*239. Инсинуации Латыниной

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24318
31 ЯНВАРЯ 2014 г.

4 декабря глава «Ростеха» Сергей Чемезов презентовал премьеру Дмитрию Медведеву «первый российский смартфон» — Yotaphone с двумя экранами. Медведев заметил, что «Apple напрягся». Эту новость показали по всем каналам.

А вот другая новость, которую опубликовало ИТАР-ТАСС 24 января и которую почему-то по всем каналам не показывали. С момента презентации Yotaphone «Связной» и «Евросеть» смогли продать приблизительно по 300 штук аппаратов каждый, итого 600-700 штук. Напомню, что в течение трех первых дней продаж айфона 5S и 5C было продано свыше 9 млн штук, а всего на сегодняшний день пятых айфонов продано свыше 90 млн штук. То есть за три дня Apple продал в 15 тыс. раз больше аппаратов, чем Yotaphone за два месяца.

Правда, есть еще сама компания Yota Devices, которая утверждает, что через интернет она продала около 10 тыс. аппаратов. Поверить в это мне весьма трудно. Дело в том, что эти два месяца я раз в неделю заходила на сайт компании Yota Devices, где мне сообщали, что заказать девайс нельзя, потому что все заказы исчерпаны, и прием заказов возобновится, как только в наличии опять появятся аппараты. Потом, видимо, кто-то подсказал компании, что это выглядит смешно, и текст сменился на другой: объем заказов очень большой, оставьте заявку, с вами свяжутся.

Но самое удивительное в истории с Yotaphone не это. Довольно легко выяснить, что этот же самый «первый российский смартфон» тот же самый Чемезов впервые показал тому же самому Дмитрию Медведеву, только президенту, в сентябре 2010 года. Чемезов тогда (заметим, в 2010 году) сообщил, что выпуск смартфонов вначале начнется на Тайване, но потом обязательно будет перенесен в Россию. Тогда Yotaphone соревновался с третьим айфоном. Сейчас он соревнуется с 5-ым, но, по мнению Медведева, Apple всё равно напрягся.

После этого уникальный отечественный истребитель айфонов презентовали не раз. Например, 12 декабря 2012 года Владислав Мартынов, генеральный директор компании Yota Devices, которая (обратите внимание) уже разрабатывала Yotaphone вместо Чемезова, снова заявил, что компания закончила разработку первого российского смартфона. А в апреле 2013 компания Yota Devices сообщила, что она уже в мае этого года намерена передать комплект средств для разработки Yotaphone.

Но самое главное вот что. YotaPhone разработан частной компанией Yota Devices. Вопрос: почему продукцию частной компании представляет глава «Ростеха» Сергей Чемезов и какое эта компания имеет отношение к государству?

На сайте компании Yota Devices написано, что сайт under construction. Эта надпись там висит уже два месяца. Два месяца компания, от которой «Apple напрягся», не может разработать свой сайт!

Тем не менее, несмотря на то, что сайта до сих пор нет, несложно выяснить, что собственниками Yota Devices являются Telecominvest Holdings (это Усманов), TeliaSonera и частные лица. Вопрос: почему это презентует Чемезов?

Едем дальше. Когда в феврале 2013 года корреспондент «Коммерсанта» задал господину Мартынову, генеральному директору компании, вопрос, сколько стоит проект Yotaphone, Мартынов ответил: «Точной цифры нет. Мы узнаем ее в конце года, когда начнутся продажи».

Т.е. журналист спрашивает про дядьку в Киеве (сколько вам стоила разработка?), а г-н Мартынов отвечает про бузину в огороде (мы не знаем, сколько будет розничная цена). Но дальше журналист продолжает: «Кто предоставил компании средства на развитие?» И господин Мартынов отвечает, что инвестиции предоставляют акционеры и не называет, кто.

Одну секунду, ребята, вы что-то понимаете? Есть компания Yota Devices, которая говорит: «Я – частная компания. Сколько денег и откуда я получила, не скажу». Но ее продукцию презентует глава госкорпорации Чемезов. Вопрос: если это частные инвестиции, то при чем здесь Чемезов? Если это государственные деньги, то можно узнать:

а) за каким чертом госденьги тратятся на совершенно рыночный, якобы, продукт;

б) сколько их потрачено?

Но это еще не всё, потому что, как я уже сказала, первый раз мы об этом убойном конкуренте айфона услышали аж в 2010 году. Но компания Yota Devices вышла из состава Yota Group и стала обособленной организацией с частным капиталом в декабре 2011 года.

Вы что-то поняли? Господин Мартынов в «Коммерсанте» нам сообщает, что акционеры компании, основанной в 2011 году, разрабатывали на свои средства девайс, который Чемезов презентовал еще в 2010-м. Так Чемезов разрабатывал телефон с 2010 года или Мартынов тот же телефон разрабатывал с 2011-го?

Осенью 2010 года Чемезов, то есть «Ростехнологии», действительно владел 25% компании «Скартел», которой принадлежала торговая марка Yota. Но, как выше сказано, в декабре 2010 года Yota Devices вышла из состава Yota, и теперь ее акционеры частные лица — TeliaSonera и Telecominvest. Во-вторых, сам «Скартел» на 100% продан «Мегафону».

Вопрос: какое отношение Чемезов имеет к этому сейчас? Если «Ростех» вкладывает государственные деньги в частную компанию, то почему плоды ее труда принадлежат не «Ростеху»? Если не вкладывает, то почему новости о Yotaphone периодически оказываются у них на сайте («Медведев: «Yotaphone безопасней айфона», «Yotaphone — новое революционное устройство» и т.д.)

Мне кажется, это первый вопрос, который должен был задать премьер Медведев. Но, увы, он только сказал, что «Apple напрягся». Интересно, ему самому не противно?

Фотография ИТАР-ТАСС

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24373

7 ФЕВРАЛЯ 2014

ИТАР-ТАСС

Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального опубликовал внушительное исследование на тему, сколько стоила Олимпиада в Сочи и сколько приблизительно на ней украдено. Стоит она 1,5 трлн рублей, из них лишь 3,5% — действительно частные инвестиции, и это дороже даже летней Олимпиады в Пекине.

«Этот проект не против Олимпиады, — пишет Алексей Навальный. — Он за Олимпиаду и против воровства».

Должна сказать, что я таки против Олимпиады. Северная страна Россия проводит зимнюю Олимпиаду в субтропиках, потому что Путин любит Сочи. Россия, с ее убитой инфраструктурой, нищими школами и разоренным больницами, вкладывает деньги в бессмысленно-показушный большой спорт. Власть нагибает крупный бизнес, чтобы он строил спортивные объекты, но никак не поощряет его, чтобы он спонсировал науку и образование. Трудно себе представить, на мой взгляд, более деструктивное поведение. Еще раз: вся абсурдность проведения зимней Олимпиады в субтропиках не сводится к воровству. Есть, к сожалению, вещи, которые пострашнее коррупции. Но начнем по порядку — и с малого.

Сочи — субтропический город. Соответственно, пять ледовых дворцов, построенных в Сочи — это одноразовые сооружения. Они нужны только для Олимпиады, никаких дальнейших тренировок там не будет, к тому же Сочи — слишком небольшой город, чтобы иметь постоянную потребность в таких огромных сооружениях. Еще раз: дело даже не в том, сколько они стоили (в 2-4 раза выше мировой нормы), сколько в том, что эти деньги выкинуты на ветер.

Далее, из-за того, что Сочи — субтропический регион, гостиницы Сочи находятся на берегу. А олимпийские трассы — в горах. Проблема транспортировки людей от гостиниц до гор в нормальной стране в такой ситуации остановит кого угодно — ведь речь идет об одновременной доставке на соревнования нескольких десятков тысяч человек в течение получаса.

В России эта проблема решена строительством знаменитой совмещенной автомобильной и железной дороги «Адлер-Красная поляна». Эта железная дорога, без сомнения, может привезти на открытие любое число пассажиров, но проблема в том, что эта дорога, как и ледовые дворцы, одноразовая.

Она нужна только затем, чтобы в течение нескольких дней Олимпиады перевезти пассажиров в горы, и больше ни зачем не нужна. При этом каждый километр этой дороги стоит 200 млн долларов. По подсчетам журнала «Эсквайер», вместо асфальта эту дорогу можно было бы намазать слоем черной икры толщиной 1,1 см. Американская программа по доставке и эксплуатации марсохода Curiosity обошлась в 3 раза дешевле, чем стоимость этой дороги. И опять-таки. Дело даже не в том, что каждый километр этой, в общем-то, рядовой горной дороги стоит столько же, сколько километр нового французского сверхвысокого моста Виадук Вийо, чуда инженерного искусства, опоры которого выше Эйфелевой баши, — а в том, что она еще и бесполезна.

Помимо проблемы климата, в Сочи есть еще проблема географии. Сочи — это узкая полоска вдоль берега. Это узкая полоска, где построена первоклассная недвижимость, лучшая в России, именно поэтому она перенаселена.

Где же строить объекты для Олимпиады? В Сочи было единственное незастроенное место — Имеретинская долина. Она была не застроена потому, что при советах в ней запрещалось строительство капитальных сооружений. Запрещалось потому, что Имеретинская долина — это болото.

Капитальные сооружения можно построить и там, но это чудовищно дорого. Поэтому, когда Владимир Путин сообщил, что из пяти ледовых дворцов в Имеретинке три будут «разборными» и после окончания Олимпиады переедут в другое место, это не могло вызвать ничего, кроме гомерического хохота. Сваи, забитые для укрепления этого бездонного болота, стоят дороже всех«разборных» дворцов вместе взятых. (Кстати, были более дешевые проекты схватывания грунта с помощью химических добавок, но от них отказались.)

Кроме того, чтобы построить на этой узкой полоске земли громадные объекты Олимпиады, надо было сначала построить дороги к этим объектам. А чтобы построить дороги, было принято решение построить сначала грузовой морской порт. Места, где можно строить порты на этой узкой перенаселенной полоске, как удачно заметил Михаил Блинкин, известны со времен аргонавтов. Там, где их строить нельзя, дно покрыто обломками генуэзских, греческих и даже финикийских кораблей. Пренебрегши этой печальной истиной, Олег Дерипаска (на деньги ВЭБа) стал строить порт в устье реки Мзымты. Первый же не очень сильный шторм порт смыл. Вовремя порт не был построен. Грузы пришлось завозить железной дорогой.

Сам порт убыточен. Это, разумеется, не проблема Дерипаски, это проблема ВЭБа, который давал кредит. Но есть другая проблема: в районе Сочи не может существовать грузовой порт. Это безумие. Сочи — слишком дорогое место, чтобы обезображивать его подобными сооружениями. Не может быть в Ницце грузового порта.

Итого: грузовой порт есть, он обезображивает пейзаж, использовать его по назначению — значит множить убытки, а в марину его переделывать бесполезно, во-первых, с учетом уже упоминавшегося шторма, а во-вторых, потому что в Сочи уже строится марина на 300 мест и больше Сочи не нужно.

И снова, как мы видим, проблемы Олимпиады в Сочи — проблемы бездонных болот и не пригодных для эксплуатации портов — не связаны непосредственно с воровством. Дело не в том, сколько украли на строительстве порта и на забивании свай в имеретинское болото, а в том, что ни того, ни другого не надо было делать вообще.

Третий географическо-климатический парадокс, связанный с Олимпиадой, обнаружился уже после постройки пресловутой железной дороги, хотя предсказать его можно было заранее. Он связан с тем, что я назвала бы «эффектом Килиманджаро».

Дело в том, что, несмотря на всю борьбу экофундаменталистов против диоксида углерода, глобального потепления и пр., большинство климатических изменений на нашей планете локальны, хотя и связаны непосредственно с деятельностью человека.

Вот, например, есть гора Килиманджаро, на вершине которой температура постоянна, она не меняется, не падает и не растет. Тем не менее, на горе Килиманджаро тают ледники. Вопрос: почему они тают, если температура постоянная? Ответ: потому что там рубят лес. Та хозяйственная деятельность, которая осуществляется в нищей и не очень заботящейся об экологии стране, очень плохо сказывается на экологии в глобальном масштабе.

Как я уже сказала, Сочи — это узкая полоска земли с субтропическим климатом внизу и снегом в горах. «Эффект Килиманджаро» в случае Сочи, похоже, заключается в том, что, как только в горах пробили тоннели, теплый морской воздух с побережья стал поступать по этим тоннелям в те самые горы, где должны проводиться соревнования. То есть в Сочи построили не только одноразовую железную дорогу для перевозки людей на Олимпиаду, но и постоянно действующий воздухопровод для уничтожения уникального климата Красной поляны.

В истории есть масса примеров, как правители строили сравнительно бесполезные с чисто практической точки зрения сооружения, чтобы дать работу гражданам, развить в городе ремесла. Именно для этого Перикл, например, затеял обширное строительство в Афинах. Именно поэтому Медичи украшали зданиями Флоренцию. В конце концов, по этому принципу во времена Великой депрессии строили в США хайвеи.

В Сочи история получилась беспрецедентная. Никакого развития местной рабочей силы не произошло, потому что Сочи строили гастарбайтеры, причем, несмотря на 50 млрд долл., многим из них не заплатили. Их попросту депортировали. Интернет полон историй узбеков, таджиков и даже сербов, которые все выглядят однотипно: выполняли работу для Сочи, денег не получили, были депортированы.

С учетом того, что Сочи строили люди (в том числе и квалифицированные рабочие), которые работали бесплатно, а потом были депортированы за госсчет, понятно, что никакая российская рабочая сила не могла с ними конкурировать. Но самое интересное, почему не платили рабочим: им не платили потому, что не платили субподрядчикам. Субподрядчики сплошь и рядом не получали денег и были вынуждены работать за свой счет. Вопрос: куда же делись эти 50 млрд долларов?

Еще одним существенным фактором стала террористическая угроза. Сочи граничит с Северным Кавказом, где теракты происходят раз в два дня, и, чтобы обезопасить Сочи, пришлось принимать драконовские меры безопасности. Я рискну предположить, что меры эти будут весьма действенны, и оцениваю вероятность терактов в Сочи как весьма низкую. Но, чтобы испортить праздник, не нужно теракта — достаточно одной угрозы.

На настоящий момент на Олимпийские игры продано всего 70% билетов, хотя на предыдущих зимних Олимпиадах эта цифра составляла 98-99%. Зарубежных туристов отпугивают и кавказские террористы, и российская бюрократия. Если власти не хотят, чтобы соревнования проходили при полупустых трибунах, им придется свозить на них «нашистов» автобусами и сгонять людей по бюджетной разнарядке, как они по бюджетной разнарядке сгоняли людей в аэропорт в момент приезда делегаций МОК.

Почему в северной стране для проведения зимней Олимпиады выбрали единственное место, где зимние спортивные сооружения потом не пригодятся? Почему в стране, плотность населения которой 8,4 чел. на 1 кв. м, выбрали место с плотностью населения 2081 чел. на кв. м? Почему в стране, которая занимает одну девятую часть суши, выбрали единственный край, который граничит с террористами и войной?

Ответ, вероятно, прост: так было приятно Владимиру Путину. Владимир Путин любит горные лыжи и любит роскошные яхты. Сочи — единственное место в России, где в один и тот же день можно покататься и на том и на другом. Поэтому Путин проводит много времени в своей резиденции в Красной поляне. Фактически он сделал из Сочи третью столицу России. Это бывает — выбор столиц ярко характеризует правителя. Петр Великий, например, хотел прорубить окно в Европу и построил Санкт-Петербург. Путин любит лыжи и яхты — и поэтому у нас в Сочи проходит Олимпиада.

И наконец, самое главное. Власть в России авторитарна. Любая авторитарная власть несет куда большую ответственность перед народом и историей, нежели демократическая. Авторитарный лидер задает подданным пример, и этот пример очень важен. Уже упоминавшийся авторитарный лидер Петр Первый ценил науки и европейскую цивилизацию, и он внедрил и то и другое в России. Во времена просвещенного абсолютизма европейские монархи ценили науку и просвещение, поэтому в Европе возобладало и то и другое. Там, где монархи науки и просвещения не ценили — например, в Испании, — страна осталась дремучей и темной.

Поведение Владимира Путина в этом смысле антипример. Ни Петру Первому, ни Фридриху Великому не приходило в голову пропагандировать спорт.

Спорт высоких достижений давно не имеет ничего общего со «в здоровом теле — здоровый дух». Куда чаще он опирается на достижения фармакологии, и изнурительные многочасовые тренировки не оставляют спортсмену времени на умственное и духовное развитие. Физическая сноровка — это то, в чем животный мир всегда превзойдет человека. Сколько бы мы ни прыгали в высоту, чемпионом в прыжках в высоту, относительно длины собственного тела, останется блоха. Единственное, что достойно пропаганды и рекламы, так это достижения в том, что делает человека человеком — а именно в разуме и в духе.

Российский крупный бизнес нагибали, чтобы он строил ледовые дворцы, но не нагибали, чтобы он жертвовал на университеты. Путин проводил бесконечные совещания и инспектировал спортивные объекты, но мы не видели, чтобы Путин столь же заботился о науке или образовании. Это важный месседж, который авторитарный правитель посылает всем — бизнесу, бюрократии, подданным. «Зрелища — это важно. Наука — это фигня». Это очень страшный месседж. Он проник в кровь, плоть и телевизор, и даже Алексей Навальный, по вполне понятным популистским мотивам, не решается его оспаривать. «Мы за Олимпиаду, но против воровства».

Так вот, я против именно Олимпиады. Даже не потому, что там воровали. Даже не потому, что, воруя, не платили рабочим. Даже не потому, что строили одноразовые и бесполезные объекты в месте, для этого заведомо не подходящем. А в первую очередь потому, что вся сочинская Олимпиада является дорогостоящей личной причудой правителя, любящего яхты и лыжи, что месседж, посылаемый ею стране — «Зрелище – это важно. Наука — это фигня», — ужасен.

Фото ИТАР-ТАСС/ ЕРА / HANNIBAL HANSCHKE

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24440
14 ФЕВРАЛЯ 2014,

ИТАР-ТАСС

Российский фигурист Евгений Плющенко, единственный, кто представляет Россию на Олимпиаде в мужском одиночном катании, снялся с соревнований из-за травмы позвоночника и объявил о завершении своей спортивной карьеры.

История классическая и имеющая мало отношения к Олимпиаде. История, в которой, как в капле воды, отразилась вся атмосфера сегодняшней России.

Есть великолепный, гениальный, замечательный фигурист Плющенко. С золотой медалью Олимпиады 2006 года и двумя серебряными в 2002-м и 2010-м. Но Плющенко, во-первых, тридцать один год. Детский возраст в современном мире, но в фигурном катании, с его запредельными, нечеловеческими нагрузками — возраст более чем солидный. Самому «старому» олимпийскомучемпионув мужском одиночном катании шведу Гиллису Графстрему было 28, и было это в далеком 1928 году, когда нагрузки были смешные.

Во-вторых, Плющенко перенес тяжелую травму позвоночника, у него в спине четыре болта и пластиковый позвонок и с 2010 года он участвовал только в одном международном турнире. В-третьих, Плющенко — влиятельная, к тому же светская персона. Бизнес, шоу, он везде мелькает со своей женой, светской дивой и бывшей супругой Виктора Батурина Яной Рудковской. Как бы бешено он ни тренировался, какой бы волей к победе ни обладал, светская жизнь сказывается.

Но самое главное другое. В прошлом, 2013 году, Евгений Плющенко точно так же снялся с чемпионата Европы в Загребе. Откатал короткую программу и снялся из-за травмы позвоночника. Перед тем как он снялся, его по результатам короткой программы опережал Сергей Воронов.

В чемпионате мира-2013 Плющенко не участвовал. Потом на чемпионате России в Сочи в 14-м году он уступил Максиму Ковтуну. В чемпионате Европы-2014 опять не участвовал. Всего, как уже сказано, после 2010 года Плющенко участвовал только в одном международном турнире.

Понятно, что если бы 18-летний Ковтун выигрывал бы все соревнования, то никакого административного ресурса у Плющенко подвинуть его не было бы.

Но, на счастье Плющенко, это было не так. Прошлогодний чемпионат мира Ковтун продул, заняв 17-е место, и так как именно по итогам чемпионата определялась квота на Олимпиаду, Россия получила квоту всего на одно место. На чемпионате Европы-2014 Ковтун занял только пятое место, пропустив при этом вперед двух россиян — Сергея Воронова и Константина Меньшова.

Как в этих условиях должен был определяться единственный российский участник в одиночном катании? Ответ: по правилам.

Правила эти опубликованы на сайте национальной федерации 19 декабря 2013 года, и гласят, что отбор будет осуществляться в два этапа. Предварительный — по итогам чемпионата России — и окончательный — по итогам чемпионата Европы.

Евгений Плющенко, при всей его гениальности, никак, по этим правилам, на Олимпиаду не попадал. Плюс возраст, плюс риск того, что повторится то самое, что случилось на чемпионате Европы в 2013 году (что и случилось). Попадали либо Ковтун, либо Воронов.

И что же происходит? Ровно через месяц после опубликования этих правил, 21 января 2014 года, случается изумительное, не имеющее аналогов явление — «контрольный прокат» Евгения Плющенко в Новогорске. При закрытых трибунах. При полном отсутствии зрителей, судей и конкурентов. На этот прокат не позвали состязаться с Плющенко никого, хотя бы тех же Ковтуна и Воронова.

И по итогам этого закрытого, без конкурентов, просмотра Евгения Плющенко, великого спортсмена, персонажа светской хроники и доверенное лицо Путина, назначают, вопреки правилам собственной же национальной федерации, единственным фигуристом, представляющим Россию на Олимпиаде в мужском одиночном катании.

Драму Плющенко можно понять: можно представить себе, как он тренировался, чтобы восстановиться после тяжелейшей травмы, какой неистовой волей к победе был наделен, чтобы идти после короткой программы вторым, и как ему хотелось выиграть четвертую медаль своей четвертой Олимпиады.

Но во всей этой истории был нарушен главный принцип спорта: чемпионы выигрывают. Их не назначают по итогам закрытого просмотра при пустых трибунах. Евгения Плющенко назначили чемпионом. В административном соревновании с Ковтуном и Вороновым он выиграл. Выиграть в открытом соревновании у Юдзуру Ханю и Патрика Чана оказалось сложнее.

Так, благодаря особенностям системы принятия решений в России великий спортсмен, который мог уйти непобежденным, теперь останется в истории как человек, который благодаря интригам и маневрам получил место на Олимпиаду — и снялся с соревнований.

Фото ИТАР-ТАСС/ Артем Коротаев

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24452
17 ФЕВРАЛЯ 2014

Шендерович написал колонку, в которой сравнил Сочинскую олимпиаду с Берлинской, а путинский режим, соответственно, с фашизмом. После чего против него началась мощная срежиссированная кампания травли.

Самое изумительное во всей этой кампании то, что, хотя режим наш мало походит на фашистский, кампания эта как две капли воды походит на тоталитарные кампании шельмования, развязывавшиеся нацистами, Сталиным и Мао. То есть чем мощнее кампания, тем более оправданным кажется тезис Шендеровича.

Конечно, на самом деле кампания против блога Шендеровича на «Эхе» не имеет никакого отношения к содержанию блога. Просто есть группа лиц, которые всеми силами хотят уничтожить «Эхо», как и «Дождь». Они стояли на низком старте, им нужен был любой повод, не прикопались бы к колонке про фашизм, возмутились бы, почему у Шендеровича красные (черные, желтые, белые) носки.

Искусство блажить — то есть по любому поводу орать выбранной жертве: ты мою маму, папу, мои духовные скрепы обидел — равно хорошо освоено и уголовниками, и пропагандонами. В данном случае известно, что Путин очень трепетно относится к Олимпиаде, что сравнение с Мюнхеном его особенно взбесит, так что адресатом кампании в первую очередь является Путин — это его хотят убедить, что всех этих либеральных негодяев, включая «Эхо», надо закрыть и что негодующая общественность этого требует.

Теперь о важном.

Сравнение путинского режима с гитлеровским, на мой взгляд, некорректно. Организаторы кампании шельмования отняли у меня возможность спорить с Шендеровичем, потому что нельзя спорить с теми, кого травят, и вдобавок они-то как раз тщатся продемонстрировать сходство, но все-таки я скажу.
Оно некорректно не потому, что «так нельзя» и «это слишком», а просто потому, что природа путинского режима и природа всех тоталитарных режимов середины ХХ века принципиально, на мой взгляд, различна.

Фундаментальных различий два. Во-первых, эти режимы были нацелены на завоевание всего мира и на технический прогресс. Они внушали своим гражданам: мы самые совершенные и мы завоюем весь мир. Путинский режим завоевывать весь мир не хочет, потому что как же тогда отдыхать в Майами и где покупать «мерседесы»? Путинский режим именно существует как придаток свободного мира, экспортируя туда нефть и импортируя все остальное — машины класса люкс, личные самолеты, унитазы, дверные ручки, архитекторов, отделывающих путинский дворец в Геленджике, и пр. Какое уж тут завоевание?

Во-вторых, тоталитарные режимы держались на насилии. Людям не затыкали рот — людям вырывали языки с корнем. При всей отвратительности кампании против Шендеровича мы понимаем, что она не закончится арестом, Освенцимом и ГУЛАГом. Это тоже принципиальная вещь. Когда ресурсов у общества было мало, диктатор сидел наверху, забирая у большинства все, а большинство ненавидело его, но боялось — так было или так, по крайней мере, казалось поклонникам свободы и демократии.
Сейчас, когда технический прогресс сделал возможным общество, где большинство не работает или почти не работает, мы наблюдаем принципиально другой тип режима — когда авторитарный популист сидит наверху и получает со страны ренту, а большинство, которое тоже надеется на халяву, при этом его поддерживает. Это происходило и происходит в Венесуэле, Таиланде, Аргентине, Боливии, в африканских и арабских странах. В этом смысле типологически правильнее сравнивать путинскую петрократию не с фашизмом и не со Сталиным, а с кучей ретроградных мусульманских или популистских режимов где-нибудь в Судане или Венесуэле, которые объясняют своей заведомо отсталой стране, что, да, вот те гады за океаном богатые и поэтому они плохие, а мы бедные, но зато у нас духовные скрепы, и которые при этом, со всем своим Аллахом и духовными скрепами, жрут в три горла, выписывают себе за миллионы западных див на корпоративы, учат детей в Америке, виллы покупают в Ницце, а счета держат в Швейцарии.

Еще раз: сравнение не потому некорректно, что «так нельзя», а просто потому, что режимы коренным образом отличаются. К тому же называть кого-то «фашистом» — это либеральное дурновкусие. В современном политкорректном новоязе слово «фашист» выродилось и в переводе значит вот что: «я твою точку зрения не разделяю, но так как возразить мне нечего, я тебя обзову фашистом». Ты против всеобщего избирательного права — значит, ты фашист. А ничего, что Джордж Вашингтон тоже был против всеобщего избирательного права, а первой европейской конституцией со всеобщим избирательном правом была как раз конституция Муссолини?

Но самое важное, что я хочу сказать, не об этом. Так получилось, что публичная кампания травли Шендеровича совпала с другой кампанией — против Ирины Родниной, опубликовавшей в «Твиттере» коллаж Обамы с бананом.

Разумеется, разница между двумя кампаниями видна невооруженным глазом. Кампания против Шендеровича — организованная травля, которая имеет конкретную цель —подставить, а если получится, то и закрыть «Эхо Москвы», кампания против Родниной родилась стихийно, в стадном либеральном порыве.

И ведут себя оба ее фигуранта по-разному. Шендерович отстаивает свою точку зрения. Роднина же сначала сказала гнусность (оскорбление — это всегда гнусность, потому что в том-то и суть оскорбления, что его нельзя логически опровергнуть, на него можно ответить только встречным оскорблением или пощечиной), а теперь еще и держит нас за идиотов. Полгода она торжествовала и писала в «Твиттере»: «Свобода слова есть свобода слова. За свои комплексы сами и отвечайте», а через полгода вдруг заявила, что ее аккаунт был взломан.

И тем не менее, в них сходно главное: вопрос о подсудности слова. И Шендерович, и Роднина что-то сказали. И Роднина, при всей гнусности ее твита, совершенно права. Свобода слова есть свобода слова. Либо она есть, либо ее нет.

И я хочу обратить внимание либеральной общественности на то, что принцип свободы слова не может соблюдаться только относительно либеральных высказываний. В современном западном мире создана очень странная атмосфера, при которой за твит, сочтенный «расистским», могут выгнать с работы, снять с олимпийских соревнований. Кампании против Ирины Родниной предшествовала кампания против Ивана Охлобыстина, который что-то там предложил в очередной раз делать с геями — не то жечь сердца, не то закапывать в землю, и геи всего мира принялись слать письма с требованием уволить Охлобыстина из «Евросети». И не находили в этом ничего странного. И Охлобыстина уволили.

Ребята, как же так? Свобода слова или есть, или ее нет. А не так, как написано на сайте «Гринпис», в разделе «часто задаваемые вопросы», что «Freedom of speech does not apply to misinformation and propaganda».

Потому что в мире, где либеральная общественность считает, что свобода слова не распространяется на Охлобыстина и Роднину, кремлежулики и пропагандоны будут считать, что она не распространяется на либеральную общественность. И крыть либеральной общественности будет нечем.

Свобода слова или есть, или ее нет. А если свобода слова не касается тех, кто говорит неправду, то кто же будет определять, что правда, а что нет?

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24531
26 ФЕВРАЛЯ 2014

ИТАР-ТАСС

Недели три назад, когда началась атака на «Дождь», приятель мой, приехавший из Давоса, радостно приветствовал меня словами: «Надо же, наехали на «Дождь». А в Давосе все говорили, что «Эхо» будет первым». На что я ответила: «А целили-то как раз в «Эхо».

Это была святая правда: «Дождь» и в самом деле попался случайно. Программа «Дилетанты», в которой был задан злополучный вопрос о блокаде Ленинграда, делается вместе с «Эхом», и, как рассказывают, когда Путину, едущему на Пискаревское кладбище, прямо в машине показали распечатку эфира «Дождя», то сказано при этом было приблизительно следующее: «Вот что «Эхо» вытворяет!» На что Главный якобы посмотрел и сказал: «А «Эхо» тут при чем? Вопрос-то «Дождя». И пришлось мочить «Дождь».

Так оно было или нет, кто знает, но байка эта хорошо иллюстрирует одну особенность ситуации: проблемы «Эха Москвы» — это не результат повеления Владимира Путина. Путин имеет возможность закрыть «Эхо» без всяческих ухищрений. В конце концов, он может просто вызвать Венедиктова и сказать: «Уходи». Проблемы «Эха» — это результат личного конфликта Алексея Венедиктова и Михаила Лесина, в октябре прошлого года назначенного главой «Газпром-медиа». Ну, и еще парочки интересантов, из которых главным называют Алексея Громова — человека, который, по слухам, каждую неделю вместе с Лесиным в узком кругу на Рублевке играл в карты и который, собственно, и воскресил Лесина из политического небытия и способствовал его вознесению на самую вершину медийного Олимпа.

Само назначение Лесина не имело никакого отношения к «Эху Москвы». В России настало время монополий, контролируемых друзьями президента Путина. Монополий газовых, нефтяных, медийных. Медийная монополия — это братья Ковальчуки.

В течение нескольких лет они сосредоточили в своих руках контроль над крупнейшими негосударственными телеканалами, купив РЕН-ТВ, «Пятый канал», 25% СТС-медиа и 25% «Первого канала», а кроме того — «Русскую службу новостей», «Известия» и Lifenews.

При этом парадоксально, но факт — «Газпром-медиа» (по сути, бывший «Медиамост» Гусинского) формально принадлежал структурам Ковальчуков, но в реальности контролировался Газпромом. Это происходило благодаря его гендиректору Николаю Сенкевичу, который вдобавок считался человеком Дмитрия Медведева.

Снятие Сенкевича и назначение Лесина (которого, напомню, именно президент Медведев с беспрецедентной резкостью уволил из своих советников «за несоблюдение правил госслужбы и этики поведения», по просочившимся в прессу формулировкам) и означало переход «Газпром-медиа» под контроль Ковальчуков. Последовавшая в конце ноября покупка «Профмедиа» завершила становление медийной монополии в общих чертах.

Монополизация медийных активов сопровождалась монополизацией рынка рекламы. Дело в том, что «Видео Интернешнл», проданное Ковальчукам в июне 2010 года, контролировало около 70% рынка телевизионной рекламы, а львиная доля оставшегося контролировалась «Алькасаром», продававшим рекламу НТВ.

Трудно сказать, чем именно руководствовались братья Ковальчуки, поставив во главе своего суперхолдинга бывшего министра печати, казалось, давно уже выпавшего из административной колоды и имеющего серьезные риски на Западе из-за «шестого протокола» и войны за НТВ. Возможно, свою роль сыграла рекомендация Громова. Возможно, им было приятно поставить Лесина на место человека Медведева. Возможно, сыграл свою роль тот факт, что бывший министр печати и бывший акционер «Видео Интернешнл», ведя войну с НТВ, еще тогда планировал создать на базе «Медиамоста» медийно-рекламную монополию. (Разумеется, он вряд ли предполагал тогда, что будет создавать ее для Ковальчуков.)

В любом случае нетрудно заметить, что «Эхо Москвы» во всей этой истории находилось совершенно на пятых ролях. Речь шла о создании медийной и рекламной монополии гигантских масштабов, об управлении огромными потоками денег — а вовсе не о такой мелочи, как независимая в своей политике радиостанция, главный редактор которой является непревзойденным дипломатом, не уступающим, однако, Кремлю в принципиальных для свободной прессы вещах, и имеет особые отношения с Путиным. По сути, цензором Венедиктова является Путин.

Однако помимо порученных ему акционерами задач, у Михаила Лесина есть богатая личная история. Немедленно сразу после его назначения «Эхо Москвы» стало объектом целого ряда интриг, последняя из которых увенчалась успехом. Я имею в виду внеочередное собрание акционеров, назначившее генеральным директором «Эха» Екатерину Павлову, супругу Алексея Павлова, замначальника управления пресс-службы и информации президента. Павлова работала на ВГТРК продюсером и шеф-редактором «Вестей», а потом — на радиостанции «Голос России» в должности заместителя председателя по вещанию.

«Эхо Москвы» отбивалось тихо, предпочитая не озвучивать проблемы, а их решать. Медийными войнами и публичной травлей — вроде кампании против Виктора Шендеровича, в рамках которой по государственному телевидению продемонстрировали порнуху с его участием — занимались как раз его оппоненты, возбуждая на Западе самые нелестные для Кремля ассоциации.

Зачем разгром «Эха» нужен Алексею Громову — понятно. Он поставлен контролировать прессу, и ему вряд ли приятно, что «Эхо» контролирует не он, Громов, а лично Путин. Зачем это нужно Михаилу Лесину, тоже понятно. Человек, вернувшийся из политического небытия, обычно склонен использовать новоприобретенный административный ресурс для мести и удовлетворения личных амбиций. Не совсем понятно, нужно ли это Путину и Ковальчукам. В конце концов, если «Эхо Москвы» будет разгромлено, никто в мире не будет списывать это на персональные фрустрации бывшего министра печати. Все сочтут ответственным за это лично Путина.

Фото Светланы Соколовой (ИТАР-ТАСС)

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=24742
21 МАРТА 2014,

ИТАР-ТАСС

Две недели назад на пресс-конференции Владимир Путин объявил, что если он введет войска в Украину, то «только для защиты украинских граждан». И пускай попробуют «стрелять в своих людей, за которыми мы будем стоять сзади, не впереди, а сзади. Пускай они попробуют стрелять в женщин и детей!».

Не прошло и двух недель, как слова Путина стали явью: штаб ВМС Украины в Севастополе был взят митингующей толпой. Украинские военные не стреляли, потому что в толпе были женщины. Оказалось, что то, что говорил Путин – это и есть военная стратегия, которой Россия будет придерживаться в войне с Украиной. Последний раз в новейшей истории России такое случилось в 1995 году, когда, якобы, во время штурма президентского дворца в Грозном чеченцы выставляли в окна пленных русских солдат. Да и то все-таки солдат, и к тому же это, скорее всего, байка, сочиненная национал-патриотами. Здесь ничего сочинять не надо: Владимир Путин публично сказал это сам. Даже палестинские террористы, регулярно использующие подобную тактику, не имеют обыкновения хвастать о ней на многомиллионную аудиторию.

Этим дело не кончилось: после успешного штурма штаба ВМС женщинами и детьми командующий ВМС Украины был задержан крымской прокуратурой за то, что он распространил приказ «применять оружие в отношении мирных граждан». Как это перевести на русский язык, я решительно не понимаю. Украинские военные не применили оружие против «мирных граждан» и не получали такого приказа. Они получили приказ применять оружие против боевиков, которые накануне штурмом и с человеческими жертвами взяли фотограмметрический центр Центрального военно-топографического и навигационного главного управления оперативного обеспечения ВС Украины в Симферополе. Тогда двоих украинских военных подстрели снайпер: одного убил, другого тяжело ранил.

Если эти боевики были российскими военными, напавшими на украинскую военную часть, то это, увы, прямая профессиональная обязанность украинских военных – стрелять в ответ. Если эти боевики российскими военными не были, значит, с точки зрения украинского государства, они были террористы. Это опять-таки прямая обязанность военных – стрелять в террористов.

Сначала Путин назвал наших военных «силами самообороны». Теперь Командующего ВМС Украины обвиняют в том, что он готов был стрелять в мирных граждан, мирно вооруженных снайперскими винтовками. (Но в женщин, которых «мирные граждане» доблестно пустили вперед, не стал.)

Моя страна, моя Россия оруэллизируется на моих глазах. Такое впечатление, что мы живем в чьем-то горячечном бреду, и в этом бреду неуютно и страшно.

Абсолютно все действия, которые предпринимает российская власть, она приписывает своим противникам.

Она утверждает, что Майдан устроен на деньги Запада – и сама посылает провокаторов в Донецк и Харьков громить здания администрации. Она утверждает, что в результате украинской революции к власти пришли «фашисты» – и сама посылает в Украину экстремистов и провокаторов. Это классическое, в психиатрии многократно описанное поведение социопата. Социопат:

а) считает себя искусным манипулятором и уверен, что он всегда может убедить этих глупых людишек, что белое – это черное;

б) тех, кого убедить не удается, считает личными врагами;

в) приписывает свои поступки своим врагам.

Последнее он, кстати, делает совершенно искренне: Сталин искренне считал, что СССР переполнен западными шпионами ровно потому, что Запад был переполнен шпионами и агентами влияния Коминтерна. В этом смысле главным объектом манипуляций социопата обычно становится он сам.

Если социопат находится внизу общественной пирамиды, это рано или поздно приводит к его краху. К сожалению, если социопат находится наверху пирамиды, то происходит обратное: точка зрения социопата становится общепринятой религией или идеологией. Никакого краха социопата не происходит, но рано или поздно происходит крах общества, во главе которого он стоит.

К сожалению, именно потому что поступками социопата руководит безграничная злая воля, основанная на уверенности в том, что он всегда эту злую волю сможет приписать окружающим, социопат всегда объявляет себя невинной жертвой, окруженной со всех сторон строящими козни врагами.

В этом смысле Владимир Путин наконец нашел новую национальную идею России. Это – ее палестинизация. Превращение ее в государство, которое со всех сторон окружено врагами. По такому принципу живет сейчас Палестина под властью ХАМАС. По такому принципу живет сейчас половина африканских государств: если они бедные, то это не из-за жадности коррумпированных диктаторов, а из-за козней проклятых белых. По такому принципу живет половина Южной Америки: если в Венесуэле экономический крах, то понятно – это из-за козней проклятых гринго.

И в этом смысле тем, кто предрекает России из-за маленького победоносного аншлюса Крыма экономические сложности вкупе с грядущим разочарованием в Путине – тройное ха-ха. А вы не думаете, что ситуация ровно обратная? Путин нашел замечательный способ объяснить неизбежный грядущий экономический крах России происками Запада.

А если вы думаете, что «Запад вмешается», «Запад поможет», то скажите, пожалуйста, почему Запад не «вмешался» в Африке? На Ближнем Востоке? В Латинской Америке?

В романе «1984» Джордж Оруэлл описал мир глобального тоталитаризма: мир, который поделен между тремя равно отвратительными тоталитарными государствами. Но после краха СССР мир оказался устроен совершенно другим образом. Есть свободный мир – великая река открытой экономики, в которую любое государство, маленькое или большое, демократическое или авторитарное, вольно влиться. И есть изолированные от него заводи, в которых правители, погружая своих подданных все глубже в болото паранойи и нищеты, укрепляют свою власть, объясняя эту нищету происками внешних врагов.

Таких стран в мире, увы, огромное количество. Как я уже сказала, это значительная часть африканских, арабских и латиноамериканских стран. Теперь к этой компании присоединилась Россия.

На фото: Крым. Симферополь. 21 марта. Бойцы самообороны перед украинской воинской частью А2542.
Фото ИТАР-ТАСС/ Александр Рюмин

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=24771
26 МАРТА 2014,

17 марта состоялась маленькая победоносная аннексия Крыма. США в тот же день ответили санкциями, которые, по сути, смехотворны. «Первый раунд санкций должен был послать сигнал Москве, что если она пойдет дальше, то и мы пойдем дальше», — заметил глава МИДа Швеции Карл Бильд.

18 марта, выступая в Совете Федерации, Владимир Путин произнес речь, в которой фактически заявил о правах России на юго-восток Украины. В этой речи также употреблялись слова «разделенный народ» и «национал-предатели» (точная калька с гитлеровского nationalverrater).

На границах с Украиной продолжилось сосредоточение войск, а в Харькове и Донецке — многотысячные путинги, в ходе которых собравшиеся просили Россию ввести войска, чтобы «защитить их от бандеровцев».

При этом российские чиновники открытым текстом давали понять, что Запад не может решить проблему стабилизации Украины без России, для чего нужно изменение Конституции и федерализация Украины. В переводе это означает: «Если вы не хотите, чтобы юго-восток Украины забрали с помощью танков, измените Конституцию Украины и отдайте его России сами».

Ответом Путину 20 марта стал второй раунд санкций, который на этот раз затронул людей из ближайшего окружения Путина: владельца «Гунвор» Геннадия Тимченко, братьев Ковальчуков и братьев Ротенбергов. Формулировки при этом были использованы предельно жесткие. Так, американское казначейство заявило, что Юрий Ковальчук — «персональный банкир Путина», а банк «Россия» — «личный банк высших должностных лиц России».

Запад вполне осознает, что на кону уже не судьба Крыма. На кону вопрос о том, введет ли Путин войска на юго-восток Украины «для защиты местного населения от спонсируемых Западом фашистов».

Начнется ли эта война?

Простой взгляд на карту показывает, что аннексия Крыма — это только начало, а не конец раздела Украины. Крым без сухопутного коридора к нему, как чемодан без ручки — территория без электроэнергии, газа и, главное, воды. Еще в большей степени это касается Приднестровья. В случае перекрытия путей снабжения Украиной эта непризнанная территория оказывается полностью блокированной. Чтобы проложить сухопутный коридор к Приднестровью, Путину нужны Одесская, Николаевская и Херсонская области.

Как будет вестись эта война? К сожалению, есть основания полагать, что эта война будет вестись из-за спин женщин и детей. Во-первых, об этом объявил сам Путин на пресс-конференции. Дословно он заявил: «И пусть попробуют стрелять в своих людей, за которыми мы будем стоять сзади, не впереди, а сзади. Пускай они попробуют стрелять в женщин и детей!». Во-вторых, именно таким способом, за спинами гражданских лиц, в том числе и женщин, был взят штаб ВМФ в Крыму. Это очень эффективный с военной точки зрения способ, но применение его в центре Европы чревато большими последствиями, чем заморозка счетов банка «Россия».

Одна из проблем для Путина в этой войне заключается в том, что для нее сложнее отыскать предлог. В Крыму о референдуме объявила Верховная рада Крыма, хотя бы и контролируемая российскими войсками. В Донецк и Харьков войска придется вводить на основании каких-то совсем уже странных петиций от митингов. В Крыму у Кремля имелось «Русское единство» с премьером Гоблином во главе, и хотя оно получило на выборах 4% голосов, это была хоть какая-то организованная структура. На юго-востоке Украины таких готовых структур нет. Я не сомневаюсь, что Ринат Ахметов будет поощрять в Донецке беспорядки и торговаться с нынешними украинскими властями, как в Китае во время крупных восстаний местные разбойники переходили на сторону то императора, то повстанцев и получали в ходе переходов повышения в чинах, но я сомневаюсь, что Ринат Ахметов выберет Россию, особенно при таком уровне санкций.

Война на юго-востоке Украины, безусловно, выгодна украинским властям. Война за Крым для Украины была невозможна (российская армия взяла все под контроль раньше, чем в Киеве успели сообразить, что происходит), да и невыгодна, потому что население Крыма в 2014 г. поддерживает аншлюс не меньше, чем население Австрии — в 1938-м.

А вот война против России, вторгшейся на юго-восток, для революционного украинского правительства стратегически выгодна, по той же самой причине, по которой революционной Франции оказалась выгодна война против австрийских контрреволюционных агрессоров. Это было событие, сплотившее нацию. Это было событие, породившее нацию.

Если нынешние украинские власти согласятся на все условия Путина, изменят Конституцию и отдадут ему юго-восток, они потеряют власть. Если они откажутся и призовут к сопротивлению агрессору, они станут отцами нации. Понятно, что отцом нации быть лучше, чем потерять власть.

Это значит, что если Путин не отступит перед угрозой дальнейших санкций, то нет ничего, что предотвратило бы войну. А он пока не отступает. В минувшее воскресенье многотысячные путинги прошли в Харькове, Луганске, Донецке и Одессе. Митингующие требовали «по дуге от Одессы до Харькова объединить усилия по одновременному проведению местных референдумов о федерализации Украины» и требовали «расследовать присутствие войск НАТО на Украине».

На фото: Украина. Киев. 17 марта. Во время записи в Национальную гвардию на Крещатике.
Фото ИТАР-ТАСС/ Артем Геодакян

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=24753
25 МАРТА 2014,

ИТАР-ТАСС

Сколько будет стоить России Крым? Не в геополитическом смысле, а чисто финансовом. Сколько денег он принесет в бюджет, и сколько он оттуда заберет?

Крымские пенсии, с учетом числа военных пенсионеров, будут стоить около 80 млрд руб. в год – это больше трети дефицита Пенсионного фонда, ради которого в прошлом году вдвое увеличили отчисления с ИЧП (что привело к ликвидации 720 тыс. оных). Как минимум в сопоставимую сумму обойдутся 200 тыс. крымских бюджетников и правоохранители.

Впрочем, бюджетники – это копейки. Главные деньги в Крыму понадобятся на инфраструктуру. Та, что есть, замкнута на Украину. Электричество, связь, автомобильные и железная дорога, а главное – вода – все это приходит на полуостров с материка. Все это Украина или перекроет, или заломит сумасшедшие цены. Все это придется строить заново. И если стоимость моста через Керченский пролив, даже при аппетитах братьев Ротенбергов, можно хотя бы приблизительно подсчитать, то как решить в короткое время проблему снабжения полуострова водой и во сколько это обойдется, представить себе просто невозможно.

Опять же, в строительстве инфраструктуры беды нет. Важно, не сколько она стоит, а какое количество рабочих мест это строительство создает и как созданная инфраструктура потом помогает бизнесу. В конце концов, во всем мире во все эпохи – начиная от Афин Перикла и кончая США времен Рузвельта – храмы, дворцы и дороги строили ровно затем, чтобы снабдить работой граждан и поднять экономику города.

К сожалению, Россия в этом смысле отличается и от Афин времен Перикла, и от США времен Рузвельта. По опыту Сочи мы знаем, что масштабные строительные проекты: а) осуществляются гастарбайтерами, то есть местное населению рабочие места не получает; б) не приносят даже денег субподрядчикам, которые строят в долг и разоряются. Они приносят деньги – причем огромные – только верхушке, близкой к Путину. А по опыту Южной Осетии мы знаем, что в регионе, контролируемом криминалом, деньги вообще могут исчезать без следа.

Трудно себе представить, чтобы в Крыму, руководимом премьером по кличке Гоблин, освоение средств на инфраструктуру сильно отличалось от освоения средств Южной Осетии или как минимум Сочи.

Как отобьются эти деньги и на чем сможет заработать население Крыма?

Крым – это, прежде всего, курорт. Российские предприятия имеют право вычитать из отчислений, поступающих в Фонд социального страхования, деньги, потраченные на путевки для сотрудников, в том случае, если сотрудников отправили в пансионат на территории России. Я не сомневаюсь, что в этом году всех обяжут отправлять сотрудников в Крым, и крымские здравницы будут переполнены шахтерами из Кемерово и металлургами с Магнитки.

Однако здравницы – это еще не все. В Крыму десятки тысяч людей в летний сезон сдают свои частные халупы. При этом последние годы 25% отдыхающих приезжали из России, а 75% – из Украины и других стран СНГ. Вот эти 75% будут потеряны.

Крым – самая южная и райская по климату часть России, всесоюзная здравница в советское время. Но сейчас не советское время. Сейчас – рынок. А туризм, за немногими исключениями – это чисто рыночная отрасль.

Соревноваться на туристическом рынке Крыму придется не с подмосковным пансионатом «Ласточка». А с Болгарией, Кипром, Бали, Мальдивами и пятизвездочными отелями в Египте и Турции, где фантастическое качество вышколенной прислуги предлагается по очень низкой цене.

Можно соревноваться? Можно.

Для этого должно быть несколько вещей. Во-первых, высокая рождаемость и никаких социальных выплат. Вот тогда, как в Анталье: вы приезжаете в отель и вас встречает вышколенный персонал, который дрожит над тем, чтобы не потерять место. Трудно себе представить, чтобы люмпенизированное население Крыма, особенно взбудораженное свежеувеличенными пособиями и переделом украинской собственности, могло обеспечить сравнимого качества сервис.

Во-вторых, прибрежная полоса Крыма в настоящее время представляет собой череду полуразвалившихся, бандитским способом приватизированных советских пансионатов и новых кафе, построенных примерно по той же технологии, по которой в Бразилии строят фавеллы. По ночам из этих кафе гремит музыка, от которой трясутся кровати в соседних гостиницах. Отдыхать в этой обстановке может либо бюджетник, либо бомж. Чтобы привести туда рыночного отдыхающего, надо снести там все и построить «Хилтон». И то, и другое затруднительно. Во-первых, «Хилтон» в Крыму строиться не будет, во-вторых, кафе в стиле «фавелла» и развалины пансионатов принадлежат тем самым бандитам, которые сейчас воскресли из небытия 90-х и руководят Крымом в лице премьера по кличке Гоблин.

В-третьих, часть береговой линии Крыма занята роскошными барскими поместьями украинской элиты, точно так же, как Сочи занято поместьями президента Путина, губернатора Ткачева, патриарха Кирилла и пр. Очевидно, что эти поместья будут переданы новым хозяевам, но будут сохранены как класс. Путин, наверное, построит резиденцию в Крыму – 27-ую по счету. (Вообще, я думаю, что желание иметь резиденцию в Крыму было важным побудительным мотивом всех этих событий. Мы тут думаем о геополитике, а, может, Путину просто надоела Красная Поляна и он хочет Ливадийский дворец?)

Проблема заключается в том, что такие поместья несовместимы с рыночным курортом. Рыночный курорт требует непрерывной береговой линии и отсутствия автоматчиков и колючей проволоки. Если кто был в Монако и Ницце, то он помнит, что, хотя виллы там стоят вплотную к берегу, вдоль берега, между виллами и морем, идет бетонная дорожка. По которой можно гулять. И это важнейшая часть инфраструктуры. Курорт не бывает без общественного пространства. Владельцы очень дорогих особняков в большинстве своем не могут выйти голыми к морю, потому что между ними и морем – дорожка. Понятно, что поместья, в отличие от общественного курорта, строятся с прямым выходом к морю. А тех, кто попробует к морю пробраться, как эколог Витишко, посадят.

То есть Крым будет, как и Сочи, отражать социальную структуру современной России. Сверху – поместья для сверхзнати, Ковальчуков-Ротенбергов (тем более что им теперь в Куршевеле не отдыхать), с выходом к морю, с вертолетными площадками, колючей проволокой и «вежливыми зелеными человечками», их охраняющими. Снизу – разваленные пансионаты и кафе с адской музыкой для бюджетников и люмпенов. За свои деньги человек там отдыхать не будет. Только за госресурс или за деньги предприятия.

Иначе говоря, аннексия Крыма будет стоить России гигантских ежегодных денег, но в существующих в России социально-экономических условиях она ничего не принесет бюджету и более того – не создаст для местного населения дополнительных источников заработка (заработка, а не халявы за счет российского бюджета)

Вот в этом, собственно, и есть главная разница между войнами в прошлом и войнами в настоящем, и причина, почему разумные государства перестали вести войны. Не потому, что это аморально, а потому, что это невыгодно.

Когда мы говорим «война», мы не задумываемся, что 1000 лет назад и сейчас этим словом назывались процессы экономически диаметрально противоположенные. Настолько разные, что кроме самого акта убийства – как верховного довода правоты – их ничто не связывает.

Война в древности и в Средневековье была, прежде всего, способом наживы. Получить территорию было тоже хорошо, потому что это был способ долговременной наживы. Представляете, Атилле или Карлу Великому сказали бы: «Слышь, парень, ты завоевал Крым, теперь тебе придется платить пенсии». Какие пенсии? Я завоевал Крым, я всех мужиков перерезал, всех стариков перерезал, баб продал на рынке, кроме тех, которых оставил себе для развлечения. У меня теперь много рабов, да и золотишко кое-какое, которое я посдирал с отрубленных пальцев. Какие пенсии? Кому? Рабу, которого продали на рынке?

Еще не так давно война была капиталистическим предприятием с целью извлечения прибыли. Ты инвестируешь в доспехи и орудия производства победы, т.е. воинов, и они приносят тебе дополнительную прибыль. Ты получаешь плоды грабежа, преданных людей, которые обязаны тебе прибылью, плюс территорию, которая приносит деньги.

Даже когда Екатерина завоевывала Крым, это было стратегически прибыльное предприятие. Во-первых, устранялась опасность набегов, во-вторых, прокладывался путь к Константинополю, овладеть которым было главной мечтой российской короны. В-третьих, все очень просто: богатство страны вытекало из количества пригодной к земледелию земли. Чем больше такой земли, тем больше население. Чем больше население, тем больше богатство.

Какая прибыль от Крыма сейчас?

Фотография ИТАР-ТАСС
3,892

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=25347
16 ИЮНЯ 2014,

20 апреля славная телекомпания НТВ в программе «Чрезвычайное происшествие» показала в эфире «жительницу города Краматорска» Людмилу Журомскую. Г-жа Журомская демонстрировала свой подвал, в котором она «в мирное время, в 21 веке, прячется от бомбежек». «Жительница города Краматорска» живет в 300 км от него в Запорожской области в селе Терпиння. Подвал располагается там же, съемки велись там же, и мне представляется, что корреспонденты НТВ никаким образом, даже накушавшись самого тяжелого героина, не могли случайно перепутать подвал в Краматорске с подвалом в селе Терпиння.

Фейк – бог с ним, но вот, что важно: каждый день, утром и вечером, российские государственные телеканалы и примкнувший к ним Следственный комитет ездят нам по ушам, рассказывая о том, как бесчеловечные украинские фашисты бомбят собственное население. Этот острый приступ гуманизма внезапно поразил российские власти, которые до сих пор к бомбежкам собственного населения (например, в г. Грозный) относились весьма равнодушно и даже были замечены в расстрелах из танков — без особой военной надобности — многоэтажных домов в Махачкале или Буйнакске по случаю нахождения в одной из квартир парочки боевиков.

Давайте все-таки определимся и поставим точки над i. В бомбежках мирного населения во время войны виноваты, в первую очередь, те, кто начали эту войну. И тем более те, кто прикрываются мирным населением.

Представим себе вместо Людмилы Журомской жительницу Дрездена, которая в феврале 1945 г. дает интервью CNN. «Я мирный человек, — говорит она. — Я никогда ни в чем таком не участвовала, а эти самолеты союзников убили 25 тыс. человек в моем городе и превратили мой дом в руины». Жалко ее? Конечно. Кто виноват в том, что ее город бомбят? В первую очередь, Гитлер (и Сталин, замечу я). Тот, кто начал Вторую мировую войну. Не начал бы Гитлер войну… трудно мне себе представить, чтобы вот так из ясного неба прилетели американцы и разбомбили Дрезден.

Случай Славянска чем-то отличается? Увы, да. В худшую сторону, потому что много плохого можно сказать про Гитлера, но я еще не слышала, чтобы немецкие солдаты прикрывались мирным немецким населением.

Это началось с Палестины и с бесстрашных палестинских борцов за права человека и за уничтожение государства Израиль. Палестинские террористы стали систематически размещать свои ракеты на крышах домов, больниц и пр. Сначала они прикрывались мирным населением, будучи уверены, чтоHumanRightsWatchкаждую израильскую ракету, поразившую размещенных так террористов, запишут в преступления израильской военщины против мирных женщин и детей, а потом — и вовсе перешли к тактике максимизации потерь среди собственного мирного населения.

Если раньше в истории человечества большие сильные бородатые самцы вели войну так, чтобы максимизировать потери противника, то именно в Палестине был освоен новый способ ведения войны — большие сильные бородатые самцы стали вести войну так, чтобы максимизировать число трупов среди собственных женщин и детей. Максимизировать число своих трупов всегда легче, чем число чужих, и это привело к подлинной революции в целях и методах войны (отмечу, что без защитников прав человека эта новая стратегия войны возникнуть не могла).

Именно такую стратегию Россия применяет в Славянске, копируя палестинских террористов от и до, вплоть до совершенно потрясающих снимков, на которых вооруженные до зубов мужики перебегают улицу, держа перед собой двух испуганных подростков, мальчика и девочку, физически прячась за их худенькими телами.

Вопрос: если на крыше жилого дома размещен зенитный комплекс, кто виноват в том, что этот дом обстреливают? Ответ: тот, кто разместил комплекс.

Дополнительная подлость тут в том, что такой тип войны в принципе непременным своим условием требует гуманности противника. Гитлеровские войска не прикрывались женщинами и детьми не потому, что они были такие гуманные, а потому, что присутствие женщин и детей никак бы особо не смутило союзников. Мирными жителями прикрываются только в тех странах, в которых мирные жители имеют значение.

Вы слышали когда-нибудь про теракт с захватом заложников в Китае? Ответ — нет. Потому что заведомо известно, что китайскому правительству на заложников наплевать. Вы обратили внимание, что после Норд-Оста и особенно Беслана теракты с захватом заложников в России происходить перестали? Потому что после того, как в Беслане мы браво пальнули по школе из огнемета, даже самому тупому террористу стало ясно, что в России брать заложников бесполезно. Вы слышали когда-нибудь, чтобы где-нибудь в Африке два племени воевали, прикрываясь женщинами и детьми? Ха! Это очень глупая стратегия. В женщин и детей удобней стрелять.

То есть сам факт того, что в Донецке и Луганске террористы прикрываются женщинами и детьми показывает ровно обратное тому, что пытаются доказать российское телевидение и Следственный комитет: а именно, что украинскому правительству есть дело до женщин и детей. Иначе бы — не прикрывались.

Давайте сейчас забудем о деталях (немаловажных впрочем). О том, что рассказы российского телеследственного комитета о тотальном геноциде города Славянска, мягко говоря, преувеличены. О том, что размещаемые в сети фотографии мертвых детей, убитых кровавой украинской военщиной, оказываются, как назло, фотографиями жертв бомбежек в Сирии или обезглавленного в Саудовской Аравии педофила. Что видео обстрела Славянска украинскими «Градами» оказалось обстрелом Цхинвали «Градами» российскими 9 августа 2008 г., что, согласитесь, совсем уже особый цинизм: сначала выносили из Цхинвали «Градами» грузинские войска и при этом заявляли, что это грузины обстреливают Цхинвали, а потом тот же суп съели по второму разу.

Вот очень простая вещь. Если Кремль хочет, чтобы украинские власти перестали обстреливать мирных жителей в Славянске, то ему просто надо убрать из Славянска своих боевиков. Потому что это не украинская «гражданская война», как бы нам ни пытались внушить обратное. Потому что, как справедливо посетовал сам командующий боевиками в Славянске, сотрудник СБ российского олигарха Константина Малофеева Гиркин/Стрелков (разместив попутно в собственном блоге фото БТР, горевшего 25 лет назад на площади Тяньаньмэнь, в качестве фотосвидетельства собственных побед над украинскими фашистами), местный народ воевать не хочет.

Без российского оружия, российских (или Януковича) денег и российских боевиков, безнаказанно пересекающих российско-украинскую границу, все бы кончилось в три дня.

[Жертва на велосипеде]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w...=note&id=25583
16 ИЮЛЯ 2014

ИТАР-ТАСС

В 1349 году, после битвы при Кале, английский король ЭдуардIIIи его сын задали пир в честь побежденных рыцарей. Король и принц лично подавали им блюда и не сели за стол до второй перемены, а после этого король отпустил без выкупа одного из пленных — того, кто утром чуть не убил самого короля.

В 2014 году Следстенный комитет обвинил украинскую летчицу Надежду Савченко в содействии убийству российских журналистов. Обвинение это воспринимается прежде всего как месть за героическое поведение этой женщины на допросе, видео которого попало в интернет. В отличие от российских журналистов, которые на обращенные к ним вопросы растекались соплями и бормотали что-то про то, что, да, сами они фосфорных бомб не видели, а сказать о них приказало начальство, женщина, попавшая в руки незаконных вооруженных формирований — то есть маргиналов, которые уже взрезали живот депутату Рыбаку и выбивали зубы бесчисленным заложникам, которым неизвестно что придет в голову и которые не связаны ни законом, ни отчетом, ни совестью, — держится с абсолютным достоинством и на вопрос, кто воюет против боевиков, отвечает: «Вся Украина».

В этих двух принципах подхода к пленным — Эдуарда III и г-на Бастрыкина — разница между психологией рыцаря и психологией чекиста.

Разумеется, я упрощаю. Дегуманизация противника, лишение его человеческих черт, зачисление в штат «нелюди», началась не с российско-украинской квазивойны, а по крайней мере, с франко-прусской.

До этого в течение тысячелетий образ противника преимущественно героизировался, людям, сходившимся в рукопашную, было важно возвысить врага: чем героичнее враг, тем героичнее и победа. Что в «Илиаде», что в «Песне о Нибелунгах» — противники были героями, и побежденных за стол сажал не один Эдуард III, но и Петр после Полтавы.

После того как судьбу сражений стала решать дальнобойная артиллерия, воины перестали видеть друг друга в лицо. Рыцарство умерло, в ход пошла демонизация. В Первую мировую английская и французская пресса рассказывала о бошах исключительно леденящие душу гадости (часто заслуженные), во Вторую — тем более. Помимо дальнобойности артиллерии это было связано еще и с массовостью армии. Чем массовее армия — тем хуже она относится к противнику, чем она эксклюзивнее — тем больше уважает его.

Поэтому не удивительно, что ни одна культура в современном мире не дошла до такой — систематической — дегуманизации противника, как советская армия и исламские террористы.

Вся советская пропаганда в период сталинской подготовки к завоеванию им мира, во время индустриализации и осоавиахимизации СССР на том и строилась, что за границей — буржуины и нелюди. Да и сама Красная армия, имевшая среди всех тогдашних армий наибольшее число офицеров на число солдат, была именно настроена на то, чтобы само высшее начальство оставалось подальше от гущи боя, посылая в пекло солдат, — отсюда и бессмысленные атаки на неприступные заграждения, и минные поля, по которым Красная армия наступала «так, как будто их не было», разминируя их своими телами, и «дорасходуй скорей живую силу и отступаем на переформирование» (рассказанное Дмитрием Орешкиным), и паника в первые дни войны, когда у товарищей генералов, видите ли, «не было связи с войсками», и массовые изнасилования в Восточной Пруссии: распрямляясь, смертник много чего творит. В и без того не рыцарскийXXвек Красная армия была самой нерыцарской из возможных армий.

В конечном итоге это нерыцарское начало Советский Союз и погубило, не меньше, чем экономическое отставание. Война невозможна без славы, слава — без героизма, а какая в Афгане, например, была слава, когда на кладбищах памятники сносили, если на них было написано «погиб в Афганистане»? А победы советских полков приписывали тут же в спину им стрелявшему царандою (отряды Министерства внутренних дел), и советские полки слушали это по радио: что люди, которые во время операции стреляли им в спину, оказывается, и одержали победу.

Тем не менее, Кремль сейчас храбро идет по тому же пути: про добровольцев, погибших в Украине, не говорят, где погиб, однако воюют против них в Украине исключительно «фашисты», «каратели» и «нелюди», таких не грех и убить, сколько раз увидишь его, столько раз его и убей.

Но даже и тут случай с Надеждой Савченко выходит за грань. Что делала Савченко? Воевала. С кем? Если с русской армией, то она военнопленная. Если она воевала с неизвестно какими людьми, которые на территории ее страны захватывают административные здания с оружием в руках, пытают людей, прикрываются мирным населением, как живым щитом, то она воевала против террористов.

Понятно, отчего такое фантастическое обвинение — в убийстве журналистов. Нельзя же, в самом деле, даже российскому СК предъявить ей обвинение в убийстве вооруженных лиц, захватывающих заложников и прикрывающихся женщинами и детьми? И уже совсем не краснея — утверждение о том, что захваченная боевиками Савченко сама пересекла границу как беженка.

Зуб даю, долго сидеть Савченко не будет. Видео допроса «героической летчицы» вызвало такой ажиотаж в Украине, что Савченко стала национальной героиней, и освободить ее — будет первое требование общества к Порошенко. В итоге Савченко просто разменяют: отошлют широким жестом, выдернув из подвала и посадив в президентский самолет: так Каддафи и Лукашенко отсылали Путину пленников. Предъявляя Савченко обвинения, Кремль просто создает тему для торга: это такая дипломатия, как ее понимают некоторые — весьма специфические — правители.

Но самое важное другое. Дегуманизируя противника, рассказывая сказки о «зверствах карателей», от которых неопознанные добровольческие субьекты спасают жителей Донецка, предъявляя фантастические обвинения военнослужащему другой страны, захваченному на территории этой страны боевиками, — Кремль только думает, что унижает противника. На самом деле он унижает себя. Стрелков-Гиркин может сколько угодно играть в реконструкцию и воображать себя последним офицером Деникина. Но на самом деле ничто так не свидетельствует о маргинальности и непрофессионализме боевиков, сражающихся в Украине, как их отношение к противнику как к нелюди. Отношение, свойственное кому угодно — люмпенам, маргиналам, уголовникам, террористам всех мастей, — но не профессиональным военным. С таким отношением сажают бизнесменов в подвал и вымогают у них деньги — но держав не возрождают и Новороссий не создают.

Фото: Игорь Головнев /ZUMA Wire/ ZUMAPRESS.com / ИТАР-ТАСС