*96. Дмитрий Орешкин

[Друг истины и Платона]

http://www.kommersant.ru/doc/1681249
Журнал "Огонёк", №29 (5188), 25.07.2011

Холодный фронт
Дмитрий Орешкин начинает дискуссию о мобилизации страны в «Народный фронт»
http://www.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/2011/029/KMO_123209_01097_1_t206.jpg
Вступать во «Фронт» совсем не больно: не надо даже заявления
Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ

Почему все-таки слуг народа нельзя определить через нормальные предвыборную борьбу и выборы, а не через мобилизацию страны на сражения в составе "Народного фронта"?

"Общероссийский народный фронт" — третья вода с той же заварки. Два раза уже пробовали и потому примерно знаем, чем кончится. Ленинско-сталинское чаепитие было самым продолжительным. Народ был еще не выварен, свеж, обилен и полон веры в светлое будущее. Власть чифиряла от души почти 40 лет после 1917 года, с небольшим перерывом на нэп, когда населению позволено было перевести дух.

Вторая, брежневская заварка получилась жиже. Возможно, потому что и предшествующая оттепель тоже была слабенькой. Народ уже не тот, вера не та. На мякину ведется с трудом. Хотя кулинарный рецепт прежний: монополия на информацию, кругом враги, оборона прежде всего, железный занавес, всех слишком умных — за 101-й километр, правоверных долдонов — на передний идеологический край. И мы опять впереди планеты всей в борьбе за светлое будущее. Хватило примерно на 20 лет.

У брежневской номенклатуры уже не было той органично-дикой жажды власти. Людей мочили не удовольствия ради, а потому что такая технология. И оно чувствовалось. Александр Твардовский, один из лучших советских писателей и уж точно лучший редактор, изгоняемый из журнала "Новый мир" (ради замены какой-то политически грамотной посредственностью), хорошо описал атмосферу конформного "умолчания", разлитую над XXIII съездом КПСС. Вроде и гайки закручивают, и писателей опять сажают — а все не то! Остается "...просто молчать, играть в единство и сплоченность, каковые есть не что иное, как привычный автоматизм послушания или скрытый, полусознательный индифферентизм", писал он 9 июня 1966 года.

Ну да. А скоро с привычным автоматизмом послушания советские танки были в Чехословакии, а затем начались те самые 1970-е, когда все, что давно понял писатель (за что и был отстранен), понемногу стало ясно почти всем. Хотя они очень старались. Все живое и интересное (помимо Твардовского и Солженицына вспомним Высоцкого, Окуджаву, Виктора Некрасова или хотя бы мемуары Хрущева — разве не интересно?) было аккуратно вытеснено за рамку. На поверхности уверенно плавало "партийное искусство — прибежище всего самого подлого, изуверски-лживого, своекорыстного, безыдейного по самой своей природе (Вучетич, Серов, Чаковский, Софронов, Грибачев — им же несть числа)". Это формула того же Твардовского — верного коммуниста, кандидата в члены ЦК КПСС, автора "Василия Теркина", лауреата всяческих советских премий. Просто человек прожил жизнь, многое увидел, многое понял. И не захотел на старости лет врать народу, который наградил его языком. А может, не счел себя вправе.

А те, верные идеалам, сочли. Интересно, зачем? Чтобы писать книги, которые раскупаются "на безрыбье", и делить места в почетных президиумах, ведомственную жилплощадь и гонорары? Правда, в итоге вся страна тоже получается вроде как "на безрыбье": второй свежести. Жилье — "на безрыбье" (скажите спасибо, что такое дали). Еда, промтовары — "на безрыбье". Газеты и книги — "на безрыбье". Телевизор тоже. Автомобили — "жигули" и "москвич", извините за выражение... Так за ними ("на безрыбье") еще годами надо было в очереди постоять.

Только пропаганда была первосортной. Правда, тоже не столько по качеству, сколько по монополизму. Опираясь на эту традицию, власть пытается заварить третью производную. К этому давно шло, но не все замечали. Собственно, суть момента заключается в том, что число замечающих в последние 2-3 года стало быстро увеличиваться. Именно поэтому и пришлось изобретать "Общероссийский народный фронт". Чтоб опять кто не с нами, тот против нас. Потому что выборы — и через год будет поздно.

Впрочем, поздно уже сейчас. На этот раз цикл занял примерно 10 лет. Это естественно: в условиях худо-бедно растущей информационной прозрачности морочить людям голову все труднее.

Рецепт-то прежний, знакомый, как зубная боль. Монополия на власть. Монополия на информацию. Кругом враги — необходимо теснее сплотиться вокруг руководства. Лучше которого быть не может, потому что куда уж лучше-то? Оттеснение и изоляция тех, кто понимает, и тех, кто конкурирует. Ставка на тех, кто помоложе и попроще. Чтоб нарисовать лубковые перспективы карьерного лифта. Молодежь из провинции — "Наши", "Молодая гвардия" — дефиле дурного вкуса. Туча восхитительно серых, как будто специально подобранных пропагандистов.

Для внутреннего пользования все это называется "Россия поднимается с колен". При взгляде со стороны — корпорация по распилке доходов от экспорта нефти, газа и прочих природных ресурсов. Из населения многого уже не выжмешь — на третьей-то заварке.

Как и в прошлый раз, взгляд со стороны объективнее отражает действительность. Но мы-то смотрим изнутри.

Итак, "Общероссийский народный фронт".

Он против кого? Вероятно, против тех, кто против "Фронта"... Например, против коммунистов с их ополчением Минина и Пожарского. Интересно, что и те, и другие пытаются отыграть пропагандистский трюк насчет враждебного окружения и необходимости сплотиться. Ошибка в том, что фокус получается лишь при абсолютной монополии на СМИ. А то глупость получается: одни сплотятся вокруг безальтернативного Владимира Путина, а другие — вокруг столь же безальтернативного Геннадия Зюганова. Что де-факто означает как раз отсутствие искомого единства, великой направляющей воли и прочих прелестей, которые, по заварочной технологии, должны разбудить священный трепет в душе государственника.

В какую сторону прикажете трепетать? Что, сойдутся "Фронт" с "Ополчением" на реке Угре и будут стоять один против другого до 4 декабря? Несерьезно, господа. Коль скоро в стране есть разные политические настроения (а они есть!), естественный способ привести их к общему знаменателю — честные выборы. Вот и занялись бы их чисткой. Страна давно до этого доросла и требует уважения к своему разнообразию.

"Фронт" же как раз из тех времен, когда один вождь, одна идеология, одна незыблемая и всегда правильная политика, один бог на небе и одно светлое будущее. Зато врагов внутри и снаружи много. Знай, успевай со своим "Фронтом" поворачиваться да искоренять крамолы с изменами. Тут, конечно, не до выборов: враг у ворот. Так и норовит вырвать баклажку с заваркой.

В выборах — если кто не знает — обычно участвуют политические партии. Их как раз для этого изобрели. В отличие от "Фронта", их должно быть минимум две. Так обычно и бывает в государствах, которые не свихнулись на сохранении одного богоданного лидера.

Объективная истина заключается в том, что политическая партия, на которую опирался богоданный лидер нации, в последние годы теряет популярность. Что нормально для нормальной страны в XXI веке: поменяли с помощью выборов рабов на галерах (раньше это называлось "слуги народа") и гребем себе помаленьку дальше. Может, новые гребцы окажутся бойчее. В чем проблема?

Проблема в том, что такой поворот событий входит в фундаментальное противоречие с концепцией номенклатурного монополизма, которую наша любимая номенклатура по третьему разу пытается втюхать населению. В привычной обертке патриотизма, укрепления государственности, необходимости дать ответ гнилому и враждебному окружению. Налицо простая развилка: или честная публичная конкуренция с альтернативными партийными структурами (и риск ее проиграть), или "Фронт" с претензией на бесконечное единство.

То, что слуги народа предпочли "Фронт", признак, с одной стороны, их реальных приоритетов, а с другой — приближающегося идейного и материального тупика.

"Фронт" означает, что вместо честного предложения народу сравнить итоги с обещаниями и поставить в бюллетене оценку команде партийных гребцов начальники предпочли незаметно перебраться с одной обросшей коррупционными водорослями галеры на другую, большего размера и виртуально приближенную к народу. Наивная хитрость: будет много слов о над- и внепартийности новой общественной структуры, о том, что в ней выходцы из самых разных социальных групп и страт, но когда дело подойдет к голосованию, выяснится, что электоральная грань у этого многогранного образования одна и называется она "Единая Россия".

"Фронт" означает, что Путин просто не верит в потенциал своей партии. И правильно делает: на последних региональных выборах в городах Центральной России она (при всех административных ухищрениях) набрала около 30 процентов. Сравнительно высокий общий результат натянут за счет сельских территорий и глубокой провинции, где меньше наблюдателей, партийных активистов, представителей прессы, интернета и прочих препятствующих манипуляциям порождений информационной эры. Но российские города в электоральном смысле всегда играют роль первых индикаторов — как они голосуют сегодня, страна проголосует завтра. Точнее, послезавтра, потому что информация и навыки политической свободы преодолевает безбрежные российские просторы по-прежнему медленно и трудно. "У нас от мысли до мысли 5 тысяч верст",— писал в свое время князь Вяземский Пушкину. И был куда как прав. Тем не менее Россия все равно опережает по информационной прозрачности и насыщенности прочие "островки стабильности", включая Китай и Белоруссию, и потому гайки в ней завинчивать сложнее. Однако приходится, потому что в противном случае над хорошо кормленными "фронтовиками" из номенклатурных кресел будут смеяться.

"Фронт", по определению, означает санкции к тем, кто сопротивляется. Мягче, конечно, чем в былинные времена сталинского цикла. Типа "пиво — только членам профсоюза". Конфедерация профсоюзов ("школа коммунизма"), не спросившись своих членов, уже влилась. По-советски единодушно. Любой, кто платит профсоюзные взносы,— фронтовик. Вступать совсем не больно: не надо даже заявления. Тебя вступят по умолчанию. Ты, главное, наоборот — не выступай. А то могут быть небольшие проблемы, фигурально, выражаясь, с пивом. Которое по усам текло, а в рот не попало.

Известный дирижер Михаил Аркадьев написал письмо с отказом коллективно вступать во "Фронт" вместе с Союзом композиторов — и был немедленно уволен. Как объяснили, вне всякой связи с отказом. Впрочем, хорошо знакомые с ситуацией изнутри утверждают: как раз за отказ и уволили.

"Фронт", иными словами, означает возвращение к лицемерию как к норме общения. Ведь лично премьер строго-настрого приказал, чтобы не было обязаловки. И все руководители, конечно, согласились: какая уж обязаловка в таком ответственном деле! Начальник РЖД господин Якунин объявил, что Российские железные дороги вступают во "Фронт" всем коллективом (коллектив — около 1 млн человек) — и никто из железнодорожников не пикнул. Вот что значит индивидуальная работа с каждым! В Саратове во "Фронт" вступили сразу 10 052 члена профсоюза студентов Саратовского госуниверситета (СГУ), многие из которых узнали о вступлении из газет. Об этом заявила депутат Саратовской облдумы Ольга Алимова.

То есть все как бы по-советски, но есть отдельные депутаты, журналисты и дирижеры, которые позволяют себе противопоставлять свою личную "кочку зрения" интересам народа, искренне желающего сплотиться вокруг лидера. И как же не дать по рукам этим гнусным отщепенцам?! Которые к тому же льют воду на мельницу врага. Правда, их слишком много, и у них есть где поделиться информацией. Поэтому любое фронтальное вранье немедленно становится достоянием общественного мнения и обращается против "фронтовиков".

"Фронт" означает неестественный отбор и консолидацию личностей, привлеченных бесплатным сыром из бюджетных закромов, и этот факт становится все труднее замаскировать. Что общего у певицы Бабкиной, главы чеченского народа Кадырова и актера Боярского, поспешивших во "фронтовики", кроме священного трепета перед премьером? Возможно, зависимость от казенных средств?

"Фронт" означает растущее напряжение внутри тандема: как ни крути, а консолидируется он вокруг Путина, а Медведев как бы в стороне. При этом большая новость заключается в том, что в прежние времена "Единая Россия" нуждалась в Путине, потому что сияла отраженным светом его популярности. Сегодня наоборот, скорое Путин нуждается в поддержке "Народного фронта". Только вряд ли получится, если, конечно, не случится какой-нибудь кризис.

"Фронт" — это не от хорошей жизни. Номенклатура понимает, что власть утекает сквозь пальцы. И все быстрее. Следовательно, необходимо заморозить ситуацию. Так что позвольте предложить среднесрочный прогноз погоды. Приближается холодный атмосферный фронт — осенью возможны ранние заморозки на почве.

[Друг истины и Платона]

http://www.echo.msk.ru/programs/klinch/798354-echo/
http://www.echo.msk.ru/att/element-798354-thumb-0.jpg?1312190952

Вторник, 02.08.2011


Кто эффективнее проведет модернизацию страны: Медведев или Путин

скачать (10.9 MB) слушать (47:29)


Комментировать
Коммент.: 54 Вопросов: 53 Читали: 1991
Версия для печатиС.БУНТМАН: Добрый вечер и добрый день, это программа «Клинч» в студии телекомпании и радио «Эхо Москвы» Сергей Бунтман. Сегодня дискуссия на тему, кто сможет провести модернизацию России – Путин или Медведев. Понимаю скептицизм тех, кто нам писал в интернете о том, вообще возможна ли модернизация в России, способен ли кто-нибудь вообще из этих двух деятелей провести адекватную модернизацию в России. Но дискуссия состоится в предлагаемых обстоятельствах. Пока мы не в полном составе – Александр Ципко в студии. Неизбежна ли в России модернизации, подошли ли мы к ее порогу, или перешли?



А.ЦИПКО: Вообще-то я категорически против термина «модернизация». Вообще говорить о модернизации могут только люди, которые не очень понимают, в какой стране живут и какую проблему мы решаем. Я 40 лет научный работник, не буду заниматься политикой, но модернизация предполагает какие-то устойчивые сложившиеся структуры – структуры производства. Модернизация России в 1917 г. - патриархальный быт, и другое. А здесь этот термин не работает, мы имеем другие проблемы – у нас проблемы «транзишн», мы решаем уникальную историческую задачу. Мы решаем в данном случае проблему элементарную - выживания.

На мой взгляд, нынешняя проблема, которая стоит у России – создание устойчивого, нормального общества, создание основ существования и избежать процессов окончательной деградации.

Поэтому, на мой взгляд, здесь не столько проблема модернизации, а проблема спасения страны от распада, территориального распада. Спасение страны от назревающего социального бунта, вызванного социальным расслоением, решение проблемы национальной элиты, которой нет, и отсутствие которой очень болезненно ощущается, и проблема расширяющегося раскола между властью и общества.

Поэтому, на мой взгляд, это уникальная проблема, вызванная историей Россией, нашим 70-летним коммунистическим экспериментом. Кстати, теперь уже вызванная, потому что колоссальное социальное расслоение, которое у нас, нет в Восточной Европе, потому что там проводили для того, чтобы создали класс собственников, а у нас – для того, чтобы создать группу миллиардеров, которые будут поддерживать Ельцина - сонм проблем накопился. Поэтому сейчас, конечно, нужно обновление и модернизация, но термин «модернизация» не раскрывает всю уникальную сложность вызовов и проблем, которые стоят перед современной Россией.

С.БУНТМАН: То есть, дело не столько в модернизации, но и в спасении от той или иной дезинтеграции России.

Д.ОРЕШКИН: Вопрос о том, нужна ли модернизация и что важнее, пожалуй, самый существенный – здесь я с Александром Сергеевичем соглашусь. Но проблема в том, что если мы хотим сохранить Россию, то ее надо модернизировать - это как государь-император, Царь-Освободитель говорил, что для того, чтобы сберечь самодержавие, его надо реформировать. И здесь как раз проблема в нестабильности социальной, ни целостности государственной, Путин, как политическое явление – я даже не беру здесь персонально, я бы сказал про «коллективного Путина», - с моей точки зрения, обеспечить не может. Не уверен, что это может обеспечить Медведев, потому что он тоже член команды Путина.

С.БУНТМАН: Тогда вводим слово «скорее».

Д.ОРЕШКИН: Ну да. Я согласен с теми проблемами, которые вызывают озабоченность у моего оппонента.

А.ЦИПКО: Я еще не оппонент.

С.БУНТМАН: Заведомо, уже по определению, иначе невозможно.

Д.ОРЕШКИН: Но считаю, что с нынешней властью мы всего этого добиться не сможем, потому что она неэффективна, коррумпирована и лжива.

С.БУНТМАН: Но нынешняя власть – это президент Медведев.

Д.ОРЕШКИН: Формально – да, а на самом деле мы все понимаем, кто держит руку на пульсе.

С.БУНТМАН: Но у нас третий вариант вряд ли будет, нереален, может придти только в результате какой-то встряски. Для того, чтобы решать задачу, какая персонифицировано форма руководства эффективна?

А.ЦИПКО: Мы выбираем из двух руководителей, я согласен, что возможно, третий мог бы решить. Но из этих двух - доведу свой анализ до конца. В ситуации угрозы распада, особенно угрозы - хочу обратить внимание слушателей на прекрасный доклад, опубликованный Институтом социологии РАН, посвященный анализу того, как россияне оценивают последнее 20-летие - он очень характерен. Мне думается, что ответом на все эти угрозы и риски в служившейся ситуации – конечно, мы еще не сказали ни о недостатках демократии, о недовольстве системой выборов, но даже по этому докладу видно, что на первый план выходит проблема социального расслоения, а отсюда – неверие в будущее России.

Мне думается, что нормальный выход из этой ситуации может быть только один: если есть угроза социального недовольства и растет классовое самосознание – поразительно, ведь в 90-е годы жили хуже, а классового самосознания не было. А сейчас уникальная ситуация – если раньше люди оценивали свое положение оп сравнению с тем, что с ними было 2-3 года назад, - если бы они так мыслили, то они должны быть довольны, потому что в массе уровень жизни вырос в 2-3 раза. А сейчас уникальность ситуации в том, что подавляющая часть населения оценивают свою жизнь не в связи с тем, что у них было в 90-е, а в связи с тем временем, которое у них было благополучным и преуспевающим. Самое опасное, что даже наш молодой средний класс, то есть, люди устойчивые, тоже проявляют недовольство.

С.БУНТМАН: В чем причина?

А.ЦИПКО: Причины, по закону Торквилля - все социальное недовольство растет в период, когда растет благосостояние - здесь он подтверждается. Но если доводить анализ до конца, переходить к персоналиям, то выход, по крайней мере, временный – чтобы немного успокоить страсти – должна быть какая-то левая политика – не в смысле коммунизма, а в смысле, что если люди ощущают, что общество несправедливо и колоссальное расслоение, то все-таки надо делать какую-то социальную справедливость. И здесь левая политика - все теперь говорят о пропорциональном налогообложении, даже Прохоров начал об этом говорить. Поразительно, что Прохоров в своей программе, программе «Правого дела» стал говорить, что у нас 35 миллионов запущенных земель, надо эту землю раздавать – типичный левый. И мне думается, что левая политика может действительно – с моей точки зрения, - спасти ситуацию. То есть, остается болезненная проблема безопасности, преступности, наркомании – все это вопиет. Может быть, должна быть какая-то распределительная политика – то есть, надо заставить наш крупный бизнес хоть немного делиться. Распределение – это ручное управление. Из них двух, совершенно объективно, в силу психологии, в силу знания, - для такой политики больше приспособлен Путин.

Д.ОРЕШКИН: Согласен, что растет социальное недовольство. Более того, скажу, что это признак прогресса. Потому что когда люди решают проблемы наесться, купить ботинки для детей или накопить на машинку – это одно дело. Когда они уже близки к удовлетворению таких низовых чувств, у них постепенно формируется больший набор претензий к власти – это абсолютно нормально, это свойство прогрессирующего общества. И еще пять лет назад Путин всех устраивал, а сейчас он все чаще вызывает раздражение.

Не знаю, левая политика нас спасет, или права, я знаю одно: для того, чтобы общество не сошло с ума, оно должно иметь представителей во власти в соответствии с мнением большинства. А эта процедура решается очень просто – через честные выборы. Если говорить про левую политику, то у коммунистов реальная поддержка в обществе от 25 до 30%, а на выборах им дают получить 12-15%, и делает это никто иной, как «коллективный Путин».

То есть то, что сделали сейчас с выборами, даже по сравнению с 90-ми годами, это, конечно, вещь такая, которая пока прецедентов не имела, кроме как где-нибудь в Дагестане или в СССР – когда все вместе голосуют за одну и ту же партию.

Так что идти нам влево, или вправо – решать народу. А народ это должен решать через выборы, а выборы должны быть честными, а честные выборы у нас уничтожил в стране «коллективный Путин», и в соответствии с этим нет смысла надеяться на эту структуру сточки зрения спасения страны и государственности, на формирование нового политического курса.

С.БУНТМАН: Но «коллективный Путин» хотя бы существует, а существует ли где-нибудь «коллективный Медведев»?

Д.ОРЕШКИН: Думаю, что «коллективного Медведева» всерьез пока не существует. Путин – это такое плотное политическое компактное образование как кулак, в котором в качестве потенциала есть и Сергей Иванов, и Чемизов, и Якунин, и Медведев, и многие другие. И мы поставлены в такие условия, что мы из этого кулака должны выбрать какой-то палец. Так вот если выбирать из этого кулака, - а другого варианта я не вижу, так построена политическая система, что ни ПАРНАСА мы не видим на выборах, ни всерьез левых партий не видим на выборах – есть только ручная Компартия, которой сколько дали, столько она и взяла, и сказала «спасибо».

С.БУНТМАН: А потенциал Прохорова как вы оцениваете?

Д.ОРЕШКИН: Это отдельный разговор. В этой ситуации мне кажется, что Медведев, может быть, раскроет потенциал ресурсов общества. То есть, давайте проведем честные выборы, пусть у нас коммунисты получат 25 или 30% - столько, сколько они заслуживают.

А.ЦИПКО: Вы изложили позицию последнего доклада ИНСОРа, я опубликовал на эту тему статью в «Независимой», не буду повторять ее целиком, но я обратил внимание на такое обстоятельство, что ни Медведев, ни его команда, на самом деле не заинтересована в демократии. Я ссылался на известную статью Краснова в «Новой газете».

Д.ОРЕШКИН: То есть, вы полагаете, что Путин заинтересован в демократии?

А.ЦИПКО: Естественно. Вы противопоставляете Медведева как сторонника демократии, но будем откровенны – Путин это продукт нашей конституции, продукт уникального общества.

Д.ОРЕШКИН: По конституции президенту нас властный человек. Медведев у нас президент, а властный человек у нас Путин.

А.ЦИПКО: Так в том-то и дело.

Д.ОРЕШКИН: То есть, конституция это отдельная история, а реальная жизнь – отдельная.

А.ЦИПКО: Я согласен, должно быть больше волеизлияния, более демократические выборы. Но посмотрите правде в глаза – мы имеем уникальную конституцию, уникальную страну, где на самом деле результаты выборов в парламент не играют никакой существенной роли. У нас же был период, когда КПРФ вообще контролировал парламент, тем не менее, Ельцин издавал закон о приватизации.

С.БУНТМАН: Приватизация была еще до конституции.

А.ЦИПКО: Я имею в виду указы о приватизации нефтянки - они вообще были сделаны указом президента. Проблема как раз и состоит в том, что если мы говорим об ограничениях демократии, которые заложены – у нас партийный фактор не играет никакую роль в выборе правительства и премьера. Согласитесь?

Д.ОРЕШКИН: Нет, играл - в 90-е годы – играл. Парламент отправил в отставку горячо нелюбимого Гайдара, и пришлось назначать Черномырдина. Играл в 90-е годы. На выборах 1993 г. 23% взял Жириновский, что вызвало шок.

А.ЦИПКО: Я все это помню. Тем не менее, уникально - партийный фактор у нас не играет, только сейчас Путин сблизился с «Единой Россией». Хотите я вам расскажу историю для слушателей, как снимали Скуратова?

Д.ОРЕШКИН: Все прекрасно знают - его снимал Путин.

А.ЦИПКО: При помощи Ельцина и нашей конституции. Поэтому, если говорить серьезно о проблеме демократизации – я не случайно, что мы ее должны рассматривать в контексте истории России – драма состоит в том, что тот случай, когда у нас полные и свободные выборы, когда есть полная непредсказуемость результатов, к сожалению, у нас дважды кончались хаосом – вы хорошо помните результаты 1917 г. и результаты 1991 г., которые привели к чрезвычайному положению, расстрелу парламента и введению вертикали власти, из которой у нас вырос Путин – будем откровенны, мы не дети.

И так как ни Медведев, ни Путин не готовы сейчас к серьезному разговору – хотя, на мой взгляд, что мешает перейти к выборности сенаторов? - хотя бы к этому?

Д.ОРЕШКИН: Путин мешает. Который отменил выборность сенаторов и выборность губернаторов.

А.ЦИПКО: Тем не менее, от Медведева я тоже не слышал ничего в поддержку сенаторов. Поэтому я думаю, что в этой ситуации - а в чем ее опасность? – в том, что проблемы модернизации нашей конституции отступают на второй план по сравнению с теми угрозами и вызовами социального расслоения, вызванные - я только что был на Селигере, и меня поразило – кстати, там на этот раз сделали правильно - собрали молодых политологов и профессоров политологии. И меня поразило - они все говорят на одном языке. Слово «модернизация» никто не произносит. Доминирующий вопрос, как ни странно, - сохранится ли Россия, и второй - можно ли Россию создать как нормальное общество с нормальной жизнью. Меня поразило слово «нормальная жизнь», «нормальное общество».

С.БУНТМАН: И все вкладывают в это одно и то же?

А.ЦИПКО: Одно и то же - проблема безопасности, борьбы с преступностью, угроза наркомании, независимость суда и самое главное, что мучает людей - осуществить что-нибудь властью такое, что было бы доведено до конца, и чтобы власть показала, что она эффективна и может что-то делать. Вот этот рост пессимизма, рост социального наслоения, на это накладывается рост пессимизма, связанный с неспособностью власти решить одну проблему до конца и зримо. Кстати, эта проблема была и Путина и Медведева. В сознании круг проблем, они животрепещут, власть их пытается решить одновременно, а у человека, далекого от политики, складывается ощущение, что они берутся за все и не могут ничего довести до конца.

С.БУНТМАН: Но все, о чем сейчас говорится – эта власть образовалась в конце ельцинской эпохи, когда образовалась эпоха Путинская. У меня вопрос-уточнение - вы правильно говорите, что нет сформировавшегося политического партийного мышления. Тогда каким же замечательным умом все выборы почти уже всех уровней деперсонифицировались, стали партийно-списочными? Почему именно к партийной системе пришла наша выборная практика?

А.ЦИПКО: Тут очень много причин.

С.БУНТМАН: Это какая-то анти-модернизация тогда.

А.ЦИПКО: Я и говорю, что термин «модернизация» не раскрывает всю уникальность сложности этих проблем. Проблема действительно очень серьезная. На чем был основан уникальный феномен Путина, в конце ельцинской эпохи? Он был гениальный перехватчик – тогда он перехватил у КПРФ идею патриотизма. Я еще тогда говорил Явлинскому и Немцову - что вы не выучите слово «патриотизм» и «государственность»? А он очень точно почувствовал запрос на восстановление государства, «поднять Россию с колен» - был этот запрос, сейчас он уже по-другому воспринимается, в чистом виде не работает, национальное достоинство. И сейчас, на мой взгляд, запрос на справедливость – он тоже может быть взять властью за основу. Но самое главное, на чем был феномен Путина, в конце 90-х - разочарование в 90-х и желание чего-то предсказуемого.

С.БУНТМАН: Делаем перерыв, вернемся в студию через несколько минут.

НОВОСТИ

С.БУНТМАН: Продолжаем программу, продолжаем разговор о том, какая команда, кто персонально, скорее Путин или скорее Медведев, сможет эффективнее привести Россию к более современному состоянию. Куда же нам плыть?

Д.ОРЕШКИН: Мы уже так сконцентрировались на прошлом, что до будущего руки не доходят, и до модернизации тоже. Попробуем с прошлым завершить. В конце 90-х в России была неудовлетворительная, но движущаяся в правильном направлении система политической конкуренции. Были сильные партии, коммунисты представляли из себя самостоятельную силу, с которой приходилось считаться. Была партия губернаторов «Отечество - вся Россия», которая была очень сильным конкурентом для партии, которая называлась «Единство», и они очень сильно конкурировали. Относительно честно считались голоса и получались результаты не те, которые хотелось власти. Парламент был местом для дискуссий, парламент имел возможность принимать или не принимать бюджет, имел возможность отправлять в отставку премьера, даже если этот премьер нравился президенту. Правильно он это делал, или нет, - это было дело его, парламента. Был вполне себе серьезным Совет Федерации, где были представлены интересы российских земель, и где эти земли могли президента тоже достаточно сильно нагибать – настолько, что президент по этому поводу сильно дергался.

Но это все, естественно, сопровождалось очень тяжелыми издержками – действительно, был шок 90-х гг., - правильно. И люди искали альтернативы. И Путин им эту альтернативу показал, сказал, что в стране разгул преступности, разгул олигархов, что надо собрать все в единую Россию, единую руку, и тогда мы наведем порядок. И люди ему поверили, и это было логично в ту пору.

Прошло 10 лет. Мы наблюдаем, что получается, чтобы не быть голословным, я процитирую высказывание из первого обращения тогда молодого президента Путина , 8 июня 2000 г. к Федеральному Собранию. Он говорит: «Основными препятствиями экономического роста являются высокие налоги, произвол чиновников, разгул криминала». Прошло 10 лет, налоги Путинская власть повышает, то есть, мы видим, как сейчас социальные выплаты, страховые выплаты с бизнеса повышают - хотели до 36%, Медведев потребовал, чтобы не больше 30.

Произвол чиновников, естественно, вырос - потому что и количество чиновников увеличилось на 800 тысяч человек, почти вдвое их стало больше, чем было в СССР, а теперь в одной России. Разгул криминала позволю себе не комментировать. Естественно, выросла и коррупция, что вполне логично, потому что нет конкуренции.

Тот же президент Медведев говорит, что триллион у нас разворовывается на госзакупках. Госзакупки проводит правительство, то есть, это зона ответственности Путина. Триллион это в сумме как раз столько. Сколько наш госбюджет тратит на три социальных статьи расходов - здравоохранение, образование и социальная политика.

Дыра в бюджете в триллион рублей только на госзакупках, и власть, сильная, которую обещал Путин, вместо того, чтобы заткнуть эту дыру, пытается увеличить налоговый пресс на предпринимателей – чего Путин обещал не делать, обещая наоборот, понижая налоги. С тем, чтобы собрание с такими муками эти налоги потом были разворованы бюрократией.

То есть, та модель, которая построена, где парламент не место для дискуссий, где телевидение принадлежит людям, которые входят в непосредственное личное окружение Путина, где Совет Федерации представляет собой сборище лоббистов, а не представителей территорий, где выборы дискредитированы, а политические партии играют «понарошку», - весь этот механизм немодернизируем в принципе, он, на самом деле, построен, как теперь выяснилось, на вполне осознанном обмане.

Потому что обществу говорили, что мы создадим сильное государство для того, чтобы обуздать бандитов, а на самом деле, как выяснилось, это государство создалось для того, чтобы отстаивать свои собственные интересы - государства как бюрократической корпорации, которая села, свесив ножки на растущую экономику, и прекрасно себя чувствует, при этом объективно ухудшая экономические условия нашего существования.

Начнем с того, что в «нулевые» годы, когда Путин пришел к власти, в нашем бюджете менее трети составляли доходы от нефтегазового экспорта. А сейчас они приблизились к половине. Если нефть, не дай бог, рухнет, то у нас бюджет будет наполовину голый - этого не могло быть даже в 1999 г., потому что все-таки развивались альтернативные источники поддержки экономики.

С.БУНТМАН: Сможет ли какая-нибудь команда, выходящая из описанного вами кулака, исправить положение?

Д.ОРЕШКИН: Совершенно не уверен. Потому что я не знаю, кто такой Медведев, он себя не показал. Мне, как избирателю, предлагают пообедать, а в меню два блюда - каша гречневая и каша пшенная.

С.БУНТМАН: Вам не предлагают два блюда. Вам скажут: через некоторое время мы решим, какое блюдо вам подходит.

Д.ОРЕШКИН: Правильно. Но пока мы как-то можем повлиять на ситуацию.

С.БУНТМАН: Мы можем только рассуждать, каким будет блюдо.

Д.ОРЕШКИН: Поэтому вопрос, который вы поставили, мне не нравится. Я не могу говорить, что Медведев обеспечит эту самую модернизацию. Я уверен, что Путин не может ее обеспечить - просто потому, что он слишком сильно зависит.

С.БУНТМАН: Мне тоже вопрос не нравится, но не больше, чем сама ситуация.

Д.ОРЕШКИН: Можно и так сформулировать.

А.ЦИПКО: Должен быть более объективный анализ «нулевых», - прежде всего, по поводу бюджета. Проблема, сколько формируется в бюджете от цены на нефть зависит не только от цены на нефть, а от законодательства. Как вы помните, Путин обещал, и добился, кстати, с большим трудом, самого главного – того, чтобы природная рента все-таки изымалась в пользу общества. Думаю, что с точки зрения экономической был сделан великий прорыв законами 2002-2003 гг., когда был введен налог на полезные ископаемые и тогда только появилась возможность у государства брать налоги в зависимости от цены на нефть, то есть, тогда тарифы на прокачку…

Д.ОРЕШКИН: Только одна поправка – это сделал не Путин, а Касьянов – он был тогда главой правительства.

А.ЦИПКО: Неважно.

Д.ОРЕШКИН: Нет, важно.

А.ЦИПКО: Тем не менее, забывать это нельзя. Потому что качественная разница, что впервые за 20 лет нам, обществу, и надо быть честным и объективным, что это было под руководством Путина, мы добились того, что практически в 3-4 раза в бюджет начало поступать больше денег от продажи нефти. Трагедия 90-х состояла с том, хотя цена на нефть была ниже, что практически не было законодательства, позволяющего изымать природную ренту. Тогда практически все наши природные богатства оставались в руках олигархов. Это, на мой взгляд, великое достижение.

Второе – это вопрос спорный, - да, телевидение это рука государства. Но, по моему убеждению, ничего не было лучшего в тот период. Я прекрасно помню, все-таки на телевидение присутствую 20 лет, когда Первый канал курировал Березовский, Четвертый и Шестой - Гусинский. Тогда телевидение находилось в руках частных лиц, и осмелюсь сказать, которые очень часто использовали телевидение отнюдь не для национальных государственных целей.

С.БУНТМАН: Зато хоть выбор был.

Д.ОРЕШКИН: Телевидение тогда было интереснее, чем сейчас?

А.ЦИПКО: Кроме «интереснее» есть еще серьезная вещь - когда идут солдаты в Чечню, и когда телевидение стреляет в спину своим солдатам и практически защищает интересы тогда Дудаева? Конечно, плохо. Я согласен, когда телевидение целиком формируется указаниями сверху, но еще хуже, когда телевидение находится в руках людей, которые не любят свое государство и используют телевидение для борьбы с собственным государством.

Третье – надо быть объективным - коррупция. Несомненно, Путин ничего не сделал для борьбы с ней.

Д.ОРЕШКИН: Наоборот, укрепил.

А.ЦИПКО: Это типичные уловки антипутинского проекта. Я не хочу быть его защитником, но я все-таки ученый, я прекрасно понимаю, что механизмы коррупции когда сложились? Сложились именно в период 1993-1995 гг. - кстати, после растерла Белого Дома. Вы помните, каким образом формировалась власть Ельцина? Она формировалась тогда на системе компроматов - как держал Ельцин того же Скуратова? Хорошо тогда сказал руководитель «Альфа-Банка» Фридман: «Мы жили в обществе, где нам давали возможность воровать, но зато нам давали возможность ничего не говорить».

Д.ОРЕШКИН: А что сейчас поменялось? Только ухудшилось.

А.ЦИПКО: В том-то и дело. Но скажите, что механизмы сформировались уже тогда. Тем не менее, Путину, при всем этом, удалось решить проблемы, о которой даже не думала команда Ельцина - более или менее на мировой арене Россия начала выступать как независимый субъект. Не всегда удачно, и так далее, кстати, это для населения, русского самосознания, было чрезвычайно важно.

Была все-таки проведена вторая чеченская война. Благодаря Путину образовалась неустойчивая, но все-таки формальная целостность России, - неустойчива, потому что мы имеем события… Будьте объективны, соотносите «нулевые» с девяностыми и с реальными возможностями, и тогда я с вами соглашусь.

Д.ОРЕШКИН: Я тоже соглашусь, если мы вернемся к тому, что до 2005 г. это было нормально.

А.ЦИПКО: Все намного противоречивее – это сделал, это пытался сделать, это вообще не понимал, как сделать. На мой взгляд, другая проблема очень серьезная, это мои личные претензии и к Путину и к Медведеву – они не смотрят на страшную проблему роста наркомании в стране. Я обратил внимание, - не хочу критиковать Медведева, но я посмотрел, помните встречи сначала Путина с населением? Почему-то никогда не было вопроса о наркомании, только последний раз этот вопрос был поставлен.

Д.ОРЕШКИН: Вы не догадываетесь, почему?

А.ЦИПКО: Потому что не готово общество.

Д.ОРЕШКИН: Потому что не разрешили этот вопрос задавать из зала.

А.ЦИПКО: Это другое дело. Но Медведев здесь тоже не лучший.

Д.ОРЕШКИН: Это вопрос спорный – я действительно не готов утверждать, что Медведев лучший.

А.ЦИПКО: Это серьезная проблема. Кстати, поэтому – я был в Екатеринбурге на региональном собрании «Единой Росси», мне было интересно посмотреть настроение. Конечно, есть срежиссированное, как всегда, а потом, благодаря российскому «Народному фронту» появились независимые предприниматели. И я тут же увидел, чего мы в Москве не понимаем – то, на чем вырос тогда гуттаперчевый Путин, устойчивый, вот этот страх перед переменами…

Д.ОРЕШКИН: Не гуттаперчевый - тефлоновый.

А.ЦИПКО: Да, страх перед переменами и желание если не предсказуемости, то какой-то определенности, сохранилось.

Д.ОРЕШКИН: Это нормально.

А.ЦИПКО: Нормально.

С.БУНТМАН: Давайте вернемся. Перед нами перспектива шести лет. Скажите, остается команда, персонифицированная Путиным, или команда с намеком на Медведева? На что стоит, на что эффективнее или оптимальнее решиться России?

Д.ОРЕШКИН: Здесь наши расхождения с Александром Сергеевичем в оценочном подходе на самом деле - нравится или не нравится. Мне кажется, что еще 6 лет Путина это для России непозволительно. Это значит еще 6 лет того застоя в стране, которая нуждается не то, чтобы в модернизации, а просто в возвращении к тому, что эти ребята на Селигере называли «нормальными условиями», когда власть дала команду – ее выполнили. Ведь новая сильная Путинская власть дает команды, а их не выполняют. Он обещает сделать рубль региональной валютной, которая будет обеспечивать убежище и являться тихой гаванью, а рубль отказывается это делать. И масса других примеров, которые не хочу сейчас приводить.

То есть, в моей системе ценностей Россия созревает для очередного цикла перемен. Согласен, что после тяжелых 90-х стране нужна была передышка, стране нужно было собраться, вернуться к прежним ценностям - просто потому, что быстро жизнь не меняется. Всегда после революций бывает период реставрации, реакции и чего-то еще такого.

Этот период, как мне кажется, сейчас должен завершиться. И мне кажется, что у общества созрела претензия на то, что что-то должно поменяться – мы уже наелись за 10 лет Путинской стабильностью. Александр Сергеевич, как человек немножко старший и мудрый, может быть, отстаивает идею стабильности - ему нравится стабильность, он говорит «как бы не было хуже», - в общем, это мудрый подход, потому что хуже может быть.

Но мне кажется, что на это есть хорошая ваша украинская пословица…

А.ЦИПКО: Одесса это не Украина, мой дорогой. Попробуйте сказать это одесситу.

Д.ОРЕШКИН: Мне кажется, что нужно меняться. Потому что иначе мы придем к тому же самому территориальному развалу, потому что ситуация просто катастрофическая: 3,9 триллиона рублей хотят закачать в Северный Кавказ для того, чтобы обеспечить там стабильность. Эти деньги в значительной части будут разворованы тамошним чиновничеством. Они на эти деньги купят дорогие автомобили, на этих дорогих автомобилях их дети приедут в Москву и будут на них кататься и давить местных ребят. И будет развиваться то, что называют национальной ненавистью, - потому что в принципе не может существовать нормальное государство на толстом слое коррупции, на который его поставил 2коллективный Путин» сейчас. Потому что не будет коррупции, не будет лояльности региональных элит – нынче она покупается за право воровать. Там Фридману разрешили воровать? - а сейчас каждый губернатор имеет право жульничать и крышевать свой бизнес, взамен генерируя лояльность.

Вы очень не любите 90-е – вы имеете на это право. Народ не любит Чубайса, и имеет на это право. Но есть объективный итог. Есть противник –Чубайса, государственник - Юрий Лужков. По странному стечению обстоятельств он, приватизировав власть в Москве, сделал свою семью миллиардером, то есть, там состояние от 3 до 5 миллиардов долларов, Чубайс – скромный миллионер. То есть, на самом деле приватизация государственного аппарата гораздо более выигрышный бизнес, чем приватизация собственности. Потому что если ты в наших условиях контролируешь государство и крышуешь этот бизнес, ты со всех бизнесов стрижешь мзду. Как г-жа Батурина стала миллиардершей, вопрос. Но как раз там самая риторика, которую вы сейчас излагаете – ее очень убедительно излагал Лужков, государственник, основатель «Единой России», который был принят Путиным в основатели этой России. И, в конце концов, мы пришли к тому, к чему пришли – пахнет коррупцией очень сильно, и не только со стороны Лужкова.

А.ЦИПКО: Когда начинают сравнивать деньги Чубайса с деньгами Батуриной, это дешевка.

Д.ОРЕШКИН: Это не дешевка, это принципиальная позиция. Приватизация государства – лучшая форма бизнеса.

А.ЦИПКО: Давайте говорить уже серьезно.

Д.ОРЕШКИН: Я стараюсь говорить серьезно.

А.ЦИПКО: Я ничего лично против Чубайса не имею – он вырос из иллюзии.

Д.ОРЕШКИН: Давайте не про Чубайса говорить.

А.ЦИПКО: Но вы же начали.

Д.ОРЕШКИН: Я говорил про Лужкова и про государство, которое построено такими людьми - он тоже его строил на о отрицании 90-х.

А.ЦИПКО: Это тоже дешевка.

С.БУНТМАН: Запускаю голосование и ставлю вопрос - кто эффективнее приведет в современное состояние Россию – скорее Медведев или скорее Путин. Если скорее Медведев - 660-06-64, если скорее Путин - 660-06-65.

А.ЦИПКО: На чем была построена философия и все действия 90-х? На принципе веры в то, что частный бизнес может сменить государство и частный бизнес в состоянии сформулировать национальные интересы, их защищать и провести. К сожалению, это была утопия, и факты говорят о том, что сам по себе частный бизнес решает собственные проблемы, но не решает государственные, и, к сожалению, мы живем в стране, где без ручного управления и попыток государства соединить интересы бизнеса, укротить эти интересы – например, по поводу природной ренты, - ничего невозможно сделать. Поэтому здесь проблема очень серьезная – как, с одной стороны, все-таки мы перешли к рынку - сохранить условия для действий рынка, для состязательности, с другой стороны, чтобы учитывались интересы – эта проблема существует, и она должна быть решена. Если она не будет решена, то нас ожидает худшее - растет социальное недовольство с социальным расслоением, и факт состоит в том – я никого не обвиняют - что наш тип приватизации привел к безумному расколу с точки зрения благосостояния людей.

И последнее – я не связываю особых иллюзий, я действительно убежден, и считаю, что для России важно, - кстати, на эти 6 лет я категорически, и это проблема, чтобы пришел Путин, чтобы он сохранил, как вы точно сказали, что мне нужно – возможность для серьезных перемен. Потому что я боюсь, что смена власти, какие-то радикальные революционные события именно сейчас могут разломать то, что было. Только для этого – сохранить возможность для перемен, для реальных действий, направленных на создание нормальной жизни.

Д.ОРЕШКИН: У меня простая логика – то, что делал Путин в течение последних 5 лет, как минимум, не дает оснований думать, что он за 6 лет сохранит какие-то возможности перемен. Он только наоборот концентрирует власть в своих руках и использует для того, чтобы эта власть осталась в руках его корпорации, новых Путинских олигархов – будь то Чемизов, Якунин, кто угодно другой, кто торгует нефтью, будь то тот же самый «Гунвор», кооператив «Озеро». Поэтому надеяться на то, что Путин есть инновационный потенциал России, оснований нет.

Что касается частного бизнеса, то за «лихие 90-е» он провел, как минимум, 5 инновационных революций в стране – компьютеризация, интернетизация, массовая телефонизация, массовая автомобилизация и революция в строительных технологиях – мог бы и дальше перечислять какие технологические революции провел Путин в «нулевые» годы? Ни одной.

С.БУНТМАН: На этом мы завершаем. 85,4% считают, что скорее Медведев эффективнее проведет приведение в современный вид Россию, 14,6% - что скорее Путин. Спасибо вам большое.

[Друг истины и Платона]

Я разачарован Орешкиным. И ещё его называют одним из лучших аналитиков страны. Да я бы от этого Ципко камня на камне не оставил. Чьи интересы защищает Ципко, только свои собственные и Орешкин был обязан это доказать. Ципко переполнил личной обидой к Ельцину вот и всё чем можно обьяснить его линию.
Я и по существу могу сказать. Я уже отвечал в "Своей колее" о природной ренте. Ципко утверждает, что благодаря Путину она стала изыматься в пользу общества. Так в том и дело, что благодаря Путину она и потекла в карманы олигархов. Об этом и свидетельствует факт гигансткого имущественного расслоения в эпоху Путина.
Ну и по поводу вывода Ципко о том, что журналисты вели пропаганду против интересов государства. Ведь здесь дело в том, что понимать под интересами государства. То что под этим понимает Ципко я интересами государства не считаю. Это интересы Ципко и тех от имени, которых он вещает.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.kommersant.ru/doc/1689497
http://www.kommersant.ru/content/pics/logo/ogoniok.gif
Журнал "Огонёк", №31 (5190), 08.08.2011



Дмитрий Орешкин оценивает, с каким багажом власть и оппозиция идут на выборы
http://www.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/2011/031/KMO_085447_04187_1_t206.jpg
Федеральный центр решает проблемы Кавказа просто — деньгами. И танцующий среди купюр глава Чечни — своего рода символ такой политики. У избирателей ни этот символ, ни эта политика симпатий не вызывает
Фото: ИТАР-ТАСС

Дмитрий Орешкин

С какими очевидными настроениями и тайными надеждами входят в предвыборную кампанию конкурирующие в российской политике группы

В конкурентном и свободном обществе проблемы рождаются, обсуждаются и более или менее удачно решаются по мере поступления. В авторитарном обществе, где начальство всегда право и горизонт безоблачен, они тайно накапливаются, как скелеты в шкафу. Пока шкаф не раздуется до размеров всего жилого помещения. Тогда скелеты вываливаются всем скопом и мало уже никому не кажется.

Поэтому нормальные общества все время переживают какой-то кризис — то у них утечка мозгов, то экологическая катастрофа, то глобальное потепление, то СПИД, то долговые обязательства. И все время ищут какие-то противоядия. А ненормальные молчат-молчат (ибо благоденствуют), а потом вдруг так выскажутся, что лучше бы и не надо. Тут вам и Ливия, и Сирия, и бывший СССР, и Египет.

Россия, к счастью, на этой шкале где-то посредине. Начальство по-прежнему право, горизонт по-прежнему безоблачен, страна поднимается с колен и дает отпор. Но, с другой стороны, отдельным клеветникам все-таки удается отравить здоровую созидательную атмосферу сообщениями о системной коррупции, тотальной сырьевой зависимости и фальсификациях на выборах. Благодаря чему нынешняя номенклатура лишена возможности благополучно складировать скелеты в течение трех поколений. Всего 11 лет прошло, а из шкафа уже бодрый костяной перестук.

Возможно, это к осознанным переменам?

Лукашенко, который у власти в полтора раза дольше Путина, запретил песню Виктора Цоя "Мы ждем перемен". Значит, дозрел. У нас есть шанс остановиться раньше. Хотя бы потому что разные люди и разные социальные группы, в отличие от белорусов, видят свои проблемы очень по-разному. У них другая стадия: проблема уже одна-одинешенька и все отлично знают, как ее зовут. По крайней мере, так им кажется. В России, слава богу, такой концентрированной ясности еще не достигли.

Прежде всего у нас так и не удалось учредить полного единодушия и восторга в элитах. Значит, до последней степени маразма, когда правителя приходится кончать табакеркой в висок или из нагана в подвале, мы все-таки не опустимся. А раз так, к грядущим электоральным событиям (назовем их выборами) властные группы непременно подойдут с конкурирующими повестками дня.

И не следует обижать реальность, утверждая, что все они одним миром мазаны. Это сильное пропагандистское упрощение в привычном восточном стиле. На самом деле даже в СССР система была хоть однопартийной, но многоподъездной. Вследствие чего развал СССР и могучее скелетное дефиле состоялись без гражданской войны. Хотя желающие были.

Сегодня конкурируют не подъезды в здании ЦК (и, соответственно, его отделы), а гораздо более оформленные и самостоятельные политические структуры, хотя им очевидно далеко до настоящих политических партий, какие столетиями формировались в Западной Европе и США. Но в чем, собственно, предмет толковища? Что сегодня у наших достойных претендентов на кону?

В прошлом электоральном цикле главные социальные группы были в основном довольны. Все счастливые семьи, как справедливо заметил зеркало русской революции, одинаковы. Но если они несчастны (а дело под скелетный стук понемногу идет к этому), каждая, понятно, злится по-своему.

Национал-патриоты, недавно ублаготворенные тем, как решительно Путин вернул Северный Кавказ под державную руку, сегодня все активнее протестуют: откуда в державе и ее столице завелось столько кавказцев?! Прямо не знаю, что ответить. Действительно, откуда?

Число любителей решать сложные проблемы простыми методами ("дай по сопатке, чтоб с копыт улетел") за 10 лет заведомо не уменьшилось. Тому порукой наше патриотическое воспитание. Слегка постаревшие профессиональные патриоты, которые собирали голоса на призывах не отдать Чечню Западу, ныне столь же деловито строят кампанию на призывах гнать чеченцев подальше. Несомненно, они соберут свое привычное число голосов. А может, даже больше: агрессия входит в моду. Проблема в том, что для данной категории граждан нынешняя власть кажется уже недостаточно крутой. Отсюда и мягкий зондаж общественного мнения на Селигере: а не принять ли нам в обширное лоно братский югоосетинский народ?

Чтобы в Москве стало еще больше безработных кавказцев с пистолетом под мышкой, а западные политики призвали к бойкоту сочинской Олимпиады — как после ввода ограниченного контингента советских войск в Афганистан?

Так или иначе, проблема межнациональных отношений и государственной цельности, вывернувшись наизнанку, опять возвращается в повестку дня. И ее придется проговаривать. Тогда — "хрен вам, а не суверенитет", сейчас — "да шли бы вы куда подальше". Преемственность сохраняется лишь в бодрой готовности мочить в сортире. Богатая тема для предвыборной агитации.

Отсюда рукой подать до экономики. Минрегионразвития сверстал программу подъема Северного Кавказа общей стоимостью 3,9 трлн рублей. Это дьявольски много. Представьте 5-тысячную купюру. Сто таких купюр — полмиллиона рублей — пачка примерно 1 см толщиной. Миллион — 2 см. Миллиард — 20 м. Триллион — 20 км. Итого кавказская смета укладывается в плотную стопку самых крупных российских дензнаков высотой в 78 км. Если аккуратно расстелить, хватит как раз от Черного моря до Каспия.
http://www.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/2011/031/KMO_085447_04188_1_t207.jpg
Социальная справедливость — традиционный козырь коммунистов. Геннадий Зюганов использует его в каждой избирательной кампании
Фото: ИТАР-ТАСС
Вопрос: стоит ли мостить деньгами Северный Кавказ, если на приличную дорогу от Москвы до Питера до сих пор не наскребли? Километр хорошей автотрассы в Китае стоит миллион долларов. У нас, допустим, в 10 раз дороже. Грубо — 300 млн рублей. Все равно в пересчете на триллионы получается свыше 10 тысяч верст автобана в несколько полос шириной. Что решило бы вечную проблему отечественного бездорожья.

Вопрос есть, а ответа нет. Надо отметить возражение Минфина, который сказал святую правду: таких денег в бюджете все равно нет и не будет. Стало быть, и спорить не о чем? Напротив. Такие или не такие, деньги найдутся. И все равно придется делать выбор — вкладывать их в Чечню или в Псковскую, Ивановскую либо Ярославскую область. Скелет, который называется "определение территориальных приоритетов", только тихонько поскребся в своем шкафу, а уже мороз по коже. Десятилетиями проблема принадлежала исключительно власти: как она решит, так и правильно. Все одно дело казенное. Но сейчас-то не так! Деньги как бы наши, из налогов. Депутаты, которые принимают бюджет, тоже как бы наши. Мы их как бы выбираем. Так почему же ресурсы мощным потоком идут туда, если здесь самим не хватает? Тем более часть непременно разворуют (у нас, впрочем, тоже); но из разворованного еще кое-что уйдет боевикам... Это правильно или нет?

Куда как тема для предвыборных размышлений и расстройств. Хочешь держать кавказские земли — плати. А наши, значит, пока потерпят. Чай, не впервой. Не в последнюю очередь по этой причине страна мучается хроническим бездорожьем.

Модернизация против стабилизации — еще один источник беспокойств. Это только на плакате модернизация кругом хороша. На самом деле нет, вовсе не кругом. Повышение конкуренции, снижение энерго-, ресурсо- и трудоемкости хорошо только для тех, кто гонку выигрывает. А для тех, кто проигрывает? Если вас уволили в рамках борьбы за производительность труда и снижение трудоемкости — вам такая модернизация как?

Примерно в таком разрезе воспринимает разговоры президента Медведева и большая часть номенклатурного класса. Конечно, они всей прогрессивной душой за. Но не в ущерб же собственным интересам, верно? Ситуация так устроена, что требует ручного управления. В том числе на Кавказе. Там даже в первую очередь. Чтобы управление было надежным и эффективным (эффективность здесь понимается как лояльность), механизм (руки то есть) должен быть обильно смазан. Вам понятно?

Короче, коррупция как необходимая деталь государственного аппарата. Она, как и модернизация,— отличная тема для благонамеренных разговоров. Но взяться за что-то реальное — значит нанести ущерб интересам той бюрократии и номенклатуре, которая тебя вознесла и опекает. Попробуй ущеми — получишь на выборах такую цифру, что страшно подумать.

Социальная справедливость — тоже крепкий предвыборный конек. Увесистый товарищ Зюганов уж лет 20 на нем ездит-ездит, а тому все нипочем. Тут вот какая история. Выдающийся русский (впрочем, скорее американский) социолог Питирим Сорокин на эмпирическом материале более полувека назад показал, что справедливость такая хитрая штука, которой если слишком мало, то, конечно, плохо. Но если слишком много — еще хуже.

У него получилось, что если доходы 20 процентов самых богатых в 15 раз и более превышают доходы 20 процентов самых бедных, то быстро растет риск социальных конфликтов. Однако если доходы бедных и богатых слишком выравниваются и разница становится менее 5 раз, то останавливается экономическое развитие. Людям с квалификацией, амбициями и лидерскими задатками неинтересно расходовать себя, не получая взамен отчетливого преимущества в материальном статусе. Так уж они, эти люди, на практике устроены. Это не нравственная теория, а плод сопоставления конкретных экономических показателей. Ирония заключается в том, что в России средний показатель имущественного расслоения колеблется, по разным расчетам, от 14 до 17 раз. А в Белоруссии как раз около 5. Россия, значит, по Сорокину, гуляет по грани социального конфликта, а Белоруссия — по грани экономической стагнации. Которая, преломившись через падение валютного курса, приводит к обнищанию населения и опять же к накоплению взрывоопасного социального материала.

Все вроде при деле. Но зарплаты стабильно маленькие, и охотников выделиться на среднем фоне власть не приветствует. Соответственно, экономических чудес тоже не наблюдается. Застой. Российские коммунисты, всегда встречавшие имя Александра Лукашенко бурными, продолжительными аплодисментами, тоскуют: неужели Батька пойдет на приватизацию?!

Вообще говоря, задача заключается в том, чтобы удержать показатель разрыва в доходах где-то в рамках рационального интервала от 5 до 15. В отечественных условиях проблема осложняется тем, что самые высокие доходы сегодня все чаще не зарабатываются, а формируются внеэкономическим коррупционным путем. Коммунисты сильно отстали от жизни, проклиная богатых буржуев. Наша крупная бюрократия сегодня в среднем имеет больше. Рублевка на 3/4 заселена номенклатурой. Просто ее доходы целиком теневые и потому благополучно минуют разного рода скандальные рейтинги в "Форбсе".

Но даже при этом реальное экономическое разочарование, вопреки уравнительским мечтам, сильнее и опаснее в справедливой Белоруссии, чем в несправедливой России. Еще бы, если стоимость ваших накоплений в валютном эквиваленте упала вдвое, вряд ли вы будете аплодировать. Тем не менее кичливое богатство одних при безнадежной бедности других открывает в России широкое поле для коммунистической риторики. Без этого на выборах мы точно не обойдемся.

Еще на публичное обозрение по необходимости выходит такая странная вещь, как человеческие амбиции. Властная корпорация решила проучить Сергея Миронова за то, что всерьез принял себя за политическую величину и позволил критиковать "Единую Россию". Поучительную порку ему! По неписаному корпоративному кодексу ему бы надлежало раскаяться, высоко оценить принципиальную критику товарищей и принять новое назначение в провинцию. Но он не захотел. И это, конечно, вызывает к нему нормальное человеческое уважение. Решил сопротивляться. Рассказал многое из того, что знает про политическую кухню своей удачливой номенклатурной соперницы Валентины Матвиенко. Раскрыл на ее частном примере, что значат выборы в исполнении нынешней электоральной администрации. Успел выступить за выборность Совета Федерации...

Странно, но почти в унисон Миронову высказалась и вице-спикер Госдумы госпожа Слиска, демонстративно сдвинутая в тень более удачливым покорителем бюрократической вертикали господином Володиным. Ни с того ни с сего госпожа вице-спикер возьми да и осуди обратную посадку Платона Лебедева в связи с утратой им казенных тапочек. Вот уж мало кто ожидал! Зато все наблюдатели хором сделали вывод, что госпожа Слиска уходит из политики. И они, конечно, правы — уходит. Если Володин, с которым они конфликтуют еще с саратовских времен, идет круто вверх, значит, ей остается круто вниз. Тут можно и насчет Лебедева от души высказаться.

Уходит (хотя, конечно, поборется!) и Сергей Миронов. Так уж у нас устроена власть: без поддержки сверху ты не человек, а пустое место. Политический труп, как выражались в большевистскую эпоху.

Одно удивляет. Что же это за политика, если человек, будь то Слиска или Миронов (не последние люди в табели о рангах), позволяет себе сказать правду только на пороге политической смерти? Вообще, кто у нас более живой и теплокровный — отправленный в отставку политический труп, который смеет сказать правду, или холодный и скользкий на ощупь политический живчик, который врет как сивый меринок, мелкотравчато передергивает электоральную статистику и объясняет это себе и другим патриотической нуждой?

А вдруг государству будет полезнее, если оно научится устами высших чиновников говорить правду? Впрочем, мы такого почти не пробовали. Есть ощущение, что эта тема тоже станет одной из ключевых на выборах. Хотя пока еще в неявной форме. На птичьем языке политологии это называется "размывание капитала доверия и утрата легитимности". То есть на выборах-то они победят, нефтяными деньгами загнав все большие и малые скелеты в шкаф еще на пару лет. Но лавров точно не стяжают.

А дальше что будет?

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11392
11 ОКТЯБРЯ 2011 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11392/1318256414.jpg
Михаил Златковский



Если бы доставленная по гласу Угодника Иоасафа в Ставку чудотворная Песчанская икона Божьей Матери, пребывавшая там с 4 октября по 15 декабря 1915 года, осталась в войсках и впредь, а не была удалена остывшими в вере и проникнутыми жидовским материализмом царедворцами, то победа над Германией была бы скорой и несомненной; русский народ не изнурил бы себя в войне до конца, «до полной победы… еврейства над христианством», и русские патриоты уберегли бы Россию от большевиков — уверен товарищ Обер-Прокурора Святейшего Синода князь Н.Д. Жевахов («Воспоминания…», изд-во «Царское дело», СПБ, 2008, стр. 120-121).

Если бы ставленники глобальной закулисы не оклеветали большевиков, настоящих русских патриотов, которые пользовалось единственной привилегией партийца — работать до седьмого пота и первыми вставать из окопа, то Советский Союз и ныне озарял бы народам путь к светлому будущему — уверен лидер КПРФ Г.А. Зюганов.

Здесь, конечно, возможны варианты. Патриотический публицист Павел Краснов более строг к большевикам. Им следовало заставить работать до седьмого пота не себя, а обнаглевшее мужичье, демонстративно не желавшее трудиться на советскую власть.

Если бы по уму, уверен Павел Краснов, то «Сталин должен был «прессануть» осатаневшее быдло с необходимой жестокостью, но на два года ранее… Нужны были и приклад в зубы, и пули, и штык под ребро. Если потребуется, то и пулеметные роты для особо упертых, чтобы промыть мозги свинцом, при необходимости даже вешать мерзавцев вдоль дорог. Потому что быдло понимает только язык силы. Так были бы погублены тысячи, пусть даже десятки, но спасены сотни тысяч. Всего этого Сталин не сделал, а должен, обязан был сделать. По большому счету его за это надо было бы судить за преступное бездействие…»

Короче, если бы Сталин в годы коллективизации вел себя как настоящий патриот (вроде Павла Краснова), а не как либеральный слюнтяй, наподобие Зюганова, в СССР было бы все нормально и посейчас.

Если бы мы называли себя не сырьевым придатком Запада, а, наоборот, Запад технологическим придатком России, уверен публицист В.Т. Третьяков (сборник «Динамика инноваций», Новосибирск, «Тренды», 2011, стр. 235), то возникло бы новое общественное сознание, с энтузиазмом устремленное к будущему. Благодаря каковому сознанию и «использованию оригинальных русских методов управления» в ХХ веке и стали возможны два технологических прорыва России (индустриализация 30-х и ракеты-космос 50-60-х).

Насчет оригинальных методов управления — это, пожалуйста, к Павлу Краснову. Можно, впрочем, и к князю Жевахову — он, как и сам В.Т. Третьяков, гуманист и благую идею ставит превыше грубой материи. Остается пустяк: определиться с идеей. Хорошо, когда она одна, как у В.Т. Третьякова. А ежели больше? Иные, говорят, способны удержать в голове две, три и даже более идей.

Если бы Россия, отравленная европейским ядом за три века романо-германского ига (начиная с раскола и Петра Первого, прорубившего окно куда не надо), сумела сберечь исконный геополитический дух и объединилась в органичный теллурический союз с немцами против талассократов из США и Британии, мы избежали бы двух нелепых исторических ошибок в виде Первой и Второй мировых войн — уверен евразиец А.Г. Дугин. А так вышло черт знает что: родные сухопутные державы мутузят друг друга, хотя единственно верное геополитическое учение указывает, что им бы следовало вместе сражаться с атлантической анакондой…

Тогда все было бы замечательно. Вот вам цена ложной идейной установки! Ах, право, зачем нельзя послать А.Г. Дугина назад в 17-й век, чтобы он там уберег Родину от катастрофы. А заодно исправил бы свою оплошность по части логики: с одной стороны, иго романо-германское, а с другой — Германия нам родной теллурический брат… Впрочем, бог с ним; не следует слишком многого требовать от патриота и евразийца.

Лирическое отступление о выборах 1996 г.

Удивительно, но похожим образом мыслят и носители альтернативной идеологии.

Если бы олигархи в 1996 г. противозаконно не протащили Ельцина в президенты, то победил бы Зюганов, а через четыре года все поняли бы, что это плохо, и выбрали кого-нибудь другого, хорошего. И все тогда пошло бы нормально — уверен демократичный обозреватель «Огонька» Дмитрий Губин. Прогрессивный обозреватель «Новой Газеты» Юлия Латынина думает примерно так же.

Пред мощью аристократов из патриотического лагеря автор теряется и почтительно замолкает, смиренно прижимая треух к засаленному тулупчику. Сами-то мы не местные, откуда нам знать про тайные переломы на исторических путях Родины. Но перед демократической публикой, которая как бы попроще, он все же решается на два скромных замечания. Да-с!

Замечание первое. Зюганов в 1996 г. не проходил и не мог проходить в президенты по чисто техническим причинам. Взять более 50% в первом туре ему было не под силу — те, кто жил в России в середине 90-х, помнят, что коммунисты у масс восторга не вызывали. Как, впрочем, и Ельцин. В первом туре у него было лишь 35.3 процента; у Зюганова — 32.0. Но во втором туре к Ельцину, так или иначе, отходили голоса трех главных аутсайдеров — как на подбор антикоммунистов: А. Лебедь (14.5%), Г. Явлинский (7.3%), В. Жириновский (5.7%). Итого потенциал роста — 27.5 процентов. Для победы Ельцину было достаточно взять чуть более половины из этого резерва. У Зюганова потенциал был в два-три раза меньше.

Противозаконные манипуляции, естественно, тоже имели место, но, если пересчитать в масштабе всей страны, не более чем на три-пять процентов. По той, в частности, причине, что влияние ельцинской администрации на региональные элиты (именно они, а не мифологизированная ГАС «Выборы» — главный приводной ремень электоральной фальсификации) было еще весьма слабым. Особенно в первом туре. Ко второму, когда победитель стал очевиден, республиканские начальники наперегонки кинулись демонстрировать лояльность. Тут, конечно, полилось от души — хотя не очень уже и требовалось.

Но в целом по стране приписок было существенно меньше, чем сегодня, когда масштаб манипуляций в пользу Центра утроился. К тому же их немалая часть (особенно в первом туре) была в пользу Зюганова — в тех регионах, где местную власть контролировали истинные коммунисты-ленинцы. Республики Адыгея, Алтай, Дагестан, Карачаево-Черкесия, Мордовия, Северная Осетия, Чувашия, а также Орловская, Кемеровская области и провинциальные территории так называемого «Красного пояса».

Если сделать отдельный расчет только по республикам, то там в первом туре Зюганов набрал 39.5% против 35.3% у Ельцина — в немалой степени за счет республиканского административного ресурса, который был настроен резко против ненужной ему демократии. Само собой, основной вклад в поддержку Зюганова внесли сельские территории — как самая зависимая от воли местного начальства зона.

Отдельный срез по городам России (они в электоральном поведении гораздо меньше зависят от воли руководства) дает противоположный результат. У Ельцина в городах в первом туре было 57.4%, в то время как у Зюганова 14.9%. Во втором туре горожане предсказуемо прибавили Ельцину значительно больше, чем Зюганову: в итоге стало 76.1% против 19.0%. Между прочим, в городах проживает три четверти российского населения.

Вывод ясен: зона, сильно зависимая от административного ресурса, где наблюдались тогда и наблюдаются сейчас массированные фальсификационные вбросы, в первом туре работала скорее на Зюганова. Во втором, что характерно, стало наоборот. Лишнее подтверждение тому, что республиканские власти вертят электоральными итогами, как хотят, в зависимости от собственной выгоды. В первом туре они ставили на Зюганова; во втором толпой кинулись под побеждающего Ельцина. Естественно, из второго тура благонамеренные обличители «лихих 90-х» и черпают материал для обоснования идеи о якобы украденном у Зюганова президентстве.

Как всегда в стохастических процессах, есть и яркие исключения: в электорально зависимых Калмыкии и Ингушетии избиратель с удивительной монолитностью выступил за Ельцина уже в первом туре. Ничего удивительного: для новых республиканских лидеров К. Илюмжинова и Р. Аушева возвращение коммунистов в Кремль было бы концом карьеры. Отсюда столь массовая и устойчивая (на протяжении целых двух недель) любовь калмыков и ингушей к демократии.

В 1999 г. ингушский избиратель столь же страстно и массово (88%!) полюбил блок «Отечество-Вся Россия», в руководство которого — какое совпадение — в то время входил Р. Аушев. Нелегко узреть здесь диктат Кремля, который в ту пору открыто воевал с ОВР. Скорее уж диктат регионального лидера.

В Дагестане радикальная смена электоральных симпатий произошла быстрее — за две недели, с 16 июня по 3 июля 1996 г. В первом туре Г. Зюганов (при очевидной поддержке местных властей и явных признаках фальсификаций) получил 63.2%, а Б. Ельцин 28.5%. Через две недели у Ельцина (опять при очевидной поддержке местных властей и явных признаках фальсификаций) стало уже 53.1%. У бедного Зюганова — 44.3%.

Товарищи сообразили, что в первом туре поставили не на ту лошадь (конечно, им помогли звонки из Кремля), и со страху крутанули ручку электоральной шарманки назад круче, чем следует. Получилось забавно. Только при чем здесь всенародная поддержка Зюганова и диктат олигархов?

Несложно заметить, что мудрые и гибкие избиратели Дагестана и тогда, и ныне с неизменным единодушием одобряют единственно верный курс той партии, которая в данный момент ближе республиканскому руководству. Вкус у руководства немного переменчив, но тут уж ничего не попишешь. К тому же в последние 12 лет жизнь налаживается: руководству (а значит, и избирателям) с необоримой силой нравится одна и та же партия — «Единая Россия».

Так уж устроена наша политическая практика. Если бы она была устроена иначе, это был бы уже не Дагестан. А, допустим, Ингушетия… В любом случае, точно не Люксембург.

Олигархи, понятно, в 1996 году давили на избирателя через ТВ и другие принадлежащие им СМИ, через песни и танцы бескорыстных мастеров культуры и т.п., и т.д. Но с дистанции никого не снимали, тиражей не арестовывали, нашатырем в глаза не плескали, в тюрьму не сажали и даже допускали до телевизора.

Это длинный и весьма специальный разговор, но суть проста: мифическое президентство Зюганова 1996 г. — аберрация ретроспективного взгляда из путинской эпохи (когда на выборах возможно почти все — как было в СССР и как осталось в Дагестане) на ельцинскую — когда административные ресурсы Центра были куда скромней. Их дефицит приходилось компенсировать олигархическим аутсорсингом. Правильно это или неправильно, и что было бы, если бы этого бы не было — тема для столь ослепительных умов, что автор опять теряется в нерешительности.

Второе. Не совсем понятно, откуда благая уверенность, что гипотетический Зюганов, придя к гипотетической власти в 1996 г., не установил бы, подобно Путину, союз с теми же силовиками и не превратил бы публичную политику в то, чем она сделалась сейчас? Почему бы ему не зафиксировать тот же номенклатурный реванш, только на более раннем и грубом уровне? С опорой на Союз офицеров, на спецслужбистов типа Антюфеева (который был из Прибалтики, а стал из Приднестровья), на полковников и генералов типа Квачкова, Макашова, Алксниса и пр., и др.? Отменить, в конце концов, вообще эти выборы, ибо Родина в опасности! Она, слава богу, у нас в опасности всегда.

С какой стати гипотетический Зюганов непременно должен действовать так, как мыслится демократичному Дм. Губину? Только потому, что так действовал Борис Ельцин, который весной 1996 г. отказал генералу Коржакову с его плодотворной идеей чрезвычайного положения вместо выборов?

Не понимаю. Не зюгановскую потенциальную стратегию не понимаю (тут как раз все более-менее ясно), а стиль мышления свободолюбивых интерпретаторов истории.

Братский спор демократических славян

Ладно, лирическое отступление закончено, возвращаемся к конкретным образцам мышления в стиле «если бы…».

Если бы циничный Чубайс не создал класса олигархов, а по-хорошему отдал власть умному и благородному Явлинскому, у нас была бы настоящая демократия — уверена партия «Яблоко». Ну, что тут скажешь. Крестьянский опыт говорит, что для политики потребны ресурсы. Крестьянская память подсказывает, что «Яблоко» принимало их от щедрой «группы «Мост» В. Гусинского. В союзе с бескорыстным генералом КГБ Ф. Бобковым и святым семейством Лужковых. Каковой конгломерат, конечно, вовсе не был олигархическим — потому что поддерживал «Яблоко»… И вообще Лужков как политический партнер лучше Чубайса, не правда ли?

Если бы у бабушки были яйца, она была бы дедушкой — уверен премьер Путин. Пожалуй, это самое здравое суждение из всех перечисленных.

Если бы в свое время послушали Р.И. Хасбулатова, уверен Р.И. Хасбулатов, все было бы совершенно иначе! И ведь, правда, было бы. Не поспоришь.

Если бы Е.Н. Батурина не была женой мэра, уверен мэр Лужков, ее капитал был бы гораздо больше. Тоже правда: ведь Е.Н. Батурина имела неплохой шанс быть женой премьер-министра.

Такое случилось бы, если бы на выборах 1999 г. вместо путинского «Единства» в союзе с правыми либералами победил антипутинский тандем Примакова-Лужкова в союзе с региональными тяжеловесами типа Шаймиева, Рахимова и Магомедова и перспективой парламентского большинства в коалиции с лево-либералами и коммунистами.

Если бы В.В. Путин не надрывался, как раб на галерах, а мирно занимался бизнесом, контролируя, как и положено скромному подполковнику КГБ, не более трети нефтегазового экспорта России, он тоже был бы куда благополучней. Разве нет?

Если бы Д.А. Медведев имел достаточно решительности и мог в критический момент проявить самостоятельность, то…

…то В.В. Путин не сделал бы его президентом.

Если бы Ельцин не мучился комплексом вины за развал СССР и не хотел видеть на своем месте жесткого лидера, готового решать державные задачи, мы могли бы иметь президентом С. Степашина, С. Кириенко, бог знает кого еще. И кто знает, было бы это лучше или хуже.

Если бы граждане России не западали на дешевую риторику, не писали кипятком от сортирного юмора, думали головой и ходили на выборы…

Если бы тетеньки в избирательных комиссиях не вели себя как верноподданные курицы…

Если бы молодежи не было все по фигу…

Если бы мы умели интересно и четко формулировать свои идеи и доносить их до читателя/избирателя…

Если бы у нас был читатель/избиратель…

…То все было бы по-другому. Конечно.

Поток подобных рассуждений свидетельствует об исчерпанности дискурса. Претензии артикулированы, ответы получены; они признаны неудовлетворительными; еще раз артикулированы… Дискуссия крутится в замкнутом цикле и не нуждается в слушателе. Попытка зацепить аудиторию чем-то свежим кончается либо мордобоем в телестудии (хит сезона), либо новой конспирологической байкой, либо каким-то уж совсем запредельным маразмом вроде организационного, геотектонического или климатического оружия, направленного глобальной закулисой против СССР и России.

Тревожит нарастающий масштаб безумия, которое воспринимается уже как норма — за отсутствием реальной нормы человеческого бытия.

Братский спор демократических славян между собою — частное проявление общего кризиса мысли и слова в путинской России. Воздымая перст с призывом «Покайтесь, нечестивцы!», старожилы «Яблока» напоминают святого столпника о. Федора, прижимающего к чистому сердцу остатки лужковской колбасы. Неинтересная стратегия — что по форме, что по сути. Избиратели хотят новой конкретики и новых идей. Поэтому так популярен А. Навальный — он говорит не о правах, свободах и нравственности, а о конкретных и понятных обитателю путинской России бабках.

Впрочем, на безрыбье декабря 2011 года, возможно, сойдет и по-старому. По крестьянскому разумению, путинская дума с Явлинским все-таки лучше, чем путинская дума без Явлинского. Не за Зюганова же голосовать. Не за Богданова же. Но все равно эти демократические муки — лишь затухающие судороги 90-х, когда в стране еще была жизнь, выборы и будущее.

Так же пресно сводят счеты акыны коммунизма, социализма, национал-патриотизма, антиглобализма, а в последнее время даже развитого центризма-путинизма. Ну, сколько можно обнажать торс, нырять на дно морское и кататься на байке в ответ на реальные экономические и социальные проблемы?

Россия потихоньку подъезжает к социокультурной катастрофе, когда а) не о чем говорить, б) не с кем говорить, в) по умолчанию не нужен язык, на котором можно говорить. Эпоха есть растянутый на 10 лет гимн мычанию. Власть целеустремленно понижала уровень человеческих запросов — и преуспела. Пипл, при всем к нему уважении, хавает то, от чего отвернулся бы десять лет назад. Взрывы на Северном Кавказе (где, слава богу, наведен конституционный порядок) в эмоциональном отношении вызывают не больший отклик, чем сводка погоды: опять кровью дождит. Кто-то кого-то мочит в сортире. Кто? Кого? Зачем? Да какая разница…

Му-у-у!

Они сами не заметили, как деградировали в каждодневном вранье. Придумать путинский нырок за амфорами в дни десятилетнего юбилея гибели подлодки «Курск» могли лишь окончательно разжиженные от отсутствия конкуренции мозги. У любого, в ком сохранилось немного — не совести даже, а хотя бы памяти, при взгляде на амфоры возникает простая ассоциация: «А чего бы ему, с таким рельефным торсом и феноменальной удачливостью не нырнуть десять лет назад к задыхающимся морякам? Вдруг бы вытащил?!»

Но нет. Вместо памяти ТВ-мычание и виртуальный народ, сплоченно поднимающийся с колен. Пустое десятилетие. Нулевые годы.

И охранители, и ниспровергатели, и гордые закоренелой девственностью старые девы от демократии — неинтересны. Даже самим себе. Социокультурное пространство распадается на секты по интересам. Каждый несет свою пургу и в нее же верит. Или, чаще, уже не верит. Нация, которую за ненадобностью живого русского языка объединяет лишь властное мычание, футбол и титьки несостоявшейся шпионки — нация угасающая. Отсюда — по аналогии с Навальным — популярность Дм. Быкова. Он говорит конкретно и на живом языке. И слава богу, а то совсем бы конец.

Эпоха путинского консенсуса выдыхается. Она еще стоит, вертикальная, но внутри пуста. Атмосферное давление падает. Не то, чтобы на горизонте была буря — ей просто неоткуда взяться, но отдельные завихрения неизбежны. Не из широких народных масс (которых нет), а из номенклатурных слоев, которые, скорее всего, попытаются силой удержать или переделить между собой свое владычество над пустыней. Это органично для разжиженной атмосферы, когда наверх поднимается все самое плавучее.

Ничего умного для сохранения власти они придумать давно уже не могут. Значит, будут придумывать глупое. А что может быть глупей и трусливей властного террора, запрета оппозиции и фальсификации выборов?



Графика - Михаил Златковский / zlatkovsky.ru

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11434
28 ОКТЯБРЯ 2011 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11434//1319802862.jpg
РИА Новости

«Пресс-секретарь В. Путина Д. Песков разъяснил, что эпоха Брежнева была для России огромным плюсом, а не минусом».

(Из героического эпоса, отлитого в граните)



Давно это было. Много лун тому назад. Люди тогда играли в бадминтон деревянными ракетками и ходили на деревянных лыжах. Вместо денег были деревянные рубли. За три спуска в Подземный Город — пять алтын, бутылка огненной воды (из дерева, называлась «сучок») — дайте сообразить… да, 73 спуска по два алтына без одной шестой… В 18 раз дешевле нынешнего! Или дороже? Забыл. Эхе-хе… Давно это было. Все предали, все разорили. Самая крупная, батыры, геополитическая катастрофа.

Народ наш был могуч и обилен. Бороздил просторы Вселенной туда-сюда как хотел. Хоть вниз, хоть вверх по течению. Все лесные и полевые, нагорные и побережные племена несли нам ясак. Франция трубами для газопровода (бамбук в тундре не растет, своих труб не было). Индия стиральным порошком, Италия плащами «болонья», Америка жвачкой и стеклянными бусами. Во главе народа стоял смелый и справедливый вождь Лично Л. И. Он повернул воды реки Энисай в степь Дешт-и-Кипчак, покорил улус Чех-и-Словак, заставил их платить дань обувью и журналом «Проблемы мира и социализма». Потом пошел в Афганистан и вернулся с обильным «грузом-двести».

Богато жили. Дома в пять, а то и в девять этажей, как у арабских гостей в Париже. Финская колбаса, растворимый кофе в заказе каждый Новый год. Банка желтым золотом сверкает, серым серебром отдает. Все нам завидовали.

Еще вождь Лично Л.И. дал народу Основной Закон. Из двух Пророчеств. Первое — «Малая Земля». Про то, что будет с нашими пастбищами, озерами и лесами, если шаманы перестанут делать деревянные рубли. Далеко видел! Второе пророчество об аморальном кодексе. Называлось «Целкина». Про храбрую разведчицу, которую предали предатели, а она не сдалась и стала вести телевизионную передачу всем назло.

Вот как было-то! Потому что предков чтили, хорошие жертвы приносили. Приедешь в любой Сарай — у коновязи каменный баба Усталин бен Ленин стоит, вечно живой пращур. Весной в погожий денек подтаскивали к нему юных пионеров — и р-р-раз… Ладно, ладно, не пугайтесь, батыры. Шутка! Теперь-то что. Теперь шаман красную тряпочку на горлышко повязал — и гуляй назад к маминой юрте. Чисто символически, короче… Тоска.

Предкам обидно стало, конечно. Стылого «груза-двести» и то досыта не видят. Голодные стали предки, злые. Собрались на свой подземный курултай. Очередной, ХХIХ, исторический. Что такое, говорят, за народ без национальной идеи и без жертв? Никому не нужен такой народ. Никчемный совсем. Пресный как шведы-немцы.

Постановили принять Комплексную программу подъема с колен КП(ПК) и выйти с ней к людям. На широкую землю, под высокое небо, из-под Красного Камня. Подготовиться к Большой Охоте по семи углам, четырем сторонам. Кто-то устроился в комитет ветеранов, кто-то по старой памяти на Лубянку. Многие в Государственную думу. Самые удачливые в морг санитарами: поближе к натуре. И еще в аппарат правительства.

Так что, батыры, жизнь-то налаживается! Обильно будет и привольно, как у нас было. Предков, главное, не обижайте. И шаманов. Медный Дзержин-башка на место поставьте! И будет вам в лоб огромный плюс, а не минус.



Фотография РИА Новости

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/programs/beseda/828266-echo/
Ведущие:
Анастасия Бацуева
корреспондент "Эхо Москвы"

-Ходорковский говорит, что в стране будет застой, политический кризис и Россию ждет революционная смена власти, поскольку Путин не сможет уйти сам и подготовить реального преемника. Разделяете ли вы это мнение?

-Я согласен с диагнозом господина Ходорковского. Действительно, власть не может слезть с иглы построенной ей вертикали. Просто потому, что пока ты на игле, тебе подчиняются суды, тебе подчиняются избирательные комиссии, тебя боится пресса, ты хозяин и барин. Ты можешь использовать государство, как частную контору, отстаивающую твои интересы. Кого хочешь, можешь посадить, используя правоохранительные органы, кого хочешь, можешь, наоборот, наградить. Но если ты слез с вертикали, ты становишься таким же жалким и беззащитным, как и все остальные рядовые граждане. Примером этого является, например, господин Лужков.

Что же касается перспектив, плана дальнейшего движения России, то здесь я бы с господином Ходорковским поспорил. Он говорит, что перемены будут носить революционный характер. Вообще говоря, похоже на правду, потому что если нет легальных способов сменить правящую когорту людей, то придется делать это нелегальными способами, то есть уличными.

Здесь, мне кажется, есть одна серьезная проблема, значение которой недооценивается сторонниками революционного сценария. В Росси нет демографического потенциала для революции. Все революции последних лет, будь то североафриканские события, будь то молодежные бунты 68-х годов во Франции и в Европе вообще, будь то вообще что-то массовое, всегда опирались на большое количество неустроенных, обреченных на прозябание в будущем человеческих масс. Вот в России этих масс я не наблюдаю. Выходят на улицы сотни, максимум тысячи человек, что для революции заведомо недостаточно. Поэтому если не произойдет перемен, мы скорее будет тихо сползать в болото и конец этой системы власти будет, как выразился поэт, «не вскриком, а всхлипом». Мы просто захлебнемся в этой повседневной серой рутине, из которой невозможно выбраться, потому что законодательно разрешенные права граждан попраны. На них нельзя опереться при взаимодействии общества с властью. Для того, чтобы произошла революция, надо жить не в болоте, а все-таки иметь сухие дрова.

Мне кажется, что недооценивается вариант с расколом в элитах. Элитные граждане информированы лучше рядовых граждан и они понимают, что ситуация идет под гору. Исходя из защиты своих собственных шкурных интересов они будут вынуждены что-то предпринимать. Самый простой вариант – уехать. И это очень популярная идея даже среди тех, кто громко высказывается в пользу путинского режима. Здесь тривиальное расхождение между декларациями и реальными действиями. На уровне деклараций они поддерживают подъем с колен и все остальное, на уроне реальных действий – покупают недвижимость за рубежом, отправляют детей учиться во Францию, Канаду, США, Англию и так далее. Просто для того, чтобы они не попали в армию, которая устроена так, как этим людям нравится, для того, чтобы они стали конкурентоспособными в сложном мире 21-го века.

-Вы говорите, что нет демографического потенциала. Ходорковский говорил, что «у страны осталось не так много времени, пока новое поколение не попробует систему «на зуб». Это неизбежность». Но вы этого нового поколения не видите?

- Его технически нет. Молодежи остро не хватает. Сейчас входят во взрослую жизнь дети, рожденные в середине-начале 90-х, когда была демографическая яма. И этим людям есть куда приложить свои силы. Если не в России, то за ее рубежами. До 40 процентов молодежи всерьез думает о том, как эмигрировать из нашей страны. Так что горючий материал, талантливый, яркий, способный к решительным действиям, будет действовать, но на индивидуальном уровне. Они будут присоединяться к свободному западному миру в индивидуальном порядке, оставляя российское болото у себя за спиной. Это гораздо более реальный процесс. Люди будут голосовать ногами, люди будут голосовать деньгами, которые они выводят из российских активов в зарубежные, понимая, что впереди будущего нет. И собственно говоря, это будет означать дальнейшее истощение России. Все равно от этого надо как-то спасаться. Спасение может быть только в перемене вектора. Вместо возврата в Азиопу, о чем мечтает путинская власть, пытаясь возобновить конфронтацию с западом и наладить контакты с Востоком, возврат в Европу как государства, целиком, или как отдельные, индивидуальные, личности, которые понимают, что здесь им больше ждать нечего.

Чем острее этот понимание, тем больше некоторая часть людей, более-менее ответственных людей с образованием, которые заботятся о своей стране, будут думать о переменах. Могут думать слабо, говорить какие-то слова, как это делает Дмитрий Анатольевич Медведев (этого ведь заведомо недостаточно). Новое поколение, которое все-таки появляется, оно не появляется как массивная когорта активных людей, оно появляется в качестве активных индвидуалов. Так вот эти люди они не только будут уезжать, они будут думать, что все-таки можно сделать с их собственной страной.

Я думаю, что здесь есть недооцененные ресурсы давления на эту власть. Те же самые выборы показывают, что популярность «Единой России» идет вниз. Социологические вопросы показывают, что популярность «Единой России» Путина идет вниз. И этот процесс уже необратим. Чтобы сейчас ни делали власти, даже их правильные шаги будут восприниматься с недоверием и критикой. Это вполне заслуженная плата за 10 лет почивания на лаврах. Так что мне кажется, что критика власти будет обостряться, раскол внутри элитных групп будет усиливаться. И здесь, на самом деле, альтернатива такая – или попытка завинтить гайки и держать власть силовыми методами, как поступает Лукашенко, который практически переводит страну на военное положение и таким образом окончательно лишает ее будущего. Или попытка демократизации сверху, опирающаяся на растущее понимание снизу того, что дальше так жить нельзя.
Собственно говоря, то, что называлось революцией 91-го года, тоже ведь подготовилось не снизу. На самом деле, это произошло в результате раскола элит. Часть элитных людей, в том же самом ЦК КПСС понимала, что нужна перестройка, нужны перемены, другая часть хотела сохранить консервативное устройство. Перемены однозначно означают крушение этого самого нежизнеспособного механизма, что мы и получили в результате событий конца 80-90-х годов. Я думаю, что-то похожее произойдет и в этот раз.

Продвинутые территории, такие как Калининградская область, Москва, Санкт-Петербург демонстрируют самые высокие темпы роста разочарования. Именно в обеих столицах, в Калининграде, который по определению тесно связан с европейскими тенденциями, темп снижения популярность «Единой России» самый высокий. Именно там формируется, нарастает ощущение необходимости перемен. Их попытаются задавить, как всегда делали авторитаристы, задавить за счет более примитивных, зависимых социальных групп. Как Чаушеску пытался с помощью шахтеров разогнать фронду в Бухаресте, так Николай Александрович Романов пытался с помощью казаков нагайками разогнать демонстрации в Петербурге. Так и у нас произойдет, когда Путин попытается силой сохранить власть, ускользающую из его рук в результате того, что города перестают восторгаться его стилем правления. Можно ли это назвать революцией? Я не знаю. Но конфликт неизбежен. И он будет сопровождаться расколом в правящих группах. Я думаю, это произойдет достаточно быстро. Если это и будет революцией, то, скорее всего, революцией сверху. Это уже просто неминуемо.

А вот как люди поддержат эти движения снизу? Наверное, будут и уличные шествия. На самом деле уже сейчас, мне кажется, такой простой вариант, как плохие, никуда не годные, легко и справедливо критикуемые выборы это тоже способ послать власти свою весточку неудовлетворения. Мы уже сейчас видим, как в городах, даже не в самых крупных, «Единая Россия» с трудом набирает 30% голосов. Даже на регулируемых, зависимых избирательных участках, где вроде бы всё контролируется партией власти. Стабильность поддерживается за счет фальсификаций результатов там, где нет наблюдателей: на селе, в Дагестане, в Чечне, где вытягивают явку за 80% и такую же цифру поддержки «Единой России». А вот там, где сконцентрировано больше населения, где оно квалифицированнее, где оно не такое испуганное, где есть пресса, где есть партии, где есть наблюдатели на выборах, там результаты все более и более разочаровывающие. И та же самая власть, понимая, куда идет тенденция, будет вынужден что-то делать. Мы наблюдаем, как это происходит. В три раза повышается довольствие военнослужащим. С одной стороны власть боится, что ей не на кого будет опереться, если люди действительно выйдет на улицу, поэтому силовикам надо платить. С другой стороной, это означает, что у власти остается меньше денег на ее безумные геополитические и какие-то выдуманные, искусственные государственные проекты, а приходится больше заботиться о своем населении. И таким образом население приобретает не только больше материальных благ, но и прав тоже. Потому что обеспеченный человек чувствует себя не таким зависимым не настолько несвободным, как бедный. Этот процесс идет в не зависимости от того, хочет власть этого или не хочет. Чем богаче население, тем сильнее оно уважает себя и увереннее ведет себя в отношениях со властью.

Так что, мне кажется, возможности договориться у населения и власти сохраняются. И все больше людей во власти уже понимают, что с населением нужно договариваться Это означает, что у них остается все меньше ресурсов, чтобы играть в свои державные игры. А это в свою очередь значит, что государство из «государства для себя» помимо своего собственного желания будет превращаться в «государство для народа». И народ будет требовать себе больше прав по управлению этим государством. В частности, люди все яснее понимают, что необходимы честные выборы. Вот на таких не фундаментальных, конкретных бытовых проблемах и будет спотыкаться наша действующая элитная группа в попытках насадить лукашенсковский режим. Да, конечно, они будут пытаться завинтить гайки. Боюсь, или надеюсь, что этого не получится. Потому что свободными людьми помыкать труднее. А свобода граждан, хотим мы это признать или не хотим, она за последние два десятилетия значительно прибавилась. Назад запихать ее в советскую или белорусскую модель будет очень трудно. Без серьезных массовых репрессий, которые лишат элиту шансов свободно чувствовать себя на западе, куда они так стремятся, они решить свои проблемы не смогут. Пачкаться в крови им не хочется, по той самой причине, что у них там и дети, и деньги, и недвижимость. Значит, поскрипят зубами, но будут вынуждены приотпускать вожжи. К чему это приведет, заранее сказать трудно. Но такой однозначный вывод «революция или ничего больше» мне представляется скороспелым. Еще остается возможность решить эти проблемы в легальном поле. И, в общем-то, несмотря на то, что власть ухудшает выборы, давит на СМИ, мы видим, что у нее получается все хуже и хуже.

[Тоталитарная пресса]

http://www.svpressa.ru/politic/article/49994/
17 ноября 2011 года 19:09 | Андрей Полунин

http://www.svpressa.ru/photo/49994.jpg
«Единая Россия» готовит самую грязную и скандальную кампанию за всю историю новейшей России

Избирательная кампания приобретает все более скандальные черты. Последняя «жареная» новость – Центризбирком, он же ЦИК, поставил рекорд: выпустил 2,6 миллиона открепительных удостоверений для голосования. Это на целых 500 тысяч бюллетеней больше, чем пошло в ход на выборах-2007, которые остались в памяти народной, как особо грязные.

Зачем такая прорва открепительных удостоверений, становится ясным из заявления главы тульского отделения «Яблока» Владимира Дорохова. Он утверждает, что в Тульской области силами местных «Наших» распространяется крамольная инструкция голосования. В ней сказано, что в регионе будет сформировано 13 команд по 15 человек. Каждая команда должна будет посетить 10 участков для голосования и на каждом проголосовать – естественно, за «Единую Россию». За участие в «карусели» капитан команды получит 1500 рублей, рядовой боец – 1000 рублей. Чтобы голосовать в «карусели», и нужны открепительные удостоверения. По закону, такое удостоверение у гражданина должны отбирать на избирательном участке, но когда это нужно «Единой России», удостоверение не забирают, и «карусельщик» колесит с ним от урны к урне. Откуда в Туле открепительные удостоверения в нужном количестве – тоже не тайна. Дорохов утверждает, что удостоверения вполне официально берут в местном избиркоме работники муниципальных предприятий. Делают они это по указанию руководства, и тут же руководству полученные удостоверения сдают.

Еще раньше, чем в тихой Туле, «Наши» активизировались в Москве. Как уже сообщала «Свободная пресса», молодежные активисты приглашают сторонников из регионов приехать в Москву на период 4-6 декабря для участия в молодежном форуме. Прогулка бесплатная – билеты и проживание оплачивает Федеральное агентство по делам молодежи. Критерий отбора только один: желающий принять участие в форуме должен быть старше 18 лет, и иметь на руках паспорт и открепительное удостоверение, чтобы проголосовать в Москве. Предполагается собрать таким способом около 36 тысяч любителей халявных путешествий. Чем они будут заниматься в Москве – загадка. Одна из версий «Наших» – пресекать провокации в ходе подсчета голосов и патрулировать улицы на тот случай, если оппозиция возмутится результатом и попробует организовать несанкционированный митинг. Но, спрашивается, что помешает членам московского форума применять свои открепительные удостоверения по «карусельной» схеме тульских соратников?!

Что характерно, Центризбирком поспешил заверить, что не видит проблемы в том, что Москву в день голосования наводнят 36 тысяч юношей и девушек с открепительными удостоверениями. Секретарь ЦИК Николай Конкин заявил, что «молодежная организация вправе проводить съезд в любой день».

Впечатление такое, что «Единая Россия» закусила удила. 15 декабря Дмитрий Медведев на заседании Общественного комитета власти в Якутске призвал партию власти не скупиться на саморекламу. «Насчет рапорта - я иногда, когда мы что-нибудь делаем хорошее, а мы делаем иногда хорошее, чтобы о нас ни говорили и не писали - мне говорят, вы еще раз скажите, а я начинаю стесняться: мы вроде уже все говорили, все уже об этом знают, но чего мы себя опять будем хвалить, любимых. Не знают. Не слышат, поэтому надо чаще рапортовать «Единой России» и вообще всем, кто сейчас занимается реальными делами», - витиевато дал отмашку Медведев.

И – понеслось. Оба дуумвира, кажется, оккупировали прайм-тайм Первого канала и РТР. В промежутки между «рапортами о реальных делах» Путина и Медведева едва вклиниваются куцые новости о том, что творится в остальном мире.

Между тем, реальные дела партии власти выглядят отнюдь не блестяще. Рейтинг «Единой России» падает с пугающей (для верхушки партии) неотвратимостью. «Единороссы» заказали ВЦИОМ закрытый опрос, чтобы узнать настроения избирателей в Северо-Западном федеральном округе, исключая Петербург. Результат оказался шокирующим: «Единая Россия» набирает 35% голосов – это откровенный провал.

На этом фоне «сверхурочные» 500 тысяч рекрутов с открепительными удостоверениями выглядят симптоматично. Они показывают, что «Единая Россия» не согласна на 40% с копейками по стране, которые сулят ей нынешние рейтинги. «Единороссы», как всегда, хотят всего и сразу – большинства в парламенте или даже парламентского большинства. Отсюда и повышенная потребность в молодчиках с открепительными удостоверениями.

На главный вопрос остается открытым: как воспримут сограждане «нарисованные» ЦИКом для партии власти 60% голосов, при реальной поддержке 35%?

Какие выборы ждут Россию, рассуждает политолог Дмитрий Орешкин.

«СП»: – Дмитрий Борисович, как вы оцениваете нынешнюю политическую ситуацию в обществе?

– Популярность «Единой России» снижается. Это фиксируется не столько социологами, сколько официальными данными выборов. В городах, где труднее фальсифицировать результаты, мы видим, что «Единая Россия» набирает на 10-20% меньше, чем в соответствующем субъекте федерации в целом.

Например, возьмем региональные выборы в парламент, которые состоялись в марте 2011 года. В Твери «Единая Россия» набрала 28%, а по Тверской области – почти 40%. Пробегитесь по официальным результатам голосования в марте в городах Тверской области: Торжок, Вышний Волочек, Ржев, – везде «Единая Россия» набрала 27-29%. А в соответствующих сельских территориях – Торжокском, Вышневолоцком, Ржевском районах – 50-65%. Откуда эта разница? Или на селе сильнее любят «Единую Россию», или крепче обеспечение административным ресурсом.

Итак, реальный рейтинг «Единой России» – 30-35%, и это не может не беспокоить власть. Поэтому делается все, чтобы помочь административным ресурсом на местах добиться нужного результата. Добиваются его, конечно, с помощью фальсификаций.

«СП»: – Как конкретно фальсифицируют результаты?

– Способов несколько. Первый – досрочное голосование. Бюджетников заставляют проголосовать на рабочем месте, пугая какими-то карами. Это легче делается в провинции, где нет интернета, прессы, наблюдателей от политических партий, где люди бояться жаловаться, потому что опасаются потерять место работы. Второй способ – открепительные удостоверения: возьми открепительное удостоверение, отдай начальнику, а по этому удостоверению кто-то за тебя потом проголосует, причем неоднократно. Эффективность этой схемы подтверждается фактом, что от выборов к выборам число выданных открепительных удостоверений растет. В 2007 году ЦИК выдал 2,1 миллиона открепительных удостоверений, а в 2003 году – 1,5 миллиона. То есть, к очередному избирательному циклу открепительных талонов становится на полмиллиона больше.

Сейчас выдано 2,6 миллиона открепительных удостоверений. При реальной явке 50% (вряд ли она будет выше) получается, что голосовать будут примерно 50-55 миллионов человек. Если взять из них 2,6 миллиона голосов – выйдет примерно 5%. Понятно, практически все открепительные удостоверения будут использованы в пользу «Единой России», причем не по одному разу. Итак, одни открепительные удостоверения – это плюс 5% (как минимум) «Единой России». Досрочное голосование – это еще плюс 1%.

Третий способ – голосование вне избирательных участков. На мартовских выборах в региональные парламенты 18% избирателей в Тамбовской области проголосовали вне избирательных участков. Такая цифра характерна, скорее, для оленеводческих районов Крайнего Севера, где трудно собрать оленеводов на участках. Теперь Тамбов так себя повел. При этом глава ЦИК господин Чуров, естественно, уверяет, что 18% – это как раз число инвалидов и больных в Тамбовской области. Всех их партия власти охватила, и парадоксальным образом все 18% проголосовали за «Единую Россию». От кампании к кампании число голосовавших вне избирательного участка увеличивается. Это очень удобный способ фальсифиации: человек уходит, условно говоря, с пустой урной в пургу, а возвращается с урной, полной бюллетеней.

Словом, курочка по зернышку клюет. Только за счет досрочного голосования, открепительных удостоверений, и голосования вне избирательных участков – и при отсутствии совести – можно обеспечить до 20% прибавки партии власти. Во всяком случае, в Тамбове обеспечили. В результате, Тамбовская область – единственная из русских регионов – где «Единая Россия» набрала больше 65%.

Правда, другие не набрали. В Кировской области за «Единую Россию» проголосовали 37%, в Тверской – 39,8%, в Нижегородской и Оренбургской – порядка 45%. И это при том, что административный ресурс во всех случаях был использован на полную катушку: ведь политическое будущее любого губернатора напрямую зависит от результатов «Единой России». Например, губернатор Тверской области Дмитрий Зеленин был отправлен в отставку сразу после выборов – «единороссы» у него не набрали даже 40%...

«СП»: – Административный ресурс исчерпаем?

– К несчастью для «Единой России», да. Поскольку у нас три четверти населения живет в городах, фальсифицировать выборы за счет сельских территорий, где живут послушные бабушки, нельзя. Уже сейчас власти выскребли до донышка этот, условно говоря, электорат медвежьих углов. Россия – это все же не Чечня, не Дагестан, не тверская провинция и не Тамбовская область. В большей части российских городов люди ведут себя по-другому.

Так вот, как раз сейчас, чтобы обеспечить «Единой России» хотя бы 50%, придется переводить фальсификационные технологии из провинции в города. А там есть наблюдатели, есть интернет. Вся грязь с выборов тут же попадет в Сеть. В итоге, нужный процент голосов «единороссы» себе обеспечат. Но это будут самые скандальные, самые грязные, самые неприятные для власти и для общества выборы из всех предыдущих. Именно потому, что придется шаромыжничать по городам.

Данные фонда «Общественное мнение» показывают, что чем продвинутее территория, тем меньше на ней поддержка «Единой России». Москва и Петербург – самые благополучные регионы – показывают индекс поддержки «единороссов» в 20-25%. Калининград, где люди тоже все время шастают в Европу – около 20%. В провинциальных городах, где люди менее вовлечены в политическую жизнь – 30-35%. Этого в любом случае мало.

«СП»: – Эти выборы будут легитимными?

– Выборы будут признаны легитимными самой властью. Но они не будут легитимными в глазах общественного мнения. При этом беда вот в чем. Люди и раньше понимали, что выборы у нас не совсем честные. Но они готовы были закрывать на это глаза, потому что ощущали, что жизнь делается лучше. Они как бы говорили: «Какая разница, 52% у Путина или «Единой России», или 67%? Все равно, большинство за Путина, все равно мы его уважаем и любим». Сейчас это отношение осталось в прошлом. Реальное человеческое доверие к власти сильно понижается.

Чтобы «Единая Россия» получила на этом фоне 55% голосов (думаю, о 65% – о конституционном большинстве – речь уже не идет), придется натянуть по всей стране примерно 20%. Это неимоверно сложная задача. Опыт показывает: когда в городах натяжка больше 15%, они начинают упираться, мотать головой и бодаться. Тамбов, например, бодался, но ничего не смог сделать. Но та же Москва – не Тамбов. Здесь живут более организованные люди, есть политические партии, пресса. Соответственно, скандал будет ой-ей-ей какой.

Скорее всего, выборы 4 декабря не будут признаны легитимными международным сообществом. Собственно, уже и предыдущие выборы-2007 ОБСЕ не признала честными и справедливыми. Думаю, и сейчас не признают.

«СП»: – В России возможен белорусский вариант выборов?

– Смотря что считать белорусским вариантом. В Белоруссии выборы давно фальсифицированы. Все это сходило с рук, пока Лукашенко был популярен хотя бы у половины населения. Но после последних выборов реальный рейтинг Лукашенко упал до 20%.

У нас, конечно, будет широкий шаг на этих выборах в сторону Лукашенко. Теоретически «Единая Россия» может честно получить свои 30-35% – по европейским меркам, более чем приличный результат. Но тогда придется выстраивать коалиционные договоренности, тогда нет того беспрекословного подчинения, о котором мечтал Путин, выстраивая вертикаль власти. Вряд ли вертикаль согласится на коалиционный сценарий. Значит, ей придется делать широкий шаг в сторону лукашенковских технологий. Не зря сейчас повышают зарплату силовикам. Нелегитимные режимы в значительной степени зависят от опоры если не на штыки, то на силовые структуры – полицию, спецслужбы. В этом случае политическая альтернатива истребляется: оппозиционеров сажают или изгоняют из страны.

Понятно, что это означает тупик. Но корпоративная модель государства, которую мы имеем, другой логики не предусматривает. Пока ты наверху, тебе все подчиняются, ты владеешь собственностью, диктуешь судам решения, определяешь губернаторам процент, который они должны обеспечить на выборах. Словом, ты – царь и Бог. Но как только слез с вершины – ты слаб и немощен. Любой может отобрать у тебя собственность, никакой закон тебя не защищает, потому что другой забрал все рычаги, и уже он – царь и Бог.

При такой перспективе коридор возможностей у власти сужается, и неизбежно ведет к тому, что называется авторитаризмом. В нашем случае этот авторитаризм будет мягче, чем в Белоруссии, у нас вряд ли будут ломать и сажать оппонентов. Наши чиновники боятся попасть в новый «список Магнитского», потому что у них за рубежом деньги и дети. Но терять власть для них еще страшнее.

«СП»: – Вы говорите, власть боится выборов в городах. Для этого в них прислали прокремлевскую молодежь из провинции?

– Да, конечно. Им объяснили, что оппозиция завралась, она хочет предать идеалы патриотизма. Что они, такие молодые, крепкие, правильные, могут помешать. Тем более, ребята, которые едут в Москву, стоят недорого. Им достаточно купить майки с надписью и заплатить по тысяче рублей, чтобы сходить в «Макдональдс». Москвичей за тысячу не купишь, а этих – за милую душу.

Авторитарные режимы всегда ставят на провинцию, на недостаточно состоятельную, пассивную часть населения, которой они грубо льстят, называя настоящими лидерами. На деле же их используют, чтобы тормозить реально продвинутые территории. В данном случае, нас с вами – Москву, Питер. Из этой логики власть не может вывернуться, поэтому ей придется врать еще в большей степени, с еще более наглым выражением лица.

«СП»: – Как вы думаете, чем это закончится?

– Удушением России. Я абсолютно не верю в разговоры, что оскорбленный народ выйдет на улицы, и потребует смены власти. Это было возможно в 1917-м году. В последний раз – в 1991-м – это произошло не потому, что народ вышел на улицу, а потому, что во власти был раскол. Тогда одна группа элит обратилась к народу с просьбой выйти на улицу, и она же обеспечивала его, народа, безопасность. До тех пор, пока элита консолидирована – в частности, страхом, как у Лукашенко – никакой народ на улицы не выйдет.

В Белоруссии попытки выйти на улицы жестоко пресекаются. Не потому, что белорусы трусливые, а потому, что элита боится Лукашенко. Элита ходит в мокрых штанах от страха и ненавидит Лукашенко за то, что в любой момент он может сделать с ними все, что угодно. Возможно, вы обратили внимание, что пару месяцев назад «батька» назначил губернаторов генерал-майорами и руководителями территориальных войск. С одной стороны, это престижно, но с другой, теперь, если Лукашенко решит, что в регионе что-то не так, он может обвинить губернатора в измене присяге и отправить под трибунал.

Российская элита пока не такая. Но ее тоже загоняют в рамки, зачищая от наиболее сильных политиков. Касьянова слили, Ходорковского посадили. Остаются ребята, которые согласны терпеть. Но им делается все страшнее: они понимают, что с ними могут, при желании, сделать то же самое, что делал товарищ Сталин с членами Политбюро. Так что лукашенизация надвигается. Об этом говорил еще пять лет назад такой непопулярный нынче человек, как Борис Немцов. Они считал, что Лукашенко идет на несколько лет впереди нас.

«СП»: – Этому есть какая-то альтернатива?

– Альтернатива – это уничтожение вертикали. Но это очень опасно. В этом случае те самые люди, которые сейчас бояться Путина, сами двинутся в лукашенковском направлении, и учредят в своих регионах еще более жесткие вертикальные модели. Это безвыходная ситуация. На самом деле, не так страшен авторитаризм, как то, что приходит ему на смену, когда он рушится…

Источник: matveevsamara

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/blog/oreshkin/838630-echo/
12 декабря 2011, 18:24
Если бы у России был президент, ему бы сейчас самое время заявить о себе.Вспомнить, что гарант Конституции. Поручить Следственному комитету расследование массовых фальсификаций, распустить Центризбирком и объявить сплошной пересчет голосов независимыми комиссиями из представителей всех политических партий, прессы и НКО.

Рейтинг подскочил бы вдвое.Показав характер, 4 марта он смог бы победить на честных выборах. Освободиться от административного ресурса, получить мандат от народа, а не от номенклатуры. Развязать руки на шесть лет. Чтобы не только рассуждать о модернизации, но и попытаться что-то сделать.

Но все это - если бы у России был президент. А не интернет-приложение. Вместо реальных действий - сообщение в фэйсбуке. Поручил разобраться с сообщениями. Типа, отдельные недостатки.Кому поручил - пожарной команде, скорой помощи, МЧС? Может, г-ну Чурову? Что за собщения - от председателей, которым помешали мухлевать?
Президента у России, увы, нет. Тот, кто исполняет его обязанности, позволил привязать себя к жернову под названием «Единая Россия» и пустился с ним в плавание по бездне вод. Светлая ему память. Незлой, в сущности, был человек. Только зря пошел в политику.

Из обихода исчезло словечко «тандем». Резко забыли. Это вообще о чем? Разве существовало такое выражение? Не упомним-с.
Не так давно на «Эхе» я пытался объяснить С.А. Маркову что «тандем» - фейк для слабоумных. Либо Медведев игрок, либо придаток. Наверно, плохо объяснял. Г-н Марков с гневом отвечал, что не позволит вбить клин.Боже мой, куда вбивать-то?! Как раз тот случай, когда его хоть на голове теши.
Если президент способен вести самостоятельную политику, значит, уже не тандем. Если не способен - значит, еще не тандем.

Короче, не смог объяснить. А теперь и объяснять не надо: и так ясно.
Уж кидали-кидали Медведеву пасы. И в ноги, и за спину на рывок, и вразрез по диагонали. Не то, чтобы не принимал - а, кажется, даже и не видел. Он же у нас все больше по бадминтону.«Кто хорошо играет в бадминтон, тот быстро принимает решения».

Вот-вот, как раз о решениях и речь. Те, кто давал пасы, были правы: даже близкие к нулю шансы мирного выхода из вертикального тупика необходимо было использовать. Не вышло. Жаль. Если человек не игрок, то это надолго.Наверно, поэтому и назначили. Но, как сказано в известном кино про дурдом, надо было хотя бы попробовать.
Сегодня ситуация стала хуже. Предсказуемо . Как и в случае с тандемом. Перед властью развилка: либо по китайскому сценарию: площадь Тяньаньмэнь, цензура в Интернете, репрессии. Либо стравливать пар и вступать с кем-то в переговоры. Но с кем? И о чем? Переговоры Путина с Медведевым? Смешно: вертикали ссобственным украшением разговаривать не о чем. С Борисом Немцовым? Равносильно признанию поражения всей вертикальной стратегии.Технологически невозможно, потому что тогда сдуваются все многолетние понты и вся дутая крутизна. Электорат не простит,на мартовских выборах наступит катастрофа.

Без грубого чуровского волшебства он в первом туре явно не набирает 50%, а во втором проигрывает любому серьезному сопернику (хоть Зюганову). Даже при отчаянной помощи Чурова.

С кем договариваться о новой конфигурации, о гарантиях личной безопасности, нажитой непосильным трудом собственности и т.д.? Нет субъекта для толковища: ручную оппозицию он презирает и потому не верит. Она многократно кидала собственный электорат, соглашаясь на заниженный процент, который ей рисовали в Центризбиркоме. Кинет и бывшего начальника, как только почувствует силу. Это он знает твердо: с ними говорить не о чем. И не стоит.

Подскажите, с кем - чтобы не потерять лица? С Сурковым?

Налицо радикальное отличие ельцинской ситуации 1999 года от путинской 2011. Ельцин (как к нему ни относись) самостоятельных людей не боялся. И потому в критический момент емубыло с кем договариваться, из кого выбирать: Немцов, Степашин, Черномырдин, Примаков, Касьянов, Путин. Выбрал, как сумел… Не факт, что альтернативы были бы лучше.
Не в этом дело: главное, был выбор.

А сейчас, после десяти лет вертикалестроения, пафосных разговоров про кадровый резерв и т.д. колода обнищала до неприличия. Что, Россия оскудела сильными и амбициозными людьми? Едва ли. Просто такова структура любого авторитаризма: через 10 лет глядь-поглядь - а вокруг лишь Чуров, да Якеменко, да Онищенко, да Грызлов… Ну, и еще несколько тряпичных персонажей из «системной оппозиции».

Хоть бы Прохоров остался - и то можно было бы в четыре руки сыграть сколько-нибудь правдоподобную пьеску про «демократизацию», «смену курса», «готовность к переменам» и т.п.

Остается тольководить хоровод с дедушкой Говорухиным из «Народного фронта», да нырять в желтой субмарине «Калина» за амфорами из магазина «Елисеевский».

Плохие дела. Нормального выхода не просматривается ни лично для Путина, ни, что гораздо важнее, для России. Мы строили, строили, и вот, наконец, построили. Доигрались, козлы.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11676
11 ЯНВАРЯ 2012 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11676//1326229073.jpg
Не взаимных разборок ради, а токмо для осознания сути и скорости процесса полезно вспомнить предвыборные оппозиционные страшилки.

Вчера

М. Делягин: Россия делится на две партии. Одна в знак протеста будет бойкотировать; другая в знак протеста проголосует за КПРФ.

А.Чубайс: голосовать не за кого, поэтому он на выборы не идет. То есть вписывается в одну из партий Делягина.

А. Навальный: идти и голосовать «за любого кроме». В логику Делягина не вписывается; логике Чубайса противоречит.

Б. Акунин: на личном опыте убедился, что власть заинтересована в снижении реальной явки. Поэтому на выборы пойдет и проголосует за «кого-нибудь кроме». Вписывается в логику Навального.

Д. Быков/ Б. Немцов/ В. Шендерович (без обид, по алфавиту): на выборы идти, голосовать за поросенка «Нах-Нах». В широком смысле тоже логика Навального. Поросенок — одна из партий «кроме».

Г. Каспаров: на личном опыте убедился, что власть заинтересована в повышении реальной явки. Похоже, на выборы не собирался. В крайнем случае по сценарию Нах-Нах. Частично вписывается в логику Делягина/Чубайса, но краешком в огороде Быкова-Шендеровича.

В. Буковский: вместо выборов — на улицу. Свергать кровавый режим. Частный случай логики Делягина/Чубайса. Совпадает с Э. Лимоновым, который считает выборы изобретением буржуазии для отвлечения трудящихся от революции.

А. Подрабинек/А. Рыклин: участвовать — значит соучаствовать. Частный случай Делягина/Чубайса, близкий к Буковскому/Лимонову.

Явлинский: придти, проголосовать за «Яблоко»...

Ясное дело, варианты обсуждались с разной мерой визгливости и сопровождались обвинениями в разной степени продажности. Как же без этого.

Сегодня

Прошло полтора месяца. Целая вечность. Теперь вроде очевидно (впрочем, не всем), что идти было надо; что власть реально заинтересована в низкой явке, особенно в осерчавших городах (пририсовать недостающее легче, чем отрезать существующее); что хищный Нах-Нах промахнулся.

Выборы сделали то, что должны были сделать: позволили 50 миллионам избирателей лишний раз потрогать Систему руками. Рассмотреть вблизи, принюхаться. У разных людей опыт получился разным. Они по-разному его интерпретируют. Многие довольны и видом, и запахом. Другим стало противно, и они вышли на площадь. На вкус и на цвет товарища нет. Ясно одно: не будь опыта, не было бы и пробуждения.

Это важно. Авторитаризм такая штуковина, которой всегда тесно в рамках собственных законов. Если их худо-бедно соблюдать, неизбежно появляются более одаренные, смелые, работящие, более привлекательные конкуренты, которые перетягивают общественное внимание и набирают очки. Они не нарушают правил — просто используют их эффективнее. Чтобы выжить, их необходимо время от времени истреблять. Поэтому авторитаризм обречен выбирать: либо раз за разом подрывать собственную легальность (отменять выборы, запрещать интернет, выносить грубо фальсифицированные приговоры, убивать по подворотням, раскручивать репрессии), либо маневрировать, договариваться, модифицироваться. И то и другое выглядит и пахнет не слишком приятно. Но по-разному.

Второй вариант — нечто качественно новое. Способное к развитию. Собственно, только так и формировались европейские демократии. Через сделки, конфликты, постыдные компромиссы, попытки обмана и оппортунизм. Любой иной путь ведет к беспримесно-праведному государственному тоталитаризму в стиле Ленина-Сталина-Гитлера-Кастро-Лукашенко-Лимонова. К застою и смерти общества, задавленного номенклатурой.

Завтра

После декабрьских бед номенклатуре логичнее всего было бы вообще отменить выборы. Чтоб никаких гвоздей! Типа: Отечество в опасности (опасность сконструируют специально обученные люди с Лубянки), а коней на переправе не меняют. Такой сценарий наверняка лежит под рукой В.В. Путина. Но в ход пойдет едва ли: слишком велики издержки. Если только уж совсем край...

Значит, будут вилять. И это правильно. Отсюда кадровые перестановки на самом верху, активность Кудрина и Прохорова. Не исключено, в феврале увидим отставку Чурова и назначение кого-нибудь более приличного — все равно за оставшийся месяц огромную систему избирательных комиссий не очистит даже Геракл. Вывеска новая, технология старая. Очень удобный вариант. Компромиссный.

На поверхности оппозиционных вод опять всплывут пузыри негодующих рассуждений: что делать да кто виноват. Но — именно в силу приобретенного социального опыта — стилистика и тематика будут уже немного другими. Чуть ближе к реальности. И это тоже правильно. Иначе и не бывает: быстро только кошки плодятся и рэволюционэры лозунги родят.

Стало понятно, что на выборы все равно пойдем. Не ходить глупо. Лимоновщина. Прояснилась и иерархия приоритетов. Сначала по максимуму обеспечьте независимый контроль, придержите шаловливые ручонки Чурову (пользуясь законными правами!), а уж потом ругайтесь, за кого и как голосовать. От души выясняйте, кто кому за сколько продался.

Что касается моей личной точки зрения, то на этот раз я предложил бы присмотреться к варианту «Нах-Нах». Который отрицал накануне 4 декабря. И, увы, правильно делал. На думских выборах поросенок был абсолютно некстати: его голоса по закону все равно расходятся между партиями, преодолевшими барьер в 7%, пропорционально объему их электората. Грубо говоря, половина всех, проголосовавших за «Нах-Нах», де-факто отдала мандат «Единой России», потому что у нее получилось (не без помощи Чурова) 49,3%.

Но и без Чурова доля «ЕР» все равно была бы не меньше 30%. То есть треть свиной тушки по любому уходила на стол к единороссам. И это было ясно заранее. Как и то, что еще четверть достанется коммунистам. Причем по-честному: примерно столько соотечественников сегодня верят КПРФ. На выборах «Единая Россия» крадет у коммунистов 4-5 процентов, но это уже мелочи: семейные разборки старой и новой номенклатуры. Милые бранятся — только тешатся.

Так или иначе, зачинатели стратегии «Нах-Нах» мечтали не об этом.

Совсем другая история будет 4 марта. Здесь у оппозиционной свиньи иной статус и повадка. Налицо шанс вырасти во вполне солидного вепря.

Моделируем ситуацию. Президентский рейтинг Путина существенно менее 50%. Где-то между 30 и 40. Не 60, как говорят придворные социологи, но и не 10, как говорят вольнолюбивые труженики демократии. Провести в таких условиях предвыборную раскрутку старыми методами тяжело. На честных встречах с избирателями его будут освистывать. Нечестные, с «Нашими» или с как-бы-рабочими-Нижнего-Тагила на Первом канале, скорее контрпродуктивны. От них тошнит. Родить за два месяца что-то радикально свежее им не под силу — фундаментальный изъян авторитаризма еще и в том, что он вытягивает наверх не самых толковых, а самых ражих и льстивых. Негативная селекция кадров.

Остается фальсификационный ресурс. Но избиратели к нему готовы: не поверят ни на грош. Значит, скандал. А не хочется. Путин обещал положить под елку честные выборы для народа.

Но как ему быть честным: отрезать Чечню и Дагестан? Если «Нах-Нах» набирает заметное число голосов — скажем, 10% — большая часть из них (около половины) отнимается от результата Путина. Остальное, по мелочи, у всех прочих. В первом туре, когда стоит задача наскрести 50%, это настоящая свинья для главного претендента.

Еще важней другое. В отличие от думских выборов, во втором туре голоса «Нах-Нах» вовсе не приплюсовываются автоматически к лидеру. Со свиньей невозможно вести политический торг. Вепрь существо упрямое. В отличие от Жириновского, Миронова, Прохорова или Явлинского его нельзя купить или как-то еще убедить переуступить свои голоса Путину. Не нарушая предвыборных обещаний и соблюдая приличия. Скажем, как сделал Явлинский во втором туре 1996 года, когда предложил своим избирателям не голосовать за Зюганова. То есть как бы прямо не поддержал Ельцина. Но как бы криво все-таки поддержал. Нашел формулировку.

Некрасиво? Может быть. Но правильно для того времени и того места.

Сейчас все стало иначе. Но за кого посоветуют голосовать во втором туре все перечисленные выше соискатели — ужель за Зюганова?! Нет, конечно. И только свинская манера «Нах-Наха» остается непредсказуемой. Ему невозможно дать откупного или напугать. Тот уникальный случай, когда кукловоды в растерянности. Чтобы обуздать вепря, им надо работать не с лидерами, а с самим раздраженным обществом. А как? Они не умеют. Общество, впрочем, тоже. Принципиально новая ситуация, подразумевающая компромиссы нового типа. Уже поэтому стоит попробовать.

Насколько понимаю логику вменяемой части путинского истеблишмента, ласковое приглашение Прохорову (и, вероятно, Явлинскому) участвовать в забеге продиктовано именно этими опасениями. Вменяемая часть обязана иметь в виду нехороший вариант со вторым туром — на то она и вменяемая. Запасной план «Б». Насчет победного первого тура и плана «А» пусть бьют в барабаны люди типа Чурова и Володина. С них спроса нет. Но если всерьез просчитывать второй тур, понятное дело, лучше иметь дело с конкретными персонажами, с их интересами и слабостями, чем с децентрализованной сетевой скотинкой.

Раздраженная свинья наверняка симпатизирует Зюганову не больше, чем Путину. Но с нее станется рискнуть. Тем более что вариант с полукоммунистом в качестве президента, учитывая буржуазный характер парламента и прочих властных институтов, может действительно показаться по-свински привлекательным. Попытка Зюганова ущемить интересы бизнеса ради популистских обещаний вызовет бегство капитала, инвестиционный голод, падение налоговых отчислений, скандал и жесткий блок в парламенте. А также — как это ни странно — среди бюджетников. В том числе среди силовиков.

Через полгода-год полукоммунистический вождь окажется с голой задницей и пустыми руками перед протестом элит и населения. Через год-два его вынесут из Кремля под улюлюканье тех самых народных масс, которые жаждали риторической справедливости. Коммунист, вынужденный действовать в рамках закона, при свободной прессе, а не расстреливать налево и направо именем революции — вовсе уже не коммунист, а жалкий оппортунист и соглашатель. Социал-демократишка, лакей буржуазии, хвостист, фарисей, иудушка, предатель интересов пролетариата — как там еще обзывал, капая горячими слюнями, дедушка Ленин деятелей левой оппозиции в развитых европейских странах?

Коли так, при Зюганове-президенте следующие выборы имеют реальный шанс состояться не через 6 лет, как при Путине, а значительно раньше. Конечно, возможны и более крутые варианты, типа чилийского. Но Зюганов похож на Сальвадора Альенде не больше, чем Путин на Пиночета.

От советских селекционеров-мичуринцев

Не готов оценивать этот сценарий в терминах «хуже-лучше». Надо очень серьезно подумать. Но то, что вариант «Нах-Нах» в контексте марта-2012 выглядит жестче и функциональнее, чем в декабре-2011, довольно очевидно. Как минимум в первом туре. Хотя вырастить из маленького поросеночка здоровенного вепря за те же два месяца — тоже задача нетривиальная. Тем более идея дискредитирована напрасным фальстартом на думских выборах. С другой стороны, хамские манеры власти (другие она за 10 лет напрочь утратила) неизбежно будут способствовать.

На месте уважаемых правообладателей я бы задумался о ребрендинге. Например, так. Если «Нах-Нах» был наивным симпатичным поросенком, по-детски обиженным на все на свете и жаждущем справедливости, то теперь на сцену выходит его старший брат. Более опытный и конкретный свин. Он знает законы. Он знает, чего хочет. Не обольщается. Он не намерен подавать власти «сигналы снизу», потому что понимает, что власти на его сигналы начхать — ее волнует лишь формальный мандат на руление. Он не станет сгоряча перечеркивать бюллетень крест-накрест, оставляя открытыми окошки для голосования — чтобы умные люди в избирательной комиссии потом не поставили галочку в одно из окошек (шестое) и не сосчитали перечеркнутый бюллетень как поданный за «ЕР». Не-е-ет, юридически грамотный старший брат «Нах-Наха» внимательно и аккуратно поставит галочки во все окошки! Чтобы в соответствии с буквой закона было никак невозможно однозначно установить результат волеизъявления — и бюллетень точно признан недействительным.

А уж после этого можно от души перечеркнуть, и надпись написать. Только в землю ни в коем случае не закапывать. Строго в ящик для голосования: пусть считают. Им за это налогоплательщик денежки платит.

Короче, совсем другое, матерое политическое животное. Которое точно знает, с кем имеет дело, чего добивается и куда надо давить. И зовут его, конечно, иначе. Допустим, Пуй-Пуй. Или, в надежде на более массовую поддержку, Чур-Чур.

И вообще, что я за вас голову ломаю? Как говорил т. Сталин И.В., какой я, к черту, критик. А вам советский народ доверил быть инженерами человеческих душ. Вот и изобретайте! Дайте отпор менделистам-морганистам с позиций мичуринской селекционной науки.

Но в любом случае первоочередная задача на 4 марта — обеспечить гражданский контроль за подсчетом голосов. Иначе номенклатура сожрет и самого избирателя-изобретателя, и его версию политического млекопитающего. А вместе с ними надежду на мирный выход из путинского тупика.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/blog/oreshkin/849152-echo/

16 января 2012, 13:01
Председатель Центризбиркома В.Е.Чуров обвиняет оппозицию в подлости. Она, мол, нападает, а он, будучи при должности, не может ответить. Надо же - прямо как Путин. Тому тоже статус не позволяет участвовать в дискуссиях.

Вообще вся эта гэбэшная публика средней руки очень стандартна и для анализа мало интересна: одинаково врут и придуриваются. Тот про безвредный газ в «Норд-Осте», от которого погибло 130 человек, что не удается дозвониться до Генпрокурора, что отмена губернаторских выборов остановит теракты… Этот про самое справедливое в мире голосование.

Но анализировать приходится. Во-первых, потому что их имена стали позорным символом позорных лет России. А хочется, чтобы страна все-таки выглядела прилично. Во-вторых, никто б не протестовал, если бы чудак при должности делал доброе дело. Честно посчитать голоса - большого ума не надо. Но ведь нет! В-третьих, именно так, придуриваясь и скоморошествуя, опричная гопота всегда казнит и загоняет Русь в тупик: при Иване Четвертом, при Иосифе Первом, при Брежневе-Андропове, при Владимире Наше Все.

А потом, чуть погодя, наступает Смутное время. Традиция!

Из интервью В.Е.Чурова «Эху Москвы»: «…Еще раз хочу сказать, что доверие к избирательной системе РФ было, есть и будет большим, чем в любой другой европейской стране на сегодняшний день».

Что тут ответишь. Хотите услышать рациональное обоснование? Обойдетесь: каждый державный чудак имеет право на личную оценку. Свобода слова - чем Чуров хуже Онищенко или Грызлова? Так что без комментариев.

Ненормальное распределение
Но потом он берется за статистику. А вот это уже зря: не по Сеньке шапка. Из того же интервью: «…Смею вас заверить, все графики всех партий имеют признаки нормального распределения».

Как бы это повежливей сформулировать. Смею вас заверить, В.Е.Чуров тоже имеет признаки порядочного человека: умеет заваривать чай в пакетиках и кататься на лифте. Но дело-то в противоположном: не в признаках сходства, а в признаках различия. Кривая Чурова, несомненно, имеет общие признаки с кривой Гаусса. Тоже изображается в прямоугольной декартовой системе координат. Тоже имеет минимумы и максимумы. Правда, у Гаусса один максимум, а у Чурова два. Второй бесстыдно задирается к 100% - за счет Северного Кавказа, казарм, психушек, госпиталей и прочих участков, куда наблюдателям вход закрыт. У Гаусса правая и левая ветви монотонно нисходят к нулю, а у Чурова не только выраженная асимметрия на правом фланге, но и ритмичные нарушения монотонности в точках, кратных пяти.

Это хорошо видно на картинках известного электорального статистика С. Шпилькина, которые представлены президентскому Совету по правам человека для обсуждения декабрьских выборов. В.Е. Чуров был зван, но придти по державным причинам не смог. Жаль - его ждали с открытым сердцем. Уважая славные отечественные традиции, проверили, чтоб на столах не оставалось канделябров.

Распределение избирательных участков по явке, 2011 г. (С.Шпилькин)
http://www.echo.msk.ru/files/733534.jpg?1326705546

Распределения голосов за партии по явке, 2011 г. (С.Шпилькин)
http://www.echo.msk.ru/files/733535.jpg?1326705547

Скачки на правой ветви графика трудно объяснить доброкачественными причинами. Но они легко объясняются, если признать, что на некотором статистически значимом числе участков результат (будь то явка или число голосов) просто подтягивался под «круглые цифры» - не мудрствуя лукаво. Ровно 60% . Ровно 70%; 75%; 80%; 85%... В итоге на правой нисходящей ветви вместо монотонно убывающей функции Гаусса образуется анекдотичная «пила Чурова» с зазубринами через 5%.

А так, бесспорно, признаки нормального распределения налицо: если вы согласны вслед за начальником электоральной администрации прикидываться дурачком.

А вы здесь кого репрезентируете?

А. Венедиктов в ходе интервью интересуется, почему на участках, оборудованных КОИБ, «Единая Россия» получила в среднем на 17% меньше. Г-н Чуров в ответ дарит ему желтенькие и фиолетовые конфетки и сообщает, что это он был инициатором установки КОИБ. Лжет, естественно. КОИБы стали распространяться значительно раньше, еще в середине эры Вешнякова. По существу же дела он объясняет, что не 17%, а «несколько иной результат». Какой - молчит. И ведь правда - иной. По последним расчетам для Москвы получилось не 17, а 16.6%. А по России в целом расчеты еще не сделаны. Скоморошествуем или придуриваемся?

«Кто доказал, что выборка 5% участков, где были размещены КОИБы… была репрезентативной…В одних субъектах РФ их распределили равномерно по сельской местности, в других субъектах РФ их сконцентрировали…» - переходит наш герой в смелую контратаку.

Ах, как некстати. В данном случае как раз не требуется доказывать репрезентативность выборки. Доказательство подразумевает строгость. Но, строго говоря, участки с КОИБ вообще не являются выборкой. Они представляют собой произвольно организованную совокупность, сформированную не ради выборочного анализа, а в интересах электоральной администрации. Из чего, конечно, не следует, что данную совокупность нельзя исследовать статистическими методами. Очень даже можно.

Речь о Москве. Рассуждениями про «сельскую местность» В.Е.Чуров заурядно наводит тень на плетень. Как выражаются у них в Конторе, «уводит тему». Равно как и про «5% участков». В 2011 г. в Москве 250 участков из 3374 были снабжены КОИБами - электронными Комплексами Обработки Избирательных Бюллетеней. То есть не 5 процентов, а более 7. Разница порядка 100 000 человек! Если эти 250 участков иногда называют «выборкой», то исключительно для упрощения. Чтобы не забивать читателю голову.

5 электронных участков из 250 по странному стечению обстоятельств оказались там, где голосует начальство: в Белом доме, а также по местам прописки Д. Медведева, В.Путина и С. Собянина. Вероятно, чтобы у вождей сложилось впечатление о прозрачности и модернизированности избирательной системы. Оставим в стороне эти невинные хитрости.

Остальные 245 участков по воле электорального начальства оказались компактно размещены на севере города, занимая территорию десяти районов, и, соответственно, десяти территориальных избирательных комиссий (ТИК). Среди самых крупных Митино (109 197 избирателей), Строгино (90096 избирателей), Крюково (65701 избиратель). Итак, имеем совокупность из 245 участков в десяти ТИК с общим числом избирателей 400 055 человек, которые голосуют через КОИБы.

КОИБ - ящик для голосования со сканером, компьютером и специальным программным обеспечением. Он обладает двумя свойствами, которые ЗАТРУДНЯЮТ фальсификацию. Но отнюдь не делают ее НЕВОЗМОЖНОЙ. Каждый бюллетень он сканирует и запоминает в индивидуальном порядке. В него невозможно по-быстрому запихнуть пачку бумаг с отметкой в нужной графе. Правда, если сильно надо, можно скормить их поодиночке - но это большой риск и большая морока. Второе неудобство в том, что на основе отсканированных бюллетеней машина формирует отдельный электронный протокол. Даже если пачку запихнешь, все равно потом вылезет расхождение между бумажным и электронным подсчетами. Придется не только исправлять бумажную версию, но и как-то мудрить с электронной. Тоже в принципе возможно, но опять большой риск и большая морока.

Отсюда хрестоматийная задача мат. статистики. Есть две совокупности: Москва целиком (125 ТИК) и север Москвы, снабженный КОИБами (10 ТИК). На севере, стало быть, манипуляции затруднены. Хотя и не исключены. Требуется выяснить, есть ли между совокупностями статистически значимые расхождения, или это одна большая совокупность, где различия обусловлены чисто случайными колебаниями.

Не утомляя формулами, покажем осредненные итоги в табличном виде (в процентах):

Сравнение севера Москвы (с КОИБ) и города в целом
4 декабря 2011 г.
http://www.echo.msk.ru/files/733531.jpg?1326705190

Объем совокупностей не велик, а очень велик: миллионы и сотни тысяч избирателей. В таких условиях разницу в 16.6% по «Единой России» и в 6.8% по явке ни один формальный критерий не может объяснить случайной игрой чисел. Статистика дает однозначный ответ: совокупности РАЗНЫЕ.

Как так? Ведь одна входит в другую (как Строгино входит в Москву). Средние величины для Москвы брались официальные чуровские, т.е. включая и «модернизированный полигон» с КОИБами. Результаты полигона как бы растворены в «официальной Москве», поэтому разрыв между совокупностями немного сглажен. Было бы корректней сравнивать два не пересекающихся множества: из 10 ТИК (участки с КОИБ) и из 115 ТИК (участки без КОИБ). Тогда различие проявилось бы рельефнее. Но зато мы лишились бы возможности оперировать таким набором показателей, как официальный результат по Москве.

Впрочем, это уже мелочи. В любом случае ясно, что КОИБы разбивают город на две неравные совокупности. В одной, где электроника затрудняла фальсификации, у «ЕР» получилось менее трети голосов, в другой - практически половина. Вот факт. Делайте с ним, что хотите, объясняйте как душе угодно. Только не валяйте дурака, отрицая его существование. Это глупо.

Умствования насчет репрезентативной или нерепрезентативной выборки в данном случае не имеют смысла. Вернее имеют - если смысл в том, чтобы замотать дело. Когда б В.Е. Чурова всерьез волновал вопрос репрезентативности и вообще установления истины, он бы попросил кого-нибудь из сотрудников своего многочисленного аппарата проверить результаты тех же северных районов в сравнении с результатами всей Москвы на примере ЛЮБЫХ ДРУГИХ выборов, когда совокупности не были разделены наличием или отсутствием КОИБ.

Но ему это не надо: отмазка про репрезентативность может рухнуть и вылезет голая правда. Что ж, мы не гордые, поработаем за него.

Сравнение севера Москвы (без КОИБ) с городом в целом
2 декабря 2007 г.
http://www.echo.msk.ru/files/733538.jpg?1326705783

В 2007 г. север города, не обремененный КОИБами, ничем не отличается от всей Москвы. Отклонения средних величин в рамках 1-2 процентов нормальны для таких больших массивов. 400 тыс. москвичей, обитающих в Строгино, Митино и Зеленограде, с точки зрения электоральной статистики тогда были не хуже и не лучше «Большой Москвы». Т.е. в 2007 г. они были вполне репрезентативны. А через 4 года перестали?

Сходство не означает, что в 2007 г. не было фальсификата. Оно означает лишь, что наша контрольная группа тогда ничем особенным не выделялась. В том числе и уровнем фальсификата тоже. А вот когда в 2011 г. здесь поставили КОИБы - вдруг выделилась. Дела у партии власти резко ухудшились. В 2007 г. расхождение с городом было 0.9%, а в 2011 г. стало 16.6%. Тоже грубый эмпирический факт, запечатленный в официальной чуровской статистике.

Бедняжке ничего не остается делать, кроме как сочинять про репрезентативность. Иначе беда: если бы Москва обеспечила качество счета, который дают хотя бы КОИБы, «ЕР» имела бы в городе около 30%. А на самом деле и того меньше. Потому что КОИБ, как было сказано, затрудняет манипуляции, но не сводит их к нулю. Примерно как присутствие на участке наблюдателей: помогает, но не гарантирует.

Пацанва
Все это настолько очевидно и настолько легко проверяется, что остается один простой вопрос: зачем вместо того, чтобы взять, да и убедиться, они уныло придуриваются?

Да все затем же. Работа такая. Путинская вертикаль без вранья не стоит, как без виагры. От года к году ей этого добра требуется все больше. Поэтому она подбирает и ценит кадры именно за вранье. Хорошо, если умное. Но на худой конец и чуровское сойдет.

Если б речь шла о честном подсчете, зачем Путину держать во главе электоральной администрации верного питерского дружка? Справился бы любой. К тому же значительно дешевле, без видеокамер, прозрачных урн и прочей суверенной модернизации. Дело-то нехитрое: допусти на участки независимых наблюдателей в соответствии с законом, да отдай под суд пару-тройку особо зарвавшихся манипуляторов. И все довольно быстро наладится.

Но ведь нельзя же! Рухнут же основы! Вертикаль же обвалится!

Только ради этого и стоит наблюдать за ужимками и прыжками главного электорального начальника. За ними - описанная холодной электоральной статистикой суть путинской государственности: мы вам, как умеем, врем, а вы уж будьте любезны верить. Иначе-с голову-с придется того-с! С плеч долой! Чтоб не рухнула потемкинская деревня «конституционного порядка» и мы, ее несменяемые бургомистры, не остались без службы.

Такие потешные пацаны из КГБ. Статус им мешает вести дискуссию, видите ли. А врать - нет, не мешает. Напротив! Ибо это необходимо для укрепления державных основ и всяческого патриотизма…

А когда вся их гнилая конструкция опять разваливается - то виноваты, конечно, враги и предатели.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/blog/oreshkin/867201-echo/
10 марта 2012, 15:46
Зам. Председателя Центризбиркома Л.Г. Ивлев клеймит Лигу избирателей: «Зачем вы делаете все, чтобы деформировалось общественное сознание избирателей?» И учит, что врать нехорошо. Для чего приводит пример семи ошибочных сообщений наблюдателей с сайта «Сводный протокол». Аккуратно умолчав про опубликованную там же технологию сбора данных.

Есть три уровня доверия (здесь). Первый, самый низкий - наблюдатель входит, регистрируется, размещает отчет. Система его принимает, но отмечает, что доверие пока недостаточное. Второй уровень - контролер от «Сводного протокола» связывается с источником, удостоверяет личность, убеждается, что тот в самом деле был наблюдателем и не напутал с цифрами. Если нет - отчет аннулируется, как и случилось с раскопанными г-ном Ивлевым примерами. Третий уровень доверия - когда наблюдатель вживе представляет заверенную бумажную копию.

Те, кого интересует правда, читают и понимают, что иначе, в общем-то, и нельзя. Большинство наблюдателей добросовестные люди. Открыто вводят данные в открытую систему и хотят их видеть в открытом доступе. Увидели - ждут контролера и убеждаются, что статус их отчета повышается. Все прозрачно.

Те, кого интересует не правда, а обскурантизм, действуют иначе. Они, подобно г-ну Ивлеву, правил не читают. Отыскивают непроверенные данные первого уровня и негодуют: «Зачем деформируете?!» Это в лучшем случае. В худшем вообще можно подбросить в систему фальшак (благо, открытая), а потом его же и разоблачить. Вполне в стиле нынешней власти. Надеюсь, такого не было.

4 марта в 10 утра на официальном сайте ЦИК РФ была опубликована явка по Карельской республике сразу на 10-00, 12-00, 14-00 и 18-00. По всем временным срезам 100%. Ну и что? Понятно же - техническая ошибка. Ладно, слегка позлословили, что ГАС «Выборы» ценой в миллиарды рублей глючит - и забыли. Никто из специалистов не стал рвать на груди тельняшку и на основе карельского казуса обвинять Центризбирком в стремлении «деформировать». Вот с явкой и результатами в Чечне и других зонах «особого электорального режима» - иное дело. Там не глюки, а правило. Есть о чем побеседовать. Разница понятна?

Боюсь, не всем. Электоральная администрация насмерть стоит за чеченскую статистику и тамошние 99.7% не считает «деформацией общественного сознания». Хотя даже сам Гурбангулы Бердымухамедов (да будет он жив, здрав, невредим и да вселяет имя его ужас в сердца врага!) сделал себе в Туркмении только 97%.

Одна из проблем путинского режима в том, что он заставляет неглупых от природы людей играть придуриваться. Из патриотизма, конечно. А также ради сохранения и приумножения социального статуса. Плясать верноподданического гопака перед начальством. «Как мать говорю, и как женщина…» Это входит в привычку. Тех, кто не может или не хочет, система уничтожает. Негативная селекция кадров: деградация семьи, частной собственности и государства путем противоестественного отбора.

«Город Санкт-Петербург - дает убедительный пример г-н Ивлев. - Избирательный участок номер 109. По записям на ресурсе «Сводный протокол» кандидат Путин набрал 554 голоса, а ему добавили еще 412. Знаете, за такое нарушение, если бы оно действительно было, 142-я статья сразу, до четырех лет. Мы запросили бумажный протокол из Санкт-Петербурга, и проявили распечатку из ГАС «Выборы». Вот бумажный протокол, который выдавался наблюдателям от всех партий, членам избирательных комиссий от всех партий. Здесь сведения о том, что кандидат Путин набрал 966 голосов. Протокол, который выдавался наблюдателям от всех партий, членам избирательных комиссий от всех партий. Здесь сведения о том, что кандидат Путин набрал 966 голосов. 966 голосов. Причем этот протокол был составлен 5 марта в час 40 минут. Повторный протокол не составлялся, повторных вводов в ГАС «Выборы» не было».

Господи, страсти какие. Сразу до четырех лет! Не знаю, где г-н Ивлев добыл протокол с 966 голосами за Путина, но вот две копии протокола с этого питерского участка, выданные двум разным наблюдателям. Не «от всех партий», а пока только от двух. Копия 3 и копия 4. Тоже 5 марта, 1 час 40 мин. Правда, на копии № 3 время составления не проставлено. Зато есть время выдачи копии: 2-00. Возможно, ошибка. А может, специально - чтобы потом суд не принял бумагу по формальным причинам. Такое часто бывает. Не беда - где-то существуют и копии №1, №2 . Может, и правильно составленная копия № 3 всплывет с указанным временем выдачи. Подписи те же, почерк тот же. Результат одинаковый - у Путина 554 голоса.

Если бы Центризбирком интересовался правдой, он бы ее легко выяснил. Послать протоколы, включая тот, которым потрясал г-н Ивлев, на графологическую экспертизу. Наблюдатели говорят: протокола, где за Путина 966 голосов, не видели и не подписывали. Но кто-то же подписал? Опросить свидетелей. Пересчитать бюллетени. Хотя, пожалуй, поздно: все уже аккуратно подменено, сигнал из Москвы понят и принят. Председателям питерских избирательных комиссий страшно не хочется идти по 142-й статье УК. И они прекрасно понимают, что их интерес здесь более чем совпадает с интересом непосредственного руководства. Так что вперед, за руку никто не схватит. Вот только, жаль, копии выдали…

754475
http://www.echo.msk.ru/files/754474.jpg?1331380395
http://www.echo.msk.ru/files/754473.jpg?1331380395
754474

754473

754536
http://www.echo.msk.ru/files/754537.jpg?1331387352
http://www.echo.msk.ru/files/754538.jpg?1331387352
754537

754538

Как получилось, что на участке № 109 в СПБ в 1 час 40 мин. одновременно составлены ДВА протокола? Наблюдателям почему-то дали копии одного - где у Путина 554 голоса. А в ГАС «Выборы» оказался другой, с 966 голосами. При том, что повторный протокол, по словам г-на Ивлева, не составлялся…
Пока чуровская гвардия мужественно придуривается и изобретает новые отмазки, есть смысл посмотреть видеозапись с участка № 109, представленную Лиге избирателей наблюдателем С.М. Колотовым. За что ему отдельное спасибо. Обратите внимание на цифры в увеличенной копии протокола, которая в соответствии с законом вывешена на стене. У Путина 554, у Прохорова 488. Время - полпервого ночи. Подсчет завершен. У председателя УИК К.А. Вилкова остается полтора часа, чтобы оформить протокол, раздать копии наблюдателям и с чистой совестью отвезти его в Территориальную избирательную комиссию (ТИК).



Но, по всей вероятности, по дороге в ТИК в заснеженном Петербурге г-ну Вилкову повстречались еще 412 беспризорных голосов за Путина. Возможно, это были отступающие из-под Москвы французы. Вилков, как человек добрый, пустил их погреться в протокол. А они там возьми, и приживись. Шаромыжники! Да так плотно, что и в ГАС «Выборы» промылились, и на портал cikrf.ru. В официальный итог по всей России. Что теперь делать доброму человеку? Неужели, как грозно сказал г-н Ивлев, под 142-ю статью?! Сразу до четырех лет?! Нельзя же так… Так не договаривались!

Вообще-то этот нехитрый трюк называется «ночной фальсификат». Первичные протоколы на участках составлены, копии розданы. Но потом, при сведении их воедино на уровне ТИК выясняется, что безответственные петербуржцы маловато дали национальному лидеру. Чтоб остановить врага и умереть не хуже, чем под Москвой, питерская номенклатура вынуждена поправлять своих неразумных граждан. Кабы не наблюдатели, не Лига, не «Сводный протокол», все прошло бы гладко. А так, черт возьми, выходит, что на каждом пятом-шестом участке из петербургской выборки та же история: у наблюдателей один протокол, в ГАС «Выборы» другой. По данным «Сводного протокола» на 8 марта, из 291 полученных в Питере протоколов 52 не сходятся с данными на портале www.Cikrf.ru. Сдвиг всегда в пользу В.В.Путина. Максимум плюс 769 голосов на участке № 356, минимум плюс 23 голоса на участке № 759.

Моя покойная бабка (она, кстати, из Питера) в таких случаях говорила: «Взял-то, будто украл». Действительно, чего ради приписывать 23 голоса? Только зря мараться. Другое дело несколько сотен. Уж если делать для любимого руководителя, то по большому. В среднем на каждый из 52 фальсифицированных НОЧЬЮ протоколов В.В. Путину выходит приписка около 300 голосов. Плюс-минус 10.

Экстраполируя выборку на весь город (рутинная процедура при выборочных исследованиях), получаем, что протоколы в НОЧНОМ режиме фальсифицировались на 450-500 участках Петербурга. По образцу так неудачно взятого г-ном Ивлевым участка № 109. Итого на круг по Питеру только на этот тип фальсификаций приходится от 130 000 до 155 000 фальшивых голосов в пользу ВВП. 5-7% от общего числа голосовавших. Если изъять только НОЧНОЙ фальсификат из официальных 58.8%, то петербургский результат Путина получается 52-54%.

Но ведь еще был ДНЕВНОЙ фальсификат: карусели, вбросы, многократное голосование по одному открепительному удостоверению, хитрости с якобы голосованием на дому и другие милые причуды. В сумме точно не менее 5%. Для более точной оценки потребуется серьезная работа - тем более, герои электоральной обороны лихорадочно маскируют следы преступления. Напрасно: все равно раскопаем.

Короче, красиво умереть не получилось. По-честному ни в Петербурге, ни в Москве у Путина нет 50%. В Москве под сомнением даже 40%. И вот смотрит раздраженный национальный лидер из высокого терема на ужимки и прыжки г-на Ивлева и цедит про себя из любимого М.Ю. Лермонтова: «…Были люди в наше время. Не то, что нынешнее племя: богатыри - не вы»!
Да-с, измельчали.

Другая проблема режима в том, что вранье стоит все дороже. А толку все меньше. «Сводный протокол» менее чем за месяц сделали десять человек, от ТЗ до рабочего продукта. Правда не нуждается в ухищрениях - достаточно четырех правил арифметики, логики и доверия.

Содержать потемкинскую деревню чуровских выборов дороже, хлопотней и, главное, бессмысленней, чем честно считать голоса. Но иначе нельзя: вертикаль рухнет. Начальство вынуждено тратить все больше ресурсов на привлечение дураков, подлецов и шутов в качестве опоры. За счет налогоплательщика (за наш с вами) бог знает откуда возить на митинги. Изобретать безумные электоральные механизмы «непрерывного производственного цикла». Все наглее врать людям в лицо. Все откровеннее валять дурака. Запугивать и подкупать. Исключительно ради патриотизма: чтоб Родину сберечь. Ну, и себя, любимых, в качестве ее начальников.
Скверная траектория. Не только потому, что в конце очевидный коллапс. Еще и потому, что по дороге к коллапсу номенклатура, быстро деградирующая в окружении подлецов и придурков, неизбежно попытается опереться на штыки. Больше не на что: фальсификаций уже не хватает, чтобы удержать власть. Придется апеллировать к силе.
Вот уже Ольгу Романову, одного из учредителей Лиги, начали по второму кругу прессовать через попавшего в лапы их правосудия супруга. Чтоб впредь не возникала! Процесс пошел.

Теперь к вопросу о том, кто и зачем врет. Если б чуть-чуть подумать перед тем как выступать, можно было бы догадаться, что «Сводный протокол» не только не врет, но даже и не может этого делать - при самом, допустим, большом желании. Это всего лишь интернет- площадка для сбора и сопоставления данных независимого наблюдения. Которое, как члены ЦИК РФ догадываются, разрешено законом. Соврать - а скорее ошибиться - может лишь конкретный наблюдатель. В этом случае к Лиге избирателей и ее компьютерной системе может быть лишь одна претензия - что процедура проверки волонтерских сообщений занимает некоторое время. А вы могли бы сделать иначе?
Так что врет, увы, не волонтерская Лига, а опять электоральная администрация. На этот раз устами зампреда. Так же глупо, скучно и предсказуемо, как и устами председателя. И даже нет смысла вопрошать с напором: «Зачем?!» Затем, что работа такая - придуриваться при Путине. Ответили бы лучше, как получилось, что на 18% избирательных участков Петербурга независимые наблюдатели документально зафиксировали переписывание протоколов в пользу Путина. Нет, не ответят. Будут, как обычно гундеть, что наблюдение велось на деньги Госдепа. Ну, или как-нибудь еще дискредитировать волонтеров. Мозгов-то совсем не осталось.

[Тоталитарная пресса]

Четверг 17 мая 2012 года
14:40 | Андрей Полунин
http://www.svpressa.ru/photo/55432.jpg
Падение популярности национального лидера стало необратимым

Образ Владимира Путина угасает устойчиво и необратимо. Так считает директор «Левада-центра» Лев Гудков. Этот вывод господин Гудков сделал на основе анализа исследования «долгоиграющих» настроений общества, и сопоставления с данными прежних лет.

Тонкость в том, что «долгоиграющие» настроения не выявляют через «лобовые» вопросы вроде «Кому из политиков доверяете?» или «За кого будете голосовать?» На такие вопросы каждый «лояльный человек всегда держит в голове «правильный» ответ», – считает господин Гудков. Точная картина восприятия политиков вырисовывается только из ответов на косвенные вопросы. Например, «Каковы, на ваш взгляд, сильные стороны Владимира Путина?» Этот вопрос «Левада-центр» регулярно задает с 2000 года. В конце апреля 2012 года социологи обнаружили, что оценка почти всех «сильных сторон» Путина вернулась на уровень 2000 года, испытав пик в 2008-м.

Это и означает, что в массовом сознании привлекательность «образа Путина угасает устойчиво и необратимо», – говорит Лев Гудков. «Деловым» господина Путина сейчас считают 39% россиян (в 2000-м деловые качества выделили 49%, а в 2008-м — 62% граждан). «Образованность» отмечают 28% (в 2000 - 23%, 2008 — 52%). «Интеллигентность» у нынешнего Путина – 18% (в 2000 – 18%, 2008 – 43%).

Потускнели даже главные качества Владимира Владимировича – «сильный, волевой, мужественный». Сейчас им придают значение 18% опрошенных (в 2000- 25%, 2008 — 34%).

Господин Гудков считает, что девальвация буквально всех качеств национального лидера еще не означает разочарование в нем. Но образ «мощного всевластного правителя медленно размывается», – говорит Гудков. Более того, фигура Путина «перестала восприниматься безальтернативной» и «совершено очевидно стала надоедать».

Наконец, самое важное: процесс депопуляризации необратим. Гудков указывает, что в истории наблюдениях «Левада-центра» за карьерами политиков не было случая, когда кто-нибудь из них, утратив популярность, смог достичь пика повторно.

Как будет происходить закат Путина, рассуждает политолог Дмитрий Орешкин.

«СП»: – Дмитрий Борисович, можно ли верить выводам «Левада-центра»?

– Данные «Левада-центра» – в данном случае – вызывают у меня абсолютное доверие. Когда дело не касается президентских рейтингов и прогнозов выборов, «Левада» остается лучшим аналитическим центром нашей страны. Тем более важно, что социологи задают непрямые вопросы.

Гудков прав: благодаря десятилетию путинской пропаганды «лобовые» вопросы отскакивают у граждан от зубов, как ответы у отличника. «Кто у нас главный политик?» «Путин!» «Кто у нас самый популярный?» «Путин!» Чтобы убрать эффект зазубривания, нужны косвенные методы. На вопрос «Какие качества Путина вам нравятся?» люди отвечают подумав, и не знают, как на него отвечали люди десять лет назад. Поэтому изменения, которые фиксирует «Левада», абсолютно корректны, и отражают тенденцию.

Эту тенденцию подтверждают и наши собственные наблюдения за электоральными процессами. Популярность Путина снижается – это выражается в электоральных данных. А чтобы это не было так сильно заметно, административный ресурс вынужден фальсифицировать результаты выборов все наглее и наглее.

Тенденция показывает, что популярность Путина идет вниз, причем снижается с 2007-2008 годов, когда был ее максимум.

«СП»: – Вы тоже считаете, что этот процесс необратим?

– Да. Чтобы популярность снова росла, нужно перебросить общественное внимание на какие-то новые качества Владимира Владимировича – а откуда их взять? Вот Путин спортивный, непьющий – это хорошо. По сравнению с Ельциным, это было просто замечательно. Вот он молодой, из разведки – значит, некоррумпированный. Вот имеет опыт жизни в ГДР – значит, не какой-то кондовый. Образованный, знает иностранные языки. Женатый, с двумя дочерьми. Словом, все в его, Путина, пользу.

Но что нового Путин может придумать сейчас? Какие еще подвиги он может совершить? На самолете он летал, на подводной лодке в морскую пучину погружался, на желтой «калине» ездил, амфоры со дна достал, пиво пил, теперь и на коньках научился кататься. Обещал научиться – и научился. Но это было круто десять лет назад. Сейчас же вызывает смех и раздражение.

Раз так – процесс необратим. Это как нырнуть в котел воды кипящей, и выскочить оттуда добрым молодцем – для этого нужен Конек-Горбунок. Да и с коньком, как известно, у царя вынырнуть не получилось. У Путина нет новых личностных ресурсов, все эти ресурсы выработаны до предела.

«СП»: – Получается, нужна альтернатива?

– Такого рода режимы не подразумевают наличия альтернатив. И в этом большая проблема для общественного мнения. Общество нуждается в каком-то позитивном образе, чтобы во что-то верить.

В советскую эпоху верили в светлое будущее, Ленина или Сталина. В постсоветскую – в то, что мы построим такую же страну, как на Западе, и будем жить не хуже. Для этого, считалось, нужна рыночная экономика, демократическая Конституция, – что не далеко от истины. Правда, построить такое общество оказалось трудно, поскольку государственные структуры были заточены на другие способы управления. А в путинскую эпоху верили, что мы поднимаемся с колен.

Сейчас Путин – единственный объект веры. Его знаменитый рейтинг, по сути, – это рейтинг отчаяния. Люди не верят партиям, парламенту, честности выборов, правительству, олигархам, ТВ. До поры до времени были еще две зоны доверия – Церковь и армия. Но это – по незнанию. Мы не знали, как на самом деле устроена Церковь, и плохо знали, как устроена армия. Теперь мы узнали больше – и эти два института тоже теряют доверие.

Остается один Путин. Поэтому люди закрывали глаза на его неудачи, и видели только удачи. А сейчас мы наблюдаем, как «песочные часы» настроений перевернулись, и процесс приобретает противоположную направленность. Даже если что-то у Путина проходит удачно, люди воспринимают это с недоверием.

Допустим, повысил Путин зарплату военнослужащим. Это – объективно – хорошо и правильно. Но сами военнослужащие говорят: он нам подачку кинул перед выборами. То же самое говорят пенсионеры. Три года назад они были бы счастливы прибавкам к пенсиям, а сейчас смотрят косо. Три года назад пенсионеры были группой поддержки Путина, а сейчас эта группа настроена крайне агрессивно.

«СП»: – Как будет развиваться процесс депопуляризации?

– Этот процесс пойдет вниз, и пойдет с ускорением. Это связано с тем, что сейчас Путину приходится действовать в качественно новой среде. Впрочем, коллективный Путин этого еще не осознал. Путин неплохо выстроил свою модель в рамках взаимодействия различных элитных групп: все эти сдержки, противовесы, договоренности. Кто-то поделился, кто-то получил, а поделились все-таки так, чтобы что-то осталось.

Все это у Путина замечательно получалось. Но он совершенно не умеет работать с новым игроком – общественным мнением. Он его никогда всерьез не воспринимал, считал его объектом воздействия. И вдруг общественное мнение перестало быть объектом разработки, вдруг люди вышли на улицы, вдруг стали принимать какие-то непонятные для Путина решения.

В условиях нынешней информационной прозрачности, как бы Путин не повел себя с этим новым игроком, выйдет плохо. Если Путин проявит мягкость, от него отслоятся люди, которые требуют жесткости, которые ценили в Путине мачо. Если же он проявит жесткость, от него еще дальше отойдут горожане, которые требуют толерантности и законных методов политической работы.

Путину непонятно, как вести себя в этой ситуации. Что он ни сделает – общественное недовольство будет только нарастать. В условиях информационной прозрачности это будет все более очевидно, и рейтинг Путина будет облезать на глазах.

Графики роста и падения популярности всегда симметричны. Путин набирал и набирал популярность, достиг максимума, начал постепенно сползать. А потом, в какой-то момент, происходит процесс отвесного падения. Думаю, это падение произойдет и с Путиным.

«СП»: – Как скоро это случиться?

– Думаю, уже через полгода-год…

Фото: Сергей Гунеев /РИА Новости

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=11830

1 ИЮНЯ 2012 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/11830//1338495641.jpg
Что вы пристали к В.Е. Чурову, мощному старику, одному из столбов суверенной демократии? Присмотритесь в профиль—разве он не похож на питерских атлантов, что держат крышу на каменных руках? Нет, господа, найдите силы честно признать: орден Александра Невского он заслужил. Одно то, что награду вручали секретно, вместе с сотней других тайных героев (уж не члены ли списка Магнитского?!), означает особый характер заслуг. А среднее по Центризбиркому жалование в 92 тыс. рублей?! Значит, Родина ценит! И нечего завидовать.
С 1991 года В.Е. Чуров зампред Комиссии по внешним связям администрации Санкт-Петербурга. По номенклатурным понятиям, должность для майора или подполковника КГБ. Ну, подполковник вряд ли. Подполковником был его начальник Путин В.В. Вот и Марина Салье про звание не пишет, а сообщает лишь, что депутатами Ленсовета Чуров был уличен как агент этой достойной службы.
Ишь ты: «уличен»! Вот они, двойные стандарты либералов. Стыдно подозревать, когда вполне уверен. Сами подумайте — город пограничный, работа ответственная. Рядом бряцает оружием натовская Норвегия. Иностранцы. Владимир Евгеньевич держит оборону на самой передовой: отвечает за прием делегаций. Чтобы водочка, значит, запотевшая, скатерки крахмальные, рыбка свежая, а девушки чисто мытые, веселые и голосистые. Все проверь, ничего не упусти. На войне как на войне.
В минуты душевной откровенности он рассказывал, каким чутким руководителем был Путин В.В. Отругал его, Чурова В.Е., за все время службы лишь трижды. При этом самым резким выражением было «поросенок». Чудо, а не начальник. Впрочем, будем справедливы: Путину тоже повезло с подчиненным. Не каждый способен так верно хранить лучшие воспоминания и щедро ими делиться. Убежден: если б руководитель велел выпороть его на конюшне, он вынес бы испытание с достоинством и смирением истинно православного христианина, не проронив с благонравных уст ни слова хулы и гордыни. И, поднявшись с колен, твердо повторил бы в лицо америкам и европам: «А все-таки Путин всегда прав»! Как Джордано, знаете ли, Бруно.
Вера вообще сыграла особую роль в становлении личности Чурова В.Е. Он искренне сожалеет, что до 40 лет (т.е. примерно до 1993 г.) оставался вне Церкви. Печально, конечно. Но доброжелательный наблюдатель легко отыщет оправдание: рекомендация сменить коммунистическую легенду на православную была спущена сотрудникам органов лишь в начале 90-х. Острую тягу к Богу тогда ощутили все лучшие люди страны — Н. Нарочницкая, В. Путин, Б. Якеменко, В. Якунин, многие другие братья и сестры.
А до той поры, как и положено патриоту, В.Е.Чуров был образцовым коммунистом, ибо Родина остро нуждалась в его созидательном труде. Покинул партию он в 1991-м — когда стало ясно, что галера окончательно сгнила и грести уже нечего. Зато появилась возможность не таясь ходить в храм. Но, видимо, галера как место трудоприложения все-таки важнее. Иначе почему все эти вновь обретшие духовную опору граждане так не любят лихие 90-е?
«Чертовски хочется поработать!» — признался член Политбюро ЦК КПСС Е.К. Лигачев, когда пришла пора собираться на выход. И был, конечно, неправ. Надо было иначе: «Священный долг перед Богом, Россией, ее великим народом и славной историей обязывает меня… (нужное вписать), не щадя сил и самой жизни, без устали грести как… (нужное вписать)». А этот: «чертовски»! Фу, какая эстетическая слепота. За версту разит комсомольским задором, Байкало-Амурской магистралью и брюками клеш. А жизнь, она же не стоит на месте. Она же предъявляет новые требования! Так давно уже не носят.
Вот В.Е.Чуров — молодец, чуткий. Все строго instyle: сначала гребем к интернациональным идеалам Марксизма-Ленинизма и диктатуры пролетариата, а потом, не теряя времени, — к Божией Церкви и русскому патриотизму с легкой монархической отдушкой. Мудро, немного печально и даже горько-иронично — как учит Н.С. Михалков. Все правильно: так гребется не в пример глубже и продуктивнее.
Подвиг В.Е.Чурова высоко ценят те, кто знает толк в истинных ценностях. Умученный от Никиты Джигурды православный эксперт Кирилл Фролов объяснил, почему его никак невозможно подозревать в электоральных фальсификациях: «Чуров — православный христианин, мы вместе причащались, один из самых уважаемых священников в Москве благословляет Чурова облачаться в стихарь. Это серьезный священник, лицемера и фальсификатора он бы к Причастию не допустил».
Причащаться вместе с Кириллом Фроловым — даже более верная гарантия нравственности, чем работать под началом Путина В.В. или стучать в КГБ. Что может быть выше, трудно даже вообразить. Обратите внимание, как легко Фролов, один из глубочайших православных мыслителей современности, нашел выход из логического тупика, именуемогоidemperidem(доказательство того же через то же). В течение столетий это было не под силу лучшим софистам из латинян, не говоря про эллинов и иудеев. А наш Кирилл взял и решил!
Благонравие В.Е.Чурова православный эксперт обосновывает духовным авторитетом Церкви, которая восприняла в свое лоно лучших сынов Госбезопасности, заслуженно предала анафеме еретика Льва Толстого и воспитала самого эффективного в России менеджера по квартирному вопросу. Прославленного к тому же продвижением табачно-водочной торговли в недра России для спасения погрязших в грехе и неверии аборигенов. Престиж Церкви же, в свою очередь, сильно укрепился, когда прихожане узнали, что такой светлый человек, как В.Е. Чуров, в часы досуга облачается в богослужебный стихарь, дабы помочь им отыскать путь к Господу.
Кроме нравственной стойкости житие В.Е.Чурова дарит юношеству выдающийся пример гражданского мужества. Лишь генералы ФСБ Патрушев и Черкасов молвили слово про «чекистское неодворянство», как он истово озаботился нуждами аристократии. Взволнованно интересуется деятельностью Дворянского собрания, внес немалую лепту в восстановление Российского императорского военно-исторического общества; комментируя свою высокую награду, особо подчеркнул ее важность «в плане исторической преемственности поколений, сохранения лучших отечественных традиций».
Не каждый бы решился! Русские дворяне, что греха таить, бывали строптивы и заносчивы. Шулеров, например, в рамках лучших отечественных традиций привечали канделябром прямиком промеж очков. А после, хорошенько отхлестав лайковой перчаткой по бородатой лакейской роже, — пинком под зад вон из приличного дома. Тружеников охранки, страшно сказать, презирали. Амбивалентная, короче, была публика. С дефицитом толерантности. Где-то даже сомнительная с точки зрения патриотизма: то им на площадь, то им конституцию…
Но В.Е.Чуров не боится. Потому что за ним сила. То есть правда. Да и времена, слава Богу, изменились. За что пушкинские офицеры хлестали по щекам и стрелялись, путинские получают ордена. Потому что Великая Октябрьская социалистическая революция, общественно-исторический прогресс и Лубянка! Теперь у нас каждая кухарка может управлять государством, представляться столбовою дворянкой и владычицей морскою. Ну, как минимум, губернаторшей крупного портового города…
Однако у любой медали есть обратная сторона. Взять хотя бы вопрос фамильных традиций. У иных аристократов-самоучек сыновья, благодаря нарочитому усердию и талантам, трудятся топ-менеджерами в крупнейших корпорациях и рассекают на самобеглых колясках, сбивая некстати подвернувшихся детей и старух из низших сословий. Что правильно и справедливо — народ следует учить смирению, уважению к начальству и технике. Иначе какая модернизация? Но представьте себя на месте наследника В.Е. Чурова, который, допустим, вступает в возраст матримониальных забот. А папа даже не генерал… Тяжело.
Приходите вы, скажем, к родителям любимой девушки. С самыми благородными намерениями, в лучших отечественных традициях. «Так, мол, и так, уважаемые Михайло Иванович и Настасья Петровна, пришел просить руки дочери вашей, милой Машеньки. Ну, и сердца, само собой…»
—Эвона как! И сердца тоже… Нуте-с, проходите, не стесняйтесь, молодой человек. Фамилие-то ваше как будет?
—Моя фамилия Чуров.
—И-и-и-ыхсть… Епстить-тсы-цы!! Уж лучше б Данилкин… Э-э-э… Простите, тот самый?
—Да. Тот.
—Ну, ничего, ничего. Ох, дай дух переведу! Настасьюшка, душа, где у нас валидол? Прихватило что-то… Ладно, ладно, ей-богу. Сын, как говорил товарищ Сталин, за отца не отвечает… А Машенька-то как, согласна?
—Мы с Машенькой любим друг друга и твердо решились.
—Решились, значит. Дело молодое… Тогда, совет, конечно, вам да любовь… Только знаете ли… мы, как бы это… вот что хотим вам пожелать. Нельзя ли Машеньке… ну, и чтоб детишкам вашим будущим тоже… оставить девичью фамилию? Мария Топтыгина — ярко звучит, правда ведь, Настасьюшка? И нам, старикам, отрада... Вы ведь не будете в обиде? Так теперь буквально всюду принято, и в высших сферах тоже: вон известная певица Пугачева не стала же Галкиной… А хотите — можете сами взять нашу фамилию. Мы только рады!
…Да, с фамильным дворянством проблема. Наследника по-человечески жаль. Но даже через это мужественный родитель готов перешагнуть ради беззаветного служения! Сами рассудите: можно ли столь верному человеку не дать орденок, не потрепать втихую по плечу в знак верховного одобрения?
—Заслужил, истинно заслужил, братец. Ну, ступай к себе на Б. Черкасский.
И ничего завидовать, господа. Никогда, никогда вы не испытаете столь глубокого чувства удовлетворения! Вам остается только клеветать и брызгать ядовитой слюной на неколебимые устои Исторического материализма и Православной веры.

[Тоталитарная пресса]

http://www.svpressa.ru/society/article/56751/
6 июля 2012 года 18:32 | Андрей Полунин
http://www.svpressa.ru/photo/56751.jpg
Госдума демонтирует медведевские попытки декриминализации Уголовного кодекса

Не успели граждане вкусить плоды медведевской декриминализации Уголовного кодекса, как власть снова закручивает гайки. В УК предлагается вернуть статью «Клевета», и предусмотреть по ней наказание в виде пяти лет лишения свободы. Соответствующий законопроект внес в Госдуму видный единоросс, глава комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников.

Как известно, хороша ложка к обеду. И статья «Клевета» в Уголовном кодексе, с точки зрения власти, сейчас очень кстати. Если бы господин Крашенинников подсуетился раньше, глядишь, и на Алексея Навального было бы уголовным делом больше. Еще какой-нибудь единоросс, оскорбленный определением «партия жуликов и воров», подал бы на Навального иск за клевету и – вуаля – дело бы уже рассматривалось в суде.

Конечно, сам господин Крашенинников ни слова не говорит о том, что статья может стать дубиной против оппозиции. Он, как водится, ратует за права всех россиян. По его мнению, декриминализация статьи «ни к чему хорошему не привела». «Граждане практически безнаказанно обвиняют людей в самых страшных грехах, называя их бандитами, террористами, коррупционерами», - возмущается он.

Забавно, но без статьи «Клевета» в УК мы прожили всего полгода. В декабре 2011-го соответствующий закон подписал тогдашний глава государства Дмитрий Медведев, а до этого за принятие документа послушно проголосовала Госдума и Совфед.

Почему власти не могут без уголовной ответственности за клевету, рассуждает политолог Дмитрий Орешкин.

«СП»: – Дмитрий Борисович, что стоит за инициативой господина Крашенинникова?

– Путин ликвидирует те мягкие, слабенькие, но все-таки либеральные шаги, которые успел сделать в свое время Дмитрий Медведев на посту президента. Будь это медведевские послабления в сфере развития гражданского общества и некоммерческих организаций, которые были сделаны два года назад, будь идея с декриминализацией статьи «Клевета». Трудно отделаться от ощущения, что все это – актуальная реакция на ужесточающуюся критику властей, в том числе, со стороны господина Навального – я имею в виду его креативный и яркий проект «Добрая машина правды».

Тут, конечно, следует вспомнить недавний советский опыт. В СССР клеветой называлось сообщение правдивых сведений о реальных действиях советской власти. Сообщение, что такого-то человека на такой-то срок посадили в такой-то лагерь называлось клеветническим измышлением.

Наша правоохранительная система асимметрична. Она раздувает любое видимое – или даже невидимое – правонарушение, если оно противоречит действующей власти, и, наоборот, разрешает и поддерживает правонарушения, которые делаются самой властью. В этих условиях, понятно, криминализация статьи «Клевета» будет использоваться для подавления оппозиции, для затыкания ее коммуникационных каналов с обществом.

«СП»: – Оппозицию будут обвинять в клевете на государство?

– Клевета, говоря формально, – это сообщение заведомо ложных сведений о личности. Во всяком случае, на нынешнем уровне законодательной проработки документа невозможно обвинить человека в клевете на какой-то государственный институт. Но, думаю, новый закон подразумевает возвращение именно советской концепции клеветы на государственный институт.

Ведь что было в советскую эпоху? Клевета на советский строй считалось серьезным преступлением, за которое людей сажали без счета. И нынешняя логика понятна: на обвинение власти в коррупции, в случае принятия законопроекта Крашенинникова, всегда можно будет ответить, что это – клевета.

Возьмите недавний инцидент с экологами, которые сломали забор вокруг резиденции кубанского губернатора Ткачёва. Это дело можно было бы без труда подогнать под клевету. Формально Ткачеву резиденция не принадлежит. Соответственно, нет проблемы доказать, что люди, которые называли ее «дачей Ткачева» – клеветники.

Точно так же можно поступить с теми, кто рассказывает про странное строение в Прасковеевке на берегу Черного моря. Формально – это дом государственных приемов, неформально – резиденция Владимира Путина.

«СП»: – Тех, кто не считает НКО агентами Госдепа – тоже объявят клеветниками?

– Я с трудом могу представить, что наш суд признает клеветой заявление, что ассоциация «Голос» является агентом Госдепа США. Напротив, суд скажет, что раз «Голос» получает американские гранты – он агент. Кстати, в американских законах четко прописано: агент – это тот, кто получает инструкции, и четко их выполняет. «Голос» американских заказов не выполняет, он контролирует исполнение российских законов, используя для этого доступные источники финансирования.

Доказать, что обвинения «Голоса», Human Rights Watch, Transparency International и других НКО в работе на геополитического противника – это клевета, практически невозможно. А вот признать клеветой сообщения, что в регионах, которые показали максимальную поддержку «Единой России», тарифы поднялись гораздо меньше, – можно будет с легкостью. Или признать клеветой сообщения, что выборы фальсифицированы. При этом глава ЦИК Чуров, глядя в телекамеру честными глазами, заявит, что российские выборы – самые честные в мире…

«СП»: – Возвращение в УК статьи «Клевета» – это признак слабости власти?

– Это банальная попытка запугать протестующих, обвинив их в уголовных статьях.

«СП»: – Такой подход позволит закрутить гайки?

– Он ничего не даст. Протестующие умнее системы. Они найдут иные формулировки, изобретут эзопов язык, чтобы донести до слушателей свои мысли. Все равно, их услышат.

Можно обвинять Навального, что он выдумал клеветническое название для «Единой России». Но никто не заставит вас отказаться от использования сокращения ПЖиВ, чтобы сообщить свой мэссидж слушателям. Мало ли что значит ПЖиВ?!

Я помню, в свое время «Наши» публично обвинили господина Каспарова, что он является гражданином США. Каспаров представил документы, из которых следовало, что он не является американским гражданином. Но суд принял решение не в пользу Каспарова. Суд заявил, что, возможно, «Наши» имели в виду какого-то другого Каспарова, и господину Каспарову надлежит доказать, что, говоря об американском гражданстве некого Каспарова, «Наши» имели в виду именно его, Гарри Каспарова. Получить такого рода справку от «Наших» Каспарову не удалось, в связи с чем судебный процесс о клевете кончился ничем.

Пока у нас действует такого рода система правосудия, уголовный механизм ответственности за клевету будет еще одной каплей в довольно обширной чаше репрессивных мер, которую Путин готовит для гражданского общества и населения РФ.

Другое мнение

Людмила Алексеева, глава Московской Хельсинской группы:

– Жестокость «Единой России» можно сравнить только с ее глупостью. Господин Крашенинников в этом отношении – достойный представитель «единороссов». Сам Крашенинников – человек от природы неглупый, прекрасно образованный юрист. Но его рвение в попытке понравиться начальству из Кремля – просто необыкновенное. Он напринимал столько мерзких законов, что, думаю, это зачтется ему не только на том свете. В XXI веке события происходят быстро. Помяните мои слова: очень скоро гражданину Крашенинникову придется отвечать за свои законодательные инициативы, и другим «единороссам» – тоже.

За все время, что «Единая Россия» составляет большинство в парламенте, она не приняла ни единого закона, смягчающего наказание. Зато напринимала кучу законов, ужесточающих наказание по самым разным статьям.

Почему «единороссы» так делают? Потому что закон у нас избирательный. Если окажется, что господин Крашенинников в пьяном виде за рулем сбил человека, ему ничего не будет. А вот рядовой гражданин, тем более побывавший на митинге, и за небольшое правонарушение получит «на полную железку».

Думаю, до тех пор, пока «Единая Россия» составляет большинство, Госдума будет и дальше принимать глупые и жестокие законы…

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13307
19 СЕНТЯБРЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13307//1379558055.jpg
Мария Олендская / ЕЖ


Прогрессивная общественность дружно топчет социологов: надо же так облажаться с московскими выборами! Ох, зря. Дело вовсе не в том, почему они ошиблись сейчас. Гораздо важнеепротивоположный вопрос: почему им удавалось угадывать раньше?

Почти десять лет мы с коллегами из Левада-Центра пытаемся разобраться. Вроде бы всем ясно, что в чуровских данных всегда содержится существенная доля фальсификата. В последние 2-3 года, благодаря альтернативным подсчетам наблюдателей, можно даже довольно точно сказать, какая именно доля. И при этом социология на основе своих опросных данных неплохо предсказывала результаты. Именно чуровские. Как так?



Пример 2011 года

На думских выборах в 2011 году в Москве «Единой России» было приписано не менее 15-17 процентных пунктов. Это надежно установленный эмпирический факт. На 130 московских участках из 3400 (выборка почти 4 процента, достаточно репрезентативная), где «Гражданину наблюдателю» удалось организовать контроль и получить копии протоколов, средний результат «ЕР» составил 30,3%. Еще на 250 участках, где работали КОИБы (выборка 7 процентов), ее результат 29,9%. Принимая во внимание погрешность выборочных методов, совпадение идеальное. Из двух независимых источников, на основе разных подходов.

Лепет электоральных жуликов насчет того, что участки с КОИБами, якобы, представляют смещенную выборку, даже не стоит обсуждать. Проверяется по щелчку пальцев: на предыдущих выборах 2009 года совокупность этих участков (тогда они былиещебез КОИБов) давала отклонения от генеральной совокупности в пределах плюс-минус один процентный пункт по всем партиям-участникам. На последующих выборах 2013 г. (теперь они сталиужебез КОИБов) отклонения опять не более плюс-минус одного процентного пункта. А вот именно в 2011 г., когда на них поставили аппаратуру, затрудняющую фальсификации, отскок почему-то составил 17 пунктов. Поди ж ты! Ну да, в некотором смысле смещенная совокупность: на ней чуровская шобла была вынуждена считать голоса несколько честнее.

Сравнение протокольных результатов по трем разным московским совокупностям («выборкам») представлено на рисунке.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13307//1379558323.jpg


(см. приложение)

Когда мы пытались обсуждать эту проблему с одним из столпов Левада-центра (нет ни тени сомнения в его высоком профессионализме и абсолютной добросовестности), в сухом остатке опять получились сомнения в репрезентативности выборки, покрытой наблюдателями, и его экспертное суждение, что приписки были, но не более 5-6 процентов. Почему? Потому что он верит в свои методы, а они дают результат, близкий к официальному чуровскому. Ну, плюс-минус. Абсолютно нормальная ситуация: он думает так, я этак. У него свои опыт и экспертиза, у меня свои.

В частности, сравнив выборку наблюдателей по данным предыдущего голосования (без наблюдения), опять, как и в случае с КОИБами, не находим превышающих допустимую ошибку выборочного метода расхождений с генеральной совокупностью. Стоило же в 2011 году появиться наблюдателям, как эти участки провалились на 16-17 процентных пунктов (по показателям «Единой России») в сравнении с общим официальном фоном. Какое еще можно изобрести объяснение, кроме того, что наличие независимого контроля затрудняет работу фальсификаторам, право, не знаю.

К тому же в день московского голосования 4 декабря 2011 г. известный социологический центр ФОМ опубликовал данные экзит-полла, согласно которым «ЕР» набрала лишь 27%. Весьма похоже на правду, ибо ни наблюдатели, ни КОИБы не гарантируютполнойзащиты от фальсификата. Они лишьзатрудняют и сужаютвозможности его применения. Но полностью не исключают. Некоторые из волонтеров из выборки «Гражданина наблюдателя» («ГН») тогда со слезами рассказывали, что видели на своих участках наглые вбросы, но не сумели пресечь. Понятно, на таких УИК результат «ЕР» оказался заметно выше нормы. До 60%! Тем не менее, они из соображений научной строгости были оставлены в выборке и учитывались при расчете средних показателей. Ибо базовое условие наблюдения формально соблюдено: учитывались все УИК, где волонтерам удалось продержаться до составления протокола. А уж заметили они вбросы или не заметили — вопрос субъективный. Может, померещилось.

Несложно догадаться, что выборочная оценка «ГН» при таком подходе фиксирует лишь верхнюю границу интервала, в котором колебались реальные московские результаты «ЕР»: не более 30%. Скорее менее. То же самое и с КОИБами. Так что 27% у «Единой России» на экзит-поллах ФОМа оказались очень даже в струе.

Другое дело, что сообщение об экзит-полле продержалось на сайте ФОМ лишь пару часов и затем бесследно исчезло. Ну что тут скажешь: се ля ви. Экзит-полл дело нехитрое, за методологическими поправками не спрячешься: люди на выходе просто сообщают, за кого они проголосовали 10 минут назад. Никаких пересчетов, коэффициентов и прочих ухищрений не требуется. Честно публикуешь данные опроса, и все.

Или не публикуешь.

Новизна истории 2011 года заключается в том, что появились реальные альтернативные данные, в сумме представляющие солидную контрольную выборку в 11% участков («Гражданин наблюдатель» — 130 УИК, КОИБы — 250 УИК. Итого 380). Здесь у «ЕР» не более 30%. Если угодно, берите выборки порознь — результат не изменится. А электоральная администрация рисует 47% ! (Десятые доли опускаем — глупо изображать высокую точность, когда разговор о сравнении выборочных оценок.) Неслабый отскок! Москва в том декабре поняла эту нехитрую арифметику не столько даже умом, сколько брюхом (или чем там думает супер-гипермегаполис): у каждой из четырех более-менее альтернативных партий забрали по 4 процентных пункта и приписали «Единой России». Просто, как все гениальное. Голоса воровали с такой непринужденной наглостью, что не оскорбиться было невозможно.

Вот город и оскорбился — со всеми вытекающими по сей день последствиями. А мы со столпом Левада–Центра тогда мирно разошлись, оставшись каждый при своем. У него ощущение что не более 5-6 процентов приписки, у нас — что не менее 16-17.

Погодите орать, что всех социологов — на фонарь. Попробуйте осознать трагизм ситуации.

Проблема метода

Какой прогноз считается удачным? Тот, который попадает в реальный результат плюс-минус ошибка метода. А какой результат считается реальным? Тот, который выдает Чуров. Другого критерия истины в окружающей действительности до 2011 года не существовало.

Социология ничего не может доказать. Она только может убедить (на практике), что ее оценки выходят близкими к реальности. Но как быть, если сама по себе путинско-чуровская реальность кривая?

Ответ: подгибать методы прогнозирования. Полегоньку. Незаметно для себя и, тем более, для окружающих. Чтобы верно предсказывать кривые результаты кривого голосования в нашей кривой вертикали. Или что? Уходить из профессии в кочегары-диссиденты, назад к полупартизанской социологии былинных левадовских времен? Слишком советский сюжет. Но ведь и альтернатива тоже целиком советская. Знакомая до дрожи:

Жил на свете человек,
Скрюченные ножки,
И гулял он целый век
По скрюченной дорожке…

Где выход из этой скрюченной реальности?

Существует такой социологический эффект, как гэп Жириновского. Когда людей спрашивают, намерены ли они голосовать за его партию, многие почему-то стесняются ответить «да». Но в кабинке для голосования вдруг смелеют, растопыривают перышки. Вспоминают, кто у нас главный по обузданию Америки, кто основной кормилец бедных и русских — и голосуют за ненаглядного юридического бастарда. В результате по опросам поддержать ЛДПР готовы, допустим, 10%, а по итогам голосования выходит 13-14%. Причем систематически.

Что делает в таком случае добросовестный специалист? Вводит поправочный коэффициент на гэп. Исходя из того, что заявление во время опроса это одно, а реальное голосование — немного другое. Нормальная практика, основанная на эмпирическом тестировании метода. Иначе никак.

А как быть с гэпом Чурова? Чтобы угадать его результат, тоже приходится где-то что-то подкручивать в расчетах, балансах и переходных коэффициентах. К тому же дело может быть еще печальнее: возможно, с некоторых пор некоторые люди опять стали воздерживаться от сообщения интервьюеру правды. Мол, линию партии единодушно поддерживаю и одобряю, голосовать непременно пойду, отстаньте ради бога…

Проверить, врут или нет, и если врут, то насколько, можно только по окончательным результатам голосования. А их рисует коллективный Чуров. И что делать?

Опыт близких прямых наблюдений за ужимками и прыжками чуровской организованной группы позволяет высказать странную на первый взгляд гипотезу, что в первые годы деятельности она сама кое-что подкручивала и подправляла в своем хозяйстве, чтобы получить результат, близкий к предсказанному. Уж больно много внимания они уделяли внутриведомственному обсуждению прогнозов и слишком бурно радовались, когда удавалось попасть в точку: «Вот видите: как наука предсказала! Науку, ее не обманешь!». А потом понемногу освоились, обнаглели и сами стали диктовать науке стандарты поведения.

Впрочем, это не более чем личное ощущение. Могу ошибаться. Не настаиваю.

Так ли, этак ли, но эмпирический факт состоит в том, что до поры до времени общими усилиями сторон удавалось добиться приемлемой сходимости. Социологические данные и результаты электоральной администрации успешно находили друг друга в кривом пространстве путинской реальности. Из чего следовал удивительный вывод, что реальность, стало быть, более-менее прямая.

Все это хозяйство функционировало внешне благопристойно (хотя поразительно для тех, кто исследует электоральный фальсификат) до тех пор, покуда на избирательные участки в массовом порядке не пошли квалифицированные наблюдатели. И начальство под давлением обстоятельств не решило объявить месячник честных выборов. Тут-то все скрюченные и подкрученные шаблоны (не важно, с какой стороны) вполне предсказуемо и поплыли.

Социологи яростно отрицают подобное объяснение. Не подкручиваем! Интуитивно исходя из той же странной аксиомы: раньше-то угадывали точно. И вдруг промахнулись! Другой, не менее уважаемый (совершенно искренне) столп «Левада-центра» в личной переписке опровергает: «Мы опубликовали результаты июльского и августовского опросов без применения каких-либо поправочных коэффициентов. Наши цифры — 58% за Собянина и 18% за Навального — это ответы респондентов на вопрос: "За кого из этих кандидатов Вы готовы проголосовать на выборах мэра Москвы?" в процентах от числа намеренных голосовать и определившихся с выбором на дату проведения опроса — 27-30 августа 2013 г.»

Так, может, как раз здесь и надо было бы ввести поправочный коэффициент? Не мне же вам объяснять, что иногда люди говорят интервьюеру немного не то, что думают. Только где взять нормальную точку отсчета для поправки — опять у Чурова? А зачем, если раньше и без поправок хорошо попадали? Сказка про белого бычка. Вас не смущает, что раньше хорошо попадали в фальсифицированную цель, а теперь вдруг хлоп! — и цель существенно сдвинулась, почти целиком растеряв фальсификационный прирост? При по-старому налаженном прицеле.

Продолжение следует...

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13308
20 СЕНТЯБРЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13308//1379599804.jpg
Анастасия Олендская / ЕЖ
Рассмотрим проблему отладки методического аппарата на самом простом примере – с явкой.

Феномен явки

ФОМ на 8 сентября 2013г. прогнозировал в Москве явку в 45%. ВЦИОМ 48.4%. (О, эти десятые доли!) Потом, правда, уже после выборов, глава ВЦИОМ В.Федоров стеснительно сказал на радио «Эхо Москвы», что вообще-то обещал около 46%. Видимо, запамятовал. Бывает. Но радости все равно мало: официальная явка получилась 32,1%. У независимого «Народного Избиркома», который с помощью волонтеров вел параллельный подсчет голосов, в окончательном итоге вышло 32,2%. Расхождения, считай, нет. «Левада-центр», как самый мудрый, явки прогнозировать не стал. Скоро увидим, почему.


Прогрессивная общественность сразу возбудилась и принялась бодро рассуждать, что отныне низкая явка работает скорее на оппозицию, чем на вертикаль. Ах, друзья, погодите! Давайте сначала выясним, что такое низкая явка. И, главное, попытаемся оценить ее качество.

Официальная цифра явки, подобно учению марксизма-ленинизма, складывается из трех источников и трех составных частей. Свободный электорат (А), состоящий из нормальных людей. Хотят – идут на выборы; не хотят – не идут. Управляемый электорат (Б), существенно зависящий от воли руководства: население воинских частей, больниц, мест заключения, домов престарелых, работники некоторых специфических производств, лица, голосующие на дому и пр. Виртуальный электорат (В), состоящий из мертвых душ, вброшенных и приписанных бюллетеней, разного рода «каруселей», «избирателей» на фантомных участках и прочих приписок. Включая фальсифицированные ночью, после ухода наблюдателей, протоколы.

В официальных избирательных сводках явка описана конкретным числом, выраженным в процентах. Именно его и пытаются предсказать социологи, не слишком утруждаясь вопросом, сколько в этом проценте свободных избирателей и сколько управляемых либо виртуальных. То есть качество этой самой явки их не занимает. Занимает количество.

Далее следует несколько конкретных примеров – для оценки глубины проблемы и определения точности прицела. Раздел скорее для специалистов, обычный читатель может его смело пропустить.

Рядовой пример

В поисках точки отсчета отмотаем пленку назад в 2009 год. Выборы в Московскую городскую Думу. Обычный городской район (ТИК) Свиблово; 14 избирательных участков. К 12 часам дня при средней явке в 10.1% ее разброс по УИК составляет от 8.6% до 11.3%. К 14 часам средняя явка поднимается до 18.2%, но при этом размах колебаний по участкам уменьшается: минимум 17.8%, максимум 18.8%. Очень странно с точки зрения математической статистики. Наконец, в 16 часов Свибловский ТИК ставит все точки над «i»: явка в среднем составляет 27.3% . И ровно столько же – 27.3% – по всем 14 участкам! Дисперсия вообще ноль.

Простите, живые люди такими ровными шеренгами на выборы не ходят. Вот виртуальные – за милую душу.

Зная повадки электоральной администрации, легко понять, что произошло. К полудню товарищи поняли, что кривая активности свободного электората выводит на итоговый уровень около 20%. Маловато будет! Привычно обратились за помощью к электорату виртуальному. Он, как и положено сказочному герою, к 14 и 16 часам явился ровными рядами и выправил дефект. После чего руководство смогло расслабиться с чувством выполненного долга. Настолько, что к 18 часам на одном из участков Свибловского ТИК (№ 766) обозначилось даже снижение явки на 0.1%. Что трудновато представить физически. В целом же по району за данный интервал времени явка подросла всего на 0.3%. Хотя на два часа ранее прирост составил 9.1%.

То есть виртуальный десант между 12 и 16 часами строем распределили по участкам и, обеспечив удовлетворительный минимум, отправили назад в небытие. Свободный же электорат, на произвол которого оставили последние 2 часа голосования, подтягивался по-прежнему вяло. Получилось, что между двухчасовыми интервалами прирост явки скачет в 30 раз, причем на всех 14 УИК абсолютно синхронно.

В итоге средняя активность избирателей по Свибловскому ТИК в 2009г. составила скромные 30.7%. Из них минимум 8-10 процентных пунктов (примерно треть «голосовавших») обеспечены виртуальным воинством, мобилизованным между 12 и 16 часами.

Так какую же явку надлежит предсказать социологу, буде его попросят спрогнозировать ее для Свибловского ТИК: «свободную» около 20% или чуровскую, включающую виртуальный электорат и равную 30.7%? При этом Свиблово вовсе не поставило рекорда активности на выборах 2009 года. Это был типичный район-середнячок, скорее из отстающих. Официальная чуровская явка по Москве тогда составила 35.3%.

Элитный пример

На участках, где в 2009г. голосовали президент Медведев, премьер Путин и мэр Лужков (районы Раменки, Гагаринский и Тверской), влияния электоральных шулеров, в отличие от Свиблова, не ощущалось. Понятно почему: гости, наблюдатели, журналисты с фотовспышками; витрина демократии. К тому же по старой доброй традиции очковтирательства все три начальственных участка, в отличие от соседей, были снабжены КОИБами – электронными устройствами для подсчета бюллетеней. В таблице представлены осредненные результаты по этим трем УИК. Понятно, с точки зрения социологии это вообще никакая не выборка – но зато она дает пример расклада голосов там, где фальсификата заведомо не было.

Итак, у начальников средняя явка (официальная!) 22.1%. Результат «ЕР» почти на 30% ниже, чем чуровский по городу (66.3%). Голоса считали настолько честно, что на медведевском участке № 2627 явка составила позорные 14.4%, а на путинском участке № 2079 КПРФ одолела «Единую Россия» со счетом 33.8 : 26.1. Добросовестность счета имеет свою печальную для властей сторону.

Для понимания манер электоральных шулеров полезно проследить, как они заглаживали свой конфуз через два года, на выборах в Госдуму 2011г. В 2009г. на путинском участке №2079, согласно официальному протоколу, по открепительным удостоверениям проголосовали 19 человек (4.3%); в декабре 2011г. здесь зафиксированы уже 345 избирателей (!) с открепительными талонами. Ровно треть (33.3%) от общего числа голосовавших. На УИК с соседними номерами ничего похожего: на участке №2078 – 25 избирателей с открепительными; на участке №2080 – 34 избирателя.

Очевидно, над путинским УИКом вдруг пролился эксклюзивный дождь из приезжих энтузиастов, жаждущих исполнить гражданский долг именно здесь. Отличный пример эксплуатации управляемого электората. Благодаря его усилиям на главном участке страны «ЕР» в 2011г. набрала 33.8% (вместо прежних 26.1%), а КПРФ 24.8% (вместо 33.8% в прошлый раз). Заодно, понятное дело, и явка заметно подросла – на треть.

Аналогично с участком Д.А.Медведева в Раменках (в 2011г. этот УИК стал называться №2634). В 2009г. по открепительным здесь голосовали 27 человек (6.7%); через два года уже 242 человека (26.8%). У соседей показатели остались в прежнем интервале: 32 избирателя с открепительным удостоверением на участке №2633, 22 избирателя на участке № 2635.

Дополнительную пикантность сюжету придает то, что, согласно официальному протоколу, на участке В.В. Путина (№2079) «ЕР» в 2011г. получила 350 голосов. При этом по открепительным удостоверениям, как было сказано, проголосовали 345 человек.

Так что пример с тремя элитными участками Москвы образца 2009г. тоже кое-что дает для понимания феномена чуровской явки – хотя и не является репрезентативным в формальном смысле.

Массовый пример

Сгруппируем московские избирательные участки 2009г. по показателю явки.

Можно предположить, что на 588 участках (это 20% московских избирателей), где официально зафиксированный показатель явки не превышает 25%, вбросы и приписки по каким-то причинам отсутствовали или носили несущественный характер. Управляемый и виртуальный электораты (зомби) на эти 588 участков попасть не смогли. Возможно, не сочли нужным. Или их отпугнули наблюдатели. Или отказались принять честные члены избирательных комиссий, уважающие себя и народ председатели УИК. Такие, вопреки мнению прогрессивной общественности, в России тоже очень даже встречаются. Если судить по московской статистике 2009 года – примерно каждый пятый.

Если бы Москва целиком состояла из таких участков, то, как следует из таблицы, в Мосгордуму в 2009г. прошли бы пять партий с результатами, довольно похожими на данные экзит-полла ВЦИОМ (с округлением до целых): «ЕР» – 45%, КПРФ –18%, Яблоко –14%, «СР» – 11%, ЛДПР – 8%.

Но, во-первых, ВЦИОМ в 2009г. (как и ФОМ в 2011г.) сразу отрекся от своего экзит-полла, сославшись на несовершенство методики; во-вторых, Москва состоит из гораздо большего числа участков. Они-то и обеспечили «ЕР» на выборах в Мосгордуму официальный результат в 66.3%. Более 20 процентов расхождения с данными экзит-полла – есть о чем задуматься.

Таблица показывает, что чем выше явка, тем сильнее среди прибывающих живых и мертвых голосующих душ поддержка «Единой России». Кстати, в отличие от свободного электората, зомби практически не ошибаются при заполнении бюллетеня: по мере роста явки доля недействительных снижается почти вдвое.

Трудно не заметить, что на УИКах с явкой более 25% однонаправлено меняется структура политических предпочтений. Такое возможно только если прирост числа голосующих идет за счет сторонников одной партии (в данном случае «ЕР»). В то время как все остальные как бы буксуют на месте с результатами, зафиксированными на уровне явки до 25%. И грустью наблюдают, как их добросовестный процент размывается по мере прибытия новых и новых шеренг зомби.

Эти наблюдения легко переводятся на язык простой линейной корреляции. Чем выше явка, тем больше голосов за «ЕР». Связь очень тесная: коэффициент корреляции + 0.72. У КПРФ то же самое, но с отрицательным знаком: –0.66; у ЛДПР – 0.61; у «Яблока» – 0.43. Более аккуратные модели позволяют точнее определить точку перегиба, после которой нормальная структура политических предпочтений превращается в ненормальную. По расчетам известного электорального статистика С. Шпилькина, это произошло на уровне явки в 22%. Ее он и склонен считать оценкой реальной (т.е. в нашей терминологии свободной) явки на выборах в Мосгордуму в 2009г. Все, что сверх того – от лукавого. Результат плодотворной деятельности управляемого и виртуального электоратов под дудочку московских властей.

Исходя из приведенных примеров разного уровня (их число легко умножить), при неизбежной размытости критериев кажется разумным предложить более осторожную оценку реальной явки в 2009г. Скажем так: похоже, она колебалась в интервале от 20 до 25 процентов. При официальной цифре электоральной администрации, напомним, 35.3%.

Что же делать в такой ситуации добросовестному социологу? Какой результат предсказывать? Как ни странно, на этот вопрос есть совершенно конкретный ответ, выраженный в цифрах.

Продолжение следует

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13006
6 ИЮНЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13006//1370444238.jpg
ИТАР-ТАСС


Был такой экономист Егор Гайдар. Он умер. И есть его неутомимый ниспровергатель Андрей Илларионов. Он жив.

Покойный экономист Гайдар в январе 2008 г. предсказал то, что позже стали называть мировым экономическим кризисом. А также его последствия для России:

«…Сегодняшние события для экспертного сообщества неожиданностью не стали... Вопрос о том, будет ли в Америке новая рецессия, не актуален. Все, кто знает хоть что-нибудь об американской экономической истории, понимают: будет. Вопрос — когда будет, и что станет ее спусковым крючком? … Сегодня риск рецессии связан с кризисом на рынке ипотечного кредитования, сильно затронувшим рынок жилья, стабильность финансовой системы США... Если темпы экономического роста США станут отрицательными, это окажет влияние на экономику Китая, Индии, Евросоюза, СНГ. Это сегодня и происходит… можно предположить, что снижение темпов глобального экономического роста приведет к существенному снижению темпов роста в России».

Ныне здравствующий критик Илларионов на семь месяцев позже Гайдара, в августе 2008 г. с торжеством представил альтернативный взгляд. Прежде всего, на самого Гайдара:

«В последнее время Егор Тимурович неоднократно говорит о том, что мир находится на грани экономической катастрофы. И Россия — тоже… Ухудшится платежный баланс, и в Россию придет экономический кризис. Или, по крайней мере, наступит замедление экономического роста. Поскольку, по мнению Гайдара, власти к такому развитию событий не готовы, то нас ждут серьезные проблемы, во-первых. А, во-вторых, надо всемерно помогать властям… Логическая цепочка, предложенная Гайдаром в январе этого года, была детально опровергнута практически сразу же как в каждом своем звене, так и в целом. Прошедшие полгода лишь подтвердили ее необоснованность… Гайдаровский прогноз — "индикаторы указывают на то, что рецессия может оказаться жестче, чем в 2001 году" — не подтверждается.

Еще один тезис из интервью Гайдара…: "Сомнений в том, что сегодня мировая конъюнктура существенно хуже, чем была год назад, нет". Это даже как-то трудно комментировать: в июле прошлого года цены на нефть составляли 70 долларов за баррель, в июле нынешнего — 140. Для России мировая конъюнктура стала неоспоримо благоприятнее, чем была год назад. Продавая тот же самый объем нефти, мы получаем сегодня вдвое больше доходов. Это небывалое улучшение конъюнктуры. А Егор Тимурович предсказывал, что цены упадут…Надо признать: этот прогноз оказался неверным… Предсказание о начале стагнации в мировой экономике не подтвердились».

Вот так. Гайдар в начале 2008 г. аккуратно предупреждает о разрастании кризиса, о рецессии в США, грядущем снижении цен и угрозе проседания российской экономики. Специалист по его разоблачению Илларионов в августе того же года, имея гораздо больше материала для анализа, говорит о «неоспоримом» и «небывалом» улучшении конъюнктуры и об отсутствии признаков стагнации. Гайдар в очередной раз повержен. Илларионов в очередной раз безоговорочно прав.

Что произошло дальше, хорошо известно. Упал банк Lehman Brothers. Осенью 2008 года Национальное бюро экономических исследований США объявило, что американская экономика почти год как пребывает в рекордной с 1929 года рецессии. Значит, когда Илларионов, опровергая Гайдара, говорил, что наступление рецессии маловероятно, та уже вовсю полыхала. Чтобы этого не заметить, надо или обладать очень специфическим типом экономического мышления, или так зациклиться на изобличении врага, что никакая иная реальность вокруг уже не интересует. Нефть почти сразу после победного заявления Илларионова рухнула вдвое. И затем около двух лет восстанавливалась. Все как предсказывал этот ужасный Гайдар.

Ничего удивительного. Люди, которые разбираются в экономике, давно поняли, что Гайдар это одно, а Илларионов — нечто совсем другое. Поэтому, в частности, министр финансов Алексей Кудрин (не самый пропащий экономист) задолго до явной манифестации кризиса, на фоне роста нефтяных цен, угрюмо собирал доллары в государственную мошну, понимая, что обвал не за горами и лечить его придется живой валютой, а не популистским празднословием. Так и вышло: в дыру, нанесенную мировым спадом, ухнуло около 300 млрд долларов.

Греция, Испания и Португалия в такой ситуации были вынуждены придержать зарплаты бюджетникам, свернуть социальные программы и бродить с сумой по всей Европе в поисках твердой валюты под неприятный процент. А в России валютный загашник в нужный момент оказался прямо под рукой, свой суверенный, и даже приносящий казне небольшой купонный доход. Само собой, под дружные вопли патриотической общественности про коварного Кудрина, который таким образом поддерживает вражескую экономику.

Не хочется думать, что было бы с благонамеренными патриотами и Россией в 2009 году, прислушайся они годом ранее к оценкам Илларионова. Тот, впрочем, ничуть не расстроился. Людям с подобным складом психики уныние вообще не свойственно. Хотя иной бы пригорюнился: раз предположения о кризисе подтвердились, значит, точно не подтвердилась репутация г-на Илларионова как экономического прогнозиста. Но вместо того чтобы горевать, он (с присущей данному складу психики скрипучей неуживчивостью) принялся сводить счеты с кризисом.

Тут кризису, конечно, не позавидуешь. Зря он связался с таким авторитетом, как Андрей Илларионов! Будет растоптан в пух и прах пуще Гайдара. Судите сами. Во-первых, спад был не настоящий. То есть не глобальный. Вон (поясняет Илларионов), Вьетнам прекрасно себя чувствовал. И Албания тоже. А также Австралия, Индия, Китай и Польша.

Глубокое наблюдение. Впрочем, есть подозрение, что Вьетнам с Албанией глобальный спад 1929 года тоже не очень-то заметили. Равно как и Сомали с экваториальной Африкой. Обсуждать же Австралию, Индию, Китай и Польшу надо долго, конкретно и по отдельности. В любом случае и в 1929 г., и сейчас было немало государств, которым в силу разного сочетания условий удалось отсидеться в сторонке. К сожалению, это не отменяет реальности кризиса для России, про которую толковал Гайдар и которую напористо отрицал Илларионов.

Во-вторых, продолжает Илларионов, спад вообще неправильный. Правильный — это когда сперва падают цены на сырье, а уж потом все прочее. А здесь финансовые рынки грохнулись вперед, а нефть пошла следом. Разве ж это кризис?! Ох, дурят народ гайдаровцы! Вопрос о курице и яйце, конечно архиважен. Особенно когда надо доказать, что Гайдар идиот, а Илларионов умный. Во всех прочих случаях очередность погружения разных секторов экономики в рецессию дела не меняет.

Итак, настоящего кризиса не было. Это во-первых. Во-вторых, Гайдар предсказал его неправильно. В-третьих, не будь Гайдара, Россия пережила бы его не в пример легче. Напоминает ту гегелевскую женщину, которая отрицала кражу соседского кувшина. Во-первых, кувшин она не брала. Во-вторых, он с самого начала был с трещиной. В-третьих, она вернула его хозяйке в целости и сохранности. Вывод очевиден в своей предсказуемости: Гайдар, как всегда, лажанулся. Илларионов, как всегда, на коне.

Умение вот так убедительно, с цифрами и фактами в руках выступать не по теме, а около — еще одна важная особенность данного типа психики.

К чему это все? Да к тому, чтобы объяснить уважаемым читателям на недавнем конкретном примере, вокруг которого еще не успели нагромоздить горы вранья (как вокруг мифологизированных 90-х), почему серьезные специалисты избегают содержательных дискуссий с экономистом Илларионовым. Люди, которых занимает реальное устройство хозяйства, а не безукоризненная картинка мира, сложившаяся в голове особого типа борцов, давно пришли к негласному консенсусу: споров с Илларионовым избегать любыми средствами. Так профессиональные физики — кто с раздражением, кто с христианским состраданием — избегают дискуссий с изобретателями вечного двигателя. Так профессиональные историки обходят стороной автора «новой хронологии» академика Фоменко и профессиональные климатологи не спорят о глобальном потеплении с Юлией Латыниной.

Не о чем говорить. Конечно, с вечным двигателем человечеству, и России в частности, жилось бы значительно лучше. И Егор Гайдар, известное дело, жалкая и ничтожная личность. К тому же совершенно неправильная. Занимался неправильными реформами. Давал неправильные прогнозы неправильного кризиса. Проводил неправильную политику с неправильным правительством — своим и (ах!) путинским. Вместо того чтобы строить идеально чистую экономическую модель вечного двигателя, которую (каждый по-своему) вынашивали такие выдающиеся теоретики, как Глазьев, Жириновский, Зюганов, Лимонов, Пионтковский, Хазин, Чубайс (не тот, который, а его чистый сердцем брат). И конечно — last but not least — Андрей Илларионов.

Пир духа заключается в том, что большинство аплодирующих цифрам и фактам Илларионова, похоже, не отдают себе отчета в главном. Илларионов клеймит нехорошего Гайдара за то, что тот был «недостаточно Гайдаром» (в смысле недостаточно либералом); их же, напротив, страшно раздражает, что Гайдар был «слишком Гайдаром», то есть избыточно либералом. Подумаешь, эка разница! Зато обе стороны радостно сходятся на том, что дрянь-человек. Вполне достаточно для бурных, продолжительных аплодисментов.

На языке конкретной политической практики это выглядело так. Гайдару не дали стать премьером (он работал в ранге и.о.) и вынудили Ельцина отправить его в отставку, заменив на классово близкого Черномырдина, «красные директора» и другие представители старой советской номенклатуры, прикрывавшие свои материальные интересы левопатриотической риторикой. То есть реальный — и очень жесткий — прессинг был слева. Илларионов же сварливо клеймит Гайдара за недостаточную «правизну». За конформизм, за то, что искал компромисса с прежними элитами и военно-промышленным комплексом, стремился выполнять советские международные обязательства. В частности, по поддержке режима Фиделя Кастро. А надо было шашечкой рубануть!

Ну, что тут скажешь. Вечный двигатель тем и хорош, что легко крутится в чьей-то умной голове, покуда не сталкивается с реальным (в нашем случае социально-политическим) сопротивлением среды. Будь на месте Гайдара Илларионов, уж он бы… ух! Боюсь, однако, в реальных 90-х ему с такими либертарианскими замашками матерые мужики из силовиков, региональных элит и хозяев оборонных заводов не дали бы и месяца, чтобы выполнить десятую часть того, что успел конформист Гайдар по переводу экономики на рыночные рельсы и введению вменяемого рубля.

Рубануть либеральной шашечкой — оно бы замечательно. Только чьими руками? Это армейские генералы, чекисты и внутренние войска будут рубать себя по живому? Шаймиев с Рахимовым, Лужков-Строев-Тулеев и прочие феодалы? Вынесли бы они нашего либерала из кабинета вперед ногами вместе с его верными или неверными реформами. Впрочем, теоретика Илларионова (по упомянутым выше причинам) это не тревожит. В собственных принципиальных глазах он всегда прав. А виноватыми остались бы Ельцин (за то, что слаб и не смог прикрыть настоящего реформатора), Запад (за то, что жадничал), идиоты из правительства (за то, что не смогли продавить указания умного либерала). Да мало ли кто еще.

Значит ли это, что Гайдар кругом молодец и должен быть вознесен на пьедестал? Ничуть не значит. Ошибок он наворотил предостаточно. Их действительно надо обсуждать, чтобы не повторять в будущем, — здесь с Илларионовым невозможно не согласиться. Только заниматься этим надо с достойными оппонентами. Но никак не с искренним популистом, который рассказывает про восстановление довоенного ВВП СССР к 1948 году, не удосужившись упомянуть, в каких рублях этот ВВП измерялся (рубли были даже не деревянные, а резиновые, растягивающиеся до полной безразмерности: напечатал в 10 раз больше — вот тебе десятикратный рост; провел денежную реформу — вот тебе повод фальсифицированным пересчетом покупательной способности замазать послевоенный провал с голодом 1946-1947 гг.), или вешает на Гайдара вину за демографический кризис 90-х. Элементарная экспертная добросовестность требует хоть на минутку наведаться в соседние Белоруссию или Украину, где гайдаровских реформ в помине не было, а демографическая кривая изобразила похожую загогулину.

Какая добросовестность, о чем вы. На повестке несравненно более важный вопрос: еще разок напомнить городу и миру про соглашателя Гайдара и твердого искровца Илларионова… Жаль, правда, с кризисом 2009 года у него неважно получилось. Как и с последующим пафосным заявлением о российском «экономическом буме» в 2010-м. Ну да не беда: кризис-то (в отличие от Андрея Илларионова!) все равно был неправильный. А уж Гайдар и подавно.

Позволю себе дать совет профессору Ясину, которого наш несгибаемый либерал настойчиво вызывает к барьеру: не стоит того, уважаемый Евгений Григорьевич. Лучше с Жириновским, ей-богу.

Фотография Марии Олендской / ЕЖ

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13120
22 ИЮЛЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13120//1374441298.jpg
ИТАР-ТАСС
«Это хуже, чем преступление — это ошибка». Роскошь формулировки не отменяет того земного факта, что преступление состоялось. Просто — вот беда! — вышло кособоким.
Посадка Навального из этой серии. Человеку навесили срок ни за что, но в итоге а) резко повысили его известность, а вместе с ней и популярность; б) выставили Собянина подлецом и лицемером, который, рассуждая о честной конкуренции, рассчитывал, что главного оппонента уберут; в) продемонстрировали, что вертикаль неоднородна и в сложных ситуациях склонна выбирать примитивные, чтобы не сказать палаческие, решения.
Риск собянинской команды, когда она решила делиться муниципальными голосами с Навальным, был двойным. Первая угроза: вдруг тот наберет слишком много голосов (из Кремля утекло сакраментальное — «а если миллион?!») и таким образом опровергнет тщательно лелеемую сказку о маргинальности московской оппозиции. Собянинские политтехнологи приняли этот риск на себя и подписались: нет, не наберет. Не позволим. На всякий случай уберем тупые КОИБы, которые в декабре 2011 года показали интегральный московский результат «ЕР» всего в 29,9% (вместо официальных 46,6% в целом по городу). Так что все под контролем! Не бэ, Ваше превосходительство, смело делитесь с Навальным Вашими преданными муниципалами. Он клюнет, покажет свою зависимость. А потом со свистом продует. Будет красиво!
Вторая угроза противоположна: вдруг высшее начальство в последний момент испугается потенциального «миллиона» и все-таки выпишет Навальному реальный срок? Или даже не высшее начальство, а коллективное бессознательное в погонах (условный пан Бастрыкин), неспособное оценить красоту замысла, продолжит гнуть прежнюю линию в тупой надежде посадить и выслужиться?
Тогда Собянину красиво не будет. Будет, ох, как некрасиво.
Ну, правда, почему коллективно-бессознательный пан должен вникать в хитроумные сценарии политтехнологов из чужого штаба? Он парень простой: раз самому независимому и справедливому в мире суду дана команда закатать под асфальт — значит, будем закатывать под асфальт. Если конечно, не поступит команда отбой.
Команда не поступила. Этим менеджмент володинской эпохи отличается от сурковского. Политтехнологические разводки уступили место любимой кувалдочке. Или, допустим, ледорубу. Еще один, неизбежный и потому предсказуемый шаг вниз — к гостеприимной улыбке мертвых усов с трубкой. Почему-то людям кажется, что вертикаль обязательно смотрит вверх. А она гораздо чаще смотрит вниз. Учебник геометрии как мог о такой возможности предупреждал. Не его вина, что не расслышали.
Оставляя в стороне трагическую судьбу лично Навального, констатируем проблемы власти. Мэр Собянин, вместе с изящными столичными политтехнологами, размазан по стенке жирной генеральской задницей. Исходя из жирной же генеральской логики: до власти допускаются не те, кого снизу выберут, а те, кого сверху поставят. Вот и тебя, братишка, поставили. Прилюдно. Чтоб не пытался изображать демократически избранного (и, следовательно, непозволительно самостоятельного) московского мэра. Будешь как все, ходить строем и смотреть в вышестоящий рот. Не надо в другой раз слишком умничать, понял?!
Стилистика задана — а там лиха беда начало. Спешите видеть вторую серию драки зомби-бульдогов под ковром, который прихотливая История свернула в трубку и поставила на попа…
Что делать в такой ситуации нормальным людям? Прикинуться ненормальными? Как зомби?
В извращенной ситуации, любовно восстановленной чекистами, любая естественная реакция человека ошибочна. Сказал правду — слабак. Надеешься на справедливость — лох. Исполнил обещание — трус. Выступил в чью-то защиту — провокатор. Обиделся, не имея «пера» в кармане — дурак. На обиженных воду возят… Слабых бьют…
Мы проходили: не верь, не бойся, не проси. Сегодня эти заповеди опять актуальны. Что характерно, по всей стране.
Штаб Навального, похоже, обиделся. В четверг заявил, что лидер отказывается от участия в выборах. Реакция по-человечески нормальная. Следовательно, ошибочная. Выборы чуровской эпохи давно перестали быть борьбой за власть. Ну, может, за редчайшими исключениями. Борьба, как в советскую эпоху, ушла из публичного пространства в высокие кремлевские кабинеты. Там негласно конкурируют, негласно голосуют, негласно считают. Официальные публичные выборы — лишь формальная дань легитимации.
Здесь и появляется возможность (одна из возможностей!) дать власти ответ. Без эмоций, без иллюзий, без насилия. Хладнокровно, терпеливо и вдумчиво троллить. Всеми доступными способами, кто как сумеет. Не отвлекаясь на личные переживания и споры о том, кто прогрессивнее.
Тогда сразу понятно, что сниматься с дистанции — ошибка. Пока судебное решение не вступило в законную силу и тянется апелляция, у штаба и у самого Навального есть время, чтобы вести разрешенную законом агитацию. Не так уж много в кармане ресурсов, чтобы пафосно отказываться хотя бы от одного. Сняться можно будет и попозже. Точнее, пусть сами снимают.
Кстати, к ночи в четверг пришло сообщение, что, вопреки заявлению штаба, сам Навальный, вроде пока не снимается. Если так — молодец. Думает не о своих трепетных чувствах, а о деле. Держится.
Горшок об горшок — предсказуемая эмоциональная реакция. Следовательно, опять ошибочная. Хотя бы потому что одноразовая: второй раз уже не грохнешь. Бойкот — дело приятное и необременительное. Не только для вечно юных революционных сухофруктов (дай бог им здоровья), но и в первую очередь для самой власти.
Бойкот ее более чем устраивает. Замечательно выписывается в изобретенную специально для Москвы еще в лужковские времена стратегию низкой явки. Если на выборы придет 20-25% москвичей, то это почти исключительно будут пенсионеры, особые группы бюджетников, полицейские, военнослужащие, пациенты госпиталей и обитатели мест заключения, еще не получившие приговора и потому сохранившие избирательные права. То, что называется управляемый электорат. Вам сказать, какие результаты власть получает в казарме, в тюрьме, больнице, в доме престарелых, или сами догадаетесь? Правильно, примерно как в Чечне или в Дагестане. Обычно 90% и более. Ничего личного — чисто научный факт.
При явке в 15-20% доля управляемого электората среди голосующих стремится к 100%. При явке в 30-35% она уже заметно снижается — но не вдвое, как можно бы ожидать. Чем агрессивнее пропаганда бойкота, тем меньше независимых избирателей на участках — просто потому, что идея бойкота функционирует именно в их среде. Люди из управляемого электората о бойкоте не слыхивали, на оппозиционные сайты не заглядывали, правду жизни черпали прямиком из сахарных уст Мамонтова.
Они в любом случае придут (их приведут) и проголосуют. Как обычно. Как надо. С минимумом тревог для администрации, которая при нужде еще подключит и мертвые души из советского электорального бронепоезда, стоящего на запасном пути. При бойкоте со стороны независимого контроля это оформляется за милую душу. Все замечательно. Выборы — пусть с невысокой явкой — состоялись. Некоторые милые козлики их бойкотировали — ну, так что с них взять. Слава богу, демократия…
Кажется, яснее некуда. Но даже умные и опытные люди не в силах совладать с эмоциями. Не за кого голосовать! Шулеры! Бойкот! Истинная правда: не за кого. И про шулеров тоже верно. Ну и что? Не надо недооценивать степень их цинизма. Им ваша беспомощная ярость — как елей на душу. Такое вот специально выведенное племя.
Но зачем же тогда нам эти недовыборы с недокандидатами? А затем, что это один из немногих рычагов, которые реально остались. Одно дело — назначенный из Кремля мэр, абсолютно от города независимый и смотрящий только в очи начальству. И немного другое дело назначенный из Кремля мэр, которому в спину дышит конкурент, обладающий заметной поддержкой избирателя. Если не в политическом, то хотя бы в хозяйственном смысле. Во втором случае не удастся так долго и взасос воровать, жить припеваючи без критики и т.п.
Речь давно не о том, чтобы выбрать лучших (пусть из худших), а о том, чтобы власть не забыла вообще о существовании какого-то там народонаселения. Да и зачем оно, если начальство кормится не от человеческого капитала, а от сырьевой ренты? Только лишняя морока от этих избирателей.
Навальный был хорошим напоминателем для власти. Смелый, яркий, с даром беззаветного популизма. Потому и вышибли. 20 лет назад его электоральные рейтинги летали бы под небесами, как у Жириновского (в России), или у Лукашенко (в Белоруссии). 15 лет назад его талант постарались бы перекупить и кооптировать во властную корпорацию. Сегодня его тупо сажают за выдуманное преступление. Власть явно деградирует. И тянет за собой страну. По неоднократно предсказанной траектории. Никакого экспертного удовлетворения от точности прогноза.
Не стоит позволять власти деградировать беспрепятственно. Один из способов противодействия — выборы. Они не исключают и не подменяют других способов — зачем же пафосно отказываться? Подло украв у инфантильного оппозиционного мышления любимую погремушку, товарищи из вертикали с интересом ожидает обиженного рева, слез и негодующего исхода из песочницы вон.
Почему бы не попробовать хотя бы разок среагировать как взрослые люди? Чисто для разнообразия.
В отличие от думских выборов, когда порча бюллетеней («стратегия Нах-Нах») была заведомо тупиковой (при распределении голосов половина недействительных предсказуемо ушла к «Единой России»), в модели выборов президента и мэра, тем более при двухтуровом голосовании, этот вариант смотрится совсем иначе.
Кандидату от власти в первом туре необходимо набрать более 50%. Недействительные бюллетени по протоколу входят в число распределяемых 100%. Чем выше процент у любого из альтернативных кандидатов (включая Нах-Наха), тем меньше остается начальнику. Отсюда простая как апельсин логика: если у вас украли любимого кандидата, вы можете выразить свое негодование тремя способами. Проклясть власть вместе с ее выборами и удалиться в электоральную пустыню. Власть будет вам глубоко признательна. Для нее идеальным вариантом вашего поведения было бы вообще повеситься, чтоб не занимать даром места у нефтегазового пирога.
Второй вариант: собрать в кулак гражданское мужество и партизанскими тропами пробраться на избирательный участок, чтобы по возможности испортить начальству обедню своим голосованием. А там, на месте, в зависимости от темперамента и ангажированности, голосовать либо по прежнему завету своего гуру («за любого, кроме…), либо по сценарию Нах-Нах, который как раз будет одним из «кроме».
Третий вариант, почти совсем немыслимой смелости (и взрослости): пойти наблюдателем и проследить, чтобы уязвленные бойцы действующего мэра не попытались дать ответ обидчикам (наверху, наверху, не среди нас же, смердов!!), накидав в урны фальшивых бюллетеней и показав КОМУ НАДО высокую степень контроля над политической и электоральной ситуацией в городе-герое Москве.
Мне до сих пор по-экспертному обидно, что от торопливости и дурости плодотворная сама по себе (только для президентских выборов!!) идея с Нах-Нахом была некстати запущена во время декабрьских выборов в Думу, где себя закономерно дискредитировала — и в результате не вызвала должного энтузиазма в марте. Как раз когда могла бы замечательно выстрелить!
Так бывает. Ничего. Важно понять, что на этот раз порча бюллетеня опять имеет смысл (если, конечно, их честно посчитают). Вариант за «любого кроме» тоже хорош. Но было бы круто, если главным конкурентом мэра окажется испорченный бюллетень. Почему бы не доставить власти такое маленькое удовольствие?
А потом каждый негодующий гражданин имеет полное моральное право заняться чем угодно. Вываливаться на площадь, штурмовать МХАТ (либо пищеблок № 8), писать громокипящие тексты, рвать на груди тельник, звать трудящихся на баррикады или биться за светлое прошлое, когда за любимую партию и правительство неизменно поступало 99,9% голосов.
Но выборы-то зачем игнорировать? Это ж целиком готовый, оплаченный казной формат кампании гражданского неповиновения. Или важнее продемонстрировать несгибаемую персональную твердость?
Ну, тогда делать нечего. Вам, значит, в одну песочницу с маленьким капризником Эдичкой. Осторожнее — он, когда сердится, швыряется песком в глаза.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Метцель

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13308
20 СЕНТЯБРЯ 2013 г
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13308//1379599804.jpg
Анастасия Олендская / ЕЖ
Рассмотрим проблему отладки методического аппарата на самом простом примере – с явкой.

Феномен явки

ФОМ на 8 сентября 2013г. прогнозировал в Москве явку в 45%. ВЦИОМ 48.4%. (О, эти десятые доли!) Потом, правда, уже после выборов, глава ВЦИОМ В.Федоров стеснительно сказал на радио «Эхо Москвы», что вообще-то обещал около 46%. Видимо, запамятовал. Бывает. Но радости все равно мало: официальная явка получилась 32,1%. У независимого «Народного Избиркома», который с помощью волонтеров вел параллельный подсчет голосов, в окончательном итоге вышло 32,2%. Расхождения, считай, нет. «Левада-центр», как самый мудрый, явки прогнозировать не стал. Скоро увидим, почему.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13308//1379599108.jpg

Прогрессивная общественность сразу возбудилась и принялась бодро рассуждать, что отныне низкая явка работает скорее на оппозицию, чем на вертикаль. Ах, друзья, погодите! Давайте сначала выясним, что такое низкая явка. И, главное, попытаемся оценить ее качество.

Официальная цифра явки, подобно учению марксизма-ленинизма, складывается из трех источников и трех составных частей. Свободный электорат (А), состоящий из нормальных людей. Хотят – идут на выборы; не хотят – не идут. Управляемый электорат (Б), существенно зависящий от воли руководства: население воинских частей, больниц, мест заключения, домов престарелых, работники некоторых специфических производств, лица, голосующие на дому и пр. Виртуальный электорат (В), состоящий из мертвых душ, вброшенных и приписанных бюллетеней, разного рода «каруселей», «избирателей» на фантомных участках и прочих приписок. Включая фальсифицированные ночью, после ухода наблюдателей, протоколы.

В официальных избирательных сводках явка описана конкретным числом, выраженным в процентах. Именно его и пытаются предсказать социологи, не слишком утруждаясь вопросом, сколько в этом проценте свободных избирателей и сколько управляемых либо виртуальных. То есть качество этой самой явки их не занимает. Занимает количество.

Далее следует несколько конкретных примеров – для оценки глубины проблемы и определения точности прицела. Раздел скорее для специалистов, обычный читатель может его смело пропустить.

Рядовой пример

В поисках точки отсчета отмотаем пленку назад в 2009 год. Выборы в Московскую городскую Думу. Обычный городской район (ТИК) Свиблово; 14 избирательных участков. К 12 часам дня при средней явке в 10.1% ее разброс по УИК составляет от 8.6% до 11.3%. К 14 часам средняя явка поднимается до 18.2%, но при этом размах колебаний по участкам уменьшается: минимум 17.8%, максимум 18.8%. Очень странно с точки зрения математической статистики. Наконец, в 16 часов Свибловский ТИК ставит все точки над «i»: явка в среднем составляет 27.3% . И ровно столько же – 27.3% – по всем 14 участкам! Дисперсия вообще ноль.

Простите, живые люди такими ровными шеренгами на выборы не ходят. Вот виртуальные – за милую душу.

Зная повадки электоральной администрации, легко понять, что произошло. К полудню товарищи поняли, что кривая активности свободного электората выводит на итоговый уровень около 20%. Маловато будет! Привычно обратились за помощью к электорату виртуальному. Он, как и положено сказочному герою, к 14 и 16 часам явился ровными рядами и выправил дефект. После чего руководство смогло расслабиться с чувством выполненного долга. Настолько, что к 18 часам на одном из участков Свибловского ТИК (№ 766) обозначилось даже снижение явки на 0.1%. Что трудновато представить физически. В целом же по району за данный интервал времени явка подросла всего на 0.3%. Хотя на два часа ранее прирост составил 9.1%.

То есть виртуальный десант между 12 и 16 часами строем распределили по участкам и, обеспечив удовлетворительный минимум, отправили назад в небытие. Свободный же электорат, на произвол которого оставили последние 2 часа голосования, подтягивался по-прежнему вяло. Получилось, что между двухчасовыми интервалами прирост явки скачет в 30 раз, причем на всех 14 УИК абсолютно синхронно.

В итоге средняя активность избирателей по Свибловскому ТИК в 2009г. составила скромные 30.7%. Из них минимум 8-10 процентных пунктов (примерно треть «голосовавших») обеспечены виртуальным воинством, мобилизованным между 12 и 16 часами.

Так какую же явку надлежит предсказать социологу, буде его попросят спрогнозировать ее для Свибловского ТИК: «свободную» около 20% или чуровскую, включающую виртуальный электорат и равную 30.7%? При этом Свиблово вовсе не поставило рекорда активности на выборах 2009 года. Это был типичный район-середнячок, скорее из отстающих. Официальная чуровская явка по Москве тогда составила 35.3%.

Элитный пример

На участках, где в 2009г. голосовали президент Медведев, премьер Путин и мэр Лужков (районы Раменки, Гагаринский и Тверской), влияния электоральных шулеров, в отличие от Свиблова, не ощущалось. Понятно почему: гости, наблюдатели, журналисты с фотовспышками; витрина демократии. К тому же по старой доброй традиции очковтирательства все три начальственных участка, в отличие от соседей, были снабжены КОИБами – электронными устройствами для подсчета бюллетеней. В таблице представлены осредненные результаты по этим трем УИК. Понятно, с точки зрения социологии это вообще никакая не выборка – но зато она дает пример расклада голосов там, где фальсификата заведомо не было.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13308//1379599399.jpg
Итак, у начальников средняя явка (официальная!) 22.1%. Результат «ЕР» почти на 30% ниже, чем чуровский по городу (66.3%). Голоса считали настолько честно, что на медведевском участке № 2627 явка составила позорные 14.4%, а на путинском участке № 2079 КПРФ одолела «Единую Россия» со счетом 33.8 : 26.1. Добросовестность счета имеет свою печальную для властей сторону.

Для понимания манер электоральных шулеров полезно проследить, как они заглаживали свой конфуз через два года, на выборах в Госдуму 2011г. В 2009г. на путинском участке №2079, согласно официальному протоколу, по открепительным удостоверениям проголосовали 19 человек (4.3%); в декабре 2011г. здесь зафиксированы уже 345 избирателей (!) с открепительными талонами. Ровно треть (33.3%) от общего числа голосовавших. На УИК с соседними номерами ничего похожего: на участке №2078 – 25 избирателей с открепительными; на участке №2080 – 34 избирателя.

Очевидно, над путинским УИКом вдруг пролился эксклюзивный дождь из приезжих энтузиастов, жаждущих исполнить гражданский долг именно здесь. Отличный пример эксплуатации управляемого электората. Благодаря его усилиям на главном участке страны «ЕР» в 2011г. набрала 33.8% (вместо прежних 26.1%), а КПРФ 24.8% (вместо 33.8% в прошлый раз). Заодно, понятное дело, и явка заметно подросла – на треть.

Аналогично с участком Д.А.Медведева в Раменках (в 2011г. этот УИК стал называться №2634). В 2009г. по открепительным здесь голосовали 27 человек (6.7%); через два года уже 242 человека (26.8%). У соседей показатели остались в прежнем интервале: 32 избирателя с открепительным удостоверением на участке №2633, 22 избирателя на участке № 2635.

Дополнительную пикантность сюжету придает то, что, согласно официальному протоколу, на участке В.В. Путина (№2079) «ЕР» в 2011г. получила 350 голосов. При этом по открепительным удостоверениям, как было сказано, проголосовали 345 человек.

Так что пример с тремя элитными участками Москвы образца 2009г. тоже кое-что дает для понимания феномена чуровской явки – хотя и не является репрезентативным в формальном смысле.

Массовый пример

Сгруппируем московские избирательные участки 2009г. по показателю явки.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13308//1379599343.jpg
Можно предположить, что на 588 участках (это 20% московских избирателей), где официально зафиксированный показатель явки не превышает 25%, вбросы и приписки по каким-то причинам отсутствовали или носили несущественный характер. Управляемый и виртуальный электораты (зомби) на эти 588 участков попасть не смогли. Возможно, не сочли нужным. Или их отпугнули наблюдатели. Или отказались принять честные члены избирательных комиссий, уважающие себя и народ председатели УИК. Такие, вопреки мнению прогрессивной общественности, в России тоже очень даже встречаются. Если судить по московской статистике 2009 года – примерно каждый пятый.

Если бы Москва целиком состояла из таких участков, то, как следует из таблицы, в Мосгордуму в 2009г. прошли бы пять партий с результатами, довольно похожими на данные экзит-полла ВЦИОМ (с округлением до целых): «ЕР» – 45%, КПРФ –18%, Яблоко –14%, «СР» – 11%, ЛДПР – 8%.

Но, во-первых, ВЦИОМ в 2009г. (как и ФОМ в 2011г.) сразу отрекся от своего экзит-полла, сославшись на несовершенство методики; во-вторых, Москва состоит из гораздо большего числа участков. Они-то и обеспечили «ЕР» на выборах в Мосгордуму официальный результат в 66.3%. Более 20 процентов расхождения с данными экзит-полла – есть о чем задуматься.

Таблица показывает, что чем выше явка, тем сильнее среди прибывающих живых и мертвых голосующих душ поддержка «Единой России». Кстати, в отличие от свободного электората, зомби практически не ошибаются при заполнении бюллетеня: по мере роста явки доля недействительных снижается почти вдвое.

Трудно не заметить, что на УИКах с явкой более 25% однонаправлено меняется структура политических предпочтений. Такое возможно только если прирост числа голосующих идет за счет сторонников одной партии (в данном случае «ЕР»). В то время как все остальные как бы буксуют на месте с результатами, зафиксированными на уровне явки до 25%. И грустью наблюдают, как их добросовестный процент размывается по мере прибытия новых и новых шеренг зомби.

Эти наблюдения легко переводятся на язык простой линейной корреляции. Чем выше явка, тем больше голосов за «ЕР». Связь очень тесная: коэффициент корреляции + 0.72. У КПРФ то же самое, но с отрицательным знаком: –0.66; у ЛДПР – 0.61; у «Яблока» – 0.43. Более аккуратные модели позволяют точнее определить точку перегиба, после которой нормальная структура политических предпочтений превращается в ненормальную. По расчетам известного электорального статистика С. Шпилькина, это произошло на уровне явки в 22%. Ее он и склонен считать оценкой реальной (т.е. в нашей терминологии свободной) явки на выборах в Мосгордуму в 2009г. Все, что сверх того – от лукавого. Результат плодотворной деятельности управляемого и виртуального электоратов под дудочку московских властей.

Исходя из приведенных примеров разного уровня (их число легко умножить), при неизбежной размытости критериев кажется разумным предложить более осторожную оценку реальной явки в 2009г. Скажем так: похоже, она колебалась в интервале от 20 до 25 процентов. При официальной цифре электоральной администрации, напомним, 35.3%.

Что же делать в такой ситуации добросовестному социологу? Какой результат предсказывать? Как ни странно, на этот вопрос есть совершенно конкретный ответ, выраженный в цифрах.

Продолжение следует

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13318
24 СЕНТЯБРЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13318//1379977409.jpg
Мария Олендская / ЕЖ
Левада-Центр хорошо описывает ситуацию с прогнозом московской явки в 2009г.

По опросу за полторы недели до выборов 40.5% избирателей заявили о готовности голосовать. Профессионалы из Левада-Центра прекрасно знают (и пишут), что в реальности не более 60% из изъявивших подобное благое намерение способны реализовать его на практике. То есть налицо осознанный факт гэпа минимум в 40% и, следовательно, необходимости поправок.

В данном случае корректирующий коэффициент равен 0.6 (60%). В результате их предвыборный прогноз явки на 2009г. получился 22.5% по наиболее вероятному сценарию и 25% по самому оптимистическому.

Поразительно точное совпадение с цифрами, независимо (и апостериорно) полученными нами на основе анализа официальной электоральной статистики. У С. Шпилькина, также действующего независимо и апостериорно, реальная явка получилась, напомним, 22%.

Зато у Чурова 35.3%.

И тут социологи Левада-Центра дрогнули. Совсем чуть-чуть, но отступили. Наряду с предвыборными опросами они проводят и послевыборные. В частности, коварно спрашивают у людей, принимали ли те участие в голосовании. И люди, существа слабые и грешные, понятное дело, опять слегка привирают. Хотят выглядеть лучше. Применительно к 2009г., по данным Левада-Центра, через месяц после выборов о своем участии в них гордо заявили 44%. На девять процентов больше, чем даже Чуров насчитал!

Если в обратном порядке применить тот же поправочный коэффициент 0.6 «на вранье», то реальная явка получается 26.4%. Что неплохо корреспондирует как с исходным прогнозом самого Левада-Центра, так и с независимыми апостериорными оценками свободной явки на основе электоральной статистики. Однако авторы доклада не могут игнорировать и официальную цифру в 35.3%.

Вероятно, поэтому специалисты Левада-Центра при обратном расчете явки берут поправочный коэффициент «на вранье» не 0.6, а 0.63. И, умножая на этот коэффициент результат послевыборного опроса (44%), получают 28%. Что и называют оценкой настоящей явки на выборах 2009г.

Получается на 3 процента выше собственного «наиболее оптимистического» предвыборного прогноза. И на 3-6 процентов выше независимо рассчитанных оценок реальной явки С.Шпилькина и других электоральных статистиков, включая В.Козлова и автора этих строк.

Зато чуть ближе к официальным данным.

Конечно, под выбор поправочного коэффициента 0.63 подведена необходимая научная база: мол, в 2005г. реальная явка на городских выборах составляла 34.5%, а на послевыборном опросе об участии в голосовании (слегка приврав, как обычно) тогда заявили 54.5% соотечественников. Делим одно на другое, получаем как раз 0.63. Вот и хорошо, почему бы не использовать эту константу при обратном расчете реальной явки в 2009г.?

Сначала (как бы в шутку) ответим уважаемым коллегам вопросом на вопрос: а почему все-таки не 0.6, тем более что вы же сами только что написали, что реально голосуют НЕ БОЛЕЕ 60% благонамеренных хвастунишек? 0.63 все-таки БОЛЕЕ 0.6, не так ли?

Ладно, это всего лишь один из многочисленных случаев, когда исследователь при выборе из равновероятных оценок, равновозможных коэффициентов или равно логически допустимых вариантов выбирает тот, который его больше устраивает. В данном случае, поближе к официозу. Полагаю, на месте экспертов Левада-Центра так поступило бы большинство исследователей. Это не криминал и уж точно не тема для нравоучений. Просто реальность, напоминающая, что все мы люди. И никто не знает истины.

В том же отчете сначала сказано, что «реальный уровень явки составил какое-то число в пределах от 22% до 28%» (что совершенно корректно и понятно), а чуть ниже – что все-таки на самом деле явка «действительно составила 28%». Что менее корректно и не очень понятно.

Но важнее другое! Даже если реальная явка в 2009г. составила, допустим, 28%, как с некоторым скрипом убедили себя специалисты Левада-Центра – все равно приходится признать, что минимум 7.3 процентных пунктов явки были грубо приписаны. Социологи – надо отдать должное их мужеству – прямо так и пишут: фальсификации были, и весьма серьезные. В их положении это очень, очень смелый шаг. Его им припомнили и не простили: с недавних пор Левада-Центр числится в «иностранных агентах» и ощущает на горле нежное железо чекистской гарроты.

В отличие от румяных ФОМа и ВЦИОМа.

Но вернемся к вопросу о корректности научного метода в условиях кривой реальности. Если в 2009г. чуровские умельцы приписали 7.3% явки (на самом деле больше, минимум 10% – но уж бог с ними!), то с какой радости вы, уважаемые коллеги, так легко берете за эталон для расчета поправочного коэффициента явки ОФИЦИАЛЬНЫЕ данные 2005 года? Априори полагаете, что тогда фальсификата не было?

Вынужден разочаровать: был. Неважно, в каком конкретно объеме. Скорее всего, заметно меньшем, чем в 2009г. В.Е.Чуров тогда еще не воссел на Центризбирком, и самая позорная страница российской электоральной истории только приоткрывалась.

Но мы же не об этом. Мы о методе! Факт заключается в том, что поправочный коэффициент для расчета реальной явки в скрытом виде все равно восходит к официальной статистике ЦИК России. Которая более-менее фальсифицирована.

Допустим для примера, что электоральная администрация в 2005г. врала примерно в два раза меньше; приписала лишь 4.5 процента явки. То есть реальная цифра была около 30%. Тогда поправочный коэффициент на послевыборное вранье сограждан (54.5% заявили, что голосовали) был бы не 0.63, а, скорее, 0.55. Отсюда обратный расчет реальной явки от послевыборного опроса 2009г. (об участии в голосовании заявили 44%!) с учетом поправки 0.55 дал бы более реалистичную оценку: 24% вместо 28%.

Все это ни в коем случае не в укор. Напротив, с сочувствием. Можно сломать миллион копий вокруг того, какой коэффициент лучше и почему. Не суть. Суть же в том, что социологи все равно вынуждены (А) подкручивать свои опросные данные под электоральную эмпирику и (Б) делать это, исходя из чуровских (в широком смысле слова) цифр. В 2009 г. – от явки в 34.5%, как бы зафиксированной в 2005г. Которая неявным образом почему-то принята ими за объективную.

Такие дела. Даже ЧЕСТНЫЙ Левада-Центр в своих расчетах латентно исходит из априорно принятых за правду данных ЦИК России. Даже УМНЫЙ Левада-Центр потом забывает, что в основе его расчетов лежат цифры, в которых так или иначе скрыта некая неопределенная доля фальсификата. И с обидой говорит: «Мы не подкручивали!». Простите, «не подкручивать» технически невозможно. Иначе вам придется говорить, что раз 44% пообещали прийти на выборы, значит, столько и придут. А на самом деле явка получится на 20 процентных пунктов ниже. Кому такой прогноз нужен.

Подкручивать прогнозный «прицел» – святое право и обязанность профессионала. Только очень важно не упускать из внимания, под какую именно ЦЕЛЬ вы его подкручиваете. В частном случае с явкой 2009 года на выборах в г. Москве прицел Левада-Центра был чуть-чуть сдвинут с поправкой на чуровские данные. Вместо изначальных (и затем независимо подтвержденных) 22-25% получилось 28%. При этом пересчет обосновывается ссылкой на соотношение Опрос/Реальность по данным 2005 г. Где «Реальность» опять же задана цифрой официальной статистики. Странно, что приходится такие простые вещи объяснять.

Ничего неестественного и оскорбительного в подтягивании социологического инструментария под официальный результат нет. В конце концов, именно его любая нормальная социология в любой нормальной стране и стремится предсказать. Кто же виноват, что в России (с ее уникальным цивилизационным кодом, заметно отличающимся от нормальных стран) власть специально нанимает хитрого бородатого дворника, чтобы тот веником высокохудожественно малевал ложные цели и мишени. Для всех – в том числе и для социологов.

В таких условиях порядочный эксперт обречен на расщепление сознания. Точнее, на шизофрению метода. Обратите внимание – к ВЦИОМу и к ФОМу претензий нет. Они, как и Чуров, прекрасно знают, что делают. И все вокруг тоже прекрасно знают, что они делают. Полная гармония, никаких обид и претензий. В мире, где живут скрюченные волки и растут скрюченные елки, непременно найдется скрюченный дизайнер, большой мастер строительства скрюченных изб из скрюченного стройматериала. Ничего, жить можно. Следующая остановка – «Потемкинская деревня». Слезай, приехали.

А вот с Левада-Центром, где работают честные и умные эксперты – человеческая трагедия. Метод понемногу сходит с ума.

Продолжение следует.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=13324
25 СЕНТЯБРЯ 2013 г.
http://www.ej.ru/img/content/Notes/13324//1380033473.jpg
ИТАР-ТАСС
С явкой, вроде, разобрались. Но ведь ее приписывали и приписывают не саму по себе. Каждый приписанный голос дает лишнюю единичку в суммарный расклад бюллетеней. На самом-то деле приписывают как раз ГОЛОСА (кому надо), а показатель явки всего лишь покорно тянется следом. Как смиренная функция за наглым аргументом.

Это важно осознать. Раз приписана явка, значит, добавленные голоса достались кому-то из участников. (Для корректности подчеркнем, что графа «недействительные бюллетени» тоже рассматриваются как участник – их сумма учитывается при расчете долей.) Фальсифицированным голосам просто некуда деться, кроме как в расчет окончательных процентов. Кому же они достаются? Может, пропорционально (справедливо) распределяются среди всех кандидатов?

Дудки: на любых выборах последних лет четко прослеживается положительная корреляционная связь между приростом явки и долей голосов за «Единую Россию», В.Путина или любого иного представителя власти. Возьмите хоть ту же таблицу по 2009г., представленную ранее.

Оно и понятно: уж если административный ресурс приглашает зомби-электорат, то не ради массовки, а чтоб поддержал правильного кандидата.

Отсюда прямой ход к проблеме предвыборных предсказаний 2013 года.

Левада-Центр, как нам уже объяснили, публикует не прогноз, а опрос «без применения каких-либо поправочных коэффициентов». На август 2013г. у Собянина 58%, у Навального 18%. ФОМ и ВЦИОМ свои цифры называют именно прогнозом – но к ним, как уже сказано, вопросов нет.

Вопросы лишь к Левада-Центру. Потому что от него можно надеяться получить честный ответ. Вы установили, что из тех, кто обещает прийти на выборы, до участков в реальности доходит не более 60%. И разумно умножаете опросные данные на поправочный коэффициент 0.6. Но почему же тогда не пытаетесь ввести поправочный коэффициент на заявления тех, кто обещает проголосовать за власть? Они что, все говорят интервьюерам правду и не пытаются показаться лучше, чем на самом деле?

Едва ли. Скорее, мы опять имеем дело с шизофренией метода. Честный метод требует ввести поправки (по Собянину – наверняка понижающие) на оптимистические данные исходного опроса и предложить прогноз поддержки политика, какой она окажется в день голосования. Но скрюченная чуровско-путинская реальность подсказывает, что понижающих поправок вводить не надо. Ну, не надо! Ну, пусть останется 58%! Здоровее будет. Мы не знаем, как оно у Чурова получается, но получается же!!

Помаленьку вынужденно отступая от профессиональных прогностических стандартов (мы не прогнозируем, мы всего лишь честно публикуем данные опроса!), Левада-Центр в 2013г. вообще отказался предсказывать явку. Слишком больно обжегся на ней в 2009г., когда на беду угадал точно. И резко разошелся с Чуровым. Так же и с нынешним результатом Собянина. Если будет около 60%, можно будет вскользь отметить: «Ну, мы неплохо угадали». А если отскок окажется неприлично большим, тогда: «Мы же не прогнозировали. Ясно было сказано: опрос!»

Нет, уважаемые коллеги, мы к вам ничуть не в претензии за эти детские хитрости. Наоборот! Очень интересно (хотя печально) наблюдать, как скрючивающаяся реальность вынуждает добросовестного эксперта понемногу прощаться с надежными, хорошо отработанными методами и приемами. Экзит-поллы Левада давно не проводит. Оценку явки тоже уже не дает. Электоральные рейтинги политиков с 2013г. не прогнозирует, ограничиваясь публикацией предвыборных опросов.

Скрюченная путинская реальность не нуждается в экспертах. Она нуждается в пропагандистах с имиджем экспертов. А это совсем другая работа, хотя внешне очень похоже. Чем бессовестней, тем лучше. Под ее нарастающим давлением Левада-Центр отступает, отступает, пытается выжить, опять отступает… И не он один, конечно.

А давайте попробуем зайти с противоположной стороны. Исходя из простой арифметической зависимости: при официальной явке, допустим, в 30%, приписанные к ней 10 процентных пунктов в итоге оборачиваются целой третью голосующего электората! Это замечательное открытие давно воплощено в производственную практику Мосгоризбиркомом, который с начала нулевых годов благополучно реализует на региональных выборах стратегию низкой явки. При полной функциональной и политической поддержке со стороны громокипящей прогрессивной общественности, призывающей к бойкоту выборов!

Если в 2009 г. реальная явка была, как сначала верно спрогнозировал Левада-Центр, 22%-25%, а не 28%, как он позже подтянул, исходя из чуровских данных, то официальная приписка явки составила 10%-12%, а не 7%. Разница весьма существенная: в одном случае приписной электорат составляет почти треть от итогового официального числа голосующих, в другом – около одной пятой.

Это не может не отразиться на окончательном (официальном) раскладе голосов. Не сложно прикинуть (хотя эта отдельная методическая проблема – назовем ее оценкой «фактора Чурова»), что около 9/10 этой призывной публики отдали свои «голоса» за «ЕР». Следовательно, если от ее официального тогдашнего результата (66%) отнять третью часть или чуть меньше, можно надеяться получить очищенную оценку ее реальной поддержки. Получается где-то 44-46%.

Похоже на средние данные по 588 участкам без явных признаков фальсификата (с явкой менее 25%) и на «неудачный» экзит-полл ВЦИОМа. Ничего пока не будем утверждать. Просто попробуем применить этот подход к Москве 2013г.

Реальная явка получилась 32%. Она же и официальная, впервые за долгие годы почти полностью свободная, без виртуального электората и с довольно небольшой долей управляемого. Выборы – благодаря огромному числу наблюдателей и административным мерам – впервые за долгие годы действительно получились если не «стерильные» (выражение С.Б.Иванова, главы кремлевской Администрации), то на порядок более честные.

А что было бы, если бы к явке добавился «фактор Чурова» в стандартном для него объеме 10-12 процентов явки?

Официальная явка составила бы 42%-44%. Отличное совпадение с прогнозом ФОМа и неплохое с прогнозом ВЦИОМа. В натуральных числах это 720-850 тыс. приписанных живых и мертвых избирателей из управляемого и виртуального электоратов.

Если «фактор Чурова» распределяется по строкам итогового протокола обычным для него образом (9/10 в пользу кандидата от власти), приварок С.С. Собянину составил бы от 650 до 760 тыс. голосов. В реальности (при наличии массового контроля) Собянин получил около 1190 тыс. С добавкой от Чурова у него было бы от 1840 до 1950 тыс. В пересчете на возросшую за счет «фактора Чурова» явку это будет как раз от 57% до 63%.

То есть если бы Чуров (ну, или его меньшой брат Горбунов) как системный фактор действовал в обычном своем режиме, уважаемые социологи очень точно предсказали бы результат. Естественно, вместе с зашитым в него «чуровским фактором».

На беду 8 сентября 2013г. почти 2300 избирательных участков г. Москвы из 3597 были взяты под контроль наблюдателями. Вместо всего 130 участков в 2011г., когда «Гражданин Наблюдатель» только начинал процесс. Благодаря месячнику честных выборов «фактор Чурова» был загнан в весьма узкий коридор возможностей, да и там не смог развернуться в привычную силу. Масштаб суммарного фальсификата вряд ли превышает плюс-минус 2 процентных пункта от официально показанного для С.Собянина (51.4%).

В итоге прогнозы социологов, построенные на осознанном (ВЦИОМ, ФОМ) или не осознанном (Левада-Центр) подкручивании аналитического аппарата под чуровскую скрюченную реальность, закономерно повисли в воздухе. Откуда им было знать, что массовое присутствие наблюдателей на участках снизит активность электоральных зомби в несколько раз по сравнению со стандартным уровнем.

Естественно уважаемых социологов устроит любое иное объяснение, кроме этого. Не сомневаюсь, что они его совместными усилиями найдут. Собственно, уже нашли: по мнению руководства ФОМ, электорат Собянина был подсчитан верно, просто в день голосования он расхотел голосовать по случаю обилия грибов под Москвой. По всей вероятности, трюфелей – чтобы зомби, которых зов административной трубы на этот раз не смог вызвать на поверхность, собирали их прямо по месту жительства.

Что же касается глубокомысленных рассуждений прогрессивной общественности о полезности низкой явки для оппозиции, то позвольте напомнить, что в 2013г. 32% явки в Москве были чистыми и честными. Почти совсем. А в 2009г. 35.3% были грязными, вонючими и примерно на треть (минимум на четверть!) состояли из мобилизованных Чуровым обитателей подземного мира. Реальная свободная явка тогда была не более 25%. Так что на самом деле, уважаемые господа, явка в 2013г. не упала, а выросла в сравнении с 2009г. Упал «фактор Чурова».

Вместе с ним, понятное дело, рухнула и глубоко фальсифицированная с помощью управляемого и виртуального электората «официальная» структура политических симпатий московского избирателя.

Из сказанного ничуть не следует, что все перемены и проблемы электоральной социологии сводятся к одному объяснению. Нет, конечно. Имеют место очевидные поколенческие изменения, о которых первым начал говорить А.Левинсон из того же Левада-Центра, на выборы сильно повлияла напористая и свежая предвыборная кампания А.Навального, проявилось много другого нового и интересного. Но все это заиграло яркими красками благодаря ключевому событию сезона: элиминации «фактора Чурова». Тезис заключается в том, что именно это событие поломало предвыборные паттерны крупнейших социологических служб.

Наблюдатели, подобно Хоме Бруту, очертили город белым кругом и не пустили нечистую силу на участки. А у живых людей, которые, кстати, проявили несколько большую активность в сравнении с 2009г. (главным образом за счет молодежи) оказалась слегка иная система предпочтений. Что же здесь удивительного?

Значит ли это, что доклады официальных социологов следует спускать в унитаз, а их самих спускать с лестницы? Нет, такой подход выглядит избыточно радикальным. Просто надо хорошо понимать, с кем имеешь дело. Одно дело ВЦИОМ, другое ФОМ, и совсем третье – Левада. С первыми двумя обсуждать вообще уже нечего – разве только урожай грибов.

Социологи наблюдают за обществом; общество наблюдает за социологами. И от себя тоже вводит для них поправочные коэффициенты. Ничего личного: там, где дело не касается политики и эффективных менеджеров со Старой площади, их данным вполне можно доверять.

Кстати, не следует забывать об осторожности и при использовании данных социологической службы Навального: 35.6% по экзит-поллу за своего босса – вполне очевидная пропаганда. Ошибки на 7-8 процентных пунктов в опросе в день голосования просто так не случаются. Интересно, что симметричный отскок в своем экзит-полле представил Центр политических технологий, известный своими связями с мэрией. Здесь за босса показали 56% – на 6 с лишним процентов выше результата, зафиксированного Альянсом наблюдателей,SMS-CIKи Народным избиркомом по выборке в 60% УИК.

Такие двусторонние отскоки, скажем так, слегка за границами добросовестности. Но делать нечего – такова наша уникальная скрюченная реальность. Парадоксальным образом, социологи ее достаточно успешно описали. Но, конечно, как раз через то место, через которое все делается в нашем богоспасаемом Отечестве.

А иначе как? Иначе было бы как-то даже и не по-нашему. Нешто мы нехристи какие – с Европы либо с Америки.


Фото ИТАР-ТАСС/ Владимир Смирнов

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23781
20 НОЯБРЯ 2013
http://ej.ru/img/content/Notes/23781//1384976807.jpg
ИТАР-ТАСС

ЕЖ: 20 ноября в Москве состоялась встреча президента Путина с представителями нескольких непарламентских партий. Впрочем, для одной из них — РПР-ПАРНАС — вопрос формального представительства остается открытым: некоторые члены партии утверждают, что ее сопредседатель Владимир Рыжков партийного мандата на посещение президента не получал и пришел в Кремль по собственной инициативе.

Прямо скажем, дискуссия о том, стоит ли оппозиционерам ходить на встречи с нынешним президентом России, вовсе не нова. Она возникает всякий раз, когда намечается подобное мероприятие. Сторонники такого формата общения с главой государства обычно используют стандартный набор аргументов, главный из которых — надо искать любую возможность, чтобы решить накопившиеся проблемы. Противники, как правило, объясняют свою позицию нравственными мотивами: дескать, нельзя сидеть за одним столом с главой государства, в котором есть политзаключенные. (Ровно эту причину привел писатель Борис Акунин, отказавшись от встречи с Владимиром Путиным.)

Встреча 20 ноября прошла по устоявшейся схеме: гости излагали свои пожелания и претензии, хозяин что-то помечал в блокноте и кивал головой. Судя по рассказам участников, все остались вполне довольны друг другом.


Здесь есть две проблемы: первая — проблема частного решения, идти или не идти, и вторая — частного отношения к этому решению. Скажем, Володя Рыжков решил пойти. Думаю, он молодец. А, например, Борис Акунин решил не ходить. Думаю, что он тоже молодец. Потому что реализуются разные системы ценностей, и это очень правильно. Вот я бы тоже не пошёл, потому что считаю, что Путин — президент, мягко говоря, с ограниченной легитимностью, во время выборов в марте были зафиксированы серьёзные нарушения, с моей точки зрения, близкие к критическим, возможно, он вообще не набрал 50% в первом туре. Но это не значит, что должны быть отменены рациональные соображения. Это прекрасно понимают представители государственных элит Франции, Великобритании, США и прочих. Они с Путиным взаимодействуют несмотря ни на что, и это рационально, потому что лучше худой мир, чем плохая ссора. Чёрт его знает, что здесь правильно. А если это непонятно — то и не надо свою точку зрения навязывать другим, сколько голов — столько умов.

Кто-то идёт туда восторгаться Путиным, кто-то, как Володя Рыжков, идёт задать ему какой-то вопрос и получить какой-то ответ, кто-то, кому уже всё понятно, воздерживается от общения. Главное в связи с этим не осуждать друг друга, потому что люди разные и решают разные задачи. Я не знаю, о чём спрашивал Владимир, полагаю, что про политзаключённых. И мне не очень интересно, что ответил Путин, потому что примерно понятно, что он мог ответить. Но Рыжков молодец, что сходил и поставил проблему, напомнил, добился того, чтобы об этом было сказано ещё раз. Освобождения он пока не добился, но те, кто не пошёл, освобождения тоже не добились. Поэтому у меня отношение к этому делу амбивалентное.

Но вообще взаимодействовать с властью надо. Все разумные люди понимают, что, если ты зимой не будешь надевать шапку, ты климата всё равно не изменишь. Все вопли о том, что участие приравнивается к соучастию мне кажутся заблуждением и самообманом, хотя я и сам в него впадаю. Я ведь ушёл из Совета по правам человека по тем же причинам, и непонятно, правильно это или нет. Можно было бы влиять на какие-то решения, а с другой стороны, тебе ежедневно было бы противно видеть путинских людей, которые провели совет, и общаться с ними. Есть те, кто может это в себе преодолеть — они молодцы. А есть те, кто не способен, и они по-своему тоже молодцы.

Важное завоевание современности — это то, что мы наконец понимаем, что люди, включая тех, кому нравится Путин, разные. Они в разной степени агрессивны, по-разному понимают функциональность взаимодействия. Потому чтонельзя предсказать, что будет действеннее: игнорировать или использовать возможность участия.Разговоры о том, что если бы все игнорировали и так далее, это, с моей точки зрения, сказка, потому что люди, которые готовы взаимодействовать, будут всегда. И если ты не участвуешь, то просто уступаешь им своё место. В общем, игнорирование — сродни самоубийству. Ты исключаешь себя из процесса один раз, а все остальные разы остаётся только говорить: я исключил себя! Я исключил себя! Это малосодержательно.

В целом характерно, что Путин придумал провести эту встречу. Можно было бы предполагать, что это означает: он чувствует себя очень уверенно — и он себя так и чувствует, но на самом деле такие встречи инициируются с подачи помощников, а они, видимо, испытывают какой-то дискомфорт или смутные поползновения, что с этими внесистемными оппозиционерами тоже надо как-то общаться. А дальше всё то же самое: хочешь ты быть на встрече, например, с партией «Правое дело» или нет. Что для тебя важнее: самоощущение свободного человека или возможность что-то сказать, что-то спросить, возможность воочию убедиться, как ведёт себя эта власть. Потому что естествоиспытателю интересно увидеть, как ведёт себя президент в той или иной ситуации, а для этого надо сходить. Но бывает и противно. Однако если ты исследователь или политик, то надо ходить, даже если это неприятно.

Фотография ИТАР-ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23916
9 ДЕКАБРЯ 2013 г.
http://ej.ru/img/content/Notes/23916//1386537709.jpg
ИТАР-ТАСС

Президент Путин, выступая на экономическом совете 4 декабря, призвал сосредоточиться на конструктивных предложениях по улучшению экономики вместо того, чтобы «окунаться в беспросветный пессимизм». Дело в том, пояснил он, что погрузиться в пессимизм и «начать критиковать все и вся» – куда проще, чем нести ответственность за изменения в стране и заниматься делом.

Как это знакомо. Особенно «нести ответственность».

13 сентября 1930 г. тов. Сталин пишет тов. Молотову с Кавказа, где поправляет здоровье:

«Вячеслав!

…3) Уйми, ради бога, печать с ее мышиным визгом о «сплошных прорывах», «нескончаемых провалах», «срывах» и т.п. брехне. Это – истерический троцкистско-правоуклонистский тон, не оправдываемый данными и не идущий большевикам. Особенно визгливо ведут себя «Экономическая жизнь», «Правда», «За индустриализацию», отчасти «Известия». Пищат о «падении» темпов, об отливе рабочих, но не объясняют, в чем дело. В самом деле, откуда упал этот «внезапный» отлив рабочих в деревню, эта «катастрофическая» текучесть, чем ее объяснить? Может быть, плохим продовольственным снабжением? Но разве в прошлом году лучше снабжали, чем в этом? Почему не было тогда такой текучести, такого отлива? Не ясно ли, что рабочие ушли в деревню за урожаем, ушли для того, чтобы не обделили их колхозы в смысле распределения урожая, ушли, чтобы месяц-другой поработать в колхозе на виду у всех и тем обеспечить себе право на свой полный колхозный пай? Почему не пишут об этом, а ограничиваются паническим визгом? Кстати, «Обращение» ЦК тоже упустило этот момент.

Ну, пока. Жму руку.

И. Сталин»

Восхищают два совпадения.

Во-первых, глубина анализа и точность момента. У президента Путина хозяйство только-только в очередной раз приблизилось к удвоению ВВП – и вот на тебе. У Сталина столь же неотвратимо рассветает победная заря коллективизации (с последующим голодомором и гибелью 5-7 млн крестьян). Но разве в прошлом 1929 году снабжение было лучше?! Вот и сейчас рабочим по карточкам выдают целых триста граммов черного хлеба с опилками. Так что правильным курсом идем, товарищи! Единственно, придется утихомирить визгливых паникеров, пробравшихся в ряды пролетарской печати. Ту, прежнюю буржуазную прессу утихомирили еще в 1918 году (было запрещено почти 500 независимых изданий) – и никто, слава богу, не мешал большевикам по-хозяйски угробить 3 млн человек с помощью военного коммунизма и первого советского голода.

Отсюда, во-вторых, та самая ответственность. У Сталина и Молотова раньше всех за базар ответили журналисты. Были разогнаны редколлегии «Правды», «Известий» и «Экономической жизни». Из «Правды» с понижением в Комакадемию убрали главреда Максимилиана Савельева и посадили на его место преданного до визга Льва Мехлиса. Редактор и экономический обозреватель «Известий» и «Эк. жизни» Гаральд Крумин с 1931 г. был переброшен на низовую партийную работу в Свердловск и Челябинск; сменивший его Иван Гронский тоже продержался недолго, был замещен Николаем Бухариным. Однако репрессированы все трое «известинцев» были лишь в 1938 году, до кучи с некогда популярным Михаилом Кольцовым. Торопиться И.В. Сталин не любил.

Параллельно ответственность за оптимизм была возложена и на органы официальной статистики. В Центральном управлении народно-хозяйственного учета при Госплане (ЦУНХУ) с 1926 по 1940 гг. из восьми директоров были расстреляны пятеро. Покуда оставшиеся наконец не сообразили, как следует поступать с цифрами, чтоб не потакать паникерским настроениям. Собственно, они это поняли сразу, просто не всем помогло.

Верно оценив партийную линию, начальник ЦУНХУ В. Осинский 4 июля 1932 г. делится с читателями обновленных «Известий» научно обоснованным оптимизмом: «Если… принять в качестве множителя площадь, числящуюся засеянной на 20 июня (с добавками на 25 июня по 5 областям), и перемножить ее на показатель среднего сбора зерновых с гектара по имеющимся видам на урожай, мы получаем, что излишек сбора по сравнению с последними данными за 1931 г. составляет 500 с лишним млн пуд. Этот излишек на деле является более значительным, т.к. в расчет не входят отставшие учетные данные о посевных площадях… В общем итоге …виды на урожай в середине лета 1932 г. обещают нам значительное увеличение продовольственного и кормового фонда на 1932 г. по сравнению с итогами 1931 г.»

Как это убедительно: если «принять в качестве множителя», а затем «перемножить на показатель», то в итоге просто пальчики оближешь!

Правда, через неполных два месяца, 25 августа 1932 г., заместитель Осинского С. Минаев в докладной записке в Совнарком сообщает, что урожай ожидается в размере лишь 671 млн центнеров – 98.3% к 1931г. Что объясняется снижением посевных площадей на 5.4%. То есть для пущего оптимизма в «Известиях» было «принято в качестве множителя» немножко не то. Что, вообще говоря, называется фальсификацией. Нам ли, привыкшим к цифрам Чурова, не понимать о чем речь!

Однако доклад Минаева – это уже закрытая ведомственная информация. Здесь развешивать лапшу про прибавку «в 500 с лишним млн пудов» простодушные статистики считают недопустимым. Ох, зря! Сбрендившая власть нуждается в победном вранье уже не только для широких народных масс, но и для себя тоже. Иначе яд пессимизма проникнет в недра госаппарата, подорвет веру в единственно верный курс и даст козыри в руки возможных оппонентов вождя. Соображать же надо, товарищи!

Уже в ноябре того же года В. Осинский запоздало оправдывается в докладной записке в ЦК ВКП(б) за ведомственный прокол: «Хотел бы… принести ЦК извинения за политическую ошибку и бестактность… выразившуюся в опубликовании для сравнительно широкого распространения (в августовском бюллетене «Основные показатели выполнения народнохозяйственного плана», вышедшем в порядке не подлежащих оглашению материалов) пообластных данных о посевах, урожае и сборах… Если эти цифры появились в свет, то это потому, что я находился в отпуске».

То-то же! Наконец догадался, что настоящие цифры отныне нельзя сообщать даже в закрытом («для служебного пользования») бюллетене. И уж тем более давать Сталину – чтобы не портить зря настроение. Какие все-таки сволочи и дураки эти статистики! Вождю нужны данные, чтобы веско, с цифрами и фактами в руках, как это он умеет и любит, продемонстрировать народу и всему миру победную поступь социализма. А эти, прости господи, козлы талдычат, что по гамбургскому счету собрано всего-то 650-655 млн центнеров. Даже хуже, чем обещали в августе, не более 95% от урожая 1931 года. Ну скажите по совести, как таких остолопов не расстрелять?!

Вот умный тов. Молотов, которому И.В. Сталин поручил вскрыть истинное лицо вредителей из ЦУНХУ, гораздо тоньше понимал, чего от него ждут. И, глубоко вникнув в суть вопроса, со всей партийной прямотой объяснил: дело в том, что Осинский «пошел по понижательной дорожке». Термина «клеветнические измышления» тогда еще не изобрели, но речь именно о том. И мудрый тов. Сталин с чувством глубокого удовлетворения отвечает тов. Молотову: «Согласен… что по валовому сбору зерновых за 32 г. нужно взять 698 миллионов центнеров. Не меньше».

Вот это правильно. Не меньше! Теперь (задним числом) налицо трехпроцентный рост к 1931 г. Жить стало лучше, жить стало веселее. Правда, на дворе самый пик голодомора, но ведь в обновленной партийной печати об этом ни слова. А чего нет в прессе, того нет и в общественном сознании. Каждый голодает и дохнет в одиночку, зато все вместе мы идем от победы к победе! Так что оптимизм бьет ключом. Что же касается несносного статистика Осинского, то его спустя время все равно пришлось пустить в расход. В общем, и не жалко совсем – тем более что в молодости он был знаком с Троцким.

И знаете, жизнь стала налаживаться. Ударными темпами! Именно с той поры начался неуклонный подъем сталинской промышленности и сельского хозяйства на страницах советских газет и партийных докладов. Во многих простодушных головах он сохраняется и по сию пору. Это близкая, но отдельная проблема: нормальным людям трудно представить масштабы беспредельного и беспардонного торжествующего вранья, которое в условиях информационной монополии и блокады громоздила большевистская пропагандистская машина. Нынешние Чуров, Онищенко, Мединский, Маркин-Мамонтов хоть и стремятся подражать славным образцам, но настоящим гигантам партийной мысли в подметки не годятся.

В те легендарные годы академик Струмилин открыл (для узкого круга профессионалов) главный закон советской экономической науки: «Лучше стоять за высокие темпы экономического роста, чем сидеть за низкие». Кто постарше, наверняка помнит, что в учебниках политэкономии социализма формула Струмилина была представлена в усовершенствованном виде и называлась «законом неуклонного удовлетворения постоянно растущих материальных и духовных потребностей трудящихся». Эту же фундаментальную закономерность планомерно развивающейся советской экономики с некоторым запозданием (когда перестали сажать за анекдоты) подметили и широкие народные массы: «У нас продуктовые заказы принимаются по телефону, а выдаются по телевизору».

В свете широкой исторической ретроспективы несложно сообразить, что президент Путин объективным ходом экономических событий приперт к стене и вынужден обратиться к испытанной временем практике. То есть будет еще решительнее бороться за увеличение норм выдачи ТВ-талонов на оптимизм. Хотя, кажется, дальше некуда – и так сыты по горло. Дело родное, вполне предсказуемое. Естественно, параллельно придется заняться выявлением и нейтрализацией распространителей разного рода панических слухов и измышлений, очерняющих достижения советского строя. Сталинский опыт свидетельствует: иначе хрен вам будет, а не оптимизм.

Возвращаясь к ответственности. Наш уважаемый президент гостеприимным жестом приглашает нести ее кого-то другого. Что тоже органично до слез. Легко догадаться, что в итоге возложена она будет на тех самых критиканов. Не зря хорошо знающие экономическую историю СССР С. Гуриев и С. Алексашенко заблаговременно отбыли на стажировку за границу. Профессионалы – они понимают.

Тов. Сталин был согласен нести ответственность за блистательные цифры индустриализации, массовый рост колхозного движения и сельскохозяйственное изобилие в к/ф «Кубанские казаки». Но никак не за то, что прошляпил Гитлера и оставил Красную армию в первые два года с отчаянным дефицитом оружия: одно дело немереные тонны чугуна и стали в фальсифицированной отчетности и совсем другое – перед лицом реального врага. За это у него ответили другие – в первую очередь те три-четыре миллиона фронтовиков, которые проходят как необратимые потери 1941-го года.

Сходным образом тов. Путин готов отвечать за подъем с колен и обуздание Запада (про удвоение ВВП и догоняние Португалии телевизионные фонтаны оптимизма что-то молчат). Это все, конечно, замечательно. Остается пустяк: найти того, кто ответит за 127-е место России в глобальном рейтинге коррупции, за аналогичную позицию в рейтинге инвестиционной привлекательности, за падение рубля, который, помнится, кто-то обещал сделать мировой валютой. И т.д. и т.п.

Кто-то, конечно, ответит. Но не Путин же! Предложить ему вместе с кооперативом «Озеро» втянуть загребущие руки в рукава и держаться подальше от экономики в качестве реального шага по ее улучшению могут лишь завзятые русофобы и иностранные агенты. Как в свое время предложить тов. Джугашвили (носителю исконно русских ценностей) не ломать через колено русскую деревню, промышленность и демографию могли лишь злостные троцкисты-правоуклонисты. Надо же было изобрести такое заковыристое понятие, невероятным образом объединяющее оголтелых леваков-революционеров и умеренных сторонников рыночных отношений!

Потому что ему без разницы: любой, кто смеет молвить слово и предложить альтернативу поперек съехавшей с глузду номенклатурно-чекистской корпорации и ее намертво вцепившегося во власть вождя – враг, вредитель и предатель. Должен быть стерт с лица земли. Хоть слева, хоть справа. Обратить в лагерную пыль. Расстрелять, как бешеных собак.

Так что больше оптимизма, товарищи! Впереди лучезарные перспективы. Снимаем дубль два в ускоренной промотке.

Фото ИТАР-ТАСС/ Денис Вышинский

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23986
16 ДЕКАБРЯ 2013 г.

ИТАР-ТАСС

1.Теория

Есть надежная метка, отличающая цивилизацию от варварства: принцип индивидуальной ответственности. Противостоит ему принцип ответственности коллективной (солидарной). То есть круговая порука.

На Руси она внедрена Золотой ордой, которой было недосуг разбираться с каждым конкретным селянином. Налогом, в том числе налогом кровью (рабами, рекрутами), удобнее облагать всю общину чохом. Не слушаются — сжечь к чертовой матери, чтоб другим неповадно. А там внутри пусть сами разбираются: не ханское это дело.

Идеалы круговой поруки, общинности и солидарной ответственности в силу простоты и удобства культивировались властью и после Орды. Хотя полегоньку отступали под давлением экономических интересов. Производительность труда, эффективность управления — все это заставляло развязывать руки частной инициативе. И, следовательно, частной ответственности. Поэтому реформы Царя-освободителя не ограничились отменой крепостного права, но включили в себя пересмотр судебной системы и расширение земской демократии.

Результатом стал, с одной стороны, рывок экономики (через поколение Россия вышла на первое место в мире по темпам промышленного роста), демографический всплеск, подъем городов, торговли, транспортной инфраструктуры и мобильности населения. С другой стороны, пришлось заплатить распадом сельской общины и появлением масс «люмпен пролетариата», который вывалился за жесткую рамку круговой дисциплины, но не успел (не мог успеть?) овладеть навыками городского быта с его личной свободой и ответственностью.

На эту тему был интересный спор между Л.Н. Толстым, любившим кланяться в онучи Платоше Каратаеву за народную нравственность, общинную собственность и прочие духовные скрепы, и П.А. Столыпиным, который ратовал за частную инициативу оборотистого индивидуала-кулака. Спор кончился ничем: Толстой съехал на личные оскорбления (Столыпин, де, «самый жалкий человек»), а тот в ответ предпочел уйти от дискуссии с назидательным старцем, чтобы попытаться укрепить частное право на практике.

Весьма русский сюжет с типичным вывертом наизнанку: гуманист и народолюбец на деле отстаивает азиатскую модель, а почвенник, махровый националист и монархист — европейские экономические свободы. Обоих, впрочем, хватило ненадолго: инициативу перехватили большевики, которые с варварской щедростью посулили люмпен-пролетариату общинное счастье: волю, коллективную собственность, изничтожение богатства и прочие тридцать три удовольствия, основанные на варварском желании отнять и поделить.

Собственность — всего лишь материальное воплощение личности. Презрение к собственности есть презрение к личности. Отсюда презрение к закону, частному праву, суду и принципу индивидуальной ответственности. Революционная целесообразность жизнерадостно откатилась к ордынским идеалам равенства в нищете и к круговой поруке. Расстрелы заложников (если деревня не выдает хлеб экспроприаторам или городок отказывается подчиниться комиссарам), преследования по классовому признаку — самые доходчивые методы воспитания коллективизма.

С тех пор на постсоветском пространстве с разной степенью откровенности сосуществуют и конкурируют две фундаментальные системы ценностей. Растоптанная, но не уничтоженная и понемногу возвращающая силу оседло-буржуазно-частная, подразумевающая свободу и децентрализацию, и экспроприационно-кочевая-коммунистическая, подразумевающая централизованный грабеж земель и населения с помощью силовой вертикали. В терминах Ивана Грозного — земство и опричнина. В терминах Владимира Ленина — капитализм и социализм. В терминах Владимира Путина — бизнес и силовики.

Понятно, что городская цивилизация в конце концов победит, ибо оседлое хозяйство всегда побеждает, приручает и переваривает варваров. Но медленно. Покуда лихие пацаны (раньше с маузерами и партбилетами, сегодня с золотыми пистолетами и депутатскими мандатами) превратятся в матерых оседлых феодалов, которые на собственной шкуре осознают полезность закона и частного права, утечет немало воды. А также нефти, которую так приятно контролировать с помощью пистолета и репрессивной машины. Ну, и крови, наверно, тоже. По-доброму слезать с трубы силовикам никакого резона нет: пока Россия доима — их вертикаль непобедима. Нам еще только предстоит совершить переход от постсоветского нео-феодализма (который все-таки лучше советского нео-рабовладения) к нормальной демократии городской (сиречь буржуазной) цивилизации. Судороги Москвы и Киева — самых продвинутых с точки зрения социально-экономического развития территорий — лишь начало тяжелого и мучительного процесса.

Меж тем инерция искреннего презрения к личности и частным правам жива и неплохо себя чувствует. Она проявляет себя самым странным и неожиданным образом — в том числе и среди борцов с путинским режимом.

Вот «Международная амнистия» (сука такая!) позволяет себе рассматривать «болотных» узников в индивидуальном порядке, а не как сплоченный круговой порукой единый прогрессивный коллектив. Трусы, подлецы, чистоплюи и лицемеры! Ишь, затеяли разбираться — кто-то пнул лежащего мента, а кто-то всего лишь голову от дубинок прикрывал. Все они — передовой отряд борцов за справедливость! Всех, значит, и вызволяй. А иначе нечего и браться.

Чистой воды совок на марше. Естественно, вывернутый наизнанку. У нас иначе не бывает.

Простите, с какой радости «Амнистия», выросшая в социокультурной среде, где столетиями культивируется идея формального права и индивидуальной ответственности, должна следовать вашим диковатым (хотя, несомненно, искренним) представлениям о справедливости? Для нее фундаментально важно в каждом конкретном случае соблюсти юридическую корректность, а не оперировать детскими понятиями типа «наши все хорошие ребята» против «ихних всех нехороших ментов».

Ну, должен же у человека быть головной мозг! Пусть маленький — но индивидуальный. И человек должен хоть немного уметь им пользоваться. Вы хотите, чтоб было, как в Европе, но при этом, чтоб Европа отвечала вашим азиатским ожиданиям. Замечательный подход. Родной до слез.

2.Практика

Разве трудно было уловить густой запах провокации, висевшей 6 мая над Малым Каменным мостом? Зря, что ли, полиция организовала там «бутылочное горлышко», зря у нее за спиной паслись операторы в штатском?

Я был там, на мосту. Наблюдал вплотную. Космонавты порвали мне джинсы и раскровенили руку. Очень старательно из второго ряда (первый при этом чуть раздвигался, как футбольная стенка в момент удара) норовили дать сапогом по яйцам. Приходилось уворачиваться. Но передних конечностей — опять же, как футболист в штрафной площадке — не воздымал. Терпел. Понятно же, что им того только и надо было: хотят организовать пенальти. Или все-таки непонятно?

Ладно, от путинской шоблы другого ждать не приходится. Но организаторы! Что за твари в черных куртках деловито лазили сквозь толпу и звали садиться на асфальт? Вот это уже, извините, подлость. Или хуже того, глупость. Затопчут же! Москвичи пошли на мирное, легальное, свободное шествие — с женами, некоторые даже с детьми. Старички со старушками. А у них за спиной, выходит, некая революционная сволочь планировала заварушку и готовила сценарии. Подставляя людей как расходный материал.

Честно сказать, этих черных персонажей я тогда воспринял как «нашистов» или фсбэшников. Большинство других участников давки, кажется, тоже. На асфальт мало кто сел. Сработало инстинктивное городское чувство: вы-то кто такие здесь распоряжаться? Садись, вставай… только брюки пачкать. Мы так не договаривались.

К сожалению, позже выяснилось, что это были не «нашисты», а организаторы. Спасибо, товарищи!

Без имен: люди сидят, им и так несладко. Но все-таки, какими кретинами надо быть, чтобы планировать революционные подвиги и при этом вести пьяный торг с каким-то мутным Таргамадзе ради кучки баксов! Ежу лысому ясно, что среди истинных революционеров каждый пятый стучит в ФСБ. Так всегда было и всегда будет. Такова печальная норма бытия: если нас с Яшиным и Шендеровичем пишут, то вас-то и подавно! В данном случае стукачом оказался некто Лебедев. Начальству его пришлось запалить, чтобы дал показания в суде. Но там, в сплоченных рядах, наверняка остались еще Иванов, Петров и Сидоров, которые раз в месяц встречаются с лубянскими кураторами. Их просто не может не быть. Или все-таки опять непонятно, заговорщики вы наши драгоценные?

Итак, власть через стукачей заранее знала, что левые балбесы намерены устроить бучу. И от души постаралась им в этом помочь, специально создав давку и накалив ситуацию. Пламенные революционеры и охранка искони отличаются любовью к провокации — к полному взаимному удовлетворению. Те на провокациях зарабатывают звездочки, а эти имидж буревестников. Однако в увлечении друг другом обе стороны упускают из вида, что горожане начала XXI века немного отличаются от люмпен-пролетариата столетней давности. Равно как и от жаждущих исламской справедливости обитателей современных предместий Каира, Триполи и Дамаска — тоже вчерашних селян.

Коллективная ответственность — это всегда персональная безответственность. И просвечивающее за ней революционное свинство: мол, стихия масс! Как же без жертв?! Вот и жертвуйте собой, коли приспичило, хорошо? А за других не решайте, у них своя голова на плечах.

6 мая Москва — столица индивидуалов — повела себя на удивление грамотно. Это большая удача, что только несколько десятков, главным образом молодых, неопытных или болезненно неуравновешенных людей поддались на разводку власти и революционеров. Полагаю, в высоких кабинетах ожидали более кровавого исхода. Чтобы развязать себе руки до конца. Увы, не сложилось. Сколотая зубная эмаль — все-таки жидковато для попытки государственного переворота, не так ли? Правда, у них в колоде еще остался краснобай Эдичка, но этот что-то сдулся в последнее время. Пенсия не за горами.

3. Промежуточные итоги

Меж тем презренные адвокаты, эксперты, члены Совета по правам человека, международные правозащитные организации терпеливо пишут миллион бумажек, собирают свидетельские показания, доказывают несоразмерность вины каждого конкретного сидельца — в индивидуальном, прошу заметить, порядке. Ходят на поклон к Путину, сносят наглые ухмылки, таскаются с унизительным проектом амнистии — чтобы хоть как-то помочь девочкам и мальчикам, по своей неосмотрительности или по чужой подлости попавшим под спланированную раздачу.

А борцы за народную волю, стало быть, еще и выставляют им претензии: мол, совести, у вас, господа, нет! Трусы вы, господа правозащитники! Волки позорные и мелкотравчатые. То ли дело мы, орлы революции.

Собственно, к буревестникам претензий нет: какой с них спрос. Если бы у левых были мозги, они бы не были левыми. Ну, нравится товарищам ходить строем, носить черные рубашки, соблюдать конспирацию, наслаждаться чувством локтя, крепко, по-мужски, жать друг другу руку (в том числе тт. Лебедеву, Иванову, Петрову…) и верить, что если на место Путина посадить кого-то другого, честного и безукоризненного — то настанет справедливость и светлое будущее. Что тут скажешь: дай бог здоровья.

Только старушку-Москву этим уже не купишь. Видала она и справедливость, и светлое будущее. Москву (равно как и Киев) интересует соблюдение законов и обеспечение прав. Столицам нужны не байки про народного царя, а ответственная, функциональная и сменяемая власть. Каковой власть чекистов из кооператива «Озеро» или братков из Донецка по определению не является. В первом приближении такое можно назвать европейским выбором.

Грань обозначена довольно давно и довольно четко. Либо, как сказал горожанин и европеец Аристотель, «справедливо то, что законно». Либо, как говорят хранители духовных скреп и круговой поруки, «справедливо то, что народно». Скромно умалчивая при этом, что закон есть четко прописанная формула (со всеми плюсами и минусами формализма), а «народность» безумно расплывчата и на деле всегда трактуется верхами в свою пользу. Государь-батюшка был народен? Был. Но и Пугачев тоже! И тов. Сталин глубоко народен: отец родной! И г-н Путин со своим народным фронтом. Что начальник транспортного скажет нам про народность уличного протеста? Дискутируй до посинения: любимая забава для прогрессивной общественности.

Гораздо острей и интересней вопрос законен ли президент Путин, проведенный во власть с помощью массовых электоральных фальсификаций. Но до него Большая Россия еще не дозрела. Столица — пожалуй.

Вытаскивать народных сидельцев из тюряги, конечно необходимо. Потому что, во-первых, жалко, во-вторых — незаконно. Используя для этого все доступные легальные рычаги. В индивидуальном порядке — ибо речь о конкретных судебных делах, а не о волчьем вое на луну несправедливости. Однако (когда выйдут на волю) сливаться с ними в общенародном хороводе, заранее зная, что тебя держат за массовку, которую можно «втемную» использовать для штурма административных высот — увольте.

Это Москва, господа, а не дурочка из переулочка. Путинская братва ей давно не мила. Но из этого не следует, что она готова увлечься революционными демагогами. Ресурсов для революции в ней не осталось — слишком дорогое и глупое это удовольствие. Остались ресурсы для эволюции.

Сказанное верно и для Киева. Майдан — это замечательно, но не окончательно. Всего лишь часть процесса. Массовые мирные акции, наряду с другими способами давления на власть и защиты гражданских интересов — признак нормальной европейской политики. Как, между прочим, и обращение «Международной амнистии».

Фото ИТАР-ТАСС/ Артем Коротаев

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/blog/oreshkin/1221581-echo/
20 декабря 2013, 00:15
Вообще-то все это сильно напоминает добротную, но без блеска пиар-акцию. Сначала сливаем в прессу информацию о третьем сроке: небольшом, лет этак на 7-8. Потом, за неделю до рождественских каникул, чтобы мировые СМИ успели хорошенько пережевать новость, как бы невзначай сообщаем, что Ходорковский попросил помилования. Не углубляясь в детали. Ибо для деталей есть пресс-секретарь. Именно он вопреки юридической норме и практике (тоже как бы невзначай) поспешает разъяснить любопытствующим, что прошение о помиловании автоматом означает признание вины.

При этом ни администрация зоны, где сидит Ходорковский, ни комиссия по помилованию, ни его адвокаты ничего не знают о прошении. Интересно, как оно дошло до первого лица: голубиной почтой? Через каналы телепатической связи? Прошло несколько часов, а мы так и не имеем подтверждений из независимых источников, писал ли он это прошение.

Да неважно! Слова сказаны, дело сделано (?) В любом случае МБХ по суровым законам пиара поставлен перед абсолютно прозрачной развилкой. Или он подтверждает, что да, мол, писал и просил. Тем самым принимая и разъяснение Д. Пескова насчет признания вины, которое маленькой тележкой аккуратно присобачено к вагону информационного повода. Или не подтверждает. Тем самым де-факто заявляя, что президент лжец и разводила. С очевидной перспективой как минимум получить за это ад кромешный в оставшиеся до истечения срока 9 месяцев. А как максимум - еще один срок еще лет на 7.

Пусть тот, кто провел за колючей проволокой треть своей взрослой жизни, ночью получал вилку в глаз от запуганного администрацией зэка, досыта хлебнул всех прочих тюремных прелестей, судит, как в такой ситуации следует себя вести МБХ. - Подтверждать или опровергать. Твердо знаю одно: меня среди судящих не будет.

Для тех же, кто не может сдержать по данному информационного поводу восторга (нагнули-таки!!) или негодования (как он мог согласиться?!) приведу два документа из биографии И.В.Сталина. Чисто для расширения кругозора.

Документ №1.
Прошение на имя князя Г.С.Голицына
30 октября 1902 г.
Канцелярии Главноначальствующего
Содержащегося под стражей в Батумской городской тюрьме
Иосифа Виссарионовича Джугашвили
Прошение
Имея в себе предрасположение к легочной чахотке и видя, как здоровье мое день за днем ухудшается - осмеливаюсь покорнейше просить Канцелярию Его Сиятельства не оставить меня без внимания и освободить меня, или по крайней мере хоть ускорить ход дела.
Проситель: Иосиф Джугашвили.

Документ №2.
Прошение на имя князя Г.С.Голицына
23 ноября 1902 г.
Канцелярии Главноначальствующего
Содержащегося под стражей в Батумской городской тюрьме
Иосифа Виссарионовича Джугашвили
Нижайшее прошение
Все усиливающийся удушливый кашель и беспомощное положение состарившейся матери моей, оставленной мужем вот уже 12 лет и видящей во мне единственную опору в жизни - заставляет меня второй раз обратиться к Канцелярии Главноначальствующего с нижайшей просьбой освободить меня из-под ареста под надзор полиции. Умоляю Канцелярию Главноначальствующего не оставить меня без внимания и ответить на мое прошение.
Проситель Иосиф Джугашвили.
(И.Сталин, Сочинения, т.17, «Северная Корона», Тверь, 2004 г. стр. 7 и 8.)

Краткая справка. И.Джугашвили (в ту пору Коба) участвовал в организации Батумской стачки на заводах Манташова и Ротшильда зимой и ранней весной 1902 г. Экономические требования, выдвинутые умеренным большинством стачечного комитета, хозяевами были удовлетворены. В то же время зачинщики и участники уличных беспорядков, связанных с насилием и порчей имущества, были взяты под стражу. Коба, считавший необходимым перейти от экономических требований к политическим, 9 марта 1902 г. взял инициативу на себя (благо более опытные организаторы уже за решеткой) и бросил пролетарские массы на штурм солдатских казарм и тюрьмы. В результате 15 рабочих были убиты, 54 ранены. Жертвы были и с другой стороны.

Один из первых биографов Сталина, Б.Суварин писал по этому поводу в 1935 г.: «Недавние аресты главных партийных функционеров привели к созданию в тот момент благоприятной обстановки. Сталин использовал создавшуюся возможность для подстрекательства безоружных рабочих к нападению на тюрьму - авантюры, стоившей жизни нескольким нападавшим. Рабочие Батума никогда не простили это бесполезное пролитие крови своих товарищей».

Арестован Коба был 5 апреля 1902 г. Следовательно, первое прошение с жалобой на предрасположенность к чахотке и ухудшающееся здоровье отправлено князю Голицыну менее чем через 7 месяцев. Через год с небольшим, в июле 1903 г. за организацию штурма казарм он решением Особого совещания приговаривается к трем годам ссылки в Восточную Сибирь. Конкретно в село Новая Уда Иркутской губернии.
В месте ссылки И.В.Джугашвили пробыл с 27 ноября 1903 по 5 января 1904 г. Чуть более месяца. После чего с удивительной легкостью бежал и вернулся в Тифлис, где, находясь на нелегальном положении, венчался церковным браком с Екатериной Сванидзе и родил с ней своего первого сына Якова.
Жили же люди!

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=12556
8 ЯНВАРЯ 2013 г.
Год начался московскими протестами, продолжился фальсифицированными президентскими выборами и закончился местью отечественным сиротам за Магнитского. Он отмечен несколькими провалами в ключевой для Путина теме подъема с колен. В Сирии Россия утратила роль посредника: повстанцы отказались встречаться; Узбекистан зафиксировал выход из ОДКБ, обозначив свои претензии на роль субрегионального лидера; Украину не удалось втащить в Евразийское пространство ни тушкой, ни чучелом. Про репутационные потери с «Пусси Райот», наскоками на СМИ и интернет, новыми идиотскими законами говорить не приходится.

Путина не то, чтобы загнали в угол. Скорее, он сам шел, шел и вот пришел. Заход на третье президентство — большая ошибка для него и еще большая для России. А разве были варианты? Даже смиренно-ручной Медведев для их корпорации был недопустимым западником и вольнодумцем. Угол — он и есть угол. Шаг вправо, шаг влево — стреляют.

Девизом ближайшего будущего будет страх, остервенение и поддельная истерика в фирменном стиле шпаны из подворотни, когда ничтожность маскируется агрессией. Путин в углу — это Путин в квадрате. Мало не покажется.

Кому и так было все ясно, теперь стало яснее некуда. Ну и бог с ними. Важнее, что происходит в сознании более широких слоев общественности внутри и снаружи. Проясняется (медленно, но необратимо) следующее. Снаружи на вопрос «Who is Mr. Putin?» почти в унисон отвечают: «Mr. Putin is KGB-man». Быстро же они въехали — и 12 лет не прошло…

Внутри люди чувствуют, что власть теряет адекватность. Что отчуждение нарастает. Что дальше будет хуже. Давно ли говорили: «Он фартовый!» Теперь про фарт и тефлоновый рейтинг не вспоминают. Даже сторонники говорят: «Необходимо сплотиться и защитить национального лидера от скоординированных вражеских провокаций!» Накапливается ощущение предсказуемости, и, следовательно, второсортности власти: «А чего еще можно было ожидать от этих козлов?!»

Главный итог 2012 года — В.В.Путин обиделся на Россию. То есть дозрел до стадии А.Г. Лукашенко. Тот давно пребывает в обиде на Белоруссию и ее неблагодарное население. Он ее, синеокую, носит у сердца как хрустальную вазу, а эти лодыри трудиться не хотят. «Нам бы — говорят — зарплату!» И потихоньку утекают за пределы счастливой республики. Ну, не предатели?!

В России аналогичный случай. Он гребет как раб на галерах — братские нефтетрейдеры не успевает мешки оттаскивать, а эти бандерлоги за деньги Госдепа требуют честных выборов. Как не посадить обнаглевших тварей?

Если копнуть глубже, объяснения усложняются. Диверсификация хозяйства невозможна, ибо подразумевает конкуренцию, ограничение коррупции и расширение прав собственников. Что противоречит интересам корпорации. Следовательно, позитивная мобилизация электората за счет улучшения жизни кончилась. Для сохранения себя во власти приходится переходить к негативным механизмам. В первую очень к пропагандистским страшилкам («кругом враги») и репрессиям («пятая колонна»). Плюс, понятно, растущий объем фальсификаций.

Вместо мобилизации процесс ведет к расколу. Более образованная, информированная и самостоятельная часть населения (объемом не менее 20 миллионов человек) испытывает отвращение: слишком очевидны подлость, воровство и ложь. Это в СССР было якобы здоровое народное тело и «горстка отщепенцев» — и то кончилось развалом. Сейчас даже на уровне пропаганды такой трюк не проскакивает. «Горстка» объемом не менее 20% избирателей (возьмем по минимуму) — обречена на количественный рост. Ей тесно в путинском углу. Значит, придется прессовать и завинчивать гайки втрое энергичнее. С предсказуемым итогом. Но не сразу.

Целевая аудитория негативной мобилизации смещается на социальную периферию. Власть, может, и не хотела бы, но вынуждена раскручивать конфликт между условной «зажравшейся Москвой» и столь же условным «истинно народным Уралвагонзаводом». Или, если угодно, кадыровским воинством. Или казачеством… Больше опереться не на кого.

Очень типичная ситуация. Государь император Николай Александрович с помощью казаков и «Черной сотни» тоже пытался обуздать слишком либеральные и европеизированные столицы. Вышло крайне неудачно для него, но замечательно для большевиков, которые перехватили негативный потенциал низов, волей экономической необходимости стянутых в крупные города.

С 1902 по 1912 г.г. население Москвы увеличилось на 35%. Близкие цифры роста показывал и Петер. Диковатая энергия масс, вырванных из родной сельской среды и не успевших адаптироваться к новой городской, могла быть использована в двух направлениях. Либо предсказуемо-сволочной (и потому второсортной, как сейчас), властью против буржуазно-либеральных столиц (солдаты, казаки, черносотенцы, консервативное духовенство). Либо красноречиво-бескорыстными леваками против постылой власти — и, опять же, против буржуазно-либеральных столиц (люмпен-пролетарии и те же солдаты, осатаневшие вчерашние крестьяне; мигранты, «понаехавшие» на заработки).

Город, как сложная многослойная социальная система, проигрывал в любом случае. Но во втором случае проигрыш был несравненно больше. Пир победившего варварства (которое, конечно, риторически соотносило себя со свободой и прогрессом) был долог и разрушителен.

Сходную технику — гораздо удачнее и аккуратнее Николая II — применил И.В.Сталин, когда понял, что провальные итоги коллективизации/индустриализации грозят его статусу. Как бывалый революционер, он опять оперся на молодых, лихих и дремучих провинциалов и с их помощью ловко зачистил старую, если не образованную, то хотя бы накопившую житейского опыта партийную гвардию. На самый верх всплыла вторая производная революции — фактура типа Ежова, Кагановича, Хрущева, Маленкова, циклично обновляющихся (как правило, в худшую сторону) чекистских когорт…

Позже для обозначения подобных «выходцев из народа» появился универсальный термин хунвэйбины: мудрый Мао внимательно следил за маневрами старших товарищей и самое главное (самым главным всегда оставался вопрос власти) творчески перенимал. Платой за сохранение контроля становилась деградация столичной культуры, утрата городами естественных позиций социокультурного лидерства (высшее образование, наука, культура, СМИ — все это тяготеет к городу) и, как следствие, застой или даже поворот вспять развития всей страны.

Начиная с некогда блистательного Петербурга, который Сталин долго и упорно втаптывал в периферию (и таки втоптал!) и, кончая камбоджийским Пномпенем, где красные кхмеры под лозунгом «деревни окружают город» зарубили мотыгами более миллиона горожан. После чего страна погрузилась в мрак равенства, справедливости и счастья — каким оно выглядит в воображении революционеров.

Поразительно, как легко им удалось то, чего не смог сделать русский император. Вероятно, потому, что они говорили с периферией на общем языке, были полотью от плоти и не испытывали проблем с культурными ограничениями.

«Взять все, да и поделить!» А кто не доволен — к стенке.

Путину трудней. С одной стороны, всей логикой совкового тупика он обречен подражать Сталину. А с другой — не хотелось бы выглядеть уж совсем палачом. Лукашенко и Янукович в этой роли смотрятся органичней, поближе к почве. А тут, как ни крути, свободный немецкий, университетские знакомства, тот же Собчак, не к ночи будь помянут… Да, тяжела ты, лубянская фуражка!

Ситуация когнитивного диссонанса, когда внешний статус ближе скорее к цивилизованному (и потому ограниченному в средствах) императору Николаю II , а инстинктивные замашки пацана из подворотни — к вдохновителю палаческих инноваций, императору варваров Иосифу I.

Нынешняя Россия совсем другая. Глубоко ошибочны поверхностные параллели между событиями в Африке, Сирии и в Москве. Там, скорее, аналог нашего 1917 г., когда европеизированная столица выступает против режима, который кажется ей чудовищно заскорузлым, а потом сама тонет в волне еще более заскорузлых требований общинности и уравниловки из депрессивных предместий. В данном случае не с марксистским, а с исламистским привкусом — но какая, собственно, разница для деградирующих городов?

Московский протест 2012 года носил подчеркнуто столичный характер. Ни одного разбитого стекла, сожженной машины, никаких воплей о перераспределении неправедных богатств и прочей хунвэйбинской демагогии. На улицу вышли адаптированные, конкурентоспособные люди, в большинстве своем понимающие, что успех определяется квалификацией, способностями и мотивацией, а не какими-то классовыми ограничениями или привилегиями. Отсюда и требования: законность, права, честные выборы, независимый суд. Эти люди сами умеют о себе позаботиться. Они требуют от власти не бесплатного сыра, а нормального соблюдения партнерских договоренностей. Без кидалова из подворотни.

Иначе, зачем они кормят эту шоблу своими налогами?

Беда в том, что партнерство невозможно даже теоретически.

Шобла не умеет без кидалова. У нее и мысли нет рассматривать население как партнера. По славной большевистской традиции она его рассматривает как безответный трудовой ресурс. Которому, как крепостному крестьянству, ни в коем случае не следует платить свободно конвертируемыми деньгами (конвертируемые деньги подразумевают непозволительную роскошь личной свободы, их можно потратить так, а можно этак). Поощрение надлежит выдавать народу либо в натуральной форме (тулупчик с барского плеча, стакан водки, место в очереди на квартиру, турпутевка, на худой конец, премия в виде деревянных неконвертируемых рублей, с которыми все равно далеко не уедешь…), либо — что лучше, ибо дешевле — в форме вербального одобрения. Как с конем или коровой:

— Ну-ка, родненькие, поднавались! И-раз! И-раз! И еще — и-раз! В раскачку его, в раскачечку! Молодец, дядя Миняй, будешь ударником социалистического труда. А тебе дядя Митяй, дадим место в детсаде для внучки…

Вечером соотечественники, протирая натруженные руки ветошью, обмениваются друг с другом:

— Нет, все-таки хороший у нас барин (ну, или секретарь райкома… Или, допустим, мулла). Уважает. Знает чаяния!

И вот, представляете, эту картину маслом, с отблесками производственного огня на смуглой от солидола мускулатуре рабочего класса, цинично и своекорыстно прогрызает стадо московских хомяков, свивших себе тепленькое мещанское гнездо из компьютерных проводов, бороды Хемингуэя и инвалюты! Как много их, паразитов, расплодилось на беду совковой номенклатуре и честным труженикам! Разрушают единство народа и партии. Или, как предпочитает выражаться в Изборском клубе, христианскую симфонию народа и власти.

Иначе говоря, еще один итог 2012 г. в том, что Путин бросил впустую тужиться, изображая общенародного лидера, и перепозиционировал себя в виде вождя только «правильного народа», противопоставив его «неправильному». Правильный — это такой, который еще можно заставить работать за гроши ради защиты уникального путинского (лукашенковского, талибанского, шариатского, кадыровского или туркменбашинского) геополитического кода от внешних и внутренних угроз.

Проблема России, таким образом, перемещается в сферу социокультурной эволюции. Собственно, она всегда там была — просто в 2012 году это стало особенно очевидно. Революционные камлания Э.В.Лимонова и контрреволюционные камлания В.В.Путина одинаково тоскливы и бесперспективны. У обоих в 2012 г. обозначилась утечка аудитории. Ибо и тот, и другой втайне исходят из совковой идеи о народе, как скопище идиотов. В СССР это называлось «ширнармассы». Их можно вывести на Триумфальную, увести на Болотную или построить на Поклонной. Направить, мобилизовать. Или, если есть интерес, слить.

Так вот, в Москве такие игры уже не проходят. Здесь нет «масс» образца России 1917 г. или Ливии, Египта, Сирии, Пакистана образца 2012 г. И никогда больше не будет.

Здесь живет сообщество самодостаточных граждан, который по каким-то особо важным поводам готовы выступить солидарно, а по каким-то не готовы. Они не позволяют тасовать себя, вытаскивать из рукава и широким жестом шулера бросать на стол в качестве политического ресурса. Они — сами по себе и при своем интересе, а вовсе не собственность какого-то там мелкотравчатого вождишки, которую можно вдохновить, украсть или «слить».

Путинская власть со столицами не справляется. А Лимонов — тем более. Не хватает компетенции.

Процесс развивается не спеша. То открыто, то подспудно. В 2012 г. шторка немного приоткрылась. Каждые выборы (если, конечно, речь не о Чечне или «Уралвагонзаводе») будут превращаться во все более мучительную проблему. Власть ориентируется на варварство и уравниловку — в интересах контроля и упрощения. Города ориентируются на конкуренцию и модернизацию — в интересах развития и усложнения. Вещи несовместные.

Точнее, совместные — но лишь в мифологическом пространстве, где великий вождь народов тов. Сталин (Мао… Ким Ир Сен… Хомейни… Кастро… Лукашенко и т.д. и т.п.) твердой рукой ведет свой народ по пути прогресса.

На самом деле все наоборот, «народный вождь» ради неограниченной власти ведет страну в тупик, но для массового осознания этого печального факта необходимо время и свобода от социокультурного диктата. Что не так просто, как кажется. 20 миллионов уже осознали, остальные еще в пути.

Путину необходимо остановить процесс. Он сделал выбор - это доказывается предельно простым и надежным тестом.

Цивилизация опирается на принцип индивидуальной ответственности. Варварство — на принцип коллективной ответственности. Америка в списке Магнитского накладывает санкции на конкретных людей с именами и фамилиями, по итогам оценки действий каждого из них. Верна оценка или неверна — отдельный вопрос. Главное, она персонифицированная.

Как реагирует путинская Россия? Криком «наших бьют» и асимметричным ударом по «ним всем». В данном случае — по вполне безымянным и уже поэтому заведомо не виноватым сиротам и их потенциальным родителям.

А за то, что пиндосы!

Вот, собственно и все. Идея коллективной (иногда говорят солидарной) ответственности инстинктивно чужда продвинутой части общества и инстинктивно близка противоположной его части. Не так уж важно, в каком пропагандистском контексте она реализуется. Можно в классовом: во всем виновата буржуазия. Можно в национальном: во всем виноваты евреи. Или, допустим, кавказцы. Можно в расовом: виноваты черные, белые или желтые. Можно в религиозном: сунниты с шиитами всегда найдут, что друг другу предъявить. Можно в территориальном: Москва как сыр в масле, а мы тут все на нее горбатимся…

Да мало ли вариантов. Напиток варварства легко переливается из одной емкости в другую. От классовой ненависти тов. Сталин непринужденно переходил к национальной («народы-предатели», борьба с космополитизмом) или даже профессиональной («врачи-вредители», «менделисты-морганисты»). Тов. Гитлер двигался по сходной траектории: от социалистической демагогии к нацистской. А можно и наоборот — от национальной или религиозной неприязни к неприязни классовой — как было у некоторых активистов Бунда…

Была бы жидкость и жажда — а посуда найдется.

Вдоль этой линии: инстинкт цивилизации против инстинкта варварства — и развалилось общественное мнение в 2012 году. И будет разваливаться дальше. Путин остался на варварском берегу, в окружении верной ему социальной периферии во главе с г-ном Кадыровым (99.8% «за» на президентских выборах). А городская Россия тихо, без битья посуды, уходит вперед своим европейским путем. В Москве и в Калининграде, несмотря на массированное давление административного ресурса, начальникам так и не удалось выдавить более 47% — при всех фальсификационных бонусах.

С этим ничего не поделаешь — затопить столицы уже физически нечем. «Мужики» с «Уралвагонзавода, якобы готовые приехать и отстоять стабильность — на самом деле не более, чем пропагандистский фейк. В Нижнем Тагиле путинский режим видали в том же самом гробу и в тех же самых тапочках — просто пока стесняются сказать. Жиденький шабаш на Поклонной горе тому явное доказательство. Поговорить про ненависть к Москве — это мы всегда с удовольствием. А всерьез тащиться на разборки — обращайтесь-ка лучше к г-ну Холманских. Он у нас крут до невозможности.

Правда, есть еще кадыровские нукеры. Но это, пожалуй, чересчур. Интересно, что сказал бы по этому поводу государь Николай Александрович?

В 2012 г. В.В. Путин перестал играться в собирателя земель русских и был вынужден перейти к игре в очищение здорового народного тела от заразных гнойников и чуждых наслоений. Год останется в памяти России как момент, когда стало окончательно ясно, что государство разваливается.

Еще год-два назад надежда оставалась. Сегодня вариантов как-то не просматривается. Десять лет режим последовательно подменял собой все государственные институты. Теперь, когда институты (партии, парламент, выборы, суд…) благополучно дискредитированы, режим в целях самосохранения берет курс на раскол общества.

Хорошим такое не кончается.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24077
7 ЯНВАРЯ 2014

Все по сценарию: очередной шажок вниз. Единственная новость (впрочем, предсказуемая) в том, что фирменные путинские пиар-акции набили оскомину уже большей части электората. То ли разводящие вконец обленились, то ли массовый зритель слегка поумнел. Восторгов все меньше: ну, опять кому-то выкрутили руки, кого-то кинули, подставили… Президентская чета разводится, американцы грохнули метеоритом по Челябинску, Пугачева двойню родила… Тоска.

Зреет ощущение, что этим хитроумным операциям на самом деле грош цена. А главное, проводятся они на сужающемся год от года пятачке. Как сам Путин съехал на позиции президента провинции (в Москве даже по чуровским данным у него лишь 47%, зато в Чечне 100%, в Дагестане 92% и пр.), так путинская Россия потихоньку сползает на глобальную периферию.

Разводку с Ходорковским даже разбирать не хочется. За два месяца до Олимпиады и за неделю до Рождества (чтобы СМИ хватило времени обсосать сюжет и потом забыть под брызги шампанского) вертикаль внезапно пробило на милосердие. Свежо предание: всего десять лет прошло! Одно хорошо: МБХ на воле. Но эта новость облеплена таким количеством уловок, увязок и секреток, так откровенно пахнет Лубянкой, что имиджевый выигрыш России и лично Путина получился близким к нулю. Мало кто сомневается, что он всего лишь уступил давлению, предпочел отдать малое, чтобы сохранить большое. Олимпиада же!

Поняли и запомнили: на Путина надо давить. Везде, где можно. Как писал Пушкин про князя Голицына, обер-прокурора Святейшего Синода и Министра народного просвещения.

…Напирайте, бога ради,

На него со всех сторон!

Не попробовать ли сзади?

Там всего слабее он.

(Князь был большой патриот, консерватор и отличался известной слабостью к содомским досугам).

Язык давления и торга президенту близок и внятен. Если шишки в Прокуратуре и Следственном комитете хором заговорили о третьем сроке МБХ, то это вовсе не от того, что им вдруг приспичило наказать злоумышленника. Нет, они всего лишь лепят механизм давления. Куют торговую позицию перед спецоперацией по сдаче Ходорковского. Или получай третий срок, или пиши помилуху.

Что тут обсуждать? Разве язык да стилистику. И то и другое на три с минусом.

С МБХ кремлевскую команду элементарно продавили. Главным образом из Германии. И все это понимают. В том и беда: многоходовая, тщательно рассчитанная пиар-операция, а на выходе пшик. Ни величия, ни масштаба. Только мелочь и суета: как бы подольше усидеть на вертикали, удержать собственность, на грош пятаков купить.

Хотя в историческом контексте неплохой прогресс. Ворюга все-таки милей, чем кровопийца: с ним можно торговаться. Только стоит ли?

То же самое с Майданом.

На Украине отсталая энергоемкая промышленность. Даже хуже, чем в Белоруссии. Топлива жрет - не напасешься, продукцию производит дорогую и низкого качества. Если бы в стране была свободная конкурентная экономика, за 20 лет часть промышленных мастодонтов вымерла бы, часть перестроилась. Но конкурентной экономики на Украине нет. И в Белоруссии тоже. Поэтому и там и там под гром патриотической пропаганды дотационное хозяйство постепенно сползает в овраг.

Тоже все очевидней.

Длинных инвестиционных ресурсов для Януковича нет. Не только в Европе, но и в Китае, откуда он вернулся с постным лицом и пустыми руками. Да он и не готов их грамотно освоить, вот в чем беда. Даже если донецкие, допустим, завтра подпишут все европейские хартии и начнут вести себя как заиньки (хотя с чего бы?) - мало кто им поверит. Логика ЕС понятна: для начала хотя бы обозначьте готовность соблюдать стандарты. Например, выпустите Юлю. А мы в ответ поддержим материально. Но скромно! И с соблюдением ряда условий. Потому что европейский налогоплательщик сильно не любит, когда его деньги идут к пацанам с сомнительной биографией и неясными намерениями. Дальше, по мере установления доверия, можно будет поговорить о более серьезных проектах. А пока научитесь ходить в гости без пистолета и соблюдать законы.

Понятна и ответная логика коллективного Януковича. Он держит власть. Власть, по его понятиям, это дубина для вышибания грошей из подведомственного населения и бизнеса. При таком подходе выпускать Юлю, которая может власть отобрать, будет только круглый идиот. Но коллективный Янукович не идиот!! Он умный. Не будет он выпускать Юлю, развивать конкуренцию и соблюдать какие-то там права. Зачем соблюдать, если можно не соблюдать, с дубиной-то?!

Вместо этого коллективный Янукович напрягает ум и изобретает Изящную Схему. Вкратце так: Западу втюхиваем, что Россия порабощает Украину с целью разместить там танки, «Искандеры» и обновленный флот. А что - неправда?!

Россию, напротив, пугаем, что Украина от безденежья вот-вот рванет на Запад и затеет модернизацию. Что подразумевает духовную катастрофу плюс в перспективе снижение спроса на газ.

Если Изящная Схема сработает, можно сидеть на заборе, курить и время от времени доить то тех, то этих. Без обязательств, модернизации и прочего геморроя. Поди плохо! Вариант называется «Лукашенко, дубль два».

Но коллективный Путин тоже пацан не глупый и у него тоже есть своя логика. Единство - превыше всего! Поэтому в первую очередь братьям следует перебить колени газовой трубой: чтобы от семейного очага слишком далеко не отползали. Модернизацию и прочие гейропейские штучки проводить ни в коем случае нельзя. Вдруг, боже сохрани, получится? Ведь все эти Польши, Прибалтики, Чехии, Словакии, Словении, Хорватии и т.д покупают газ на общих основаниях, платят вовремя и от Кремля, считай, не зависят! Да еще ухитряются обеспечивать средний доход населения в полтора-два раза выше, чем в братской Белоруссии, которой Москва выписывает ежегодную углеводородную льготу в 5 млрд. долларов. К тому же у них свобода перемещения, надежная валюта, честные выборы, высокое качество товаров/услуг и прочие признаки духовного разложения. Либеральный фашизм, короче.

Допустить такого беспредела на Украине Кремль, конечно не может. Он лучше вынет из Фонда Национального Благосостояния 15 миллиардов и еще годик-другой поддержит на плаву украинский совок с классово близкими братками на мостике.

Главный вопрос - а что потом? И зачем?

Ну, как. Ну, это же наш интернациональный долг… Нет, пардон, наш цивилизационный код! Сохранить для человечества доставшуюся от гэбэшных отцов и дедов инвалидную артель, где братья с перебитыми конечностями греются у замшелого сырьевого котла (благо, тот щедро выделяет тепло в атмосферу) и пересказывают друг другу героический эпос. Как бы невзначай норовя бесплатно хлебнуть из коммунальной газовой трубы. Братская слободка называется «Евразийский Сырьевой Союз им. Клары и Карла».

Цель величественная, конечно.

Впрочем, Янукович (надо отдать ему должное!) в отличие от сентиментального Лукашенко даже не пытался цеплять москалей за губу духовной скрепой. Конкретно ставил вопрос чисто по бабкам. Гроши ему нужны не западные, с их поганой транспарентностью, подотчетностью и прочими извращениями (к тому же в час по чайной ложке), а восточные. Чтоб много, быстро и без болтовни. «Где взял, где взял?» Аллах дал! По-нашему, по-евразийски. А ежели кто полезет к Аллаху с финансовыми проверками, огребет дубиной по мозгам. Небось, не у Папы Римского.

В Кремле понимали, что в конце спектакля Янукович вернется. Вопрос был: за сколько? Решили перестраховаться и отвалили в 10 раз больше Европы. Все равно никто не спросит: советский народ, он смирный!

Еще вопрос: а почему? И правильно ли быть смирным?

Вон в подшефной Белоруссии годовая инфляция 30 процентов, валюта опять рушится, продукция лежит в неликвидах и экономический рост со всеми натяжками менее полутора процентов. И ничего! Население молчит, терпит. Ибо Лукашенко, как настоящий евразийский браток, хотя и завалил экономику, зато преуспел в искусстве пользоваться дубиной. Любит и умеет охаживать подданных по ногам, по почкам, по голове. Те в ответ кланяются и благодарят за шкварку и чарку.

С другой стороны, что еще одухотворенному советскому человеку надо?! Барак теплый, на плацу и в цеху порядок, пыль под метелочку прибрана, цветочки политы. Кормят три раза в день. Бьют не часто; если не выступаешь, могут вообще не тронуть. Благодать!

Вот у Януковича, увы, дубина коротковата: не то, что до западных областей, даже до Киева не всегда достает. Поэтому со стабильностью беда. И чего этому Майдану надо? Вроде, все было правильно, по-христиански: сначала по морде, а потом чарку со шкваркой. Но они, знай, свое непонятное лопочут. Права им, свободы… Может, надо было наоборот - сначала чарку со шкваркой, а по морде уже потом?! Да, тяжела ты, кепка Мономаха.

У Путина баланс выдержан лучше. Взял из казны сколько надо, да и отдал брату для затыкания дыр в евразийском халате. Никто и не пикнул. Ни в Госдуме, ни в Правительстве, ни в политических партиях. Их, впрочем, и не спрашивали. Хотя, вообще говоря, могли бы. Если у нас экономически активного населения, скажем для простоты, 70 миллионов, то из кармана у каждого, не спросясь, вынули по 215 долларов. По курсу, более 7000 рублей. А вдруг не все согласны?

Опять неправильный вопрос.

Как это не все? Цивилизационный же код! Вас, козлов, разве спрашивали, когда в Афганистан посылали? И ведь как славно все получилось - достойные люди столько звездочек на погоны посшибали.

Впрочем, согласимся: расчет про 7000 рублей отдает популизмом. Но ведь 15 млрд. долларов - это, считай, высокоскоростная ж/д магистраль Москва-Казань. Кто-нибудь получил (или хотя бы попросил) разъяснения от национального лидера, почему Янукович ему дороже Казани? Или почему на фоне радикального сокращения инвестиционной программы Газпрома (а это российская наука, строительство, закупки оборудования, рабочие места и пр.) он позволяет себе столь же радикально сбрасывать цену на конечную продукцию для одного из крупнейших потребителей. Для своей модернизации денег нет, потому что ушли на торможение модернизации у соседей?

Разъяснений нет и не будет. Как не обсуждается, почему 50-60 млрд. долларов (по 5.0 -5.5 млрд. ежегодно в течение путинской эпохи) лучше скормить Лукашенко, чем построить на них современную автомагистраль до Владивостока, которая послужила бы реальной, а не сказочной скрепой рыхлого российского пространства.

Понятное дело, хорошо мотивированные товарищи опять загрузят вам сорок бочек арестантов про геополитический код, цивилизационные вызовы, братские узы и пр. Потому что они - и это тоже становится понятным все большему числу сограждан - с этого вертикального кода и с орошающих его финансовых потоков миллионом языков слизывают сладкие бюджетные капельки. А иной раз и целые струи.

Просто раньше об этом говорить было как-то не принято. А сейчас - отчего же? Тем более, оно само в глаза бьет.

Настоящая проблема в том, что верить профессиональным патриотам становится все трудней. Вопросы к ним делаются короче и конкретней. Врать в ответ им приходится все замысловатей. Где деньги, Зин? Между прочим, это мы их заработали… Через два года, поближе к выборам, Янукович опять попробует тряхнуть нашу вертикаль в надежде стрясти нефтяных яблок. Но все равно впустую: выборы ему не выиграть. Тогда зачем 15 млрд. как в печку?

А вот затем!! Чтобы профсоюзу братков подольше сиделось при полномочиях. Чтобы дать решительный отпор всему нормальному и человеческому, что очищает жизнь от вранья, хамства и рабства, ведет к свободе и достоинству. Потому что в нормальных конкурентных условиях большая часть этого державного сброда - как пятое колесо в телеге.

Как бы при такой хамской (они почему-то называют ее народной) системе приоритетов наш коллективный Путин не доигрался до ограниченного воинского контингента на территории Украины или Белоруссии. В целях исполнения все того же братского интернационального долга.

Нет, пожалуй, не посмеет. Скорее, обойдемся традиционными материальными потерями и очередным циклом отставания от Запада. Иначе слишком уж очевидным получится ассоциативный ряд: олимпиада, потом аншлюс…

Впрочем, кто знает - что там у них в голове.

Ну, а пока наслаждаемся бурными продолжительными аплодисментами, переходящими в овацию. Хотя, признаться, поднадоело.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/blog/oreshkin/1240856-echo/
19 января 2014, 07:24
Самые светлые дни нашей жизни связаны с В.И.Лениным. Он, кстати, ровно 90 лет назад скончался: во вторник юбилей. Светлые - потому что из детства. Помню, в третьем классе учительница читала нам рассказ, как он пожалел лису на охоте.
Детство чем хорошо? Веришь, что слова народные. А значит - правда! Не может же быть отдельного автора у «Во поле березонька стояла…» или у «Меж высоких хлебов затерялося…». И паровоз тоже наш народ изобрел, чего там. Но потом англичане стырили. Хитрые, как лиса.
Теперь, будучи глубоко на пенсии и приводя в порядок свои конспекты с первого по четвертый класс образования, невзапно подумалось: а может, был все-таки автор?

Оказалось - таки да, был. М.Зощенко. Никчемный человек, хуже Бильжо. «Давно специализировался на писании пустых, бессодержательных и пошлых вещей, на проповеди гнилой безыдейности, пошлости и аполитичности, рассчитанных на то, чтобы дезориентировать нашу молодежь и отравить ее сознание» - сказано в постановлении ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 г. «О журналах «Звезда» и «Ленинград».

Молодежь - это как раз были мы. Нам же в школе читали! Вот сжатое изложение гнилой проповеди про лисицу.

НА ОХОТЕ (М.Зощенко)

«Ленин очень любил охотиться… Лисица — хитрое животное… Вдруг в лесу отчаянно залаяли собаки… Охотники насторожились. И Ленин тоже насторожился. Посмотрел, правильно ли заряжено его ружьё.
А кругом удивительно красиво…
Вдруг, откуда ни возьмись,… Ленин вскинул ружьё, чтоб в неё выстрелить. Но вдруг опустил руку и поставил ружьё в снег, к ногам. Лисица, вильнув своим пушистым хвостом, бросилась в сторону и тотчас исчезла за деревьями. А тут же у дерева, недалеко от Ленина, стояла его жена, Надежда Константиновна:
— Почему же ты не выстрелил?
Ленин, улыбнувшись, сказал:
— Знаешь, не мог выстрелить. Очень уж красивая была лиса. И мне поэтому не хотелось её убивать. Пусть живёт.
Тут подошли другие охотники и тоже стали удивляться, почему Ленин не выстрелил...
И, узнав, отчего Ленин не выстрелил, охотники ещё больше удивились. А один охотник сказал:
— Чем красивее лиса, тем она ценнее. Я бы в неё выстрелил.
Но Ленин на это ничего не ответил».

1108552

Вот так, если вкратце. Все засмеялись, а Ваня заплакал. Или наоборот.

Этот же исторический случай, но несколько с иных идейных позиций описывает Л.Д.Троцкий, известный охотник, одно время близкий к В.И.Ленину. Начало практически идентичное. Очевидно, для документальности.
«Ленин был страстный охотник, но охотился редко. На охоте горячился, несмотря на большую выдержку в больших делах. Так же как великие стратеги бывают обычно плохими шахматистами, люди с гениальным политическим прицелом могут быть посредственными охотниками. Помню, с каким прямо-таки отчаянием, в сознании чего-то навсегда непоправимого Ленин жаловался мне, как он промазал на облаве по лисице в 25 шагах. Я понимал его и сердце мое наливалось сочувствием».

Допустим, с Троцким все ясно. Но как коварен Зощенко! Ведь гуманный образ Ильича в диалектическом взаимодействии с лисицей у него в целом передан правильно, без явных признаков троцкизма. Наверно, чтобы втереться в доверие к пионерам. Ведь, как сказано в упомянутом постановлении, на самом деле он «изображает советские порядки и советских людей в уродливо карикатурной форме, клеветнически представляя советских людей примитивными, малокультурными, глупыми, с обывательскими вкусами и нравами».

Точно! Вот и в данном конкретном случае, походя оклеветав советских егерей, «писатель» исподволь переходит к подрыву основ художественной и исторической правды. Кто ж поверит, что рядом с В.И.Лениным на охоте была его жена Надежда Константиновна?! Какое натужное, выморочное извращение сюжета в угоду политической конъюнктуре! Советские люди не примитивны и не глупы, они отлично знают, что женщин (тем более, супруг; тем более, таких, как Крупская) на охоту не берут. Тогда зачем же она в сюжете Зощенко?

Возможно лишь одно объяснение: ее ходульный образ грубо втиснут в ткань художественного повествования для того, чтобы замаскировать и подменить куда более величественную фигуру, наличие которой по понятным причинам не устраивало заказчиков и вдохновителей этой клеветнической поделки. Надо ли объяснять, что по внутренней логике исторического и литературного процесса рядом с Ильичем в тот судьбоносный момент мог находиться только И.В.Сталин - верный продолжатель его идей и начинаний? Ну, не Троцкий же, в самом деле! Лишь тов. Сталин, с присущим ему отеческим тактом и мудростью, мог задать вопрос, так мягко и выпукло (sic!) оттеняющий человечный образ вождя революции:
— Почему же ты не выстрелил?

Можно ли представить себе, что довольно-таки опытный литератор Зощенко не видел, не понимал этой объективной необходимости? Нет, такое невозможно себе представить. Следовательно, речь об умышленной подмене исторических фактов и духовных скреп. О прямой идеологической диверсии: ясно же, что Крупская в рассказе лишь неряшливо заполняет место, отведенное историей для И.В.Сталина. Сюжет об этом буквально вопиет. Только в отравленном классовой ненавистью мозгу литературного власовца Зощенко могла родиться кощунственная идея подмены образов.
Есть о чем задуматься, уважаемые товарищи, в нелегкое время подготовки единого учебника истории. Министерству культуры и лично министру тов. Мединскому необходимо в кратчайшие сроки восстановить историческую справедливость и изъять из обращения политически ошибочную версию рассказа «На охоте». И разобраться, наконец, с рыжей бестией и всеми ее родственниками, часть из которых скрывается за границей. А то будут потом болтать черт знает что по вражеским радиостанциям. Вносить раскол в неокрепшее сознание подрастающего поколения.

Кстати, с юбилеем вас. Не забудьте выпить во вторник.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24303
30 ЯНВАРЯ 2014
http://ej.ru/img/content/Notes/24303//1391075616.jpg
Патриоты богоспасаемого Отечества отличаются удивительной способностью выставлять себя дураками даже там, где без этого можно было обойтись. Вот всей моськиной сворой накинулись на «Дождь» и «Дилетант» за оскорбивший их тонкую натуру вопрос о возможной сдаче Ленинграда.

Вопрос не нов. Патриотизму ничуть не мешает, как никакие вопросы не мешают истине. Нормальным людям вообще свойственно спрашивать. Что плохого, если есть чем ответить по существу? Вот если нечем – тогда беда. Но не России и не патриотизму – а сплоченному коллективу, привыкшему кормиться объедками при царской кухне и потому поднимающему восторженный или негодующий лай всякий раз, когда дело касается вноса-выноса духовных скреп.

Впервые тема была затронута около четверти века назад замечательным писателем-фронтовиком Виктором Астафьевым. Не знать об этом может разве что селигерская фауна. Ну и еще, возможно, министр культуры. Есть у нас такая почетная профессия: ничего не знать о великой войне, о великом народе, о великой литературе. А главное — другим не давать.

Самое грустное, что вопрос-то вообще мимо темы. Поводом для страстных разборок он кажется лишь в советском сознании, которое выведено пытливыми лубянскими мичуриными и кулибиными в закупоренной информационной колбе. К услугам всего прочего человечества есть академический десятитомник, полный военных документов гитлеровской эпохи: Germany and the Second World War. Оксфорд. В частности, том 4 касается войны с СССР[i].

Про Ленинград, вкратце, там вот что. (В интернете полной версии нет, читать надо на бумаге.)

7 сентября 1941 г. немцы взяли Синявинские высоты. 8 сентября овладели Шлиссельбургом и замкнули Ленинград в полукольцо, с юга отрезав от Большой земли. Но форсировать Неву и двигаться дальше к Финляндии не стали. Уже 5 сентября, через 2.5 месяца после начала войны, генерал-полковник Гальдер, глава Генштаба и автор плана «Барбаросса» подводит черту под стратегическими задачами Вермахта на данном направлении: «Наша цель достигнута». Назавтра, 6 сентября, Гитлер выпускает Директиву № 35. Ее смысл прост: если Ленинград будет взят, немцам придется кормить население и нести за него ответственность. Поэтому Ленинград НЕ БРАТЬ! По предвоенным данным, численность жителей, включая пригороды, превышала 3 млн человек. Не иголка, чтобы спрятать в стогу военной неразберихи. В последующие 2-3 недели военная бюрократия Рейха активно обменивается соображениями о том, как быть с осажденным городом.

21 сентября Департамент внутренней безопасности Главного командования вермахта (обратите внимание – вопрос рассматривается уже службой тыла) предлагает фюреру несколько вариантов действий. Один из них: обнести город проволокой под напряжением с охраной из автоматчиков; выпустить женщин, стариков и детей; мужчин оставить и изолировать. Дабы обезопасить тыл от эксцессов. Впрочем, замечают авторы доклада, вариант не слишком хорош, потому что среди голодающих (славян?) возникнут эпидемии, которые могут перекинуться на охраняющих (арийцев?). Поэтому есть смысл рассмотреть альтернативный подход — подавить очаги сопротивления и уйти, оставив город финнам. Пусть, что хотят, то и делают. Ответственность с Германии снимается.

От такого заманчивого предложения, однако, финское руководство вежливо уклонилось: мол, наши прежние территории (с некоторой компенсационной прибавкой) вплоть до Невы возьмем с удовольствием, а вот от Ленинграда увольте. Хорошо бы его куда-нибудь того… Переместить. Еще раз обратите внимание — в сентябре 1941г. они обсуждают ленинградскую проблему исключительно с организационной, хозяйственной и политической точек зрения. Военными аспектами фюрера уже не грузят: боевая задача выполнена, оставшееся — дело техники. Если Финляндия согласится забрать город — ради бога. К сожалению, она тянет резину и явно предпочитает, чтобы немцы сами проделали самую грязную часть работы. Нехорошо.

Отсюда третий возможный способ действий: объявить, что, «поскольку Ленинград оборонялся подобно вооруженной крепости, его население следует рассматривать как военную цель, город герметически изолировать и обратить в пыль артиллерийскими обстрелами и бомбежкой». Ну, а потом развалины скинуть хоть тем же финнам. Вариант тоже неважнец, Германия опять получается крайней…

Бедные фашисты, вот над какими гуманитарными проблемами они ломали свои арийские головушки осенью 1941г. 12 октября командование вермахта, опираясь на опыт боев в Киеве, выпускает общий приказ, прямо запрещающий германским частям входить в городские кварталы Ленинграда (а заодно уж и Москвы). Велено долбить на расстоянии, вдумчиво и без суеты.

Итак, еще раз: осенью 1941г. фашисты на основе директивы № 35 и докладной записки от 21 сентября нащупали устраивающее их решение. Ленинград НЕ БРАТЬ. Балтфлот (вполовину уменьшившийся за время бегства из Таллина) изолировать; блокаду держать жестко, но экономно. Обстреливать регулярно, но без фанатизма. Активные операции перенести на группы «Юг» и «Центр». Туда же отправить большую часть артиллерии и авиации. Горожане тем временем пусть голодают, мерзнут, умирают и вообще чувствуют себя как дома — им после революции и коллективизации не привыкать. Превращать город в пыль не стоит труда. Достаточно разбомбить Бадаевские склады с провиантом. А уж как там т. Сталин дальше будет разбираться со своим населением — его дело. Над немцами не каплет.

В общем, действительность оказалась даже гнусней, чем мог предположить В. Астафьев. Он исходил из своего фронтового опыта (отнюдь не способствовавшего державным восторгам) и из той информации, которую власть допускала до народа. Как и все советские люди, принимал за аксиому, что Гитлер жаждал взять город. Лез, лязгал зубами, заходил в лоб и с флангов, силой и хитростью. Но несгибаемый Сталин (или великий советский народ?) с угрюмой жестокостью (или с отчаянным мужеством?), не считаясь с потерями, Ленинград ему не отдавал. Бил и бил по жадным оскаленным зубам — прикладом, кулаками, мерзлыми детскими трупиками — всем, что под руку попало...

— Так было надо, товарищи, — утирая скупую слезу рукавом дорогого пиджака, скорбит официальная пропаганда. — Любой ценой удержать город Ленина!

— Врете, твари! Сначала просрали все, что можно, отдали Питер в заложники, а потом русский народ ложись и брюхом вас прикрывай, — возражают люди с мучительным фронтовым опытом. — Хоть бы детей, гражданин начальник, пожалели…

И правда: даром, что ли, сталинский любимец Ворошилов (тот самый, что ходил гоголем и намеревался воевать малой кровью, могучим ударом, на чужой территории) 11 сентября был тихо снят с должности командующего Ленинградским фронтом и отправлен поглубже в тыл. Военно-стратегический провал на Северо-Западе был полным и очевидным.

Но в руках власти оставался мифологический инструментарий. А это главное.

С содержательной стороны вопрос о «сдаче» Ленинграда чудовищно пуст. Как содержательно пуст и вопрос, креститься ли двумя перстами, тремя или одним. Но с идейной стороны он столь же чудовищно важен и судьбоносен. По крайней мере, для тех, кто намерен усидеть на вертикали.

Сдать город в техническом смысле слова было некому — за отсутствием желающих его взять. Гитлеру Ленинград был не интересен. Он даже не считал нужным тратить боеприпасы на его «превращение в пыль». Лишний раз пачкаться не хотелось ни немцам, ни финнам. Да и зачем, если процесс замечательно идет сам собой под руководством большевиков?

Эта отвратительная правда никаким боком не бросает тени на подвиг защитников Ленинграда. Но она кое-что говорит об устройстве нашего верховного вранья и духовных скреп. Этим она и страшна для вертикали. Одно дело героическая оборона под руководством мудрого вождя и великой партии, и совсем другое — беспомощное угасание за расчетливо спланированным гитлеровцами санитарным кордоном. Когда даже невозможно дотянуться до горла врага, чтобы сдохнуть не от голода, а в бою.

Военные архивы Германии (советские, впрочем, тем более) нам всем, включая Астафьева, были недоступны. Так почему бы сегодня Министерству культуры, вместо того чтобы пафосно возмущаться в «Твиттере», не организовать их добросовестный и полный перевод на русский? Весьма поучительное получилось бы чтение.

Это книги очень дорогие — как и положено для серьезных академических изданий. Рассчитаны на специалистов, на университетские библиотеки и аналитические центры. По карману далеко не каждому. Небось, не патриотические дешевки г-на Мединского для ширнармасс и не Краткий курс истории ВКП(б). Вот и помогли бы нашему многострадальному населению повысить культурный уровень за счет госбюджета. Хоть раз в жизни. Хоть один четвертый том, где про СССР. Ради простого человеческого уважения к народу и его праву знать настоящую историю самой страшной своей войны. А?!

Нет, о чем это мы… С кем это мы… С теми, кто на протяжении вот уже четырех поколений, сыто похрюкивая, насилует и фальсифицирует историю (о, эти вымаранные страницы в Энциклопедии и в школьных учебниках!), воспоминания героев (о, эта «Малая Земля»! о, этот Жуков!), собственную валюту (о, этот деревянный рубль!), науку (о, языкознание! О, Лысенко и кибернетика!), хозяйственную статистику, судебные приговоры, результаты выборов, свидетельские показания — а вот теперь уже и диссертации? С профессиональными патриотами, короче?

Право, не стоит. Им все, что не раскалывает череп — божья роса. «Папа Римский выступает против? А сколько дивизий у Папы Римского?» Вертухайские поскребыши повторяют то, чему их учили отцы и деды: выдумывают извращенную реальность и учат народ в ней жить и гордиться. Технология нехитрая: выдрать из приличного источника кусок, серпом и молотом загнуть в нужную сторону, заклеить дыры соплями и газетой «Правда» — и пустить в СМИ под видом солидной цитаты. Либо прямого исторического факта. Чтобы простодушные мальчики и девочки потом патриотично разносили это фуфло по интернету уже бесплатно, ссылаясь как на истинный документ.

В частности, по русскому сектору сети бродит фрагмент доклада того самого Департамента внутренней безопасности вермахта от 21 сентября с вариантами решения «ленинградского вопроса». При той милой разнице, что кусочек, где сказано «обратить в пыль» (чаще встречается перевод «сравнять с землей»), подается не как одна из альтернатив, предложенных Гитлеру подчиненными, а как его окончательный верховный вердикт. Хотя в действительности его выбор был проще, эффективней и гнусней. И (что самое главное!) унизительней для сталинских стратегов. Именно поэтому нам его не сообщают. Мягко впаривая вместо этого мобилизующую фальсификашку.

Страх как интересно получается. Значит, какой-то умелец пропагандистского цеха это говно изобрел, согласовал с начальством, отыскал подходящую цитатку, любовно подрезал-подретушировал, воткнул парус с долькой лимона, присыпал сахаром и с чувством профессиональной гордости спустил на воду. Может, даже всплакнул напоследок: большому кораблю большое плаванье. Столько души вложено! Красиво плывет…

Очень, очень любопытный объект для научного анализа. Устойчивая субкультура фальсификата. Нечто вроде подземного клуба жуликов, грибница, которая тайными нитями тянется от Ленина-Сталина к Дзержинскому-Менжинскому, Ежову-Берии и далее по всем пунктам. То там, то здесь пробиваясь на поверхность яркими пахучими грибами. Главный электоральный фальсификатор, главный культурный брехунок, главный манипулятор по части веры Господней… Все крепыши — как на подбор. Все оттуда. Не говоря уж про обильное семейство мухоморов, заполонившее ТВ-ящик и готовое к прорыву в последнюю свободную нишу на «Дожде».

Воистину, уникальная цивилизация. Другой такой, целиком основанной на извращении смыслов, с абсолютно сбитой системой норм и ценностей, кроме сталинского СССР, пожалуй, и не найдешь. Божья роса кипит и булькает. Массы глотают и захлебываются от восторга. А потом, когда холст на потемкинской деревне сгнивает дотла, удивляются: ведь был же великий и могучий!! Ведь все же трепетали!! Ведь невозможно же!!

Ах, милые мои. От кочевых варваров Чингисхана тоже все трепетали. Они тоже были великие свободолюбивые воины с равенством и братством на знаменах. Очень демократичные такие ребята, вполне искренне уверенные в исторических преимуществах своей системы. Но победила в итоге оседлая, городская, буржуазная, частнособственническая цивилизация, миллионом корыстных корней связанная с землей, ландшафтом, со своей частной территорией и частным делом. Только такое и возможно! Если, конечно, верить своим глазам и реальным фактам, а не сказкам подслеповатых акынов из великого прошлого.

Подсадить на мухоморы огромный, достаточно сильный и культурный народ, кастрировать, оболванить, милитаризовать, сорвать с насиженных мест и протащить через три голода, две большие войны и кучу маленьких, дотла разорить сельское хозяйство и демографическую базу и еще заставить этим гордиться — это действительно надо было поработать. Конечно, немного жаль Россию, которую в процессе Великого Похода трижды зачищали от людей, способных шевелить мозгами, а заодно и от нормальных представлений о чести и совести. Но тут уж ничего не попишешь: раз государство рабочих крестьян, значит, рабочих и крестьян. Кухарка, так кухарка. Извращение, так извращение.

Такое быстро не лечится. Если лечится вообще.

На честный вопрос о реальных итогах, ответственности и цене Великого Похода победоносным вождям ответить нечего. Поэтому они всегда идут другим путем: устраняют тех, кто спрашивает. Содержа и натаскивая ради этого свору шариковых и (что важнее) элитный клуб привилегированных псарей. Ну, и кухарок тоже. Что же тут странного? Все по сценарию. С вполне ожидаемым концом.

Что касается Ленинграда, то с ним тоже все довольно очевидно. Большевики получили страну с двумя европейскими столицами, а сдали с одной азиатской. По-варварски гипертрофированной, централизованной, бюрократизированной и унитарной. Москва-80 — чисто Пхеньян сегодня. Только за последние 25 лет что-то понемногу стало возвращаться к норме. Города, слегка потеснив вертикаль, начали подниматься на четвереньки. Но ничего! Вот сейчас грибная Контора опять наведет свой централизованный порядок и загонит их назад под лавку. Чтоб не получилось, боже упаси, как на Украине, где города и горожане стали о себе слишком много понимать.

Пусть лучше будут нищими, глупыми и послушными. И наслаждаются победным дребезжанием сталинских акынов.

Когда все это в очередной раз развалится, виноват, конечно, будет Гитлер. А также Астафьев. И еще ТВ «Дождь» с журналом «Дилетант». Кто же еще?!

[i] Volume 4: The Attack on the Soviet Union. Horst Boog, Jürgen Förster, Joachim Hoffman, Ernst Klink, Rolf-Dieter Müller, and Gerd R. Ueberschär. Translated from the German by Dean S. McMurry, Ewald Osers, and Louise Wilmott. Translation Editor: Ewald Osers . Clarendon Press 1,444 pages | 27 maps, numerous line figures and tables | 234x156mm | Hardback | 19 November 1998. Price: £236.00

Фотография ИТАР-ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24419
12 ФЕВРАЛЯ 2014
http://ej.ru/img/content/Notes/24419//1392200674.jpg
Сегодня Госдума рассматривает во втором чтении законопроект о введении смешанной мажоритарно-пропорциональной системы избрания нижней палаты парламента. Законопроект определяет, что пропорциональная система, при которой в выборах участвуют только партии, изменяется на смешанную мажоритарно-пропорциональную систему, когда половина депутатов избирается по партийным спискам, а половина — по одномандатным округам. Для выдвижения списка кандидатов и одномандатников нужно будет собрать подписи избирателей — 3 процента от общего числа избирателей округа. Партия должна будет собрать не менее 200 тысяч подписей, при этом на один субъект РФ должно быть не более 7 тысяч подписей избирателей. Если в одномандатном округе менее 100 тысяч избирателей, то для регистрации кандидата-одномандатника нужно собрать не менее 3 тысяч подписей. Определяются условия, когда партиям не нужно собирать подписи, чтобы выдвинуть свой список или одномандатника по округу. Так, подписи не нужно будет собирать партии, которая на последних выборах уже прошла в ГД или не прошла, но набрала не менее 3% голосов избирателей.

ИТАР-ТАСС

Понятно, почему настало время менять закон: существенно изменилось поле политических предпочтений избирателей. 10 лет назад, когда вводили выборы по партийным спискам, это делалось из понятного расчёта на то, что партия «Единая Россия» популярна, потому что она блистает отражённым светом популярного Владимира Путина и, что ещё важнее — выступает как общее структурное объединение, своего рода профсоюз нового победившего класса, который я назвал бы бюрнесс, от слов бюрократия и бизнес. Это такой тянитолкай, объединивший интересы новой, постсоветской бюрократии — 40-50-летних мужчин из силовых и бюрократических структур, вроде самого Владимира Путина, которые хотели повысить жизненный уровень и понимали необходимость рыночной экономики, но при этом рассчитывали сохранить свой контроль над ней. И рыночная экономика им подчинилась, потому что ей хотелось получить «крышу», безопасность в определённом секторе, который ей обеспечивали силовики и бюрократы. Так сформировался этот класс бюрнесса, и он объединял в себе разные группы элит: региональные, силовые, медийные, бизнес-элиты. По большому счёту у них всех в начале нулевых годов был общий интерес, который достаточно успешно репрезентировался партией бюрократии под названием «Единая Россия».

Прошло 10 лет, и эта партия очевидно теряет поддержку избирателей. «Единая Россия — Партия Жуликов и Воров», мем устоялся, справедливо или нет, неважно, важно, что Путин теряет популярность, а отражающая его свет «ЕР» теряет популярность вдвойне. В этой ситуации понятно, что для того, чтобы тот же класс бюрнесса смог бы провести своих людей в Государственную думу, надо менять вывеску. Эти матёрые мужчины, которым 15 лет назад было 45-50, а сейчас, соответственно, около 60, понимают, что пора снять майку с профилем Путина и надписью «Единая Россия», надеть майку с надписью «Независимый кандидат» и подвергнуть «Единую Россию» суровой критике за отрыв от народа и земли. С тем, чтобы прийти в ту же самую Госдуму и продолжить контролировать политический процесс. Поэтому возрождается идея одномандатных округов. В одномандатном округе легче избраться, потому что там избирается один кандидат от конкретной территории. Понятно, что представитель победившего класса постсоветской номенклатуры имеет преимущество, потому что у него хорошие отношения с местными силовиками, законодателями, журналистами, бизнес-структурами, другими бюрократами, если, конечно, он умеет выстраивать такие отношения. Поэтому ему победить легче. При этом он может дистанцироваться от скомпрометировавшей себя и надоевшей вывески «Единой России». Так что возврат к одномандатным округам был столь же предсказуем, сколько и неизбежен.

На мой взгляд, в рамках науки об эволюции бюрократических систем это хороший ход. Потому что, стремясь сохранить себя у власти, путинская бюрократия вынуждена несколько изменять де-факто базовый принцип путинского управления — вертикализм. Переходя к одномандатным округам, вертикаль вынуждена делегировать большую часть полномочий конкретным людям из конкретных областей. И эти люди понимают, что они будут избраны от Челябинска, или от Омска, или от Томска, или от Ставрополья, и, соответственно, будут зависеть от тех, кто их направил в Государственную думу. Потому что любые выборы — это процесс поиска какого-то компромисса, в данном случае — компромисса разных региональных элитных групп. Это означает, что следующая Дума будет ближе к региональным центрам влияния и чуть дальше от Кремля, и Кремль вынужден идти на это, чтобы сохранить свой «элитный мир», делая шаг назад от хвалёной концепции вертикализма. В чём она состояла — понятно: все партии находятся в Москве, ходят на инструктаж в Кремль и за деньгами ходят туда же. Соответственно, их региональные отделения тоже слушаются Москвы. Это воплощённая идея вертикали власти, централизма и унитаризма, от которой теперь приходится уходить в пользу большего представительства, конечно, не регионального избирателя, но региональных элит. То есть это абсолютно закономерно, неизбежно и, в общем, это к добру. Потому что в Госдуме будут представители разных регионов, которые таким образом будут располагать площадкой, на которой можно будет торговаться и вырабатывать какую-то интегрирующую стратегию для страны. Это уменьшает риск территориального конфликта, так как позволяет такие проблемы проговаривать и решать.

Теперь по поводу самих выборов. Понятно, что эта ситуация почти идеально описывается рыночными аналогами. Есть определённый электоральный рынок, который поделили между собой, вступив в картельный сговор под руководством Кремля, четыре думские партии. Естественно, они совершенно не хотят делиться этим рынком. Они готовы договариваться друг с другом, например, кто-то контролирует 15% рынка, но, возможно, он согласится контролировать и 13% в обмен на какие-то гарантии, уступки или откаты со стороны власти. Их общий интерес состоит в том, чтобы больше на этой поляне никого не было. Проблема в том, что при таком картельном разделе рынка он в целом отрывается от потребителя. Люди всё реже ходят голосовать, выборы для них перестают быть интересны, и игра становится виртуальной. Партии внутри себя делят этот самый рынок, но не взаимодействуют с низами, с народными массами, а они должны с ними взаимодействовать. Опять же, в этом интерес Кремля. Потому что если они просто заняты дележом ресурсов, что их, конечно, больше всего заботит, то это замечательно, но всё-таки они должны ещё каким-то образом решать политическую задачу диалога власти и общества, чтобы не «сорвало резьбу».

Таким образом, с точки зрения Кремля, рынок становится всё меньше и включает всё меньшую долю избирателей, потому что люди просто перестают ходить на выборы. Всё больше избирателей остаются вне политического контроля, считают, что власть им не нужна, и следуют логике «у вас свою свадьба, у нас своя». Всё больший сектор рынка оказывается не охваченным этим картельным сговором. И за его пределами появляются нежелательные для Кремля эксцессы, типа социального объединения сторонников Навального, которых только в Москве и только по официальным данным 640 тысяч. Понятно, что такая тенденция будет продолжаться. Поэтому в Кремле принимают рациональное решение какую-то часть от этой группы людей допустить на монопольно регулируемый рынок, ввести какую-нибудь пятую или даже шестую партию, чтобы появились представители нового, недовольного электорального сектора, который сейчас бесконтролен и поэтому опасен. Лучше, чтобы он был как-то репрезентирован. Отсюда вполне понятная идея — давайте мы некоторые вменяемые, договороспособные партии пропустим. Например, «Яблоко». Именно из этого исходит идея того, чтобы в выборах могли участвовать партии, которые набрали не менее 3% на предыдущих голосованиях. Нормальная логика? Нормальная. «Яблоко» уже набирало 3%, значит, им не нужно будет собирать подписи для своих кандидатов, и «Яблоко» вполне договороспособная партия, с ней можно иметь дело. Конечно, с точки зрения нынешних представителей думского картеля, лучше бы её не было, но в Кремле рассуждают так: придётся вам потесниться, чтобы мы могли кого-то впустить. Может, это будет «Яблоко», может быть, это будет «Родина» для националистов, может быть, «Коммунисты России» или что-то такое. В Думе понимают, что придётся принять требования Кремля, поделиться какой-то частью своих секторов для того, чтобы не потерять всё. Может быть, какая-то партия даже и проиграет этой новой, но раз в Кремле хотят — надо соглашаться.

Соответственно, они и формируют такие предложения, чтобы ещё пяток партий мог бы поучаствовать в соревнованиях. Для этого вводятся вполне понятные ограничения. К выборам без проблем допускаются партии, у которых набрано 3% на предыдущих выборах, естественно, те партии, которые уже находятся в Госдуме, а также те, у которых в региональных парламентах есть один-два кандидата. А все остальные должны собираться подписи. И неважно даже, 150 или 200 тысяч, понятно, что подписи — механизм произвольного отсеивания неудобных партий, потому что всегда можно найти в списках любой партии столько ошибок, сколько тебе нужно, чтобы её не пропустить. А зарегистрируется для участия в выборах около десятка партий. Этот десяток, начиная от РПР-ПАРНАС, «Правого Дела», «Коммунистов России» и продолжая «Яблоком», вполне можно допустить, и тогда не надо будет включать, например, партию Навального, которого очень не хотят видеть в Госдуме. Потому что он не только откусит свой кусочек электората, что по понятиям ещё приемлемо, но и будет пытаться поменять всю систему, а это уже недопустимо.

Никакой перманентной системы, перманентного законодательства никак не получается. Перманентны только интересы этого бюрнеса, который в принципе доволен тем, что произошло и не хочет никаких перемен. Это — основа путинского благополучия. Как он, этот класс, будет реализовывать свои интересы, вопрос не только сложный, но и праздный. Надо будет поменять закон — поменяют, никаких проблем. Если политическое чутьё будет подсказывать, что можно не менять, то и не будут менять. Тут есть такой сложный баланс представлений о приличиях, о том, «проглотит» электорат что-то или нет. Приличия задаются не какими-то нравственными оценками, их там нет, а рациональными соображениями типа вероятности того, что люди встанут на дыбы.

Для простоты проведём аналогию с Украиной. Янукович был уверен, что он настолько всё контролирует, что сначала пообещал лохам ассоциацию с ЕС, и они его поддержали. А потом, когда ему кинули 15 миллиардов с другого фланга, он сказал, что нет, не надо нам Европейского союза, а вы куда нахрен денетесь, проглотите. А Украина возьми и не проглоти, то есть Янукович неправильно рассчитал баланс. Но действовал он в рамках той же самой логики. Мы вот пропустим в Госдуму тех же самых людей, но не от «Единой России», а как независимых кандидатов, и вы это проглотите? Проглотите. Значит, баланс не был нарушен. Политический талант здесь определяется способностью не выходить за рамки дозволенного, манипулировать всеми политическими процессами, не вызывая каких-то болезненных эксцессов. Пока это удаётся делать, и, я думаю, что в ближайшем будущем будет удаваться.

Да, есть какая-то довольно влиятельная группа людей, к которой принадлежим мы с вами и которые этим недовольны, но они не составляют большинства, и их можно ослабить в информационном смысле. Не пускать на центральное телевидение, а в интернете пусть сидят, и это тоже своего рода баланс. Мы можем сколько угодно негодовать, но большинство сограждан нас не слышит, потому что мы говорим о том, что для большинства из них чуждо. В будущем им это станет интересно, потому что они поднимутся до обсуждения таких проблем под воздействием каких-то жизненных обстоятельств, никуда от этого не деться. А пока такая ситуация, надо будет поменять закон ещё раз — поменяют.

Хотя дело ведь даже не в законе, а в правоприменительной практике. На местах этот профсоюз бюрнеса, оформленный в «Единую Россию» или нет, сам находит локальные, региональные конфигурации и формирует какую-то приемлемую для данной территории структуру людей во власти. Пока они способны поддерживать этот баланс — всё нормально, политическая стабильность сохраняется. Всегда кто-то недоволен, критикует и негодует, но этим можно пренебрегать, потому что базовые структурные черты выдерживают.

Да, это застой, да это отставание от Запада — на всё это они плевали. Зато они контролируют ситуацию и хорошо себя чувствуют. А если начнётся обновление, то Бог его знает. Они могут очень много потерять, и догонит ли Россия Запад всё равно непонятно, а риски распада увеличиваются, и так далее. Так что надо будет поменять закон — поменяют, в одну сторону или в другую. Никаких моральных ограничений у них нет, тогда было выгодно это, сейчас — то. Вообще любой такой пересмотр может быть удачным, а может быть неудачным. Совсем неудачный — если люди выходят на улицы, происходят протесты и прочее. Несколько неудачный — если он позволяет действительно альтернативным людям проходить во власть, создавать конкуренцию, мешать монопольному коллективу. Это, с их точки зрения, не совсем удачный вариант. Идеально — когда законы поменялись, а люди — нет, все начальники при своих кормушках. Поменяли закон, народ доволен, критики замолчали, а по существу всё осталось как раньше. Найти такой баланс довольно трудно, и со временем формируется ситуация, когда вообще невозможно, потому что люди хотят более глубоких перемен. Постепенно этот запрос будет формироваться, но пока я его не вижу в массе.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Джапаридзе

[Дмитрий Орешкин]

http://www.profile.ru/pryamayarech/item/79922-svoikh-ne-sdaem
07.03.2014

Амнистировав Анатолия Сердюкова, власть дала элитам весьма недвусмысленный сигнал
http://www.profile.ru/media/k2/items/cache/7d44e216fd25fa5b410434348091fbef_XL.jpg
Анатолий Сердюков Фото: ИТАР-ТАСС

Вот и юбилей Конституции кое на что сгодился. Бывший министр обороны России Анатолий Сердюков попал под амнистию, приуроченную к 20-летию Основного закона. По данным источника «Интерфакса», решение об амнистии экс-министра было принято Главным военным следственным управлением СКР еще 21 февраля — накануне Дня защитника Отечества — по ходатайству самого Анатолия Сердюкова. Основанием для амнистии стало то, что экс-министр подпадает под категорию защитников Отечества. И хотя амнистия не является реабилитирующим основанием прекращения уголовного преследования, теперь Сердюков сможет спокойно жить дальше и даже беспрепятственно покинуть территорию страны…
Имя Сердюкова было в центре внимания с самого начала расследования дела «Оборонсервиса» о хищении средств Минобороны путем продажи имущества военного ведомства по заниженным ценам. Нанесенный ущерб оценивается правоохранителями в миллиарды рублей. Но что такое миллиарды рублей? Сущая ерунда!
С самого начала было понятно, что дело Анатолия Сердюкова закончится именно так. Не было бы амнистии, дали бы условный срок. Или нашли бы какой-то другой способ вывести его из-под уголовной ответственности. Просто потому, что дело в отношении экс-министра не имело отношения к борьбе с коррупцией. Оно было частью внутриэлитной борьбы, цель которой — пост министра обороны. Эта борьба была инициирована влиятельной группой людей, которым не нравилось присутствие Анатолия Сердюкова в этом кресле. Им нужно было его снять, и они его сняли. И вот теперь, по прошествии полутора лет, «дело Сердюкова» решено списать в архив.
Возможно, тот, кто инициировал этот процесс, действительно всерьез хотел посадить Анатолия Сердюкова. Но только не Путин, который принимал окончательное решение. После того как от президента поступили сигналы о том, что Сердюков не должен быть посажен, адвокаты и прокуратура начали вести себя соответствующим образом. Сразу выяснилось, что Сердюкова подозревают всего лишь в халатности и что его можно амнистировать, хоть и не по реабилитирующим основаниям. Теперь это дело закончится ничем и для подчиненной Сердюкова — Евгении Васильевой, находящейся под домашним арестом.
Сердюкова нейтрализовали как публичную фигуру — политические должности он теперь не сможет занимать. Тем не менее ничто не мешает экс-министру получить небольшой государственный пост либо место в совете директоров какой-то компании или даже уехать за границу, где у него вполне могли остаться активы.
На мой взгляд, Путин прекрасно понимает, что влиятельному человеку нужно в любом случае оставить кормушку, которой бы он дорожил. Это залог сохранения лояльности. Иначе он может рассказать что-то лишнее. Все наверняка помнят, как в конце прошлого года появилась информация о том, что экс-министр обороны стал гендиректором входящего в госкорпорацию «Ростех» ОАО «Федеральный исследовательский испытательный центр машиностроения». Теперь он вряд ли засядет за мемуары…
Амнистия Анатолия Сердюкова станет еще одним сигналом элитам о том, что приоритет номер один для них — отношения с первым лицом. Если эти отношения правильные, если, с точки зрения президента, они не перешли красную черту, с их карьерой или по крайней мере свободой все будет нормально. Если же они станут вести себя как-то иначе, за их благополучие вряд ли можно поручиться.
Совсем недавно, в конце февраля, социологи «Левада-Центра» поинтересовались у граждан, почему, по их мнению, Госдума отказалась проводить парламентское расследование «дела Сердюкова». Ответы граждан оказались весьма показательными. Две трети (65%) уверены, что Дума приняла такое решение, так как «скандал стал затрагивать слишком многие высокопоставленные фигуры» и поскольку «репутационные потери правительства слишком высоки в сопоставлении с ценой восстановления справедливости». Чуть менее трети (31%) не имеют собственного мнения по данному вопросу. И лишь 4% граждан уверены, что «в действиях Анатолия Сердюкова нет состава преступления». Думаю, примерно так же граждане отреагируют и на новость об амнистии Сердюкова. Однако реакция общества на такую развязку дела «Оборонсервиса», как мне кажется, не имеет особого значения для власти. Руководство страны уверено, что через две недели общество забудет и о Сердюкове, и о связанном с ним коррупционном скандале. Точно так же, как оно забыло про взрывы в Москве или про подводную лодку «Курск». Помнят об этом только 10% населения страны. Но их памятью вполне можно пренебречь.

Записала Ольга Павликова

[Дмитрий Орешкин]

http://www.echo.msk.ru/blog/oreshkin/1291114-echo/
01 апреля 2014, 07:28
Острая фаза украинского кризиса миновала. Главный вопрос - рискнет ли Путин вводить войска на Восток Украины решен: не рискнет. Хотя военно-экономическая и геостратегическая логика прямо требовала ввода. Оросительный канал, электричество, сырье для промышленности и вывоз произведенной продукции - все это диктует необходимость взять под контроль инфраструктуру прилежащих областей. Иначе Крым - осажденный эксклав. Слабые портовые терминалы заведомо не готовы к приему возросшего потока грузов, поэтому россказни о снабжении по морю, равно как и о строительстве моста через Керченский пролив (минимум 3-4 года) - досужая пропаганда. Кроме того есть фактор Приднестровья, которое оказалось в тисках между недружественной Молдавией и еще более недружественной (теперь) Украиной. Так что сухопутный коридор Луганск-Одесса вплоть до границы с Приднестровьем - необходимая с тактической точки зрения вещь.

Однако военной логике противостоит логика политики. В Кремле не ждали такой сплоченности Запада. Предполагалось, что пошумят и заткнутся - как с Грузией. Но перспектива санкций третьей степени оказалась совершенно реальной - и по трезвому рассуждению, режим может их не выдержать. Во-вторых, с каждым упущенным днем нарастает боеготовность украинской армии - уж какая она ни есть. Без стрельбы точно не обойдется, а коллективный Путин вовсе не хочет цинковых гробов и славы инициатора братоубийственной войны на чужой территории. В-третьих, стратеги просчитались с оценкой социальной поддержки. Киевскую власть и западенцев на Востоке не любят - но этого мало, чтобы радостно приветствовать зеленых человечков без опознавательных знаков. Особенно, если те будут стрелять. А стрелять - см. выше - придется. Восток Украины, безусловно, хотел бы большей самостоятельности и независимости. Именно поэтому он не готов взамен Киева безоглядно уйти под Москву. Напротив, сознавая слабость нынешних киевских властей, восточным регионам выгоднее вести торг о повышении статуса как раз с ними, а не с безальтернативным Кремлем.

Подтверждением неготовности кремлевской Корпорации к эскалации стало приобретение И.Сечиным упавших в цене после крымского аншлюса акций «Роснефти» на 1 млрд. рублей. Сечин отлично информирован, и если бы он ожидал обострения, повременил бы недельку-другую, пока курс не провалится еще ниже - что неизбежно случилось бы после вторжения. Стало быть, не ожидал. Вопрос, откуда у него в кармане в нужный момент возник лишний миллиард, оставляем в стороне.

Ночной звонок Путина Обаме и последовавший за ним разворот самолета Дж. Керри для парижской встречи с Лавровым был ясным сигналом о желании обговорить условия отступления в обмен на разблокирование Приднестровья и «федерализацию» Украины. Американцы, вопреки искренней вере патриотической общественности, не дураки. Прочитали сигнал так, как его следовало прочитать: наступать Кремль боится.

Можно только посочувствовать министру Лаврову. Ему выпало защищать позиции, которые удержать в принципе невозможно. Он сделал все что мог, с горя запустив перед встречей кучу небылиц про Приднестровье, «Правый сектор» и снайперов. Не для Керри, конечно - а подстелить соломки патриотической общественности. Чтобы ей было что жевать, когда нечего говорить. Но у политики свои правила - если партнеру заранее ясно, что ты взвесил плюсы и минусы вторжения и понял, что задницу надерут слишком больно, глупо требовать, чтобы в награду за заботу о собственной заднице тебе еще отвалили дипломатических пряников. Посему г-н Керри проявил предсказуемую несговорчивость: никто, уважаемые господа, вас в крымскую мышеловку не тащил. Вот и кушайте свой бесплатный сыр, убеждая сторонников, что прищемленный хвост совсем не болит. США сухо настаивают на подключении к переговорам киевского правительства - того самого, о нелегитимности которого громко рассуждают в Кремле. И ведь, похоже, придется согласиться - коль скоро надежды на дестабилизацию и откол Восточной Украины не оправдываются.

Взвесим сухой остаток. Амбициозная история начиналась с обещания вернуть Украину (всю целиком!) в сферу влияния Москвы, встроив ее в Таможенный союз и евразийскую систему ценностей. Это программа-максимум. Она, очевидно, провалилась. Настала очередь программы-минимум - забрать под крыло хотя бы Восток Украины вместе с Крымом. На языке Корпорации это обозначается кодовым словом «федерализация». Первым эту замечательную идею еще во время оранжевой революции 2004 г. озвучил директор Института стран СНГ К.Ф.Затулин. Тогда он выражался смелее и интерпретировал «федерализацию» как приглашение украинскому Западу проваливать в свою Европу, а Востоку вернуться в сферу влияния России. Отличие тогдашних корпоративных представлений о «федерализации» заключалось в иллюзии, будто Восток по умолчанию включает в себя Киев. Сегодня амбиции сократились: мы слышим страстные речи про «наш» Харьков и Донбасс; реже про Одессу. Киев за 10 лет полегоньку откочевал на Запад - естественный результат большей привлекательности европейской системы ценностей в сравнении с патриотическими байками Корпорации.

Полезно иметь в виду, что термин «федерализация» в устах Ангелы Меркель и других европейских политиков подразумевает нечто совсем иное - чисто внутренние статусные отношения между землями и федеральным правительством в рамках единого суверенного государства. Примерно как в федеративной Германии или в федеративных США. Скорее всего, передела территориальных статусов Украине все равно не миновать - но она очень постарается обойтись при этом без братской помощи Кремля.

30 марта стало ясно, что программа-минимум тоже провалена. Коллективный Путин вынужден удовлетвориться символической победой в Крыму, которая откликается краткосрочным всплеском популярности и долгосрочными финансово-экономическими трудностями содержания дотационного эксклава в проблемном окружении. Плюс нарастающая международная изоляция. Плюс ожидаемая блокада Приднестровья - а вы на что рассчитывали? Плюс ожидаемые действия Запада на нефтегазовом направлении. Победные фанфары отзвучат, а проблемы останутся.

Сорвать выборы нового президента Украины не удается. Хотя попытки, несомненно, продолжатся. Республиканские элиты (пока?) демонстрируют способность к компромиссу и формируют вменяемые предвыборные союзы. При этом кандидатам с Востока априори будет тяжелей: Янукович грациозно изъял миллионы разочарованных избирателей из электората Партии Регионов. Путин не менее изящным ходом вычел еще 1.5 миллиона крымских голосов. Так что новый президент будет скорее киевским, нежели донецким. Москве так или иначе придется иметь с ним дело - в гораздо менее комфортных условиях, чем полгода назад, когда Кремль только заваривал кашу с обольщением Украины.

Несложно предвидеть дальнейший ход событий. Компенсируя провалы на украинском и международном фронте, Корпорация будет вынуждена сосредоточиться на завинчивании гаек во внутренней политике. Затыкать последние независимые СМИ, через которые просачивается объективная оценка действий руководства, бороться с интернетом, голосить о «пятой колонне» и жаловаться на империалистическое окружение. А какой еще реакции со стороны ближайших соседей (Прибалтика, Финляндия, Грузия, Молдавия…) вы изволили ожидать, с кондачка вводя войска на территорию независимого государства? Кто и что, кроме НАТО, может гарантировать безопасность и суверенитет этих стран, где тоже живут русские люди, которых Кремлю вдруг захочется защитить?

С переходом украинского кризиса в долговременную холодную фазу, когда решающее значение приобретает soft power, европейская система продолжит понемногу наращивать свои социальные и экономические преимущества, на которые Кремлю ответить нечем. Если, конечно, не считать ответом зеленых человечков без опознавательных знаков и взвизги Раши Тудеян, на которые уже давно не обращают внимания - как не обращали на болтовню ТАСС, который всегда был уполномочен заявить нечто экзотическое.

Западу спешить некуда. Он неплохо чувствует себя, понемногу поднимаясь из экономического кризиса на волне новых технологических решений. В том числе в области энергетики. А вот про путинскую трубопроводную империю такого не скажешь. Те, кто сравнивает действия Путина в Крыму с действиями Гитлера в Судетах и в Австрии, упускают из вида важное обстоятельство. Гитлер развернул экспансионистскую программу на фоне мощного экономического роста, связанного с выходом из глобальной депрессии 30-х годов и началом нового длинного кондратьевского цикла. Экономический ветер дул в паруса этого гада.

Путин в отчаянии схватился за Крым на фоне очевидной рецессии в нашем хозяйстве - надеясь прикрыть болезненную неудачу с Таможенным союзом. Если убрать бубны ТВ-шаманов, радоваться абсолютно нечему. Убедить себя, что 2 миллиона граждан Крыма это больше и лучше, чем оставшиеся на раздраженной Украине 43 миллиона - задача не для среднего ума. Боюсь, даже несравненный Д.Киселев не сможет с необходимым напором дуть (или что он там делает) против ветра очевидности.

Прогноз погоды ясен: мышеловка захлопнулась. Бесплатный телевизионный сыр закончится через полгода, если не раньше. Трубопроводной Корпорации остается только топырить пальцы через решетку вслед спокойно обгоняющим ее развитым странам. Корпорацию не жалко - ей самое место в зоопарке. Жалко тех, кого она сожрет или раздавит в своей клетке, прежде чем помрет от недокорма по хорошо известному образцу. Жалко Россию, которая опять заходится в бурных, продолжительных аплодисментах, переходящих в овацию.

[Дмитрий Орешкин]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://mvvc44tv.cmle.ru/?a=note&id=24952
17 АПРЕЛЯ 2014 г.
http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://mvvc44tv.cmle.ru/2jmj7l5rSw0yVb-vlWAYkK-YBwk=aW1nL2NvbnRlbnQvTm90ZXMvMjQ5NTIvLzEzOTc2OTM1O DguanBn
ИТАР-ТАСС

Проанализируйте ленту «Яндекса» за 15 апреля. Новость № 1: «Четыре ополченца погибли в бою с армией за аэродром Краматорска». Новость № 2: «До пяти боевиков уничтожены в пригороде Махачкалы».

Поменяйте слова местами. «Четыре боевика уничтожены при зачистке аэродрома Краматорска». «До пяти ополченцев погибли в бою с армией в пригороде Махачкалы». Изменился ли смысл сообщений?

Подумайте и объясните, почему права русского меньшинства Украины выше прав мусульманского меньшинства России. Аргументируйте свою точку зрения, используя следующие факты. 1. Русское меньшинство большое (10 млн.), а исламское маленькое (20 млн.). 2. Русские люди хорошие и правильные, а мусульмане… (нужное вписать). 3. В Крыму и Донецке наша священная земля, а кавказцы понаехали тут. 4. Тэтчер и Горбачев — евреи. 5. Русские и украинцы были одним этносом, покуда бандеровцы вероломно не втерлись в семью советских народов, чтобы подорвать устои и нажраться госдеповского печенья. 7. Горбачев к тому же еще татарин — на полставки.

В ответе старайтесь избегать эмоционально окрашенных эпитетов, таких как чурки черножопые, чучмеки вонючие, муслимы недорезанные. Используйте корректные стандарты современной журналистики: подпиндосники продажные — бендеровцы подпиндосные; либероиды бендеровские — фашисты либероидные; предатели фашистские — уроды предательские; дерьмократы уродские — брехуны дерьмократические; суки брехливые — дети сучьи. Подбирайте существительные, которые легко трансформируются в прилагательные. Это упрощает творческий процесс, делает речь ярче, убедительнее.

Имейте в виду, что идиомы крымнаш и хервам в письменной речи употребляются раздельно, а нас рать — слитно. Слово пидор пишется через «о», а федерализация через «а». Фамилия депутата Федорова опять через «о».

Лучшие сочинения будут зачитаны в телепрограмме Раши Тудеян русскими патриотами Кургиняном и Миграняном. Авторы зачисляются на факультет международной журналистики МГИМО с последующей защитой диссертаций. Защита (от национал-предателей, проплаченных «Диссернетом») обеспечивается специальными службами Российской Федерации.
Коллаж ЕЖ

[EchoMSK]

http://www.echo.msk.ru/programs/beseda/1309988-echo/
Д. ОРЕШКИН: Смысл публикации нового санкционного списка не в том, чтобы напугать конкретно Сечина или Миллера – они что могли и откуда могли уже вывели. Смысл в другом. Чтобы послать сигнал о том, что Запад не выпускает эту проблему из сферы внимания. О том, что есть третий, четвертый, возможно, пятый уровень санкций. И чем дольше этот процесс будет продолжаться, тем более систематическое давление на игроков в Кремле будет оказываться. Санкции – это ведь не сиюминутный момент. Они как действие какого-то отравляющего вещества – накапливаются в организме постепенно. Приходится меньше и дороже технологий получать, приходится дороже и труднее добывать ресурсы, сложнее их переправлять на выгодные рынки, с большими трудностями управлять финансовыми потоками. Все это раздражает, мешает, из-за всего этого поднимаются цены, копится раздражение пенсионеров, не выполняются планы. Скоротечного результативного действия от этих санкций ждать не приходится, это процесс на полгода-год, а политический смысл сиюминутный заключается в том, что посылают понятный сигнал: за каждое нарушение международных норм будут получать удар током, сначала послабее, потом сильнее, потом совсем сильный. Для того чтобы люди понимали, что о них заботятся, и об их здоровье тоже. Чтобы они не завели себя в совершенно безвыходную ситуацию, надо их поведение слегка подкорректировать. Вот, мне кажется, в этом и смысл.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Чтобы они не расслаблялись, да?

Д. ОРЕШКИН: У коллективного Путина после победоносной Грузии сложилось искренняя убежденность, что весь Запад зажравшийся, ленивый, тупой и целиком зависит от энергоресурсов России. Покричит, пошумит насчет нарушений международного права и заткнется. Именно так произошло в Грузии. Именно так произошло с полониевой историей в Лондоне. Именно так произошло с ЮКОСом. Предполагалось, что с Крымом произойдет то же самое. А произошло не то. Произошло накопление количественных изменений, в том числе обид, которые вдруг преобразовались в качественные. И когда Кремль позволил себе то же самое в отношении Крыма, вдруг вот этот буржуазный, рыхлый, трусливый Запад проявил некоторую волю консолидации действий. Потому что почувствовал угрозу, и экономическую, и политическую угрозу тоже. И вдруг стал действовать поживее, поактивнее и даже поагрессивнее. Что вызвало в Кремле раздражение, как мне кажется, прежде всего потому, что это была непредсказуемая реакция. Но вот вдруг приняли санкции. И раз за разом их наращивают. И раз за разом наступают на все более болезненную мозоль. Никакое из этих действий не является смертельным и даже всерьез опасным. Но их сумма приводит к замедлению процессов метаболизма в государстве имени Владимира Владимировича Путина. А в конце концов замедление метаболизма приводит к смерти, как произошло с Советским Союзом, которые заживо разлагался последние 10 лет и благополучно рухнул. Не хотелось бы, чтобы то же самое произошло с Россией, но нынешняя власть уверенно ведет нас именно по этому пути.

[Слон]

http://slon.ru/tvrain/?url=/articles/politolog_dmitrij_oreshkin_ob_effekte_vvodimyh_zap adom_sanktsij_protiv_rossii_eto_strategija_luzerov _no_oni_zhe_i_est_luzery-367750/
Политолог Дмитрий Орешкин об эффекте вводимых Западом санкций против России: это стратегия «лузеров», но они же и есть «лузеры». Часть 1

Михаил Козырев обсуждает эффект от введенных санкций против России с политологами Дмитрием Орешкиным, Сергеем Марковым и зрителями Дождя.

Козырев: Вы в интервью радиостанции «Эхо Москвы» сказали: «Санкции - это ведь не сиюминутный момент. Они как действие какого-то отравляющего вещества – накапливаются в организме постепенно. Приходится меньше и дороже технологий получать, приходится дороже и труднее добывать ресурсы, сложнее их переправлять на выгодные рынки, с большими трудностями управлять финансовыми потоками». Вы уподобили санкции некому постепенному токсичному, накапливающемуся в организме веществу. Насколько будет губительно действие этого вещества? Насколько долго мы обречены, чтобы испытывать на себе его действие?

Орешкин: Сейчас еще рано говорить про серьезные санкции в отношении страны. Пока речь идет о персоналиях, какие-то конкретные люди, какие-то конкретные компании, естественно, связаны с Владимиром Путиным и его ближайшим окружением. Другое дело, что Запад показывает готовность идти по этому пути дальше. Санкции, как у Суворова, хороши, пока уже терять нечего и можно начинать резать последний огурец, раз пошла такая ситуация. Сейчас Запад демонстрирует готовность пройти по этому пути, до третьего уровня санкций, а потом и до четвертого. Таким образом, он предоставляет российскому руководству, взять на себя ответственность, если будут вводиться ограниченные контингенты миротворческих войск на территорию независимого суверенного государства без просьбы официально существующих властей, значит, будет третий уровень санкций. И здесь они уже будут против страны, потому что они будут против всей экономики, это будут банки, это будут нефть и газ. Это мало не покажется.

Пока все просто демонстративно, пока ни о какой серьезной травме для российской экономики говорить не приходится. Впрочем, ей уже и травму не надо наносить. Ей столько травм нанес режим Владимира Владимировича Путина, включая голландскую болезнь, включая нефтегазовую иглу, что ее теперь очень просто взять за глотку. Здесь достаточно нанести более-менее организованный удар, даже экономический, конечно, удар по трубопроводному экспорту – и экономика загибается. Никакой диверсификации нет, поэтому Россия очень сильно подвержена в данном случае недружественным экономическим акциям, благодаря тому, что она 10 лет все прочнее усаживалась на нефтегазовую иглу.

Так что пока главный месседж, который посылается Кремлю, заключается в том, что так, как было в Грузии, не прокатит. В Грузии поговорили, осудили и заткнулись. И на это был расчет в крымской эпопее. Но сейчас Запад показывает, что он затыкаться не намерен и готов перейти к достаточно серьезным действиям. В этом смысле, я думаю, что путинские стратеги или он сам, я не знаю, кто планировал эту кампанию, серьезно просчитались.

Козырев: С такой позицией у вас вы же наверняка постоянно вовлекаетесь в один и тот же спор, в котором звучит один упрек: «Дмитрий, но вы же россиянин, почему вы сейчас приветствуете санкции против своей собственной страны, да еще и предрекаете, что они не остановятся на втором уровне, а коснутся конкретного гражданина? Не кажется ли вам, что это абсолютно непатриотическая и предательская позиция?». Что вы на это отвечаете?

Орешкин: Пункт №1 – я не приветствую санкции. Кто вам сказал, что я их приветствую? Я объясняю, откуда они берутся, и считаю, что правительство должно было бы сделать так, чтобы этих санкций не было. Я имею в виду российское правительство. Что касается патриотизма, а как должен вести себя приличный человек в гитлеровской Германии, когда под восторг трудящихся масс войска вводятся, и под аплодисменты в Австрию, например, или в Судеты? Мне кажется, надо исходить из позиции международно признанных границ, какие были на Украине и какие признавала Россия. Вопрос сложный. Мне санкции вообще не нравятся. Мне вообще не нравится то, что происходит, но, к сожалению, это все было предсказуемо, рельсы, на которые встала наша дорогая власть, она сделала это давно. Это было понятно, куда эти рельсы приведут. И если она с них не спрыгнет, а сама она не соберется спрыгнуть, на нее надо как-то повлиять, то конец будет очень нерадостный для всех нас, гораздо хуже, чем санкционные воздействия могут быть.

Козырев: Ведь вполне возможен такой сценарий – санкции ужесточаются, ситуация этого кризиса эскалируется, а население нашей страны, слыша со всех сторон, что враг у ворот, и мы против всех, оно все более поддерживает ту самую власть, которая завела страну в этот самый международный кризис, в состоянии которого весь мир против нас. Получается, что ужесточение санкций может привести к абсолютно противоположному эффекту. Так это или нет?

Орешкин: Михаил, эта точка зрения очень широко распространенная среди западных политиков, это не только общественное мнение. Они говорят, что необходимо сохранить диалог, нельзя захлопывать дверь. И я думаю, что они правильно говорят, надо сохранить диалог и нельзя захлопывать дверь. Поэтому очень важно, не переходя к экономическим санкциям, которые бьют по интересам всей страны и всех граждан, в том числе, показать свои козыри, вот мы будем действовать так, мы заранее вас предупреждаем, если что-то получается, извините, пожалуйста, мы вам сказали честно, что будут такие действия.

Что касается изоляционистских настроений, то, к сожалению, это как раз то, что сейчас больше всего устраивает власть. Экономических перспектив не видно или они плохие. Социальных перспектив тоже не видно, образования, здравоохранения, роста дохода населения, роста пенсий впереди не просматривается. Путинские обещания, данные им два года назад, не выполняются. Достаточно вспомнить, что он еще в 2007 году говорил, что надо на каждого человека в год в среднем вводить по 1 квадратному метру жилья. Конечно, не удалось ввести. И многое другое не удалось сделать. Значит, надо переводить игру на другую поляну, надо эксплуатировать патриотическую риторику, кругом враги и нам надо сплотиться вокруг любимого руководства, потому что иначе нас сожрут, купят, продадут наши драгоценные природные ресурсы и так далее.

Это стратегия «лузеров», но они являются «лузерами», поэтому они нас на такую патриотическую игру разводят. Позитивные стимулы поддержки власти, типа экономического роста, как это было в начале нулевых, исчерпаны, остаются только негативные. Чем хуже, тем лучше для них, а для меня нет. Я думаю, что надо было бы позаботиться о России, надо было бы подумать о том, как сюда затащить инвестиционные капиталы, как привлечь новые технологии и так далее. А вместо этого нам предлагают восстановить железный занавес, отвернуться от Европы, потому что она такая нехорошая.

Ведь действительно странно, если по инициативе России собирается Совет безопасности ООН и ни одна страна не поддерживает. Китай в тряпочку молчит, а все остальные осуждают. И после этого говорить, что весь мир виноват, а мы такие правильные, мне кажется, это настолько все знакомо для человека, который жил в Советском союзе, что даже не хочется повторять.

Козырев: Прочитав вашу цитату по поводу замедления метаболизма, который постепенно привел к обрушению Советского союза, этот сценарий мне представляется очень маловероятным, потому что телеграф, телефон и телевидение взяты под настолько мощный контроль, что мне кажется, что этот ресурс неисчерпаем. Чем хуже будет становиться, тем лучше будут пропагандировать.

Орешкин: Михаил, мы с вами здесь вступаем в зону оценочных суждений. Уверяю вас, что в Советском союзе вообще не было альтернативных источников информации, тем не менее, постепенно до людей стало доходить, что трудящиеся, эксплуатируемые в западных странах, живут почему-то лучше, чем в условиях освобожденного труда под руководством партии правительства и ленинского марксизма-ленинизма. Есть просто объективные тенденции, которые, так или иначе, найдут себе дорогу, желательно, чтобы поскорее, но, может, и нескоро найдут, не знаю. Не стоит переоценивать тотальное информационное зомбирование.

Во-первых, уже сейчас минимум 20% населения, как правило, продвинутые горожане, образованные люди понимают, к чему идут дела, некоторые уже чемоданы укладывают, чего греха таить. Превращается страна не то чтобы в большую бензоколонку, не то чтобы в керосинку, но и не так уж в продвинутую территорию. Этот самый метаболизм, увы, замедляется уже последние лет 10. И то, что мы сейчас наблюдаем, это продолжение этого затухающего процесса, а теперь он ускорится. Потому что к естественным процессам затухания и метаболизма, связанным с монополизацией, добавляется еще искусственный, в смысле из вне давления на нас и дополнительные расходы на содержание того же самого Крыма.

Откуда эти расходы берутся? Конечно, за счет того, что кому-то не доплатили, деньги из воздуха не появляются. Можно было вложить эти деньги в развитие дорожного строительства или медицинского обслуживания в Псковской области, а можно для поддержания Крыма. Это очень выгодная политика, но не долгосрочная. Пройдет полгода и точно так же, как после грузинской эпопеи, рейтинг опять поползет вниз. Что мы, Приднестровье будем присоединять или что-то еще? Это обычная путинская проблема, в тактике он очень сильный мастер, а в стратегии – никакой.

Козырев: И последний мой вопрос из области фантастики. Через неделю у вас есть возможность два часа проконсультировать, дать какую-то консультацию про то, как себя вести и что дальше предпринимать президенту США, например, и президенту нашей с вами страны. Что бы вы сказали им в эти два часа? Согласились ли вы этой возможностью воспользоваться?

Орешкин: Принципиально и последовательно не стал бы им ничего советовать, потому что им и так все ясно, они прекрасно все знают. И сейчас открывать им глаза, рассказывать истории какие-то, мне кажется, бесполезным занятием. Все ясно, все прозрачно, все выложено на столе. Соответственно, приоритеты у вас в руках, что вы выбираете, так мы в ближайшее время и будем жить. А валять дурака и открывать глаза на действительность господину Путину или господину Обаме я бы счет даже для себя достаточно оскорбительным, они информированы получше меня. И, если они выбрали и тот, и этот какую-то стратегию поведения, то не моя задача их от этого отговаривать. Моя задача – по возможности объяснить, как мне кажется, наиболее реальную угрозу, которые нас в ближайшее время будут сопровождать, и объяснять это не Владимиру Владимировичу Путину, потому что он и так, я полагаю, все знает, а нам с вами.



Козырев: Оцените, пожалуйста, санкции. Насколько они правомочные, насколько они неприемлемы?

Марков: Мне представляется, что санкции достаточно слабые, но это не значит, что они не будут больше. Я думаю, что, к сожалению, они будут больше, к сожалению, мы еще увидим достаточно серьезный удар. Я думаю, что они не правомочны, потому что, что призывают Россию сделать эти санкции. Они призывают не защищать права человека в Украине, которые нарушаются в массовом порядке незаконным, террористическим, по сути дела, правительством. Сейчас тактика – они армию в нарушении всех законов, поскольку даже по Конституции Украины нельзя в чрезвычайном положении использовать армию внутри страны, они решили использовать армию против народа. Нет, потом решили не использовать, просто испугались российских войск, стоящих на границе.

Козырев: Сергей Александрович, я хотел бы все-таки фокусироваться не на внутренних делах государства Украина, а на тех санкциях, которые направлены против российских властей. То, что там происходит, это предмет отдельного разговора. Я говорю в первую очередь о том, что у меня создается четкое впечатление, что мы где-то накосячили, поскольку весь мир одновременно не может, мне кажется, ошибаться. Опровергните меня, пожалуйста.

Марков: Мир расколот. Если вы знаете, на голосовании, которое было на Генеральной ассамблее ООН, там половина только поддержала американскую резолюцию по странам. А если говорить о представителях народов, людей, то три четверти населения земного шара не поддержало эту американскую резолюцию. Более того, те, кто поддержали, сделали это без всякого удовольствия. Я выступал в эти дни в Европарламенте, и огромное количество людей ко мне подходило и говорило: «Россия делает все правильно, Путин делает все абсолютно правильно. Мы его поддерживаем, но, к сожалению, не можем об этом сказать публично».

На самом деле в Евросоюзе и в мире вообще зреет такой бунт против наглости действий Вашингтона, который развязал агрессию в отношении России. Эти санкции – это один из элементов этой наглой агрессии против России. Смысл этой агрессии понятен – США хотят утвердить за собой право бомбить, кого они хотят, прослушивать, кого они хотят. И они хотят наказать ту страну – Россию, которая не дала им возможности бомбить Сирию и не выдала им Сноудена.

Козырев: То есть это жажда мести, по-вашему?

Марков: Это не просто жажда мести, это попытка сломать того, кто оказывает сопротивление. Они хотят подтвердить свое право бомбить, кого хотят. Россия не позволяет им это делать. У России миссия такая в истории – останавливать всех претендентов на мировое господство. Мы остановили Наполеона, мы остановили Гитлера, и наша миссия – остановить современную Америку. Конечно, Америка в результате нападает на нас, как напал Наполеон, и как напал Гитлер. Это вполне нормальная ситуация.

Козырев: Сергей Александрович, скажите, как эти санкции лично по вам ударят, ударят ли?

Марков: Я уверен, что они ударят. Во-первых, я уже не могу ездить, поскольку, видимо, буду там избит, брошен за стенки хунты и так далее. Совершенно очевидно и это поддерживается всеми теми, кто организует санкции. Я думаю, что в дальнейшем будут сужены мои возможности участвовать в различного рода мероприятиях ЕС. И сейчас они уже ударили – наша делегация Парламентской ассамблеи Совета Европы лишена возможности ездить. Мы из Общественной палаты ездим обычно с нашей парламентской делегацией, устраиваем там мероприятия в рамках гражданского общества. Вот на эту сессию в июне в Страсбург я уже не поеду, поэтому по мне эти санкции уже ударили.

Козырев: Это результаты сегодняшнего дня и ближайшего будущего, а если подумать об отдаленном будущем – как эти санкции коснутся в целом страны и в частности каждого из россиян? Ведь очевидно, что мы все те процессы, в которые мы тщательно, старательно интегрировались, во все международные проекты, в большие программы по науке, по развитию производства, мы из этих программ будем сейчас исключены. Какие отдаленные последствия вы предвидите у этих санкций. Будут ли они?

Марков: Я думаю, что эти последствия будут. Я полагаю, что эти санкции будут наращиваться, поскольку они имеют своей целью, я полагаю, свержение законного правительства РФ, осуществление государственного переворота в России. Для этого важно для организаторов санкций надавить на усиление, прежде всего, среднего класса на правительство страны. Поэтому я уверен, что эти санкции обязательно коснутся простых россиян, обязательно коснутся среднего класса.

Козырев: Можно ли тех россиян, которые не поддерживают нынешнюю власть и, соответственно, поддерживают те санкции, которые направлены против эшелонов этой власти, можно ли их считать предателями национальных интересов, по-вашему?

Марков: Вы знаете, это сложный вопрос. Я полагаю, что у нас есть люди, которые являются предателями. Это люди, которые действуют в интересах геополитических конкурентов России и намеренно вредят России. Это люди за деньги делают это. Такие люди есть. В то же время есть люди, которые поддерживают санкции по другим причинам, они не предатели.

Например, есть люди, традиционно борющиеся с российским государством, понимающие защиту прав, прежде всего, как защиту прав гражданина от злоупотребления со стороны российского государства. Они не предатели. У нас образовалась целая субкультура смердякова. Это люди, которые считают, что все российское, свое – это плохое. Возможно, эти смердяковы перебегут на сторону противника. Я думаю, что эти смердяковы составляли часть полицейских во время нацистской оккупации. Но пока они еще не предали. А небольшая часть есть, которая уже за деньги предала, но эта часть все-таки небольшая.

[Дмитрий Орешкин]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=25696
31 ИЮЛЯ 2014 г.
http://fanstudio.ru/archive/20140731/GMl5BKBc.jpg
ИТАР-ТАСС

Вы случайно не помните джентльмена, который доставал античные амфоры со дна морского, ловил щуку в 20 кило и получал на федеральных выборах по Чечне 99,8%? Ну, тот самый, что еще никак не мог дозвониться до Генерального прокурора. Как быстро, однако, поднимаются с колен лучшие люди Отечества! То, что еще недавно было им по плечу, сегодня уже совершенно по… По колено, я хотел сказать. От моря и амфор из греческого зала они смело переходят к решению задач всемирно-исторического значения. А именно: войска в Крым не вводить, Крым к РФ не присоединять, снабжение вооруженных сил обеспечивать через «Военторг» на открытой конкурсной основе.

Мы, конечно, с радостью поверили. Да и как не поверить! Поставленные задачи решены, цели достигнуты. Пришла пора аналогичными методами обеспечить справедливый мир на Украине и честное расследование катастрофы малазийского «Боинга». Никто не сомневается, что успех будет столь же полным и окончательным. По крайней мере, на территории, находящейся под контролем объединенных сил Первого, Второго, Четвертого и Пятого телевизионных фронтов. Совокупно с Третьим, оттянутым в резерв для обороны столицы.

Проблема в том, что остается еще и внешний мир. Именно в его пределы под покровом ночной темноты и совершил вылазку Путин В.В. со своим христианским увещеванием. Целью было успеть к американскому прайм-тайму — и она опять была достигнута. Акцию заметили и оценили. Общая тональность комментариев такова: замечательно, что у президента России есть свое мнение по вопросу о «Боинге». Но он может смело оставить его при себе. После правдивых крымских и новороссийских заявлений его слова, равно как и слова его подчиненных, мало кого интересуют. Интересуют исключительно дела.

И правда: если начальник Родины врет как дышит, с чего же представителю при ООН или начальнику Главного штаба ВВС говорить правду? Это было бы откровенным антигосударственным выпадом, концом карьеры.

Содержательный анализ ночной эскапады В.В. Путина смысла не имеет. Понятно, спичрайтеры там неопровержимо доказали, что президент за все хорошее и против всего плохого. Ловить нюансы и смысловые оттенки — занятие не то чтобы странное, а просто устаревшее. Главным итогом прошедших 15 лет стало всеобщее понимание бесполезности вербальных методов коммуникации с вертикальным режимом. Общение приходится опускать на более доступный уровень. Ввел очередную колонну танков на территорию суверенного соседа — получи по заднице крапивой. И далее примерно в таком же общечеловеческом ключе.

Единственный заслуживающий внимания момент ночного дозора Путина и сказок его генералов состоит в том, что они высказались как раз перед заседанием Совбеза ООН. То есть после трехдневных метаний вертикаль все-таки была вынуждена как-то обозначить свою позицию. Как всегда в отчаянных ситуациях, позицию определили тайные инстинкты. А они откровенно советские, в стиле Молотова и Громыко. Уйти в глухую несознанку, лепить горбатого, валять дурочку до последнего патрона. Характерна асимметрия: позицию и факты, которые можно подтвердить или опровергнуть, со стороны США и Британии озвучивают первые лица. Они несут ответственность за слова — там за вранье расплачиваются политическим будущим. У нас, напротив, расплачиваются за нечаянно сказанную правду. Не зря со стороны России честь представить наскоро склеенную на коленке ответную потемкинскую деревню предоставлена людям даже не второго, а третьего уровня — что-то типа замминистра.

Начальнику не позавидуешь. Вместо громокипящего новороссийского блицкрига с женщинами, кидающими в воздух чепчики, он увяз в длинной, кровавой и к тому же все очевиднее проигранной братоубийственной войне. Да еще с ожерельем из трех сотен импортных трупов на шее. Это вам не Беслан-«Норд-ост», где гибли граждане России, на которых вертикали всегда было наплевать.

Здесь выбор стоит по-взрослому. Либо окончательно сливай классово близких головорезов в Донецке и Луганске — и окажись перед собственным народонаселением тем, кто ты и есть на самом деле. Голым королем. Не «собирателем земель русских», а совковым подполковником КГБ. Который в лучших ведомственных традициях сначала бросает людей на бойню, а потом, как только запахло керосином, тикает в тыл и делает удивленное лицо.

Либо упираться патриотическим рогом дальше. По-сталински не жалея живой силы. «Ни шагу назад»! Но тогда придется столкнуться с третьим уровнем санкций, а это уже всерьез бьет не столько по населению (когда их заботило население — если, конечно, оно не голландское), сколько по их личным привилегиям и интересам.

Сделанные заявления показывают, даже в такой безвыигрышной ситуации Путин все-таки опять надеется проскочить меж струй. То есть аккуратно слить проваленный новороссийский проект вместе с его героическими инициаторами (заметили, как вдруг приумолкли Дугин с Прохановым?), но сделать это так, чтобы никто не заметил. По крайней мере, в зоне, находящейся под контролем телевизионных фронтов. Европа в этом богоугодном начинании ему, конечно, мягко подыграет — стабильность дороже. К тому же там есть прирученные игроки из мелкотравчатых членов бывшего Варшавского блока, которых несложно мотивировать старыми добрыми чекистскими методами. Так что в ближайшие дни будем наблюдать фонтан миролюбивой риторики, бьющий прямиком из-под Мавзолея. Цена которой, впрочем, известна.

Резюме вполне советское: войны не будет, но будет такая борьба за мир, что все кровью умоются.

Для вертикали страшнее другое. Зона информационной обороны неотвратимо сжимается. Опять же, как на закате СССР. Хотя гораздо медленнее, чем сжимается территория победоносной Новороссии. Наш борец, конечно, страшно жалеет, что впутался в эту поганую историю и клянет про себя шаманов Изборского клуба вместе с умным академиком Глазьевым, пронзительным снайпером Стрелковым и прочими заполошными пассионариями. Которые палят в белый свет как в копеечку, а ему потом расхлебывай.

Сам виноват. Сидел бы тихо за горами, за долами; торговал бы керосином и пенькой, не высовывался — прожил бы в обнимку со своей любезной вертикалью значительно дольше. Вот хоть как хитренький мужичок Лукашенко. Так нет же, захотелось быть владычицей морскою! Что ж, тогда извольте под расписку получить со склада разбитое совковое корыто, подклеенное газетой «Правда»: оно почти и не запылилось. И вперед, к светлому будущему по волнам ТВ-эфира, с державным флагом на корме.

Фотография ИТАР-ТАСС

[Svobodanews]

http://www.svoboda.org/content/transcript/26568162.html
URWKtCdeN_E

Михаил Соколов

Опубликовано 05.09.2014 19:05

Худой Минский мир лучше войны России с Украиной?

Михаил Соколов: Сегодня в нашей студии независимый политолог Дмитрий Орешкин, с нами будут так же депутат Верховной Рады Украины Олесь Доний, я думаю, в эфир зайдет Илья Барабанов, который находится в Мариуполе, где еще день назад шли бои в пригородах и сегодня были обстрелы в пригородах этого города на Азовском море.

Главная тема наша сегодня – это заключение перемирия в Минске между законными властями Украины и так называемыми двумя народными республиками ДНР и ЛНР при участии представителей России, которую представлял посол России в Украине, значит таким образом и, по всей видимости, российские силы, действующие на территории Украины, в каком-то виде тоже представлены и есть надежда, что прекратят огонь. Какое ощущение от первых минут этого перемирия, даже второго во время этой российско-украинской, я так считаю, войны?

Дмитрий Орешкин: Несколько простых соображений. Пункт первый: не первые лица встречались. От Украины был Кучма.

Михаил Соколов: Бывшее первое лицо. Как бы специальный посол.
http://gdb.rferl.org/07C19CAE-7FA0-46D3-AC5D-04656854B5ED_r1_w268.jpg
Дмитрий Орешкин

Дмитрий Орешкин: От России посол Зурабов. И довольно высокопоставленный представитель ОБСЕ, но тоже не первое лицо. От Донецкой и Луганской республик вроде как первые лица, но обольщаться не приходится, потому что они меняются раз в месяц. Второе соображение – асимметрия. Если Порошенко как главнокомандующий дает приказ своим вооруженным силам прекратить огонь, они обязаны прекратить огонь. Если они не прекращают – это ущерб для имиджа лично Порошенко. Что касается Донецкой и Луганской республик, то они всегда могут сказать, что ополченцы люди вольные, у них не раз были внутренние конфликты, достаточно вспомнить господина Ходоковского, и если кто-то там стреляет, то, извините, мы здесь ни причем.

Михаил Соколов: Кстати говоря, интересное заявление они успели сделать. Я читаю: "Письменный приказ о прекращении огня в Донецк пока не поступил, но он будет выполнен, если Киев также прекратит боевые действия. Минобороны ДНР". Интересные игры.

Дмитрий Орешкин: Кто будет судить, прекратил Киев или не прекратил? Мало ли, кто там стреляет, могут и свои обстрелять. А наконец самое важное третье соображение заключается в том, что нынешний статус-кво не удовлетворяет ни ту, ни другую сторону. Мирный план Порошенко подразумевает остановить огонь – пункт один, вывести российские войска и прекратить поддержку оружием непризнанные республики – пункт два, восстановить контроль, в том числе международный, над ныне действующей границей суверенной Украины – пункт три.

Для "республик" это означает, что они отрезаются от России, соответственно, лишаются подпитки вооружениями, боеприпасами, живой силой из России. Они прекрасно знают, что в этом случае через две недели их вынесут ногами вперед даже без стрельбы, просто в смысле экономической блокады и всего остального. Поэтому они дальше идти по этому пути не могут. Для Украины тоже этот вариант не годится, потому что непонятно, что делать с тем выступом, который сейчас по дороге на Мариуполь выстроен. Уже вышли на берега Азовского моря. Киеву совершенно не светит иметь эту непризнанную республику или две непризнанных республики с выходом в Азовское море.

Михаил Соколов: К нам подключился Илья Барабанов, специальный корреспондент газеты "Коммерсант". Сегодня он дал большое интересное интервью о предыдущих событиях, оно есть на нашем сайте. Я хотел узнать, что собственно изменилось. Илья, сейчас на данный момент огонь должен быть прекращен. Что у вас слышно в Мариуполе?

Илья Барабанов: Вы знаете, такое ощущение, что огонь действительно прекращен, во всяком случае, последние часа два никаких разрывов ни с одной из сторон не слышно, так что можно предположить, что может быть действительно какая-то пауза взята. Сегодня с утра вокруг Мариуполя снова шли бои, перестрелки начались где-то в районе 6 утра, продолжались примерно до обеда. Стреляли с севера, стреляли с востока. После вчерашнего наступления на город было полное ощущение, что вооруженные силы непризнанных республик постараются до заключения перемирия успеть взять город, чтобы резко изменить баланс сил в регионе. Но очевидно уже, что взять таким наскоком Мариуполь у них не получилось. История с Новоазовском, когда город был оставлен без боя, здесь не повторилась. Добровольческие батальоны, армия до последнего стояли, были готовы Мариуполь удерживать. И по некоторым данным даже предпринимали сегодня какие-то попытки контрнаступления.

Михаил Соколов: Илья, за эти дни вы физически российские войска обнаружили или нет? Там есть какие-то люди, которые ездят на машинах с белыми кругами и так далее, по виду отличаются от ополченцев? Они там как-то не расчехлились?

Илья Барабанов: Вы знаете, нет, они не расчехлились. Надо понимать, что когда все делается с умом на дорогах, на блокпостах, на тех местах, где скорее всего могут кого-то встретить, дежурят обычно вполне привычные разномастные ополченцы. Так называемые "вежливые люди", которые порой напоминают крымские события, они появляются либо в момент боев, когда необходима профессиональная огневая поддержка, либо занимают какие-то позиции на холмах, в лесах, где на них почти сложно наткнуться.

Михаил Соколов: Как вы оцениваете боевой дух обеих сторон? Как вам показалось, если бы не перемирие, готовы были бы украинская и как бы ополченческая сторона продолжать воевать?

Илья Барабанов: Надо понимать, что сторона как бы ополченческая куда лучше оснащена в плане боевой техники и в численном плане, о словам разных бойцов добровольческих батальонов периодически сталкиваются с тем, что численный перевес на стороне противника. С украинской стороны готовность продолжать боевые действия есть. Я так понимаю, что у людей было четкое понимание, что надо удержать Мариуполь до того момента, пока в Минске не будут подписаны эти соглашения. Эта задача успешно решена, как сейчас видится.

Михаил Соколов: Спасибо большое, Илья. Желаю вам дальнейшей плодотворной командировки в этом непростом месте на территории Украины. А я обращусь к Олесю Донию, депутату Верховной Рады Украины. Олесь, как вы оцениваете этот не брестский, но минский мир?

Олесь Доний: Надо понимать, что у сторон на переговорах прямо противоположные цели. Украина хочет сохранить жизни своих граждан, сохранить территориальную целостность, начать восстанавливать инфраструктуру. Но в первую очередь – это сохранение жизней украинских граждан. Совершенно противоположные цели у России – цель захвата новых территорий. Для этого применяется тактика легализации образований на территории Украины, которые могут быть использованы для разнообразных целей, и как якорь типа Приднестровья в Молдове для Украины, который не будет давать Украине присоединяться к НАТО, Евросоюзу, развивать украинскую культуру. Потому что фактически будет иметь право вето. Или же как плацдарм для дальнейшего наступления с захватом следующих территорий – Мариуполь, Харьков, Запорожье, Николаев, Одесса. И тот, и второй вариант возможно есть в голове у Путина. Если бы у него был другой план, очевидно, он бы не вводил своих войск и не занимался этим.

Поэтому это даже не временное перемирие – это вынужденная мера для Украины, а для России это какое-то из звеньев плана Путина, о котором сейчас ничего не знает ни мир, ни Украина. Очевидно, что Путину необходим какой-то абсолютно пророссийский костяк в Верховном совете, поэтому он не заинтересован в полном захвате Луганщины и Донетчины до выборов в Верховную Раду Украины, потому что таким образом была бы уменьшена возможность прохождения откровенно пророссийских депутатов. После того, как выборы будут закончены и будет какое-то ядро четко пророссийское в Верховной Раде Украины, к сожалению, опять могут возобновиться террористические акты со стороны Путина и попытки захвата новых территорий, не только тех, которые сейчас подконтрольны русским оккупационным войскам и их коллаборантам.

Михаил Соколов: Скажите, пожалуйста, вы не считаете, что в этом соглашении все-таки есть определенный успех украинской стороны, поскольку в так называемом "плане Путина" из семи пунктов первым шло фактически ультиматум, чтобы украинские войска отступили от городов на расстояние артиллерийских выстрелов, по разным оценкам это 30, 40, 50 километров, смотря, какие системы залпового огня считать. Теперь я вижу, что ваши специалисты военные сообщают, что никакого отступления с нынешних позиций не будет, Мариуполь удержали, ту линию фронта, которая сложилась после поражения в этих котлах. По крайней мере, сдачи Выборга, условно говоря, как было с финнами, когда они сдали Выборг, уже удерживая его, по мирному договору, в данном случае не случилось.

Олесь Доний: На Украине, к счастью, кроме центральной украинской власти существует довольно сильная гражданская инициатива, которая в военное время вылилась в организацию добровольческих батальонов. Добровольческие батальоны отказались поддерживать инициативу центра отступления. Я был, например, в городке Счастье – это на север от Луганска, где базируется батальон "Айдар", там были обстрелы за последние дни со стороны русских и блокпостов, и городка. Им предлагалось, к сожалению, высшим руководством отступление до Харькова, но батальон отказался. Точно так же возле Мариуполя батальон "Азов" сказал, что он будет до конца отстаивать Мариуполь. В этой ситуации центральная власть, если бы имела другие договоренности с Россией, не могла себе позволить перечить батальонам, как это ни удивительно звучит, она вынуждена была в той или иной мере согласовывать свои действия. Поэтому как началась оборона Донецкой и Луганской области не от государственной власти, а именно от добровольцев, так и сейчас Путин не сумел расширить максимально территорию захвата, оккупации именно из-за добровольческих соединений, которые действуют достаточно автономно от центральной власти, формально подчиняясь ей, находясь в подчинении и Министерства обороны, и Министерства внутренних дел, тем не менее, не подчиняясь приказаниям отступать.

Михаил Соколов: Они понесли большие потери, насколько я понимаю.

Олесь Доний: Они понесли очень большие потери. К сожалению, очень много подозрений о том, как именно представители добровольческих батальонов были сосредоточены в том, что называлось иловайским котлом. До сих пор никто не понес наказания из высшего военного руководства. Поэтому подозрения о том, что не просто так именно добровольцев пытались сосредоточить именно в том месте, которое подверглось наиболее максимальной и жестокой, агрессивной атаке русских, это подозрение, к сожалению, еще не развеяно.

Михаил Соколов: Какова ваша оценка, что заставило Владимира Путина сейчас остановиться, предложить план из семи пунктов, который, судя по всему, полностью ему не удалось продавить в Минске, потому что украинские силы не отступают с линии противостояния, еще есть какие-то детали. Обмен пленными действительно начнется в субботу, как сообщил господин Порошенко. Что заставило, какой комплекс событий заставил его не реализовывать какие-то более серьезные агрессивные планы?

Дмитрий Орешкин: Мне кажется, довольно понятная ситуация. Конечно, когда затевалась идея с Новороссией, куда входили 8 областей Украины, когда рисовались такие очень красивые карты, куда входила и Харьковская область, и Днепропетровская, и Одесская аж до Приднестровья – это одна история. Те, кто эти карты рисовали, искренне полагали, что там живут русские люди, которые хотели бы отделиться от Украины. Сейчас становится очевидно, что даже в Донецке люди не испытывают такого уж восторга от нынешней власти в лице этих людей, в частности, таких, как Антюфеев, например, который отжимает у людей бизнес, отбирает машины.

Михаил Соколов: Сегодня его обвинили в том, что он попытался устроить государственный переворот в Домбабве. Там какие-то стычки были как раз.

Дмитрий Орешкин: Там постоянно идет борьба между полевыми командирами за лидерство.

Михаил Соколов: Есть же хозяева в Москве.

Дмитрий Орешкин: В том-то и дело, что не все подконтрольно. Была идея победного блицкрига, чтобы женщины кричали "ура" и в воздух чепчики бросали. Оказалось – нет. Оказалось, украинская армия, которую в интернете тысячу раз закидали шапками, обладает довольно серьезной способностью к сопротивлению. И даже если не вводить регулярные войска, она наступала на этих самых самопровозглашенных лидеров, обжимая их постепенно и лишая их связи с большой землей, в смысле с Россией. Поэтому, конечно, Путину не хотелось вводить регулярные войска.

Михаил Соколов: Но пришлось, порядка 80 тысяч.

Дмитрий Орешкин: Пришлось. Я не знаю, сколько, я не считал.

Михаил Соколов: Оценки разные, но они есть.

Дмитрий Орешкин: Понятно, что они действуют. В этом смысле у Путина очень серьезная проблема, потому что с каждым днем наличия регулярных войск за границей этот факт становится достоянием международной общественности и российской общественности. Идут, прости господи, гробы. “Заблуждаются”, прости господи, десантники, которых там случайно находят в плену. И это все размывает позиции Путина как на международном рынке, так и внутри страны. Потому что, как ни поддерживают деятельность Путина, идея ведения регулярной войны с Украиной в российском общественном мнении непопулярна, потому что это, между прочим, разрушает саму по себе идеологию того же самого новороссийского величия.

Михаил Соколов: Славянского братства?

Дмитрий Орешкин: Не славянского братства, а того, что мы большие, а они маленькие. Когда очень умный пропагандист Владимира Владимировича Путина господин Третьяков в начале года писал о том, что войны между Россией и Украиной не может быть, потому что не может быть никогда, он имел в виду, что Украина как младший брат должна сдаться, медленно отступить и поднять лапки. А этого не произошло, потому что существует совершенно другая логика.

Михаил Соколов: Они же верили, что Украины не существует как государства.

Дмитрий Орешкин: Что это вообще такое, какое-то неправильное случайное образование, Украины вообще нет, есть Новороссия – всю эту риторику мы слышали. А тогда вменяемым людям было понятно, что у войны своя логика.

Если ты влезаешь в суверенную территорию со своими государственными структурами и со своей идеологией, то ты получаешь более или менее жесткий отлуп. Так вот отлуп оказался жестче, чем Путин ожидал. Поэтому ему надо сейчас перевести дух и решить, что делать дальше. Если вводить новые войска, а не вводить их – это значит невозможно развивать наступление.

Михаил Соколов: Ротация как минимум нужна.

Дмитрий Орешкин: Ротация тоже нужна. В любом случае постоянное присутствие там с каждым днем ухудшает позиции Путина и в глазах общественности российской, между нами говоря, и в глазах международной общественности. Поэтому ему надо остановиться и придумать, что делать дальше. Мне кажется, понятно, что он хочет дальше.

Михаил Соколов: Приднестровье?

Дмитрий Орешкин: Приднестровье. Это горячая картошка, которую держать в руке большой радости нет. Желательно, чтобы она оставалась неподконтрольна ни Москве, во всяком случае, официально, ни Киеву, чтобы эта территория, как правильно было сказано, постоянно давила на политику Порошенко, не давала проводить экономические реформы, не давала проводить выборы, тормозила развитие. То есть проблема заключается в том, что Путин может ухудшить ситуацию на Украине и в Донбассе тоже, улучшить он ее не может. Поэтому и завоевать непонятно, ради чего.

Михаил Соколов: Ради понтов, ради красивого выхода из этой сложной ситуации, чтобы не потерять уважения, чтобы уважение было.

Дмитрий Орешкин: А это с каждым днем все труднее удерживать, потому что и гробы, и что-то нет победного легкого шествия, как в Крыму, без единого выстрела. То есть эта логика по существу советская, когда важно, чтобы люди ощущали себя победителями. Пропаганда создает такой имидж Путина победителя. Так вот, мне кажется, мы сейчас наблюдаем постепенное разочарование населения, и это только начало процесса.

Михаил Соколов: Олесь, я хотел бы вас спросить о той инициативе, которая произошла сегодня. Сегодня у вас в Киеве прошло собрание, инициированное "Батькивщиной", сформирована инициативная группа по референдуму о вступлении Украины в НАТО. Формулировка вопроса: "Поддерживаете ли присоединение Украины к организации Североатлантического договора (НАТО), как системы коллективной безопасности?". Скажите, пожалуйста, это, на ваш взгляд, это пропагандистская акция партии соответствующей или это реальная вещь, действительно вместе с выборами можно успеть провести такой референдум? Настроения народа настолько изменились?

Олесь Доний: Во-первых, надо понимать, что в нынешнем мире, когда появился новый агрессор по типу Гитлера – Путин из Кремля, другого механизма обеспечения обороны для стран в Европе просто не существует. Естественно, что понимание этого факта есть в украинском обществе, поэтому большая часть населения готова к пониманию о необходимости вступления в НАТО – это факт. Другой вопрос – состояние элит и контрэлит.

Мы видим, что украинская власть в какой-то мере, идя на переговоры с Путиным, не ставила вопрос о присоединении к НАТО. Только сейчас, когда началась парламентская борьба, кабинет министров Украины уже подал законопроект о том, чтобы Украина изменила свой статус внеблокового государства. Напомню, такое изменение было принято во время Януковича. Тем не менее, контрэлиты, в данном случае более радикальная часть политиков майдановских, которыми сейчас является "Батькивщина", оппозиционные силы по отношению к власти, это часть майдановской оппозиции, но оппозиционные к премьеру и президенту, "Батьковщина" пытается эту развивать. Я не уверен в реалистичности проведения референдума любого, не только о НАТО, во время парламентских выборов. Мне кажется, что это более показательный ход, нежели какое-то реалистичное действие. Мне кажется, что это больше будет козырем в предвыборной кампании, а не реальным проведением референдума. Если я не ошибаюсь, один из судов сегодня решил, что не может быть такой референдум. Я еще не открывал решение самого суда, но такая информация уже была. Мне кажется, что проведение референдума малореалистично.

Михаил Соколов: В любом случае вы рассчитываете, я так понимаю, скажем, официальным языком, на плодотворное сотрудничество с НАТО после встречи, которая была в Великобритании и даже на поставки оружия из ряда стран?

Олесь Доний: Сегодня пришло сообщение, что Италия готова продавать броневики Украине, 80, кажется, броневиков. Президент говорил о нелетальном оружии, то есть несмертельном оружии.

То, что Украина будет стремиться к расширению сотрудничества с НАТО – это естественно. Потому что самостоятельно защититься от такого агрессора, которым сейчас является Россия, прямо скажем, очень затруднительно. Нам необходимо сотрудничество со всем миром, чтобы противостоять этой агрессии.

Михаил Соколов: Дмитрий, интересная ситуация получается. Какие цели перед собой ставил Владимир Путин год назад: не пустить Украину в Европейский союз, даже в ассоциацию, ни в коем случае, чтобы не было сближения НАТО и в таком духе. Что мы имеем сегодня, интересная картина – движение в эту сторону. А что получено Россией – это два огрызка, правда, с крупными городами, Донецкой и Луганской областей Донбасса и Крым. Равноценно?

Дмитрий Орешкин: Я думаю, что здесь имеет место вполне предсказуемый и неизбежный стратегический просчет. Потому что действительно год назад разговор шел о том, чтобы Украину целиком пристегнуть к Таможенному союзу, Евразийскому союзу. Именно ради этого были выделены знаменитые 15 миллиардов, из них 3 миллиарда Янукович уже успел получить. В результате мы, я имею в виду Россия, власти, вместо 43 миллионов украинского населения получили Крым с двумя миллионами с хвостиком и очень серьезные проблемы в том, что раньше пафосно называлось Новороссия, а сейчас понятно, что это примерно одна четвертая часть от суммарной территории Луганской и Донецкой области. То есть по большому счету печальная истина заключается в том, что Путин в стратегическом плане лузер, именно это надо замаскировать. Смотрите: Грузия, уж как старались убрать из Грузии неприятного президента Саакашвили, уж как поддерживали Иванишвили, и теперь Грузия скребется в дверь НАТО изо всех сил туда просится.

Михаил Соколов: Саакашвили Грузию, правда, покинул, но ровно в те сроки, которые ему были отведены по закону.

Дмитрий Орешкин: Дело не в том, покинул он или не покинул, дело в геополитике. Все равно Грузия стремится туда же после огромных затрат и финансовых, и человеческих, каких угодно, имиджевых и прочих со стороны России. Финляндия что-то говорит непонятное про свой нейтральный статус, даже Швеция жесткую позицию занимает, не говоря уже про страны Балтии, Молдавии, которая очевидно целится в НАТО.

То есть если с птичьего полета посмотреть, то получается, что Россия гораздо больше проиграла, чем выиграла. Например, то же самое Приднестровье, которое при нейтральной Украине во всяком случае могло пользоваться сухопутным коридором с Россией, а сейчас это полный изолянт между недружественной Украиной и недружественной Молдавией. Теперь там уже и экономическая катастрофа по существу получается, и социальная, больше, чем вдвое, уменьшилась численность населения и так далее. И теперь такую же петрушку хотят учредить на месте Луганска и Донецка.

Михаил Соколов: Знаете, я что слышал от адептов этой идеи, такой циничный взгляд: а что, зато мы пополним славянское население России. Они часть убегут из этого Донбасса в Украину, а часть в Россию.

Дмитрий Орешкин: Часть, конечно. Уже говорят, что около миллиона, я думаю, что это завышенная оценка беженцев.

Михаил Соколов: Если вместе в Украину и Россию, наверное, да.

Дмитрий Орешкин: Это очень характерно для мышления лубянско-кремлевских стратегов. Для них население – это какая-то биомасса, которую разрезали ножом, передвинули туда, сдвинули отсюда. На самом деле понятно, что у Кремля, между нами говоря, не хватает ресурсов для того, чтобы поддерживать на плаву это новое образование.

Михаил Соколов: А почему не хватит? В конце концов, урежут еще социальные расходы в России. Значит, хватит, будут кормить не Кавказ, а Донецк и Луганск.

Дмитрий Орешкин: А Кавказ тоже надо кормить, между нами говоря. Надо кормить Приднестровье само собой, но, например, и Калининградскую область. Когда говорят, что России наплевать на санкции, может быть это и так для всей России, а конкретно к Восточной Пруссии – Калининградской области это совершенно не так, она санкции с большим трудом переживает, потому что там весь бизнес на трансграничной торговле построен, сельское хозяйство там довольно убогое, питаются они в основном за счет привозных продуктов. И сейчас у них цены растут очень серьезно.

Михаил Соколов: А где они не растут? Они на 20% на продукты выросли.

Дмитрий Орешкин: Мы как-то это не очень почувствовали, через полгода это будет очевиднее, а через год еще очевиднее. В этом-то и путинская проблема, потому что такой пропагандистский бесплатный сыр уже проглочен, мы уже отрадовались, отбродили эти дрожжи, которые называются "Крым наш", а теперь начинаются скучные тяжелые экономические будни. Вот этих самых беженцев надо устроить. В Донецк и в Луганск надо тоже закачивать денег чрезвычайно немало.

Михаил Соколов: Сейчас опять гуманитарный груз собирается.

Дмитрий Орешкин: Это, в конце концов, копейки.

Михаил Соколов: Там инфраструктура разрушена, Украина не будет туда вкладывать.

Дмитрий Орешкин: Правильнее с точки зрения Кремля эту гирю навесить на шею Порошенко.

Михаил Соколов: У них не получается. Как можно навесить то, что они не контролируют?

Дмитрий Орешкин: В этом и проблема. Если была у Кремял идея, что Новороссия, радостно надев трехцветные венки на голову, двинется стройными рядами к "старшему брату", А она чего-то этого не хочет. И не только потому, что их там держат на коротком поводке, как нам объясняют, люди общаются друг с другом и понимают, что лучше жить в мирном Харькове, чем в воюющем Донецке.

Михаил Соколов: Скажите, как географ, как вы оцениваете: предположим, создается Приднестровье в Донбассе, предположим, даже немножко эта территория округлится, как-то они поддавят, бывает такое. Сейчас я вижу сообщение, что какой-то отвод техники предполагается. Если отвод будет небольшой, они там компактную территорию создадут. Насколько эта территория может экономически себя хоть частично кормить?

Дмитрий Орешкин: Не может хотя бы потому, что это суперурбанизированная агломерация, Донецк, Горловка, Луганск. Города с хорошим населением, с продвинутыми достаточно людьми, хотя их бранят всякими неприятными словами типа "ватники", это городское население, достаточно квалифицированное. Но ведь нужна еще сельская территория вокруг. А если границы проходят в 20-30 километрах от города, то такой город придется кормить, снабжать харчами из России.

Михаил Соколов: Там по две трети от каждой области контролируются украинскими силами.

Дмитрий Орешкин: Больше. Потому что Луганская область, Луганск на самом юге области, а примерно процентов 80 остается под контролем Украины. Так вот, именно поэтому статус-кво для России неудовлетворителен, им придется действительно подвигать эту самую границу. Ситуация полностью дублирует Приднестровье в худшем варианте. Там хоть есть какая-то сельская зона, там есть свое сельское хозяйство, а здесь этого не будет, здесь это будет целиком нагрузка на государственный бюджет, причем на несколько лет, потому, что инфраструктура разбита в хлам. Это даже не тот самый мост через Керченский пролив, который тоже денег стоит. То есть в дополнение к Крыму будет еще одна самая тяжелая гиря. Скажем, Южная Осетия 30 тысяч населения и то 10 миллиардов в год стоит. Чечня меньше миллиона население, стоит 60 миллиардов рублей в год.

Михаил Соколов: А в Донбассе сколько останется?

Дмитрий Орешкин: Изначально было 6-7 миллионов, если все области брать. Какая-то часть убежала в качестве беженцев часть в Россию, часть на Украину, значительная часть территории просто отрезана, так что остается практически три крупных города, в сумме это полтора-два миллиона.

Михаил Соколов: Три города – это Донецк, Луганск, Горловка?

Дмитрий Орешкин: Донецк, Луганск, Горловка и города-спутники. Под два миллиона городского населения без сельского окружения, которое необходимо для нормального существования городов. Это лет на пять удовольствия, причем чрезвычайно дорогого. В условиях санкций и в условиях стагнации нашей экономики – это более, чем серьезно, это самая тяжелая гиря из территориальных приобретений, из всех тех, которые мы себе на шею уже навесили.

Михаил Соколов: Значит просто будут пытаться в какой-то форме это вернуть на бюджет Украины?

Дмитрий Орешкин: Если бы они думали на полтора шага вперед. Вот это "горячая картошка", которую удобнее всего держать за шиворотом у Порошенко.

Михаил Соколов: Был разговор поначалу о какой-то "федерализации", о русском языке, потом в пылу боев и ввода туда сначала спецназа, потом наемников, потом и регулярных войск, они позабыли о том, что они заявили поначалу, какие цели.

Цель на самом деле – вся Украина и влияние на нее через эти восточные регионы.

Дмитрий Орешкин: Именно поэтому хитроумный Ринат Ахметов пытался сыграть свою игру, усилив свое влияние на этой территории. А в результате он оттуда вылетел как пробка из бутылки с шампанским, и потерял свой бизнес, свое влияние там. Сейчас там командует господин Антюфеев, который разбирается со своими конкурентами на политической ниве местного масштаба, причем разбирается довольно сурово.

Михаил Соколов: Кстати говоря, на Украине я вижу достаточно часто, разные публицисты, наш коллега Портников на эту тему выступал, да и в России сочувствующие мирному исходу, они пишут типа – бросьте Донбасс. Альфред Кох сегодня тоже написал советы украинским друзьям, что как-то надо от него вам избавиться.

Дмитрий Орешкин: Я думаю, что не наше дело давать советы украинским друзьям, они сами разберутся.

Михаил Соколов: Они сами себе дают такое советы.

Дмитрий Орешкин: Есть вполне объективная тенденция, я о ней полгода назад говорил и сейчас повторю. До Первой мировой войны в Европе было 15 государств, перед Второй мировой войной было 30 государств, сейчас больше 50. То есть пространство дробится политической.

Михаил Соколов: С другой стороны есть рецепты сохранять целостность с помощью дробности, федерализма и так далее, создавая новые локальные пространства.

Дмитрий Орешкин: Немецкий вариант, испанский и британский. 19 числа у них начнется референдум. Но это процесс мирный, процесс легальный, процесс продолжительный, когда люди идут голосовать, взвесив все за и против – это нормальный процесс. Когда тут нам говорят, что необходимо отделить или как-то федерализовать, в устах Меркель это значит одно, а в устах Дугина это значит совершенно другое.

Михаил Соколов: Можно всуе не упоминать таких людей.

Дмитрий Орешкин: Почему всуе, он к делу имеет прямое отношение – он певец Новороссии. Так вот, сейчас у Москвы, у Кремля очень серьезная проблема: что же Москва хочет в результате получить? Она хочет, чтобы платила за все это удовольствие Украина, а руководила реальным процессом Лубянка через Антюфеева и через других своих бойцов. Такое не получится, придется за удовольствие платить, и платить придется налогоплательщику. Опыт показывает, что такие военные восторги имеют тенденцию в течение одного-двух лет выдыхаться.

Михаил Соколов: Для России есть, по крайней мере, один очевидный плюс, что платить за это удовольствие, иметь там какие-то две мятежные республики на содержании не придется в таком массовом порядке гробами и таким позором, когда все эти гибели людей, посланных туда, сначала скрывали, потом с могил, извините, таблички снимали, а теперь придумали новую историю, как они там были в отпуске, причем военнослужащие регулярной армии, смешные и стыдные вещи.

Дмитрий Орешкин: Это фундаментальная проблема. Потому что они начали, они исходили из сталинской системы ценностей, что важно мобилизовать общественное мнение, важно поднять, важно победить. Все это замечательно, когда ты работаешь в сталинской системе с заткнутыми средствами массовой информации. Для тех, кто смотрит первые два канала нашего телевидения или первые четыре канала, примерно так и получается.

Михаил Соколов: Так это 80%.

Дмитрий Орешкин: Все равно через них помимо каналов пробивается реальность, его не было в сталинской ситуации – люди жили в абсолютно вымышленной реальности, им казалось, что мы действительно победители, что Советский Союз лидер мирового прогрессивного человечества, все на него взирают с надеждой и так далее.

Михаил Соколов: Теперь ультраправые и ультралевые с надеждой тоже взирают на консервативную Москву.

Дмитрий Орешкин: Может быть и взирают с надеждой, но Москве от этого радости совсем немного, потому что информация просачивается. Просачивается информация про похороны, просачивается информация, видно, что продвигаться вперед не получается, хочешь, не хочешь, приходится договариваться. С точки зрения тех самых оглашенных идеологов Новороссии сейчас мы имеем дело с предательством со стороны руководства. Вместо того, чтобы защитить наших братьев.

Михаил Соколов: Все-таки был момент, когда казалось, что все, сливается Новороссия по полной программе, Владимир Владимирович не пожалел десантников, две дивизии, две бригады бросили.

Дмитрий Орешкин: А что в результате имеем? Пятачок территории, который от всей Новороссии обещанной не составляет и 5%.

Михаил Соколов: Спасли русское население, скажут.

Дмитрий Орешкин: Сказать что – найдут. Сейчас уже врать становится все труднее и через полгода будет еще труднее, чем сейчас врать. Потому что зачем мы это начали, что мы в результате получили? Чем живут люди в Одесской области, или Харьковской, или Днепропетровской русские хуже, чем в Лугандоне? Это все будет довольно удержать, как воду в мешке джутовом, будет вытекать. Это наши соотечественники в смысле информационного общения, люди из Донецка пишут через интернет, и люди из Харькова это читают, люди из Харькова пишут в Донецк, они обмениваются этой информацией. У них родственники там.

Михаил Соколов: Скоро интернет выключат в Москве.

Дмитрий Орешкин: Тогда надо строить новый московский интернет, возводить железный занавес, китайскую стену, а это уже не получится. Тогда надо запрещать хождение проклятого доллара в нашей стране.

Михаил Соколов: Есть энтузиасты.

Дмитрий Орешкин: Безусловно, есть, кто бы сомневался. Но после этого придется населению одевать ватники и резиновые сапоги.

Михаил Соколов: И в ГУЛАГ его отправлять.

Дмитрий Орешкин: Значительную часть для скрепления боевого духа придется в ГУЛАГ, а как же без этого.

Михаил Соколов: Оптимистичный сценарий. Сергей из Тульской области, пожалуйста.

Слушатель: Добрый вечер. Вы знаете, может быть действительно все эти предложения выглядят фантастично – запретить доллар и так далее. Но с другой стороны, я вспоминаю историю 8-10-летней давности, небольшая заморочка на Тузловской косе, если помните, была такая напряженка между российскими и украинскими пограничниками.

Михаил Соколов: Предвыборная напряженность имени Дмитрия Рогозина.

Слушатель: Дело в том, что я помню, один журналист задал вопрос: возможен ли конфликт, война между Россией и Украиной? Все сразу: да что вы, даже в кошмарном сне такое не приснится. И вот пожалуйста, уже все это происходит на самом деле. Ведь только дураки могут поверить, что против украинской армии воюют повстанцы или ополченцы, которые устраивают такие котлы целым дивизиям или бригадам. Это просто даже численно было бы невозможно, даже если бы все мужское население Луганска поднялось. Устраивают там котел, там три дивизии, там бригада. Это действительно война Украины с Россией. Вопрос: допустим, Путин, понятно, он примитив, его как в школе КГБ учили, что если не можешь у себя навести порядок в стране, так нагадь у соседа. Поэтому он как размышляет: была площадь Украины 500 тысяч квадратных километров, стала 400 тысяч. Вот и все, у него на душе уже праздник. У Грузии было, допустим, 200 тысяч квадратных километров, стало 150. Вот и все.

Михаил Соколов: Эта логика, человек так понимает Владимира Владимировича Путина. Вы с ним согласны?

Дмитрий Орешкин: Да, я несколько бы развил эту идею. Сергей говорит, что надо быть совсем дураком, чтобы не понимать, что там российская армия.

Михаил Соколов: Вот мы показываем разные съемки, они говорят: а вы докажите все равно.

Дмитрий Орешкин: Кто не хочет верить, тот не поверит. Но все труднее и труднее противостоять напору очевидных фактов. Поэтому я говорю, что время сейчас работает против Путина. Второе соображение насчет условных 500 тысяч квадратных километров и 400.

Михаил Соколов: О территориальных приращениях?

Дмитрий Орешкин: О территориальных приращениях. Это все логика середины XIX – начала XX века, когда чем больше территорий, тем страна богаче. Сейчас мы живем в другую эпоху, когда территория – это не столько подарок, сколько открытый рот, куда надо вкладывать инвестиции. Территория для того, чтобы там жили люди, чтобы они оттуда не убегали, чтобы она приносила деньги и чтобы не было депопуляции, требует постоянного вложения на совершенствование инфраструктуры, дорог, образования, медицинского обслуживания, иначе люди оттуда поползут, как они поползли из Приднестровья.

750 тысяч было, когда Приднестровье отделилось, сейчас там меньше 350 тысяч, более, чем вдвое население сократилось, народ разбежался от этого счастливого островка советской культуры под руководством господина Антюфеева. Та же самая петрушка будет с Донецком и с Луганском. Но наша власть думает терминами сталинскими о том, что да, население должно быть идиотом, да, население должно верить, что нам жить стало лучше, да, мы питаемся по карточкам, но зато мы впереди планеты всей. Вот этот сдвиг наших ожиданий в сферу пропагандистскую идеалистическую какую-то, он разрушается прямым столкновением с жизненной практикой. Не лучше сейчас живется в Приднестровье, чем в любой соседней территории, даже в Молдавии, которая управлялась коммунистами последние 10 лет, поэтому тормозилась в развитии тоже, и уж точно хуже, чем в Украине. То же самое будет в Лугандонии, потому что как ни крути, соседняя Харьковская область будет потихоньку полегоньку развиваться. А что будет в Луганске и Донецке под руководством господина Антюфеева, если он, конечно, одолеет всех полевых командиров, то там будет такая военная хунта настоящая, не киевская хунта, а никем не назначенная хунта, которая будет держать все в ежовых рукавицах.

Я напомню, что покойный генерал Лебедь того же Антюфеева в прямом эфире федеральных каналов в середине 1990-х назвал гестаповцем, сказав, "что вы забираете живого здорового мужика к себе, а выпускаете инвалидом или вообще не выпускаете".

Михаил Соколов: Злодеев там много.

Дмитрий Орешкин: Их специально туда притащили, они знает свой маневр, они умеют делать то, что сделали в Приднестровье. Жить в Приднестровье сейчас я бы никому не пожелал.

Михаил Соколов: Тем не менее, господин Захарченко, который представляет одну из так называемых республик, он сказал хотя бы одну разумную вещь, что не надо сейчас обсуждать никакой статус этих республик, важно прекратить кровопролитие. Может быть, у них тоже что-то такое срабатывает? Тем более после того, как оттуда эвакуировали таких активных борцов за "Русский мир" типа гражданина Стрелкова и некоторых других.

Дмитрий Орешкин: То, что их оттуда эвакуировали, как раз означает, что эта роскошная экспансионистская идея Новороссии сдулась.

Михаил Соколов: Нужно опираться на местные кадры.

Дмитрий Орешкин: Нужно опираться на местные, хорошо подготовленные кадры.

С ним спорить совершенно не приходится, потому что худой мир лучше доброй ссоры, но вопрос в том, каким образом эту добрую ссору начинали, откуда там взялись такие господа как Стрелков, они что, самозародились там?

Михаил Соколов: Нам, знаете, что скажут, один из самых главных тезисов российской пропаганды – это то, что кровь на Украине проливается отнюдь не из-за конфликта между востоком и западом Украины, между Путиным, Порошенко, Яценюком и другими, а между тем, что это продвижение НАТО на Восток и коварные замыслы Соединенных Штатов Америки. Вы, кстати, из Америки, кажется, приехали? И как там коварные замыслы?

Дмитрий Орешкин: Им глубоко наплевать на то, что здесь происходит, примерно так же, как российскому общественному мнению безразлично, что происходит в Нигерии или...

Михаил Соколов: В Ираке?

Дмитрий Орешкин: В Ираке может быть еще как-то волнует какую-то часть населения, а то, что в Африке происходит, вообще никак не волнует. Для них довольно странная, диковатая ситуация на Украине. Они плохо представляют, где Украина находится, в Сибири, наверное.

Михаил Соколов: Они, наверное, удивились, что Владимир Владимирович Путин не оказался джентльменом.

Дмитрий Орешкин: Может быть и это их удивляет. Они с интересом слушают, для них это сказки Синдбада Морехода. Брать в клещи НАТО Россию в американской системе ценностей – это не то, что последнее дело, а вообще какое-то не присутствующее в массовом мышлении, во всяком случае. А то, что благодаря действиям Владимира Путина все ближайшие соседи бегом бегут в это самое НАТО – это исторический факт.

Михаил Соколов: Не все еще бегут. Казахстан, хоть и обиделся недавно на заявление об отсутствии у него государственности в древности, но не бежит пока.

Дмитрий Орешкин: Во всяком случае, я думаю, умный и хитрый господин Назарбаев свою армию сейчас изо всех сил укрепляет, равно как и господин Лукашенко. Кстати говоря, в дополнение ко всему надо отметить, что и отношения в Евразийском союзе как-то поскрипывать стали. Лукашенко стал проводить абсолютно самостоятельную политику, изображает из себя независимого посредника между Москвой и Украиной.

Михаил Соколов: Минская встреча – это его успех большой.

Дмитрий Орешкин: Он как всегда хочет снять сливки со всей этой истории и, по-видимому, снимет.

Михаил Соколов: К выборам, кстати говоря.

Дмитрий Орешкин: И в экономическом плане тоже, ему это как манна небесная. Но при этом он должен себя позиционировать как независимый самостоятельный политик, который проводит самостоятельную политику. Про американцев – это тот самый случай, который Сергей обозначил, для дураков. Люди действительно думают, что НАТО – это структура, которая призвана зажать Россию в клещи. Но это вступает в прямое противоречие нынешней пропаганде, которая говорит, что НАТО – это мыльный пузырь, НАТО – это жалкая структура. И в общем это похоже на правду. Потому что последние 20 лет НАТО не понимало, чем заняться.

Михаил Соколов: Теперь есть понимание, чем заняться.

Дмитрий Орешкин: Теперь, благодаря действиям Кремля, у НАТО появилась конкретная задача, он встрепенулся, соответственно, теперь у него будет больше денег, больше поддержки в демократических структурах. Потому что соседи нашего замечательного государства плохо спят по ночам, понимают, что если такое происходит на Украине, в принципе можно ожидать такого же и в Молдавии по соседству с Приднестровьем, и в Прибалтике.

Михаил Соколов: Вот их Эстонии украли какого-то полицейского, Россия сегодня. Тоже веселая история. Я хотел бы спросить об отдаче в России всего этого. Марш за мир намечается, но оппозиция такая слабенькая. Будет еще слабее?

Дмитрий Орешкин: Про оппозицию я ничего хорошего сейчас сказать не могу, не вижу у нее реальных шансов. Просто потому, что электоральная и публичная политика уничтожена, что, кстати, входило в расчеты. Потому что в военных условиях наш народ привык сплачиваться вокруг власти, плохая, хорошая, надо сплотиться и дать отпор. Будет работать несколько месяцев, со временем рассосется, как рассосалось в 1914 году, когда вся страна стояла сначала в восторге, в едином порыве за царя-батюшку, а потом он же оказался предателем, женатым на царице-немке, что-то похожее будет у нас. Вы знаете, что я заметил? Полгода назад я провел маленький социологический эксперимент, считал ленточки на машинах. Примерно каждая вторая машина была с ленточкой. Сейчас примерно каждая пятая....

[Дмитрий Орешкин]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://ej.ru/?a=note&id=26011
9 СЕНТЯБРЯ 2014 г.
http://fanstudio.ru/archive/20140910/Xn8fcgXx.jpg
Региональные проблемы всегда были ключевыми для существования России, и всегда упоминать о них было неудобно. Ещё с советского периода реальные проблемы регионов противоречили провозглашаемой концепции единой и неделимой могучей России. При управлении такой огромной страной приходится постоянно решать проблемы территориального характера, то экономические, то политические, то национальные, то религиозные. СССР не был исключением, но при этом подобных проблем, якобы, не существовало, вся страна была единой, её населяла новая историческая общность — советский народ, внутри которого никаких трений быть не могло. В реальности же проблемы накапливались, а решали их методами КГБ. В результате не хватит пальцев на руках и ногах, чтобы сосчитать народы-предатели, которые были выселены, репрессированы, чьи элиты были уничтожены и так далее.

В результате проблем как бы не было — но и жизни тоже. Экономика буксовала, потому что понятно, что чем она сложнее, тем менее эффективно ею можно командовать из центра, зато люди ходили «по ниточке». После сталинской эпохи, когда стало ясно, что такой режим с точки зрения экономики не эффективен, Хрущёв стал вводить совнаркомы, грубо говоря — региональные правительства. Но как только партия всерьёз начала реализовывать стратегию улучшения уровня жизни, централизованная система стала расползаться, потому что изначально она была построена не для этого, а для получения от людей ресурсов для своих собственных целей. Потом пришли новые люди, «брежневская элита», которая восстановила вертикальную модель, решив проблему управления созданием в десятки раз больше министерств и ведомств. С 1965 и до 1970 года шло развитие, но потом центр снова перестал справляться, к середине 80-х стало очевидно, что экономика неуправляема, и началась «перестройка».

Но как только сняли силовое сдерживание, сразу же начались трения, вроде войны в Нагорном Карабахе. Возникло противоречие: либо страна стоит и не развивается, но всё спокойно, либо развивается, но сразу увеличиваются риски распада. Брежневская централизация сменилась децентрализацией, зашедшей так далеко, что страна распалась. И продолжала распад, в связи с чем Ельцин создал несколько институтов, которые должны были регулировать межрегиональные отношения. Эти институты позволяли территориям договориться между собой, но они также ограничивали полномочия первого лица, поэтому Путин эти институты снова фактически устраняет.

Когда власть чувствует, что она способна контролировать ситуацию унитарными методами, ей начинает казаться, что она не нуждается в таком институте, как Министерство регионального развития. Но потом, через несколько лет, становится ясно, что проблемы никуда не делись, и власть, не желая полностью выйти из логики регионального управления, обратно создаёт ведомство, которое этим занимается. На самом деле регионы должны договариваться друг с другом сами, для чего и существовал Совет Федерации, а министерство — это просто иллюзия решения.

Но то, что сейчас устраняется даже такой формальный институт местного самоуправления, как Минрегион, означает, что центр считает: у него всё под контролем, а с функциями этого ведомства отлично напрямую справляется Администрация президента. Там у каждого региона есть свой куратор, который следит за своей территорией. То есть доминирует ценность порядка, а развития нет. Через два или три года станет ясно, что порядок — это хорошо, но в результате региональные элиты, лишённые стимула развиваться, «ложатся в спячку» и только ожидают дотаций из Кремля. Как следствие начинаются межрегиональные трения. Собственно, они уже начались, ВЦИОМ опубликовал результаты опроса, в соответствии с которыми 75% населения считает, то Москва слишком много себе позволяет в плане трат.

Всё это — признак победы партии «вертикалистов» и милитаристов. Путин хочет собрать в центре ещё больше полномочий, уничтожая даже саму иллюзию местного самоуправления. Но поскольку любая сложная система требует компетентных решений, то наша власть, как бы умна она ни была, не может справиться со всеми 80 регионами. Соответственно, их проблемы не будут решаться, вместо этого их будут просто откладывать и накапливать. И ситуация уже зашла так далеко, что разрешиться может только в результате серьёзного конфликта ценностей, например, если регионы скажут, что Москва им не нужна. А удерживать регионы в трудной ситуации в российской истории получалось всегда только силой.

Фотография ИТАР-ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=27344
23 МАРТА 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27344//1427122163.jpg
ТАСС

Начальник кремлевского Управления внутренней политики Олег Морозов ушел в отставку. Новым главой Управления стала бывший замначальника Управления Татьяна Воронова. Она родилась в 1975 году в Иркутской области. Окончила Иркутскую государственную экономическую академию. Была депутатом заксобрания Иркутской области, в 2007 году стала депутатом Госдумы от «Единой России», позже была назначена членом ЦИК. С февраля 2013 года Воронова - начальник Департамента по взаимодействию с политическими партиями управления президента Российской Федерации по внутренней политике, где курировала работу непарламентских партий. Кадровые перестановки в кремлевской Администрации «Ежедневному журналу» прокомментировал политолог Дмитрий Орешкин:

«Морозов – человек вполне «вертикальный», но в то же время уже немолодой, опытный и вменяемый. А нынешней власти вменяемые люди не подходят. Им нужны невменяемые молодые «борзые», желательно – из провинции, чтобы не слишком умные или хотя бы не слишком грамотные, а еще чтобы у них было ощущение стремительного политического роста. Из-за такого ощущения они будут готовы не видеть очевидно провальных шагов в социальной, экономической или внешней политике. Морозов просто в силу опыта слишком грамотен для того, чтобы работать с таким молодым восторгом.

Это логичное развитие подобных режимов. Когда товарищ Сталин провалился с коллективизацией и индустриализацией, на «съезде победителей» он был вынужден чистить партию от более опытных политических соратников, которые понимали, что произошло. Вместо этого он набрал совершенно отмороженную «молодёжь», типа Хрущёва, Маленкова или Берии, которые в 35 или в ранние 40 так высоко взлетели и оказались в таком бешеном восторге, что им казалось, что всё происходящее – это хорошо и правильно. И они были готовы выполнять любые поручения Сталина, заведомо зная, что они преступные, но считая это необходимым: это обеспечивало их собственный карьерный рост, им казалось, что вместе с нтими растёт вся страна.

А Морозов, старый, тёртый и поплававший в разных политических жидкостях волк сейчас не нужен. На его место требуется кто-то, кто в благодарность за повышение статуса работал бы на Владимира Владимировича Путина с удвоенным энтузиазмом, вроде Володина. Сейчас это Путину необходимо, потому что все, кто разбираются в экономике, понимают: Россия провалилась по самое не могу. Поэтому таких людей надо убрать и заменить верными «силовиками», для которых ситуация объективно улучшается: военные бюджеты растут, изоляция от мира их не пугает, так что они будут готовы поддерживать этот режим всё дальше и дальше. Морозов для организации такого процесса не подходит, ему надо уйти на заслуженный отдых, преподавать или делать что-то другое, а его должность займёт кто-то более зубастый и менее разборчивый.

А это должность очень важная. Потому что речь идёт об организации выборов в 2016 году, об обеспечении лояльности региональных элит и об обеспечении выполнения путинских обещаний 12-го года, которые выполнить невозможно. Но невозможно это сделать в реальном мире, а в мире «сталинском» вполне можно. Провалилась коллективизация, Голодомор, в городах еды нет, на селе люди просто умирают, а в стране бурные аплодисменты, спасают Челюскина, покоряют Северный полюс и так далее. Сталин тогда удивительным образом создал виртуальную реальность. В 30-м году он потребовал у Молотова «унять мышиный визг печати», после чего большое количество профессиональных журналистов было сослано на периферию. Эти люди имели представление о том, что надо писать более-менее правду, хотя и сами были партийные. А заменили их молодыми и отчаянными, которые стали визжать на две октавы выше, и в прессе появилось ощущение нескончаемых побед.

Также и сейчас. В реальности всё будет хуже и хуже, поэтому требуются люди, которые будут говорить, что на самом деле мы живём лучше и лучше, а тех, кто говорит обратное, надо убивать, выдавливать за границу или сажать в тюрьму. Путин уже таким образом построил победную реальность: на фоне совершенно очевидного поражения в украинской эпопеи, когда Украину не удалось затянуть в Евразийский союз, получение Крыма было раздуто насосом телевизора до каких-то безумных размеров. И все счастливы, что Крым присоединили, забыв, что потеряли Украину. Которая, впрочем, и не нужна, потому что там, оказывается, 40 миллионов фашистов, а 2 миллиона наших мы забрали, и слава Богу. Но Морозов для таких игр уже не подходит, как и, например, Прохоров, хотя он был куда как лоялен. Есть просто предел, перейти который – совсем себя не уважать. Это можно сделать либо из-за страха, либо из карьерных соображений. Так что надо искать новых людей.

Происходит устранение более-менее рациональных и независимых людей и замена их силовиками и теми, кто готов нести любую пургу за возможность проходить ступени административного роста. Это можно назвать хунвейбинизацией путинской элиты. Без неё Путин не сможет продолжать курс на конфронтацию с Западом. Без этого он не сможет мобилизовать общественное мнение. А тогда придётся объяснять экономические и социальные провалы.

Значит, надо будет разбираться с региональными элитами. Морозов занимался именно регионами, и то, что его убрали, означает, что губернаторы могут смело начинать бояться, потому что теперь будут «мочить» их. Выборы 2016 года близко, обещаний раздали множество, денег нет — выполняй, как хочешь. Соответственно, они станут заниматься приписками, и Путин к этому их специально подталкивает, потому что ему важно, чтобы всё было хорошо в медийном пространстве. Нужны цифры экономических побед, разговоры про стабилизацию экономики и рост рубля. Силуанов это уже ухватил и докладывает о вещах, которые не имеют никакого отношения к реальности. Как когда-то сказал академик Струмилин, «лучше стоять за высокие темпы роста, чем сидеть за низкие». И сейчас от тех, кто не готов рисовать все, что угодно, будут избавляться.

Так что увольнение Морозова – преамбула чистки региональных элит. Там должны быть люди, от которых требуются две вещи: предоставлять красивые цифры и не позволять появляться на их территории каким-либо протестам. А как они этого будут добиваться – их дело.

Фото ТАСС/ Денис Вышинский

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=27406
1 АПРЕЛЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27406//1427834667.jpg
ТАСС

Во вторник в Москве состоялся круглый стол, посвященные подведению итогов пятнадцатилетнего пребывания Путина у власти. Сам Путин мероприятие своим посещением не удостоил - послал пресс-секретаря Пескова, который и вел заседание. Свои итоги первых 15 лет жизни при Путине для «Ежедневного журнала» подвел политолог Дмитрий ОРЕШКИН:

"Самым негативным общим итогом 15 лет нахождения Путина у власти является разрушение государственных институтов и их дискредитация. Выборы, политические партии, парламент – это всё утратило как уважение в обществе, так и практический смысл. Понятно, что выборы делаются Чуровым, партии согласуются в Кремле, а система распределения власти не работает. Вместо этого работает качественно новое образование под название «вертикаль», завязанное на одного человека. И это является деградацией государства, потому что государство – это форма институтов, а их нет. Остался один Путин.

Володин по существу прав, правда, его слова лучше немного поправить и сказать: «Есть Путин – есть государство, нет Путина – начинается борьба кланов в диком поле». Потому что нет внятной системы передачи власти, непонятна система построения отношений между влиятельными людьми и нет никого, кто может это регулировать. Путин сделал себя «главным гвоздём», на котором весит весь тулуп российской государственности. Фактически, о «государственности» говорить уже не приходится, её нет, а осталось только «вождество». То есть временно зависимые территориальные, этнические и другие клановые группировки, соединённые в нечто общее волей одного человека.

В этом смысле Путин не так страшен, как то, что будет после него. Потому что трудно себе представить, как в таком случае будут договариваться Кадыров, Иванов, Патрушев и прочие обладатели силовых ресурсов. А другими способами, кроме силовых, обеспечить себе лояльность в «вождестве» нельзя. И таким образом Россия после ухода Путина подводится под системную катастрофу.

В качестве плюсов можно назвать построение «путинского консенсуса элит». Правда, этот консенсус гниловатый, так как выстроен на системе коррупционной скупки лояльности, а она связана с нефтяными деньгами. Как только они кончаются – вся система немедленно трещит по швам, так как региональные элиты вынуждены выполнять путинские поручения, а средств на это нет. Но это позволило сохранить государственную целостность, что в путинской системе координат, несомненно, важнее.

Ещё одна проблема, также вытекающая из вертикалестроения, – монополизация экономики и создание системы «ручного управления». В результате всё, во-первых, очень сильно зависит от одного источника, сырьевого, а во-вторых – совершенно неконкурентоспособно. Потому что если нет конкуренции, то экономические агенты должны не искать механизмы модернизации, а подбираться ближе к власти. Кто ближе к «вертикали» – у того преимущества. Но как только система власти меняется, оказывается, что все такие корпорации ужасно неэффективны, неконкурентоспособны, и вся их работа была направлена на то, чтобы понравиться людям в «вертикали», а не на развитие.

Таким образом, порушена нормальная система приёма рыночных сигналов. В условиях нормальной конкуренции человек, который неэффективно работает в своей сфере, получает от конкурентов сигнал, что он проигрывает, и вынужден принимать неприятные решения: тратиться на закупку нового оборудования, переносить центр тяжести с одного производства на другое, увольнять рабочих. То есть думать головой. А нынешняя система располагает не к этому, а к одному: если ты близок к Путину, то ты Миллер, Якунин или Сечин, а если ты далёк от него, то ты Чичваркин или Ходорковский. Экономика становится хрупкой, зависимой и, как следствие, Россия оказывается фундаментально слабой в конкуренции между странами. Упали цены на нефть – и страна должна переносить экономические трудности.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27406//1427836246.jpg
Михаил Златковский

В последние годы можно упомянуть ещё украинскую эпопею, а если говорить шире – переход к советской системе идеократического правления, когда власть существует не для обслуживания населения, которое может власть менять, а для реализации какой-то сверхважной идеи. Это может быть построение коммунизма, исламского мира или воплощение идей чучхе. Но от населения в этом случае ничего не зависит, потому что власть сама ставит задачи и сама оценивает, хорошо она реализует эти идеалы или плохо. И, как правило, власть почему-то считает, что справляется хорошо. К коммунистическому будущему мы были с каждым годом всё ближе, пока не развалились.

Сейчас идеократическая модель основывается на новой идее евразийства, или построения «русского мира», или возрождения православия. Они пока не определились, но главное, что народ, как избиратели, утратил возможность всерьёз влиять на политический курс. Вместо этого ему просто объясняют, что если не Путин – то оккупация со стороны НАТО. И тут уж нет дела до улучшения качества жизни и социальных услуг. Кто против Путина – тот «пятая колонна». Это очень удобно для власти, но разрушительно для страны в целом, потому что Путин сам себе ставит оценки и навязывает их через ручные СМИ населению. В советские времена мы это уже проходили.

В целом, Путин получил страну на очевидном экономическом росте, с действующими политическими институтами, которые можно было развивать. Тогда были реальные выборы, при всех их недостатках, была реальная конкуренция элитных группировок в рамках закона. Мы видели, как боролась группа Лужкова-Примакова, представлявшая регионалов, с Зюгановым, который защищал интересы старой номенклатуры, и с самим Путиным, тогда выступавшим как представитель вестернизированного демократического крыла, продолжатель дела Собчака и Ельцина. А сейчас, 15 лет спустя, мы получаем страну без реальных политических партий, с дискредитированными выборами, страну, в которой нормальный, доброкачественный конфликт группировок переходит в советский формат «драки бульдогов под ковром». А это очень опасно, так как нет никаких оснований ожидать, что такая борьба останется в правовом поле, скорее, наоборот.

Наконец, у страны, которую Путин контролирует сейчас, нет механизмов приспособления к изменениям в мире. Сейчас они произошли, частично – по нашей собственной вине, частично – по объективным причинам. Цены на нефть упали, но никаких альтернатив у нас нет. Сидим, ждём, когда она подорожает. Путин обещал, что это произойдёт через два года, а если нет?"

Фото: 1. Президент РФ В.Путин YURI KADOBNOV / POOL / ЕРА / ТАСС

2. Россия. Москва. 31 марта. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, бывший министр финансов РФ, председатель Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин и президент Всероссийского союза страховщиков Игорь Юргенс (слева направо) во время круглого стола, посвященного 15-летию Владимира Путина во главе России. Артем Коротаев/ТАСС

3. Графика Михаила ЗЛАТКОВСКОГО

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=27552
21 АПРЕЛЯ 2015 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27552//1429563570.jpg
ТАСС

Апрельское сообщение В.В. Путина о достигнутых успехах, временных трудностях и необходимости сплотиться, чтобы выстоять и победить, органично вписывается в контекст его недавней встречи с работниками ФСБ. Там, если помните, он поведал чекистам, что за минувший год Родина с их помощью разоблачила более 300 шпионов. Налицо существенный прогресс, хотя до лучших образцов еще далеко. Максим Горький на собрании, посвященном пуску Беломорканала, помнится, говорил им со слезой умиления и восторга: «Черти вы драповые! Вы же сами не знаете, что сделали!». Те в ответ опускали очи и ковыряли паркет ботиночком, исподволь приглядываясь к слишком разговорчивому дедушке. Все-то они прекрасно знали.

На февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП (б) 1937 г. Л.М. Каганович, за два года до того назначенный Наркомом Путей Сообщения, с чувством глубокого удовлетворения докладывал товарищам: «Мы в политаппарате дорог и НКПС разоблачили 220 человек. С транспорта уволили 485 бывших жандармов, 220 эсеров и меньшевиков, 572 троцкиста, 1415 белых офицеров, 282 вредителя, 449 шпионов. Все они были связаны с контрреволюционным движением».

Видите, 449 шпионов на одном только транспорте. Нам еще расти и расти. Но перед тем как устремиться вперед и вверх по привычному пути, полезно бы еще разок задуматься о причинах бурного размножения внутренних и внешних врагов по мере нарастающего подъема с колен.

Применительно к путям сообщения и Л.М. Кагановичу дело было так. Официальная«История железнодорожного транспорта России и Советского Союза (т.2, 1917-1945)» сообщает, что Первый пятилетний план предусматривал строительство 16 181 км новых ж/д путей. Это много: в среднем 3,2 тыс. км за год. Намеченные темпы примерно на 10 процентов выше, чем в отсталой и лишенной эффективного менеджмента царской России на рубеже XIXи XX веков. Тогда за пять лет с 1895 по 1899 год было построено 13 755 верст пути. Верста равна 1,067 км. Итого: 14 677 км за пятилетку; в среднем 2,9 тыс. км/год.

Все правильно: советская власть дала народу прогрессивное плановое хозяйство, освободила трудящихся от буржуазной эксплуатации, раскрепостила их энергию. Твердо и дальновидно проводит коллективизацию и индустриализацию. Ясно, результаты должны быть лучше, чем у царя.

Это в теории. А на практике? За первую пятилетку, как сдержанно указано в той же официальной монографии, построено «свыше 6000 км железных дорог…». Говоря по-русски, первый пятилетний план по строительству ж/д путей был выполнен примерно на 40%.

Народу, впрочем, об этом не сообщили. 7 января 1933 г. тов. Сталин веско, как он один умел, подвел итоги: «Уверенность партии в осуществимости пятилетки и вера в силы рабочего класса были до того сильны, что партия нашла возможным поставить себе задачу осуществить это трудное дело не в пять лет, как этого требовал пятилетний план, а в четыре года, собственно — четыре года и три месяца, если прибавить особый квартал… И что же? Факты показали впоследствии, что партия была права».

Права-то права, но на вторую пятилетку планы дорожного строительства пришлось снизить. Хотя не сразу. Сначала, в феврале 1932 г., семнадцатая Конференция ВКП(б) смело ставит задачи нового ударного пятилетия: «…Провести коренную реконструкцию железнодорожного транспорта, с развертыванием строительства новых железных дорог не менее 25-30 тыс. км, с постройкой нескольких десятков новых мостов через главные водные пути…» Тоже явное заимствование из дореволюционных программ, которые на основе уже проделанных частным бизнесом инженерных изысканий и проектов планировали расширять сеть как раз со скоростью 5-6 тыс. км/год. И не зря: российская экономика в последней трети XIX века, по выражению В.И. Ульянова, автора книги «Развитие капитализма в России», росла «темпами, истинно американскими». И остро нуждалась в соответствующем росте транспортной инфраструктуры.

Однако уже через год, в феврале 1934-го, на семнадцатом Съезде ВКП(б), имея перед глазами провальные итоги первой пятилетки, тов. Сталин понимает, что за царской Россией ему не угнаться. И партийный съезд, дружно позабыв о директивах прошлогодней конференции, с той же пролетарской прямотой намечает новую вдохновляющую высоту, в 2,5 раза ниже:«Осуществление строительства крупнейших новых железнодорожных линий: Байкало-амурская магистраль, Акмолинск-Карталы, Москва-Донбасс… и других, увеличивающих общую протяженность сети железных дорог с 83 тыс. км на 1 января 1933 г. до 94 тыс. км на 1 января 1938 г.».

Итого, в переводе на русский, за 5 лет построить не 25-30, а лишь 11 тыс. км. В среднем по 2,2 тыс. в год. На треть скромнее запланированных (но не реализованных) темпов первой пятилетки. Заметно хуже, чем в царской России тридцать лет тому назад.

Это план. А что с результатами? БАМ полностью завершили в 2003 г. — и десяти пятилеток не прошло. В официальной же летописи итог второй пятилетки подведен так: «Вместо намеченных 11 тыс. км ввели в эксплуатацию только 3380 км железных дорог, что было связано с недостатком средств и материальных ресурсов».

То есть второй, заметно сниженный по сравнению с первым, пятилетний план в части строительства инфраструктуры был выполнен на 31%. Всего же за две сталинские пятилетки введено в строй около 9,5 тыс. км пути. На треть меньше, чем царь-батюшка при помощи частного бизнеса ввел в строй за одну удачную пятилетку на рубеже веков. Тогда, если помните, за 5 лет вышло 14,7 тыс. км. У Сталина за 10 лет — 9,5 тыс. км.

В партийной прессе, естественно, это называлось ударным наступлением по ступеням пятилеток от победы к победе. И, что самое интересное, люди до сих пор верят!

Если мерить среднегодовыми темпами роста (0,95 тыс. км/год), то под руководством эффективного менеджера И.В. Сталина Советская Россия за две лучшие пятилетки без войн, революций и интервенций провалилась ниже показателей пореформенной России времен Чернышевского, тургеневских девушек и собачки Муму. В те поры русский капитализм, которому либеральные реформы царя-освободителя развязали руки, строил железные дороги в полтора раза быстрее: «С 1865 по 1875 г. средний годовой прирост русской жел.-дорожной сети составлял 1½ тыс. километров, а с 1893 по 1897 — около 2½ тыс. километров», —свидетельствует наблюдательный В.И. Ульянов в той же своей книге (глава YIII, «Образование внутреннего рынка»).

Кстати, Г.А. Зюганову было бы весьма полезно почитать: узнает для себя много нового и интересного. Правда, картинок там маловато.

При таких блистательных итогах вождю для сохранения власти ничего не оставалось, кроме как уничтожить или до смерти запугать последних сравнительно вменяемых соратников, которые владели информацией и понимали истинную цену его достижениям. Заменить на молодых, совсем темных и оттого восторженных провинциалов типа Ежова, Маленкова, Хрущева, Берии. Эту аппаратную задачу он решил гораздо эффективнее, чем развитие инфраструктурного скелета: из 139 членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б), избранных наXVII cъезде, вскоре было ликвидировано 97. Плюс еще пятеро сами покончили с собой по-хорошему. Итого: охват в 73% — примерно вдвое выше, чем выполнение планов ж/д строительства.

В те эпические времена были истреблены бывшие руководители путевого ведомства Н.В. Некрасов (март-июль 1917 г.), Г.С. Тахтамышев (июль 1917 г.), В.М. Свердлов (февр. 1918?)В.И. Невский (июль 1918 г. — март 1919 г.), Л.Д. Троцкий (март-дек. 1920?), А.И. Емшанов (дек. 1920 г. — апр.1921 г.), Я.Э. Рудзутак (февр. 1924 г. — июнь1930 г.), М.Л. Рухимович (июнь 1930 г. — окт. 1931 г.), А.В. Бакулин (авг. 1937 г. — апр. 1938 г.).

Ну, еще плюс (точнее,минус) в 1918 г. отставника-пенсионера Сергея Васильевича Рухлова, который был министром путей сообщения до 1915 года, большевики в качестве карательной меры зарубили шашками под Пятигорском среди прочих буржуазных заложников. Но в данном случае тов. Сталин ни сном ни духом. Чисто не повезло старику — подвернулся люмпен-пролетариату под руку.

Дожившие до первых пятилеток начальники тряслись от страха, бурно аплодировали и дружно докладывали наверх победный фальсификат про горы угля, реки стали, рост народонаселения и урожаев. И, само собой, про 99,9% на выборах.

Стремительному прогрессу пятилеток сильно способствовало то, что из восьмерых довоенных руководителей центрального статистического ведомства при Госплане (ЦУНХУ) пятеро тоже были расстреляны. Пока наконец самые догадливые не сообразили, что Партия и Правительство ждут от них не реальных данных о состоянии экономики и населения, а доказательства исторических преимуществ советского строя и гениальности его руководства. Как только сообразили, так всем (и им же, дуракам, в первую очередь!) сразу жить стало лучше, жить стало веселее.

Этот основной закон плановой социалистической экономики и статистики открыл академик С.Г. Струмилин, статистик, один из руководителей Госплана: «Лучше стоять за высокие темпы роста, чем сидеть за низкие». Умный был мужчина; благополучно дожил почти до 100 лет.

С тех пор с темпами роста в стране Советов все стало в порядке. И с чугуном-сталью (правда, наркому тяжпрома С. Орджоникидзе пришлось застрелиться), и с сельским хозяйством, и с демографией: после того как посадили и расстреляли организаторов переписи 1937 г., новые редакторы пририсовали несколько миллионов человек — и замечательно.

Вот только с железной дорогой беда: подлые рельсы либо есть, либо их нет. На бумажке не изобразишь. Собственно, только по ним сегодня и можно сколько-нибудь серьезно судить о реальных достижениях сталинской индустриализации: остальное в той или иной мере фейк. Ну и, может, еще по тому, что после выдающихся достижений первых пятилеток в области пиара, рекламы и ребрендинга, Красная Армия и весь советский народ грудью (часто голой) встречали немцев там, где отсталым царским генералам в Первую мировую не могло привидеться и в дурном сне: в подмосковных Химках и в блокадном кольце вокруг Петербурга.

Фальсификационное мастерство не пропьешь. После войны табун хорошо кормленых сивых меринов продолжал квалифицированно загаживать информационную поляну и человеческие мозги. Иначе не объяснишь, почему персонаж, доигравшийся в своих стратегических играх до того, что получил самые разрушительные сражения Второй мировой именно на нашей территории и принес самые большие человеческие жертвы именно из нашего населения, до сих пор многими воспринимается как гений нашего народа.

Да уж, гениальнее не бывает. ухитриться организовать голодомор в самом богатом природными ресурсами государстве, которое до революции было главным мировым экспортером хлеба, — это действительно надо быть большим стратегом. Как и для того, чтобы вдвое-втрое уронить темпы железнодорожного строительства по сравнению с проклятым царизмом, предварительно (как бы ради этого «индустриального рывка») уничтожив миллионы крестьян в коллективизацию. А в итоге получил Ленинград, умирающий с голоду под блокадой. Не говоря уж про ГУЛАГ. Воистину герой и победитель, честь и слава.

Индустриализация, однако. Важнейшее достижение — невиданная прежде информационно-карательная технология превращения реальных провалов в виртуальные достижения. Здесь т. Сталину (если не считать царственной династии Кимов в КНДР) равных в мире действительно нет.

Самое время вернуться к шпионам. Чем нагляднее объективные экономические, дипломатические и политические провалы путинской вертикали, тем больше победного вздора должно быть в телевизоре. Тем чаще надо вскрывать гнезда вредителей и саботажников, виноватых в бесконечных временных трудностях. Тем громче должно быть отвлекающее щебетание (или карканье?) в ветвях развесистой геополитической клюквы.

Путин, затеяв присоединение Украины к Евразийскому союзу, проиграл его вдрызг: никогда прежде Украина с таким единством не смотрела на Запад и не была так далека от России. А не беда! Забудьте. Там все равно одни фашисты, бандеровцы и прочие русофобы. Как это мы раньше их не замечали, столь неосторожно приглашая их в Таможенный союз?! Слава богу, Путин такой везунчик, что удалось от этих 40 миллионов потенциальных шпионов, вредителей и саботажников вовремя избавиться. И одержать историческую победу в Крыму. Мы ж всю жизнь так его хотели вернуть — буквально кушать не могли. А теперь прям как от сердца отлегло. Победа!!

Знакомо до деталей. Когда Украина, Поволжье и юг России погибали в вакууме голодомора, советский народ с невероятным напряжением следил за спасением из ледового плена отважных челюскинцев. И не было у страны задачи важнее — по крайней мере, если судить по партийной печати. И ведь спасли в конце концов! Преодолели и победили. Вот так, от победы к победе, страна и шла к итоговому развалу.

Это всего лишь пиар-технология. Вертикаль по своей номенклатурной сути предназначена отжимать и делить. Умножать и улучшать она не умеет. Поэтому вопрос только в сроке, который потребуется, чтобы ее убожество в очередной раз стало очевидным для критической массы людей — в первую очередь элитных. После чего начнутся либо либеральные реформы, либо гражданская война. Или, что вероятнее, то и другое вместе: вертикалисты без боя свой номенклатурный кусок трубы не отдадут. Срок зависит от информированности, материальной удовлетворенности и готовности элит к масштабному террору как средству запугивания себя и других.

Путинская вертикаль не ровня сталинской. Она гибридная, а не тоталитарная. Поэтому системного государственного террора не получится. Получится избирательный, от случая к случаю. Основное — террор информационный; физически устранять оппонентов будут скорее как исключение. И не спецслужбами (у некоторых их представителей может возникнуть когнитивный диссонанс), а скорее руками новых дикарей, в изобилии воспитанных гражданской войной на Кавказе и в Донбассе.

Все это мы проходили. И даже не раз. Сначала ложь, потом страх. Это необходимо, чтобы провести избирательные кампании 2016-2018 гг. в привычной обстановке небывалого трудового и творческого подъема масс, стабильности, мире и сплоченности всех народов нашей великой многонациональной Родины. Чтоб все было как в СССР! Или как в Чечне-2012: 99,8% «за» при явке в 99,6%. С вполне предсказуемым кровавым развалом в конце.

Памятником нашей эпохе будет скульптурная группа в Петергофском фонтане: Рамзан Кадыров, духовными скрепами оттягивающий конец президента Путина. И над ними инфраструктурный скелет Родины, завязанный узлом.

Фото: Практически разрушилась железная дорога Салехард-Игарка. 29 января 1949 года Совет Министров СССР принял решение о ее строительстве. Как было принято в те годы, работы поручили "специалистам" из НКВД. К сентябрю они завезли в район строительства около 70 000 заключенных. В разгар работ лагеря здесь стояли через каждые 5-7 километров. Мороз зимой, комары летом делали жизнь людей невыносимой. Однако заполярная дорога строилась ударными темпами. По 15 километров пути укладывалось здесь в месяц. Рухнуло все в одночасье. 25 марта 1953 года Правительство приняло решение прекратить работы. Выживших людей вывезли, но и сегодня в тайге лежат рельсы, стоят мосты, лагерные бараки, паровозы и вагоны, которые никому не нужны. На снимке: паровозы — мрачный символ "мертвой дороги" в сибирской тайге. Фото Виталия Иванова /ТАСС.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=27674
6 МАЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27674//1430948056.jpg
6 мая, в день третьей годовщины событий на Болотной площади, в Москве состоялся ряд протестных мероприятий. Все началось с согласованного пикета около станции метро «Третьяковская», позднее активисты двинулись в сторону Болотной площади, где их и стали задерживать.

Ситуацию «Ежедневному журналу» прокомментировал политолог Дмитрий Орешкин:

Режим Путина попал в довольно узкую «вилку» им же сформированных идейных и функциональных установок. Он сам с помощью провокационных технологий сделал из мирной демонстрации 6 мая чуть ли не попытку революции или срыва инаугурации, чего там и близко не было. А теперь режим уже не может от этого отойти и не обращать внимания даже на локальные проявления поддержки узников 6 мая. Нужно продолжать делать вид, что это была какая-то мощная организация, имевшая целью начать «оранжевую революцию». Поэтому власть вынуждена их преследовать, а если не будет преследовать, значит, она вроде бы сомневается в том, что были приняты правильные решения. Так власть становится рабом принятой в 2012 году стратегии.

Кроме таких ментальных ограничений есть ещё и функциональные. Они всё сильнее боятся, так как понимают, что самое опасное сейчас – показать слабину, так как гражданские выступления будут продолжаться уже по другим, более серьёзным поводам и в гораздо менее дружественной социальной атмосфере. 6 мая 2012 года проходила абсолютно законная и подчёркнуто миролюбивая демонстрация. И если бы объединёнными усилиями «леваков», типа Удальцова, и охранки на мосту не случилось бы «бутылочное горлышко», то ничего такого бы не произошло. Люди спокойно прошли бы на Болотную площадь, вышли бы обратно, и никаких эксцессов не было бы. Но власть была в курсе намерений Удальцова, готова к ним и охотно их поддержала, создав все необходимые условия. И никто не убедит меня в обратном, потому что я сам там был и сам видел, что была создана ситуация, призванная спровоцировать людей на применение насилия, чтобы потом скрутить их всех и дать достаточно серьёзные сроки. Но несмотря на тщательную работу, ничего не получилось. Все кончилось лёгким махаловом с наиболее странными персонажами, и это власть сильно разочаровало.

Тем не менее, тех, кого она хотела посадить, она посадила. И должна продолжать сажать, потому что иначе какая же она власть? Она потеряет статус в своих же глазах. Ни о какой законности сейчас речи не идёт, как не шло и раньше, мы видим предсказуемые, традиционные и неинтересные методы удержания власти «по понятиям». Мы руководим – вы сидите под лавками и не смейте высовываться. И сейчас власть не может показывать слабину потому, что в ближайшие полгода-год до регионов докатятся выступления, обусловленные уже не идеологически, не неуважением к закону или к себе, а экономически. Люди будут терять работу, протестовать против дороговизны и так далее. И власть заранее показывает, что будет действовать жёстко, чтобы ни у кого не было соблазна.

Таким образом, в этой истории есть две составляющие. С одной стороны, власть сама себя напугала и вынуждена действовать, словно бы она борется с системной угрозой, спонсируемой чуть ли не Вашингтоном. А с другой стороны, она боится грядущих выступлений и сохраняет суровое выражение лица.

Фоторепортаж Марии ОРЛОВСКОЙ

Москва, Болотная площадь, Лужковский мост, события происходили с 19,00 до 19.30.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=27876
8 ИЮНЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/27876//1433759757.jpg
ТАСС

Газета «Ведомости» предприняла попытку провести собственное расследование фактов, обнародованных в интервью Максима Фрейдзона радиостанции «Свобода», доказывающих коррумпированность Путина и людей из его окружения в середине 90-х, когда Путин занимал должность вице-мэра Санкт-Петербурга и курировал в мэрии внешнеэкономическую деятельность. Стоит напомнить, что в конце мая «Свобода» опубликовала это интервью, которое через несколько часов было удалено из-за того, что окончательный его текст не был согласован. «Ведомостям» удалось проверить и подтвердить справедливость ряда утверждений Фрейдзона и найти доказательства его участия в описываемых событиях.

О том, какие последствия может иметь набирающее на Западе силу антикоррупционное расследование в отношении Путина, «Ежедневному журналу» рассказал политолог Дмитрий Орешкин:

В России настолько искажено, дискредитировано и загажено информационное пространство, что любой факт не производит никакого впечатления, так как рядом с ним есть десять похожих фейков. Это специальная стратегия, призванная уничтожить доверие к средствам массовой информации в принципе. Так что в России эти расследования не сработают никак, по крайней мере, в ближайшей перспективе. Уже говорили и про 40 миллиардов долларов, и про 200 – ну и что? Можно и про триллион, от этого ничего не меняется, так как сформировано устойчивое отвращение к СМИ.

На Западе наверняка знают об этих деньгах. Во всех крупных разведках есть серьёзные аналитические подразделения, которые отслеживают финансовые потоки. Просто потому, что политика сейчас переходит в сферу экономики и следить за деньгами не менее важно, чем за оружием. Поэтому там прекрасно знают, где, сколько и у кого «зарыто», под какими анонимными счетами спрятано и так далее. Но одно дело знать, другое дело – воспользоваться этим знанием. Юридически эта информация достаточно слабая, даже в истории с ФИФА потребовалось 10 лет для того, чтобы сформировать юридически подтверждённые доказательства. Никто из участников не заинтересован в том, чтобы история вскрывалась, все будут отрицать. Так что это – не юридическая бомба.

В информационном смысле это тоже не бомба, потому что во всём мире этому поверят, а у нас нет, скажут, что это провокация спецслужб. Народонаселение только лишний раз убедится, что кругом враги, а Путин – единственная защита от агрессии со стороны Соединённых Штатов.

Просто взять и экспроприировать эти деньги тоже технически невозможно. Даже счета Хусейна и Каддафи были известны и заблокированы, но для изъятия средств с этих счетов было необходимо решение суда, потому что иначе это был бы грабёж.

Так что, с одной стороны, на Западе все знают, а в Москве знают о том, что там знают, но, с другой стороны, и там, и там понимают, что воспользоваться этим знанием – начать открытую войну. Поскольку нынешняя война будет экономической, то эта информация аналогична возможности ядерного удара. Как потом будет реагировать кремлёвская власть – сказать трудно, все свои ресурсы она уже использовала, но западные разведки предпочитают держать «пулю в дуле». Они считают, что лучше пугать этой возможностью, что ее использовать.

Так что переоценивать значимость этих расследований не стоит. Стоит обратить внимание на такие вещи, как 50 миллиардов ЮКОСа, потому что по ним уже есть решение суда, и Российскую Федерацию теперь будут прижимать везде, где можно, и голландский «Боинг». Министр иностранных дел Голландии не зря прилетал в Россию, видимо, пытался каким-то образом договориться с Москвой, договорился или нет – неизвестно. А финансовые скандалы, при всей внешней значимости, менее существенны как рычаг воздействия на партнёра по переговорам.

Фото: Россия. Екатеринбург. Сувенирные монеты с изображением президента РФ Владимира Путина и надписью "Все будет путем", изготовленные кузнецом Александром Лысяковым. Донат Сорокин/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28093
7 ИЮЛЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28093//1436299603.jpg
ТАСС

Седьмого июля Басманный суд Москвы заключил под стражу до 6 сентября бывшего финансового директора госкорпорации «Роснано» Святослава Понурова. Это уже второй арест в рамках возбужденного 1 июля уголовного дела о растрате и нецелевом использовании средств в бывшей госкорпорации. 2 июля был арестован, а позже помещен под домашний арест бывший исполняющий обязанности главы госкорпорации Леонид Меламед, ближайший соратник нынешнего главы «Роснано» Анатолия Чубайса. Причины и перспективы уголовного преследования людей из ближайшего окружения Чубайса «Ежедневному журналу» прокомментировал политолог Дмитрий ОРЕШКИН:

Есть два фактора, которые надо учитывать. Первый – когда рушится экономическая, хозяйственная и политическая модель, возникает необходимость проводить «чистку элит», чтобы обеспечить сплочённость рядов перед лицом предполагаемых трудностей. Так как Путин опирается больше на силовые и патриотические элиты, то ему надо оттеснить тех, кого раньше называли либералами, а теперь можно называть просто рациональными экономистами. Необходимо, чтобы Греф, Дворкович и прочие Кудрины не высовывались, имея перед глазами печальный пример «Роснано».

То же самое делал Иосиф Виссарионович Сталин, когда он провалил первые две пятилетки, и возникла необходимость убрать тех, кто видел этот провал, просто потому, что они понимали, насколько выбранная экономическая модель неэффективна. Произошёл «съезд победителей», после которого всех победителей зачистили, а на их место пригласили более простодушных, провинциальных и менее опытных людей. Они были в восторге от своей карьеры, того, что им, как казалось, по заслугам оказали честь, и они поддерживали Иосифа Виссарионовича во всех его начинаниях, не очень задумываясь. В то время как старые большевики понимали, что дело пахнет керосином.

Сейчас ситуация похожая. Все адекватные экономисты понимают, что Путин загоняет страну в тупик. Сначала – ориентацией на сырьевую ренту, потом изоляцией, связанной с украинской эскападой, а сейчас продолжает этот процесс, ориентируясь на Пекин в тот самый момент, когда Китай подходит, в соответствии с существовавшими ещё давно прогнозами, к обвальному кризису. В такой ситуации необходимо убрать тех людей, которые понимают, что происходит и могут сказать: «Президент совершил целый ряд грубых ошибок». Их надо либо посадить, либо напугать.

А вторая сторона дела – борьба между элитами. Путин, думая о своей политической безопасности, а не о будущем страны, естественно, симпатизирует той части, которая кажется ему более надёжной, то есть силовой. Силовиков он понимает и считает, что через год-два ситуация наладится, денег для них будет хватать, а пока важно пересидеть тяжёлое время. И для этого необходимо условную «пятую колонну», про которую он, конечно, понимает, что они не являются никакими представителями вражеских государств, напугать, заткнуть и посадить.

И для этого был избран, не им персонально, а теми самыми «силовиками» Чубайс. Это уже третьи внутриэлитные разборки, и «силовики» смотрят, насколько у Чубайса хватает ресурсов, чтобы защитить своих людей. Они снова проводят взвешивание, пытаясь оценить, у кого какой статус. В случае с Меламедом Чубайс смог хотя бы немного улучшить ситуацию, хотя бы в том смысле, что его не посадили, а оставили дома. Но борьба так устроена, что стоит ему немножечко «отмазать» одного, как пытаются посадить другого.

При этом Греф, Силуанов и другие люди, относящиеся к «экономическому блоку» Правительства, пока что на своих местах останутся. Ситуация тут определяется вопросом, как Путин может продлевать своё пребывание у власти? Ему необходимо либо постоянно выигрывать в маленьких победоносных войнах, что в нынешней ситуации невозможно, либо каким-то образом отлаживать экономическую ситуацию, чтобы люди не были слишком разочарованы. Но самое плохое – когда нет ни маленькой победоносной войны, ни вменяемых экономических успехов. А так как успехов в ближайшее время не ожидается, то соблазн всё-таки затеять какую-нибудь войну растёт.

И на этом фоне растёт вероятность обострения внутренних разборок, потому что рациональные экономисты понимают: им удалось хотя бы затормозить темп падения экономики, стабилизировать рубль, но сейчас запас прочности иссяк, и маленькая победоносная война разрушит экономику со свистом. Без неё она тоже продолжит падать, но хотя бы не так стремительно. И Путин оказывается перед очень тяжёлым выбором. Есть надежда на то, что через год или два всё начнёт выправляться, а до этого надо пересидеть и переждать, но никаких гарантий нет. А кто-то подсказывает ему разные безумные концепции завоевания Приднестровья, взятия Украины в клещи и так далее. Но если решиться на такое, то потребуется заткнуть рты экономистам, чтобы они не дули в уши.

А то, что пока они остаются на своих местах, значит, что решение ещё не принято. И именно поэтому необходимо внимательно следить за чисткой элит, потому что пока она не произойдёт в полной мере, маленькая победоносная война тоже не начнётся. Крым проглотили и поняли, как это дорого стоит. Ответственные министры экономического крыла должны были бы бороться против этого до последнего, а потом уходить в отставку, потому что иначе на них самих возложат ответственность за поиск денег, а денег нет. Кудрин в своё время ушёл, пока была возможность, и это уже было предвестником украинского кризиса, хотя тогда ни он, ни кто-либо другой об этом не думал, он просто понял, что «сняты тормоза».

Фото Валерий Шарифулин/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28189
20 ИЮЛЯ 2015 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28189//1437410840.jpg
Михаил Златковский

Если предлог становится вопросом идеологии — значит, у идеологов башка набекрень. По-советски бдительный Андрей Илларионов легко вычислил в высказываниях В.В. Путина на Петербургском экономическом форуме признаки нового этапа украинской войны: «Путин ни разу не изменил модному кремлевскому лингвистическому формату — грамматической форме “на Украине”». Ну, раз «на» — войны точно не миновать. Крыть нечем.

Параноики отличаются умением находить (или выдумывать) самые удивительные подтверждения своим гиперзначимым идеям. Каждое микроскопическое лыко на улице подберут, отряхнут, вставят в строку и потом еще долго любоваться будут: вот какой я проницательный.

Особенно этим отличался Сталин. Вцепившись в выражение «нечто вроде дани», он извел тысячи слов, со всех сторон доказывая, что оно истинно марксистское, а усомнившийся в этой формуле Бухарин — козел и вредитель. С той же маниакальной настырностью он в другом месте на четырех страницах исследует взаимоотношения двух гиперзначимых понятий: непрерывки и обезлички. Западные эпигоны и плагиаторы, как это у них принято, лишь через полвека дозрели до понимания всей глубины проблемы, через мультсериал «Симпсоны» внедрив в общественное мнение идеологический ответ в виде царапки и щекотки.

Как, вы не слышали про этот ключевой вопрос социалистического хозяйства?! Не может быть. Это немного в стороне от темы, но выдержки из гениальной статьи Сталина 1931 года «Новая обстановка — новые задачи хозяйственного строительства» стоит привести. Непреходящую теоретическую значимость данной работе придает тот факт, что она публикуется на фоне разворачивающегося голодомора, когда в стране счет погибших крестьян идет уже на сотни тысяч. Так что слушайте внимательно.

«…У нас все еще имеется ряд предприятий… где вместо ответственности за работу царит полная безответственность и обезличка. Что такое обезличка? Обезличка есть отсутствие всякой ответственности за порученную работу… Вы знаете, к чему привела обезличка на железнодорожном транспорте… Мы уничтожили обезличку на железнодорожном транспорте… При нынешних грандиозных масштабах… обезличка является бичом промышленности… Как могла укорениться у нас обезличка на ряде предприятий? Она пришла в предприятия как незаконная спутница непрерывки. Было бы неправильно сказать, что непрерывка обязательно влечет за собой обезличку в производстве. При правильной организации труда… непрерывка ведет к… искоренению обезлички. Так обстоит дело, например, на железнодорожном транспорте, где существует теперь непрерывка, но где нет больше обезлички. Можно ли сказать, что на предприятиях промышленности мы имеем такую же благоприятную картину с непрерывкой? К сожалению, этого нельзя сказать… Перешли у нас на непрерывку слишком поспешно… это привело к тому, что непрерывка… превратилась в обезличку. В результате мы имеем на ряде предприятий бумажную, словесную непрерывку и не бумажную, реальную обезличку… Из этого следует, что кое-кто из наших товарищей поторопились кое-где с введением непрерывки и, поторопившись, извратили непрерывку, превратив ее в обезличку.

…С каких пор большевики стали бояться правды? Разве это не верно, что в ряде предприятий непрерывка превратилась в обезличку, что непрерывка извращена таким образом до последней степени? Спрашивается, кому нужна такая непрерывка?... Некоторые товарищи думают, что обезличку можно уничтожить заклинаниями, широковещательными речами. Я знаю… ряд хозяйственников, которые в своей борьбе с обезличкой ограничиваются тем, что то и дело выступают на собраниях с проклятиями по адресу обезлички, полагая, видимо, что после таких речей обезличка сама должна исчезнуть… Нет, товарищи, обезличка сама никогда не исчезнет. Ее можем и должны уничтожить только мы сами, ибо мы с вами стоим у власти и мы вместе с вами отвечаем за вся, в том числе и за обезличку….

Для… уничтожения обезлички существует два выхода. Либо изменить условия проведения непрерывки так, чтобы непрерывка не превращалась в обезличку, по образцу того, как это проделали в отношении железнодорожного транспорта. Либо… отбросить прочь бумажную непрерывку, перейти временно на 6-дневную прерывку… и подготовить условия к тому, чтобы в случае необходимости вернуться потом к действительной, не бумажной непрерывке, вернуться… к непрерывке, но без обезлички.

Других выходов нет».

Вам понятно, или еще разок? Жаль, конечно, что так и не удалось послушать начальника транспортного цеха с докладом о преодолении обезлички в условиях непрерывки. Но на самом деле другой выход есть. Простой, как репа: вернуть предприятия в частную собственность и пусть хозяева сами решают, нужна ли им эта непрерывка вкупе с обезличкой или нет.

Но кем тогда будет руководить т. Сталин? Кому разъяснять непростую диалектику понятий? Он со своим передовым отрядом явно рискует остаться не у дел. Поэтому естественный (и единственный) выход лежит за пределами его логики, которая кругами ходит в колодце паранойи и настойчиво ищет, кого бы еще растоптать за то, что экономика буксует. Не текст, а диагноз — никакого Бехтерева не надо. Народ мрет с голодухи, а вождь вперяется могучим умищем в непрерывку с обезличкой и с партийной прямотой ставит их перед притихшей страной как ключевой вопрос.

В цитате есть интересный нюанс, который не сразу приметишь: т. Сталин говорит то «на предприятия», то «в предприятия». Или (в других работах) то «на производстве», то «в производстве». Слава богу, ни одна из бдительных головушек еще не увидела здесь «модного кремлевского лингвистического формата».

Иное дело с Украиной. О, здесь на бедный предлог взгромоздили просто невероятную политическую, идеологическую, международную и даже личностную нагрузку! «На Украине», оказывается, говорят только империалисты, путиноиды, душители свобод и прочие, прямо скажем, подлецы. Приличный человек прогрессивных взглядов обязан говорить «в Украине». За это ему в утешение даровано право пользоваться формулой «на Донбассе».

В советские времена товарищи с обостренным лингвистическим и политическим чутьем требовали, чтобы в очередях не спрашивали «кто последний». Ибо последних в СССР нет. Есть, на худой конец, крайние. Что характерно, вопрос о причинах возникновения очередей борцов за равенство почему-то не занимал. Они из своего колодца его не видели.

Как это по-человечески! И как не по-людски.

Какому унылому кретину вообще пришло в голову, что в русском языке предлог «на» звучит хуже, чем «в»? Только полностью лишенное слуха и воображения существо может решить, что жить на Арбате, на Тверской или на Соколе постыдно и унизительно, а в Бирюлеве-товарном или в колхозе Красное Пидорово невероятно престижно.

Речь вообще не о том, понимаете? Кто этим лингвистам накудахтал, что выражение «на Руси» хуже или обиднее выражения «в России»? Или наоборот, почему грибоедовское «в Камчатку сослан был, вернулся алеутом…» звучит благородней, чем современная норма «на Камчатку»? Да нипочему. Язык, аки Дух Святой, веет, где хощет. И уж точно не борцы за равенство ему указчики. Было «княжить на Москве», стало «езжай вМоскву, разгони тоску». Ну и что?

Надо хорошенько съехать с ума от бдительности, чтобы назвать формулу «на Украине», во-первых, модной и, во-вторых, кремлевской. С тех пор как в русском языке устоялось слово «Украина», оно всегда сопровождается предлогом «на». Возможно, за редкими исключениями на ранних этапах, когда языковая норма еще не утвердилась и можно было говорить, как тов. Сталин: то «на предприятие», то «в предприятие».

Что обидного в этом для самого предприятия? При чем здесь Кремль и Путин, если так исстари говорили наши деды и бабки по всему ареалу русского языка, включая часть самой Украины? Какая, прости Господи,мода, если это самая что ни на есть консервативная норма, а нововведение (на мой взгляд, весьма искусственное) как раз формула «в Украине»?

Большим ученым, в языкознании познавшим толк, мнится, что русский предлог «на» подразумевает периферию. На Дальнем Востоке, на Севере диком, на всяких там островах, полуостровах… На окраине, короче. Поэтому, мол, «на Украине» звучит пренебрежительно. Мама родная, какая пошлая и скучная ерунда! На Красной площади вас устроит в смысле периферийности?

Господа украинцы! К Андрею Илларионову вопросов нет — с тех пор, как он с несокрушимой упертостью в пику Егору Гайдару отрицал (и до сих пор отрицает) экономический кризис 2009 г. или полгода назад уверенно предрекал новую украинскую экспансию Путина «через две недели». Человек прочно поселился в своем колодце и замечательно там себя чувствует. Но вы-то свободные и психически здоровые люди. Вполне себе на уме. Неужели не чувствуете, что настойчивые попытки заставить Москву-старушку говорить не так, как она привыкла, а так, как вам (по довольно странной логике) кажется правильным, есть вывернутый наизнанку комплекс «младшего брата»?

Нет, вот пусть он публично признает, что я теперь совсем взрослый! И пусть справку выдаст с печатью: не «на» а «в»! Ахти, беда какая. Да зачем взрослому гражданину, не нуждающемуся в подростковом самоутверждении, такая дурацкая справка? Что ему за разница, как свихнувшийся на совковых дрожжах бывший старший брат его величает? Горшком назови, только в печь не ставь… Или, ближе к актуальной ситуации, не лазай с отпускными десантниками и танками за чужой забор. Что за детские обиды на безвинный предлог?

Упорное стремление навязать свою свежевыдуманную языковую норму соседу слишком напоминает компенсаторную агрессию закомплексованного провинциального сознания, которому всюду мерещится столичная спесь, попытки оскорбить и унизить. Так иные дамы в метро ходят, растопырив локти — ибо уверены, что все только и думают, как бы подержаться за их прелести. Ей-богу, не там ищете. Честно сказать, у путинской России перед Украиной есть набор гораздо более тяжких провинностей, очевидный всему белому свету.

«На Урале» или «на Волге» — разве это периферия? «В Туве», «в Якутии», «в Хакасии» значительно периферийнее. А почему? Да черт его знает. Просто языку так захотелось — он нас с вами не спросил. И не надо его уму-разуму учить, он постарше и поумнее нас будет. Да, с полуостровами, островами и горами русская речь обычно сервирует предлог «на» — как красное вино к мясу. Но, во-первых, вовсе не обязательно. А во-вторых, при чем здесь престиж народа, территории или блюда?

«На Кольском полуострове», «на Мангышлаке», но «в Крыму», который тоже полуостров. К Крыму, что, уважения больше? Кстати, почему не «в Крыме»? Нет ли и здесь тайных происков имперского сознания? Ну-ка, проверьте скорей!

Куба — остров-государство; Исландия или Ирландия тоже. Язык почему-то решил, что «на Кубе», но «в Исландии». Ему, старому, видней. Да и Куба, вроде, не в претензии. «На Мальте», но «в Сицилии». Какой угрюмый зануда рискнет утверждать, что для русских Мальта ущербнее? А в случае с Сардинией вообще беда: можно и так, и сяк. Как страшно жить!

Понятно, очень хочется что-нибудь эдакое залудить, чтоб все сразу догадались, что здесь вам не тут. Подчеркнуть особость. Да ради Бога — при всем неподдельном уважении к суверенной Украине. Только до мышей-то уж зачем? Жажда кстати и некстати подчеркивать особость как раз и вызывает некоторое в ней сомнение.

Более того. По естественным законам развития языка «киевский русский» понемногу накапливает отличия от «московского русского». Это нормально: так американский английский отличается от британского — с той разницей, что в США не нашлось умного Илларионова, чтобы на основе этих различий вскрыть реваншистские замыслы Великобритании. Если украинская версия русского языка считает правильным говорить «наДонбассе», «в Украине», «с Горловки» и «за всю Одессу» — на здоровье. Суверенное право языковой ветви. Или, если угодно, государственной идеологии (раз уж ей более заняться нечем). Москва Киеву здесь ничуть не указ — и, кажется, даже не пытается. (Если попытается, будет справедливо послана по всем известному адресу: и «на», и «в».) Наблюдается прямо противоположный процесс: нехай русские у себя «на Москве» говорят по нормам, установленным в прогрессивном и европейском Киеве. Это уже некоторая форма компенсаторного идейного диктата — или мне одному так кажется?

А можно, мы не послушаемся? Можно, по грехам нашим тяжким и знаменитой московской лени, продолжим, зажмурившись, пристегивать к суверенной Украине тот предлог, к которому привыкли — вне зависимости от симпатий/антипатий к Путину В.В.? Ну, пожалуйста! Видите ли, тут у нас (на Москве) один персонаж (с Питера) тоже любит ребром поставить вопрос о сепаратизме — применительно к мухам и котлетам. Можно как угодно к нему относиться, но странно было бы в знак принципиального несогласия с его политикой требовать, чтобы в котлетах непременно присутствовали мухи.

Позвольте еще одно секретное рассуждение, чисто между нами. Для демократа (да и вообще для нормального человека) естественно уважать чужую свободу и чужие языковые предпочтения. Но отчего же непременно в ущерб своим? Если бы идеологи украинской самобытности сделали паузу и скушали твикс, то наверняка догадались бы, что формирование двух версий русского языка (в том числе с разными предлогами) политически им скорее на пользу, чем во вред. Навязывать Москве украинские речевые новообразования контрпродуктивно в рамках ими же выбранного курса. Разве не так? Вы свободны по-своему пользоваться великим и могучим русским языком, а мы по-своему. Поди плохо?

Иначе выходит чистой воды паранойя. Сначала изобретается некая крайне далекая от нормальной человеческой жизни идейная схема: например, про отсутствие в СССР «последних». Или про то, что производительность обобществленного социалистического труда непременно будет выше, чем капиталистического. Потом с упорством спятившего дятла эта схема вдалбливается в голову миллионам людей — так что многие начинают всерьез верить. И, наконец, полный апофеоз: исходя из выдумки, которая для обитателей колодца стала уже чем-то вроде аксиомы, выносятся судьбоносные суждения. Раз не хочет говорить «крайний» — значит, враг трудового народа. Русофоб и очкарик из недобитой интеллигенции. Раз не наблюдает очевидных преимуществ социализма — значит, изменник Родины. Раз Путин пользуется кремлевской формулой «на Украине» — значит, не миновать нового этапа войны.

К счастью для всего вменяемого человечества, из Владимира Путина империалист, реваншист и собиратель земель русских — примерно как из Андрея Илларионова экономический и политический прогнозист. То есть, конечно, они бы оба не против — но кишка тонка. Только из илларионовского или пионтковского колодца кажется, что бывший чекист годами вынашивал коварный план присоединения Крыма, подтягивал ресурсы и строил невероятно сложные многоходовки. На самом деле все проще и скучней: подтянул вагон бабок, по-пацански перетер с Януковичем и решил, что Украина (вся целиком, неважно, с предлогом «на» или «в») уже в стойле Евразийского и Таможенного союза.

Однако грубо просчитался. Единственное, что оставалось, чтобы окончательно не потерять лицо — оттяпать на прощание Крым. И таки да, оттяпал. Чисто ситуативно. Тут вменяемое человечество, вопреки ожиданиям, проснулось, спустило с товарища штаны и всыпало крапивой по тому месту, которым он привык мыслить. Не слишком сильно, но ощутимо. Образ мыслей, естественно, поменялся: настала переоценка державных ценностей, национального кода и духовных скреп. Издержки, связанные с военными решениями (шансы получить еще одну порку) оказались недопустимо высокими. А ожидаемый профит слишком низким. На повестку дня вполне предсказуемо встал вопрос аккуратного слива постылой Новороссии вместе с ее бандитами, перехода к круговой обороне и изоляции от проклятого Запада.

Как и предсказывалось, процесс доблестного военного перетягивания Донбасса закономерно (как только встал вопрос, кому платить за разбитую посуду) сменился процессом его подковерного перепихивания. Пусть Украина платит за газ и электричество! Нет уж, теперь пусть товарищ Путин трясет мошной — Киеву денег и на своих не хватает…

До предлогов ли здесь?

К тому же в перспективе отчетливо вырисовываются аресты имущества по счетам ЮКОСА, зубодробительные доказательства по делу малазийского «Боинга» и полониевым играм в Лондоне. Тут совсем не до «нового этапа войны» на Украине, который зоркий Илларионов увидел через призму своего лингвистического анализа. Просто некоторым товарищам от слишком долгого сидения в колодце кажется, что страшнее кошки зверя нет.

Нет, война не исключена и весьма даже вероятна, потому что Путину необходимо создать повод для восстановления «железного занавеса» — чтобы спрятаться от Гааги. Только почему обязательно на Украине? Возможно, вообще не на европейском театре. Никакое «приращение территории» и «восстановление СССР» в повестке дня давно не стоит: дай бог задницу прикрыть. Идеальный вариант — сконструировать что-нибудьочень похожее на войну, чтобы консолидировать общественное мнение, возродить оборонное сознание, объяснить экономические провалы и выжечь ростки альтернативной политики. Но ни в коем случае не нарываться на серьезного противника: у параноиков инстинкт власти и самосохранения всегда на первом месте.

С чисто медицинской точки зрения интересно: какую еще пакость они в своем кремлевском колодце изобретут для России? Неужели действительно атомной бомбой по Воронежу? Путинская страна все сильнее напоминает Югославию времен Милошевича, когда теряющий власть миллиардер в попытке удержать державную кормушку, перекинулся от социализма к вульгарному национализму — и почти десять лет продолжал рулить процессом, стравливая осатаневшие от пропаганды «братские народы».

На этом фоне вдумчивые наблюдения над тем, как часто президент употребляет «модный кремлевский лингвистический формат «на Украине», и попытки строить на этой основе стратегические выводы смотрятся как бред сумасшедшего. Да, по сути, им и являются. Вместо того чтобы создавать на пустом месте дополнительные напряжения между соседними народами по поводу гиперзначимых «на» или «в», было бы куда разумнее продемонстрировать максимальную терпимость к маленьким слабостям и привычкам соседа — в качестве противодействия нагнетаемой сверху истерии.

Оборону, конечно, надо всемерно крепить: кто знает, что завтра в забубенную головушку вступит. Но вовсе не обязательно при этом срываться на визг. Опасаться и готовиться надо — бывает, что даже смирительная рубашка не выдерживает. А бояться — нет. Многовато чести, ей-богу.

Графика Михаила Златковского

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28248
28 ИЮЛЯ 2015,

Открытая Россия
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28248//1438076536.jpg
Партия народной свободы, которая после объединения с лишенной регистрации Партией прогресса Алексея Навального решила участвовать в выборах в трех регионах, снята с выборов в Новосибирской области. Областная избирательная комиссия отказала в регистрации списка из-за того, что усомнилась в качестве собранных партией подписей. Недействительными были признаны 1487 подписей. По словам юристов, «типичные ошибки», из-за которых подписи были признаны недействительными, таковы: в номере дома вместо дефиса стоял слэш или же в самой базе были ошибки в названии района.

По данным штаба Демкоалиции, более половины подписей оказались недействительными из-за ошибки сотрудников избиркома при их оцифровке. Еще одна выявленная ошибка — устаревшая база паспортов, по которой УФМС проводило проверку подписей. ПАРНАСу удалось отстоять 120 подписей. Руководитель избирательной кампании ПАРНАСа Леонид Волков объявил голодовку. А председатель Центризбиркома Владимир Чуров пообещал в деталях разобраться со сложившейся ситуацией.

Логику поведения власти "ЕЖу" комментирует политолог Дмитрий ОРЕШКИН:

Происходящее достаточно предсказуемо, не зря в Новосибирск месяц назад ездил господин Неверов. Они боятся того, что в городе проголосуют не так, как надо. Кроме того, надо учитывать, что у Новосибирска есть своя особая электоральная традиция. Например, в 2011 году в Москве «Единая Россия» набрала реально 30% плюс-минус один, а официальную цифру показали 46%, то есть приписали 16 процентных пунктов. И Москва вышла на Болотку со всеми вытекающими. А в Новосибирске честно насчитали 29%, фальсификата там не было.

29-30% для «Единой России» — достаточно стабильная цифра, в Петербурге до фальсификаций было столько же. Но учитывая, что в Новосибирске регулировать результаты выборов с помощью чуровских процедур трудно, в Кремле испугались, что там не удастся обыграть демократическую коалицию достаточно убедительно. А любой существенный результат, например, если хотя бы один представитель группы Навального-Касьянова проходит в региональную думу — уже катастрофа для власти. Поэтому туда и послали господина Неверова, который накрутил всем хвосты, прямо противореча словам Володина о «непредсказуемости выборов» и так далее.

Открытая Россия
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28248//1438076280.jpg
Сложности с фальсификацией результатов в Новосибирске связаны, в частности, с тем, что там достаточно прочные позиции коммунистической партии, которая ничуть не симпатизирует Навальному, но сама пострадала от фальсификата и научилась выводить на рынок наблюдателей. И хотя сейчас градоначальник Новосибирска Локоть несёт абсолютную ахинею, так как ему ясно дали понять, что если демократическая оппозиция чего-то наберёт — будет мучительно больно, традицию подсчёта голосов в избиркомах, наблюдателями и в прессе нельзя сломать легко.

Наконец, есть ещё одна причина, по которой нельзя допускать куда-то сторонников Навального. С его умением вести избирательную кампанию, с его умением пользоваться фактами о коррупции, с его предусмотренными законом правами, он там такого расскажет! Да ещё и голосов наберёт. Поэтому у власти буквально истерика: ни под каким видом его нельзя допускать. Любой непредсказуемый результат хорош только тогда, когда он на самом деле достаточно предсказуем. Непредсказуемая победа Навального их совершенно не устраивает. Так что у них не было ни тени сомнения, что его надо снимать — куда ж деваться. Это на самом деле признак системной слабости вертикали и того, что люди у власти не могут оставаться даже в рамах собственных представлений о приличиях. Они понимают, что то, что они делают, стыдно, позорно и глупо. Но они не могут вести себя иначе, потому что не могут проиграть.

В Калуге и Костроме с высокой степенью вероятности повторится тот же сценарий. Там для властей проще, так как нет традиций честного подсчёта и можно будет просто «навертеть» результат, который нужен. Но на всякий случай коалицию тоже не допустят. Власть понимает, что Навальный — игрок, а игроку нельзя давать инициативу, лучше сломать ему ноги. Это они и делают.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28248//1438076297.jpg
ТАСС
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28248//1438076338.jpg
ТАСС

Фото: 1, 2. Россия. Новосибирск. 28 июля 2015. "Полиция задержала кандидатов «Демократической коалиции» на выборах в законодательное собрание Новосибирской области. В отделение увезли главу предвыборного штаба коалиции Леонида Волкова (на фото вверху) и двух участников предвыборного списка — Сергея Бойко и Егора Савина. Задержание произошло после отказа кандидатов покинуть здание избиркома. Они требовали перепроверить собранные для участия в выборах подписи по актуальной паспортной базе." (Материалы опубликованы с разрешения редакции сайта "Открытая Россия")

3, 4. Россия. Новосибирск. 28 июля 2015. Активисты ПАРНАС у отдела полиции №1 центрального управления МВД России по Новосибирску. Суд Новосибирска оштрафовал активистов партии ПАРНАС за голодовку в кабинете главы облизбиркома. Глава штаба ПАРНАС Леонид Волков в центральном районном суде города. Евгений Курсков/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28580
10 СЕНТЯБРЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28580//1441897246.jpg
Газета «Коммерсант» сообщила: в связи с наступившим затишьем на фронтах Донбасса в приграничные районы Ростовской области начинает приходить все больше нелегального оружия. Число преступлений, связанных с применением оружия, выросло на 12,5 процента, а число пресеченных преступлений, связанных с его незаконным оборотом, почти на четверть по сравнению с тем же периодом 2014 года, сообщает Главное управление МВД по Ростовской области. За первые семь месяцев 2015-го в области зарегистрировано 501 преступление, связанное с нелегальным оборотом оружия.

Опрошенные журналистами ополченцы рассказывают, что переправить нелегальное оружие в Россию по-прежнему непросто, но некоторым это удается. Контроль на основных пропускных пунктах, через которые можно попасть на Донбасс, серьезно ужесточился. «Там и очереди стали длиннее из-за тщательного досмотра, и часто стала приходить информация, что пограничники проводят оперативные мероприятия. Все явно поняли, что стволы могут в Россию сейчас хлынуть», — сказал один из собеседников «Коммерсанта».

О перспективах дальнейшего развития ситуации «Ежедневному журналу» рассказывает политолог Дмитрий ОРЕШКИН:

Было бы странно, если бы большое количество оружия в Ростовской области не появилось. Кремль сейчас сталкивается с очевидной проблемой: люди, привыкшие за полтора года жить в полном беззаконии и решать проблемы с помощью оружия, отступают из Донецкой и Луганской областей. Они поняли, что Новороссия вступила в предсказуемую фазу «слива», что Путин замораживает ситуацию и меняет фазу военного «перетягивания» Донбасса на неизбежную и экономически обусловленную фазу его «перепихивания». Потому что это разрушенная территория, без надежд на инвестиции и экономический рост, территория глубоко дотационная и Путину нет никакого интереса её кормить. Пусть этим занимается Порошенко — логика тут простая. Разумные люди предсказывали такой исход, но сторонники ДНР и ЛНР к разумным людям не относятся.

Сейчас перед ними очень неприятная перспектива. Если представители элит ещё могут более-менее мирно уехать в Россию или застолбить себе место в качестве новых умеренных лидеров, как, например, сделал Пушилин, сменивший более радикального Пургина, то для полевых командиров среднего звена и боевиков этот вариант не проходит. И они будут отступать в Россию, потому что больше некуда, и делать это с оружием, потому что без него они ничего из себя не представляют.

Отсюда вполне очевидная угроза роста бандитизма и очевидная проблема для ФСБ: как бороться с этими взрощенными на Донбассе боевиками, когда они придут сюда? Поскольку никаких законов эти люди соблюдать не намерены и будут делать тут то же самое, что и в Донецке, а именно: грабить, то есть смысл как-то изолировать границу. Впрочем, оружие всё равно просочится и в течение ближайшего года заведут не одно уголовное дело.

Разбираться с нарушителями ФСБ будет жёстко. Люди придут остервеневшие, считающие, что их предали, и объяснить им, что они сами дураки, невозможно, — поэтому их будут «прессовать». Ни о каком снисхождении, когда речь идёт о контроле над территориями и экономикой, речи идти не может. Бойцы привыкли прийти на предприятие и «отжать», а в Ростовской области так действовать им никто не позволит. Потому что там уже всё «отжато» примерно такими же по части психологии товарищами, но на стороне которых государство, то есть полиция и ФСБ. Так что разбираться с ними будут решительно, примерно под такими же лозунгами, какие были после Афганистана: мы вас туда не посылали, значит, мы вам ничего не должны. Хотите — живите в лагере для беженцев и получайте пайку, а грабить нельзя, всё и так уже подмято кем надо.

Фото: Михаил Соколов/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://snob.ru/profile/8894/blog/99815

Наш президент уже давно живет в каком-то виртуальном пространстве, где важно сохранять имидж победителя, и не важно, победил ты на самом деле или нет. В историю с Сирией и Асадом он влез, как мне кажется, не очень хорошо просчитав последствия, просто чтобы засвидетельствовать свою важность. И что теперь делать, непонятно.

Российский президент думал, что со своими воздушно-военными операциями заставит Запад с собой считаться, но Запад на это не повелся. Политики только договорились между собой, как случайно не переубивать там друг друга, а дальше — делай что хочешь. Вот Путин влез туда и сидит. Начинать наземную операцию, как он сам говорил, он не хочет. Конечно, он может и обмануть, но это и правда не выгодно. Борьба ведь идет с варварской идеологией исламизма, там всегда найдутся партизанские технологии, чтобы подрывать тылы Асада. То есть там практически нельзя победить. Лучше сматываться, пока живой.

В такой ситуации и появился вариант с досрочными выборами в Сирии. Которые тоже будут, конечно же, виртуальными, и победит в них Асад. Ведь выборы проходят только на мирных территориях, которые под контролем президента. То есть члены избирательных комиссий в руках у Асада, и они хотят жить. Вот они и насчитают те 90 процентов, которые всегда выходят у тоталитарных лидеров азиатского типа. Зато Путин потом сможет сказать Западу: «Вы хотели выборы? Вот вам выборы». После этого он теоретически сможет смыться из Сирии, заявив, что его операция была миротворческой. Хотя, с другой стороны, бросать Асада там будет нельзя — его просто повесят. Думаю, суть истории с выборами все-таки не в этом, а в том, чтобы сказать: «Все, теперь Асад — легитимный президент, и мы будем оказывать ему поддержку сухопутными силами». Может быть, Путин и сам еще не выбрал, как именно он поступит — он любит иметь несколько вариантов в запасе. Но скорее всего, он задумал эти выборы, чтобы легитимизировать присутствие России в Сирии. И тогда последствия могут быть не очень хорошими.

Путин влез в эту войну на стороне неэффективного правителя. Это такая привычная советская тактика — выступать на стороне головорезов, которые заранее обречены на поражение. Недаром говорят, что наш президент — хороший тактик, но плохой стратег. Может, в краткосрочной перспективе его план и даст какие-то результаты, ну а потом-то что с этим Асадом делать? Будет висеть у нас на шее, как когда-то на шее у Советского союза висел Фидель Кастро и прочие негодяи.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=28970
20 НОЯБРЯ 2015,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28970//1448015224.jpg
ТАСС

В среду российские дальнобойщики снова протестовали против введения платы за проезд по федеральным трассам большегрузных автомобилей, которая собирается при помощи системы «Платон» (она контролируется сыном «друга Путина» Аркадия Ротенберга Игорем Ротенбергом). Акции состоялись в 80 городах страны, причем в каждом регионе в протестах принимали участие десятки, а то и сотни фур. Где-то водители вставали в цепь у обочины, где-то двигались по правому ряду со скоростью 5-10 километров в час, где-то, выйдя из машин, непрерывным потоком переходили дорогу на пешеходных переходах, двигаясь туда-обратно и блокируя таким образом движение. Под Тверью в толпу протестующих на полной скорости врезался муковоз, водитель которого не справился с управлением. Один человек погиб. Между тем, в Кремле демонстративно не реагируют на набирающие силу протесты дальнобойщиков. Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков призвал не драматизировать ситуацию вокруг акций дальнобойщиков. Он добавил, что Путин следит за происходящим, однако вмешиваться не намерен, поскольку это зона ответственности правительства. Ситуацию «Ежедневному журналу» комментирует политолог Дмитрий ОРЕШКИН:

Люди наверху не знают, что им делать в такой ситуации. Нет беды, если у вас кризис в каком-то моногороде — его можно решить точечными методами. Приехать с мешком денег, устроить шоу, разрулить ситуацию и уехать с чувством выполненного долга. Но важно, чтобы такие события не происходили по всей стране одновременно. В связи с чем власть всегда старалась не допустить возникновения альтернативных общегосударственных структур. Например, профсоюзы в СССР были «школой коммунизма», а вовсе не объединением для защиты чьих-то интересов.

Поэтому опыта взаимодействия с независимыми влиятельными структурами у властей нет. Все привыкли, что кто-то выйдет с протестом, пошумит, их разгонят и на этом всё закончится. Но неожиданно для всех, включая самих протестующих, появилась структура, которая в развитом обществе должна существовать. Потому что дальнобойщики — это люди, имеющие свой собственный коммерческий интерес. Они все могут рассматриваться как малые предприниматели. У каждого есть свой «корабль», с которым он бороздит просторы «океана суши» под названием Россия, зарабатывая кусок хлеба собственными навыками и головой.

Они очень разные, более того, если спросить у них про поддержку курса Путина или действий на Украине, то большая часть выскажется «за», они патриоты и прочее. Но когда дело касается их экономического интереса, они проявляют удивительную способность координироваться. Откуда-то берутся лидеры, идеи, которые очень быстро распространяются, готовность действовать решительно. Они знают свои права, если надо — они прочитают Конституцию, которая их никогда раньше не волновала, и будут протестовать. Причём большая часть населения их поддерживает.

Для власти это очень опасно, потому что появляется то, чего либеральная публика, включая меня, давно ожидала: формирование класса налогоплательщиков. Поскольку Россия — ресурсная страна, власть могла увеличивать свои полномочия за счёт того, что расходовала «ничью» нефть. При этом она недоплачивала гражданам, но граждане этого не замечали, потому что деньги с самого начала шли мимо них. Люди жили отдельно, зарабатывая свою копейку, а власть — отдельно, не трогая карманы граждан и даже закачивая туда часть нефтяных доходов. Но когда нефть падает, а разбухший государственный аппарат по-прежнему хочет есть много и вкусно, то оказывается, что деньги можно брать только из кармана граждан. И когда дальнобойщики понимают, что государственная лапа беззастенчиво лезет в их кошельки, происходит качественный перелом и они начинают протестовать.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/28970//1448015244.jpg
ТАСС

Причём они сразу забывают про «крымнаш» и говорят, что «крымнаш» отдельно, мы его поддерживаем, но почему за наш счёт? И что делать власти? Прислать к ним партийного пропагандиста, который скажет, что «в это трудное время надо сплотиться»? Нельзя, они не дураки. Но отступить тоже нельзя, потому что следующими поднимутся студенты или пенсионеры. Посадить лидеров? Но их слишком много, это сетевая структура, система почти что самоорганизующаяся. Это, конечно, не та самая «пролетарская революция, о которой говорили большевики», но хотя бы первое проявление психологии налогоплательщика, с чем власть в нересурсных странах сталкивается постоянно, поэтому должна договариваться с гражданами.

Если немного забегать вперёд, то можно сказать, что в связи с переходом центра тяжести с эксплуатации ресурсов на плечи рядовых граждан, сами граждане начинают понимать реальные механизмы взаимодействия людей с властью. И происходит то, о чём такие люди, как я, нудят уже 10 лет: за всё надо платить, в том числе и за победы над американским империализмом. Через полгода всё это будет значительно болезненнее, потому что перемены почувствуют на себе и другие группы, которые вдруг поймут, что они являются налогоплательщиками и спонсорами режима, не защищающего их интересы. И тогда начнётся самое интересное.

Фото:
1. Россия. Белгород. 19 ноября 2015. Дальнобойщики во время массовой акции протеста в связи с введением покилометровой оплаты проезда с 15 ноября для транспортных средств массой свыше 12 тонн. Антон Вергун/ТАСС

2. Россия. Новосибирск. 11 ноября 2015. Во время массовой акции протеста дальнобойщиков на трассе Р-254 "Иртыш" в связи с введением покилометровой оплаты проезда с 15 ноября для транспортных средств массой свыше 12 тонн. Евгений Курсков/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

https://snob.ru/profile/8894/blog/102315
17:09 / 17.12.15

Путин то ли устал, то ли постарел. Раньше он реагировал на вопросы очень четко и быстро, а теперь мямлит, путается в словах. В целом все это похоже на советские времена, когда было «да и нет не говори, черный с белым не бери» и читать и слушать все нужно между строк. Раньше на таких пресс-конференциях президент делал несколько неожиданных заявлений — этаких сюрпризов, но теперь и их не было. Разве что готовность России к отмене визового режима с Грузией. Это всех удивило, но мне не кажется, что это на что-то влияет. Грузия — не такой уж важный экономический и социальный партнер для России, да и на тенденцию Грузии к сближению с Западом и вступлению в НАТО отмена виз не повлияет.

Президент не может и не должен демонстрировать какие-либо панические настроения, даже если они есть, но во время выступления стало понятно, что его оценки российской экономики оказались слишком оптимистичными. Он в завуалированной форме признал это, хоть и привел позитивную статистику. Но все приведенные им цифры касаются только среднесрочной перспективы, то есть целых десятилетий. А все, что измеряется одним-двумя годами, он постарался зажевать.

Конечно, он сказал, что пик кризиса мы уже прошли, но об этом нам говорили уже не раз. Дай бог, в макроэкономическом смысле он и правда пройден, но в микроизмерении все только начинается. Раньше на поддержку социальных стандартов активно тратился резервный фонд, а теперь ресурсов все меньше. И, даже если кризис не будет усиливаться, он будет становиться все более заметным для обычных людей. Инфляция, рост коммунальных платежей — все это впереди.

Еще стало понятно, что у центральной власти нет ресурсов для серьезной военной акции на Украине. Это ясно не по тому, что было сказано, а скорее по тому, чего не прозвучало. Да, Путин упоминал экономические и политические договоренности и взаимные претензии, но не шло речи о том, что Украина наш враг и надо защищать русский народ. Никакого бряцания оружием.

Подготовила Юлия Дудкина

[Елена Селиванова]

https://www.opentown.org/news/99977/?fm=60435
18 дек 18:12

источник: sobesednik.ru

Политика
https://img.opentown.org/store/news/99977/fotopreview-241_174.jpg?upd=00000000000000
Президент России Владимир Путин на пресс-конференции Фото: Александр Алёшкин / Собеседник

Sobesednik.ru проанализировал пресс-конференцию Владимира Путина с политологом Дмитрием Орешкиным.

17 декабря состоялась одиннадцатая пресс-конференция Владимира Путина. Sobesednik.ru обсудил с политологом Дмитрием Орешкиным главные темы встречи президента с представителями СМИ и изменения в риторике Путина.

— Путин опытный политик, и на все острые вопросы он умеет не отвечать — что, кстати говоря, он сегодня продемонстрировал на этой конференции. Были неприятные вопросы и про Ротенбергов, и про Чайку, и про экономику тоже.

Проблема в том, что их бессмысленно задавать, потому что он «зажуёт» их. Скажет, что «нас это тоже волнует», скажет, что проблема под контролем.

Он не говорит, его ли дочь [Екатерина Тихонова] или нет — он говорит, что не хочет говорить о своей семье. И это предсказуемо. Он говорит, что, когда его просят взять проблему с мальчиком обгоревшим под личный контроль, он так сильно по этому поводу переживает. Но ответа, берет он под контроль или нет, — нет. На прямой вопрос прямого ответа нет. Есть рассуждения рядом.

Поэтому, мне кажется, не очень конструктивно рассуждать, какие вопросы ему не были заданы. Можно задать кучу неприятных вопросов, но всё равно он на это не ответит. Например, почему за эти 10 лет мы так и не слезли с нефтяной иглы? Найдёт, что ответить.

Но дело даже не в этом. Дело в том, что такого рода мероприятия надо воспринимать не в том жанре, что он говорит, а читать между слов и между строк. О чём он не говорит, то есть.

Мне показалось в данном случае очень важным, что он не говорил о том, что необходимо защищать русский народ на Украине — «мы ради этого пойдём на любые жертвы» и так далее. То есть между строк прописано, что на войсковую операцию на Украине путинская Россия сейчас не готова. Было сказано про экономические проблемы, про равноправность, про обмен пленных. Но нигде не было сказано, что нашему терпению приходит конец, что русские люди погибают под игом укрофашизма; не сказано про Новороссию и так далее.

Из этого следует очевидный вывод, что у путинской России нет ресурсов и она понимает, что любые жёсткие действия на Украине встретятся со слишком серьёзными международными издержками. Фаза «горячего» [противостояния] закончена, начинается фаза «холодной войны», когда вдавливают друг другу мозоли в экономическом пространстве, в информационном пространстве, какие-то там используются методы диверсий, провокаций, ещё чего-то. Но не танки, не крупнокалиберная артиллерия. Обстрелы, конечно, будут продолжаться, но де-факто сложившаяся линия разделения нарушатся всерьёз не будет. Это позитивная новость, во всяком случае для Украины.

— Это связано с санкциями, которые на нас были наложены Западом?

— Конечно. Это просто очевидно. Тут не только дело в санкциях, не только дело в экономике. Просто исчерпан формат ресурсов — и экономические, и военные, и дипломатические. Понятно, что если что-нибудь жёсткое учудить, последует новый цикл санкций. Запад этого категорически не хочет, но он будет вынужден это сделать. То есть исчерпался ресурс новизны. Когда от Путина такого не ждали, как было в Крыму. Теперь ждут. Любое его действие сразу получит контрдействие, поэтому он вынужден на Украине купировать конфликт, замораживать конфликт, перебрасывая внимание и риторику на Сирию. На Украине ничего красивого не получилось. Получилось много проблем. Украина развернулась на Запад. Ну это длинный разговор, нет смысла в него углубляться. Так что Украина забыта. Там особенно выдающихся побед добиться не удалось, поэтому аккуратно выводим эту тему из фокуса общественного внимания Зато говорим о том, какая ужасная Турция.

— А что-нибудь ещё между строк вы заметили?

— Между строк я заметил некоторое разочарование Владимира Владимировича в экономической ситуации. Хотя он говорил, что всё хорошо, ВВП почти удвоился и так далее. Но беда в том, что мы уже второй раз слышим о том, что «пик кризиса пройден». Первый раз мы об этом слышали полгода назад. Значит, конечно, он как рационально мыслящий человек понимает, что говорить о том, что мы идём от победы к победе, как-то совсем не кстати. Но тем не менее было понятно, что ситуация хуже, чем ожидалась. Значительно хуже. Но что в этом удивительного? Ничего.

Если напрячься, то многие вспомнят, что недавно кто-то с таким же выражением лица, мимикой и риторикой говорил о том, что нефть не может упасть ниже $60, потому что это будет означать разорение всего сектора добычи нефти из сланца в США, потому что там себестоимость $60. Сейчас она $38, и про те слова давно уже все забыли.

Так что, конечно, экономика — самое главное. Но тут это у него не между строк. В отличие от советских времён он не может не говорить об этом, поэтому он достаточно доброкачественно на всё ответил. Хотя то же самое про пенсионный возраст: давно ли было сказано, что «мы никогда не пойдём на увеличение пенсионного возраста»? Хотя все вменяемые экономисты несколько лет назад говорили, что в России такая демографическая ситуация, что это так или иначе придётся делать. Но сейчас он об этом заговорил, добавив, что это нужно делать в правильное время. Ну кто стал бы спорить, что нужно делать в правильное время? На самом деле правильное время прошло. Так что сейчас по-любому придётся делать в неправильное время. Точно так же, как слезать с нефтяной иглы и переходить на импортозамещение. Об этом было сказано много, в том числе Дмитрием Анатольевичем Медведевым — все замечательные слова про модернизацию и прочее... Ну, проехали благополучно.

— Может быть, я чего-то не понимаю... Много было сказано, что Путин — опытный человек, который может выйти из любой ситуации, найти нужные слова. Вот, например, тема Чайки, Турчака, Ротенберга. Были заданы конкретные вопросы, было видно, как он на них неконкретно ответил. Я увидела, что он...

— Не готов отвечать, не хочет отвечать?

— Да.

— Ну, это нормально, что здесь такого? На что вы надеялись? «Доколе мы будем терпеть произвол кооператива "Озеро"»?

— Нет, но Вы говорите, что он отвечает на «неудобные» вопросы «удобными» ответами. Но вот мы видим: он же не отвечает на них так. Видно другое. Что это значит?

— Ну, понимаете, тут для кого как. Для вас видно, а для тех, кто Путину симпатизирует, нет. Конечно, это «жёваная бумага». Ну а что в такой ситуации можно ответить?

С моей точки зрения, нынешний Путин сильно уступает Путину образца трёхлетней давности. Тогда он был конкретен, язвителен, не жевал бумагу. Сейчас он экал, мекал, переговаривался, оговаривался... То есть победного настроя чисто стилистически, хотя он и старался, не было. То ли он сильно устал, то ли он сильно разочарован, деморализован, то ли просто состарился. Он на этой пресс-конференции звучал не столь убедительно, как обычно.

То, что вы увидели, что он ушёл от ответа — может быть, это ваше мнение. Раньше на это не обращали внимания. На мой взгляд, он и раньше уходил от серьёзных вопросов. Просто он уходил с победным видом. Раньше его, например, спрашивали про повышение пенсионного возраста, он отвечал: «Нет, никогда». Победный ответ. Никакого он смысла не имеет, потому что всё равно придётся. Ему говорят, что надо слезать с нефтяной иглы — а он: «Нет, у нас наоборот развивается...»

А сейчас такая ситуация, что всем очевидно, что мы не просто на нефтяной игле — она и плодоносить перестала. Раньше он мог победоносно, прошу прощения, втирать очки. И те, кто не очень в теме, верили: раз человек говорит — значит, так оно и есть. А сейчас-то понятно, что это всё не так. Поэтому эта риторическая победоносность, его стиль поблёкли немного. Произошла та самая ситуация, которая у Андерсена в сказке описана: «Позолота вся сотрётся, свиная кожа остаётся». Значит, позолота стёрлась, а свиная кожа оказалась очень плохо выделанной и сильно похожей на газету «Правда» — такая слабенькая кожица. Причём к тому же скукоживается.

Вот такой вот реальной экономической мощи за этими аргументами нет. И на этом фоне — это уже не все, но многие понимают — победоносная риторика влёгкую уже не работает. Приходится говорить, что у нас не всё хорошо, у нас есть отдельные трудности, которые мы, сплотившись, преодолеем. Это уже немного другая стилистика.

И вот тут непонятно — то ли с Путина позолота сползла, то ли ситуация такая нерадостная, что ему, глядя в глаза, и спокойно втирать очки уже трудно.

То же самое про военнослужащих на Украине: раньше говорили, что там никого нет, а теперь там есть, выполняют какие-то задачи — и не понятно: какие, в каком качестве, в качестве военнослужащих или не военнослужащих, наёмников или добровольцев. Он же об этом не сказал. Раньше бы это поглотилось: «Нет, это не наши люди». А теперь как-то воспринимается по-другому.

Соответственно, это интересный момент. Это мы стали иначе воспринимать, у нас ухо более критическое стало, или это он сам? Я думаю, и то, и то имеет место. Готовность воспринимать победоносную риторику немного испарилась — и с нашей стороны, и с его.

— Каким дальше будет поведение Владимира Путина, его политика?

— Главный инстинкт Владимира Путина — инстинкт личной безопасности. Все мы помним, как он организовывал инаугурацию. Все помнят пустую Москву и одинокий Mercedes, на котором въехал Путин. Потому что ему кто-то рассказал, что «болотники» [те, кто выходил на митинг на Болотную площадь — ред.] намерены организовать теракт. ФСО зачистила полгорода, чтобы всё это прошло.

Исходя из этого, можно понять, что будет дальше. Нарываться на серьёзный конфликт с Западом, с США, с НАТО он не может себе позволить. Он традиционно использовал победоносную риторику, балансируя на лезвие ножа, потому что то, что можно ему, нельзя европейцам. Европейцам и американцам не простит народ, если они хоть каким-то боком подставляют своих избирателей под угрозу военного конфликта. У Путина можно. Ему это не только прощают, но даже и поддерживают. Никто ему не напомнил про 224 человек из разбившегося самолёта. Ну а что напоминать, что это непросчитанные риски, что это плата за вторжение в Сирию?

У него есть явное преимущество в том, что он может блефовать гораздо чаще и ярче, чем западные политики, потому что за десятую долю того, чем Путин кормил РФ, [политика на Западе] давно бы отправили в отставку. Вспомните эту замечательную историю с Колином Пауэллом и той самой пробиркой — на этом его карьера кончилась. Его подставили, он поверил. Он просто был дезинформирован. Он подставил США. И всё, привет! Одна крупная ошибка, и человека больше как политика нет.

[Прим. редакции: перед вторжением в Ирак тогдашний госсекретарь США Колин Пауэлл в Совбезе ООН демонстрировал якобы доказательства наличия у Ирака оружия массового поражения, обосновывая вторжение американской коалиции и свержение Саддама Хусейна.]
https://www.opentown.org/store/news/99977/te-url-e19100b06c5a760e270651d4d9d787e9.jpg
Политолог Дмитрий Орешкин Фото: Global Look Press

У нас «иракского» [масштаба] — сколько угодно таких ошибок. Начиная с удвоения ВВП до $60 за баррель как минимум и так далее. Масса чего было сказано, включая отсутствие наших военных в Крыму и последующее признание. И всё это наше общественное мнение прощает, наш парламентаризм, политические партии даже аплодируют. Но даже этот ресурс гибкости, а точнее говоря податливости, приближается к исчерпанию.

Поскольку врать Путину было бы совсем неловко — он всё-таки постсоветский человек, — он не отвечал на прямые вопросы, выглядел менее уверенным, не было в нём лихости, которая ему присуща. Так что в некотором смысле, в тональности, в скорости, в решительности он сильно уступал самому себе, — заключил в комментарии для Sobesednik.ru Дмитрий Орешкин.

[Дмитрий Орешкин]

https://snob.ru/profile/8894/blog/102811
16:19 / 30.12.15

По данным агентства Bloomberg, 15 декабря Владимир Путин и госсекретарь США Джон Керри обсуждали будущее сирийского лидера Башара Асада: российский президент считает, что Асад может выиграть выборы в 2017 году, а США разрабатывают правила голосования, которые уменьшат его шансы на победу. Политолог Дмитрий Орешкин рассказал «Снобу», какие перспективы ждут сирийского президента на выборах и почему России не стоило вмешиваться в дела Сирии

Вмешательство России в сирийский конфликт стало ошибкой года, и единственный позитивный момент в этой истории — то, что с Путиным стали разговаривать и договариваться лидеры других стран. Но разговаривают, как с человеком, который влез в приличное общество с гранатой в кармане и грозится ее взорвать; то есть всё это сотрудничество — вынужденное. Военные действия в Сирии — слишком дорогая цена за такую коммуникацию. Российский президент куда проще бы справился со своей задачей, если бы остался в Большой восьмерке, но для этого не нужно было устраивать конфликт с Украиной.

К сожалению, путинское понимание геополитики сильно устарело. Оно соответствует концу 19 века или 30-м годам 20 века, когда контроль над территориями был жизненно важен и все было устроено по принципу «кто контролирует территорию, тот ее и доит». Но на самом деле силовой контроль ничего на дает — экономического развития не происходит. Понятно, что для Сталина, например, было важно удерживать территории в своей власти из соображений безопасности. Но ведь все они в итоге деградировали в экономическом плане. Так что российский президент поклоняется не тем богам.

Вот и сейчас Россия надолго увязла в Сирии. Башар Асад в военном смысле некомпетентен, и под его контролем в лучшем случае будет около трети сирийской территории, остальная часть уже превратилась в дикое поле. По телевизору нам могут рассказывать, что это случилось под влиянием Запада, но на самом деле это объективный и естественный процесс, связанный с ростом фундаменталистских исламистских настроений в мире. Вернуть контроль над всей Сирией уже невозможно и даже удержать то, что Асаду удалось взять под контроль, очень трудно. Реальная легитимность власти определяется не силой, а наличием равновесия между властью и системой ценностей в социуме. Как только в Сирии прекращаются бомбардировки, там начинают расползаться революционные настроения, и если уничтожить ИГ как государство еще можно, то его идеологию — нельзя. Только вместе со всеми людьми, которые ее придерживаются.

Получается, Россия так и будет оставаться в Сирии в роли жандарма, чтобы гасить вспышки революционных настроений, которые будут возникать то тут, то там, и за что в данном случае воюет Путин — непонятно. Зона нестабильности будет разрастаться, в войну будут ввязываться Турция и Ирак, и на все эти угрозы придется отвечать России, потому что она уже связалась с Асадом. А если бросить все это и оставить Сирию в покое, то уже через три месяца Асада не будет — а это еще большее геополитическое поражение, чем в случае с Украиной.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29184
13 ЯНВАРЯ 2016,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29184//1452630812.jpg
ТАСС

Опять обрели былую силу советские анекдоты. А новых, за ненадобностью, не появилось. Анекдотом (причем так себе) стала сама жизнь. Ей-богу, уже вплоть до мышей. Даже писать ничего не надо – можно снова выходить с чистым листом: всем и так все ясно. Год-пустышка. Год-дегенерат. Леся Рябцева – главная героиня. О, она заставила говорить о себе! Чем же? Написала удивительную книгу, сняла фильм, добилась небывалого успеха в бизнесе или науке? Нет, все проще. Пристроилась к созданному более одаренными и квалифицированными людьми проекту и с непосредственностью милой провинциалки вымазала его дерьмом.

Очень своевременная технология. И востребованная.

Путин-широкая спина

Человек года Владимир Путин. Заставил говорить о себе пуще Леси. Успехов тоже таскать, не перетаскать. Извлек Россию из клуба развитых стран, развернул с запада на восток, несколькими решительными ходами окружил кольцом врагов, вдвое уронил рубль, удвоил количество бедных и теперь с оскорбленным видом коллекционирует предательские удары в спину. От Турции, от Белоруссии, от Египта, Украины и Китая. Никого не забыли? Еще Молдова, Приднестровье, Польша… Наверное, следует также упомянуть нефтяной баррель – тоже повел себя как скотина.

Открыть ли секрет? Все чаще кажется, что никакие это не удары, а давно предсказанные и заслуженные пинки. Не в спину, а пониже. А куда еще, если именно этим местом он повернулся ко всему белу свету? Зато место большое, есть чем гордиться.

Действительно, как о таком своеобычном человеке не поговорить.

Странно, но он, кажется, ожидал чего-то другого. Хотя в переводе с советского «удар в спину» означает всего лишь плохо просчитанные риски и низкий уровень компетентности. Вы когда-нибудь слышали, чтобы Меркель, Обама или Кэмерон жаловались на удар в спину? У них тоже бывают ошибки. Но в открытом обществе это так и называется: просчет, неудача, глупость. За такое там принято получать критику и нести ответственность.

Иное дело у нас. И.В. Сталин терпеливо выкармливал Гитлера в надежде запустить его, как ежа, в штаны к Европе (терминология Н.С. Хрущева). Почти два года с начала Второй Мировой войны немецкие самолеты, летавшие бомбить Лондон, заправлялись советским горючим, фашистская военная машина кормилась русским хлебом и металлом. А потом – ах, надо же! – «вероломное нападение», «удар в спину» и стальной еж ворочается в штанах совсем другой страны. Которая, обливаясь кровью, до 1943 года обороняется от него опять же голой задницей – а чем еще, при таком-то гениальном уровне стратегического планирования?

Тут одна надежда – на героев пропагандистского фронта. И они не подвели! Эффективный менеджер с его дальновидными расчетами по-прежнему воспринимается как образец для подражания. В то время как страна и народ, которым сталинская вертикаль на поколения вперед сломала демографический хребет и инфраструктурный потенциал, продолжают платить по счетам.

С возрождением вертикали тема мифологических побед на фоне практических провалов вновь стала актуальной. С логически неизбежным довеском в виде вредителей, предателей, отравителей, расхитителей и ударов в спину. А также выродков, отщепенцев, извращенцев, клеветников и прочих бешеных собак. Должен же кто-то ответить, если у вождя дебет с кредитом не бьется.

Достигнутые за отчетный период успехи поражают. Всего за один, максимум полтора года гибридной войны В.В. Путину удалось отодвинуть Украину (с ее трехсотлетней историей лояльности) как никогда далеко от России и сплотить в едином порыве к ЕС и НАТО. При этом, конечно, у нас категорически не принято вспоминать, что история затевалась с прямо противоположной целью – вернуть Украину под могучую руку Кремля в Евразийский и Таможенный союзы. Причем всю целиком. Почему же вышло наизнанку?! Да предатели же, Ваше сиятельство! «Пятая колонна». Удар-с в спину-с. Не прикажете ли расстрелять, как бешеных собак?

Приднестровье, некогда воспетое А.А. Прохановым как последний оазис социализма, форпост России в Европе и индустриальное сердце Бессарабии (сейчас он точно такими же штампами живописует Донбасс – плохой признак для местного населения!), за 25 лет не только провалилось в черную дыру коррупции, монополии, хозяйственной и демографической катастрофы, но по итогам новороссийской эпопеи В.В. Путина в дополнение ко всему еще попало в блокаду между Молдовой и Украиной. И понемногу разворачивается к ЕС. А что делать, если туда идет ¾ продукции?

Планировщики новороссийской саги рассчитывали, что трусливые хохлы, как положено младшим братьям, испугаются и, размазывая кровавые сопли, побегут прятаться за овин. Но они почему-то ведут себя иначе. Как подло с их стороны! Кругом измена, трусость и обман – какие еще могут быть объяснения? В. Нуланд своими печеньками нанесла удар в спину.

Вместо проворовавшегося Приднестровья-1 (только у Газпрома тамошней мафией за 20 лет украдено и распилено 6 млрд. долларов), которое с протянутой рукой уходит на Запад, мы имеем отличные шансы получить Приднестровье-2 в Донбассе. С тем же вертикальным союзом народно-патриотических гопников и спецслужб, социалистической (на самом деле мафиозной) монополией, коррупцией и предсказуемым коллапсом в перспективе. Только расположено оно на 900 км восточнее (так неуклонно ширится «Русский мир»!) и стоить России будет на порядок дороже. Хотя бы потому, что там в 10 раз больше населения. В действительности цена будет выше, ибо после гибридной войны во имя защиты русского населения промышленность, инфраструктура и жилой сектор в зоне обитания этого самого населения разбиты в хлам.

Защита вышла что надо: по данным ООН на конец 2015 г., 9 тыс. убитых, 20 тыс. раненых с обеих сторон и 2.5 млн беженцев В. Нуланд в основном, понятно, русских. Из которых более половины худо-бедно нашли приют и поддержку как раз под крылом тех самых киевских русофобов. И даже смогли, участвуя в выборах, сформировать там местные органы власти, состоящие отнюдь не из ставленников «укрофашизма». То есть повели себя как матерые перебежчики, цинично переметнувшиеся в стан предателей.

Ничуть не удивительно, что Кремль, оценив итоги братской защиты, усиленно пытается запихнуть тлеющий уголь Донбасса (вместе со спасенными там русскими) назад за шиворот Порошенко. Чтобы тот платил за перебитую на всенародном празднике борьбы с киевской хунтой посуду. А также за сбитый над территорией Украины малазийский «Боинг», за падение цен на сталь в 4 раза и вообще за все-все-все, что превратило Донбасс в развалины. Не Путину же платить! Как и предсказывалось, героическое военное перетягивание Донбасса сменилось его мирным перепихиванием.

В принципе, ничего нового: аналогичным образом крупный лубянский патриот Д.О. Рогозин требует от Молдавии плату за газ, украденный его друзьями в суверенном Приднестровье. Молдавия его, естественно, посылает. Они там в Кишиневе такие предатели!! Жители ДНР/ЛНР, учившие диалектику не по Гегелю, не всегда успевают за извивами кремлевской политической мысли и в простоте своей все чаще жалуются, что Путин их «слил». Видимо, они тоже ожидали чего-то другого.

Образцы и приоритеты

Какой он все-таки странный, наш народ-победитель. Смотрит интервью президента Путина по центральным каналам и верит. Наблюдает, как председатель ЦИК РФ В.Е. Чуров в краткие часы досуга облачается в церковный стихарь и учит прихожан Родину любить, говорить правду, приобщаться к духовным скрепам — и тоже верит. Читает про подвиги эффективного и бескорыстного тов. Сталина — опять верит!! Хотя, казалось бы, давно пора понять устройство мормышки.

Почему-то товарищи упускают из виду очевидный медицинский факт: И.В. Сталин был самым крупным частным собственником в истории человечества. И, кстати, самым большим либералом – только для себя. Безраздельно владел, распоряжался и при необходимости отчуждал природные ресурсы, денежные средства и население самой богатой страны мира, занимающей 1/6 часть планеты. Куда там султану Брунея, не говоря уж про мелочь вроде Абрамовича! Их жалкие яхты близко не стояли с персональной линией метро от ближней дачи до рабочего места в кремлевском офисе. Вот масштаб, так масштаб.

Вместо этого довольно прозрачного и где-то даже тривиального наблюдения народ-победитель (он же народ-богоносец), не щадя себя, углубляется в требующие недюжинных затрат ума и воображения споры о том, в какой именно степени тов. Сталин был суров, а в какой справедлив и кирзовые либо яловые сапоги он носил как свидетельство близости к людям труда. Стыдно признаться, но для дискуссий такого уровня мы еще не доросли. С нашей крестьянской точки зрения эка невидаль – эксплуататор в сапогах. У богатых свои причуды. Вон, хозяин ИКЕА ездит на Вольво чуть ли не 80-го года выпуска, а Билл Гейтс носит такие же джинсы и свитеры, что и рядовой клерк из его корпорации. А что, в самом деле, им свои миллиарды на утренний бутерброд что ли намазывать?

Неудивительно, что многочисленные продолжатели дела великого вождя все как один в первую очередь тоже укрепляют свою личную вертикаль. Выслав, расстреляв или посадив всех потенциальных конкурентов. А к решению вопроса о персональном метро и прочих удобствах приступают чуть погодя, во вторую очередь. Порой удовлетворяясь, в зависимости от масштаба, отжимом у спасенного населения автомобилей, жилплощади, драгоценностей, денежных средств, а также средств производства, если таковые еще остались. Понятно, во имя человека труда и общенародного счастья. Не для себя же!

Когда в спасенном от законной власти Крыму развернулось ударное гопничество, патриотическое отжимание и перетягивание лакомых приморских кусков и героическое воровство федерального бюджета, отдельные романтики «Русской весны» оказались разочарованы. Спикер севастопольского парламента г-н Чалый даже подал в отставку, объяснив, что новой властью за год для горожан ничего не сделано. Как это не сделано?! Еще как сделано. Просто не для всех. Тем не менее, ощущение удара в спину осталось. Хотя не очень понятно, кто кому нанес: Меняйло Чалому или Чалый Меняйло? Или оба друг другу? Казалось бы, одухотворенные русские люди. Должны были спина к спине давать отпор, плечом к плечу крепить фундамент и рука об руку идти к светлому будущему. Но нет, не получается! Ясное дело, без вредительства не обошлось.

Крымчан честно и откровенно предупредили, что за счастье быть на Родине они должны быть готовы встретить хоть камни с неба. Полные энтузиазма крымчане к камням охотно приготовились: дело нехитрое. Но тупого воровства, скачка цен, коррупции и номенклатурного идиотизма параллельно с безответственностью почему-то не ждали. И, тем более декабрьских ночей без электричества. Опять разочарование: мы так не договаривались! Про идиотизм и воровство никто не предупреждал. Камни с неба давай! Где камни?! Украли, небось…

Для восстановления доброго имени ВЦИОМу следовало бы провести в Крыму телефонный опрос: «Что бы вы предпочли – камни с неба или рост цен на лекарства?» Уверен, большинство решительно выступило бы за метеоритный поток. Где-нибудь через 4 миллиарда лет, после столкновения с «Млечным путем». Ибо наш мужественный народ смел до безрассудства, свято хранит боевые традиции отцов и дедов. Но при этом себе на уме. Чем, в конце концов, и дорог. С другой стороны, при вертикальном руководстве иначе и не выживешь. Так что удивляться нечему.

Сурово брови в телевизор насупить, сглотнуть комок в горле, утереть сжатым кулаком скупую мужскую слезу, дать отпор и поиграть желваками – это все он прекрасно знает и умеет. Учить не надо. Но в то же время хорошо видит, что надутый кровью, грязью и враньем пузырь новороссийского мифа лопнул. Видит, да не скажет! Особенно врагам, которые сегодня буквально всюду. Поэтому он лучше пока помолчит — так оно здоровее будет.

Будучи глубоко русским человеком, В.В. Путин ведет себя примерно так же. В 2015 г., в отличие от 2014 г., он аккуратно избегал даже самого термина «Новороссия». И не зря. Весной 2015 г. Олег Царев, лидер сказочного новороссийского парламента и виртуального движения «Новороссия» признал, что проект «заморожен». Об этом же сказал и глава МИД ДНР Александр Кофман. Лидеры самопровозглашенных республик сошлись на том, что то ли предпосылки не созрели, то ли фальстарт случился, но в любом случае вышла некоторая промашка. Не уточняя, понятно, с чьей стороны. Мы же русские, в конце концов! Чего там мелочиться. Подумаешь, 9000 убитых и 20 000 раненых. С кем не бывает. Конь о четырех копытах, и тот спотыкается…

И никому в голову не придет вежливо спросить: «Уважаемые господа из вертикали! А вы никогда не попробовали быть хоть чуть-чуть умнее коня?»

В связи с переоценкой стратегических планов главной заботой вертикальных сказочников в 2015 г. стало выведение некрасивых бурых пятен с белого фрака (или уже френча?) Собирателя Земель Русских. Которые, к тому же, появились там не пойми зачем — как выяснилось апостериори. Ладно, допустим. Но как тогда быть с патриотическим воем 2014 г. про 20 миллионов русских, 25 лет изнемогающих под гнетом укронацизма?! Да никак. Забудьте. Сказано же — фальстарт. Пусть себе дальше изнемогают, им не привыкать. Может, со временем предпосылки дозреют. Хотя вряд ли. И вообще нам не до этого. Надо освободительный бюджет осваивать. Думаете, легко?

Вообще-то, если со стороны посмотреть, возможно и другое объяснение всей этой истории. Настоящей целью с самого начала было как можно больней наказать Украину за отказ возвращаться в кремлевское стойло. А изнемогающие под гнетом русские – не более чем предлог. Ну, что с ними сделается? Что по ту сторону границы, что по эту. Пробоины замажут глиной, окошки заткнут тряпьем, зиму на буржуйках продержатся. Покойников зароют. Бабы новых народят… Проехали, в общем. Кто старое помянет, тому глаз вон. Мы же патриоты! Нам, как великий народ, надлежит решать только величественных задач, понял-нет, дарагой? Не отвлекаясь на пустяки и нехороший разлагающий скептицизм, мамой клянусь…

Мировой масштаб

Следующая остановка – изнемогающие под гнетом мирового империализма братские народы Сирии, Ирана и «Хезболлы». Разве ж мы не мусульмане? Разве не патриоты? Разве можем в нелегкий час испытаний не протянуть руку помощи и отказаться от выполнения интернационального долга? Пепел Афганистана стучит в наше широко распахнутое сердце. Прям свербит под переносицей, честное слово.

Вскоре после того, как путинские соколы отбомбились в Сирии, 224 хорошо отдохнувших соотечественника, включая 25 детей, были убиты над Синаем. Опять удар в спину! Мы же так искренне верили в спецслужбы братского Египта! Так верили! Никому в голову не пришло перед началом операции принять дополнительные меры безопасности для защиты соотечественников на пассажирских рейсах. И, надо признать, египтяне до конца держались профессионального кодекса чести: так и не признали, что на борту состоялся теракт. Если бы не предательство англичан, французов (производителей самолета), турок (акционеров авиакомпании) и прочих шкурно заинтересованных лиц, все было бы с чувством глубокого удовлетворения спущено на тормозах.

Народу уже честно и ненавязчиво было рассказано про криво приваренный французами хвост, про многочисленные конфликты экипажа с жадными турецкими хозяевами, про давно выработанный технический ресурс борта и аварийные запросы на посадку незадолго до крушения.

Народ, понятное дело, поверил. Про французов-то и турок? Да в одну калитку. Мы же их били, откуда у них приличные самолеты?! Ежу понятно, сам развалился. Точно так же народ верил и Сталину с Молотовым, когда те втирали про необходимость оказать братскую помощь немецкому пролетариату в справедливой борьбе с развязавшими Вторую мировую войну британскими империалистами. Кто ж знал, как оно в итоге повернется! Но Сталин-то с Молотовым здесь причем? Они же только добра и справедливости хотели. Как и В.В. Путин с С.В. Лавровым. Ну, и еще чтобы с нами считались.

Поскольку завоевать уважение выдающимися экономическими, научными, культурными, технологическими и социальными достижениями за последние 50 лет (после того, как окончательно вымерли люди еще той, дореволюционной закваски и образования) никак не получается, остается последняя опция: опять достать из-под ватника Кузькину мать.

Мать Кузьмы во льдах геополитики

К сожалению, даже в этом победоносном контексте В.В. Путин более походит на зазевавшегося рыбака, перепрыгивающего с льдины на льдину во время ледохода. Бросил снасти, улов, на ходу уже и сам ватник скидывает. Не до жиру, быть бы живу! Внешний мир, затаив дыхание, наблюдает и тревожится: не дай бог, Кузькину мать обронит. Легко ли джентльмену без ватника-то?! Может, ему какую-никакую материальную помощь от месткома выписать? Так ведь, поди, опять в наперстки проиграет…

При взгляде из России угроза видится несколько иначе. Кузькиной матери мы не боимся — черт с ним, с Воронежем, в конце концов. Хуже, что вместо другого берега, до которого он чает доскакать – зыбкий советский мираж. А позади раскисшие льдины миражей вчерашних, предательски не оправдавшие доверия. Превращение рубля в мировую резервную валюту; 25 миллионов квалифицированных рабочих мест; тихая гавань или островок (они там плоховато разбираются в геоморфологии) стабильности; торговля нефтью за рубли и альтернативная нефтяная биржа; удвоение ВВП; пройденный пик кризиса и баррель, который не может стоить дешевле 60 долларов; 30 тысяч одних курьеров; выкопать пруд, построить мост и чтоб на мосту торговали купцы…

Впереди ледяная мгла. И растущие подозрения, что земли обетованной за ней нет. И купцов тоже. Если по чести, ее и в былые годы не было: у кромки паковых льдов им. И.В. Сталина можно было бить китов, спасать «Челюскина», выживать (впроголодь), воевать (числом, а не умением), громоздить идолов и сочинять героические легенды — но никак не строить конкурентоспособную экономику и государство. Процесс распада потихоньку продолжается. Нехорошие потрескивания доносятся даже из царства батьки Лукашенко, который долго справлялся с ролью общенародной Снежной Королевы лучше Путина. Но, видать, и Батьку достало глобальное потепление. Казахстан тоже косится в сторону: уж слишком эксцентрично ведет себя ледовый жонглер.

Зачем даром слова тратить – постсоветский геополитический реванш полнее всего описывается опять же пустым белым листом. Наши МИГи будут в Риге, не смешите мои «Искандеры», жалкий Европейский союз, пеньковой косичкой вкрученный в могучий кран Газпрома, неминуемый крах империи доллара и глупые американцы, прыгающие в космос на батуте, – куда в 2015 г. делся весь этот рождественский вертеп? Тонем, братцы! И одновременно еще горим. Ну, в смысле синим пламенем патриотизма и державничества.

Сколько раз их по-хорошему предупреждали: не садись на газовый пенек, не ешь нефтяной пирожок. Козленочком станешь! Но им все пофиг: империя зла, полюбишь и козла. И хоть бы раз, козлы, подумали – кому они в Риге нужны со своими МИГами? Кому от них станет лучше, кроме выдающегося русского патриота по фамилии Линдерман? Ему, впрочем, тоже лучше не станет, потому что он усталый состарившийся мазохист, тщетно ищущий порки от властей то в Риге, то в Москве. Он уже всем надоел, и ему уже все надоели. И вы, господа, со своими МИГами тоже.

У вертикали остается одна, целиком вынужденная стратегия. Вперед и вниз, к полной и окончательной заморозке и анабиозу. «Железный занавес», ватная изоляция, «холодная война», суровые нитки, духовные скрепы. Цель ничто, движение все. Иначе Гаага, черенок от лопаты, бог знает что еще с цепями и шестеренками из линдермановского секс-шопа. Страшно. Не спать, замерзнешь! Полоса, вчера казавшаяся черной, сегодня выглядит белой – а как иначе, если цель лежит внизу и задана иллюзией былого величия. Где мы решительно давали отпор вражеским козням, сплоченно преодолевали временные трудности и твердой поступью скакали к светлому будущему. В действительности необратимо отставая от конкурентов. Пока в конце концов не допрыгались до закономерного итога.

Что случилось с путинской элитой? Она заблудилась

Который, милые, год нынче на дворе? Решающий, определяющий или, как надеются оптимисты, завершающий? Да кто ж его знает. И какая, собственно, разница, если в советском мифологическом тумане не предусмотрено ни времени, ни пространства. Патриарх Кирилл вслед за президентом Путиным повторяет, что Россия ведет в Сирии оборонительную войну. Господи, покажите ему на карте, где Сирия и где Россия! Он даже не понимает, что перепевает Галича полувековой давности: «Граждане, отечество в опасности, наши танки на чужой земле…»

Они действительно утратили чувство реальности. И, кажется, им это нравится. Дарит иллюзию силы. За счет приобщения к иллюзии величия.

Ну нарисуйте, пожалуйста, на глобусе – нет, даже не реальные, а хотя бы ментальные границы вашего «Русского Мира». Обозначьте, где вы их себе мыслите. И прикиньте, как намерены оплачивать их возвращение, обеспечивать силовой и административный контроль, привлекать инвестиции, оплачивать социальные программы. Только, по возможности, честно.

Ответ «как Сталин» не проходит, ибо нечестен. При Сталине не платили пенсий, доля стариков в структуре населения была втрое ниже (долговременное наследие счастливых царских времен и бэби-бума сравнительно сытых лет НЭПа), образование в старших классах было платным, еду выдавали по карточкам и жилой площади приходилось менее 7 кв. м. на человека. Сейчас, для справки – почти 25 кв. м. И все равно мало.

Если честно возвращаться к сталинским стандартам, придется согласиться, чтобы к вам (к вам, конкретно!) в квартиру подселили десяток новых жильцов, втрое-вчетверо увеличив нагрузку на квадратный метр. Чтобы зарплату платили деревянными рублями (а трети населения вообще не платили). Да! Еще придется уничтожить каждого второго мужчину в возрасте старше 60 лет и женщину старше 55. Чтобы не дармоедствовали на могучем оборонном бюджете Родины.

При таких (и еще многих других – всех не перечислишь!) материальных ограничениях и сегодняшних политических реалиях, включая «гибридную войну», память о Голодоморе и пр., и пр., прикиньте для себя. Малороссия в «Русский Мир» реально входит или уже нет? А Киев – мать городов русских? А «Белая Русь» под властью суверенного батьки? А Восточная Пруссия? Гренадскую волость, за которую хлопцы, покинув хату на Лубянке, ездили воевать в 1936 г., не забыли? Как сами-то думаете — через 5-10 лет соседи будут ближе к Москве или отшатнутся еще дальше и необратимей, опасаясь ледогона с Кузькиной матерью и керосинкой в руке?

И еще. (Только опять по возможности честно!) Скажите, что надлежит сделать, чтобы хотя бы существующие границы «Русского Мира» в среднесрочной перспективе удержать, уж не замахиваясь на ваши сказочные. Побольше ракет и атомных подводных лодок или понадежней рубль, побогаче экономику, поярче культуру и язык, почестнее выборы и СМИ, повыше международный имидж и престиж?

Женский батальон

Нет, все мимо и зря. Не врубаются. Любая, пусть хотя бы словесная четкость и конкретность невозможна и недопустима в мареве путинской дурман-машины. Опять в ходу вербальные пузыри без адреса и смысла, значение которых радикально меняется в зависимости от того, кто их произносит. Кощунство, глумление, святыни, заветы, духовность…

Для меня, например, кощунство – это использование драгоценного русского языка, чтобы пороть восторженную ахинею или глумливо врать народу через ТВ. А для тех, кто этим кормится (в том числе в рясах) – наоборот, святотатственна сама мысль о том, что они всего лишь паразитируют на народе и языке, которого, в общем-то, недостойны.

Быстрое разрастание словесного желе закономерно влечет за собой ренессанс такого занятного феномена как политическое кликушество. Оно столь же необходимо и органично в путинском ландшафте, как явления предателя-вредителя или удара в спину. Поменьше рационального, побольше ада и визга. Чем хуже реальные дела, тем выше ценится надрывность, когда В.В. Путин и избранный им курс не по хорошему мил (на трезвую голову там и вправду хорошего немного), а по милу хорош. Соответственно, на эстраду выходит ансамбль девчат-комсомолок из деревни Потемкинская, готовых грудью согреть и защитить утомленную несправедливыми ударами спину любимого начальника.

Темп речи ускоряется, напор усиливается. Содержательная часть идет лесом. «Как мать говорю и как женщина…» Понятно, в этом непростом жанре в первую очередь преуспевают лица мужского пола, вроде Д. Киселева. Но и у настоящих женщин тоже порой получается совсем неплохо. Вспомнить хотя бы гражданку Тимашук, которая преуспела в разоблачении врачей-отравителей. Без ее кликушеской арии спектакль 1952 г. много потерял бы в смысле зрелищности и эффективности. Милые дамы придают вялотекущей патриотической истерике живительную нотку пряности и стервозности, на что растерянной маскулинной оппозиции ответить совершенно нечем.

Кликушество полезно и интересно еще и тем, что оно заразно в социальном смысле. В былые времена женщины впадали в истерику целыми деревнями; бывало, болезнь распространялась сразу на несколько соседних сел. Но до масштабов целой страны эту форму коллективной реакции на стресс смог распространить только гений тов. Сталина. Даже не имея телевидения, он сумел заставить миллионы пребывающих в застарелой фрустрации граждан искать и находить затаившихся шпионов и врагов среди соседей, коллег, друзей и ближайших родственников.

Сегодня мы только в начале этого славного пути. Но стилистика уже узнаваема.

Мы же себя показали наконец? Считаться заставили?! С колен поднялись?! А они, подлецы, нас в ответ санкциями! Предатели!

Да, да, конечно. Поднялись, показали и заставили. Еще как! Вон, Леся Рябцева показала. И Кристина Потупчик тоже. И у Ирины Яровой тоже совсем неплохо получается. А еще Мария Захарова, Валентина Матвиенко, Вероника Крашенинникова и вся прочая обобщенная Света-из-Иванова. Жаль, давно г-жи Нарочницкой не видно – все ли у нее в порядке? Или по-прежнему укореняет «Русский Мир» в Париже? Нелегко ей, поди, без МИГов и Кузькиной матери. Но все равно от напора этих сладкоголосых сирен любой клеветник и отщепенец, подкравшийся для удара в спину, трепещет и бежит.

С ними трудно спорить. Ведь где-то там, в суровом поединке неизвестно с кем мы действительно кого-то одолели. Пресекли, выслали, вскрыли, дали духовными скрепами по сопатке, начистили нюхальник и выписали пендюлей. Безальтернативно заняли достойное место! (Где-то наравне с Турцией, позвольте уточнить?!) Ах, как вам не стыдно лезть со своей шовинистской конкретикой в прекрасный мир женских фантазий! Вы еще спросите, сколько это стоит. Мы всегда знали, что Путина критикуют лишь уроды и завистники за деньги Госдепа, а теперь это очевидно буквально любому, у кого есть глаза…

Короче, враг наголову разбит и в панике отступает. По всем направлениям. Какая разница, где и когда. Везде и всегда! В день какой, неведомо, в никаком году…

В этой взмыленной среде хорошо подготовленная кликуша с ведром развесистой клюквы стоит матерого боевого слона. Ладно, ладно, бог с ними, довольно. Но дальше-то что?

А дальше будет только лучше! Тоже по всем направлениям, азимутам, радиусам и векторам. За исключением отдельных недочетов — у кого не бывает? — мы своих недостатков не скрываем, мы с ними боремся и боролись, и было бы гораздо лучше, если бы некоторые не раскачивали лодку — не лили воду на мельницу — не отравляли своим присутствием — не вставляли палки в колеса, елки в палки, руки в брюки, дедку в клетку, клетку на скрепку, бабку за попку… А также ложку дегтя в чувство локтя. Вот! Съел?!

Может им на допинг провериться, как нашим олимпийским чемпионкам по легкой атлетике?

Светлое будущее

Задача на 2016 г. – остановить и законсервировать текущее прекрасное мгновенье. На максимальный срок. Улучшить все равно не удастся — и все это понимают. А консервация для вертикали как раз задача понятная и привычная. Ее решение определяется вовсе не повышением уровня жизни, экономическим ростом и прочей чуждой нам ерундой, а высотой, длиной и толщиной «железного занавеса».

Поэтому пафос наступающего года ясен: это будет год небывалой духовности. И небывалой цензуры. В частности, из классического новогоднего приветствия «Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты…» вырежут вторую часть, где пытливая советская детвора интересуется подарками и дедушкиной сексуальной ориентацией. Для решения этой архиважной задачи уже создан специальный фонд и объявлен тендер. Так что подарков точно не будет. Насчет ориентации скоро увидим. А до той поры будем тянуть и жевать идеологическую резину вне времени и пространства.

2016 г. не будет ни решающим, ни определяющим — эти понятия утратили смысл еще 40 лет назад вместе с разговорами о более высокой производительности обобществленного труда и исторических преимуществах планового социалистического хозяйства. Не будет он и обещающим: все уже обещано до нас, причем не единожды. Хочешь – не хочешь, ему остается быть только отвлекающим, запрещающим и вдохновляющим. Других вариантов нет.

Опасность в том, что вертикаль не знает ничего более вдохновляющего и отвлекающего, чем маленькая победоносная война. А подходящих соперников вдоль забора уже не осталось. С Украиной не вышло, с Турцией и НАТО страшно, с ИГИЛ как-то вязко и беспросветно… Прибалтика? Опять НАТО. Остается переключаться на внутренних врагов.

Года на два, пожалуй, хватит. На три – уже сомнительно. Но раньше или позже все равно рухнет. И тогда начнется вовсе не аккуратное возвращение к нормальным европейским нормам жизни (на что почему-то надеется прогрессивная общественность), та же война – только не маленькая и не победоносная. На территории России. Между группировками силовиков, созданными режимом вроде бы для обеспечения баланса и безопасности.

Вертикальные режимы не только заводят страну и население в социальный и хозяйственный тупик – это бы еще полбеды, но и крайне затрудняют мирный выход из этого тупика. Он так устроен, что оттуда легче вниз, чем вверх. После падения вертикали в тупике остаются горы оружия, толпы потерявших работу мужчин, умеющих только воевать, миллионы фрустрированных граждан с пропагандистскими отрубями в голове и критическое количество карьерных авантюристов, всем жизненным опытом приученных презирать разного рода конституции, писаные законы, нормы и прочие права человека. Единственный настоящий закон, который они знают и понимают, въелся в каждого советского человека: кто сильнее, тот и прав… Я начальник – ты дурак… Винтовка рождает власть… И т.д. Наши победоносные люди выше и вне (опричь) закона! Они не ошибаются. Они и есть закон!

Вообще-то говоря, это называется мафией. Когда наступает время выбираться из тупика, группировки хорошо подготовленных вооруженных людей, приученных считать себя выше всех, начинают активно выяснять, кто кого из них сильнее. То есть правомочнее. Чтобы из такой ситуации вырулить без гражданской войны, надо обладать не только большим политическим талантом, но и элементарным везением. Кто может быть уверен, что нам повезет?

В этом смысле русско-украинская гибридная война 2014-15 гг. – всего лишь отложенная плата за долгое существование сталинского СССР. Ельцин с Кравчуком сумели договориться о мирном расставании – возможно, потому что у обоих были слабые политические позиции и отчаянный дефицит материальных ресурсов. Путин (благодаря не им проведенным экономическим реформам и крайне удачной сырьевой конъюнктуре) смог увеличить запас ресурсов и укрепить свои политические позиции. После чего вместо того, чтобы заняться дальнейшим экономическим ростом и приближением государственного аппарата к реальным нуждам граждан и регионов РФ, пал жертвой пошлых советских соблазнов. Не устоял, захотел исправить «историческую катастрофу» и восстановить Великий-Могучий — как это виделось в его травмированном Лубянкой сознании.

Исправил, низкий ему поклон. Теперь ясно, что робкая надежда отделаться от сталинского мафиозного наследия единовременной выплатой 1991 г., не оправдалась. Процесс продолжится: мертвый через систему выморочных приоритетов прочно держит живого. Значит, Воронежу все-таки следует приготовиться – просто так гэбэ и прочие силовики своих эксклюзивных прав не отдадут. Даже если бы – допустим! – захотели.

В самом деле, куда в случае перехода к реальной демократии денется Чечня вместе с ее специфическим вождем и воинством? Будут сидеть и смирно ждать следователя с вопросами о десятках бессудно убитых – начиная с Немцова и Политковской? Едва ли. Скорее, будут до последнего защищать свое суверенное право мочить, кого считают нужным, пилить федеральный бюджет и держать смердов (лохов) любой национальности в страхе и покорности. А если что, к их услугам моральная и материальная поддержка всего братского мусульманского мира.

Благодаря победоносным усилиям В.В. Путина, распад СССР в сравнении с все более вероятным распадом РФ вполне может показаться детским утренником. В соответствии с уже описанным сценарием: то, что вчера казалось черной полосой, на самом деле было белой.

Но это еще не скоро. До всего надо дожить. Так что с Новым годом вас.

Фото: Россия. Казань. 30 декабря 2015. Покупатель в магазине с брендовой продукцией "Вежливые люди" в международном аэропорту города. Егор Алеев/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2015
6 ОКТЯБРЯ 2005 г.
moscow_city.izbirkom.ru
Декабрьские грозы – большая редкость. Но, с другой стороны, ведь глобальное потепление. Если в 1993 г. явка на первые выборы в Московскую Городскую думу превысила 57% (конечно, благодаря совмещению с федеральными выборами), то в 1997 г. она снизилась до 31, а в 2001 – до 29 процентов. И вот ВЦИОМ сообщает, что в декабре 2005 на выборы собираются идти опять аж 57%. Из этого числа 39 пойдут железно, а еще 18 - скорее всего. Поскольку благими намерениями мостят известно, какие дороги, явка, полагаю, составит 40 плюс-минус 5 процентов. Что все равно значительно выше, чем в золотой лужковский век.

Климат все-таки меняется?

Мне кажется, Москва раньше других регионов выходит из по-своему сладкого постперестроечного раздраженного покоя. В начале 90-х грезилось, будто достаточно отменить коммунистический диктат, слезть с кушетки – и свобода нас встретит радостно у входа в общеевропейский супермаркет. И братья чек нам отдадут. К концу 90-х стало ясно, что мечты идиота сбылись бесповоротно – только этого мало. Братья оказались сволочеватые, а публика в супермаркете не всегда восхищалась вольнолюбивой привычкой народа-богоносца справлять малую нужду под прилавок. Кто-то, с одной стороны, за эти беды должен был ответить, а кто-то, с другой стороны, – спасти и защитить. Ответом на сей глубинный запрос пришли Лужков на московском Олимпе и Путин на федеральном. Сильные лидеры. Они – умеют!

Обретя искомое, народ-богоносец во главе с интеллигенцией как носительницей лучших его черт с облегчением перевел дух и занял привычную позицию на кушетке: все вокруг воры и подонки. Один приличный человек – прокурор. Да и тот, по чести сказать, свинья. Но хоть меру знает и населению слова говорит. Как положено, часть из устроившихся на кушетке акцентировала мысль о приличном человеке, а часть – о свинье. Но и те и другие с готовностью делегировали начальству эксклюзивное право на политическое действие. Целомудренно сохраняя себя, любимых, в покое и нравственной чистоте кушеточного созерцания. Зачем выборы в такой традиционной ситуации?!

И вот – не совсем по своей воле – общественное мнение опять вынуждено слезать босыми ногами на холодный декабрьский пол. Один Олимп явно идет на конфликт с другим. Столкновение грозит ущемить едва-едва появившиеся частные интересы сограждан, у которых от долгого лежания на основном предмете российского политического быта завязался какой-никакой жирок на брюшке. В конце концов, смачно плюнув на выборы и демократию, они вовсе не обещали плевать на собственные материальные интересы. И слава богу. Значит, народ не хуже любых прочих.

А тут беда катит в глаза! Питерские у стен белокаменной. Лужковскую бригаду в лице Шанцева, Бооса, Меня, сделав предложения, от которых невозможно отказаться, развели по провинциям. Мадам Батурина активно выводит средства из цементно-строительного бизнеса. Равно как и месье Ресин. Сам глава клана ускоренно строит редуты вокруг Мосгордумы. Которую ему, возможно, позволят контролировать в качестве утешительного приза и гарантии спокойной старости. А возможно, и не позволят.

Кто такой спикер Лужков без полномочий мэра, без бюджета, аппарата и проверенной в боях команды? Усохшая и побледневшая копия спикера Грызлова. Не власть, но тень власти. Что такое «Единая Россия», если она очевидно расколота на федеральную и городскую группы, которые слушают, соответственно, Грызлова и Лужкова? Два профсоюза бюрократов, которые делят не путевки в пансионат, как во времена СССР, а Клондайк-Сити с валовым производством 100 млрд у.е. в год и городским бюджетом около 15-17 млрд у.е.

Что думает крупный, средний и мелкий бизнес Москвы, привыкший под Лужковым худо-бедно проворачивать за год те самые 100 миллиардов? Велика Россия, а отступать некуда: губернаторских постов на всех не хватит. Вздыхая, он смекает, что а) придется по новой договариваться с новым начальством и брать на себя повышенные социалистические обязательства; б) хорошо бы сохранить хоть минимальные гарантии того, что начальство эти социалистические обязательства не задерет так, что от конвертиков придется переходить к мешкам. А что, кроме парламента, может служить хоть какой-то гарантией?

Давно кончилось первое время наивных выборов в плену идеологических иллюзий. На глазах кончается второе время циничного наплевательства на все и всяческие иллюзии – а заодно и на выборы. Начинается третье время – выборов по конкретному интересу. Москва, декабрь 2005 будет первой вешкой на этом повороте.

За 15 лет мы прошли огромный путь политического взросления. Если поглядеть со стороны, прошли по европейской, в общем-то, траектории. А сейчас есть реальная угроза сбиться. Тоже по-европейски – но в тупичок. Лет на 5-10. На выборах в Мосгордуму будут испытываться принципиально новые аранжировки политических интересов. Впервые будет рационально и по-новому представлен левый фланг. Не в смысле воплей о Ленине/Сталине, которые живее всех живых, а в смысле внятной социал-демократической программы экономических соблазнов. «Родина» будет целеустремленно прокачивать тему неприязни к «гостям столицы» – и это тоже новая и эффективная формулировка интереса значительной группы москвичей.

На этом фоне привычные рассуждения о свободах, правах человека и прелестях рыночной экономики, которые раздаются с правого фланга, выглядят откровенно провальными. Очень хорошо, что удалось объединиться. Теперь бы еще объяснить, для чего это сделано. На языке, привязанном к интересам и страхам конкретного москвича.

В стилистике третьего времени. Иначе на выборы и ходить не стоит.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2135
20 ОКТЯБРЯ 2005 г.
yahoo.com/afp
Китайский опыт — один из маяков, проливающих спасительный свет на сумерки межеумочной постсоветской эпохи. Он интересен сам по себе, как говорилось в советские времена — «объективно». Но еще более интересно его субъективное восприятие нашими согражданами. Воспитанные в простоте истмата, они чувствуют себя сиротами в сложном и огромном мире, который вдруг обрушился на их неокрепшие головы. И, понятное дело, хватаются за соломинку. Гребут, гребут на свет маяка! Мол, у китайцев все как надо – и держава в порядке, и экономический рост по 10 процентов в год! Душами соотечественников обуревает глубинная жажда опоры, подчинения и величия. В миражах этой испепеляющей жажды подвиги Китая приобретают поистине мифологическое величие.

Известный силой духа экономический сектант Андрей Паршев в замечательной во всех отношениях книге «Почему Россия не Америка» («Крымский Мост», Москва, 2001) уверенно говорит: «Китай, это уже очевидно, победил Запад в экономическом соревновании. Мало того, что его ВВП догнал американский – это настоящий ВВП, не дутый сферой услуг, как в США. И долларов китайская казна набрала столько, что выброси их на валютные биржи, и доллар рухнет». И в другом месте, для вящей крепости веры, добавляет: «С 70-х годов даже уровень жизни в США постоянно снижается... процесс этот просто незаметен». Незаметен, по мнению Паршева, оттого, что глупые американцы не видят, как за обновляющейся номенклатурой товаров буржуазная экономика прячет их реальное удорожание.

Такова простая реальность мифа. Но есть и другая, несколько более сложная. Она такова. В Китае только что прошел пятый пленум ЦК КПК. К пленуму двое тайконавтов совершили второй в истории страны пилотируемый космический полет. Прогресс налицо. И, в самом деле, не маленький. В июле рейтинговые агентства S&P, Moody и Fitch опять повысили стране кредитный рейтинг. Мировой Банк по итогам 2004 года поместил экономику КНР на седьмое место в мире. Ее объем составляет примерно одну седьмую часть экономики США и превышает объем экономики РФ. Правда, в пересчете на душу населения Россия опережает Китай в разы, а Америка – в десятки раз. Тем не менее, если нынешние темпы роста сохранятся, китайцы по валовому продукту догонят США к 2046 году. То есть мифологическая реальность Паршева опережает более трезвую реальность Мирового банка почти на 50 лет.

Вряд ли они совпадут даже по прошествии этого срока. Дело в том, что КНР в результате тридцатилетнего роста приблизилась к порогу, когда требуется качественный прорыв. Примерно как СССР к концу 60-х. В терминах экономики это значит, что настала пора переходить от экстенсивного хозяйства к интенсивному. Сегодня 8-9 процентный годовой рост (10% на самом деле в прошлом) в Китае сопровождается 15-процентным ростом потребления энергии. С трудовыми ресурсами дела обстоят так же. Если прорыва не будет, завтра рост окажется слишком дорог в деньгах, слишком разрушителен в экологии (неконтролируемое увеличение отходов) и жестко ограничен в естественных ресурсах – в том числе в критически важных для Китая земельных и водных.

В терминах социологии это значит, что прибитое маоизмом население через одно поколение научилось держать голову чуть увереннее. Раздражение властью зреет и внизу, и наверху. С этим, в частности, связан небывалый даже для Китая уровень закрытости пленума и крайне обтекаемые формулировки итоговых документов.

В 2004 г. зафиксированы 74 000 протестных акций населения против отдельных недостатков отдельных органов власти в отдельных провинциях. Вряд ли эти выступления можно назвать массовыми — в сумме число их участников составило, по официальной, оценке около 3 млн человек. Но для социалистического Китая поразителен сам факт их появления. Хотя оно и понятно. Как следует из августовского (2004) отчета Национального статистического бюро, среднемесячный доход примерно 350 миллионов жителей урбанизированной и процветающей приморской полосы, включая Пекин и Шанхай (именно здесь туристы и эксперты воочию наблюдают то, что называется китайским чудом), составляет примерно 130 долларов на человека. Включая миллионеров, естественно. В то время как для 700 миллионов сельских обитателей континентального Китая, где нет ни супергородов, ни зарубежных инвестиций, ни оплачиваемой работы, средний доход составил 31 доллар в месяц.

От 80 до 100 миллионов человек вообще без работы. Безработных в Китае больше, чем у нас в России работающих. Люди рвутся из голодной провинции в города, соглашаются на любые условия за любые деньги. 10-12 часовой день – не редкость. Охрана труда, медицинское обслуживание – не сравнимы даже с нашими мерками, не говоря о западных. Социальных пенсий по старости для большинства нет в помине. Нет и свободы перемещения. Если зону экономического чуда по-восточному пафосно уподобить поезду, идущему в будущее, то мест для всех в нем явно не хватает. Так у нас в 70-х было с Москвой. Административная машина, призванная уравновешивать диспропорции, перенапряжена, раздражена. И, что самое неприятное, обречена работать против интересов экономического развития.

Президент Ху говорит о необходимости сократить разрыв между бедными и богатыми. Он имеет в виду людей, но действует и на уровне территорий. У нас это называлось «стереть грань между городом и деревней». Центральная власть отбирает все больше ресурсов у процветающего приморья, приоткрытого рыночной экономике, и направляет их на державные интересы. Полет в космос – 6 миллиардов долларов. Укрепление армии и перевооружение – еще 30 миллиардов (официально) или 90 миллиардов («в серую», по оценке министра обороны США Рамсфельда). Приподнявшиеся региональные элиты ропщут или плетут «контрреволюционные заговоры». В ответ их подвергают чистке с обвинениями в баснословной коррупции. Для ведения административной войны с «поясом экономического чуда» власть вынуждена все сильнее опираться на поддержку военных, укреплять вертикаль и концентрировать полномочия. Впервые за многие годы первое лицо опять замкнуло на себя функции президента, генсека и Верховного главнокомандующего.

Опыт зоны «чуда» и интересы экономики требуют дальнейшей либерализации, конкуренции, экономической открытости, децентрализации и активизации частной инициативы. Интересы военно-промышленного комплекса, партийных идеологов и бюрократии, которые представляются публике как интересы стабильности и верности социалистическим идеалам, требуют прямо противоположного. Конфликт почти не проявляется на поверхности, но тем, кто жил в СССР, пузыри, всплывающие из омута, напоминают что-то очень знакомое. Более всего параллелей с переломной эпохой Хрущева-Брежнева.

Тоже мощный рывок экономики, освободившейся от оков параноидальной директивности Сталина. Тоже космос. Тоже жилищное строительство. Ощущение, что вот-вот «догоним и перегоним». Оттепель 60-х. Открытость миру. «Мы вас закопаем!» — сорвавшееся с уст Хрущева в адрес США. Но, с другой стороны, нарастающее беспокойство высшей бюрократии от утраты контроля, от проникновения чуждых влияний, появления каких-то странных форм низовой социальной активности…

Иногда совпадения смешны – вплоть до деталей. Вместо привычного жесткого пятилетнего плана КПК после пленума впервые выходит к народу с документом, название которого, следуя советской традиции, можно перевести как «основные направления экономического развития». Слова становятся все более неуловимы, а дела – все более предсказуемы.

Первый и важнейший шаг — ограничить свободу информации, усилить идеологический пресс. Приструнить всех слишком умных. Иначе массы людей, живущих как ласточки, в лессовых норах и питающихся впроголодь, начинают задаваться ненужными вопросами. Ненужные вопросы влекут за собой требования повышения уровня жизни. Повышение уровня жизни увеличивает издержки и снижает конкурентоспособность китайского экспорта. То же самое происходит, если либерализовать валютный курс. Чтобы не допустить того и другого, нужна жесткая административная рука. Но эта рука неизбежно душит потребление на внутреннем рынке, а значит, тормозит его рост. Чем, с одной стороны, усиливает зависимость страны от внешних рынков (именно поэтому Китай, вопреки Паршеву, никак не заинтересован в обвале доллара), а с другой – провоцирует социальную напряженность внутри. Давить которую правительство вынуждено не экономическими, а силовыми методами.

Пятый пленум сделал выбор в пользу китайской версии брежневизма. Как и в СССР конца 60-х, элита естественным образом предпочла сохранить и консолидировать власть и статус, вместо того чтобы шире раскрыть двери для модернизации. Обновленческий импульс Дэн Сяопина иссякает, наткнувшись на интересы партийной бюрократии.

Хотя слова, само собой, китайцами произносятся прямо противоположные. Это тоже знакомо. Можно ожидать, что еще несколько лет будут укрепляться внешние признаки государственной мощи и хорошо смотреться экономические показатели при едва заметном, но необратимом внутреннем торможении. Зона социального протеста понемногу переместится из маломощного и потому неопасного сельского Китая в зону бурного экономического роста, на которую Ху Цзиньтао хочет – не хочет, будет вынужден накидывать административную узду и все грубее ущемлять интересы ее обитателей. Столичный пояс Китая будет из года в год наращивать оранжевый (мандариновый?) оттенок.

Сколь долго будет накапливаться разрушительный потенциал и в какой форме он прорвется – бог ведает. Может, власть отреагирует «маленькой победоносной войной» против Тайваня, которую нарастивший мускулы военно-бюрократический аппарат затеет с целью сплотить нацию. Может, очередной массовой кампанией чистки коррупционеров и разложенцев. Может, будет гражданская война, конфликт с исламом где-нибудь в Синьцзяне или территориальные претензии к нашей Сибири. Может, что-то еще радикально иное с китайской спецификой.

У нас, если помните, эпоха брежневского гниения-процветания сопровождалась событиями в Чехословакии, вылазкой в Афганистан, но – главное – нарастающим чувством безысходности, отставания, ненужности и пустоты всего того, что из года в год долдонили стареющие персонажи с трибуны мавзолея. СССР с его директивной экономикой так и не смог перебраться через порог интенсификации. Для этого нужна была иная мотивация, иное соотношение прав гражданина и государства, иной уровень экономических свобод. И совершенно точно для этого не нужна была руководящая и направляющая сила с ее торжественными и неуловимыми по смыслу пленумами.

В результате у нас случилось все то, что случилось.
В Китае вряд ли будет мягче. Скорее, наоборот. Нам как соседу надо быть готовыми к любому варианту. Как оно ни повернись, мало все равно не покажется.
Между тем экономисты патриотического лагеря еще лет 5-10 будут лечить болящие души сограждан поучительными историями про китайский опыт. И про то, что виноват во всем, конечно, тлетворный Запад, заговорщики и разные прочие прихвостни.

А как же иначе? В противном случае им и жизнь не мила.

Обсудить "Чудо в перьях" на форуме

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2269
7 НОЯБРЯ 2005 г.
foto.rambler.ru
На неделе агентство Moody's в очередной раз объявило о повышении кредитных рейтингов Москвы и Питера. Прогноз – стабильный. Если вспомнить, что за 2004 Москва произвела валового продукта на 100 млрд долларов, собрав в свой бюджет за счет налогов около 17 миллиардов, становится ясно, что город в качестве профит-центра готов дать фору нефтегазовым полям Сибири.

Как же так? Ведь не сеет, не пашет, живет, сволочь, нетрудовыми доходами… Несправедливо. «Ты москвич?» – спрашивал трудовой народ у чванливых столичных жителей в советскую эпоху. И, получив утвердительный ответ, добавлял: «А где же твои колеса?» Сегодня шутка устарела — столичные жители пересели на иномарки, — но продолжают по-прежнему раздражать провинцию.

«Боже милостивый, — пишет «деревенщик» Василий Белов («Слово к Москве»), — почему Москва так безжалостна, так жестока к тем людям, которые кормят ее и поят, обувают и одевают, защищают от врагов и захватчиков?.. Мои пожилые соседки, которые день и ночь трудятся не покладая рук, не знают, куда деть молоко… А вы, дорогие москвичи, едите новозеландское масло и финский творог…» И в конце патриотичный вывод: «Долги города русскому крестьянству достигли астрономических цифр!»
Оскорбленное нравственное чувство оказывает странное воздействие на мозг писателя. Каким образом город ухитрился накопить астрономические цифры долгов перед селом, если он эгоистично не берет его продукцию? Видимо, долг совести. Тогда понятны и космические масштабы.

Вопрос серьезней, чем кажется. Ну да, раздвоение сознания. Ну да, шизофрения. Если бы в одной писательской голове, то и говорить нечего: считай, норма. Однако феномен очень широко распространен и явно имеет социальную природу. Общественное сознание смотрит на реальность, как известное сельскохозяйственное животное на новые ворота и совершает мучительный выбор: то ли реальность неправильная, то ли мои представления о ней. Само собой, выбор часто делается не в пользу реальности.

То есть Москва процветает неправильно. Беззаконно. Несправедливо. Антинаучно. Подобно раковой опухоли на здоровом теле. За счет мировой закулисы и врагов русского народа. А как же иначе? Иначе вся моя вера летит к черту, и какой же я тогда капитан-исправник!

Это и есть ментальный раскол. Признать реальность Москвы или отбросить ее как морок, мираж, вражескую пропаганду? Примерно так поступили в свое время красные кхмеры. Опираясь на лозунг Мао «Деревни окружают город», они разметали столицу Пномпень и истребили ее население. Оставляя в стороне моральные аспекты (зарублено свыше миллиона человек), в чисто функциональном смысле страна после этого замечательного эксперимента осталась без центра управления, обучения, культурной и научной жизни, медицинского обслуживания и пр. Победивший в битве за справедливость красный кхмер, если у него заболела жена или сын захотел получить образование, оказался вынужден решать эти проблемы с помощью деревенского колдуна. Или цитатника Мао. Что, в конечном счете, отбросило Кампучию не на десятки, а на сотни лет в прошлое.

В этом варварство материализма. Столица как социально-географический феномен действительно втягивает в себя безумные индустриальные, людские, пищевые ресурсы. А что она производит взамен — услуги? Деньги? Идеи? Кадры? Ценные указания? Как на грех, все какое-то не очень материальное. Выходит, налицо неравноценный обмен, несправедливость и, прямо сказать, эксплуатация.

И здесь очень кстати подворачивается Маркс с его простой идеей для простых людей: философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его! Как изменить? А на основе очевидных представлений о справедливости. То есть эксплуататоров перебить, равенство учредить. Переводя на географический язык — стереть грань между городом и деревней. Милое дело!

И ведь сработало. Но только там, где идеологией удалось напрочь заслонить реальность. Потому что в реальности всюду в мире растут города. И чем они быстрее растут, чем сильнее богатеют, тем лучше живется и всем прочим гражданам. Всюду они втягивают в себя ресурсы, производя взамен нечто все более эфемерное. Подумаешь, деньги! Раскрашенная бумага. Подумаешь, образование! У нас каждая кухарка научится управлять государством. Подумаешь, менеджмент! Пролетарий, получив завод в свои руки, справится не хуже!

Просто есть справедливость симметричная, а есть – асимметричная. Настоящая реальность – асимметрична. А вымышленная, в упрощенной и адаптированной для люмпен-пролетариата форме, – всегда подчеркнуто симметрична. Потому что дураку непонятна разница между ним и умным человеком, и успехи последнего кажутся ему несправедливыми. А умному – понятна. И он лучше других знает, чем платит за то, что снаружи выглядит как успех.

Марксизм, как верно подметил Сталин в беседе с редактором своей биографии В. Мочаловым в 1946 г., – есть религия рабочего класса. Религия, претендующая на звание материалистической и научной, но на самом деле факты реальности легко приносящая в жертву идейной догме. Город – один из таких фактов. Как социальное явление, он самым откровенным образом показывает, что окружающее пространство («объект эксплуатации») нуждается в нематериальных ценностях, которые город производит, по крайней мере, не меньше, чем сам «эксплуататор» нуждается в твороге и добрых советах от Василия Белова.

Иначе бы городов на лике земли не было. А они – есть. Более того, именно они содержат многочисленных «поильцев и кормильцев», взыскующих социальной справедливости. Уж где-где, а в СССР сельское хозяйство всегда было дотационным и держалось за счет прямой подпитки из города — либо деньгами, либо демпинговой соляркой, комбикормом, студентами в качестве рабочих рук. Кому, как не Василию Белову это знать.

Ведь и книги г-на Белова издаются не в пасторальной сельской тишине, а на городских полиграфических комбинатах. И раскупаются тоже в основном горожанами. Равно как и газета «Завтра», где он публикуется. Да и вообще книжное и газетное дело без города немыслимо. Не только в смысле материального производства бумаги и типографской краски, но, прежде всего, в смысле воспроизводства нематериальной интеллектуальной среды. Именно в городе (в глобальном смысле слова) рождаются и реализуются прогрессивные технологии. Например, майкрософтовские, на основе которых наши ревнители социальной справедливости создают патриотические сайты и верстают газеты, полные инвектив в адрес глобалистов и прочих врагов отечественной идентичности.

В эпоху, когда экономика все более становится нематериальной, сервисной и информационной, грубость и хамское унижение реальности до уровня материалистических представлений о том, как «оно должно быть устроено», становятся не только социально опасными, но и откровенно смешными. Вы-то откуда знаете, как оно должно быть? Кто напел г-ну Белову, что именно он — носитель русской идентичности и имеет право от ее имени вещать? Почему не мы здесь – в интернациональной, космополитической и конкурентоспособной Москве? Только потому, что у него лапти под лавкой лежат и лампадка перед иконой теплится?

Если Россия хочет быть конкурентоспособной в современном мире, она вынуждена ставить на города. Ставить на лидеров. На тех, кто берет на себя ответственность, рискует, ошибается и успевает исправить ошибку прежде, чем догонят конкуренты. Город — это место, где туже стиснуто социальное пространство и теснее сжато социальное время. Где за один день человек получает больше данных, совершает больше встреч, тратит и получает больше денег и принимает больше решений. Уже только за счет этой интенсивности, тесноты и спешки, которая всех нас так утомляет и раздражает, он, трижды проклятый и москвичами, и, тем паче, «гостями столицы», оказывается таким изворотливым, продуктивным и — богатым.

И не странно ли, что именно в нем, так явно перенаселенном, находятся все новые и новые рабочие места, новые профессии, новые способы производства, новые услуги, новые идеи и новые деньги? И ведь находятся. И люди едут и едут. Проблемы возникают. Проблемы решаются…
Город тянет за собой страну. Он придумывает для нее новые решения. Он – мозг, окно в будущее. За это ему страна, грубо говоря, и платит.

Обсудить "Город как олигарх. Часть I" на форуме

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2298
10 НОЯБРЯ 2005 г.
fotomoscow.homefree.ru
Город — реальность, которая раздражает. Но которую надо понимать и уважать. У него своя мера ответственности: беда, если он свихнется на величии, впадет в маразм или в летаргию, не сможет произвести для страны элиту, которая способна распознать и вовремя остановить сползание социума в бездну. Русская катастрофа 1917 года, в частности, была связана и с этим: не нашлось в столичных городах, среди лидеров, вменяемых и решительных людей, чтобы задавить кровавый хаос в зародыше. А потом – пошло-поехало. От неспособности дать теоретический отпор до неспособности защитить право и закон. А затем и собственность. А затем и жизнь. А затем и страну, и народ.

В конечном счете – даже грубо-материальную структуру расселения, то есть сеть тех самых российских городов.

Потому что впереди идет идея. А материя – следом. Сталин это знал лучше других. Идеологию он хранил пуще всяких там людей, городов, сел и прочей материальной мелочи.

В результате реализации революционных идей в СССР произошла деградация географического скелета городов по сравнению с досоветской эпохой. До революции у страны было две конкурирующие столицы плюс стремительно развивавшиеся Киев, Баку, Владивосток и Владикавказ, Одесса, Харьков, Ростов, Воронеж, Ярославль, Архангельск, Новониколаевск (Новосибирск) и масса других городов, естественно забиравших функции региональных столиц и точек роста. Процесс шел даже быстрее, чем в США, где росли Чикаго, Детройт, Сан-Франциско, Филадельфия и т.д. Но советская власть затормозила, а местами обратила вспять процесс развития городов как самодостаточных центров социальной и экономической активности. Питер пал первым – как бы в наказание, что не смог удержать революцию. А затем страна вернулась к политике городов-заводов, что почти буквально повторяет сценарий восемнадцатого века: комбинат и при нем мрачный город как место размещения полукрепостных трудовых ресурсов. И не более того.

Города как свободные фокусы социального (политического, культурного, демографического, рыночного) пространства были замещены городами как центрами оборонки. Москва же стянула на себя непропорционально много функций, отобранных у провинции: культуру, всю политику, всю инновацию, почти всю науку. Поэтому, когда оборонка оказалась неактуальной, у огромного числа наших городов не оказалось в запасе альтернативы.

Здесь кроется дополнительный источник неприязни к столице. Для патриотов советского быта сам по себе факт стремительного роста столичной экономики за счет развития сектора услуг сегодня смотрится как предательство. Город второго порядка, вся жизнь которого была замкнута на военное производство за счет госзаказа, а не на рынок и не на интересы населения, искренне не понимает, как можно расцвести столь быстро и легко, как Москва. Людям кажется, что Москва поднялась не за счет собственных преимуществ, а за счет эксплуатации окружающих. Однако в Москве тоже лежали и ЗИЛ, и завод «Москвич», и многие другие производства, для продукции которых не оказалось места на рынке. Тоже был кризис. Но поскольку у столичного города были в запасе ресурсы иного плана – прежде всего, людские, — на месте вымирающих гигантов выросли новые, немыслимые прежде места трудоприложения.

Впрочем, в антимосковских настроениях своя логика, конечно, есть. Но слегка кривоватая. Москва как плод властной гипер-централизации в советскую эпоху не столько сама процветала, сколько других тормозила. То, что в ней была колбаса, а в Красноярске не было, сегодня не кажется бог весть каким преимуществом. Тем не менее, когда поводок отстегнулся, именно Москва ушла в отрыв. Не на колбасе – на людях. Сегодня, через 15 лет, другие города худо-бедно тоже начали подтягиваться. Ну и дай бог. А вот до села, откуда все, что было способно передвигаться, убежало, ушло, уползло еще в брежневские времена, возрождение дойдет еще не скоро.

Восстановление идет быстрее, чем деградация, но меньше чем за поколение невозможно восстановить то, что рушилось в течение трех. А покуда структура не восстановится – отрыв лидера будет раздражающе велик.

Спасение не в культивировании обид и комплексов, а в способности смотреть в лицо реальности. Москва – лидер. Она, в частности, обязана создавать правовое, инфраструктурное, политическое пространство, способствующее развитию подопечных территорий. И как раз в этом отношении претензии к ней сегодня оправданы: вместо того чтобы помочь регионам развиваться, она опять пытается их встроить в советскую «вертикаль», отбирая ресурсы на государевы нужды. Эта ложная трактовка лидерства даст горькие плоды не сегодня и не завтра, а через несколько лет. Ведь страна и люди живут не Москвой, а провинцией. Значит, оставьте деньги там, где люди и где страна. Они без вас лучше разберутся… Однако – Государство! А вот оно как раз живет не провинцией, а Москвой. В Москве – министры. В Москве – программы. В Москве – казначейство, оборона, полиция и прокуратура… В Москве – о! — Кремль.

Москва как город стране очень нужна. Москва как Кремль нужна не столько стране, сколько Государству. Чувствуете разницу? Вот и решайте.

Точно можно сказать, что России, которая по площади равна Канаде вместе с Австралией, физически остро не хватает десятка-другого межрегиональных столиц, чтобы осуществлялось эффективное управление гигантской территорией. То есть решение не в том, чтобы негодовать в адрес единственного нашего супер-города, а в том, чтобы создать условия для роста сопоставимых с ним конкурентов. Пусть Москва растет себе как Москва. Но совершенно незачем и даже опасно для регионов ей расти как Кремлю. Он и так себе лишних полномочий набрал – не справляется.

В течение последних 10-15 лет вдогонку пустились – с разной мерой успеха – такие столицы второго ряда, как Питер, Казань, Нижний, Самара, Екатеринбург, Ростов, Пермь, Красноярск, Новосибирск и некоторые другие в. Причем чем либеральнее была городская среда, тем лучше получалось. Что естественно. А, например, Воронеж, Ульяновск, Уфа, Челябинск – при очень неплохом потенциале остались явными аутсайдерами. Только из-за затянувшегося пребывания у власти начальников советского образца.

А сегодня, глядишь, и столица стала что-то слишком часто оглядываться на Красную площадь. Выгоды роста и своего центрального положения Кремль все очевиднее использует для фиксации преимуществ и удушения инициативы снизу. То есть лидер вместо того, чтобы искать более гибкие и совершенные методы, адекватные сложности окружающего пространства, предпочитает упрощать это пространство до уровня собственного понимания.
Ему опять виднее, «как оно должно быть устроено». Он знает лучше. Интересно, столичная среда снова проглотит эту пилюлю, или все-таки за время свободы она успела поднакопить сил для исполнения своей главной функции?

Обсудить "Город как олигарх. Часть II" на форуме

[Дмитрий Орешкин]

https://openrussia.org/post/view/12775/
13 февраля 2016
Политолог прочел в лондонском клубе «Открытая Россия» лекцию «Сталин и Золотая Орда: миф евразийства в путинском ''русском мире''». Мы публикуем видеозапись и текст его выступления.
Я буду говорить про Золотую Орду, немножко про Сталина и немножко про Путина. Дело в том, что Россия и Азия — это очень актуальная тема для русской культуры XIX века, и потом, на 100 лет она выпала из поля внимания. Она была табуирована, про нее забыли.
_KxBO8XLOOA
Весь XIX век обсуждались проблемы азиатчины в России, или татарщины, как ее называли. Блок пишет про скифов; последователи Блока, исходя из панмонголизма, пишут про евразийство — этот термин пародируется выражением о том, что Россия это скорее, тогда уж, «азиопство», а не евразийское государство, и так далее.

Но когда думаешь об этом, сразу возникает вопрос: что такое Азия? Это же не Индия, и не Персия, и не Япония. Вот что такое азиатство? Обидный такой термин — я прошу заранее прощения за неполиткорректность, терминология еще не отстоялась.

Мне кажется, что дискуссию через 100 лет надо бы было развернуть и сделать конкретней. Дело в том, что Азия — это слишком общий термин, а на самом деле есть азиатские оседлые цивилизации, которые оставили после себя города, памятники архитектуры, замечательную письменность, и есть азиатские номадические или кочевнические культуры. Вот как раз с ними Россия и взаимодействовала — через Батыя, через Мамая, и поэтому термин «азиатство», или «азиатчина» — с уничижительным оттенком, относится, прежде всего, именно к ним.

И как бы ни относились русские люди к этой вот азиатчине, на самом деле наша культура очень многое приняла от них и освоила.
Чтобы быть более конкретным, я хотел бы добавить географическую составляющую, а именно — отношение к ландшафтам. Потому что, если представить себе географическую среду, географическую оболочку как некую запоминающую поверхность, то от номадов, кочевников, на ней практически ничего не осталось. А от оседлых цивилизаций остались памятники, остались и материальные напоминания, осталась вполне состоявшаяся письменная культура.

Прежде всего, первый раздел касается незримого присутствия азиатской, кочевой составляющей в русской культуре.

В 1825 году, будучи 26 лет от роду, Александр Сергеевич Пушкин пишет статью, которая называется «О предисловии г-на Лемонте к переводу Басен И. А. Крылова». Вот что пишет Пушкин, который был плодом лицея, плодом европейской культуры, которого дразнили в лицее, как француза. То есть человек, который воспринял западную культуру в более отчетливой форме, чем кто-либо другой в России:

«Г-н Лемонте напрасно думает, что владычество татар оставило ржавчину на русском языке. Чуждый язык распространяется не саблею и пожарами, но собственным обилием и превосходством… Рассмотрение сего вопроса завлекло бы нас слишком далеко. Как бы то ни было, едва ли полсотни татарских слов перешло в русский язык».

Тот редкий случай, когда Александр Сергеевич ошибается: следы тюркско-монгольских языков очень активно присутствуют в России, просто они стали уже русскими, и мы их не замечаем как чужие, — это наши слова. Я сегодня утром подобрал несколько десятков слов от А до Я, пришедших в голову, чтобы вступить в спор с Пушкиным: амбар, алтын, баклажан, балык («рыба» по-турецки), башмак, булат, болван (памятник или идол), боярин, диван, жемчуг, изюм, ишак, кадык, казан, карандаш, караван, караул, кобура, кафтан, кушак, лошадь, нагайка, сарай, табун, таракан, телега, тулуп, халат, чемодан, штаны, фарфор, ярлык (княжеский ярлык давал хан Золотой Орды на княжение российским князьям).

Мы пользуемся какао «Золотой ярлык», об этом не догадываясь. Более конкретные примеры и более интересные — русское слово «барин»: во времена Чингисхана его личная армия, особо доверенные люди были обеспечены близким к нему тейпом, если сейчас такими словами говорить, или кланом, или народностью, которая называлась «баарын». Они получали от Чингисхана первоочередные задачи, выполняли функцию телохранителей, получали первый кусок при дележе награбленной добычи.

Баарын — это этноним (название народности, племени, нации и т.д. — Открытая Россия). В Россию он пришел и трансформировался в термин «боярин». При царях, при великих князьях были бояре, которые не всегда отличались родовитостью, хотя это было желательно, но главным образом их благополучие, их статус зависели от приближенности к государю, а потом, еще через несколько столетий, это слово трансформировалось в термин «барин» — русский, оседлый, который совершенно не является каким-то конником, личным охранником и так далее, а наоборот, интересуется вполне оседлыми видами на урожай, крепостными девками, с удовольствием выписывает французские журналы и детей своих учит по европейскому канону.
И как бы ни относились русские люди к этой вот азиатчине, на самом деле наша культура очень многое приняла от них и освоила.
«Богатырями» называют наши патриоты тех, кто защищает людей в Донецкой и Луганской республиках от киевской хунты.

Кто-нибудь из присутствующих знает, как по-монгольски называется рубаха? Для меня интересно было узнать, что она называлась «уурубаха», со сдвоенным «у».

А вот такая бесформенная одежда, которая у немцев называется «кухлянка», у современных бурятов, потомков великого Чингисхана, называется «буулуза», с двумя «у». Ну, «куфейка», «сарпан» — это аналог сарафана, тоже, кстати, из восточных языков.

Для меня как для географа очень важно и понятно про четыре основных направления в географии: восток и запад — это славянские слова (на востоке солнце встает, на западе оно падает), а юг — это монгольское слово «джук», или «дзюк», означает направление, главное направление в монгольском представлении о мире. Вплоть до того, что хан назывался государем, сидящим лицом в направлении к югу.

Поэтому фамилия Зюганов переводится с монгольского как «Южаков». Такое русское слово, как «дорога», происходит от монгольского «дорга», которое в современном монгольском языке есть и обозначает «начальник».

В славянском языке то, что называется «дорогой», обозначается терминами «шлях», «путь»; если с Запада брать заимствованные термины, то «тракт», «трасса», а «дорога» — это был посаженный ханом начальник — «дорогá» или «д'арга», который собирал дань с вверенных ему территорий и отправлял ее в ставку хана. Соответственно, то направление, которое соединяло этого самого наместника со ставкой хана, и называли «дорогами». В русский язык это пришло как форма, отражающая «путь».
Надо иметь в виду, что была разница между терминами «д'арга» — хозяин той земли, которая существовала в рамках подотчетной великому хану территории, и «баскак», который выполнял те же самые функции, но в запредельных территориях. То есть он как бы обеспечивал сбор дани с формально не подчиняющихся великому хану территорий. Значит, «д'арга» — это как бы свой, «баскак» — это где-то там за пределами официально установленных, достаточно расплывчатых границ.

Например, Худяков, первый исследователь Казанского ханства, пишет, что территории податные, с которых собиралась дань, назывались при Казанском ханстве «дорогами». Алядская «дорога» — 166 алпаунских, то есть данных, податных дворов, Аркская «дорога» — 99 дворов, Зюрейская «дорога» — 203 двора.

Когда в документах Ивана IV пишут, например, «воинство Ногайской дороги» — это не значит, что это дорожные войска; это означает, что это воинство или орда, которая подчиняется ногайскому руководителю.

Ну, такие слова, как «нефть», «майдан» (по-турецки — «площадь»), «таможня» (от слова «тамга» — «печать»), — понятно, да? Слово «хозяин» — от слова «ходжа» («уважаемый человек»).

Любители обсценной лексики, конечно, меня бы осудили, если бы я не упомянул, что у забайкальских бурятов есть такой объект поклонения, называется «вечно цветущий, животворящий бугор», ему и сегодня поклоняются. Он осуществляет в картине мира бурятов связь человека с небом, мужское начало, тягу к высокому, сухому и правому. Кстати говоря, насчет одежды: правая сторона — мужская, левая – женская, — это тоже монгольская традиция.
Ну и называется, естественно, этот объект поклонения — «хуйбалдог»; противостоит ему женское, земное, низкое, влажное и восточное в монгольских языках.
То есть я хочу сказать, что мы дышим культурой, как воздухом, не понимая, откуда она взялась, и ощущаем его дефицит только, когда воздуха не хватает.

И политики точно так же следуют каким-то неосознанным культурным нормам, представлениям о благе, системам ценностей, приоритетов, которые унаследованы из прошлого, и мы их воспринимаем, как аксиому, которая даже не обсуждается. И даже не рефлексируем по этому поводу.

Но вот, слава богу, за последние лет 50 развилась такая наука как кочевниковедение — довольно противный термин. И она выработала такое понятие как вождество. Вождество — это еще не государство.

Государство — это устоявшаяся система с устоявшимися институтами и, прежде всего, обеспечения сбора налогов, с понятными процедурами престолонаследия, суда, прав граждан, распределения обязанностей.

Вождество от этого отличается тем, что оно целиком замыкается у кочевых групп на одного человека, у которого есть харизма, который объединяет различные группы кочевых народностей для одной великой цели, которая, как правило, связана с грабежом соседей, более богатых и более оседлых.

Чингисхан — типичный вождь. Есть такие понятия, как сложное вождество, когда несколько вождей объединяются, — или даже суперсложное вождество. Ну, и специалисты-антропологи, как всегда, активно спорят, что такое империя Чингисхана — это все-таки государство или суперсложное вождество?

Сколько ученых, столько и мнений, но важна сама постановка вопроса.

Вождество — это очень характерная вещь, в особенности для ордынской организации пространства.

Быстренько, пунктиром, обозначим ценности ордынской, или кочевой, правильнее сказать, культуры. Гендерные приоритеты: про мужское я сказал, про женское — это земля, ее трогать нельзя, из двух соображений. Отчасти это недостойно мужчины, отчасти — это предмет поклонения, как положено поклоняться матери. На конкретной практике это выразилось в том, что монголы носили сапоги с загнутыми вверх носками — называются «гутулы». Для того, чтобы случайно не поранить землю, которая, с одной стороны, мать, а с другой стороны, ковыряться в земле — это западло, это для людей более низкой касты. Люди длинной воли, кочующие рыцари, аристократы степей до этого не унижались.

Это прослеживается вплоть до современности. В Узбекистане, который наследовал традиции хана Узбека, было такое уничижительное название оседлых земледельцев в низовьях Амударьи. До сих пор «сарт» в глазах узбека — это презрительное наименование, которое можно примерно перевести, как некоторые московские аристократы иногда говорят, «колхозник» или «землерой».

Вот высшей силой, силой неба, кочевой аристократ призван отбирать у этого землероя землю и использовать ее для поддержания своего воинства в порядке. Касательно организации пространства — я уже говорил про юг, запад и восток. Соответственно, если великий хан сидит лицом к югу, значит, у него справа запад, правая мужская рука, войско правой руки самое уважаемое, а слева восток — там тоже есть войско левой руки.

Но хан — центр пространства. В кочевой структуре нет городов: где хан и его ставка — там и столица; сегодня здесь, а завтра там. Конечно, это упрощение. На самом деле есть устойчивые зимовья и была столица ханства Каракарум. Но это не европейские города, это нечто другого порядка.

Милитаризация вполне очевидна для ордынской структуры, где каждый член орды по совместительству еще и воин, — вплоть до женщин.

Народ верстается не по этническим признакам. Те же самые «баарыны» — это все-таки этнос, а в основном делили на тысячи и на тьмы. Тьмы — это примерно дивизия, несколько тысяч человек, и в них помещались люди разного разговора, разной культуры, разных корней. Их верстали по военному признаку: не страна, а единый военный лагерь — идеал для советской модели управления.
Отчетливая доминанта — коллективная собственность на ландшафте. Для кочевников невозможно сказать,
что эта земля принадлежит именно такому человеку.
Эта земля принадлежит роду или конкретной орде, или, если хан поместил туда какую-нибудь свою тьму, то этой тьме. А частной собственности на землю не может быть, потому что не может быть никогда.

Когда Геннадий Андреевич Зюганов говорил, что земля, как мать, не продается, он практически точно цитирует монгольские установки раннего Средневековья. Тот же самый Плано Карпини, в начале XIII века путешествовавший по великой степи, пишет про устои орды: «Все настолько находится в руке хана (в некоторых переводах — императора), что никто не смеет сказать, что вот это мое, а вот это его, ибо все принадлежит хану. То есть все имущество, включая скот вьючный и людей. И по этому поводу даже был недавно опубликован приказ хана». Это начало XIII века, кстати, когда в Англии в 1215 году публикуется «Великая хартия вольностей». То есть хан и только хан обладает экономической субъектностью, он персонифицирует этот народ и конкретно распоряжается вот этими угодьями, ландшафтами и так далее. Он может их кому-то передать, а может их у кого-то изъять.

Очень важной особенностью кочевого хозяйства является бесприбыльность — прибылей нет как понятия и, соответственно, о чем не говорят специалисты, это я уже пытаюсь сказать: безинвестиционность.

Монголам никогда бы в дурном сне не пришло бы в голову развивать какие-то территории, которые они грабят. Они пришли и забрали то, что им положено по закону, как они считают, а там выживут-не выживут, бог с ними, это их проблемы, до следующего года, когда они опять пришлют от баскаков какой-нибудь продовольственный отряд, который изымет излишние или не излишние накопления. Бесприбыльность и, соответственно, безинвестиционность.

Понятная тяга к экстенсивному хозяйству: если ты хочешь быть мощнее, ты должен держать под собой большую территорию. Дело в том, что с условного гектара земли при самой скверной организации землепользования, самой примитивной форме хозяйства 4 центнера зерна можно снять. Это 400 кг, грубо по килограмму в день, семью уже можно прокормить, а отару овец — никогда.

Для скотоводов, кочевников нужна гораздо большая территория, экстенсивное хозяйство, а земледелие — оно интенсивное. И тот же самый гектар через 2000 лет, благодаря удобрению земли, благодаря повышению технологии ее обработки, благодаря изобретению и выведению новых видов сельскохозяйственных культур, уже приносит и 40 центнеров зерна с гектара, и 60, и может прокормить гораздо больше людей.

В кочевой среде ландшафт не изменяется. И его продуктивность и экологическая емкость не меняются. Отсюда рост может быть только экстенсивным. То есть монгольская культура скользит по поверхности ландшафта без его преобразования.

Отсюда, кстати говоря, кольцевая концепция времени, которая характерна для примитивных народов. Европейская культура воспринимает время векторно, потому что отец построил дом, этот дом перешел сыну, сын обнес дом забором или построил сарай, передал это внуку. И время приобретает хозяйственный смысл.

Понятно, что завтра будет не таким, как сегодня; вектор — время. А у монголов это цикл — зимние кочевки, летние кочевки. И так будет всегда.

Я немножко упрощаю ситуацию, но на самом деле это так. Время без следа проходит над этим ландшафтом, а ландшафт не меняется, не меняется его экологическая емкость. Отсюда возникает то, что Лев Николаевич Гумилев называл суперсистемой, потому что ему нравились кочевые законы, потому что ему сильно не нравились оседлые, которые он воспринимал через сталинскую призму. Ему казалось, что кочевье символизирует свободу и справедливость.

На самом деле нет. С точки зрения ландшафтоведения, конечно, принципиальная разница. И, как бы нам нравилось-не нравилось, оседлые культуры со временем выигрывают по эффективности соревнование с кочевыми. Суперсистема — это кочевники, которые паразитируют или используют оседлые культуры для того, чтобы получать там то, что им нужно, а взамен обеспечивают некоторым образом управление. То, что специалисты по кочевниковедению называют экзополитарностью, то есть внешним.
Для них это не их земля, а чужая. Они ее контролируют, они из нее берут дань, но не сильно о ней заботятся.
Вот эта экзополитарность — очень характерная особенность кочевого хозяйства. Здесь есть смысл вспомнить про любимого Гумилевым Елюя Чуцая. Это конфуцианец, который сыну Чингисхана Угэдэю сказал: «Ты завоевал Поднебесную на коне, но управлять ею с коня нельзя». И Угэдэй согласился, потому что свою логику Елюй Чуцай подтвердил расчетами выгодности.

Идеалом монгола было бы уничтожить оседлые поселения, чтобы там была пустыня и, соответственно, места, где можно разводить скот. Но Угэдэю стало понятно, благодаря Чуцаю, что гораздо удобнее ежегодно брать дань с этой территории, не разрушая ее.

Таким образом, он пошел на измену кочевым ценностям, за что, кстати, был порицаем своими братьями. И уже потомком Чингисхана он перешел к полуоседлой культуре, под движением вполне понятных экономических интересов.

Еще одной замечательной особенностью монголов была технология ведения военных действий, которая на их языке называлась «хашар». Это значит «люди белой кости», а «люди белой кости» — это потомки чингизидов, сами в бой не лезут. Они становятся в тылу у «черной кости». А это — мобилизованная из окружающих территорий, не монгольская, соответственно, не аристократическая публика, которую в спину расстреливают из лука, если они бегут. А вперед они идут на штурм, и если выживут, то наиболее отличившиеся могут быть приняты, наряду со всеми, в среду, скажем так, аристократии. Хашар.

В советские времена «хашаром» стали называть народную стройку. Вот в Узбекистане «хашар» переводится на русский как «народная стройка». Это значит — приехали начальники, согнали презренных землероев-сартов и заставили их, например, рыть оросительный канал или строить дорогу.
Методом хашара в 1946 году обеспечивалась газификация России. Первый газопровод из южного Поволжья в Москву строился именно этим методом. Всех колхозников из деревень, которые были на 7 километров влево и вправо от трассы газопровода, в обязательном порядке сгоняли рыть канаву. При этом, не отменяя, естественно, никаких колхозных норм выработки и нисколько не заботясь о том, как они будут кормить семьи. Бесплатно, в качестве такой обязаловки, они вырыли эту трассу, в которую была положена труба. И в конце 40-х годов, в Москве появился газ, за что все были очень глубоко признательны Иосифу Виссарионовичу Сталину, потому что он такой эффективный менеджер. Понятно, что в 46-м году, ко всему прочему, был еще общий послевоенный голод, особенно на территории южной России, в Ростовской области, в Поволжье, на Украине и в Молдавии, вплоть до людоедства, о чем есть масса справок из тогдашнего МГБ.

Кончили историю приоритетов монголов. Переходим к Ивану Грозному.

Русские князья были более или менее оседлыми. Например, Иван III построил в Москве белокаменный Кремль с помощью итальянских мастеров, что, в общем-то, признак вполне оседлой культуры, — потому что поселения, которые условно назывались городами, в Золотой Орде никогда не обносились тынами или стенами. Считалось, что хан настолько велик, что если кто-то покусится на такое поселение, то он в ответ получит такую карательную экспедицию, что мало никому не покажется. Строить защитные сооружения вокруг города никому в голову не приходило.

А в оседлых культурах — и в европейских, и, соответственно, в Восточной Европе, и в России, это было более чем органично. И вот Иван III построил нам с помощью итальянцев Кремль.
А Иван IV, его внук, уже настолько усилился, что решил двигаться дальше на Восток и по необходимости
при этом стал использовать кочевые традиции.
С одной стороны, он обладал европейским оружием и европейскими навыками ведения боевых действий, и в этом смысле он был гораздо продвинутей. А с другой стороны, его система ценностей в значительной степени заимствована была у Батыя. В частности, гениальная находка, которая называется «опричники». То есть он создал опричное воинство людей без роду и племени, как этих самых гвардейцев при хане, благосостояние которых зависело только и исключительно от доброго отношения хана или государя — Иван IV уже наименовал себя царем. Иван III еще был великий князь, еще только примеривался к званию царя, а Иван IV называл себя царем.

Так вот, это опричное воинство (опричь — это значит «кроме») подчинялось только воле хана. Оно откровенно, последовательно, по указанию Ивана грабило земства. Земства — эти самые презренные землерои. Но уже не во внешних каких-то территориях, как поступали кочевники, а на своих собственных землях.

Это, с одной стороны, собирало под руку Ивана огромные ресурсы для ведения войны, а с другой стороны — позволяло ему обеспечивать свою эксклюзивную власть.

Основной его политической задачей была борьба с вотчинным и землевладением. Вотчина — это значит «от отца получено», отчина. Тогда это называлось «княжата». Княжата — это княжеские дети. Иван Грозный видел в них угрозу, и не без оснований.

На самом деле это были обычные европейские феодалы, которые хотели сидеть на земле, построить вокруг своего имения стену и там быть полновластными хозяевами.
Иван Грозный их боялся. Поэтому он княжат преследовал с помощью опричников. Это, можно сказать, спецслужба, специально при нем существовавшая и уничтожавшая вотчинное землевладение.
Иван Грозный потом освободившиеся земли отдавал в награду своим дружинникам — или, точнее говоря, своим опричникам. В частности, поэтому князья Вяземские, род Вяземских, вместо того, чтобы сидеть на реке Вязьме, получили землю в Поволжье. И постоянное тасование, — непозволение княжеским родам укорениться в земле, — обеспечило Ивану Грозному контроль и неограниченную личную власть.

При этом он пользовался вполне монгольскими манерами. Он ставил начальников, и так они и назывались — «дорга». Он договаривался, в частности, и с татарскими князьями. Например, город Касимов, — он до сих пор Касимов — это было передано в землепользование Касиму, князьку татарскому. Это в низовьях Оки, недалеко от Рязанской области. Все очень понятно.

Ермак Тимофеевич шел в Сибирь как абсолютный носитель монгольских ценностей. Но при этом у него было оружие и опыт ведения Ливонской войны в 1580 году, уже в конце XVI века. Поэтому он всего с 540 гвардейцами смог завоевать у хана Кучума значительную часть Сибири, хотя у того было войско объемом 10 тысяч человек, а податное сословие исчислялось 30 тысячами. Ермак «объясачил» Сибирь, то есть заставил сибиряков — местное население — платить дань пушниной себе и государю.

Местничество — абсолютно монгольская традиция. У нас этот термин понимается совершенно неправильно как отстаивание интересов местности. Это не так. Местничество — это борьба за место при троне государя, с правой руки, с левой руки. Кто ближе к государю, тот первый в очереди на получение благ.

У Пушкина сказано про его предков: «Боярин Пушкин умер, Сицких пересев». То есть место Пушкиных стало ближе к государю, чем каких-то там неизвестных никому Сицких. Местничество по правую руку и по левую руку, как у ордынцев — воинство левой руки, воинство правой руки. Шуйские, соответственно, — это те, кто слева сидит. Десницкие — это «десница», правая сторона. Там шла постоянная борьба. Ну и ситуация понятная: власть и сила — единственный и эксклюзивный источник благосостояния.

Вот при этом Иван Грозный сломал систему землепользования, понизил общую эффективность хозяйства, но собрал ресурсы, выжал их из своей страны вполне баскаческими методами, для того, чтобы увеличивать, экспансионировать свою власть и свои территории.
Расплатой стало, естественно, Смутное время.
Потому что резко упала производительность труда. Оставшиеся после Ивана выделенные люди, которые назывались опричниками, друг с другом все время воевали за первое место.
Победил в результате Борис Годунов — один из царских опричников, который получил в наследство разваленную, крайне неэффективную экономику, в которой доминировали кочевые приоритеты вместо оседлых. Естественной расплатой было новое время — в виде того, что называлось Смутное время.

Достаточно вспомнить казус города Новгорода, который пошел поперек Ивану IV: он был привлечен в конфедерацию русских княжеств еще во времена Ивана III, и Иван Грозный сровнял его с землей. Несколько тысяч новгородских граждан он уничтожил, а черный люд вообще не считался. Точно так же, например, Тимур поступил с Ургенчем — он уничтожил город и засыпал территорию солью, чтобы тот никогда не восстановился.

Города бессмертны. Вместо старого Куня-Ургенча появился новый Ургенч. Новгород тоже восстановился, но никогда уже не был таким влиятельным центром, каким он был до Ивана. Он был наравне или выше современных ему Риги, Ревеля и других городов. Теперь это довольно тихий провинциальный город в России. То есть произошел надрыв хозяйственной системы.

У Пушкина, кстати, это интересно написано. Он каким-то божественным талантом понимал психологию и логику. Борис Годунов, когда на Москве начинаются нестроения и неурядицы, не понимает народ, которым он руководит. Он жалуется: «Я отворил им житницы… Они ж меня пожаром упрекали!»

То есть на самом деле он сначала выжал из окружающих территорий опричными методами хлеб, потом в сложный момент он решил раздать этот хлеб народу, чтобы заслужить его благорасположение.

Естественно, эта система пылесоса — высасывание ресурсов земли — работает только в одну сторону, потому что раздача реализуется людьми, приближенными к государю, и, конечно, она несправедлива. Конечно, бедным достается меньше, тем, кто приближен к этой власти, — больше. И на самом-то деле если бы шла речь о благосостоянии народа, то лучше бы было просто у них меньше брать и позволять им побольше работать на основе частной собственности. Но это в голове у Бориса Годунова не укладывается.

Вся эта пылесосная ситуация — высасывание в одном направлении ресурсов, к центру, под руку к хану, для того, чтобы он реализовывал какие-то свои великие проекты, — осознавалась умнейшими людьми XIX века. Например, Алексей Константинович Толстой, автор знаменитого «Князя Серебряного» или трилогии «Царь Борис», «Царь Фёдор» и так далее или замечательных стихов типа «Колокольчики мои, цветики степные», был славянофилом и при этом западником. И он по этому поводу все время дискутировал со славянофилами-восточниками. Вот он пишет Михаилу Стасюлевичу 12 ноября 1869 года: «Московский период нас отатарил, но из этого не следует, что мы татары. Это ни что иное, как проходящий morbus ignoble — постыдная болезнь нашей истории». И тому же Стасюлевичу — редактору и автору, — через месяц, в декабре 1869 года, он, цитируя свое собственное стихотворение, которое было написано про такую вот Киевскую Русь, начинает с цитаты:

И вот, наглотавшись татарщины всласть,
Вы Русью ее назовете.

И при этом пишет дальше: «Вот именно так поступали глубоко симпатичный мне Константин Аксаков и Хомяков, это известные славянофилы, когда они гуляли на Москве в кучерских кафтанах с косым татарским воротом. Не с этой стороны стоит подходить к славянству. Оно — элемент чисто западный. (Толстой считал, что реальное, настоящее славянство исходит из Новгородской республики, из аристократической республики, из оседлой республики. Правда, он этими терминами насчет оседлости не пользовался.) «Славянство — элемент чисто западный, а не восточный, не азиатский. Тьфу на этот антагонизм славянства к европеизму», — пишет Толстой Стасюлевичу.
Здесь, кстати, надо вспомнить об образе русских богатырей. Эти кучерские кафтаны с татарским воротом, в которых ходят славянофилы, чтобы показать свою близость к народу и славянским корням, — с точки зрения Толстого, это смешно.

А если вы посмотрите на всю не самого высокого качества живопись, которая показывает наших князей и героев, живопись, формирующую визуальный образ русского боярства, то увидите эти самые загнутые носы на сапогах. Вот эти знаменитые сапожки с загнутым носом, с гутулом татарским — тоже незримый признак, заимствованный из татарской культуры формально.

Потому что на самом деле это земледельческие страны уже, но вот этот гутул, который символизирует запрет на взаимодействие с землей, теперь уже привязан к образу русского витязя.
Короче говоря, в нашей культуре есть две составляющие, которые взаимодействуют, борются, возводят друг на друга напраслину. Одна связана
с кочевыми традициями, унаследованная от Золотой Орды через Ивана IV. Вторая, — это оседлая, которая, поневоле, европейская.
Потому что из Европы берутся более прогрессивные технологии, как строительство Кремля, использование земли, инструментарий, вооружение и так далее.

И вот эти две составляющие — они в нас есть, никуда от этого не деться. Просто иногда одна доминирует, иногда — другая. После всплеска кочевых восторгов, наступает вполне очевидная и закономерная расплата, связанная с разрушением этих неформальных оседлых культур землепользования.

В частности, тот же Толстой пишет насчет Смутного времени, что:

Поляки и казаки,
Казаки и поляки
Нас паки бьют и паки.
Мы ж без царя, как раки,
Горюем на мели.

Потому что, действительно, утрачена иерархия власти и права на землю.

Я уже рассказывал про то, как изменился смысл термина «баарын» и эволюционировал в русского «барина». Ровно то же самое произошло с «помещиком». Этот термин, который появился во времена Ивана Грозного, когда имения княжат распределялись между верными государю опричниками. И это называлось «испомещение», то есть верного государева человека помещали на землю. И его благо зависело только от власти царя. Если царь начинал испытывать к нему антипатию, он отправлял его в опалу, и земля изымалась. Земля в наследственную собственность ему не предоставлялась. Испомещение — это временщиковое помещение. Временно тебе дана эта территория, соответственно инвестировать в нее не было большого экономического смысла. Да они и не хотели. Они были воины — эти опричники. Они не были хозяевами.

Но процесс шел, и «испомещение» постепенно перешло в термин «помещик». А помещик стал через несколько столетий тем же самым барином — оседлым русским хозяином, который плохо ли, хорошо ли, занимался улучшением своих угодий.
После Смутного времени сформировалась династия Романовых, которую патриот и, скажем так, пропагандист евразийства Александр Гельевич Дугин скромно называет трехсотлетней эпохой романо-германского, то есть европейского ига на Руси.
В представлении Дугина, появление лицея, который был плодом усилий Екатерины II и Михаила Сперанского (сначала Сперанский, потом лицей), появление Александра Сергеевича Пушкина, появление Петербурга, появление армии (кстати говоря, «армия» — европейское слово), флота (это тоже заимствование из английского языка), таких наших предметов гордости, как ракеты, скажем, или балет, — это все пришло из Европы, но мы это воспринимаем как свое.

Ну так вот, в течение этого «ига» наращивались правовые механизмы защиты частной собственности. Дворянство, которое получило дополнительные права во времена Екатерины II, приехавшей к нам из Германии, усилилось, потом сменилось буржуазией. И после реформ Александра II, который, кстати говоря, был другом детства Алексея Константиновича Толстого, начался безумный экономический рост в России: и демографический, и экономический, и культурный тоже.

Никто не знает, во всяком случае, советское образование и не хочет нам сказать о том, что в пореформенной России до начала XX века промышленное производство росло самыми высокими темпами в мире. Это не связано с низкой базой. База отсчетная была действительно низкая — после реформ доля России в мировом промышленном производстве была всего 3,4%. Основная часть принадлежала Америке, значительная часть — Британии, Германии, Франции. А через 30 лет российская доля выросла до почти 6%. То есть больше, чем в 1,5 раза.

Америка тоже выросла, но не в 1,5 раза, а на треть, относительно своих прежних вариантов. А доля Англии и Франции снизилась. Доля Германии тоже продолжала расти. То есть эти проценты были не только за счет внутреннего роста, но еще и каждый процент или доля процента отгрызалась у конкурентов. И то, что Россия сумела увеличить свою долю, значит, что она сумела уменьшить долю у крупнейших своих конкурентов.

Такой замечательный аналитик и специалист по экономической политике, как В. Ильин, который так же известен, как Владимир Ленин, написал книгу, которая называется «Развитие капитализма в России». Там написана, среди прочего, интересная формулировка, что Россия росла темпами истинно американскими. И это действительно так. Вот города — оседлая культура — развивались стремительно.

Все вы наверняка были в Риге, в Одессе, в Киеве, в Харькове. Там центр города — это конец XIX — начало XX века, до 1913 года. Самые красивые дома, самые красивые проспекты, самая красивая архитектура, самые замечательные памятники — это как раз завершающая эпоха империи Романовых. Я нисколько не идеализирую. Понятно, что там была тьма варварства, глупости, преступности и так далее. Но в долгой дистанции понятно, что это был стремительный экономический рост. За последние 10 лет перед революцией в Москве численность населения увеличилась на треть.
Представляете себе, если бы в современную Москву
за 10 лет понаехало 30%, что бы было? Москва нынешняя с трудом переносит прибавление
5-10% приезжих, а тогда было 30%. Между прочим,
это была одна из основ Октябрьской революции.
Когда люди из деревни, вырванные из прежнего контекста, попадали в чужой, не адаптированный для них социум и, соответственно, легко поддавались на идеологические провокации со стороны революционеров.

Идеалы революции вполне низовые и в значительной степени ориентированы на Азию. Общенародная собственность — опять, в общем-то, монгольский приоритет — коллективная собственность на землю, экспроприация экспроприаторов. «Грабь награбленное!» — прямо так и говорили. То есть отъем кем-то произведенных стоимостей — понятно, произведенных с помощью эксплуатации.

Консолидация, мобилизация, милитаризация — подъем народа на великий путь вперед, к какому-то светлому будущему, на великий поход к коммунизму. Деградация социальных институтов, уничтожение независимой прессы, независимых судов, парламента, партий и их замена вождизмом. Вождь от лица народа, то есть орды, владеет всем, что собственно, есть в этой стране. Применительно к Сталину, это промежуточное состояние между идеологическими установками, которые корнями идут к кочевой системе ценностей, — экспансия, централизация власти, мобилизация, вдохновение народа, вождизм — и вполне понятными хозяйственными трендами, которые необходимы для того, чтобы заниматься той же экспансией: нужны заводы, нужно оружие.

Он вынужден маневрировать между этими двумя — идеологической стенкой и стенкой экономических ограничений.

Если так посмотреть на сталинскую эпоху, то легко увидеть некоторые красноречивые черты.

Болванопоклонничество — то, что называлось язычеством в царской России: мумия обожествленного предка, место обрядов, инициация молодежи, где принимают в пионеры и так далее. Памятники Ленину довольно сильно напоминают скифские бабы, которые символически размечали пространство, принадлежащее кочевым племенам. Это наша земля — она символически обозначена этими довольно однотипными сооружениями, как, в принципе, и памятники Владимиру Ильичу, которые тоже достаточно однотипны, но они размечают пространство. В каждом городе есть площадь Ленина, улица Ленина, Советская улица или площадь. И это все символически приводит к тому, что пространство делается единым, цельным в символическом смысле.

Виртуализация. Поскольку реальной экспансии не получается, то все большую роль приобретает идеологическая составляющая, хотя вполне прагматически и даже технически мыслилась и территориальная экспансия. Мировая Республика Советов, война в Испании, попытки поддержать социалистические революции во всех странах — это все экспансия. А в культуре это выглядело, как писал молодой Павел Коган:

Но мы еще дойдем до Ганга,
Но мы еще умрем в боях,
Чтоб от Японии до Англии
Сияла Родина моя.

Откровенная романтическая, экспансионистская логика.

Вождество. Кстати говоря, у Радзинского — это, конечно, не самый надежный источник, но интересный, — написано, что в библиотеке Сталина была книжка, которую написал Алексей Николаевич Толстой, называлась «Иван Грозный». Она вышла в 1941 году, и на ее обложке рукой Сталина несколько раз написано слово «учитель» и внизу потом написано: «выстоим». Это написано в 1942 году во время Великой Отечественной войны. В кризисной ситуации он черпал у Грозного стандарты и образцы управления этой огромной страной, не знаю, осознанно или не осознанно. А Грозный черпал это от Золотой Орды.

Синкретизм и уничтожение институтов. Мы уже говорили, что Дума, партии, разделение властей — в принципе уничтожены. Деградация понятийной картинки до одномерной: вот мы, вот враги. Эта картинка характерна для военного мышления. Например, очень интересная вещь — родоплеменные символы идентичности: родина-мать, отец народов. Довольно дико было бы услышать, что «великий вождь американского народа Барак Обама принял представителя братского канадского народа», да? А для России, это вполне органично — «братские народы», «великий вождь», «братья и сестры» — апелляция к самым простым родоплеменным признакам близости и идентичности.

Интенсивность. Какая интенсивность? Никакой. Даже Сталин вынужден строить города ради военного комплекса, но это очень примитивные города, где поселенческая часть выполняет функции какого-то спального цеха при военном комплексе. И в искусстве тоже самое — с намеренной расплывчатостью границ «от тайги до британских морей Красная армия всех сильней», «от Москвы до самых до окраин», «на земле, в небесах и на море». Это очень интересная замашка на глобальную роль при ограниченности материальных ресурсов и при попытке построить коммунизм и социализм в отдельно взятой стране.

Время как вечность. Построим коммунистическое общество — и настанет счастье бесконечное и безвременное.

Бескорневой культ. Советский человек не должен иметь своего дома, своей семьи. «Мать моя Родина, я большевик», а живут люди в бессемейности, в коммуналке, в общаге, в казарме, в бараке, в лагере. Идеальный коммунист равен идеальному опричнику. Он целиком зависит от вождя и у него ничего своего нет — все только то, что ему дает партия. Такая же, в некотором смысле, экзополитарность — есть определенный круг людей, партия как нечто вроде ордена меченосцев, и органы карательные — нечто вроде элиты, которые созданы при Сталине и никаким законам не подчиняются, кроме воли вождя.

Централизация-мобилизация и высасывание ресурсов из территорий и людей, выжимание этих ресурсов для того, чтобы усилить государственность. И милитаризация: «Народ и армия едины» — вполне ордынский лозунг, единый военный лагерь. Конечно Сталин не знал про то, что монголы использовали такую технологию, но идеология заградотрядов, в принципе, поразительным образом напоминает то, что делали монголы.

Общенародная собственность, та же самая идеологическая сказка. Еще в 1780 году Семен Десницкий, первый русский экономист-юрист, после того, как прослушал курс лекций в Шотландии (кстати, читал ему не кто иной, как Адам Смит), вернулся в Россию и написал «Соображения о сущности собственности», и там он, в частности, говорит, что понятие собственности в 1780 году — это время Екатерины II — по сути дела определяется тремя понятиями или тремя правами. Владеть (юридическое право собственности), распоряжаться (инвестировать, приумножать, каким-то образом оперировать собственностью) и отчуждать (отторгать, дарить, наследовать, продавать).

Как советский народ мог владеть общенародной собственностью, виртуально распоряжаться или отчуждать? Да никак. А могла это делать только сталинская номенклатура, и это тоже в принципе ассоциируется с заметкой Карпини насчет того, что никто не может сказать: «Вот это — мое, а вот это — хана», потому что все принадлежит хану. У советского человека не было даже своего жилья, оно было казенное, и, если советский человек вел себя плохо, то его могли выселить за сто первый километр, лишив этого самого жилья. Оно по наследству не передавалось.

Антизападничество — такое рыцарское презрение к торгашам, землероям современной Европе. Это уже сейчас у нас: «бабы», «трусы», «геи», «толерасты» и так далее. В экономическом плане отход от Запада выражается в переносе столицы от форточки, которую прорубил Петр I, в Москву, подальше от сквозняков — вредно для здоровья этой вертикали.

Колхозы — идеальный пример солидарной ответственности для удобства взимания дани с помощью баскаков-продотрядов. Сталин пишет о том, что увеличился вывоз товарного хлеба благодаря реализации. И он-таки увеличился, но за счет того, что ничего не оставалось колхозникам. Приезжали чужие люди, городские продотряды, выгребали под метелку, колхозники могли помирать сколько им угодно. У колхозников не было никакого интереса повышать производительность, потому что приедут и отберут. В результате — голодомор, до 7 миллионов жертв. Но хлеба изъято больше, чем в царские времена. Потому что царь с помощью налогов изымал условно десятину, а коммунисты забирали все.

Почему это работало? Очень интересна логика Иосифа Виссарионовича Сталина, озвученная им 5 июля 1928 года в «О программе Коминтерна». Вот что он говорит про колхозы: «Сразу национализировать всю землю не везде можно. Чем развитее капиталистическая страна (то есть чем она более оседлая и чем там более укоренены институты собственности. — Дмитрий Орешкин), тем труднее провести национализацию всей земли, ибо тем сильнее там традиции частной собственности на землю (абсолютно здравое рассуждение. — Дмитрий Орешкин). В капиталистически развитых странах частная собственность на землю существует сотни лет, чего нельзя сказать о капиталистически менее развитых странах, где принцип частной собственности на землю не успел еще войти в плоть и кровь крестьянства. У нас в России крестьяне даже говорили одно время, что земля ничья, земля божья». Поэтому ее легче национализировать.

[Дмитрий Орешкин]

Это прямо противоречит принципам марксизма, которые говорили, что чем сильнее развит капитализм, тем больше пролетариата и тем легче там произойдет пролетарская революция. Но зато это соответствует правде жизни.
В стране, где еще живы кочевые традиции равенства, солидарной ответственности (которую специально насаждали ханские баскаки), легче провести национализацию и организовать колхозное движение.
Переселение народов — абсолютно кочевая практика.

Вряд ли Сталин подражал кочевникам, но он легко гонял с места на место поволжских немцев, поляков, чеченцев, греков, ингушей. Русских переселяли в Сибирь не по доброй воле, как делал Столыпин, когда переселил 3 миллиона, обеспечивая очень сильную экономическую поддержку (из них 27% вернулись, то есть имели такую возможность). Сталин делал это под жестким государственным контролем. Назад вернуться было нельзя. Экзополитарность. Город грабит деревню, деревня для него чужая. Там кулаки сидят на хлебе и не хотят поделиться с революционным городом. Надо все забрать, и пусть подыхают. В интеграле — падение производительности труда и усиление государства, экспансия.

Отсюда проблемы Путина. Он, конечно, не Сталин, и он живет в совершенно другой стране. Но приоритеты, система ценностей в той или иной степени заимствованы из советской системы.
Он даже не Сталин-light, а гибридный Сталин — как «гибридная война». Это как бы системная шизофрения.
В системе теоретических представлений Родина должна быть большой и сильной. Чем больше, тем богаче. Отсюда бурная радость по поводу того, что Крым наш. А на практике это империя наизнанку, как было при Сталине, за гиперэксплуатацией своих собственных центральных земель, как раньше говорили, «метрополии», идет трата ресурсов на периферию.

В результате по итогам развития советской державы в цивилизационном центре мы имеем «черную дыру» с возвышающейся над ней одним супергородом.

Реальная практика нуждается в урбанизации, укреплении частной собственности, правовых гарантий, конкуренции, квалификации. А идеология заимствована советская. Отсюда возникает расщепление между пропагандой и практикой. На практике мы теряем рубль, на практике люди беднеют, а в теории мы поднимаемся с колен и даем всем отпор, что вызывает бурные аплодисменты. Изоляционизм. Вроде как экспансия, а де-факто Россия потеряла Украину, Россия теряет Приднестровье, Россия теряет статус равного партнера с другими развитыми странами мира.

Отжатие частной собственности — дело Ходорковского и ЮКОСа. Передача ее приближенным к трону людям, которые тоже нервничают, потому что у них нет полной гарантии. Они знают, что их собственность ограничена пребыванием вот этого великого президента-царя-хана. До тех пор, пока он есть, собственность у них. Они знают, что это незаконно.

Презрение к закону, презрение к правовым гарантиям частного человека перед властью и вождя — тоже очень характерные особенности гибридной путинской вертикали. Презрение к правовым институтам, которые были созданы в 90-х годах. Худо-бедно были конкурентные выборы, был независимый суд, независимая пресса, и парламент, с которым президенту Ельцину приходилось ой как нелегко. Сейчас все это — потемкинские деревни.

Он сейчас будет испытывать то же самое, что и Борис Годунов: «Я отворил им житницы», я о народе забочусь, я ему увеличил зарплату — не потому, что выросла производительность труда, она снизилась, — а потому что было отжато из ресурсов природы, из территории «земляное масло», которое называют нефтью.

Вот это и есть империя наизнанку. В пропагандистском пространстве «крымнаш» — это замечательно. А то, что каждый год он стоит минус 125 миллиардов рублей из российского бюджета, — об этом как-то не говорится. Это не так уж много — спины российскому бюджету 125 миллиардов не сломят, но если за три года — получается почти 400 миллиардов, и это как раз та сумма, относительно которой в 2016 году в бюджет внесено предложение об изъятии пенсионных накоплений.
Триста сорок два миллиарда рублей будет изъято
из пенсионных накоплений — это как раз примерно сумма, которая уходит на содержание Крыма
за три года. Плюс еще примерно 300-350 миллиардов
на строительство моста.
В некотором смысле это иррационально. Это следование великим приоритетам, унаследованным из прошлого, но приоритеты эти кочевые. И здесь все очевиднее происходит системный конфликт между, условно говоря, русскими европейцами и русскими не то чтобы азиатами, но носителями ордынских ценностей. И когда нам говорят, что Путин — продолжатель великой традиции царской России, — это обман. Потому что тот же Пушкин говорил, что «правительство — единственный европеец в России. И если бы оно стало стократ хуже, никто бы этого не заметил».

Сейчас в России гораздо больше европейских людей в крупных городах. Не потому, что они какие-то другие, а потому что они жизнью вынуждены быть оседлыми — у них есть свои интересы, оседлые, соответственно, европейские практики. А правительство все больше тянет в азиатскую сторону. Поэтому и возникает раскол и между пропагандой, и между властью и народом. В пропагандистском пространстве полное единение, а на практике — люди, которые вдруг видят, что у них денег все меньше, а цены растут. И этот раскол будет только увеличиваться, потому что власть не в силах поменять свои приоритеты.

Чтобы было понятно, что такое интенсификация пространства, — простой пример. Площадь Японии составляет 380 тысяч квадратных километров. Для справки — территория республики Коми — 420 тысяч квадратных километров, то есть побольше, чем у Японии. Иркутская область — 775 тысяч, равно в два раза больше, в Японии. Если бы представить, что Япония была бы субъектом Российской Федерации, то она бы по площади была на тринадцатом месте. Выше нее была бы Архангельская область (у нее 413 тысяч квадратных километров), а ниже — Амурская область (360 тысяч квадратных километров). Но какое население? Население Японии 128 000 миллионов человек, в России — 143, с Крымом 145. Совместимые цифры. Представляете себе все население России можно загнать на территорию Архангельской или Амурской областей или в республику Коми, как это будет выглядеть? И при этом японцы производят в четыре раза больше валового внутреннего продукта, чем вся Россия. Вот на этом клочке территории, большая часть которой занята сейсмически опасными горами, они построили оседлую культуру с немыслимой интенсификацией сельского хозяйства. А мы с 17 миллионами квадратных километров боремся за то, чтобы присоединить еще Крым, не имея возможности и желания интенсифицировать свою собственную территорию.

Это так глубоко укоренилось в нашем сознании, что объяснить это невозможно. Поэтому с каждым годом вертикаль власти будет нести все большую нагрузку, ее действия будут все менее эффективны, и мы будем под действием этих приоритетов все быстрее идти в тупик. И удивительным образом будет обостряться расхождение между пропагандой и реальностью.

Сейчас нам тот же самый Дугин очень страстно рассказывает про Новороссию, забыв, что Новороссия — это феномен как раз европейской России. Новороссию присоединила с помощью армии, организованной по европейским принципам и с помощью европейского оружия, Екатерина II, немка с немецкими, европейскими представлениями о реальности. А всплеск экономического роста в Новороссии начался после реформ Александра II, когда стал активно приходить западный, европейский капитал.

Например, город Донецк изначально назывался Юзовка, потому что построил его англичанин Джон Хьюз, который построил там металлургическое шахтное производство с помощью, естественно, европейских технологий. И именно после реформ 1861-1865 годов начался стремительный рост новороссийской территории.

Тогда она за счет частного капитала и строительства железных дорог стала самой насыщенной в транспортном, инфраструктурном отношении территорией. Там и по сей день железные дороги представляют собой самый плотный комок по всей России. А в советскую эпоху она так и осталась на уровне угольно-стального комплекса, с которым Маргарет Тэтчер еще в 1980-х годах боролась, потому что спрос на уголь падал, и ей надо было сокращать почти миллион горняков, занятых в угольной отрасли. У нас с этим не боролись, и, естественно, Донбасс благополучно проспал все советские информационные и модернизационные рывки, которые благополучно совершились в европейском пространстве.
Поэтому я думаю, что в ближайшем будущем у нас будет неизбежным новое, условно говоря, Смутное время. Технически неизбежно — потому что наступит конфликт между ценностями, которые ставятся во главу угла,
и реальными возможностями территории.
Мы опять тратим деньги на какую-то экспансионистскую идеологию вместо того, чтобы инвестировать их в свою собственную территорию. Дороги по-прежнему остаются проблемой. Не то, чтобы у нас во власти были дураки — дураками их точно не назовешь. Но система ценностей у них дурацкая. И объяснить это чрезвычайно трудно.

При этом, когда экономисты говорят, что ничего страшного, и революции не будет, я с ними согласен, — можно жить и при такой экономике. И Белоруссия живет при такой убогой экономике. Но есть еще система ценностей, где все зависит от одного человека. А раз так, то всегда будет соблазн перехватить этот руль и стать во главе этой системы. Это значит, что когда уйдет Путин, это новое опричное воинство начнет друг с другом разборки за то, кто окажется первым. Хорошо, если они смогут решить это мирным способом. Но далеко не факт. Поэтому для меня кажется достаточно понятным, что «Смутное время» приближается.

Как оно будет выглядеть? Кто же знает? Но это системная неизбежность, как следствие возврата к условно облегченному промежуточному сталинизму в нашей стране.

С моей точки зрения, без него нельзя было обойтись, он естественен. Без этого возврата мы вряд ли могли бы существовать, но это уже совершенно другая история.
А смысл моего выступления заключается в том, чтобы мы понимали, что в нас борются две противоположных интенции. И обе, в общем-то, искренние.
Одна часть людей искренне верит, что чем обширнее Россия, тем она богаче. А вторая часть, которая решает экономические проблемы, понимает, что на повестке дня опять интенсификация вместо экстенсивности, опять большой риск проспать очередную технологическую революцию, которую сейчас переживает Запад. Я напомню, что Советский Союз распался под разговоры о необходимости перевести хозяйство на интенсивные рельсы, о необходимости внедрять плоды научно-технической революции. То есть люди все понимали. Но для того, чтобы это сделать, надо было вернуться к укорененной в частной собственности системе ценностей, а это было нельзя.

Вот и сейчас то же самое. Институты частной собственности разрушены, государственная структура замкнута на одного человека, и в некотором смысле это опять напоминает такое псевдовождество. Так или иначе, когда эта система рухнет, у нас начнется проблема дележки территорий и власти. Ничего хорошего это нам не обещает.
Максим Дбар:

— Вы говорите, что у российской государственности две основы: азиатская, более отсталая, и европейская — более прогрессивная и более эффективная. Почему за последние 300-400 лет в силу эволюционных преимуществ более эффективная европейская основа не вытеснила более отсталую азиатскую?

Дмитрий Орешкин:

— Во-первых, смысл моего выступления был как раз в том, что у меня нет претензий к азиатам. У меня есть претензии к кочевой культуре. Вот есть доминанта кочевая. Почему этого не произошло? На самом деле это произошло. За 300 лет романо-германского, европейского «ига» Россия очень быстро поднялась именно в европейском направлении. Но это сопровождалось серьезными диспропорциями.

В частности, благодаря этому европейскому росту произошел огромный всплеск демографии. И благодаря открывшемуся рынку был огромный спрос на трудопредложение. Благодаря выходу из крепостной зависимости у крестьян появилась серьезная заинтересованность в том, чтобы развивать свое хозяйство. Соответственно, появилось неравенство — появились кулаки, которые эффективнее вели свое хозяйство. И появились «лузеры» этого процесса — бедняки, байбаки.

Эти люди ушли в город. Город их принять не смог, и, мне кажется, это очень важная социологическая проблема. Потому что в деревне каждый человек на виду, под контролем микросоциума.
Все знают, у кого какие замашки, кто кого может убить или побить. Деревня — саморегулирующийся мир, довольно жестко регулирующий, а в городе человек попадает в анонимную среду. Над ним нет никого, кто за ним следит. Деревенского мира там нет. Он попадает в город неквалифицированным, дезадаптированным. Он видит всю несправедливость. Эти люди живут впятером в одной комнате. За работу им платят мало, потому что труд неквалифицированный. Одного человека можно выгнать и взять на его место точно такого же. И у люмпен-пролетариата из предместий есть, как мне кажется, неизбывная тоска по справедливости.

Потом к ним приходят люди и начинают объяснять, что когда все будет равным у всех, когда не будет богатых и бедных, ты заживешь значительно лучше. И человек эту пропаганду воспринимает легко, потому что он был вырван из прежнего мира и не адаптирован в новом мире.
Мне представляется очевидной связь с тем, что происходит в Северной Африке. Огромное количество вчерашних крестьян приезжают в Триполи или Каир, селятся в городских предместьях. Неквалифицированные, дезориентированные и легко воспринимающие пропаганду исламизма.
Исламские революции кажутся мне очень похожими на нашу революцию 1917 года. Но наша революция была на фоне роста. Значительная роль и вина принадлежат государю-императору Николаю Александровичу Романову. Потому что его дед Александр II говорил: «Лучше провести реформу сверху, пока крепостное право не отменено снизу». У него хватило ума, и Россия на это благодарно откликнулась удивительными темпами роста. Но борцы за свободу Александра II убили.

И Николай Романов, Николай II, это очень хорошо помнил. Поэтому, когда настала пора еще дальше двигаться по пути либерализации и удовлетворения растущих городов, он был категорически против.

После революции 1905 года была создана Дума, и думская оппозиция требовала вполне разумных вещей: сделать так, чтобы государь, по английскому образцу, царствовал, но не правил. Она требовала так называемого ответственного правительства. В терминах думских лидеров это значило, что правительство отвечает перед парламентом.

Государь-император воспринимал это как покушение на свою ответственность, на свою царственную роль. И, в этом смысле ему очень помогала императрица Александра, которая говорила, что всех этих гучковых и милюковых надо сослать в Сибирь, потому что они покушаются на династию.

А у нее еще был частный интерес — она родила замечательного сына и воспринимала Россию как собственность государя, и сам государь так ее воспринимал. Но при этом собственность у него была не безграничная. Он не был ханом. У него было царское имение, например, в Эйлатане, в Туркмении, и были государственные земли, на которые он не покушался. И был еще могучий частный сектор, который рос.

Но чем быстрее росла экономика, чем быстрее росли города, тем больше прав они предъявляли для того, чтобы гарантировать свои достижения. Царь, когда отдавал команды о формировании Думы, говорил тем, кто формировал избирательный закон, что этот закон надо построить таким образом, чтобы в Думе были представлены, говоря современным языком, самые лояльные классы, а именно, земледельцы-крестьяне и землевладельцы-помещики. А вот чтобы городов там было поменьше. Причем речь шла не о пролетариате, а именно о буржуазии.

Тогда главным врагом государь были именно буржуа, стремительно растущие города, у которых были бешеные деньги, и они требовали себе все большего внимания. И действительно, они рядились с государем, то есть, торговались с ним. Это было ему совершенно невозможно. Кроме этого, он боялся, что его вульгарно застрелят. Поэтому он предпринимал совершенно глупые безответственные попытки удержать власть всеми силами, и, в результате, доигрался до Февральской революции 1917 года, которая, кстати, была никакой не революцией масс, а революцией элит.

А потом уже во всей своей прелести проявила себя Дума. Там задавали тренд левые популисты, социалисты. Консервативные слои Думы были подавлены риторически. И огромная разрушительная деятельность левых популистов, в частности, в лице Керенского и других министров, привела к стремительному росту инфляции, ухудшению экономической ситуации — и все это на фоне войны. Так что это была революция консервативных низов, которые чувствовали себя проигравшими в этом быстром росте. Рост всегда сопровождается перераспределением ресурсов, и лидеры получают от роста много, а те, кто ниже, получают от этого меньше. Разрыв очень велик. В частности, это сопровождается ростом городов. Село начинает чувствовать себя обиженным по отношению к городам.

А на селе есть огромный избыток населения. Почему Столыпин пытался переселять русских крестьян из центральной России в Сибирь и Туркестан? Потому что был дефицит пахотных площадей. Но население растет, а площади остаются те же самые.

А большевики подключились с довольно бессовестной пропагандой. Ведь на самом деле объем помещичьего землевладения не прошел 10% от общих запасов земли. Абсолютное большинство земли принадлежало крестьянам, но в большей части успешным, то есть кулакам.

Оттого, что землю отобрали бы у помещиков, лучше жить заведомо не стало бы. Ее было немного, но использовалась она гораздо более эффективно — потому что использовались современные технологии.

И вот эта довольно забубенная и безответственная пропаганда нашла себе горючий материал, который даже после ошибочных решений Николая и после безответственного поведения Думы все равно был в меньшинстве.

Ведь произошло очень простое явление — разгон Учредительного собрания. Было решено в рамках законности организовать Учредительное собрание и там решить будущее России.

Было понятно, что в «Учредилке» большевики окажутся в меньшинстве. Большевики с помощью вооруженных матросов разогнали Учредительное собрание. Город Петербург поднялся на мирные протесты и был расстрелян из пулеметов. Все, произошел военный перехват власти.

А после этого началась ситуация чудовищного ухудшения экономики, чудовищной пропаганды и чудовищного насилия.

Только засчет насилия «оккупационный» режим большевиков и удержался в России. За счет насилия и совершенно бессовестной пропаганды. Когда люди умирали с голоду, вся пресса была полна сообщений об успехах советского сельского хозяйства и экономики.
Вся страна хором спасала «Челюскина»,
в то время как миллионы людей умирали с голоду,
и об этом никто не знал.
Это гораздо хуже, чем та смертельная стыдная болезнь, о которой пишет Алексей Константинович. Чудовищная страница в нашей истории, но она есть... куда деться?

Вопрос из зала:

— «Смутное время» звучит, как будто это натуральная эволюция, как будто так все и должно произойти в итоге. По вашему мнению, возможно, что один преемник будет сменяться другим преемником, и элиты сменятся, но структура останется той же? И в итоге мы все ближе и ближе будем двигаться к состоянию Северной Кореи.

Дмитрий Орешкин:

— Нет никакой предначертанности. Я бы был очень разочарован, если бы из моего доклада можно было бы сделать вывод о том, что все понятно и будущего нет. Есть субъективный фактор, есть личности, которые могут в эту ситуацию вмешаться. Если даже будет преемник — кстати, это не самый плохой вариант, во всяком случае без кровищи, — то этот преемник будет вынужден проводить какие-то реформы, хотя бы для того, что бы обеспечить паритет вооруженных сил.

И при этом есть глубоко презираемый и третируемый в СМИ Запад, который все-таки дает пример мирного эволюционного развития, в том числе и в смысле территориального дележа.

Но я не очень верю, что у наших элит хватит ума, доброй воли и ответственности для того, чтобы так себя повести. Для того, чтобы провести реформы, надо быть или таким наивным человеком, как Горбачев, который думал, что он удержит ситуацию под контролем, или таким отчаянным человеком, как Гайдар с Ельциным. И тот, и другой сгорели. И тот, и другой в глазах общественного мнения — глубоко третируемые, презираемые то ли идиоты, то ли предатели.

На самом деле они сделали очень многое, но не то что бы их труды пропали даром. Нет, наша экономика гораздо лучше и наше общество гораздо лучше, при всех его недостатках.

Но если приведется преемник, он волей или неволей (если он рационален) будет вынужден проводить оптимизацию этой системы. Другой вопрос, что преемник-то может быть и иррациональным. Вполне может быть, что власть перейдет к условным «черным полковникам», потому что очень сильна интенция в наших элитах, что Горбачев был трус и дурак, и если бы он пару раз стрельнул из пулемета, вся эта московская публика разбежалась, и Советский Союз и дальше бы сиял на небосклоне.

Может, и сиял бы, но тогда уже всем было понятно, что так жить нельзя — от чекиста и до члена ЦК партии до последнего водопроводчика было понятно что приехали. А вот сейчас пока еще нет такого ощущения, что приехали.

Поэтому мне кажется даже более вероятным, что преемник попытается завинчивать гайки и может действовать жестче, чем Путин. Во всяком случае, силовое крыло хотело бы видеть страну по сталинскому образцу, единым военным лагерем.

Там есть люди, которые искренне полагают, что надо заткнуть рот всем слишком умным, что надо ввести прямое военное управление, и все будет окей. И эта система ценностей аксиоматична, с ней трудно спорить. Они могут проиграть спор не тебе, потому что они твою логику не воспринимают, а только реальности. То есть тогда страна будет идти вниз до той поры, пока не станет очевидно, что приехали.

Я надеюсь, что именно благодаря большей продвинутости нашего общества, большей информационной открытости, — потому что мы можем говорить то, что считаем нужным, и это в стране даже позволяется, — процесс осознания произойдет раньше.

В Советском Союзе мы 70 лет к этому шли, хотя в принципе можно было бы осознать еще в 32-м году, когда были достигнуты чудовищные экономические результаты. Не осознали, потому что об этом не говорили, это не обсуждали. Сейчас я думаю, это произойдет быстрее. Поэтому теоретически все может быть. А практически — как бы преемник не оказался покруче Владимира Владимировича.

Вопрос из зала:

— Вы сказали, что наблюдаются некоторые сходства между господином Сталиным и Путиным. Товарищ Джугашвили был известен созданием культа личности. Каковы варианты развития событий, как возрождение знаменитой фразы: «Спасибо товарищу Путину за наше счастливое детство!»

Дмитрий Орешкин:

— Так это уже есть. Путин будет вежливо отбрыкиваться, ему это будут навязывать. Уже не кто иной, как господин Володин, сказал, что есть Путин — есть Россия, нет Путина — нет России.
Между прочим, так оно и есть. Поскольку на него
все замкнуто в рамках вождества, велики шансы,
что и государственная система распадется.
В этом смысле Путина к этому подталкивают.
Почему-то принято считать, что Путин такой нехороший. А я думаю, что в значительной степени его сделали, его привели к этой ситуации. Когда на выборах все нотабли, все региональные лидеры поняли, что он сильный человек, они стали под него подстраиваться — даже без особенного давления с его стороны.

И тут надо быть человеком величайших духовных качеств и силы, чтобы не поверить в то, что ты действительно какой-то выдающейся.

Все говорят, что ему везет, что он сильный, что он нагнул Обаму, он поднял Россию с колен. И мне кажется, что Меркель права, когда она говорит, что Путин живет в какой-то своей реальности.

Он же действительно теряет берега. Я бы на его месте потерял через две недели, если бы вся страна от Калининграда до Владивостока говорила мне, какой я умный. Если бы он ушел через два срока, он бы остался в памяти России как великий президент. Ему простили бы и Беслан, и «Норд-Ост», и подлодку «Курск», и отжатие собственности, потому что в принципе он шел в более или менее в правильном направлении.

Третий срок — это уже слишком. И, конечно же, сейчас будет игра с этим «спасибо товарищу Путину за наше счастливое детство». Уже ведь так и говорят по телевизору. Хотя он как бы говорит: «Ну что вы, о чем вы…».

У того же Пушкина в «Борисе Годунове», помните, в самом начале бояре обсуждают, что будет, и один князь говорит другому: «Узнать немудрено… Борис еще поморщится немного, что пьяница пред чаркою вина, и наконец по милости своей принять венец смиренно согласится». Смиренно согласится стать отцом всех народов — а куда денешься?
Вопрос из зала:

— Неважно, какой будет смена власти. Предположим, к власти придет условно прозападный, либеральный элемент. Достаточно ли будет сил у демократического государства после смены власти, после смены курса? Насколько хватит сил, чтобы избежать отката к железной руке в условиях, когда люди не привыкли к демократической смене власти?

Дмитрий Орешкин:

— Я не знаю ответа, потому что достаточно или не достаточно — это только на практике выясняется. Сейчас этого элемента стало значительно больше, чем в советские времена. Вот те самые 15% (100 минус 85 — получается 15) — от них требуется огромное мужество, чтобы этого не поддерживать, огромная самостоятельность. Просто значительная часть как всегда примыкает к большинству.

На самом деле я думаю, что такой элемент — это не 15%, а процентов 35. Он просто молчит, не хочет отвечать, попадает под влияние пропаганды телевизора. Но тем не менее поразительно, что 15% не соглашается. Ведь если вы возьмете 15% от 145 миллионов, — это почти 20 миллионов человек.

Конечно, в основном это горожане, образованные люди, состоятельные. Вам, наверное, будет интересно узнать, что у 14% моих соотечественников есть иностранные паспорта. Интересное совпадение: то есть они могут выехать за границу, у 9% есть долларовые счета в банках.

Это меньшинство на самом деле есть, оно не боится высказывать свою точку зрения, что уже хорошо. И вопрос только в том, как оно представлено в элитах. Потому что чем больше я читаю и думаю про прошлое моей выдающейся страны, тем становится очевидней, что на самом деле революция была не народным каким-то проявлением, как нам говорят, а внутриэлитными разборками. Гражданская война — это не война народа против правительства, а это война одной группы элит против другой группы элит с пропагандистским подтягиванием народа в качестве бойцов.

Ну так вот, мне кажется, что чем выше в небеса взлетает идеология и чем дальше она отрывается от реальной практики, тем скорее наступает то, что называется когнитивный диссонанс.

Он уже наступает: люди говорят, да, Путин молодец, Путин поднял с колен, присоединил Крым, но почему за мой счет? И этот червь сомнения начинает шевелится. Год назад он не шевелился. Как долго он будет шевелится, я не знаю, и хватит ли ресурсов? Мне кажется, что ресурсов больше.

Ну и на самом деле Советский Союз существовал 70 лет. Путинская Россия пока живет 15 лет. И если быть совсем откровенными, то это начинается, по крайней мере в моем летосчислении, наверное с грузинской войны, может быть, с мюнхенской речи, — это меньше десяти лет. Так что точно что-то произойдет, на вашем веку — точно.

Вопрос из зала:

— В девяностые годы, в ельцинские — Горбачев не успел, но вот во время этих ельцинских реформ, почему все равно пошли по экстенсивному пути, стали в большой степени использовать нефтедобычу, расширять ее, почему не сумели перейти на интенсивный путь и почему не попытались толком?

Дмитрий Орешкин:

— Может, вы меня осудите, но я думаю, что 90-е годы сильно недооценены. Я не очень понимаю, почему вы говорите про экстенсивный путь, ведь тогда цены на нефть были где-то около 20 долларов и меньше.

На самом деле Зюганов очень сильно критиковал Ельцина за то, что происходит приватизация нефтяной отрасли. Он говорил, что это наверняка отразится в суммарном падении добычи нефти, потому что была крупная советская система добычи, и, как казалось Зюганову, она эффективно работала, а теперь все это раздробят, и добыча нефти упадет.

Но она не упала и не выросла. На самом деле она снизилась, потому что мощности были исчерпаны, нужны были инвестиции, и только с приходом, условно говоря, Ходорковского, который вычистил кадровый состав, который гораздо эффективнее организовал добычу, начался рост — это уже вторая половина девяностых.

А в начале нулевых цены на нефть начали расти, и потом еще быстрее. То есть в девяностые-то годы как раз была интенсификация. Просто об этом никто не скажет.

Я сейчас вам по пальцам назову пять интенсивных технологических революций, которые произошли в 90-х годах: компьютерная революция — с 90-х годов у нас в стране производились счетные машины системы «Искра» в Смоленске, на них работать было невозможно. В 90-х появляются компьютеры, что, кстати говоря, в советскую эпоху было невозможно по определению, потому что любой ксерокс стоял на учете в КГБ, пишущие машинки хотели поставить — какой к черту компьютер, да вы что?

Плюс к компьютерной в конце девяностых произошла революция интернета, плюс революция мобильных телефонов. В советские времена мы стояли десять лет в очереди на телефон, чтобы его в квартире получить, — и тут она была решена. Строительная революция — технологии строительные изменились, началось стремительное жилищное строительство. А самое главное — экономическая революция: рубль стал конвертируемым, появился смысл его зарабатывать, появился смысл его инвестировать, появился класс собственников, появилась экономика, которая откликается на рыночный, платежеспособный спрос. Не то что тихо-мирно из начальства спускается сверху.
Только за счет открытости в Россию притекло сразу несколько технологических революций. А за нулевые годы я как раз никакой такой революции не наблюдаю.
Так что, может быть, я несправедлив, но мне девяностые годы кажутся гораздо более плодоносными для России.

Хотя те люди, которые в советскую эпоху работали на военных заводах (а у нас 80% заводов были военных), и люди, которые работали на шахтах в Донбассе, девяностые годы воспринимают как нечто ужасное. Потому что ребята из Горловки зарабатывали 700-800 рублей в месяц легко — те, которые рубили уголь. Они за год могли заработать на автомобиль «Жигули», мечту любого советского человека. И им этот автомобиль предоставляли без очереди, поскольку они были пролетарии. Точно так же с военными заводами: там было отдельное финансирование, отдельное снабжение. Люди хорошо работали, и все это рухнуло.

И сейчас люди говорят, что мы голодали. Ну да, я тоже, ну, не голодал, но жил за счет гуманитарной помощи в начале девяностых в Москве, как и все научные сотрудники. Но потом кто-то реализовался, кто-то нет. И эти ребята с очень большими претензиями к 90-м годам, потому что они не думают, что нефть упала в цене, они не думают, что уголь перестал так высоко цениться, они не думают, что они зарабатывали деньги, потому что им Центральный Комитет давал, как пролетариату, а не потому что они производили рыночно нужную продукцию. Это как бы их не касается — они жили хорошо, а потом в 90-е годы стали жить плохо, и вот Ельцину нет прощения. Но мне кажется, его очень много в чем можно обвинить, но в том, что он реализовывал экстенсивную модель, — тут я что-то не совсем понимаю вас, честно сказать.

Реплика из зала:

— Автомобильные заводы были закрыты. В общем что-то произошло с промышленностью…

Дмитрий Орешкин:

— У нас когда говорят «промышленность», имеют в виду оборонку. Значит, до революции группа Б — так называемое производство товаров народного потребления — была больше половины в общем производстве ВВП. После революции ее уменьшили до четверти. Это считалось очень хорошо, потому что группа А — это индустриальная мощь.

На самом деле группа А, — как один неглупый школьный учитель сказал: «Запомните, дети, группа А — это Абарона». Производили огромное количество стали, из этой стали производили оружие, которое никуда не продавалось. Соответственно, не было рыночного спроса, потому что негде было продать. Соответственно, в казну не возвращались деньги.

А платить надо было геологам, которые разведывали руду, металлургам, которые её выплавили, инженерам, которые построили эти танки, металлургам, которые сделали этот броневой лист и так далее. В результате все время приходилось подпечатывать фальшивые деньги. Вот это экстенсивное хозяйство — когда денег все больше, а стоят они все меньше.

Когда оказалось, что рынок не предъявляет спроса на эти самые танки… Я, кстати, напомню, что, когда Советский Союз развалился, в нем было 63 900 танков, — это больше, чем у всего остального мира вместе взятого. И они никаким боком не помогли спастись этой замечательной государственной структуре.

Кому, зачем еще раз производить эти танки, еще раз лить этот самый чугун, если людям нечем платить зарплату? Все это схлопнулось. И во всем этом в глазах общественного мнения виноваты, конечно, Ельцин и Гайдар.

Но должны же быть какие-то доброкачественные объяснятели, которые людям, желающим понять, должны говорить о том, что на самом деле это заложено.
Так же, как Смутное время заложено предшествующей традицией, эта экономическая катастрофа была заложена совершенно безумными экономическими приоритетами советской эпохи.
Но об этом люди не хотят говорить. Ну и, соответственно, 90-е годы — это «лихие». Ну и, конечно, пропаганда еще подливает, потому что, по советской традиции, всегда хули своего предшественника и на него вали все вины.

И до сих пор 90-е годы обвиняют, когда надо объяснить, почему у нас какие-то проблемы. Ну не Путин же в этом виноват! Ельцин. Извините, мне кажется, я не совсем ответил на ваш вопрос, но я действительно не вижу признаков экстенсивности.

Реплика из зала:

— Вы ответили.

Дмитрий Орешкин:

— Да? Спасибо.

А вот экстенсивное в советскую эпоху. Что делает Хрущев? Сельское хозяйство провалено. 44 миллиона тонн зерна покупают ежегодно после 1961 года в Канаде, Соединенных Штатах. Притом что у нас самые большие запасы чернозема и всего прочего. Хрущев с целью увеличения производства сельских продуктов осваивает Казахстан, поднимает целину.

Гораздо более простое решение — не отбирать у крестьян то, что они производят, хотя бы половину им оставить. И они бы эту проблему решили.

Я как работник географии помню, как обсуждались в ЦК партии, не в самом высшем, а на уровне экспертов, проблемы интенсификации. Ребята из экономического отдела ЦК говорили: «У нас большую часть картошки производят на частных землях, на приусадебных хозяйствах. А колхозные картофельные поля вроде как ничего не дают». То есть 1% земель, которые в руках у крестьян в качестве подсобного хозяйства по 20 соток на нос, обеспечивает треть всего производства картофеля. И они стали думать про те самые 6 соток поганых, для того, чтобы дать народу эти 6 соток, чтобы тот производил себе картошку. Это в конце ХХ века!

А дать земли в частные руки — это нельзя, это табу. Приезжали голландцы к нам в институт и спрашивали: «Мы не понимаем, почему в Советском Союзе строят эти чудовищные пятиэтажки, а не строят, как у нас в Голландии, частные дома?» И наши люди им говорили: «А у нас земли не хватает». Это голландцам, которые у моря отвоевывают сушу! И даже не понимали, как это смешно выглядит.

Вопрос из зала:

— У меня вопрос исторический. Вы сказали о влиянии кочевой татаро-монгольской культуры на Россию. Я с этим не могу не согласиться, но хотел бы отметить два момента. Первый: если вы когда-нибудь имели возможность осмотреть (на старославянском здесь, наверное, никто не может читать), величайшее произведение и памятник культуры тех времен «Хождение за три моря» Афанасия Никитина... Я не мог не заметить, что Афанасий Никитин очень часто оперирует не столько татарскими словами, сколько арабскими, в том числе цитатами из Корана. Второй момент — это монеты различных чеканок, различных князей, таких, как Дмитрий Донской, Иван III, князь Василий III. Я был удивлен, когда увидел, что на одной стороне этих монет, как правило, надпись на старославянском, а с другой стороны на арабском, в том числе цитаты из Корана. И вот, суммирую свой вопрос: не считаете вы, что Россия так же имела сильное влияние арабской культуры и арабской религии? Если да, в каком виде она сохранилась сейчас?

Дмитрий Орешкин:

— Конечно, считаю. Тот же самый Афанасий Никитин путешествовал не как Плано Карпини — в земли Великого хана. Он путешествовал южнее, как раз в Иран и до Индии. Естественно, он оттуда привез и свои языковые соображения и религиозные тоже.

Я меньше всего хотел бы, чтобы от моих слов осталось ощущение, что только это и было. Я хочу сказать, что мы недооцениваем кочевое влияние. Я хочу внести в обсуждение новую тематику — не этническую, а именно хозяйственного уклада и системы ценностей.

Это нисколько не мешало русским купцам через Волгу спускаться в Каспий и дальше до Ирана и там торговать. Очевидные были связи. Тот же самый Великий шелковый путь проходил через Северный Кавказ — там навалом персидских материалов.

Насчет денег: среди специалистов по исторической нумизматике активно обсуждается даже такая понятная вещь, как генезис термина «копейка». У нас говорят, что это «копейные деньги», потому что там изображен Георгий Победоносец с копьем в руке. Есть некоторые эксперты, которые это выводят к названию монеты, которая называлась «копек» — скорее где-то в Персии, чем в кочевых территориях. Да и вообще, монету бьют в оседлых территориях. Кочевые государства свои монеты бить не могут — у них нет металлургии.

Что касается древнерусских княжеств, то же самое — каждый князь был суверен, каждый князь бил свою монету. В документе, в котором Иван III завещает своим наследникам, как раз сказано, что необходимо ограничить удельных князей в праве бить или печатать свою монету. Отныне монету может печатать только Москва.

Иван III — это дедушка Ивана IV. Произошла консолидация власти, естественно с учетом персидских влияний, — как без этого? Я хотел просто приподнять некоторую значимость того, что мы пропускаем мимо ушей, что очень серьезное влияние было и кочевой культуры. Византия очень близко взаимодействовала с Персией и с тем же Китаем, и через Византию мы много оттуда получили.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.newtimes.ru/articles/detail/108748/
14.03.2016 21:05:00

Есть ли у Григория Явлинского, который уже заявил, что пойдет на президентские выборы и победит Владимира Путина, шанс попасть хотя бы в Думу, зачем Кремлю договороспособные либералы из девяностых, а «Яблоку» Кремль
http://www.newtimes.ru/upload/medialibrary/e11/KMO_152391_00810_1h.jpg
Ни на какие контакты с изгнанным в начале нулевых из «Яблока» Навальным Явлинский не пойдет, Москва, 28 февраля 2016 года. Фото: Анатолий Жданов (Коммерсантъ)

Когда в ночь декабрьских выборов 1993 года видный эксперт по Достоевскому Юрий Карякин объяснил России, что «она одурела», у многих проскользнуло подозрение, что одурел, пожалуй, кто-то другой. А как раз Россия, отдавшая 23% за ЛДПР и так огорчившая Карякина, была целиком в своем уме и в своем праве. Просто показала себя такой, какая реально есть, а не такой, какой виделась умным специалистам по народу-богоносцу.

Ну, нравится людям Жирик! Еще им нравятся латиноамериканские сериалы, Сталин, Кашпировский, Дмитрий Киселев, журнал «7 дней» и Владимир Путин. Это нормально. Народ надо уважать таким, какой есть.

Бюрократы в игре

Кроме рва, отделяющего широкие на- родные массы от благонамеренных столичных интеллигентов, выборы 1993 года показали, что подсчет голосов далеко не полностью контролируется федеральной властью. Увлеченные критикой тоталитаризма, гуманитарии как-то не заметили, что реальный административный (в том числе и фальсификационный) ресурс находится скорее в руках региональных элит, нежели у Кремля. Хотя это ясно подтверждалось данными по одновременному голосованию за Конституцию, которое провалилось в регионах, где местные, еще по сути обкомовские власти, во-первых, жестко контролировали подсчет голосов, во-вторых, стремились спустить Конституцию на тормозах, потому что она ущемляет их суверенитет, и в третьих, боялись, что «дурь московская» (как они между собой величали кремлевские попытки демократизации) поставит их региональное всевластие под угрозу.

Семь республик — Адыгея, Башкортостан, Дагестан, Карачаево-Черкесия, Мордовия, Тыва и Чувашия — дали за Конституцию менее 50% голосов. Чечня вообще проигнорировала, а Татарстан выразил свое отношение, показав скандально низкую явку 13,9%. Меньше половины голосов отдала и компактно расположенная группа регионов, которую позже стали именовать «красным поясом»: Белгородская, Брянская, Волгоградская, Воронежская, Курская, Липецкая, Орловская, Пензенская, Смоленская, Тамбовская области.

Это был важный сигнал, верно понятый в Кремле, но прошедший мимо столичной прогрессивной общественности: электоральная демократия в России отражает не только настроение избирателей, но в не меньшей степени и настроение элит. Стало ясно, что без учета шкурных интересов бюрократии никакие реформы не пойдут. Здесь и пролегла грань, надолго, если не навсегда, отделившая политических прагматиков от благонамеренных идеалистов. Россия оказалась совсем не такой, как мыслилось московским демократам. Зеркальный стресс пережили и широкие народные массы: демократия тоже вышла не такой, какую они рисовали в своем воображении.

Путь вниз

Вряд ли могло быть иначе. В начале процесса казалось, что стоит отказаться от всевластия КПСС и внедрить рыночную экономику, как мы сравняемся с США или Германией. Никому не хотелось вспоминать, что паритет с Западом у СССР был только в космосе, оборонке и хоккее; а так в Аргентине, Бразилии или Пакистане тоже нет КПСС и есть рыночная экономика — но этого недостаточно, чтобы сравниться с мировыми державами. Разочарование, а вместе с ним и номенклатурный реванш на базе советских ракетно-хоккейных иллюзий, которые успешно культивирует и эксплуатирует путинский режим, были неизбежны.

Могло быть и хуже: оглянитесь на опыт Узбекистана или Казахстана, где бывшие советские руководители вообще не выпускали контроль из рук. Могло ли быть лучше? Вопрос насколько сложный, настолько и праздный. Однако именно его вот уже 20 лет ставит в центр политической жизни неуклонно теряющая электоральную поддержку партия либерал-теоретиков «Яблоко». Они-то знают, как надо.

Только вот с народом им не повезло. Политическая практика сурова. В 1993 году «Яблоко» набрало 7,9%. На следующих выборах, в 1995 году, показатель снизился до 6,9%. В 1999 году результат еще скромнее — 5,9%. В 2003 году у «Яблока» официально вышло лишь 4,3%. При этом мало кто сомневается, что партию (вместе с СПС) вежливо «кинули» при подсчете голосов как раз в ее опорных урбанизированных зонах — прежде всего в Татарстане. Там «Яблоку» насчитали всего 2,5% (при 59,5% за ЕР), хотя даже в Башкирии было 3,6%. Альтернативные подсчеты, выполненные КПРФ, показали, что реальный результат был 5,7% — не бог весть сколько, но достаточно для прохождения в ГД.

Впрочем, общей тенденции к снижению эта поправка не отменяет. В 2007 году у «Яблока» всего 1,6% (альтернативный подсчет показал 2,15%). В 2011 году 3,4%, — при отсутствии традиционной конкуренции со стороны исчезнувшего СПС, но зато при явных признаках фальсификации в пользу ЕР. После чего Москва вывалилась на Болотную площадь. С момента формирования «путинского консенсуса элит» результаты выборов все сильнее зависят от азиопской номенклатуры, которой европейская оппозиция совершенно не нужна. Но суровая правда заключается в том, что, будь у партии 9–10 реальных процентов поддержки, никакой административный ресурс не смог бы загнать ее под лавку. Однако такой поддержки не было даже в 1993 году, когда у городской России еще были живы европейские иллюзии. Сейчас и подавно. На этом фоне постоянные укоризны в том, что реформы надо было проводить не так, голосовать не так и строить светлое европейское будущее тоже не так — в стране, где элиты и население в течение как минимум трех поколений воспитывались в традициях вполне азиатской деспотии, — вызывают, мягко говоря, недоумение. Ну да, конечно, Россия одурела: ей надо было голосовать за Явлинского, и все бы наладилось.

Гость из прошлого

На простодушном языке политологии это называется промазать мимо целевой аудитории. За 25 лет с начала 1990-х страна прошла большой путь — и в основном вверх. Есть рыночная экономика, которая ориентируется на платежный спрос, а не на директивы Политбюро. Есть конвертируемый рубль. Есть информационная свобода. Есть выборы и политические партии. Понятно, что все это искажено монополизацией, бюрократизацией и фальсификацией. Понятно также, что путинская номенклатура тормозит и местами даже обращает вспять нормальное развитие. Но не стоит отрицать, что мы живем в новой реальности по сравнению с СССР. И проблемы перед страной стоят другие.
http://www.newtimes.ru/upload/medialibrary/9ff/KMO_152374_00067_1h.jpg
Но у Алексея Навального и без союза с «Яблоком» есть политическое будущее. А у «Яблока»? Москва, 27 февраля 2016 года. Фото: Кристина Кормилицына (Коммерсантъ)

Новые вызовы острее чувствуют новые политики. Коррупция — эту тему удачнее развивает Алексей Навальный. Правовой беспредел — здесь сильнее выглядит Михаил Ходорковский. Чеченизация России — об этом громче и четче говорит Илья Яшин и говорил покойный Борис Немцов. Явлинский — отличный экономист, кто же спорит. Но сегодня в отличие от СССР в России десятки, если не сотни отличных экономистов.

Что еще? По существу, у «Яблока» лишь два серьезных торговых преимущества на современном политическом рынке. Во-первых, реальная партийная структура, которая дорогого стоит («Яблоку» честь и хвала, что оно сумело себя сохранить; глупо пенять ему за то, что ради этого приходилось идти на компромиссы). И во-вторых, имидж непреклонного борца за идеалы. Если первый пункт сомнений не вызывает и в новой, более прагматичной России вряд ли кем-то может оспариваться, то со вторым проблемы. Он слишком явно контрастирует с первым. Он слишком узко ориентирован на идейное ядро (чтобы не сказать — секту) свидетелей Явлинского. Он слишком из 1990-х.

Диалектика принципиальности

Цена непреклонности в отношениях с ПАРНАСом иллюстрируется гегелевской триадой, которую партийные вожди изучали в школе. Тезис. Навальный — нехороший человек. Нацист, империалист и популист. Апеллирует к низменным сторонам человеческой натуры, ищет дешевой популярности. Принципиальному «Яблоку» с ним не по пути. Антитезис. С другой стороны, своей нацистской риторикой он собрал чертовски многочисленную аудиторию. Мог бы и поделиться с неподкупным «Яблоком», которому голосов всегда не хватает. Партия со всей принципиальностью настаивает, чтобы он призвал своих сторонников голосовать только за нее! Синтез. Мы принципы на проценты не меняем. Вкручивая избирателю такую диалектику, партийные публицисты на голубом глазу держат его за идиота. Но это еще полбеды. Хуже, если они сами такие и не понимают, как выглядят со стороны. Настолько привыкли объяснять свои провалы неподкупной принципиальностью, что сами в это поверили. А избиратель устал верить. Вы, господа, или договаривайтесь, или не морочьте голову со своим неуклонным курсом. Имея в виду, что в 2013 году в Москве Навальный официально набрал 27,2% (на самом деле 28,4%), а лидер «Яблока» Сергей Митрохин с его непримиримой борьбой против точечной застройки — 3,5%. То же самое с Ходорковским. Главный яблочный переговорщик Лев Шлосберг резонно говорит, что в предвыборном торге есть элементы, которые не следует выносить на сцену. И тут же громко заявляет, что «Яблоко» принципиально не примет денег от Ходорковского.

Вроде бы как раз такой сюжет: если вам деньги предлагали (непублично, надо полагать?), почему бы так же непублично от них не отказаться. Если не предлагали — как немедленно заявил сам Ходорковский, — тем более. Избиратели опять же не идиоты, понимают: раз тему вы- тащили на публику, значит, это кому- то надо. Кому — Ходорковскому? Он и так в курсе. Избирателям? Им это странно — демонстративные финансовые разборки переговорный климат явно не улучшают. Кремлю? Вот это уже теплее. Но тогда опять возникают вопросы насчет несгибаемости. Ну что было бы просто промолчать. В уме, опыте и чувстве достоинства г-на Шлосберга сомневаться не приходится. Стало быть, имелись какие-то очень весомые причины. Видимо, только партийная любовь к прямоте и твердости — какие же еще могут быть причины. Не звонок же от куратора.

В «Яблоке» привыкли говорить и думать, что их обижают от зависти — за незапятнанный белый фрак. Увы, это самообман. Тема незапятнанности если существует, то главным образом в воображении самой партии или ее ядерного электората, которого явно мало для прохождения в Думу. Так называемый электоральный шлейф — люди, потенциально симпатизирующие, но склонные колебаться или лениться, скорее озабочены не чистотой партийных одежд и содержанием партийных программ, а практической эффективностью. В том числе договороспособностью. Если будет договоренность с ПАРНАСом и Навальным, это помимо суммы ядерных электоратов сразу добавит изрядно голосов из «шлейфа» — просто как бонус за вменяемость. Не будет договоренности — ну, извините. У Навального в любом случае останется политическое будущее — по той простой причине, что он молод, умен и талантлив, как к нему ни относись. Но самое главное: обладает такими штучками, наличие которых, как установил лучший антрополог всех времен и народов, отличает дедушку от бабушки. А вот партия «Яблоко» в новую реальность может уже не вписаться, навсегда оставшись неподкупной бабушкой из 1990-х.

[Дмитрий Орешкин]

http://www.newtimes.ru/articles/detail/109408/
№11 (402) от.04.16

В NT 9 от 21 марта 2016 года был опубликован ответ члена Федерального политического комитета партии «Яблока» Льва Шлосберга на текст Дмитрия Орешкина «Несгибаемая бабушка» о Григории Явлинском. Постоянный автор NT не согласился с критикой Шлосберга Уважаемый Лев Маркович! Я не любитель публичной переписки, но раз Вы отреагировали на мою статью про «Яблоко» открытым письмом, придется и мне ответить в этом жанре. По-вашему, суть статьи в утверждении, что Кремль посылает «Яблоко» на выборы и через «звонки от куратора» требует от партии не договариваться с другими демократами, а договариваться с Кремлем — чтобы таким путем добиться политической ликвидации партии. Это, простите, вздор. В статье нет ничего о том, что Кремль «посылает» Яблоко на выборы и дает ему «политическое задание». Нет там и выражения «посланцы Кремля», которое Вы даете в кавычках как якобы цитату из моей статьи. Не надо держать читателей за младенцев. Если бы Кремль действительно хотел ликвидировать Вашу партию, ему достаточно было нарисовать ей в 2011 году 2,9 % вместо 3,4 % и оставить без федерального финансирования. Но Кремлю ликвидировать «Яблоко» вовсе не интересно — лучше использовать его «твердость» для блокировки возможного объединения демократических сил. Отсюда и название статьи — «Несгибаемая бабушка». Эта партийная особенность имеет следствием: а) неготовность сотрудничать с другими демократическими объединениями (приглашение Дмитрия Гудкова и Владимира Рыжкова верный шаг, но погоды не делает; избиратели ждали объединения списков); б) утрату популярности и нисходящую электоральную динамику; в) отрыв от реальности: без объединения с «Демкоалицией» партсписок «Яблока» вряд ли проходит в Думу. В то же время при объединении он проходит гарантированно, так как к сумме ядерных электоратов прибавляется еще и «электоральный шлейф». Но зачем после принципиального осуждения Алексея Навального за «нацизм», «империализм» и «популизм», партийные публицисты столь же принципиально осуждают его за то, что не призвал своих «нацистских, империалистических» и т.д. сторонников отдать голоса именно «Яблоку»? Лев Маркович, попробуйте взглянуть на свое письмо глазами потенциальных избирателей, в том числе тех, кто хочет получить ответ на поднятые в статье вопросы. Если Михаил Ходорковский конфиденциально предлагал помочь «Яблоку» деньгами, зачем Вы принялись «давать отпор» ему в публичном пространстве? Достаточно было так же конфиденциально отказаться (если деньги вправду предлагались — что Ходорковский отрицает). Вы думаете, люди не понимают, кому адресуются такие «отпоры»? Кстати, отослав текст в редакцию, я через 2 дня обнаружил аналогичный вопрос в блоге Александра Минкина на «Эхе Москвы». Поверьте, мы с ним не сговаривались. Лозунг партии: «Мы принципы на проценты не меняем!» Хорошо. Но зачем после принципиального осуждения Алексея Навального за «нацизм», «империализм» и «популизм» партийные публицисты столь же принципиально осуждают его за то, что не призвал своих «нацистских, империалистических» и т.д. сторонников отдать голоса именно «Яблоку»? Это такие принципы несгибаемые или проценты? В чём же смысл Вашего письма — в том, что «Яблоко» созидает, а Орешкин злопыхает? Да бог с ним, с Орешкиным — скажите лучше, где объединение, работать над которым Вам поручено. Его нет. И ответа от Вас тоже нет. Вместо него бумажка на двери: «Тихо! Тов. Шлосберг ведет важные переговоры. Избирателей просят не беспокоить». С такими подходами партия и своего ядерного электората в сентябре рискует не собрать. Вот и весь анализ, которого Вы «не нашли» в статье. Нет никакого противоречия между моей позицией как подписанта объединительного письма в «Новой Газете» и как автора статьи в «The New Times» (на которую Вы обрушились с обвинениями в двуличии). Обе позиции тождественны: или «Яблоко» преодолевает свое сектантство и объединяется — или несгибаемо продолжает путь под горку

[Дмитрий Орешкин]

http://echo.msk.ru/blog/oreshkin/1750780-echo/
14:04 , 19 апреля 2016

автор
политолог

Оригинал — Obozrevatel.com

Партии Ходорковского и Чичваркин в России не будет, потому что ее в России никогда не зарегистрируют. Это объединение финансовых ресурсов и медийных, плюс влиятельность и того и другого участника. Конечно, она несоизмерима, у Ходорковского все на много больше. Но участия Чичваркина, как человека яркого и креативно мыслящего, позволяет прибавить к этому альянсу некоторой весомости.

Основная проблема в том, что сейчас в России, благодаря путинской системы ценностей, идет процесс, где выборы по существу играют роль декоративную, как в Советском Союзе или как в современной Чечне. Сколько начальнику надо — столько избирательные участки и покажут.

Напомню, что в 2012-ом году на президентских выборах у Кадырова за Путина получилось 99,8%, как в Советском Союзе, и при явке в 99,6%. Понятно, что в реальности такого не бывает. Понятно, что речь идет о фальсификации голосования, что это нарушение статьи Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации, которая называется «фальсификации избирательных документов».

Но также понятно, что эта норма никогда не будет применяться к Кадырову потому, что это нарушает всю государственную вертикаль. Она основывается не на нормах Конституции, а на таких вот договоренностях. И бороться с этой системой на выборах достаточно бессмысленно. Выборы будут упрощены, а результаты подкорректированы.

Так что благодаря усиленной вертикали Владимира Путина, политический смысл переходит в совершенно новую плоскость. Эту политическую модель можно поменять или сверху, если вдруг граждане почувствуют, что модель неэффективна в политическом и экономическом смыслах. Или же персоны у вершины вертикали власти почувствуют, что слишком много теряют. Тогда происходит смена политического вектора или благодаря тому, что сами элиты находят решения, соответственно переориентируют высшие органы, которые принимают решения. Или же происходит законная или незаконная смена власти благодаря конституционному перевороту. Как всегда было при царях.

Одобрение электората зависит не от настроения избирателя, а от настроения региональных элит, которые или поддерживают или не поддерживают.

Пока региональные элиты поддерживают, потому что в случае демократизации и перехода на стандартную политическую жизнь, как на Западе, они слишком много теряют. А у них монопольное положение на рынке, что их устраивает. Хотя в целом оно тормозит развитие экономики России и оттесняет ее на периферию.

Но пока еще жареный петух не клюнул, пока еще экономика как-то существует, жить-то можно, особенно элитным людям. Они неплохо себя чувствуют, поэтому поддерживают путинскую стратегию.

Но все больше активных людей, обладающие активными ресурсами, в том числе материальными, медными и политическими, оказываются вне структуры, которая называется «путинский консенсус элит».

В частности это Ходорковский, Чичваркин, Яковлев. И они начинают работу по изменению политической структуры. Они понимают, что с помощью выборов вряд ли что-то удасться сделать. Выборы это скорее один из инструментов давления, но вовсе не ключевой механизм, который может поменять систему приоритетов в российской власти.

Так что в выборах они будут участвовать и будут их использовать для того, чтобы осуществлять давление на Владимира Путина с помощью медийных ресурсов или электоральных, введение и финансирование каких-то своих альтернативных кандидатов, но при этом они конечно не надеятся, что это будет механизм, который сможет что-то поменять. Скорее это механизм, который позволит воспитать новую политическую элиту, контрэлиту, которая ориентирована на другие, более близкие к европейским системам ценности. В этом собственно и смысл. Создается центр по формированию контрэлиты.

С точки зрения путинской вертикали это прямая диверсия в адрес его власти, она оттесняет ее и предлагает другие механизмы развития страны. Для них это подрывная деятельность, поэтому бороться они с ними будут силовыми методами, с помощью спецслужб.

Пока что они активно используют медийные методы — дискредитация. Показывают пленки про Касьянова и так далее. Конкуренции путинский режим не предусматривает. Поэтому попытки наехать, дискредитировать будут. Ходорковский и Чичваркин будут отвечать теми ресурсами, которые у них есть. Например, это суды по делу ЮКОСа, публикации в западной прессе и так далее.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29717
26 МАЯ 2016 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/29717//1464253073.jpg
ТАСС

Вот недавно отмечали день рождения ТВ «Дождь». Народу тьма. На улице льет как из ведра. Это понятно: за погоду в Москве отвечает Атлантический атмосферный перенос (некоторые синоптики признаются еще чистосердечней: Западный перенос). Договориться с ним о брендовых осадках для канала не проблема. Вообще, давно пора послать сигнал куда следует насчет провокационной сущности названия. Нет бы назвать «Восточный ветер». Или, еще лучше, «Восход»: свежо, оптимистично, бодрит и мобилизует.

В тыльной части зала загончик для ВИП-гостей. В нем тепло и уютно, как на избирательном участке. Кто помоложе, таращится на сцену и в зал, где происходят роение и рукоплескание. Кто постарше, ведет умные беседы. Половину не разбирая из-за рева музыкальной стихии. На сцене С. Белковский джигитует на инвалидной коляске: «На Белград!»

Мы с М.М. Касьяновым у столика степенно обсуждаем грядущие выборы. Вот, ежели, допустим, к «Мише-2%» прибавить «Гришу-3%», то в сумме получится 5% или очередной скандал? (Для тех, кому про выборы еще не надоело, транслирую позицию М.М.: во-первых, сложение невозможно; во-вторых, у Гриши нет 3%.)

Тут к Касьянову подходит девочка в белой майке (обслуживающий персонал) и спрашивает: мол, не угодно ли вина? Факт, удивительный по двум причинам. Во-первых, никому, кроме Касьянова, в индивидуальном порядке выпить не предлагают. В ВИП-загончике демократия: пришла охота — подойди к бару и возьми. Во-вторых, плюс к демократии коммунизм: виски бесплатно. Тем не менее, Касьянов отвечает: да, мол, угодно; ничто человеческое мне не чуждо. Она: тогда с вас столько-то рублей. Тот, естественно, полез в карман и достает несколько образцов российской валюты разного достоинства. А вокруг грохот, темнота, фиолетовые сполохи, гром и молния. На сцене наяривает румынский оркестр. Сразу и не сообразишь, сколько каких бумажек милой девушке надо отдать.

Но, оказывается, в этом-то вся фишка! Как только он начал с дензнаками разбираться, из темноты выскочили 4 молодца со вспышками (под столом прятались, что ли?): клац-клац-клац! Колоссальный сюжет: Касьянов деньги считает!! И тут же скрылись. Он все-таки рубли досчитал и девочке отдал, сколько просила. И она тоже скрылась. Но минут через 20, надо отдать должное, бокал вина все-таки принесла.

— Ну что, — говорю. — Михаил Михайлович, избирательная кампания в разгаре? Граблями-то не замучили еще?

— Такие паршивцы, — отвечает. — Человек 20 из московского НОДа по всей стране за нами таскаются. Изображают негодование местного населения. А рожи одни и те же. И не надоест им!

Стало быть, скоро где-нибудь в провинции всплывет кадр, как Касьянов в пиджаке и очках с довольной улыбкой капиталиста считает бабло. Для пущей документальности сторублевки в фотошопе поменяют на доллары, на заднем плане влепят Белый дом с Капитолием — и понеслась душа в рай.

Наверняка ребята гордятся своей четкостью. Не каждый сумеет промылиться в ВИП-зону, спланировать подлянку, подговорить девочку из персонала и терпеливо выжидать в засаде, покуда наступит сокрушительный момент. То, что в набор достоинств входит искреннее презрение к аудитории, их едва ли тревожит. Пипл схавает, чего там.

Это правда, схавает. На том стояла и стоять будет их великая театральная школа. Тревожит иное: мастерство уже не то. Понемногу мельчает искусство! В былые времена лубянские режиссеры ставили куда более изысканные спектакли.

Хьюлетт Джонсон, настоятель славного Кентерберийского собора, был большим другом СССР, лауреатом ордена Трудового Красного Знамени (1945) и Сталинской премии за укрепление мира между народами (1951). А также членом Всемирного Совета Мира (1950), главой Общества англо-советской дружбы (1948), марксистом, гуманистом, социал-демократом и борцом за светлое будущее человечества. То есть принадлежал к тому типу европейских интеллектуалов, которые у нас официально именовались людьми доброй воли, а неофициально — полезными идиотами. И.В. Сталин их весьма ценил, принимал в Кремле, пленял демократичностью манер и лукавой улыбкой. Не жалел средств на прикормку и разводку. Арагон, Барбюс, Труайя, Фейхтвангер… всех не упомнишь.

Для «красного настоятеля» Джонсона, в частности, был спланирован воздушный маршрут в глубинку, чтобы тот лично всё увидел и непредвзято оценил. Организаторы знали, что пастор прежде был военным летчиком. Поэтому когда в шуме двигателя внезапно появился посторонний звук, он немедленно проследовал в кабину и лично дал знать пилотам, что это нехорошо. (Пилоты без него ни за что не догадались бы.) Для вынужденной посадки был избран случайно подвернувшийся колхоз с взлетно-посадочной полосой. Пока летчики с местными мастерами исправляли поломку (в любой сталинской машинно-тракторной станции, как известно, имеется все необходимое для ремонта авиационных двигателей), г-н Джонсон вкушал от даров колхозного животноводства и земледелия, наблюдал образцовую организацию социалистического хозяйства и наслаждался плясками и пением (на хорошем английском языке) простых сельских детишек. Они как раз подтянулись на выступление к полевому стану. Ну, так у них было принято.

Вскоре двигатель починили, сытый и довольный пастор продолжил путешествие к следующей потемкинской деревне. По пути лишний раз убедившись в преимуществах плановой социалистической экономики и культуры. О чем потом неоднократно рассказывал миру через лживые буржуазные газеты. И даже выступил с этой поучительной историей на парижском процессе против невозвращенца Виктора Кравченко (1949), которого газета французских коммунистов «Les Lettres Francaises» обвиняла в клевете на сталинские лагеря и колхозы. Газету, кстати, редактировал Луи Арагон, «Арагоша», муж Эльзы Триоле, подруги Маяковского и сестры Лили Брик, тоже его подруги. Все они были искренние, бескорыстные друзья СССР и, в особенности, НКВД.

Кравченко свой суд тогда выиграл. Настоятель Джонсон своим искренним рассказом немало повеселил публику, из которой многие имели опыт реальной жизни в Советском Союзе. К нему, впрочем, никаких претензий: если бы у левых либералов были мозги, они бы не были левыми либералами. Речь вообще не о нем, а о творцах невидимого фронта, которые организовали театр одного зрителя с пейзанами на пленэре. Это вам не Касьянов с рублями!

Какое, должно быть, сатанинское чувство превосходства они испытывали, разводя прогрессивного старца на мякине. Светлое будущее тебе? На тебе светлое будущее! Лопатой греби. У нас любой рабочий, если надо, тенором споет, как Козин, а колхозница голосом Лидии Руслановой. Только дайте знать заранее, а то пока из Магадана/Казахстана дотащат…

Освобождение от совести дарит иллюзию величия. Сказку, о которой благонамеренный пастор только мечтает, мы делаем былью по щелчку пальцев. Кушай, дорогой, для тебя ничего не жаль. А уж для простого народа и подавно! Тут кайф немного другой, хотя тоже адский — не от ментального превосходства, а от прямого помыкания. Обещали вам коммунизм — нате! Шаг влево, шаг вправо — конвой стреляет без предупреждения. Пообещали Конституцию — вот вам лучшая в мире, сталинская. Сам Бухарин сочинял! (Умный Фейхтвангер весьма хвалил.) Еще бы! Вот вам самая короткая и емкая статья №112: «Судьи независимы и подчиняются только закону». Поди, плохо?

Пообещали выборы — получайте выборы: 99.9%, как в Чечне. Пообещали мир и дружбу между народами — вот вам мир и дружба. Самые большие потери в самой кровопролитной войне, есть чем гордиться. Пообещали догнать и перегнать — вот вам догон-перегон. Выходи строиться!

По ВВП на душу населения Россия сегодня на 66-м месте в мире (9054 доллара, данные МВФ за 2015 г.). Сразу после Турции, Суринама и Маврикия. Зато уверенно опережаем Мексику, Мальдивские острова и Гренаду! Чуть ниже среднемирового уровня, который равен 10023 USD. Помнится, Португалию по этому показателю было велено/обещано догнать и перегнать. Сегодня она на 38-м месте, почти вдвое выше нашего. Наращивает отрыв.

А где обещанные 25 млн квалифицированных рабочих мест? Где рубль как островок стабильности для мировых финансов? Где российская нефтяная биржа, торговля нефтью за рубли, трубопроводная империя и 7% ежегодного роста? Пока рост лишь 3.5% и к тому же — ах! — со знаком минус… Где, наконец, Украина, которую обещали привести в братское стойло Евразийского и Таможенного союзов? Где сами эти союзы, мы уж не спрашиваем. Наверное, там же, где Союзное государство России и Белоруссии.

…Ты вот что, товарищ. Ты давай не умничай. Тихо ступай к своему креслу у телевизора, тебе нарисуют. Неужто не чуешь, как вместе со всеми поднимаешься с колен вопреки проискам врага? Не испытываешь прилива богатырских сил?! Нехорошо! Смотри, как бы не пришлось вызывать бригаду скорой помощи с аппаратом искусственного идейного вскармливания…

Все это, конечно, радует и бодрит. Возвращение к истокам. Как говорят в народе, от морозной свежести 1937 г. и полной и окончательной победы социализма не зарекайся. Проблема в другом: творцы виртуальной реальности понемногу сами переселяются в сказку. Которая в их исполнении приобретает незабываемый привкус паранойи. Верят, что ухватили бога за бороду и поняли, как устроен мир. Уж их-то не проведешь! Небось, не какой-нибудь старый козел из загнивающего капитализма.

Когда в 1959 г. партийно-правительственная делегация во главе с Н.С. Хрущевым впервые прибыла в США, они меж собой долго обсуждали — каким образом местные чекисты выведывают, куда московские гости назавтра решат прогуляться. Но выведывают же как-то! И всякий раз успевают завезти в местные торговые точки мясомолочную продукцию, фрукты-овощи и промтовары. Куда ни ткнись — опять полные полки. Умеют же, сволочи, работать. Нашим бы так! Загадка, черт побери…

Впрочем, Н.С. Хрущева такими пустяками из седла не выбьешь. 17 сентября 1959 г. в Нью-Йорке, в ответ на провокационную речь постпреда США при ООН Г. Лоджа, который расхваливал рыночную экономику, наш лидер веско, с цифрами и фактами в руках дал сокрушительный отпор. Это будет посильнее, чем Касьянов с рублями или Фауст со своим Гете: «По сравнению с уровнем 1913 года производство в Советском Союзе выросло в 36 раз, а у вас только в 4 раза».

Трудно сказать, верил ли он сам этим цифрам. Ясно одно: объем советского производства измерялся, естественно, в советских рублях. По определению деревянных. Настрогай их в 10 раз больше — вот тебе и десятикратный рост экономики при неизменном физическом объеме. С поправкой на дутую производственную отчетность и очковтирательство (оценочные расчеты проведены еще 20 лет назад Г. Ханиным и покойным В. Селюниным), реальный рост советского производства к 1959 г. в сравнении с 1913 годом едва ли превышал 2-3 раза. Против реальных американских четырех раз. Ну и что? Зато виртуально мы опять всех уделали. Уважаемое народонаселение мудро кивает головой: да, да, росли в десятки раз. Научный факт… Сталинские пятилетки… Морозная свежесть… Вот вам конкретные цифры: 36 раз!

Мы на рубеже возврата к замечательному советскому синдрому, когда власть знает, что врет — но сама вынуждена верить. Во-первых, потому что не хочет знать правду, во-вторых, потому что правду ей боятся сообщить. Другой действительности, кроме вымышленной, для нее просто не существует. И она готова ее защищать до последней капли крови. Паранойя, сэр! Народ, со своей стороны, тоже знает, что власть врет, и считает это нормой. Потому что так было всегда и благодаря этому мы были впереди планеты всей.

Собственно, Хрущев из США тоже вернулся победителем. Был встречен массовыми изъявлениями народной любви и гигантским митингом в Лужниках. До полета Гагарина и очередной конфискационной денежной реформы оставалось полтора года. До хлебного коллапса, Карибского кризиса и расстрела оголодавших рабочих в Новочеркасске — три. До его отставки — пять. До обещанного им построения основ коммунистического общества (1980) — двадцать один.

Художественные финтифлюшки с Касьяновым — один из симптомов конца. Не его политической карьеры, не ПАРНАСА, не демкоалиции и не гипотетического союза с «Яблоком». Это все мелочи. Речь о конце в метафизическом смысле — финиш гибридной эпохи. Конец времен. Переселение назад в вымышленную реальность. С вещами на выход, быстро!

Конец выборов как механизма реальной коммуникации между властью и обществом. Возвращается советская модель одностороннего информирования: выбирать будете вот этого. Он правильный; все остальные не то, чтобы неправильные, а их просто нет. Не существует! Для власти это опять утрата реального сигнала снизу и атрофия способности на него реагировать. Иллюзия коммуникации отныне изображается «прямой линией» с президентом.

Конец хотя бы формального уважения к гражданскому обществу; возвращение его к первобытному статусу «трудящихся масс» (даже Троцкий признавалполупрезрительное звучание этого термина).

Конец государства как системы законов, институтов и разделения властей. Откат к первобытному синкретизму, когда есть лишь два субъекта политики: Вождь и Племя. На языке антропологии такие псевдогосударственные образования называются «вождествами». В конкуренции с более гибкими и многомерными социальными системами они обречены на поражение. Мы это уже проходили, но, похоже, не усвоили.

Конец надеждам на рационализм власти, которая хотя бы ради самосохранения должна сохранять альтернативные варианты. Немцова убили. Навального засудили. Касьянова фальсифицировали. Ходорковского изгнали. Явлинского держат на кукане. Речь не о том, хороши они или плохи, а об уничтожении альтернативных выходов из королевства кривых зеркал. Один вождь, один путь, один народ, одна страна… И тупик в конце тоже один и тот же. Хотя конец тупика, пожалуй, на этот раз может оказаться и пострашнее.

Под разговоры об особом цивилизационном пути Лубянская театральная труппа снова обрекает зрителей даже не на «догоняющее развитие», а на вполне универсальный тупой застой, в котором нет ничего ни особого, ни цивилизационного. Опять Нигерия со снегом, Верхняя Вольта с ракетами. Которые даже в присутствии президента стартуют лишь через сутки после команды.

Они даже не заметили, как из области более-менее реальной интеллектуальной, экономической, политической и технологической конкуренции сползли к конкуренции примитивных пацанских понтов. И страну за собой стащили.

«Да мы их!! Да они кто?! А вот мы да!! Да куда им?!» Вообще-то это называется деградацией — в том числе и речевого аппарата.

Когда несвежая девушка с плохо вымытой головой скверно танцует «Калинку» — и это как бы от имени Российской Федерации — все, значит, уже добрались до мышей. Слезайте граждане, приехали, конец. Зимбабве. Ты все пела? Это дело. Так поди же, попляши… Бубен с кухлянкой не забудь.

Тупиковые ветви эволюции не лечатся; они отмирают. И служат источником питания для более шустрых и приспособленных к изменениям соседей. Динозавры, если бы умели думать, наверняка обвинили бы эволюцию в чудовищной несправедливости, предвзятости и двойных стандартах. Но, во-первых, думать они не умели. А во-вторых, эволюцию мало интересовало их мнение.

Графика Михаила Златковского

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2015
6 ОКТЯБРЯ 2005 г.
Декабрьские грозы – большая редкость. Но, с другой стороны, ведь глобальное потепление. Если в 1993 г. явка на первые выборы в Московскую Городскую думу превысила 57% (конечно, благодаря совмещению с федеральными выборами), то в 1997 г. она снизилась до 31, а в 2001 – до 29 процентов. И вот ВЦИОМ сообщает, что в декабре 2005 на выборы собираются идти опять аж 57%. Из этого числа 39 пойдут железно, а еще 18 - скорее всего. Поскольку благими намерениями мостят известно, какие дороги, явка, полагаю, составит 40 плюс-минус 5 процентов. Что все равно значительно выше, чем в золотой лужковский век.

Климат все-таки меняется?

Мне кажется, Москва раньше других регионов выходит из по-своему сладкого постперестроечного раздраженного покоя. В начале 90-х грезилось, будто достаточно отменить коммунистический диктат, слезть с кушетки – и свобода нас встретит радостно у входа в общеевропейский супермаркет. И братья чек нам отдадут. К концу 90-х стало ясно, что мечты идиота сбылись бесповоротно – только этого мало. Братья оказались сволочеватые, а публика в супермаркете не всегда восхищалась вольнолюбивой привычкой народа-богоносца справлять малую нужду под прилавок. Кто-то, с одной стороны, за эти беды должен был ответить, а кто-то, с другой стороны, – спасти и защитить. Ответом на сей глубинный запрос пришли Лужков на московском Олимпе и Путин на федеральном. Сильные лидеры. Они – умеют!

Обретя искомое, народ-богоносец во главе с интеллигенцией как носительницей лучших его черт с облегчением перевел дух и занял привычную позицию на кушетке: все вокруг воры и подонки. Один приличный человек – прокурор. Да и тот, по чести сказать, свинья. Но хоть меру знает и населению слова говорит. Как положено, часть из устроившихся на кушетке акцентировала мысль о приличном человеке, а часть – о свинье. Но и те и другие с готовностью делегировали начальству эксклюзивное право на политическое действие. Целомудренно сохраняя себя, любимых, в покое и нравственной чистоте кушеточного созерцания. Зачем выборы в такой традиционной ситуации?!

И вот – не совсем по своей воле – общественное мнение опять вынуждено слезать босыми ногами на холодный декабрьский пол. Один Олимп явно идет на конфликт с другим. Столкновение грозит ущемить едва-едва появившиеся частные интересы сограждан, у которых от долгого лежания на основном предмете российского политического быта завязался какой-никакой жирок на брюшке. В конце концов, смачно плюнув на выборы и демократию, они вовсе не обещали плевать на собственные материальные интересы. И слава богу. Значит, народ не хуже любых прочих.

А тут беда катит в глаза! Питерские у стен белокаменной. Лужковскую бригаду в лице Шанцева, Бооса, Меня, сделав предложения, от которых невозможно отказаться, развели по провинциям. Мадам Батурина активно выводит средства из цементно-строительного бизнеса. Равно как и месье Ресин. Сам глава клана ускоренно строит редуты вокруг Мосгордумы. Которую ему, возможно, позволят контролировать в качестве утешительного приза и гарантии спокойной старости. А возможно, и не позволят.

Кто такой спикер Лужков без полномочий мэра, без бюджета, аппарата и проверенной в боях команды? Усохшая и побледневшая копия спикера Грызлова. Не власть, но тень власти. Что такое «Единая Россия», если она очевидно расколота на федеральную и городскую группы, которые слушают, соответственно, Грызлова и Лужкова? Два профсоюза бюрократов, которые делят не путевки в пансионат, как во времена СССР, а Клондайк-Сити с валовым производством 100 млрд у.е. в год и городским бюджетом около 15-17 млрд у.е.

Что думает крупный, средний и мелкий бизнес Москвы, привыкший под Лужковым худо-бедно проворачивать за год те самые 100 миллиардов? Велика Россия, а отступать некуда: губернаторских постов на всех не хватит. Вздыхая, он смекает, что а) придется по новой договариваться с новым начальством и брать на себя повышенные социалистические обязательства; б) хорошо бы сохранить хоть минимальные гарантии того, что начальство эти социалистические обязательства не задерет так, что от конвертиков придется переходить к мешкам. А что, кроме парламента, может служить хоть какой-то гарантией?

Давно кончилось первое время наивных выборов в плену идеологических иллюзий. На глазах кончается второе время циничного наплевательства на все и всяческие иллюзии – а заодно и на выборы. Начинается третье время – выборов по конкретному интересу. Москва, декабрь 2005 будет первой вешкой на этом повороте.

За 15 лет мы прошли огромный путь политического взросления. Если поглядеть со стороны, прошли по европейской, в общем-то, траектории. А сейчас есть реальная угроза сбиться. Тоже по-европейски – но в тупичок. Лет на 5-10. На выборах в Мосгордуму будут испытываться принципиально новые аранжировки политических интересов. Впервые будет рационально и по-новому представлен левый фланг. Не в смысле воплей о Ленине/Сталине, которые живее всех живых, а в смысле внятной социал-демократической программы экономических соблазнов. «Родина» будет целеустремленно прокачивать тему неприязни к «гостям столицы» – и это тоже новая и эффективная формулировка интереса значительной группы москвичей.

На этом фоне привычные рассуждения о свободах, правах человека и прелестях рыночной экономики, которые раздаются с правого фланга, выглядят откровенно провальными. Очень хорошо, что удалось объединиться. Теперь бы еще объяснить, для чего это сделано. На языке, привязанном к интересам и страхам конкретного москвича.

В стилистике третьего времени. Иначе на выборы и ходить не стоит.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2135
20 ОКТЯБРЯ 2005 г.
yahoo.com/afp
Китайский опыт — один из маяков, проливающих спасительный свет на сумерки межеумочной постсоветской эпохи. Он интересен сам по себе, как говорилось в советские времена — «объективно». Но еще более интересно его субъективное восприятие нашими согражданами. Воспитанные в простоте истмата, они чувствуют себя сиротами в сложном и огромном мире, который вдруг обрушился на их неокрепшие головы. И, понятное дело, хватаются за соломинку. Гребут, гребут на свет маяка! Мол, у китайцев все как надо – и держава в порядке, и экономический рост по 10 процентов в год! Душами соотечественников обуревает глубинная жажда опоры, подчинения и величия. В миражах этой испепеляющей жажды подвиги Китая приобретают поистине мифологическое величие.

Известный силой духа экономический сектант Андрей Паршев в замечательной во всех отношениях книге «Почему Россия не Америка» («Крымский Мост», Москва, 2001) уверенно говорит: «Китай, это уже очевидно, победил Запад в экономическом соревновании. Мало того, что его ВВП догнал американский – это настоящий ВВП, не дутый сферой услуг, как в США. И долларов китайская казна набрала столько, что выброси их на валютные биржи, и доллар рухнет». И в другом месте, для вящей крепости веры, добавляет: «С 70-х годов даже уровень жизни в США постоянно снижается... процесс этот просто незаметен». Незаметен, по мнению Паршева, оттого, что глупые американцы не видят, как за обновляющейся номенклатурой товаров буржуазная экономика прячет их реальное удорожание.

Такова простая реальность мифа. Но есть и другая, несколько более сложная. Она такова. В Китае только что прошел пятый пленум ЦК КПК. К пленуму двое тайконавтов совершили второй в истории страны пилотируемый космический полет. Прогресс налицо. И, в самом деле, не маленький. В июле рейтинговые агентства S&P, Moody и Fitch опять повысили стране кредитный рейтинг. Мировой Банк по итогам 2004 года поместил экономику КНР на седьмое место в мире. Ее объем составляет примерно одну седьмую часть экономики США и превышает объем экономики РФ. Правда, в пересчете на душу населения Россия опережает Китай в разы, а Америка – в десятки раз. Тем не менее, если нынешние темпы роста сохранятся, китайцы по валовому продукту догонят США к 2046 году. То есть мифологическая реальность Паршева опережает более трезвую реальность Мирового банка почти на 50 лет.

Вряд ли они совпадут даже по прошествии этого срока. Дело в том, что КНР в результате тридцатилетнего роста приблизилась к порогу, когда требуется качественный прорыв. Примерно как СССР к концу 60-х. В терминах экономики это значит, что настала пора переходить от экстенсивного хозяйства к интенсивному. Сегодня 8-9 процентный годовой рост (10% на самом деле в прошлом) в Китае сопровождается 15-процентным ростом потребления энергии. С трудовыми ресурсами дела обстоят так же. Если прорыва не будет, завтра рост окажется слишком дорог в деньгах, слишком разрушителен в экологии (неконтролируемое увеличение отходов) и жестко ограничен в естественных ресурсах – в том числе в критически важных для Китая земельных и водных.

В терминах социологии это значит, что прибитое маоизмом население через одно поколение научилось держать голову чуть увереннее. Раздражение властью зреет и внизу, и наверху. С этим, в частности, связан небывалый даже для Китая уровень закрытости пленума и крайне обтекаемые формулировки итоговых документов.

В 2004 г. зафиксированы 74 000 протестных акций населения против отдельных недостатков отдельных органов власти в отдельных провинциях. Вряд ли эти выступления можно назвать массовыми — в сумме число их участников составило, по официальной, оценке около 3 млн человек. Но для социалистического Китая поразителен сам факт их появления. Хотя оно и понятно. Как следует из августовского (2004) отчета Национального статистического бюро, среднемесячный доход примерно 350 миллионов жителей урбанизированной и процветающей приморской полосы, включая Пекин и Шанхай (именно здесь туристы и эксперты воочию наблюдают то, что называется китайским чудом), составляет примерно 130 долларов на человека. Включая миллионеров, естественно. В то время как для 700 миллионов сельских обитателей континентального Китая, где нет ни супергородов, ни зарубежных инвестиций, ни оплачиваемой работы, средний доход составил 31 доллар в месяц.

От 80 до 100 миллионов человек вообще без работы. Безработных в Китае больше, чем у нас в России работающих. Люди рвутся из голодной провинции в города, соглашаются на любые условия за любые деньги. 10-12 часовой день – не редкость. Охрана труда, медицинское обслуживание – не сравнимы даже с нашими мерками, не говоря о западных. Социальных пенсий по старости для большинства нет в помине. Нет и свободы перемещения. Если зону экономического чуда по-восточному пафосно уподобить поезду, идущему в будущее, то мест для всех в нем явно не хватает. Так у нас в 70-х было с Москвой. Административная машина, призванная уравновешивать диспропорции, перенапряжена, раздражена. И, что самое неприятное, обречена работать против интересов экономического развития.

Президент Ху говорит о необходимости сократить разрыв между бедными и богатыми. Он имеет в виду людей, но действует и на уровне территорий. У нас это называлось «стереть грань между городом и деревней». Центральная власть отбирает все больше ресурсов у процветающего приморья, приоткрытого рыночной экономике, и направляет их на державные интересы. Полет в космос – 6 миллиардов долларов. Укрепление армии и перевооружение – еще 30 миллиардов (официально) или 90 миллиардов («в серую», по оценке министра обороны США Рамсфельда). Приподнявшиеся региональные элиты ропщут или плетут «контрреволюционные заговоры». В ответ их подвергают чистке с обвинениями в баснословной коррупции. Для ведения административной войны с «поясом экономического чуда» власть вынуждена все сильнее опираться на поддержку военных, укреплять вертикаль и концентрировать полномочия. Впервые за многие годы первое лицо опять замкнуло на себя функции президента, генсека и Верховного главнокомандующего.

Опыт зоны «чуда» и интересы экономики требуют дальнейшей либерализации, конкуренции, экономической открытости, децентрализации и активизации частной инициативы. Интересы военно-промышленного комплекса, партийных идеологов и бюрократии, которые представляются публике как интересы стабильности и верности социалистическим идеалам, требуют прямо противоположного. Конфликт почти не проявляется на поверхности, но тем, кто жил в СССР, пузыри, всплывающие из омута, напоминают что-то очень знакомое. Более всего параллелей с переломной эпохой Хрущева-Брежнева.

Тоже мощный рывок экономики, освободившейся от оков параноидальной директивности Сталина. Тоже космос. Тоже жилищное строительство. Ощущение, что вот-вот «догоним и перегоним». Оттепель 60-х. Открытость миру. «Мы вас закопаем!» — сорвавшееся с уст Хрущева в адрес США. Но, с другой стороны, нарастающее беспокойство высшей бюрократии от утраты контроля, от проникновения чуждых влияний, появления каких-то странных форм низовой социальной активности…

Иногда совпадения смешны – вплоть до деталей. Вместо привычного жесткого пятилетнего плана КПК после пленума впервые выходит к народу с документом, название которого, следуя советской традиции, можно перевести как «основные направления экономического развития». Слова становятся все более неуловимы, а дела – все более предсказуемы.

Первый и важнейший шаг — ограничить свободу информации, усилить идеологический пресс. Приструнить всех слишком умных. Иначе массы людей, живущих как ласточки, в лессовых норах и питающихся впроголодь, начинают задаваться ненужными вопросами. Ненужные вопросы влекут за собой требования повышения уровня жизни. Повышение уровня жизни увеличивает издержки и снижает конкурентоспособность китайского экспорта. То же самое происходит, если либерализовать валютный курс. Чтобы не допустить того и другого, нужна жесткая административная рука. Но эта рука неизбежно душит потребление на внутреннем рынке, а значит, тормозит его рост. Чем, с одной стороны, усиливает зависимость страны от внешних рынков (именно поэтому Китай, вопреки Паршеву, никак не заинтересован в обвале доллара), а с другой – провоцирует социальную напряженность внутри. Давить которую правительство вынуждено не экономическими, а силовыми методами.

Пятый пленум сделал выбор в пользу китайской версии брежневизма. Как и в СССР конца 60-х, элита естественным образом предпочла сохранить и консолидировать власть и статус, вместо того чтобы шире раскрыть двери для модернизации. Обновленческий импульс Дэн Сяопина иссякает, наткнувшись на интересы партийной бюрократии.

Хотя слова, само собой, китайцами произносятся прямо противоположные. Это тоже знакомо. Можно ожидать, что еще несколько лет будут укрепляться внешние признаки государственной мощи и хорошо смотреться экономические показатели при едва заметном, но необратимом внутреннем торможении. Зона социального протеста понемногу переместится из маломощного и потому неопасного сельского Китая в зону бурного экономического роста, на которую Ху Цзиньтао хочет – не хочет, будет вынужден накидывать административную узду и все грубее ущемлять интересы ее обитателей. Столичный пояс Китая будет из года в год наращивать оранжевый (мандариновый?) оттенок.

Сколь долго будет накапливаться разрушительный потенциал и в какой форме он прорвется – бог ведает. Может, власть отреагирует «маленькой победоносной войной» против Тайваня, которую нарастивший мускулы военно-бюрократический аппарат затеет с целью сплотить нацию. Может, очередной массовой кампанией чистки коррупционеров и разложенцев. Может, будет гражданская война, конфликт с исламом где-нибудь в Синьцзяне или территориальные претензии к нашей Сибири. Может, что-то еще радикально иное с китайской спецификой.

У нас, если помните, эпоха брежневского гниения-процветания сопровождалась событиями в Чехословакии, вылазкой в Афганистан, но – главное – нарастающим чувством безысходности, отставания, ненужности и пустоты всего того, что из года в год долдонили стареющие персонажи с трибуны мавзолея. СССР с его директивной экономикой так и не смог перебраться через порог интенсификации. Для этого нужна была иная мотивация, иное соотношение прав гражданина и государства, иной уровень экономических свобод. И совершенно точно для этого не нужна была руководящая и направляющая сила с ее торжественными и неуловимыми по смыслу пленумами.

В результате у нас случилось все то, что случилось.
В Китае вряд ли будет мягче. Скорее, наоборот. Нам как соседу надо быть готовыми к любому варианту. Как оно ни повернись, мало все равно не покажется.
Между тем экономисты патриотического лагеря еще лет 5-10 будут лечить болящие души сограждан поучительными историями про китайский опыт. И про то, что виноват во всем, конечно, тлетворный Запад, заговорщики и разные прочие прихвостни.

[Дмитрий Орешкин]

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-www.cgi/http://nv.ua/opinion/oreshkin/putin-stal-miroljubivee-zachem-161512.html
2 июля, 16:21

Этот материал можно прочитать и на украинском языке
Как только цены на нефть падают, риторика российского руководства становится миролюбивее

Как только цены на нефть падают, риторика российского руководства становится миролюбивее
В 2018 году должны состояться президентские выборы, которые очень важны для главы Кремля. Поэтому он, вполне предсказуемо, начинает смягчать свои позиции

Прагматичные аналитики давно подметили четкую закономерность: чем выше цены на нефть (главный сырьевой продукт Советского Союза в последние годы его жизни и нынешней России), тем жестче риторика и агрессивнее военная политика РФ. То есть, когда деньги есть, государство с удовольствием их использует для довольно странных, с моей точки зрения, действий на мировой арене.

В конце 1970-х годов цены на нефть начали подниматься, и дело закончилось вводом советских войск в Афганистан. Следующий скачок произошел после 2004-2005 годов, и мы услышали мюнхенскую речь Путина. В 2007 году случилась грузинская эскапада. Когда в 2013-2014 годах цены на «черное золото» совсем круто подскочили, началась разработка проекта по привлечению Украины в Евразийский союз и единое таможенное пространство. Между прочим, на это было выделено $15 млрд (кредит России Украине во времена экс-президента Виктора Януковича, предоставленный после отказа последнего от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС - НВ).

Как только цены на нефть падают, риторика российского руководства становится миролюбивее, начинаются разговоры о мирном сосуществовании, поиске компромиссов и т. д. Этим характеризуется эпоха «среднего» Брежнева, 90-е годы и начало путинской эпохи.

Сегодня к падению цен прибавился такой негативный фактор как санкции Запада, хотя официально руководство России не признает их негативного воздействия. Тем не менее, они действуют, поэтому процесс пошел быстрее. За два года стало понятно, что Россия испытывает острейший дефицит инвестиций. Если нет инвестиций, со временем начинает падать реальный сектор экономики. Раз нет денег на строительство новых мощностей и открытие новых бизнесов, не будет платежеспособного спроса на строительные материалы, оборудование, не будет новых рабочих мест и т. д. Отсутствие инвестиций означает не просто торможение экономики сейчас, но и на несколько лет вперед.
Нельзя воевать со всеми, когда у тебя ограничены ресурсы

Ближайшие два года будут для России очень тяжелыми. В 2018 году должны состояться президентские выборы, которые очень важны для Путина. Находясь в подобном положении, он, вполне предсказуемо, начинает смягчать свои позиции. Здесь российский президент не демонстрирует ничего нового: вторит примеру советских вождей.

Несколько неожиданной стала лишь скорость нынешних процессов. Еще полгода назад говорили, что президент Турции Реджеп Эрдоган нанес России удар в спину, приказав сбить российский самолет Су-24. Путин доказывал, что одними помидорами турецкий лидер не отделается (на фоне инцидента Россия запретила импорт турецких овощей и фруктов - НВ). Но оказалось, что он отделался не просто помидорами, а обычным письмом с очень непонятными формулировками, интерпретируемыми обеими сторонами по-разному. Одной сомнительной бумажки оказалось достаточно, чтобы снять все санкции, введенные РФ против Турции, а также начать разговор о восстановлении дружеских отношений.

Нельзя воевать со всеми, когда у тебя ограничены ресурсы. Если Путину нужно воевать в Сирии, то с Турцией, естественно, лучше не ссориться. Гораздо важнее иметь ее в качестве союзника в борьбе с ИГИЛ.

Поскольку Владимир Путин перенял от Советского Союза главное условие поддержки власти, а именно контроль над СМИ, смена гнева на милость в отношении Турции для него проблемы не составит. В российских медиа сближение с Турцией будет представлено как мирная, миролюбивая, дальновидная политика. При отсутствии системной независимой аналитики в СМИ (особенно на телевидении) Путин может позволить себе что угодно и любое его действие будет встречено аплодисментами.

[Роман Попков]

https://openrussia.org/post/view/16662/
Прямая речь, 28 июля

28 июня произошли масштабные перестановки в руководстве российских регионов, федеральных округов и ведомств, а Крымский федеральный округ был присоединен к Южному федеральному округу. Политолог Дмитрий Орешкин излагает свою точку зрения на политический смысл последних кадровых решений Владимира Путина

— Все эти кадровые перестановки — вещь абсолютно предсказуемая, абсолютно рутинная и в некотором смысле даже неизбежная.

Владимир Путин все острее чувствует, что он проиграл игру крупного мирового масштаба. Его попросили из «восьмерки». В Сирии дела решаются без него. Он все острее себя чувстует изгоем, хотя начинал он всю эту стратегию в 2014 году с прямо противоположными намерениями — показать, какой он крутой и как Россия поднимается с колен.
Сейчас Путин переживает период холодного отчаяния и бешенства. Он понимает, что проигрывает, и самое для него неприятное — он понимает, что и другие начинают это понимать, в том числе силовики.

Ну ведь трудно не понимать, если ты три года назад начинал эту историю, объявляя, что присоединяешь к единому таможенному пространству всю Украину целиком, а потом выходишь из этой схватки с Крымом в зубах, который по населению в десятки раз меньше Украины. И делаешь победный вид. А еще получаешь войну, а еще получаешь санкции, а еще получаешь мировую изоляцию. Победный вид при этом можно, конечно, делать, но не слишком долго и не для слишком большого количества людей. И вот это ощущение проигрыша подталкивает к таким кадровым решениям.
Путина уже волнует не экспансия, не удовлетворение своих геополитических амбиций. Его сейчас волнует сохранение того, что нажито непосильным трудом. Это значит, что надо укреплять границы, а внутри границ нужно укреплять силовой блок.

Если посмотреть, чем был Путин занят в последнее время, становится видно, что он был занят в основном трансграничными вещами. Отправлен в отставку Виктор Иванов и присоединено к МВД его ведомство ФСКН — это контроль над трансграничными потоками наркотиков, денег, оружия. Отправлен в отставку Константин Ромодановский и присоединено к МВД его ведомство ФМС — это контоль на потоками трудовых мигрантов, в основном мусульман, взрывоопасных людей. Сейчас отправлен в отставку Бельяминов, глава таможенной службы, — это тоже контроль над трансграничными потоками. Поменяли губернатора Калининградской области — она пограничная, наиболее сильно подвержена европейскому влиянию — тут тоже все понятно. Пытаются растворить Крым в Южной федеральном округе, причем чтобы Крым был под контролем не крымских людей, а старых членов элит, лично преданных Путину — в частности, главе Южного федерального округа Владимиру Устинову.
Путин всерьез занялся установлением гибридного железного занавеса. Цель — изоляция России от мира.

То есть: да, мы проиграли, но теперь нужно очертить линию вокруг себя и за этой линией отсиживаться. Да, мы изгои, да, мы лузеры, но хотя бы отсидимся за своей крепостной стеной. Вот такая горькая судьба для Владимира Путина и России, которой он руководит.

[Дмитрий Орешкин]

http://echo.msk.ru/blog/oreshkin/1842936-echo/
11:52 , 22 сентября 2016

автор
политолог

Все-таки, если кто и спасет наш мир, то это будет женщина. Вот Воробьева, честно ссылаясь еще на одну даму, ставит вопрос со всей прямотой: «Все очень просто и понятно, объяснила моя коллега Инесса Землер. Чистая математика. ЕдРо в этот раз получило меньше голосов, но больше процентов. Догадайтесь, почему?»
А по соседству ученый муж Максим Миронов созидает нечто гораздо более величественное и загадочное. «Единая Россия увеличила свой результат с 49.3% до 54.2%, то есть реальный рост количества голосов, отданных за партию власти, составил порядка 5%». И далее, снисходительно оттоптавшись на либеральной общественности, вопрошает: «Так почему же при неблагоприятной внешней конъюнктуре, при существенном росте возможностей для агитации оппозиции, при реальном падении доходов и экономическом кризисе, тем не менее, «Единая Россия» набрала больше голосов, чем в 2011?» С последующим развитием темы про демократичность и прогрессивность этой замечательной партии.

Ответить на суровый вопрос г-на Миронова дьявольски трудно. Прежде всего, потому что в действительности «Единая Россия» набрала на 4 млн. голосов меньше, чем в 2011. Было 32.4 млн., стало 28.4 млн. То есть проблема переходит в другую плоскость – от анализа партийных достижений к анализу когнитивного аппарата ученого из Мадрида.
Случай довольно запущенный, хотя типичный — особенно для сторонников Путина. У профессора явные трудности с пониманием такой замысловатой штуки, как процент. От души сочувствую и призываю не падать духом. Не оставляйте стараний, маэстро: терпенье и труд все перетрут.
Попробую объяснить. Видите ли, процент — это такая хреновина, которую также можно назвать дробью. Не той, что из ружья стреляют — в утку, допустим, либо в какую иную дичь, но той, какая получается при делении (не умножении, заметьте!) одного числа на другое. Циферки, которые стоят над палочкой, называются числителем. А те, что, наоборот, ниже палочки – знаменателем. Это понятно?
Дальше будет немного сложнее, но Вы держитесь там, в Мадриде. Доброго Вам здоровья и хорошего настроения. Выше знамя отечественной науки! Ежели допустим, числитель стал меньше (упал с 32.4 до 28.4), то дробь вовсе не обязательно тоже уменьшится. Ведь остается, туды его в качель, еще и знаменатель!! Если он вдруг упал шибче числителя, дробь (то бишь процент) может даже вырасти. Вот какие удивительные и коварные явления порою случаются в нашей непростой действительности.
Применительно к выборам знаменателем служит число голосовавших. (Не устали, профессор? Понимаю, что трудно, но кому сейчас легко!) А числитель, стало быть, число голосов, отданных за ЕдРо. В 2011 за партию голосовали 32.4 миллиона из 65.7. Делим одно на другое (черт, еще потом надо умножить на 100, боюсь, для Вас это будет трудновато!) и получаем чуть более 49%. В 2016 г. за ЕдРо высказались 28.4 млн. из 52.6 голосовавших. Снова делим одно на другое и имеем целых 54%! Вроде, на 5% больше. А на самом деле меньше. Вот ведь как бывает…
Не утомились? Ладно, сходите в скверик, поиграйте с мальчиками в политологию. Хватит с Вас на сегодня. Только чур, на улицу не выбегать! А мы тут немного со взрослыми поговорим.

Чтобы ответить на честный вопрос Воробьевой, округлим числа до целых. И считать будем с последней прямотой – на пальцах. Итак, в стране 110 млн. избирателей. Голосовали, по официальным данным, 53 млн. Из них, округленно, 10 млн. (много -12, этот вариант расчета ведем в скобках) из довольно устойчивого кластера «особого электорального режима», где явка всегда составляет 70+ , и такой же консолидированный результат за кого надо. Имеем в виду, что 10 (12) млн. – округленная оценка голосующего за ЕР электората, а не общее число избирателей в Тыве, Чечне, Кемеровской обл., Татарстане и пр.
Тогда на долю сравнительно свободного «конкурентного кластера» остается 53-10 =43 (41) млн. из числа голосующих. Средняя поддержка «ЕдРа» в «конкурентном кластере», очищенная от грубого чуровского фальсификата, равна 40%. Кстати, довольно много. Значит, в копилку партии попадает 41*0.4 = 16 (18) млн. Итого в сумме с управляемым электоратом «особого режима» 10+16 = 26 (30) млн.
В этот рассчитанный на пальцах интервал 26-30 млн. и попадает официальный результат ЕдРа — 28.4 млн. Позже посчитаем аккуратней, сейчас главное суть. Она проста: вклад «особого кластера» в копилку ЕдРа грубо говоря, составил 35-40% от общего объема. При том, что в общем числе избирателей его доля не превышает 15% (не более 17 млн. из 110). Это следствие резкого падения явки в «конкурентном кластере». Если бы в нем вообще никто не пришел на выборы, результат партии власти сложился бы целиком из данных «особого режима» и превысил 70% (при общем снижении явки до 15%). Тот-то было бы радости профессору из Мадрида! Очевиднее доказательства демократичности и прогрессивности ЕдРа, чем такой рост реального числа голосов, пожалуй, не найти.

На то, как в «особом» кластере организованы явка и подсчет голосов, не отвлекаемся. Это и так понятно всем, кто интересуется выборами или помнит, как они проводились в СССР. Важнее другое: при небывало низкой явке в «конкурентном кластере» (Москва – 35%, Петербург 32%, далее по всем пунктам), относительная доля «особой зоны» в поддержке партии власти раздулась более чем вдвое.

Теперь простые человеческие выводы.
1. Число голосов за ЕдРо при реальном падении доходов и экономическом кризисе не выросло (как почему-то решил умный профессор Миронов), а упало на 4 млн. Но стандартный фальсификат в «особом кластере» дает нужные цифры вне какой-либо связи с доходами, кризисом и вообще с интересами живых людей. Это лишь цифры на бумаге, и связаны они не с интересами граждан, а с интересами региональной номенклатуры. Так было всегда. Просто на этот раз разочарование и массовый уход настоящих, не нарисованных избирателей «конкурентного кластера» раздули долю этого номенклатурного пакета до неприличия. Обеспечив ЕдРу процентный рост даже вопреки натуральному снижению поддержки.
На самом деле на этих выборах проиграли все, включая ЕдРо. Просто у нее есть надувной пузырь, который держит на поверхности — хотя бы и с мокрыми штанами. Реально выиграла лишь корпорация вождей «особой зоны», вес которой во внутренней политике России непропорционально вырос.

2. При небывалой пассивности «конкурентного кластера» на его территории даже не требовались баснословные чуровские приписки. Кластер сам, по доброй воле, сократил свою долю в общем итоге. Для достижения и даже превышения искомой процентной доли власти теперь вполне хватает рутинного фальсификата в «расширенной Чечне», где не бывает ни наблюдателей, ни протестов, ни скандалов. Кстати, не стреляйте в пианиста — он играет как может. Э.А.Памфилова действительно сумела уменьшить число грубых нарушений там, куда руки достали — в «конкурентном кластере». Но граждане этим воспользоваться не пожелали.

3. Поддержка «ЕР» в «конкурентном кластере» при условии более честного подсчета и падения активности опустилась в среднем до 40 процентов. В то же время в «особом режиме» она осталась на уровне 70+. Опорная зона власти от выборов к выборам отъезжает все глубже на периферию, к электоральным цитаделям Р. Кадырова, А.Тулеева, С.Шойгу и пр. 18 сентября это проявилось как никогда ярко. Вопреки мудрым умозаключениям мадридского профессора, «ЕдРо» сегодня — партия торжествующего провинциализма. Это имеет свои преимущества — но лишь до определенного предела.

4. Такая стратегия, навязанная сверху как бы ради стабилизации (на самом деле ради консервации режима) ведет к сползанию российских политических стандартов до уровня Казахстана. (Следующая станция – Узбекистан). И, что еще хуже, к подспудному развитию конфликта между погруженными в богатырский сон центральными русскими районами и взвинченной на фальсификационном допинге электоральной периферией, которая перетягивает на себя роль лидера. Чем избиратели Кузбасса так уж отличаются от избирателей Алтайского края, Новосибирской, Томской областей или Хакасии? Ничем, кроме наличия А.Тулеева и его команды с их специфическими ухватками. Меж тем показатели электорального восторга и мобилизации зашкаливают — практически вдвое выше, чем у соседей.
Это важно. Судя по электоральным цифрам, Чечня, Ингушетия, Тыва, Кемерово и пр. — территория благодати и процветания, где труженики благоденствуют и неустанно благодарят руководство за отеческую заботу. А регионы «конкурентного кластера» — условно от Новосибирска до Калининграда, наоборот, зона социальной депрессии, где жить нельзя и избиратель либо зол, либо разочарован. На самом деле все наоборот: в Ивановской, Костромской, Рязанской, Тверской, Ярославской областях, конечно, медом не намазано, но люди оттуда не бегут в процветающий Дагестан, Ингушетию или Чечню, где гостеприимный Р.А.Кадыров гарантирует им все права, предусмотренные шариатом. Люди едут в противоположном направлении — из лучезарной Чечни, Тывы и Мордовии в не слишком благополучные, но все-таки еще живые регионы «конкурентного кластера».

5. Имея перед глазами цифру «всенародной поддержки» в 54%, верхи получают снизу искаженный (фальсифицированный) сигнал: путь в Узбекистан народонаселению нравится. Эффективные менеджеры «особого режима» заслуживают особого поощрения и поддержки как опора российской демократии. Их права и доходы расширяются в ущерб правам и доходам «конкурентного кластера», где живет большинство. Под коркой из жеваной бумаги, на которой изображен подъем с колен и неуклонное единение счастливых народов вокруг ленинского ЦК КПСС, власть, того не желая, потихоньку готовит почву для очередного цикла распада: пока мертвое пилит, живое сохнет.

6. Пробуждение от величественной дремы будет опасным и болезненным как для низов, так и для верхов. Мало никому не покажется: проснувшейся от желания покушать Центральной России опять захочется поближе к европейским стандартам, а условному академику Кадырову с его нукерами — к азиатским. Причем это его желание все очевиднее совпадает с желаниями Кремля. В Европе их никто не ждет, кроме маленького гостеприимного городка в Голландии. Зачем академику вместе, допустим, с депутатом Луговым в Европу? Разбираться с вектором движения они будут у нас на голове и на брюхе.
И пожалуйста, не говорите, что вас не предупреждали. Выборы 18 сентября прошли точь-в-точь по тому сценарию, о котором автор сих строк информировал почтенных нехотяев перед светлым днем всеобщего волеизъявления. Если вам неугодно пользоваться своими правами в силу их ограниченности, за вас это с удовольствием сделают другие. С тем, чтобы ограниченность по возможности еще усугубить.

Ей-богу, остается надеяться только на женщин. На умного профессора Миронова, изящного доктора Явлинского, наблюдательного политолога Маркова и человеколюбивых Кадырова, Лугового, Путина, рассчитывать как-то все трудней. А гендерная функция дам так замечательно устроена, что вынуждает их видеть мир таким, какой он есть. По возможности избегать мордобоя; думать о детях. В то время как мужики поглощены распусканием хвостов, пафосным токованием и понтами: а подайте-ка нам в кабинет еще шампанского! И бурю, пожалуйста. Мы поспорим и помужествуем с ней!
Буря-то будет. Кровавыми соплями умоетесь. Донбасс, как действующая модель контактной зоны между Европой и колхозом «Русский Мир» им. С.К.Шойгу вас не беспокоит? Ну, ладно. Кто выживет, потом займется поиском виноватых — дело привычное.
Женщин бы пожалели, герои. Им же потом кровь и дерьмо с обломков отскабливать. Вот вам и выборы.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30412
18 НОЯБРЯ 2016 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30412//1479408726.jpg

«Нет в Крыму никаких наших военных!!»

Через полгода: «Ну, да, конечно, как без них. А чо вы думали?»

«Нет в Донбассе российского оружия! Шахтеры с трактористами, да трошки танков с «Военторга…»

Через год: «Ну да, Северный Ветер. А вы чо думали — мы вот так Саур-Могилу отдадим?!»

В.Т. Третьяков на «Эхе» 4 марта 2014: «Войны на Украине не может быть, ибо не может быть никогда». Невеждам и креаклам нас не запугать. Новороссия, вперед!

Он же 4 июля 2014: «На Украине идет война. Страшная и странная». Да неужели, Виталий Товиевич?! …Ну да. А вы чо думали?! Русский мир защищать — это вам не хамон кушать. С другой стороны, разве ж это война – всего 10 000 погибших и 2 500 000 беженцев?!

В.Т. Третьяков на «Эхе» 13 марта 2014 г.: «Люди, которые утверждают, что воссоединение с Крымом и Севастополем ляжет тяжелым финансовым бременем на бюджет России: 1) ничего не смыслят не только в геополитике, истории и военном деле, но также в экономической географии и собственно экономике… Потенциальная и реальная прибыльность Крыма очевидна и колоссальна».

Не прошло и трех лет. Очевидная и колоссальная прибыльность Крыма для бюджета официально составила около 300 млрд. рублей. Со знаком минус, естественно. Еще минус десяток миллиардов (уже долларов) от санкций/контрсанкций. Еще 250-300 миллиардов (слава богу, опять рублей) на крымский мост и накладные расходы. Итого с марта 2014 г. минимум триллион рублей как крымская корова языком… Плюс (точнее, минус) содержание ЛДНР, которые точно не дешевле Крымской эпопеи и являются ее продолжением. (Кстати, из каких источников? В бюджете такой строки нет. Значит, опять по серым схемам.) Интегральная цена вопроса федерального бюджета, возможно, и не перекроет, но дыру в Пенсионном фонде — вполне.

А чо вы, товарищи пенсионеры, думали — рейтинг президента бесплатно расти будет?! Так что ежели кому перестало хватать – обращайтесь, пожалуйста, к колоссально умному В.Т. Третьякову с его колоссально прибыльным Крымом. Он все разъяснит. И про временные трудности, и про геополитический вызов, и про последний и решительный бой, за которым непременно наступит эра потенциальной и реальной благодати. (Для таких, как он, естественно.)

17 июля 2014 года сбит малазийский «Боинг». В.Т. Третьяков на «Эхе» 18 июля аргументирует: «Ясно, что Россия непричастна к этой трагедии, так как это не просто подрывает, а прямо-таки рушит ее позицию моральной поддержки восставшей Новороссии». И в качестве доказательства прилагает Твиттер испанца-диспетчера из Борисполя… Замечательная логика. Позиция России моральна. А уничтожение пассажирского «Боинга» аморально. Следовательно, точно не Россия. Еще вопросы есть?

Да, есть один. Такие люди, как В.Т. Третьяков, действительно не понимают, что пишут, или просто держат соотечественников за быдло, которому можно впаривать все, что хочешь?

Он же 23 июля: «А те негодяи, которые намеками и напрямую обвиняли Россию в уничтожении малазийского «Боинга»… извинятся публично?»

Через неполных три года: ну да, Бук. (Только не наш, не наш!!!) Ну да, из-под Снежного… Ну да, не было никакого испанца в Борисполе (стало быть, Твиттер запустили коллеги г-на Третьякова?) И украинского штурмовика, зафиксированного «средствами объективного контроля» Минобороны, тоже не было. И замороженных покойников. И картинка М. Леонтьева, где самолет размером в два футбольных поля — тупая халтура… А вы чо думали — информационная война!!

Война войной, но зачем людей мерить по себе и считать болванами? Может, кто-то из этой шоблы хотя бы извинится публично после того, как следствие официально установило: Бук пришел из России и после выстрела ушел туда же? Нет, никогда. Плевать они хотели на читателей жирной патриотической харкотиной. Граждане для них — всего лишь объект манипуляций и расходный материал в борьбе за место при вертикальной кормушке. Пипл, который хавает.

Пора бы, уважаемые сограждане, за три минувших поколения эту скорбную правду и осознать. Еще тов. Троцкий, большой любитель вдохновлять классы и народы, между делом признался, что большевистский термин «масса» на самом деле звучит полупрезрительно. Ну да, а вы чо думали?

Именно они, а не кто-то другой искренне держат нас с вами за «вату», снисходительно похлопывая по плечу: мол, вперед братва! Давай, герой, поднимайся с колен. Не отдадим Москвы! Не бзди, войны не будет, ибо не будет никогда. После Крыма вообще, как сыр в масле, будешь кататься! Импортозамещение забьет ключом; Запад придет на поклон; рубль станет мировой резервной валютой… Островок стабильности… Тихая гавань… 25 млн квалифицированных рабочих мест… удвоение ВВП… одних курьеров 30 тысяч… Луну и Марс колонизируем, а американцы на батуте будут прыгать. Гы-гы-гы!

Товарищи! Так хочется с вами вместе — да в окопы Донбасса! Жаль, та часть тела, которой мы думаем, не помещается… Нельзя ли расширить чуть-чуть и поставить кресло, чтоб комфортабельнее уничтожать укрофашистов было? Кстати, а где здесь мигалка? Чо, окоп без мигалки?! Ну нет, пацаны, простите, всем сердцем с вами, но истинно недосуг! Дел гора: военный бюджет осваивать, духовные скрепы крепить, одну казенную супер-квартиру на другую менять… Вы, главное, держитесь там! Доброго вам здоровья и хорошего настроения. Ни шагу назад!

Если бы они хоть чуть-чуть уважали свой народ и свое государство — выборы бы так нагло не подделывали. А то в Чечне 99.6% явка и 99.8% за Путина В.В. И неизбежная логическая развилка: либо вы должны верить, что в Чечне так проголосовали на самом деле — т.е. быть болванами. Либо электоральных джигитов следует судить по статье 142 УК РФ: «фальсификация избирательных документов». Между прочим, до 4 лет лишения свободы.

Джигитов, как видим, не судят. Значит…?

Им все равно — что выборы фальсифицировать, что судебные процессы, что диссертации или сводки новостей. Лишь бы при вертикальной кормушке удержаться. Не говоря уж про фальсифицированную историю, цифры экономических достижений и военных потерь. Старая школа батюшки-Сталина: люди с голоду дохнут, а на плакате мы впереди планеты всей, от победы к победе.

Все это давно понятно – тем, кто хочет и может понимать. Новость, пожалуй, лишь одна: с некоторых пор универсальный специалист по геополитике, военному делу, демографии, истории, экономической географии и проч., и проч. В.Т. Третьяков избегает появляться на «Эхе» со своими задорными новороссийскими стратагемами. А чо вы думали?! Их же натаскивали морочить голову совсем беспамятной аудитории – кухаркам, беднейшему крестьянству да люмпен-пролетариату. А тут интернет с его гигабайтами. Могут припомнить и послать.

Нормальным людям с ними сначала становится скучно. А потом противно. Траектория до боли знакомая. На место В.Т. Третьякова приходит еще более одаренный С.А. Марков. Если и он изнеможет в боях — эстафету подхватит какая-либо чемпионка мира среди девиц по упражнениям лежа с допингом. В конце концов до финиша доберутся только луговые и горные. У родоначальников жанра это называлось «Вперед, к светлому будущему, по пути исторического прогресса!»

Ну да, прогресс. Были Пушкин, Гоголь, Лермонтов. А стали Максим Горький, Демьян Бедный, Михаил Голодный. И примкнувший к ним Иван Бездомный. А вы чо думали? Советская траектория. «Не мозг нации, а говно». Плеханов был умнее и образованней Ленина, Ленин умнее и образованней Сталина, Сталин умнее и образованней Хрущева… Ну, а потом уже все примерно на одном уровне.

Тест на понимание прочитанного: как звали последнего генерального секретаря ЦК КПСС?

Правильный ответ: Владимир Ивашко.

А первого секретаря ЦК КП РСФСР?

Правильный ответ: Иван Полозков.

Какие яркие люди. Какие блистательные перспективы. Прямо как у Новороссии три года назад.

Вперед, братва, поднимайся с колен! Это только начало. Но и конца ждать недолго осталось. Гы-гы-гы.
Фото: Александр Щербак/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2269
7 НОЯБРЯ 2005 г.
foto.rambler.ru
На неделе агентство Moody's в очередной раз объявило о повышении кредитных рейтингов Москвы и Питера. Прогноз – стабильный. Если вспомнить, что за 2004 Москва произвела валового продукта на 100 млрд долларов, собрав в свой бюджет за счет налогов около 17 миллиардов, становится ясно, что город в качестве профит-центра готов дать фору нефтегазовым полям Сибири.

Как же так? Ведь не сеет, не пашет, живет, сволочь, нетрудовыми доходами… Несправедливо. «Ты москвич?» – спрашивал трудовой народ у чванливых столичных жителей в советскую эпоху. И, получив утвердительный ответ, добавлял: «А где же твои колеса?» Сегодня шутка устарела — столичные жители пересели на иномарки, — но продолжают по-прежнему раздражать провинцию.

«Боже милостивый, — пишет «деревенщик» Василий Белов («Слово к Москве»), — почему Москва так безжалостна, так жестока к тем людям, которые кормят ее и поят, обувают и одевают, защищают от врагов и захватчиков?.. Мои пожилые соседки, которые день и ночь трудятся не покладая рук, не знают, куда деть молоко… А вы, дорогие москвичи, едите новозеландское масло и финский творог…» И в конце патриотичный вывод: «Долги города русскому крестьянству достигли астрономических цифр!»
Оскорбленное нравственное чувство оказывает странное воздействие на мозг писателя. Каким образом город ухитрился накопить астрономические цифры долгов перед селом, если он эгоистично не берет его продукцию? Видимо, долг совести. Тогда понятны и космические масштабы.

Вопрос серьезней, чем кажется. Ну да, раздвоение сознания. Ну да, шизофрения. Если бы в одной писательской голове, то и говорить нечего: считай, норма. Однако феномен очень широко распространен и явно имеет социальную природу. Общественное сознание смотрит на реальность, как известное сельскохозяйственное животное на новые ворота и совершает мучительный выбор: то ли реальность неправильная, то ли мои представления о ней. Само собой, выбор часто делается не в пользу реальности.

То есть Москва процветает неправильно. Беззаконно. Несправедливо. Антинаучно. Подобно раковой опухоли на здоровом теле. За счет мировой закулисы и врагов русского народа. А как же иначе? Иначе вся моя вера летит к черту, и какой же я тогда капитан-исправник!

Это и есть ментальный раскол. Признать реальность Москвы или отбросить ее как морок, мираж, вражескую пропаганду? Примерно так поступили в свое время красные кхмеры. Опираясь на лозунг Мао «Деревни окружают город», они разметали столицу Пномпень и истребили ее население. Оставляя в стороне моральные аспекты (зарублено свыше миллиона человек), в чисто функциональном смысле страна после этого замечательного эксперимента осталась без центра управления, обучения, культурной и научной жизни, медицинского обслуживания и пр. Победивший в битве за справедливость красный кхмер, если у него заболела жена или сын захотел получить образование, оказался вынужден решать эти проблемы с помощью деревенского колдуна. Или цитатника Мао. Что, в конечном счете, отбросило Кампучию не на десятки, а на сотни лет в прошлое.

В этом варварство материализма. Столица как социально-географический феномен действительно втягивает в себя безумные индустриальные, людские, пищевые ресурсы. А что она производит взамен — услуги? Деньги? Идеи? Кадры? Ценные указания? Как на грех, все какое-то не очень материальное. Выходит, налицо неравноценный обмен, несправедливость и, прямо сказать, эксплуатация.

И здесь очень кстати подворачивается Маркс с его простой идеей для простых людей: философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его! Как изменить? А на основе очевидных представлений о справедливости. То есть эксплуататоров перебить, равенство учредить. Переводя на географический язык — стереть грань между городом и деревней. Милое дело!

И ведь сработало. Но только там, где идеологией удалось напрочь заслонить реальность. Потому что в реальности всюду в мире растут города. И чем они быстрее растут, чем сильнее богатеют, тем лучше живется и всем прочим гражданам. Всюду они втягивают в себя ресурсы, производя взамен нечто все более эфемерное. Подумаешь, деньги! Раскрашенная бумага. Подумаешь, образование! У нас каждая кухарка научится управлять государством. Подумаешь, менеджмент! Пролетарий, получив завод в свои руки, справится не хуже!

Просто есть справедливость симметричная, а есть – асимметричная. Настоящая реальность – асимметрична. А вымышленная, в упрощенной и адаптированной для люмпен-пролетариата форме, – всегда подчеркнуто симметрична. Потому что дураку непонятна разница между ним и умным человеком, и успехи последнего кажутся ему несправедливыми. А умному – понятна. И он лучше других знает, чем платит за то, что снаружи выглядит как успех.

Марксизм, как верно подметил Сталин в беседе с редактором своей биографии В. Мочаловым в 1946 г., – есть религия рабочего класса. Религия, претендующая на звание материалистической и научной, но на самом деле факты реальности легко приносящая в жертву идейной догме. Город – один из таких фактов. Как социальное явление, он самым откровенным образом показывает, что окружающее пространство («объект эксплуатации») нуждается в нематериальных ценностях, которые город производит, по крайней мере, не меньше, чем сам «эксплуататор» нуждается в твороге и добрых советах от Василия Белова.

Иначе бы городов на лике земли не было. А они – есть. Более того, именно они содержат многочисленных «поильцев и кормильцев», взыскующих социальной справедливости. Уж где-где, а в СССР сельское хозяйство всегда было дотационным и держалось за счет прямой подпитки из города — либо деньгами, либо демпинговой соляркой, комбикормом, студентами в качестве рабочих рук. Кому, как не Василию Белову это знать.

Ведь и книги г-на Белова издаются не в пасторальной сельской тишине, а на городских полиграфических комбинатах. И раскупаются тоже в основном горожанами. Равно как и газета «Завтра», где он публикуется. Да и вообще книжное и газетное дело без города немыслимо. Не только в смысле материального производства бумаги и типографской краски, но, прежде всего, в смысле воспроизводства нематериальной интеллектуальной среды. Именно в городе (в глобальном смысле слова) рождаются и реализуются прогрессивные технологии. Например, майкрософтовские, на основе которых наши ревнители социальной справедливости создают патриотические сайты и верстают газеты, полные инвектив в адрес глобалистов и прочих врагов отечественной идентичности.

В эпоху, когда экономика все более становится нематериальной, сервисной и информационной, грубость и хамское унижение реальности до уровня материалистических представлений о том, как «оно должно быть устроено», становятся не только социально опасными, но и откровенно смешными. Вы-то откуда знаете, как оно должно быть? Кто напел г-ну Белову, что именно он — носитель русской идентичности и имеет право от ее имени вещать? Почему не мы здесь – в интернациональной, космополитической и конкурентоспособной Москве? Только потому, что у него лапти под лавкой лежат и лампадка перед иконой теплится?

Если Россия хочет быть конкурентоспособной в современном мире, она вынуждена ставить на города. Ставить на лидеров. На тех, кто берет на себя ответственность, рискует, ошибается и успевает исправить ошибку прежде, чем догонят конкуренты. Город — это место, где туже стиснуто социальное пространство и теснее сжато социальное время. Где за один день человек получает больше данных, совершает больше встреч, тратит и получает больше денег и принимает больше решений. Уже только за счет этой интенсивности, тесноты и спешки, которая всех нас так утомляет и раздражает, он, трижды проклятый и москвичами, и, тем паче, «гостями столицы», оказывается таким изворотливым, продуктивным и — богатым.

И не странно ли, что именно в нем, так явно перенаселенном, находятся все новые и новые рабочие места, новые профессии, новые способы производства, новые услуги, новые идеи и новые деньги? И ведь находятся. И люди едут и едут. Проблемы возникают. Проблемы решаются…
Город тянет за собой страну. Он придумывает для нее новые решения. Он – мозг, окно в будущее. За это ему страна, грубо говоря, и платит.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2298
10 НОЯБРЯ 2005 г.
fotomoscow.homefree.ru
Город — реальность, которая раздражает. Но которую надо понимать и уважать. У него своя мера ответственности: беда, если он свихнется на величии, впадет в маразм или в летаргию, не сможет произвести для страны элиту, которая способна распознать и вовремя остановить сползание социума в бездну. Русская катастрофа 1917 года, в частности, была связана и с этим: не нашлось в столичных городах, среди лидеров, вменяемых и решительных людей, чтобы задавить кровавый хаос в зародыше. А потом – пошло-поехало. От неспособности дать теоретический отпор до неспособности защитить право и закон. А затем и собственность. А затем и жизнь. А затем и страну, и народ.

В конечном счете – даже грубо-материальную структуру расселения, то есть сеть тех самых российских городов.

Потому что впереди идет идея. А материя – следом. Сталин это знал лучше других. Идеологию он хранил пуще всяких там людей, городов, сел и прочей материальной мелочи.

В результате реализации революционных идей в СССР произошла деградация географического скелета городов по сравнению с досоветской эпохой. До революции у страны было две конкурирующие столицы плюс стремительно развивавшиеся Киев, Баку, Владивосток и Владикавказ, Одесса, Харьков, Ростов, Воронеж, Ярославль, Архангельск, Новониколаевск (Новосибирск) и масса других городов, естественно забиравших функции региональных столиц и точек роста. Процесс шел даже быстрее, чем в США, где росли Чикаго, Детройт, Сан-Франциско, Филадельфия и т.д. Но советская власть затормозила, а местами обратила вспять процесс развития городов как самодостаточных центров социальной и экономической активности. Питер пал первым – как бы в наказание, что не смог удержать революцию. А затем страна вернулась к политике городов-заводов, что почти буквально повторяет сценарий восемнадцатого века: комбинат и при нем мрачный город как место размещения полукрепостных трудовых ресурсов. И не более того.

Города как свободные фокусы социального (политического, культурного, демографического, рыночного) пространства были замещены городами как центрами оборонки. Москва же стянула на себя непропорционально много функций, отобранных у провинции: культуру, всю политику, всю инновацию, почти всю науку. Поэтому, когда оборонка оказалась неактуальной, у огромного числа наших городов не оказалось в запасе альтернативы.

Здесь кроется дополнительный источник неприязни к столице. Для патриотов советского быта сам по себе факт стремительного роста столичной экономики за счет развития сектора услуг сегодня смотрится как предательство. Город второго порядка, вся жизнь которого была замкнута на военное производство за счет госзаказа, а не на рынок и не на интересы населения, искренне не понимает, как можно расцвести столь быстро и легко, как Москва. Людям кажется, что Москва поднялась не за счет собственных преимуществ, а за счет эксплуатации окружающих. Однако в Москве тоже лежали и ЗИЛ, и завод «Москвич», и многие другие производства, для продукции которых не оказалось места на рынке. Тоже был кризис. Но поскольку у столичного города были в запасе ресурсы иного плана – прежде всего, людские, — на месте вымирающих гигантов выросли новые, немыслимые прежде места трудоприложения.

Впрочем, в антимосковских настроениях своя логика, конечно, есть. Но слегка кривоватая. Москва как плод властной гипер-централизации в советскую эпоху не столько сама процветала, сколько других тормозила. То, что в ней была колбаса, а в Красноярске не было, сегодня не кажется бог весть каким преимуществом. Тем не менее, когда поводок отстегнулся, именно Москва ушла в отрыв. Не на колбасе – на людях. Сегодня, через 15 лет, другие города худо-бедно тоже начали подтягиваться. Ну и дай бог. А вот до села, откуда все, что было способно передвигаться, убежало, ушло, уползло еще в брежневские времена, возрождение дойдет еще не скоро.

Восстановление идет быстрее, чем деградация, но меньше чем за поколение невозможно восстановить то, что рушилось в течение трех. А покуда структура не восстановится – отрыв лидера будет раздражающе велик.

Спасение не в культивировании обид и комплексов, а в способности смотреть в лицо реальности. Москва – лидер. Она, в частности, обязана создавать правовое, инфраструктурное, политическое пространство, способствующее развитию подопечных территорий. И как раз в этом отношении претензии к ней сегодня оправданы: вместо того чтобы помочь регионам развиваться, она опять пытается их встроить в советскую «вертикаль», отбирая ресурсы на государевы нужды. Эта ложная трактовка лидерства даст горькие плоды не сегодня и не завтра, а через несколько лет. Ведь страна и люди живут не Москвой, а провинцией. Значит, оставьте деньги там, где люди и где страна. Они без вас лучше разберутся… Однако – Государство! А вот оно как раз живет не провинцией, а Москвой. В Москве – министры. В Москве – программы. В Москве – казначейство, оборона, полиция и прокуратура… В Москве – о! — Кремль.

Москва как город стране очень нужна. Москва как Кремль нужна не столько стране, сколько Государству. Чувствуете разницу? Вот и решайте.

Точно можно сказать, что России, которая по площади равна Канаде вместе с Австралией, физически остро не хватает десятка-другого межрегиональных столиц, чтобы осуществлялось эффективное управление гигантской территорией. То есть решение не в том, чтобы негодовать в адрес единственного нашего супер-города, а в том, чтобы создать условия для роста сопоставимых с ним конкурентов. Пусть Москва растет себе как Москва. Но совершенно незачем и даже опасно для регионов ей расти как Кремлю. Он и так себе лишних полномочий набрал – не справляется.

В течение последних 10-15 лет вдогонку пустились – с разной мерой успеха – такие столицы второго ряда, как Питер, Казань, Нижний, Самара, Екатеринбург, Ростов, Пермь, Красноярск, Новосибирск и некоторые другие в. Причем чем либеральнее была городская среда, тем лучше получалось. Что естественно. А, например, Воронеж, Ульяновск, Уфа, Челябинск – при очень неплохом потенциале остались явными аутсайдерами. Только из-за затянувшегося пребывания у власти начальников советского образца.

А сегодня, глядишь, и столица стала что-то слишком часто оглядываться на Красную площадь. Выгоды роста и своего центрального положения Кремль все очевиднее использует для фиксации преимуществ и удушения инициативы снизу. То есть лидер вместо того, чтобы искать более гибкие и совершенные методы, адекватные сложности окружающего пространства, предпочитает упрощать это пространство до уровня собственного понимания.
Ему опять виднее, «как оно должно быть устроено». Он знает лучше. Интересно, столичная среда снова проглотит эту пилюлю, или все-таки за время свободы она успела поднакопить сил для исполнения своей главной функции?

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2505
3 ДЕКАБРЯ 2005 г.
коллаж ЕЖ
Воистину жизнь хороша, потому что искусство прекрасно. Тем более что по иным резонам хорошей ее назвать все трудней. И вот, заплатив 3500 рублей (месячная зарплата старшего научного сотрудника, кандидата наук, если кто не помнит) за места в партере, вы идете в Дом Муз, что у Павелецкого вокзала. Под сень струй Водоотводного канала. Там в рамках 3-го фестиваля «Владимир Спиваков приглашает...» исполнили ораторию Артюра Онеггера «Жанна д`Арк на костре». Фанни Каплан не спешила так на встречу с В.И. Лениным, как культурная Москва рвалась на встречу с Фанни Ардан, которая сыграла в спектакле главную роль. И оно, поверьте, того стоило.

Вы только посмотрите на публику! Вот в шестом ряду режиссер Г. Волчек. А вот в седьмом мьсе Юдашкин говорит по мобильнику. Ну-ка, ну-ка, а кто это там в малиновом берете с послом республики Франция г-ном Каде говорит непосредственно без переводчика? Ужель та самая Татьяна? Право, дух захватывает. Или, посмотрите направо, – настоящие гомосексуалисты! Один другого приобнял и что-то ироничное шепчет в ушко, украшенное сережкой садо-мазо. И слева, впрочем, тоже! Правда, эти постарше – с благородной сединой. «Ну, милый, я же вам ясно сказал – нам нужно цвета топленого молока! – с очаровательной капризностью говорит в телефон тот, что помоложе. – Вот вы возьмите каталог и посмотрите. Там все показано…»

Дизайнер, наверное. Чудо, как далеко мы продвинулись.

А ведь впереди еще спектакль. Встреча с прекрасным только начинается.

Краше всех, конечно, госпожа Ардан. Представьте себе – в таком простом милом платье цвета крем-брюле, которое все исполосовано швами-рубцами. Что живо напоминает народного певца В. Высоцкого на Ваганьковском кладбище, где он, по воле скульптора Рукавишникова, тоже рвется из пут ввысь, ничуть не страшась гитары, нависшей над ним тоталитарной мухобойкой.

Госпожа Ардан не столь брутальна, но искренне трогательна. Она слегка косолапит, как и положено простой девушке из деревеньки Домреми, с истинно французским изяществом преодолевая муки плоскостопия. Ей тяжело, потому что судить ее героиню последовательно отказываются Тигр, Лиса, Змея, а в конце концов функцию генпрокурора с нехорошей радостью берет на себя человек со свинской фамилией (исторический факт 15 века). Со своей короткой партией в спектакле Свинья (в подстрочнике указано: Боров, то есть не свинья, а кабан, причем кастрированный) справляется лучше всех. Ну почему у нас всегда так?

Свинье (Борову) помогают молодые люди, которые сначала зачитывают Жанне облыжное обвинение из газеты «Коммерсант» (заметим, информационного спонсора фестиваля), а потом фальсифицируют протокол допроса. После чего один из них плотоядно комкает газету, как поступают, когда собираются жарить шашлыки. Видимо, он дает понять г-же Ардан и зрительному залу, что вот-вот из печатного органа — спонсора возгорится пламя. К этому моменту становится окончательно ясно, что молодые люди символизируют темные силы общества. Чтобы не было сомнений, они одеты в черные джинсы и черные туфли с длинными носами, какие в Москве носили два года назад, а во Франции, очевидно, всю Столетнюю войну. Эту милитаристскую обувь в стилистике рыночного кавказца носит и все прочее мужское население оратории, исключая дирижера, строгий костюм которого не обременен смыслами и содержательными намеками. Впрочем, даже у него на брюках при боковом освещении проступают лампасы. Или, свят-свят, померещилось?! Ох уж это средневековье.

Еще в спектакле действуют дети-ангелы из Хора Академии хорового искусства (мальчики типа «белый верх - черный низ»), пейзане из того же хора, текст-подстрочник высоко над сценой, большой белый экран и другие персонажи. Экран очень сочувствует Жанне, но не умеет выразиться, отчего сначала нервно рисует каракули, затем кресты, а в конце, как можно догадаться, – фрагмент высокохудожественного ролика о пожарной безопасности, который режиссер г-н Серебренников, видно, когда-то снимал для МЧС.

Не пропадать же добру.

Пейзане, как и надлежит электорату, колеблются между простодушным сочувствием и столь же простодушным стремлением испытать г-жу Ардан на предмет огнестойкости, а та реагирует с большим темпераментом.

С отеческим наущением к массам обращается дородный мужчина из породы папских нунциев. Имея в руках православную хлеб-соль и чем-то неуловимо напоминая губернатора Калинградской области г-на Бооса, он красивым голосом убеждает население встретить короля подобно тому, как народ иудейский встретил бы мессию. Двусмысленная затея. Но, по крайней мере, стал понятнее источник французского либертарианства и спонтанных общественных мероприятий, касающихся жизни и здоровья монархов. Оказывается, во всем виноват Боос. Или такие, как он. Это из-за них французский бунт становится каким-то бессмысленным и беспощадным.

Подстрочник меж тем гнет свою линию, радуя зрителя переложениями народных песен в стиле «Гуляем мы среди полей/Колосья стали там полней». Или еще более пасторальными виршами, где в просветленном контексте рифмуются «мадам», «нам», «по домам», что неизбежно вытаскивает из памяти отечественное «Разрешите, мадам, заменю я мужа вам, если муж ваш уехал по делам». Трудно отделаться от впечатления, что пейзане поют этот благодарственный псалом, обращаясь к главной героине. Оно бы и приемлемо, если иметь в виду долгую и полную больших удач творческую биографию г-жи Ардан, но плохо вяжется с имиджем Орлеанской Девственницы, которую г-жа Ардан волею судеб вынуждена изображать.

Дети-ангелы тоже дают жару. Режиссер выводит их к рампе, где они держат в руках вербные прутики, с какими соотечественники ходят в марте на кладбище и поют по-французски про май-месяц и лютики-цветочки. Уже во время пения от букетиков отрываются пушистые заячьи хвостики. Они падают наземь подобно белым пятнышкам, оставленным перелетной стайкой «Наших» на асфальте Ленинского проспекта. Эта беззаконная ассоциация только усиливается, когда ангелы, допев песенку, по-быстрому ощипывают оставшиеся соцветия, рассеивают их по сцене и партеру и упархивают назад в недра хора. Последний ангел угрюмо всучивает охапку голых прутьев главной героине — типа веточки для костра. Та, прижимая их к груди, долго и пристально смотрит в зал, а потом опускается на них больными коленками. Публика сострадает.

В общем, редкой гуманистической силы спектакль. Так и представляешь себе брошенную мужем простоволосую Аллу Борисовну Пугачеву, опять вынужденную ехать в Кирово-Чепецк с целью подарить народу высокое искусство. Шоу маст гоу он! Молох искусства не знает пощады. Как этот завистливый мир жесток к одаренным людям!

Короче, выводы.

1.Двумя простыми ходами режиссер спектакля г-н Серебренников чувства добрые в народе пробудил, памятник себе воздвиг нерукотоворный и сшиб немного бабла под бейсболку. Каковые ходы суть а)кукиш в кармане и б) откровенное подражание стилю Таганки 70-х. Все это склеено слюнями и сметано на живую нитку. Извините, я хотел сказать, спектакль решен режиссером в стиле минимализма. Что в контексте 2005-го заставляет вспомнить марксово присловье про фарс и трагедию.

Беда в том, что люди-то в 2005-м сидят не понарошку. Не так, как г-н Серебренников прикидывается Любимовым. Кроме того, Любимов клеил свои спектакли иными материалами. Это, пожалуй, главное.

2.Вот посмотрели высшие чины этот спектакль, пережили катарсис, добавили коньячку в буфете – и скорей в узилище, срывать оковы с невинных жертв. Ага. А денежки?! У каждого своя методика чеса: кто со стареющей звездой по провинции, а кто с «маски-шоу» по офисам.

3. Да будь я негром преклонных годов, и то, если бы г-жа Ардан рискнула представить такой спектакль в Париже, вместе с пригородной шпаной жег бы тамошние машины, пока не добрался бы до Гранд Опера. Чтоб не позорили Францию.

А в городе-герое Москве – отчего же! Еще как катит. Утонченный пипл хавает и похваливает. Настоящих негров у нас мало – вот и нету вожаков.

Единственный достойный уважения герой в спектакле – музыка. За дирижерским пультом сам хозяин фестиваля, и тут уж как у хорошего хирурга: хуже, чем может, он не может. Спиваков, он и есть Спиваков. Как отозвалась одна дама про пушкинских «Цыган» (если верить самому Пушкину), «один в поэме приличный человек, да и тот медведь». А завистливый Гоголь подслушал и устами Собакевича переформулировал: «Один в городе порядочный человек – прокурор. Да и тот, если сказать правду, свинья».

Но про свинью и прокурора во французской действительности см. выше.

А Спиваков все-таки совершенно отдельная история. Так что, если будет возможность, – сходите.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30544
30 ДЕКАБРЯ 2016,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30544//1482401989.jpg
Когда я был маленький, у меня тоже была бабушка. И еще у двухсот моих сокурсников. Ее звали доцент Барулина, она нам рассказывала сказки про историю КПСС. И страшные повести про отрицание отрицания и переход количественных изменений в качественные. Мы слушали, трясясь от сладкого ужаса: оказывается, ученым невозможно быть, не овладев ленинской диалектикой. То есть Михайло Васильевич Ломоносов (имени которого был наш Университет) — не ученый. Не говоря о Норберте Винере (был такой тренер по художественной кибернетике) и целой шобле нобелиатов, никогда не слышавших про диамат.

Я это к чему. Что-то в единицу времени стало многовато количественных изменений. Полсотни (боюсь, уже больше) уважаемых соотечественников опочили от боярышныго стекломоя. 39 военных покалечились (боюсь, некоторые до смерти) во время жесткой посадки в Якутии. Раньше такие вещи называлось крушением, но диалектика совершенствуется — и терминология вместе с ней. В Сирии убили комбата С. Санчирова. В Турции посла РФ А. Карлова.

Печально. Но для них хотя бы существует такое понятие, как профессиональный риск. А те 224 соотечественника из А-321, что 31 октября прошлого года взорваны в ответ на вторжение в Сирию — это как? Тогда мастера диалектики очень долго и убедительно, с цифрами и фактами в руках, рассказывали нам про изношенность двигателя, косо приваренный хвост, что экипаж отказывался лететь, а потом запрашивал аварийную посадку… В общем, в их обычном стиле. Не могут же они прямо сказать, что петух, возомнивший себя орлом, полез вершить судьбы человечества, не позаботившись об элементарной безопасности сограждан. Тоже обычный их стиль.

Представитель МИД М. Захарова справедливо назвала убийство посла терактом и пообещала, что виновные не уйдут от наказания. То есть помидорами этот покойный Мавлют Алтынташ не отделается. Суровая депутат ГД И. Яровая потребовала возбудить уголовное дело. И возбудили! Навальному теперь точно не отвертеться. Странно, что хранит молчание один из самых уважаемых наших диалектиков Г. Зюганов. Возможно, перебирает черновики, шлифует формулировки. В 2012 году он откликнулся на убийство К. Стивенса с истинно христианским состраданием: «Американского посла в Ливии расстреляли, как последнюю собаку. Это был главный специалист по ливийской “революции”. Он получил то, что посеял». В этих кратких, но емких строках действительно есть что-то близкое к нынешней ситуации. Хотя при тов. Сталине говорили иначе: «расстрелять, как бешеных собак». Видите, не прошло и 80 лет, а большевики с присущей им тягой к новизне уже смягчили риторику. Диалектика!

К сожалению, на этом количественные изменения не кончаются. На Светлодарской дуге раненых с обеих сторон развозят десятками. Убитых, слава богу, меньше — но тоже хватает. Пока там выясняют, кто первым начал защищать «русский мир» на территории сопредельного государства, на минуту склоним голову перед памятью еще двух боевых самолетов с плавсредства «Кузьмич». Которые взлететь взлетели, а сесть, увы, не получилось. Слава богу (еще раз!), обошлось без боевых контактов, и оба пилота, кажется, живы. А ну как там бы еще и стреляли?!

Зато в Чечне порядок. Г-н Кадыров в очередной раз нашел и опять уничтожил последнюю группу шайтанов в городе Грозном. Увы, при этом были ранены и убиты несколько полицейских. Из которых, впрочем, никто не пострадал — в соответствии с законами диалектики.

Параллельно сообщают, что на выплату всем пенсионерам обещанных 5 тысяч денег временно не хватает; материнский капитал тоже индексировать не будут; пошел уже 25-й месяц подряд, как падают реальные доходы населения. Микро-серебряная свадьба! Падение составило 16 процентов. Пустяки, впереди осталось еще целых 84. Примерно столько же процентов сограждан одобряют деятельность президента В.В. Путина и считают, что дела в стране идут в правильном направлении.

Все верно. Вы, главное, держитесь там. На праздничном столе — импортозамещающие продукты. На трибуне Мавзолея — плоды земледелия и животноводства. Настойка боярышника вместо горячего сакэ (но нужно знать меру!). Коктейль «слеза комсомолки» — как знак возвращения к истокам. Доброго всем здоровья и хорошего настроения! А деньги — что? Когда-нибудь обязательно будут. Ну, в худшем случае — нет. Зато надысь мы опять не отдали Москвы французу! Заморозили беднягу на подступах к МКАД, у райсовета в Филях. А не хрена было садиться в наше партизанское такси.

Так что в целом все вокруг отлично. Заветам дедов и отцов по-прежнему верны. Только все-таки немного сердцу тревожно в груди: не перебор ли с количественными изменениями? В прошлый цикл мы с вечно молодыми дедовскими заветами развивались не в пример сплоченней и поступательней. Уверенно смотрели в будущее — из определяющего года пятилетки в решающий. (Или наоборот? Кто теперь вспомнит..) А потом вдруг накопленные количественные изменения ка-а-к пошли превращаться в качественные — мало никому не показалось.

Вот и сегодня — Сирия как Афганистан, Украина как Чехословакия… От победы к победе. Ох, многовато... Или ничего, в самый раз? Можно даже еще газку подбавить: Освенцим с хирургами в кожаных штанах еще нескоро. Там, за поворотом.

Короче, у нас с Маргаритой Симоньян, оказывается, много общего: во-первых, социальный оптимизм. Во-вторых, она тоже когда-то была маленькой. И у нее наверняка тоже была бабушка — как у каждой девочки в нашей советской стране. Трое их соседей умерли от алкогольного суррогата, еще двое по пьяни повесились. В трамвае, на остановке и просто на улице онанисты (явно заброшенные в морально устойчивый СССР из педофильской гейропы) все время норовили показать ей пипиську. Дважды ей стреляли в голову, но попали только один раз. И ничего, все нормально! Обычное счастливое советское детство — спасибо тов. Сталину. Вместе со всем советским народом она твердо шла от свершения к свершению. Чем-то напоминая Зою Космодемьянскую, Валентину Терешкову, Анку-пулеметчицу и Н.К. Крупскую — в самом высоком смысле этого слова.

И в итоге выросла вот такой умной, смелой, прямой. Всем на радость. Как благоуханная белая роза, мамой клянусь. Не то что вы, ботаники вонючие, которые жизни не видели. И сделала такое же умное и благоуханное телевидение. С открытым сердцем, не тая на Родину обид. Бережет традиции, бескорыстно служит Отечеству в лице вертикального руководства. Прям как Никита Сергеевич Михалков или Кристина Потупчик, которую аналогичное светлое чувство преобразило из деревенского уебища в столичную принцессу с авоськой, полной пятитысячных купюр.

Все они трепетно любят Россию и никому не позволят на нее клеветать. Это вызывает искреннее умиление и восторг. Наряду с понятными опасениями.

Не знаю, как вам, а на мой скромный вкус что-то опять многовато стало диалектиков. Таких же глубоких, ярких, наступательных, как наша покойная бабушка-доцент. Стоят плечом к плечу — не продохнешь и не скроешься.

Ну что ж. Все по плану. Сделан очередной немалый шаг на непростом пути назад. Преодолена еще одна нешуточная ступень на нелегкой лестнице вниз. С Новым годом, товарищи! Со старым счастьем.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2698
5 ЯНВАРЯ 2006 г.
коллаж ЕЖ
Коль скоро мы благополучно возвращаемся в советское как бы время, естественным образом всплывают и советские как бы навыки. В частности, навык восприятия информации с чтением между строк и интерпретацией через задницу. Понятно, сей Ренессанс осуществляется с учетом марксова высказывания об охочей до шуток Истории: в первый раз трагедия, во второй – фарс. Точнее, как бы фарс: по большей части выходит не смешно.

Хотя – наверное, зависит от чувства юмора.

Так вот, самое важное событие года, как мне кажется, оказалось скрытым между строк. Имею в виду ментальную, то есть полную и окончательную гибель СССР.

То, что он рассыпался пятнадцать лет назад, – это как бы понарошку. Мол, собрались нехорошие люди в Пуще, выпили на американские деньги – и развалили. А раз все было так просто, то нет проблем и назад склеить – важно только подобрать правильных людей, отправить в Пущу, найти бутылочку живой воды, спрыснуть сепаратные части – и он вскочит живой-невредимый. «Ох, – скажет, – долго же я спал!»

Главное, дети, отыскать рецепт живой воды. И чтобы Кощей Бессмертный из Вашингтона да Баба-Яга из Лондона не прознали раньше срока. А то непременно бутылочку подменят.

Примерно в таком младенческом миросозерцании покоилось до недавних пор сознание значительной части российского народа. На эксплуатации этих сладких снов к власти пришли сказочники типа Бабурина, Алксниса, Рогозина и прочих специалистов по фарсам для населения. Нет сомнений, многие сограждане в неге райского незнания доживут до самой старости и окончат дни свои, крепко-накрепко завещав внукам бороться за возрождение СССР.

Но речь не об этих счастливцах. 2005 год – перелом, когда массовое мышление наконец осознало реальность. Вкусило плод от древа познания добра и зла и рухнуло с небес на грешную землю. Значит, внуки, похоронив дедушку, ни на секунду не задумаются над стариковскими заветами: мало ли вздора покойник молол, а у нас своих дел по горло.

Почему? А потому, что газовая война стала ментальной реальностью. И потому что новая миграционная политика стала ментальной реальностью. Осознавая эти феномены 2005 года, массовое мышление неизбежно подходит к пониманию бесповоротной кончины СССР. То есть исторический факт осознается самым привычным и потому надежным путем: через задницу. Надежность здесь вот какого рода. Прямо и честно признать, что СССР рухнул, потому что был неестественной, выморочной структурой, советское мышление не может и не сможет, как было сказано, никогда. Но нельзя же вечно жить в идейном раздрае с очевидностью. Поэтому, не удержав линию фронтальной обороны (прямое непризнание реальности), советское мышление отступает на заранее подготовленные позиции. Окольным путем – свалив вину на врагов, предателей, перерожденцев и пр. – оно со скрипом признает свершившийся факт, но изо всех сил сохраняет при этом молодецкий вид. Реальность как бы признается, но исключительно с черного хода. В соответствии с национальной традицией – задним умом.

Поэтому, когда Михаил Леонтьев обещает в скором времени победно вернуться в Прибалтику, а Дмитрий Рогозин – пробить коридор до Калининграда, не обращайте внимания. Специфика жанра: фарс для населения по невысокой цене. На самом деле они просто задницу прикрывают. Ибо как раз там происходит таинство осмысления.

Объекты для осмысления таковы. Россия (в лице своих элит) 15 лет продавала странам бывшего СССР углеводороды по дисконтным ценам. Зачем? Затем, что льстила себя надеждой, что таким образом сохраняет политический контроль и потенциал для возрождения Союза. Мелкие факторы, типа того, что один из крупнейших банков Латвии был создан КГБ еще в советскую эпоху для отмывки государственных денег и перекачки их на запад и что именно через этот банк потом шли проплаты (и отмывка) латышского нефтяного трафика, оставим в стороне как частность. Главное, все-таки геополитические надежды, которые питали юношей из Генштаба, ГРУ, ФСБ и прочих солидных структур.

Именно они, надежды, заставляли (и заставляют) тратить огромные казенные деньги на поддержку некредитоспособных и откровенно криминальных режимов в Приднестровье (там по сю пору спецслужбами командует г-н Антюфеев, справедливо названный покойным генералом Лебедем гестаповцем – в прямом федеральном телеэфире), в Южной Осетии, Абхазии. Про Ирак (списано 7 миллиардов у.е. геополитических долгов), Сирию (списано 13 миллиардов у.е. геополитических долгов) и прочих ближневосточных головорезов уж не говорим – далеко они от границ Союза. Хотя в сумме только по этим двум странам получается минус 20 миллиардов. Как раз два «Юганскнефтегаза» будто корова языком слизнула.

Интересно, кто-нибудь из геополитиков, которые лоббировали (бескорыстно?) эти патриотические траты, испытал хотя бы мимолетное раскаяние? Сожаление? Про взыскание нечего и думать: дело державное, спишут.

Иное дело – Украина. И Белоруссия тоже. Все помнят, что перед выборами в прошлом году братской Украине в лице премьера Януковича было помимо бесценной политтехнологической помощи выделено еще 1 миллиард у.е. чисто финансовой поддержки в виде льготы НДС на газ. А она, неблагодарная, возьми и оборотись к нам помаранчевой кормой. Ну, раз так – вот мы им газовый счетчик в пять раз накрутим! Чтоб знали свое место…

Примерно в таких терминах интерпретирует развитие событий наша патриотическая общественность. То есть – и это самое интересное – от фарса братской любви, славянской семьи, нерушимого союза и пр. патриотическое мышление – хлоп! – и с невероятной легкостью оборотилось в диаметрально противоположный фарс добротной коммунальной свары. Диалектика, однако. Мол, вы, хохлы (еще появилось новое патриотическое словцо «убунди»), привыкли свои шкварки на нашем халявном газу жарить – так вот хрена вам теперь! Все батьке-Лукашенке отдадим. Он до корня наш, родной, не бросит, не продаст…

Ага. Мало того, что газ по 47 у.е продаем, так еще и 130 миллионов кредита выдали, чтобы было чем платить. А уж он-то известен своим стремлением в братский союз. Десять лет только о том и разговаривает. Но придет время – после неизбежной победы на весенних выборах – кинет непременно. Как уже не раз кидал.

Иначе говоря, даже в патриотической версии массового сознания давно проклевывалась предательская мысль о том, что братья-славяне нам что-то мало рады. Газу дешевому – да. А так – как-то не очень.

Сегодня, после очевидных и правильно понятых народом сигналов с самого верха, становится окончательно ясно, что нашу братскую любовь даже в нагрузку к дефицитному газу берут не очень-то. И в патриотическом мышлении начинает доминировать иная – мстительная – нота. Мол, ну, сволочи, теперь держитесь! Мало не покажется.

Это все, конечно, очень витально. Бодрит. Но как в данный контекст вписываются дедушкины сказки о восстановлении единого и неделимого?

Только не надо подменять одну сказку другой, еще более наивной. О том, что народы-то рады объединиться, да элиты у них больно нехороши. Чему и как народы рады – вопрос сугубо теоретический. Например, украинский народ на республиканском референдуме дал пану Кравчуку карт-бланш на отделение от Союза с результатом 80%. Политическую же практику во всем мире осуществляют элиты. Уж какие есть. Пан Кравчук в частности.

Простая истина состоит в том, что, даже если на весенних украинских выборах победит Янукович, отношения Украины с Россией теперь навсегда останутся отношениями независимых государств. Плохими или хорошими – вопрос второй. В обозримой перспективе – скорее плохими. В частности, потому что державные игры с газом, с диоксином, с подсчетом голосов и т.д. дают в руки украинским националистам такой козырь, который даже г-н Рогозин не смог дать своим фарсом на косе Тузла перед выборами 2003 г. Не забывается такое ни с той стороны границы, ни с этой.

Так за что, позвольте спросить, мы так щедро платим? За то, что у наших геополитиков задница бронированная?

Аналогичный случай произошел в нашей деревне и с русскоязычной иммиграцией. Пятнадцать лет демографы талдычили: забирайте скорее наш кадровый ресурс из СНГ, пока не испортился! Ведь везение редкое: люди по большей части образованные, квалифицированные, одной с нами культуры и языка и, главное, страстно желающие вырваться из тамошнего ада растущего азиатского самосознания и нищеты!

Нет, ни за что! Про притеснения русскоязычных в Прибалтике – расскажем с сугубым удовольствием. Хотя большинство сограждан там, даже обижаемые и понукаемые властями к выезду, как-то не спешит покинуть насиженные гнезда. Что-то, значит, держит? На востоке же ровно наоборот. Наши рвутся назад в Россию, местные власти их держат за штаны, но при этом не дают ни денег, ни перспектив, ни надежд на будущее. А Родина – хоть бы хны. Да хоть сдохните вы там!

Многие тогда уехали мимо России – в Европу.

И вот – не прошло и 15 лет – вдруг прозрели. Надо, говорит президент, принимать и натурализовать бывших соотечественников. Рабочих рук не хватает. Что ж, и на том земной поклон. Правда, состарились они. Квалификацию растеряли. С образованием-то в Средней Азии неважно, качество соотечественников заметно похужело. Особенно молодых.

А что раньше-то не брали? Или ждали чего? Известно чего: вот восстановится Союз, будут эти люди там нашей опорой при проведении новой советской политики. Поэтому пусть лет несколько промыкаются, а там там и Красная Армия подоспеет.

Сегодня, значит, даже до силовиков дошло: не подоспеет. Не будет Союза. Никогда. И вообще сегодня не Красная Армия есть инструмент геополитического влияния, а развитая экономика, привлекательная социальная политика, интересные масс-медиа и грамотно выстроенные стратегии развития. Осознали, стало быть. понятной задержкой на бронезащиту.

Хочет того массовое патриотическое мышление, не хочет того массовое патриотическое мышление, а реальность берет свое. В 2005 году не мытьем, так катаньем ментальный призрак СССР похоронили. Да будет ему земля пухом.

А нам в России дальше жить. И хотелось бы видеть ее более успешной. Для чего ее правящим элитам следовало бы стать чуть более умными. То есть воспринимать окружающую действительность какими-то иными, более подходящими частями тела.

В частности, это и к экономике относится. Обидно будет, когда лет через пять страна испытанным нашим путем придет к осознанию того, что нынешняя псевдосоветская фарсовая экономика с прежним креном на ВПК фальшива и разрушительна. Что она сильно уступает по качеству даже путинско-касьяновской экономике образца 2000 года.

Ведь все равно придется осознать. Только через большие потери.

Тысячелетняя традиция, однако! Культурная идентичность. Охраняется ЮНЕСКО.

С Новым Годом вас. С Новым Счастьем!

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=2828
23 ЯНВАРЯ 2006 г.
budaev.ru

Из архивных материалов

«Тенденция нового изоляционизма и реставрация олигархического стиля правления — две опасные тропинки, которые ведут страну в пропасть».

В.Ю. Сурков, зам. главы администрации президента РФ. Москва, декабрь 2005

«Недолго князь Иван Васильевич Шуйский пользовался властию... Он жил еще года два или три, не участвуя в правлении, но сдав оное своим ближним родственникам, трем Шуйским: князьям Ивану и Андрею Михайловичам и Федору Ивановичу Скопину, которые, не имея ни великодушия, ни ума выспреннего, любили только господствовать... Искусство сих олигархов состояло в том, чтобы не терпеть противоречия в Думе и допускать до государя единственно преданных им людей, удаляя всех, кто мог быть для них опасен или смелостию, или разумом, или благородными качествами сердца».

Н.М. Карамзин, «История Государства Российского» (год 1543). СПБ, 1803-1826

«На бледной щеке Крестовоздвиженского звучно раздалась пощечина. Феодалы и олигархи вскочили с своих мягких бархатных кресел, работы Лизере, и тупо смотрели друг на друга. Но Крестовоздвиженский холодно взглянул на оскорбителя. «Желтухин! – сказал он ему, - я прощаю вам вашу горячность, ибо я слишком развит, чтобы обращать внимание на оплеуху, но будьте уверены, что если застану вас врасплох, то отхлестаю вам морду сыромятным ремнем – и тогда мы будем квиты». Вечером этого дня Настя, ложась с Крестовоздвиженским в постель, сказала ему: «Вольдемар, вы велики! До сих пор я вас только уважала, но сегодня начинаю любить. Ваша распухшая щека придает полноту вашей гражданственности. Если это повторится, я сойду от вас с ума – о, не будьте односторонни!» В эту минуту вбежали дети Насти, Труд и Локомотив, первый от Желтухина, второй от неизвестного. «Ступайте прочь, бесенята! – закричал на них Крестовоздвиженский, - вам здесь не место!» «Останьтесь! – сказала гордо Настя, — я не из тех, которые краснеют от своих действий!» — «Да, да маменька, — залепетали невинные малютки, мы все понимаем! Мы будем молиться Кислороду, чтоб Вольдемар сделал нам нового братца!» — «Какая пошлость! – сказала Настя, — порядочные люди не молятся даже и Кислороду» и, схватив Труд и Локомотив, она выдрала их за уши. Крестовоздвиженский молчал одобрительно.
«Ой ли?» Роман в трех частях.

А.К. Толстой, из письма Б. Маркевичу, перевод с французского. 14 мая 1871, Красный Рог (ныне Брянской области).

Интерпретация
А что тут интерпретировать?

Обсуждение
Знатоки отметят, что односторонняя полнота Крестовоздвиженского корреспондирует со специалистом из раздумий Козьмы Пруткова, который «подобен флюсу». А Пруткову граф Толстой приходится одним из родителей. Прутков также обессмертил себя «Проектом о введении единомыслия в России», тезисы которого ныне воплощаются в жизнь одноименной партией. А говорят, стране не хватает стабильности и преемственности.

Но ближе к олигархам. Преемственность проходит красной нитью и сквозь них. «Олиго» – значит «несколько». «Архия» — ну, скажем, старшинство. О чем свидетельствуют матриархат с патриархатом. А также архимандриты, архангел Гавриил, Аристарх, который всю дорогу договаривается с таможней, архиважные замечания В.И. Ленина и пархатые жиды — организаторы глобального заговора. Букву «п» они нарочно приставили, чтобы никто не догадался.
Противовесом для «олиго» служит «моно». «Моноарх» — это, в идеале, тов. Сталин. Или более мягкий случай – Иван IV, который и свернул Шуйским шею. «Иван Василич Грозный / Ему был имярек / За то, что был серьезный, / Солидный человек» — аттестует государя все тот же граф Толстой.
Ясно, Грозный со Сталиным представляют собою лучшее средство от олигархии. С т. Сталиным гр. Толстой по своей исторической ограниченности не был знаком. Поэтому остается продолжить его описание антиолигархических порядков царя Иоанна: «Приемами не сладок, /Но разумом не хром; /Такой завел порядок, /Хоть покати шаром!»

«Покати шаром» – архиверно и для Сталина.

В каком направлении намерен бороться с реставрацией олигархического стиля правления антиолигарх Сурков? В традиционном направлении шара? Но тогда опричники из ЧК без его помощи управятся даже лучше.

Возможно, Сурков имел в виду какое-то иное направление?
Умозрительно рассуждая, противовесом для «олиго» не обязательно служит «моно». Что если уравновесить «нескольких» не «одним», а, например, «многими»? Ведь можно такое предположить?! Или, по выражению моноарха Николая II, получатся лишь «бессмысленные мечтания»? Мы даже и слов-то таких в словаре не имеем. «Полиархия»? «Плюрократия»?
Нет, нет, решительно невозможно. Язык не повернется.

Выводы
Полноте, граф. Нет никакого иного направления. Есть лишь особый исторический путь. Который обязательно приведет нас к полной и окончательной победе. Если, конечно, не сворачивать и не оглядываться. Как белка в колесе.

Да вы сами посудите:
Труд и Локомотив за время особого исторического пути заметно подросли, стали популярными стадионами. Сеют разумное, доброе, вечное среди фанатов.

Прогрессивная Настя ничуть не состарилась. Спрятала в сундук красную косынку, в которой бегала на субботники в 30-х годах, и ведет теперь либеральную программу на «Эхе Москвы». Сеет р.д.в. в эфире и в Интернете. Однако не забывает обновлять в паспорте американскую визу: кто его знает, что здесь вырастет.

Крестовоздвиженский, перевязав распухшую щеку трехцветным флагом, организовал успешный журнальный бизнес. По согласованию с Третьим отделением сеет р.д.в. в Общественной палате. Ничуть не страдает от односторонности, чает новых государственных постов. Общественная палата, в свою очередь, живо напоминает Пробирную Палатку, некогда руководимую патриотичным Прутковым.
То есть все путем.

Лишь феодалы и олигархи не сеют и не пашут. По-прежнему тупо то вскакивают с бархатных кресел работы Лизере, то опять садятся. Иногда — мимо. И шепчут побелевшими губами: «Шуйский, Крестовоздвиженский, Гусинский, Березовский, Ходорковский...» За окном им мерещится гул толпы, а в коридорах – быстрые шаги пацанов из опричнины.

Прозревая нечто подобное, граф А.К. Толстой написал в 1869 году: «Боже мой, какое говно наше время!» И опять был прав: разумное, доброе, вечное вот-вот должно было проклюнуться всходами. Через год в Симбирске родился Володя Ульянов. Через 10 лет в Яновке – Лейба Бронштейн. И примерно тогда же (реальная дата дискутируется) в Гори – Иосиф Джугашвили.

Всходов желчный граф видеть не пожелал. В 1875 году, приняв избыточную дозу опия, он умер.

Ему хорошо. А нам-то что делать?
Как что: для начала определиться, кто виноват.
Ястржембский? Пржевальский? Болконский? Достоевский? Кутило-Завалдайский? Павловский-Белковский? Дзержинский? Циолковский? Мусоргский?

О! Эврика! Радзиховский. До него легко достать и народной очистительной буре, и опричникам из коридора.
Он, феодал, и заплатит за наше сиротство!

Или, граф, все-таки есть иные варианты?

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3364
24 МАРТА 2006 г.
scandaly.ru
В демографии, как в футболе и в политике, у нас разбираются все. Это и тревожит. Все-таки хотелось бы некоторого профессионализма. Рискну сказать, некоторой цеховой солидарности.

Было такое слово – профан. Или невежда. Справедливая советская власть на протяжении трех поколений с этими понятиями успешно боролась. Главным образом возводя невежд и хамов в статус элиты. Производством вооружений у Сталина управлял Клим Ворошилов. Когда началась война, его по-быстрому убрали, но все-таки много полезного успел натворить. Биологией руководил Трофим Лысенко. Языкознание регулировал лично Вождь. Литературу – Жданов. Кто-то еще расправлялся с кибернетикой — «продажной девкой империализма».

Статистиков и демографов из ЦУНХУ, когда они принесли данные о потере 8 миллионов человек после коллективизации, быстро пересажали. И как было не посадить, если в самом сердце социалистического учетного органа свили гнездо троцкисты. (Не уверен, что у органа бывает сердце, но раз свили, значит, было.) Даже одна дамочка из бывших дворян в среднем звене управления затесалась. А комсомольцев было недопустимо мало – указано в отчете проверяющих.

Аналогично и с гидрометеослужбой. Основавший ее А.Ф. Вангенгейм (не подумайте дурного – он из давно обрусевших голландцев) предательским образом ее же и развалил к началу 30-х. Вследствие чего наступила непредвиденная засуха. Следствием засухи стало резкое падение урожайности на Украине и в Поволжье. А следствием падения урожайности стало недовыполнение плана по сбору зерна. Можно было бы еще вменить Вангенгейму, что следствием синоптического заговора стал тот самый демографический провал. Но этого не вменили, ибо провала-то не было! А провала не было, потому что в стране порядок был.

А порядок в стране был, потому что всех слишком умных да грамотных заменили послушными невеждами – и некому стало слово правды вымолвить. И, что еще важней, никто из хамов на самом верху не желал эту правду слушать. Зачем им правда, если они знают Истину?

Короче, тов. Сталин на Семнадцатом съезде ВКП(б) назвал цифру населения на 8 миллионов больше, чем ему принесли статистки. «Я, — сказал он испуганным статистикам, – знаю лучше, какую цифру называть». И ведь, в самом деле, кому еще и знать, как не тов. Сталину. Хотя потом, после разборки с руководством ЦУНХУ, в письменном варианте доклада он снизил приписку до 7 миллионов. Проявил гибкость. И тоже прав: миллионом больше, миллионом меньше, какая разница.

Чем-то сильно напоминает подсчет голосов в Белоруссии, не так ли?

Тех самых демографов (как, впрочем, и делегатов Съезда) тов. Сталин дальновидно ликвидировал. Чтобы потом не клеветали. А также за вредительство: пустили на самотек учет населения и развалили систему ЗАГСов. Смертность злостно считали, а рождаемость специально недоучитывали. Саботировали.

И синоптика Вангенгейма тоже ликвидировали. С ним, кстати, интересно вышло: посадили за метеорологию, а расстреляли в 1937 году уже как шпиона, украинского националиста и террориста в составе контрреволюционной террористической организации «Всеукраинский центральный блок». Приказ пришел разгрузить Соловки, Особой тройке УНКВД Ленинградской области в личных делах копаться было некогда — план давай! Сшили новое дело прямо в лагере, собрали 134 «члена организации» с украинскими корнями – и скорей в Кемь, за пулей в затылок.

С профессором Вангенгеймом («член» № 120) соседствуют по расстрельному протоколу от 9 октября 1937 г. следующие граждане:
№ 118. Яворский Матвей Иванович («историк-экономист, владеет языками русским, польским, чешским, белорусским, немецким, французским, итальянским, латинским и греческим, имеет брата Ивана в Праге и в Галиции (Львов) сестру Екатерину» – сухо перечислено в протоколе. Как факты, подтверждающие вину).
№ 119. Чеховский Владимир Моисеевич («профессор историк»).
№ 121. Грушевский Сергей Григорьевич («профессор историк»).

Так чудовище рыло дыру во времени. Делало стране аборт. Только через поколение дыра начала медленно-медленно заполняться. Заполнялась, само собой, жертвами аборта.

То есть, конечно, справедливость восторжествовала.
23 июня 1956 г. Военная коллегия Верховного Суда РФ признала расстрел 1937 г. необоснованным и реабилитировала синоптика посмертно. Но никому (до 1992 года) об этом не сказала. А зачем? Если всем правду говорить, люди нервничать будут, порядка в стране станет меньше. Вместо этого родне выдали свидетельство о смерти I-ЮБ № 035252 от 26 апреля 1957 года, где сказано, что Вангенгейм А.Ф. умер 17 августа 1942 г. от перитонита. Ну умер человек и умер. Что старое ворошить – все равно назад не вернешь. Война, к тому же. Не все же на 37-й год валить.

Это лишь частная иллюстрация стиля эпохи из только что вышедшей книги «А.Ф.Вангенгейм. Возвращение имени». Дыра во времени как фундамент государства. Вранье как фундамент Истины.

Между тем вопрос слежения за погодой перешел в крепкие руки классово близких. Многие там отметились. В том числе и командир Севморпути И.Д. Папанин – человек яркий, по-своему незлой, но нельзя сказать, чтобы слишком ученый. Вроде Никиты Хрущева.

Вангенгейма, Флоренского, Вавилова, Лосева и миллион-другой прочих умников заменили невежды. По крайней мере, в нравственном смысле. С одной стороны, кадры решают все, а с другой – незаменимых людей нет. Новая сталинская элита. Выдающиеся философы, лингвисты, демографы. Может, подскажете имена? Что-то не припомню. Историки (партии). Политэкономы (социализма). Теоретики (коммунизма). Цвет нации радикально поменялся везде, кроме, может, физики, химии, металлургии и других дисциплин, связанных с военно-промышленным комплексом.

В 60-70-х – годах, когда померли последние, пуганые до смерти, но все же сохранившие представления о порядочности ученые дореволюционной закваски, ряды жертв культурного аборта расцвели пышным цветом.

На факты им было на… наплевать. А вот на мнение начальства – ни боже мой. Жить-то хочется. Хоть бы и мышкой серенькой. И жили эти жертвы стабильно и счастливо тридцать лет и три года, плодились и размножались в закромах Родины. Пока все до крошечки не съели. В те времена было принято гордиться, что ученых у нас в стране больше, чем где-либо в мире. И вот воспитали эти ученые для страны вторую (или уже третью?) производную аристократов духа. Третья производная тоже серая, но крупней размером и понаглее. И аппетит у нее, надо сказать, значительно здоровей.

Ведь свобода! Что хочешь, то и твори! Среди жертв аборта во втором колене есть уже почти настоящие специалисты: Дугин, Нарочницкая, Паршев, Фоменко, Проханов, Глазьев... Вот и Рамзана Кадырова недавно в академики избрали – чтобы поднять престиж Академии естественных наук. Хотя заслуги у него по большей части гуманитарного характера. К сожалению, Академии неестественных наук у нас пока нет. Была бы — пришлось принять большую часть населения.

В дефиле этих служителей Истины Г.А. Зюганов на одном из почетных мест. Нет выступления, в котором бы он не напомнил, что из-за преступлений антинародного режима Россия теряет по миллиону русских человек в год. Ну, положим, не по миллиону, но по 750 тысяч действительно теряет. Правда, не только русских. Отдельные татары или чукчи тоже порой отдают богу душу. Характерно измельчание масштаба вранья – до войны плюс-минус несколько миллионов, сейчас плюс-минус несколько сотен тысяч. Неплохой прогресс. Или регресс? Ближе к человеческой правде, дальше от сталинской Истины.

Впрочем, г-н Ромодановский, глава Федеральной миграционной службы, по-советски смел в игре масштабами. В стране, говорит, работают 20 миллионов нелегальных иммигрантов. Ну да. Всего легального населения у нас 142,5 миллионов. Подсчитано довольно строго – слава богу, паспорт есть у каждого взрослого. Из них избирателей (тоже учет поставлен довольно строго) 106 миллионов. То есть граждан старше 18 лет минус заключенные и слабоумные. Из них пенсионеров (тоже весьма строгий учет – это же деньги!) 38 миллионов. Итого граждан в рабочем возрасте 68 миллионов. Ну плюс-минус миллион, как дань национальной традиции счета.
И еще, говорит г-н Ромодановский, 20 миллионов нелегалов трудоспособного возраста.

Оглянитесь вокруг, господа. Каждое третье или четвертое двуногое существо трудоспособного возраста – нелегал. Не многовато ли будет?
Ну, понятно, чем больше нелегалов, тем больше ведомству г-на Ромодановского положено бюджетных денег на их обуздание. Но совсем-то уж сограждан за идиотов держать не следует. Или по себе мерят?

Вот и Г.А. Зюганов этим страдает. Хорошо, жертвами ельцинизма-путинизма становятся 750 тыс. человек в год. Пенсионеры и люди вполне крепкого возраста (особенно мужчины) гибнут, лишенные социальной защиты. А рождаемость никудышная – около 10-11 младенцев на тысячу населения. Все это правда. Но этого мало: ее надо дотянуть до Истины!

А не выходит. Ты, товарищ, отойди в соседнюю Белоруссию, где горячо любимый А.Г. Лукашенко сохранил завоевания социализма. Отчего там-то всего 9 младенцев на тысячу? Оккупационного западного режима нет, вождь – мужчина на загляденье, по телевизору одна благодать, улицы чистые — а женщины все одно не рожают. Вот незадача-то. Видать, одного вождя, хоть и кровь с молоком, на весь прекрасный пол все же не хватает.

Г.А. Зюганов со товарищи правды не видят и не хотят видеть, когда крутят свою шарманку. Они видят Истину. В белом кителе и с усами. Поэтому смотрят всегда назад. Правда, меж тем, состоит в том, что максимальные цифры рождаемости показывает Северный Кавказ: Чечня, Дагестан, Ингушетия. Где социальные гарантии, конечно, самые надежные в стране. Обеспечиваются непосредственно бронетранспортерами, грабежом на блокпостах и еженощной стрельбой в течение вот уже почти 15 лет. Но женщины, как ни странно, рожают. С одной стороны, ислам. Ограничение винопития, многодетный сельский уклад жизни. Часто де-факто многоженство. А самое главное — демографический переход к городским стандартам еще не состоялся. За счет Кавказа Россия чуть-чуть Белоруссию и обгоняет. А так шли бы ноздря в ноздрю – проблемы-то одинаковые.
Тогда причем здесь «режим»?

Возможно, связь между уровнем жизни, социальными гарантиями и т.п. не такая уж простая, как мерещится ушибленному материализмом Г.А. Зюганову? Может, помимо марксизма-ленинизма и учения о классовой борьбе в обществе действуют еще какие-то законы, служителям Истины неведомые по причине интеллектуального аборта?

Да наверняка. И сам тов. Зюганов тому лучший пример. Давным-давно подсчитано, что только для воспроизводства населения в среднем нужно по 2,3 ребеночка на семью. Для роста, стало быть, надо трех детишек. И тут вопрос. Отчего это в конкретной семье Г.А. Зюганова детей только двое? Может, он в свои лучшие годы (в репродуктивном возрасте) недоедал, мотался по съемным углам или общагам? Да нет, вроде как секретарь райкома КПСС и спецпаек имел, и казенную квартиру, и персональную «Волгу» с пыжиковой шапкой. Оттого, вероятно, и режим тогда казался ему правильным и народным.

Но что ж не размножались-то? У Горбачева – одна дочь. У Лукьянова, кажется, тоже. Не знаю, сколько у Купцова, Лигачева, Крючкова, Чебрикова и пр., но все они не производят впечатления сильно многодетных родителей. Что за напасть такая?

Кабы жертвы аборта имели привычку говорить правду не народу даже, а хотя бы самим себе, то молвили бы примерно следующее. Семеро по лавкам, конечно, замечательно. Но ведь каждому нужно дать образование, любовь и заботу. То есть время. А ведь еще есть карьера, амбиции, профессия. Да и жена – культурная женщина, ей не только сопли детские хочется вытирать, но иной раз и на торжественное собрание сходить в красивом платье с представительным мужем. А то и в кинотеатр! Диплом, опять же, имеет. В общем, двое детей – в самый раз. Больше не надо.

Но правду даже себе они говорить не приучены. А уж нам — тем паче. И сквозь это органичное хамство невежды-начальника просвечивает очевидная логика: мы-то, мол, элита! Не размножаемся от большого ума. У нас аттестаты, у нас горизонты и духовные запросы. А население, известно, не размножается по причинам чисто материальным. Ему, населению, чего надо? Повысить норму выдачи кормов и улучшить условия стойлового содержания. И сразу удои с яйценоскостью взлетят до небес.

Аборты запретить — раз! Контрацепцию – два! Планирование семьи, как идеологическую диверсию, – три! И пшел вперед, плодиться и размножаться!
Шкварка и чарка – вот что народу надо. Это их правда. Но Истина их сложнее – народу нужна не просто чарка и шкварка, а еще и твердая власть, которая этими двумя благами народ справедливо обеспечивает. Иначе, того гляди, люди сами приладятся зарабатывать себе на чарку со шкваркой – и кому тогда нужны будут многочисленные жертвы аборта у государственного руля? Кто будет регулировать рождаемость?

Борони меня боже, протестовать против жилищных программ, повышения детских пособий и прочих мер социальной поддержки. Все это нужно и полезно. Хотя при сужающейся в перспективе экономике и растущей коррупции вряд ли реализуемо. Да и к демографии не имеет почти никакого отношения – даже если что-то, бог даст, и получится. Дети от «шкварки и чарки» не рождаются. И страны конкурентоспособными не становятся.
Это просто проблемы разного уровня.

Люди стали другими. Многие уже сами способны регулировать свою диету. А властители дум остались какие есть. Настолько искренне почитают свой народ за быдло, что даже не сознают, как это выглядит со стороны.

Ради своей шкурной Истины они тысячу раз растаптывали правду. Вместе с живыми людьми. С лучшими из живых людей.

И еще тысячу раз растопчут – просто чтобы сохранить себя во власти и избавиться от конкурентов. Такая у них низкая Истина.

[Дмитрий Орешкин]

http://newtimes.ru/stati/xroniki/imperiya-naiznanku.html
26.12.2016 | | №43-44 (430) от 26.12.16

Четверть века назад не стало СССР: проблемы, разрушившие империю, воспроизводятся сейчас
http://fanstudio.ru/archive/20170417/RvhHzk0r.jpg
Советские символы начали рушиться еще до распада СССР. В районе Киевского вокзала разломали доску почета, серп и молот были повержены на землю, Москва, ноябрь 1991 года. Фото: Александр Неменов/ТАСС

Не менее половины россиян вот уже четверть века жалеют о том, что СССР канул в Лету. Жалеют о сказке, которая не стала и не могла стать былью.

Те, кто тоскуют по «великой стране», любят красивую картинку и при этом не умеют или не хотят увидеть то, что за ней спрятано. А те, кто хотят командовать «великой страной», с удовольствием такую картинку рисуют, в упоении забывая, что суровая действительность, которую прячут за ней, никуда не делась.

Фабрика мифов

Система приоритетов в СССР была проста: все ресурсы концентрировались на державных военно-стратегических проектах. За счет гиперэксплуатации населения или позже — недр. Номенклатура как эксклюзивный работодатель могла платить за труд столько, сколько считала нужным. Поэтому советский инженер получал 200 «деревянных» рублей примерно за ту же работу, за которую его американскому коллеге платили две тысячи свободно конвертируемых долларов. Советским гражданам попросту недоплачивали, компенсируя скудное существование сказками о великой стране. Люди работали где поставят, жили где поселят и ели что дадут. А куда денешься в условиях тотальной монополии? Зато летали в космос, давали отпор проискам врагов, выполняли интернациональный долг в Афганистане и три поколения кряду шли от победы к победе в последнем и решительном бою, который никак не заканчивался.

Сейчас все то же самое, только в гибридной форме и на территории поменьше. Базовое сходство советской и нынешней российской систем — в невероятном разрыве между заоблачным полетом пропаганды и приземленной реальностью.

Сумма союзных дотаций, субвенций и инвестиций, полученных Таджикской ССР за все время ее существования, в 2,6 раза превысила объем произведенного в республике ВВП. Такова была плата за контроль над территорией

В основе таких режимов — всегда образ, метафора, миф, чья задача мобилизовать, вдохновлять и возглавлять трудящиеся массы. Советская фабрика мифов рисовала образ Светлого Будущего на фоне Временных Трудностей. Пропагандисты путинской России, наоборот, успешно эксплуатируют образ Светлого Прошлого: мол, именно в советские годы все у нас было в порядке, но мы, дураки, не ценили своего счастья и позволили врагам его разрушить.

Но за иллюзии силового могущества надо платить. И раскошеливаться приходится не элитам, а населению.

В вывернутом наизнанку общественном сознании россиян присоединение Крыма понимается как усиление державы. Следовательно, это освобождение от «диктата Запада» — повышение экономической мощи — улучшение качества жизни. Прямо как в СССР, верно? Вот оно, счастье от осознания, что возрождается былое величие державы. Но на самом деле все наоборот. В современном мире новые территории не приносят богатств, а напротив, требуют мощных инвестиций в социальные программы, инфраструктуру и экономику. Люди на отвоеванных Сталиным территориях стали жить значительно хуже, чем их оставшиеся на свободе соотечественники. ГДР уступала ФРГ настолько очевидно, что пришлось срочно городить Берлинскую стену. Отрезанный от Финляндии кусок Карелии за два поколения превратился в убитую советскую глушь, в то время как сама страна, потеряв развитую южную часть, выросла в одну из ведущих экономик Европы. Или сравним отвоеванную половину Сахалина (не говоря про четыре спорных острова) с соседним Хоккайдо, который три поколения назад назывался «японской Сибирью», а в 1972 году уже принимал Олимпийские игры, сегодня имеет развитую промышленность и высокоскоростную транспортную инфраструктуру.

В современной России действительно все, как в СССР. Только не в сказочном, а реальном, где за миражи экспансии расплачиваются граждане. Присоединенный Крым стоил российскому бюджету 125 млрд руб. в 2014 году, около 100 млрд — в 2015-м и примерно столько же будет стоить в 2016-м. Еще в 250–300 млрд обойдется крымский мост. Плюс (точнее минус) расходы на тайное содержание ДНР/ЛНР. Ну и еще санкции/контрсанкции в размере примерно 1% ВВП — под 1 трлн руб. Как результат — кризис пенсионной системы и снижение располагаемых доходов населения на 15%.

Силовой контроль и пропаганда — да, вернулись. Инвестиции и развитие — не ожидаются.

Вожди и массы

На карте мира СССР выглядел огромным красным монолитом, придавившим шестую часть суши: великим, могучим и нерушимым. На самом деле Советский Союз был полон скрытых разломов и противоречий: этнических, конфессиональных и территориальных.

Целые народы, причисленные к «неблагонадежным», — от немцев, поляков и корейцев до крымских татар, ингушей и чеченцев — тайно и незаконно были депортированы к черту на кулички. В конце 1930-х на Северном Кавказе шла реальная война между ингушами и хевсурами (этнографическая группа грузин, коренное население горной области Хевсурети на Кавказе. — NT), в результате которой северная часть Хевсурети обезлюдела: людям пришлось бежать за Кавказский хребет. Но благостная картинка дружбы советских народов всего этого ужаса не отображала. Никто об этом не знал — значит, этого как бы и не было. Все в это время смотрели милое кино «Свинарка и пастух».

В СССР преследовались и подавлялись все религии, кроме основополагающей и державной, функции которой выполняло нетленное учение Ленина-Сталина. 23 декабря 1946 года вождь в узком кругу доверенных редакторов своей биографии сформулировал нетривиальную для марксиста мысль, старательно записанную членом редколлегии Василием Мочаловым: «Марксизм — это религия класса. Хочешь иметь дело с марксизмом, имей одновременно дело с классами, с массой… Мы — ленинцы. То, что мы пишем для себя, — это обязательно для народа. Это для него есть символ веры!»* «Масса» не была допущена к этому нехитрому сакральному знанию. Зато твердо знала, что советский народ — «новая историческая общность людей», он един, неделим и навеки свободен от религиозного рабства. Однако стоило советской власти чуть-чуть ослабить номенклатурный пресс, чтобы дать вздохнуть экономике, как вспыхнули давно тлеющие этнические (не без религиозной предыстории) конфликты в Казахстане, Фергане, Нагорном Карабахе. Дальше было больше.

В мышлении тех самых масс полностью отсутствовало понимание скрытой асимметрии советского пространства. В референдуме о сохранении СССР, который нынешняя пропаганда трактует как выражение воли всего советского народа, не участвовали 6 ориентированных на запад республик: Армения, Грузия, Латвия, Литва, Молдавия и Эстония. Украина и Казахстан голосовали с оговорками, подчеркивающими их статус суверенных государств, а не советских республик. Зато самый единодушный результат за СССР дали восточные республики: Туркмения — 97,9%, Киргизия — 96,4%, Таджикистан — 96,2%, Узбекистан — 93,7%, Азербайджан — 93,3%. Оно и неудивительно. Помимо восточной традиции восприятия власти сыграла свою роль и экономика. К примеру, сумма союзных дотаций, субвенций и инвестиций, полученных Таджикской ССР за все время ее существования, в 2,6 раза превысила объем произведенного в республике ВВП. Такова была плата за контроль над территорией.

Электоральная асимметрия

СССР был «империей наизнанку». Европейские империи (дореволюционная Россия в том числе) высасывали ресурсы из колоний, обогащая метрополию. Советский Союз действовал наоборот: нещадно эксплуатировал более развитые в социокультурном и экономическом отношении западные и центральные регионы, чтобы подкармливать условный Восток. В результате (если оставить в стороне гипертрофированную номенклатурную Москву) в старорусском цивилизационном центре за три поколения при советской власти сформировалась черная дыра застоя, депопуляции, дефицита и беспросветности.

Глядя на мир сквозь сказочные шоры советского величия, ни российские элиты, ни большинство населения не сознают, что попытка увидеть наяву воображаемые победы на деле ведет в тот же тупик, за выход из которого страна однажды уже дорого заплатила. Видимо, придется платить еще раз.

На думских выборах 2016 года, если исходить из официальных данных, партия власти получила максимум поддержки в регионах с отчетливым преобладанием восточных приоритетов — в так называемых электоральных султанатах. Чечня обеспечила «Единой России» 91,4% голосов от списочного состава избирателей. Следом идут Дагестан (78,3%), Карачаево-Черкесия (76,2%), Тыва, Мордовия, Кабардино-Балкария — все как один более 65%. А Петербург дал только 13%. Москва — 13,3%. Новосибирская область — столько же, как и Хабаровский край, Томская, Иркутская, Омская области.

Экономически самодостаточные столичные регионы и крупные городские агломерации объективно тяготеют к европейской системе ценностей. Электоральные султанаты, зависящие от дотаций из Москвы, — к азиатскому авторитаризму

Никогда за последние 25 лет асимметрия голосования не была столь очевидна и так похожа на референдум 1991 года. На картинке — демонстрация сплоченности и единства, в жизни — явный раскол приоритетов населения. Экономически самодостаточные столичные регионы и крупные городские агломерации объективно тяготеют к европейской системе ценностей. Периферийные элиты электоральных султанатов, зависящие от дотаций из Москвы, — к азиатским приоритетам авторитаризма, который неэффективен в экономическом отношении и держится только на силовом ресурсе.

Борис Ельцин был президентом городов: в первом туре выборов 1996 года в 15 крупнейших мегаполисах он набрал более 50% голосов. Владимир Путин не менее отчетливо является президентом периферии. На выборах 2012-го в той же Чечне при явке 99,6% ему изобразили поддержку в 99,8%, а в Москве премьер-президент получил, по официальным данным, лишь 47%.

Эта проблема долгосрочная. Ее можно довольно долго не замечать, замазывая пропагандистской косметикой, как не замечал СССР, но рано или поздно она даст о себе знать.

В действительности сравнительно мирный распад СССР был для России и ее граждан огромным благом. Он дал возможность худо-бедно перевести экономику на рыночные рельсы, вернуться к конвертируемой валюте, возродил в народе желание работать и зарабатывать. А вот картинка победной поступи — да, исчезла. Обидно, конечно. Однако останься висеть на спине России груз дотационной Средней Азии, реформы были бы вообще невозможны. Как и самая ограниченная свобода. Суммарный объем голосующего электората бывших восточных республик СССР насчитывает примерно 50 млн человек — столько же, сколько народа ходит на выборы по всей России. Все эти голоса целиком в распоряжении у местного руководства. Ну и?

Когда лидер «Яблока» Григорий Явлинский упорно намекает, что кабы его вовремя послушались, то СССР можно было бы сохранить, в ответ хочется спросить: а где в этом замечательном государстве было бы «Яблоко», которое даже в сравнительно европеизированной (если сравнивать с Узбекистаном и Туркменистаном) России не может набрать 3%? Попытки примазаться к тоске избирателя по утраченной сказке — знак потери ориентации в географических, политических и социальных реалиях. То есть тотальная дезориентация. Весьма характерная черта современной демократической общественности. Продвинутый городской электорат это каким-то шестым чувством улавливает. И не верит ни тем, ни этим.

* Сталин И.В., Сочинения. Т. 17. С. 636. Тверь, «Северная корона», 2004 год.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30544
30 ДЕКАБРЯ 2016,
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30544//1482401989.jpg
Когда я был маленький, у меня тоже была бабушка. И еще у двухсот моих сокурсников. Ее звали доцент Барулина, она нам рассказывала сказки про историю КПСС. И страшные повести про отрицание отрицания и переход количественных изменений в качественные. Мы слушали, трясясь от сладкого ужаса: оказывается, ученым невозможно быть, не овладев ленинской диалектикой. То есть Михайло Васильевич Ломоносов (имени которого был наш Университет) — не ученый. Не говоря о Норберте Винере (был такой тренер по художественной кибернетике) и целой шобле нобелиатов, никогда не слышавших про диамат.

Я это к чему. Что-то в единицу времени стало многовато количественных изменений. Полсотни (боюсь, уже больше) уважаемых соотечественников опочили от боярышныго стекломоя. 39 военных покалечились (боюсь, некоторые до смерти) во время жесткой посадки в Якутии. Раньше такие вещи называлось крушением, но диалектика совершенствуется — и терминология вместе с ней. В Сирии убили комбата С. Санчирова. В Турции посла РФ А. Карлова.

Печально. Но для них хотя бы существует такое понятие, как профессиональный риск. А те 224 соотечественника из А-321, что 31 октября прошлого года взорваны в ответ на вторжение в Сирию — это как? Тогда мастера диалектики очень долго и убедительно, с цифрами и фактами в руках, рассказывали нам про изношенность двигателя, косо приваренный хвост, что экипаж отказывался лететь, а потом запрашивал аварийную посадку… В общем, в их обычном стиле. Не могут же они прямо сказать, что петух, возомнивший себя орлом, полез вершить судьбы человечества, не позаботившись об элементарной безопасности сограждан. Тоже обычный их стиль.

Представитель МИД М. Захарова справедливо назвала убийство посла терактом и пообещала, что виновные не уйдут от наказания. То есть помидорами этот покойный Мавлют Алтынташ не отделается. Суровая депутат ГД И. Яровая потребовала возбудить уголовное дело. И возбудили! Навальному теперь точно не отвертеться. Странно, что хранит молчание один из самых уважаемых наших диалектиков Г. Зюганов. Возможно, перебирает черновики, шлифует формулировки. В 2012 году он откликнулся на убийство К. Стивенса с истинно христианским состраданием: «Американского посла в Ливии расстреляли, как последнюю собаку. Это был главный специалист по ливийской “революции”. Он получил то, что посеял». В этих кратких, но емких строках действительно есть что-то близкое к нынешней ситуации. Хотя при тов. Сталине говорили иначе: «расстрелять, как бешеных собак». Видите, не прошло и 80 лет, а большевики с присущей им тягой к новизне уже смягчили риторику. Диалектика!

К сожалению, на этом количественные изменения не кончаются. На Светлодарской дуге раненых с обеих сторон развозят десятками. Убитых, слава богу, меньше — но тоже хватает. Пока там выясняют, кто первым начал защищать «русский мир» на территории сопредельного государства, на минуту склоним голову перед памятью еще двух боевых самолетов с плавсредства «Кузьмич». Которые взлететь взлетели, а сесть, увы, не получилось. Слава богу (еще раз!), обошлось без боевых контактов, и оба пилота, кажется, живы. А ну как там бы еще и стреляли?!

Зато в Чечне порядок. Г-н Кадыров в очередной раз нашел и опять уничтожил последнюю группу шайтанов в городе Грозном. Увы, при этом были ранены и убиты несколько полицейских. Из которых, впрочем, никто не пострадал — в соответствии с законами диалектики.

Параллельно сообщают, что на выплату всем пенсионерам обещанных 5 тысяч денег временно не хватает; материнский капитал тоже индексировать не будут; пошел уже 25-й месяц подряд, как падают реальные доходы населения. Микро-серебряная свадьба! Падение составило 16 процентов. Пустяки, впереди осталось еще целых 84. Примерно столько же процентов сограждан одобряют деятельность президента В.В. Путина и считают, что дела в стране идут в правильном направлении.

Все верно. Вы, главное, держитесь там. На праздничном столе — импортозамещающие продукты. На трибуне Мавзолея — плоды земледелия и животноводства. Настойка боярышника вместо горячего сакэ (но нужно знать меру!). Коктейль «слеза комсомолки» — как знак возвращения к истокам. Доброго всем здоровья и хорошего настроения! А деньги — что? Когда-нибудь обязательно будут. Ну, в худшем случае — нет. Зато надысь мы опять не отдали Москвы французу! Заморозили беднягу на подступах к МКАД, у райсовета в Филях. А не хрена было садиться в наше партизанское такси.

Так что в целом все вокруг отлично. Заветам дедов и отцов по-прежнему верны. Только все-таки немного сердцу тревожно в груди: не перебор ли с количественными изменениями? В прошлый цикл мы с вечно молодыми дедовскими заветами развивались не в пример сплоченней и поступательней. Уверенно смотрели в будущее — из определяющего года пятилетки в решающий. (Или наоборот? Кто теперь вспомнит..) А потом вдруг накопленные количественные изменения ка-а-к пошли превращаться в качественные — мало никому не показалось.

Вот и сегодня — Сирия как Афганистан, Украина как Чехословакия… От победы к победе. Ох, многовато... Или ничего, в самый раз? Можно даже еще газку подбавить: Освенцим с хирургами в кожаных штанах еще нескоро. Там, за поворотом.

Короче, у нас с Маргаритой Симоньян, оказывается, много общего: во-первых, социальный оптимизм. Во-вторых, она тоже когда-то была маленькой. И у нее наверняка тоже была бабушка — как у каждой девочки в нашей советской стране. Трое их соседей умерли от алкогольного суррогата, еще двое по пьяни повесились. В трамвае, на остановке и просто на улице онанисты (явно заброшенные в морально устойчивый СССР из педофильской гейропы) все время норовили показать ей пипиську. Дважды ей стреляли в голову, но попали только один раз. И ничего, все нормально! Обычное счастливое советское детство — спасибо тов. Сталину. Вместе со всем советским народом она твердо шла от свершения к свершению. Чем-то напоминая Зою Космодемьянскую, Валентину Терешкову, Анку-пулеметчицу и Н.К. Крупскую — в самом высоком смысле этого слова.

И в итоге выросла вот такой умной, смелой, прямой. Всем на радость. Как благоуханная белая роза, мамой клянусь. Не то что вы, ботаники вонючие, которые жизни не видели. И сделала такое же умное и благоуханное телевидение. С открытым сердцем, не тая на Родину обид. Бережет традиции, бескорыстно служит Отечеству в лице вертикального руководства. Прям как Никита Сергеевич Михалков или Кристина Потупчик, которую аналогичное светлое чувство преобразило из деревенского уебища в столичную принцессу с авоськой, полной пятитысячных купюр.

Все они трепетно любят Россию и никому не позволят на нее клеветать. Это вызывает искреннее умиление и восторг. Наряду с понятными опасениями.

Не знаю, как вам, а на мой скромный вкус что-то опять многовато стало диалектиков. Таких же глубоких, ярких, наступательных, как наша покойная бабушка-доцент. Стоят плечом к плечу — не продохнешь и не скроешься.

Ну что ж. Все по плану. Сделан очередной немалый шаг на непростом пути назад. Преодолена еще одна нешуточная ступень на нелегкой лестнице вниз. С Новым годом, товарищи! Со старым счастьем.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3425
31 МАРТА 2006 г.
Главное преступление ваше, демократов то есть, что вы обманули народ. Что значит – обманули? А то и значит: обещали, что жить станет лучше. А не стало. Вот не чувствую я, чтобы стало!

А в Белоруссии – стало. Гораздо стало! Средняя зарплата 261 доллар, средняя пенсия 108 долларов (официальные данные). В России, правда, средняя зарплата еще в июле 2005 г. перевалила за 300 долларов (плюс неучтенные серые доходы), но это не радует. Нет чувства! А в Белоруссии есть. Ферштейн?

president.gov.by

Похвала глупости простая
Даже если у тебя в России на круг пятьсот выходит – нет радости. Даже если тысяча! На квартиру все равно не хватит. И на «мерс» не хватит. Хватит на ВАЗ. Но нет, не радует ВАЗ! На ВАЗе у нас только азеры ездят.
А в Белоруссии – еще как радует! Наверное, потому что азеров нет. И в советские времена еще как радовал.
Украли, значит, у народа радость. И теперь в бессильной злобе клевещете, что народ за Батьку горой. Одно слово: гандошки, кривые ножки.

Похвала глупости сложная
Вот уже лет 10 примерно такой несложный текст витает над страной.
Обиженная мифология советской справедливости принимает и радостно переваривает любую глупость, если она совпадает с мифом. И так же легко отбрасывает любую умность, если не совпадает.

Зарплаты, говоришь, у Батьки жиже, чем у нас? А ты знаешь, что там цены в четыре раза ниже?! И на улицах чистота?! А у нас в России два миллиона беспризорников! Нет, четыре миллиона! И еще 20 миллионов иммигрантов!!!

Все это, за исключением чистоты на улицах Минска, – бред. Но социология — такая хитрая наука, что если бреду поддается значительная часть населения, то это уже не бред, а социальная реальность. И спорить с ней — что об стенку бисер. Мифологическая реальность, как показывает опыт, меняется медленнее, чем реальность объективная. То есть просто нужно время. И информация.

Об этом не стоило бы и говорить, если бы как раз сейчас в мифологии не обозначились некоторые сдвиги. И как раз на самом обыденном уровне.

Солдата Сычева, оказывается, никто не бил. У него все само отвалилось. Это не кто-нибудь говорит, а генерал Маслов, опора и надежда Отечества. Тут нужны либеральные комментарии? Нет, достаточно дать генералу слово и отойти в сторонку. Он все сам объяснит. На самом простом уровне стало очевидно: отдать сына в такую армию – все равно что лично сделать из него фарш для генеральского бутерброда.

Прошли выборы в Белоруссии и на Украине. Ну что тут комментировать? Ей-богу, факты лучше скажут. У Лукашенко на избирательных участках тишина и благодать, а на Украине люди в очереди стоят. Чтобы все успели, пришлось время голосования продлевать. Но в результате явка в Белоруссии 92%, а на Украине около 70%. Вот что значит строгая организация! На Украине двое суток голоса считают, в Белоруссии к утру уже 100%. На Украине распорядитель административного ресурса проиграл, собрав всего 15%, в Белоруссии выиграл, собрав 82,6% .

После этого кто-то будет рассказывать, что народ у нас – совковое быдло? Быдло – это его начальники, которые людей презирали и презирают, лишая права выбора.
Можно, конечно, велеречиво рассуждать, что Украина, Белоруссия и Россия – разные социокультурные и цивилизационные общности, что у них разные мотивации и ценностные ориентиры – да кто слушать станет? На самом бытовом уровне ясно: хохлы, бульбаши, москали – все мы из одного инкубатора. А вот начальство действительно сильно различается. Стало быть, с него и спрос.

Или еще простой факт: коммунисты на Украине получили менее 4%. Причем – честно. Что тут скажешь: наши искренние поздравления. В России им тоже чего-то похожего не миновать. Повторю – просто нужно время. И информация. И честные выборы.

Впрочем, интереснее, что националисты Натальи Витренко собрали на Украине даже меньше коммунистов. В результате, «Регионы» Януковича на выборах выступили хорошо, но в Раде остались без серьезного партнера и вынуждены теперь проситься в долю к «оранжевым». А это значит, что сценарий развала Украины под видом федерализации, с последующим де-факто присоединением Востока к России, на что рассчитывал депутат Госдумы и директор Института стран СНГ К. Затулин, не прошел. Причем не прошел не по очкам, а чистым нокаутом. Хотя – извините, если открою политологический секрет — мадам Витренко прокачивал главный кремлевский политтехнолог Г.О. Павловский. И уж не буду говорить, на чьи деньги. Сами догадаетесь. Чай, не бином Ньютона.
Это сложно понять обыденному сознанию? Не думаю.

А г-н Янукович, которого Г. Павловский опекал на прошлых выборах – и тоже с хорошо известным результатом, – на этот раз вручил свою судьбу известной американской консалтинговой фирме Пола Манафорта. И, надо сказать, не прогадал.
Что, конечно, многое объясняет относительно конкурентоспособности и эффективности восточной и западной систем менеджмента и профессионализма. А заодно и относительно квасного патриотизма. Хоть бы и на самом обыденном уровне.



Просто глупость, без похвалы
К сожалению, кремлевская политика в СНГ снова провалилась – и это очевидно всем, кроме ТВ-агитаторов. В результате нечестных выборов мы остались с Лукашенко, к которому не знаешь, с какой стороны и подойти, чтобы не запачкаться. И еще платим за это удовольствие только по газу 3,5 миллиарда у.е. в год (возьмем разницу в цене газа для Украины и Белоруссии, умножим на объем поставок и получим цифру наших ежегодных субсидий Луке). А в результате честных выборов Украина, которая в пять раз важнее Белоруссии (хотя бы по численности населения), отошла от нас еще дальше. А мы опять-таки остались в странной компании инвалидов Витренко («народная оппозиция») да Симоненко (компартия).

Тут вспоминается и Приднестровье, бессменно руководимое г.г. Смирновым и Антюфеевым. Которое еще покойный генерал Лебедь, там служивший (не самый большой либерал, верно?), в свое время назвал в прямом эфире федерального ТВ «гестаповским режимом». Причем обижает г-на Смирнова кто? Президент Молдавии г-н Воронин, коммунист, между прочим, которому путинская Россия в свое время помогла избраться, наивно рассчитывая на его классовую любовь к СССР.
Кинул, конечно. Потому что классовая любовь без маузера у виска очень быстро проходит. И сменяется любовью к независимости.

Что имеем в сухом остатке? С Молдавией необратимая ссора, а гестаповский тандем из Приднестровья за свою близость (уже не классовую, а геополитическую) требует от России 50 млн у.е. в квартал плюс списание 700 млн у.е. накопившегося долга за газ.
Куда ни кинь, всюду клин.

Почему-то все, кто нам не близок, за газ стараются платить. То есть у них экономика как-то так устроена, что деньги есть. А у близких друзей какая-то совершенно другая экономика. Очень крепкая, но совершенно без денег. Похоже на предвыборные консультации г-на Павловского: все очень тепло и по-братски, но деньги куда-то проваливаются. А выборы проигрываются.

У чехов деньги на газ есть, у прибалтов есть, у всех бывших соцстран – есть. Даже у стран СНГ со скрипом – но находятся.
А у настоящих друзей — хоть шаром покати.
Что у Батьки, что у Смирнова с Антюфеевым, что у Кокойты из Южной Осетии. Что, в свое время, у Фиделя или у Менгисту Хайле Мариама, что у Сирии, Ирака и прочих строителей справедливого общества, непримиримых борцов с экспансией фальшивых ценностей.
Все они висят у России на шее и прямо в ухо распевают песни про братскую любовь и геополитическую агрессию с Запада. Совершенно бескорыстно и по-дружески.

Тут возникает очень простой бытовой вопрос: они с нами дружат, потому что не способны платить по счетам, или они не способны платить по счетам, потому что с нами дружат?

Год-другой пройдет, эта диалектика в общественном мнении дозреет, и Кремлю придется отвечать. Тут ведь мудрость невелика: Сирии списали 13 миллиардов у.е. долга; Ираку 7 миллиардов; Алжиру что-то около 4,5 миллиардов; Януковичу – 1 миллиард в виде предвыборной льготы на газовый НДС; Лукашенко 3,5 в год. И еще стоит очередь более мелких млекопитающих с протянутой рукой. Включая академика Кадырова, который лояльность Чечни (то есть свою) оценивает в 4 миллиарда у.е. в год.
Итого только публично озвученных братских трат под 30 миллиардов. Без Кадырова.

А какой, простите, результат? Что мы за эти деньги получили, если не иметь в виду откаты в карман патриотически настроенных геополитиков, поддержавших Саддама Хусейна или Слободана Милошевича? Какие нетленные ценности сберегли, если не иметь в виду привычку черпать сколько хочешь из казны, наслаждаясь неограниченным самовластием и отсутствием общественного контроля?

Нет результата. Стоит Россия, как воспитатель в детском саду для умственно отсталых, и знай только то сопли, то попы вытирает. Ну и кормит, само собой. Это называется – отпор однополярному миру.
Ага. Мы что-то похожее совсем недавно проходили. Вам напомнить, чем это закончилось?

Может, нам все-таки пора подумать, о новых, более достойных друзьях? Которые в состоянии оплачивать собственное существование.

Пора! Похоже, Кремль тоже пришел к аналогичному выводу. Отныне у нас за лучшего друга будет Туркменбаши Сапармурат Ниязов. С этим можно не волноваться – у него вообще нет выборов. Ни честных, ни нечестных. Одна бесконечная стабильность. Вот, недавно решил старикам пенсии отменить. И ничего! Старики были очень даже рады и счастливы. Тем более, г-н Ниязов им отечески разъяснил: тот, кто будет три раза в день читать его книгу «Рухнамэ» (очевидно, вместо завтрака, обеда и ужина), тот непременно попадет в рай. И, добавим от себя, довольно скоро.

То есть, перспективы делаются все очевиднее. Вопросов будет все больше. И с ответами может возникнуть проблема. Это опасно. Потому что если нечем объяснить абсолютное или относительное ухудшение условий жизни в авторитарных режимах, такие режимы обычно отменяют выборы и затевают войнушку с внешними или с внутренними врагами: она все глупости и все воровство спишет.
Что-то мы за последние 100 лет слишком много всего списали. Не оттого ли, что стеснялись задавать сложные вопросы? А потом простые и задавать стало незачем.
Обсудить "Простота как форма воровства" на форуме

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3694
3 МАЯ 2006 г.
Оставляя в стороне старца Филофея («Третий Рим, а четвертому не бывать»), Пушкина («То братский спор славян…») и Чаадаева (тот вообще католик), Федора Ивановича Тютчева можно назвать первым русским геополитиком в европейском смысле слова. Замечательный поэт, которого помнят за грозу в начале мая (где грозными аллитерациями «гр-р-р» и «р-р-р» предвосхищена гремучая слава ГРУ и прочих гордых спецслужб нашего Отечества), на самом деле написал еще множество очень интересных текстов под условным названием «Россия и Запад».

admin.debryansk.ru/Ф.И. Тютчев с семьей на народном празднике в Овстуге, 15 августа 1857г. С картины Б. Бельтюкова

Тексты эти, по царственной небрежности гения, так и не были своевременно опубликованы по-русски. Впрочем, к своим удивительным стихам Тютчев тоже относился без пиетета. Чем сильно отличался от более поздних и менее даровитых эпигонов.
В геополитике он был искренен и свеж, как в стихах. И этим тоже выгодно отличался от патриотов позднейшего разлива.

Короче, цитата. В сентябре 1849 г. Ф.И.Тютчев предвидит «…два великих провиденциальных факта, которым предлежит… открыть в Европе новую эру. Эти два факта суть: 1) окончательное образование великой православной империи, законной империи Востока, одним словом – России будущего, осуществленное поглощением Австрии и возвращением Константинополя; 2) соединение двух Церквей, восточной и западной. Эти два факта, по правде сказать, составляют один, который вкратце сводится к следующему: православный император в Константинополе, повелитель и покровитель Италии и Рима; православный папа в Риме, подданный императора».

Кем-кем, а крохобором Федор Иванович не был. Губа у него не дура.
Справедливости ради надо сказать, что на Константинополь Екатерина Великая замахивалась задолго до Тютчева — еще в 70-х годах восемнадцатого века, когда формировалась внешнеполитическая доктрина «греческого проекта». Но Тютчев был первым, кто так легко и естественно выдохнул эти роскошные амбиции прямо в лицо Западной Европе. И у него было на то минимум два серьезных основания.

Со времен Екатерины Европа успела погрузиться во мрак переворотов, революций и террора, из которого потом вынырнул омытый кровью Наполеон. Тютчевская же Россия, во-первых, выстояла утесом православия и самодержавия над беспорядочным морем европейских смут (образ из его стихов). А во-вторых, когда настала пора, она же, Россия, поставила на место и лично неистового корсиканца, вернув пришибленной Европе свободу и монархический порядок. Другого порядка Тютчев и представить себе не мог.
Так что, когда матерый дипломат (двадцать лет службы в Германии, знакомство с Гете, дружба с Шеллингом, привычка писать прозу по-французски, стихи по-русски, а устные политические дискуссии вести по-немецки) выставил свои тезисы перед изумленной Европой, той было о чем задуматься.
Задумаемся и мы.

steerpike.ru

Начать с того, что Тютчев обращался к Западу как европеец. Он пишет в западной традиции свободной политической полемики. Или памфлета. Его тексты написаны и опубликованы по-французски. Реже — по-немецки. Там же, на Западе, они и обсуждались – весьма эмоционально, надо сказать. А у нас – ни ветерка, ни дуновения. В России Ф.И. Тютчев – в лучшем случае тонкий лирик с уклоном в философию (немецкое влияние), светский лев, скандальный многоженец и тесть славянофила Аксакова.

Будучи европейцем до мозга костей, он не понимал, почему России отказывают в этом естественном праве. Более того, он верил, что Европа самим ходом истории будет вынуждена припасть к целительной твердыне России, где единственно сохранился дух истинного христианства, не разъеденного ересями западного рационализма, гуманизма, либерализма и обожествления человеческой личности.

Посмотреть на современные проповеди Александра Дугина или митрополита Кирилла – ну прямо у Тютчева списано.
Так, да не так.
Аудитория уже не Запад, а мы. Не вовне протягивают руку с предложением христианской любви и защиты наши геополитики, а вовнутрь. Не по-английски, по-немецки или по-французски они несут свое слово истины, а исключительно по-нашенски. Может, по совковым причинам сызмала языкам не обучены? Может, и поэтому. Но важнее другое: никому на Западе их размышления давно не интересны. Да они и сами не надеются там на понимание.

Их задача прямо противоположна тютчевской. Тот был уверен в конкурентоспособности (извините за современный термин) русской державной идеологии и открыто предлагал ее в качестве лекарства для заблудшего Запада – «...льет примирительный елей». Эти, напротив, остро сознают свою неконкурентоспособность, до смерти боятся идущих с Запада призраков «оранжевой революции» и пытаются защитить свой идейный мирок, оборотившись к границе бронированными задницами. Авось, на наш век хватит елея прокормиться, а там – хоть трава не расти.

Тютчев был империалист в самом высоком (и трагичном) смысле слова. Он кровью сердца писал примерно тот же текст, что начертан у статуи Свободы в США. Насчет сирых и обиженных со всего мира, которым Русский Царь и Русская Вера обещают защиту, утешение, процветание и свободу. Неважно, способна ли тогда была Россия, способны ли сегодня США выполнить то, что обещают. Тютчев верил, что способна и обязана. И отцы-основатели верили. Это чувствуется по тексту.

А наши патриоты – не верят. Они не зовут людей к себе – наоборот, изо всех сил отталкивают. Не только иностранцев, но и своих еще недавних единоверцев. Все им мерещатся враги и предатели, еретики да изменники, пятая колонна да мировая закулиса, мигранты да диверсанты. Некоторая утрата имперского величия, не так ли?

Тютчев вел наступательные бои – и его тексты на Западе с интересом публиковали. У нас сегодня ведутся бои сугубо оборонительные — и сильное независимое слово стремятся упрятать под спуд. Некоторая утрата инициативы, вы не находите?
Тютчев говорит об объединении восточного и западного христианства. Эти, наоборот, бегут от католиков как черт от ладана, предпочитая евразийский союз с самым фанатичным исламским мракобесием. Некоторая деградация в подборе союзников, вам не кажется?

Тот был органичный экспансионист, эти – органичные изоляционисты. Тот шел к незнакомцам с христианской любовью, хотя и по-тютчевски язвительной; эти – с мстительной ненавистью закручивают газовый кран бывшим братьям в морозную зимнюю пору.
В интернете, который изобрели американцы, они поносят Америку. На телевидении, которое пришло к нам из Европы, они поливают Европейский Союз. На газетных полосах, сверстанных по западным технологиям, они предрекают Западу неизбежную и скорую смерть.

Да полно вам, господа. Это все уже было 150 лет назад. И смотрелось тогда гораздо убедительнее.
Тютчев, по крайней мере, видел русский мир расширяющимся в Европу, несущим туда новую мощную веру и мысль. Нынешние патриоты хлопочут на сужающемся пятачке замусоренного идейного пространства, тряпочками затыкая щели от сквозняков и агрессивно растопыривая локотки: «Вас здесь не стояло!».
Тютчев оставил после себя великие стихи на русском языке – в том числе и на имперскую тему. Идейный багаж наших геополитиков укладывается в одно простое четверостишие:

Того гляди, застудит жопу
Сквозняк из европейских стран.
Скорей закрой окно в Европу —
И прорубай в Туркменистан!

Кстати, а что стало с «провиденциальными фактами» нашего славного поэта? Через пять лет несносные англичане, вступив, вопреки тезису о неизбежной европейской раздробленности, в военный союз с французами и прочими деятелями глобальной закулисы, нанесли России обидное поражение в Севастополе. После чего западная полемика вокруг тютчевских прозрений стихла сама собой. Кто-то из европейцев поставил язвительный диагноз: «Исполинские бредни».

Ну так хоть исполинские! Русский космизм, известное дело. Мелочиться не любим. Но у этих-то, нынешних, и бредни даже какие-то мелкотравчатые. Второй свежести.
Ей-богу, за державу обидно. Если аристократы – то самоучки. Если фашисты – то из Люберец. Если патриоты – то на полставки. Если национал-большевики — то сплошь эдички.

В общем, был русский державник Федор Тютчев, стал советский державник Сергей Михалков.
Господи, да что ж мы измельчали-то так?!

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=3982
6 ИЮНЯ 2006 г.
«Надо мечтать!» — учит великий Ленин. Ну раз надо, давай попробуем.

К примеру, вот так. Встаю, стало быть, я рано утречком и босиком по росе – на высокий берег могучей русской реки. Чтоб полной грудью вдохнуть живительные запахи. А за спиной светлый терем из сосновых бревен. (Крупный план: капелька смолы так и искрится, так и играет!) В тереме, понятно, синеокая жена-красавица. Такая она у меня хлопотунья – и корову уже подоила, и хлебов напекла. Засветила богу свечку, затопила жарко печку, ...иль башку с широких плеч у татарина отсечь ...или вытравить из леса пятигорского черкеса… (ох, пардон, похоже, сбой в цифровой записи).

...Так о чем бишь я? Да, о мечте. Дальше, натурально, в тереме полати, а на полатях семеро детишек. Как один русоголовые, посапывают так сладко. Рань же несусветная! Особенно хороши меньшенькие — они у нас двойняшки. Одного я прочу по дипломатической части. Фемистоклюсом звать. Второй, Алкид, тот не так быстр...

...И-эх! Что ж я, дурак, живу в душном городе, в панельной девятиэтажке, раньше восьми не просыпаюсь и до берега могучей русской реки добираюсь раз в год — пивка с друзьями попить в Лужниках? Все дом да работа, компьютер да телефон. Жена в джинсах вместо сарафана. Вместо коровы собака сомнительной породы. Дети, правда, хорошие. Только взрослые совсем – черта с два на полати загонишь и уговоришь посопеть.

— Дарлинг! – говорю. – Голубка моя! Почему бы нам ни родить третьего ребеночка? Чтоб с русой головкой и вообще? Тебе президент Путин выдаст жилищный сертификат на три квадратных метра московской недвижимости. И еще две или три тысячи рублей ежемесячно — я не врубился. В общем, удвоит твою кандидатскую зарплату. А? А я, ей-богу, расшибусь, но на дом из сосновых бревен заработаю!

— Дурачина – отвечает, – ты простофиля! Ступай к государыне рыбке. Поскреби с ней по сусекам, слепи Колобка... (Тьфу, пропасть, опять сбой в цифровой записи.)
Нет, не так она отвечает. Вот как (оторвавшись от глажки с одновременным прослушиванием «Эха Москвы»):
— Меньше бы в интернете сидел. Ты знаешь, сколько мне лет? Столько же, сколько и тебе. Найди себе аспирантку из провинции, с ней и рожай.

В общем, не получается у нас жить по мечте. Этим печальным обстоятельством мы очень раздражаем продолжателей дела Ленина-Сталина-Путина. Они нам: «Мечтайте, сволочи!» А мы не то чтоб прямо отлыниваем. Мы стараемся! Но не выходит.

К счастью, с тех пор, как у Администрации появились углеводородные деньги, ударными темпами растут ряды профессиональных мечтателей. Они быстро и умело мечтают за всех – в том числе и за тех, у кого заколодило. Спасибо им сердечное и земной поклон. Перестал смотреть телевизор, появилось больше времени на книги.

Да, что-то мы погрязли в реальности. Город у нас вместо села, бездушный автомобиль вместо Сивки-Бурки, карьера и заработок вместо православной соборности и светлых слез на груди у митрополита Кирилла. По официальной статистике, в России 73% горожан. И понятно почему. Зарплата получше, работа поинтереснее, жизнь поразнообразнее. Детям, опять же, образование, перспектива. Это только в мечтах – прочь от индустриального пейзажа, скорей на берег могучей реки! А в реальности — наоборот. Уж извините.

Ну раз город – значит, и городская модель семьи с одним-двумя детьми. Хотя мечталось бы (мне, например) о трех-четырех. Но – нереально. Тому масса причин, и каждый назовет свою. У кого-то жилье. У кого-то зарплата. У кого-то амбиции скорее профессиональные, нежели родительские. У кого-то медицинские противопоказания. А большинство просто скажет: куда больше-то? Да и неважны персональные оправдания/объяснения. Главное, есть социальный факт: в городах больше двух детей в семье – редкое и драгоценное счастье. И, между нами говоря, тяжелый родительский крест. Потому что современный ребенок требует несравненно больше внимания, любви, времени, денег и прочих социальных и духовных ресурсов, чем сто лет назад. Причем деньги стоят в этом списке вовсе не на первом месте.

Это тоже реальность. Она изменилась. Но есть ведь и мечта! Она меняться не хочет. Она предпочитает перемены в реальности либо игнорировать, либо выкорчевывать. Так бывает всюду, но в наших условиях это особенно опасно, потому что у России слишком богатый опыт принесения реальности в жертву мечте.

Не надо мечтать?

Пишу это не ради Г.А. Зюганова и его замечательной мечты, на пути к которой Россия расплескала треть демографического потенциала — суммарный недобор, включая неродившихся детей от безвременно погибших родителей, превышает 100 миллионов человек. Нет, проблема, пожалуй, серьезнее. Мы, как мне кажется, переживаем сейчас катастрофу не какой-то конкретной мечты – будь то мечта о коммунистическом завтра, о соборной симфонии народов Евразии, о буйном русском национализме или о либеральном союзе России с Западом.

Россия переживает кризис понимания мечты вообще. Любой. Мечты как объединяющей силы, как монокультурного феномена, во имя которого можно и должно идти на жертвы, на произвол и на душегубство. Устали мы мечтать таким сугубо центростремительным образом.
В этом смысле правы эмигрант-консерваторы третьей волны, которые покаянно признались: «Целили в коммунизм, а попали в Россию!» Вопрос: а могли не попасть?

Монокультурный централизм России как раз коммунистами, и в первую очередь Сталиным, был доведен до предела. Даже загнан за предел. А когда этот дивный цветок духовности увял – то что?
Православие? Оно бы много лучше. Хотя бы потому, что за сотни лет научилось эволюционировать и приспосабливаться к меняющейся реальности. И умный физиолог Павлов, и умный глобалист Вернадский, и умный князь Дмитрий Шаховской (Иоанн), архиепископ Калифорнийский, могли искренне, глубоко и благородно верить в бога. А вот в коммунизм честные и умные люди в 70 – 80-х годах верить уже не могли.

Да, если по совести, и до того тоже. Кто-то раньше дозревал до понимания, кто-то позже. Дозревших вырезали. Вот и православие, как конкурент в борьбе на центральную позицию, было унижено и истреблено. «Марксизм, – учил Сталин своего биографа В. Молчанова, — это религия рабочего класса». Точнее было бы сказать – религия всего советского народа. Ну раз религия, да еще и молодая, с кучей неофитов – значит, костры с еретиками, гонения на иноверцев, доносы и весь сопутствующий инструментарий искоренения крамол.

То, что религия официально числилась наукой, на инструментарии ничуть не отражалось. А когда научное советское мировоззрение (оно же – религиозная догма) вошло в смертельный клинч с действительностью, ничего другого у нас за душой уже не оставалось. Центральное место в российской государственной идеологии было выжжено дотла.

Осознать эмпирический факт крушения «мечты вообще» как центра духовной и политической жизни наши профессиональные мечтатели в большинстве своем не готовы. Наоборот! Они буквально фонтанируют идеологемами, рецептами, душеспасительными сказками о единстве. Не отдавая себе отчета, что как раз изобилие их единственно правильных выдумок и есть симптом необратимого заката монокультурной эпохи.

Правы эмигрант-консерваторы: кончилась прежняя Россия. В нее, сердешную, вместе с коммунизмом, они и угодили всем зарядом. Но каяться нечего: не было у них альтернатив. Сталин так крепко сплавил нас с этой гирей, что по сей день не разберешь, где кончается чугун, и начинаются мозги.

Только подлец может бурно радоваться такому итогу. Только слепец может не видеть его неизбежности и не ценить накопленного страной социального и ментального опыта времен распада. Только варвар может пытаться загнать ее назад в монокультурное состояние. Понятно, подлецов, слепцов и варваров у нас достаточно. Ну и что? Пусть живут и взаимодействуют. Для новой действительности это органично.
Продолжение следует...

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4004
7 ИЮНЯ 2006 г.
Россия стала другой. А центростремительные идеологи живут еще в той, моноцентричной России. Перебирают варианты, тужатся, рожают национальную идею. Реальности, конечно, в упор не видят. Более того, очень раздражаются, когда им на нее указывают. С их теоретической точки зрения, ее не должно быть. И, следовательно, как бы и нет. Как нет глобализации, урбанистического перехода, демографического перехода, перехода от индустриального к постиндустриальному обществу, к информационному и т.д. Это все придумал Черчилль в восемнадцатом году. Исключительно, чтобы нам нагадить.

all-photo.ru/Стас Куровский
Они верят, что мы живем в тереме на берегу широкой реки и воспитываем семерых по лавкам. А если не живем и не воспитываем, то лишь оттого, что Россию кто-то предал или продал.

Фрустрация и агрессия по отношению к своим и к чужим — верный признак такого отставшего от реальности мышления: мол, мы, безусловно, танцуем лучше всех в мире. По крайней мере, в мечтах. Но в реальности нам постоянно что-то мешает. Если это «что-то» твердой рукою отсечь, у нас запляшут лес и горы и великая наша мечта привольно разольется по белу свету...

«Что-то» — не обязательно евреи. Раньше были царь и помещики. Капиталисты и предприниматели. Буржспецы. Кулаки и середняки. Сначала правые октябристы, затем левые кадеты, потом родственные эсеры, классово совсем близкие меньшевики… А когда никого из этих не осталось, пришлось взяться и собственно за большевиков: троцкисты, бухаринцы. Те, эти, внешние, внутренние... Космополиты, врачи, абстракционисты, пидарасы, диссиденты, волюнтаристы...
Сколько их поотрезано, зарыто или изгнано ради мечты о единстве и безальтернативности.

Почему во всех приличных странах эта сомнительная публика как-то уживается друг с другом и у них в результате что-то положительное вытанцовывается? Может, потому, что нет монокультурной мечты, той самой центральной точки, где сидит царь горы, владеющий ключом от самой главной, единственно возможной и обязательной для всех веры?

Трудный вопрос. Но отечественным мечтателям не до него. Они пихаются со своими единственно верными учениями вокруг остывшего сакрального органа Родины. В надежде согреть, вдохнуть жизнь, духовно оплодотворить. Такой истеричный нерест всухую. Нисколько не эротично и неинтересно. Потому что сама Родина тем временем ушла куда-то далеко, равнодушно бросив пустой алтарь на проселочной обочине. Что-то иное в ней созревает, и не в одной фокусной точке, а сразу в нескольких. Это, может, наше главное завоевание за 20 прошедших бестолковых лет. И, конечно, масса желающих нас этого завоевания лишить. Но не получится: невосторженные москвичи трусят себе мимо кербелевского Ильича к метро «Октябрьская». Как и мимо всех партийных лозунгов и призывов. Все это — неактуально. Ильич в сознании сограждан настолько периферичен, что не заслуживает ни поношений, ни приношений. Так, деталь ландшафта.

Это правда. Как правда и то, что теоретически невозможно в христианской стране держать на главной площади столицы мумию предка в качестве объекта поклонения. Теоретически невозможно, а на практике – пожалуйста. Из чего следует простой вывод: страна не христианская. Но страна и не коммунистическая! Ей просто в достаточной степени наплевать. Она – сама по себе, вне единой идеологической доминанты. Ей приятно думать, что она верует – но… Но на самом деле она уже научилась и привыкла быть разной.

Вовсе не хочу сказать, что это замечательно. Однако предложения, основанные на возрождении моноцентрической духовности – еще хуже. Во-первых, потому что моноцентризм без расстрелов уже не возродишь, а с расстрелами он вряд ли будет целителен. Во-вторых, он фальшив. В-третьих, не нужен, если мы всерьез говорим о многомерном развитии страны, а не о концентрации ресурсов ради еще одной узко специализированной экспансии. Например, военной. В-четвертых, он может сделать неожиданно актуальным для нас югославский сценарий, мимо которого мы с грехом пополам проскочили в недавнем прошлом.

Конечно, есть маргиналы, которые уперто твердят: нет, страна коммунистическая! Или нет, страна православно-христианская! Самые прогрессивные из них предлагают генно-модифицированный гибрид: страна, оказывается, православно-коммунистическая. Пятая империя... красный проект... Некий повредившийся умом священник в газете «Завтра» предлагает причислить Сталина и Ивана Грозного к лику православных святых.

Отлично, дедушка. А как быть с тем, что святой монарх Иван Четвертый был того — слаб по части мальчиков? Не вы ли только что били геев хоругвями?

Да флаг вам всем, господа, в руки! Ни в чем себе не отказывайте. Хотите – поклоняйтесь Ильичу или Виссарионычу. Хотите – святому императору Николаю Второму. Хотите – Дзержинскому. Хотите – Путину... Всем сразу или каждому по очереди. Православный чекист в такой мультикультурной обстановке – уже не анекдот, а эмпирическая реальность. Вызывающая симпатию у большинства населения. Люди согласны, что в принципе любая вера (допустим, она искренняя) лучше безверия. А если сразу две веры, так оно даже и надежней: шампунь и кондиционер в одном флаконе. Проявитель и закрепитель. Слабительное и снотворное.

Такая противоречивая реальность. Но ведь только она и позволяет сегодня сохранить цельность российского народа и российской государственности. Ценой компромиссов и отказа от монокультурной доминанты. Например, Церковь упорно делает вид, что не замечает язычества в мавзолее. И правильно. А президент Путин делает вид, что вовсе и не собирался объединять Адыгею с Краснодарским краем. И тоже правильно.

Или вот, слышу, организуется фестиваль православного рока. Круто. Верным курсом шагаете, товарищи! Демократия и плюрализм в действии. Давно ли ваши сказочники называли рок порождением западного растлевающего влияния и сатанизма?

Все это касается и сказаний о демографии.
Не вина реальности, что былинная детородная программа обанкротится в ближайшие два-три года. Это вина кремлевских мечтателей — и самого президента в том числе. Уже к 2008 году приток молодежи на рынок труда сократится. Бизнес и региональные администрации замельтешат в поисках гастарбайтеров. Призыв в армию обвалится минимум на 20%. Это не теоретические прогнозы, посчитано специалистами буквально по головам. Гадать-то нечего: сегодняшние 15-16-летние школьники к достижению призывного возраста в числе никак не умножатся.

Хотите-не хотите, в реальности кризис будет нарастать. Рождаемость в два раза никак не подскочит: не было в мире такого прецедента. Значит, абсолютное сокращение трудовых ресурсов будет продолжаться. В ближайшие годы – ускоряющимися темпами. Потому что даже если вдруг народится могучее и сказочно изобильное путинское поколение (что весьма маловероятно), то ему все равно понадобится 18-20 лет, чтобы вырасти.
Если, конечно, мы не в сказочной бочке, где младенец растет не по дням, а по часам.

Бочка как опора государственности

Бочка, вообще говоря, вещь идеологически полезная. Помогает защититься от внешнего мира, почувствовать себя сильным и смелым. Но на демографию даже она не в силах повлиять.
Подобные идеологические емкости как источник групповых пристрастий широко распространены в новой нашей реальности. Из них редко получишь что-либо свежее, но зато в каждой бочке по своей сказке. В этом фундаментальное отличие неосоветской эпохи от классически-советской: тогда бочка была одна на всех. Не так важно, что именно в этих бочках хранится; важно, что по-хорошему назад в единую тару их содержимое уже не слить.

Из уважения к реальности прислушаемся к бочковым сказаниям. Из каждой веет убежденностью, что именно в ней и должна уместиться вся Россия без остатка. Но это – словеса. На практике жители бочкотауна хорошо знают о существовании соседей. И в глубине души отдают себе отчет, что Россия – это как раз пространство не внутри каждой конкретной бочки, а между ними. Общая для всех территория.

Страшно вымолвить, но это значит, что современное ценностное пространство страны выстроено по принципу реального либерализма. Хотя наивно было бы ожидать от каждого теоретизирующего Диогена признания этого факта. Тем более что в общем ряду бочкотары стоит и отдельная небольшая емкость либеральных мечтаний, куда всякий уважающий себя патриот почитает долгом плюнуть погуще.

Рассказывают, что замечательный русский поэт Афанасий Фет, известный консервативными убеждениями, проезжая мимо Университета, всякий раз останавливал извозчика и справлял малую нужду на ограду рассадника русского либерализма. Ну и что? Фет остался хорошим поэтом, Университет остался университетом. Пространство, в котором эта символическая коммуникация осуществлялась, осталось нашей любимой Россией. В ней (тогда) хватало места и для того, и для другого.

Почему же потом наша идеологическая территория скукожилась до размеров партийной кепки? Среди многих факторов еще и потому, что дореволюционные элиты не сумели выстроить и сохранить эффективную систему межгрупповой (межбочковой, в нашем случае) коммуникации. Не смогли понять и принять, что сама эта система важнее, чем конкретные передающиеся по ней месседжи. Потому что она обеспечивает целостность в разнообразии, позволяет согласовывать интересы и находить выход. Система сообщающихся бочек важней для растущей России, чем наличие одной, безраздельно доминирующей.
Хотя многие думают иначе. И это нормально.

Тот же Фет, крайне правый в теории, был большим либералом в конкретной поэтической практике. Собратья пеняли ему за неразборчивость в журнальных связях. «Если бы сапожник Шмидт (самый скверный и дешевый сапожник Петербурга) взялся издавать листок под названием «Х...», я бы дал стихи и туда, – гордо отвечал поэт. – Стихи облагораживают!»

Во-во. Если есть хорошие стихи, если есть мысли, то почему бы не довести их до читателей по всем доступным каналам? И зачем бы Фету требовать закрытия гипотетического листка Шмидта, если Фет – это Фет, он знает цену себе и любой из идейных бочек, в которые направляет стихи?

Вот если мыслей и слов нет – тогда совсем другое дело. Чувствуете разницу? Допустим, у Фета и у генерала Макашова общая склонность к лечению России методами уринотерапии. Только от Фета в российской истории остались еще стихи, а от генерала Макашова — исключительно запах. По этой самой причине генерал Макашов не устает требовать закрытия неприятных ему свободных СМИ — и власть к нему благосклонно прислушивается, а, скажем, г-н Немцов (при всем неоднозначном к нему отношении), когда государственники из Думы пытались закрыть газету «Завтра», немедленно подписал открытое письмо в ее защиту. Надеюсь, не надо объяснять, что Немцов не есть аналог Фета по всем прочим параметрам. Просто речь об асимметрии отношений.

Ныне у нас второй, спустя сто лет, шанс. Надо сберечь коммуникационную систему, которую власть опять довольно тупо, довольно бессмысленно, во вред России и даже себе самой, пытается вытоптать.
А что конкретно соотечественники говорят друг другу из конкретных бочек – это уже вопрос второй.
Продолжение, начало статьи смотрите здесь!
Обсудить "Надо мечтать! Часть II" на форуме(http://www.rusliberal.com/showthread.php?t=173169)

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4024
12 ИЮНЯ 2006 г.
Борис Кустодиев
О чем переговариваются из бочек, если вернуться к демографии? О главном, конечно. Например, из ресурсной емкости под названием «Кирилл и Мефодий» спрашивают: как это демограф Вишневский (кстати, один из лучших в стране) смеет писать о проблемах русского народа, если раньше у него была фамилия Рабинович?!

Аналогичный вопрос из соседнего ресурса народной мудрости: как это эксперт по трудовым миграциям Жанна Зайончковская (тоже одна из лучших) дерзает рассуждать о привлечении гастарбайтеров на Дальний Восток, если депутат-патриот от ЛДПР Курьянович лично внес ее в список врагов русского народа?! Потом, правда, убоявшись суда и партийного гнева В.В.Жириновского, снял список с сайта – а зря. Ей-богу, зря. Не от желчности — было интересно с чисто познавательной точки зрения. Например, почему-то там были журналисты Радзиховский и Панюшкин, но не было, скажем Минкина, Хрюна со Степаном или Чебурашки. Ладно, если Чебурашка неинтересный враг, то возьмите хотя бы демографа Виктора Переведенцева, который Жанне Зайончковской приходится супругом и пишет примерно о том же, что и она.
А то неполнота какая-то. Или он у вас проходит как член семьи врага народа?
Словом, хотелось бы понять систему отбора.

Впрочем, какая система? Чай не в Германии. Натура же! Подвернулась грамотная дамочка под горячую руку — к стенке ее. Не подвернулась – ну гуляй, наука, до следующего раза. Смотри, не кашляй. Мы ж ребята в принципе не злые, просто достали вы нас, умники яйцеголовые!
…В белом венчике из роз впереди Исус Христос.

Вот ее, широкую эту отечественную натуру, я и люблю. И, отчасти, изучаю.
А Блока – нет. Не люблю почему-то Блока. Зря, наверное.

Прелестный пример асимметрии отношений. С одной стороны — десятки квалифицированных специалистов, кандидаты и доктора наук (вынужден напомнить, самых разных национальностей), которые всю жизнь ведут расчеты, сравнивают методики, спорят, нервничают – и в конце приходят к некоторому выводу. Вот это, мол, абсолютно точно; вот это весьма вероятно; а вот это очень может быть, но все же лучше лишний раз проверить...

С другой стороны — охотнорядцы из бочкотауна, которые не только не разбираются в методиках и расчетах, но даже писать по-русски не всегда умеют. У депутата Госдумы и члена Союза журналистов Курьяновича на персональном сайте орфографические и стилистические ошибки: «В течении 15 лет…» и т.д. Однако это нисколько не мешает ему все расчеты и муки специалистов отшвырнуть одним широким движением руки. А чего цацкаться, если у человека национальное чутье?!

Это ж сколько душевного здоровья и непосредственности надо иметь! Махнул рукавом – белые лебеди поплыли… Нет, я, конечно, понимаю, что Курьянович звучит гораздо красивее Рабиновича (депутат специально подчеркивает, что он коренной белорус – чтобы никто не подумал), но все-таки хотелось бы услышать нечто более содержательное. Поближе к сути.

Однако сути нет. И быть не может. Не берусь судить о Кирилле и Мефодии, но у депутата от ЛДПР значимых демографических трудов не имеется. Зато есть погоны подполковника, бритый налысо череп с оттопыренными ушами и звание кандидата в мастера спорта по биатлону. И еще одно, по какому-то другому физкультурному искусству. Плюс несколько членств в разного рода экзотических академиях. Знаете, которые выдают такие красивые нагрудные жетоны.
В общем, основательный такой мужчина.

Г-же Зайончковской одной с ним точно не справиться. Я бы советовал ей обратиться за помощью в соседнюю, еще более национально озабоченную бочку. Зачерпнуть погуще да и выпустить на волю: «Что ты, бульбаш белобрысый, в русском народе понимаешь? Тебя чучмеки прибайкальские избрали, которые белку в глаз бьют, а сами задницу хвоей подтирают. Ты под кем бабло пилишь? Под Жириком, который с пидарами по ночным клубам шастает и своего мертвого папу в Израиле прячет. Вот и сиди себе у параши, очисток картофельный, жидовский подголосок, молись на Лукашенку и не дыши чесноком на великий русский народ, который дал миру Александра Семеновича Пушкина и Диму Билана!»

Соотечественники! Родненькие! Не иначе, опять сбой в системе цифровой записи. Невозможно же так! Мы, эксперты, и слов-то таких не знаем. Черт ведает, откуда их занесло. И уж совершенно точно никак они не могут иметь отношения к всеми уважаемому народному депутату.
Дискутировать, получается, эксперт совершенно не в силах. Так что гром победы раздавайся, веселися, храбрый росс. Твоя сказка победила, товарищ Курьянович!
Вот тебе меч.

Победить-то победила. А как быть с проблемой?
А кого это занимает? Кого, вообще, занимает действительность, когда идет последний бой за веру? Жизнь как шла, так и будет идти. Вот, ужо, кончится у г-на Курьяновича четырехлетний срок в Госдуме, и вцепится он, наряду с прочими, зубами и всеми четырьмя конечностями в казенную московскую жилплощадь. Вместо того чтобы вернуться в Восточную Сибирь, в привольный Усть-Ордынский Бурятский автономный округ, к широкой и чистой русской реке, к таежному дому из толстых бревен...
...Или, может, к офицерскому общежитию с клопами, засаленными стенами и дощатым сортиром на дворе. Для справки: 19 миллионов горожан (горожан!) у нас в стране по сей день не имеют канализации.

И опять: не гневайтесь, сограждане. Не берите грех на душу. Это — реальность. Люди хотят жить, где лучше. И депутат Курьянович, благо неглупый человек, тоже подчинится этим антирусским закономерностям. Более того, сочтет их совершенно естественными для себя, как для заслуженного патриота и уважаемого депутата. И будет потом из города Москвы с удвоенным пафосом трубить об обезлюдении любимого Прибайкалья, о необходимости повысить рождаемость среди русского народа и о наветах агентов влияния.

Потому что одно дело обычная человеческая жизнь, и совсем другое – патриотические сказки из бочки. И еще, потому что если человек патриот – как сказано в замечательном советском фильме, – то это надолго.

Русский народ с одобрением будет эти обильные, страстные речи выслушивать, кумекая меж тем, как бы ему половчее тоже выбраться из провинции поближе к крупному городу. Да желательно бы еще и столичному. А в отдельных экстремальных случаях — так и до самой до заграницы…

Последнее особенно вероятно, если его, народ то есть, товарищ Курьянович с соседями опять начнут утрамбовывать в свою моноцентричную тару, отрезая лопатой все лишнее.
Начнут, конечно. Уже полегоньку начали. Но сильно далеко не продвинутся.

Народ у нас тертый и далеко не глупый – в отличие от отдельных его представителей. Ведет себя примерно так же, как американский, канадский или, скажем, китайский. Не любит платить лишнего, не любит власть, хочет жить побогаче, заботиться о семье, говорить на своем языке и думать о себе чуть лучше, чем того заслуживает. Немного падок на грубую лесть – ну да, кто ж без греха. Но более всего он не любит, когда начинают отбирать ранее выданное довольствие. А при идеологической утрамбовке такое неизбежно.

Идеология русской централизации всегда означала концентрацию власти и ресурсов под рукой государства – за счет общества. Так идеи сталинской гиперцентрализации вылились в удушение НЭПа и в рывок военно-промышленного комплекса на демографических ресурсах и костях крестьянства. Цена – около 8 миллионов голодных смертей.

Внимательно следите за событиями в Приднестровье и Южной Осетии. Как только нам скажут: братья и сестры, доколе?! Кругом враги, настала пора сплотиться и потуже затянуть ремни – так, значит, начальство созрело для перехода от идеологической фазы реставрации к практической. То есть по славной отечественной традиции нас хотят пригласить работать больше, но за меньшую плату. И, само собой, еще выставлять бесплатных рекрутов.

Так вот, мне кажется, не пройдет это сценарий. Мы его слишком хорошо знаем. Чтобы обрубить народу память, репрессии в адрес носителей памяти – то есть элитных групп – должны по масштабу стать близкими к сталинским. Элитам этого, ох, как не хочется. А главное, им совершенно неинтересно терять те немаленькие преимущества, которые они нажили.
То есть и отдельные представители нашего народа (тот же г-н Курьянович) тоже далеко-далеко не дураки. Особенно когда речь о личных интересах. Тут частнособственническая смекалка и либеральная инициатива у них прямо фонтаном бьют – смотри, на пути не попадайся.

Именно личная смекалка не позволит им дойти до края. Вне зависимости от грозных песен, которые они распевают в своих бочках, их объединяет живой интерес к курсу акций, к счетам в надежных банках (страшно сказать – не только в отечественных), желание съездить в Париж…
Каков бы ни был градус идиотизма, градус варварства у них давно уже не тот.

В общем, если кто-нибудь встретится с депутатом Курьяновичем, спросите по-доброму, что это он, такой крепкий мужчина, не родил семерых? Ну хотя бы пятерых? Неужели ему, советскому офицеру, спортсмену, комсомольцу, жиды и геи ухитрились помешать даже в этом самом деле?

Все труднее рассказывать людям сказки в наше нелегкое время. Народ стал какой-то недоверчивый. Все больше о себе да о семье. Плохо дело у казенных патриотов.
А будет еще хуже.

[Дмитрий Орешкин]

О массовых антикорупционных акциях, перспективах Алексея Навального и о рисках, которые его ждут

Воскресная акция, организованная Алексеем Навальным, стала, пожалуй. самым серьезным успехом оппозиционнера за всю его политическую карьеру — в первую очередь, за счет мощной региональной поддержки. Теперь глава ФБК, уже заявивший о президентских амбициях, без всяких сомнений может считаться политиком федерального масштаба: вряд ли в России найдется еще хотя бы пять человек, способных мобилизовать в свою поддержку такое количество сторонников по всей стране.

Сумеет ли Алексей Навальный использовать этот успех? Какие опасности подстерегают его в новом статусе? Изменится ли политика Кремля в отношении протестующих граждан и в отношении самого популярного оппозиционера России? На этот и другие вопросы Открытой России ответил политолог и политический географ Дмитрий Орешкин.
— Каково политическое значение антикоррупционных протестов, которые произошли в России в выходные?

— Эти протестные акции оказались для Алексея Навального успешнее, чем можно было ожидать. Он становится политиком федерального уровня. Это значит, что о нем стали говорить в курилке, в автобусе, на улице люди, которые живут не только в Москве. Несмотря на то, что по федеральным телеканалам об этих акциях не будут говорить ничего, местная пресса, так или иначе, будет вынуждена реагировать — потому что люди вышли, люди показали, что есть какой-то альтернативный лидер.

Состав протестующих изменился. Навальный вывел на улицу новое поколение. Там было очень много молодых, причем совсем молодых, которые только-только вошли в возраст избирателя. Это не советские люди, у них другое восприятие мира.

Навальный сейчас формирует повестку дня. Не Кремль формирует, а Навальный. Его могут не регистрировать на выборах, его могут снимать с дистанции, но он все равно будет вести свою избирательную компанию, и весьма успешно, как он ее уже сейчас ведет. Он будет присутствовать в головах людей. Может быть, он не будет присутствовать на телевидении, но он будет присутствовать в интернете, и люди будут следить. Навальный — политик до мозга костей. Он не такой мастер разговорного жанра, как Григорий Явлинский, но он заточен на результат, он делает конкретные шаги и заставляет о себе говорить. Сейчас он очень правильно выбрал тему, очень правильно на ней сконцентрировался, ведет очень правильную, последовательную и смелую политику. Это то, что для него хорошо.
— А что для Навального плохо?

— Плохое для Навального следует из того, что для него хорошо. Навальный ломает предвыборную стратегию Владимира Путина, которая заключается в том, что люди должны выбирать между Путиным, который есть «символ России», «символ всего народного» и людьми, которые «никто и звать никак». Никто же всерьез не будет говорить о том, что Жириновский, Зюганов или Явлинский способны выиграть у Путина. Это плебисцитарное голосование, когда вопрос очень простой: «Ты за Россию и Путина?», потому что в общественном сознании эти понятия слились. Или ты против, и тогда уже не важно за кого ты, потому что все остальные на порядок ниже Путина.

И эта концепция в головах многих людей теперь ломается. Появляется второй игрок — Навальный. Это для Путина недопустимо. Теперь не Путин против условного «нуля», а Путин и Навальный друг против друга. А уже 15 лет задача всей кремлевской политики заключалась в том, чтобы рядом с Путиным никого не было, а было выжженное поле. И вдруг на этом поле вырастает Навальный. Это опасно. Прежде всего для самого Навального.

Мы имеем дело с властью, которая такой расклад не приемлет. Поэтому Навального будут пытаться нейтрализовать, убрать из политического пространства. Я думаю, что в связи с этим полицейскому пробили голову на митинге, чтобы специально обученные люди могли навесить уголовку на Алексея, или что-нибудь найдут у него в офисе, и пришьют какой-нибудь экстремизм. В общем, его будут изолировать, направлять против него весь арсенал средств подавления, уничтожения, закатывания в асфальт.

Наверное, он к этому готов, у него есть какая-то стратегия защиты. Но у него будут очень серьезные трудности.
— А разве у Кремля в этой ситуации есть хорошие сценарии? Не получится ли так, что чем сильнее будет давление на Навального, тем крупнее будет становиться его фигура в русской политике?

— Это очень европейский взгляд. Так, конечно, будет, но в той части общества, которое можно назвать европейски-ориентированным. Это крупные города, крупные агломерации.

Но нужно понимать, насколько искренне, глубоко и беспредельно кремлевская власть презирает демократию и собственный народ. Нормальному человеку это трудно себе представить. Они просто считают, что народ — это тростник, это лес, который можно рубить, заготавливать, добывать березовый сок и тому подобное. Но никакого права голоса это население, которое растет на земле, не имеет.

Поэтому ну и что с того, что будет расти поддержка Навального? А если этого Навального не будет, кому эта поддержка будет адресована? Где-то, как-то у значительной части миллионов населения будут разговоры о том, что «с Навальным обошлись несправедливо», «если бы был Навальный в политике, выборы были бы интереснее», или «если бы Навальный пришел к власти, страна пошла бы правильным путем». Но это будет пассивное бурчание под слоем асфальта, в который закатают весь этот политический пейзаж.

Да я согласен с вами в том, что у Кремля хороших сценариев нет. Но Кремль довольно смело решается на плохие сценарии, когда это необходимо.

Навальный пошел на риск, создал новые правила игры, и там играют жестко. Борис Немцов тоже был ярким политиком. Теперь его нет. Да, это нанесло некоторый ущерб нынешней модели власти. Но не фатальный ущерб. Навального достаточно просто посадить, выслать, изолировать.

Но то поколение, которое Навальный начал будить — оно потребует альтернативы. Но это будет не в 2018 году точно. Это через несколько лет проявится. Конечно, Навальный — политик завтрашнего дня, а Путин — уже вчерашнего. Но от этого Навальному не легче, и от этого России не легче, потому что мы живем сегодня.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=30780
22 ФЕВРАЛЯ 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/30780//1487753136.jpg
ТАСС

Очередной Хитрый План Путина — в данном случае с американскими выборами — сдулся. Сливы через независимую информационную прокладку «Викиликс» о сомнительном использовании Хиллари Клинтон личной электронной почты затевались из двух простых соображений: дискредитировать ее перед выборами — раз. Потом, когда она все-таки выиграет (в чем мало кто сомневался), дискредитировать саму процедуру вместе с «ихней хваленой демократией» — два. План неожиданно оказался перевыполнен: Трамп возьми да и победи. «Хваленая демократия» продемонстрировала состоятельность, в связи с чем в ТВ-шарманке пришлось срочно менять пластинку. Кремлевские стратеги пережили бурную, но скоротечную эйфорию. Гляди-тко: они способны влиять даже на итоги американских выборов! Да, клинтонские сливы сыграли свою роль — хотя трудно сказать, насколько значимую: Хиллари и так слишком многих раздражала.

Второй повод для восторгов: Трамп, зная об участии Кремля и боясь разглашения, будет податливей в вопросе о санкциях. Вербанули пацана!!

Увы, компромат эффективен, лишь пока лежит в папочке и о нем знают только его хозяин да объект шантажа. «Держи пулю в дуле», — учил генералиссимус Суворов. К несчастью для Трампа и кремлевских стратегов, ихняя хваленая демократия, включая независимую прессу, суды и оппозицию, и здесь сработала лучше, чем предполагалось. Данные о вмешательстве российских спецслужб вместе с данными о кремлевском досье всплыли на поверхность, и компроматная пуля впустую выкатилась из дула. Хуже того, ситуация развернулась на 180 градусов: теперь Трамп, чтобы доказать независимость от Кремля и сохранить лицо, вынужден демонстрировать более жесткую, чем при Обаме, позицию. Но рейтинг все равно упал до уровня, небывалого для свежеизбранных президентов. Обычно первые полгода-год новый начальник имеет повышенные показатели популярности — рейтинг надежды. Из-за вскрытых манипуляций президент Трамп лишился этой тихой радости — большое спасибо умным лубянским стратегам с их Хитрым Планом.

Международный престиж России в очередной раз упал — оказывается, еще было куда. К тому же всплывают сюжеты про переворот в Черногории, вмешательство во французские выборы, приближается публикация доклада по сбитому в Донбассе «Боингу». До гроба преданные депутаты утекают в Литву. Ну, или на Украину. Знай успевай поворачиваться. Тут даже такой закаленный профессионал, как Чуркин, может надорваться — наши искренние соболезнования. На Родине диванные ценители Хитрых Путинских Планов тоже понемногу погружаются в состояние когнитивного диссонанса (в переводе на русский — в чужом пиру похмелье), хотя стараются не показывать виду и держать хвост морковкой. В их представлении это значит хамить еще наглей и задорней. Что ж, пожелаем им новых удач. Надо только иметь в виду, что наряду с хвостом есть еще и нос; держать и то и другое выше уровня воды все труднее. Особенно когда увязли все четыре лапы.

Окно возможностей в американо-российских отношениях, нарисованное в их кипящем воображении, захлопнулось, не успев отвориться. Это резко меняет ситуацию. В надежде на завербованного Трампа Кремль в течение двух-трех месяцев старался демонстрировать респектабельность — чтобы не спугнуть мясистого журавля в небе ради привычных рукоблудных удовольствий с патриотическими синичками. Увы, нарисованный в коморке папы Карло журавль (стерх, что ли?) вылетел через нарисованное окно и скрылся за нарисованным горизонтом. Безвозвратно, как изображенное той же шкодливой рукой светлое коммунистическое будущее. Терять уже нечего, стесняться тоже.

…Но коридор заметно сузился и стенка, которой он кончается, приблизилась.

Вместо провалившегося Хитрого американского плана приходится тешить население менее свежим, но тоже Хитрым планом новороссийским. Совсем недавно Дм. Песков говорил о невозможности признания особых прав жителей ДНР и ЛНР, поскольку это противоречит минским договоренностям. Месяца не прошло — и вот пожалуйста: В. Путин подписывает документ о паспортах. Г-н Песков, понятное дело, объясняет, что это чисто гуманитарный акт, минским договоренностям ничуть не противоречащий.

Картинка восхитительна по всем параметрам. Оригинальность подхода, во-первых, заключается в том, что документы официально признаны, а выдавшие их республики — нет. Такого в мире, кажется, еще не бывало; у В.В. Путина исторический приоритет. Во-вторых, лишний раз показана виртуальность Хитрых Планов: жителям Донбасса польза от новых паспортов чисто символическая. Из-за рецессии нужды в новых рабочих руках у России нет. Настоящих преимуществ с точки зрения поиска работы (а это сейчас для людей главное) паспорта не дают. Остается испытывать чувство глубокого духовного удовлетворения. В-третьих, очевидна половинчатость: признать самопровозглашенные республики и таким образом подставиться под новый цикл санкций в Кремле не готовы. Жителям ЛНР-ДНР предлагают любоваться новыми бордовыми книжками и, возможно, класть их утром на бутерброд. Но ненадолго — чтобы не замаслить. Примерно как в Приднестровье или Абхазии.

Правда, открывается юридическая перспектива для получения лишних трех-четырех миллионов голосов за В.В. Путина на президентских выборах: осталось сделать еще один маленький шажок и признать эти паспорта годными для голосования. Интересно, рискнут ли в Кремле на такое? Терять все равно нечего, а соблазн велик: никто, кроме Плотницкого и Захарченко, проконтролировать реальное число избирателей и результаты «волеизъявления» не сможет. А эти два персонажа свое дело знают туго — не хуже Р.А. Кадырова. Сколько надо, столько и нарисуют.

К сожалению, это все опять выигрыши из числа небесных. Что же касается практики, то несложно предвидеть обострение ситуации внутри Союзного государства России и Белоруссии — которое само по себе тоже весьма виртуально. Настоящий Лукашенко, озабоченный своим настоящим суверенитетом, паспорта признавать отказывается. И как теперь быть с границей? Если человек с документом ДНР приезжает в Россию, то, по законам Союзного государства, он как бы имеет право свободно перемещаться и по Белоруссии тоже. Но де-факто он там нелегал! Следовательно, придется ужесточать пограничный контроль. Хотя граница, если верить ТВ-сказочникам, давно должна была бы вообще исчезнуть. Ведь братья же! Деды воевали, все такое… На деле же виртуальный хвост (или нос?), поднятый в Донбассе, ведет к вполне материальным трудностям для граждан РФ и РБ на противоположном конце единого, неделимого и могучего братского пространства. До боли знакомая траектория Совка.

Привычка рисовать Хитрые победоносные планы, которые накачивают патриотический рейтинг, в реальности ведет лишь к дальнейшей изоляции, ухудшению отношений с соседями (Украина, Грузия, Молдавия, страны Балтии — теперь на очереди и Белоруссия), экономическому отставанию и расколу того самого «русского мира», во имя которого все как бы и затевалось. Это логично и неизбежно для совкового реванша, который мы дружно переживаем. Совок тоже существовал главным образом в пропагандистских небесах. Именно там под руководством Партии и Правительства он уверенной поступью шел от победы к победе. На выборах демонстрировал нерушимую общенародную поддержку блока коммунистов и беспартийных, привлекал к себе помыслы всех людей доброй воли и давал сокрушительный отпор ихней хваленой демократии — к тому же перманентно погруженной в общий кризис капитализма.

Пока вдруг — ах! — не развалился от нечаянной встречи с приземленной действительностью. Пребольно ударившись, и не только носом и хвостом, но и всеми прочими частями организма. Только победоносный мозг сохранился в неприкосновенности.

Наверно, потому что отлит из сталинского виртуального чугуна.

Фото: President Trump Visits African American Museum in Washington. Kevin Dietsch/Zuma\TASS

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4142
26 ИЮНЯ 2006 г.
Что-то региональных лидеров неожиданно пробило на борьбу с политическим экстремизмом. В день памяти и скорби группа наиболее бдительных выступила с публичным обращением в адрес парламентских партий и призвала принять активные меры противодействия.

Для меня, как глубоко советского человека, ну прямо глоток свежего воздуха. Вы, молодые, не оцените стилистической прелести документа: «Таким «деятелям», как Рогозин и Лимонов…» Причем «деятелям» — непременно в кавычках. Сразу становилось ясно: не место таким «деятелям» в дружной трудовой семье советских народов. Или в трудовой советской семье дружных народов. Или в советской семье дружных трудовых народов… (тут уже было поле для творчества).

Да и сам жанр трогательно ностальгичен: письмо неравнодушных людей. Для истинных ценителей хочу напомнить, что тут имелся свой высокий ритуал и этикет. Первым делом группа обеспокоенных товарищей по цеху (писатели, музыканты, врачи или, к примеру, евреи) подавала согласованный сигнал о затесавшихся в их среду «деятелях». «Деятель» – это пока еще член партии, но уже впавший в грубую политическую ошибку. То есть уже не «товарищ». Затем, вторым блюдом, шло обсуждение письма в трудовых коллективах. Градус поднимался, «деятели» возгонялись в «отщепенцев», «двурушников» и «наймитов». Трудовым коллективам становилось легче: вот, оказывается, кто наверху мешал нам построить самое справедливое общество, урезал пайки и воровал талоны на повидло! А у ленинской партии и демократичной советской власти после таких явных проявлений народного гнева просто вариантов не оставалось, кроме как со всей суровостью покарать. На этом этапе уже вполне созревших «вредителей», «извергов» и «врагов народа». Ну, в общем, как бы уже на десерт.

Да, красиво люди умели жить! Богатыри, не вы.

Вскользь еще несколько черт классического стиля. Прежде всего — «амальгама». Это еще со времен робеспьеровских процессов, когда очередного дантона публично судили на пару с каким-нибудь серийным насильником или убийцей. Чтобы народ правильней сориентировать. Экстремисты у нас сегодня кто? Рогозин, Лимонов, Невзлин, Березовский и Гусинский, объясняют губернаторы. Странно, что моджахеда бородатого до кучи не навесили. (Может, побоялись не ко времени обидеть тех, кто украл дипломатов в Ираке?).

Хотя Рогозин, как к нему ни относись, избран в Госдуму как лидер популярной политической партии, то есть деятель в самом прямом смысле слова и без кавычек. А Лимонов, наоборот, маргинал, если и экстремист, то из потешного полка. Заграничная троица не только блестящей московской паре не пришей кобыле хвост, но и относительно друг друга тоже. Зато как уместно скорбное недоумение губернаторов насчет деятельности этой пятерки в стране, «где десятки миллионов человек отдали свои жизни в борьбе с фашизмом»! То есть легким движением руки дали нам понять, что два бывшие начальники Российского еврейского конгресса Гусинский и Невзлин отныне проходят по одной статье с Адольфом Гитлером. Ну разве не изверги, выродки и прожженные предатели? Ничего святого. А впрочем, что с них взять. Березовский – тот вообще православный. Перерожденец. Затаившийся фашист, короче. Пошлите меня в Лондон, я ему, гниде, своими руками глотку вырву!
Визу желательно трехлетнюю. А бессрочную можно?

Но мы отвлеклись немного.
Еще одна драгоценная примета советского времени. Это когда партия и компетентные органы раскрывали родным и близким глаза на истинный облик затаившегося в семье врага. Родня в ужасе отшатывалась и спешила добавить свою каплю боли и гнева в сосуд, и без того полный кипящей народной ненависти. Именно в этой классической традиции мэр Москвы Ю.М. Лужков скрепляет народный приговор изменнику В. Гусинскому, бывшему хозяину группы «Мост», с которым в былые времена съел не один пуд соли и зелени. Надо ж, были не разлей вода, а врага не разглядел. Спасибо, товарищи, за суровый урок. Обещаю впредь удвоить бдительность и без пощады вырывать с корнем ядовитые гнезда затаившихся вредителей.
Именно так и говорили советские люди: «ядовитые гнезда»! Прерывающимся голосом, от самого горячего сердца, в самые яркие моменты жизни.

В общем, молодцы губернаторы. Старый конь борозды не портит. Спасибо, прямо помолодел лет на тридцать-сорок.

Само собой, вспомнились и читательские навыки той поры. Хотите, научу? Пригодится. Это когда читаешь не слова, а между слов. Например, подписали обращение ровно тринадцать руководителей субъектов Российской Федерации. Ну, допустим, в целях борьбы с суевериями и православного воспитания масс. Неважно. Главное – между строк. Смотрите внимательнее. Видите? Нет? Эх, вы. Молодо-зелено. Губернатор Матвиенко — где? Ткачева из Краснодара почему нет? Росселя? Чекиста Кулакова из Воронежа? Героя России и академика Кадырова?
Ужели в оппозицию ударились? Нет, нет, что вы.
Здесь и скрыт главный смысл всего послания. Он прост. Делали его на коленке, в последний момент и впопыхах. 22 июня пришло неожиданно, а нельзя же просто так патриотический момент упустить.

…Ну-ка, быстренько, кто у нас по Федеральным округам на месте? Немедленно обзвоните, пусть губернаторов подтянут. Центральный округ есть? Ну хотя бы кто поближе – Лужков там, Громов, Строев, Зеленин из Твери… Да не забудьте еще этого бывшего коммуниста из Курска – как его, Михайлова… Так… Почему никого нет из Южного Федерального? Козак в Аргун уехал? Врут, небось, на море, жарища-то!… Но кто-то из руководства должен же быть! Чуб на месте? Хорошо… Что там дальше? Северо-Западный округ. Никого? И Матвиенко нет? Ну да, к саммиту готовится… А, Вологда нашлась! Давай сюда Вологду! Уральский не отвечает – и черт с ним. Но кого-нибудь из Сибири надо, нехорошо. Тулеева, само собой. Эй, а Приволжский почему забыли? Шаймиева-Рахимова кровь из носу достаньте. Ну и хватит пока. Умаялись. Надо будет, остальные потом подтянутся.

…Надо же, как жаль. Смазали славное ностальгическое впечатление. Разве ж так в доброе старое время документы готовились? Тогда над каждой бумажкой десятки людей трепетали. Документы на просвет и задом наперед прочитывали. Оттого и порядок в стране был. Постановили что враг – так значит в пыль его, изверга! Сказано, что друг — Гитлер, например, или там Мао, Тито, – так друг на века!
Хорошо жилось, просто!
А сегодня только нюни разводят.

Ну какой из гладкого, хорошо кормленного г-на Рогозина, генеральского племянника, выпускника МГИМО, насквозь карьерного джентльмена, враг народа и выродок? Больше, чем перерожденца, из него не слепишь. Да и то временно — по большой предвыборной нужде. Поматросить, чтобы поперед батьки в пекло не лез – да и бросить. Вместе с клоуном Лимоновым.
Но вы, граждане, бойтесь: экстремисты! Того гляди, жилой дом майонезной бомбой подорвут.

С другой стороны, уже не разберешь, то ли иной губернатор левачит, отказывается демонстрировать лояльность, то ли и впрямь не было его на месте. Да и губернатору тоже непонятно – всерьез нужен был Кремлю этот документ или просто запустили дурочку из переулочка…
В общем, одно слово – «деятели». Нет, напрасно я молодел. Время – ах! – необратимо. Обидно, брат. Что нас держат за дураков — это святое. Мы в ином качестве, поди, никогда и не выступали. Но то, что сами они при этом выглядят все дурнее, – это, кажется, в новинку.
Или уже не кажется? Когда власть в третий раз пытается съесть дважды съеденное (Сталиным и Брежневым) мясо, это уже не трагедия, не фарс, а анекдот.
Боюсь, довольно короткий.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4402
27 ИЮЛЯ 2006 г.
Александр Черных/архив ЕЖ
29 июня в Москве прошел касьяновский круглый стол о судьбе выборов. 11 июля — конференция «Другая Россия». Покуда Кремль сконцентрировался вокруг питерского саммита, в информационное пространство Москвы просочилась оппозиция.

После круглого стола ощущение осталось тягостное: три четверти выступлений — перечисление обид от авторитарной власти, узурпировавшей… etc. Репликат позднесоветской интеллигентской кухни. Хотя имелась и конструктивная четверть. Годится: КПД все-таки выше, чем у паровоза.

«Другая Россия» на этом фоне удивила вменяемостью. Без жалоб тоже не обошлось, но они носили скорее ритуальный характер. Пожаловался на властные утеснения – и к делу, пожалуйста. Отказ В.И. Новодворской и ряда других товарищей сесть на одну поляну с Анпиловым или Лимоновым, как ни странно, пошел на пользу: арию Новодворской про возрождающийся ГУЛАГ неплохо исполнил Лев Пономарев. И достаточно.
Тональность большинства выступлений была вполне здравой: не объясняй, кто виноват. Лучше скажи, что делать.

Да и сама атмосфера бодрила. К началу выступления английского посла г-на Брентона в зал очень кстати ворвался посол от г-на Дугина – евразийский юноша в черной рубашке, со взором горящим, который метнул в публику кипу прокламаций и успел крикнуть что-то вроде «да здравствует Империя» или «долой правую ересь» — прежде, чем его вынесла охрана.
Вторжение выглядело чудо как мило — что-то вроде продавца воздушных шаров, севшего в торт для удовольствия трех толстяков-глобалистов. Вдохновителю евразийцев А.Г. Дугину отдельное спасибо за режиссуру. Но надо еще поработать над дикцией. Зал проводил его посланца поощрительными аплодисментами, а попечитель свободы слова А.К. Симонов бережно собрал с пола листовки. Рефлекс!

Витальности добавил еще один стебанутый. То ли он подзадержался на инструктаже, то ли решил на халяву откушать делегатского кофе с круасаном — но репризу начал в разгар кофе-паузы. Подскочил к Касьянову и смазал-таки его по физиономии. А вы говорите, оппозиция далека от народа. Куда ближе-то! После чего к бурной радости фотокоров народоволец тоже был вынесен сначала в лифт, а затем непосредственно на ландшафт. Шустрые юноши и девушки демократических убеждений, поспешая третьим кругом вокруг выносимого тела (первый круг – охранники, второй – фотокорреспонденты), декламировали свою считалочку: «фа-шизм-непрой-дет, фа-шизм-непрой-дет!» И ведь как в воду глядели! Буйная тусовка заклинила вращающиеся двери «Ренессанса». Пришлось служителям отеля (тут вспомнилась байка про лесника, который выгнал из лесу и партизан, и фашистов) выводить развеселую компанию назад в вестибюль. После чего, перестроившись, болезного вынесли на волю уже через запасной выход. Жертва либерализма при этом вела себя примерно тихо, вися спиною вниз, как серый волк со связанными вкруг охотничьего шеста лапами.

Должен признаться, победившие красные шапочки со своим жизнеутверждающим речитативом выглядели слегка по-комсомольски. На мой отравленный пионерскими лагерями вкус, любая побеждающая толпа чем-то отвратительна. С реальностью примирило лишь то, что в соседней секции дверного барабана томился М.М. Касьянов с телохранителями, которые спешили проветриться после встречи с избирателем.

Что же здесь оптимистичного? Да общий фон. Как-то без совковой лютости все это творилось. Евразийцы, очевидно, подражают лимоновцам трехлетней давности – только что без майонеза. Ревнивые лимоновцы (на них была возложена охрана) слегка помяли плагиаторов – но не по злобе, а как младших братьев. Мол, учиться вам, соплякам, учиться и учиться. «Очень хорошо, – реагировал на вопли евразийца посол Брентон. – У нас тоже так бывает». То есть вот тебе, бабушка, и демократия.

Все это на фоне явной растерянности власти. Г-н Шувалов публично (зачем?) угрожал западным дипломатам, что их участие будет воспринято как недружественный жест. Дипломаты, понятно, после этого уже не могли не придти. Равно как и многочисленные журналисты. Евразийцы добавили соли и перцу – и сюжеты для ведущих СМИ гарантированы. Каспаров должен сказать спасибо за первоклассный и недорогой пиар.
Честно говоря, получилось интересней, чем саммит.

Сами по себе речи Ковалева, Симонова, Касьянова, Илларионова ничего сильно нового не содержали. Главная новость в том, что наверху их действительно испугались. Все эти мордобои, подброшенные наркотики, тротил и прочие мелкие пакости, говоря словами Наполеона, хуже, чем преступление. Это – ошибка. Король уже смирился, что он голый. И озабочен отловом мальчиков, чтобы те сдуру или по скверности характера не крикнули об этом прилюдно. В эпоху интернета и всеобщей информационной проницаемости – занятие бесперспективное.

Культурный код
20 лет назад, наблюдая за трагедией Горбачева и Сахарова, я думал: вот последний царь схлестнулся с последним юродивым. Уходит эпоха. Два по-своему великих человека тонут, обнявшись. Что-то придет на смену?

На смену пришло крушение державы (такой вариант в голове не умещался), а затем виртуальная попытка ее реставрации. Именно виртуальная, потому что реальные процессы идут строго в противоположном направлении. Но это неважно! Важно, что фантомные боли опять вызывают к жизни прежнюю дихотомию. Тоже, конечно, фантомную.

Кесарь, откровенно сказать, не очень. Да и юродивые, как единственный явно противостоящий ему класс, измельчали. Не тянут на властителей дум. И слава богу! Потому что социокультура черно-белого противостояния, которая замечательным российским культурологом Ю.М. Лотманом была названа «бинарной» постепенно и неизбежно замещается более сложной «тернарной», то есть трехмерной (или трехцветной) культурой. Когда есть не только плюс и минус, но и некоторое расширяющееся пространство вокруг.

Почему русский спор так легко перерастает в драку? Потому что наш культурный шаблон двумерен: либо ты победитель, либо ты дурак. Компромисс, когда каждый остается при своих, плюс еще обогащается опытом оппонента, нашим культурным кодом не предусмотрен. Тезис есть, антитезис тоже есть, а синтеза как выхода в новое качественное пространство — нет. Есть драка.
«Видишь человека, – учил известный советский диалектик С. М. Буденный, — руби его! Иначе он срубит тебя».
Эта великая культура сегодня уходит.
Или возвращается?

Мне кажется так: на уровне повседневного практического взаимодействия — понемногу уходит. На уровне теоретических установок Партии и Правительства – быстро возвращается. Если этот противоход не остановить, мы как социокультурная общность раньше или позже опять треснем по швам.
Остановить можно, либо подтянув теорию к жизни, либо жизнь загнав
под теорию. Первый способ конструктивней, второй – привычней.
Чтобы вернуть общество в бинарное стойло, требуются две вещи. Во-первых, социальная лоботомия, то есть нейтрализация носителей общественной памяти. Во-вторых, изоляция прооперированного сознания от многомерного внешнего мира. Оба условия идеально реализуются во время войны. «Вот мы — и вот враги». Не зря СССР семьдесят лет провел в состоянии реальной или виртуальной битвы.
Все без толку. Многомерная действительность все равно победила. Процесс необратим.

— Вам Лукашенко нравится?
— Да упаси боже.
— Так… Значит, вам Козулин нравится.
— Ни в коей мере. Мне нравится, когда они конкурируют. И не нравится, когда Козулина, который мне не нравится, посадили на пять лет только за то, что он не нравится Лукашенко…
— Эк у вас все заковыристо!
— Да жизнь такая.

Кремлевские теоретики, затеявшие реставрацию бинарной вертикали, неизбежно приобретают в нагрузку внесистемную оппозицию на другом конце. С признаками былого юродства/диссидентства, но при этом — чего раньше не было — и с весомыми политическими ресурсами. Этакий винегрет с переизбытком дешевых политических продуктов. Кто такие лимоновцы в нормальном демократическом обществе? Да никто. Переростки с окраины. Но на бинарном безрыбье и Лимонов – фрукт. Пусть отмороженный. Стареющая шпана с харизмой и талантом, которой все равно какой режим ниспровергать – что в СССР, что в США, что в ельцинской России, что в путинской. Вчера супернационалист и большевик, сегодня супердемократ… Кого его взвизги могли заинтересовать в свободной Америке? А у нас не шути — символ демократического сопротивления!

Скажите спасибо вертикали за экзотическое меню.
В качестве юродивого холопа, бросающего царю в лицо правду, яйца и майонез, Лимонов очень хорош. А в качестве потенциального управителя, сиречь государя?
Не приведи господь. То есть сама дихотомия безнадежно протухла.

Некультурная революция
Спасение России не в том, чтобы из века в век переворачивать песочные часы с плюса на минус, всякий раз разочаровываясь во вчерашнем выборе. Спасение — в постепенном расширении социокультурной конфигурации. Оно идет помимо нашей воли, но в силах элиты этот процесс облегчить или затормозить. Хоть бы ценой большой крови по югославскому сценарию. Путинская вертикаль по очевидным причинам тормозит. Риски накапливаются. Двумерная идеология прорывается в практику то через резню армян и евреев, то через опалу грузинских и молдавских вин. Себе в ущерб, а соседа спалю! Во всяком случае, теоретически. На практике власть гораздо гибче, чем ей хотелось бы выглядеть.
Логика образа понятна: двумерной страной легче командовать. Но из Суркова Че Гевара — как из Лукашенко европарламентарий.

Непонятно другое: какая сила заставляет функционировать в том же плоском шаблоне многих образованных сограждан, склонных причислять себя к демократам? Поддаваясь истерике и стилистике поиска предателей (или стилистике «сам дурак»), они помогают своим противникам заталкивать социокультурную среду назад в бинарное прошлое.
Что ж вы, други мои, так остервеневши? Иль чаете подкупить робеспьеровской бескомпромиссностью? Да ведь мы это уже проходили. Как-то не модно уже.

«Другая Россия» привлекла как раз новой стилистикой. Пафос непримиримости показался там не слишком уместным. По-крестьянски говоря, дрались не вусмерть, а полюбовно.
Эти практические перемены еще бы и в теории осознать! Но куда там.
На обсуждении электоральных проблем 29 июня один из самых плодовитых авторов «ЕЖа» чеканно сформулировал: «При нынешнем положении дел в избирательной системе участие в выборах становится соучастием!»

Да неужели? А не приходит ли в голову, что выборы – это общение не только с властью, но и с народом тоже? Нет, я понимаю: куда как выигрышней встать в позу непреклонного бойца: «Коли власть не хочет играть по-честному, я из вашей песочницы ухожу! И снимаю с себя всякую ответственность…»
Как это знакомо. Троцкий, ХАМАС, Засулич, Халтурин… Все красавцы удалые, быстро устающие от легальных способов борьбы с угнетателями.

Видите ли, у меня нет для вас другой власти. Других выборов. Другого народа и страны тоже нет. «Другая Россия» — понятие еще очень условное, не правда ли? Самым упертым из либералов, во всяком случае, стать «другими» пока не удалось.

Вспоминается сюжет то ли из Довлатова, то ли из Бродского. Та же тема: взаимодействовать с советской властью или не взаимодействовать. И простой ответ кого-то из них: «Ты в булочную ходишь? Значит, взаимодействуешь». Применительно к нашим дням — вы что, не знаете, что с каждой торговой точки (значит, с каждой вашей покупки) собирается откат менту, налоговику или иному коррупционеру? Или, в чеканной формулировке, вы каждой своей покупкой «соучаствуете».
Так что ж — прекращаем ходить в булочную?

Думаю, не стоит прекращать. Думаю, стоит поосторожнее обращаться с лозунгами. Не блажить.
Созвавший тот предвыборный совет М. Касьянов, мне кажется, нуждался не столько в героически-либеральных фразах, сколько в конкретных предложениях, как именно в таких условиях организовать избирательную кампанию, как контролировать подсчет голосов, как вести себя в суде. То есть он в отличие от автора «ЕЖа» твердо намерен «соучаствовать». И неглупо было бы ему в этом помочь — хотя бы ради возрождения принципа политической конкуренции. Ничуть не заблуждаясь насчет белизны одежд данного рыцаря, спешащего на помощь Родине. Но защита конкурентной среды, увы, обеспечивается не лозунгами, а профессиональным и довольно занудным анализом правовой базы, опыта юридических конфликтов, электоральной статистики.

Легко сказать, что повсюду имеет место тотальная фальсификация и торжество административного ресурса. Только это вранье. Не повсюду. И не тотально. В разных местах очень по-разному. В городах с населением более 100 000 человек «Единая Россия» сильно недобирает голосов по сравнению с окружающим селом. Потому что другая социокультурная среда. Труднее давить на избирателя, на прессу, на членов избирательных комиссий и на суды.
Вот ты и скажи – где, сколько и почему. И, главное, как организовать противодействие. Ага?

Пора бы понять, что «власть» — это не абстракция, которая умеет лишь «угнетать», а конкретные люди в конкретной социальной среде. Хоть тот же Касьянов. Давно ли огненный Лимонов метал в него яйца? Очень многим из людей власти (большинству?) вовсе не хочется так уж откровенно холуйствовать. Тем более в прозрачной информационной среде. У них свои интересы, амбиции и представления о порядочности. О, кстати, — Вешняков! Как изволите интерпретировать его позицию, исходя из бинарной шкалы ценностей? Вешнякова Лимонов тоже отметил майонезом. Наш пострел везде поспел.

Слышали ли вы, что во время федеральных выборов в 95 000 участковых избирательных комиссий на общественных началах заняты около 1 000 000 (прописью – один миллион) официальных членов? Рассуждая о «соучастии», мы им заявляем: в наших бескомпромиссных очах вы, господа, либо продажная «власть», либо покорное «быдло».
И опять: во-первых, неверно; во-вторых – неконструктивно; в-третьих – свинство. Они ждут от нас, велеречивых москвичей, поддержки и помощи. А получают барскую оплеуху. Не слишком-то демократично.

Менее плодовитый, но не менее героический автор «ЕЖа» по случаю «Другой России» вкручивает «Яблоку» и СПС обвинения в большевизме. За то, что те отказались присутствовать на этой конференции свободолюбивых граждан с холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками. Или, если угодно, на слете ума, чести и совести нашей эпохи.
Заявление, прежде всего непрофессиональное с точки зрения журналистики. В смысле неумения адекватно представить читателю реальность. В узких кругах достаточно широко известно, что Кремль согласился выдать Явлинскому допуск в телевизор (что равносильно записи в очередь на прохождение в Госдуму), а Чубайсу обещал невмешательство в реформу РАО. Истребовав взамен обет строгого воздержания от общения с Касьяновым. Что косвенно подтверждает мифологический ужас Администрации перед Великим и Ужасным экс-премьером. Но об этом чуть позже.

Строго говоря, «легальным демократам» следовало бы предъявить прямо противоположные обвинения. Не в большевизме, а в оппортунизме, соглашательстве, ревизионизме и уклонизме от единственно правильной линии, которую, с точки зрения уважаемого автора «ЕЖа», олицетворяет «Другая Россия».
Во всяком случае, такие претензии были бы значительно ближе к правде.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4409
28 ИЮЛЯ 2006 г.
grani.ru
Безъязыкая реальность
Так и давайте по правде!
И элиты, и население сегодня устраивает наличный уровень прав и свобод. Им обрыдли идеологические мегафоны левых и правых. Они заняты другим: мучительно переживают переход в новое социокультурное качество. И осознают это новое качество, конечно, в старых бинарных терминах. Чем охотно пользуются реставраторы. Дураки были бы, если б не пользовались. Но это в теории. А на практике элиты тернарны более, чем кто-либо в нашей стране. Что либеральные, что реставрационные. Да и где грань между ними?
Нет этой грани, вот ужас-то! Кто скажет, что есть, попробуйте провести это золотое сечение через ухоженные организмы Лужкова, Касьянова, Горбачева, Ельцина, Вешнякова да и самого Путина.

Конечно, очень много желающих эту грань найти или создать. По пути расчленив всех потенциально опасных конкурентов. В борьбе за расчлененку очевидными преимуществами обладают носители административного ресурса. Зато на стороне либеральной оппозиции — тернарная действительность.
Вот и научите эту действительность говорить! Дайте ей образы и метафоры, понятные большинству. Иначе все либеральные заклинания останутся эксклюзивным товаром для узкого круга блаженных. Что более чем устраивает ваших властных оппонентов.

Ценность прав и свобод осознается людьми не через выспренние рассуждения, а через социокультурную практику. Им надо поразмышлять над опытом Бутова, над ракетами «нашего сукина сына» Кем Чен Ира, разбогатеть или погореть на акциях «Роснефти», потолковать о том, как «делаются» выборы. Задаться практическим вопросом, почему в странах Балтии, которые бог обделил ресурсами, годовой ВВП на душу населения уже 12 000 долларов, а в богатой и изобильной России он только подбирается к 10 000. О личных состояниях конкретных чиновников и о том, почему президент Путин начал свое правление с отмены введенного при Ельцине требования госслужащим категории «А» ежегодно представлять декларацию о доходах…

Долго и много о чем им надо подумать и поговорить, прежде чем поднимется вторая волна интереса к либерализму. Дайте людям факты, а не лозунги. Расширяйте поле тернарной культуры, а не сужайте. Это ваша поляна, потому что на ней выигрывают более умные, более грамотные и профессиональные.
Если вы, конечно, профессионалы.

Правильно делает «Эхо Москвы», что приглашает М. Леонтьева и А. Проханова. Этим, наряду с прочим, достигнуто расширение аудитории на 17% за год. Надо быть очень недалеким человеком, чтобы обвинять станцию во «всеядности», как поступают идеологически чистые либералы.

СПС и «Яблоко» живут на свете не первый год и хорошо знают, как устроена политическая практика в нашей стране. Им, в конце концов, виднее, как строить свою стратегию общения с Кремлем, со своим избирателем и с журналистами. Охотно признаю, что партийное целомудрие 11 и 12 июля можно критиковать как с политической, так и с моральной точек зрения. Гибкость иной раз бывает чрезмерной.
Вот и давайте обсуждать самый важный для тернарной культуры вопрос: где мера? С какого момента гибкость превращается в беспринципность? Где принципиальность переходит в ограниченность?

Но вместо этого нам в ухо втыкают совковый мегафон: СПС, «Яблоко», «Родина» и КПРФ наконец «объединились»!! Помилуйте, страсти господни, что же их объединяет? Оказывается, общее нежелание публично взаимодействовать с «Другой Россией».
Всего-то? Тогда они давно уже объединены. В нежелании публично взаимодействовать с ЛДПР. В нежелании публично взаимодействовать с Гусинским, Невзлиным или Березовским. В нежелании торговать валенками на Каширском рынке… Мало ли еще в чем. Следует ли из этого, что все они одна большевистская шайка-лейка? Или что Березовский с Невзлиным лучше путинской бригады?

Нет. Ничего из этого не следует, кроме того, что автор видит мир в черно-белых тонах. Именно он, а не «легальные демократы» по-большевистски делит мир на «наших» и «врагов», исходя из готовности идти на смертный бой с кликой Путина.
Да на здоровье, в конце концов, ваше право! Только со своим бинарным аршином вы Анпилова, которого даже соратники кличут «Витька-мегафон», сгоряча сделали более «нашим», чем Явлинский. А это, пардон, уже юродство. Митинговая страсть к мегафонам и революционная уверенность, что читатель – идиот. Сожрет и не поперхнется.

А вдруг «легальный» Явлинский рассчитывает, умно разыграв партию с Кремлем, потом четыре года защищать эту самую демократию с думской трибуны? Положим, его в очередной раз надуют, но разве это повод выставлять его союзником «Родины»?
Или вдруг «легальный» Чубайс, известный своим прагматизмом, исходит из того, что реформа РАО и появление независимых энергопроизводителей в долгосрочной перспективе ограничит самовластие чекистов эффективней, чем краткосрочная демонстрация антипутинской солидарности? Допустим, и Чубайса кинут, но разве это повод за уши притягивать СПС к Зюганову?

Охолоните, милые. Сделайте паузу, скушайте твикс. Слишком много здесь от личного темперамента и от торопливого желания «шашечкой рубануть». Не хочется думать, что от пиар-заказа. Хотя когда явно неглупые люди в письменной форме демонстрируют очевидную предвзятость, поневоле лезет в голову всякая конспирология.
Ощущение какое-то позавчерашнее.

Элита едет, нескоро будет
В России надо жить долго: уж очень она большая. Слишком велика историческая инерция. И слишком это по-отечественному — ткнулся три-четыре раза, получил отлуп, и немедленно в истерику: все напрасно, страна нереформируема, власть сволочь, народ быдло, меня, такого умного и тонкого, не ценят – карету мне, карету!
Пушкин очень правильно подметил, что Чацкий у Грибоедова как раз неумен. Соответственно и горе у него не от ума, а от какой-то иной причины.
Вот и я думаю: от какой же?

Тот же Пушкин, кстати, обмолвился, что истинные исторические изменения происходят только в результате улучшения нравов народных. Мы как раз через эпоху постсоветского изменения (улучшения – это слишком оптимистично!) нравов и проходим.
«Вертикаль» целеустремленно делает нравы примитивными, а оппозицию отбрасывает на место юродивого. Зачем же ей в этом помогать?

Почему бы в условиях тех очевидных наездов на демократию, которые на одном дыхании перечисляет уважаемый автор, не заняться поиском формальной или неформальной, тайной или явной кооперации всего демократического фланга, вместо того чтобы с легкой душой слать потенциальным партнерам проклятия и заверения в полном презрении? У нас не так уж много политических ресурсов и человеческого материала, чтобы капризно ими разбрасываться.

Кооперация — не значит игра на условиях «Другой России». Это значит ограниченное взаимодействие в общих интересах при уважении и сохранении полного суверенитета каждой из сторон. Как раз то, что практикуется на тернарном Западе. Каждый остается при своих интересах плюс получает мультипликативный приварок от интеграции. Мы вместе вон до того столба, а дальше – видно будет.
Только так и можно сегодня строить эффективную политику. Так, насколько могу судить, и действует Касьянов. Поэтому его в Кремле так боятся. Он человек одной с ними крови и понятий, а не блаженный демагог в стиле Лимонова или Анпилова. Он способен предложить регионалам, бизнесу, загранице, военным, лоббистам, медиамагнатам и прочим настоящим игрокам сегодняшнего политического рынка некий более выгодный для них политический контракт, чем команда Путина. И, в случае удачи, способен выполнить этот контракт. Ему, в отличие от Лимонова, политические тяжеловесы могут поверить.

Скажите, какой конкурентоспособный контракт этим мясистым дядькам, плотно сидящим в теплых креслах, может предложить непримиримая либеральная риторика? Я, например, такого контракта не вижу. Смелое предложение проследовать им всем на задний двор и там дружно удавиться конкурентоспособной идеей, с моей точки зрения, не является. Значит, так или иначе, с ними и с их интересами придется взаимодействовать. Что технически невозможно до тех пор, пока даже в своей среде либерально-демократическая общественность демонстрирует полное неумение/нежелание кооперироваться на основе уважения партнерских интересов.

«Другая Россия» чем была хороша? Там удивительным образом присутствовало ощущение правоты и силы. Оно не нуждалось ни в образе врага, ни и в истерической накачке собственной значимости. Свобода, частная инициатива и конкуренция эффективнее и умнее, чем «вертикаль», авторитаризм и монополия. Они эффективнее и умнее даже своих собственных апологетов-теоретиков, вот что самое интересное!

Без заполошности, без рванья тельников и падений брюхом на пулемет. Какое-то невиданное ранее качество политической практики. Вроде все то же самое. И люди те же. Но что-то неуловимо переменилось.
И в Кремле нервничают: с гаек срывается резьба…

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=4566
21 АВГУСТА 2006 г.
У нас в институте кончился свет. Мучительно, с судорогами. Дело в том, что с целью борьбы с коррупцией и экономии каждой бюджетной копейки теперь академические учреждения заключают договор с коммунальными службами исключительно через Казначейство.
И вот идет наш плановик в Казначейство и говорит: «Имеем намерение заплатить за электричество за очередной квартал». А там молодая дама, проникнутая чувством государственной важности, отвечает: «В вашем стандартном договоре необходимо убрать вот такую-то строку, потому что там по-старому описана система расчетов при переплате или недоплате. Что может послужить поводом для нехороших манипуляций с бюджетной копейкой. Вот у нас на этот счет циркуляр номер такой-то, ознакомьтесь».
— Хорошо – отвечает смиренный плановик и идет в Мосэнерго — Вот, сказали, строка не та.
— У-у, как у вас все запущено! – говорят в Мосэнерго. – Надо новый договор заключать.
— Хорошо – говорит плановик и опять обращается в Казначейство. – Сказали, надо новый договор…
— Ну так заключайте. Правильным курсом идете, товарищ.
Опять в Мсэнерго. Мол, давай заключать.
— А как же мы будем заключать, если вы еще по старому не заплатили? Вы заплатите сначала, а то потом ведь хрен с вас взыщешь.
Опять в Казначейство.
— Нет, платить нельзя. Вот циркуляр номер такой-то. Мы здесь поставлены, чтобы беречь каждую бюджетную копейку. Ведь это ваши же налоги!

Тут, надо сказать, плановик упал духом. Что непрофессионально. Ну их, думает, к черту. Все равно деньги бюджетные, они их там из одного кармана в другой перекладывают. Сами разберутся.
Не тут-то было. Долго ли, коротко ли, приходят два суровых мужчины с пассатижами.
— У вас — говорят — не плочено. Будем отключать. Непосредственно сейчас. Вот циркуляр, ознакомьтесь.
— Как отключать?! У нас же непрерывный технологический процесс производства сокровищ человеческого духа. Нельзя отключать! У нас же Первый отдел, там государевы секреты, и над дверью секретная лампочка. У нас же весь Плановый отдел обед себе на плитке разогревает! Вы что – отключать?! Может, вам денег немного дать?
— Деньги – отвечают мужчины – это хорошо. А то цена на все припасы поднялась неимоверно. Покорнейше благодарим.

А плановик, отерев холодный пот со лба, спешит к замдиректора по научной части. Мол, так и так, Ваше Превосходительство, виноват, допустил отдельную недоработку. Сволочь Чубайс достал! К тому же поиздержался немного, защищая храм науки от покушений общенационального аллергена. Мы люди маленькие, не поможете ли в решении стратегического вопроса и не компенсируете ли сверхнормативные затраты?

— Сукины вы дети! — Отвечает Его Превосходительство. – Гнать вас всех надо в шею. Бездельники. О чем раньше-то думали?
И, конечно, компенсирует затраты. А потом собирается решать стратегический вопрос. Или, как он выражается, «физиономией торговать». То есть он гораздо нецензурней выражается, но суть дела именно такова. Должен вам сказать, что Его Превосходительство очень много и плодотворно работает на телевидении и его физиономию отлично знает вся страна. Что много помогает при решении проблем организации научно-исследовательской работы. Так что торговать действительно есть чем.

Но он человек занятой. То-се, а дни бегут. Собрался, поехал. В Казначействе ему все очень рады, улыбаются и приводят прямо к заместителю самого главного начальника. Заместитель говорит:
— Это, конечно, нехорошо, что наш персонал так тавтологически подходит к выполнению производственных обязанностей. Вот я их взгрею! Такие, знаете ли, сукины дети! Гнать всех надо в шею. Бездельники. О чем раньше-то думали? Я им покажу, как тормозить поиск научной истины! А позвольте, кстати, взглянуть на ваш договорчик?
— С полнейшим нашим удовольствием и радостью.
— И-и, да здесь делов-то! Вот, возьмите замазочку, да и замажьте эту строку, будто и не было. И платите себе спокойно в строгом соответствии с законом. А потом спите спокойно. Желаю творческих удач и хорошей погоды.

Да не тут-то было. Пока Его Превосходительство решал стратегический вопрос, в институт опять пришли двое мужчин с пассатижами.
— Сейчас, говорят, точно будем отключать!
Ну к ним уже как к родным:
— У нас начальство обо всем договорилось, а вам вот немного денег, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитое рабочее время.
— Как вам не стыдно предлагать такую низость, – возражают мужчины. – Нас еще в прошлый раз начальство так вздрючило, что сегодня отключаем просто из принципа и рабочей чести!

И отключили. Тьма кромешная. Сотрудники разбежались на радостях – дело-то в пятницу.

В понедельник Его Превосходительство, кипя, звонит по инстанциям. Не по понятиям, говорит, получается! Обо всем же, как люди, перетерли, а за базар надо отвечать! А ему в ответ:
— Дело государственное, требует вдумчивости и контроля. Покуда ваши безналичные платежи до адресата добредут, электростанции нечем платить зарплату персоналу. Есть у вас чувство социальной ответственности или нет? Так что рекомендуем вам быстро оплатить задолженность налом, а потом разберемся. Как оплатите, так сразу и включим.

Его Превосходительство, человек с бескрайним жизненным опытом, выкроил нал из того же самого места, где ранее выкраивал компенсации электрикам. Послал плановика, тот все сделал как надо, возвращается:
— После обеда обещали включить.

А в институте нехорошо: народ лбы о притолоки расшибает, на лестнице тьма. Ключи от здания в темноте потеряли. Хорошо ногу никто не сломал – да и то, потому что на работу вышло не более десяти человек, которые что-то нужное на столах или в холодильнике забыли. Ходят со свечками, аукаются. Как привидения.

Понедельник проходит. Вторник. Среда. Четверг. В пятницу – дали свет! То ли платежка наконец дошла, то ли просто сочли, что хватит. Не «Хезболла» же какая-нибудь. Свои же советские люди. Ученые. Сколько ж можно чморить. Народ обрадовался — будет теперь о чем вспоминать.

А меня вот что занимает. Цена вопроса, то есть платежка, была около 15 тыс. рублей. Институт, где работает около 500 человек, неделю был в ауте. Его Превосходительство схимичил и теперь может быть привлечен в уголовном порядке за нецелевое расходование бюджетных средств и фальсификацию договора. Если, предположим, кому-то вдруг не угодит. Именно за обналичку ведь и посадили условно, в конечном счете, академика Кайбышева.

Положим, прогресс мировой науки сильно не затормозился, а за наведение в государстве порядка и борьбу с коррупцией ничего не жаль. Во всяком случае, мне. Надо будет при случае поинтересоваться мнением Его Превосходительства.

Зато стали окончательно понятны две вещи. Во-первых, почему в условиях нового порядка президент Путин лично решает вопрос о водоснабжении старушки со ставропольского хутора и о трассе, по которой нефтепровод огибает Байкал. Во-вторых, как на самом деле организуется проплата государственных платежей в миллиарды долларов и отключение электричества Грузии и газа Украине.
Вот примерно так и организуется.

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5235
2 НОЯБРЯ 2006 г.
yambui.ru/ej.ru
Ручной медведь Митрофан был допьяна напоен егерями и застрелен королем Испании Хуаном Карлосом на сафари в Вологодской области. Член медвежьей партии «Единая Россия» Дмитрий Фотьянов, кандидат в мэры Дальнегорска, был застрелен за три дня до выборов. «Российская газета» получила от Государства Российского 100 миллионов долларов на издание десяти иллюстрированных приложений к ведущим западным газетам. Президент РФ В.В. Путин получил 2,3 млн вопросов от трудящихся и ответил на 53 из них. Председатель правительства РФ М.Е. Фрадков жестко потребовал от министров внимательнейшим образом проанализировать – нет, не 2,3 млн вопросов трудящихся, — а 53 ответа президента и бесколебно (это уже термин не М.Е. Фрадкова, а А.И. Солженицына) реализовать все, в них отмеченное. Как говорили в лучшие времена, «в свете личных указаний товарища Леонида Ильича Брежнева».

Похоже, у М.Е. Фрадкова нет иной возможности получить личные указания президента, кроме как по телевизору. И по телевизору же ему отрапортовать.
Это все называется пиар.

Личные указания у Брежнева тоже были очень правильные. «Экономика должна быть экономной». «Неуклонно (где был тогда Солженицын со своим «бесколебно»?) повышать внедрение наукоемких технологий. Наука в условиях социалистического строительства превращается в непосредственную производительную силу общества». В переводе на язык сегодняшний – нам необходима диверсификация экономики. И мы немалого добились… Но предстоит сделать еще больше…

Все как прежде. Если бы не пьяный Митрофан. Не то чтобы под выстрелами высоких гостей Л.И. Брежнева гибли совсем уж настоящие медведи. Нет, я не настолько наивен. Но тогда факты их аморалки в печать не просачивались.

Впрочем, уже поставлен информационный заслон: г-н Горохов, начальник тамошних егерей, принял огонь на себя: «Я, мол, лично был вынужден застрелить Митрофана, потому что его вывели из клетки, а назад он идти не хотел. При этом медведь был как стеклышко и погиб после отъезда Хуана Карлоса». Понимай так, что король Испании завалил все-таки настоящего, дикого. Митрофан же списан по отдельной строке расходов. Что-то вроде десяти лет без права переписки. Может, если поискать как следует, он еще и объявится, живой, здоровый и с полным набором документов, удостоверяющих личность. «Превед, Митрофан!» — скажет ему Родина.

Одно слово – страна чудес.
Мы в России любим животных. Травля медведя стаей выхухолей – старинная русская забава. А еще, конечно, душу греет гон матерого грузина по первой пороше. Морозец кровь ярит. Лес стоит, не шелохнется, а этот скачет вдоль опушки в кепке-аэродроме (у них только-только линька прошла, кепка новая, меховая!). Хочет в ельник уйти. Только дудки – оттуда стая скинхедов его заливистым лаем отжимает. «И на аэродром его выводи, на аэродром! Прямо на взлетно-посадочную полосу!»

Эх! Ушел, зараза. От астмы, что ли? Как там, у Льва-то нашего Толстого егерь Никита серчал? «Просрали волка, охотнички»!! Да, нехорошо получилось. Мы ж только кепку хотели…

Про что, бишь, мы? Да, про имидж-пиар.
Мы, вообще-то, добрые. Медведю перед смертью водки с медом дали. Просто натура у нас немножко слишком широкая. Богатырская. А кому не нравится — отвали!

С другой стороны, приятно, когда хвалят. Особенно за широту. А они этого не понимают. Мы лучшего четвероногого друга для Хуана этого не пожалели, а он еще косоротится. Благородным спортсменом хочет выглядеть. Теперь в Европе прослывет охотником на пьяных мишек. А ты, Хуан Первый, не исповедуй двойной стандарт! (Это, если кто не понял, такая тонкая игра слов.) Как в нашего медведя палить, так — пожалуйста, а как отвечать перед своей гринписовской общественностью — так сразу русские егеря виноваты. Мог бы сам догадаться, что настоящих-то медведей на Вологодчине еще в коллективизацию съели. Раз бежит нетрезвый медведь, а вокруг ни одного гаишника – значит, точно подстава. Что, у них в Испании разведка, что ли не работает? Наверняка ведь информировали, что путинская вертикаль – сплошная потемкинская деревня.
Когда им надо, они все видят. А когда не надо — ничего не видят. У-у, суки!

Мы гораздо честнее. Не надо – не видим. Надо – тоже не видим. Поэтому без руководящих указаний нам никак нельзя. Такой удалой имидж.
Нет, не будет им прощения за русского Митрофана. Его убийство нанесло России гораздо больший ущерб, чем статьи… я хотел сказать, чем его проживание в клетке на казенный кошт. Кто его знал-то, этого медведя? Его влияние на общественную жизнь было минимально. Все пресса раздула. Следы этого отвратительного преступления тянутся к известным личностям в заморский город Лондон. Учитывая, что у испанцев с Англией давние счеты за Гибралтар, геополитическая подоплека убийства честного медведя, отца семейства, становится очевидна: выставить дураком испанского монарха, вбить клин между Россией и Испанией, сорвать взаимовыгодные договоренности в энергетической сфере.

Вот мы еще чуть-чуть потемкинскую вертикаль укрепим, третью кряду «Булаву» в море уроним, и они нам за все сполна ответят! И пусть зарубят себе на носу господа из-за океана: на всякий ихний Гринпис у нас всегда найдется свой беспартийный егерь Горохов!

Выборы
Кстати о вертикали и медведях. За что широкая русская натура застрелила г-на Фотьянова, члена «Единой России» в Дальнегорске? Имеется простое статистическое правило: если в первом туре действующая власть не одержала победу, то во втором ее шансы составляют один к четырем. Оно и понятно: оппозиционные настроения, которые в первом туре разошлись по разным корзинам, консолидируются вокруг единственного альтернативного кандидата. А дополнительных ресурсов власти взять уже негде. Она и в первом круге постаралась выгрести все до капельки. В случае Дальнегорска это тем более очевидно. У действующего начальника г-на Теребилова в первом туре было около 9800 голосов, а у его оппонента г-на Фотьянова 9500. В процентах – 42 против 40. На третьем месте шел однопартиец Фотьянова с 6 процентами. Всем ясно: второй тур чистая формальность. Теребилову пора собирать вещички и освобождать доходное место у лесоторгового порта для конкурирующей бригады.

Ему бы, богатырю, заранее задуматься о суверенной демократии. О преемнике, о втором-третьем сроке. Но удалой имидж заглядывать вперед не любит. Наш Дальний Восток – примерно то же самое, что их Дикий Запад. Люди особого склада, вопросы решают быстро и однозначно. Есть человек – есть проблема. Нет человека – нет проблемы. Вот только проклятые СМИ опять мешают. И кто их выдумал?! Только-только дальнегорскую вертикаль отстроили, глядь – опять эти журналюги клевещут.

А как хорошо все складывалось. Губернатор края г-н Дарькин обеспечил удивительные результаты на выборах краевого парламента 8 октября. «Единая

[Дмитрий Орешкин]

Запугать власть Навальный не смог, и в бюллетенях будут лишь фамилии, вписанные начальством.
https://newtimes.ru/upload/medialibrary/482/_867589-4.jpg
Алексей Навальный. Фото: Евгений Фельдман, проект «Это Навальный»

Слишком много пузырей вокруг Собчак и Навального. Надо немного подсушить картинку.

1. Почему Навального должны зарегистрировать

Пункт 3 ст. 32 Конституции РФ: «Не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда». Все. Других причин для лишения гражданина избирательных прав Конституция не предусматривает. Плюс к этому в ней есть ст. 55 (п. 2), где сказано, что в РФ «не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина».

Навальный дееспособен, в местах лишения свободы и не содержится. Юридические акты, лишающие его возможности избираться, неконституционны, ибо умаляют его права в сравнении с Основным законом. На этой логике стоит его избирательная кампания.

2. Почему Навального не зарегистрируют

Кроме Конституции есть еще Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав…» (2002) и принятые к нему 5 декабря 2006 года поправки. Среди них под первым номером как раз умаление прав: лица, осужденные к лишению свободы за тяжкие и (или) особо тяжкие преступления и имеющие на день голосования неснятую или непогашенную судимость, не могут быть избраны. Строго говоря, к Навальному это отношения не имеет. Он не был приговорен к лишению свободы, а предлог «и» без добавленного в скобках «или» на юридическом языке означает, что речь идет о лицах, побывавших в заключении и (но не или!) имеющих неснятую/непогашенную судимость. Например, отсидевших полсрока и освобожденных по УДО.

Важны не предлоги, а аккуратно намеченная в 2006 году тенденция к умалению гражданских прав вопреки духу и букве Конституции. Баллотироваться запрещено уже не только тем, кто сидит, но и тем, кто вышел после отсидки. Но это еще цветочки.

Строго говоря, к Навальному запрет баллотироваться отношения не имеет. Он не был приговорен к лишению свободы

10 октября 2013 года Конституционный суд РФ выносит постановление о проверке конституционности того самого п. 3 ст. 4 статьи Закона «Об основных гарантиях…» Поводом стали жалобы шести разных граждан из разных регионов, которым на выборах разного уровня было одинаково отказано в праве избираться — как раз из-за былого судебного вердикта. Навального в их числе нет; он за месяц до постановления КС успел выступить на выборах мэра Москвы и набрал более 27%.

А, например, подавший жалобу в КС гражданин Г.Б. Егоров оказался лишен права баллотироваться на выборах главы муниципального образования Воскресенска (Московская область), ибо еще в 1998-м был судим по тяжким статьям: «грабеж» и «вымогательство». Суд дал ему три с половиной года условно, что в наших реалиях означает, что вину доказать не удалось. Более того, через год даже условное осуждение было отменено тем же Воскресенским городским судом, и судимость с гр. Егорова Г.Б. была вообще снята.

Но избираться ему все равно не дают, ссылаясь на тот самый п. 3 ст. 4 Закона «Об основных гарантиях…» Аналогичные случаи имеют место в Орловской области с гражданином А.Л. Казаковым, в Кировской области с гражданином А.В. Куприяновым, в Иркутской области с гражданином В.Ю. Синьковым и другими гражданами, которые решили искать справедливости и защиты в Конституционном суде. Ибо он как раз та инстанция, которой принадлежит эксклюзивное право решать, что в законах соответствует Конституции, а что нет.

Короче, из многих умных слов в постановлении КС от 10 ноября 2013 года про конституционные ценности, общественные интересы, принципы соразмерности, дифференциации, индивидуализации и пр. и пр. следует, что в целом да, соответствует. Раз угодил под приговор по тяжкой и (или) особо тяжкой статье, пусть исключительно условный и позже опротестованный (как раз случай Навального), — права баллотироваться у тебя все равно нет. Но при этом, не подумайте дурного, речь вовсе не о пожизненной дисквалификации! Ни боже мой! Наш самый гуманный и справедливый в мире Конституционный суд отнюдь не чужд веяний времени. Он решительно защитил права заявителей в той части, которая касается длительности поражения в правах. Никакой бессрочности! Срок дисквалификации, как следует из постановления КС, зависит от тяжести статьи (у Навального она особо тяжкая), приговора, поведения осужденного и так далее. Все строго индивидуально и дифференцированно. Но не меньше, чем по приговору. Плюс испытательный срок, который может продлеваться. Исходя из рассуждений КС, несложно подсчитать, что избирательным правам гражданина Навального А.Н. (если на языке правового государства) корячится «десяточка».

Юридически вопрос однозначно решен еще в 2013 году. Когда руководство ЦИК РФ сообщает, что гражданин Навальный вполне себе вправе избираться и быть избранным в 2028-м, оно всего лишь транслирует нормы, установленные решением Конституционного суда через месяц после успешных для Навального выборов московского мэра. Других вариантов у ЦИК сегодня нет — как нет права пренебречь решением самой высокой судебной инстанции РФ. Даже если бы ЦИК этого очень-очень хотела.

3. Как страшно жить и что делать

Юристы Навального (да он и сам юрист!) не могли не знать этой истории. Трудно сказать, на что они рассчитывали, шумно организуя предвыборные штабы и тщательно избегая вопросов о том, кто и как будет преодолевать запрет Конституционного суда. ЕСПЧ? Международная общественность? Да ладно. В стране есть только один человек, обладающий для этого достаточными ресурсами. И все знают, как его зовут. Сила вертикального судопроизводства состоит в том, что оно защищает не право, а интересы. Причем главным образом интересы того, кто выше по иерархии.

Поэтому трудно найти иное объяснение предвыборной стратегии Навального, кроме надежды напугать Путина растущим валом уличных протестов и заставить его дать отмашку на регистрацию. После чего, понятно, все юридические параграфы, статьи и пункты идут прахом, и российская Фемида с изменившимся лицом спешит к пруду, где Навальный в струях фонтана разрывает пасть гидре коррупции. Какие, в самом деле, права и параграфы, если все люди братья?! Вас так нам не хватало, так не хватало, Алексей Анатольевич!!

Сила вертикального судопроизводства состоит в том, что оно защищает не право, а интересы. Причем главным образом интересы того, кто выше по иерархии

Беда в том, что стратегия не сработала. Путин не испугался. Уличные протесты надоели даже их участникам, а кремлевская администрация в ответ сделала сильный ход лошадью. Г-жа Собчак (в широком смысле слова, вместе с штабом) тоже не может не знать о ст. 4 Закона «Об основных гарантиях…» и о решении КС. Ее самоотверженное обещание сняться с дистанции, если Навального все-таки зарегистрируют, на весах Вечности весит примерно столько же, сколько честь и достоинство главы Конституционного суда гражданина Зорькина.

А.А. Навальный на выборах президента-2018 зарегистрирован не будет. Для этого нет ни юридических оснований (если бы в нашей стране действовали юридические основания), ни политического интереса начальства (каковой интерес у нас превыше всех оснований). Из этого достаточно очевидного (как минимум в течение года, когда стало ясно, что волна массовых протестов на цунами не тянет) знания и надо выстраивать стратегию поведения на март. Что касается К.А. Собчак, то ее стратегия достаточно проста, цинична и, следовательно, — применительно к путинской России — рациональна. На языке медийной тусовки, понятиями которой она живет и дышит, это называется съесть розочку на торте. Или украсть вишенку из коктейля.

Вы не переживайте, Алексей Анатольевич! Все, над чем вы годами работали, готовили, рисковали, мучились — будет в ценности и сохранности донесено до российского избирателя. Даже, может, еще краше! Потому как из уст яркой и привлекательной женщины, к тому же имеющей доступ на федеральные каналы. У нее, кстати, рейтинг узнаваемости вдвое выше. Все скажет в лучшем виде, со всей прямотой и решительностью. Поскольку ей, в отличие от вас, разрешено.

На языке медийной тусовки, понятиями которой она живет и дышит, это называется съесть розочку на торте. Или украсть вишенку из коктейля

Значит, можно не выбирать выражений: если что, старшие товарищи поправят по-хорошему. И про коррупцию, и про кооператив «Озеро», и про Крым, и про Сталина. Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС… Буквально все молвит как есть, честно глядя в камеру. И, будучи благородным человеком, даже не побоится упомянуть вашу запретную фамилию в титрах своего сериала.

Мы ведь не для себя, а на благо Отечества, верно? А коли так, какая разница, кто скажет народу Истинную Правду. Главное, чтобы она была сказана. Подумаешь, автором «Тихого Дона» вместо Крюкова назначат Шолохова. Текст-то вот он! И Нобель тоже наш, в конце концов! Вот и с выборами так: какая разница, кого победит Путин. Ведь все равно победит. А с Собчак ему по-человечески, по-семейному будет легче. Значит, и народу, и Отечеству спокойней. Мы ведь все за Отечество, вы не забыли?

Мы ведь не для себя, а на благо Отечества, верно? А коли так, какая разница, кто скажет народу Истинную Правду. Главное, чтобы она была сказана

В общем, со всем этим, как и с путинской версией патриотизма, более-менее понятно. Непонятно другое: где место для вменяемого зрителя в сем невменяемом цирке с конями. Бойкотировать? Голосовать? Но за кого? Портить бюллетень? Вписать фамилию Навального? Кстати, по законам большинства американских штатов (там что ни штат, то свой избирательный закон) вписанная в бюллетень фамилия считается законным актом голосования и подлежит официальному подсчету наряду со всеми прочими. Но это все-таки не наша Родина, сынок. Наша Родина здесь. Здесь считают только те фамилии, которые вписаны начальством. На то у нас есть Конституция и Конституционный суд.

* Политгеограф, постоянный автор NT.

https://newtimes.ru/articles/detail/124750

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31420
8 АВГУСТА 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31420//1502135262.jpg
В России надо жить долго – это многое объясняет.

Вот Румыния отказалась принять из Москвы вице-премьера РФ Д.О. Рогозина. Россия в ответ отказалась принимать свинину из Румынии. Казалось бы, квиты и нет вопросов. Но почему-то вспоминается давняя история про газетную фотографию: «Н.С. Хрущев в свиноводческом комплексе колхоза «Светлый путь». Н.С. Хрущев третий слева в среднем ряду». К чему бы это? Наверно, так дышит почва и судьба. Знакомым дыханием Чейн-Стокса.

На отдыхе в Туве В.В. Путин два часа неутомимо преследовал под водой щуку. И таки настиг, предварительно измотав по всем правилам победной стратегии. Тоже ничего нового: помнится, Мао Цзе Дун в редкие часы досуга любил переплыть реку Янцзы. Туда и обратно. А еще раньше члены садово-рыболовного товарищества им. П.И. Чичикова дружно преследовали неправду, «как рыбак острогой преследует какую-нибудь мясистую белугу, и преследовали ее с таким успехом, что в скором времени у каждого очутилось по нескольку тысяч капиталу». Разница лишь в порядке цифр, а так все знакомо до боли.

Два соседних заголовка в ленте новостей: «Появилось видео подводной охоты Путина». «Застрелен генеральный директор «Океанариума». Ясно, в СМИ окопались предатели. Льют воду на мельницу и танцуют под дудку. Давно пора кончать с этим интернетом, товарищи.

Чтобы развеять последние сомнения в предначертанности нашего исторического пути (стиляги и космополиты называют это явление path dependence), так и не попавший в Молдавию Д.О. Рогозин грозно сообщает в Твиттере: «Рост производства оборонно-промышленного комплекса по Крыму и Севастополю в 2017 году по отношению к 2015 году составляет 430,8%, а по отношению к 2016 году — 227,6%».Здесь, конечно, не обойтись без выступления К.Е. Ворошилова на XYIII Съезде ВКП(б): «Если взять залп из всех видов оружия танков и авто-бронемашин в 1934 г. за 100, то к 1939 г. один залп будет равен 393%». И затем под бурные аплодисменты сообщает о наличии у РККА бомбардировщиков «…со скоростями, далеко перевалившими за 500 километров в час, а высотностью за 14-15 тыс. метров…» Ему вторит стальной нарком Л.М. Каганович: «…выплавка свинца составила в 1938 г. к 1933 г. 571,6%, цинка 506,1%, выплавка алюминия – 1000%... по автопокрышкам мы имеем рост в 1938 г. к 1933 г. 566,7%».

Что характерно, многие верили. Некоторые страстотерпцы всерьез верят до сих пор: «малой кровью, могучим ударом, на чужой территории». XYIII Съезд — это март 1939 г. До провала в Финской войне остается менее года. По ее итогам искрометный тов. Ворошилов был, наконец, отрешен от Наркомата обороны. Тем временем, с другой стороны границы А. Гитлер, сделав на основе финской кампании вывод о критической неготовности тов. Сталина к серьезной войне, летом 1940 г. отдает команду готовиться к нападению на СССР («план Отто», позже он превратился в «Барбароссу»).

Начало намечалось на 15 мая 1941 г., но сдвинулось на 22 июня: отвлекла война на Балканах. Потерянных на старте пяти недель фашистам не хватило, чтобы до морозов завершить блицкриг, рассчитанный на 5 месяцев (20 недель). Но мало все равно никому не показалось. План предусматривал уничтожение 240 советских дивизий. Гитлеровцы уничтожили 248. Однако ценой безумного напряжения страна выдавила из себя немыслимые еще 220 дивизий (германская разведка оценивала дополнительный мобилизационный потенциал СССР в 60 дивизий). Вместе с англо-американской помощью по ленд-лизу (тот самый алюминий, свинец, порох, автомобили, каучук, самолеты и пр.) это позволило победить в Войне.

Чтобы потом, надорвавшись, проиграть Мир.

Второй раз так не получится по чисто демографическим и технологическим причинам. Г-ну Рогозину самое время учиться наносить руководящие визиты с помощью батута и сокрушать врага на чужой территории с помощью Твиттера: и то, и другое изобретено на прогнившем Западе. Кроме того, он обещал к 2020 г. колонизовать Луну. Вот как раз с понедельника и возьмемся — еще целых три года впереди. Чтобы ему было, где без помех строить светлое будущее.

Нет, ничто не ново под этим естественным спутником.

Фото: Артем Коротаев/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31648
5 ОКТЯБРЯ 2017 г.
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31648//1507186989.jpg
ТАСС

«Цыганы шумною толпою толкают жопой паровоз…»
Венедикт Ерофеев

Вот мина пролетела, и товарищ генерал. Ага. Сцепим зубы, поиграем желваками: это все США с ихними двойными стандартами. Ничего, дайте срок, бабы новых генералов народят. Тогда за все ответите!

Удальцова с Лимоновым замели в процессе классовой борьбы. Удальцов до уикенда брошен в застенок. Объявил голодовку — как Рузвельт в Разливе. Старика Лимонова пожалели и отпустили домой к золотой рыбке. Он, даже не заглянув в разбитое корыто, сразу ребром ставит вопрос о выходе из ООН. Ну, раз сам Лимонов, делать нечего: придется выходить. ООН трепещет в ожидании. Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС. Тут примчались санитары…

…о чем бишь я? Сказать одним словом — о маразме. Сказать двумя — о реставрации совка. Тремя — об очередном цикле деградации.

Суровый Пиманов вывел на экраны «Крым» на поводке из георгиевской ленточки. Снайперски выверенная нарезка/расфасовка из чистых рук, горячих сердец и холодных голов. Кстати, в Краснодаре нейтрализовали семью каннибалов. У этих никаких голодовок. Им что Крым, что ООН. По уши погрузились в стихию потребительства. Семья, известно, ячейка общества. Хищнический либерализм, чего вы хотите.

Иван Охлобыстин объясняет, что, раз Путин правит Россией, значит, правит всем миром. Спасибо, а то мы как-то не задумывались.

Блогер Горный критикует доклад Верховного комиссариата ООН про Крым (опять ООН!): «Прочитав этот доклад, у меня сложилось четкое ощущение заказухи». Не знаю, как у вас, а у меня, даже не дочитав Горного, сложилось четкое ощущение безграмотности. У Лимонова хоть гематома в голове, а этот, видно, просто по-русски не умеет. Тоже примета времени: вскрыть заговор мирового империализма легче, чем постичь тайны деепричастного оборота.

Еще один борец с русофобией, г-н Калинин из Липецкой области, взялся лечить доверенное лицо президента Путина, режиссера А. Учителя. Ежели режиссеру, допустим, дозволено сымать кино за народные деньги, отчего же народу (который лидер «Православного государства» скромно олицетворяет) не дозволено переломать режиссеру ноги? Обратно двойные стандарты! Г-н Калинин своим духовно-уголовным слухом точно уловил зов времени. И вместе с краснодарским семейством нашел свое место в общем строю. Но тут опять примчались санитары. Хватит ли их на всех?

Честно сказать, уловить зов нетрудно: достаточно включить телевизор. Неодолимая сила кроется в классовой (точнее, культурной) близости подонков, заливающих помои в голову населения, и подонков, справедливо воспринимающих это как сигнал к выходу на орбиту. Народ здесь не виноват – подонки (в свое время их именовали звучным термином «люмпен-пролетариат») есть в любой нации. Хоть в немецкой, хоть в итальянской. Функция культуры заключается в том, чтобы сдерживать их духовные порывы и не позволять сапожнику судить живопись выше сапога. Если культура отказывается выполнять свою функцию, глупо предъявлять претензии к населению и обзывать его «быдлом», «анчоусами», «ватой» и т.п. Это беспомощная и нечестная позиция.

Выделяются три фазы деградации. Сначала деятели культуры из соображений революционного романтизма, желания стать в строй и подняться с колен звонко выкликают демонов из тьмы. Это позиция ярких Блока, Есенина, Маяковского. А до них Некрасова и Льва Толстого, с барским мазохизмом кланявшихся «простому народу» в самые онучи. Пушкин, заметьте, себе такого не позволял. Он знал свое место в народе, честно выполнял лидерский долг и никогда не оскорблял народ словечком «простой». Опрощение вошло в моду позже.

Вторая фаза деградации начинается, когда революционных романтиков пожирают менее одаренные, но более ушлые и плодовитые особи, точнее уловившие зов времени и спешащие сделать карьеру при вожде. Площадку занимают типажи вроде Максима Горького, Демьяна Бедного, Михаила Голодного или Игната Простого. На третьей фазе окрепшее и налившееся соком варварство с хрустом пожирает и тех, и других, наслаждаясь ничем не ограниченным насилием. Это уже закат цивилизации. Вот как раз в октябре будем праздновать столетний юбилей.

«А нас-то за что?!» — вопрошают прозревшие трубадуры народной воли перед тем, как застрелиться, залезть в петлю, эмигрировать или уйти по этапу. Да вот как раз за это. Если мозгов не хватает, хотя бы совесть надо иметь. Не гнать восторженную дешевку, не звать Русь к топору и не кроиться кастетом миру в череп. Это, простите за пафос, интеллектуальное извращение. Вон г-н Учитель всеми фибрами души поднимался, поднимался с колен — и на тебе! Блаженная Наталья, которую достала со дна волна крымнашистских восторгов, учит его азам духовности. Кстати, кино его, по моему скромному разумению, такая же лубочная халтура, как у г-на Пиманова. И примерно за те же деньги. 400 млн руб. — чуть меньше, чем по трояку с каждого из 145 млн граждан РФ. Курочка по зернышку клюет, а весь двор с его культурными запросами удовлетворяет. Еще длится вторая фаза. Но на подходе третья, когда люди утрачивают навыки пользования алфавитом.

А иначе никак. Умный и благородный г-н Мединский учит нас понимать исторический процесс. Воцерковленный г-н Чуров, надев золоченый стихарь, в свободное от электоральных манипуляций время сеет разумное, доброе, вечное. Носитель православного духа, чо. Не хуже Милонова или доктора Онищенко, который, в зависимости от начальственного перста, то видит в молдавских винах тяжелые металлы, то не видит. Г-жа Поклонская мироточит очередями, как пулеметчица Анка. Профессионально-жаргонное «госизмена» она пишет раздельно. Общепринятое «навстречу» тоже. В смысле: «поднадзорный орган пошел на встречу». Вкусив елей ее страниц, складывается четкое ощущение, что депутаты Мизулина и Яровая уже отошли, как разгонные блоки межконтинентальной ракеты. Включается следующая ступень упадка. Третья фаза, боеголовки готовы к выходу. Здравствуй, племя младое, одичалое! Куда там божьим людям из православного корпуса «Наших» со святой девой Катей Муму.

Фото: СССР. Москва. 1 октября 1966 г. Плакат, посвященный Октябрьской социалистической революции. Художники Н.Бабин, Г. Гаусман, стихи Д. Смирнова. Издательство "Агитплакат". Фотохроника ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=31667
11 ОКТЯБРЯ 2017
http://3.3.ej.ru/img/content/Notes/31667//1507719662.jpg
ТАСС

Меж тем в Каталонии прошел референдум, а в Германии выборы. Начнем с немцев. Ужас, ужас, ужас! Блеснула тамошняя версия ЛДПР с логичными 13%. Ну и что? У нас, когда Жириновский был на новенького (и еще честно считали голоса) до 23% доходило. Тогда, помнится, некий интеллигент предъявил по телевизору: «Россия, ты одурела!» Ах, милый. Это не Россия одурела. Это дурость столичной публики, привыкшей наблюдать Россию через пестрядинные порты Л.Н. Толстого, проявилась. Россия-матушка — она уж какая есть, такая и есть. Именно такой ее надо понимать, уважать и изучать в меру сил. А также, по возможности, любить и лечить. А не обзываться впустую, когда выясняется, что она не такая, какой вы ее с детства воображать изволили. Не страну надо бранить, а менять социкультурную оптику с мифологической на рациональную. Давно пора, едрена мать, умом Россию понимать. Сознавать, с чем и с кем имеешь дело.

Без обид.

Аналогично с Германией; да и со всеми прочими тоже. За «Альтернативу» голосовали главным образом в бывшей ГДР. В среднем 21.5%. Примерно как в РФ за ЛДПР в 1993 г. А в Саксонии вообще 27% и первое место! Столица Саксонии – социалистический Дрезден, если кто не помнит.

Для восстановления порушенных за 40 лет коммунистической власти норм жизни Западная Германия влила в Восточную более 2 триллионов евро. Триллионов! Это значительно больше, чем годовой объем всей российской экономики. Или, грубо, 5 годовых бюджетов РФ. Вот представьте на секунду: вся Россия 5 лет не пьет, не ест, не дышит, только трудится. Бесплатно. А все бюджетные деньги — зарплаты, федеральные программы, госзаказы, госинвестиции и пр. собирает в кулек и до копеечки относит на территорию бывшей ГДР… Во искупление былых грехов, так сказать. Представили?

Надо сказать, западные вливания германскому Востоку помогли. Новые дороги, новые рабочие места, новая социальная инфраструктура. Разделенный Берлин восстал из захолустья, понемногу возвращает статус одной из культурных столиц Европы. Но перемены в мозгах отстают. Восточные немцы по сей день чаще страдают остаточной ксенофобией, алкоголизмом, наркоманий и прочими девиациями. Выше преступность, безработица, суициды, слабее выражена мотивация к успеху и профессиональному росту. Они это объясняют разочарованием от утраты высоких социалистических целей и духовных скреп.

Западные немцы (ибо бездуховные мещане и либерасты) предлагают более пошлое объяснение: лень, разболтанность и люмпенский патернализм. Плюс тайная неуверенность и страх конкуренции, которые компенсируются показной агрессией. Не нам судить, кто ближе к истине. Эмпирический факт состоит в том, что наследники рабоче-крестьянского строя в Дрездене почему-то чаще клюют на обновленные версии лайт-фашизма, чем потомки мюнхенских пивоваров, бюргеров, пролетариев и крестьян. Оно, в общем, понятно: Гитлер и Муссолини дарили народу вдохновляющую цель и формировали духовные скрепы. Пока мы едины, мы непобедимы. НазваниеPartito Nazionale Fascista (PNF)во времена Муссолиничиталось как «Партия национального сплочения».Звали в светлое будущее, поднимали с колен. Освобождали от личной ответственности и кормили за казенный счет. Тов. Гитлер был социалистом (с префиксом «национал») и великим народным вождем. Отец Муссолини был соратником Маркса. Да и сам Дуче тоже начинал как звезда на небосклоне Социнтерна и редактор социалистический журнал «Вперед». Великий вождь масс — чего вы хотите.

Некоторым (которые любят погорячее) нравится. То, что «некоторые» тяготеют к ареалу бывшего социализма, естественно. Невежество и любовь к стадному образу жизни, как посттравматический синдром, быстро не лечатся. Если восточные немцы мучаются этой дурью вот уже второе поколение, сколько же времени потребуется нам?! А главное, где взять триллионы на лечение, если не хватает даже на священную войну за русский мир в Сирии. А также в Донбассе. Видимо, поэтому наверху решили, что лечиться и не стоит. Дешевле будет наоборот, погрузить народонаселение назад в горячечный бред джугафилии. Сплотить, поднять и вдохновить. Вздыбить, науськать, ноги переломать. Так победим!

Дальнейшая траектория очевидна. На хоругвях счастливые матери воздымают детей к лучезарному профилю, крестьянки обнимаются со снопами пшеницы и поросятами (мужиков-то не осталось!), бурные воды вращают турбины, сталевары из-под рукавицы следят за огненным потоком, умники в очках и белых халатах изучают деревянную модель атомного ядра. 25 миллионов квалифицированных рабочих мест, рубль аки тихая гавань для мировых финансов, удвоение ВВП, зарплата научным работникам не менее 1000 долларов в месяц, колонизация Луны к 2020 г. и американцы, прыгающие в космос на батуте. Налетай, торопись, покупай живопись. Все это мы не раз уже проходили, спасибо.

Беда в том, что, помимо траектории с хоругвями, есть еще и траектория приземленной действительности. На ней Россия по номинальному ВВП откатилась на 11-12 место в мире (1.4 трлн USD), сравнявшись с Южной Кореей (где почти втрое меньше населения) и уступив Канаде, Бразилии и Индии. Демография перешла от стагнации к спаду. Суперцентрализация ведет к депопуляции и одичанию провинции на фоне оттока населения к Москве или за рубеж. Экономика марширует от инфляции к стагнации. От места в G-8 к статусу страны-изгоя и международным санкциям. От бессмысленности к безграмотности. От Кристины Потупчик к Наталье Поклонской. От Европы к Азии (где нам тоже никто не рад, кроме классово близких Кадырова и Ким Чен Ына). От насаженных на колья муляжей правозащитников к расстрелянному на мосту Немцову. От шизофрении к паранойе. От ступора к хаосу.

Логичный и уже почти неизбежный шаг на этом пути – в ответ на пожелания разочарованных трудящихся обращение к так называемой «сильной руке» и очередная попытка построить фейковую мобилизационную экономику. Сталін прийде, порядок наведе. И горя нет, что на самом деле при Сталине темпы реального роста (не искаженного тотальным фальсификатом отчетности) упали в разы по сравнению с дореволюционной Россией. Для дураков пропагандистская картинка важней реальности. А раз так, ради поддержания стабильности необходимо вернуться к расширенному воспроизводству дураков. Дело нехитрое и, главное, привычное.

Совершенно неважно, кто будет исполнять роль победоносного вождя — Путин, Кадыров или какой-нибудь новый генерал-академик-борец-за-веру-и-народ. Важно, что испарятся последние надежды на мирный и законный выход из тупика и возвращение к нормальному развитию. Таких вариантов схема не предусматривает. Механизм легальной смены элит через электоральные процедуры дискредитирован добрым христианином Чуровым. Искренние попытки Э.А. Памфиловой возродить доверие к выборам вызывают сочувствие, смешанное со скепсисом. Скепсиса, увы, больше.

Это не шутки, а объективная тенденция. Строить социальные институты трудно, ломать легко. Назад, к светлому прошлому! К Чечне с ее 99.8%. Именно так, плечом к плечу, не страшась трудностей, мы десятилетиями шли от победы к победе. Пока не пришли в итоге к тому, что наблюдательный В.В. Путин удачно назвал крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века.

Фото АР/ТАСС

[Дмитрий Орешкин]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=5236
4 НОЯБРЯ 2006 г.
коллаж ЕЖ
Диагноз
Вроде, вертикаль контролирует все. И медвежью охоту, и бизнес, и выборы. В смысле, их цифровые результаты. Удои, яйценоскость и демографические перспективы российского народа. Это очень скверный признак. Для всех. И для либералов, и для патриотов, и для беспартийных медведей с выхухолями. Потому что сфера управления медленно, но неотвратимо перемещается из реальности в виртуальность. По пути СССР.

Медведь фальшивый. Вопросы президенту – фальшивые. Политические партии — фальшивые. Парламент. Выборы. Водка. Демократия. Господи, а страна-то у нас пока еще настоящая?
Пока еще настоящая. Но тенденция уже обозначилась.

Прошлой весной руководитель миграционной службы К. Ромодановский заявил, что у нас, мол, 20 миллионов нелегальных иммигрантов! Надо срочно принимать меры. Мама родная! Если всего по Госкомстату у нас 67 млн человек трудоспособного возраста, то выходит — каждый четвертый российский труженик – нелегальный иммигрант?! Как-то не вяжется с повседневным опытом. То ли генерал Ромодановский не умеет пользоваться калькулятором, то ли в пиарном угаре держит сограждан за беспросветных идиотов. Видно, эта мысль пришла в голову и кому-то из его подчиненных. Летом он озвучил другую цифру – нелегальных иммигрантов у нас 10 миллионов. Ну что ж, уже теплее. На самом-то деле вряд ли более 7-8 миллионов. Но и на том спасибо.

Зато, как настал октябрь и вместе с ним сезон охоты на грузин, Федеральная миграционная служба сразу очень точно рассчитала, что среди этнических диаспор России грузинская – самая криминогенная. Не азербайджанская, чеченская или, скажем, китайская, а именно эта! Государственные мужи, которые до этого считали иммигрантов с точностью плюс-минус 10 000 000, за неделю вычислили, сколько преступлений совершают эти иммигранты, и сколько среди них именно грузин!

Верю! Верю вместе со всем российским народом, мамой Митрофана клянусь! С той же силой, с какой поверил заявлению начальника федеральной ГАИ, что он за годы службы ни разу не сталкивался с фактом взяточничества. Зная состояние милицейской статистики (да и кто ж его не знает!), хочется тихо плакать от счастья.

Отрадно, что такие надежные люди контролируют состояние властной вертикали. Именно они докладывают по инстанциям о проведении операций типа «Волна», «Вулкан-5», раскрывают убийства, пресекают наркоторговлю и производство паленой водки. И все бы у них было замечательно, если бы не пресса.

В принципе возможны два объяснения и два образа действий. Или вертикаль так неважно работает, потому что еще не все под себя подмяла, и слишком много жизненных процессов течет вне и помимо ее целительного контроля. И тогда надо ее усиливать, начальникам Миграционной службы, ГАИ, разного рода Госнаркоконтролям и прочим защитникам Отечества добавлять полномочий, одновременно затыкая независимые источники информации. Или, наоборот, признать, что с такими кадрами и с такими представлениями о правах и обязанностях вертикалестроители при любом объеме полномочий будут лишь наращивать съем административной ренты, а реальная жизнь как текла сама по себе, так и будет течь.

Впрочем, это не совсем точно. Опыт показывает, что там, где вертикаль развернулась на всю катушку, реальная жизнь упрощается ровно настолько, насколько это нужно вертикали для благополучного осуществления властных функций. Поскольку сложной и разнообразной системой командовать трудно, вертикалисты инстинктивно упрощают систему. До уровня своих представлений о порядке.

Не смогли пресечь теракт в Беслане – значит, надо отменить выборы губернаторов. Не умеют организовать контроль за качеством спиртосодержащих напитков – значит, надо ввести государственную монополию. Не способны найти убийц журналистов или мэров – значит, надо свернуть свободу прессы и отменить выборы городских властей.

Через день после расстрела г-на Фотьянова группа народных избранников под руководством депутата Мокрого (это, кажется, фамилия) выступила с инициативой вывести мэрии из системы органов самоуправления и поднять их до уровня органов государственного управления. Чтобы на кривой козе объехать статью 12 Конституции и сделать мэров назначаемыми. Вслед за губернаторами.

Да кто бы сомневался! Иной реакции и быть не могло. Чтобы было совсем как в Союзе: ЦК – Обком – Горком – Райком. И тогда будет порядок.
И ведь действительно будет. Только на очень маленьком и примитивном пятачке, до которого сожмется экономическая, социальная и культурная жизнь России. Все, что из вертикали высовывается, вываливается или выламывается, придется сурово обрезать. До самого корня. Чтобы больше уже ничего не выросло, как удачно сформулировал наш президент.

Вернемся к выборам.
Явка, даже при ее искусственном раздувании, падает. В среднем по девяти регионам, голосовавшим 8 октября, она колебалась около 40 процентов. Учитывая, что максимальный вклад внесли такие заповедники административного ресурса, как Тыва (52 процента), хорошего мало. Развитая и урбанизированная Свердловская область показала менее 30 процентов. Учтем и другой факт: как город, так поддержка «Единой России» снижается на 5-7 процентов. Как село – растет. Понятно: на селе руки у административного ресурса полностью развязаны. В городе все-таки приходится сдерживаться.

Города, иными словами, в вертикаль вписываются неважно. Слишком много они себе позволяют. В том числе и в смысле пиара. На селе ведь у нас исключительная благодать, верно? Во всяком случае, плохих вестей оттуда не слышно. Смело можно сделать вывод, что добрый сельский народ России живет в целительном духовном покое, не пьет, преумножает свой достаток, полностью доволен властью и с благодарностью вверяет ей свою судьбу. Все сволочные события происходят почему-то в городах. Нет, точно пора сделать мэров назначаемыми!

Далее. Кто ходит голосовать? В основном пенсионеры. Их у нас 38 миллионов. Из общего числа избирателей в 107 миллионов. Среди голосующих избирателей люди пенсионного возраста составляют более 50%. Пенсионер как боец электорального фронта стоит двух человек среднего возраста или трех представителей молодежи. Общая продолжительность жизни мужчин у нас 57 лет. Чем старше когорта избирателей, тем больше в ней старушек. Которые чаще мужиков склонны голосовать по указке начальства.

Короче, «Единая Россия» набирает свои средние 45 процентов на узкой социальной площадке, которая представлена в географическом смысле провинцией; в демографическом смысле группой старшего возраста, к тому же заметно феминизированной; в политтехнологическом смысле — зоной расцвета административного ресурса. Распространять на Россию результаты, полученные в этом узком секторе, в научном смысле некорректно, а в политическом – недальновидно. Эксперты называют такие результаты данными по «смещенной выборке».

Вот этой «смещенной Россией» вертикаль и управляет. Грузины в нее не вписались – дать им по кепке! Свободная пресса тоже.

При этом я вовсе не хочу сказать, что кремлевская игра провалена. Наоборот! Понимая, что «Единая Россия» набрала максимум того, что в принципе способна набрать, Кремль выращивает из С.Миронова управляемую альтернативу на 2007 год. Ход грамотный и, скорее всего, он сработает. Но – все в том же сужающемся политическом пространстве. И на коротком временном горизонте — не более 2-3 лет. Что потом будет с остальной Россией, которая живет в городах, на выборы кладет с прибором и не верит ни в одну из политических партий – бог весть.

Кремлевская команда играет хорошо. Но причем здесь реальная Россия, вот в чем вопрос. Она кормится в основном пиаром – да и то на предельно узкой поляне, которая называется Владимир Владимирович Путин.

Говоря экспертным языком, идет накопление системных рисков. Успехи не столько реальные, сколько имиджевые. То, что при Ельцине называли «сырьевым придатком», при Путине называют «энергетической сверхдержавой». Ерунда, а дышится легче. Плюс, конечно, баррель в пять раз подорожал. Меж тем в действительности горизонты сжимаются. И не в том беда, что баррель может опять рухнуть. Беда в том, что даже при высокой нефти вертикаль скоро не сможет удовлетворять растущих социально-экономических запросов населения. Нормальных человеческих запросов. Потому что меняется само базовое понятие нормы.

Нормально это, если в энергетической сверхдержаве пенсия равна 100 долларам? Не уверен, что нормальной была бы и в 200. А как это будет выглядеть с точки зрения бюджета? Месячная прибавка в сотню означает 1200 в год для 38 миллионов пенсионеров. То есть 45 миллиардов у.е. Больше, чем весь военный бюджет. Половина Стабфонда. Который страна копила несколько последних лет. Нет у нас в казне таких денег. И не будет. В лучшем случае, возможен рост пенсий на 10 процентов за вычетом инфляции. Если экономика растет на 6-7 процентов, понятно, к чему мы идем.

А ведь еще есть и бюджетники. Тоже с оскорбительно низкой зарплатой. Это нормально, если старший научный сотрудник, кандидат наук в академическом институте получает 150 долларов? А доктор наук – 250-300 долларов? Но если всем повысить, без адекватной отдачи – показатели производительности и эффективности, которые у нас и так хуже некуда, сползут еще ниже. А еще у нас с 2007 года впервые в истории начнется физическое сокращение рынка рабочей силы. Пенсионного возраста достигнет больше сограждан, чем придет во взрослую жизнь молодежи, окончившей школу.

Вертикаль – вообще не инструмент для подъема уровня жизни конкретного человека. Конкретный человек сделает это сам для себя гораздо быстрее и эффективней. Если ему руки не вязать и не рассказывать сказки про государеву заботу. У вертикали в принципе иное предназначение – отбирать у конкретного человека ресурсы и укрепляться. Взамен выдавая ему пиар о приросте державного могущества, о величии, о лютых врагах, скопившихся у священных рубежей.

Пенсии она платить не приспособлена. Зато замечательно приспособлена объяснять, почему в условиях враждебного окружения требовать повышения пенсий – непатриотично.
В экономическом смысле жутко выгодная штука. Для тех, кто расположился внутри и около властных структур. Забираешь реальный ресурс, выдаешь мобилизующий лозунг. Удовлетворенные граждане расходятся по домам. И все бы замечательно, если бы дома у них не было радио, а по радио вражьих голосов. До сих пор жили бы, как в Северной Корее. И были бы по-своему счастливы – как счастливы сегодня северные корейцы. Счастье – такая странная штука. Зависит от представлений о норме. А представления о норме зависят от пиара.

Так что главная проблема власти – что кто-то где-то еще порой нам подкидывает. На этом фронте и следует ожидать дальнейших победных прорывов. Следующей жертвой, очевидно, станет интернет.

Прогноз
Если бы власть всерьез думала о стране, ей надо было бы менять реальную структуру экономики. Еще лет пять-шесть назад. Проводить настоящую, а не игрушечную пенсионную реформу. Расширять конкурентные рынки, а не укреплять монопольные позиции корпораций, процветающих под чиновной крышей.

Но вертикаль не хочет выпускать денежные потоки (в том числе, пенсионные) из своих державных рук. Это раз. И еще она не хочет делать непопулярных шагов. Это два. И еще она предпочитает наращивать оборонный потенциал и бюрократический аппарат, полагая, что все наши беды от недостатка начальников. Это три. И, конечно, она более всего беспокоится о собственном имидже в глазах соотечественников, тщательно выпалывая информационное пространство и не жалея средств для тех мастеров пиара, которые правильно понимают задачу. Это четыре. А самое главное, она хочет обильно питаться за счет коррупционных отчислений от зависимых бизнесов, которым создает привилегированные условия, устраняя для них конкуренцию.

То есть сужая подконтрольную поляну и уничтожая все, до чего ее контроль не дотягивается. Раньше или позже такая конструкция загнивает и гибнет. Как погиб сгнивший изнутри СССР, в котором могучая советская бюрократия контролировала, кажется, все, что можно. А на самом деле не контролировала ничего. Даже собственный ЦК, обкомы и КГБ.

Не важно, плох Путин или хорош Путин. Важно, что он восстановил такую конфигурацию власти, которая способна развиваться лишь в совковом направлении. Железный занавес, цензура, истребление оппозиции и слепой восторг перед вождем для такой системы не злобная прихоть, а необходимое условие существования.

Неважно, нравится вам такая система или не нравится. Важно, что через год-другой она начнет вызывать раздражение у все большего числа сограждан. Из той реальной страны, которая не вписывается в смещенную управляемую выборку. У одних – потому что система прямолинейна, тупа и неэффективна. У других – потому что слишком извилиста, либеральна, пронизана агентами влияния – и опять-таки неэффективна…

Власть рушится или когда исчерпывает ресурсы социальной поддержки (что нормально). Или, если ей удается изолировать и подавлять оппозицию и растущий негативизм — когда исчерпывает материальные ресурсы закосневшей экономики. Что гораздо хуже. Потому что в этом случае одновременно с властью рушится и страна, у которой в запасе нет вменяемой альтернативы. И ресурсов, съеденных предыдущей вертикалью.

На повестке простой вопрос. Либо из последних сил поддерживать группу Путина, патриотически закрывая глаза на глупости, провалы и преступления, чтобы оттянуть коллапс государства и экономики. Либо скорее валить группу Путина, чтобы смена власти произошла законным путем, до исчерпания материальных ресурсов и ресурсов доверия и кризис оказался не таким глубоким.

Не важно, какой выбор вам кажется правильным. Важно, что сам по себе вопрос характерен для стран Третьего мира с варварской конфигурацией власти.

Неужели это Россия? Нет, это уже больше похоже на СССР. Чем больше сходства, тем ближе конец. Потому что на самом деле представления о норме человеческого существования и жизненных стандартах все равно задаются Западом. И сколько ни замазывай патриотическим пиаром этого простого обстоятельства, неспособность вертикали обеспечить стране современные нормы и стандарты с каждым годом становится все очевидней. С вполне понятными последствиями.

Более всего в этой истории жалко Митрофана. Он ведь, простая душа, тоже по-своему доверял егерю Горохову.
Обсудить "Митрофан как жертва вертикали. Часть 2" на форуме

[Дмитрий Орешкин]

QGSKrzJaG1Y
https://youtu.be/QGSKrzJaG1Y