Форум  

Вернуться   Форум "Солнечногорской газеты"-для думающих людей > Страницы истории > Мировая история

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
  #11  
Старый 08.09.2018, 03:21
Аватар для С. И. Ковалёв
С. И. Ковалёв С. И. Ковалёв вне форума
Новичок
 
Регистрация: 04.09.2018
Сообщений: 8
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
С. И. Ковалёв на пути к лучшему
По умолчанию Источники ранней римской истории и проблема ее достоверности

http://historyancient.ru/romeresp/ranistor2.html
2. Историческая традиция
Возникновение историографии в Риме


По мнению, общепринятому в науке, первой формой исторического творчества у римлян была летопись (annales). Это были краткие погодные заметки о важнейших событиях, присоединяемые к спискам консулов или других должностных лиц, именами которых в Риме обозначался год (эпонимные магистраты). Такая летопись составлялась жрецами понтификами для календарных целей. Когда она возникла, мы точно не знаем: полагают, что в середине V в. С начала III в. летопись понтификов стала составляться более подробно. В III же веке, по-видимому, понтификами были восполнены пробелы в старом тексте летописи, а также составлена начальная история Рима (до середины V в.).
Дополнением к летописи служили «записи понтификов» (commentarii pontificum), содержавшие различные предписания богослужебного и юридического характера. Такие же commentarii существовали и у других жреческих коллегий (например, у авгуров).
Наряду с официальным историографическим материалом существовали и частные исторические записи. Возможно, что в знатных римских домах велись семейные хроники. Обычай произносить на похоронах похвальные речи в честь покойного (laudationes funebres) также был одной из форм историографического творчества. Впрочем, здесь же нужно искать и один из источников фальсификации исторического материала.
В какой мере все эти документы могли быть использованы позднейшей историографией? Ливий (VI, 1) сообщает, что большинство этого материала погибло во время галльского погрома 390 г.: «Если что и было занесено в комментарии понтификов и иные государственные и частные письменные памятники, то большая часть их погибла при пожаре города». Однако некоторая часть документального материала могла быть спасена или восстановлена позднее. Как бы там ни было, но у нас есть сведения, что в эпоху Гракхов верховный понтифик (pontifex maximus) Публий Муций Сцевола привел в порядок летопись и пополнил ее ранние части. Так были составлены «Большие анналы» («Annales maximi») в 80 книгах. Единственный отрывок из них сохранился у одного позднего римского писателя. После труда Муция Сцеволы составление летописи, по-видимому, прекратилось.
Летопись понтификов, по крайней мере до ее обработки Сцеволой, не содержала связного исторического рассказа и поэтому не может быть названа настоящим историческим произведением. Историография в собственном смысле слова возникает в Риме только в эпоху Пунических войн, во второй половине III в. Это совпадение не случайно. Войны с Карфагеном были поворотным пунктом в римской истории. Они в огромной степени расширили кругозор римлян и вызвали потребность отдать себе отчет в происходящих событиях, что, в свою очередь, породило интерес к родному прошлому. К тому же на эпоху Пунических войн падает первое широкое знакомство римлян с эллинистической культурой, что не могло не оказать огромного влияния на выработку литературного языка и литературно-исторических вкусов.
Невий

Первым римским историком был Гней Невий из Кампании (ок. 270 — 200 гг.). Это очень яркая фигура. Простой гражданин, он не побоялся выступить против знатных семей Метеллов и Сципионов. В те времена это было большой смелостью. Невий попал в тюрьму, откуда его освободили только благодаря вмешательству народных трибунов. Невий был плодовитым сочинителем трагедий и комедий, в которых он не только подражал греческим образцам, но и обнаружил некоторую самостоятельность. Невий принимал участие в Первой Пунической войне и написал о ней эпическую поэму на латинском языке неуклюжим «сатурнийским» стихом (versus saturnius). Это - древнейший размер латинской народной поэзии. Впоследствии поэма была разделена на семь книг, из которых первые две содержали предшествующую историю Рима, начиная с легендарного Энея. От произведения Невия сохранились только ничтожные фрагменты.
Энний

Поколением позже жил Квинт Энний, родом из Калабрии, участник Второй Пунической войны (239—169 гг.). Среди его многочисленных произведений особенное значение имеют «Анналы», огромное произведение в 18 книгах, написанное латинским гекзаметром. Введением гекзаметра Энний произвел важную реформу латинского стихосложения. Содержание поэмы обнимало всю римскую историю с Энея до последних лет перед смертью автора. «Анналы» оказали сильное влияние на выработку традиционных образов римской историографии. От них также дошли только фрагменты (600 стихов из 30 тыс.).
Квинт Фабий
Однако этот своеобразный жанр поэтической историографии по самому своему характеру был весьма несовершенен. Настоящая история могла быть изложена только прозой. Пионером в этой области был Квинт Фабий Пиктор, первый римский анналист. Он родился в 254 г., принадлежал к сенаторскому сословию, участвовал в войне с Ганнибалом и после Канн был отправлен во главе посольства в Дельфы. Фабий Пиктор написал историю Рима с мифических времен. События своего времени он излагал подробно, по годам магистратов, почему его и называют «анналистом». Он отличался хорошей осведомленностью в современных ему событиях, был ценим и широко использован позднейшими историками.
Показательно, что хроника Фабия Пиктора была написана на греческом языке. Это говорит о том, что литературный прозаический язык у римлян в эту эпоху не был еще выработан.
Цинций Алимент
К тому же поколению старших анналистов, писавших еще на греческом языке, принадлежит Луций Цинций Алимент, претор 210 г., участ*ник Второй Пунической войны, одно время бывший в плену у Ганнибала. Его «Летопись», вероятно, была такого же характера, как и произведение Фабия Пиктора.
Катон
Первая римская история, написанная прозой и на латинском языке, принадлежит Марку Порцию Катону Старшему, или Цензору (234— 149). Катон был уроженцем г. Тускула. Богатый землевладелец, сенатор, прошедший всю лестницу магистратур от квестора до цензора, он славился строгостью своих нравов, консервативными взглядами и охранительной программой. Как политический деятель Катон выражал захватнические стремления аграрно-рабовладельческих кругов Рима. Как писателю ему принадлежит заслуга выработки прозаического литературного латинского языка. Расцвет деятельности Катона падает на эпоху решающих побед римлян на Балканском полуострове. Естественно, что в связи с этим растет их национальное самосознание, и хроника, написанная на греческом языке, перестает удовлетворять потребностям римского общества. В качестве историка Катон написал замечательное произведение под названием «Начала» в 7 книгах. Первые три книги подробно излагали греческие и местные легенды о раннем Риме и о других италийских городах, 4-я и 5-я книги были посвящены Пуническим войнам, 6-я и 7-я — позднейшим событиям до 149 г. Свой материал Катон располагал не анналистически, но распределял его по отделам, в зависимости от однородности фактов. Поэтому его можно считать первым римским историком в собственном смысле этого слова. Катон, по-видимому, широко пользовался различными официальными документами и вообще тщательно изучал свои источники. От «Начал», к сожалению, дошли только фрагменты.
Другие старшие анналисты
Другие старшие анналисты под влиянием Катона также стали пользоваться латинским языком.
Первую хронику на латинском языке написал современник Катона Луций Кассий Гемина, который довел свое изложение до 146 г. Другой современник Катона, Гней Геллий, первый из анналистов оставил сжатую манеру письма и начал прибегать к более широкому рассказу. Его произведение состояло по меньшей мере из 97 книг.
В эпоху Гракхов жил Луций Кальпурний Пизон, консул 133 г. и цензор 120 г. Им широко пользовались более поздние писатели, о чем говорят многочисленные цитаты из его летописи. В эту же бурную эпоху появляется мемуарная и монографическая литература. Следует отметить мемуары крупного политического деятеля послегракханской реакции Марка Эмилия Скавра, консула 115 г. Луций Цэлий Антипатр написал монографию о Второй Пунической войне, вышедшую в свет после смерти Г. Гракха (121 г.). У Антипатра уже заметны первые элементы риторики. Например, отправку римской армии в Африку он описывает в таких выражениях: «От крика воинов птицы падали на землю, и столько народу взошло на корабли, что казалось, будто в Италии и в Сицилии не осталось ни одного смертного».
Младшие анналисты
Младшее поколение анналистов, жившее в первой половине I в., находилось под сильнейшим влиянием греческой риторики. Стремясь дать публике занимательное чтение, они усиленно переделывали старую сухую летопись, не стесняясь прибегать к выдумкам. Встречая в летописи пробелы, младшие анналисты заполняли их различными вымыслами, часто дублирующими более поздние факты. Желая скрыть неудачи Рима, они из патриотических соображений прибегали к прямым фильсификациям: поражения превращали в победы или в лучшем случае старались скрыть их размеры. Любовь к сенсациям и драматическим эффектам заставляла преувеличивать цифры (иногда даже вразрез с патриотическими тенденциями). Поздняя анналистика смотрела на историю как на литературу. Отсюда детальное изображение событий вплоть до речей и даже мыслей героя. Когда героев не хватало, их выдумывали. Смерть героя наступала тогда, когда этого требовал драматический эффект, а не реальный ход событий.
Таким образом, деятельность младших анналистов привела к сильным искажениям римской истории, особенно для ранних периодов. Это оказало чрезвычайно вредное влияние на римскую историографию, так как именно младшие анналисты были главным источником для Ливия, Дионисия и Плутарха, т. е. для всей нашей наличной традиции. От младших анналистов до нас почти ничто не дошло.
Квинт Клавдий Квадригарий написал 22 книги исторического произведения, охватывающего период с нашествия галлов (390 г.) до смерти Суллы (78 г.). На него часто ссылается Ливий. Валерий Анциат, современник Суллы, оставил произведение в 75 или 77 книгах, где рассказ был доведен до смерти знаменитого диктатора. Анциат стяжал себе печальную известность многочисленными выдумками, преувеличенными цифрами и проч. Такой фальсификацией истории он занимался главным образом ради прославления рода Валериев. Анциат также был одним из главных источников Ливия.
К младшим анналистам принадлежит и Гай Лициний Макр, современник Цицерона, демократический деятель. За дурное управление провинцией он был осужден в 66 г. судом и покончил жизнь самоубийством. Макр как историк интересен тем, что ссылается на какие-то использованные им архивные материалы, которые он называет «libri lintei» («льняные свитки»). Они хранились в храме Юноны Монеты, и в них якобы содержались списки магистратов. Если это не выдумка Макра, то такое указание очень ценно, так как свидетельствует о наличии в Риме государственного архива уже в эпоху Республики.
Последним аналистом был Квинт (или Луций) Элий Туберон, помпеянец, участник битвы при Фарсале (48 г.). Его анналы охватывали период с древнейших времен до гражданской войны Цезаря с Помпеем. Изложенное выше развитие римской исторической мысли подготовило появление больших исторических работ I в. до н. э. Саллюстия Криспа, Тита Ливия и др.
Наш очерк зарождения и первых шагов римской историографии показывает, что до нас почти не дошло материала из этой ранней эпохи (за исключением незначительных отрывков). Возникает вопрос, каков же наш наличный исторический материал для первых двух периодов римской истории? Иначе говоря, какие литературные источники для этих периодов находятся в нашем распоряжении?
Ливий
Здесь на первом месте стоит Тит Ливий из г. Патавия (теперь Падуя) в Северной Италии (59 г. до н. э. — 17 г. н. э.). Ливий получил прекрасное образование и был разносторонним и плодовитым писателем. Но из его сочинений сохранилась только часть монументального исторического произведения, которое обычно называют «Аb urbe condita libri» («Книги от основания Рима»). Оно состояло из 142 книг и охватывало период от прибытия Энея в Италию до 9 г. до н. э. Но сохранилось только 35 книг: первые десять (первая декада), доводящие изложение до 293 г., и с 21-й по 45-ю (т. е. 3, 4-я и первая половина 5-й декад), охватывающие эпоху с 218 по 167 г. Кроме этого, уцелели отдельные фрагменты и краткие изложения содержания (периохи) почти всех книг (кроме 136-й и 137-й). Для ранней истории Рима имеет значение, следовательно, только 1-я декада.
Ливий жил в эпоху Августа, и это не могло не отразиться на его произведении. По своим политическим убеждениям он был сторонником аристократической республики, за что Август называл его «помпеянцем». Но консервативно-патриотический характер его истории заставлял Августа мириться с этим «вольнодумством». Ливий ставит своей задачей прославить доблесть и величие римского народа. Он всюду подчеркивает добрые старые нравы, противопоставляя их испорченности своего времени. Ливий — историк-моралист.
«В этом-то и состоит нравственная польза и плодотворность изучения истории, — пишет он в "Предисловии" к своему труду, — что примеры всякого рода событий созерцаешь, точно на блестящем памятнике: отсюда можно взять и для себя и для своего государства образцы, достойные подражания, тут же найдешь и позорное по началу и концу, чего следует избегать» (Предисловие, 10).
Ливий — прекрасный стилист, хотя и не свободный от влияния риторики. Он любит вкладывать в уста действующих лиц выдуманные речи, построенные по всем правилам ораторского искусства.
Ливий — не исследователь, но скорее компилятор. Поэтому вопрос о его источниках приобретает особо важное значение. Не всегда эти источники можно установить. Бесспорно, во всяком случае, что для 4-й и и 5-й декад он пользовался почти исключительно Полибием, великим греческим историком II в. Для 3-й декады — отчасти Полибием, отчасти анналистами. Что же касается 1-й декады, то для нее определить его источники почти невозможно. Вероятнее всего, это были младшие анналисты. Своими материалами Ливий пользовался почти без критики. Если главный источник был один, то он излагал его целиком (например, списывал Полибия), если источников было несколько, то в каждом отдельном случае он либо субъективно отдавал предпочтение какому-нибудь одному, либо сообщал несколько версий, иногда разноречивых. Только в редких случаях Ливий поднимается до исторической критики.
Например, разбирая в 1-й книге, в 18-й главе мнение о том, что учителем Нумы Помпилия был Пифагор, он указывает, что Пифагор жил 100 лет спустя после Сервия Туллия и, следовательно, учителем Нумы быть никак не мог. Даже если бы они были современниками, то как Пифагор мог попасть к сабинам, на каком языке учитель и ученик разговаривали друг с другом и т. д.?
Тенденциозность Ливия заставляет его односторонне подбирать факты. Например, излагая Полибия, он выбрасывает из него все то, что могло бы бросить тень на Рим. К тому же Ливий не был знатоком ни в области государственных, ни в области военных вопросов, а ему постоянно приходилось говорить и о римской конституции, и о войнах. Это обстоятельство не могло не повлиять в отрицательном смысле на содержание его труда.
Главное значение Ливия для ранних эпох римской истории состоит в том, что только у него мы находим связную традицию о первых двух периодах. Однако это же обстоятельство сыграло и свою отрицательную роль в дальнейшем развитии римской историографии. Литературный талант Ливия, искусная систематизация легендарного материала, широкая популярность его труда сделали Ливия главным представителем традиции о возникновении Рима и его истории в раннюю эпоху. А эта традиция и по характеру материала, которым пользовался Ливий, и благодаря его собственным недостаткам в значительной части недостоверна. Поэтому утверждения Ливия в этой части нуждаются в тщательной проверке и сличении с параллельными источниками.
Дионисий
Современником Ливия был грек Дионисий Галикарнасский, профессор риторики и литературный критик. В 30 г. до н. э. он приехал в Рим, где и написал на греческом языке свой главный труд, над которым работал около 22 лет, выпустив его в 7 г. до н. э. Сочинение Дионисия — «Римская древняя история» — состояло из 20 книг, из которых первые 10 дошли полностью, 11-я — частично, а от остальных сохранились только фрагменты. В первоначальном виде «Древняя история» была доведена до начала Первой Пунической войны (264 г.). В своем теперешнем состоянии она обрывается на 443 г. Дионисий стоит на сенаторско-аристократических позициях. Он тенденциозен, стараясь доказать родство римлян с греками, доблесть римского народа и мудрость римских государственных людей. Риторический стиль Дионисия до известной степени сглаживается его приверженностью к аттическому классицизму (подражание Фукидиду).
Свои источники Дионисий сам указывает в 1-й книге, в 6-й и 7-й главах. Это — греческие историки, старшие анналисты, Катон и младшие анналисты. По-видимому, Дионисий знает и Ливия: он явно полемизирует с ним, хотя ни разу не называет его по имени.
Историческая критика у Дионисия также почти отсутствует. Он любит проводить некритические сравнения между римской и греческой историями. Так, например, он сравнивает патрициев с фессалийской знатью, консулов — со спартанскими царями и т. п. Часто Дионисий дает неверную хронологию. Однако некоторые варианты традиции у него лучше, чем у Ливия, поэтому он служит главным коррективом Ливия.
Плутарх
Третьим крупным представителем наличной традиции является Плутарх, грек из Херонеи, родившийся в середине I в. н. э. Он занимал видное положение в имперской администрации при Траяне и Адриане и был чрезвычайно образованным и плодовитым писателем. Для историка особенно важны его «Параллельные биографии» — жизнеописания выдающихся греческих и римских деятелей, соединенные попарно. До нас дошло 50 биографий — 46 парных и 4 отдельных. Для ранней римской истории имеют значение биографии Ромула, Нумы, Попликолы, Кориолана, Камилла и Пирра. Кое-какие факты можно найти в мелких работах Плутарха: «Римских вопросах» и др.
Плутарх — не столько историк, сколько философ-моралист. Он сам говорит, что пишет не историю, а биографии, откуда читатели должны черпать примеры того, чему надо подражать и чего следует избегать. Поэтому раскрытие истины стоит для Плутарха на втором плане. Отсюда вытекает его односторонность в подборе фактов, стремление к психологическим деталям, к анекдоту, к шутке.
«Добродетель и порок, — говорит он, — раскрываются не только в блестящих подвигах: часто незначительный поступок, слово или шутка лучше обнаруживают характер человека, чем битва, приведшая к десяткам тысяч трупов» («Александр», вступление).
Этим же объясняется некритичность Плутарха. Но так как он в совершенстве владел исторической литературой, то это дало ему возможность собрать в своих биографиях множество ценнейших фактов. Нужно только уметь их отобрать. Большим достоинством Плутарха является то, что он часто указывает свои источники.
Диодор
Таковы три писателя, которые сохранили нам основную историческую традицию ранних периодов римской истории. Дополнением к ним служит ряд других литературных источников. Отдельные, иногда очень ценные замечания можно найти у историка I в. до н. э. грека Диодора Сицилийского. Его «Историческая библиотека» в сорока книгах является всемирной историей, охватывающей период с мифических времен до 54 г. до н. э. (экспедиция Цезаря в Британию). От нее остались первые 5 книг и затем с 11-й по 20-ю. От других дошло довольно много фрагментов. Ранние отделы римской истории представлены в 11—20-й книгах, охватывающих время с 479 по 301 г. Материал здесь расположен синхронистически: по олимпиадам, афинским архонтам и римским консулам. Главное внимание Диодор уделяет греческой истории, поэтому римская история изложена очень кратко, и под многими годами стоят только имена консулов.
Диодор — компилятор чистой воды, почти дословно списывающий свои источники. Впрочем, это имеет и свои достоинства, так как иногда Диодор пользовался хорошими авторами. Так, в основе 11—20-й книг, может быть, лежит хроника Фабия Пиктора. Поэтому труд Диодора важен для критики младших анналистов, которыми пользовались Ливий и Дионисий. У Диодора мы найдем ряд ценных замечаний. В частности, большое значение имеют его хронологические указания.
У писателей императорской эпохи (Плиния Старшего, Тацита, Аппиана, Диона Кассия) мы не найдем много материала по интересующему нас периоду. Но кое-что интересное есть и у них.
Варрон
Больше значения имеют так называемые «антиквары» позднереспубликанской эпохи. Это — не историки, но собиратели различных сведений о старине. Самый крупный из них — Марк Теренций Варрон, помпеянец, перешедший потом на сторону Цезаря (116—27). Варрон был ученым-энциклопедистом, обладавшим огромной трудоспособностью (он написал более 70 сочинений). Филолог, историк, поэт, агроном, математик Варрон старался охватить все сокровища греческой культуры и переработать их в римском духе. Из его произведений сохранилось очень немного. Для ранней римской истории имеет значение его исследование «О латинском языке» в 25 книгах. От него уцелели книги с 5-й по 10-ю, да и то в плохом состоянии.
Веррий Флакк
К этой же категории антикваров нужно причислить вольноотпущенника Веррия Флакка — ученого грамматика и воспитателя внуков Августа. Возможно, что он принимал участие в составлении консульских и триумфальных фастов, а также пренестинского календаря. Его большой энциклопедический словарь «О значении слов», к сожалению, потерян, но час*тично сохранилось извлечение из него грамматика II в. н. э. Феста. От извлечения Феста дошла только вторая половина (с буквы М), да и то в испорченном состоянии. Кроме этого, сохранилось скудное сокращение словаря Феста, сделанное писателем эпохи Карла Великого Павлом Диаконом. Несмотря на жалкий характер обоих извлечений, они не смогли полностью изуродовать ценнейший материал, содержавшийся у Веррия Флакка, и историку, занимающемуся ранним Римом, постоянно приходится к ним обращаться. История словаря Веррия Флакка типична для характеристики того печального состояния, в котором находится традиция о начальных эпохах Рима.
Цицерон
Хорошие варианты традиции можно найти у римских публицистов и знатоков права. К числу первых нужно отнести прежде всего Цицерона. Марк Туллий Цицерон (106—43), писатель, адвокат и государственный деятель, не будучи историком, часто касался в своих многочисленных произведениях вопросов древнейшей римской истории. В этом отношении особенно важное значение имеет его сочинение «О государстве» в 6 книгах, из которых почти целиком дошли 1-я и 2-я, а от стальных — несколько крупных фрагментов. Так как здесь Цицерон пользуется Полибием, то он часто излагает древнюю, а следовательно, меньше испорченную форму предания.
Юристы
Из огромного количества произведений римских юристов уцелели лишь очень немногие. Да и среди последних вопросы ранней римской истории застрагиваются редко. В «Дигестах», входящих в знаменитый законодательный сборник императора Юстиниана (VI в. н. э.) «Свод гражданского права» («Corpus iuris civilis»), находится большой отрывок из «Руководства» Помпония, юриста II в. н. э. В нем говорится о так называемых «царских законах», упомянутых нами выше. В четырех книгах «Институций» знаменитого юриста II в. н. э. Гая содержатся не только ценнейшие данные по римскому праву, но и ряд важных замечаний по социальной истории Рима.
Компиляторы позднеимператорской эпохи
Некоторое значение имеют также компилятивные произведения писателей позднеимператорской эпохи: «Аттические ночи» Авла Геллия (II в.), «О римских магистратурах» и «О месяцах» грека Иоанна Лидийца (VI в.), комментарии Сервия на Вергилия (IV или V в.), «Сатурналии» Макробия, римского грамматика первой половины V в., тощая компиляция из Ливия в двух книгах о римских войнах Флора (II в.), «Краткий очерк римской истории» Евтропия (IV в.) и др.
Очень ценные указания о римском календаре находятся в сочинении «О дне рождения» римского грамматика III в. н. э. Цензорина.
Ответить с цитированием
  #12  
Старый 09.09.2018, 01:34
Аватар для С. И. Ковалёв
С. И. Ковалёв С. И. Ковалёв вне форума
Новичок
 
Регистрация: 04.09.2018
Сообщений: 8
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
С. И. Ковалёв на пути к лучшему
По умолчанию Источники ранней римской истории и проблема ее достоверности

http://historyancient.ru/romeresp/ranistor3.html
3. Проблема достоверности ранней римской истории
Изложенный выше очерк развития римской историографии и ее наличного состояния наводит на самые печальные размышления о степени достоверности ранней римской истории. Действительно, письменность появилась в Риме, во всяком случае, позднее начала его истории (может быть, в VI в.). Летопись понтификов возникала не раньше середины V в. Следовательно, до этого существовала только устная традиция, обладающая, как правило, весьма малой достоверностью. Галльский погром 390 г. уничтожил значительную часть письменного материала. Наличная традиция (главным образом Ливий, Дионисий и Плутарх) дошла до нас, в лучшем случае, из третьих рук: архивный материал — анналисты старшие — анналисты младшие.
К этому нужно прибавить несовершенство римского календаря и летосчисления. Первоначально год в Риме был десятимесячным, а месяц — лунным, состоявшим из 28—29 дней. Позднее (согласно традиции, при Нуме Помпилии) ввели двенадцатимесячный год, но месяц по-прежнему оставался лунным. Перед понтификами стояла сложная задача выравнивания лунного года с солнечным. Только реформа календаря, произведенная Юлием Цезарем в 45 г. до н. э., положила конец этому хаосу. Точное исчисление времени при старом доюлианском календаре было невозможно.
Сюда присоединялась путаница с эрой. Исчисление годов вели «от основания Рима». Но когда он был основан? Греческий историк Тимей из Тавромения (IV в. до н. э.), по словам Дионисия (I, 74), датировал основание Рима и Карфагена одним и тем же годом — «за 38 лет до 1-й олимпи*ады», т. е. 814 г. до н. э.; Фабий Пиктор — 1-м годом 8-й олимпиады (748 г.); Цинций Алимент — 4-м годом 12-й олимпиады (729/28 г.). Катон считал, что Рим был основан «432 года после Троянской войны», т. е. в 1-й год 7-й олимпиады (752 г.). Полибий дает 2-й год 7-й олимпиады (751/50 г.). Ту же дату мы находим у Диодора и Цицерона. Наконец, Варрон остановился на 3-м годе 6-й олимпиады (754/53 г.), и эта дата официально была принята в Риме. «Варронова эра» перешла и в современную историографию, конечно, не как дата основания Рима, определить которую невозможно, а как условная точка отсчета.
Все вышесказанное чрезвычайно затрудняет установление подлинных фактов ранней римской истории. Традиция дает здесь массу материала явно мифического и легендарного. Таков Ромул, сын Марса, основатель Рима и первый царь, живым взятый на небо. Таков Нума Помпилий, второй царь, создатель римского культа, супруг нимфы Эгерии. Таковы недостоверные детали так называемой «реформы Сервия Туллия», например исчисление ценза в ассах и проч. Миф и легенда тесно переплетаются здесь друг с другом и скрывают возможное ядро исторической истины. Многое письменная традиция получила в наследство от бесписьменных эпох народного творчества, многое было придумано позднее. В этих выдумках большую роль играл принцип так называемой «этиологии» (от греч. слова aiTia — причина). Когда наивное мышление древних пыталось объяснить возникновение отдельных институтов, обычаев, обрядов и проч., оно прибегало к выдумке «этиологической саги», в которой создание или возникновение этих институтов приписывалось определенному (чаще всего вы*думанному) лицу или связывалось с каким-нибудь легендарным событием. Так, например, основание Рима (Roma) приписывалось его эпониму Ромулу (Romulus); римские свадебные обычаи, в которых оставались еще некоторые следы «умыкания» невест, породили для своего объяснения легенду о похищении сабинок и т. д. Одно время в науке сильно увлекались принципом этиологии. Теперь это увлечение прошло, однако нельзя отрицать, что в отдельных случаях этиологическое объяснение может дать хорошие результаты. На искажение исторической истины влияли также риторические тенденции поздней анналистики, политические причины (например, стремление возвысить род Юлиев), греческие влияния и т. п.
Естественно, что в исторической науке возникло скептическое отношение к возможности восстановить события ранней римской истории. Одним из первых представителей критического отношения к римской традиции был голландский ученый второй половины XVII в. Яков Перизоний. В XVIII в. французский ученый Бофор написал книгу с характерным заглавием «Рассуждение о недостоверности пяти первых веков римской истории». Основное положение Бофора сводится к тому, что при ненадежности традиции достоверное изложение частностей римской истории первых веков Республики невозможно. Но историческая мысль на этом не остановилась. В конце 90-х гг. XIX в. итальянский ученый Паис в своей работе «История Рима» пошел гораздо дальше. По его мнению, достоверная римская история начинается только с III в. Гиперкритицизм Паиса простирается так далеко, что он отрицает достоверность «Законов XII таблиц».

Однако этот чрезмерный скептицизм оставлен даже Паисом в его последних работах. Современная наука признает, что внутренняя критика литературной традиции и, главное, комбинированное использование источников дают возможность установить если не детали, то общий ход римской истории в древнейшую эпоху. Теперь наблюдается скорее обратная тенденция: чрезмерное доверие к традиции. Этим страдают, например, соответствующие главы VII тома «Кембриджской древней истории» («The Cambridge ancient history»), самой крупной сводки материала древней истории в западной науке за последнее время.

По поводу доверия к традиции в исторической науке второй половины XX века следует отметить, что, несомненно, в распоряжении анналистов были островки твердой почвы тогда, когда они могли воспользоваться каким-либо документом или когда дело касалось эпохальных событий, прочно закрепившихся в народной памяти, например, день поражения римской армии от галлов на реке Аллии — 18 июля. Спрашивается, однако, сколь надежны мосты, которые перебрасывали историки между подобными островами. По-видимому, именно в ответе на этот вопрос заключается возможность осторожного доверия ранней римской традиции. Дело в том, что анналисты не ввели, не могли ввести ложную версию основных событий политической и военной истории Рима, так как эти события были предметом общественного знания в III—I вв. до н. э. Вот почему свидетельства Цицерона, Ливия, Дионисия, Диодора, использовавших прежде всего материал анналистики, сходны в принципиальных моментах. Значит, сколь можно судить, существовала основная общая линия традиции. Что же включает в себя общая линия, так сказать, стержень традиции? Во внешних делах: сообщения о военных кампаниях, поражениях и победах, о мирных договорах и триумфах, о присоединении территорий, об основании колоний; во внутренних делах: возникновение основных структур государственной власти, политические перевороты, законодательные изменения, а также сооружение главных общественных и культовых зданий и т. д. Сюда же нужно отнести народные легенды, предания о героизме и доблести, возникновение культов и др.

Вместе с тем следует помнить, что доверие не исключает необходимости критического разбора имеющегося материала. Ведь интерпретация фактов, красочные рассказы о событиях — это, естественно, область субъективного и, как правило, недостоверного. Причем нужно иметь в виду, что субъективные элементы включают несколько уровней: субъективизм семейных преданий и хроник, субъективизм анналистов Ш—II вв. до н. э., а затем писателей рубежа старой и новой эр. Таким образом, осторожное доверие к традиции с постоянным критическим разбором ее дает возможность с большой степенью достоверности восстановить ход римской истории в VIII—IV вв. до н. э.
Ответить с цитированием
  #13  
Старый 10.09.2018, 01:05
Аватар для С. И. Ковалёв
С. И. Ковалёв С. И. Ковалёв вне форума
Новичок
 
Регистрация: 04.09.2018
Сообщений: 8
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
С. И. Ковалёв на пути к лучшему
По умолчанию География Италии

http://historyancient.ru/romeresp/geoitaly.html
Апеннинский полуостров занимает выгодное географическое положение в центре Средиземноморья. Италия омывается Адриатическим, Ионийским, Тиррен*ским и Лигурийским морями, имеет мало изрезанную береговую линию. Рельеф Италии во многом определяется горными грядами Альп и Апеннин. Плодородие долин, разветвленная речная система, мягкий, благоприятный для сельского хозяйства климат издревле делали Италию пригодной для жизни и деятельности человека. Своеобразная самодостаточность (автаркия) Италии определила особенности исторического развития Древнего Рима.
Хотя уже с III в. до н. э. Рим вышел далеко за рамки Апеннинского полуострова, но Италия всегда оставалась основой римской экономики, базой римской экспансии, центром политической жизни и управления римской державы, главным очагом римской культуры. Поэтому нельзя понять особенностей римской истории, не имея ясного представления о том, чем была Италия в географическом отношении.
Апеннинский полуостров — средний из трех больших полуостровов (Балканского, Апеннинского и Пиренейского), глубоко вдающихся с севера в Средиземное море и разрезающих его на три части. Узкой полосой, простирающейся приблизительно на 1 тыс. км, тянется Италия на юг, в средней части достигая ширины около 150 км. Большой остров Сицилия, являющийся непосредственным продолжением Италии, близко (на 150 км) подходит к побережью Африки. С севера Альпы подковой замыкают полуостров. Хотя они, как показывает римская история, и не являлись непреодолимой преградой для вторжения (в особенности в их восточной части — Юлийские Альпы), однако до известной степени создавали изолированность Италии с севера.
С востока полуостров омывается Адриатическим (или Верхним) морем, с юга — Ионийским, с запада — Тирренским (или Нижним) и Лигурийским. Моря эти бедны островами. Около восточного побережья Италии их почти нет. На юге — одна Сицилия, да и она является островом только формально, на деле будучи частью Италии. С запада — крупные острова Сардиния и Корсика, но они отстоят слишком далеко от италийского побережья, а вдоль берега разбросано только несколько мелких островов: Ильва (теперь Эльба), Капреи (Капри) и др. Таким образом, островная система Италии чрезвычайно бедна и резко отличается от островного окружения Греции. В то время как эта последняя окружена множеством островов, которые тесно связывают ее с Малой Азией, Италия изолирована. Поэтому у нее отсутствовала одна из важнейших предпосылок развития торговли и мореплавания, какую Греция имела в своем огромном островном мире.
В таком же направлении влияла береговая линия Апеннинского полуострова. Она очень коротка, относительно гораздо короче береговой линии южной части Балканского полуострова. Берега Италии мало изрезаны и неудобны для мореплавания. На адриатическом побережье почти нет удобных бухт, и берега негостеприимны (отмели, лагуны). Немногим лучше южное побережье. Только в средней части западного берега (в Кампании) есть хорошие бухты.
Строением поверхности Италия тоже сильно отличается от Греции. Последняя по всем направлениям изрезана горными цепями, создающими множество изолированных областей. В Италии же одна основная горная цепь — Апеннины, пересекающая полуостров с севера на юг. В северной части они трудно проходимы, но чем дальше на юг, тем горы становятся ниже и в конце концов в южной части полуострова разбегаются отлогими цепями.
Замкнутых областей в Италии нет, если не считать отдельных небольших районов в северной и центральной частях Апеннин. Поэтому те области, на которые исторически распадалась Италия, были скорее этнографическими, чем географическими комплексами.
Северную часть Италии (теперь Ломбардия) в древности называли Ци*зальпинской Галлией, т. е. Галлией по эту сторону Альп. Она делилась на Галлию Транспаданскую — по ту сторону Пада (теперь По) — и Галлию Циспаданскую — по эту сторону По. Галлия, согласно географическим представлениям древних, не входила в состав Италии. К югу от нее, в западной части полуострова, лежала Этрурия (теперь Тоскана). К востоку от Этрурии — гористая Умбрия и Пицен; к югу — холмистая равнина Лация. Еще дальше к югу находилась цветущая приморская область Кампания. К востоку от Лация и Кампании лежал покрытый лесами Самний. Южную часть полуострова составляли Апулия, Калабрия, Лукания и Бруттий.
Речная система Италии довольно богата. Цизальпинскую Галлию орошает большая река По (лат. Padus) с многочисленными притоками. В северной части Этрурии течет Арно (лат. Arnus). Границей между Этрурией, Умбрией и Лацием служит Тибр. Кроме этих рек, нужно отметить Лирис в Лации и Ауфид в Апулии. В древности все эти реки были гораздо полноводнее, чем теперь. В речных долинах сохранились следы древних ирригационных сооружений.
Почва Апеннинского полуострова создавала прекрасные условия для земледелия и скотоводства. Плодородная равнина По была одной из самых древних областей земледельческой культуры. Вулканическая почва Лация, Кампании и Сицилии щедро вознаграждала труд земледельца. Юг Италии славился своими прекрасными пастбищами. Недра Италии были богаты металлом. Медь, свинец, олово и цинк Этрурии, железо на о. Ильве являлись одной из важнейших предпосылок высокого развития этрусской культуры.
Климат Италии в древности несколько отличался от современного. Он был более влажным и прохладным, что зависело главным образом от большого количества лесов, когда-то покрывавших Апеннинский полуостров и ныне вырубленных. Леса задерживали таяние снегов, благодаря чему в почве дольше держалась влага. Это приближало климат древней Италии скорее к среднеевропейскому, тогда как в наше время в нем сильнее выступают субтропические элементы.
В целом условия географической среды Италии были менее благоприятны для развития, чем аналогичные условия Греции. Италия была страной по преимуществу земледельческой. Характер почвы и климата давал возможность разводить не только оливки и виноград, но и зерновые культуры: просо, ячмень, полбу, пшеницу. Кроме этого, Италия была богата металлом и лесом. Поэтому она не была в такой степени, как Греция, связана с внешним миром необходимостью ввозить хлеб, строевой лес, кожу и другие виды сырья. Ее хозяйство долго могло оставаться натурально-замкнутым и в силу этого отсталым.
Этой отсталости содействовали и условия социально-исторической среды, окружавшей Италию. Тех оживленных сношений с Востоком, которые являлись важнейшей предпосылкой развития Греции, Италия не знала вследствие своего отдаленного положения. Самыми культурными соседями италийских племен были греческие колонии юга Италии и Сицилии. Непосредственные сношения с Грецией были затруднены характером береговой линии и отсутствием островов, а кроме того, западная часть Балканского полуострова, обращенная к Италии, была в экономическом и культурном отношениях сравнительно отсталой.
Все эти условия долго задерживали древнюю Италию на уровне натурально-замкнутой экономики и примитивной культуры. Однако эти же условия с определенного момента начали играть положительную роль в ис*торическом развитии Италии. Относительная отсталость италийской экономики и ее аграрный характер имели один важнейший результат: они содействовали тому, что на Апеннинском полуострове долго сохранялось мелкое свободное землевладение и Италия долго оставалась крестьянской страной. И когда Рим, объединив Италию, включился в «большую» политику, именно италийское крестьянство стало тем орудием, с помощью которого был завоеван весь средиземноморский мир. В борьбе с более старыми и более развитыми государствами Средиземноморья — Карфагеном, Грецией, Македонией, Сирией, Египтом — отсталость Италии в условиях примитивной техники сделалась ее величайшей силой.
В образовании римской мировой державы немалое значение имело центральное положение Апеннинского полуострова (так же, как центральное положение Рима сыграло большую роль в объединении Италии). Оно давало возможность римлянам действовать по внутренним операционным путям, разъединяя своих противников. Это же центральное положение облегчило Риму то культурное посредничество между Востоком и Западом, которое стало одним из величайших факторов культурного развития Европы.
Московский историк профессор В. И. Кузищин в своих исследованиях истории земледелия древней Италии приводит несколько интересных характеристик природных условий Апеннинского полуострова: «Громадное влияние на климат вообще и на температурные условия в частности оказывает Средиземное море, где постоянная температура воды +13°. Море зимой является вместилищем тепла, а летом источником свежести. Альпы предохраняют Италию от влияния континентальной Европы. Поэтому сильных термических колебаний Италия не испытывает. В январе на большей части территории Италии температура имеет 6—9° тепла. Труды древних авторов наталкивают современного читателя на мысль о значительном количестве осадков в ряде районов Италии. У Плиния, Колумеллы, Вергилия содержатся постоянные указания на предосторожности, связанные с частыми дождями или ливнями, обилием воды на полях, устройством сточных канав и рвов. В так называемом сельскохозяйственном календаре Колумелла (I в. н. э.) перечисляет самым подробным образом дождливые дни, все ливни, заморозки и т. д. Из 54 дождливых дней ливневых дней 7 (1 — в январе, 2 — в феврале, 1 — в апреле, 2 — в августе, 1 — в сентябре).

Серьезным бедствием для земледельцев был град, который мог выбить посевы и поломать посадки. Дни с градом специально фиксировались. Колумелла, например, указывает 7 дней, когда выпадали осадки с градом. Они приходились на февраль (3 дня), март (1 день) и апрель (3 дня).

Большое значение для сельского хозяйства имеет рельеф. В целом, рельеф Италии можно определить как горно-холмистый. На долю равнин, долин и низменностей приходится лишь 21,6 % всей территории, горы занимают 38,4 %, а холмы 39,7 %. Две системы составляют основу гор Италии: Альпы и Апеннины. Альпы — самая высокая горная цепь в Европе — дугой ограничивает Италию с севера, защищая от влияния континентальной Европы. Еще большую роль в жизни Италии играли Апеннины — горная цепь, проходящая через весь узкий полуостров. Апеннины — невысокие горы (наибольшая вершина — 2914 м) , они не столь едины, как Альпы, и представляют собой совокупность нескольких самостоятельных горных систем, между которыми есть значительные понижения; они обеспечивают таким образом сообщение между всеми областями полуострова. Основная часть холмов (т. е. возвышенностей, не превышающих 800 м над уровнем моря) находится не в Северной Италии, где Альпы круто и резко отделены от равнин, а на полуострове. В некоторых областях Италии холмы занимают большую часть территории, например, в Лации — 68 %, Калабрии — 76 %.

Равнин в Италии немного, зато много болот, резко уменьшавших сельскохозяйственную площадь. Сокращал пригодную для земледелия площадь и богатый лесной покров древней Италии. В дошедших до нас источниках много упоминаний о многочисленных лесах. Таким образом, сельскохозяйственный пейзаж Италии был довольно сложным. Даже в пределах одной относительно небольшой латифундии сосуществуют все виды рельефа — горы, холмистые поверхности, равнины. Это создает возможность для занятия всеми видами сельского хозяйства — скотоводством, разведением плодовых деревьев, виноградников и различных полевых культур» (Кузищин В. И. Очерки по истории земледелия Италии II в. до н. э. — I в. н. э. М., 1966).

Природные богатства Италии часто поражали современников. Особенно это касается греков, когда они сравнивали плодородие и изобилие Италии с природными ресурсами собственной страны. Вот с каким восхищением описывает Италию Полибий (II, 15): «Нелегко перечислить все достоинства этой земли! Так, она изобилует хлебом в такой степени, что в наше время нередко сицилийский медимн пшеницы стоит четыре обола, медимн ячменя — два обола, столько же стоит метрет вина, гречиха и просо родятся у них в совершенно невероятном изобилии. Как много растет желудей на этих равнинах в дубовых лесах, раскинутых на некотором расстоянии один от другого, всякий может заключить лучше всего из следующего: в Италии убивается огромное количество свиней частью для домашнего употребления, частью для продовольствия войск, и животные доставляются главным образом этими равнинами. О дешевизне и обилии различных съестных припасов можно судить вернее всего по тому, что путешествующие в этой стране, заходя в таверну, не расспрашивают о стоимости отдельных предметов потребления, но платят столько, сколько возьмет хозяин с человека. Обыкновенно содержатели таверн, давая часто всего вдоволь, берут за это пол-асса, что составляет четвертую часть обола, лишь в редких случаях взимается более высокая плата. Многолюдство населения, высокий рост его и телесная красота, а равно и военная отвага будут выяснены самой историей событий» (пер. Ф. Г. Мищенко).

Для сравнения — самая высокая вершина Альп имеет 4807 м (г. Монблан). — Прим. ред.
Ответить с цитированием
  #14  
Старый 11.09.2018, 03:53
Аватар для С. И. Ковалёв
С. И. Ковалёв С. И. Ковалёв вне форума
Новичок
 
Регистрация: 04.09.2018
Сообщений: 8
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
С. И. Ковалёв на пути к лучшему
По умолчанию Доримская Италия. Вопрос о происхождении италийских племен

http://historyancient.ru/romeresp/dorome1.html
Этническая карта Италии в древности отличалась особой пестротой. Основными являлись четыре этноса: италики, этруски, греки и галлы. Очевидно, все они — пришлые элементы на Апеннинском полуострове. Италики переселились на Апеннины с северо-востока двумя волнами во II тыс. Вслед за ними в Центральную Италию (вероятно, с востока) прибыли этруски, где создали могущественное государство с высокой культурой.

Нач. II тыс. — первая волна италиков — культура «террамар» (бронзовый век).

Конец II тыс. — вторая волна италиков — культура «Виллановы» (железный век).

VIII в. — появление в Италии этрусков.


VII—VI вв. — расцвет этрусской цивилизации.

1. Италийские племена

Население Италии в раннеримские времена было чрезвычайно пестрым. В долине По и несколько южнее жили племена кельтов (галлов): инсубры, ценоманы, бойи, сеноны.
К югу от верхнего По, в Приморских Альпах и на генуэзском (лигурийском) побережье находились отсталые племена лигуров. К северу от нижнего течения По и далее к востоку обитали венеты. В Этрурии жили этруски (туски), которых греки называли тирренами.
К востоку и югу от них, занимая всю Среднюю Италию и часть Южной, находились многочисленные племена италиков: к востоку от Тибра — умбры; еще дальше на восток до самого моря — пицены (возможно, впрочем, что последние не принадлежали к италикам). По нижнему течению Тибра, к северо-западу от него, жило маленькое племя фалисков, а к югу от него, занимая северную часть Лация, — родственные им латины. Соседями последних являлись эквы, герники и вольски.
К югу от умбров и пиценов, в восточной части Средней Италии, находилась большая группа родственных им италийских племен, которая в ученой латинской литературе называлась сабеллами. К ней принадлежали мелкие племена сабинов, марсов, френтанов, занимавшее центральное положение большое племя самнитов и жившие в Кампании оски.
Южная ветвь этой группы (луканы и бруттии) занимала западную часть Южной Италии — Луканию и Бруттий. В Апулии и Калабрии жили мелкие племена давнов, япигов, мессапиев и др., по-видимому, не принадлежавшие к италикам. От них дошло некоторое количество надписей, содержащих главным образом собственные имена. Такие местные диалектологические надписи имеют большое значение для решения проблемы о племенном составе древнейшей Италии.
Берега Южной Италии вплоть до Кампании были заняты греческими колониями. Здесь находились города Кумы, Неаполь, Посидония, Элея, Регий, Кротон, Тарент и др.
Плодородная Сицилия служила ареной ожесточенной борьбы между греками, колонизовавшими восточную половину острова (города Сиракузы, Леонтины, Катана, Тавромений, Мессана), и карфагенянами, занявшими западную половину (Дрепан, Лилибей, Агригент и др.). Внутри острова жили туземные племена сикулов и сиканов. Сардиния и Корсика с их местным населением сардов и корсов также были объектом карфагенской и греческой колонизации.
Чем объясняется такая сложность этнического состава Апеннинского полуострова? Вопрос об этногенезе Италии — один из самых трудных в науке. При решении его мы начнем с фактов наименее спорных. Одним из таких фактов является, например, то, что греки и карфагеняне были в Италии элементом пришлым. Их появление там, пути распространения и дальнейшую историю можно проследить довольно хорошо. Точно так же можно считать общепринятым, что лигуры и сикулы — остатки древнейшего туземного населения, когда-то широко распространенного в Италии и Сицилии.

Последний раз редактировалось Chugunka; 12.09.2018 в 03:23.
Ответить с цитированием
  #15  
Старый 12.09.2018, 03:26
Аватар для С. И. Ковалёв
С. И. Ковалёв С. И. Ковалёв вне форума
Новичок
 
Регистрация: 04.09.2018
Сообщений: 8
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
С. И. Ковалёв на пути к лучшему
По умолчанию Доримская Италия. Вопрос о происхождении италийских племен

http://historyancient.ru/romeresp/dorome2.html
2. Миграционная теория
Но на этом кончается область бесспорного: дальше — все спорно. По отношению к основному массиву населения Италии (галлам, италикам и этрускам) большинство современных ученых стоит на миграционной точке зрения, восходящей своими корнями еще к грекам и римлянам. Согласно господствующим взглядам, галлы, италики и этруски пришли на полуостров извне. Они истребили или оттеснили в горные части страны коренное «доисторическое» население и заняли его место. С галлами это произошло уже на глазах истории. Они появились из-за Альп в V в., распространились по долине По, вытеснив оттуда этрусков, а в начале IV в. продвинулись еще дальше на юг.
Ответить с цитированием
  #16  
Старый 13.09.2018, 03:15
Аватар для С. И. Ковалёв
С. И. Ковалёв С. И. Ковалёв вне форума
Новичок
 
Регистрация: 04.09.2018
Сообщений: 8
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
С. И. Ковалёв на пути к лучшему
По умолчанию 3. Италики

http://historyancient.ru/romeresp/dorome3.html

Появление италиков господствующая точка зрения объясняет следующим образом. Они мигрировали в Италию с северо-востока двумя волнами. Первая волна появилась в долине По в начале II тысячелетия. Это были строители свайных поселений (палафитов) на реках и озерах Северо-Восточной Италии. Около середины II тысячелетия жители свайных построек переходят на сушу в областях к югу от По. Остатки их поселений называются террамарами (terra mama — «земля для удобрения»). В их плане археологи находят черты позднейшей римской строительной техники: ров и вал, перпендикулярное расположение улиц по странам света. Жители террамар уже владеют бронзовой техникой, знают земледелие, скотоводство, ремесла и сжигают своих покойников. Их считают отдаленными предками фалисков и латинов.
Вторая волна италиков появляется на полуострове позднее — около конца II тысячелетия. Их главное отличие от первой группы видят в том, что они не сжигали, а погребали своих покойников. Их считают предками умброосков.
Около 1000 г. в Италии возникает железная техника. Это — «культура Виллановы», названная так по имени местечка около г. Болоньи, где впер*вые развивается техника железа. Отсюда культура Виллановы распространяется по Этрурии, Лацию, Кампании и Северной Апулии. Носителями ее были те же италики, продвигавшиеся все дальше к югу.
Наконец, в конце VIII или в начале VII в. в рамках культуры Виллановы в Этрурии археологически можно установить появление новой своеобразной культуры, которую называют этрусской.
Ответить с цитированием
  #17  
Старый 14.09.2018, 01:57
Аватар для Википедия
Википедия Википедия вне форума
Местный
 
Регистрация: 01.03.2012
Сообщений: 2,334
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 11
Википедия на пути к лучшему
По умолчанию Доисторическая Италия

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94...BB%D0%B8%D1%8F
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Герб Италии
Древний мир
Доисторическая Италия
Этруски (XII—VI вв. до н.э.)
Великая Греция (VIII—VII вв. до н.э.)
Древний Рим (VIII в. до н.э. — V в. н.э.)


Доисторический период в истории Италии охватывает период со времени появления первых людей на территории Италии и до появления первых письменных культур — этрусков, греческих колоний и Древнего Рима.

Самые важные свидетельства присутствия человека в этот период были найдены в Лигурии, Ломбардии (наскальные рисунки в Валькамонике) и на Сардинии (нураги). Самой известной находкой, наверно, является Эци или Симилаунский человек, материальное свидетельство антропологического характера, обнаруженное в 1991 г. в Эцтальских Альпах (ледник Симилаун, 3200 м над уровнем моря) на границе Италии и долины Эцталь австрийского Тироля (на итальянском склоне, в провинции Больцано). Радиоуглеродный анализ определил его возраст примерно в 5000 лет. Это относит его к Медному веку, переходному периоду между неолитом и бронзовым веком.

Содержание
1 Палеолит и эпипалеолит
2 Неолит и медный век
3 Бронзовый век
3.1 Камуны
3.2 Строители нурагов
3.3 Культура Террамаре
3.4 Культура Вилланова
4 Примечания
5 Литература
6 Ссылки

Палеолит и эпипалеолит

Доказательством присутствия на Апеннинском полуострове гоминид в раннем плейстоцене (1,3—1,6 млн лет назад) является находка каменных орудий в Пирро 13 (Пирро Норд, Апричена, Фоджа, южная Италия)[1].

Древнейшим из человеческих останков, обнаруженных в Италии, является молочный зуб гейдельбергского человека из пещерного местонахождения Изерния ля Пинета (de:Isernia la Pineta) возрастом 561—583 тыс. лет[2]. Близ Чепрано была обнаружена черепная крышка человека вида Homo cepranensis[3]. Возраст окаменелости находится в пределах от 350 тыс. до 500 тыс. лет[4]. Несколько зубов гейдельбергского человека из Фонтана Рануччио (Фрозиноне, Лацио) датируются возрастом 458 тыс. л. н.[5][6] Костные останки Homo erectus из Пофи (Фрозиноне, Лацио) датируются возрастом 400 — 500 тыс. лет[7]. Четыре зуба и фрагмент челюсти из Визольяно (Фриули) вида Homo erectus или Homo heidelbergensis датируются возрастом 400 — 500 тыс. лет[8].

Неандертальские черепа Саккопасторе датируются возрастом около 250 тысяч лет[9]. Древнейший неандерталец, из которого удавалось извлечь генетическую информацию, это человек из Альтамуры (it:Uomo di Altamura), живший 130,1 тыс. — 172 тыс. лет назад[10]. Около 170 тыс. лет назад на стоянке Поджетти Векии (юг Тосканы) неандертальцы для изготовления деревянных орудий использовали огонь[11].

В известняковой пещере Гротта дель Кавалло (de:Grotta del Cavallo) на полуострове Салентина в слое с орудиями культуры улуццо в 1964 году были обнаружены два зуба, которые датируются возрастом 43 тыс. — 45 тысяч лет назад[12].

В пещере Фумане (it:Grotta di Fumane) в слое возрастом 41 110 — 38 500 лет (протоориньяк) был обнаружен молочный зуб человека разумного, митохондриальный геном которого относится к гаплогруппе R*[13].

В пещере Пальиччи обнаружены древнейшие останки кроманьонцев в Италии, относящиеся к ориньякской и граветтской культурам, около 34 тыс. — 28 тыс. лет назад (некалиброванная датировка)[14].

В позднем палеолите территорию Италии занимала эпиграветтская культура. Окончание последнего оледенения затронуло Италию в гораздо меньшей степени, чем расположенные к северу от неё регионы, поэтому здесь довольно долго, вплоть до прибытия носителей неолитических технологий, сохранялись пережитки палеолита, известные под названием эпипалеолит.

Неолит и медный век

Начиная с 6 тыс. до н. э. территорию Италии активно колонизирует культура кардиальной керамики (импрессо), возможно, североафриканского происхождения, принесшая с собой некоторые неолитические технологии. Название культуры связано с тем, что её керамика была украшена отпечатками раковин «кардиум». Это была культура мореплавателей и рыбаков, активно осваивавшая прибрежные, а затем и речные регионы. Из Италии данная культура распространилась на территорию Иберии и Франции, а также на запад, в Адриатику (Адриатическое море к востоку от Италии), где крайней точкой её распространения было поселение Сескло, давшее название другой, конкурирующей неолитической культуре из группы культур расписной керамики.

Около 5000 г. до н. э. начинается движение на запад культуры Сескло. Её носители проникают на юг Италии, где вытесняют носителей кардиальной керамики и основывают культуру Матера-Остуни. Позднее на её базе развились ряд других культур, в том числе Капри-Риполи.

Около 3800 г. до н. э. на юг Италии проникает новая группа пришельцев с востока. Они основывают, в частности, культуры Серра д’Альто, Диана, Гаудо, Кастеллуччо, Пьяно-Нотаро, Бону-Игину. Далее эти пришельцы двигаются в Испанию, где основывают раннюю культуру Лос-Мильярес, Замбужаль, а также поздних балеарских гипогеев.

На протяжении всего неолита и последующего медного века практически синхронно происходило развитие доисторических Мальты и Сицилии.

Бронзовый век

Камуны

Наскальные рисунки Валле Камоника, «камунская роза».
Камуны — древний народ, происхождение которого точно не установлено (Плиний Старший их относит к эвганеям, а Страбон к ретам), осевший в долине Валь-Камоника (досл. Долина Камунов).

Культура древних камунов, занимавшихся преимущественно охотой, пастбищным скотоводством и сельским хозяйством, достигла своего наивысшего расцвета во времена Железного века благодаря многочисленным рудникам, расположенным в Вал Камоника.

Большой интерес историков к этой народности вызван также многочисленными наскальными рисунками в долине Валь Камоника, то есть в местах проживания камунов. Их обнаружено примерно 350 000 (самая высокая плотность наскальных рисунков в Европе). Они относятся к промежутку времени от мезолита до Средневековья, то есть лишь небольшая их часть имеет отношение к собственно камунскому народу. Одним из самых известных петроглифов считается «камунская роза», которая была принята в качестве официального символа области Ломбардия.

Камуны обладали, скорее всего, своим особенным языком. На нём не сохранилось ни книг, ни текстов, только надгробные и наскальные надписи, составленные с использованием северо-этрусского алфавита.

Строители нурагов

Внутри комплекса Су Нуракси
Зародившись и развившись на Сардинии, культура нурагов распространилась также и на Корсику. Она охватывает временной промежуток от начала Бронзового века (с 1700 до н. э.) и вплоть до II века н. э., в римскую эпоху. Своим названием эта культура обязана характерным башням-нурагам, которые являются её самыми красноречивыми памятниками, и стали продуктом эволюции предшествовавшей мегалитической культуры, создававшей дольмены и менгиры.

Нурагические башни считаются учеными самой многочисленной и хорошо сохранившейся группой мегалитических памятников Европы. Остаётся открытым вопрос об их назначении: их рассматривали как монументальные гробницы, жилища гигантов, укрепления, печи для плавки металла, тюрьмы или храмы, посвященные культу солнца.

Будучи воинами и мореплавателями, сарды торговали с другими средиземноморскими народами. В многочисленных нурагических комплексах были обнаружены драгоценные предметы. Такие как: кусочки балтийского янтаря, бронзовые статуэтки (бронзетто), изображающие воинов, обезьян и др. африканских животных, большое количество медных слитков, широко распространенных в восточном средиземноморье, оружие и др. предметы восточной отделки, микенская керамика. Данные находки показывают, что эта цивилизация была не закрытой, а характеризовалась значительным культурным и торговым обменом с другими народами. Недавние исследования доказывают, что с большой долей вероятности, среди «народов моря», атаковавших Египет Рамзеса III, народом «ШаРДаН» могли быть сарды. К этой же точке зрения склоняются исследования проводимые в Израиле Университетом Хайфы (проф. Адам Церталь): раскопки в Эль-Ахвате обнаружили явные культурные параллели с нурагической Сардинией. Похоже, что постройки в Израиле были созданы людьми, связанными с нурагической культурой или, по крайней мере, с ней знакомыми.

Область распространения основных европейских культур Бронзового века (около 1200 до н. э.):
культура полей погребальных урн, центральная
культура полей погребальных урн, северная
культура из Кновица (принадлежит к культуре полей погребальных урн)
лужицкая культура
дунайская культура
культура Террамаре
атлантическая бронзовая культура
скандинавская бронзовая культура
Сардская цивилизация создала не только характерные нурагические комплексы, но и многочисленные другие архитектурные сооружения : таинственные храмы, названные Священные Колодцы (считается, что они были посвящены «святой воде» и связаны с астрономическими и лунными циклами), гробницы гигантов, храмы мегароны, некоторые постройки спортивного и юридического характера, а также необычные бронзовые статуи, очень изысканные для своего времени. Среди них и бронзовые нурагические кораблики, обнаруженные в некоторых значительных этрусских захоронениях на важном месте, что выявляет сильную культурную, а может даже династическую связь нурагической и этрусской цивилизаций. На протяжении длительного времени эта культура была одной из самых влиятельных в западном Средиземноморье и, впоследствии, сосуществовала на острове с чужими культурами (финикийской, карфагенской и римской), не будучи при этом ими ассимилирована. Это говорит от том, что в основе нурагической культуры лежала мощная идентичность, устойчиво передававшаяся потомкам.

Культура Террамаре

Одной из самых значительных доиндоевропейских культур на севере Италии, до прихода кельтов, была культура Террамаре. Они жили в деревнях, которые строились согласно определенному плану. Дома в этих деревнях сооружались из древесины и ставились на сваи. Деревни имели четырёхугольную форму, располагались на суше рядом с речными руслами, и улицы в них пересекались под прямым углом согласно заранее составленному проекту, что было характерно для укрепленных поселений.

Представители культуры Террамаре расселились по Паданской равнине (особенно вдоль течения реки Панаро, между Моденой и Болоньей) и по остальной Европе. Цивилизация, связанная с этими поселениями, получила развитие в середине и конце Бронзового века, между XVII и XII веками до н. э..

Представители культуры Террамаре области Эмилия-Романья являлись живым воплощением торговли Бронзового века. Их поселения располагались вдоль торгового пути, пересекавшего Альпы через долину Камоника, достигавшего берегов реки По, где в характерных для них деревнях сооружались склады и порты для отправки товара по реке к её устью, в Адриатику, восточное Средиземноморье, Эгейское море, Крит, Малую Азию, Сирию, Египет. Этим товаром был, например, янтарь из Балтийского моря или олово из Рудных гор.

В своих постройках они использовали технику строительства на сваях на озёрах севера и центра Италии. Эта техника строительства домов на суше, и при этом на сваях, была специально приспособлена для создания постоянных поселений вдоль берегов рек, часто подверженных разливам. Цель строительства в таких неблагоприятных зонах наверняка была связана с речной торговлей.

В качестве фундамента из свай служил ясень, пол настилали из еловых досок; из тополиных брусьев, покрытых тростником, делали крышу; из сплетенных веток ореха сооружали стены. Для того чтобы пол не пропускал воду, его покрывали глиной, а стены для защиты от холода покрывали смесью глины и коровьего навоза.

Широкие торговые связи означали, что народ Террамаре подвергался культурным влияниям других центральноевропейских и средиземноморских народов. Так, ближе к концу периода Террамаре носители этой культуры под влиянием жителей центральной Европы стали кремировать своих умерших.

В XII веке до н. э. экспансия иллирийских народов на Балканах и в Адриатике прервала поступления олова в Средиземноморье через Альпы. Исчезновение поселений Террамаре в XII веке до н. э. также могло быть вызвано падением спроса на янтарь и общей остановкой торговли в восточном Средиземноморье, что, в свою очередь, произошло из-за нашествия народов моря. Также пути поступления янтаря из долины Камоника переместились в Тироль (что способствовало возникновению венетской атестинской культуры).

В последующие века жители Террамаре покидали свои поселения в пользу торгового пути у подножия Апеннинских гор, который затем превратился в Эмилиеву дорогу.

Несмотря на временную разницу в несколько веков, культура Террамаре, скорее всего, родственна последующим культурам Виллановы и этрусков. На самом деле сложная техника дренажных работ, техника строительства плотин, канализации и системы стоков не могли появиться в этрусских городах ниоткуда, кроме как от народа Террамаре, который всегда занимался такими работами.

Связь террамарийцев с культурой Вилланова прослеживается также в обычае кремации покойников, который распространялся из центральной Европы по янтарному пути, боковое ответвление которого и представляла культура Виллановы. Ведь по этому пути янтарь доставлялся и на Сардинию, где процветала цивилизация нурагов.

Культура Вилланова

Могила культуры Вилланова. Характерная двуконическая урна. Музей Гуарначчи, Вольтерра.
Название происходит от населенного пункта Вилланова (округ Кастеназо), который находится недалеко от Болоньи, где между 1853 и 1856 гг. Джованни Годзадини (1810—1887) обнаружил остатки некрополя.

Основной характеристикой культуры Виллановы, включая предшествующую культуру «протовиллановы» (XII—X вв. до н. э.) конца Бронзового века, было погребение путём кремации, когда пепел умерших помещался в двуконические урны (этот способ захоронения схож с чертами культуры «полей погребальных урн» придунайских равнин, в то время как индоевропейские племена практиковали ритуал захоронения умерших в земле).

Недалеко от поселений, некоторые из которых в этот период достигали беспрецедентных размеров и заслужили название протогородов, располагались зоны захоронения с характерными могилами в виде ям, или «колодцев», внутри выложенными булыжником и каменными плитами. Типичная двуконическая погребальная урна была снабжена двумя горизонтальными ручками в самом широком её месте (одна ручка всегда была разбита, возможно, из ритуальных мотивов). Урны закрывались перевернутой миской или, в некоторых мужских захоронениях, шлемами.

Погребальные принадлежности могли включать лошадиные удила, изогнутые бритвы (с лезвием в виде полумесяца), извивающиеся «фибулы» (закрытые одёжные булавки), большие булавки и оружие для мужчин или части поясов, фибулы в виде лука, спирали для волос и ткацкие принадлежности для женщин. Кроме самих урн и их крышек, в захоронениях почти не встречаются другие керамические предметы. Для урн характерно большое разнообразие форм, их стенки очень толстые (для этого необходима высокая температура обжига, что говорит о значительной специализации ремесел). Украшены они гравировкой, которая наносилась инструментами с несколькими лезвиями. Преобладают геометрические мотивы.

Хижины и другие жилые постройки (насколько это можно заключить по следам, обнаруженным во время раскопок, и по урнам, сделанным в виде хижин) строились по эллиптическому, круговому, прямоугольному или квадратному плану из дерева и глины. Дверные проходы делались в самой узкой стороне дома; чтобы выпускать дым очага, проделывались отверстия в крыше, а в некоторых хижинах делали окна.

Поначалу их общество было слабо расслоено, занималось сельским хозяйством и животноводством, но постепенно профессиональные ремёсла (особенно металлургия и производство керамики) позволили накопить богатства и заложили основу разделения общества на классы.

Начиная с IX века до н. э. население начинает покидать возвышенности, которые исходя из соображений обороны были заселены в предыдущий период, предпочитая плоскогорья и прилегающие холмы, для того чтобы лучше использовать сельскохозяйственные и минеральные ресурсы. Поселения в этот период характеризуются своей большей концентрацией и расположением вблизи от естественных путей сообщения и естественных речных, озерных и морских причалов.

В области Тоскана и в северной части области Лацио непрерывный демографический рост и постоянные контакты, не всегда мирные, с другими доисторическими поселениями привели к рождению больших населенных центров путём слияния даже не близко расположенных деревень. Начиная с IX в. до н. э. таким образом закладываются основы поселений, которые затем превратятся в большие этруские города, как, например, Вольтерра, Кьюзи, Ветулония, Орвието, Вульчи, Розелле, Тарквиния, Черветери, Вейи.

Примечания

Marta Arzarello et al. Evidence of an Early Pleistocene hominin presence at Pirro Nord (Apricena, Foggia, southern Italy): P13 site
Carlo Peretto et al. A Human Deciduous Tooth and New 40Ar/39Ar Dating Results from the Middle Pleistocene Archaeological Site of Isernia La Pineta, Southern Italy
(2001) «A cranium for the earliest Europeans: Phylogenetic position of the hominid from Ceprano, Italy». Proceedings of the National Academy of Sciences 98: 10011–10016. DOI:10.1073/pnas.151259998. ISSN 0027-8424. PMID 11504953.
Muttoni G, Scardia G, Kent DV, Swisher CC, Manzi G (2009). «Pleistocene magnetochronology of early hominin sites at Ceprano and Fontana Ranuccio, Italy». Earth Planet. Sci. Lett. (Early online). DOI:10.1016/j.epsl.2009.06.032.
A revision of hominin fossil teeth from Fontana Ranuccio (Middle Pleistocene, Anagni, Frosinone, Italy. 2014)
Фонтана Рануччио / Fontana Ranuccio
Пофи / Pofi
Визольяно / Visogliano Shelter; il Riparo di Visogliano
Первый итальянский неандерталец «постарел» на 100 тысяч лет
Древнейшая неандертальская ДНК: новое исследование скелета из Альтамуры
Найдены возможно древнейшие орудия неандертальцев, сделанные с помощью огня
Древнейший сапиенс Европы!.. И опять древнейший сапиенс Европы!!!
Палеогенетические данные подтвердили, что создателями протоориньякской культуры были люди современного типа
Julien Riel-Salvatore in his blog A Very Remote Period Indeed
Литература
Лукьянов А. Древнейшая история Италии. 2013.
Лукьянов А. Италия и ранний Рим. 2014.
L’età del bronzo in Italia nei secoli dal XVI al XIV A.C. Atti del congresso (Viareggio 26-30 ottobre 1989), Rassegna di archeologia, 10, 1991/1992.
Cocchi Genick D. (a cura di), L’Età del bronzo in Italia nei secoli dal XIV al XII A.C. Atti del congresso di Viareggio. 9-12 gennaio 1995, Viareggio, 1996.
Simposio internazionale sui modelli insediativi dell’età del bronzo. Atti del convegno (Cavriana, 17-18-19 ottobre 1986), in: Annali Benacensi, 9, 1986.

Последний раз редактировалось Chugunka; 18.09.2018 в 02:01.
Ответить с цитированием
  #18  
Старый 14.09.2018, 02:13
Аватар для Alexander Lukianov
Alexander Lukianov Alexander Lukianov вне форума
Новичок
 
Регистрация: 14.09.2018
Сообщений: 14
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
Alexander Lukianov на пути к лучшему
По умолчанию Италия и ранний Рим

https://www.academia.edu/7158072/%D0...nd_early_Rome_
Оглавление
От автора


2
Железный век


1.
Апеннинский полуостров в 11
-
10 вв. до н.э.

5 2.
Апеннинский полуостров в 10 в. до н.э.

20 3.
Этрусский рассвет

36 4.

«Лаций суровый»

51
Этрусское влияние

5-6.
Ромул (753
-716
гг. до н. э.)

7-8.
Нума Помпилий
(715-
674 гг.

до н. э.)

104 9-10.
Тулл Гостилий (673
-
642 гг. до н. э.)

132 11-12.
Анк Марций (642
-
617 гг. до н. э.)

159 13-14.
Италия в
7
в. до н.э.

180
Этрусское господство
15-16.
Луций Тарквиний Приск (616
-
579 гг. до н. э.)

201 17-18.
Сервий Туллий
(578-
535 гг.

до н. э.)

224 19-20.
Луций Тарквиний Надменный (535
-
509 г. до н. э.)

251 21.
Смутное время

274
Младенчество великана
22.

Римские верования

288 23.
Начало борьбы за Лаций

299 24.
Рим в 495
-
480 гг. до н.э.

312 25.
Рим в 480
-
450 гг. до н.э.
325 26.
Децемвират

340 27.
Римская республика в 449
-
445 гг. до н.э.

352 28.
Римская республика в 44
5-443
гг. до н.э.

364 29.
Римская республика в 442
-
426 гг. до н.э.

376 30.
Боги

Рима

388 31.
Этрусский закат

401 32.
Римская республика в 425
-
413 гг. до н.э.

416 33.
Римская республика в 412
-
396 гг. до н.э.

432
Список источников заимствованного иллюстративного материала

455

Последний раз редактировалось Chugunka; 19.09.2018 в 00:32.
Ответить с цитированием
  #19  
Старый 15.09.2018, 02:41
Аватар для Alexander Lukianov
Alexander Lukianov Alexander Lukianov вне форума
Новичок
 
Регистрация: 14.09.2018
Сообщений: 14
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
Alexander Lukianov на пути к лучшему
По умолчанию

ОТ АВТОРА

«Древнейшая история Италии» стала первой книгой в задуманной ещё в 1980-е годы серии, посвящённой протоистории и начальным этапам предыстории Рима.
Электронное издание «Италия и ранний Рим» является её прямым продолжением, с первой строки первой главы про-должающей «Древнейшую историю Италии».
Пожалуй, мало какая из страниц древней истории возбуждает такой интерес, как воз-никновение Рима. Как появилось то яйцо, из которого вылупился величавый имперский орёл,
впоследствии зажавший в когтях три материка? К настоящему времени, отвечая на этот вопрос, невероятно большую работу проделали и историки, и лингвисты, и археологи, и антропологи, и этнографы. Но уже в середине
XX в. исследователи пришли к выводу, что Рим возник не в ваку-уме, что его общество, материальная и духовная культура стали сплавом десятков компонентов, заимствованных у соседних народностей. Поэтому «Италия и ранний Рим» включает в себя раз-личные вопросы истории не только латинов и римлян, но и других этнических групп
Апеннинского полуострова в позднем бронзовом и железном веках.
В данном труде делается попытка в как можно более доступной форме осветить куль-турное развитие италийских народностей, основные вехи зарождения италийско-римскогого варианта античной цивилизации, становления классового общества и государственности.
До сих пор в первых главах научных публикаций принято многословно убеждать чита-теля в актуальности произведения. Даже в том случае, если пресловутая актуальность является, как говорят математики, «величиной близкой к нулю».
Постараюсь избежать многословности, указав, тем не менее, на то, что тема данной книги крайне интересна и изобилует множеством загадок. Только кажется, что учёные-историки уже дали исчерпывающие ответы на все вопросы, касающиеся италийской первобытности и рождения римского феномена. Полнота исторического знания в этой области –не более, чем зыбкая иллюзия, способная ввести в заблуждение только неспециалиста.
Да, на европейских языках изданы сотни пространных исследований, однако после их прочтения «в сухом остатке» остаются выводы, которые вполне можно изло-жить на полутора листках стандартного формата.
На русском же языке последний по времени обобщающий труд, описывающий бронзовый и каменный века Апеннинского полуострова был опубликован более ста лет назад - книга В.И.Модестова
«Введение в римскую историю. Вопро-сы доисторической этнологии и культурных влияний в Италии и начало Рима»,
СПб., 1902.
Без-условно, труды замечательного русского историка не устарели даже про прошествии более чем века.
Однако назрела необходимость их дополнения с учётом современных открытий. Конечно «советскую науку всегда интересовали переломные эпохи в истории человечества, когда на смену старым общественным отношениям, ставшим тормозом в развитии общества, приходят новые, более передовые…когда возникает общественное разделение труда, появляются классы, оформляется рабовладельческое государство»
1. Блестящая книга А.И.Немировского «История раннего Рима и Италии» с 1962 г. и до сей поры остаётся обязательной для ознакомления каж-дому, кто заинтересуется апеннинскими древностями. И.Л.Маяк в «Риме первых царей» (М.,1983) дала глубокий анализ общественных структур архаичного римского общества. Однако тремя
этими, безусловно, великолепными произведениями, собственно, исчерпывается крат-кий список доступной нашему читателю научной литературы. Научно-популярных же изданий на данную тематику нет до сих пор.
И это вторая причина значимости и необходимости предлагаемой Вам книги.
Хотелось бы выразить глубочайшую благодарность вдумчивым читателям и критикам «Древнейшей истории Италии», благодаря которым я смог произвести правку текста, устранить отмеченные недостатки и дополнить электронное издание новыми фрагментами. Выраженное читателями желание ознакомиться с продолжением укрепило в мысли создать данную книгу. Мне очень хотелось собрать в «Италии и раннем Риме»»
как можно больше итогов работ как итальянских историков, так и учёных других стран. Разумеется, при этом я совершенно не ставил своей целью произвести самостоятельное исследование и совершить хотя бы самое скромное открытие в сфере исторического познания. Как и «Древнейшая история Италии»,
настоящая электронная книга никоим образом не претендует на статус сколь-нибудь серьезного самостоятельного исследования.
Я не анализировал материал источников, не делал попыток выдвинуть новые гипотезы. Нет, «Италия и ранний Рим»
-вторая попытка попробовать себя в (прошу поверить!) чрезвычайно непростом деле компиляции,
обобщения и популяризации ис-торического знания. Непростом, поскольку от автора требуется не только собрать
наиболее достоверные сведения, выделить самое существенное и передать читателям некую информацию. Это, что называется, четверть дела. Гораздо труднее постоянно помнить о читателе придержи-ваться простого, занимательного и доступного стиля изложения, не допуская иссушенной наукообразности.
Перед вами попытка обобщить и доступно изложить рассыпанные по раз-личным статьям и монографиям
фактов, выводов и допущений.
1
Немировский А.И. История раннего Рима и Италии. Возникновение классового общества и государ-ства. Воронеж, 1962, с.4

Замысел как «Древнейшей истории Италии», так и «Италии и раннего Рима» возник давно, за 10 лет до уничтожения моей Родины
2.
В ту пору ещё сохранялись остатки прежней советской тяги к знанию, существовал глубокий и неподдельный интерес широких масс к науке и её достижениям. Особенное внимание было привлечено к историческому знанию. Многие, даже не получив высшего исторического образования были увлечены историей. Для такой аудитории был предназначен жанр самой высококачественной научной популяризации. Проявить себя в этом жанре стало моей мечтой. Хотелось создать для каждого выпускника отечественной шко-лы, имеющего общее представление о ходе исторического процесса, доступный очерк по предыстории римского феномена. Очень хотелось бы, чтобы мой скромный труд оказался поле-зен студентам первых курсов исторических факультетов как вспомогательное средство
при освоения курса истории первобытного общества. Однако организованный геноцид населения страны и целенаправленное истребление остатков интеллектуальной культуры, организованные после уничтожения СССР на его бывшей территории, сократили до единиц круг возможных читателей научно-популярной литера-туры. Однако
именно этим единицам я буду глубоко и искренне признателен за интерес к данной скромной работе.
Хотя я сделал всё для того, чтобы «Древнейшая история Италии» была воспринята не как научное исследование, а как научная популяризация, многие восприняли её именно как ис-следовательскую работу и подвергли обоснованной с этих позиций критике. Очень надеюсь, что мои назойливые повторения будут услышаны в данном случае: «Италия и ранний Рим» не претендует на статус вклада в историческую науку. Но если книга займёт скромное место в ряду популярных изданий, буду счастлив.
Поскольку я вижу возможными читателями данной электронной книги прежде всего не профессионалов-
историков (или пока что не профессионалов), то постарался, насколько воз-можно, не использовать в тексте «жаргонизмы для посвящённых», то есть специальные терми-ны. Они были заменены, по мере возможности,
доступными по форме и равноценными по со-держанию понятиями.
Пусть это вызовет бурное негодование добросовестного исследователя-специалиста, но я также постарался максимально упростить обслуживающий аппарат «Италии и раннего Рима», в частности сноски и список рекомендуемой литературы.
Настойчиво прошу особого внимания: я не счёл возможным, как это делают профессио-нальные исследователи,
просто ссылаться на письменные свидетельства античных авторов: «Тит Ливий-книга такая-то, главатакая-то, Диодор Сицилийский –раздел такой-то». Когда историк дискутирует с коллегой, знание оппонентом упоминаемых источников вежливо подразумевается. Но, когда автор научно-популярного произведения обращается к неспециалистам, которые совершенно не обязаны знать наизусть древние тексты, имеет смысл приводить доста-точно большие отрывки этих переводов этих текстов. Что мною и сделано.
Надеюсь, цель достигнута.
Хотя…многое изложенное ниже может рассматриваться только как самые непротиворечивые из ныне существующих гипотез, впоследствии могущие быть в равной мере как подтвержденными, так и опровергнутыми будущими исследованиями.
Так что очень нежелательно, чтобы уважаемый читатель воспринял книгу, как произнесенное автором с апломбом:
«Было так и никак иначе!»
Пусть она будет принята, как осторожное:«Скорее всего, было так...»
Работа не была бы сделана, если бы не содействие многих людей, оказавших неоцени-мую помощь в написании книги. Но главным образом я обязан тому, кто создал все условия для создания «Италии и раннего Рима», моей матери-В.И.Лукьяновой, памяти которой посвящаю свою главную книгу.
А.Н.Лукьянов

ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК

Третьим же после тех двух век медный явился на смену: Духом суровый он был, склон-ный к ужасающим браням, Но не преступный еще. Послед-ний же был-из железа. Тотчас тогда ворвалось в тот век наклонностей худших Все нечестивое. Стыд убежал, и правда, и верность, И на их место тотчас появились обманы, коварство; Козни, насилье пришло и проклятая страсть к обладанью.
Публий Овидий Назон
Землю теперь населяют железные люди. Не будет Им передышки ни ночью, ни днем от труда, и от горя, И от несчастий. Заботы тяжелые боги дадут им.
Гесиод

Последний раз редактировалось Chugunka; 16.10.2018 в 04:00.
Ответить с цитированием
  #20  
Старый 15.09.2018, 23:38
Аватар для Alexander Lukianov
Alexander Lukianov Alexander Lukianov вне форума
Новичок
 
Регистрация: 14.09.2018
Сообщений: 14
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 0
Alexander Lukianov на пути к лучшему
По умолчанию

1.

Апеннинский полуостров в 1

1-1
0 в. до н.э.
1.
Оско-умбры (культура протовилланова)
2.
Появление железа
3. Оско-умбры (культура вилланова)
1. Оско-умбры (культура протовилланова)

В последней главе «Древнейшей истории Италии» говорилось о том, что на территории современной Венгрии

в 13 в. до н.э. проживали индоевропейцы-племена предков оско-умбров (Osci, Opsci, Όσκοι, Όπικοί, Umbri, Όμβριχοί). Они были италиками, то есть являлись «родными братьями» протолатинов, носителей археологической культуры террамар в долине р. По.
Не-взирая на фонетические различия в языках, протооско-умбры и протолатины свободно понима-ли наречия друг друга.

На рубеже 13 и 12 вв. до н.э. оскско-умбрская общность была вовлечена в ставшее все-общим движение южноевропейских племён. Оско-умбры были типично «материковыми» пле-менами, никогда не проявлявшими стремления к миграциям по морю. Они двинулись на запад и первоначально осели на территории нынешних Словении и Венето. Оттуда началось их внедрение далее на запад в долину р. По. О переселениях с севера, из Центральной Европы, новых племен ещё в конце 19 века писал известнейший исследователь италийской первобытности Л.Пигорини.
Позднее его точку зрения подкрепили новыми доказательствами историки
Г.Сэфлунд и Г. фон Мерхардт. Правда, с ними не были согласны Л.Бернабо Бреа, Р.Перони и некоторые другие ученые, считавшие перемены, происходившие в материальной культуре жи-телей Италии в 12-11 вв. до н.э. «следствием движения не людей, а идей». По мнению Р.Перони происходило заим-ствование жителями долины р. По у восточных соседей других религиозных представлений, иных обрядов по-гребения, новых стилей изготовления керамики и пр. При этом, полагал Л.Бернабо Бреа, Жители Паданской равнины генетически оставались прямыми потомками прежнего туземного населения. В настоящее время эта точка зрения признана неверной.
X.Хенкен, признавая «заимствование новаций с востока», настаивал и на од-новременных миграциях в Италию жителей Подунавья, носителей этих новаций.
Безусловно, не было никаких перемещений мно-готысячных толп на большие расстояния в Паданской низменности. Происходило оживлённое внедрение от-дельных общин оско-умбров в среду протолатинов, но-сителей террамарской культуры.
Оско-умбры встрети-лись также и с италийскими пеласгами, носителями «апеннинской культуры». Оско-умбры не вытесняли ни террамарского населения, ни пеласгов, а сливались с ними.
Происходила неспешная и бесконфликтная ассими-ляция оско-умбрами террамарцев-протолатинов и пе-ласгического населения.
При этом археологическая культура протовилланова, восприняв
погребальный об-ряд и обработку металла от террамарского протолатин-ского населения,
заимствовала форму керамики и (ча-стично) приёмы сельского хозяйства от пеласгов, носи-телей так называемой апеннинской культуры.
Постепенно протолатинская террамарская архео-логическая культура в долине По прекратила свое суще-ствование, уступив в позднем бронзовом веке место оско-умбрской археологической культуре, получившей назва-ние протовилланова итал. cultura protovillanoviana, термин предложил в 1937 Дж. Патрони).
3
Иногда-по двум большим могильникам в Центральной и Южной Италии-ее называют культурой пианелло-тиммари.
3
Немировский А.И. История раннего Рима и Италии. Возникновение классового общества и государства. Воронеж, 1962, с.
108-109

Экспозиция в музее Фраттесина

Фибула из Фраттесина
Сосуд из Косте дель Морано

Хозяйство оско-умбров на стадии культуры про-товиллановаосновывалось на скотоводстве и земледе-лии.
Литейщики бронзы изготавливали во множестве обнаруженные археологами бронзовые фибулы
(булав-ки-заколки)и бритвы. Кроме фибулв виде скрипичного смычка появился
новый тип со спинкой в виде полу-круглой арки. Бритвы
культуры протовилланова во многом подражают бритвам их предшественников-
террамарцев:квадратные, заточенные с двух сторон, с
петлевидной ручкой и выемкой на противоположном ручке конце.
Клад, обнаруженный в 1880 г. в Костедель
Мoрано (подЧивитавеккья) содержит около ста пятидесяти
бронзовых предметов, преимущественно фибул. Керамику гончары
культуры протовилланова украшали перед обжигом
геометрическим нарезным орнаментом из опрокинутых треугольников, меандров, зигзагов, горизонтальных бо-розд,
рельефных шишечек, иногда покрывал иконцентрическими бороздками. В
Костедель Мoрано также обнаружили
кованые чаши с тисненым орнаментом.
Трииз нихукрашены головками быков. Как полагают, бронзовые сосуды были привезеныиз Цен-тральной
Европы: они очень похожи на посуду, обнаруженную в Йеньшовичах (Чехословакия).
Это указывает на широкие торгово-меновые связи оско-умбров с материковой Европой. Общины строили свои посёлки на возвышенностях, часто окружая их каменными стенами без использования скрепляющих растворов.
Судя по размерам, в таких посёлках жили небольшие общины (50-100 человек).
Оско-умбры сохранили в своих традициях много черт, общих с теми, которые археологи обнаруживают в культурах, распространённых на их прародине – в дунайской долине. В первую очередь сходство
прослеживается в том, что касалось погребальных обрядов. Рядом с поселениями оско-умбров археологи обнаруживают могильники с урнами, содержащими прах кремированных людей. Урны биконических форм ставили близко друг к другу в вырытые траншеи и порою окружали ка-менными плитами.
Итальянские археологи также открыли несколькокладов с бронзовыми предметами с жерт-венными
дарами богам или «посылками»умершимдля их загробной жизни.
Этиклады зарывалиблиз рек, озёри родников, что, быть может, указывает на культ, связанныйс божествами воды.
Одна-ко,сомневаются археологи-скептики,возможно, всё объясняется гораздо проще-
кладыбыли«скла-дами» для накопления бронзового лома для последующей переплавки.
В самом конце бронзового века в культуре оско-умбров возник
образ«солнечной ладьи», связанный с культом светила.
Оско-умбры, освоив долину р.По, начали в период с 1175 по 960 г. до н. э. движение на юго-
восток по адриатическому побережью
4.Там они вбирали в себя местное пеласгическое население (т.н. «апеннинская археологическая культура»), смешиваясь с ним генетически и пол-ностью ассимилируя его в культурном и языковом смыслах.
Оско-умбрское население заняло Эмилию-Романью, Умбрию, Марке, Абруцци и Моли-зе. Во всех областях появлялись посёлки носителей культуры протовилланова
5. Оско-умбры воздвигали населённыепункты площадью в сорок-
пятьдесят тысячквадратных метров с насе-лением от трёхсот до пятисотчеловек.
Археологами были открыты и более крупные поселения
4
Peet T.E. The Stone and Bronze Ages in Italy and Sicily, 1909,р.496
5Amann
P. Das ‘Protovillanova‘ - Phenomen im endbronzezeitlichen Italien und seine Relevanz für die Herausbildung der früheisenzeitlichen Kulturgruppen der italienischen Halbinsel. http://academia.edu/396453/

Хижина бронзового века. Экспозиция в музее Фраттесина
Оско-умбры проникли также в Тоскану, Лаций и Кампанью однако в этих регионах их взаимодействие с местными племенами имело более сложный характер – о безусловной ассими-ляции аборигенов в указанных регионах говорить не приходится.

Погребальные урны. Экспозиция в музее Фраттесина
Поселения и гробницы протовиллановского типа широко распространились
по полуост-рову:Фраттесина (Венето), Бисмантова и Рипа-Кальбана (Эмилия-
Романья), Тольфа (Лаций), Дженга и Анкона (Марке), Ортуккьо (Абруццо), Тиммари (Матера, Базиликата), Торре-Кастеллучча и Каноса-ди-Пулья (Пулья), Тропея (Калабрия) и Милаццо (Сицилия).
7
Основыва-
6
Di Gennaro F.
‘Protovillanoviano’. In: «Enciclopedia del-l’Arte Antica», 2 supplemento 1971
-1994, IV, Roma, 1996, pp. 488-496
7
Schumacher E. Die Protovillanova-
Fundgruppe. Eine Untersuchung zur frьhen Eisenzeit Italiens.
Bonn, 1967
ясь на этих находках крупных поселений и могильников, археологи предполагают, что оскско-умбрских общинах уже в бронзовом веке появилась определённая социальная расслоённость.
8
Ведь по сложности оформления и по богатству найденных материалов, захоронения заметно отличались.
Оско-умбрские наречия таким образом распространились по большей части Север-ной и Средней Италии. Они сохранили много архаичных черт, присущих прежнему единому языку, на котором разговаривали протоиталики до их разделения на протолатинов и прото-оско-умбров. Оскско-
умбрские наречия отличались замкнутостью и изолированностью, заим-ствования из неиндоиндоевропейских языков в них единичны.

Последний раз редактировалось Chugunka; 21.10.2018 в 06:41.
Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 17:05. Часовой пояс GMT +4.


Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2020, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
Template-Modifications by TMS