![]() |
#1
|
||||
|
||||
![]()
http://www.gazeta.ru/comments/column.../7831559.shtml
О том, насколько долговечна оппозиция за госсчет Журналист 20 октября 2015, 11:01 Судя по решениям исторического октябрьского (2015 года) пленума ЦК КПРФ, брать власть в стране коммунисты не собираются. Цели и задачи скромнее — там, где можно, в частности в одномандатных округах, добиться успеха. И вообще — увеличить присутствие. Реализуемы эти задачи? Ответ: да. Почему так получилось? Ответ будет сложносоставной. Один из основных тезисов: коммунистам не надо брать власть, потому что они уже у власти. Больше того, без них невозможно существование той политической модели, которая сконструирована окончательно в 2012 году, сразу после президентских выборов. В 1989-м Фрэнсис Фукуяма констатировал «конец истории». В 1996 году Анатолий Чубайс подвел еще одну черту: «Вбит последний гвоздь в крышку гроба коммунизма». И что мы видим: история и не думает заканчиваться, а восставшие из ада смотрят на нас застывшими взглядами из Кремлевской стены и участвуют в текущей политике. Правда, несмотря на все апелляции к сталинизму, легальный коммунизм (не путать со знакомыми из истории КПСС «легальными марксистами») на самом деле уже не тот, без прежнего заряда энергии. А, будем называть вещи своими именами, целиком поглощенный режимом. Допустим, у вас в Иркутской области побеждает коммунист. Означает ли это начало новой эры? Вовсе нет. Скорее, наоборот. Это прямой интерес первого лица, чтобы внутри политического мейнстрима, внутри легальной политический системы, где парламентские партии являются не столько приводными ремнями «Единой России», сколько Кремля и Старой площади, наблюдалась какая-то конкуренция. ЕР полезны поражения, она должна показать и доказать начальнику, что способна быть более эффективной, конкурентоспособной, агрессивной, нацеленной на победу. И совершенно безобидное появление то тут, то там коммунистов, чрезвычайно продуктивно с точки зрения улучшения работы главного звена «партии власти в расширенном понимании» (то есть ЕР плюс парламентские партии). Перед новой каденцией федерального парламента, перед президентскими выборами 2018 года Путину нужны новые, жадные до конкуренции и власти лица — взамен износившихся за четыре долгих президентских сроков старых. Ну, хотя бы по модели снятия Владимира Якунина, когда на смену опытному, но потерявшему доверие первого лица тяжеловесу приходит молодой технократ. С этой новой когортой Владимир Путин, возможно, и готовится идти на очередной президентский срок. Будь они хоть коммунистами, хоть большевиками, хоть меньшевиками, главное, чтобы глаз горел при виде удостоверения депутата. И дальше, как в русской народной сказке: «Что, новый хозяин, надо?» Словом, восходящая карьерная траектория отдельных коммунистов выгодна первому лицу. А что с голосами, которые граждане отдают за коммунистов? Для новых поколений настоящие коммунисты слишком исторически дистанцированы, чтобы воспринимать их как-нибудь иначе, нежели воспринимают, условно, времена Ивана Грозного. Для кого-то они кровавые палачи, а для кого-то и Сталин всего лишь символ, далекий, нематериальный, совсем не страшный. И Зюганов не страшный, потому что он сегодня вовсе не тот человек, который казался еще два десятилетия тому назад символом «лукашенковского» пути России. Да и что тот же Лукашенко? Как говорил В.С. Черномырдин, «напугали бабу туфлЯми на высоких каблуках»: белорусский батька — это такой здоровенный смешной мужик, который вместе с сыном позирует перед камерой с президентской четой США и галантно бегает за перепуганной Меркель с пышным букетом цветов. Легко себе представить сегодня в этой роли душку Геннадия Андреевича, не окажись его идеология под «крышкой гроба» в 1996 году. Поэтому сегодня голосование за коммунистов или жириновцев — это всего лишь неголосование за «Единую Россию». Необязательно протестное, хотя и КПРФ, и ЛДПР собирали, собирают и будут собирать протестные голоса. Но что такое протестные голоса, отданные за коммунистов или жириновцев? Это те голоса, которые должны были бы уйти непарламентским партиями, это стерилизованные голоса, это те ноги, которые, не будь избирательных бюллетеней с наименованиями как бы левой и как бы крайне правой партий, ушли бы на улицы и площади. А оттуда, быть может, и в тюрьму. А так они остаются внутри легальной системы. Значит, голоса, отданные за КПРФ и за ЛДПР, — это де-факто голоса, отданные за действующего президента. Потому что система — это он. Все, что вне системы, — «экстремизм» или просто разного рода девиантное поведение. Но в столь удобную, апробированную годами механику встроена проблема: способна ли эта система существовать без Геннадия Зюганова и Владимира Жириновского? Они, может, давно ушли бы на пенсию, но критически нужны для сбора урожая голосов избирателей. А будет ли ЛДПР как бы альтернативной партией без Жириновского? Останется ли столь же привлекательной КПРФ без Зюганова, сохранит ли она голоса избирателей? Ведь система сильно персонализирована, и нет никакой строгой коммунистической идеологии — есть бренд «Зюганов». Как нет и ультраправой идеологии с четкими лозунгами — есть бренд «Жириновский». И в этом смысле они похожи на первое лицо, только размноженные многолетним применением одних и тех же политтехнологий и чуть меньшего размера. Как и Путин, они не вырастили себе ни конкурентов, ни преемников. Как будет решаться эта проблема, когда два старожила все-таки сойдут с дистанции, не вполне ясно. Сработают ли бренды КПРФ и ЛДПР, если, как пелось в старой советской песне, «молодые капитаны поведут наш караван»? Так что Чубайс все-таки оказался прав, когда сообщил, что «последний гвоздь в гроб коммунизма забит». Того коммунизма, настоящего, опасного, чреватого непредсказуемыми инициативами, больше нет. Зато остались «коммунисты» и их бренды, не более опасные, чем майка с изображением Че Гевары. Бренды, крайне необходимые персонализированной и персоналистской российской политической системе. Как же все-таки гениально устроена эта система, когда первое лицо ни в чем не виновато: на пленуме Зюганов говорил о «ситуации, которую породило правительство Медведева». А это как раз ответ на вопрос, зачем нужен Дмитрий Медведев. Однако тогда получается, что нынешняя версия бренда «Путин» не живет без брендов «Зюганов», «Жириновский», «Медведев». Нет сомнений в том, что «Путин» переживает ребрендинг-2018. Но и выйдет он из него без старых брендов — приводных ремней уже иным человеком, лидером, символом. Никто только не знает — каким. Мнение автора может не совпадать с позицией редакции Последний раз редактировалось Chugunka; 09.06.2018 в 13:51. |
#2
|
||||
|
||||
![]()
http://www.kommersant.ru/doc/2927025..._campaign=vrez
"Власть" продолжает серию публикаций о возможных участниках выборов в Госдуму VII созыва 07.03.2016 ![]() "Справедливая Россия" "Родина" Российская партия пенсионеров за справедливость Проект левой партии, отнимающей голоса у коммунистов, был задуман еще в середине 1990-х годов, однако выполнить задуманное в полном объеме Кремль смог лишь в 2003-м. Спустя 13 лет и одну реформу этот проект нуждается в определении новой задачи. Первая попытка сформировать политическую структуру, занимающую в целом левые позиции, но при этом готовую конструктивно взаимодействовать с властью, была предпринята весной 1995 года. Тогда Борис Ельцин поручил премьер-министру Виктору Черномырдину создать правоцентристский блок, а спикеру Госдумы Ивану Рыбкину — левоцентристский. У Черномырдина результат не заставил себя долго ждать, и на свет вскоре появилось движение "Наш дом — Россия", которое прошло в Думу и благоденствовало, пока Черномырдин работал премьером. У Рыбкина, имевшего к весне 1995 года куда больший, чем у премьера, опыт партийно-политической работы, получалось хуже: возможные партнеры отказывались от сотрудничества, и в итоге "Блок Ивана Рыбкина" провалился на выборах и практически сразу исчез. Тем не менее идея создания левой партии продолжала жить. В 2003 году свое законное место и в российской политике, и в Государственной думе заняла "Родина". В 2007 году ее сменила в Госдуме "Справедливая Россия" во главе со спикером Совета федерации Сергеем Мироновым — партия счастливо заседает и по сей день. Занятая ею ниша выглядит настолько привлекательной, что в 2016-м партию Миронова попробуют из нее вытеснить. БУКВ Ставя в 1995 году перед Рыбкиным и Черномырдиным предвыборную задачу, Ельцин фактически предлагал создать двухпартийную систему, которая даст возможность "мощно вытеснить экстремистов" на обоих флангах. О двухпартийной системе говорил и первый заместитель главы администрации президента (АП) Владислав Сурков, приветствуя актив будущей "Справедливой России" в 2006-м: "Нет у общества "второй ноги", на которую можно переступить, когда затекла первая. В России нужна вторая крупная партия". Вообще-то такая партия начиная с 1993 года была всегда под рукой. Однако проект "второй партии" родился именно из-за желания убрать КПРФ из политики. Она должна была помочь власти отнять у коммунистов электоральное пространство. Чтобы сделать это, "левый проект" должен был копировать Компартию, проявляя себя не только как левая, но и как патриотическая партия. Левая партия — будь то "Родина" или "Справедливая Россия" — ни разу не обошла Компартию на выборах, но смогла стать для нее естественным ограничителем. В 2003 году показатели КПРФ на парламентских выборах резко упали по сравнению с 1995 и 1999 годами и с тех пор до прежних высот никогда не поднимались. Не только это обстоятельство привело к падению влияния КПРФ в 2000-е годы, однако для коммунистов "Справедливая Россия" стала куда более удобным и безопасным объектом для критики, чем Владимир Путин и его курс. В Компартии "левый проект" традиционно подвергали жесточайшей критике. В 2011 году партия Сергея Миронова доказала свою способность собирать голоса и тех, кто не хочет голосовать за "партию власти", но не готов поддержать чуть более артикулированную оппозицию, став главным бенефициаром предвыборного лозунга "голосуй за кого угодно, кроме...". На руку "Справедливой России" было и то, что ее прохождение в Госдуму выглядело гарантированным, а значит, голос, отданный за ее кандидатов, не мог пропасть. "Левый проект" всегда губила исполнительность. Справляясь с задачей отбора голосов, его участники хотели создать не просто партию, но "партию власти" — превратиться в полноценную опору политической системы. Сначала это попыталась сделать "Родина", предложив новый политический курс. Когда выяснилось, что ни о какой "второй партии" речи быть не может, "Родина" попыталась уйти в оппозицию. В ответ ее фактически расформировали, сделав частью фундамента для строительства "Справедливой России". Задачей СР было не только мешать коммунистам, но и привлекать к себе всех лояльных функционеров и бизнесменов, которые по аппаратным или идеологическим причинам не хотели состоять в "Единой России". Или не нашли себе там достойного места. Это должна была быть статусная партия, способная гарантировать своим лидерам и активу достойное место в политической системе. Задача почти была решена в 2007 году, однако в 2011-м по "Справедливой России" были нанесены два удара. Нет уверенности в том, что в условиях "посткрымского консенсуса" власть заинтересована в "левом проекте" Весной 2011 года Сергея Миронова сняли с поста спикера Совета федерации. Очень многое в имидже "Справедливой России" строилось на должности лидера, на том, что в силу петербургского происхождения он имеет доступ к ближней команде первых лиц государства. Выяснилось, что его влияние несколько преувеличено. После этого "Справедливая Россия" стала просто партией, которая имеет фракцию в Госдуме. С тех пор много раз оказывалось, что аппаратные позиции "Справедливой России" не слишком крепки. Последний пример: досрочное увольнение единственного партийного губернатора — Константина Ильковского — в феврале 2016 года. Представительство в региональных парламентах у "Справедливой России" — самое слабое из всех думских партий. Весной же 2011 года было объявлено о создании "Общероссийского народного фронта" — надпартийной структуры, объединяющей всех сторонников Владимира Путина. Через пять лет ОНФ стал достаточно сильной организацией, чтобы те, кто не хочет идти в "Единую Россию", записывались туда, а не в какую-то партию. События 2012-2014 годов сделали все партии, представленные в Думе, достаточно близкими друг другу и общей идеологической основе. Для "Справедливой России" это проблема. Ей необходимо доказать, что без нее дальше никак нельзя обойтись. Гарантировать "левому проекту" безоблачную жизнь в Думе следующего созыва может только неудержимый рост сторонников КПРФ — тогда снова потребуется ограничивать коммунистов в голосах. Но заниматься этим теперь готова не только "Справедливая Россия". Ее непосредственными конкурентами являются прежде всего "Родина" и Партия пенсионеров, организации, распущенные в середине нулевых годов ради создания "Справедливой России". Сегодня их лидеры, не состоявшие раньше в руководстве партий, явно намерены доказать, что могут лучше "Справедливой России" справиться с задачами, которые может поставить политическая система. Однако основная проблема "Справедливой России" — нарастающий запрос на новые имена. Он бьет и по другим представленным в Госдуме партиям, однако и у ЛДПР, и у КПРФ есть большое ядро избирателей, которое поможет им справиться с этим вызовом. У "Справедливой России" такое ядро значительно меньше. К тому же нет уверенности в том, что в условиях "посткрымского консенсуса" власть действительно заинтересована в "левом проекте". Впрочем, грустить об этом стоит не только "Справедливой России", но и другим осколкам "Родины". |
#3
|
||||
|
||||
![]()
https://www.vedomosti.ru/opinion/col...chii-izbiratel
Статья опубликована в № 4081 от 25.05.2016 под заголовком: Политэкономия: Свингующие избиратели Границы случайного на предстоящих выборах в Госдуму 25.05.2016 Они блуждают по электоральному полю, как по супермаркету. Не брезгают дегустацией на праймериз. Или уподобляются интернет-серферам, нетерпеливо скользя по сети, останавливая свой выбор на том или ином ресурсе по совершенно случайному поводу. Или переключают каналы – один в секунду, иной раз возвращаясь к проверенным – федеральным. Таков сегодняшний средний избиратель – не только в России. Он ищет чего-то нескучного, иногда – совершенно ненормального, если угодно, нецензурного. Swing voter, свингующий, блуждающий избиратель. Уставший от традиционных партий, не умеющий и не желающий отличать правое от левого, да и где оно сейчас, это белое и красное? На выходе получаются Виктор Орбан, Анджей Дуда, Марин ле Пен, Дональд Трамп, вот теперь едва не возглавил Австрию такой же персонаж – Норберт Хофер, но ответственный избиратель во все еще европейской все еще демократии победил. Мы были первые: наши свингеры давно уже проголосовали за Жириновского («Россия, ты одурела» – это ведь было почти четверть века назад). И ищут чего-нибудь новенького. Политические партии, по данным «Левада-центра», пользуются наименьшим доверием среди всех институтов, выше в рэнкинге доверия даже профсоюзы. Тем не менее участие в выборах – это и привычка, и морально одобряемое поведение, не лучший метод менять власть, но лучший – ее поддержать. Это и способ прогулять – от подъезда до избирательной урны и обратно – новую шубу (платье, туфли) жены, и вообще – игра. Почему бы в ней не поучаствовать? Впрочем, не желая выходить за пределы легальной рамки, вне которой – сплошной «экстремизм», попахивающий болотными нарами, русский свингер блуждает – и будет блуждать в этом сентябре, на выборах Госдумы, – в четырех стенах привычных парламентских партий. И тот, кто образовывал электоральное ядро одной партии, легко перекинется к другой. Большую жатву благодаря свингующим, а не ядру соберет компартия. Не потому, что кругом одни коммунисты, по ночам воющие на луноликого усатого-сухорукого, а потому, что, если человек без свойств решит голосовать не за «Единую Россию», которая надоела, и человек без взглядов захочет выразить свое абстрактное протестное настроение, им прямой путь голосовать за КПРФ как за самый понятный альтернативный канал проявления своей блуждающей натуры. Тем более в сентябре, когда еще загар, полученный в этом году именно в средней полосе России ввиду никак не останавливающегося падения реальных располагаемых доходов, не сошел, а думать все еще лень. В пользу коммунистов и тот факт, что их не финансирует Дядюшка Сэм. Хотя дедушка Уильяма Браудера (согласно легендам Старой площади залившего на манер золотой антилопы Алексея Навального долларами) был – на минуточку – генсеком компартии США. Две интриги электоральной кампании: станут ли эти выборы исключительно тестированием базы поддержки Путина-2018 и до какой степени честными/нечестными они окажутся при Элле Памфиловой. О содержании людей, программ, идеологий не говорит никто. Ибо свингующему избирателю это неинтересно, а он на этот раз решает все. Автор – директор программы Московского центра Карнеги |
#4
|
||||
|
||||
![]()
https://www.vedomosti.ru/politics/ar...ih-kommunistov
Статья опубликована в № 4108 от 04.07.2016 под заголовком: Левые делят коммунизм «Коммунисты России» поборются за голоса «истинных коммунистов» «Патриоты России» укрепились бывшим вице-президентом Александром Руцким 04.07.1600:20Для Ведомостей ![]() Предвыборные программы обеих левых партий во многом похожи А. Гордеев / Ведомости В пятницу прошли предвыборные съезды партий «Коммунисты России» и «Патриоты России» – двух левых организаций, появившихся когда-то в результате исхода из КПРФ партийцев, недовольных курсом руководства «главной» российской компартии и лично Геннадия Зюганова. «Коммунисты России» выдвинули максимально возможное число кандидатов – 400 по партсписку и 225 по одномандатным округам. Возглавил список председатель ЦК партии Максим Сурайкин, а самым известным кандидатом в его общефедеральной части оказался экс-губернатор Камчатского края Михаил Машковцев. «Патриотов» возглавил их лидер Геннадий Семигин, и в их списке тоже не обошлось без знаменитостей: в первую десятку вошли бывший вице-президент России Александр Руцкой, Герой Советского Союза Валерий Очиров и каскадер Александр Иншаков. Предвыборные программы обеих левых партий во многом похожи. «Коммунисты России» обещают поднять минимальную зарплату до 70 000 руб., пенсию – до 40 000, установить твердые цены на основные продукты питания, национализировать банки, систему здравоохранения, железнодорожный транспорт и ЖКХ, а также ввести госмонополию на алкоголь и табак. При этом их программа называется «10 сталинских ударов по капитализму», а ее целью Сурайкин назвал «возрождение социалистической экономики». «Патриоты» тоже предлагают отказаться от либерального экономического курса и обещают «укрепить и сберечь здоровье нации», вывести Россию в число стран с достойным уровнем жизни граждан и «вернуть семье центральное место в числе традиционных российских ценностей». Схожи и внешнеполитические принципы двух партий. Коммунисты намерены «сорвать зловещие планы НАТО по окружению России» и восстановить союз «антиимпериалистических государств по образцу Варшавского договора». В планах «патриотов» – отстаивание национально-государственных интересов России по всему миру и превращение нашей страны в лидирующую мировую державу. Шансов пройти в Госдуму у этих партий нет, уверен политолог Алексей Макаркин. А вот набрать 3%, чтобы получить допуск на следующие выборы без сбора подписей, могут «Коммунисты России», считает эксперт: «У них есть целевая аудитория – это те левые избиратели, которые разочаровались в Зюганове. Они всячески подчеркивают свою истинную коммунистическую направленность». В то же время «Патриоты России» не смогли четко заявить о том, что они предлагают, считает Макаркин: «У них нет ярко выраженной уникальности, непонятно, зачем голосовать за «патриотов», когда есть «Единая Россия» и КПРФ». |
![]() |
Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1) | |
|
|