*737. Досократики

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...letskoj-shkoly
О философии милетской или ионийской школы Аристотель говорит в своей Метафизике (I, 3) следующее: «Что касается первых философов, то большинство из них мыслило начало всех вещей лишь в виде вещества. То, из чего все состоит, то, из чего все возникло, во что под конец все обратится… Такова, по их мнению, стихия и начало всех вещей».

Интересно, что, по Гомеру, все произошло из воды, по Гесиоду, из хаоса, а в древнейшей орфической теогонии одним из родоначальников является воздух. И тут находятся, значит, уже в зачатке учения трех главных представителей милетской школы.

Более трех веков отделяют поэмы Гомера от рождения Фалеса. Он был современником знаменитого реформатора Солона и царя Креза и родился в 640 году до Р. Х. Товарищем и другом его считается второй из главных представителей милетской школы – Анаксимандр, родившийся в 611 году. Если же год этот верен, то Анаксимандра можно бы скорее назвать учеником Фалеса, но никак не его товарищем, и не другом. Фалес предсказал первое солнечное затмение, на основании чего и можно вполне точно определить год его рождения; Анаксимандр составил географическую карту и ввел в употребление глобус. Оба этих первых представителя милетской школы, и в особенности Фалес, более физики и математики, чем философы, они только космологи, а не психологи и, тем не менее, они – первые философы.

Основатель милетской школы - Фалес

Значение Фалеса заключается в его смелом обобщении – не только в том, что он объявил, что все произошло из воды, потому что это уже говорил далеко не философ Гомер, а в том, именно, что Фалес сумел обосновать свою мысль. Она является уже теорией или, вернее будет сказать, что в ней уже есть задатки теории. А именно, основатель милетской школы Фалес объявляет, что «следствием того, что все произошло из воды, служит то, что плоская земля плавает на воде». Это его подлинные слова, который приводит Аристотель в Метафизике (I, 3).

«Вероятно, – говорит Аристотель, – что мысль эта явилась у него, потому что всякая пища влажна, тепло происходит из влаги и ею питается, влажно и семя, начало же всего влажного – вода» (Метафизика. I, 3). Трудно сказать, находился ли Фалес в этом случае под влиянием какой-либо древней теогонии или же выражает он тут только свое мнение. Но не будь он самостоятелен, он никогда не сумел бы стать в независимое отношение к теогониям и не существовало бы самого предмета спора. Мы бы не знали его, в таком случае, как основоположника милетской школы и вообще первого греческого мыслителя.

Дальше идет второй представитель милетской школы Анаксимандр. Он первым устанавливает понятие о начале (архэ) и считает в отличие от Фалеса то, из чего все произошло, уже не только физическим, материальным или вещественным началом. Начало его метафизично или отвлечено от всяких физических, внешних свойств. Оно вечно, как и вода Фалеса, живо, как жива и она.

Оба эти милетских мыслителя еще не отличают материи от силы. Для них не существует такого различия, и материя их, вместе с тем и сила, и сила эта или материя жива. Поэтому и Фалеса и Анаксимандра называют гилозоистами («гило» – материя, «зоэ» –жизнь).

Анаксимандр. Фрагмент картины Рафаэля "Афинская школа", 1510-1511

Анаксимандр – первый философ, оставивший сочинение. Оно называется «О природе» («Пери фюсис») – заглавие, которое сделалось шаблонным, для всего последующего времени. Из сочинения этого милетского мыслителя сохранилась одна замечательная фраза, над объяснением которой немало ломали себе голову исследователи истории философии. Фраза эта гласит: «Из чего вещи происходят, в то они должны и уничтожиться, как этого требует справедливость; ибо они должны претерпеть в определенном порядке времени искупление и наказание за несправедливость».

То же, из чего вещи происходят и во что они уничтожаются, и есть «бесконечное» или «беспредельное» (апейрон) –то самое метафизическое начало, которое представитель милетской школы Анаксимандр поставил на место физического. Много спорят о том, что разумел под беспредельным Анаксимандр. Вернее всего, конечно, то, что он и сам не отдавал себе отчета в его природе.

Но как понимать искупление и наказание, которым подвергаются вещи, ради удовлетворения справедливости? Недаром здесь уже видят иногда зародыш этического воззрения, а именно: думается, что всякое индивидуальное существование несет на себе свой крест за то, что оно вышло из беспредельного, в которое потом опять обратится.

Далеко не так глубок следующий за Анаксимандром третий представитель милетской школы, Анаксимен, родившийся около 585 года до Р. Х. Мир происходит, по его мнению, из воздуха, следовательно, начало его опять физическое, как то была вода Фалеса. Мы имели бы дело с шагом назад, если бы Анаксимен не ввел понятие о процессе и не обосновал бы своей теории лучше, чем то были в состоянии сделать его предшественники. По воззрению Анаксимена, воздух сгущается и разрежается, и так из него все и происходит. Общая черта этого третьего милетского философа с Анаксимандром заключается в том, что воздух бесконечен и находится в вечном движении.

Анаксимен

Из сочинения Анаксимена «О природе» сохранилась только следующая интересная фраза: «Как, будучи воздухом, наша душа нас сдерживает, так и вселенная охватывается дыханием и воздухом». Не надо забывать, что по мифологическим представлениям греков воздух, дыхание и дух долго были синонимами, их отождествляет и Анаксимен. Благодаря тому, что, по его воззрению, воздух разрежается и сгущается, милетский философ Анаксимен в состоянии объяснить происхождение огня, ветра, облаков, земли и воды, чего не могли сделать его предшественники. А, именно, воздух разрежается в огонь, сгущается в ветер, облака, воду, землю и камни. И Анаксимен одинаково гилозоист, потому что воздух его так же жив, как вода Фалеса и беспредельное Анаксимандра.

Все эти три представителя милетской школы космологи, гилозоисты, но они не материалисты, как их иногда называют. Они монисты, поскольку они гилозоисты и, следовательно, не говорят определённо, являются ли их первоосновы материальными или же духовными началами. Хотя монизм милетских философов конкретный и потому похож на материализм. Конкретны, «осязаемы» не только вода и воздух, но и апейрон, потому что он не был для Анаксимандра тем отвлеченным началом, каким мы его считаем теперь. В силу того, что Анаксимен был одним из первых греческих философов, он не в состоянии еще настолько отрешиться от действительности, как это возможно теперь, и его отвлеченное начало является с нашей теперешней точки зрения началом конкретным.

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...esa-miletskogo
Первой философской школой Эллады, а тем самым и Европы была милетская школа, которая возникла в среде греков Малой Азии.

Краткая биография Фалеса Милетского

Основателем философской школы в Милете считается Фалес. Фалес Милетский (конец VII – первая половина VI в. до н. э), первый математик и физик в Ионии, был тесно связан с ближневосточной культурой. Есть даже предание, что философ Фалес был поселившемся в Милете финикийцем, но, может быть, он лишь имел дальних финикийских предков. Он впервые в Ионии предсказал год полного солнечного затмения, произошедшего 28 мая 585 г. до н.э. В 582 г. до н. э. Фалес Милетский был провозглашен первым из «семи мудрецов». Фалес принимал живое участие в политике, советуя ионийским полисам объединиться против внешних врагов: вначале против Лидии, а затем - Персии. Но советам милетского философа не вняли. Во время борьбе Лидии с Персией Фалес, понимая, что Персия для греков опасные лидийцев, содействовал последним как инженер. Он помог Крезу, царю Лидии, перейти через реку Галис, посоветовав вырыть водоотводный канал.

Фалес Милетский

Фалес Милетский дожил до глубокой старости.

В античности ему были приписаны сочинения в прозе: «О началах», «О солнцестоянии», «О равноденствии», «Морская астрология». Сами эти названия говорят о Фалесе как об ученом и философе, искавшем физическое начало мироздания. К сожалению, от этих трудов дошли до нас только их названия.

Фалес Милетский как ученый

Поздняя античная традиция единодушна в том, что все свои первоначальные научные и философские знания Фалес почерпнул в Азии и в Африке, т. е. в Вавилонии, Финикии и Египте. Прокл утверждает, что Фалес принес в Элладу из Египта геометрию. Ямвлих говорит, что свою мудрость Фалес Милетский почерпнул у жрецов Мемфиса и Диополиса. Согласно Аэцию, Фалес занимался философией уже в Египте. Он прибыл в Милет уже далеко не молодым человеком.

В античной традиции Фалес Милетский – первый астроном и математик. Младший современник его, Гераклит, знает Фалеса не как философа, а лишь как астронома, прославившегося предсказанием солнечного затмения. Однако, как и вавилоняне и египтяне, он не понимал того, что действительно происходит на небе во время затмений. Его представления о небе были совершенно неверными. Фалес просто опирался на ту периодичность замечаний, которую обнаружили жрецы Аккада, Шумера, Египта.

Фалесу Милетскому приписывалось также открытие годового движения Солнца на фоне «неподвижных» звезд, определение времени солнцестояний и равноденствий, понимание того, что Луна светит (как все философоведы и в том числе историки философии) не своим светом, и т. п. В небесных телах он видел воспламенившуюся землю. Фалес разделил небесную сферу на пять зон. Он ввел календарь, определив продолжительность года в 365 дней и разделил его на 12 тридцатидневных месяцев, отчего пять дней выпадали из месяцев и были помещены в начало года так, как это было принято в те времена в Египте.

В области геометрии Фалес установил ряд равенств: вертикальных углов, треугольников с равной стороной и равными прилегающими к ней углами, углов при основании равнобедренного треугольника, разделенных диаметром частей круга. Фалес вписал в круг прямоугольный треугольник. Ученым жрецам Вавилонии и Египта это было известно, но для Эллады стало открытием. Однако принципиально новое состояло в том, что уже Фалес стал преподавать математику не только в эмпирической, но и в отвлеченной форме.

Как физик Фалес Милетский пытался понять причину летних разливов Нила. Он ошибочно нашел ее во встречном пассатном ветре, который, затрудняя движение воды Нила, вызывал повышение его уровня. Нил же разливается в результате летнего таяния снегов в одном его истоке и летних дождей в другом, эти верховья были найдены с громадными жертвами со стороны энтузиастов-путешественников только в прошлом веке.

Основные идеи философии Фалеса Милетского

Самая ранняя информация о философии Фалеса Милетского пришла к нам от Аристотеля. В аристотелевской «Метафизике» сказано: «Из тех, кто первым занялся философией, большинство считало началом всех вещей одни лишь начала в виде материи: то, из чего состоят все вещи, из чего первого они возникают и во что в конечном счете уходят, причем основное пребывает, а по свойствам своим меняется, это они и считают элементом и началом вещей. И поэтому они полагают, что ничто не возникает и не погибает, так как подобная основная природа всегда сохраняется... Количество и форму для такого начала не все указывают одинаково, но Фалес – родоначальник такого рода философии – считает ее водою» (Аристотель. Метафизика. Кн. I. Гл. 3).

Вода Фалеса – философское переосмысление гомеровского Океана, шумеро-аккадского Абзу (Алсу). Правда, название его сочинения «О началах» допускает, что Фалес поднялся до понятия первоначала, иначе он не стал бы философом. Фалес, понимая воду как начало, наивно заставляет плавать на ней землю – в этой форме он и представляет субстанциальность воды, она буквально пребывает подо всем, на ней все плавает.

С другой стороны, это не просто вода, а вода «разумная», божественная. Мир полон богов (политеизм). Однако эти боги действуют в мире силы, они также души как источники самодвижения тел. Так, например, магнит, согласно философии Фалеса, имеет душу, потому что он притягивает железо. Солнце и другие небесные тела питаются испарениями воды. Сказанное можно подытожить словами Диогена Лаэртского о Фалесе: «Началом всего он полагал воду, а мир считал одушевленным и полным божеств» (Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979. С. 71. Далее – ДЛ. С. 71).

Стихийный материализм Фалеса содержал в себе возможность позднейшего раскола. Божество космоса – разум. Перед нами здесь не только антимифологичность Фалеса, поставившего на место Зевса разум, логос, сына Зевса, который отрицал своего отца, но и заложенная в протофилософском учении возможность идеализма.

Онтологический монизм философии Фалеса связан с её гносеологическим монизмом: все знание надо сводить к одной единой основе. Фалес сказал: «Многословие вовсе не является показателем разумного мнения». Здесь Фалес высказался против мифологического и эпического многословия. «Ищи что-нибудь одно мудрое, выбирай что-нибудь одно доброе, так ты уймешь пустословие болтливых людей». Таков девиз первого древнезападного философа, его философское завещание.

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...i-pifagorejtsy
Пифагор, родившийся около 580-570 до Р. Х. на острове Самосе, сын резчика драгоценных камней или купца Мнесарха, был человек, одаренный замечательною физическою красотою и великою силою ума. В дошедших до нас известиях его жизнь облечена мифическим и мистическим туманом. В молодости Пифагор усердно занимался математикой, геометрией и музыкой; по словам Гераклита, не было человека, который столько и с таким успехом трудился для исследования истины и приобрел такие обширные знания. Есть известие, что он учился философии у Ферекида. Для расширения своих знаний, Пифагор долго путешествовал: жил в европейской Греции, на Крите, в Египте; предание говорит, что жрецы египетского религиозного центра, Гелиополя, посвятили его в таинства своей мудрости.

Когда Пифагору было около 50 лет, он переселился с Самоса в южноиталийский город Кротон, чтобы заняться там практическою деятельностью, для которой не было простора на Самосе, подпавшем под владычество тирана Поликрата. Граждане Кротона были мужественные люди, не поддававшиеся соблазнам роскоши и сладострастной изнеженности, любившие заниматься гимнастикой, крепкие телом, деятельные, стремившиеся прославлять себя храбрыми подвигами. Их образ жизни был простой, нравы их были строги. Пифагор скоро приобрел между ними много слушателей, друзей, приверженцев своим учением, проповедовавшим самообладание, направленным к стройному развитию душевных и физических сил человека, своею величественною наружностью, импонирующими манерами, чистотою своей жизни, своею воздержностью: он ел только мед, овощи, фрукты, хлеб. Подобно ионийским философам (Фалесу, Анаксимандру и Анаксимену), Пифагор занимался исследованиями о природе, об устройстве вселенной, но шел в своих исследованиях другим путем, изучал количественные отношения между предметами, старался формулировать их цифрами. Поселившись в дорийском городе, Пифагор дал своей деятельности дорийское, практическое направление. Та система философии, которая называется пифагорейской, была выработана, по всей вероятности, не им самим, а его учениками – пифагорейцами. Но основные её мысли принадлежат ему. Уже сам Пифагор находил таинственный смысл в числах и фигурах, говорил, что «число составляет сущность вещей; сущность предмета – число его», ставил гармонию верховным законом физического мира и нравственного порядка. Есть легенда, что он принес гекатомбу богам, когда открыл геометрическую теорему, которая называется его именем: «в прямоугольном, треугольнике квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов».

Пифагор и школа пифагорейцев делали смелые, хотя во многом фантастические попытки объяснить устройство вселенной. Они полагали, что все небесные тела и в том числе сама земля, имеющая шарообразную форму, и другая планета, которую они называли противоположною земле, движутся по круговым орбитам около центрального огня, от которого получают жизнь, свет и теплоту. Пифагорейцы считали, что орбиты планет находятся между собою в пропорциях, соответствующих интервалам тонов семиструнной кифары и что из этой пропорциональности расстояний и времен обращения планет возникает гармония вселенной; целью жизни человека они ставили то, чтобы душа приобретала гармоническое настроение, посредством которого она делается достойной возвратиться в область вечного порядка, к богу света и гармонии.

Философия Пифагора скоро получила в Кротоне практическое направление. Слава его мудрости привлекла к нему много учеников, и он образовал из них пифагорейский союз, члены которого были возводимы к чистоте жизни и к соблюдению всех нравственных законов» религиозными обрядами посвящения, нравственными заповедями и принятием особенных обычаев.

По дошедшим до нас преданиям о союзе пифагорейцев, он был религиозно-политическим обществом, состоявшим из двух классов. Высшим классом пифагорейского союза были Эзотерики, число которых не могло превышать 300; они были посвящены в тайные учения союза и знали окончательные цели его стремлений; низший класс союза составляли Экзотерики, непосвященные в таинства. Принятию в разряд пифагорейцев-Эзотериков предшествовало строгое испытание жизни и характера ученика; во время этого испытания он должен был хранить молчание, исследовать свое сердце, трудиться, повиноваться; должен был приучать себя к отречению от житейской суеты, к аскетизму. Все члены пифагорейского союза вели умеренный, нравственно-строгий образ жизни по установленным правилам. Они собирались заниматься гимнастическими упражнениями и умственными трудами; обедали вместе, не ели мяса, не пили вина, совершали особенные богослужебные обряды; имели символические изречения и знаки, но которым узнавали друг друга; носили льняную одежду особенного покроя. Есть предание, что в школе пифагорейцев была введена общность имущества, но, кажется, что это – вымысел позднейших времен. Баснословные прикрасы, которыми затуманены известия о жизни Пифагора, распространяются и на союз, основанный им. Недостойные члены были позорным образом исключаемы из союза. Нравственные заповеди союза и правила жизни для его членов были изложены в «Золотых изречениях» Пифагора, имевших, вероятно, символический и загадочный характер. Члены пифагорейского союза были преданы своему учителю с таким благоговением, что слова: «он сам сказал» считались несомненным доказательством истины. Одушевленные любовью к добродетели, пифагорейцы составляли братство, в котором личность человека была совершенно подчинена целям общества.

Основаниями пифагорейской философии были число и гармония, понятия о которых совпадали для пифагорейцев с идеями закона и порядка. Нравственные заповеди их союза имели своею целью водворить в жизни закон и гармонию, потому они усиленно занимались математикой и музыкой, как наилучшими средствами для доставления душе спокойного, гармонического настроения, которое было для них высшею целью воспитания и развития; усердно занимались гимнастикой и медициной, чтобы доставлять телу силу и здоровье. Эти правила Пифагора и торжественное служение Аполлону, богу чистоты и гармонии, соответствовали общим понятиям греческого народа, идеалом которого был «красивый и добрый человек», а в частности они соответствовали господствующему направлению граждан Кротона, которые издавна славились как атлеты и врачи. Пифагорейские нравственные и религиозные учения имели в себе много подробностей, странно противоречивших претензии пифагоровой системы на математическую основательность; но энергичное, глубокое стремление пифагорейцев найти «объединяющую связь», «закон вселенной», привести жизнь человека в гармонию с жизнью вселенной, имело в практическом отношении благотворные результаты.

Члены школы пифагорейцев строго исполняли обязанности, которые были предписаны им «золотыми изречениями» учителя; они не только проповедовали, но и на деле соблюдали благочестие, почтительность и признательность к родителям и благодетелям, покорность закону и начальству, верность дружбе и браку, верность данному слову, воздержность в наслаждениях, умеренность во всем, кротость, справедливость и другие добродетели. Пифагорейцы всеми силами старались обуздывать свои страсти, подавлять в себе все нечистые побуждения, «охранять в душе гармоническое спокойствие; они были друзьями порядка и закона. Они держали себя миролюбиво, рассудительно, старались избегать всяких поступков и слов, нарушающих общественную тишину; по их манерам, по тону разговора было видно, что они люди, пользующиеся невозмутимым душевным миром. Блаженное сознание ненарушимости душевного спокойствия составляло счастье, к которому стремился пифагореец. В конце вечера, готовясь лечь спать, пифагореец был обязан играть на кифаре, чтобы звуки её дали душе гармоническое настроение.

Само собою разумеется, союз, к которому принадлежали благороднейшие и влиятельнейшие люди Кротона и других греческих городов южной Италии, не мог не иметь влияния на общественную жизнь, на государственные дела; по понятиям греков, достоинство человека состояло в его гражданской деятельности. И действительно мы находим, что не только в Кротоне, но и в Локрах, Метапонте, Таренте и в других городах члены школы пифагорейцев приобрели влияние на управление государственными делами, что в собраниях правительственного совета они обыкновенно имели преобладание благодаря тому, что действовали единодушно. Пифагорейский союз, будучи религиозно-нравственным обществом, был вместе с тем политическим клубом (гетерией); у них был систематический образ мыслей по вопросам внутренней политики; они образовали полную политическую партию. По характеру учения Пифагора, эта партия была строго аристократическая; они хотели, чтобы владычествовала аристократия, но аристократия образованности, а не знатности. Стремясь преобразовать государственные учреждения по своим понятиям, оттеснить от управления старинные знатные фамилии и не допустить до участия в управлении демократию, требовавшую политических нрав, они навлекли на себя вражду и знатных родов и демократов. Кажется, впрочем, что сопротивление со стороны аристократов было не очень упорно, отчасти потому, что учение пифагорейцев само имело аристократическое направление, отчасти потому, что почти все пифагорейцы принадлежали к аристократическим фамилиям; впрочем Килон, ставший вождем их противников, был аристократ.

Демократическая партия сильно ненавидела пифагорейцев за их надменность. Гордясь своей образованностью, своей новой философией, показывавшею им небесные и земные дела не в том свете, в каком представлялись они по народному верованию. Гордясь своими добродетелями и своим саном посвященных в таинства, они презирали толпу, принимающую «призрак» за истину, раздражали народ тем, что чуждались его и говорили на таинственном языке, непонятном ему. До нас дошли изречения, приписываемые Пифагору; быть может, они и не принадлежат ему самому, но в них высказывается дух пифагорейского союза: «Делай то, что считаешь хорошим, хотя бы это подвергало тебя опасности изгнания; толпа не способна правильно судить о благородных людях; презирай же её похвалу, презирай её порицание. Уважай своих братьев как богов, а других людей считай презренной чернью. Непримиримо веди борьбу с демократами».

При таком образе мыслей пифагорейцев неизбежна была их гибель как политической партии. Разрушение города Сибариса имело последствием катастрофу, уничтожившую пифагорейский союз. Дома их общественных собраний повсюду были сожжены, сами они были убиты, или изгнаны. Но учение Пифагора сохранилось. Отчасти по своему внутреннему достоинству, отчасти по склонности людей к таинственному и чудесному, оно имело приверженцев и в позднейшие времена. Знаменитейшие из пифагорейцев следующих столетий были Филолай и Архит, современники Сократа, и Лисис, учитель великого фиванского полководца Эпаминонда.

Пифагор умер около 500 года; предание говорит, что он дожил до 84 лет. Приверженцы его учения считали его святым человеком, чудотворцем. Фантастичность мыслей пифагорейцев, их символический язык и странные выражения подавали повод аттическим комикам смеяться над ними; вообще они доводили до крайности щегольство ученостью, за которое Гераклит осуждал Пифагора. Их чудесные рассказы о Пифагоре облекли его жизнь мифическим туманом; все известия о его личности и деятельности искажены баснословными преувеличениями.

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...kola-filosofii
Основывая все на представлениях о мере и числе, пифагорейская школа старалась объяснить ими формы предметов и отношения отдельных предметов к первобытному единству бытия. Законы этих отношений она определяла простыми числами, составляющими, по её мнению, сущность всех предметов и форм предметов. Единицу пифагорейцы уподобляли точке, число 2 соответствовало, по их мнению, линии, число 3 плоскости, число 4 соответствовало отдельному предмету. Они основывали эти выводы на следующих соображениях: «прямая линия имеет своими пределами две точки; простейшая прямолинейная фигура имеет своими границами три линии; простейшее правильное тело имеет своими пределами четыре плоскости; а точка это – неделимая единица». Но не только геометрические фигуры, но и самые предметы представлялись пифагорейцам числами. Все землянистые тела состоят, по их мнению, из частиц, имеющих форму куба; частицы огня имеют форму тетраэдра или пирамиды; частицы воздуха форму восьмигранника, частицы воды форму двадцатигранника, частицы всех других простых тел форму двенадцатигранника. А знание формы было, по учению пифагорейской школы, знанием сущности предмета, определяемой исключительно формою его; потому числа были, по её мнению, не только формой, но и самою сущностью предметов.

Отождествляя материю с формой, принимая числа не за обозначение пропорций между предметами, а за сущность самих предметов, пифагорейская школа приходила к очень странным мыслям. По её учению, все числа более десяти – только повторения первых десяти чисел. Число десять, в котором заключаются все числа и все силы чисел, – число совершенное, «начало и правитель небесной и земной жизни». Подобное ему значение, согласно взглядам пифагорейской школы, имеет число четыре: во-первых, потому, что сумма первых четырех чисел образует совершенное число десять, а во вторых потому, что число 4 – первое квадратное число; поэтому оно «великое число, источник и корень вечной природы». Единица, из которой произошло число десять – первоначальнейший источник всего существующего. Число семь, занимающее середину между 4 и числом 10 (4 + 3=7; 7 + 3=10), тоже имеет очень большую важность; десять небесных тел движутся по семи кругам.

В понятия о числах пифагорейцы влагали весь физический и весь нравственный мир, отождествляя количественные отношения между предметами с сущностью предметов. Так например, они говорили, что «справедливость производится перемножением равного на равное, то есть, она – квадратное число, потому что она воздает равным за равное»; и они называли справедливость числом 4, потому что оно первое квадратное число, или числом 9, потому что оно квадрат первого нечетного числа. Число 5, соединение первого мужского (нечетного) числа 3 с первым женским (четным) 2, было в пифагорейской философии сущностью брака; здоровье, по её учению, было число 7; любовь и дружба были число 8; единица была разум, потому что разум неизменен; число 2 было «мнение», потому что оно изменчиво; и т. д.

Гармония в пифагорейской философии

С учением о числе теснейшим образом соединено в пифагорейской философии учение о гармонии, о переходе противоположности в тождество. Все числа разделяются на четные и нечетные; четные – неограниченны, нечетные – ограниченны. В единице еще нет раздвоения; оно возникает в числе 2; в числе 3 единица сливается с числом 2; потому число 3 – первое примирение противоположностей. Нечетное число, согласно пифагорейской школе, – владычество единства над противоположностями, потому оно лучше, совершеннее четного. Четное число – раздвоение, не подведенное под границу единства; в нем не примирены противоположности; потому в нем нет совершенства. Всякий отдельный предмет имеет характер несовершенства; а совершенство создаётся подведением противоположных несовершенств под единство. Связью между ними служит гармония, примиряющая противоположности, превращающая разногласие в согласие. Гармония есть сочетание тонов; тоны тоже числа; но система этих чисел не та, что система чисел поверхностей и тел; она имеет своим основанием не 10, а 8 (октаву). Пифагор нашел, что разница тонов, издаваемых струнами кифары, соответствует точным пропорциям длины струн; что одна и та же струна, натягиваемая разными тяжестями, изменяет тон тоже в точной пропорции с весом их. Он определил, что основной тон относится к октаве, как 1 к 2, к кварте как 3 к 4, к квинте как 2 к 3. Таким образом, по пифагорейской философии, оказывалось, что число – причина гармонии тонов, что дивная сила музыки – результат таинственного действия чисел.

Учения пифагорейской школы о числах и гармонии сильно повлияли на многих других древнегреческих мыслителей – например, на философию Платона.

Пифагорейское учение о вселенной

Подобно ионийским мудрецам, пифагорейская школа старалась объяснить происхождение и устройство вселенной. Благодаря своим усердным занятиям математикою, философы-пифагорейцы составили себе об устройстве мира понятия, более близкие к истине, чем у других древнегреческих астрономов. Понятия их о происхождении вселенной были фантастичны. Пифагорейцы говорили о нем так: в центре вселенной образовался «центральный огонь»; они называли его монадой, «единицею», потому что он – «первое небесное тело». Он – «мать богов» (небесных тел), Гестия, очаг вселенной, жертвенник вселенной, страж её, жилище Зевса, престол его. Действием этого огня, согласно мнению пифагорейской школы, созданы другие небесные тела; он – центр силы, сохраняющей порядок вселенной. Он притягивал к себе ближайшие части «беспредельного», то есть ближайшие части вещества, находящегося в беспредельном пространстве; постепенно расширяясь, действие этой силы его, вводившей беспредельное в пределы, дало устройство вселенной.

Около центрального огня вращаются, по направлению с запада на восток, десять небесных тел; самое отдаленное из них – сфера неподвижных звезд, которую пифагорейская школа считала одним сплошным целым. Ближайшие к центральному огню небесные тела – это планеты; их пять. Далее их от него расположены, по пифагорейской космогонии, солнце, луна, земля и небесное тело, составляющее противоположность земле, антихтон, «противоземля». Оболочку вселенной составляет «огонь окружности», который надобен был пифагорейцам для того, чтобы окружность вселенной гармонировала с центром её. Центральный огонь пифагорейцев, центр вселенной, составляет основание порядка в ней; он норма всего, связь всего в ней. Земля вращается около центрального огня; форма её шарообразна; жить можно только на верхней половине её окружности. Пифагорейцы полагали, что и она и другие тела движутся по круговым путям. Солнце и луна, шары, состоящие из вещества, подобного стеклу, получают свет и теплоту от центрального огня и передают земле. Она вращается ближе к нему, чем они, но между ним и нею вращается противоземля, имеющая тот же путь и такой же период своего круговращения, как она; потому-то центральный огонь постоянно закрыт этим телом от земли и не может давать свет и теплоту прямо ей. Когда земля в своем дневном круговращении находится на той же стороне от центрального огня, как солнце, то на земле день, а когда солнце и она на разных сторонах, то на земле ночь. Путь земли находится в наклонном положении относительно пути солнца; этим правильным своим сведением пифагорейская школа объясняла смену времен года; кроме того, если бы путь солнца не был наклонным относительно пути земли, то земля при каждом своем ежедневном круговращении проходила бы прямо между солнцем и центральным огнем и каждый день производила бы солнечное затмение. Но при наклонности её пути относительно путей солнца и луны, она лишь изредка бывает на прямой линии между центральным огнем и этими телами, и закрывая их своею тенью, производит их затмения.

В пифагорейской философии считалось, что небесные тела подобны земле, и как она, окружены воздухом. На луне есть и растения и животные; они гораздо больше ростом и прекраснее, чем на земле. Время обращения небесных тел около центрального огня определяется величиною проходимых ими кругов. Земля и противоземля обходят свои круговые пути в сутки, а луне нужно на это 30 дней, солнцу, Венере и Меркурию нужен целый год, и т. д., а звездное небо совершает свой круговой оборот в период, продолжительность которого не определялась пифагорейской школой точно, но составляла тысячи лет, и который назывался «великим годом». Неизменная правильность этих движений обусловливается действием чисел; потому число – верховный закон устройства вселенной, сила, правящая ею. А пропорциональность чисел – гармония; потому правильное движение небесных тел должно создавать гармонию звуков.

Гармония сфер

На этом было основано учение пифагорейской философии о гармонии сфер; оно говорило, что «небесные тела своим вращением около центра производят ряд тонов, сочетание которых составляет октаву, гармонию»; но человеческое ухо не слышит этой гармонии, как и человеческий глаз не видит центрального огня. Гармонию сфер слышал только один из всех смертных, Пифагор. При всей фантастичности своих подробностей, учение пифагорейской школы об устройстве вселенной составляет, по сравнению с понятиями прежних философов, большой астрономический прогресс. Прежде, суточный ход перемен объясняли движением солнца около земли; пифагорейцы стали объяснять его движением самой земли; от их понятия о характере её суточного круговращения легко было перейти к понятию, что она вращается около своей оси. Надо было только отбросить фантастический элемент, и получалась истина: противоземля оказывалась западным полушарием земного шара, центральный огонь оказывался находящимся в центре земного шара, вращение земли около центрального огня превращалось в круговращение земли около оси.

Пифагорейское учение о переселении душ

Учение о числах, о сочетании противоположностей, заменяющем беспорядок гармонией, служило в пифагорейской школе философии основанием и для системы нравственных и религиозных обязанностей. Как во вселенной владычествует гармония, так должна владычествовать она в индивидуальной и в государственной жизни людей: единство и тут должно господствовать над всеми разнородностями, нечетный, мужской элемент, над четным, женским, спокойствие над движением. Потому первая обязанность человека – подводить под гармонию все противоположные одни другим влечения души, подчинять инстинкты и страсти владычеству разума. По пифагорейской философии, душа соединена с телом и наказание за грехи, погребена в нём, как в темнице. Потому она не должна самовластно освобождаться от него. Она и любит его, пока соединена с ним, потому что получает впечатления только посредством чувств тела. Освободившись от него, она ведет бестелесную жизнь в лучшем мире.

Но в этот лучший мир порядка и гармонии душа, согласно учению пифагорейской школы, вступает лишь в том случае, если она установила в себе гармонию, если сделала себя достойной блаженства добродетелью и чистотою. Негармоничная и нечистая душа не может быть принята в царство света и вечной гармонии, которым правит Аполлон; она должна возвратиться на землю для нового странствования по телам животных и людей. Итак, пифагорейская школа философии имела понятия, сходные с восточными. Она считала, что земная жизнь – время очищения и подготовки и будущей жизни; нечистые души удлиняют для себя этот период наказания, должны подвергаться возрождениям. Средствами приготовить душу к возвращению в лучший мир служат, согласно пифагорейцам, такие же правила очищения и воздержания, как в индийской, персидской и египетской религиях. У них, как и у восточных жрецов, необходимыми пособиями дли человека на пути земной жизни были заповеди о том, какие формальности нужно исполнять в разных житейских случаях, какую пищу можно есть, от какой следует воздерживаться. По взглядам пифагорейской школы, человек должен молиться богам в белой льняной одежде, и хоронить его надо тоже в такой одежде. Подобных правил у пифагорейцев было много.

Давая такие заповеди, Пифагор сообразовался с народными верованиями и обычаями. Греческий народ не был чужд религиозной формалистики. Греки имели обряды очищения, и у их простолюдинов было много суеверных правил. Вообще Пифагор и его философская школа не противоречили народной религии так резко, как другие философы. Они только старались очистить народные понятия и говорили о единстве божественной силы. Аполлон, бог чистого света, дающий миру теплоту и жизнь, бог чистой жизни и вечных гармонии, был единственным богом, которому пифагорейцы молились и приносили свои бескровные жертвы. Они служили ему, одевшись в чистое платье, омыв тело и озаботившись очистить свои помышления; во славу ему пели они свои песни с аккомпанементом музыки и совершали торжественные процессии.

Из пифагорейского царства Аполлона было исключено все нечистое, негармоническое, беспорядочное; человек, который был на земле безнравственным, несправедливым, нечестивым, не получит доступа в это царство; он будет возрождаться в телах разных животных и людей, пока этим процессом очищения достигнет непорочности и гармонии. Чтобы сократить странствования души по разным телам, пифагорейская философия изобрела священные, таинственные обряды («оргии»), которыми улучшается судьба души по смерти человека, доставляется ей вечное спокойствие в царстве гармонии.

Последователи Пифагора говорили, что он сам был одарен способностью узнавать в новых телах те души, которые знал прежде, и что он помнил все свое прошедшее существование в разных телах. Однажды в Аргосском арсенале, взглянув на один из находившихся там щитов, Пифагор заплакал: он вспомнил, что он носил этот щит, когда сражался против осаждавших Трою ахейцев; он был тогда тем Эвфорбом, которого убил Менелай в бое между троянцами и ахейцами за тело Патрокла. Та жизнь, в которой он был философом Пифагором, была пятая жизнь его на земле. Бестелесные души, по учению пифагорейской философии, – духи («демоны»), живущие или под землею, или в воздушном пространстве и довольно часто вступающие в сношения с людьми. От них получали пифагорейская школа свои откровения и пророчества. Однажды Пифагор, при своем посещении царства Аида, видел, что души Гомера и Гесиода подвергаются там тяжким мучениям за свои обидные вымыслы о богах.

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...henie-pifagora
Жизнь Пифагора

Учение Пифагора – одно из самых интересных явлений в греческой философии. Оно имеет самостоятельное значение и важно, как один из элементов в философии Платона, если его и нельзя считать главным её элементом. Направление Пифагора проходит через всю историю греческой философии: оно зарождается одновременно с милетской школой и преобразуется в течение последнего её периода в неопифагорейство.

Замечательно, что, чем дальше отодвигаемся мы от пифагорейства или чем позже жил какой-нибудь комментатор, тем обильнее его сведения, тем больше знает он об учении Пифагора и о нём самом, тем красноречивее его повествование, – и не менее красноречиво молчат те, которые могли бы говорить, потому что их не отделяют века. Поэтический вымысел украсил фигуру кротонского мудреца полулегендарными чертами – божественный Пифагор помнит свои предшествовавшие жизни, его окружает всеобщее обожание, римский царь Нума Помпилий не кто иной, как его ученик. Этот самый вымысел облекся в историческую форму, и на его почве выросло то неверное сведение, которое долго повторялось и пустило глубокие корни, – то именно, что Пифагор первый назвал себя философом. Новейшие исследования доказали, что термин этот вошел в употребление лишь при учениках Сократа: только в IV в. до Р. Х. слова мудрость (софия) и софистика начинают заменяться новым выражением «философия», т. е. «любовь к мудрости».

Есть историки философии, которые отрицают всякое научное значение учения Пифагора и видят весь его смысл в религиозных верованиях, в спасении души. Но можно ли считать пифагорейство только сектой? В чем собственно его значение?

Религиозные верования пифагорейцев не более, как нити, которые связывают это учение с Востоком. Нити эти начинаются и кончаются узлами и узлы эти распутать трудно, если только не невозможно. Действительно ли Пифагор проник в тайны египетских жрецов и оттуда ли вынес он свое убеждение, что тело – могила души, а такжеверу в бессмертие душ, в суд над ними и их переселение? Был ли основатель великого греческого учения в Вавилоне и не под влиянием ли Зенд-Авесты перенес в Грецию совершение бескровных жертв? Проник ли он в Индию и ни заимствовал ли теорию зрения у брахманов? Путешествия Пифагора один из коньков исследователей Востока и предмет нападок для всех тех, которые отрицают самобытность греческой философии. Желая отрицать заимствования, исследователи эти отрицают обыкновенно и сами путешествия.

Нет ничего невозможного в том, что торговые дела отца могли заставить Пифагора предпринять путешествия в Египет, Вавилон и даже Индию, однако он мог вынести свои религиозные верования и из иного источника. А именно: приписываемое Пифагору учение о бессмертии души встречается уже у Гесиода, и другими чертами, характеризующими его верования, запечатлены орфические теогонии. Геродот упоминает о египетском происхождении орфических и пифагорейских мистерий (II, 49, 81, 123). Но были ли эти элементы занесены в пифагорейство непосредственно или же через посредство орфиков, решить и трудно и несущественно. Одинаково труден и несущественен вопрос, был ли Пифагор учеником Ферекида – автора одной из теогоний, и не оттуда ли заимствовал он учение о переселении душ в демонов. Невероятно то, что он был учеником милетского философа Анаксимандра, хотя между этими учениями и существует известная связь.

Но важность учения Пифагора заключается не в религиозных верованиях. Смысл его составляет глубокое философское мировоззрение.

Пифагору в числе других (чуть ли не 20-ти) сочинений приписываются и Золотые стихи, где встречается немало мыслей, вошедших в поговорку, и других более глубоких, но менее известных вроде того, что «помогай тому, кто несет свою ношу, а не тому, кто сбирается ее сбросить», «ценность статуи заключается в её форме, достоинство человека в его поступках». Идеалом Пифагора и было богоподобие и, согласно его учению, для того, чтобы сделаться Богом, надо было стать сначала человеком. Учение Пифагора обладало всеми чертами яркой этической теории.

Обаятельна личность Кротонского мудреца. В рассказах о нём Пифагор окружен ореолом красоты, красноречия и глубокомыслия. По словам источников, «он никогда не смеялся». Его биография покрыта туманной дымкою: рождение между 580 и 570 гг. до Р. Х., переселение с острова Самоса (у берегов Малой Азии) в южноиталийскую колонию Кротон между 540 и 530 гг., потом бегство в соседний Метапонт и смерть в преклонных годах. Это все, что мы знаем о Пифагоре положительного.

Кротон был ахейско-лаконской колонией в южной Италии, городом не менее богатым, чем знаменитый Сибарис, и богатым благодаря морской торговли. Жители его отличались строгостью нравов и склонностью к занятиям физическими и медицинскими науками. Соединение ионийского и дорического элементов, т. е. демократического духа с аристократическим нашло отклик и в самом Пифагоре. Он иониец по крови, дориец по характеру, и второй элемент в нем сильнее первого.

Пифагорейский союз

Дорическим называется обыкновенно и тот аристократический союз – политический, нравственный и религиозный – который был основан Пифагором в Кротоне и взял в свое управление город. Личность Пифагора уже достаточно обрисовывается тем фактом, что он был в состоянии образовать такой союз. Ведь сколько Платон ни стремился к тому, чтобы осуществить своё «Государство», оно так и осталось на бумаге. Союз же Пифагора, руководившийся его учением, просуществовал целых два века с VI по IV-й до Р. Х. и действительно послужил целям реорганизации государства и поднятия личности.

Несомненно, что Пифагор пользовался безусловным авторитетом. Свято было то, что «он сказал», как для членов союза, так одинаково и для тех, кто к нему еще не принадлежал и желал быть только в него принятым. Принятию в пифагорейский союз предшествовал долговременный искус. Он продолжался не менее двух лет, а случалось, что и пять. Требовалось не только воздержание от мясной пищи (оно не было, по-видимому, полным), но и молчание (неизвестно, было ли оно безусловным или нет). Интереснее всего было то, что в обязанность вменялось самонаблюдение – следовало подвергать анализу собственные действия. Пифагористы или внешние члены школы, иначе экзотерики («экзо» – по-гречески: «вне»), которых называли также акузматиками («слушателями»), не удостаивались лицезреть того, кто «сказал» – его скрывала от их недостойных взоров занавес. Лишь, когда пифагорист переходил во второй класс, т. е. обращался в пифагорейца, собственно члена союза или эзотерика (от греческого «внутри») и допускался к занятиям математикой, для него не было уже более и занавеси, скрывавшей самого учителя Пифагора. Существовал еще один высший класс – третий. К нему принадлежали избранные члены союза или пифагорики, иначе физики. Они посвящались во все секреты учения Пифагора и занимались исследованием тех законов, на которых зиждется вселенная.

Все члены пифагорейского союза были связаны тайною. Историки философии много спорят о том, в чем она заключалась. По мнению Целлера, не было другой тайны, кроме запрещения излагать учение Пифагора письменно. Первый, кто ее нарушил, был современник Сократа Филолай, который молодым слушал престарелого Пифагора. Отрывки сочинений Филолая, собранные Бёком (Boecch Philolaos, 1819) являются теми единственными сведениями об учение Пифагора, которым можно вполне доверять, тем более, что они не противоречат тому, что говорит о пифагорейцах Аристотель. Но существуют и подложные отрывки сочинений Филолая, которые и не вошли по этой причине в книгу Бека.

Философия Пифагора

Порядок и гармония являются теми главными началами, на которых основано учение Пифагора. Практическим же осуществлением порядка и гармонии служил созданный им союз. Пифагор первый назвал вселенную космосом, т. е. признал в ней существование порядка и гармонии. Гармония (буквально – «созвучие») – это правильное движение светил вокруг мирового огня или Гестии. Весьма характерно, что когда число планет оказалось неправильным (их только девять), Пифагор прибавил к ним ради порядка и гармонии десятую, назвав её аптиподом земли или Противоземлей.

Не в этой ли «поправке вселенной» кроется причина того, почему мрачный Гераклит – этот самый замечательный мыслитель первого периода греческой философии, отнесся к Пифагору с явным пренебрежением. Он назвал его не только «полигистором» (многознающим) и «эклектиком», но даже считал «искусство его ложным». Это передает нам Диоген Лаэртский, живший в III в. после Р. X.

Об учении Пифагора мы узнаем от Филолая еще следующее: «Природа, сущая в космосе, гармонически составлена из беспредельного и определяющего: так устроен космос и все, что в нем». Всякая вещь имеет, следовательно, границу или предел – это и есть определяющее. Предел и беспредельное или конечное и бесконечное (определяющее и определяемое) играют, таким образом, в учении Пифагора роль двух первоначал. Итак, мы имеем здесь расширение или углубление воззрения Анаксимандра: беспредельному (у Анаксимандра – апейрон) противополагается другое начало – предел. Монизм милетской школы тем самым обращается в дуализм. Пифагор является первым дуалистом, но дуалистом лишь в космологии, а не в психологии.

По свидетельству Аристотеля к этим двум началам в учении пифагорейцев были впоследствии присоединены еще восемь, а, именно: чет и нечет, одно и многое, правое и левое, мужское и женское, покой и движение, свет и тьма, добро и зло, квадрат и продолговатый четырехугольник. Все состоит из противоположностей, и все они сливаются во едином. Этот последний тезис всё же даёт в учении Пифагора монизму преобладание над дуализмом.

Когда идеалом служит порядок и гармония, то и не может быть ничего выше числа. Согласно учению Пифагора, порядок и гармония осуществляются в числе. Число является потому сущностью мира, тайною вещей, душою вселенной. Число не символ, потому что оно гораздо больше символа. И без числа все сливалось бы в беспредельном безразличии. Поскольку вещь – число, она – добро: в число никогда не проникает ложь, потому что ложь противна и ненавистна его природе, а числу свойственна истина. Пифагор сводит добродетель к числам, и такая этика является важной частью всего его философского учения.

Много спорят о том, является ли число Пифагора материальным или идеальным? Скорее всего, это различие не приходило в голову ни самому Пифагору, ни его последователям; числа не были для них ни тем, ни другим. Основное положение учения Пифагора ясно передает Аристотель. А именно: все – число, главное в природе – это число, все остальное, т. е. все вещи – производные от чисел, их подобия (Метафизика. I, 3). Поэтому в мире царствуют гармония и порядок (эти два положения только взаимодополняют одно другое).

Ясно, что раз, что все вещи – числа, то наука чисел и есть наука вещей, и учение Пифагора сводится потому к математике природы. Всякое число имеет свое специфическое значение. Случается не только то, что одна и та же вещь обозначается различными числами, но и то, что одно число соответствует различным вещам.

Согласно философии Пифагора, четные числа бесконечны, нечетные конечны. Граница чисел – единица, а из единицы составляются все остальные числа; в единице заключается возможность всех остальных чисел, а, следовательно, и возможность вселенной. Отсюда ясно её значение. А четверица представляется полнотой числа, тайным источником и корнем его. Пифагор – иерофант (жрец, почитатель) четверицы и позднейшие пифагорейцы ею клялись. Она обозначает справедливость, а также тело, единица же – чистый разум и точку, двоица – науку и линию, троица – мнение и плоскость. Менее интересна, чем четверица, пятерица. В ней сливаются пять внешних чувств и пять стихий (пятая – эфир). Боги, люди, животные, звуки, цвета и все вещи имеют свои числа, и все эти числа сводится к наиболее простым.

Дух человека, по учению Пифагора, очищается от тела с помощью гимнастики, музыки и математики, и таким образом в нем и водворяется гармония и порядок и он проникается числом. Справедливо говорит Аристотель, что пифагорейцы совсем ушли в числа – для них не существует ничего, кроме чисел. Число является альфой и омегою их мировоззрения; вся их философия, как метафизика, так психология с этикой – только математика. Учение пифагорейцев является апофеозом математики, потому что ни одна философская система не увлекалась в такой степени стремлением приложить математику к философии. И математика занимает в ней то место, которое ей не принадлежит. Учение Пифагора так же возвышено, как и холодно – холодно, как то самое число, которое он возвеличил в ущерб действительности, и в силу того, что он быль идеалистом.

Отличие пифагорейства от ионийской школы заключается в том, что вопрос о сущности мира разрешается в формальном смысле слова. Пифагор обращает внимание не на вещество, а только на отношение или на форму. Если ионийцев часто называют (не вполне точно) материалистами, то пифагорейцев можно было бы назвать формалистами, не забывая, однако, что греки понимали под формою не то, что мы понимаем под нею теперь, что они не отделяли еще материи от силы.

Но, во всяком случае, ясно, что религиозные верования пифагорейцев целиком основаны на их философском учении и что ученики Пифагора действительно составляли философскую школу, а не только религиозную секту.

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...nie-anaksagora
Учения ионийских философов – Фалеса, Анаксимандра и Анаксимена – были совершенно непримиримы с предположением о существовании двух принципов: движущей силы и чисто пассивного вечного, неизменного вещества. Поэтому нельзя полагать, чтобы мог совершиться сам собой, без внешнего влияния, переход от систем этих философов к системам дуализма – учению, которое признавало наличие в бытии материи, с одной стороны, и духа, с другой, и делало попытку объяснить их взаимодействие. Мы имеем много фактов, заставляющих думать, что дуалистические системы не развились самостоятельно из учений первых ионийских философов, а созданы влиянием италийско-сицилийской философии на ионийскую. В особенности несомненно влияние Эмпедокла.

Первым представителем дуализма в ионийской философии был Анаксагор Клазоменский (500–428 гг. до Р. Х.). Он занимался философиею на родине, переселился в Афины, прожил там несколько десятков лет, был другом великого Перикла, подвергся преследованию со стороны врагов Перикла, обвинявших его в отрицании государственной религии, бежал в Лампсак (431) и через три года умер там (428).

Анаксагор. Фреска в Национальном университете Афин. Авторы - Э. Лебедзицкий и К. Раль, 1888

По учению Анаксагора, первобытная материя не какое‑нибудь одно вещество. Первоначал много; они состоят из мелких, неразрушимых и неизменных, «однородных частиц» – омеомерий (ομοιομερϊ). Анаксагор обозначает словом «омеомерия» собственно однородность частиц, ошибочно мнение, что названием «омеомерий» обозначаются сами эти частицы. Эти первобытные вещества учения Анаксагора совсем не то, что стихии Эмпедокла («земля, вода, огонь, воздух). Анаксагор говорит, что эти стихии Эмпедокла – вещества не однородные (άνομοιομερϊ) и потому не первобытные; каждая из них – смесь разнородных частиц. Стихий-первоначал и, следовательно, видов омеомерий гораздо больше четырёх, и уж тем более они не сводимы к чему-то одному, как считали философы-ионийцы. От атомов Демокрита омеомерии отличаются тем, что последние, по учению Анаксагора, бесконечно делимы, «ибо сколько ни дробить бытие, в небытие его превратить нельзя», «в малом нет наименьшего, но всегда есть меньшее». Между тем, атомы Демокрита дробить нельзя, и само слово «атом» в переводе с греческого означает «неделимое».

Но бытие, по Анаксагору, не сводится лишь к материальным омеомериям. Всё её развитие и жизнь, соединение и разъединение первоначал, создающие видимые нами предметы и перемены в них, производится действием духовной стихии – разума, Нуса (Νους). Этот разум, по учению Анаксагора, – совокупность всех сил природы и вместе с тем он обладает всеведением, всемогуществом и свободою. Он вносит в материю движение, жизнь и порядок. Жизнь и душа проявления этого разума; деятельностью разума в человеке достигается познание истины, а чувственные впечатления обманчивы. Целью жизни должно быть стремление к истине.

При нынешнем развитии естествознания многие из понятий учения Анаксагора о возникновении мира, о форме и природе небесных тел кажутся странными. Он полагает, что земля лежит неподвижно в центре вселенной на воздухе, форма земли – плоский цилиндр, солнце и звезды – раскаленные каменные массы. Согласно Анаксагору, первоначально все первобытные вещества были перемешаны между собою, это был хаос. Разум произвел круговое движение в одной из частей хаотической массы, движение распространялось, охватывало все больше и больше частей её; это расширение продолжается и теперь и будет продолжаться. По учению Анаксагора, оно идёт чрезвычайно быстро, и быстротою его разные вещества разделяются друг от друга, одни направляются вверх, другие вниз; но разделение между веществами происходит не полное. Даже в тех телах, которые кажутся нам совершенно однородными, примешаны к преобладающему веществу маленькие количества всяких других веществ; разница между телами по форме и по качеству состоит в том, что преобладающие в них вещества различны. Таким образом, из одного тела может произойти совершенно иное, хотя основные элементы тел неизменны.

Сочинение Анаксагора «О природе» было написано на ионийском наречии очень простым слогом, не многосложными периодами, а краткими предложениями. Учение Анаксагора имело большое влияние на мыслящих людей его времени, но противоречило народной религии.

[Русская историческая библиотека]

http://rushist.com/index.php/philoso...emokrit-kratko
Демокрит – краткая биография

Еще последовательнее, чем у Анаксагора было проведено механическое объяснение природы в учении атомистов. Основателем этого учения Аристотель и Феофраст называют Левкиппа, о котором мы кроме этого не имеем почти никаких сведений. Эпикур даже говорил, что Левкипп – лицо вымышленное, и многие новейшие исследователи находят, что Эпикур был прав. Но независимо от того, был Левкипп реальной личностью или нет, важнейшим представителем атомистического учения был Демокрит Абдерский (около 460–370), по мнению одних – основатель этого учения, по мнению других – ученик Левкиппа.

Демокрит был человек обширной учености, много путешествовавший по Востоку. Он написал очень много сочинений и обладал большим литературным талантом. Он отбросил учение Эмпедокла и Анаксагора о том, что первобытная материя состоит из разных веществ; по его учению, основные частицы материи – простые, неделимые тела (ατομοι, атомы) и отличаются друг от друга только величиной и формой. Вторая существенная идея его учения – признание наличия в мире пустого пространства: без пустоты было бы немыслимо движение.

Философ Демокрит

Атомы, согласно Демокриту, находятся в вечном движении, которое постоянно то соединяет, то разъединяет их. Этот процесс соединений и разъединений производит возникновение и исчезновение отдельных предметов; их взаимодействие производит все бесконечное разнообразие существующего. Центр вселенной занимает неподвижная земля. Она имеет форму плоского цилиндра и окружена воздухом, в котором движутся небесные тела. Демокрит считал их массами вещества, подобного земному, увлеченными быстрым круговым движением в высоту и находящимися в раскаленном состоянии. Все части вселенной проникнуты атомами огня, которые очень мелки, круглы и гладки; эти атомы оживляют вселенную. Особенно много их в человеке, который был главным предметом исследований Демокрита. Он доказывал, что человеческий организм устроен очень целесообразно; мозг он считал вместилищем мышления, сердце вместилищем страстей, но тело, но его мнению, только «сосуд души»; заботу о душевном развитии он считал главной обязанностью человека.

Изменчивый мир явлений – мир призрачный; изучение явлений этого мира не может привести к истинному знанию. Признавая чувственный мир призрачным, Демокрит, подобно Гераклиту говорит, что человек должен при всех переменах обстоятельств сохранять душевное спокойствие. Кто умеет различать существенное от случайного, истину от призрака, тот ищет счастья не в чувственных наслаждениях, а в том, чтобы дать своей душевной жизни правильный ход. Цель жизни, по Демокриту, – счастье; но оно состоит не во внешних благах и наслаждениях, а в довольстве, в неизменном спокойствии души, и достигается воздержностью, чистотою мыслей и дел, умственным образованием; счастье человека зависит от того, как он держит себя; боги дают человеку только хорошее, лишь собственным безрассудством он превращает хорошее в дурное. Применение этих мыслей к делам общественной и частной жизни составляет главное содержание нравственной философии Демокрита. Божественные силы – это, по его учению, силы природы в человеческого разума; божества народной религии – это или призраки, созданные фантазиею, олицетворившей в них свои представления о силах природы и нравственные понятия, или духи («демоны»), существа смертные.

Плачущий Гераклит и смеющийся Демокрит. Итальянская фреска 1477

Обширностью знаний, проницательностью ума и последовательностью выводов Демокрит превосходил почти всех прежних и современных ему философов. Его литературная деятельность была весьма многосторонней. Он писал трактаты по математике, по естествознанию, по нравственным наукам, по эстетике, грамматике, по техническим искусствам. Демокрит оказал большие услуги развитию естествознания; мы имеем о них лишь смутные сведения, потому что его сочинения погибли; но надо полагать, что, как натуралист, он был величайшим из всех предшественников Аристотеля, который был очень многим обязан ему и говорит о его трудах с самым глубоким уважением.

[Леонид Мацих]

[Игорь Буккер]

http://www.pravda.ru/society/fashion...566-pifagor-0/
Имя Пифагора мы все знаем со школы, поэтому для многих он прочно связан лишь с теоремой в геометрии. Между тем этот древнегреческий философ, математик и мистик впервые употребил термины "философ" и "философия" (в нашем современном понимании), был сторонником учения метемпсихоза — переселения душ. Кое в чем он даже предвосхитил идеи коммунизма.

Пифагор родился в городе Самос, расположенном на одноименном острове в Эгейском море, который в VI веке до н. э. был одним из самых видных и знаменитых центров эллинского мира. В наиболее авторитетных энциклопедических изданиях не принято указывать год рождения Пифагора. Довольно приблизительно историки называют дату "около 570 года до н. э.". Геродот, живший немногим позже Пифагора и много лет проведший на Самосе, указывал, что отцом мистика был Мнесарх. Автор биографий многих античных философов Диоген Лаэртский добавлял: "Пифагор, сын Мнесарха — камнереза". Тогда так называли мастеров по изготовлению гемм — резных камней, часто использовавшихся в перстнях-печатках.

Только у жившего намного позже Ямвлиха, в отличие от других античных авторов, встречается иное написание имени отца Пифагора — Мнемарх. Возможно это стало следствием описки. В некоторых источниках упоминают его мать. Будто бы ее имя было Парфенида, а новое имя — Пифаида — дал ей ее супруг. Автор недавно вышедшей биографии Пифагора Игорь Суриков по этому поводу замечает: "Крайне сомнительно! Греки вообще-то не практиковали подобное переименование людей, тем более уже взрослых".

Такое имя своей жене Мнесарх дал после посещения оракула Аполлона в Дельфах, чтобы вопросить его относительно плавания в Сирию. Пифия ответила, что плавание будет удачным и прибыльным, а его жена беременна и родит дитя, которое будет выделяться среди всех когда-либо живших красотой и мудростью и принесет людям пользу на все времена. Когда жена разрешилась от бремени в Сидоне, в Финикии, он назвал сына Пифагором, потому что пифия предрекла его рождение. Существует еще одна трактовка его имени. "Аристипп Киренский в книге "О физике" говорит, будто Пифагором его звали потому, что он вещал истину непогрешимо, как пифия", — писал Диоген Лаэртский.

Игорь Суриков объясняет, почему такое толкование тоже маловероятно: "Пифагор (Pythagoras) — обычное древнегреческое имя, встречающееся по большей части вне всякой связи с Аполлоном и Дельфами. Нужно отметить, что древнегреческие личные имена обычно являются "значащими", то есть имеют некий смысл, который можно с той или иной степенью точности передать на других языках, то есть "перевести". Первый элемент имени с наибольшей степенью вероятности происходит от корня pyth-, который означает знание, полученное путем расспросов. Второй же корень, -agor-, имеет отношение к речи, чаще всего публичной. Таким образом, само имя "Пифагор" можно приблизительно понять, как "говорящий об узнанном".

Кстати, маловероятно, что и имя его матери сохранилось. Древние греки в редких случаях упоминали имена женщин, особенно из порядочных слоев общества, в отличие от имен гетер. Фукидид цитировал Перикла, жившего спустя столетие после Пифагора: "Та женщина заслуживает величайшего уважения, о которой меньше всего говорят среди мужчин, в порицание или в похвалу". Возможно, что у Пифагора были братья, но они ничем не прославились и о них мы ничего не знаем. Даже, кто из них был старшим или младшим. Более того, с именем одного из них произошла путаница. А вот имя другого — Тиррена, что означает "этруск", интересно вот по какой причине. В источниках порой отмечают, что и сам Мнесарх был не греком, а этруском, вот и сына своего назвал в честь народа, к которому якобы принадлежал. Известно, что в возрасте примерно 40 лет Пифагор уехал с Самоса в Италию. Может быть на родину предков? Этруски же уже в древности слыли народом загадочным, причастным к тайным знаниям и оккультизму.

Еще в античности бытовало мнение, что первым употреблять слова "философия" (буквально: "любомудрие") и "философ" (буквально: любомудр) стал именно Пифагор, учивший, что "мудрецом может быть только бог, а не человек. Ибо преждевременно было бы философию называть "мудростью", а упражняющихся в ней — "мудрецом", как если бы он изострил уже свой дух до предела; а философ — это просто тот, кто испытывает влечение к мудрости". Согласно еще одной легенде, среди учителей Пифагора были не только ближневосточные жрецы-астрологи, но также знаменитый мудрец и математик из Милета (Малая Азия) Фалес. Пифагор, конечно, бывал в расположенном по соседству Милете, однако Фалес скончался либо до рождения Пифагора, либо, когда тот был еще ребенком.

Да что уж там, учителя! Даже про учеников Пифагора ходили легенды. К рассказу Геродота восходят сведения о некоем фракийце Залмоксисе, ученике и рабе Пифагора, который, обретя свободу и вернувшись на родину, обдурил своих "несколько глуповатых" сограждан. Пригласив на пир знатнейших горожан, он доказывал, что "его гости и даже их отдаленные потомки никогда не умрут, но перейдут в такую обитель, где их ожидает вечная жизнь и блаженство". Затем он на три года укрылся от фракийцев в подземелье, а на четвертый год неожиданно явился перед ними и те, "уверовали в его учение".

Позднейшие авторы эту историю передавали уже не о мошеннике фракийце, а рассказывали ее — с некоторыми вариациями — о самом Пифагоре. Истоки этой легенды имеют под собой вот какое основание. Залмоксис — фракийское божество, чей культ носил мистическо-шаманские черты. "И, наверное, именно по этой причине он и был ошибочно ассоциирован с Пифагором, — пишет биограф мистика Игорь Суриков. — Во взглядах и практике последнего элементы верований, схожих с шаманистскими, присутствовали".Не все так просто и с личной жизнью Пифагора.

Философ Порфирий писал, что у Пифагора был сын Аримнест, наставник Демокрита. "А другие пишут, что от критянки Феано, дочери Пифанакта, у Пифагора были сын Телавг и дочь Мия; иные упоминают и дочь Аригноту, от которой даже сохранились пифагорейские сочинения", — продолжает Порфирий. И хотя он жил намного позже Пифагора (в 3-4 веке новой эры), зато ссылался на авторитетных в его время Дурида и Тимея. У Диогена Лаэртского фигурирует еще одна дочь Пифагора по имени Дамо, которая не упомянута Порфирием. Нынешние исследователи, устав от подобной неразберихи, склонны считать, по крайней мере, Пифагор не прожил жизнь свою бобылем и имел одного ребенка. Есть также сведения, что его внучку от Дамо звали не греческим именем — Витала.

Как мы знаем, в зрелом возрасте Пифагор покинул родной Самос и поселился в Италии, которую в глубокой древности именовали "Виталией". По утверждению Тимея, Пифагор первым сказал "У друзей все общее" и "Дружба есть равенство". "Коммунистический" принцип равенства в Пифагоровом братстве проводился весьма последовательно. Никто из пифагорейцев не должен был иметь никакой частной собственности. Общими считались даже предметы личного пользования, например посуда для приема пищи. Кажется, подобное редко встречалось в советских коммуналках или общежитиях. Истоки коммунистической утопии четко прослеживаются с трактата "Государство" Платона.

В свою очередь Платон находился под сильным влиянием пифагорейства. Для пифагорейцев авторитет их учителя был непререкаем. К его высказываниям, доказанным или нет, относились как к истине в последней инстанции, произнося едва ли не сакральную формулу: "Сам сказал". Эллины любили все оспаривать (в споре рождается истина), подыскивая аргументы "за и против", но когда речь заходила о высказываниях Пифагора, то они (не все, а пифагорейцы) как христиане относились к словам Христа, мусульмане — к словам Мухаммеда, т. е. принимали откровения своего философа-мистика. Пифагорейцы, по свидетельству Ямвлиха, "причислили Пифагора к богам, как некоего благого и человеколюбивого демона". От такого отношения к нему происходят чудеса, на которые сподобился Пифагор: у него золотое бедро, он сообщил рыбакам точное число рыб в неводе и т. д.

Рассмотрение учения Пифагора, одним из краеугольных камней которого является положение о бессмертии души, не входит в нашу задачу. В нашей рубрике мы рассказываем о жизни мистиков, а не о их философии или системах воззрений. Но поскольку в самом начале мы обозначили, что Пифагор пропагандировал учение о метемпсихозе — переселении душ, нужно сказать пару слов и об этом. Вот как об этом пишет Игорь Суриков: "По мнению Пифагора, человеческая душа может в процессе этого "кругообращения" переходить не только в человеческие тела, но также и в тела иных существ, например, животных или даже растений. При каждом новом воплощении душа теряет память о предыдущих. Поэтому все мы каждый раз живем как бы впервые. Основатель пифагореизма утверждал, что только для него самого было сделано исключение, что он-де помнит свои прежние жизни".

Мы не знаем в кого переселилась душа мистика. Известный под именем Пифагора человек скончался в 497 году до н. э. в Метапонте, городке на юге Италии.

[Новая философская энциклопедия]

http://www.iph.ras.ru/elib/3149.html
ФАЛЕС (Θαλῆς) из Милета (Иония, Малая Азия) – древнегреческий философ и ученый, основатель Милетской школы, один из «семи мудрецов». Согласно «Хронике» Аполлодора, род. в 640 до н.э. (распространенная в литературе дата 625 основана на неприемлемой конъектуре Г.Дильса) и прожил 78 лет (90, по Сосикрату); по современным вычислениям, дата «предсказанного» Фалесом затмения – 28 мая 585 до н.э. Происходил из аристократического рода, был близок к милетскому тирану Фрасибулу и связан с храмом Аполлона Дидимского, патрона морской колонизации. Достоверна традиция о путешествии Фалеса в Египет и знакомстве с древнеегипетской геометрией и космологией. Имя его уже в 5 в. стало нарицательным для «мудреца» (Аристофан. Облака 177): мудрость Фалеса истолковывается то как практическая смекалка и изобретательность, то (особенно в 4 в.) как созерцательная отрешенность (Платон, Гераклид Понтийский). Предание рисует его купцом и предпринимателем, гидроинженером, тонким дипломатом и мудрым политиком, «первым» из 7 мудрецов, провидцем, предсказывающим погоду и затмения, наконец, своего рода культурным героем греческой науки и философии. Аристотель начинает с Фалеса историю метафизики, Теофраст – «естественную историю», Евдем – историю астрономии и геометрии. Отделить историю от легенды, аутентичную традицию от позднейшей «реконструкции» не всегда возможно; письменных сочинений Фалес не оставил. Аристотель (предположительные источники которого – Гиппий и Ксенофан) приводит 4 тезиса, которые могут восходить к устному учению Фалеса: 1) все произошло из воды (в перипатетической формулировке, вода – архе, или материальная причина сущего); 2) земля плавает по воде подобно дереву; 3) «все полно богов» (множественное число имеет собирательно-родовое значение, эквивалентное «божеству» вообще), или «душа-псюхе размешана во Вселенной»; 4) магнит (по Гиппию, также янтарь) «имеет душу», так как «движет железо» (пример одушевленности неодушевленного). Отношение гидрокосмогонии (тезисы 1–2) к комплексу панпсихизма (тезисы 3–4) проясняется стоической доксографией (11 А 23 DK), истолковывающей панпсихическое божество как демиургический принцип (нус), оформивший первоначальный водный хаос в упорядоченный мир и «пронизывающий» его в виде дыхания-пневмы. Реконструируемая т.о. система находит близкие параллели в других ближневосточных космогониях и, вероятно, генетически связана с древнеегипетской фиванской теологией Амуна (творящего земной диск из первобытного океана Нун и пронизывающего весь мир как «жизненное дыхание»), переосмысленной в духе милетского натурализма и рационализма. В основе архаической биоморфной онтологии Фалеса лежит отождествление понятий «бытие» и «жизнь»: все, что есть, живет; жизнь необходимо предполагает дыхание и питание; первую функцию выполняет псюхе (божество), вторую (трофическую) – вода. Т.о., «материя», в духе ранних врачей-натурфилософов, понимается как «пища» или «семя» космического организма (ср. Аристотель, «Метафизика» 983b 22 слл). Эта традиция биоморфного космотеизма идет от Фалеса через Анаксимена, Гераклида, Диогена Аполлонийского к стоикам.

Свидетельства:

1. DK I, 67–81;

2. Maddalena A. Ionici, testimonianze e frammenti, Firenze. 1963, 1–75;

3. Colli G. La sapienza greca, v. 1. Mil., 1977;

4. Лебедев. Фрагменты, с. 100–115.

Литература:

1. Лебедев А.В. Демиург у Фалеса? (К реконструкции космогонии Фалеса Милетского). – В кн.: Текст: семантика и структура. М., 1983, с. 51–66;

2. Classen С.J. Thales, RE, Suppl. 10. Stuttg., 1965, col. 930–947;

3. Mansfeld J. Aristotle and others on Thales, or the beginnings of Natural-Philosophy. – «Mnemosyne», ser. IѴ, 1985, v. 38, fasc. 1–2, p. 109–129.

А.В.Лебедев