*305. Вторая мировая война-3

[Historical-fact]

https://historical-fact.livejournal.com/174631.html
vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2019-09-17 15:05:00

Много вопросов возникает, когда читаешь о сокрушительных поражениях Красной Армии в 1941 году

Как могло получится, что буквально на всех направлениях (Прибалтика, Белоруссия, Украина) советские войска были очень быстро разгромлены вермахтом? Между тем, простой анализ боевой подготовки сразу снимает все эти вопросы. В 1935 проводились масштабные учения на Украине, в них принимали участие 65 тыс. личного состава, свыше 1 000 танков, 600 самолётов, 300 орудий и другая военная техника. Условные боевые действия развертывались на фронте свыше 200 км и в глубину до 250 км. На этих манёврах отрабатывались следующие действия: прорыв укреплённой оборонительной полосы усиленным стрелковым корпусом; развитие прорыва кавалерийским корпусом; применение крупного авиадесанта; манёвр мехкорпуса совместно с кавдивизией в целях окружения и уничтожения в своём тылу прорвавшейся группировки противника.

Следующие крупные учения состоялись в 1936 в Белоруссии в районе восточнее Минска. В общей сложности приняли участие 85 тысяч личного состава, 1136 танков, 580 орудий, 638 самолётов. Отрабатывались многие важнейшие действия войск: прорыв обороны противника на большую глубину, форсирование водных преград, десантирование.

Но после 1936 в РККА войсковых учений просто не было. Да и кому их проводить, если в 1937-38 практически весь высший комсостав от комбригов до маршалов был уничтожен (более 500 военачальников). Есть многочисленные свидетельства, как на дивизии ставили капитанов и майоров, а кое-где даже лейтенантов.

Фактически боевая подготовка в РККА после 1936 года перестала существовать. Деятельность военачальников сводилась к составлению бумажных планов, отчетов, проведения полит-массовых мероприятий в духе "самой передовой в мире марксистско-ленинской теории" и преданности "великому вождю Сталину", а также накапливанию в ангарах и боксах боевой техники, которая почти не использовалась для обучения. Мехводы получали буквально несколько часов учебного наезда на танках, причем устаревших. Из приказа Народного Комиссара Обороны СССР №0283 от 24 октября 1940 г. "О порядке эксплуатации боевой техники и боевой подготовке на 1940/1941 учебный год". Распределение моторесурсов:

"На стрельбы: командиры танков - 2 м/ч.; башенные стрелки - 2 м/ч.; мехводитель - 1 м/ч.

На вождение: Командиры танков - 2 м/ч.; башенные стрелки - 2 м/ч.; мехводитель - 4,5 м/ч."

Вспоминает ветеран войны В.П. Брюхов, закончивший танковое училище: "...Надо сказать, учебная база была очень слабой. Я после войны посмотрел немецкий учебный комплекс в Австрии. Конечно, он был намного лучше. Например, у нас мишени для стрельбы из орудий были неподвижные, мишени для стрельбы из пулеметов - появляющиеся. Что значит появляющиеся? В окоп, в котором сидит солдатик, проведен телефон, по которому ему командуют: "Показать! Опустить!" Положено, чтобы мишень появлялась на 5-6 секунд, а один дольше продержит, другой - меньше. У немцев на полигоне была установлена система блоков, управляемая одним большим колесом, оперирующая и орудийными, и пулеметными мишенями. Колесо крутили руками, причем от скорости вращения этого колеса зависела продолжительность появления мишени. Немецкие танкисты были подготовлены лучше, и с ними в бою встречаться было очень опасно. Ведь я, закончив училище, выпустил три снаряда и пулеметный диск. Разве это подготовка? Учили нас немного вождению на БТ-5. Давали азы - с места трогаться, по прямой водить. Были занятия по тактике, но в основном "пешим по-танковому".

Советские летчики получали всего несколько часов учебного налета, освоив лишь простейшие элементы полета. Даже положенный по приказу НКО мизерный налет не обеспечивался по разным причинам. По данным доктора исторических наук Ф.Б.Комала, на 1 января 1941г. школы и училища ВВС были обеспечены преподавателями на 44,1%, горючим - на 41,4% от потребности, остро не хватало и учебных самолетов - половина, а то и меньше от потребности. За весь зимний период 1940-1941гг. на каждый экипаж Киевского особого военного округа приходилось всего 6 часов налета и всего один полет с боевой стрельбой. А ведь это был приграничный округ!

Совсем по-другому готовились к войне немцы. Немецкий летчик-истребитель в 1938-1941гг., покидая летную школу, имел в среднем налет не менее 200 часов, а в процессе дополнительной подготовки в запасных истребительных группах, к этому багажу добавлялось, как правило, еще 200 часов. Таким образом, к моменту начала войны с СССР по количеству часов учебного налета "средний" немецкий летчик превосходил советского в 6-7 раз. Вот и горели в 1941 советские "ястребки" в 6-7 раз чаще, чем немецкие "мессеры". В частности, анализ статистики потерь советских и немецких истребителей в 1941г. в воздушных боях дает следующую картину: соотношение 6,54 к 1 в пользу немецких.

А вот любопытные архивные документы из 1937 года. Комкор Конев дает указание дивинтенданту Драчеву при строительстве казарм и домов комначсостава организовать работы по углублению котлованов под фундамент, так как "в боевой обстановке они будут менее поражаемы огнем противника... к тому же окна этих объектов будут являться бойницами..."

Местные особисты тут же строчат донос: "Данная теория Конева и Драчева... построена на отступлении, что противоречит уставам РККА, установкам наркома обороны Маршала Советского Союза тов.Ворошилова "воевать на чужой территории и бить противника на его территории", и установкам тов.Сталина "Ни одной пяди чужой земли не хотим , но и своей земли не отдадим не вершка". Источник: РГВА, Ф.9, Оп.39с, Д.54, Л.42.

Таким образом, в предвоенное время заниматься с войсками отработкой вопросов обороны и уж тем более - действий в окружении - было для советских военачальников смертельно опасно.

В апреле 1940г. при ЦК ВКП(б) состоялось совещание начальствующего состава по сбору опыта боевых действий против Финляндии. В выступлениях участников совещания открылась поистине удручающая картина состояния боеспособности Красной Армии. Ниже приводятся выдержки из выступлений, которые не требуют дополнительных пояснений.

Комбриг Пшенников: "...До 47% красноармейского состава не знало материальной части положенного ему оружия...Командный состав не знал друг друга и бойцов..." "...До 60% машин из 40%, которые дивизия получила по штатным табелям, требовали немедленного текущего и среднего ремонта, запчастей, резины и инструмента совершенно не было." "Из начальствующего состава дивизии оказалось только 17% знающих компас, карту и умеющих ходить по азимуту... Управление огнем и движением на поле боя практически отсутствовали."

Майор Мухин: "Здесь говорили о том, что батальонами командовали младшие лейтенанты, а у нас командовали капитаны, но и они правильно поставить задачи артиллерии не могли... В отношении разведки: нужно бросить упрек командованию, что мы не имели никаких разведывательных данных."

Комбриг Недвигин: "Только что прибывшие командиры, окончившие военные училища, абсолютно не владеют ручным оружием, не знакомы с топографией, требовательность такого командира чрезвычайно низкая, уставные знания у него почти отсутствуют."

Начальник германского генштаба Гальдер, заслушав в мае 1941 года доклад военного атташе в СССР Кребса, записал в своём дневнике: "Русский офицерский корпус исключительно плох. Он производит жалкое впечатление. Гораздо хуже, чем в 1933 году."

А это уже документ времен войны. Из политдонесения управления пропаганды ЮЗФ от 8 июля 1941г.: “В 22-м мехкорпусе за это же время (22.06 - 6.07.1941 г.) потеряно 46 автомашин, 119 танков, из них 58 подорвано нашими частями во время отхода из-за невозможности отремонтировать в пути. Исключительно велики потери танков КВ в 41-й танковой дивизии. Из 31 танка, имевшихся в дивизии, на 6 июня осталось 9. Выведено из строя противником - 5, подорвано экипажами - 12, отправлено в ремонт - 5... Большие потери танков КВ объясняется в первую очередь слабой технической подготовкой экипажей, низким знанием ими матчасти танков, а также отсутствием запасных частей. Были случаи, когда экипажи не могли устранить неисправности остановившихся танков КВ и подрывали их."
Надо же, какой сюрприз для советских командиров, оказывается, их подчиненные не знают свою боевую технику!

Таким образом, поражения РККА в начальном периоде войны фактически были запрограммированы советским военным и политическим руководством, которое массово уничтожило командные кадры и свело к недопустимому минимуму боевую подготовку войск.



Источники:
Комал Ф.Б. "Военные кадры накануне войны" http://www.rkka.ru/analys/kadri/main.htm

Брюхов В.П. "Бронебойным, огонь!" М.: Эксмо; Яуза, 2009.

Хазанов Д., "Битва за небо - 1941", - М.: Яуза: Эксмо, 2007г.

Совещание в ЦК ВКП(б) по опыту боевых действий в Финляндии http://www.rkka.ru/docs/zimn/title.htm

"Лето 1941. Тихий ужас в танковых войсках." https://historical-fact.livejournal.com/92653.html

[Len. Ru]

https://www.youtube.com/watch?v=5Bpq...ature=youtu.be

[Руссвет ТВ]

https://www.youtube.com/watch?v=KefhBJdzEIk

[Руссвет ТВ]

https://www.youtube.com/watch?v=HV8x1X1hukY

[Руссвет ТВ]

https://www.youtube.com/watch?v=HTwa...ERfzbSYbkqF46T

[SobiNews]

https://www.youtube.com/watch?v=IVpOpZpS5ak

[SobiNews]

https://www.youtube.com/watch?v=NBnmZ-hDKzU

[SobiNews]

https://www.youtube.com/watch?v=6rfBm3Dr3jE

[Tverdyi-znak]

https://volnodum.livejournal.com/3344948.html
Sep. 22nd, 2019 at 3:39 PM
Польша
Пишет tverdyi_znak (tverdyi_znak) :





В советской истории было много позорных и постыдных страниц, которые советские историки никогда не признавали официально. Одной из таких позорных страниц был советско-нацистский парад в Бресте после совместного захвата Польши. Когда наступает сентябрь, у совков начинается лютый батхерт, связанный с отрицанием неприятных для сталинолюбов фактов.
22 сентября 1939 года состоялся совместный парад вермахта и РККА в Бресте (Deutsch-sowjetische Siegesparade in Brest-Litowsk) — прохождение торжественным маршем по центральной улице города подразделений XIX моторизованного корпуса вермахта (командир корпуса — генерал танковых войск Гейнц Гудериан) и 29-й отдельной танковой бригады РККА (командир — комбриг Семён Кривошеин) во время официальной процедуры передачи города Бреста и Брестской крепости советской стороне во время вторжения в Польшу войск Германии и СССР. Процедура завершилась торжественным спуском германского и поднятием советского флагов.








Нападение Германии на Польшу стало возможным только благодаря подписанию преступного пакта Молотова-Риббентропа. Весь план нападения был построен на поддержке СССР, иначе немцы просто завязли бы в войне на два фронта — давнем кошмаре германских генштабистов. Лишь заручившись поддержкой Сталина, 1 сентября 1939 г. Гитлер напал на Польшу. А 17 сентября во вторую мировую войну вступил СССР — на стороне Третьего рейха. При этом Германия всячески старалась показать Англии и Франции, что СССР — её союзник, в то же время как в самом СССР всячески старались лицемерно показать свою «нейтральность». Тем не менее, "дружба, скрепленная кровью" (поляков), как выразился товарищ Сталин явно имела место. Свидетельством чему и были штурм Бреста, и совместный советско-нацистский парад в Бресте.

В ночь на 17 сентября польские военные уходили из крепости под артиллерийским огнем. Выносили раненых. Не бросали убитых. В крепости остались для прикрытия отхода добровольцы под командованием В. Радзишевского.
Те, кто уцелел и добрался до Тересполя, похоронили погибших на местном кладбище. Там и сейчас в сохранности их могилы. А с востока навстречу войскам вермахта уже шли полки комкора Василия Чуйкова. В то самое время, когда поляки уходили из крепости, в Кремль был вызван посол Польши Вацлав Гжибовский...
Советский Союз разорвал подписанный еще в 1932 году советско-польский договор о ненападении. Согласно этому договору запрещались помощь и любое содействие Советского Союза государству, которое нападет на Польшу, и наоборот. Но что там выполнение международного договора, если речь идет о дележе территорий! Советско-польский договор о ненападении был забыт в тот же момент, когда Германия предложила просто поделить Польшу.
Кстати, Советский Союз нарушил договор с Польшей о ненападении еще до его одностороннего разрыва — до 17 сентября, когда послу зачитали советскую ноту. 8 сентября, спустя неделю после нападения Германии на Польшу, посла Гжибовского пригласил Молотов и сказал, что отныне транзит военных материалов в Польшу через территорию СССР запрещен. А с первого же дня войны Советский Союз любезно предоставил Германии минскую радиостанцию, чтобы немецкие войска могли использовать ее в качестве радиомаяка для наведения самолетов, бомбардирующих Польшу. За эту дружескую услугу Геринг лично поблагодарил наркома обороны Клима Ворошилова.
Официально это называлось — защитить братские народы Украины и Белоруссии. Вначале "защитников" действительно встречали там радостно. Советская пропаганда трудилась не зря. Еще задолго до войны с той стороны через границу бежали иногда группы молодежи. Бежали, чтобы жить в свободной стране. Но здесь их хватали чекисты и старательно выбивали показания, будто все эти желторотые юнцы и ошалевшие от страха девчонки — польские шпионы. Тех, кто признавался, расстреливали. Тех, кто допросы выдерживал, отправляли на двадцать лет в лагеря.
Поляки отчаянно сражались, но силы были неравны. К тому же к гитлеровцам присоединился СССР.

Передача Бреста происходила согласно советско-германскому протоколу об установлении демаркационной линии на территории бывшего Польского государства, подписанного 21 сентября 1939 года представителями советского и немецкого командования.

Советские и немецкие офицеры в Польше обсуждают на карте демаркационную линию.





Согласно воспоминаниям командира 29-й отдельной танковой бригады Семёна Кривошеина, его подразделение получило вечером 20 сентября приказ командующего 4-й aрмии В. И. Чуйкова о занятии города и крепости Брест. С этой целью бригаде предстояло совершить 120 км ночной марш из Пружан (имевшиеся в бригаде танки Т-26 имели практическую дальность на одной заправке 90 км и рекомендованную скорость марша 18-22 км/ч). К утру 21, передовые подразделения 29-й бригады приблизились к Бресту с северной стороны. Кривошеин в одиночку направился на переговоры с немецким командованием в отношении передачи города и крепости, отдав приказ о начале движения бригады в Брест в 14:00.


Немецкие генералы, в т.ч. Гейнц Гудериан, совещаются с батальонным комиссаром Боровенским в Бресте.

Переговоры с Гудерианом, которые велись на понятном обоим французском языке, затянулись до вечера. Кривошеин вспоминал, что Гудериан настаивал на проведении парада с предварительным построением частей обеих сторон на площади. Кривошеин попытался отказаться от проведения парада, ссылаясь на усталость и неподготовленность своих войск. Но Гудериан настаивал, указывая на пункт соглашения между вышестоящими командованиями, в котором оговаривался совместный парад. И Кривошеину пришлось согласиться, при этом он предложил следующую процедуру: в 16 часов части корпуса Гудериана в походной колонне, со штандартами впереди, покидают город, а части Кривошеина, также в походной колонне, вступают в город, останавливаются на улицах, где проходят немецкие полки, и своими знамёнами салютуют проходящим частям. Оркестры исполняют военные марши.
Гудериан согласился на предложенный вариант, но отдельно оговорил, что будет присутствовать на трибуне вместе с Кривошеиным и приветствовать проходящие части.
Окончив вечером переговоры, Кривошеин отдал уже вступившей в город бригаде указание подготовить к параду 4-й батальон и бригадный оркестр, а также блокировать железную дорогу.



Состоявшееся на следующий день прохождение подразделений Кривошеин описал так:
«В 16.00 я и генерал Гудериан поднялись на невысокую трибуну. За пехотой пошла моторизованная артиллерия, потом танки. На бреющем полете пронеслось над трибуной десятка два самолетов. Гудериан, показывая на них, пытался перекричать шум моторов:

— Немецкие асы! Колоссаль! — кричал он. Я не удержался и тоже крикнул в ответ:
— У нас есть лучше!
— О, да! — ответил Гудериан без особой радости.
Потом опять пошла пехота на машинах. Некоторые из них, как мне показалось, я уже видел. Очевидно, Гудериан, используя замкнутый круг близлежащих кварталов, приказал мотополкам демонстрировать свою мощь несколько раз … Наконец, парад окончился.
Кривошеин. Междубурье, с. 261»

Генерал Гудериан так описывает события в своих мемуарах:
«В качестве вестника приближения русских прибыл молодой русский офицер на бронеавтомобиле, сообщивший нам о подходе их танковой бригады. Затем мы получили известие о демаркационной линии, установленной министерством иностранных дел, которая, проходя по Бугу, оставляла за русскими крепость Брест; такое решение министерства мы считали невыгодным. Затем было установлено, что район восточнее демаркационной линии должен быть оставлен нами к 22 сентября. Этот срок был настолько коротким, что мы даже не могли эвакуировать наших раненых и подобрать поврежденные танки. По-видимому, к переговорам об установлении демаркационной линии и о прекращении военных действий вообще не был привлечен ни один военный.
В день передачи Бреста русским в город прибыл комбриг Кривошеин, танкист, владевший французским языком; поэтому я смог легко с ним объясниться. Все вопросы, оставшиеся неразрешенными в положениях министерства иностранных дел, были удовлетворительно для обеих сторон разрешены непосредственно с русскими. Мы смогли забрать все, кроме захваченных у поляков запасов, которые оставались русским, поскольку их невозможно было эвакуировать за столь короткое время. Наше пребывание в Бресте закончилось прощальным парадом и церемонией смены флагов в присутствии комбрига Кривошеина.
Гудериан. Воспоминания солдата»


Советские и немецкие военнослужащие дружески общаются в Брест-Литовске.

Командиры 29-й танковой бригады Красной армии у бронеавтомобиля БА-20 в Брест-Литовске.
На первом плане батальонный комиссар В. Ю. Боровицкий.



Батальонный комиссар 29-й танковой бригады Красной Армии В. Ю. Боровицкий с немецкими офицерами у бронеавтомобиля БА-20 в Брест-Литовске.



Солдаты вермахта с красноармейцем на советском бронеавтомобиле БА-20 из 29-й отдельной танковой бригады в городе Брест-Литовск. Bundesarchiv. "Bild 101I-121-0008-13"



Генерал Гудериан и комбриг Кривошеин во время передачи города Брест-Литовска Красной Армии.



В немецких документах это событие было отображено следующим образом.
В Бресте, как следует из донесения командования группы армий «Север» 22 сентября 1939 «…состоялся торжественный марш одного русского и одного немецкого полков… Город и Цитадель переданы в праздничной форме русским».

В федеральном военном архиве в Германии, в документах высшего руководства второй танковой группы находится документ «Vereinbarung mit sowjetischen Offizieren über die Überlassung von Brest-Litowsk» («Договоренность с советскими офицерами о передаче Брест-Литовска») датированный 21.09.1939. В нём, в частности, указывается:
14:00: Начало прохождения торжественным маршем (Vorbeimarsch) русских и немецких войск перед командующими обеих сторон с последующей сменой флагов. Во время смены флагов музыка исполняет национальные гимны.



В Бундесархиве (http://www.bild.bundesarchiv.de) можно найти и другую информацию о "Немецко-советском параде победы", как он именуется в архивных документах и историками. Заходим и вбиваем в поиск Deutsch-sowjetische Siegesparade.

До нас дошли свидетельства очевидцев парада:
"Мы стояли в толпе на площади, примерно напротив костела. Брестчан собралось много. О параде никто официально не объявлял, но «каблучная почта» сработала безотказно: уже с утра все в городе знали, что по площади пойдут маршем войска. Видели, как немцы спешно сооружали у воеводства трибуну".
"Сначала промаршировали немцы. Военный оркестр играл незнакомый мне марш. Затем в небе появились немецкие самолеты. Красноармейцы шли вслед за немцами. Они совершенно не были на них похожи: шли тише и не печатали шаг коваными сапогами, так как были обуты в брезентовые ботинки. Ремни у них были также брезентовые, а не кожаные, как у немцев. Кони, тянувшие советские орудия, были малорослы и неприглядны, упряжь лишь бы какая… За советской артиллерией ехали гусеничные тракторы, которые тянули орудия более крупного калибра, а за ними двигались три танка…"
Видимо такие же, как на параде во Львове:



"С началом войны 1939-го с молодой женой и ребенком под бомбами на мотоцикле удирали из Кракова домой в Брест. В начале 20-х чисел сентября стал свидетелем совместного советско-германского парада. Народ собрался на площади напротив воеводства. Никого не трогали, только сгоняли тех, кто залез на крышу с фотоаппаратом".

Советско-нацистский парад в Бресте был заснят немецкой пропагандистской службой Die Deutsche Wochenschau.



Имеется также информация о том, что совместные парады РККА и вермахта проходили и в других городах Польши. Так, согласно исследованию российского историка М. Семиряги, в Гродно, Бресте, Пинске и в ряде других городов еще до капитуляции Варшавы состоялись совместные парады (немцы их называли «парадами победы») с участием войск обеих стран. Парад в Гродно, при этом, принимал командующий армейской группой В.И. Чуйков. Об этом есть свидетельства сталинского переводчика В.М. Бережкова.
Историк А. Некрич пишет: Завершение военных операций против Польши было отмечено затем совместными парадами вооруженных сил Германии и Советского Союза в Бресте и во Львове в первых числах октября [1939]. По информации немецкого командования эти города немецкие части оставили 22 и 21 сентября соответственно.

Разумеется, совкам это было как серпом по яйцам. Сначала они просто пытались отрицать сам факт парада, но фотодокументов было слишком много, так что запели другую песню: это не парад, а "просто прохождение торжественным маршем и не более"!
Просоветские историки Олег Вишлёв и Михаил Мельтюхов называли парады в других городах мифом. Вишлёв утверждал, что процедура торжественной передачи Бреста не была парадом, как его описывает строевой устав РККА 1938 г., а была «церемониальным выводом немецких войск под наблюдением советских представителей». Этого же мнения придерживается и просоветский пропагандист Александр Дюков.
Однако "исторег" Вишлев изрядно облажался, написав, что якобы "при прохождении советских подразделений ни одного немецкого солдата и офицера на улицах Бреста уже не было".
Ну-ну... Не было, говорите?

Красноармейцы наблюдают за торжественным парадом немецких войск в Бресте.



Советские танкисты на фоне немецкого военного оркестра. Советский танкист отдает честь — как и положено на параде.



А вот советская танковая колонна проходит мимо группы стоящих немецких мотоциклистов. На переднем плане «командирский» Т-26 образца 1933 года с поручневой антенной.



В общем, советские войска наблюдали за немецким парадом проходя по той же самой улице, в то же самое время и отдавая честь командирам на трибуне. ))

Забавны потуги просоветских "поцреотов" выдать черное за белое и объявить бывшее - небывшим. Тогда получается, что в антисоветчики надо записать и Кривошеина - даже он пишет, что парад был, и все эти вопли о происках гнусных «антисоветчиков», «перестройщиков» и прочих подлых предателей Родины звучат особенно забавно в применении к комбригу Красной Армии 1939 года.

Кривошеин (Междубурье): (с. 258, после разговора с Гудерианом, где была утверждена процедура проведения парада) "Итак, договорившись о параде,..."; (с 261) "Наконец, парад окончился."



Ну и свидетельство Гудериана:
Гудериан (Воспоминания солдата): "Наше пребывание в Бресте закончилось прощальным парадом и церемонией с обменом флагами в присутствии комбрига Кривошеина"

О совместном советско-фашистском параде свидетельствуют также Бундесархив, фотоматериалы "немецко-советского парада победы". Вот подписанные немцами фотографии: как видите, они пишут "парад":





А вот фото из фондов музея Бреста:





Факт проведения совместного парада доказывается документами, мемуарами, воспоминаниями очевидцев, фото и кинохроникой. А чем доказывается отсутствие совместного парада — непонятно.
"Аргументами" служат жалкие и неуклюжие отмазки: "По всем воинским канонам для нас это не могло быть парадом. Парад проводится в ознаменовании чего то. Немцы его могут провести в честь победы на Польшой, которая капитулировала именно перед одной Германией. А мы вошли 17 сентября когда Польше уже была взята. Немцы были хозяевами положения, которые передали СССР территории. То есть они на правах хозяев провели парад, а мы были лишь ГОСТЯМИ при этом. И в данном случае нет ничего СОВМЕСТНОГО."

На самом же деле: Польша была еще не взята, и если бы СССР не помог Третьему рейху, то Польша как минимум могла бы продержаться еще некоторое время до тех пор, пока Франция не успела бы провести мобилизацию. Впрочем, Гитлер и не напал бы на Польшу, не заручившись поддержкой СССР.
Сухой исторический факт: 17 сентября 1939 года СССР вступил во Вторую Мировую на стороне III Рейха. Пропагандистским прикрытием этого факта служила демагогическая риторика об "освобождении-воссоединении с исконно братскими народами".



За полтора года до прихода немцев сотни тысяч "освобожденных" были репрессированы и сгинули в сталинских лагерях. Десятки тысяч расстреляны. Именно поэтому летом 1941 население "воссоединенных" территорий с неменьшим энтузиазмом и ликованием встречало очередных "освободителей" — солдат вермахта и ... SS.
До 22 июня 1941г. СССР принимал участие во Второй мировой войне на стороне III Рейха. И старательно выполнял союзнический долг – снабжал III Рейх сырьем для промышленности, продовольствием, предоставлял свои ресурсы и территорию для помощи Германии. Что, впрочем, не мешало и Гитлеру и Сталину готовиться к нападению друг на друга летом 1941 г.

Что касается парада в Бресте. Начало прохождения торжественным маршем (или парада, Vorbeimarsch) советских и немецких войск перед командующими обеих сторон. Советские войска шли после немецких по той же самой улице, отдавая честь. В прохождении участвовала и пехота, и техника. Все это сопровождалось спуском одного флага и поднятием другого и исполнением двух государственных гимнов. Играли два оркестра, советский и немецкий. На трибуне стояли командиры обоих сторон. Выглядит как парад, но по мнению просоветских поцреотов это... не парад? )
Однако Vorbeimarsch переводится как парад.

Но совки и тут не успокаиваются и продолжают свое словоблудие, договариваясь до сущего вздора. Мол, "это просто ПАРАД. Да, для НЕМЦЕВ это был парад, но нет в документе слова "СОВМЕСТНЫЙ". Но так или иначе суть не в этом, главное было нормальное явление - СССР забрало у страны агрессора (Польша участвовала в дербане Чехословакии) свои земли, захваченные поляками у СССР в 1921 году. И территории эти ей позволили забрать немцы ранее оккупировавшие Польшу". И вообще, "исконные русские земли, захваченные поляками в 1921 году стали чужими. Мы забрали СВОЁ".

М-да, феерический бред. Чудовищное смешение СССР и Российской империи. Между тем, еще после гражданской войны русский философ Иван Ильин написал работу, где объяснил, почему "Советский Союз — не Россия".

К тому же совки упорно "забывают", что указанные территории поляки получили после поражения Германии в Первой мировой войне, а перед этим немцам большевики сами отдали российские территории по условиям позорного и предательского Брестского мира.
Не говоря уж о том, что было бы очень интересно найти на карте Российской империи "возвращенный Сталиным" город Львов. ))

Факт совместного советско-фашистского парада отрицают ныне разве что публицисты и чиновники Дюков, Мединский, и еще пара совковых "историков"-публицистов. В 2011 году доктор исторических наук Владимир Мединский в своей книге «Война. Мифы СССР. 1939—1945» заявил, что парад в Бресте — это «популярный миф» и «его попросту не было», но он «возник благодаря искусному киномонтажу», в котором есть «что-то от знаменитых кадров высадки американцев на Луну» (интересно, откуда Мединский берёт такую травку?). В 2012 году Мединский в прямом эфире на радио «Эхо Москвы» подтвердил свою точку зрения на то, что военного парада в Бресте «не было» и доказательства его проведения являются «фантасмагорической ложью, выдумкой и фотошопом того времени» (Геббельс обзавидовался бы Мединскому). Позднее, уже как министр культуры России, Мединский заявил в интервью Владимиру Познеру, что не было именно совместного парада, подтвердив при этом, согласно своему толкованию данного исторического факта, организованный одновременный вывод немецких и ввод советских войск в Брест, за которым на трибуне совместно следили немецкие и советские военачальники...



Спор вокруг парада носит идеологический характер, но на самом деле, если рассматривать его как чисто историческое событие, то конечно совместный советско-нацистский парад в Бресте был, как бы ни пытались отрицать очевидное просоветские пропагандисты.



https://tverdyi-znak.livejournal.com/3203787.html

[Андрей Мальгин]

https://avmalgin.livejournal.com/8188460.html
Пишет Андрей Мальгин (avmalgin)
2019-09-22 10:56:00


80 лет назад, 22 сентября 1939 года, в Бресте прошел совместный парад вермахта и Красной армии по случаю передачи этого польского города от немецкой к советской оккупационной администрации. Парад принимают генерал Г.Гудериан и комбриг С.Кривошеин. Гудериан и Кривошеин познакомились еще в 1932 году в танковой школе «Кама» под Казанью.







Немцы, ожидающие советские войска у въезда в Брест. Надпись на транспаранте: "Привет избавителям от панского гнета".