![]() |
|
![]() |
|
|
Опции темы | Опции просмотра |
#1
|
||||
|
||||
![]()
Пора уже и новую тему в новом разделе начинать. Выборы то приближаются.
Содержание темы: 01 страница #01. Друг истины и Платона. Избирательная кампания по выборам в ГД 2016 года началась #02. Известия. На выборах в Госдуму введут бонусную систему #03. Дмитрий Гудков. Дума начинает фильтровать партии #04. Александр Кынев. Дума-2016: худший закон о выборах за 25 лет #05. Дмитрий Орешкин. В Госдуму будут выбираться по-новому старые депутаты #06. Ведомости. Новая редакция закона о выборах Госдумы усложнит участие самовыдвиженцев #07. Сергей Неверов. На первом месте – поддержка людей #08. Леонтий Бызов. Рулон для голосования #09. Сергей Миронов. Изменения в законе о выборах делают формирование Госдумы более справедливым #10. Росбалт. "Если так пойдет, о выборах можно забыть" 02 страница #11. Андрей Серенко. КАРТ-БЛАНШ. Состоятся ли досрочные выборы Госдумы? #12. Newsru.com. Миронов "ощущает" досрочные выборы в Госдуму в 2015 году. Эксперты говорят о благоприятности момента для Путина #13. Анастасия Кашеварова. Кандидаты в сенаторы станут «локомотивами» на выборах в Госдуму #14. Раиса Костомарова. ГД как МГД? #15. Накануне.RU. День голосования наметил контуры выборов в Госдуму: кампания-2016 стартовала #16. Иван Преображенский. Анатомия слухов: под знаком кампании-2016 #17. Алексей Горбачев. ПАРНАС готовится к неполным праймериз #18. Иван Родин. «Единая Россия» в четыре раза тяжелее КПРФ #19. Каспаров.ру. Эксперты Кудрина и Гудков предложили немецкую модель думских выборов #20. Николай Травкин. Выборы ГД-2016 03 страница #21. Открытый город. Москву отдадут одиозным единороссам #22. Ирина Николаева. «Единая Россия» и ее сателлиты #23. Росбалт. Явлинский: Новый закон о выборах принимается ради фальсификаций #24. Сергей Горяшко. На думские выборы собирается половина граждан #25. Павел Казарновский. Сенаторы совместили выборы в Госдуму с местными кампаниями #26. "Коммерсантъ". "Лучше всего проводить думские выборы сразу после окончания лета" #27. "Коммерсантъ". Госдума перенесла парламентские выборы в 2016 году #28. "Коммерсантъ". Четвертый в Госдуме становится лишним #29. Независимая газета. Парламентский квадрат не хочет превращаться в многоугольник #30. Анастасия Корня. Несистемную оппозицию не пустили в территориальные избиркомы Москвы 04 страница #31. Ведомости. Алексей Навальный не сможет участвовать в дебатах на выборах в Госдуму #32. Александр Кынев. Выборы-2016: грани возможного #33. Андрей Винокуров. Подножка для оппозиции #34. Софья Самохина. Гайдаровский форум представил итоги будущих выборов #35. Ведомости. Депутаты согласились разменять Владимира Путина на Алексея Навального #36. Иван Синергиев. Год кандидата #37. "Коммерсантъ". Михаил Ходорковский поможет кандидатам в депутаты Госдумы #38. Николай Травкин. Контуры проясняются #39. Геннадий Гудков. Подготовка к фальсификации #40. Алексей Горбачев. "Единая Россия" поплывет в Госдуму на рейтинге Путина 05 страница #41. Федор Крашенинников. Референдум о доверии Медведеву #42. Павел Аптекарь. Административный отбор вместо политической конкуренции #43. Михаил Зубов. Штурм парламента: в Госдуму собрались маргинальные партии #44. Михаил Зубов. Кто нам будет портить выборы: решать Путину #45. Ведомости. 26 членов парламентских партий попросили у Ходорковского помощи на выборах в Госдуму #46. Николай Травкин. Борьба за включение в "думские списки" футболиста Тарасова началась #47. Павел Аптекарь. Предвыборная активация Дмитрия Медведева #48. Евгений Ихлов. На предвыборной вахте, или как все уныло #49. Каспаров.ру. Путин предостерег ФСБ, что "недруги за бугром" уже готовятся к выборам в России #50. Рафаэль Фахрутдинов. Путин: «Недруги за бугром уже готовятся к выборам в Госдуму России» 06 страница #51. Ведомости. Чуров покидает Центризбирком #52. Кирилл Шулика. "Не думайте, что состав комиссии стал лучше" #53. Иван Родин. За честные выборы ответит Памфилова #54. Сергей Станкевич. Правые партии начали предвыборную борьбу #55. Максим Трудолюбов. Антивыборы с человеческим лицом #56. Газета.Ru. Лукин уходит в оппозиционный округ #57. Александр Кынев. Верхушка айсберга: что изменится в ЦИК после Чурова 58. Александр Головенко. ЦИК. Элла Памфилова. Как много в этом звуке… 59. Александр Морозов. Смысл выборов 2016 года 60. Алексей Макаркин. Волшебник уехал, ЦИК остался 07 страница 08 страница 09 страница 10 страница 01 страница 01 страница Последний раз редактировалось Chugunka; 29.08.2024 в 06:16. |
#2
|
||||
|
||||
![]()
http://izvestia.ru/news/565253
6 февраля 2014, 00:01 | Политика | Анастасия Кашеварова, Алена Сивкова | Депутаты отменят сбор подписей для тех партий, у которых имеются представители в региональных думах ![]() Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дамир Булатов Сегодня комитет Государственной думы по конституционному законодательству и государственному строительству рекомендует к принятию поправку в закон о выборах депутатов Госдумы, касающуюся введения бонусной системы для партий, у которых нет своих представителей в стенах нижней палаты парламента. Так, депутаты предлагают отменить сбор подписей для тех партий, у которых имеется хотя бы один представитель в региональных законодательных собраниях, правда, при условии, что он прошел по списку. Для тех же политических структур, кто так и не попал ни в Государственную думу, ни в региональные заксобрания, остается процедура сбора подписей — 200 тыс. Как рассказал «Известиям» источник в Государственной думе, законопроект направлен на политический рост самих партий. Так, при либерализации политической системы, когда уже на настоящий момент зарегистрировано более 70 партий, малым партиям дан шанс, зарекомендовав себя на региональных выборах. При этом, подчеркнул собеседник, поправка позволит не дискредитировать выборы, ведь многие партии используются как фейки. — Документ направлен на развитие здоровой конкуренции между политическими партиями. Цель закона — задать движение, стимул к конструктивной работе с избирателями. Итог бонусной системы: за хорошую работу, где показатель — доверие людей — преференции на выборах, — отметил источник. Зампред комитета ГД по конституционному законодательству и государственному строительству Дмитрий Вяткин («Единая Россия») пояснил, что уже сегодня комитет рассмотрит поправку. — У нас решения принимаются коллегиально. О введении неких условий для участия партий в выборах предложения поступали, и я не исключаю, что благодаря тому, что это консолидированное предложение всех фракций, поправка будет поддержана. У меня она отторжения не вызывает, — сказал парламентарий. Первый зампредседателя комитета ГД по конституционному законодательству и государственному строительству Александр Агеев («Справедливая Россия») считает, что в условиях либерализации общества партии должны больше работать с регионами. — Это поправка наша, мы ее поддерживаем. Другие партии предлагали более жесткий вариант, что нужно иметь по 10 депутатов в парламенте региональном, по 5% депутатов муниципальных, — рассказывает он. — Мы за то, чтобы партии не стали киллерами и спойлерами для партии власти или для какой-то другой. Чтобы они доказывали, что для них не только важно выдвинуться на выборах в Госдуму и создать для кого-то проблемы, но чтобы они были заинтересованы в выборах на местном уровне. Там основная работа, и от нее строятся успехи партии на федеральном уровне. Лидер Демократической партии России Андрей Богданов поддерживает намерение депутатского корпуса. — Хотя я бы добавил такую вещь, чтобы если партия за пять лет на выборах в региональные парламенты набирает 200 тыс. голосов, то ей эти подписи собирать не надо, здесь есть логика, — говорит он. — Понимаете, у нас какая система — чем крупнее выборы, тем больше партий участвует, хотя должно быть наоборот. Думаю, что на это поправка и рассчитана. Лидер «Коммунистов России» Максим Сурайкин убежден, что если не корректировать условия выборов, то последствия могут дискредитировать всю систему избирательного процесса. — Когда в свое время мы начали участвовать в выборах, мы думали, что хорошо, что убрали сбор подписей. Потому что их собрать тяжело и часто собранные подписи бракуют. Потом, когда партий стало 76, мы столкнулись с тем, что подавляющее большинство партий — это фейки либо партии-спойлеры, принадлежащие тем или иным политтехнологическим группам. Дальше стало хуже. Ситуация развернулась. Спойлеры и фейки стали вредить не парламентским партиям, а живым и начинающим. А для нас любой процент очень дорог, — рассказал он. Читайте далее: http://izvestia.ru/news/565253#ixzz2sYJOjI4y |
#3
|
||||
|
||||
![]()
http://www.echo.msk.ru/blog/dgudkov/1253048-echo/
06 февраля 2014, 11:27 ![]() Активисты непарламентских партий (Альянс зеленых и социал-демократов и др) и общественных организаций встречают депутатов у здания Госдумы флешмобом "Отфильтруй депутата". Как мне сказали, те депутаты, кто выступит против фильтров для партий-новичков на парламентских выборах, будет признан честным. Похоже, власть все-таки введет партийные фильтры, и против них на сегодняшнем Комитете, судя по всему, проголосую лишь я один. Сегодня на профильном Комитете, и уже 12-го февраля на палате во 2-м чтении будет принят новый законопроект о выборах депутатов Госдумы. Буду сегодня бороться за пакет поправок, который подготовлен нами совместно с экспертами Комитета гражданских инициатив. Итак, напоминаю, что мы внесли с коллегой В.Зубовым 100 с лишним очень важных поправок. В президентском тексте предлагается смешанная система - 225 депутатов избираются по одномандатным округам, 225 - по партспискам, избирательный барьер - 5%, избирательные блоки запрещены, введен запрет на участие в выборах для лиц с погашенной сфабрикованной судимостью. Такая система выборов выгодна, прежде всего, "Единой России" (или как там она будет называться). Даже если по спискам она наберет 25-30%, то с помощью фальсификаций и административного ресурса "компенсирует" потери на одномандатных округах. Мы предлагаем другую систему, которая позволит обеспечить более широкое народное представительство: 1. Связанная смешанная система. Представим себе, что ЕР получает по партспискам 32% голосов. Голоса за партии, не преодолевшие 5%-ный барьер, плюс недействительные голоса - это около 20%. Они распределяются пропорционально между теми, кто пройдет в Думу. Значит, 32% голосов ЕР трансформируются в 40%, и ей достанется 90 мандатов. Представим, что одновременно эта же партия выигрывает в 140 одномандатных округах из 225 (что тоже вполне реально). И тогда общее число мандатов у Единой России будет 230, или 51,1%. И получается, что партия, которую поддерживают только 32% избирателей, получит в Думе абсолютное большинство. Нормально ли это? Конечно же, нет. А теперь – что будет в случае смешанной связанной системы. Допустим, еще в 25 округах победили кандидаты от партий, преодолевших 5%-ный барьер, в 10 – кандидаты от партий, не преодолевших 5%-ный барьер, а в остальных 50 – самовыдвиженцы. По правилам связанной системы из 450 мандатов надо вычесть 50 и 10, и между партиями, преодолевшими 5%-ный барьер, надо распределить 390 мандатов. И тогда Единая Россия получит 390*32/80=156 мандатов, что составит 34,7% от 450. То есть доля ее мандатов будет очень близка к доле полученных ею голосов (32%). Из этих 156 мандатов 140 получают ее кандидаты, победившие в округах, и 16 – кандидаты из партийного списка. 2. Многомандатные округа Власть может обмануть и связанную систему. По спискам пойдет "Единая Россия", по округам - выдвиженцы Народного фронта. Понимая это, мы предложили избирать депутатов по системе многомандатных округов. Об этом не написала почему-то газета "Коммерсантъ", хотя это ключевая идея. В условиях России невозможно все округа сделать многомандатными, поскольку объединение нескольких регионов в один округ недопустимо. Поэтому мы предлагаем схему, при которой одномандатных округов будет всего 30, двухмандатных — 54, трехмандатных — 29. Например, Москва делится на 5 трехмандатных округов. Избиратель Москвы сможет проголосовать только за одного из кандидатов, но от округа в Думу проходят 3 кандидата, набравших большее число голосов избирателей. Соответственно, от двухмандатного - 2. Таким образом, система обеспевает более широкое народное представительство и защищает кандидатов-оппозиционеров от использования административного ресурса. 3. Другое В нашем пакете поправок, разумеется, прописаны возврат избирательных блоков, снижение проходного барьера до 3%, увеличение допустимой доли брака в подписях до 20% и т.д. Перепост и распространение приветствуются! P.S.: Благодарю эксперта КГИ Аркадия Любарева за активное участие в подготовке поправок. Здесь он несколько подробнее рассказывает о наших инициативах. |
#4
|
||||
|
||||
![]()
http://www.forbes.ru/mneniya-column/...rakh-za-25-let
руководитель региональных программ Фонда развития информационной политики ![]() Фото РИА Новости Новый порядок регистрации кандидатов выгоден думским партиям и призван не допускать в парламент «чужих» Госдума готовится принять во втором и, видимо, почти сразу же в третьем чтении многострадальный законопроект о собственных выборах, несколько раз менявший концепцию. Напомним, первый раз о новом законе в своем президентском послании говорил в декабре 2011-го Дмитрий Медведев, он так нечетко упомянул «пропорциональное представительство по 225 округам», что трактовка сказанного менялась несколько раз. Внесенный в итоге законопроект предусматривал сохранение пропорциональной системы, но с излишне сложной структурой списков и крайне громоздкой и запутанной системой распределения мандатов. Проект не понравился никому и тихо скончался в думских кулуарах. Затем уже Владимир Путин заявил, что система будет смешанная, после чего был внесен новый законопроект, который весной 2013 года приняли в первом чтении, а потом все никак не могли договориться о правилах этой самой смешанной системы, в первую очередь о барьерах допуска. В конечном счете власть и «системная оппозиция» согласовали поправки, означающие, что право на участие в выборах фактически получат только старые думские партии, плюс партии, получившие на последних выборах Госдумы более 3% голосов (то есть «Яблоко»), плюс партии, представленные депутатами по партспискам хотя бы в одном региональном парламенте, а это еще 7 партий, большинство из которых на федеральном уровне является спойлерами: «Родина», Российская партия пенсионеров за справедливость, «Правое дело», «Гражданская платформа», РПР — ПАРНАС, «Патриоты России» и «Коммунисты России». Таким образом, «наиболее вероятных» участников будущих федеральных выборов 12 (число, удивительно близкое к числу участников выборов-2007, тогда их было после зачистки партийной системы 11). Именно они получают льготы при регистрации и партсписков, и одномандатников. Остальным ради регистрации придется собирать подписи при сохранении варварской системы их проверки, когда при желании можно забраковать любую подпись либо как технический брак (придравшись к нечетко прописанной букве или помарке), либо признав недостоверной по заключению экспертов, которые, если нужно, бракуют подписные листы пачками. Кстати, фальшивая подпись технически обычно всегда выполнена лучше, чем живая, со всеми ошибками и последствиями плохого почерка, неудобного места заполнения подписного листа и т. д. Партии для регистрации списков собирают 200 000 подписей, независимые одномандатники и представители партий, которые не смогут зарегистрировать партсписки, 3% от числа избирателей соответствующего избирательного округа (при 225 округах в большинстве регионов это будет около 14 000 подписей). Фактически это означает возвращение в несколько модифицированном виде прежней системы ограниченной конкуренции и управляемой партийности 2000-х, когда власть пыталась дирижировать выборами и составом депутатского корпуса. Разница лишь в том, что несколько увеличено число партий-льготников. Остальным же вроде как разрешают существовать (во всяком случае пока), однако система регистрации их кандидатов на федеральных выборах становится де-факто запретительной. Можно не сомневаться, что и регистрация кандидатов на региональных и местных выборах вскоре тоже усложнится. Мажоритарная же часть Госдумы в таких условиях превращается, по сути, в выборы для кандидатов тех же партий-«льготников», куда посторонних будут запускать только в случае, когда нужно власти (разбавляя выборы дополнительным кандидатом-спойлером или выдвигая кандидата от власти под видом самовыдвиженца). Круг спирали, начавшийся в декабре 2011 года, замкнулся новым витком при смене отдельных технологий, но с возвращением к запретительно-манипулятивному характеру выборов. Ранее, когда существовали одномандатные округа, при регистрации на выборах в требовались подписи 1% избирателей, что уже было завышенным показателем. На региональных выборах был законодательный потолок не более 2% подписей, многие регионы имели нормы про 1%, а некоторые и того меньше. После декабря 2011 года для регистрации независимых кандидатов минимальное число подписей на региональных и местных выборах сократили до 0,5% (все зарегистрированные партии, как известно, одновременно получили тогда льготы). Однако и после этого число отказов при регистрации кандидатов осталось внушительным: напомним, что по мажоритарным округам на выборах заксобраний 2012 года отсев между выдвижением и днем выборов составлял 11%, отсев среди партийных выдвиженцев – 4%, а среди самовыдвиженцев – 40%. На выборах сентября 2013 года общий отсев ко дню выборов вырос до 17,88% выдвинутых кандидатов, среди самовыдвиженцев отсев составил 58,5%, среди кандидатов, выдвинутых партиями, 9,77%. Количество подписей вроде сократилось, но их продолжали нещадно браковать, уже не говоря о иных основаниях для отказа (претензии к оформлению различных справок и бесчисленных, постоянно множащихся форм). Ставить же барьер в 3% подписей — это значит делать его заведомо непреодолимым честным путем. Хуже условий регистрации кандидатов по округам в стране не было со времен перестройки. Собрать такое число подписей за сжатый временной период невозможно (чтобы сдать 14 000, фактически надо собрать 20 000-21 000, так как часть уйдет в брак уже при внутренней проверке в штабе самого кандидата). Зарегистрироваться кандидатом при такой системе можно только путем «политических решений», когда по кому-то просто дается команда «допустить». Важно понимать: последние 20 лет условия для сбора подписей ухудшались по объективным причинам: тотальная домофонизация, кодовые замки, консьержки, охрана и т. д. К этому прибавляется общее недоверие граждан к политической системе и всем кандидатам и партиям как таковым. Причем власть постоянно работает на усиление этого недоверия, стремясь дискредитировать любых оппонентов и насколько возможно «подморозить» конкуренцию, чтобы никакого желания у самостоятельно мыслящего избирателя приходить на участки не было. По данным СМИ для регионов, где меньше 100 000 избирателей, предлагается планка не менее чем в 3000 подписей. Для справки: например, в Ненецком АО около 30 000 избирателей, на Чукотке около 35 000. Это означает, что в Ненецком АО будет требоваться собрать уже не 3%, а еще более фантастические 10%. Сейчас мы наблюдаем финальный аккорд спектакля, начавшегося в конце 2011-го, когда систему регистрации кандидатов и партий смягчили до абсурда, сознательно наводнив затем выборы явно несерьезными партиями и кандидатами, с тем чтобы оправдать затем новое закручивание гаек «по многочисленным просьбам». Что будет дальше? Во-первых, ужесточение регистрации кандидатов неизбежно приведет к сжатию легального политического поля. В свое время управляемая партийность тоже не сразу возникла после принятия закона 2001 года, в 2004 году число зарегистрированных партий даже достигало 46, потом последовало новое ужесточение правил их регистрации. Вскоре партий стало 36, потом 19, потом 15, потом 11, потом 7. Это означает, что через некоторое время система придет ровно к тому же, с чем изначально боролась: возвращению стратегии «голосуй за любую другую партию (кандидата)». Во-вторых, усилится обработка партий-«льготников» и стремление усилить контроль над теми, над кем такого контроля нет. Происходящее с РПР-ПАРНАС в этом смысле вполне показательно. В-третьих, о чем уже много раз говорилось, никакие барьеры и цензы не спасут системные партии от спойлеров, так как их регистрация зависит лишь от желания власти. Когда власть заинтересована в регистрации некой партии или кандидата, то может быть подтверждена почти любая нужная по закону численность или число подписей и лишь недопуск «ненужных» и «неправильных» существенно облегчится. В-четвертых, одновременно будет расти самоуправство региональных властей и региональный авторитаризм, так как чем жестче и неисполнимее правила, тем больше возможностей для произвола. Однако так как именно от региональных властей будет зависеть добрая половина состава Госдумы, федеральному центру придется закрывать на это глаза. В системе будут копиться внутренние противоречия, нарастать политические тромбы, но когда решения принимаются только с точки зрения краткосрочной конъюнктуры, не только долгосрочные, но и среднесрочные перспективы мало кого интересуют. Будут, конечно, и более позитивные последствия (появление новых лиц за счет выборов в округах, рост независимости депутатов внутри партий), но в рамках внутренней логики бюрократической системы с такими явлениями неизбежно будут бороться. Была ли такая версия закона неизбежной? Нет, не была. Эксперты предлагали свои варианты, усложняющие манипуляции и уменьшающие перекосы, которые возникнут с результатами выборов (например, смешанную связанную систему, ограничивающую неоправданное доминирование партии-лидера вместо вводящейся несвязанной, когда одна партия может выиграть большинство округов и при добавлении даже 30-35% мест по спискам иметь две трети мест). Были и есть иные, более взвешенные, варианты правил регистрации списков и кандидатов: Важно не впадать в крайности. Барьеры при регистрации нужны, но разумные и призванные не запретить и превратить выборы в фарс, а лишь отсечь «пену» в виде заведомо несерьезных кандидатов. Оптимально, когда есть несколько альтернативных способов регистрации кандидатов, например залоги и подписи. Наличие залогов в разумном размере — самый логичный, исключающий произвол вариант. Все разговоры о том, что это «коммерциализация выборов», «соревнования денежных мешков» не более чем демагогия. Сбор подписей — это тот же финансовый оброк, так как оплачивается труд сборщиков, юристов, печать подписных листов и т. д., уже не говоря о связанных со сбором подписей манипуляциях. Льготы же, которые сама себе дарует часть власти, не только имеют прямой финансовый эквивалент, крайне сомнительны с этической точки зрения, но и тормозят развитие политической системы. Помимо установления разумного числа подписей (речь должна идти о десятых долях процента) давно назрел радикальный пересмотр правил их проверки, исключающий выбраковку настоящих, но имеющих технические недочеты подписей. Подтвержденный факт физического существования гражданина и его готовности поддерживать партию или кандидата должен быть важнее бюрократических манипуляций. Однако тем, кто принимает законы, похоже, нужны именно манипуляции. |
#5
|
||||
|
||||
![]()
http://www.ej.ru/?a=note&id=24419
12 ФЕВРАЛЯ 2014 ![]() Сегодня Госдума рассматривает во втором чтении законопроект о введении смешанной мажоритарно-пропорциональной системы избрания нижней палаты парламента. Законопроект определяет, что пропорциональная система, при которой в выборах участвуют только партии, изменяется на смешанную мажоритарно-пропорциональную систему, когда половина депутатов избирается по партийным спискам, а половина — по одномандатным округам. Для выдвижения списка кандидатов и одномандатников нужно будет собрать подписи избирателей — 3 процента от общего числа избирателей округа. Партия должна будет собрать не менее 200 тысяч подписей, при этом на один субъект РФ должно быть не более 7 тысяч подписей избирателей. Если в одномандатном округе менее 100 тысяч избирателей, то для регистрации кандидата-одномандатника нужно собрать не менее 3 тысяч подписей. Определяются условия, когда партиям не нужно собирать подписи, чтобы выдвинуть свой список или одномандатника по округу. Так, подписи не нужно будет собирать партии, которая на последних выборах уже прошла в ГД или не прошла, но набрала не менее 3% голосов избирателей. ИТАР-ТАСС Понятно, почему настало время менять закон: существенно изменилось поле политических предпочтений избирателей. 10 лет назад, когда вводили выборы по партийным спискам, это делалось из понятного расчёта на то, что партия «Единая Россия» популярна, потому что она блистает отражённым светом популярного Владимира Путина и, что ещё важнее — выступает как общее структурное объединение, своего рода профсоюз нового победившего класса, который я назвал бы бюрнесс, от слов бюрократия и бизнес. Это такой тянитолкай, объединивший интересы новой, постсоветской бюрократии — 40-50-летних мужчин из силовых и бюрократических структур, вроде самого Владимира Путина, которые хотели повысить жизненный уровень и понимали необходимость рыночной экономики, но при этом рассчитывали сохранить свой контроль над ней. И рыночная экономика им подчинилась, потому что ей хотелось получить «крышу», безопасность в определённом секторе, который ей обеспечивали силовики и бюрократы. Так сформировался этот класс бюрнесса, и он объединял в себе разные группы элит: региональные, силовые, медийные, бизнес-элиты. По большому счёту у них всех в начале нулевых годов был общий интерес, который достаточно успешно репрезентировался партией бюрократии под названием «Единая Россия». Прошло 10 лет, и эта партия очевидно теряет поддержку избирателей. «Единая Россия — Партия Жуликов и Воров», мем устоялся, справедливо или нет, неважно, важно, что Путин теряет популярность, а отражающая его свет «ЕР» теряет популярность вдвойне. В этой ситуации понятно, что для того, чтобы тот же класс бюрнесса смог бы провести своих людей в Государственную думу, надо менять вывеску. Эти матёрые мужчины, которым 15 лет назад было 45-50, а сейчас, соответственно, около 60, понимают, что пора снять майку с профилем Путина и надписью «Единая Россия», надеть майку с надписью «Независимый кандидат» и подвергнуть «Единую Россию» суровой критике за отрыв от народа и земли. С тем, чтобы прийти в ту же самую Госдуму и продолжить контролировать политический процесс. Поэтому возрождается идея одномандатных округов. В одномандатном округе легче избраться, потому что там избирается один кандидат от конкретной территории. Понятно, что представитель победившего класса постсоветской номенклатуры имеет преимущество, потому что у него хорошие отношения с местными силовиками, законодателями, журналистами, бизнес-структурами, другими бюрократами, если, конечно, он умеет выстраивать такие отношения. Поэтому ему победить легче. При этом он может дистанцироваться от скомпрометировавшей себя и надоевшей вывески «Единой России». Так что возврат к одномандатным округам был столь же предсказуем, сколько и неизбежен. На мой взгляд, в рамках науки об эволюции бюрократических систем это хороший ход. Потому что, стремясь сохранить себя у власти, путинская бюрократия вынуждена несколько изменять де-факто базовый принцип путинского управления — вертикализм. Переходя к одномандатным округам, вертикаль вынуждена делегировать большую часть полномочий конкретным людям из конкретных областей. И эти люди понимают, что они будут избраны от Челябинска, или от Омска, или от Томска, или от Ставрополья, и, соответственно, будут зависеть от тех, кто их направил в Государственную думу. Потому что любые выборы — это процесс поиска какого-то компромисса, в данном случае — компромисса разных региональных элитных групп. Это означает, что следующая Дума будет ближе к региональным центрам влияния и чуть дальше от Кремля, и Кремль вынужден идти на это, чтобы сохранить свой «элитный мир», делая шаг назад от хвалёной концепции вертикализма. В чём она состояла — понятно: все партии находятся в Москве, ходят на инструктаж в Кремль и за деньгами ходят туда же. Соответственно, их региональные отделения тоже слушаются Москвы. Это воплощённая идея вертикали власти, централизма и унитаризма, от которой теперь приходится уходить в пользу большего представительства, конечно, не регионального избирателя, но региональных элит. То есть это абсолютно закономерно, неизбежно и, в общем, это к добру. Потому что в Госдуме будут представители разных регионов, которые таким образом будут располагать площадкой, на которой можно будет торговаться и вырабатывать какую-то интегрирующую стратегию для страны. Это уменьшает риск территориального конфликта, так как позволяет такие проблемы проговаривать и решать. Теперь по поводу самих выборов. Понятно, что эта ситуация почти идеально описывается рыночными аналогами. Есть определённый электоральный рынок, который поделили между собой, вступив в картельный сговор под руководством Кремля, четыре думские партии. Естественно, они совершенно не хотят делиться этим рынком. Они готовы договариваться друг с другом, например, кто-то контролирует 15% рынка, но, возможно, он согласится контролировать и 13% в обмен на какие-то гарантии, уступки или откаты со стороны власти. Их общий интерес состоит в том, чтобы больше на этой поляне никого не было. Проблема в том, что при таком картельном разделе рынка он в целом отрывается от потребителя. Люди всё реже ходят голосовать, выборы для них перестают быть интересны, и игра становится виртуальной. Партии внутри себя делят этот самый рынок, но не взаимодействуют с низами, с народными массами, а они должны с ними взаимодействовать. Опять же, в этом интерес Кремля. Потому что если они просто заняты дележом ресурсов, что их, конечно, больше всего заботит, то это замечательно, но всё-таки они должны ещё каким-то образом решать политическую задачу диалога власти и общества, чтобы не «сорвало резьбу». Таким образом, с точки зрения Кремля, рынок становится всё меньше и включает всё меньшую долю избирателей, потому что люди просто перестают ходить на выборы. Всё больше избирателей остаются вне политического контроля, считают, что власть им не нужна, и следуют логике «у вас свою свадьба, у нас своя». Всё больший сектор рынка оказывается не охваченным этим картельным сговором. И за его пределами появляются нежелательные для Кремля эксцессы, типа социального объединения сторонников Навального, которых только в Москве и только по официальным данным 640 тысяч. Понятно, что такая тенденция будет продолжаться. Поэтому в Кремле принимают рациональное решение какую-то часть от этой группы людей допустить на монопольно регулируемый рынок, ввести какую-нибудь пятую или даже шестую партию, чтобы появились представители нового, недовольного электорального сектора, который сейчас бесконтролен и поэтому опасен. Лучше, чтобы он был как-то репрезентирован. Отсюда вполне понятная идея — давайте мы некоторые вменяемые, договороспособные партии пропустим. Например, «Яблоко». Именно из этого исходит идея того, чтобы в выборах могли участвовать партии, которые набрали не менее 3% на предыдущих голосованиях. Нормальная логика? Нормальная. «Яблоко» уже набирало 3%, значит, им не нужно будет собирать подписи для своих кандидатов, и «Яблоко» вполне договороспособная партия, с ней можно иметь дело. Конечно, с точки зрения нынешних представителей думского картеля, лучше бы её не было, но в Кремле рассуждают так: придётся вам потесниться, чтобы мы могли кого-то впустить. Может, это будет «Яблоко», может быть, это будет «Родина» для националистов, может быть, «Коммунисты России» или что-то такое. В Думе понимают, что придётся принять требования Кремля, поделиться какой-то частью своих секторов для того, чтобы не потерять всё. Может быть, какая-то партия даже и проиграет этой новой, но раз в Кремле хотят — надо соглашаться. Соответственно, они и формируют такие предложения, чтобы ещё пяток партий мог бы поучаствовать в соревнованиях. Для этого вводятся вполне понятные ограничения. К выборам без проблем допускаются партии, у которых набрано 3% на предыдущих выборах, естественно, те партии, которые уже находятся в Госдуме, а также те, у которых в региональных парламентах есть один-два кандидата. А все остальные должны собираться подписи. И неважно даже, 150 или 200 тысяч, понятно, что подписи — механизм произвольного отсеивания неудобных партий, потому что всегда можно найти в списках любой партии столько ошибок, сколько тебе нужно, чтобы её не пропустить. А зарегистрируется для участия в выборах около десятка партий. Этот десяток, начиная от РПР-ПАРНАС, «Правого Дела», «Коммунистов России» и продолжая «Яблоком», вполне можно допустить, и тогда не надо будет включать, например, партию Навального, которого очень не хотят видеть в Госдуме. Потому что он не только откусит свой кусочек электората, что по понятиям ещё приемлемо, но и будет пытаться поменять всю систему, а это уже недопустимо. Никакой перманентной системы, перманентного законодательства никак не получается. Перманентны только интересы этого бюрнеса, который в принципе доволен тем, что произошло и не хочет никаких перемен. Это — основа путинского благополучия. Как он, этот класс, будет реализовывать свои интересы, вопрос не только сложный, но и праздный. Надо будет поменять закон — поменяют, никаких проблем. Если политическое чутьё будет подсказывать, что можно не менять, то и не будут менять. Тут есть такой сложный баланс представлений о приличиях, о том, «проглотит» электорат что-то или нет. Приличия задаются не какими-то нравственными оценками, их там нет, а рациональными соображениями типа вероятности того, что люди встанут на дыбы. Для простоты проведём аналогию с Украиной. Янукович был уверен, что он настолько всё контролирует, что сначала пообещал лохам ассоциацию с ЕС, и они его поддержали. А потом, когда ему кинули 15 миллиардов с другого фланга, он сказал, что нет, не надо нам Европейского союза, а вы куда нахрен денетесь, проглотите. А Украина возьми и не проглоти, то есть Янукович неправильно рассчитал баланс. Но действовал он в рамках той же самой логики. Мы вот пропустим в Госдуму тех же самых людей, но не от «Единой России», а как независимых кандидатов, и вы это проглотите? Проглотите. Значит, баланс не был нарушен. Политический талант здесь определяется способностью не выходить за рамки дозволенного, манипулировать всеми политическими процессами, не вызывая каких-то болезненных эксцессов. Пока это удаётся делать, и, я думаю, что в ближайшем будущем будет удаваться. Да, есть какая-то довольно влиятельная группа людей, к которой принадлежим мы с вами и которые этим недовольны, но они не составляют большинства, и их можно ослабить в информационном смысле. Не пускать на центральное телевидение, а в интернете пусть сидят, и это тоже своего рода баланс. Мы можем сколько угодно негодовать, но большинство сограждан нас не слышит, потому что мы говорим о том, что для большинства из них чуждо. В будущем им это станет интересно, потому что они поднимутся до обсуждения таких проблем под воздействием каких-то жизненных обстоятельств, никуда от этого не деться. А пока такая ситуация, надо будет поменять закон ещё раз — поменяют. Хотя дело ведь даже не в законе, а в правоприменительной практике. На местах этот профсоюз бюрнеса, оформленный в «Единую Россию» или нет, сам находит локальные, региональные конфигурации и формирует какую-то приемлемую для данной территории структуру людей во власти. Пока они способны поддерживать этот баланс — всё нормально, политическая стабильность сохраняется. Всегда кто-то недоволен, критикует и негодует, но этим можно пренебрегать, потому что базовые структурные черты выдерживают. Да, это застой, да это отставание от Запада — на всё это они плевали. Зато они контролируют ситуацию и хорошо себя чувствуют. А если начнётся обновление, то Бог его знает. Они могут очень много потерять, и догонит ли Россия Запад всё равно непонятно, а риски распада увеличиваются, и так далее. Так что надо будет поменять закон — поменяют, в одну сторону или в другую. Никаких моральных ограничений у них нет, тогда было выгодно это, сейчас — то. Вообще любой такой пересмотр может быть удачным, а может быть неудачным. Совсем неудачный — если люди выходят на улицы, происходят протесты и прочее. Несколько неудачный — если он позволяет действительно альтернативным людям проходить во власть, создавать конкуренцию, мешать монопольному коллективу. Это, с их точки зрения, не совсем удачный вариант. Идеально — когда законы поменялись, а люди — нет, все начальники при своих кормушках. Поменяли закон, народ доволен, критики замолчали, а по существу всё осталось как раньше. Найти такой баланс довольно трудно, и со временем формируется ситуация, когда вообще невозможно, потому что люди хотят более глубоких перемен. Постепенно этот запрос будет формироваться, но пока я его не вижу в массе. Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Джапаридзе |
#6
|
||||
|
||||
![]()
http://www.vedomosti.ru/politics/new...-kazhdom-shagu
Госдума установила новые фильтры для выборов. Наиболее серьезным препятствием будет сбор подписей — вернее, их проверка, считают в непарламентских партиях Мария Железнова Анастасия Корня ВЫБОРЫ В ГОСДУМУ Не все партии, имеющие депутатов в заксобраниях, получат льготы2 Новый закон о выборах Госдумы еще больше снижает конкуренцию, заключают эксперты Госдума приняла законопроект о смешанной системе выборов во втором чтении2 Малые партии отфильтруют и в регионах1 сюжет полностью Эта публикация основана на статье «Барьеры на каждом шагу» из газеты «Ведомости» от 13.02.2014, №24 (3528). Госдума вчера во втором чтении одобрила пакет из более чем 200 поправок в закон о порядке выборов депутатов Госдумы с новым набором фильтров для претендентов. Принятие внесенного прошлой весной законопроекта затормозилось из-за введения дополнительных требований к партиям-новичкам, на чем настаивала думская оппозиция. Ключевую инициативу внесли руководители всех четырех парламентских фракций, предложившие сохранить возможность выдвижения партсписков и кандидатов-одномандатников только для партий, которые или имеют фракцию в Госдуме, или получили на последних думских выборах не менее 3%, или провели в региональное заксобрание хотя бы одного депутата, избранного по партсписку. Таких партий сейчас 12 (см. врез). Остальным партиям (регистрацию прошли 74) придется собрать подписи 200 000 избирателей не менее чем в 29 регионах (не более 7000 в каждом) для выдвижения партсписка, а самовыдвиженцу понадобятся подписи не менее 3% от числа избирателей в округе. По замыслу авторов это позволит отсеивать партии-спойлеры. Собрать 200 000 подписей партии несложно, считает сопредседатель «Альянса зеленых и социал-демократов» Дмитрий Гудков, но решение о допуске партии к выборам будет зависеть не от качества их сбора, а от того, получил ли чиновник в избиркоме указание «пускать» или «не пускать», — эта норма породит новую волну произвола в регионах. Позиция Венецианской комиссии при Совете Европы, членом которого является и Россия, — нельзя требовать сбора подписей более 1%, напоминает депутат. Процедура проверки такова, что позволяет отсеивать неугодных кандидатов даже из числа добросовестных сборщиков, согласен сопредседатель «РПР-Парнаса», депутат Ярославской облдумы Борис Немцов. По его мнению, реальным фильтром для спойлеров был бы избирательный залог. Требование сбора подписей ударит не столько по партиям, сколько по независимым одномандатникам, говорит эксперт по выборам Андрей Бузин. Собрать 3% подписей (исходя из средней численности избирателей в округе это около 14 000 человек) без административного ресурса практически нереально, это фактически лишает независимых одномандатников шанса попасть в Госдуму. В законе об основных гарантиях число требуемых подписей на всех видах выборов не превышает 0,5%, напоминает Бузин. Другая потенциально отсеивающая поправка устанавливает срок моратория для участия в выборах для судимых кандидатов. Судимые за тяжкие преступления не смогут избираться еще шесть лет после снятия судимости, т. е. в течение 12 лет после окончания срока наказания, а за особо тяжкие — еще восемь лет, т. е. в течение 16 лет. Например, для Алексея Навального, осужденного в 2013 г. на пять лет условно, срок моратория истечет только к 2030 г. Еще одна поправка предписывает включать в избирательный бюллетень информацию о наличии у кандидата судимости даже в том случае, если она уже погашена, хотя согласно ч. 6 ст. 86 Уголовного кодекса погашение судимости аннулирует все связанные с ней последствия. |
#7
|
||||
|
||||
![]()
http://www.ng.ru/politics/2014-02-14/1_support.html
14.02.2014 00:01:00 Граждане России – за выборы по одномандатным округам Об авторе: Сергей Иванович Неверов – вице-спикер Государственной Думы, секретарь Генерального совета «Единой России». Тэги: политика, закон, выборы, госдума На первом месте – поддержка людей Сергей Неверов за конкуренцию на всех уровнях. Фото с сайта www.er.ru Сегодня в окончательном третьем чтении нижняя палата российского парламента принимает закон «О выборах депутатов Госдумы», концепцию которого предложил президент страны Владимир Путин. Этот закон станет ответом на целый ряд запросов общества. Во-первых, это запрос на повышение роли личности в политике. Не случайно, согласно исследованиям социологических служб, граждане России полностью поддерживают возвращение выборов по одномандатным округам. Голосование за личности, за тех, кто глубоко погружен в проблемы конкретной территории, нацелен на решение проблем ее жителей, – это дополнительная возможность прихода в парламент людей ярких, лидеров общественного мнения, тех, кого знают, уважают и поддерживают на их территориях. В перспективе это будет способствовать укреплению кадрового состава депутатского корпуса, повышению качества работы парламента и принимаемых им решений. Кроме того, это просто справедливо. Ведь сейчас есть регионы, которые не представлены своими депутатами в Госдуме, к примеру – Магаданская область или Чукотка, Республика Алтай. Эти регионы во время выборов входили в избирательную группу с другими субъектами РФ, но своего представителя не получили. Выборы по одномандатным округам снимают эту проблему. Вот почему в концепции закона, предложенного президентом, предусматривается смешанная система выборов – 225 одномандатников и 225 кандидатов, избирающихся по партийным спискам. На сегодняшний день, когда у нас сформирована достаточно зрелая уже партийная система, существует межпартийная конкуренция, и она возрастает, это оптимальный вариант. При этом в законе заложены и новеллы, которые одновременно с продвижением в политике личностей дадут возможность дальнейшего укрепления партийной системы… И с этим связан еще один общественный запрос – на представительство во власти именно тех политических сил, которые реально решают проблемы людей, кого поддерживают наши граждане, запрос на близость власти к людям. Именно поэтому законом вводятся квалификационные требования к партиям для участия в выборах. Кстати, эта норма была предложена ко второму чтению всеми парламентскими партиями. И она говорит о том, что в выборах без сбора подписей могут участвовать партии, которые имеют свое представительство хотя бы в одном законодательном собрании либо получили не менее 3% на прошедшей федеральной кампании. В противном случае партия собирает подписи – 200 тыс., не более 7 тыс. в одном регионе. То есть партия должна доказать, что обладает поддержкой жителей страны, а не просто свидетельством о регистрации. Квалификационные требования, которые вводятся, кстати, применяются во многих странах мира, таких как США, Австрия, Италия, ФРГ, Нидерланды, Норвегия, Турция, Финляндия, Швейцария, Япония. Так, например, в ФРГ освобождаются от сбора подписей только партии, которые после последних выборов непрерывно имеют в Бундестаге или Ландтаге не менее пяти выдвинутых ими депутатов. В Швейцарии партия не собирает подписей, если она представлена как минимум одним депутатом в Национальном совете или не менее чем тремя в трех кантональных парламентах. В большинстве штатов США для участия в выборах партии ее кандидат на предыдущих выборах различного уровня должен получить определенный процент либо подается петиция, подписанная определенным количеством граждан. У нас, кстати, квалификационные требования даже более либеральные… Логика здесь проста: если вы реально получаете поддержку людей, пользуетесь доверием избирателей, вы их пройдете. А иначе зачем вообще идти в политику? И наконец, третий запрос общества, на который дает ответ рассматриваемый закон о выборах, – это дальнейшее развитие политической, межпартийной конкуренции, повышение многообразия политической жизни. Конкуренция сегодня растет. К примеру, если на выборах в Госдуму в 2011 году всего четыре партии могли выдвигать своих кандидатов без сбора подписей, то сегодня уже таких партий с принятием закона будет 12, – кроме парламентских, это «Яблоко», «Патриоты России», «Правое дело», «Гражданская платформа», «Российская партия пенсионеров за справедливость», «Родина», РПР–ПАРНАС, «Коммунисты России». Но ведь очень важно, чтобы рост конкуренции происходил не только на федеральном уровне, в пределах Садового кольца, но и в регионах, на местах. Ведь от этого напрямую зависит, кто приходит во власть, какого качества эта власть. Но что происходит сегодня? На федеральных выборах нет отбоя от желающих поучаствовать. На региональных таких уже меньше. На муниципальные, где основной воз проблем, кроме «Единой России», зачастую вообще никто идти не хочет. Убежден, что закон, который будет принят, кардинально изменит ситуацию. Впереди – до думских выборов – еще два единых дня голосования, в 23 регионах состоятся выборы в законодательные собрания. И все политические партии, которые сегодня зарегистрированы (а их уже более 70), имеют реальную возможность за этот период – до 2016 года – получить представительство в законодательном собрании того или иного субъекта. За закон «О выборах депутатов Государственной Думы» во втором чтении проголосовало конституционное большинство – 354 депутата. Надеюсь, что сегодня в окончательном варианте он также будет поддержан. Ведь этот закон способствует развитию партийной системы, повышению политической конкуренции, отвечает на большинство запросов нашего общества в отношении того, по каким принципам должна формироваться ответственная власть. |
#8
|
||||
|
||||
![]()
http://www.profile.ru/pryamayarech/i...a-golosovaniya
14.02.2014 Кремль решил подкорректировать политическую реформу и сократить количество партий в избирательных бюллетенях ![]() Изготовление бюллетеней на московской печатной фабрике Гознака Фото: Павел Маркелов / ИДР-Формат Все четыре думские фракции консолидированно выступили с законодательной инициативой ограничить круг политических сил, которые могут участвовать в выборах. Парламентские партии боятся, что малые партии отберут у них часть электората, и хотят минимизировать конкуренцию. Согласно поправке, внесенной Владимиром Васильевым, Владимиром Жириновским, Геннадием Зюгановым и Сергеем Мироновым и одобренной Госдумой, непарламентским партиям для участия в выборах нужно будет собрать не менее 200 тыс. подписей избирателей. От сбора подписей освободят партии, набравшие на предыдущих выборах не менее 3% голосов избирателей, а также партии, сумевшие провести своих представителей в региональный парламент хотя бы одного субъекта РФ. Фактически это попытка поправить политическую реформу, инициированную экс-президентом Дмитрием Медведевым на фоне протестных акций конца 2011 года. В ситуации, когда один президент уходил, а другой только собирался прийти, решение принималось в авральном порядке. Кремль спешно искал способы сбить протестную волну, и поэтому были приняты достаточно популистские решения по либерализации избирательной системы. Не до конца продуманная реформа обернулась тем, что регистрацию получило огромное количество партий, в том числе — и вполне виртуальных. И вот теперь решено отсечь карликовые партии от выборов, чтобы не превращать избирательный бюллетень в километровый рулон. Принятие поправки будет означать, что из 75 ныне зарегистрированных в Минюсте партий в федеральных выборах смогут принять участие лишь 12. Однако дело не только в количественной стороне вопроса. Во-первых, упор вновь делается на сбор подписей, что открывает невиданные перспективы для произвола и манипуляций. Потому что в реальности к любым подписям можно придраться, что уже не раз нам было продемонстрировано. Все эксперты, с которыми я говорил, уверены: такое количество настоящих подписей собрать нереально, тем более что подписи нужно собирать равномерно по регионам (примерно по 7 тыс. в каждом). Ясно, что на качество одних подписных листов будут закрывать глаза, к другим вновь начнут предъявлять повышенные требования. Естественно, что эта система произвола будет использована для того, чтобы создавать препятствия неугодным Кремлю партиям и, наоборот, давать зеленый свет тем, которым власть благоволит. Во-вторых, предпринимаемые шаги никак не влияют на главную проблему нашей партийной системы — ее весьма ограниченную репрезентативность. Что и говорить: сегодня в нашей стране, возможно, было бы достаточно иметь не больше 5—7 партий. Но это должны быть партии, которые отражают реальный политический спектр. Нынешние же думские партии, в том числе и так называемые оппозиционные (КПРФ, ЛДПР, СР), явно не отвечают этому требованию. Все они — не более чем декорации, призванные украсить сцену кремлевского политического театра. При всем кажущемся изобилии в реальности оказывается, что у нас нет ни нормальной левой партии (КПРФ вряд ли можно считать таковой), ни внятной националистической партии (и это несмотря на то, что запрос на такую структуру есть, и общественная дискуссия по национальной проблематике давно уже ведется на повышенных тонах), ни разумной правой партии (имеющиеся партии выражают интересы лишь малой части реально существующего правого электората). Это означает, что вся наша система не выполняет те функции, которые ей по определению должны быть присущи. Она деградирует, и, как мы видим, все попытки обновить ее за счет привлечения к выборам малых партий и расширения конкуренции оказываются тщетными. Впрочем, претензии здесь следует предъявлять не только власти. Некоторое время назад многим казалось, что стоит только снять ограничения Кремля на создание и регистрацию новых партий, как активная часть населения тут же включится в партстроительство. Однако этого не произошло. Значит, партии как политические институты, вне всякого сомнения, не соответствуют современному общественному запросу. Непрозрачная, неповоротливая и нерепрезентативная партийная система существует как бы сама для себя. Молодое поколение выбирает иные формы реализации политической активности, часто и вовсе предпочитая отстаивать свои позиции в социальных сетях. Эти люди считают, что партии не дадут им возможности реализовать себя, решить стоящие перед страной и перед ними самими проблемы, а быть партийными статистами они не хотят. Получается замкнутый круг: верхи не могут, низы не хотят. |
#9
|
||||
|
||||
![]()
http://mironov.ru/main/speech/1799
На прошлой неделе мы поддержали изменения в законе о выборах депутатов Государственной думы. Возвращение к мажоритарной системе выборов для половины депутатского корпуса – это восстановление справедливости, прежде всего, по отношению к гражданам России. К избирателям, которые, безусловно, заинтересованы в том, чтобы иметь своего персонального представителя в российском парламенте, с которого можно было бы спросить за его работу, за выполнение обещаний, за внимание к людям. Конечно, и сейчас за каждым депутатом закреплен тот или иной регион, абсолютное большинство избиралось по региональным партийным спискам. Но все-таки персональная ответственность перед избирателями и ответственность партийная, то есть коллективная, – немного разные вещи. Думаю, что в результате повысится и уважение граждан к Госдуме, ведь и сам парламент будет формироваться с большим уважением к гражданам. Что же касается допуска к федеральным выборам непарламентских политических партий, то после либерализации партийного строительства без разумных барьеров действительно не обойтись. И основным барьером опять же должна стать поддержка партии избирателями – тут, уверен, тоже все справедливо решено. Вот только, к сожалению, нельзя сказать, что все эти позитивные изменения – шаг вперед. Потому что сделан этот шаг был после многих шагов назад. Мы опять возвращаемся к тому, с чего когда-то начинался современный российский парламентаризм. Надеюсь, что впредь топтаться на месте мы не будем, и российская избирательная система обретет, наконец, ту стабильность, в которой должны быть равно заинтересованы и общество, и государство. 19.02.2014 |
#10
|
||||
|
||||
![]()
http://www.rosbalt.ru/politrally/201...7/1241921.html
![]() 08.03 18:51 Согласно уже принятым поправкам в закон о выборах в Госдуму, новые партии, набравшие менее трех процентов на выборах в федеральный парламент, или не имеющие хотя бы одного депутата в региональных законодательных собраниях, вынуждены будут собирать подписи, чтобы их допустили к участию в парламентской избирательной гонке. Теперь в Госдуму поступил новый законопроект, который вводит такой же "фильтр" для партий и на выборах регионального уровня. О судьбе выборов и новых партий в России в этих условиях корреспондент "Росбалта" поговорил с депутатом Госдумы Дмитрием Гудковым, который в ряду прочих политиков заявил он необходимости не допустить принятия этого решения. — Насколько велика вероятность принятия закона о введении фильтров для партий-новичков и о необходимости им собирать подписи избирателей на региональных выборах? — Сто сорок шесть процентов... — Понятно. Тогда такой вопрос. В случае принятия этого закона, каковы, на ваш взгляд, перспективы новых партий на предстоящих выборах в Мосгордуму? — Все кандидаты, которые не пройдут "фильтр", будут вынуждены собирать подписи. — Ну, чем это заканчивается для оппозиционных кандидатов мы знаем на примере того же Ильи Пономарева в Новосибирске... — Да, такой риск при сборе подписей имеется. Хотя, умеренных, вроде "Гражданской платформы", пропустить могут. А тех, кто считается жестким оппозиционером, под каким-нибудь предлогом с выборов снимут. Найдут какой-нибудь брак в подписях, какие-нибудь неправильно расставленные запятые, и снимут. Главное в этой ситуации состоит в следующем. Все новые партии, в том числе, и наша — "Альянс зеленых и социал-демократов", у которой есть один депутат в Башкирии, не проходят "фильтр" на выборах в Госдуму. Дело в том, что выборы в ту же Мосгордуму, о которых сейчас много говорят, в случае, если даже оппозиционные партии и проведут в нее по одному депутату, не дадут им возможности избираться в федеральный парламент без процедуры сбора подписей. Согласно принятому закону, в Мосгордуму избираются теперь исключительно по одномандатной системе, а чтобы иметь возможность не собирать подписи на выборах в Госдуму, партии должны иметь одного депутата в региональном парламенте, прошедшего туда по партийному списку. Соответственно, участие новых партий в выборах в Мосгордуму не приближает их к Госдуме. "Региональный фильтр" сейчас вводят не для выборов в Москве, где отказать в регистрации известному оппозиционному кандидату без скандала не получится, а для выборов в законодательные собрания регионов, где на это, скорее всего, никто не обратит особого внимания. Если где-нибудь в Волгограде, Брянске или Татарстане не зарегистрируют ту или иную новую партию, никаких волнений там это не вызовет. А если она не получает ни одного мандата на выборах по партийным спискам в регионах, она не допускается до выборов в Госдуму без сбора подписей. — Таким образом, законопроект о "фильтрах" в регионах принимается с прицелом и на федеральные выборы? — Да. Это не московская, а, скорее, федеральная история. В Москве, если новые партии и проведут своих кандидатов в городскую Думу, то, как было сказано, только по одномандатным округам, что не даст им в дальнейшем права участвовать в выборах в Госдуму без сбора подписей, так как одномандатники не учитываются. Они фактически выбывают из политической борьбы на федеральном уровне, поскольку им надо будет собирать подписи. — Вы считаете, что получить один мандат хотя бы в одном из 80 с лишним российских регионов — это непреодолимый барьер для новых партий? — Но выборы-то в 2014-2015 годах пройдут только в 5-7 регионах. Вызовет ли резонанс отказ участвовать в выборах какой-нибудь новой партии, допустим, в Волгоградской области, в тот момент, когда все будут обсуждать выборы в Мосгордуму? — То есть, может получиться так, что в Госдуме вновь не окажется ни одной новой партии? — Да, именно так и может получиться, если до участия в выборах будут допущены только старые партии, партии-спойлеры и те, у кого нет никаких шансов пройти в Госдуму. Для чего все эти фильтры нужны? Сейчас не зарегистрировать новую партию вроде бы сложно. Хотя партию Алексея Навального не регистрировали несколько раз. Но вот Гудковы, например, нашли выход — вошли в уже зарегистрированную партию. Поэтому власти идут по пути создания таких "фильтров", благодаря чему даже имеющаяся регистрация партии обесценивается, превращается в пыль. Фактически, таким образом лишают партии регистрации, потому что какой смысл теперь в том, чтобы ее регистрировать? — Почему это делается? — После прошлогодних выборов мэра Москвы, на которых Навальный набрал 27% голосов, политический курс изменился, власти поняли, что допускать оппозиционеров до выборов опасно. Они поняли, что любой молодой харизматичный политик может получить больше голосов, чем все партии парламентской оппозиции. Это стало опасно, стало угрожать сложившемуся балансу сил. Поэтому представители всех парламентских партий пришли в Кремль и попросили там поддержки. — Действительно был такой поход в Кремль, или это только ваше предположение? — Я просто это знаю, они все туда пришли... — То есть, получается, что это была их инициатива? — Конечно. Они пришли в Кремль и стали говорить, что вы, дескать, нас таким образом уничтожаете. Дескать, мы-то играем по правилам, а эти — не по правилам. А что такое играть "по правилам" мы знаем — здесь не критиковать, там не критиковать, на митинги не ходить… Но в условиях конкуренции они проигрывают. — Как это повлияет на проведение выборов? — Если так пойдет дальше, то о выборах вообще надо будет забыть. Тем более, что и одномандатникам ввели "фильтры" — им надо собрать 3% подписей от общего числа избирателей округа. Например, в крупных городах округа по 500 тыс. человек. 3% от этого числа — это 15000 правильно собранных и оформленных, верифицированных подписей за две с половиной недели. Понятно, что если надо, всегда найдут брак. Беседовал Александр Желенин |
![]() |
|
Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1) | |
|
|