[Ольга Коптелова]

За Мальцевым мы охотились долго. Но Александр Николаевич уходил от нас, словно от вражеских защитников сорок лет назад.
Он вообще не дает интервью. Даже в книжке о Мальцеве монологов самого героя почти нет. Говорят о нем другие люди.
Помог нам Андрей Сафронов, генеральный директор "Динамо". Мальцев, занимающий в клубе должность советника, мог отказать кому угодно, но не ему.
В его же приемной мы и дожидались человека, которого когда-то Анатолий Тарасов назвал "хоккейным Есениным".
- Посмотрите туда, - указал Сафронов. - Узнаете?
У стены стоял Кубок Гагарина.
- Мальцев, сколько играл, ни разу не был чемпионом. А сейчас, получается, стал. В плей-офф летал с командой на все матчи, от Бобруйска до Омска. Шампанское из этого кубка пил первым. И его фамилия там тоже есть!
О Мальцеве ходят легенды. Старые динамовцы рассказывают про его короткий роман с Софи Лорен.
Мы усомнились.
- Было-было, - уверили старые динамовцы. - И свидетель был, Мотовилов.
Анатолий Мотовилов погиб в 1990-м. Подтвердить факт романа может только сама Софи Лорен. Потому что Александр Николаевич на наши расспросы лишь усмехнулся.
Зато от истории, как с космонавтом номер два Германом Титовым на пограничном катере ловил бычков в нейтральных водах, отрекаться не стал.
А вот еще случай. Пригласили Мальцева с Виталием Давыдовым выступить в Комсомольске-на-Амуре. Да не где-нибудь, а в тюрьме. "В злой зоне", уточнил Виталий Семенович.
Встретили как родных. Заключенные выстроились в ряд.
- Наша зона ни перед кем на коленях не стояла, - сказал старый вор. - А перед вами…
И зеки один за другим рухнули на колени. Сжимая шапки в руках. Мальцев с Давыдовым обомлели.
* * *
...В приемную 63-летний Александр Николаевич вошел запыхавшись.
- Уф-ф, три часа с дачи добирался! У меня хороший дом по Киевскому шоссе. Круглый год там живу.
- Ездите на чем?
- "Мерседес-220". Но за рулем я редко. С нынешними пробками - одно мучение.
- Первая иномарка в вашей жизни когда появилась?
- Лет двенадцать назад, "шкода". При советской власти "Волги" менял каждый год.
- Слышали мы про номера вашей "Волги".
- Да, нам милиция подарок делала - красивые номера. Помогали ребята. Спрашивали игроков: "Какой хочешь?" Я возьми да скажи - мне 00-38.
- Почему?
- Они тоже поразились: почему "38"? Отвечаю: "В вашу же честь - Петровка, 38". Но это на первой "Волге". На следующих были номера 00-10. А у Харламова, например, на всех его машинах было 00-17.
- Здорово.
- Номера - это что. Главное, нам давали талон - "без права остановки". На первой своей машине я с таким талоном год катался без прав! А иномаркой, кстати, чуть не обзавелся еще в 1970-м. В Стокгольме как лучшему нападающему чемпионата мира мне полагалась "вольво". Радовался, правда, недолго. Ключи-то дали, а машину - нет.
- Обманули шведы?
- Они ни при чем. Это по нашим законам нельзя было за границей принимать подарки дороже 20 долларов, кажется. Все сдавали в cпорткомитет. Что уж об автомобиле говорить. На моей памяти оставить машину позволили только Третьяку, ему "тойоту" вручили. Посольские отзвонились в Москву - и вдруг разрешили.
Оторвавшись от дел, к нам заглянул Андрей Сафронов:
- Вы спросите, почему канадцам проиграли московскую cуперсерию. Александр Николаевич знает.
Мы притихли.
- Молодой человек в Сочи ездил. - динамовский гендиректор кивнул в сторону Мальцева.
Тот расхохотался:
- Это я виноват, значит?
- Так что стряслось? - попытались перехватить инициативу мы.
- Нас Бобров перед московскими матчами отпустил. Руководство неожиданно предоставило выходные. Если б мы к этим играм готовились так же, как к канадским, наверняка победили бы. Тогда месяц безвылазно на базе сидели. А из Канады вернулись героями, и пошла немножечко звездная болезнь.