*3032. Где пышнее пироги

[Лариса Пияшева]

-Запущен в действие инфляционный механизм. Правительство печатает и выдает инфляционные кредиты. Круг обязательств таков, что это уже называется инфляционной спиаралью. Сегодня ее остановить можно только силовыми решениями. Прекращение же выдачи кредитов и производства взаимных зачетов немедленно приведет к серии банкротств.
Ифляционная спираль делает невозможным долгосрочное инвестирование. Тем самым будущее России поставлено под большой вопрос. Продаются основные капиталы. Происходит дезинвесирование (вымывание капитала из экономики). Не идет модернизация предприятий. Естественно, что вскоре все мы окажемся на бобах.
Процесс приватизации задумн так, что нет банкротства предприятий. Это значит, что не идет структурная перестройка экономики. Труд и капитал не высвобождаются и не перетекают из одних отраслей в другие. Создалось ситуации всеобщей стагнации и падения производства. В какой-то момент все это может рухнуть. Цепь банкротств, разорение банков, бирж, предприятий и массовая безработица застойного характера. Тем временем российские производители все больше вытесняются с рынка западными и восточными, и нашей экономике с каждым днем все труднее встать на ноги. Разваливается наука. Все это может привести к тому, что единственной функцией России на мировом рынке будет продажа сырья-нефти, газа и леса. Это катастрофически невыгодно.

[Александр Буртин]

-Каков же выход?

[Лариса Пияшева]

-Выход в приватизации. Еще в начале реформы мы разработали программу всеобщей чековой приватизации, по которой каждый обладатель чека получил право на долю государственной собственности. Повторю: не право стать хозяином акции инвестиционного фонда, а право стать совладельцем своего или любого предприятия, земли или недвижимости. Естественно, что по нашей программе переходу в частные руки подлежало не 30, а более 90 процентов собственности государства. Сегодня, хотя очень многое уже упущено и реализация подобной программы столкнулась бы с гораздо большими трудностями, я по-прежнему считаю это самым разумным путем. Однако так как программа чековой приватизации уже началась, я бы постаралась наполнить собственностью существующие ваучеры. Вообще каждый из вариантов приватизации имеет свои плюсы и минусы. Важен результат. Поэтому если бы обществом была принята, например, аукционная модель, мы были бы готовы реализовать и ее. Но и в этом случае программа должна быть всеобщей, сжатой во времени и минимально зависимой от воли чиновников. Ведь сейчас, когда комисси по приватизации решают, кого допустить к аукциону, это делается за гигантские взятки.

[Александр Буртин]

-Сделав акцент на «социально ориентированной экономической политике», заявив о том, что идея «чистого рынка» является утопией, а монетаристский подход правительство должно разумно сочетать с «государственными методами экономического регулирования», президент фактически обьявил о смене курса…

[Лариса Пияшева]

-На мой взгляд, все это чистой воды фикция. Никакой смены курса нет. Нынешнее правительство так же, как и раньше, говорит о финансовой стабилизации и борьбе с инфляцией, занимается санацией предприятий, распределяет кредиты, устанавливает таможенные пошлины и проводит приватизацию. Ни по одному из принципиальных моментов его действия не отличаются от действий предыдущей команды. Черномырдин-продолжатель того курса чиновничьих реформ, который начал Гайдар. Отличие состоит лишь в том, что команда нынешнего премьера не употребляет тех экономических терминов либерального лексикона, которым щеголял Егор Тимурович. Во-первых, они с ними незнакомы, во-вторых, употреблять их сегодня невыгодно.
Что касается «социально ориентированной экономики», то у меня есть сомнения в том, что аппарат, выразителем интересов которого является нынешнее правительство, реально заинтересован в ней. К тому же в отличие, скажем, от Явлинского правительство до сих пор не имеет какой-либо четкой программы. Кроме того, нужно сознавать, что никаких других ресурсов, кроме сырьевых, в стране по-прежнему нет.