[Megabook]

В «Тихом Доне» писательский талант выплеснулся во всю мощь — и почти исчерпался. Вероятно, этому способствовала не только общественная обстановка, но и все усиливавшееся пристрастие писателя к спиртному. Рассказ «Наука ненависти» (1942), агитировавший за ненависть к фашистам, по художественному качеству оказался ниже средних из «Донских рассказов». Несколько выше был уровень печатавшихся в 1943-1944 годах глав из романа «Они сражались за родину», задуманного как трилогия, но так и неоконченного (в 1960-е годы Шолохов приписал «довоенные» главы с разговорами о Сталине и репрессиях 1937 года в духе уже закончившейся «оттепели», они был напечатаны с купюрами, что вовсе лишило писателя творческого вдохновения). Произведение состоит преимущественно из солдатских разговоров и баек, перенасыщенных балагурством. В целом неудача Шолохова по сравнению не только с первым, но и со вторым романом очевидна.
После войны Шолохов-публицист отдал щедрую дань официозной государственной идеологии, однако «оттепель» отметил произведением довольно высокого достоинства — рассказом «Судьба человека» (1956). Обыкновенный человек, типично шолоховский герой, предстал в подлинном и не осознанном им самим моральном величии. Такой сюжет не мог появиться в «первую послевоенную весну», к которой приурочена встреча автора и Андрея Соколова: герой был в плену, пил водку без закуски, чтобы не унизиться перед немецкими офицерами, — это, как и сам гуманистический дух рассказа, было отнюдь не в русле официальной литературы, взращенной сталинизмом. «Судьба человека» оказалась у истоков новой концепции личности, шире — нового большого этапа в развитии литературы.
Вторая же книга «Поднятой целины», завершенная публикацией в 1960 году, осталась в основном лишь знаком переходного периода, когда гуманизм всячески выпячивался, но тем самым желаемое выдавалось за действительное. «Утепление» образов Давыдова (внезапная любовь к «Варюхе-горюхе»), Нагульнова (слушание петушиного пения, затаенная любовь к Лушке и т.д.), Разметнова (отстрел кошек во имя спасения голубей — популярных на рубеже 1950-1960-х годов «птиц мира») и др. было подчеркнуто «современным» и не вязалось с суровыми реалиями 1930 года, формально остававшимися основой сюжета.
Писательница Л.К. Чуковская в своем письме к Шолохову предсказала творческое бесплодие после его выступления на XXIII съезде КПСС (1966) с шельмованием осужденных за публикацию произведений за рубежом (первый процесс брежневского времени против литераторов) А. Д. Синявского и Ю. М. Даниэля. Предсказание полностью сбылось.
Но написанное Шолоховым в лучшую его пору — высокая классика литературы 20 века при всех недостатках, которыми отмечены даже наиболее выдающиеся его произведения.