[Юрий Александров]

«Российская газета» / Издание Верховного Совета РСФСР.
– 1991. – 3 января, четверг. – № 1 (47). – 4 полосы.

На минувшей неделе вместо пятничного «Взгляда» в субботу по первой программе ЦТ выступил председатель Гостелерадио СССР Л.П.Кравченко. Леонид Петрович дал интервью своему подчиненному-политическому обозревателю Александру Крутову. По словам главы телерадиоведомства, передача просто не была готова, существовали лишь намерения. Что же касается сообщений «Комсомольской правды» и «Московского комсомольца» о ночном заседании коллегии госкомитета, где от создателей популярной программы потребовали не затрагивать в эфире отставку Э.А.Шеварнадзе, то, как утверждал председатель, заседание состоялось не ночью, а вечером, и на него попросили явиться руководителей молодежной редакции и авторов передачи. Там Кравченко высказал сомнение, что в создавшейся ситуации министр иностранных дел дал согласие на интервью, позвонил помощнику Эдуарда Амвросьевича после чего поступила информация, что Шеварнадзе выступать по ТВ не предполагает. Такова, по памяти суть интервью-довольно мягкого по интонации и внешне доброжелательного по отношению к творческой группе «Взгляда».
Хотелось бы верить Леониду Петровичу. Но остаются весьма существенные неясности.
Например, как может быть заранее готова передача, которая должна «живьем» впрямую выходить в эфир? Только на экране телезрителя она и обретает окончательный вид. Конечно, отдельные сюжеты снимаются предварительно, но в данном случае, насколько можно понять, речь шла о непосредственном сиюминутным общении с аудиторией. Или председатель предпочел бы, чтобы «Взгляд» сперва записывался, когда до показа можно внести коррективы, как, судя по всему, поступили с интервью самого Кравченко, где нельзя было не заметить немало монтажных стыков? Если же говорить «лишь о намерениях», то, право, как-то неловко в связи с выступлением главы ТВ и радио страны, ратуещего за высокий профессионализм передач, напоминать, что любая передача начинается с намерений-назовите их замыслом, заявкой или сценарием. Так все же: не понравились намерения, замысел?
Далее: коллегия госкомитета направления, принципиальные вопросы деятельности ТВ и радио или каждую передачу в отдельности, к тому же до ее выхода в эфир? Коль последнее, то почему коллегия не заседает круглосуточно в течение года-ведь только по двум канала ЦТ (то с учетом дублей на различные часовые пояса) вещание ведется по 24 часа в день да плюс образовательная, московская, республиканские и областные программы и т.п.? Если же второе, то почему исключение было сделано именно для «Взгляда», с вызовом его создателей? И именно для этого выпуска?
И последнее. Как бы отреагировал Леонид Петрович, если бы в непростой для него момент его помощнику позвонил, предположим главный редактор «Правды» спросил, действительно ли товарищ Краченко собирается дать интервью корреспонденту К той же газеты?
Конечно, интересно узнать механику отмены передачи. Мне думается, гораздо важнее понять для кого и почему оказались нежелательными ее выход в эфир, обсуждение той или иной темы с участием десятков миллионов людей.