*171. Орфей на чёртовом колесе

[Муслим Магомаев]

В БАКУ меня ждала неожиданная и очень приятная весть: в моем родном оперном театре я был выбран для поездки на стажировку в миланский "Ла Скала". Тогда союзным республикам давали по разнарядке места на такую стажировку, и сами республики решали, кого из своих перспективных певцов они считают нужным послать в Италию.

Место-то я получил, но его еще надо было оправдать - меня должны были прослушать в Москве, куда съехались молодые певцы из разных оперных театров страны.

Июнь 1963 года. Идет прослушивание в Большом зале Московской консерватории. Отборочную комиссию возглавляла солистка Большого театра Ирина Архипова. Выступления претендентов на стажировку обсуждали долго. Меня утвердили.

Через много лет, на конкурсе имени Глинки, проходившем в тот год в Баку, Ирина Константиновна призналась мне:

- А знаете, я была против вашей поездки в Италию.

Проглотил сюрприз. Даже не стал у нее спрашивать - почему. Не дорос? Или неважно тогда спел? Не так выглядел? Дело прошлое. С подчеркнутой вежливостью сказал:

- Наверное, вы были правы, Ирина Константиновна. Мне надо было поехать на стажировку в Америку... К Фрэнку Синатре.

Стажировка по длительности была рассчитана на один театральный сезон театра "Ла Скала" - около шести месяцев. Но поскольку у итальянцев то и дело празднуют дни многочисленных святых, да еще случались какие-то забастовки, то перерывов в занятиях было достаточно.

После приезда нам дали отдохнуть один день, а потом устроили встречу в кафе, расположенном на первом этаже театра. Там мы познакомились с директором, синьором Антонио Гирингелли. Для меня было полной неожиданностью, что у синьора директора была своя обувная фабрика и что за работу в театре он не получал ни лиры. Наоборот, в трудные времена (и у "Ла Скала" такое бывает) помогал ему из своих средств.

После прослушивания Гирингелли сказал:

- Слава богу, наконец-то прислали молодые голоса, с которыми можно поработать. А то посылают к нам "стариков", попевших как следует.