http://www.footballplayers.ru/players/story_780.html
Детские годы Эдуарда прошли на стрельбище «Динамо» в Мытищах, где его отец — известный легкоатлет, Николай Петрович — получил жилье от «Динамо».
— Здесь готовились к поездке в Англию футболисты, жившие на обыкновенной деревянной даче. Мы с ребятами ходили смотреть на Боброва, видели, как игроки фотографировались для загранпаспортов. В свободное время Трофимов, Малявкин, Бесков, Блинков, Сергей и Леонид Соловьевы, Станкевич учили нас играть, следили за нами. И мне хотелось стать футболистом.
Однако до этого было еще далеко. В 1948 году в семье Эдика случилось несчастье. Его отец был старшим тренером динамовских легкоатлетов. Как-то они готовились к знаменитой эстафете по Садовому кольцу на юге. И один из коллег без всякого злого умысла убедил Николая Петровича, что хорошо бы отправиться в Москву самолетом, дабы не трястись в поезде. Так все и вышло. Потом динамовцы выиграли эстафету, а старшего Мудрика обвинили в растрате денег, поскольку в смете были заложены железнодорожные билеты... Его арестовали. И реабилитировали только после расстрела Берии.
— Конечно, все понимали, что произошла какая-то дикость. Но от этого легче не было. Нас никуда не выселили. Я занимался легкой атлетикой, отец хотел, чтобы за мной следил Иван Степанчонок, тот самый человек, кто посоветовал ему взять билеты на самолет... Кто знал, что так обернется.
Учился Эдик в школе, где было всего четыре парня. И на всех соревнованиях закрывал все виды программы. Многое изменил один эпизод, произошедший в Костино.
— Там шли соревнования школ по легкой атлетике. И рядом проходил футбольный матч. И мужикам команды Калининграда не хватало игрока. Они и взяли меня. Сыграл четыре матча в один день — все мы выиграли по 2:0, забил восемь голов...
И на закрытии мне вручают приз лучшего игрока — фотоаппарат. Я радуюсь: вот дома покажу. Но играл-то я под фамилией Степушкина, арматурщика 6-го разряда.
На Мудрика обратили внимание. Приглашали играть за сборную области на всесоюзном турнире 1956 года. Затем он поступил в Институт физкультуры. Хотел на отделение футбола, но не приглянулся Хомичу, который принимал экзамены. И быстро пересдал их по легкой атлетике.
— Я, наверное, так и остался бы легкоатлетом, если бы не еще один случай. Как-то меня позвали играть в Коломну — верст за сто от Калининграда. Ну как можно было отказаться! В том матче играл в центре атаки, забил 5 мячей. А за встречей наблюдали родственники Сергея Сергеевича Ильина. Сказали ему про меня, тот все передал Якушину, знавшему моего отца. В общем, посмотрели меня и взяли в команду мастеров.
С этого, собственно, и начался футбольный путь Мудрика. Он сыграл на первенстве страны 1957 года среди молодежи, где выступали его сверстники: Лобановский, Кавазашвили, Короленков, Численко...
Дело приближалось к «основе». Якушин поначалу готовил Эдуарда на роль хавбека. Но в итоге перевел в защиту. Надо сказать, что у «Динамо» была на редкость прочная оборона — Кесарев, Борис Кузнецов. И опекать Эдуарда стал знаменитый Константин Крыжевский.
— Никто не знал, что я семейный человек, что у меня растет сын. Ведь женился я в 17 лет, как говорят, без спроса. Об этом довольно долго не знали ни мои, ни родители Нины. Мы вместе уже 43 года. В то время снимали комнату, жили на мою стипендию, подрабатывал я игрой на аккордеоне — на свадьбах, днях рождения, проводах в армию... Потом, конечно, все раскрылось, но ругать нас не стали, хотя семьи были серьезные... Отец Нины был секретарем парторганизации Болшево, он пострадал, как и мой: ни за что влепили 25 лет.
Во время поездки на турнир в ГДР в составе таллинского «Динамо» (тогда в подобных случаях команды укрепляли игроками других команд), где динамовцы заняли 1-е место, им выдали премиальные. И Эдуард на все деньги накупил детских вещей. Пришлось говорить — брату.
— Константин Станиславович наставлял, как жить и играть. Однажды быстро позавтракал и вернулся в номер. Крыжевский спрашивает, что было на завтрак. Отвечаю: «Сосиски, масло». «И все съел?» — спросил он. «Да», — говорю. В ответ получаю: «А бутсы чем чистить будешь?» И потом я всегда оставлял половину порции масла...
Потрясающее впечатление на меня всегда производил Лев Иванович Яшин. Я был новичком, а он со мной часто общался, разговаривал, как с равным. В нем не было и тени надменности, заносчивости.
Мудрик отлично заиграл с 1962 года, уже после окончания института. Это было динамовское футбольное время. Динамовцы были призерами и чемпионами страны.
— Игра шла, в сборную взяли. Но помешали травмы. В 1966-м, когда мог попасть на чемпионат мира, мне сломали ключицу. Через год в матче с французским «Олимпиком» руку сломал. Она так и не восстановилась полностью. В 1968 году я провел семь игр... И понял, что больше ничего не получится.
О той команде Мудрик вспоминает с теплотой. Он считает, что в 60-е годы в «Динамо» был классный состав с ярко выраженной манерой.
— Лобановскому приписывают открытие активных действий в отборе, а мы задолго до него, при Александре Семеновиче Пономареве, это же самое в «Динамо» делали.
Надо сказать, что Эдуарду Мудрику здорово повезло на тренеров. Ибо играл он под руководством легендарных людей: Михаила Иосифовича Якушина, человека остроумного, прозвавшего его «Мудрила», и Пономарева.
— Якушин был просто уникальным человеком. Он все в футболе понимал. Задания перед игрой давал конкретно каждому, а общий план держал при себе. Например, в ростовском СКА здорово играли Понедельник и Мосалев. А хитрый «Михей», как его звали, дает задание полузащитнику нейтрализовать ростовчанина Одинцова. С чего бы? Оказывается, Якушин знал, что тот питает мячами нападающих... Он все просчитывал на много ходов вперед. Играем с ним в шашки (в «Динамо» проводилось первенство команды), делаю ход, а он думает, хотя позиция простая. И так несколько раз. Я начинаю ерзать: скоро кино, посмотреть хочется. Пару раз ошибаюсь, проигрываю и бегу в кинозал. А он потом, уже в футбольной ситуации, как бы невзначай: «Вот, кто торопится, не думает, тот и проигрывает».
Особой строкой в биографии Мудрика, входившего в список 33 лучших игроков Европы на позиции крайнего защитника под вторым номером, проходят матчи за сборную СССР.
— В финале Европейского кубка-64 в Испании против нас играли Суарес, Амансио, Марселино и другие мастера международного класса. Но мы только поначалу волновались. А когда счет сравняли, то ни в чем хозяевам не уступали. Гол забит был с моей подачи, однако Мартын Мержанов написал, что пас отдал Валерий Воронин. Может быть, потому, что тот встречался с Галей Брежневой... Но это шутка.
Не думал, что мы проиграем, хотя особенно тяжело было Численко и Понедельнику, которые не могли действовать в полную силу из-за аллергии, видимо, от травы... Я уже мысленно готовился к переигровке, прикидывал, что мы испанцев обыграем... Но все вышло иначе.
Второе место было прекрасным результатом. Но на Родине футболистов раскритиковали, а тренера Константина Бескова сняли с работы. Велик был тогда спрос. Это потом серебряные медали на первенстве континента 1988 года в СССР были восприняты чуть ли не с ликованием, к трапу самолета, говорят, ковровую дорожку постелили, званий заслуженных мастеров спорта раздали почти всем игрокам...
Кстати, мог стать заслуженным и Мудрик. На него были поданы наградные документы. И все знавший Андрей Петрович Старостин позвонил ему домой и поздравил... И надо же было такому случиться, что на проходившем в то время чемпионате мира сборная СССР проиграла уругвайцам. И в ЦК КПСС документы «завернули».
Мудрик любил играть против сильных соперников, хотя это требовало особых усилий. И, конечно, Эдуарду Николаевичу нравилось выступать в хорошей компании.
— В «Динамо» были блестящие партнеры. Когда завершил футбольную карьеру и начал трудиться в МГС общества, играл за ветеранов. Надо было видеть, что наши звезды — Нетто, Масленкин, Сальников, Стрельцов, Кесарев, сам Бобров и другие вытворяли с соперниками... Обыгрывали клубы первой лиги за счет паса разве что не стоя... К сожалению, в прежние времена такие матчи называли «левыми» заработками, их организаторов вызывали на Петровку...
Сейчас Эдуард Николаевич работает в «Динамо» с ветеранами. Рассказывает, что двумя составами под маркой «Динамо» и Фонда Льва Яшина съездили в Австралию на чемпионат мира и выиграли два комплекта золотых медалей. Мудрик считает себя счастливым человеком, поскольку занимается любимым делом.
И в любимом клубе. В 1961 году с Эдуардом встретился Николай Петрович Старостин и долго вел переговоры о переходе в «Спартак». А потом вдруг махнул рукой и сказал: «Нет смысла, ты же из клана динамовцев...»
Неизв.
www.fc-dynamo.ru