцендентальный монотеизм - эзотерическое направление древнеегипетской теологии. Увядающая французская культура периода "конца века" была выведена на новый уровень Россией "модерна".

Отмечу, что в гибели Римской империи нет особой мистики. Однако, вопреки устойчивым представлениям, ни принятие христианства, ни нашествие варваров не были фатальны. Христианская варварская Европа — это и есть Европа католического средневековья, со всеми ее рыцарями, университетами и империями почти в тех же пределах — Карла Великого и Священной Римской. Поэтому у Рима его роковые проблемы видимо были связаны с императорской вертикалью и рабством. Августы не смогли, а Меровинги - справились.

Современная глобализация — это формирование англосаксонской культурной системой матрицы для нециклической (открыто-циклической) общемировой цивилизации. В предыдущие полтысячелетия проходил своеобразный кастинг западноевропейских культур. Отбор шел на роль лидера иудео-христианской цивилизационной системы, которая к середине XVIII века выиграла соревнование в мировой динамике у всех остальных локальных цивилизаций планеты. Внутри системы соревнование за место матричной культуры последовательно проиграли Испания, Франция, Германия, Англия, Советская Россия. В финал первенства вышли США. Все другие существующие сегодня локальные цивилизации — японская, китайская, латиноамериканская, индуистская, исламская - носят закрытый и "полузакрытый" характер, и поэтому на роль строителя такой матрицы не могут претендовать.

Понятно, что все враги создания всемирной либеральной цивилизации объединены под флагом антиамериканизма. Никакого иного смысла у антиамериканизма не существует. Ползучий французский, немецкий и русский антиамериканизм — это раздражение проигравших в борьбе за право стать духовным лидером "Севера". Крах "мультикультурализма", о котором сетует Западная Европа и по поводу чего злорадствует Россия — это очевидный провал попытки создания в европейских странах той универсальной цивилизационной модели, в которой преуспели американцы и канадцы. А именно этот универсализм открывает путь к формированию культуры, способной сделать западные ценности "открытого общества" всемирными и тем самым завершить цивилизационную интеграцию человечества, избежать угрозы системной деградации.

Интересно, что многие публицисты и писатели-"альтернативщики" убеждены, что некоммунистический вариант российской истории сулил нашей стране такой уровень технологической и экономической динамики, который в сочетании с блестящим уровнем культуры и науки "серебряного века" именно ее поставил бы на нынешнее место США. Причем, на лет 30 раньше.

Любые попытки отгородиться от основного русла западной цивилизации, так называемый "особый путь развития", обрекают избравшие их страны-культуры на включение "циклического" механизма и неизбежный исторический крах. Особенно это относится к культурам, "генетически" связанным с европейской цивилизацией и поэтому обреченным постоянно восстанавливать свое равновесии в динамике (мысль Г.Померанца). Им уже не дано закрыться от мира и по-тибетски прозябать на обочине мировой истории.

Понятие "особого пути" (Дер Зондервег - Sonderweg) создали немецкие романтики, чтобы философски обосновать сопротивление влиянию британского либерализма и французского республиканизма. В результате в Германии на полвека было продлено политическое доминирование прусской аристократии, которая, поняв свою историческую исчерпанность, ввергла 100 лет назад страну в мировой конфликт с западным либерализмом и его младшим российским союзником.

Вообще, лозунг "особого пути" всегда означает стремление сохранить как можно больше антидемократических, по сути феодальных, средневеково-теократических или тоталитарных политических и социальных компонентов - даже при процессах вынужденной модернизации страны. Разумеется, когда 240 лет назад североамериканские колонии решили восстановить древнеримскую республиканскую модель, то на фоне абсолютистских и полуабсолютистских государств тогдашней Европы они выглядели очень экзотично, но исторически США выиграли, поскольку в кодах европейской цивилизации было сильно античное демократическое наследие. Напротив, вопиющим анахронизмом были многочисленные попытки сохранить и реставрировать в XIX веке средневековые феодальные порядки, или даже, как это произошло в гитлеровской Германии и в коммунистических режимах, заимствовать социальные практики восточного деспотизма.

Когда в разгар либеральных реформ Александра II историософ Данилевский выдвинул свою теорию изолированных культурных кругов, то это был прямой и очень нам знакомый выпад против "разрушительных" западных влияний. Альтернативой им предлагался поход на австрийцев и турок (с отнятием у них "Славянского мира" и Царьграда), а затем - вполне советское "закукливание" получившейся православной самодержавной суперимперии.

После краха Второго рейха в 1918 году, в полемике с демократическими реформами в Веймарской Германии, немецкий философ Освальд Шпенглер пишет популярнейшую работу "Закат западного мира".

Следующим, самым грандиозным вариантом реализации "особого пути" стал большевизм. Созданная им цивилизационная модель (неовизантийская) еле перевалила за 70 лет.

Китайская версия большевизма, вдохнувшая новую жизнь в угасшую китайскую имперскую цивилизацию, стала загибаться уже через 40 лет после победы Мао, очевидно увлекая весь Китай к гибели. Спасительный выход был найдет в невиданной для страны открытости к миру и в мобилизации социальных групп, нацеленных на модернизацию.

Примечательно, что в начале XX века Джек Лондон предвидел, что трудолюбивый и разумно управляемый Китай неизбежно станет "мастерской мира", оттеснив Англию, Германию и Америку (по сюжету его антиутопии завистливые европейцы "гасят" удачливого конкурента атомными бомбами). В нашей же реальности только после восьми десятилетий войн и революций Дэн Сяопин и его соратники-технократы вернули Китай на тот путь развития, который как бы и был ему предназначен. Впрочем, блестящий опыт Сингапура, Гонконга и Тайваня показали как реалистичность оптимистического взгляда американского писателя на судьбы Поднебесной, так и пагубность "утопических" мобилизаций общества.

Только острый системный кризис Японии в конце 90-х, который резко остановил стремительный послевоенный рывок, заставил Страну Восходящего солнца отказаться от многих черт своей сохраненной "особости", включая фактическую однопартийность и сращенность государства, большого бизнеса и мафии, полуфеодальный характер корпораций. В результате и в Японии возникла нормальная (вестминстерская) система "маятникого" чередования парламентских партий у власти.

Российский "особый путь", скорее всего, вернет нас в ту фазу имперского увядания, с которым мы, казалось, окончательно распрощались 23 года назад. Полгода назад у меня была иллюзия, что эстафета русской цивилизационной динамики будет подхвачена "дочерней" Украиной. К сожалению, фактическая украинско-российская война, скорее всего, надолго сделает украинскую культуру закрытой для взаимодействия с русской культурой. Точно также произошло с Прагой 20-х годов прошлого века, когда чешский национализм разрушил уникальный немецко-чешско-еврейский синтез времен Двуединой монархии, и она не смогла стать преемником Вены в качестве носителя блестящей "дунайской" культурной системы.

Вывод же мой из всего вышесказанного очень прост — сопротивление "закрыванию" российской локальной цивилизации, сопротивление ее "обосабливанию" - это борьба за само существование России в качестве единого социокультурного феномена мирового уровня, вписанного в общемировой (извините за тавтологию) процесс формирования свободной планетарной цивилизации. При этом у России нет и цивилизационного преемника. Ни европейская Украина, ни многочисленная и процветающая русская и русско-еврейская диаспора в странах Запада (Русский мир-2 в терминах академика В.Иноземцева) на эту роль не годятся.

Поэтому либо "русские европейцы" вновь каким-то чудом победят, либо обломки угасшей русской цивилизации сравнительно скоро будут утилизированы. Одним ли Китаем, Китаем ли и Западом на паях. Иначе говоря, то ли Россия повторит участь Византии, целиком переваренной Османской империей, то ли - участь Халифата, поэтапно поделенного между турками и европейцами.

Историко-культурологическое послесловие

1. Самым знаменитым средневековым мифологическим монархом Запада является король Артур. Артур Камелотский вместе со своим кузеном магом Мерлином учредил рыцарский круглый стол, т.е. организовал аристократическую элиту (не только британскую) как "горизонтальную" корпорацию. Это — легендарный исток демократических принципов Запада, через 7 веков приведший к Великой Хартии Вольностей. Как раз, когда испанские евреи перевели с арабского на латынь политологические труды Аристотеля и Платона.

На исламском Востоке монархический эталон — багдадский халиф Гарун аль-Рашид. Халиф Гарун прославился тем, что по ночам вместе со своим первым визирем работал в Багдаде агентом антикоррупционного управления под прикрытием. От этого идет "восточный" идеал монарха, лично расследующего все безобразия своих подчиненных.

Вся современная борьба политических доктрин — это спор артурового и гаруновского принципа организации эффективной власти. Забавным комментарием к этому стало недавнее разоблачение твиттера "Гоблина" (якобы премьера Медведева), тайно подписанного на твиттеры Ходорковского, Навального и Илларионова. Такой вот Гарун 21 века.

2. Мне довелось в личной беседе предложить авторам "второй оси" Андрею Пелипенко и Игорю Яковенко следующее развитие их концепции. Если учесть, что первому "осевому времени" предшествовали первые Темные века, наступившие после разгрома древних цивилизаций Восточного Средиземноморья и Индостана волнами индоариев (в Египте эту печальную роль сыграли так называемые Народы моря и гиксосы) — то мы получаем меандр (синусоиду) с приблизительно тысячелетним периодом. По принципу польского сатирика Станислава Ежи Леца "в каждом веке свое средневековье" мы можем предположить, что эпоха гражданских войн и восстаний в Риме и Иудее, а также эпоха мировых войн и тоталитарных революций в первой половине XX века — такие малые "темные эпохи" в самой сердцевине "осевых" периодов.

3. Петр I продлил существование России как цивилизации-империи лет на 200 (альянс Швеции, восставшей Украины и Турции вернул бы "неовизантийское" государство к границам Московского княжества времен счастливых дней самого начала правления Ивана IV). Сталин — продлил лет на 50-60 (без коллективизации СССР дебольшевизировался и стал бы конгломератом "эсеровских" или, наоборот, "солидаристских" государств). Путин — продлил лет на 15 (при любом другом преемнике Ельцина началась бы постепенная конфедерализация РФ).

4. После начала российско-украинского конфликта тема границы стала главнейшей в политическом дискурсе.

В июле 1949 году линия прекращения огня в Палестине стала восточной границей Запада в Азии. Через 4 года "западной" границей Запада в Азии стала линия прекращения огня в Корее. В сентябре 2014 года линия прекращения огня в Донбассе стала восточной границей Запада в Европе. Еще точнее, Европа отползла к своим цивилизационным рубежам, какими они были для античных греков - в междуречье Борисфена и Танаиса.

Шотландский сепаратизм вдруг выявил, что границей между Западной и Северной Европой, к социал-демократической модели которой, как оказалось, стремятся шотландские инсургенты, проходит по бывшему Адрианову валу, разделившему Британию на римскую и варварскую половину. Граница между крепостным правом в XVIII веке и коммунизмом в середине - конце XX века и западным индивидуализмом проходила по Германии - на реке Альбе, там же, где 2000 лет назад была остановлена римская экспансия.

Северной и восточной границей ислама в континентальной Азии стали эфемерные границы империи Александра Великого. Через 900 лет ислам вошел в берега того ареала, где читали Аристотеля. Логика Аристотеля двоична - в ней есть место абсолютной истине и абсолютному заблуждению. Ни индийская философия, ни буддизм не могли поддерживать представления поборников черно-белой картины мира.

Вот-вот грозящая стать государственной граница Испании и Каталонии - это не случайность, это ожившая сегодня культурная граница между романизированным "ядром" Запада и кастильско-леонским ареалом Ультразапада - вотчиной католических "аятолл" XV века.

5. Массовые переживания на востоке Украины в этом мае по поводу широты отмечания Дня Победы, та роль, которые эти переживания сыграли в формировании "новороссийской" идеологии, драматические события 9 мая в Мариуполе, чуть не отдавшие было город гиркиным-бородаям всех мастей, удивили меня остротой переживания. Но я понял, что почитание 9 мая - это маркер русско-советской (неовизантийской) цивилизации. Это же относится к культу создателя этой цивилизации - Сталину. Нерусский коммунизм обращается к образам Маркса, Ленина, Троцкого и Че Гевары. Портрет Сталина на демонстрации - безошибочный критерий глубинной руссифицированности движения.

Там, где на месте империи появляются национальные государства, главной датой становится именно день рождения государства или день рождения современного политического устройства, иногда общечтимый религиозный праздник, ставший символом сохранения идентичности (святой Патрик против святого Георга) и дни рождения монархов. В этих условиях в принципиально мирных странах годовщины военных побед становятся днями почитания павших и уважения к ветеранам. Культ побед - удел отживающих военных империй. И чем больше они ощущают свою архаичность, тем ревнивей относятся к почитанию битв прошлого.

Новая же политическая нация всегда так остро переживает свою молодость и индивидуальность, что совершенно не нуждается в опоре на ту традицию, из лона которой вырвалась. Захватив север Италии, лангобарды очень ценили трофейную римскую цивилизацию, но им бы и в голову не пришло гордиться римскими победами, например, в Иудеи и, в этой связи, проводить парад у арки Тита.

6. Немного странно, что современная Россия, победившая 20-21 августа 1991 года коммунистический Советский Союз (причем, победившая его под белогвардейско-власовским флагом), в несколько лет изжила в себе чувство молодой нации и с упоением вернулась к советско-имперским переживаниям. В России все никак не хотят понять, что она - не тысячелетняя страна, а молодая республика 23 лет отроду.

Это так же странно, как если бы нынешние австрийцы чувствовали себя жителями империи Габсбургов, у которой "предатели" отняли 9/10 их земель, и все время мучительно мечтали о возвращении "своих городов" - Будапешта, Загреба, Праги и Кракова. Но австрийцы помнят, что их революция в октябре 1918 была также направлена против Дунайской империи, как и восстания в те дни венгров и чехов. А "имперские русские" за два десятилетия свое антиимперское восстание из сознания тщательно вытеснили, как позорящее их. И теперь они дружным хором ненавидят либеральных "национал-предателей", еще хранящих верность революционной идее российской гражданской нации героической эпохи 1990-93 годов.

Поэтому сегодня социокультурная граница между Европой (наций) и Евразией (империй) маркируется отношением к георгиевской ленточке, почитание или презрительное отвержение которой определяет два совершенно разных общества. Так в XIX веке делилась Франция - на приверженцев республиканского триколора и почитателей лилий глубоко легитимных Бурбонов. Несложный интеллектуальный эксперимент - постараться вместо черно-оранжевого банта увидеть королевские лилии. И подумать, как бы вы к ним и к их носителям отнеслись в мире романов Гюго и Стендаля.

7. Для сословного имперца, по своей природе не понимающего сути человека нации, даже гражданский националист - уже фашист. Российская пропаганда (консервативно-имперская по своей глубинной сути) эксплуатирует такое представление с необычайной силой. Правой госпропаганде изо всех сил подъелдыкивает лево-оппозиционная, которая опирается на традицию западногерманского левого радикализма с его ненавистью к любому проявлению национальных чувств как к тайному оружию реваншизма. В результате киевские "якобинцы" (почитающие Конвент, но готовые покарать мятежную Вандею) совместными усилиями невидимой антилиберальной коалиции превращены в совершеннейших эсэсовцев. Ибо сепаратная национальная идентичность - это главный состав преступление для имперца, как свободомыслие - главный состав преступления для клерикала.

[Евгений Ихлов]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=541BD9729CB55
О проигрыше интеллигенции в России и в Шотландии
19-09-2014 (11:34)

Российская интеллигенция горько плачет: либеральная - что не пошел за ней народ к европейской свободе и демократии, антилиберальная - что не встает народ за Новороссию. Русские западники обращались к рассудку. И проиграли. Шотландская интеллигенция звала народ к независимости. И обращалась только к эмоциям и исторической мифологии. Ворошили обиды трехвековой давности. И проиграли. Шотландский народ отверг призыв разрушить Великобританию и привести к власти отъявленных демагогов - ради мести за ущемления 18 века.

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=56091E3EC169B
28-09-2015 (14:05)

Cравнение итальянского фашизма с путинизмом может быть оскорбительным для режима дуче

Сейчас много разговоров о фашистской сущности путинизма. Не встревая в потные дискуссии о том, являются ли фашизм и национал-социализм одним или сугубо разными явлениями, я лично полагаю итальянский фашизм и германский нацизм полюсами правого тоталитаризма, точно так же как брежневизм и маоизм стали полюсами левого тоталитаризма. Тем более, что вот-вот исполнится 93 года революции Муссолини.

Когда я пишу о фашизации, то всегда отмечаю, что фашизм всегда имел оппозиционную (героическую) стадию и всегда использовался для разрушения институтов гражданского общества, когда использование демократии грозило парламентским приходом к власти антисистемных леволиберальных и левых (демократических или тоталитарных) сил.

Приход фашистов к власти происходил при поддержке правых либералов. Пусть скромной, молчаливой. И вот теперь — наш лирический герой — Бенито Муссолини. В 1911 году он был лидером антивоенного движения: когда, пользуясь упадком Османской империи, Италия в ходе блицкрига захватила Ливию, и либеральная пресса (иной не было) захлебывалась рассуждениями о том, как Италия понесет цивилизацию племенам северной Африки. Редактор социалистической газеты "Вперед" предложил принести цивилизацию на нищий и феодальный юг страны. Через три года он же был в авангарде тех, кто втягивал Италию в мировую войну, справедливо полагая это единственным путем к статусу европейской державы. Когда в октябре 22-го он пришел к власти (его легко вооруженные отряды на поездах приехали в Рим, где его уже ждало назначение премьером со сверхполномочиями (точно такими же, как у де Голля в мае 1958-го).

Теперь о некоторых мерах дуче. Италия имела огромный доход от английских туристов: тепло, сухо, живописно, хороший обменный курс. Но англичане отличались брезгливостью. И дуче стал отправлять в ссылку начальников железнодорожных станций, где были грязные нужники… И никаких сталинских расстрелов.

Потом он засадил эвкалиптами малярийные болота и настроил целые кварталы социального жилья. И великий Рузвельт с признательностью принял от него в дар статуи коней. Так сказать, от социального реформатора социальному реформатору. Он заставил расхлябанных итальянцев делать лучшие в Европе линкоры (заставить своих моряков воевать лучше англичан было выше его сил). Его эфиопский поход был дичайшей авантюрой. Но осудить его за помощь Франко в борьбе с экспансией сталинизма я не могу.

Второй глупостью дуче стал расовый национализм, сменивший общегосударственный. В результате Энрико Ферми возглавил теоретическую часть "Манхэттенского проекта", а мог — какой-нибудь "проект да Винчи". Потянули же "голубые линкоры". И никаких расстрелов! Один из самых вегетарианских диктаторских режимов: касторка очень унизительна, но лучше даже путинских болотных судилищ. Убийство Матеотти, так похожее на убийство Немцова, было заговором самой тупой части партии, срывавшей его планы втянуть в блок часть социалистов. Почти единственным его настоящим политзеком был Грамши, спокойно писавший в крепости теоретические работы. Это я к тому, что сравнение итальянского фашизма с путинизмом может быть оскорбительным для режима дуче.

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=561A0743DE32E

11-10-2015 (10:07)

Об итогах участия оппозиции в выборах

! Орфография и стилистика автора сохранены

Единый день голо-сования* подвёл предварительный итог вечному демократическому спору об участии в выборах. "ЯБЛОКО" чего-то добилось по мелочи. ПАРНАС пролетел "как фанёра над Порижем". Коммунист жестко разгромил единоросса на выборах губернатора, не дав перед этим сделать то, что сделали в Москве два года назад - избавиться от второго тура.

Конечно, костромские баталии превратили в мексиканский сериал, на фоне которого "яблочные" муниципалы на той же жутко-махровой псковщине совсем потерялись. Для разрешения спора, в своей излюбленной манере отсылок к историческим прецедентам. Российскую либерально-западническую оппозицию я постоянно сравниваю с западной социалистической оппозицией 80-90 годов позапрошлого века: то же принципиальное отторжение ею принципов системы, так же травля и потоки клеветы... Принципиальность и стойкость позволили европейским социалистам в два-три десятилетия стать одним из столпов парламенской демократии, уважаемой и престижной политической силой. А еще через два-три десятилетия никого нельзя было удивить социалистом мэром, министром, премьером, президентом... Только для этого социалисты должны были поддерживать то, что раньше категорически отвергали - рыночно-корпоративную экономику, сохранение колоний...

Просто ПАРНАС - это как бы лейбористы 1900-го, а КПРФ - как бы лейбористы 1940-х годов - с их манией национализации, но и сохранения Британской империи.

Интегрируешься в систему - получаешь в ней успехи. Дозированные.

Но одно я не могу понять и "убиваюсь в недоумении" [скрытая цитата]: почему над сентябрьским Маршем в Марьино не реяли плакаты про долой незаконные платежки за капремонт (новый "налог на дым") и про "огораживание" в столичных парках, почему Навальный не драл глотку на митинге против Ликсутова и экспансию парковок?!
Ведь социалисты прошлого стали силой, только поддерживая справедливые социальные и экономические требования действительно широких масс, в т.ч. интеллигенции и "малого бизнеса"...

Если бы силы, брошенные на Кострому, были брошены на общенациональную кампанию против платёжек за капремонт или за сохранения накопительной пенсии - эти фискальные подлости имели бы сейчас бледный вид.

Но, конечно, огромная вина за происходящее лежит на сторонниках либеральной оппозиции. Именно они считают участие в опереточных выборах единственным достойным поводом для политической агитации, именно они готовы идти тысячами на митинги против Путина и Кадырова, но их не выташишь на акции в поддержку детсадов, школ и больниц, нормальных тарифов ЖКХ и собянинских "преобразований" тротуаров. А вожди - те просто плетутся за паствой...

* Есть анекдот. Приехал царь Пётр Алексеевич ровно 317 лет назад из тура в Голландию и собрал Боярскую Думу: Вот, бояре, привез я из Европы модный напиток - портвейн, угощайтесь... Распробовали бояре и постановили закупить очень много портвейна. А царь продолжает: вот еще гостинец, кондом называется, надеваешь - и ни детей ненужных от какой-нибудь шалавы, ни страмной болезни от неё же... Бояре постановили закупать кондомы. Постойте, бояре, казна не бесконечная - либо портвейн, либо - кондомы... Тут бояре стали ругаться и даже цепляться за бороды, выясняя, что приоритетней для экспорта. Но Пётр продолжает удивлять: хватит собачиться, бояре, еще одной вещи научился я - "голосование": за какое предложение больше рук поднимут, тот и прав... Поняли?! Пошушукались бояре, встает самый знатный, рюрикович, конечно: Деды наши голыми совали, отцы наши голыми совали - и нам негоже мудрить... Закупай, надежа-государь, портвешок!

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=5619364BD0942

10-10-2015 (19:52)

Причина всех провалов Путина в том, что его курс не просто анахроничен, но внутренне глубоко противоречив

! Орфография и стилистика автора сохранены

I. Доктрина Дуэ по-русски

Этот текст я начал сочинять еще на даче, ранним утром 3 октября, когда у меня над головой с ревом парами кругами летали, видимо, бомбардировщики (дача около Кубинки), раскращенные под флаг: нос – белый, крылья – синие, хвост – красный. Так сказать, наши "краснохвостые соколы". Я сразу вспомнил, как 16 лет назад, в июле 1999 года, каждый день на пляже около пгт Тучково (тоже около Кубинки), я изо дня в день имел удовольствие наблюдать как российские штурмовики отрабатывали заход на цель. – Как бы тебе, как правозащитнику, это не было печально, но скоро будет новая война с чеченцами… - сказала мне жена – здесь Москва-река делает такую же излучину, как река Сунжа в Грозном, вот и отрабатывают удары по городу на реке… В эти дни до похода Басаева в Дагестан оставался еще месяц, а новый премьер Степашин, которому оставался всего месяц, божился, что войны не будет.

Набросанный в планшете текст, условно названный как эта глава, я потом списать на компьютер не смог и поэтому многие мои тогдашние рассуждения, казавшиеся мне свежими и оригинальными, за неделю стали банальностями. Поэтому пришлось идти по тем же сюжетам заново. Но и хорошо: лишенный интернета, я было решил, что киликийский Тарс, где жил владелец шатровой мастерской – папаша раскаявшегося еврейского инквизитора Саула, это и есть нынешний Тартус, и выдал пару, как мне показалось остроумных, абзацев про новые сакральные рубежи Святороссийской Федерации, и про утешительный памятник апостолу Савлу-Павлу, который тоже построят у въезда в Кремль, как ставят монумент киевскому кагану Владимиру-Василию – явно в ознаименование провала украинской авантюры. Так что из-за сбоя техники я хоть не опозорился. А сюжет про сущность метаполитики, который я планировал сделать предисловием, разросся до отдельного микроэссе о подоплеке четвертной ближневосточной войны октября 1973.

С "крымского марта" 2014 года я при каждом удобном случае писал и говорил, что России объявлена новая холодная война, а именно, начата цепь политических, дипломатических, экономических и военных мероприятий, имеющих конечной целью устранение нашей страны как геополитической угрозы Западу. Причём, если целью обоих холодных войн XX века (1946-1975 и 1980-1988) было сдерживание советской экспансии и возвращение коммунистических стран, в первую очередь, конечно, СССР из идеологической утопии в рыночно-технократическую реальность, то теперь, с учётом выявившейся перманентной имперско-деспотической сущности, целью будет вообще демонтаж российской государственной "матрицы" - до безопасного уровня.

И вот теперь, прямо на наших глазах, Путина старательно заманили в сирийскую западню. Сделано это было виртуозно. Я вообще, с удовольствием слежу за идущей сейчас политической битвой, как за уникальной возможностью видеть гипотетический поединок президента Кеннеди и канцлера Меттерниха.

Итак. Накануне запланированного как триумфальное, выступления Путин в ООН (обернувшегося ехидно-жалостливым рассказом о том, как никто не слушает и все его кидают), Франция слегка бомбит объекты Халифата в Сирии. Это даёт возможность президенту Олланду в том же ООН сказать Путину, что, мол, только дразнишься, а не воюешь с гидрой мирового терроризма. Россия тут же остервенело бросилась бомбить… А вояки немедленно стали рассказывать, как они победят игиловцев не только запретом Верховного Суда РФ, но и одним авиаполком…

Между тем, "Россия-24" постоянно повторяла апологетическую передачу о героических буднях партизан Курдской Рабочей партии, что было явным вызовом и оскорблением Турции, а тем же ранним утром 3 октября в рубрике "погода" торжественно сообщила, что вот в октябре в Сирии очень удачная лётная погода, а вот в ноябре будут "тучи, грозовые облака" (это цитата из песни братьев Покрасс) и о прицельном бомбометании можно будет забыть… В центре карты был Дамаск, и было очевидно, что нелётная дождливая погода установиться вовсе не в пустынных районах, где и раскинулся Халифат Аль-Багдади, но в полосе от гор Антиливана до турецкого побережья.
Такие метеорологические рассуждения не бывают несакционированными, сразу понял я, и значит, победы и одоления арбатскими стратегами рассчитаны на месяц. Предыдущий раз супостата тоже планировали победить одним полком, правда, не лётным, но вэдэвэшным, поэтому на всё про всё отводили всего пару часиков.

Лет 90 назад итальянский генерал Дуэ разработал доктрину о возможности победы в войне силами одной тяжелой (того времени) бомбардировочной авиации. Как ни странно, но обе иракские кампании против хусейновской армии США выиграли именно по доктрине Дуэ. Практика показала, что большая, хорошо организованная армия, не имеющая особого желания умирать (у иракских призывников, на две трети шиитов, биться за тиранию партии БААС не было; через десятилетие тоже повторилось в Сирии, только призывники, наоборот, были сунниты), от нескончаемых авиаударов довольно быстро теряет боеспособность. А вот Индокитай, Афганистан (два раза) и Чечня показали провальность ставки на массированное применение авиации в контрпартизанской войне.

Российские власти и вояки могут сколько угодно клясться, что наземной операции не будет, но наземная операция это - не когда бравые морпехи, с криком: "За родину! За Асада!", телегенично освобождают руины древней Пальмиры, это - когда они день за днем (ночь за ночью) отбивают атаки на свои окопы под Тартусом и Латакией, а в промежутках ждут подлетов ракет, ибо от них до фронта не дальше, чем от Сектора Газы до Ашкелона и других израильских мест, по которым ХАМАС любит пулять в белый свет как в копеечку. Впрочем, в утешение военным, надо сказать, что открывается такой трафик знаменитых ближневосточных опиатов, что там таджикистанские возможности…
Ведь все понимали, что российские "воздушно-КОСМИЧЕСКИЕ силы" могут действовать только с баз в небольшом, простреливаемом "Градом" вдоль и поперек прибрежном алавитском анклаве. А авиасилы Запада действуют с авианосцев или с баз в глубине лояльной (ненавидящей халифатовцев) территории. Поэтому "вожди Запада", в отличие от тех "вождей", которых так велеречиво проклял Олег Кашин, старательно заманивали Россию в трясину гражданской и межконфессиональной (межмусульманской) ближневосточной войны, понимая, что это и будет финалом путинизма.

Никто на демагогию Лаврова и Путина о новой антигитлеровской коалиции не повелся, и теперь в Вашингтоне, Лондоне, Берлине и Париже (а также в Анкаре и Эр-Риаде) затаив дыхание ждут, когда Кремль начнет истерично блокировать ютуб, чтобы путинскоподданные не увидели казней своих пленных, чадящие обломки своих самолётов и вертолётов, и преследовать блогеров за рассекречивание потерь. Безумны и надежды на некие чеченские полки. Нукерам Кадырова предстоит встреча на поле боя с сирийскими, иорданскими и турецкими "черкесами" - потомков мухаджиров – недобитых и изгнанных Александром II чеченцев, черкесов, абхазов, кабардинцев…

II. Запрограммированный провал

Еще два года назад, в эссе, где Майкрофт Холмс объяснял маниакальную тягу русских правителей к Восточному Средиземноморью, я показал, что поскольку Москва решила, что стать великой державой она может только получив стратегические позиции в Сирии (точно также веком ранее – получив "Истамбул-Константинополь"), то реальный путь к этому – создание алавитского микроливана на побережье. Как это оформить? Можно лукаво, заставив Башара Асада провести в Сирии столь любимую Лавровым "федерализацию" (вариант, предлагаемый Францией в 1943 году и яростно отвергнутый сирийскими националистами, всё завершилось отсоединением "католической" части Сирии – Ливана). Дальше можно использовать вполне удавшийся эксперимент с созданием конфедеративной Боснии-Герцеговины – а во главе "федеральной Алавитии" оставить Асада, раз уж Москве так нужен этот "всенародноизбранный" офтальмолог, чья армия убила уже раз в десять больше мирного населения, чем проклятые всем миром халифатовцы. Можно честнее – просто покинуть полуотрезанный от побережья Дамаск, и санкционировать создание нового Ливана – какой-нибудь Свободной республики Латакия. Отделили же американцы 112 лет назад Панаму от Великой Колумбии, "короли" которой требовали слишком много "капусты" за право строить канал.

Но у Путина, кроме какой-то меттерниховской мании все время повторять мантру про "легитимность власти", есть – как это ни странно – приверженность идеи территориальной целостности государств. Поэтому возможен и самый "мягкий" вариант расчленёнки – Асад подписывает перемирие с оппозицией [перед лицом всемирной угрозы Халифата], оставляя себе только центр Дамаска, часть побережья и коридор между ними, превращаясь в некий аналог "ДНР/ЛНР". Москве надо будет просто выстроить хорошо знакомую по Украине ситуацию, а поскольку за такое замораживание конфликта санкции ей не грозят, то параллельное существование Западной и Восточной Сирий может столь же вечным, как существование Северного и Южного Кипров. Россия возьмёт на вечный кошт Западную Сирию, настроит в ней баз и будет потихоньку наслаждаться статусом великой средиземноморской державы (любой каприз за ваши деньги).

Впрочем, всем этим вариантам реализоваться не будет суждено. Прежде всего, для этого нужно доверие сирийской оппозиции. Но для его завоевания авиаудары - не совсем адекватное средство. В ООН надо было предлагать перемирие и прямые переговоры Дамаска со Свободной Сирийской армией, а не стараться сказать Обаме как можно больше гадостей – за последствия политики Буша в Ираке, за провал "Новороссии", за сочувствие Обамы Арабской весне и за Транстихоокеанский экономический пакт.

Еще более важным является то, что сирийские алавиты, подобно иракским суннитам (и отчасти, православным сербам в Социалистической Югославии) – не просто конфессиональное меньшинство, это – "номенклатурное меньшинство". 12 алавитских процентов в Сирии династии Асадов, как и 25 суннитских - в хусейновском Ираке составляли костяк силовиков, бюрократии и аффелированного с ней бизнеса. Сформировав новую власть, шиитско-курдское подавляющее большинство "демократически" допекли бывших своих властителей-суннитов так, что эти вполне светские и урбанизированные люди нашли в Аль-Кайде, а потом в Халифате последнюю отдушину. Насмотревшись на их участь, сирийские алавиты вовсе не хотят повторения их судьбы. Возможность поменять лычки и стол с телефонами на необходимость возиться на огородике где-то под Латакией и украдкой поставлять на российскую базу, скажем так, продукт переработки мака, их вовсе не прельщает.
Война в бывшей Югославии прекратилась, когда разбитые сербы смирились с тем, что из державной нации они станут жителями небольшой страны, живущей транзитом российского газа.
Иракские сунниты, не виноватые в том, что в их стране нефть "растёт" только у шиитов и курдов, с жалкой участью субсидируемых шиитским Багдадом приживалок не смирились.

Победа же Асада мыслиться им как согласие 88% сирийцев снова надеть на себя ярмо алавитских кланов. Любой мало-мальски демократический процесс вернет власть над Сирией суннитам, превратив алавитов в еле терпимое меньшинство. Вроде коптов в Египте.

Поэтому никакого почётного для Асада, но дающего Сирии стабильность, мира Кремль придумать не сможет. А значит и не сможет обеспечить себе надежные позиции в Сирии.

III. Стратегическая шизофрения

Причина всех провалов Путина в том, что его курс не просто анахроничен, но внутренне глубоко противоречив.

Русские цари, и ненавидящие Европу московские, и обожающие ее петербургские, проводили достаточно целостную, логически непротиворечивую политику военной и экономической экспансии, постоянно лавируя между тогдашними центрами силы: Польшей, Швецией, потом Англией, Францией. Австрией, Пруссией/Германией.
Европейские народы старались русифицировать. Азиатские народы делили на "мирнЫх" и "немирнЫх" туземцев. Кого – уничтожали или изгоняли, подобно народам Западного Кавказа в середине позапрошлого века (мухаджиры), или евреев – в начале века прошлого, кого приручали в искусственно сохраненных заповедниках средневековья, а туземные элиты – по английскому образцу – интегрировали в общеимперский истеблишмент. Когда Путин повторил на Северном Кавказе рецепты Николая I, Александров II и III – он достиг успеха. Такого же, как и они в своё время.

Целостность была и у большевиков – они строили квазихалифат – всемирную космополитическую мессианскую империю. И каждый этнос, и каждый социальный слой примерно представлял, что ему принесет и чего его лишит победа этого "халифата".
Раздвоенность политики началась со Сталина. Но в СССР целостность политики сохранялась в течении определённого периода. Например, духовного вождя советского еврейства Соломона Михоэлса убили не в разгар заигрываний Сталина с американским еврейством, а только когда смысла в этом заигрывании не стало – Сталин уже сделал ставку на создание антибританского социалистического Израиля.
При всем своем легендарном цинизме, Сталину не пришло бы в голову утверждать, что подписание Пакта с Гитлером - это начало формирования Антигитлеровской коалиции демократических стран.

Борясь с Америкой в Индокитае и в Африке, Брежнев искренне ограничивал гонку ракетно-ядерных вооружений, а не бряцал тогдашними "Искандерами". Сбив корейский "Боинг", говорили, что были в своем праве, а не выпускали прокуроров с рассказами, что самолет взорвало ЦРУ…

Путин, загордившись умелыми разводками "правых, левых и умеренных" (скрытая цитата), решил, что сможет так же вести международную политику. Старательно вбивая много лет клин (по рецептам Громыко) между Западной Европой, особенно ФРГ, и США, Путин своей попыткой расчленить Украину вновь сплотил и реанимировал НАТО. Начиная "поход на Киев", украинцам объяснили, что они должны стать с Россией почти единым целым, как многовековые братья, и что они – не нация, а какие-то "этнические самозванцы" (самое страшное оскорбление, какое можно нанести нации).

Путин очень старательно заплетал южную и центральную Европу в "Газпромию", начал отваживать Турцию от западного вектора, соблазнил разорившихся эллинов каким-то хабом – и похоронил все эти виртуозные дебютные заготовки несколькими бомбовыми ударами по противникам Асада. Путину было бы нужно, поразив телезрителей новой войнушкой, срочно добиться в Сирии перемирия, чтобы создать себе оплот в виде автономной "Алавитии" на побережье, но он старательно развязывает невиданный доселе исламский "межцерковный" конфликт, напоминающий европейскую Тридцатилетнюю войну, и старательно втягивает иранцев в военный конфликт с арабами, что будет иметь такой же эффект, какой оказал в XVII веке приход шведских войск в католические княжества Германии...
Превратив на многие десятилетия Украину в злейшего врага России (сколько французы помнили Эльзса-Лотарингию?!), Путин старательно погружается в им же развязанную внутримусульманскую войну.
При этом он совсем еще не вырвался из предыдущего конфликта. Логика "минского процесса" потребует появления на стенах домов Донбасса украинских предвыборных плакатов. Что будет воспринято частью населения как понимание того, что "старая власть" вернулась, а энтузиастами донбасской самостийности – что они всё проиграли… Поэтому подготовка к выборам будет сорвана в любом случае. Москва будет объявлена за это ответственной, санкции пролонгированы, а золотовалютные запасы иссякнут как раз в предвыборный 2018 год.

Президент Обама продолжает вести свою метастратегию, как ее вели Джон Кеннеди и Генри Киссинджер. Ее суть проста – Москве периодически надо намекать, что за следующий маленький шаг против Запада и его друзей ей ничего не будет. Но Москва постарается сделать таких шагов побольше. И тут "Аннушка" должна быстренько "пролить масло"… Путин, скользя от успеха к успеху, вырывается на "рельсы". И тут его караулит "трамвай" – явные и неявные санкции, поставка противотанковых ракет украинцам, а зенитных ракет - сирийцам.

В агонию СССР попал, защемленный между Польшей и Афганистаном. Путин загнал Россию между Украиной и Сирией. И если юго-восток Украины – это дальний угол Европы, глубокая периферия мировой политики, то Ближний Восток – это ее нервный центр.

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=561BE2CD49821

12-10-2015 (19:49)

Да, Обама заманил Путина в Сирию

Уважаемый Гарри Кимович напал на мою концепцию обамовской метастратегии. Для начала я был обозван "советским интеллигентом", за мою уверенность в том, что интеллектуальные ресурсы западных лидеров превосходят кремлёвские. Дальше шли неизбежные напоминания Чемберлена и Картера. Собственно, Каспаров должен знать, что для выигрыша качества жертвуют и темпом, и фигурами.

Я сравниваю политику президента Обамы прежде всего с Джоном Кеннеди. Но вспоминаю и курс Генри Киссинджера.

Я очень честно сказал, что вид политики США — это отступление. А отступление может быть и заманивающим.

Та самая "скифская тактика", которая погубила многих завоевателей и полководцев — и древнеперсидских, и Наполеона. И скифы, и русские в 1812 году отлично понимали, что прямого удара они не выдержат. Поэтому они исходили из своих возможностей, своего умения и своих ресурсов.

Чемберлен не мог заставить англичан и тем более французов воевать за право 7 миллионов чехов держать под своей властью три миллиона немцев Судетской области. Он мог показать категорически не желающей повторения бойни 1914-1918 годов нации, к чему ведут уступки. За уступки Германии ратовал не только цвет английской аристократии во главе с герцогиней Гамильтон, но и мозг её кружка — историк Арнольд Тойнби. Чемберлен только использовал шок от мюнхенского провала для радикальной модернизации британской авиации. В сентябре 1938 года Англии нечем было бить немцев. Через два года "Битва за Англию" была выиграна благодаря усилиям министров Чемберлена.

Берлинский и Карибский кризисы давали Джону Кеннеди идеальный повод стереть коммунизм с лица земли. Вместе с СССР. И несколькими американскими мегаполисами.

Он предпочёл компромиссы, смирился с нарушением соглашений союзников 1945 года о режиме Берлина и с тем, что Куба осталась красной. Он мог поддержать всей мощью Америки десант противников Кастро. И получить "второй Вьетнам" раньше первого. Оккупация 10-миллионной Кубы могла вызывать детонацию антиамериканского восстания в половине Латинской Америки. Но Кеннеди позорно, унизительно отступил. И был за это убит. Америка отделалась санкциями против Кубы, над которыми советские карикатуристы потешались четверть века. За это Америке ещё пришлось испить чашу позора, когда кубинские танкисты били всех наголову в Анголе и Эфиопии.

Потом была киссинджеровская дипломатия. Америка позорно ушла из Индокитая. Ушла из бывших португальских колоний. Америка вернулась на арабский Ближний Восток только по приглашению египетского президента Садата.

Джимми Картер не стал бомбить Тегеран и унизительно тайно выкупил заложников — захваченный в ноябре 1979 года персонал американского посольства. Джимми Картер не бросил американские войска навстречу советским в Афганистане. Просто Америка не возражала против нападения Саддама Хусейна на революционный Иран в сентябре 1980 года. Просто Картер ввёл те экономические санкции против СССР, которые подточили его мощь.

Гроссмейстер Каспаров как настоящий антисоветский интеллигент, наверное, полностью согласен с Солженицыным и Сахаровым, считавшим политику разрядки — капитуляцией Запада. Хельсинкские соглашения 1975 года академик Сахаров публично назвал предательской сдачей рубежей, на которых сражались и гибли диссиденты. Солженицын сетовал, что изнеженный плюрализмом Запад каждый год сдаёт Кремлю по стране и спрашивал, на сколько хватит стран. Их хватило аккуратно до августа 1991 года.

Если бы Белый дом слушался Солженицына и Сахарова, то сцементированный антизападной паранойей СССР существовал бы по сей день, и Берлин был бы разделён, а жители его восточной половины были бы убеждены, что стена защищает их от стремительно скатывающейся к неонацизму Западной Германии.

Советский Союз был обречён, когда его элиты и, главное, творческие и технократические субэлиты прикоснулись к западным потребительским стандартам и чуть-чуть вдохнули воздух свободы. Возвращение к хрущевской аскезе и атмосфере осажденной крепости показались им невыносимыми. Так появилась внешняя политика Эдуарда Шеварднадзе и идеологическая линия Александра Яковлева.

Рейган ударил в тело, уже разложившееся в условиях детанта. Без "поражений" Никсона, Форда и Картера не было бы побед Рейгана.

Конечно, Обама мог действовать по-другому. Он мог послать украинцам оружие. И тогда он, а не Путин стал бы в глазах испуганных европейцев поджигателем войн. А телевизионные картинки трофейных американских ракет и танков, "убивавших русских в Донбассе", сплотили бы вокруг Путина не 86, а 96%. Обама мог послать самолёты без эмблем для ночных налётов на части сепаратистов и "отпускников"-наёмников. Но случайное попадание бомб в больницу, вроде недавнего Кундузского конфуза, сразу бы превратили его в палача. Ибо ясно, что бомбардировщики такого класса в этом районе могут быть либо российскими, либо американскими. И тогда не Москве приходилось бы непристойно вилять хвостом в истории с самолётом, а Вашингтону.

"Бесславно отступающий" Обама готовит крах коммунизма на Кубе: снятие санкций вывела сотни тысяч кубинцев на встречи с Папой и вынудила Рауля Кастро заявить о возвращении в лоно католической церкви. Так Кароля Войтылу встречала Польша в 1979.

Обама остановил Путина в Украине. Остановил, не отбросил. Отлично понимая, что остановка в такой ситуации — начало отступления. Да, Обама заманил Путина в Сирию. Обама обеспечил всё, что российские оппозиционеры сочли бы два года назад залогом победы — спад экономики, рост дороговизны, снижение пенсий, двукратное падение рубля и влезание в антипартизанскую войну с радикальными мусульманами в ближневосточных пустынях… А ещё Обама создал "Таможенный Союз" на треть мирового ВВП, выстроив экономическую ось с Токио и втянув в неё и Латинскую Америку, и Австралию и Сингапур. И готовит "Таможенный Союз" США и ЕС, что в совокупности просто оставляет БРИКС в блестящей изоляции…

Всё это можно считать попытками, отступая под натиском Москвы, доскрипеть полтора года — до момента передачи власти новому президенту — "решительному и твердому".

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=561DED07A1365

14-10-2015 (09:08)
Любой серьезный спор о прошлом - всегда спор о будущем (ответ Илье Константинову)

! Орфография и стилистика автора сохранены

Бывший народный депутат разогнанного Ельциным Верховного Совета России Илья Владиславович Константинов начал на "Каспаров.ру" в цикле "На кривой козе" (очередную) интересную дискуссию о фатальных ошибках демократов и либералов начала 90-х. С упором на аморализм и нечестность действий реформаторов и на насилие в отношении подавляющего большинства, которое не хотело быстрого отказа от социалистического патернализма, советского консерватизма и империи. Все верно, не хотело. А их сломали через колено, сетует вечный – Горбачеву, Ельцину и Путину - оппонент.

Любой серьезный спор о прошлом - это всегда спор о будущем. Американские споры о Шестидесятых – это полемика между неоконсерваторами и социал-либералами сегодня. Российские споры о Феврале 1917 года в нулевые – это споры о допустимости или нет для либералов подтачивать путинский режим, так же как они подтачивали советский.

Споры о мюнхенском компромиссе сентября 1938 года в шестидесятые стали спором о стратегии Запада в холодной войне. И подтверждение правоты Черчилля тогда привела Джона Кеннеди и его преемника Линдона Джонсона в Индокитай. А еще через четверть века – Джорджа Буша-ст. в Ирак, а потом и его сына – в Афганистан и Ирак.

Но как мудро замечал подлинный автор нынешнего китайского чуда Учитель Кун-цзы [имя добавляю для невежд - и китайцу, и средневековому европейскому книжнику никаких пояснений к тому, кого обозначает слово "Учитель" было не нужно*]: исправление порядков начинается с исправления нравов, а исправление нравов начинается с исправления имен.

Слово "демократ" в России конца 80-х – начала 90-х годов XX века, как и во Франции за две сотни лет до этого слово "патриот", означало буржуазный революционер, борец с тотальной идеологией (церкви, партии) и с феодальным по сути общественным укладом.
И все упреки в аморализме в отношении демократов (какой, мол, ты демократ, если поддерживаешь разгон парламента), отпадают, если вместо этого говорить "буржуазный революционер". Кромвель разогнал "Длинный парламент" (победивший, между прочим, короля). Робеспьер выгнал из Конвента всех умеренных (победивших, между прочим, короля). Временное правительство распустило Думу (свергнувшую, между прочим, царя). И Ельцин разогнал Съезд народных депутатов (победивших, между прочим и Горбачева, ГКЧП). Это всё дела буржуазных революционеров, сперва вовсю использовавших представительную власть, а потом перешагнувших через нее.
Многократно говорил, что революция – это коалиционная война. В войне морально победить. Если при ведении войны удастся соблюдать законы божеские и человеческие, беречь своих людей, своих солдат, щадить население противника – это невиданной красоты моральная позиция. Впрочем, обусловленная двумя циничными проблемами: после побед и одолений надо будет объясняться с собственным народом, и "вчерашний враг – это завтрашний торговый партнер и послезавтрашний союзник" (Б.Г. Лиддел-Гарт).

При коалиционной войне морально возложить на партнеров возможно большее бремя издержек, но урвать как можно больше трофеев (т.е. повести себя как последний "кидала") – это и будет наибольшая доблесть в отношении твоей страны и твоего населения.

Стравливание врагов между собой, а также их "перекупка" - моральны, потому что сокращают твои потери и издержки, хотя плодят страдания.
Для победы над коммунистами буржуазные революционеры раскололи партхозноменклатуру, дав возможность перебежчикам стать частью нового правящего слоя. Это принесло победу в августе 1991 года, но дало возможность перебежчикам с новой силой грабить народ и профанировать демократию.

Для победы надо врать (привирать) и строить мифы. В романе Нормана Мейлера "Нагие и мертвые" описываются переживания героя – нью-йоркского интеллигента, пошедшего добровольцем сражаться с Гитлером, но по перекрестной схеме Пентагона отправленного на острова Тихого океана. что американский замполит перед боем не рассказывает им о священной борьбе за демократию и гуманизм, а объясняет, как важно отбить у японцев важнейшие запасы стратегического сырья. Никакого тебе "За родину! За Рузвельта!"
Только дозы вранья не должны превышать уровень, приводящий к социальной шизофрении (знаменитая битва телевизора с холодильником).

Народы России не хотели ни либерального капитализма, ни плюралистической демократии. Они хотели "доброго" и "социального" фашизма – "патриотической" патерналистской авторитарной власти. Но это был путь в социальный тупик (в нынешнюю фазу путинизма нас прямиком вел ГКЧП). Традиционалистское общество никогда само не хочет стать модерновым. Для этой трансформации применяется "реформация" (а вовсе не реформирование) – полная ломка существующей социокультурной матрицы. История показала, что миллионы беженцев и мигрантов из стран русской цивилизации, попав в условия западной, преимущественно англосаксонской социокультурной среды (включая американизированные послевоенные Францию и Западную Германию, а также американизированный Израиль), разом избавляются от всех "родимых пятен" русской традиции – "соборности", "уравнительной справедливости", "утопического мессианства", мигом усваивают протестантскую этику и приверженность к буржуазной многопартийности. Единственно, что они стараются занять правые и очень правые идеологические позиции, заражены до мозга костей расизмом и выявляют "южноевропейскую" терпимость к коррупции. Поскольку для реформации русской цивилизации ее нельзя поднять и перенести в Америку целиком, то пришлось попытаться перенести как можно больше американского внутрь страны. Начиная с гангстерских войн и со всевластия нашего маленького "Уолл-стрита".

"Демократическое реформирование" феодальной мессианской империи с базовым крестьянским сознанием в буржуазное европейское урбанизированное национальное государство – это такое же насилие над реальностью, как сталинская коллективизация и "культурная революция", включающая "безбожную пятилетку". Только зеркальная. НЭПовская Россия хорошо бы приняла реформы Гайдара-Чубайса, а авторитарные ухватки и коррупцию ельцинского правления сочла бы за райские кущи. Но как Ленин и Сталин создали "Антироссию", так Ельцину и его либеральным министром пришлось создавать "Антиантироссию". При этом число жертв оказалось на порядок меньше. Хотелось бы, чтобы на два порядка - в пропорциях рузвельтовской Америки и послевоенной Западной Европы. Я надеюсь, что второй период свободы, возобновление прерванной реформации России будет именно таким "малокровным".

Самое главное – это то, что есть трансформации, которые происходят только дискретно. О причинах этого, о зловещей "косе инверсии", уничтожающей все предыдущие социальные устои, много размышлял и писал покойный философ Александр Ахиезер.

Демократический социализм, о котором говорит коллега Константинов, это – разрушительная для экономики утопия. Мы при нем жили с 1988 по 1992 год. Дело в том, что в экономике должна быть единая логика – рынок или административное перераспределение.

Когда создается гибридная (химерическая) система, то либо рыночная часть начинает паразитировать на плановой, как это было при Горбачеве; либо социально-плановая на буржуазно-рыночной, как в Венесуэле или Греции. Рыночной социализм может сколько-то существовать, когда у него есть огромный ресурс – финансовый за счет экспорта, или психологический – за счет многовековых наработок протестантской или конфуцианской этики. Демократический социализм означает отказ от любого принуждения к дисциплине, труду и усердию. Даже моральных стимулов к престижу и богатству, которые осуждаются как карьеризм и стяжательство.

Необходимо понять, что человек традиционалистского социума с точки зрения человека современного европеизированного – это подросток или ребенок, посланец прошлого. Принуждение или некоторое введение недоросля в заблуждение (хочешь преуспеть в жизни – надо быть честным, старательно учиться и много работать) нельзя рассматривать как аморальность. Даже гипертрофированное запугивание фашизмом или коммунистическим реваншем я бы отнес к таким варварским педагогическим методам прошлого, как внушение детям, что мастурбация ведет к слепоте.