Если нынешний "Спартак" видит очертания чемпионства в тумане горизонта, то кто-то по три раза выигрывал золото с этой командой – и не слишком удивлялся. Сегодня люди из того состава справляют первые серьезные юбилеи. Большим тренером никто из них пока не стал – но некоторые готовы, живут надеждой. Как Виктор Булатов, например. Главный тренер "Торпедо". Кстати, в воскресенье ему 45.
21 февраля 2001 года. Москва. Лужники. "Спартак" - "Бавария" - 0:3. Полузащитнику красно- белых Виктору БУЛАТОВУ удалось вывести из себя Штефана ЭФФЕНБЕРГА. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ"
ШРАМ
– Вы уже тренер с опытом. Поработали в Смоленске, Пензе, Туле. Чем "Торпедо" отличается от прежних клубов?
– Летом пришлось больше половины состава менять. Висят ограничения по заявке, в которой всего 18 футболистов. Непросто! А задача – выход в ФНЛ.
– Это реально, когда в заявке 18 человек, и денег – в обрез?
– Да. У нас нет заоблачного финансирования, но свои плюсы. Все-таки в московский клуб футболисты идут охотнее.
– Кто ваши главные конкуренты?
– У Курска тоже задача – выйти. У Белгорода – не любой ценой, но желательно. Я слышал, сами ребята хотят.
– Вторая лига становится все слабее?
– Это правда. Даже сравнивая с ситуацией трехлетней давности. Мелькнут способные ребята – но "бриллиантов" нет. Российский футбол вообще беден на яркие личности.
– Вашего 17-летнего полузащитника из Смоленска "Локомотив" купил за огромные деньги.
– Миша Петрусев. Сейчас в "Химках" играет.
– В весе вы почти не прибавили. Сами наверняка могли бы играть – во второй-то лиге.
– Одну игру выдержал бы. Ну, две. Не более.
– Смертин говорил: "Я себя в футболе отжал на сто десять процентов". А вы?
– Я поменьше – на сто. К сожалению, последние годы изводили травмы. Четыре сезона играл со слезами.
– Что стряслось?
– Трещина сустава большого пальца. Случилось это в 2001-м, на сборах со "Спартаком". Бутсы у меня были шестишиповые. То ли в игре, то ли на тренировке отломился шип. Стопа провалилась, почувствовал боль. ДокторВасильков повез к Пфайферу, тот сказал, что необходима операция. Сергеич ответил – сейчас играть некому, сезон на носу. Нужно потерпеть.
– Чем кончилось?
– За четыре года само срослось. Но много энергии отнимало, мысли были только об этом. Перематывал пластырем. Когда совсем становилось невмоготу – делали обезболивающие уколы. Бить старался здоровой ногой, с левой уже не рисковал. Вскоре другая напасть – нагноение на ноге. В тот момент тоже надо было паузу взять. Но мне сказали: "Терпи". Полгода играл на антибиотиках.
– Самые перебитые ноги, которые видели в футболе?
– Могу рассказать про собственный шрам. В полноги!
– Откуда?
– 1990 год, в Астрахани удаляли мениск. Привезли в больницу, не предупредив, что я футболист. Доктор через месяц уходил на пенсию. Фамилию помню – Озеров. Это была последняя для него операция. Расковырял колено так, что я о футболе надолго забыл. Когда сняли гипс – обомлел! Чудовищный шрам, а нога – тоненькая-тоненькая, словно рука. Все потеряла, что можно потерять. Спас Виктор Борисович Сачко, тренер по физподготовке.
– Знакомая фамилия.
– С моей подачи годы спустя к нему спартаковцы ездили. Парфенов, Бушманов, Ананко. Титова в 2000-м после мениска за две недели восстановил! А со мной тогда полгода возился.
– Что с вами творил?
– Трехразовые тренировки, силовые упражнения. Прыжки. Занимался на тренажерах, которые он сам изобрёл. Когда я уже в "Спартаке" был, решили Романцеву порекомендовать Сачко. Я не сомневался, что команде он поможет. Пошли с Титовым, Тихоновым и Писаревым.
– Как Олег Иванович воспринял идею?
– Плохо. Я сразу почувствовал. Видимо, был какой-то отрицательный опыт. Считал, тренеры по физподготовке – не футбольные люди, слабо разбираются в тонкостях. Могут помешать мышечным ощущениям – а спартаковская игра на них держалась.
– Прогнал вас?
– Нет, отмахнулся: "Пускай приезжает! Раз вы инвалиды…" Утром в Тарасовке Виктора Борисовича встретил администратор: "Здесь посидите, на лавочке". Олег Иванович с ним даже не переговорил. Стало ясно – сотрудничества не будет.
– Титов добавил свою подробность. Будто Олег Иванович разгневался: "Вам что, нагрузок не хватает?" Всю следующую неделю гонял, как сидоровых коз.
– Не исключено. Как Романцев гонял после другого случая, я помню.
– Что за случай?
– Узнал, что в выходной праздновали командой мой день рождения в 2001-м. После Кубка Содружества.
– Где сидели?
– На Тверской в "Пирамиде". Ее снесли недавно.
– Крепко гуляли?
– Не особо. Наутро Олег Иванович смотрел в упор: "Когда вы только сели, я уже знал, кто из вас что заказал… Поэтому сейчас начинаем работать в двухразовом режиме!" Очень тяжело далось – еще и после "Содружества", где провели шесть матчей за восемь дней. Мы все время накануне этого турнира переговаривались: "Добро пожаловать в ад!" Изнуряющий график, синтетика, духота.
– "Спартак" вас сделал сильнее как футболиста?
– В чем-то – да. А в чем-то – слабее. После "Спартака" трудно заиграть в другой команде. Даешь в касание, думаешь на ход вперед – а тебя никто не понимает.
– Кто-то сказал – "Спартак" убил в вас творца.
– Так и есть. Индивидуально я потерял. Что позволялось Цымбаларю и Кечинову – то не позволялось мне. Они техничнее. Первый год ушел на адаптацию – Романцев часто поправлял: "Не передерживай мяч! Быстрее соображай! Играй в касание!" Сначала отправили играть передним защитником, затем – опорным хавом. Место для черновой работы.
– Что раздражало Олега Ивановича на тренировках?
– Если человек неправильно открывался. В "квадратах" Романцев водил за руку, объяснял. Потом я учился в ВШТ и некоторым тренерам рассказывал – у нас в "Спартаке" было всего одно упражнение. За счет него ставилась фирменная игра. Люди поражались! Хотя на первых порах эти "квадраты" меня угнетали. Изо дня в день или две серии по пять минут, или три. После каждой стоишь, отдышаться не можешь.
Виктор БУЛАТОВ и другие спартаковцы Олега РОМАНЦЕВА празднуют победу в Кубке Содружества-2001. Фото Александр ФЕДОРОВ,
РОМАНЦЕВ
– В бешенстве Романцева видели?
– Сборная сыграла в Туле с Белоруссией 1:1. Не все выкладывались. Олег Иванович был разъярен. Он никогда не орал, но его тихий голос пробирал сильнее, чем крик любого тренера. Энергетика невероятная. Вот рассказываю вам и думаю – а что такое энергетика? Невозможно объяснить! Но скажет Романцев: "Надо!" – и люди готовы умереть.
– Вы его боялись?
– Не я – все игроки. В любую секунду мог выгнать кого угодно.
– Сейчас встречаетесь – нет ощущения, что это огарок свечи?
– Нет! Едва начинает говорить, чувствуешь – это глыба. Исходит энергия. Есть в Романцеве что-то гипнотическое. Поглощал каждого – как удав кролика.
– Чье отчисление в "Спартаке" стало потрясением?
– Цымбаларя. Игрок от Бога. Ребята его обожали. Добродушный, заводной, всегда с улыбкой – и в раздевалке, и на поле. Убрали Илюшу осенью. Зимой на сборах начались разговоры, что Олег Иванович по нему сильно скучает. Дал команду администратору: "Звони Цыле, вызывай в Турцию". Тот приехал, Романцев обрадовался: "Илюша, работаем!"
– В Турции Цымбаларь не задержался.
– Сразу попал на "максималку". Это самое тяжелое упражнение у Романцева. Рывки поперек поля, почти без пауз. Всего 17 минут, но выматываешься так, что в глазах темнеет. Цымбаларь несколько месяцев не тренировался, отставал. Да и физически объективно был уже на сходе. Олег Иванович понял, что Илюша не тянет – и окончательно с ним распрощался.
– Тихонова из "Спартака" выгнали после вашего конфликта под трибунами "Сантьяго Бернабеу".
– Да это повод… Причиной такая мелочь априори быть не могла.
– Что он вам сказал-то?
– Проиграли "Реалу" 0:1. Андрей начал выговаривать: "Зачем на последней минуте бьешь с левой, когда до ворот тридцать метров? Ты что, Роберто Карлос?" Я ответил, слово за слово. Конфликтом это не назовешь – обычные эмоции. Но Романцев услышал, прищурился: "Тихонов, ты на свою игру посмотри, а не другим пихай…"
– Тот огрызнулся?
– Ну что вы! Не помню случая, чтоб кто-то рискнул в таком тоне пообщаться с Олегом Ивановичем. Андрей промолчал. А с утра его вызвали в клуб и объявили об отчислении. Приехал в Тарасовку, собрал вещи. Все настолько буднично, что команда была в шоке.
– На вас обиду затаил?
– Мы через полтора года в "Крыльях" пересеклись. Первое время косо поглядывал. Сейчас отношения нормальные. Андрей понимает – убрали не из-за меня.
– Полагаете, вопрос по Тихонову был решен еще до Мадрида?
– Думаю, да. Для Андрея 2000 год складывался неудачно. А под ним сидел перспективный Безродный. Наверное, Олег Иванович решил, что переводить в запас одного из лидеров – бомба замедленного действия. Лучше расстаться. На мой взгляд, в той ситуации Тихонову нужно было просто дать паузу. Его дальнейшая карьера подтвердила, что "Спартаку" мог принести еще немало пользы.
– В отличие от Безродного.
– Парень одаренный, но разгильдяй. Ни внутреннего стержня, ни целеустремленности.
– Титов в книжке посвятил вам несколько строк: "Витя – интеллигентный, играл молча, аккумулировал энергию. Но если выводили из себя, превращался в разъяренного монстра…"
– Насчет монстра – преувеличение. До Ковтуна с Хлестовым мне далеко. Хотя в команде со смехом обсуждали, когда на групповом этапе Лиги чемпионов я внезапно выбился в лидеры турнира по количеству фолов.
– Кого-нибудь от души приложили?
– Все фолы – "рабочие", в центре поля. Я не умею делать такие подкаты, как Ковтун. Перед Новым годом был в спартаковском музее, на экране прокручивали самые живописные эпизоды с участием Юры. Либору Сьонко из"Спарты" врезал так, что у бедного чеха ноги взлетели выше головы. В жизни Ковтун мухи не обидит, но на поле никого не щадил. Убийца с лицом младенца.
– Более корявого футболиста в том "Спартаке" не было.
– Юра грамотно прятал свои недостатки. С мячом ничего не выдумывал, пасовал ближнему. У Ковтуна другие козыри – жесткий, цепкий, неуступчивый, хорошо играл головой. Поэтому и в "Спартаке", и в сборной был основным защитником.
– На тренировках от Ковтуна и Хлестова прилетало по ногам?
– Нет, берегли ребят. Кстати, Хлестов подкаты вообще не применял. Без них великолепно отбирал мячи. Уникальный персонаж. Всегда на своей волне, минимум эмоций. За день до матча с "Реалом" мог спросить: "Завтра с кем играем?"
– В шутку?
– На полном серьезе! Ему по барабану – хоть "Реал", хоть "Уралан"… Не мыл бутсы после игры, укладывал в сумку и забывал до следующего матча. Когда вытаскивал, из-за налипшей грязи они весили килограмма два! Я бы в таких ноги от пола не оторвал. А Дима ошметки стряхнул – и побежал.
2001 год. Виктор БУЛАТОВ (справа) и Андрей ТИХОНОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ,
ВАСЯ
– О Баранове что-то слышали?
– В 2012-м, когда я смоленский "Днепр" тренировал, были в Белоруссии на сборах. Спрашивал про Васю. Живет в деревне под Гомелем, рыбачит, на футболе не появляется. Жалко, никто точный адрес не знал. А то бы навестил с удовольствием.
– Олег Иванов рассказывал: "В Тарасовке мне досталась бывшая комната Баранова. Так на стене обнаружил его телефонную книжку! Куча номеров прямо на обоях, в основном девиц…"
– Я заходил к Васе в комнату, но это не бросалось в глаза. Вот как он летом потоп на базе устроил, помню. В ванную положил пиво под холодную струю. Пока тренировался, этикетки отклеились, забился сток – и полило с третьего этажа. Доложили Романцеву, тот поднялся. Говорят, глаза округлились, когда увидел ванную, загруженную пивом. Но Васе спиртное не мешало. Здоровья-то вагон. Мог выпить сколько угодно, а на следующий день 90 минут носиться от флажка до флажка.
– Еще таких встречали?
– В "Тереке" вышли на прогулку после завтрака. Талгаев присмотрелся – один футболист едва на ногах держится. В крик: "Ты что?! Сегодня игра!"
– А тот?
– Молчал. Талгаев рукой махнул: "Ладно, иди проспись". Все равно выпустил в "старте". Бегать парень особо не мог, но разок оказался в нужной точке, подставил ногу – гол. Выиграли – и его простили.
– В сборной СССР 80-х первым режимщиком считался Василий Рац. А в ваших клубах?
– В "Тереке" – Вова Корытько, в "Алании" – Володя Леонченко. В нынешнем поколении таких ребят много. Но даже на этом фоне выделяется Младен Кашчелан, полузащитник сборной Черногории. Играл у меня в Туле. Не пьет, не курит, следит за питанием, высчитывая каждую калорию. У него свой лактометр, ежедневно проверяет уровень молочной кислоты в крови. Купил специальные резинки для фитнеса, в тренажерном зале работает по своей программе. Суперпрофессионал!
– В "Спартаке" вы разных легионеров повидали. Номер один по человеческим качествам?
– Робсон. Парень золотой, свой в доску. Настолько обрусел, что со временем мы уже не воспринимали его как бразильца.
– Титов вспоминал: "Робсон полюбил семечки. Сядет с кульком перед телевизором, – и грызет, как белка. Вслушивается в нашу речь. Так и освоил язык…"
– По-русски говорил отлично, шутил, тому же Баранову мог легко ответить. У Васи юмор своеобразный, на грани фола. Например, протягивал газету: "Роба, про тебя статью написали". Тот открывал и видел фотографию обезьяны. Не обижался, наоборот, смеялся громче всех. Вот Маркао – полная противоположность Робсону.
– В чем?
– Нелюдимый, русский учить не хотел. Да и футболист посредственный. Медленный, неповоротливый. Два гола "Арсеналу" в Лиге чемпионов – звездный час. Больше себя не проявил. Робсон забивал маловато, но пользу приносил колоссальную, играл на команду. Романцев его очень ценил.
– Филимонов уверял, что лишь однажды перед матчем у него дрожали ноги. Дебют в Кубке УЕФА, матч за"Текстильщик" с "Нантом".
– У меня тоже было один раз – перед "Баварией". Может, помните, в 2001-м играли с ней четыре матча. Общий счет 2:12.
– Сильно.
– Стою в тоннеле, вот-вот начнется четвертая игра. Гляжу на эти физиономии – как же вы надоели… Не боязнь, а безысходность! Понимаешь, что ничего не светит. Они лучше, мощнее, опытнее.
– С кем часто пересеклись на поле в тех матчах?
– С Эффенбергом. Романцев, как ни странно, после таких поражений поддерживал. В Мюнхене горели к перерыву 0:3, Романцев зашел в раздевалку: "Всякое бывает в футболе. Надо доигрывать". Никакого разноса.
– Зато лондонский "Арсенал" в студеных "Лужниках" разнесли 4:1. Как это смотрелось изнутри?
– Закончиться могло и 0:3. В первом тайме при счете 0:1 Кану не реализовал стопроцентный момент – Филимонов потащил. Повезло нам в тот день. В том числе с погодой. Минус десять, игроки "Арсенала" быстро задохнулись. ДажеАнри был непривычно вялый – подмерз, наверное. А нас 80 тысяч зрителей гнали вперед, ни на секунду не умолкали. Сумасшедшая энергетика!
– Был матч в более лютую стужу?
– В 2007-м, в "Астане". Играли в последнем туре при температуре минус 15 и ураганном ветре. Трибуны пустые, поляна в снегу, через полчаса ни рук, ни ног не чувствуешь. Кому такой футбол нужен? Но это не самое удивительное, с чем столкнулся в Казахстане. В стране четкое разделение между севером и югом. От языка до традиций. Ребята из южного Казахстана, которые были в "Астане", по общению и замашкам напоминали новых русских. У каждого – пистолет.
– Газовый?
– Боевой. До сих пор перед глазами картина – на стоянке футболист открывает машину, вытаскивает из-под кресла "пушку". Рядом бита лежит.
– Окровавленная?
– Нет. Может, кровь уже смыл? Думаю – XXI век на дворе, а у них еще 90-е. Слава богу, ни в какие переделки там не попал.
Виктор БУЛАТОВ (слева) и Василий БАРАНОВ в матче с "Зенитом". Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"