Громадная глупость Гитлера
 

https://lenta.ru/articles/2021/05/20...s4m85v23sAzfh4
00:01, 20 мая 2021

Как успешная операция нацистов обернулась для них потерей тысяч элитных солдат

Фото: ullstein bild / Getty Images
80 лет назад, 20 мая 1941 года началась воздушно-десантная операция нацистской Германии по захвату острова Крит. Успех операции «Меркурий» заставил руководство других государств, участвующих во Второй мировой войне, более пристально обратить внимание на роль ВДВ в боевых действиях. Почему Гитлер после победы на Крите запретил немецким парашютистам впредь проводить самостоятельные воздушные операции? Чему высадка немцев на Крит научила союзников по антигитлеровской коалиции? Что именно помешало американским и британским войскам достичь Берлина раньше Красной армии? «Лента.ру» вспоминает ключевые воздушно-десантные операции Второй мировой войны, оказавшие решающее влияние на ее ход.

Стервятники фюрера
К весне 1941 года Третий рейх, который громил союзников на Балканах и готовился к масштабному вторжению в СССР, столкнулся с необходимостью иметь опорный пункт контроля над Восточным Средиземноморьем. Таковым был крупный остров Крит, занятый британскими и греческими войсками.

Его захват решал для гитлеровцев несколько стратегических задач. Во-первых, устранялась угроза бомбардировок нефтяных месторождений в румынском Плоешти — единственном месте, откуда нацисты черпали черное золото для своего блицкрига. Во-вторых, существенно улучшалось снабжение германо-итальянских войск в Северной Африке. В-третьих, с занятием Крита Германия и ее союзники завоевывали господство на море, где до этого царил британский флот.

Создатель немецких воздушно-десантных войск, командир 11-го авиакорпуса генерал Курт Штудент, убедил фюрера в том, что Крит можно захватить путем масштабной десантной операции с воздуха. К тому времени у десантников в Третьем рейхе была репутация лучших солдат — Гитлер помнил, как 10 мая 1940 года неприступный бельгийский форт Эбен-Эмаль был внезапно захвачен 85 германскими парашютистами, что открыло вермахту путь в глубь страны.

Высадка немецких парашютистов на Крит. Май 1941 года
Высадка немецких парашютистов на Крит. Май 1941 года
Фото: Wikipedia
К тому же считалось, что гарнизон Крита насчитывает не более 15 тысяч человек, а жители якобы радушно ждут «освободителей». На самом деле в подчинении командующего силами союзников на острове генерала Бернарда Фрейберга было не менее 40 тысяч британских, греческих, австралийских и новозеландских бойцов.

В свою очередь англичане, несмотря на наличие в их распоряжении захваченной германской шифровальной машины «Энигмы», были настроены оптимистично. Они считали, что ничего страшного Криту не грозит — немцы высадят в основном морской десант, который бравые британские моряки быстро разгромят.

К моменту начала операции «Меркурий» люфтваффе прочно завоевало небо над Критом, вынудив британское командование убрать оставшиеся самолеты от греха подальше. В распоряжении Штудента было примерно 22 тысячи солдат и офицеров — причем не только парашютистов, но и горных егерей. Силы вторжения были разделены на три больших группы — западную, центральную и восточную. Транспортные «Юнкерсы» и десантные планеры прикрывали 430 бомбардировщиков и 180 истребителей. Главной целью был намечен аэродром Малеме на северо-западе Крита.

«Меркурий» в опасности
Но легкой прогулки у немцев не получилось. После того как ранним утром 20 мая над островом появились самолеты с крестами и от них начали отделяться парашюты и планеры, защитники Крита открыли по ним столь мощный огонь, что многие десантники погибли или были ранены еще в воздухе. Других, которые приземлялись зачастую в самой гуще вражеских частей, сразу уничтожали в рукопашных схватках. Во время операции «Меркурий» немецкие потери составили более шести тысяч убитых, раненых и пропавших без вести, 271 самолет был сбит.

Львиная доля жертв пришлась на первый день высадки. Вечером 20 мая положение десантников казалось безнадежным — удерживая из последних сил занятые позиции, они не достигли ни одной из поставленных целей. Не хватало воды, продовольствия, медикаментов и боеприпасов, отсутствовала связь с командованием. Исход операции висел на волоске.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
00:01 — 26 января

Владыки морей
Кто помогал русским и американцам победить флот Гитлера. Редкие снимки Второй мировой войны
Немцев спасло то, что Фрейберг не предпринимал решительных действий. Он, например, так и не задействовал корабельную артиллерию, ожидая основные силы вражеского десанта с моря. То, что основное внимание генерала было приковано к водной глади, — вполне объяснимо. Там свирепствовала германская авиация, которая потопила в сражении за Крит почти 30 кораблей и судов союзников, уничтожив при этом около двух тысяч моряков.

Однако своей нерешительностью командующий британскими войсками упустил шанс на победу. Утром 21 мая немцы, получив подкрепление и очистив окрестности Малеме, стали непрерывно сажать на них самолеты с горными стрелками и артиллерией. Атаки аэродрома, которые предпринимались британцами в последующие дни, были отбиты. А затем десантники приступили к постепенному захвату всего острова.

30 мая Фрейберг покинул Крит на самолете, в Египет удалось эвакуировать около 15 тысяч союзных солдат. Потери британцев составили почти семь тысяч убитых и раненых, в плен попали 17 тысяч военнослужащих.

Несмотря на победу, Гитлер был весьма расстроен высокими потерями и заявил Штуденту, что время парашютных войск прошло. Фюрер запретил любые крупные воздушно-десантные операции. В германском командовании пришли к выводу, что при их проведении ВДВ слишком уязвимы от огня ПВО противника и его наземных войск — в первую очередь бронетанковых. В дальнейшем подчиненных Штудента командование вермахта использовало в качестве элитных пехотных частей на наиболее угрожаемых участках театров боевых действий.

Этот запрет Гитлера предотвратил захват немцами острова Мальта, который после падения Крита имел стратегически важное значение для Лондона в Центральном Средиземноморье. Оценивая сражение за Крит, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль назвал громадной глупостью решение Гитлера пожертвовать ради захвата одного острова частью своих элитных войск.

Крылатая пехота Сталина
Однако всем союзникам по антигитлеровской коалиции еще только предстояло выучить уроки Крита. Пионером в создании воздушно-десантных войск по праву считался Советский Союз, который задолго до начала войны проводил крупные маневры, выбрасывая с парашютами одновременно сразу несколько тысяч бойцов. Так, например, было во время учений в Киевском военном округе в 1935 году и в Белорусском военном округе в 1936-м.

Начало Великой Отечественной круто изменило довоенную концепцию о том, что воевать «будем на чужой территории, малой кровью». Пять имеющихся на тот момент воздушно-десантных корпусов понадобились Красной армии в качестве пехоты, чтобы сдерживать натиск германского блицкрига. Жестокая война с сильнейшей на тот момент армией мира властно диктовала свои условия, и вновь формируемые десантные соединения приходилось отправлять на фронт в качестве стрелковых бригад и дивизий. Крылатая пехота зарекомендовала себя там в качестве одних из лучших соединений Красной армии. Например, гвардейцы дважды Героя Советского Союза генерала Александра Родимцева отлично показали себя при обороне Сталинграда.

В 1942-1943 годах командование Красной армии все же провело две крупных воздушно-десантных операции, которые закончились, мягко говоря, неудачно.

Построение советских бойцов-десантников после сбора основной группы во время битвы за Москву. Начало 1942 года
Построение советских бойцов-десантников после сбора основной группы во время битвы за Москву. Начало 1942 года
Фото: waralbum.ru
16+
Как избавиться от шума в ушах
Реклама
shishonin-clinic.ru
Первой из них стала Вяземская операция (18 января — 28 февраля 1942 года), в которой под командованием генерала Алексея Левашова участвовали соединения 4-го воздушно-десантного корпуса с приданными частями. В задачу входил перехват южнее Вязьмы автомобильной и железной дорог. Это должно было облегчить освобождение города дивизиям Западного фронта.

После поражения вермахта в Ростове-на-Дону, под Москвой и Тихвином Сталин решил, что в войне наступил долгожданный перелом и надо теперь как можно быстрее бить на всех фронтах отступающего противника, пока он не опомнился. Однако до настоящего перелома в войне было еще очень далеко.

Вяземская операция готовилась в условиях полного господства в воздухе вражеской авиации. Это привело к тому, что немцы уничтожили часть транспортных самолетов, предназначенных для доставки личного состава. Десантирование сильно затянулось, потеряв внезапность для врага. Боевые грузы и парашютисты выбрасывалась на слишком большой площади, превратив планируемый «кулак» в удар растопыренными «пальцами». Многие десантники были убиты огнем с земли еще в воздухе. Погиб и Левашов, а в командование вступил его начальник штаба полковник Александр Казанкин.

Всего в тыл врага было выброшено около десяти тысяч человек. Зачастую оставшись без командиров, вооруженные легким стрелковым оружием, рассеянные на небольшие отряды, десантники вместе с конниками генерала Павла Белова и местными партизанами несколько месяцев вели ожесточенную борьбу в немецком тылу, выйдя на соединение со своими частями лишь 24 июня 1942 года.

«Массовые ненужные жертвы»
Второй раз Сталин санкционировал участие ВДВ уже после Курской битвы, когда действительно наступил коренной перелом в войне и Красная армия перешла в стратегическое наступление.

Днепровская воздушно-десантная операция (24 сентября — 28 ноября 1943 года) должна была содействовать войскам Воронежского фронта в захвате и удержании плацдармов на той стороне могучей реки. Для выполнения задачи привлекался воздушно-десантный корпус под командованием генерала Ивана Затевахина в составе десяти тысяч бойцов.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
00:04 — 11 февраля 2020

Операция «Аргонавт»
Как Сталин, Рузвельт и Черчилль решали судьбы мира в Крыму
При этом не были учтены ошибки Вяземской операции. План операции готовился в спешке, разведка не вскрыла в местах будущей выброски дислокации крупных танковых сил вермахта и наличия развитой противовоздушной обороны, личный состав не успел ознакомиться со своими задачами, и инструктаж проводился уже в самолетах. Вдобавок ко всему этому десантирование производилось в темное время суток, наугад, без необходимых сигналов на земле.

Сильный зенитный огонь привел к тому, что было выброшено лишь 4575 парашютистов, при этом 230 — на свою территорию. Те, кто приземлялись на вражескую территорию, нередко попадали прямо в расположение нацистов и тут же уничтожались. Потери убитыми и попавшими в плен за первые сутки операции составили более 900 человек (всего же 3,5 тысячи).

Отделенные Днепром, свои наземные войска никак не могли помочь десантникам. Командование Воронежским фронтом послало в немецкий тыл три группы радистов, которые погибли. В итоге, не имея информации о происходящем, операцию было решено прекратить. Оставшиеся за линией фронта бойцы и командиры совместно с партизанами перешли к диверсионным действиям, уничтожая гарнизоны и инфраструктуру врага. Они также помогли частям 52-й армии не только успешно форсировать Днепр, но и захватить и удержать на западном берегу плацдарм.

Несмотря на массовый героизм парашютистов, Сталин расценил произошедшее как провал, который вызвал, по его мнению, «массовые ненужные жертвы». Он изъял оставшиеся воздушно-десантные бригады в свой резерв и до конца войны не проводил подобных операций.

Пасмурное небо Сицилии
США и Великобритания прибегли к «услугам» своих парашютных частей уже во второй половине войны. Дебютом стала операция «Хаски», когда во время высадки союзников на Сицилию (9 июля — 17 августа 1943 года) примерно две тысячи солдат и офицеров 82-й американской воздушно-десантной дивизии, а также бойцов 1-й британской воздушно-десантной бригады, были выброшены вглубь острова.

Парашютисты 101-й воздушно-десантной дивизии союзников приземляются в Нидерландах. Сентябрь 1944 года
Парашютисты 101-й воздушно-десантной дивизии союзников приземляются в Нидерландах. Сентябрь 1944 года
Фото: Wikipedia
Из-за сильного ветра и плохой разведки парашютистов разбросало по всей Сицилии. Некоторые из них, приземляясь, попадали под танковые контратаки немцев, что привело к высоким потерям — то есть тем самым повторилась печальная картина Днепровской операции. Масла в огонь добавили британские флотские зенитчики, которых не предупредили о транспортниках с десантниками, поэтому они 11 июля 1943 года сбили по ошибке 12 самолетов, уничтожив более 300 американцев.

Во время вторжения в Нормандию (операция «Оверлорд») в ночь на 6 июня 1944 года за несколько часов до основного (морского) десанта над французской территорией было выброшено с парашютами и высажено планерами 24,5 тысячи американских, британских, канадских и французских солдат. Десантирование проводилось вместе с боевой техникой, в том числе и с танками. Пользуясь неразберихой во вражеском тылу, десантники собрались в крупные отряды и активно вели диверсионную войну, усиливая хаос и панику среди немцев. На пользу им играло тотальное господство в воздухе союзной авиации, а на море — их кораблей.

Открытие Второго фронта в Европе, как известно, увенчалось полным успехом. Но за это нашим союзникам пришлось заплатить высокую цену. Общее число убитых, попавших в плен и пропавших без вести американских парашютистов, представлявших львиную часть воздушного десанта, составило более восьми тысяч человек.

Неудачный прорыв к Берлину
Строго говоря, ни «Хаски», ни «Оверлорд» нельзя считать самостоятельными воздушно-десантными операциями — военнослужащие ВДВ были лишь их небольшими частями. Этим они существенно отличались от «Маркет гарден» — стратегической операции, проводившейся союзниками с 17 сентября по 25 сентября 1944 года на территории Нидерландов, ставшей крупнейшим провалом для западных парашютистов.

К тому времени немцы отступили к своей границе и заметно усилили сопротивление, вследствие чего наступление американо-британских войск остановилось. Родился крайне дерзкий план — обойти германские укрепления с севера, захватить голландские порты и мосты через ряд рек, в том числе Рейн. Затем предполагалось ворваться в промышленные районы Третьего рейха и закончить войну еще в 1944 году.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
00:01 — 14 августа 2019
Портрет американского солдата вместе с молодой девушкой. Предположительно, Франция, 1945 год.
Воины Дяди Сэма
Чем занимались солдаты США в Европе, пока русские штурмовали Берлин
Амбициозную задачу поручили ВДВ, которые должны были открыть путь своим бронетанковым и пехотным войскам. Силы были собраны внушительные — около 35 тысяч человек. Ключевую роль в этой операции играли британцы. Люфтваффе не смогло помешать высадке одного из крупнейших воздушных десантов в истории. Но, несмотря на захват англичанами и американцами ряда намеченных мостов, немцы быстро оправились от шока и, подтянув танковые соединения, предприняли яростные контратаки.

Завязались тяжелые бои, в которых участвовали и солдаты Курта Штудента. Не получив своевременной помощи от своих наземных войск, парашютисты, которые потеряли почти 18 тысяч солдат и офицеров, были вынуждены отступить. Британский фельдмаршал Бернард Монтгомери впоследствии сетовал, что эта стратегическая неудача лишила Лондон и Вашингтон возможности захватить Берлин.

Кровавый урок не прошел бесследно. На излете войны операция «Варсити» — по захвату мостов через Рейн — готовилась союзниками куда более тщательно. Две недели подряд англо-американская авиация крушила зенитные средства уже значительно ослабевшего к тому времени противника.

Британские десантники в немецком городе Хамминкельне. 25 марта 1945 года
Британские десантники в немецком городе Хамминкельне. 25 марта 1945 года
Фото: Wikipedia
А утром 24 марта 1945 года союзники выбросили на голову ошеломленных нацистов более 17 тысяч десантников вместе с боевыми грузами. Были захвачены пять мостов, и во второй половине дня парашютисты, соединившись с пехотинцами, артиллеристами и танкистами, захватили на правом берегу реки ряд плацдармов. Рейнская воздушно-десантная операция обошлась наступавшим в 53 сбитых самолета и около трех тысяч погибших.

Вторая мировая война продемонстрировала высокую боевую доблесть парашютистов всех стран. Вместе с тем она наглядно показала, что в условиях масштабной войны действия ВДВ необходимо тесно увязывать и координировать с другими родами войск. При этом самих десантников следует тщательно готовить и превосходно оснащать. Ведь никто не отменял для десантников права быть первыми в любом вооруженном конфликте.

МИД РФ снова обделался с «пактом»
 

https://kungurov.livejournal.com/244407.html
Пишет Алексей Кунгуров (kungurov)
2019-08-23 08:00:00 17585

31 мая 2019 г. косорукие мидовские фейкоделы через сливной бачок прикормленного Кремлем фонда «Историческая память», (принадлежит историку-проституту Дюкову), слили в Интернет сканы якобы оригиналов «секретных протоколов» Молотова-Риббентропа. Таким образом они прощупывали реакцию. Видимо, реакция масс-медиа их удовлетворила, и потому 20 августа на выставке «1939 год. Начало Второй мировой войны» они презентовали… (барабанная дробь)… бля, опять сканы! Обещали показать те самые оригиналы, найденные будто бы генералом Волкогоновым в 1992 г. в сверхсекретном архиве ЦК КПСС, и которые все эти годы никто не видел, и вот вам нате – любуйтесь на шедевры фотошопного искусства.

Впрочем, накануне «Российская газета» устами некоей Лены Новоселовой оговорилась прям по Фрейду: «В выставочном зале федеральных архивов открылась экспозиция "1939 год. Начало Второй мировой войны". Она охватывает период с момента прекращения существования Чехословакии в марте 1939 года до нападения Германии на Польшу 1 сентября. Это более 300 документов, почти половина их них – подлинные».

Половина – подлинные. Вторая половина, выходит, подделки? Те девочки, которых набрали работать в главный печатный орган Кремля, все никак не могут допетрить, что подлинными бывают только произведения искусства, а если речь о документах, то надо говорить не о подлиннике, а об оригинале. Дальше Новоселова совсем уж отожгла, назвав «главную архивную тайну ХХ столетия» - секретные протоколы к советско-германскому договору о ненападении – «источником многочисленных фейков». Ну, как бы, да, если положить «секретный протокол» в копировальный аппарат и нажать кнопку COPY, то оригинальный фейк станет источником многочисленных фейков.

Примерно по такой технологии выставочный образец и был изготовлен, в чем легко убедиться даже по фото (см. вверху), сделанным обычным смартфоном. Один добрый человек, зная мой интерес к липовым секретным протоколам, специально сходил на выставку и прислал мне снимки. Смотрим на гвоздь программы – пресловутый «пакт Молотова-Риббентропа» от 23.VIII.39 в полном комплекте, то бишь сам договор и дополнительный секретный протокол. Первый вопрос, который возник у меня, можно сформулировать примерно так: шо за лажа?


Совершенно очевидно, что перед нами не просто копия договора, а копия, снятая весьма халтурно. Во-первых, улетевшая за край листа подпись Риббентропа наводит на предположение, что мы имеем дело с кадрированным изображением. Но самое главное – в другом. В 2009 г. оригинал договора впервые показали по телевидению. Даже скришоты ужатого до безобразия mpeg-видео позволяют понять, что договор отпечатан на формате А3, который был согнут вдвое так, что получился как бы 4-страничный буклет формата А4, и на страницах 1 и 3 отпечатан текст договора. Сделано так было затем, чтобы не сшивать документ. А на выставке мы наблюдаем два отдельных листа А4, то есть речь априори не может идти об оригинале.



Есть и другие признаки копирования. Например, «оригинал», демонстрируемый в выставочном зале на Большой Пироговской имеет артефакты (мелкие кляксы, которые дает грязный барабан цветного копира), которых мы не наблюдаем на скане того же «оригинала», представленного на электронной выставке.



С секретным приложением та же фигня: он состоит из двух отдельных листов без следов сшивки, что уже есть непорядок. Однако это не суть важно. На глаз в любом случае не понять, имеем мы дело с машинописным листом или с цифровым изображением машинописи, отпечатанным на прецизионном струйном принтере. Тут даже лупа не поможет, потому что разрешение в 2800х1400 dpi дает детализацию, рассмотреть которую можно только под микроскопом. Тем более нет смысла разглядывать смартфонные фотки, сделанные через бликующее стекло витрины. Надеюсь, к следующему юбилею МИД выдаст усовершенствованные оригиналы «пакта», возможно, даже доведет их до идеала. И не будет пользоваться убитым цифровым копиром, а использует высокоточный принтер и специальную бумагу. Не экономьте на расходниках, ваяя «главную архивную тайну ХХ столетия»!

Ниже идет текстовая обработка моего интервью YouTube-каналу STATION MARX, который сначала хотел выдать жареную протокольную тему к юбилею, потом, че-то передумал. Но не пропадать же добру? Раз кина не получилось, так читайте, кому интересно

80 лет назад, 23 августа 1939 г. в Москве был подписан советско-германский договор о ненападении, который десятилетия спустя был заменен в историческом сознании масс неким тайным сговором двух диктаторских режимов. Сегодня пропаганда, как государственная, так и либеральная рассказывают нам о некоем пакте Молотова-Риббентропа. Кто-то может сказать: какая разница – пакт, договор, сговор, все же понимают, о чем идет речь.

Нет, разница есть! Девять человек из десяти, кто вообще хоть отдаленно представляет, о чем идет речь, скажет, что пакт Молотова Риббентропа – соглашение между СССР и Германией, согласно которому эти страны поделили между собой сферы влияния в Восточной Европе, что послужило тригером Второй мировой войны.

Теперь давайте прочитаем коротенький текст договора о ненападении от 23 августа 1939 г. и найдем там хоть намек на какой-то дележ территорий. Там ничего подобного нет. Продвинутая публика скажет: «Общеизвестно, что вместе с договором были подписаны секретные протоколы, в котором два диктаторских режима договорились совершить нападение на Польшу и распилить ее пополам. Только после этого Гитлер решился развязать войну 1 сентября 1939 г., которая 3 сентября со вступлением в нее Великобритании и Франции стала всеевропейской, а 5 декабря 1941 г. с момента атаки японцами американской базы Перл-Харбор приобрела характер мировой».

Хорошо, допустим, что подобное соглашение действительно существовало. Давайте найдем убедительные подтверждения тому. Этот вопрос находится в компетенции исторической науки. Соответственно, именно профессиональные историки должны были превратить гипотезу о существовании секретных протоколов в установленный факт. У них для этого было 80 лет. Если до 1991 г. еще можно было ссылаться на то, что коммунистический режим надежно прячет в сверхсекретных архивах доказательства своих преступлений перед человечеством, то теперь эта отговорка не работает.

Вообще-то было бы странным, если бы преступный коммунистический режим, якобы ответственный за развязывание самой кровавой войны в истории человечества, стал бережно хранить в архивах главную улику своей вины. Любой нормальный преступник не будет оставлять следов. Но для исторической науки это не должно быть препятствием в установлении истины. Ведь если преступление совершено, оно оставляет не только прямые улики, но и косвенные. А косвенные улики уничтожить крайне трудно. Например, убийца может надежно спрятать труп. Но он не скроет косвенное доказательство своей вины – данные биллинга сотового оператора покажут, что предполагаемый убийца и его жертва находились в одном месте в одно и то же время непосредственно перед тем, как было совершено злодеяние. Тут уж вопрос компетентности следственных органов – хватит у них профессионализма собрать неопровержимые в комплексе доказательства по делу, или нет.

Любой криминалист скажет, что есть преступления нераскрытые, но идеальных преступлений не бывает – всегда остаются следы, часто такие, о котором преступник даже не догадывается. Так же и профессиональный историк всегда найдет косвенные подтверждения своей гипотезе, если она верна. А если она не верна, то профессионал, проанализировав собранные материалы, придет к выводу, что в действительности события разворачивались как-то иначе. Возникает новая версия, собирается более обширная доказательная база, проводится более тщательный анализ, делаются более близкие к истине выводы.

Следовательно, если вы человек, интересующийся историей своей страны, вам будет очень любопытно прочитать серьезное научное исследование, такой жаркой темы, как как роль СССР в развязывании мировой войны. То есть, если сузить тему, вам должно быть интересно окунуться в тайну секретных протоколов.

И тут мы сталкиваемся с чем-то совершенно необъяснимым. Ни один профессиональный историк не написал книги о секретных протоколах Молотова-Риббентропа. Ни один! Ни в России, ни за рубежом. Да, вскользь упоминают пресловутые протоколы многие, но никто не попытался детально исследовать столь перспективную тему. Вплотную подошла к теме протоколов германская исследовательница Ингеборг Фляйшхауэр (Fleischhauer I. Der Pakt: Hitler, Stalin und die Initiative der deutschen Diplomatie 1938–1939. Berlin, 1990). Но именно вплотную. Она досконально раскапывает предысторию заключения советско-германского договора о ненападении, описывает и миссию Канделаки, и противодействие ей со стороны наркома Литвинова. Но, как только доходит до 23 августа 39-го, то сухо сообщает, что вместе с договором, были подписаны секретные протоколы. И на этом точка, книжке конец.

Никто не пытался защитить диссертацию по протоколам. Почему? Историографическая научная работа может опираться только на источники. В данном случае исследование материальной культура ничего не даст, археологи могут отдохнуть, нам нужны исключительно письменные источники. Вот и давайте пойдем в архивы, куда должен отправиться наш гипотетический исследователь. Боюсь, тут вас постигнет большое разочарование: источниковая база по секретным протоколам НУЛЕВАЯ. Вы не сможете увидеть ни сами секретные протоколы, ни документы, в которых бы советские и германские дипломаты цитировали их.

Зато вы обнаружите массу документов, в которых обе стороны ссылаются на некие договоренности по сферам своих интересов (не о конкретном разделе сфер интересов, а именно на договоренности признавать и уважать заявленные интересы друг друга и мирно разрешать возникшие споры). Можно ли отождествить эти договоренности по сферам интересов с известным нам текстом секретных протоколов? Нет. Там речь идет совершенно о другом. И чем больше мы подобных косвенных упоминаний о негласных договоренностях обнаружим – тем с большей уверенностью можно говорить о том, что та филькина грамота, которую пропаганда выдает за «секретные протоколы», подписанные Молотовым и Риббентропом – фейк. Причем фейк туповатый, рассчитанный на самую невзыскательную публику.

Возможно, вы удивитесь. Ведь таким же «общеизвестным» фактом, как и то, что протоколы были, является то, что они давно опубликованы и на Западе, и в СССР, и в РФ, введены в научный оборот, и потому нет никакой нужды реконструировать содержание документа, в существовании которого сомневаться не приходится. Я вам чисто по-еврейски отвечу вопросом на вопрос: где и когда была осуществлена научная публикация указанного документа, чтобы считать его существование установленным фактом? Упс, тут верующие в существование протоколов сразу скисают, уходят в несознанку, начинают истерить, переходить на личности или ссылаться на некую «общеизвестность», «доказанность», объявлять саму постановку вопроса происками маргинальной коспирологии и фричеством.

А ведь это элементарный вопрос, ответ на который тоже дается элементарно. Так называемые «секретные протоколы» Молотова-Риббентропа (это целый документальный комплекс, а не два листочка текста) нигде, никогда и никем не вводились в научный оборот. Исключительно по этой причине профессиональные историки не проявляют ни малейшего интереса к теме секретных протоколов. Это же люди, руководствующиеся рациональными соображениями. Если они что-то пишут, то исключительно для того, чтобы это опубликовать в научном издании, получить за это гонорар, получить плюс в карму, повысить градус своей научной значимости, сделать карьеру, оправдать полученную зарплату и т. д. есть конечный продукт научной работы историка – научная публикация. Научная публикация должна опираться на научный аппарат – полное описание источниковой базы. А в деле о секретных протоколах эта источниковая база отсутствует – нет ни архивных документов, где бы упоминались, цитировались или интерпретировались «секретные протоколы», ни сами протоколы никогда не вводились в научный оборот. Если же невозможно написать монографию, снабдив ее соответствующим научным аппаратом, такая тема профессионального историка не интересует принципиально.

Да, публиковались тексты «секретных протоколов» миллионы раз, начиная с весны 1946 г, однако профессиональный историк не может ссылаться ни на литовскую эмигрантскую газетку, выходящую в Канаде, ни на анонимную интернет-помойку. Историку нужна именно научная публикация. А научная публикация может быть осуществлена только со ссылкой на проверяемый источник. Но на Западе нет ни одного журнала, альманаха, сборника документов, где бы текст секретных протоколов публиковался со ссылкой на источник, да еще проверяемый.

Впервые «секретный протокол» от 23 августа 1939 г. в виде фотокопий всплыл на Нюрнбергском процессе в марте 1946 г. Их зачем-то пытался приобщить к материалам дела адвокат Рудольфа Гесса Альфред Зайдль, хотя к Гессу это не имело ни малейшего отношения. Судья Лоуренс потребовал объяснить происхождение документа. Зайдль что-то промямлил про незнакомца, который ему их дал и быстро скрылся. Разумеется, суд отказал в приобщении к материалам дела непонятной фотокопии неизвестного происхождения. Однако Зайдль с маниакальным упорством пытался огласить текст протокола и даже допрашивал свидетелей, которые якобы видели своими глазами оригинал. Логическое объяснение этому бессмысленному с юридической точки зрения танцу с бубнами только одно – молодой адвокат пытался добиться внимания прессы. Несмотря на то, что судебный процесс освещали сотни мировых СМИ, никого эпатажная выходка Зайдля не заинтересовала.

Второе явление миру «секретных протоколов» произошло в мае того же года в американской газете «Сент-Луис пост диспетч» (St. Louis Post-Dispatch). Разумеется, публикация в провинциальной американской газетке осталась незамеченной и никакого резонанса не имело. Через два года Госдепартаментом США был выпущен скандально известный сборник Нацистко-советские отношения 1939-1941 (Nazi-Soviet Relations 1939–1941. Washington, 1948), в котором и оказались опубликованы тексты всех известных нам «секретных протоколов» и другие дипломатические документы, касающиеся отношений двух стран. Публикация была сделана якобы по трофейным немецким документам, попавшим в руки союзников в 1945 г, изучением которых они занимались в Лондоне.

Могут ли историки ссылаться на эту публикацию? Нет. Во-первых, все тексты были опубликованы анонимно, в переводе на английский и без ссылки на источник. Во-вторых… Собственно, первого уже достаточно, чтобы навсегда исключить чисто пропагандистское издание времен Холодной войны из числа источников, заслуживающих доверия. Напомню, что для научной публикации документа требуется указать ПРОВЕРЯЕМЫЙ источник. Именно поэтому ни в каких научных исследованиях на Западе, посвященных Второй мировой войне, ссылок на «секретные протоколы» Молотова-Риббентропа вы не найдете.

Впрочем, для пропагандистских целей ничего подобного не требовалось. Вброшенные Госдепом в пропагандистский оборот материалы в годы Холодной войны особо не пригодились, серьезно к ним относились только в польско-прибалтийских эмигрантских кругах. На русском языке американский сборник выпущен в США в 1983 г. литовским эмигрантским издательством «Moksvo» под названием «СССР – Германия. 1939–1941. Документы и материалы о советско-германских отношениях с апреля 1939 г. по июль 1941 г.» (в качестве переводчика выступил известный беглый антисоветчик, «историк» Фельштинский).

Кстати, именно с легкой руки Госдепа договор о ненападении превратился в пакт, которым он никогда не являлся. Поскольку изначально текст «секретного протокола» от 23 августа 1939 г., скорее всего был составлен на английском языке, его автор в преамбуле указал, что он является приложением к Non-aggression Pact. А когда его перекладывали на русский для изготовления фотокопий, переводчик добросовестно отнесся к работе и правильно указал название ключевого документа – договор о ненападении. Однако при подготовке издания «Нацистко-советские отношения 1939-1941» американцы прокололись – видать, использовали исходник на английском, где речь идет о пакте, а не русский «оригинал», изготовленный на его основе.

В дальнейшем же Фельштинский делал обратный перевод на русский с английского текста из госдеповского сборника и потому Non-aggression Pact перевел как «пакт о ненападении», врезультате чего слово «пакт» накрепко приклеилось к «секретному протоколу» им. Молотова-Риббентропа. С тех пор словосочетание «пакт Молотова-Риббентропа» стало расхожим пропагандистским штампом. Если вы встретите его в «серьезной литературе», можете быть уверены – перед вами шлак. Совершенно не понятно, что имеют в виду авторы под пактом – то ли договор о ненападении, то ли секретные протоколы, то ли все это в комплексе. В итоге кто как хочет – тот так и трактует.

Наконец, для «секретных протоколов» пробил золотой час. Миф стал достоянием широкой общественности в 1989 г., когда в Вильнюсе в издательстве «Mokslas» 100-тысячным тиражом была выпущена книжка «Документы и материалы о советско-германских отношениях с апреля по октябрь 1939 г.», являющаяся выжимкой из упомянутого выше госдеповского сборника в переводе Фельштинского. В данном издании присутствует предисловие на русском и литовском языке, подписанное директором Института истории партии при ЦК Компартии Литвы В. Кашаускене и заместителем директора Института истории АН Литовской ССР А. Эйдинтасом. В 1991 г. в издательстве «Московский рабочий» вышла та же самая книга под названием «Оглашению подлежит: СССР-Германия. 1939–1941. Документы и материалы».

Разумеется, ни одна из упомянутых брошюрок не может быть отнесена к категории «официальный сборник документов». Это всего лишь русский перевод с английского перевода без малейшего намека на первоисточник. Этим и объясняется то, что за границей «секретным протоколам» не посвящено ни одной научной книги – тупо отсутствует объект изучения. Не может же серьезный исследователь ссылаться на анонимное госдеповское пропагандистское издание?

Собственно, до 1986 г. вопрос о «секретных протоколах» был глубоко маргинальным и никакого политического, а тем более, научного значения не имел. Все изменилось с началом в СССР Перестройки. Не случайно именно в этот год был впервые 23 августа широко отмечен День черной ленты в память о демоническом пакте Молотова – Риббентропа. Вот перечень основных мест манифестаций: Нью-Йорк, Стокгольм, Лондон, Торонто, Сиэтл, Перт (Австралия). Всего акции в День черной ленты прошли в 21 зарубежном городе. Думаю, не стоит объяснять, что, когда по всему миру в один и тот же день проходят массовые манифестации в знак солидарности с маленькими балтийскими народами, томящимися под гнетом советской оккупации, стихийностью и случайностью это никак объяснить невозможно. Отчего-то 46 лет западная общественность совершенно не переживала по поводу свободы Балтии, и вдруг…

Именно в прибалтийских республиках сильнее всего проявляются сепаратистские тенденции. Борцам за независимость нужна идеологическая база, и роль ее сыграли мифические «секретные протоколы». Первая публичная презентация «секретных протоколов» состоялась в Риге 2 июня 1988 г. на пленуме творческих союзов Латвии, где с незаявленным докладом о страшном злодеянии сталинского режима выступил придворный диссидент, коммунист с 40-летним стажем Маврик Вульфсон. Через день (будем считать это совпадением) в Литовской ССР под крылом КПСС, с благословения Политбюро ЦК и личном участии «архитетора перестройки Александра Яковлева создается движение за Перестройку «Саюдис» – самая мощная сепаратистская организация в Прибалтике, в дальнейшем приросшая боевой организацией. Упомянутая выше первая в СССР брошюрка, где опубликованы тексты «секретных протоколов» выпущена издательством, принадлежавшим ЦК компартии Литвы. Парадокс, но именно в Литве, которая была хоть и пассивным, но все же бенефициаром раздела Польши в 1939 г., яростнее всего осуждался сговор между двумя тоталитарными империями, этот раздел осуществившими. (Продолжение).

Почему пропаганда всегда побеждает науку
 

https://kungurov.livejournal.com/244760.html
Пишет Алексей Кунгуров (kungurov)
2019-08-26 15:02:00 18215

Начало здесь. Парадокс, но именно в Литве, которая была хоть и пассивным, но все же бенефициаром раздела Польши в 1939 г., в Перестройку яростнее всего осуждался сговор между двумя тоталитарными империями, этот раздел осуществившими. В считанные месяцы население Литвы, Латвии и Эстонии, не подозревавшее о существовании «пакта Молотова-Риббентропа» свято уверовало в то, что их страны в 1939 г. стали жертвами чудовищного сговора. Поэтому долг всякого сознательного литовца (латыша, эстонца) бороться за независимость. Существование «секретных протоколов» становится объектом фанатичной веры для прибалтов и «демократической общественности» во всем Советском Союзе. Вера не требует никаких доказательств. Верующим нужно лишь ПРИЗНАНИЕ их правоты.

Вот тут мы и подходим к ключевому моменту – переходу уже почти позабытого к середине 80-х мифа, опирающегося на единственный (!) анонимный антисоветский вброс, сделанный Госдепом США в период разгара Холодной войны, в разряд общепризнанного, общеизвестного факта. Не доказанного, не подтвержденного, а именно общеизвестного и официально признаваемого.

История – продажная девка, обслуживающая интересы власти, и профессиональный историк, то есть историк на зарплате, всегда руководствуется политической конъюнктурой (генеральной линией партии, как говорили в советское время), а вовсе не жаждой познания. Во второй половине 80-х генеральную линию партии определял академик Яковлев Александр Николаевич, прораб Перестройки, серый кардинал Горбачева, американский шпион – каких только ярлыков на него не навешали. Ну, прямо скажем, академиком он был примерно такого же пошиба, каким сейчас является Рамзан Кадыров. Но в те годы звание «академик» вызывало у простого человека благоговейный трепет. Все, что исходит от академика, являлось истиной в последней инстанции. Тем более, если это прогрессивный и демократический академик, учившийся в Колумбийском университете в США.

Как упомянуто выше, Яковлев, курировавший в Политбюро прибалтийские республики, лично участвовал в создании и раскрутке сепаратистских движений, он же занимался продвижением на выборах делегатов Съезда народных депутатов СССР. Так что ничего удивительного, что в главный союзный советский орган от Литвы, Латвии и Эстонии были избраны агрессивные антисоветчики и сепаратисты, включая упомянутого Маврика Вульфсона – первозвестника «секретных протоколов» в СССР. Так же не стоит удивляться тому, что в 1989 г. прибалты стали яростно требовать от Москвы признания и осуждения «сговора» между Сталиным и Гитлером, жертвами которого стали белые и пушистые прибалтийские «демократии». Я не шучу, диктаторские режимы в балтийских лимитрофах (наиболее фашистским он был в Латвии) совершенно серьезно стали именовать демократическими.

Казалось бы, какое значение весной 1989 г. имеют эти чисто историграфические споры о событиях 50-летней давности? В тот момент этот вопрос внезапно приобрел колоссальное политическое значение. На 23 августа в прибалтийских республиках была запланирована колоссальная манифестация в знак протеста против «сговора» между коммунистическим СССР и нацистской Германией, в результате которого эти страны потеряли независимость. Естественным и однозначным требованием протестующих должно было стать требование восстановления государственного суверенитета. Акция Балтийский путь действительно состоялась, она стала самой массовой демонстрацией в истории человечества, занесенной в книгу рекордов Гинесса – около двух миллионов человек выстроились живой цепью от Вильнюса до Таллинна. Поскольку в мероприятии приняло участие до 25% населения трех республик, разумеется, предприятия в этот день бастовали.

Но к сожалению для депутатов-сепаратистов перетянуть на свою сторону съездовское большинство пламенными речами с трибуны им не удалось. В мае было принято решение лишь о создании комиссии, которая изучит вопрос, доложит Съезду итоги своих изысканий и предложит проект резолюции. Я, думаю, вы совсем не удивитесь, если узнаете, что состояла эта комиссия исключительно из прибалтов-сепартистов и нескольких сочувствующих им демократов-антисоветчиков, а возглавил ее сам академик Яковлев.

Я максимально досконально исследовал результаты работы этой комиссии и установил, что никакой работы она не осуществляла вообще. Подробности изложены в моей книге Пакт Молотова-Риббентропа. Тайна секретных протоколов, утомлять ими не буду. Как позднее признавали сами члены комиссии, даже итоговый доклад Яковлева о якобы проделанной работе был для них секретом, они не имели к нему ни малейшего отношения. Поэтому Александр Николаевич выступил как бы не с докладом комиссии, существовавшей лишь формально, а с неким «личным докладом». Не буду пересказывать его бредовую суть. Главный аргумент в пользу существования «секретных протоколов» был следующим: сами протоколы, дескать, не обнаружены ни в советских, ни в зарубежных архивах, однако, поскольку дальнейший ход истории развивался строго в соответствии с протоколами, значит они существовали, а потому следует их немедленно осудить за отход от ленинских принципов внешней политики.

Логика просто потрясающая! Поставьте себя на место фальсификатора. Вам нужно состряпать задним числом документ, который выглядел бы правдоподобно. Что вы сделаете? Верно, опишете в нем свершившиеся события, после чего объявите неоспоримым доказательством подлинности этого артефакта, что последующая история человечества шла ровно по предписанному сценарию. В общем, невразумительный доклад Яковлева Съезд не убедил. Более того, многие депутаты, которые впервые в жизни услыхали про какой-то сговор между СССР и Германией, начали задавать крайне неудобные вопросы о непонятных криминалистическких и графологических (!!!) экспертизах, якобы проведенных по поручению комиссии: мол, что вы там исследовали в лаборатории, если протоколы не обнаружены? Голосование проходит не в пользу Яковлева, Съезд отклоняет предложенный им проект постановления, осуждающего сговор. Казалось бы, сепаратисты потерпели полное поражение. Не тут-то было!

Яковлев добивается повторного голосования(!) по вопросу и на следующий день делает новый доклад, предоставив обнаруженные за ночь новые «доказательства» существования «секретных протоколов» - некую «служебную записку» Смирнова-Подцероба, якобы обнаруженную в МИДовском архиве, где речь идет о передаче в марте 1946 г. от одного помощника Молотова другому помощнику Молотова комплекта документов, в котором упомянуты подлинники «секретных протоколов». Я не сочиняю, именно слово и было употреблено много раз – «подлинники». Как будто в архиве министра могут храниться подделки. Судя по всему, авторы этого фейка не понимают основ делопроизводства, не знают, что в документообороте участвуют только оригиналы документов и заверенные копии. Вот и родили такой перл с «подлинниками». Но Съезд поверил Яковлеву (попробуй не поверь уважаемому академику!) и на основании сенсационной «записки» признал сговор фактом и проголосовал за осуждающее его постановление. Именно так состоялось политическое признание существования «секретных протоколов».

Эпохальная записка Смирнова-Подцероба оказалась на поверку очень грубо сляпанной фальшивкой. Скорее всего, сам Яковлев ее ночью и сочинил. По сию пору никто ее не видел, и даже самые упоротые пропагандисты «секретных протоколов» ее не упоминают в качестве аргумента своей правоты. Как-то неудобно им упоминать «записку», датированную апрелем 1946 г. (даже без числа!!!), где упоминаются «секретные протоколы» от 23 августа 1939 г. и 14 не относящихся к делу документов, а через три дня газета «Известия» публикует репродукцию «служебной записки», и вдруг оказывается, что это не записка, а «акт», и в нем уже помимо «секретного протокола» возникли восемь документов, прямо относящихся к делу. Я насчитал более десятка признаков фальсификации яковлевской «служебной записки». Но это значения не имеет. Достаточно констатации того, что этот документ не существует.

Кстати, в дальнейшем историки на зарплате забыли о громкой яковлевской сенсации и стали датировать передачу документов из секретариата Молотова октябрем 1952 г. Таким образом яковлевскую поделку явочным порядком признает фальшивой даже официальная, так сказать, наука. Просто теперь историки старательно обходят стороной мутную съездовскую эпопею и даже имя Яковлева стараются, по возможности, не упоминать. Правда, тупят они ничуть не меньше Яковлева. В октябре 1952 г. Молотов уже 3,5 года как был снят с поста министра, выведен из состава правительства и Политбюро и занимал совершенно номинальную должность руководителя Бюро Совета министров СССР по металлургии и геологии. В реальности передача дел и бумаг могла проходить исключительно в 1949 г.

Тем не менее, именно Съезд народных депутатов внес главный вклад в утверждение мифа о секретных протоколах. Это было первое и ЕДИНСТВЕННОЕ на сей день официальное политическое решение, признающее существование «секретных протоколов» и осуждающее их. Да, сегодня дата 23 августа в ЕС и прибалтийских странах официально объявлена памятным Днем «черной ленты». В Литве эту дату уже без всякого стеснения 10 лет назад переименовали в День памяти жертв сталинизма и нацизма. Но основания у европейцев железобетонные: мол, вы, русские, сами официально признали и осудили нацистско-советский сговор и раздел Европы. Так что к ним, действительно, претензий у меня нет.

Итак, политическое решение, необходимое сепаратистам, было принято в декабре 1989 г. В январе 1990 г. состоялась кровавая бойня у Вильнюсской телебашни, когда Москва силами армии пыталась подавить сторонников независимости Литвы. Кстати, как выяснилось через много лет, святые жертвы русской военщины на самом деле оказались убитыми боевиками «Саюдиса», но истина никого не интересовала тогда, не интересует она общественность и сегодня. В итоге 11 марта 1990 г. Верховный Совет Литовской ССР во главе с сексотом КГБ Витаутасом Ландсбергисом (на Съезде нардепов СССР он яростно драл глотку, убеждая признать и осудить «сговор») провозгласил независимость Литвы. Литва стала первой из союзных республик, объявившей независимость. Вскоре к ней присоединились Латвия, Эстония, Молдавия, Грузия. Де факто в 1991 г., когда в оставшейся части СССР проходил референдум о самосохранении, Советский Союз в своем прежнем виде уже не существовал, потеряв пять республик. На начальном этапе распада Союза «секретные протоколы» сыграли колоссальную роль – это был мощный идеологический таран, пробивший в днище советского государства первую брешь. Даже три бреши, если уж быть совсем точным.

Однако на фальсификаторах шапка, что называется, горела. Поэтому в 1990-1992 гг. (даже после распада СССР!) историки на зарплате пытались любыми способами подятнуть под политическое решение о существовании «секретных протоколов» неопровержимую документальную базу. Возникла в этом и чисто утилитарная нужда. «Демократы» планировали провести судебный процесс о запрете коммунистической партии, и им нужны были исторические аргументы, свидетельствующие о преступном, людоедском характере коммунистической идеологии. Абсолютно все мероприятия по легализации «протоколов» связаны с именем академика Яковлева. В эти годы состоялся вброс в «научный оборот» через журналы и сборники документов неких чудом сохранившихся машинописных копий «секретных протоколов», обнаруженных, почему-то в несекретных (!) фондах архива МИД. Логика махинаторов была проста: раз есть копии в архиве – значит были и оригиналы.

Смешно, но «машинописные копии» действительно существовали. Только это были не копии с оригиналов, о чем деликатно умалчивают фейкоделы, а перевод документов из госдеповского сборника 1948 г, выполненный ТАСС в том же году. Известно, что с содержанием книжицы ознакомились Молотов и Сталин. Был даже предпринят ответный идеологический удар – Совинформбюро выпустило сборник Фальсификаторы истории, в котором показывалось, что именно западные демократии последовательно, с самого прихода Гитлера к власти развязывали мировую войну (политика умиротворения Гитлера, Мюнхенский сговор и т.д.). Есть предположение, что гневное предисловие к сборнику написал лично Сталин.


И вот эти самые машинописные листы ТАССовского перевода госдеповской брошюры, хранящиеся в несекретном фонде (а смысл было засекречивать?) были в 1991 г. объявлены копиями с оригинала на их основе на следующий год опубликованы в официальном сборнике Документы внешней политики СССР. Том XXII. Вроде бы, формально историки теперь могут считать «секретные протоколы» существующими. Но ссылаться на публикацию «машинописных копий» в научной статье или монографии, мягко говоря, несолидно. Поэтому пришлось фальсификаторам изобретать «оригинал», который чудесным образом был обретен в октябре 1992 г. якобы в сверхсекретном архиве ЦК КПСС в закрытом конверте №34. Казалось бы, такая сенсационная находка должна быть немедленно выставлена на всеобщее обозрение. Но…

Тут начинают происходить такие чудеса, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Опубликованы сенсационные находки были в солидных журналах «Новая и новейшая история» и «Вопросы истории» в 1993 г., а рассекречены… только в 1995 г. При этом Яковлев в своих мемуарах запустил фейк о том, что представил сенсационную находку (еще не рассекреченную!) на некоей пресс-конференции в октябре 1992 г. по личной просьбе Ельцина. В дальнейшем версию о пресс-конференции были вынуждены публично поддерживать и те, кто в ней якобы участвовал, например, глава Росархива Рудольф Пихоя. Логично предположить, что если была пресс-конференция, то на ней присутствовала пресса. И столь громкая сенсация должна была стать новостью №1 в ближайших выпусках газет. Попробуйте прийти в библиотеку, взять подшивки газет за 29-31 октября 1992 г. и обнаружить хотя бы упоминание об этой пресс-конференции.



Опять акцентрую внимание читателя, что научная публикация документа осуществляется со ссылкой на ПРОВЕРЯЕМЫЙ источник. Публикаторы в журналах дали ссылку на фонды Архива президента РФ. Но за 27 лет ни одному исследователю не удалось получить доступ к оригиналам «секретных протоколов», хотя пытались это сделать очень многие, в том числе и я. Более того, доступ к рассекреченному и опубликованному документу был закрыт даже для депутатов Госдумы, которым он был необходим для работы над договором с Литвой. То есть оригиналы как бы есть. Но их до сих пор никто не видел. Даже на выставке «1939 год. Начало Второй мировой войны» почему-то выставлены цветные копии, сделанные непонятно с чего.

31 мая 2019 г. был сделан очередной вброс – впервые были предъявлены цветные репродукции оригиналов «секретного протокола». Вопрос: а почему публикация не была осуществлена официально, так как принято в цивилизованном мире: в официальном издании со ссылкой на проверяемый источник? А потому, что в 1993 г. с публикацией в журналах фейкометчики лоханулись – указали ссылку на существующий архив, и потом десятилетиями вынуждены были изобретать основания для того, чтобы отказывать многочисленным исследователям в доступе к документам. Теперь же в эпоху интернета для пропагандистского вброса используются так называемые сливные бачки. Один из таких сливных бачков – Фонд «Историческая память», возглавляемый Александром Дюковым, который давно находится на зарплате у Кремля и готов за деньги отработать любой заказ. Вот, например, однажды он сочинил умопомрачительную историю о том, что за терактом на Дубровке в 2002 г. стояли западные спецслужбы.

Сегодня тот же Дюков вбрасывает в массы новые шедевры фотошопного искусства. Как вы понимаете, задавать ему вопросы об источнике бессмысленно – он ссылается на другой сливной бачок – чисто виртуальный Институт внешнеполитических исследований и инициатив, который не имеет ни сотрудников, ни даже физического адреса, однако от его имени непонятно на какие деньги выпущен сборник Антигитлеровская коалиция 1939: формула провала. Возглавляет этот, прости господи, институт телеведущая Вероника Крашенникова, подрабатывающая штатным «экспертом» на соловьевских ток-шоу. Вот для придания ей солидного статуса и был сочинен этот институт. В крашенинниковском сборнике эти самые «оригиналы» и были опубликованы, но без малейшего намека на источник. Сам же Дюков отчего-то утверждает, что документы предоставлены историко-документальным департаментом МИД. Это классическая уловка фальсификаторов, когда один мошенник ссылается на другого.

Факт публикации чего-то там есть? Есть. Следовательно, можно говорить о самом факте публикации. Поэтому телеведущие могут высокомерно ухмыляться и заявлять: «Секретные протоколы давно опубликованы, отрицать их существование могут только конспирологи». Я, кстати, никогда не отрицал, что «секретные протоколы» есть, а лишь приводил множество признаков их фальсификации в период 1989-2019 гг. Вопрос не в том, есть они или нет, а в том, чем они являются. Я привел десятки доказательств их подложности, неоднократно уличил историков, причастных к их легализации, в махинациях и лжи. Хотелось бы услышать какие-то объяснения. Вместо этого пропагандисты, ходят по одному и тому же кругу, на любой мой неудобный вопрос по-еврейски отвечая встречным вопросом: «Как ты можешь сомневаться в том, что протоколы существуют, если на выставки показали их цветные копии?». Я не сомневаюсь, что вы способны сделать цветные картинки. Но объясните, как вы умудрились сделать ксерокопию секретных протоколов в 1949 г., когда в СССР не было ни одного копировального аппарата XEROX, да еще заверить ее рукой Молотова? Мало предъявить картинки, надо доказать то, что это настоящие документы. Этих доказательств, однако нет, а то, что пытаются выставить в качестве таковых, лишь доказывает подлог.

Что любопытно, это уже не первый вброс «оригиналов» от имени внешнеполитического министерства РФ. Предыдущая попытка была предпринята через прокремлевского историка Алексея Исаева в 2012 г. и тоже со ссылкой на МИД. Будете смеяться, но оригинал-2012 сильно отличается от оригинала образа 2019 г. Причем на несуразность исаевского вброса я в публичной дискуссии ему указал. В этот раз были учтены и исправлены именно те, указанные мною недоработки.

Можно еще долго приводить многочисленные свидетельства грубой фальсификкации документов, прямо или косвенно относящихся к делу о «секретных протоколах». Но я сегодня сознательно сужаю вопрос, пытаясь объяснить, почему во всем мире до сего дня нет ни одного научного исследования, посвященного скандальным «секретным протоколам». Их и не будет. Потому что ученый-исследователь не может ссылаться ни на публикацию «машинописных копий», ни на фейковую яковлевскую пресс-конференцию, ни на дюковско-исаевские интернет-сливы. Источниковая база нулевая.

Но, собственно, именно в этом и заключается задача фальсификаторов. Если историки этот вопрос не исследуют, они предоставляют возможность пропаганде врать что угодно и как угодно, не боясь разоблачений. Ведь закон пропаганды таков: кто громче орет – тот перекрикивает всех других – тот, следовательно, и прав. Доходит до полнейшего идиотизма. Например, в 2009 г. руководитель музейного центра МИД Юрий Хильчевский заявил, что ему о «секретных протоколах» поведал живой к тому времени участник (!) исторического сговора Владимир Ерофеев. Ни его, ни журналиста «Российской газеты Владислава Воробьева не смутило то, что Ерофеев поступил на службу в МИД только в 1941 г., а в августе 1939 г. ему было 18 лет и он учился на втором курсе филфака Ленинградского госуниверситета.

Сейчас наблюдается любопытный феномен интернет-пропаганды. Люди не будут читать толстые книжки, чтоб разобраться в каком-то вопросе. Зато они с охотой посмотрят ролик на YouTube, где какой-нибудь балабол разложит им все по полочкам за полчаса. Он будет нести голимую чушь, бред и словесный понос, но, если он испражняется с умным и уверенным выражением лица, ему будут верить. Вера – вот с чем совершенно невозможно спорить. Вчера чисто ради любопытства вбил в поисковой строке YouTube запрос «секретные протоколы» и в выдаче увидел просто гигантское количество пропагандистского шлака.

Я, например, узнал про существование историка Егора Яковлева, который сообщил сенсацию: оказывается, оригинал «секретных протоколов» был обнаружен еще в советское время комиссией академика Яковлева, а писатель-конспиролог Алексей Кунгуров все врет (смотреть с 11:50). Вот если бы этот однофамилец прораба перестройки удосужился пролистать мою книжку, он имел шанс прочесть знаменитый доклад Яковлева на Съезде (я его полностью цитирую, как и стенограмму прений по этому докладу), где академик прямо заявляет: оригинал «секретных протоколов» не обнаружен. Ну и далее Егорка несет просто совершенно феерический бред: дескать, оригиналы «секретных протоколов» найдены академиком Яковлевым, но доступ профессиональных историков к ним закрыт, и поэтому их никто не видел, но в их существовании «профессиональный историк» не сомневается.

У кого больше шансов сформировать общественное мнение? У меня, два года писавшего исследование, точнее, расследование о фальсификации «секретных протоколов» объемом в несколько сотен страниц, или у балаболки Яковлева, который несет пургу в качестве «эксперта» на популярных ютуб-каналах? Вопрос риторический. Пропаганда на три порядка превосходит науку в убедительности, а слепая вера неуязвима перед доводами обоснованной критики. Только смена политического режима изменит вектор пропаганды (и далеко не факт, что пропагандируемый канон будет ближе к истине). Пока же археология реальности является уделом маргиналов.

22 "медовых месяца": Сталин и Гитлер - от пакта до войны
 

https://volnodum.livejournal.com/3276481.html

2019-08-23 17:35:00

23 августа исполняется 80 лет со дня подписания "пакта Молотова-Риббентропа". Гитлеровская Германия и сталинский Советский Союз стали союзниками на 22 миролюбивых месяца.

Гаус, Сталин, Риббентроп, Молотов после подписания пакта
Гаус, Сталин, Риббентроп, Молотов после подписания пакта

23 августа исполняется 80 лет со дня подписания "пакта Молотова-Риббентропа" с его секретным протоколом о разделе Польши и разграничении сфер интересов между СССР и "третьим рейхом" в случае "территориально-политического переустройства" балтийских государств. Гитлеровская Германия и сталинский Советский Союз стали союзниками на 22 месяца.

"Миролюбивые" диктаторы

Договор этот, как и подписанный 28 сентября между Советским Союзом и нацистской Германией "Договор о дружбе и границе", стали полной неожиданностью для всего мира, включая население СССР и "третьего рейха". Но Сталин и Гитлер (Adolf Hitler) готовились к нему фактически еще с 1938 года. Особенно торопился Гитлер: военную кампанию против Польши он хотел начать до осенних дождей и зимних холодов, а рисковать возможной войной на два фронта не хотел.

Диктаторы явно симпатизировали друг другу. После подписания пакта Сталин поднял в Москве тост за здоровье "фюрера", а его нарком по иностранным делам Вячеслав Молотов на сессии Верховного Совета говорил о "миролюбии Гитлера" и назвал войну западных союзников против гитлеризма "бессмысленной и преступной". Позже он поехал в Берлин, где был сердечно принят Гитлером, Герингом (Hermann Göring) и Гессом (Rudolf Heß).

Карта к секретному протоколу с подписями Сталина и Риббентропа
Карта к секретному протоколу с подписями Сталина и Риббентропа

Договор, как рассказывает, в частности в своей книге "Сталин - Гитлер: от пакта до войны" российский военный историк Юрий Басистов, был выгоден обоим режимам не только с политической, но и с экономической точки зрения. Меньше, чем за два года (с конца августа 1939 года до 22 июня 1941 года, когда Гитлер напал на СССР) Советский Союз поставил нацистской Германии 1 миллион тонн нефтепродуктов, 1,6 тонн зерна, никель, марганцевую и хромовую руду, фосфаты, лесоматериалы, другие материалы.

В ответ СССР получил от "третьего рейха" военные самолеты, бомбардировочные прицелы, комплекты фугасных и осколочно-фугасных бомб, радиостанции, орудийные корабельные башни, пушки, различное промышленное оборудование и даже целый крейсер "Лютцов" (правда, не полностью укомплектованный). Кроме того, Советский Союз получил кредит в 200 миллионов рейхсмарок.

Спустя всего неделю после заключения "пакта Гитлера-Сталина", как его принято называть в ФРГ, нападением Германии на Польшу началась Вторая мировая война, а еще через две недели и советские войска вступили на польскую территорию. Победоносная кампания завершилась "братанием" частей вермахта и Красной армии и совместным парадом в Бресте-на-Буге. На трибуне комбриг Кривошеин стоял рядом с генералом Гудерианом (Heinz Wilhelm Guderian), танковый корпус которого всего через два года почти дойдет до Москвы.

Польша побеждена. У Гудериана и Кривошеина - прекрасное настроение
Польша побеждена. У Гудериана и Кривошеина - прекрасное настроение

Еще до прилета министра иностранных дел "третьего рейха" Иоахима фон Риббентропа (Joachim von Ribbentrop) в Москву в августе 1939 года был снят с поста наркома по иностранным делам СССР сторонник союза с западными демократическими странами и еврей по происхождению Максим Литвинов. Это был явный шаг навстречу "третьему рейху". В течение 22 "медовых месяцев" двух диктаторов в советской печати прекратились любые нападки на нацистов и исчезли карикатуры на их вождей. С экранов кинотеатров были сняты такие известные антифашистские фильмы, как "Профессор Мамлок" и "Семья Оппенгейм" (по роману Фейхтвангера), из театральных репертуаров исчезли все спектакли антифашистского содержания.

НКВД обменивается с гестапо

Еще одно странное "партнерство" существовало между НКВД и гестапо. По секретному соглашению, гитлеровской Германии предполагалось передать бывших граждан Германии и Австрии, которые находились на территории СССР и боролись против Гитлера. Несколько десятков антифашистов действительно были переданы в руки гестапо. Большинство из них погибло.

Контекст
Виктор Ерофеев: Как Гитлер и Сталин расширяли "жизненное пространство"
80 лет назад был подписан так называемый пакт Молотова-Риббентропа. Поклонники Сталина считают его гениальным ходом вождя. Вот как оценивает этот договор писатель Виктор Ерофеев. (23.08.2019)

Секретный протокол к пакту Молотова - Риббентропа: почему сенсации не случилось
Комментарий: Пакт Молотова - Риббентропа - факт, признанный Москвой
Известную немецкую коммунистку Маргарете Бубер–Нойман (Margarete Buber-Neumann), эмигрировавшую в середине 30-х годов в СССР и в 1937 году отправленную в карагандинские лагеря, вдруг препроводили под конвоем в вагон с зарешеченными купе, выдали консервы, хлеб, масло (небывалая роскошь по тем временам для заключенных), сигареты и повезли на Запад. Высадили в Бресте, где сдали с рук на руки эсэсовцам. Те отправили Маргарете Бубер-Нойман в Люблинскую тюрьму, а потом в концлагерь Равенсбрюк. Она выжила лишь чудом.

Советские историки и государственные деятели замалчивали все эти факты. Вплоть до конца 1980-х годов отрицалось наличие секретного протокола о разделе Польши и Прибалтики. Молотов, умерший в 1986 году, также до конца жизни не признавался в том, что протокол(который он сам же подписал) существовал. Даже сегодня некоторые российские историки продолжают отстаивать сталинскую точку зрения, что пакт 1939 года носил "миролюбивый характер". На самом деле именно он дал толчок к началу Второй мировой войны, унесшей жизни миллионов людей.

https://www.dw.com/ru/22-%D0%BC%D0%B...5exd7KFIoJgYLg

Нереализованное превосходство
 

https://nvo.ng.ru/history/2007-06-22/6_tanks.html
22.06.2007 00:00:00

Автор: полковник в отставке, член Военно-научного общества при Центральном культурном центре МО РФ.

В «статистическом исследовании» под интригующим названием «Гриф секретности снят» под общей редакцией генерал-полковника Г.Ф.Кривошеева приведены количественные данные боевой техники, находившейся в вооруженных силах СССР и Германии и их соотношение. В отношении советских танков всех типов указываются цифры: действующая армия – 14,2 тыс. в военных округах и резерве ВГК – 8,4 тыс. При этом уточняется, что из этого количества в 14,2 тыс. в действующей армии нуждались в среднем ремонте 44% и в капитальном – 29% танков, поэтому полностью боеготовых танков в действующей армии было 3,8 тыс. единиц. Что касается Германии, то на советско-германском фронте указывается число 4,3 тыс., а поэтому соотношение танков в действующих армиях 1:1,1 в пользу Германии. При этом в «научном исследовании» Кривошеева нет ссылок на документы или методики получения этих абсурдных данных.

В 1994 году коллективом Института военной истории МО РФ в результате многолетней работы был издан труд: «Боевой и численный состав Вооруженных Сил СССР в период Великой Отечественной войны: Статистический сборник № 1 (22 июня 1941 года)» 1994 г. Воениздат. В этом сборнике представлены результаты анализа ежемесячных донесений из войск, в том числе и на 1 июня 1941 года о качественном и количественном состоянии вооружений и военной техники, об укомплектованности войск личным составом, количестве армий, корпусов и многих других сведений. Эти данные полностью опровергают надуманные сведения, представленные в «научных исследованиях» авторов под руководством Кривошеева.

Но Статистический сборник № 1 был издан всего в 25 экземплярах! В 2001 году его переиздали – 100 экземпляров, по существу, с грифом «для служебного пользования».

Поэтому представляю количественные и качественные характеристики танков из «Сборника № 1» и сведений журналов боевых действий войсковых частей и соединений.

ТАНКИ ГЕРМАНИИ

«На 1 июня 1941 года в Германии количество всех танков и штурмовых орудий, принятых от заводов и переданных в войска действующей армии и армии резерва, а также в ведении управлений артиллерийского и технического снабжений составляло 5639 единиц. Из них танков T-I – 877, 35 (t) -187, T-II – 1072, огнеметных – 85, 38(t) – 754, T-III – 1440, T-IV – 517. Командирских – 330. Всего танков – 5362. Штурмовых орудий – 377. В действующей армии на Востоке на 22 июня 1941 года было всего танков (без огнеметных) 3332.» (Б. Мюллер-Гиллебранд. Справочник «Сухопутная армия Германии. 1933–1945»).

Их типы и количество следующие:

– T-I (два пулемета 7,92 мм) – около 180;

– T-II (20 мм пушка, пулемет 7,92 мм) – 746;

– 38(t) (37 мм пушка, 2 пулемета 7,92 мм) – 772;

– T-III (37 мм или 50 мм пушка, 3 пулемета) – 965;

– T-IV (75 мм короткоствольная пушка, два пулемета 7,92 мм) – 439

– командирских – 230.

Французские трофейные танки не вписывались в немецкую структуру управления боем танковых дивизий, поэтому ни одного французского танка на вооружении танковых дивизий не было.

А теперь проясним танковые войска союзников Германии (Финляндии, Словакии, Венгрии, Румынии и Италии), которые нашими публицистами акцентируются и учитываются, как значительные танковые силы. Самыми сильными были финны и румыны.

В финской армии насчитывалось 86 танков. При этом основу танкового парка составляли трофейные советские устаревшие Т-26 и БТ, а также самоходные установки, созданные финнами на их базе. Кроме того, было несколько наших средних танков Т-28 последних годов выпуска (на них стояла длинноствольная 76,2 мм пушка и было усилено бронирование).

На вооружении румынской танковой бригады в количестве 60 единиц были чешские танки LTvz35 и часть танков типа «Рено» 1920-х годов выпуска.

Танковые дивизии Германии к осени 1939 года до нападения Германии на Польшу имели 6 танковых дивизий образца 1939 года и 4 легких пехотных дивизий, имеющих на вооружении танки. После преобразования легких пехотных дивизий в танковые на 1 апреля 1940 года (перед началом Западной кампании) было 10 танковых дивизий. Впервые были созданы танковые группы, вначале одна, а на втором этапе – три: Клейста, Гудериана, Гота. Этим достигалась важная для усиления силы удара концентрация танковых сил. При нападении на СССР были созданы четыре танковые группы (с декабря 1941 года стали именоваться «армиями»).

Таким образом, военное командование Германии не на словах, а на деле претворило в жизнь теорию глубоких военных операций, в основу которых составили маневренные действия крупных танковых объединений. Но Гитлеру показалось недостаточным иметь 10 танковых дивизий, а поэтому началось формирование еще одиннадцати новых – с 11-й по 21-ю. Но для формирования новых дивизий танков в наличии не имелось, а поэтому было принято решение о том, что формирование осуществлять в основном за счет сокращения танковых частей 10 дивизий, т.е. сокращение количества таков в них. Так из всех 10 дивизий, имеющих по 2 танковых полка, один полк передавался во вновь созданную дивизию.

В результате, если в кампании на Западе ядро танковой дивизии составляла танковая бригада из двух танковых полков, то теперь основу танковой дивизии составлял один танковый полк двух или трехбатальонного состава.

22 июня 1941 года на границе с СССР были сосредоточены 17 танковых дивизий.

ТАНКИ СССР

На 1 июня 1941 года в Красной Армии числилось более 25 000 танков. Исправными было 18 844 единицы. В июне 1941 года было произведено еще 305 танков.

Типы танков и их количество, в скобках – исправные:

– Т-35 (76 мм пушка, 2 пушки 45 мм, 5 пулеметов 7,62 мм) – 59 шт. (42 шт.)

– КВ -1 (76 мм пушка, 4 пулемета 7,62 мм) – 412 шт. (410 шт.)

– КВ -2 (152 мм гаубица, 4 пулемета 7,62 мм) – 135 шт. (134 шт.)

– Т-28 (76 мм пушка, 4 пулемета 7,62 мм) – 442 шт. (292 шт.)

– Т-34 (76 мм пушка, 2 пулемета 7,62 мм) – 1030 шт. (1029 шт.)

– БТ -7М (45 мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 704 шт. (688 шт.)

– БТ-7 (45 мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 4563 шт. (3791 шт.)

– БТ-5 (45 мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 1688 шт. (1261 шт.)

– БТ-2 (37мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 594 шт. (492 шт.)

– Т-26 (45 мм пушка, 2 пулемета 7,62 мм) – 9998 шт. (8423 шт.)

– Т-40 (2 пулемета 12,7 мм и 7,62 мм) – 160 шт. (159 шт.)

– Т-38 (1 пулемет 7,62 мм) – 1129 шт. (733 шт.)

– Т-37 (1 пулемет 7,62 мм) – 2331 шт. (1483 шт.)

– Т-27 (1 пулемет 7,62 мм) – 2376 шт. (1060 шт.)

– Су-5 (1 пушка 76 мм) – 28 шт. (16 шт.)

Итого: 25 621 танк, имеющийся на учете, из них 19 997 исправных (боеготовых) более 78%.

Но здесь еще нет нескольких тысяч бронеавтомобилей, вооруженных пушками 45 мм калибра.

В июне 1939 года специально созданная комиссия под председательством заместителя наркома обороны Е.А.Кулика приступила к пересмотру организационно-штатной структуры войск, в том числе и бронетанковых. Это решение утвердил Главный военный совет. Вместо 4 корпусов было решено иметь в военное время 42 танковые бригады.

Таким образом была перечеркнута предыдущая многолетняя работа по освоению войсками опыта руководства крупными механизированными объединениями, в частности мехкорпусами, в соответствии с принятой ранее теорией ведения глубокого боя.

Прошло всего шесть месяцев после расформирования танковых корпусов, как Наркомат обороны «на основании указаний Сталина», исследовав результаты боевых действий немецких танковых и моторизованных корпусов на Западе, вернулся к пересмотру принятого недавно решения о танковых (механизированных) корпусах.

9 июня 1940 года нарком обороны утвердил план формирования новых мехкорпусов со специальным штатом. В 1940 году было сформировано 9 мехкорпусов. В состав нового мехкорпуса входили две танковые и одна моторизованная дивизии. В танковой дивизии – два танковых, мотострелковый и артиллерийский полки, танков – 375 единиц. Моторизованная дивизия имела в своем составе танковый, два мотострелковых и артиллерийский полки, танков – 275 единиц. Таким образом, в целом мехкорпус должен был иметь 1031 танк. Кроме 9 мехкорпусов, были сформированы 2 отдельные танковые дивизии.

Но девяти мехкорпусов командованию РККА показалось мало. Вместо полного оснащения существующих в феврале 1941 г. Генеральный штаб разработал еще более широкий план формирования новых бронетанковых и механизированных войск, предусмотрев создание еще 21 корпуса (позже формирование одного мехкорпуса было отменено). И с апреля 1941 года началось их формирование.

Для укомплектования 29 мехкорпусов и 2 отдельных дивизий требовалось создать 61 танковую дивизию (по 2 дивизии на корпус). Дивизии полагалось: личного состава – 11 343 человека, танков 375. В моторизованной дивизии мехкорпуса было 2 мотострелковых полка, танковый полк (275 танков) и пушечно-артиллерийский полк, а также отдельный истребительно-противотанковый дивизион (30 пушек 45 мм калибра). Кроме того, танки имелись в кавалерийских дивизиях (полк), а отдельные танковые батальоны – в воздушно-десантных войсках.

Полностью укомплектовать до штатной численности все 29 мехкорпусов к июню 1941 года не удалось. Об этом как ярчайшем доказательстве нашей «неготовности к войне» громко трубили историки из ведомства агитпропа, скрывая истинные масштабы бронетанковых войск РККА. Поэтому, в создавшихся условиях все мехкорпуса были разделены на 19 «боевых», 7 «сокращенных» и 3 «сокращенных второй очереди». К концу 1941 года планировалось иметь в составе мехкорпусов и 2 отдельных танковых дивизий 18 804 танка, в том числе 16 655 танков в «боевых мехкорпусах». При этом среднее количество танков (877) мехкорпуса равнялось или превосходило среднее количество танков (817) немецкой танковой группы.

Уже к 22 февраля 1941 года в составе мехкорпусов числилось 14 684 танка. Запланированный до конца года прирост численности на 4120 единиц был значительно меньше реального производства, составившего в 1941 году 6590 танков (в том числе 1358 – КВ; 3014 – Т-34; 277 – Т-40 и других типов (Т-50, Т-60). Для сравнения отметим, что Германия (на которую «работала вся Европа») в 1941 году произвела только 3256 танков (в том числе 243 – Т-II; 1713 – T-III; 480 – T– IV; 698 – 38(t) и 132 командирских (Мюллер-Гиллебранд «Справочник»).

СРАВНИТЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

Имея достоверные исходные данные о количестве и типах танков, проведем сравнительный анализ противостоящих танковых группировок РККА и вермахта на июнь 1941 года. Исходя из их функционального назначения и боевых характеристик, условно разделим все танки на 4 категории: «танкетки», «легкие танки», «артиллерийские танки», «средние танки».

Начнем анализ танков из противостоящих немецкой 1-й танковой группы генерал-полковника фон Клейста группы армии «ЮГ» и советских механизированных корпусов Киевского ОВО (Юго-Восточного фронта) и ОдВО (Южного фронта). К «танкеткам» 1-й танковой группы из общего количества танков 799 единиц отнесем 8 танков Т-I; 217 T-II и все 65 командирских. С этими танками вермахта, а конкретнее – немецкими «пушечными» танками T-II будем сравнивать наш устаревший, снятый к началу войны с производства Т-26.

Хотя толщина брони танка T-II в 2 раза больше, чем у танка Т-26, он от этого не превратился в танк с противоснарядным бронированием. Пушка советского танка Т-26 типа 20К 45 мм калибра уверенно пробивала такую броню на дальности 1200 м, в то время как снаряд 20 мм пушки KwK-30 сохраняет необходимую пробиваемость только на дальности 300-500 м. Такое сочетание параметров брони и вооружения позволяло советскому танку при грамотном его использовании практически безнаказанно расстреливать немецкие танки, что подтверждалось в боях в Испании. Танк T-II был негодным и для выполнения основной задачи – уничтожения огневых средств и живой силы противника, поскольку снарядик 20 мм пушки был совершенно не эффективен для выполнения этой задачи. Для поражения цели требовалось прямое попадание, как от винтовочной пули. В то же время под нашу пушку был разработан «нормальный» осколочно-фугасный снаряд весом 1,4 кг. Таким снарядом поражались цели типа пулеметное гнездо, минометная батарея, бревенчатый блиндаж и др.

Теперь о количестве. Против 280 «танкеток» 1-й танковой группы вермахта в десяти мехкорпусах Юго-Западного и Южного фронтов было боеготовых 1501 танк Т-26 из 1873 числившихся на учете. Соотношение численности танков этой категории составляет 1:5,3 в пользу советских танков. Кроме того, на 1 июня 1941 года в Киевском ОВО и Одесском ВО числилось более 421 единиц плавающих танков Т-37 и Т-38 с пулеметным вооружением, а также 111 новых плавающих танков Т-40, вооруженных крупнокалиберным пулеметом ДШК 12,7 мм калибра и пулеметом 7,62 мм калибра.

Дальше рассмотрим сравнительные боевые характеристики второй категории – «легких танков». К ним отнесем все танки вермахта, вооруженные пушкой 37 мм калибра и пулеметами. Это танки немецкого производства T-III серий D, E, F и танки чешского производства 35(t) и 38(t). В 1-й танковой группе на вооружении пяти танковых дивизий танков чешского производства не было, а танков T-III указанных выше серий было 162. С советской стороны примем для сравнительного анализа легкие танки БТ-7 и БТ-7 М.

По параметрам «броня, подвижность и вооружение» наши «легкие танки» БТ-7, по меньшей мере, по двум не уступают немецким «тройкам», а чешские танки по всем параметрам значительно превосходят. Лобовая броня толщиной в 30 мм танкам T-III указанных серий, так же как танкам T-II, не обеспечивала противоснарядную защиту. Наш танк с 45 мм пушкой мог поражать немецкий танк на километровой дальности, оставаясь при этом в относительной безопасности. Что касается подвижности и запаса хода, танки БТ-7 (7М) были лучшими в мире. Осколочный снаряд (610 г) танковой пушки фирмы «Шкода» 37 мм калибра был в 2 раза меньше снаряда советской пушки 20К, что обуславливало значительно меньшее поражающее действие по пехоте. Что касается действия по бронецелям, пушки 37мм калибра были малоэффективными (в немецких войсках их прозвали «армейскими дверными колотушками»).

Боеспособных танков «легкой категории» в мехкорпусах Киевского ОВО на 1 июня 1941 года было 994 БТ-7 и 192 БТ-7М, а в Одесском ВО – 150 БТ-7 и 167 БТ-7М. Общее количество исправных «легких танков» серий БТ двух округов равнялось 1503 (из 1970 – на учете), что составляло численное соотношение 1:9,1 в пользу советских войск.

Итак, в категории «легких танков» советские войска на Южном ТВД обладали огромным количественным перевесом при некотором качественном превосходстве.

Далее рассмотрим категорию «танков артиллерийских», которые предназначались для максимального приближения к противнику мощного огневого воздействия по живой силе и боевым средствам.

Танки артиллерийской поддержки пехоты изначально не предназначались для борьбы с себе подобными целями. Отличительной особенностью танков этой категории являлись короткоствольные пушки (у танка T-IV длина ствола в калибрах L равна 24), начальная скорость снаряда которых и, следовательно, пробиваемость этих орудий была весьма низкой (45 мм советская пушка 20К превосходила по бронепробиваемости 75 мм немецкую пушку танка T-IV на всех дистанциях). Для борьбы с пехотой наш танк Т-28 (благодаря наличию двух отдельных пулеметных башен) был вооружен лучше. Кроме того, некоторая часть танков Т-28 последних годов выпуска была вооружена более длинноствольными пушками и экранирована дополнительными бронеплитами толщиной 20–30 мм. Аналогичная модернизация в части усиления брони происходила и с немецкими танками (танки T-IV первых серий А, В, С и др. имели броню лоб – 30 мм, борт – 20 мм). Что касается короткоствольной пушки, то ее замена на длинноствольную (L 43) произошла только в апреле 1942 года. Широкие гусеницы советского танка Т-28 обеспечивали ему лучшую проходимость. В целом, по всей совокупности тактико-технических характеристик эти танки были равнозначными.

В составе 1-й танковой группы вермахта танков артиллерийской поддержки T-IV было ровно 100 единиц: по 20 танков в дивизии. На вооружении мехкорпусов Киевского ОВОЗ по состоянию на 1 июня 1941 года числилось боеготовых 171 танк Т-28 (из 191 на учете) и 42 исправных пятибашенных гиганта Т-35, вооруженных одной пушкой 76 мм калибра, двумя пушками 45 мм калибра и пулеметами. В Одесском военном округе имелось около 10 танков Т-28. Итого на Южном ТВД было более 213 исправных «артиллерийских танков», т. е. в два раза больше немецких.

САМЫЕ ЛУЧШИЕ

Рассмотрим, наконец, самое лучшее, что было на вооружение танковых дивизий вермахта и танковых дивизий РККА на 22 июня 1941 года, условно включенных в категорию «средних танков».

«Самые лучшие» определил не автор данной статьи, а государственная комиссия (из полсотни инженеров, конструкторов и разведчиков), которая под руководством наркома Тевосян трижды в 1939–1941 годах подробно ознакомилась с состоянием немецкого танкового производства и из всего увиденного отобрала для закупки только единственный танк марки T-III. Самым лучшим танк T-III серий H и J стал благодаря двум обстоятельствам: новой 50 мм пушки KwK-38 и лобовой броне корпуса толщиной 50 мм. Все остальные типы танков наших специалистов не заинтересовали. Кстати, под прикрытием договора о дружбе были закуплены: «Мессершмитт-109» – 5 штук; «Мессершмитт-110» – 6 штук; 2 штуки «Юнкерс-88»; 2 штуки «Дорнье-215»; один новейший экспериментальный «Мессершмитт-209»; батарея 105 мм зенитных пушек; чертежи новейшего самого крупного в мире линкора «Бисмарк»; танковые радиостанции; прицелы для бомбометания с пикирования и много других систем вооружения и военной техники. И только один немецкий танк одного типа.

Этот танк на советском полигоне был всесторонне изучен и испытан стрельбой по бронецелям. Поэтому наше военно-политическое руководство прекрасно было осведомлено об уровне немецких танков и состоянии танковой промышленности Германии в целом.

В Красной Армии «самым лучшим» из категории «средних танков» был танк Т-34.

По всем показателям – подвижности, бронезащите, вооружению танк Т-34 превосходил самый лучший на июнь 1941 года немецкий танк T-III серий H и J. Длинноствольная 76 мм пушка Ф-34 пробивала любую броню самых защищенных немецких танков на дистанции 1000–1200 метров. В то же время ни один танк вермахта не мог поразить «тридцатьчетверку» даже с 500 метров. А мощный дизель обеспечивал не только быстроходность и относительную пожаробезопасность, но и позволял на одной заправке пройти более 300 км.

Самую полную и квалифицированную оценку советскому танку Т-34 дал немецкий генерал Б. Мюллер-Гиллебранд: «Появление танка Т-34 было неприятной неожиданностью, поскольку благодаря своей скорости, высокой проходимости, усиленной бронезащите, вооружению и, главным образом, наличию удлиненной 76 мм пушки, обладавшей повышенной меткостью стрельбы и пробивной способностью снарядов на большой, до сих пор считавшейся недостижимой дистанции, представлял собой совершенно новый тип танкового оружия. Немецкие пехотные дивизии хотя и располагали каждая в общей сложности 60–80 противотанковыми пушками и имели достаточное количество других противотанковых средств, но при калибре орудий 37 мм они почти не оказывали поражающего действия на «тридцатьчетверки». Вводимая на вооружение немецких войск в это время 50 мм противотанковая пушка была также недостаточно эффективным средством┘» И далее он пишет: «Появление танков Т-34 в корне изменило тактику действий танковых войск. Если до сих пор к конструкции танка и его вооружении предъявлялись определенные требования, в частности подавлять пехоту и поддерживающие пехоту средства, то теперь в качестве главной задачи выдвигалось требование на максимальной дальности поражать вражеские танки, с тем чтобы создать предпосылки для последующего успеха в бою». Подобные отзывы делают и другие генералы вермахта.

А теперь о количестве: в 1-й танковой группе «средних танков» T-III серий H и J было 255 штук. В мехкорпусах Юго-Западного фронта было 555 танков Т-34, а Южного – еще 50 (всего 605 танков Т-34).

Но в Красной Армии с декабря 1939 года находился на вооружении тяжелый танк КВ. Советский 48-тонный танк КВ-1, имея лобовую броню в 95 мм (башня – 100 мм), а бортовую – 75 мм, был неуязвим для танков и самых лучших немецких противотанковых пушек. Единственным средством борьбы с ним были немногочисленные немецкие зенитные пушки 88 мм калибра со спецснарядом. Форсированный дизель В-2К развивал мощность 600 л.с., обеспечивающий скорость 35 км/час. Пушка Ф-34 76 мм калибра могла летом 1941 года расстреливать любые немецкие танки на любых дистанциях под любым углом стрельбы. Танки КВ до 22 июня 1941 года выпускались в двух модификациях: КВ-1 с пушкой 76 мм калибра и 52-тонные КВ-2 с гаубицей 152 мм калибра. С началом войны производство танков КВ-2 было прекращено.

В танковых дивизиях вермахта тяжелых танков не было. Ни одного!

В мехкорпусах Юго-Западного фронта на 22 июня 1941 года было 277 исправных танков КВ-1 и КВ-2, а Южного фронта – 10 штук. Всего 280 единиц. В виду отсутствия у вермахта тяжелых танков, будем их сравнивать с самыми лучшими немецкими танками T-III серий H и J, которые реально несравнимы!

Итак, против 255 самых лучших немецких танков 1-й танковой группы фон Клейста в мехкорпусах Киевского ОВО и Одесского ВО на 22 июня 1941 года было 605 танков Т-34 и 280 тяжелых танков КВ-1 и КВ-2, всего 885 танков, что превышало общее количество (799) немецких танков всех типов 1-й танковой группы, включая устаревшие танки T-I c пулеметным вооружением, TII с пушкой 22 мм калибра, T-III c пушкой 37 мм калибра и «командирские».

Итак, на июнь месяц 1941 года, против 799 танков 1-й танковой группы вермахта, состоящих на вооружении пяти танковых дивизий (в немецких моторизованных дивизиях танков не было) противостояло двадцать советских танковых и одиннадцать моторизованных дивизий, имеющих на своем вооружении 5997 боеготовых танков.

Так где же это пресловутое количественное и качественное превосходство немецких танков над советскими, о котором более шестидесяти лет лгут даже маститые доктора и академики – «знатоки» начального периода войны? О каком «5–6-кратном превосходстве в местах прорыва» вспоминал в своих мемуарах Г.К.Жуков?

К началу второго дня войны, еще практически не сделав ни одного выстрела, ударная группировка из советских мехкорпусов (15-го МК г. Броды, 4-го МК г. Львов, 8-го МК г. Дрогобич), насчитывающая в своем составе более двух с половиной тысяч танков, в том числе 720 танков Т-34 и КВ, оказалась в тылу немецких передовых частей. Наступление во фланг и тыл прорвавшихся немецких войск, включая и удар на Люблин в соответствии с Директивой № 3, могло коренным образом изменить положение на всем Юго-Западном фронте. Но этого, к сожалению, не произошло...

Что сообщало Сталину ведомство Голикова в 1941 году (Игорь Пыхалов)
 

https://youtu.be/iJyGAc7WvDY

«Эстонский транзит» вермахта?
 

http://www.stoletie.ru/territoriya_i...rmahta_900.htm
Об одной из попыток Лондона сорвать подписание советско-германского Пакта о ненападении

23.08.2019

Советско-германский Пакт о ненападении опрокинул британские планы насчет вовлечения СССР в войну с Германией в 1939 году. Лондон, как известно, предпринимал всевозможные усилия для трансформации германского вторжения в Польшу в войну Германии и ее союзников с СССР. Причем эти «комбинации», будучи совместными с Берлином, распространялись в том году и на Эстонию, уже сориентированную на Германию, - путем провоцирования ее военного конфликта с СССР именно в канун Пакта Молотова-Риббентропа. С тем, чтобы под предлогом защиты Эстонии ввести туда нацистские войска и, вместо этого Пакта, спровоцировать германо-советскую войну...

Среди прибалтийских стран весной—летом 1939 года наиболее разнузданной была антисоветская политика Эстонии. Это обстоятельство стремились использовать в своих интересах и Берлин, и Лондон. Провокации с эстонской стороны стали обычным явлением с середины августа. Так, советский участок границы вблизи г. Гдов на северном побережье Чудского озера («Северного Байкала») 20 августа подвергся длительному обстрелу из станковых пулеметов и стрелкового оружия. Но эстонский МИД не принял ноту протеста советского НКИД, заявив, что инцидент требует дополнительного расследования.

Эстония, напомним, претендовала с начала 1920-х гг. и до осени 1939-го не только на всё восточное побережье Чудского озера на Псковщине и на ряд прибрежных районов (восточнее реки Наровы) Ленинградской области, сопредельных с Эстонией, но также почти на все советские острова в Финском заливе. Намерения Таллина подогревались не только Берлином, но и Лондоном. Есть и такая версия — чтобы, спровоцировав масштабный советский ответ, вызвать военные действия рейха против СССР и, таким образом, сорвать означенный Пакт.

Эстонская разведка в середине 1930-х практически стала филиалом германской.

В этой связи характерны показания Г. Пиккенброка, начальника отдела Абвер-I, данные в советской контрразведке 25 февраля 1946 г.: «Разведка Эстонии имела с нами очень тесные связи. Мы постоянно оказывали ей финансовую и техническую помощь. Ее начальник полковник Маазинг ежегодно приезжал к нам. Деятельность эстонской разведки была направлена исключительно против СССР».

Тем временем глава эстонского МИД К. Сельтер 25 мая 1939 г. заявил в парламенте, что «Великобритания не возражает против заключения германо-эстонского Пакта о ненападении, но выступает против советско-эстонского союза». Британских опровержений не последовало. Дальше — больше. 19 июня в ходе встречи британского и эстонского послов в Москве, У. Сидса и А. Рэя, последний заявил, что «в случае войны Германии против СССР Эстония выступит на стороне Германии». Вскоре, к последней декаде августа, эстонские войска с артиллерией — заметим, в основном германской, — были придвинуты к границе с СССР. А незадолго до этого в Эстонии принимается закон о продлении срока воинской службы с 12 до 18 месяцев.

Удивительно, но именно 23 августа в отчете полпреда СССР в Таллине К. Никитина в НКИД отмечено, что эстонские власти «позволяют резкие антисоветские выпады по поводу советских гарантий безопасности, якобы навязываемых прибалтийским странам вопреки их желаниям».

Полпред, обосновано считая, что «власти Эстонии провоцируют войну с СССР на стороне рейха», отметил также, эти власти «тайно подстрекались Англией к пропуску немецких войск через эстонскую территорию».

Можно предположить, что возможности такого «транзита» закулисно обсуждались эмиссарами Берлина и Лондона, по крайней мере, летом 1939-го.

Впоследствии К. Никитин высказал предположение, что «транзитными» немецкими войсками в Эстонии планировалось, посредством их провокаций на ее границе с СССР, сорвать советско-германский Пакт. Или как минимум добиться советского согласия на нацистскую оккупацию всей тогдашней Польши. То есть, чтобы расположить германские войска вплотную к Великим Лукам, Минску, Житомиру, невдалеке от Киева и Винницы...

В донесении британского посольства своему МИД от 10 июля 1939 года говорится: «Известно о склонностях Эстонии к прогерманской ориентации. К этому явно расположены военные, деловые круги. Правительство Эстонии способствует таким настроениям, принимая множество германских официальных лиц, включая Канариса (начальник абвера), Бентевила (полковник абвера), военных фон Клейста, Бёминга и т. п. лиц».

7 июня 1939 г. в Берлине был подписан германо-эстонский Пакт о ненападении на 10 лет.

Данный Пакт предусматривал оказание взаимоподдержки при угрозе безопасности этих стран или агрессии против них с третьей стороны. Вскоре после этого Пакта генерал-лейтенант Н.Реэк, глава эстонского генштаба, заявил германском посольстве в Таллине, что «Эстония может помочь Германии контролировать Балтийское море, в том числе путем минирования Финского залива». А до этого, на празднование 50-летия Гитлера (20 апреля) был направлен из Эстонии именно Н. Реэк. В их краткой беседе отмечалось, что германо-эстонское сотрудничество будет активно развиваться по всем направлениям.

В записке экспертов главе германского МИД И. фон Риббентропу от 2 мая 1939 г. указывалось: «В случае войны нейтралитет прибалтийских стран для нас так же важен, как и нейтралитет Бельгии и Голландии; когда-то позже, если это нас устроит, мы нарушим этот нейтралитет».

Но подписание Договора о ненападения между СССР и Германией поставил в тупик всю антисоветскую политику Таллина. Провокация не удалась. Берлин предпочел подписать Пакт с СССР, не доверяя британским «комбинациям».

Уже в сентябре 1939-го Эстония заключила договор о взаимопомощи с СССР, предусматривавший, в том числе, размещение советских военных баз на ее территории. Как говорят, быстро переобулась в воздухе... Потом, с приходом гитлеровцев, сделала это еще раз, а потом опять… В общем, это было бы их, эстонцев, сугубо внутренним делом, если бы это не касалось нас.

На фото: начальник генштаба Эстонии Н. Реэк приветствует Гитлера на его 50-летии (апрель1939 г.)

Специально для «Столетия»

Пакт Молотова-Риббентропа и Великая Победа
 

http://www.stoletie.ru/territoriya_i...pobeda_423.htm
Так был ли в 1939 году И.В. Сталин «лохом», как утверждают либералы?

23.08.2019

Во времена Горбачева-Яковлева обличители Пакта Молотова-Риббентропа основной упор делали на его противоправность и аморальность. Тогда это действовало. Советские люди приходили в ужас от обрушившейся на них «правды» о «сотрудничестве» Сталина с Гитлером: совместного попрания норм международного права, суверенитета «маленьких, но гордых» прибалтийских государств и раздела Польши.

Однако «все течет, все меняется». На подавляющее большинство граждан современной России подобные «ужастики» просто не действуют. «Захватил Прибалтику!» – правильно сделал. «Нарушил международное право!» – а кого оно интересует? Меняются общественные настроения, меняется и технологии демонизации пакта Молотова-Риббентропа.

«Хуже, чем преступление. Это ошибка»

Ныне борцы за «историческую правду», прекрасно знающие динамику социологических опросов, при обличении пакта стараются в основном напирать на прагматизм. Пакт был хуже, чем преступлением Сталина, утверждают они, он был ошибкой, которая привела к катастрофе 1941 г.

Сугубо либеральные историки, публицисты и журналисты буквально хлещут «лоха» Сталина по щекам: дал себя переиграть Гитлеру и чуть не погубил страну, для спасения которой народу пришлось пролить моря крови.


Только несколько примеров.

Леонид Млечин (публицист): «В августе Сталин сделал выбор. Многие и по сей день уверены в его мудрости и прозорливости. Но это решение, напротив, наглядно свидетельствует о его неспособности оценить расстановку сил в мире, понять реальные интересы тех или иных государств и увидеть принципиальную разницу между демократией и фашизмом. Сталин совершил ошибку, которая обошлась России в десятки миллионов жизней».

Андрей Колесников (журналист): «Пакт и секретные протоколы к нему были для Сталина «коктейлем Молотова — Риббентропа», на котором тиран подорвался. … Скорость продвижения вермахта географически, политически, геостратегически была подготовлена именно Пактом Молотова — Риббентропа и попытками «финляндизации» и большевизации Прибалтики».

Сергей Мироненко (в 1992—2016 гг. — директор, с 2016 г. — научный руководитель Государственного архива РФ): «Пакт Молотова-Риббентропа — это стратегическая ошибка, если не сказать преступление советского руководства и лично товарища Сталина. Выполняя договор, СССР укреплял армию своего врага».

Конечно, в отличие от Сергея Мироненко, подавляющее большинство официальных представителей исторической науки избегают столь брутальных высказываний в адрес Пакта. Но разница чаще всего оказывается чисто стилистической.

Вот как, например, оценивает договоренности СССР с Третьим рейхом академик А.О. Чубарьян: «Как показали дальнейшие события, тактические успехи обернулись стратегическими просчетами». Столь же категоричен и профессор М.М. Наринский (зав. кафедрой международных отношений и внешней политики России МГИМО): «Если советско-германский пакт и был тактическим успехом Кремля, то весь курс на сотрудничество с Берлином стал стратегическим просчетом И.В. Сталина. Он позволил А. Гитлеру разгромить Польшу и выйти на общую границу с Советским Союзом. В последующем Германия получила возможность нанести поражение Франции, что лишало СССР потенциального союзника в Европе».

Предъявленные к Пакту претензии, надо признать, более чем серьезные. Однако, как показывает практика, практически все, что пишут о нем либеральные журналисты/публицисты и даже порой маститые ученые на поверку оказывается не соответствующим действительности.

Например, более тридцати лет нас уверяли в том, что Пакт Молотова-Риббентропа и Секретный протокол к нему – это преступный сговор двух диктаторов. Но за все прошедшее время так и не смогли найти ни одной нормы международного права, которые сам Пакт или хотя бы Протокол «преступили».


Поэтому давайте попробуем разобраться в том, какую именно роль Пакт Молотова-Риббентропа сыграл во Второй мировой войне, и что он принес Советскому Союзу.



Взаимная выгода

Одно из обвинений, которое постоянно звучит в адрес Сталина от либеральных историков, журналистов и политиков, заключается в том, что «договор был выгоден А. Гитлеру и позволил ему развязать Вторую мировую войну в благоприятных для него условиях» (М.М. Наринский), т.е. война в результате Пакта якобы пошла по германскому сценарию.

Однако, во-первых, что криминального в том, что Договор о ненападении был выгоден и Гитлеру? Международный договор, если только это не договор о капитуляции, всегда выгоден обеим договаривающимся сторонам, по определению.

Во-вторых, сам по себе любой договор – не более чем бумажка с подписями и печатями, которая никому и ничего не гарантирует. Договор становится настоящим договором, только когда при его подписании достигается баланс интересов обеих сторон, когда выполнение договора становится выгодно каждой из них, отвечает их жизненным интересам. Не трудно подписать договор, трудно найти баланс интересов, тем более у заклятых врагов.

Пакт Молотова-Риббентропа такой баланс интересов Советского Союза и Германии обеспечил на целых полтора года. Полтора года он был взаимовыгодным, приносил пользу каждой из сторон:

1. Для Берлина и для Москвы британский план войны, предусматривавший провоцирование их войны между собой с последующим добиванием победителя силами Франции, был смерти подобен. Пактом Молотова-Риббентропа они этот план совместно сорвали.

Поэтому у Наталии Нарочницкой были все основания утверждать, что «Пакт Молотова-Риббентропа 1939 г. — это крупнейший провал английской стратегии за весь XX в.».

2. Целью Германии было уничтожение Советского Союза (здесь цели Берлина полностью совпадали с целями Лондона и Вашингтона), но осенью 1939 г. война с СССР была абсолютно невыгодна Третьему рейху – он был к ней еще не готов. Столь же абсолютно невыгодна война была и для Советского Союза, и он к ней был еще не готов. Пакт им позволил ее отсрочить.

3. Германии в 1940 г. для разгрома Франции был жизненно важен надежный тыл на Востоке. СССР ему это обеспечил. Как сказал Молотов, сотрудничество с СССР «обеспечило Германии спокойную уверенность на Востоке». При этом Советскому Союзу столь же необходима была «спокойная уверенность» на Западе для восстановления территориальной целостности страны и увеличения глубины обороны перед предстоящей войной с Германией. И надо признать, Берлин это Москве обеспечил (при всех нюансах).

4. Германии была невыгодна война Японии против СССР в 1939 г. Берлину была нужна война Японии против Британской империи (надо было заставить англичан сражаться на два фронта), а также против Соединенных Штатов. Война с Японией, была совершенно невыгодна и Советскому Союзу. Кстати, эту войну летом 1939 г. самым активным образом провоцировала Великобритания, подписав с Японией Соглашение Арита-Крейги. Как отмечает Анатолий Кошкин, «рассчитывая на расширение халхингольских событий до масштабов войны, правительство Великобритании обязалось не создавать Японии проблем в тылу, в Китае». Пакт, спровоцировав политический кризис в Токио, перенаправил японскую агрессию в азиатско-тихоокеанском направлении.

5. Германии были необходимы сырьевые ресурсы в условиях неизбежной британской морской блокады. Советскому Союзу были нужны станки и технологии. Пакт создал условия для взаимовыгодного экономического сотрудничества на полтора года.

Как видим, Пакт Молотова-Риббентропа в полной мере соответствовал стратегическим интересам двух стран, и на момент подписания был выгоден как Советскому Союзу, так и Третьему рейху. И в этом нет ничего криминального.

Другой вопрос, насколько эффективно каждая из сторон воспользовалась предоставленными Пактом возможностями для подготовки к войне друг с другом?

Впрочем, нельзя обойти молчанием утверждения ученых и журналистов либерального толка, что в реальности Пакт был выгоден лишь Германии, что все полученное Сталиным по Пакту было «пустышками», ничего не дающими для укрепления безопасности страны. Грубо говоря, Гитлер Сталина при подписании Пакта «развел».



«Буфер», которого не было

Либералы особенно любят рассуждать о полном непонимании Сталиным роли буферных государств. Заняв благодаря Пакту Прибалтику, и позволив Гитлеру ликвидировать Польшу, Сталин якобы не укрепил, а ослабил оборону Советского Союза. Он, оказывается, устранил буфер, делавший невозможной германскую агрессию. Попробуй, напади на СССР, не имея общей с ним границы, да еще и внезапно. Леонид Радзиховский так прямо и заявляет: «До нападения Германии на Польшу у СССР и Германии НЕ БЫЛО ОБЩЕЙ ГРАНИЦЫ. Значит, никакая война СССР с Германией была невозможна». Радзиховского «научно» подкрепляет Сергей Мироненко, многие годы возглавляющий Госархив: «Латвия, Литва, Эстония, Польша — они были для нас фактически буферными государствами. Какими бы слабыми ни были у них армии, но они в случае агрессии обеспечили бы нам неделю, а то и две, и не было бы этого "внезапного нападения"».

Это говорит доктор исторических наук, которого никак нельзя заподозрить в полном незнании предмета. А вот что вспоминает генерал Гот, танки которого осенью 1941 г. рвались к Москве. Оказывается, 31 июля 1940 г., на совещании с высшим генералитетом Гитлер изложил свой план кампании против СССР, в соответствии с которым «операции должны развиваться по двум направлениям: первое — на Киев (фланг примыкает к Днепру) и второе — через Прибалтику на Москву. После этого войска, наступающие с севера и юга, соединяются».

Как видим, Гитлер первоначально планировал удар на Москву из Прибалтики по кратчайшему направлению (условно, вдоль современной трассы Москва–Рига). И ему даже в голову не приходило, что Латвия с Литвой и Эстонией – это какой-то там «буфер», которые еще надо несколько недель завоевывать.

Как Советский Союз легко и без боя занял Прибалтику, так это сделала бы и Германия. Тем, кто решит, что старого вояку Гота память подвела, сообщаю – далее в своих воспоминаниях он пишет о кардинальном изменении стратегической обстановки (присоединение Прибалтики к СССР), вынудившем Гитлера эту идею «оставить».

Никаким «буфером», даже в принципе, для Советского Союза не могла быть и Польша. Первоначально Гитлер планировал, что именно поляки обеспечат ему надежный тыл на Востоке, необходимый для установления контроля над Западной Европой, а затем уже примут участие в совместном походе против СССР. Но для этого поляки должны были заключить с Рейхом союз, согласиться на передачу Германии Данцига и создание экстерриториального коридора к нему.

Такой вариант был вполне реален. Польский историк Слабомир Дембский пишет, что «по поводу Гданьска Польша соглашалась на устранение Лиги наций из Вольного города и готова была вести переговоры с Берлином в рамках двустороннего соглашения о будущем статусе этого города и по вопросу об «экстерриториальной автостраде». Польша была открыта для диалога с Гитлером, о чем свидетельствуют далеко идущие предложения министра Бека от 25 марта 1939 г.».

Если бы немецкий сценарий воплотился в жизнь, то Польша была бы не «буфером», а трамплином для немецких войск и соучастником похода против Советского Союза. Чемберлен этот план, крайне опасный не только для Британии, но и СССР, сорвал с помощью «политики гарантий». Но и по английскому сценарию Польша не имела ни единого шанса стать «буфером».

Даже если бы Гитлер, после отказа поляков от союза в силу каких-либо причин осенью 1939 г. отказался от нападения на Польшу, уклониться от войны ему все равно бы не дала Британия. Она бы добилась того, чтобы поляки сами напали на Третий рейх. А им, видимо, было обещано и гарантированно столько, что они бы это сделали. Показательны слова польского главнокомандующего маршала Рыдз-Смиглы, произнесенные летом 1939 г.: «Польша хочет войны с Германией, и Германия не сможет избежать её, даже если захочет».

Англии в 1939 г. была абсолютно необходима война Германии с Советским Союзом, и как можно скорее. А для этого Польша должна была исчезнуть с карты Европы. Никакого кусочка, способного создать малейшую преграду немецкой агрессии («буфер») возникнуть не могло. И бегство польского правительства в Лондон тому наглядное подтверждение. Поэтому не Сталин ликвидировал польский «буфер», его ликвидировала Британия.

Соответственно, вопрос для Сталина, «не понимавшего значения буферных государств» в августе 1939 г. стоял однозначно: или советско-германская граница, с которой стартует вермахт, пройдет по старой советско-польской границе, или она пройдет на сотни километров дальше от Москвы.



Был ли выигрыш времени?

Как известно, советское руководство всегда утверждало, что при подписании Пакта Молотова-Риббентропа СССР стремился в первую очередь максимально оттянуть начало войны. Однако именно эта установка советского правительства на максимальное оттягивание войны с Германией в последнее время начинает преподноситься как наглядное доказательство полного непонимания Сталиным международной обстановки.

Слово профессору М.М. Наринскому: «В свете новейших документов несостоятельным оказывается десятилетиями утверждавшийся советской пропагандой и историографией тезис о том, что договор дал Советскому Союзу передышку, позволил оттянуть начало войны». Профессор, правда, признает, что есть «еще и в наши дни» историки, находящиеся в плену отсталых представлений: «Так, М.Ю. Мягков утверждает, что договор «на какое-то время обеспечивал СССР гарантией от войны с Германией и ее реальными и потенциальными союзниками». Но приговор М.М. Наринского неумолим: «Не существует никаких свидетельств того, что германское руководство планировало войну против СССР осенью 1939 г. Нацистский рейх в тот момент не был готов к такой войне и всячески стремился ее избежать».

Вот так: Сталин ради того, чтобы спасти страну от войны с Германией в 1939 г., пошел на подписание Пакта с нацистами, дал возможность Гитлеру разгромить Польшу и Францию, а Третий рейх, оказывается, на СССР нападать и не собирался вовсе. Ну, ни «лох» ли товарищ Сталин, а его еще пытаются представить великим правителем «земли русской».

И этот тезис либеральная пропаганда пытается раскрутить по максимуму. Однако перед нами опять типичная ложь и «передергивание».

Гитлер действительно не хотел в 1939 г. войны с Советским Союзом. Она для него в тот момент была смерти подобна, но именно поэтому он пошел на максимально возможные для него уступки Москве, чтобы подписать Договор о ненападении и тем самым войны избежать. Война в 1939 г. была бы катастрофой и для СССР, поэтому Сталин, в свою очередь, пошел на максимально возможные уступки (свобода рук Рейха в Польше и на Западе), чтобы подписать Договор о ненападении.

Однако из того, что две страны не желали войны, не значит, что они не находились на ее грани. Одно другому не противоречит. Более того, можно смело утверждать, что шансов избежать войны и у СССР, и у Германии почти не было. Война между ними была необходима Британской империи, гегемону тогдашнего мира, по сценарию которого этот самый мир неумолимо катился в войну.

Как уже говорилось выше, уйти от польской войны Британия Рейху возможности не оставила. А дальше должна была начать работать система «снежного кома». Две армии, заряженные взаимной ненавистью (антикоммунизм в вермахте и антифашизм в РККА) оказываются друг перед другом. Причем немцы занимают территории, которые СССР считает своими (Западная Белоруссия и Западная Украина), и которые населены соотечественниками («русскими меньшинствами» Польши, по выражению Молотова). Поднеси спичку, и – взрыв.

Если к этому прибавить, что «взрыв» был жизненно необходим Великобритании с Францией, у каждой из которых в Польше имелась широко разветвленная агентурная сеть, а у Британии еще и в вермахте, то избежать неконтролируемого начала боевых действий между советскими и немецкими войсками, было бы почти невозможно.

Показательно, что даже в условиях наличия Договора о ненападении и разграничения «сфер интересов» в сентябре 1939 г. встречи советских и немецких войск в районе линий соприкосновения несколько раз перерастали в боевые действия. А что бы было при его отсутствии? Полный простор для британских профессиональных поджигателей войны с их многовековым опытом.


Например, не составило бы большого труда организовать кровавые экзекуции против русского населения занятых территорий, на которые Москва не могла бы не ответить. И даже если бы невероятными усилиями высшего руководства на территории Польши война бы не вспыхнула «сама собой», то у Британии еще оставалась Прибалтика. Без Пакта, разграничившего сферы интересов Третьего рейха и СССР, после немецкого захвата Польши, каждая из сторон просто обязана была бы ради собственной безопасности занять прибалтийские республики, т. е. на радость британцам столкнуться там друг с другом.

Заключив 23 августа 1939 г., Договор о ненападении, договор, которого с точки зрения английского здравого смысла не могло быть, потому что быть не могло («противоестественный» по определению Черчилля), Сталин и Гитлер разорвали запущенную Британией цепь событий.

Пакт Молотова-Риббентропа предотвратил казавшуюся неминуемой советско-германскую войну в 1939 г. и дал Советскому Союзу полтора года мира, столь необходимых ему для подготовки к будущему противостоянию с Третьим рейхом, а Германии – полтора года на ведение войны на Западе и на подготовку похода на Восток.

Смысл событий августа 1939 г. был понятен всем современникам. Его очень хорошо выразил писатель Всеволод Вишневский, оставивший в своем дневнике следующую запись: «Ныне мы берем инициативу, не отступаем, а наступаем. Дипломатия с Берлином ясна: они хотят нашего нейтралитета и потом расправы с СССР; мы хотим их увязания в войне и затем расправы с ними». И только современные либералы делают вид, будто бы не понимают, зачем Сталину понадобился пакт с нацистами.



Выигрыш Третьего рейха

Теперь можно вернуться и к вопросу о том, кто лучше использовал полтора года мирной передышки для подготовки к будущей неизбежной войне – Советский Союз или Германия?

Как известно, Гитлер, узнав о подписании Пакта, пришел в полный восторг. Некоторые даже утверждают, что он бил кулаком в стену и кричал, что теперь весь мир у него в кармане. И надо признать, все основания для восторга у фюрера Третьего рейха были. Благодаря Пакту он смог вырваться из британской ловушки. Поставил под свой контроль континентальную Европу и из орудия британской политики (обреченного на уничтожение после выполнения отведенной ему Лондоном миссии) превратился в самостоятельного игрока.

Рейх набрал такую мощь, что смог в 1941 г. позволить себе поход против России, который в случае успеха, – а в нем у немецкого руководства сомнений не было, – открывал перспективу для сокрушения уже и Соединенных Штатов Америки. Воля Берлина, а не Лондона начала определять ход мировых событий. Третий рейх становился реальным претендентом на мировую гегемонию.

На эту нацеленность немецкой политики указывал Валентин Фалин: «Сознание и психика Гитлера оказались запрограммированными на следующую войну – войну с Соединенными Штатами. Овладение ресурсами, по возможности не разрушенными, в центральных областях Российской Федерации и на Украине было альфой и омегой для торжества».

Страшный разгром Красной армии в приграничном сражении, стремительное продвижение немецких войск на сотни километров вглубь советской территории летом сорок первого, казалось бы, самым наглядным образом свидетельствовали о том, что война в результате Пакта Молотова-Риббентропа начала развиваться по германскому сценарию. Как и утверждает проф. М.М. Наринский.

Однако триумф лета 1941 сменился поражением под Москвой, а затем и Сталинградом. После чего «вдруг» оказалось, что сценарий войны определяется уже волей не Берлина, а волей Москвы, правда, в сочетании и взаимодействии с волей Вашингтона.

Несомненно, хребет вермахту ломала Красная армия. Героизм и воинское мастерство наших отцов и дедов определяли исход войны. Но именно Пакт Молотова-Риббентропа создал условия для краха блицкрига в 41-м и разгрома немцев и их союзников под Сталинградом. Как это не покажется кому-то странным.




Пакт и провал блицкрига

Пакт предоставил Советскому Союзу возможность отодвинуть границу на Запад и – время для подготовки к схватке с Третьим рейхом. Из того и другого Сталин смог «выжать» для страны все возможное и невозможное.

Либеральные «витии» от журналистики и науки любят обличать Сталина за его «отсталое» геополитическое мышление и попытки обеспечить безопасность страны за счет территориальных приобретений. Мол, все, что удалось приобрести по Пакту в 1940 г., уже летом 1941-го было утеряно в считанные недели. Казалось бы, возразить нечего. Но при одном условии: если не учитывать динамику немецкого продвижения.

Такое исследование начального периода войны сделал известный советский и российский военачальник, в прошлом начальник Академии Генерального штаба ВС РФ, генерал-полковник В.С. Чечеватов. Результат красноречив: «СССР … “перенес” границу на сотни километров на запад от Москвы, Киева, Минска, Ленинграда, что явилось одной из основных причин срыва плана “Барбаросса”, рассчитанного на молниеносный первый удар. <…> До начала Смоленского сражения 10 июля 1941 года немецкие войска, наступая со средним темпом до 34 км в сутки, продвинулись в глубину СССР до 680 км, 10 сентября — к концу сражения — они углубились еще до 250 км темпом до 3,7 км в сутки, а оставшиеся до Москвы 250 километров войска вермахта преодолевали с огромными потерями со средним темпом уже до 2,9 км в сутки. Если бы не вырванные у Гитлера 250—350 км пространства от старой границы СССР, Смоленское сражение по времени стало бы битвой за Москву со всеми вытекающими последствиями (выделено мною. – И.Ш)».

Отсюда вывод, который делает не «диванный стратег», а признанный и авторитетный военный специалист: «Гитлер еще до начала боевых действий против СССР проиграл И.В. Сталину две самые важные стратегические операции — битву за Пространство и битву за Время, чем и обрек себя на поражение уже в 1941 году».

Сразу возникает вопрос: а где именно Гитлер проиграл Сталину «битву за Пространство и битву за Время»? Полагаю, ответ очевиден – при подписании Пакта Молотова-Риббентропа. Признав, ради получения свободы рук в Польше и Западной Европе, постимперское пространство зоной интересов СССР, Гитлер тем самым обрек на провал блицкриг 1941 г. В оправдание ему можно сказать только то, что Гитлеру и в голову не могло прийти, что Сталин сумеет превратить «зоны интересов» в форпосты советского государства. Впрочем, недооценка противника, когда речь заходит о России, извечная беда германских политиков.



Пакт и Сталинградская битва

Однако, даже потерпев поражение под Москвой, Третий рейх не смирился с неизбежным поражением. При том что и ведущие немецкие генералы, и сам Гитлер ранее неоднократно говорили: победить Советский Союз можно лишь одним ударом – блицкригом, и никак иначе. В 1942 г. немцы доказали, что и они способны на невозможное. Выйдя к Сталинграду и на Кавказ, они чуть было не переломили ход войны в свою пользу.

Причин поражений Красной армии в 42-м было немало. Одна из них в том, что армия, победившая под Москвой, оказалась буквально на «голодном пайке», а страна на грани экономической катастрофы. Немцы к декабрю 1941 г. заняли почти все крупнейшие промышленные центры государства к западу от Москвы. Валовая продукция промышленности СССР с июня по ноябрь 1941 года обрушилась в 2,1 раза. Так например, в ноябре и декабре 1941 г. народное хозяйство СССР не получило ни одной тонны угля из Донецкого и Подмосковного угольных бассейнов.

Что позволило пережить этот экономический шок и к концу 42-го года оснастить и вооружить части и соединения, разбившие врага под Сталинградом? Вышла на полную мощь промышленность востока СССР, заработали эвакуированные туда предприятия. Это всем хорошо известно. Менее известно то, какую роль во всем этом сыграл Пакт Молотова-Риббентропа.

Пакт, оттянув войну с Германией, дал Советскому Союзу дополнительных полтора года мирной жизни. У нас много пишут и говорят о том, как за эти полтора года окрепла Германия, поставив себе на службу экономику практически всей континентальной Европы. Но «скромно» умалчивают о той, поистине титанической работе, которая была проделана за эти полтора года в Советском Союзе.

Именно в это время разворачивается масштабная программа создания второй промышленной базы на востоке СССР. Разрабатываются детальные планы эвакуации промышленных предприятий из западных районов на Восток. В 1941 г. были эвакуированы почти полторы тысячи крупных фабрик и заводов. Часто буквально из-под носа наступающего врага. Но чтобы это все произошло – это должно было быть хорошо подготовлено. Чтобы заводы могли начать работать даже без крыши, кто-то заранее должен был определить место, в которое они попадут и подвести к этому месту коммуникации (к вопросу о том, что Сталин собирался воевать малой кровью и на чужой территории).

Сама программа создания второй промышленной базы на Востоке страны начала осуществляться до 1939 г. Это было одной из целей третьей пятилетки (1938–1942 гг.).

Но полномасштабная работа по переводу народного хозяйства на военные рельсы, развитие восточной промышленной базы ударными темпами, создание заводов-дублеров на Востоке, подготовка планов эвакуации — все это произошло именно в те последние полтора года «мирной передышки», которые обеспечил стране Пакт Молотова-Риббентропа.

Уже в четвертом, «особом», квартале 1939 г. был введен в действие мобилизационный план, предусматривавший перестройку деятельности промышленности, выделение более половины всех капиталовложений оборонным стройкам, в первую очередь, на Востоке. Такие же чрезвычайные экономические меры продолжались и в 1940 и 1941 гг. Была начата подготовка к размещению военных заказов на предприятиях всех отраслей. А мы сейчас удивляемся, как это удалось быстро наладить в 1941–1942 гг. выпуск военной продукции на фабриках детских игрушек или музыкальных инструментов.

Поэтому можно смело утверждать, что заключив со Сталиным Договор о ненападении, Гитлер дал Сталину не только возможность вернуть территории, погубившие блицкриг, но и время, необходимое для подготовки экономики страны к войне. Что и позволило Советскому Союзу выдержать удар 1942 г.



Пакт и Антигитлеровская коалиция

О том какую роль Пакт Молотова-Риббентропа сыграл в создании Антигитлеровской коалиции, очень точно написал Михаил Демурин: «Сталин своим августовским 1939 года внешнеполитическим ходом не позволил англичанам и американцам направить мировую историю по собственному руслу. Он сумел превратить их из силы, стоявшей за Гитлером и без пяти минут не просто политических, коими они всегда оставались, но и военных противников СССР в противников Германии и наших союзников. Союзников очень сложных, условных, таких, которых ещё пришлось удерживать от соблазна сепаратных сделок на этот раз с окружением Гитлера в 1944 — 1945 годах, но в сотрудничестве с которыми всё же удалось победить нацистов и обеспечить безопасность как западных, так и восточных рубежей нашей страны, создать на многие десятилетия действенную систему международной безопасности в виде ООН».

Конечно, не сам Договор о ненападении превратил врагов Советского Союза (Британию и Америку) в союзников СССР, а обусловленное им коренное изменение баланса сил в мире. Изменение, ставшее возможным в результате того, что Сталин предоставил Гитлеру «свободу рук» в Польше и Западной Европе.

Это звучит более чем не политкорректно, но только разгром немцами Франции (нашего потенциального союзника, как нас уверяют) вынудил Лондон и Вашингтон стать союзниками Москвы, сделал возможным такой удивительный феномен, как Антигитлеровская коалиция.

Пакт позволил Гитлеру поставить под немецкий контроль всю континентальную Европу, создать, возглавляемый Третьим рейхом Евросоюз. А это уже было способно изменить глобальную расстановку сил. Да, немецкий Евросоюз еще не был в состоянии самостоятельно сокрушить Британскую империю и, тем более, Соединенные Штаты Америки. Но и они уже были не в состоянии самостоятельно сокрушить Третий рейх.

В случае же победы Германии над Советским Союзом Рейх получил бы такую мощь, что поражение Британской империи становилось неизбежным, а исход схватки с Америкой трудно предсказуемым. При этом в Лондоне прекрасно понимали, что в результате поражения потерей только Империи им не отделаться, речь пойдет о выживании самой Великобритании.

Единственной силой, которая могла остановить Третий рейх, возглавивший континентальную Европу, оказался Советский Союз. Без союза с ним шансы Лондона и Вашингтона на победу были минимальны, если не сказать призрачны. Черчилль – действительно великий политик, он сразу же после капитуляции Франции взял курс на сотрудничество с СССР в войне против Третьего рейха. Его полностью поддержал Рузвельт.

Лондону и Вашингтону, готовившим Вторую мировую войну ради победы друг над другом (чужими руками), и ради уничтожения коммунистической России, не осталось ничего другого, как пойти на союз с СССР для спасения самих себя от того, кого они пытались использовать для собственных целей — Лондон для сохранения британской гегемонии, Вашингтон для ее обретения.

Результатом краха их сценариев Второй мировой войны и вынужденного союза с Россией в рамках Антигитлеровской коалиции стало то, что Британская империя «приказала долго жить», но зато уцелела Великобритания. Соединенные же Штаты обрели положение гегемона Запада, но не смогли стать гегемоном мира. Мир оказался биполярным, а не однополярным как планировали в Вашингтоне. И все эти процессы «запустил» Пакт Молотова-Риббентропа.

Что дало создание Антигитлеровской коалиции СССР? Во-первых, «ленд-лиз» и второй фронт. У нас ныне есть две крайности: одни твердят о том, что без помощи союзников по коалиции Советский Союз не смог бы победить, другие, что от союзников никакого прока не было. С либералами спорить уже надоело, поэтому ограничимся одними ура-патриотами. Неужели они согласны с либералами в том, что Сталин ничего не понимал в международной политике, экономике и военном деле, согласны с тем, что войну выиграли вопреки Верховному главнокомандующему? А если не согласны, то пусть задумаются, почему Сталин с первых месяцев войны в переписке с Черчиллем и Рузвельтом постоянно вел речь о поставках в СССР необходимого военного снаряжения и промышленного оборудования?

Почему Сталин столько сил положил, добиваясь скорейшего открытия второго фронта? Ему что, больше нечем было заняться? Глупо спорить: помощь союзников помогла как минимум на год приблизить Победу, и спасла миллионы жизней советских людей.


Во-вторых, сотрудничество с союзниками по Антигитлеровской коалиции дало возможность Советскому Союзу совместно с Соединенными Штатами Америки (Лондон уже был на третьих ролях) выработать послевоенную систему мироустройства, получившую название Ялтинско-Потсдамская. Систему, максимально учитывающую интересы нашей страны. А без Пакта Молотова-Риббентропа всего этого быть не могло. Он проложил дорогу и к Ялте, и к Потсдаму и, в значительной мере, предопределил расстановку сил на десятилетия вперед.

Показательно высказывание Генерального секретаря НАТО Дж. Робертсона от 14 декабря 2002 года: «Пригласив в НАТО семь стран Центральной и Восточной Европы, альянс добился самой большой победы за полвека. Он перечеркнул Пакт Риббентропа-Молотова и Ялтинские соглашения».

Руководитель НАТО открыто признает прямую связь Пакта и Ялтинских соглашений и считает, что противникам России лишь в 2002 г., через 63 года после августа 1939, удалось их «перечеркнуть». Надеюсь, рано радуется.


Подведем итоги. Пакт Молотова-Риббентропа в 1939 году не позволил Британии спровоцировать советско-германскую войну. Пакт дал возможность СССР в 1940 году вернуть утраченные после революции территории и тем самым увеличить глубину стратегической обороны на западном направлении. Это сыграло ключевую роль в провале блицкрига.

За полтора года «мирной передышки», обеспеченных Пактом, Советский Союз успел подготовить экономику страны к переводу ее на военные рельсы, а также сделать мощный рывок в развитии второй промышленной базы страны на Востоке, создать условия для быстрой и эффективной эвакуации промышленных предприятий из европейской части государства. Все это позволило СССР выдержать удар 1942 года.

Пакт вынудил Британию и Соединенные Штаты Америки стать нашими союзниками, создал условия для возникновения Антигитлеровской коалиции. Взаимодействие с союзниками как минимум на год приблизило Победу, и спасло миллионы жизней советских людей.

Пакт проложил путь к Ялтинским и Потсдамским соглашениям, определившим послевоенное мироустройство.

Поэтому пакт Молотова-Риббентропа – это Договор, заложивший основу для нашей Великой Победы.

Специально для «Столетия»

22 июня 1941 года. 1-й день войны
 

https://linguanet.ru/iyun-iyul.php?sphrase_id=360152

Германия, Финляндия. В 00 часов 10 минут группа из 14 бомбардировщиков Ju-88 вылетела из Кёнигсберга (Калининград) и в 03 часа 05 минут сбросила 28 магнитных мин у Кронштадтского рейда. На ведущем самолете находился финский офицер, который обеспечил посадку группы на аэродроме Утти в южной Финляндии для дозаправки. Другая группа немецких бомбардировщиков в это же время вышла к Ленинграду через воздушное пространство Финляндии
Москва. В 00 часов 30 минут в западные военные округа была передана директива № 1:
В 4 часа 00 минут начальник штаба Черноморского флота приказал открыть огонь по немецким самолётам, которые вторглись далеко в воздушное пространство СССР.

В 4 часа 10 минут УНКГБ по Львовской области передало по телефону в НКГБ УССР сообщение о переходе на советскую территорию в районе г. Сокаль ефрейтора вермахта Альфреда Лискова. На допросе в штабе пограничного отряда он заявил, что наступление германских войск начнётся на рассвете 22 июня.
В 4 часа 30 минут немецкие войска перешли в наступление. Началась Великая Отечественная война.
Западный фронт. Началась Белорусская стратегическая оборонительная операция фронта, при участии Пинской военной флотилии, продолжавшаяся до 9 июля 1941 года. В 5 часов 25 минут командующий фронтом направил командующим 3-й, 10-й и 4-й армиями директиву: «Ввиду обозначившихся со стороны немцев массовых военных действий приказываю: поднять войска и действовать по-боевому».

Берлин. В 5 часов 30 минут министерство иностранных дел Германии направило народному комиссару иностранных дел СССР Ноту от 21 июня 1941 года, в которой заявило:

Москва. В 7 часов 15 минут в западные военные округа была передана директива № 2:

В 12 часов состоялось выступление по радио народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова:

Италия. В 12 часов дня министр иностранных дел Италии Чиано заявил:

Москва. В 21 часов 15 минут в западные военные округа была передана директива № 3:
«1. Противник, нанося удары из Сувалковского выступа на Олита и из района Замостье на фронте Владимир-Волынский, Радехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шяуляй и Седлец, Волковыск, в течение 22.6, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях. На остальных участках госграницы с Германией и на всей госгранице с Румынией атаки противника отбиты с большими для него потерями.
2. Ближайшей задачей войск на 23—24.6 ставлю:
а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки;
б) мощными концентрическими ударами механизированных корпусов, всей авиации Юго-Западного фронта и других войск 5 и 6А окружить и уничтожить группировку противника, наступающую в направлении Владимир-Волынский, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин…
На фронте от Балтийского моря до госграницы с Венгрией разрешаю переход госграницы и действия, не считаясь с границей… Тимошенко Маленков Жуков.
Указом Президиума Верховного Совета СССР с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905—1918 гг. рождения) в 14 военных округах из 17.
Северо-Западный фронт. Началась Прибалтийская стратегическая оборонительная операция фронта и части сил Краснознамённого Балтийского флота, продолжавшаяся до 9 июля 1941 года. В рамках стратегической операции проведены Приграничное сражение в Литве и Латвии и Контрудар на шяуляйском направлении).
На шяуляйском направлении 4-я танковая группа группы армий «Север» прорвала оборону 8-й армии. Немецкий XXXXI-й моторизованный корпус занял Таураге, отбросив советские войска за реку Дубиса. LVI-й мотокорпус продвинулся за день на 80 километров, вышел в район северо-западнее Каунаса и овладел мостом через Дубису около Айрогалы.
На вильнюсском направлении 3-я танковая группа и 9-я армия группы армий «Центр» прорвали оборону 11-й армии, захватили все три моста через Неман и форсировали реку в районах Алитус и Меркине.
На других участках фронта под давлением немецких войск советские войска отступили на 15—20 километров. Таким образом, в первый же день фронт обороны советских войск оказался прорванным на нескольких направлениях, нарушена система связи, потеряно централизованное управление войсками.
Западный фронт. В качестве представителей Ставки Главного Командования на фронт направлены Маршалы Советского Союза Б.М. Шапошников и Г.И. Кулик.
На южном крыле фронта 2-я танковая группа группы армий «Центр» по захваченным мостам форсировала Западный Буг по обе стороны Бреста и прорвала оборону 4-й армии, которой командовал уроженец Петровска Саратовской области, генерал-майор А.А. Коробков. XII-й армейский корпус 4-й армии группы армий «Центр» начал штурм Брестской крепости.
Юго-Западный фронт. Началась Львовско-Черновицкая стратегическая оборонительная операция войск фронта и 18-й армии Южного фронта, продолжавшаяся до 6 июля 1941 года. В рамках данной операции были проведены: приграничное оборонительное сражение, Львовско-Луцкая и Станиславско-Проскуровская фронтовые оборонительные операции. В качестве представителя Ставки Главного Командования на Юго-Западный фронт был направлен генерал армии Г. К. Жуков.
1-я танковая группа и 6-я армия группы армий «Юг» нанесли главный удар по левому флангу 5-й и по правому флангу 6-й армий, в стык Владимир-Волынского и Струмиловского укреплённых районов. Противник захватил мосты через Западный Буг, занял города Кристинополь и Сокаль. За первый день сражения на направлении главного удара 1-я танковая группа вклинилась в оборону советских войск на глубину до 20 километров.
На правом фланге 5-й армии советские войска встречным ударом отбросили прорвавшихся немцев к реке Буг. Но противнику вновь удалось форсировать реку и к концу дня захватить небольшой плацдарм.
На левом фланге фронта 17-я армия группы армий «Юг» нанесла удар в стык Рава-Русского и Перемышльского укреплённых районов в направлении на Львов. Упорное сопротивление советских пограничников позволило войскам 6-й армии занять подготовленные рубежи обороны и остановить противника перед позициями Струмиловского и Рава-Русского укрепрайонов.
Началась оборона военно-морской базы Ханко, продолжавшаяся до 2 декабря 1941 года. На Ханко совершила налёт немецкая бомбардировочная авиация.

«Враг будет разбит. Победа будет за нами»: лица первого дня войны
 

https://www.vedomosti.ru/politics/ga...41-litsa-voini
Как жители СССР слушали историческую речь Молотова 22 июня 1941 года
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/...fault-110g.jpg
Евгений Халдей / Фотохроника ТАСС
Утром 22 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на Советский Союз. О начале отечественной войны советские граждане узнали по радио из сообщения народного комиссара иностранных дел Вячеслава Молотова. На фото москвичи слушают радио у Кремля
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4s/...fault-1iq1.jpg
Российский государственный архив социально-политической истории
«Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек», – говорилось в речи Молотова. На фото рабочие завода «Серп и Молот», Москва
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/...fault-14qh.jpg
Центр документации новейшей истории Тамбовской области
«Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины». На фото Тамбов, площадь им. Ленина
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/...fault-11vg.jpg
Борис Лосин / РИА Новости
«Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы». На фото рабочие Ленинграда
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4s/...fault-1ikf.jpg
Государственный архив Приморского края
«Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху». На фото жители Владивостока
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/...fault-14t1.jpg
А. Скурихин / Фотохроника ТАСС
Речь Молотова заканчивалась знаментыми словами: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами». На фото колхозники у радиоприемника, постановочный кадр
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/...fault-127n.jpg
24 июня это обращение было опубликовано в газетах с портретом Сталина

Летчик Дмитрий Кокорев – герой первого дня войны
 

http://rusplt.ru/wins/letchik-dmitri...rev-30046.html
22 июня 2017, 16:00
Русские победы, История

http://rusplt.ru/netcat_files/517/93...07/Kokorev.jpg
Дмитрий Кокорев с женой Екатериной в день свадьбы, август 1940 года
22 июня 1941 младший лейтенант Дмитрий Кокорев совершил первый в истории Великой Отечественной войны воздушный таран

22 июня 1941 года, в день вероломного нападения фашисткой Германии на нашу Родину, одним из первых отражать атаку захватчиков пришлось советским летчикам. Они явили пример беспредельного мужества, сражаться летчики продолжали даже тогда, когда отказывало оружие или заканчивались боеприпасы, только в первый день войны было совершено несколько таранов вражеских самолетов. В числе тех, кто совершил таран 22 июня – младший лейтенант Дмитрий Васильевич Кокорев.

Дмитрий Кокорев был молодой, но опытный пилот, за его плечами – Пермская авиашкола и курсы командиров звеньев, войну он встретил в должности командира звена 124-го истребительного авиационного полка 9-й смешанной авиационной дивизии Западного особого военного округа.

Авиационный полк, в котором служил Кокорев, располагался на аэродроме в Высоке-Мазовецке (ныне в Польше), как и другие части, он был поднят по тревоге после получения из Москвы Директивы №1, в которой говорилось о возможном нападении Германии. Директива предписывала не поддаваться на провокационные действия немцев, поэтому советские истребители поднялись в воздух лишь после того, как немецкие самолеты предприняли бомбардировку аэродрома. В район Высоке-Мазовецкого аэродрома фашисты направили 120 бомбардировщиков в сопровождении 60 истребителей.

Бой вести против них предстояло истребителям-перехватчикам МиГ-3. Младший лейтенант Кокорев во главе звена вылетел на перехват самолетов противника, наши летчики заставили повернуть группы вражеских самолетов назад.

По возвращении на аэродром, Кокарев заметил вражеский бомбардировщик Dornier, после трех проведенных атак, когда боеприпасы у МиГа закончились, Кокарев принял решение идти на таран. Пропеллер МиГа рубанул стабилизатор «дорнье», и бормбардировщик рухнул вниз (согласно оперативной сводке штаба полка, Кокарев сбил истребитель Ме-110).

Наш истребитель сорвался в беспорядочное падение, но пилоту удалось благополучно посадить самолет. Таран, совершенный младшим лейтенантом Кокоревым в 5.15 по московскому времени, стал одним из первых (вероятно, самым первым) тараном в начавшейся Великой Отечественной войне.

«Крошить фашистов буду на мелкие части. Смерть им, нарушившим мир!», - писал в письме Дмитрий Кокорев своей жене Екатерине, с которой вступил в брак незадолго до начала войны.

Бить врага Дмитрий Кокорев продолжил над Москвой и Ленинградом, он погиб 12 октября 1941 года, успев за это время совершить более ста боевых вылетов, на счету летчика пять сбитых самолетов противника. За три дня до смерти Дмитрий Васильевич Кокорев был представлен к награде орденом Красного Знамени.

Как перед войной немецкие лётчики и танкисты обучались в СССР
 

https://von-hoffmann.livejournal.com/982183.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-05-31 22:56:00 143


По условиям Версальского договора, проигравшей Первую Мировую войну Германии запрещалось иметь и развивать передовые виды вооружения, в первую очередь военную авиацию и бронетехнику.

Однако в 1922 году между находившимся в международной изоляции советским государством и Германией были подписаны Рапалльские соглашения, в рамках которых устанавливались дипломатические отношения и снимались взаимные претензии.

Кроме того 5-я статья этого документа, разрешавшая военно-промышленное сотрудничество, способствовала открытию немцами в СССР на взаимовыгодных условиях объектов для обучения военных кадров и испытания военной техники. Однако данное положение противоречило Версальскому договору и эти военные заведения были засекречены.

Объект «Липецк»

Первым немецким военным учебным заведением, открытым в СССР была авиационная школа в Липецке, распахнувшая свои двери для курсантов 15 июля 1925 года.

Реконструировав выделенные под общую лётно-тактическую школу помещения, немцы, построили ремонтную мастерскую и два ангара, а также закупили на собственные средства 50 истребителей Fokker D.XIII, несколько бомбардировщиков и самолётов.

Всё оборудование и летательные аппараты ввозились в СССР под видом коммерческих грузов АО «Метахим», а германские пилоты-стажёры въезжали в страну по фальшивым паспортам в качестве туристов или представителей частных фирм. Чтобы не выдавать себя они носили либо гражданскую одежду, либо форму красноармейца без знаков различия.

Практический курс подготовки лётного состава занимал 5—6 месяцев, в течение которых лётчики отрабатывали оптимизацию ведения воздушной схватки, производили бомбёжку из разных положений и знакомились с передовыми оптическими приборами, пушками и пулемётами, установленными на самолётах.

На засекреченном объекте «Липецк», велась активная научно-исследовательская работа в области авиастроения, немецкие механики делились своими техническими прорывами с советскими конструкторами, а инструкторы обучали пилотов высшего класса, проводивших совместные тактические учения с разными родами войск Красной Армии.

На полигоне липецкой авиашколы проводились испытания нового авиационного оборудования, вооружения и самолётов-бомбардировщиков.

За восемь лет функционирования лётной школы немцы подготовили 120 пилотов-истребителей для вооружённых сил Германии и сотни профессионалов для РККА, параллельно снабдив советскую военную промышленность новыми знаниями.

В сентябре 1933 года на базе закрывшегося объекта «Липецк» родилась Высшая лётно-тактическая школа военно-воздушных сил СССР.

Объект «Кама»

В октябре 1926 года между СССР и Германией был подписан договор о создании под Казанью засекреченной немецкой танковой школы, где могли бы оттачивать своё мастерство солдаты рейхсвера и получать необходимые практико-теоретические знания красноармейцы.

Осознавая отставание от своих европейских коллег в области танкостроения, высшее советское руководство было заинтересовано в появлении подобного полигона, где открывался доступ к информации, касавшейся передовых технологий военного машиностроения.

Изучая разработки германских специалистов, советские конструкторы перенимали их опыт, позволивший позже усовершенствовать собственную военную технику и создать легендарный танк – Т-34.

Названная объектом «Кама», в котором поместилась частичка от места базирования – Казань и начальные буквы фамилии её первого начальника – Мальбрандта, танковая школа располагалась в пустовавших казармах Каргопольского полка, с примыкавшим к ним тренировочным полигоном и стрельбищем.

Занятия в «Каме» вели немецкие специалисты, которые за три года функционирования центра подготовили 40 германских офицеров и 250 советских танкистов. Единовременно в стенах школы обучалось не больше 15 человек, все немцы, в целях конспирации, ходили в форме командного состава РККА.

К началу 30-х годов Германия стала сокращать своё присутствие на бронетанковом полигоне, и в 1933 году прекратила сотрудничество с СССР, который выкупил у немцев всё, что могло представлять ценность для моторизации и механизации армии. Впоследствии оно было передано Казанскому пехотному училищу, позже реорганизованному в танковое.

Объект «Томка»

Приблизительно 1 миллион марок немцы вложили в строительство секретного объекта «Томка», на полигонах которого с 1928 года испытывали способы применения химического оружия в авиации и артиллерии, а также методы очищения заражённой территории и техники.

Изначально местом расположения тайного центра рейхсвера в СССР планировался глухой район под Оренбургом, но затем было принято решение разбить его в посёлке Шиханы Саратовской области, граничившей с Автономной Республикой Немцев Поволжья, чтобы ни у кого не вызывала подозрения высокая концентрация немцев.

В школе «химической войны» все административные дела находились в ведении советских граждан, а техническое управление опытами было в компетенции немцев.

При этом по договору ни один эксперимент, как впрочем, и испытание, не могло проводиться без присутствия или участия советских специалистов, которых в обязательном порядке снабжали копиями всех документов, имевшихся в распоряжении их европейских коллег.

Преследуя одинаковые цели советская и немецкая сторона, делили друг с другом не только идеи относительно технических разработок, но и расходы, связанные с содержанием и развитием полигона «Томка».

К слову, на его территории базировались четыре химические лаборатории, два вивария, где содержались подопытные животные, дегазационная камера, пять бараков для проживания, ангары для спецмашин и гараж.

Немецкое представительство на «Томке» состояло из руководителя испытательных работ, инструктора и 30 химиков, ежегодно подписывавших новый контракт на осуществление засекреченной деятельности. Причём по бумагам, они являлись сотрудниками германского «Акционерного общества по использованию сырья», которые на партнёрских условиях оказывали содействие советскому «Акционерному обществу по борьбе с вредителями и применению искусственных удобрений».

Немцам категорически запрещалось покидать объект «Томка» без специального пропуска согласованного в Москве, общаться с жителями близлежащих мест, выносить что-либо из лабораторий.

На начальном этапе на полигоне проводились важные опыты, но затем советское руководство стало подозревать немцев в сокрытии важных данных. К слову эти сомнения были небезосновательны, поскольку, несмотря на клятвенные уверения германской стороны в прозрачности их работы, они всё-таки пытались не афишировать некоторые разработки в химической сфере, так как опасались, что в будущем эти наработки могут быть применены против немецкой армии.

В 1933 году советско-германское сотрудничество в Шиханах было свёрнуто, а на базе секретного объекта вырос Центральный научно-исследовательский и испытательный институт химических войск Министерства обороны.

Ашхен Аванесова

Источник: https://russian7.ru/post/pochemu-per...iki-i-tankist/

Коминтерн и оккупация Франции. Первый фронт, ч.1
 

Коминтерн и оккупация Франции. Первый фронт, ч.2

Коминтерн и оккупация Франции. Первый фронт, ч.2
 

https://www.youtube.com/watch?v=gqcy2S5kuvk

"Триумфальный Марш" в цифрах. Первый фронт, ч.3
 

https://www.youtube.com/watch?v=nHmmDR1qcGM

22 июня. (I ЧАСТЬ)
 

http://egor-23.livejournal.com/424844.html
В полном объеме миф выглядит так: «Сталин, его ближайшее окружение, Генеральный штаб, а также Главное разведывательное управление допустили крупнейший просчет в оценке военно-стратегической обстановки. Не придавалось должного значения сообщениям замечательных советских разведчиков». «…Основной причиной неожиданности нападения на нас является плохо организованная на наших западных границах разведка».
Мартиросян А.Б. 22 июня. (I ЧАСТЬ)
В полном объеме миф выглядит так: «Сталин, его ближайшее окружение, Генеральный штаб, а также Главное разведывательное управление допустили крупнейший просчет в оценке военно-стратегической обстановки. Не придавалось должного значения сообщениям замечательных советских разведчиков». «…Основной причиной неожиданности нападения на нас является плохо организованная на наших западных границах разведка».
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...47005_1000.jpg
Дело в том что полный бред на эту тему впервые появился еще на XX съезде КПСС. «Первые кирпичи» в «фундамент» этого глупейшего, подлейшего и крайне оскорбительного для советской (военной) разведки мифа заложил непосредственно Н. С. Хрущёв. К глубокому сожалению, широкому распространению этого мифа сильно подыграли и видные военачальники, особенно же маршалы Г. К. Жуков и А. И. Еременко. Авторами использованных в названии мифа являются маршал Еременко и коллектив авторов «Краткой истории Великой Отечественной войны» 1965 года издания. Впоследствии, практически через тридцать лет, «перцу » этому и без того ложному утверждению неизвестно почему добавил выдающийся ас советской разведки П.А. Судоплатов, указавший в свои мемуарах, что-де «руководство страны не смогло правильно оценить полученную по разведывательным каналам информацию»!? В эти же «сани» полез и современный, казалось бы, здравомыслящий исследователь Михаил Мельтюхов, недавно заявивший в письменной форме, что-де «главной причиной неудачного начала Великой Отечественной войны стала ошибка советского руководства в оценке военно-политической обстановки накануне войны» [Мельтюхов М. Роковая ошибка. В сб.: Великая Отечественная катастрофа. Трагедия 1941 года. М., 2007. С. 322.]?! То есть оно, советское руководство, не смогло, видите ли, правильно оценить всю докладывавшуюся ему разведывательную и иную информацию (о запущенном Мельтюховым мифе — разговор отдельный).
«Приплыли!». Вечно не желающие тщательно разбираться что к чему историки и мемуаристы, не задумываясь, во всем винят разведку! С какой такой стати разведка должна быть виновата?! И с какой стати изволят записывать руководство СССР, то есть, прежде всего, самого Сталина в идиоты, не способные правильно оценить военно-политическую обстановку?! Тот же Судоплатов, к примеру, одной рукой писал упомянутый выше бред, а другой отмечал, что Сталин делал выводы о военно-политической обстановке благодаря компетентной ориентировке в военно-экономической и внешнеполитической обстановке. Причем бред он написал в книге, которая предназначалась для Запада и только потом была издана на русском языке, а вот в посмертной книге, стоя уже у порога вечности, всё-таки соизволил быть честным и охарактеризовал Сталина как компетентного в военных, в военно-экономических и внешнеполитических делах. На краю могилы никто не рискует врать, ибо Господь этого не прощает. Как Сталин мог ошибочно оценить военно-политическую ситуацию, если… Впрочем, давайте по порядку. «Если оценивать содержание этих работ по общепринятым в науке критериям, то выводов здесь больше, чем на очень сильную докторскую диссертацию по специальности «политология» или, точнее, “политическая технология”. Причем своей актуальности они не утратили спустя много лет. Здесь нет “красивых” слов, ярких образов “высокого” литературного стиля — только технология политики». Знаете о ком, а, главное, о чем идет речь, и кто автор этих слов?! Это экспертное мнение современных специалистов — академиков Российской Академии образования Д. В. Колесова и В. А. Пономаренко, проанализировавших на вскидку всего две статьи Сталина — «О политической стратегии и тактике русских коммунистов» (1921 г.) и «К вопросу о стратегии и тактике русских коммунистов» (1923 г.). Вы понимаете, к какому выводу они пришли?! Сталин-то ещё тогда, в начале 20-х гг. XX века, по своим знаниям соответствовал статусу более чем очень сильного доктора философии или политологии, а если еще точнее, то, очевидно, явно мог бы претендовать, как минимум, на звание хотя бы члена-корреспондента Академии наук. Все это к тому, что поступавшую в Кремль разведывательную информацию оценивал не какой-то недоучившийся семинарист, что извращенцы от истории усиленно пытаются вдолбить в массовое сознание, обусловливая этим причины трагедии 22 июня, — эту информацию по достоинству оценивал человек, соответствовавший, как минимум, званию более чем очень сильного доктора философии / политологии. И звали этого человека — Иосиф Виссарионович Сталин! Потому-то и выводы из разведывательной информации были безошибочны, так как компетентность Сталина в геополитических, политических, военных и экономических вопросах была выше всяких похвал, что безоговорочно признавали даже его недруги, в том числе из числа зарубежных политических и государственных деятелей, и даже из вражеского стана. Так что миф о том, что советское руководство, видите ли, допустило ошибку в оценке военно-политической обстановки накануне войны и анализировать-то не стоит. По меньшей мере это запредельное несоответствие историческим реалиям. Тем не менее, миф всё-таки существует. И как-то разбираться с ним надо. И мы будем разбираться. Но, как говаривал незабвенный Ильич, пойдем своим путем — путем выделения главного в этой нескончаемой, крайне оскорбительной и подлой склоке вокруг потом и кровью завоеванного высочайшего авторитета советских разведывательных служб перед Родиной. Дело в том, что с годами миф «доработали» и его «стержнем» стали неуместные, если не сказать покрепче, нападки персонально на славное ГРУ, особенно на знаменитый ныне его доклад от 20 марта 1941 г., и, конечно же, на Сталина. Более всех на эту тему «перестарался» ныне покойный военный историк В. Анфилов. Более сорока лет кряду и во всевозможных вариациях он старательно распространял в различных своих книгах и иных публикациях несусветную ложь, запутав буквально всех и вся. Правда, ни на йоту не отдавая себе отчета в том, что лжет как Геббельс. Но колченогий нацистский супостат хоть понимал, о чем он лжет и для чего лжет. Чего нельзя сказать о покойном профессоре. Ибо он попросту не понимал, что пишет сорок лет кряду. К глубокому сожалению, доверчивое общественное мнение внимало этой профессорской лжи. Однако, как говаривал Наполеон, всему есть предел. Настал предел и этой лжи. Ведь в действительности все обстояло иначе. Начнем с содержания самого доклада:
«Доклад Начальника Разведуправления Генерального штаба Красной Армии в Народный Комиссариат обороны СССР, в Совет Народных Комиссаров и ЦК ВКП(б) “Высказывания (оргмероприятия) и варианты боевых действий германской армии против СССР” 20 марта 1941 г. б/н
Большинство агентурных данных, касающихся возможностей войны с СССР весной 1941 г., исходит из англо-американских источников, задачей которых на сегодняшний день, несомненно, является стремление ухудшить отношения между СССР и Германией. Вместе с тем, исходя из природы возникновения и развития фашизма, а также его задач — осуществление заветных планов Гитлера, так полно и «красочно» изложенных в его книге «Мояборьба», краткое изложение всех имеющихся агентурных данных за период июль 1940 — март 1941 г. заслуживают в некоторой своей части серьезного внимания. За последнее время английские, американские и другие источники говорят о готовящемся якобы нападении Германии на Советский Союз. Из всех высказываний, полученных нами в разное время, заслуживают внимания следующие:
1. Геринг якобы согласен заключить мир с Англией и выступить против СССР.
2. Японский ВАТ передает, что якобы Гитлер заявил, что после быстрой победы на западе он начинает наступление против СССР.
3. В Берлине говорят о каком-то крупном разногласии между Германией и СССР. В связи с этим в германском посольстве говорят, что после Англии и Франции наступит очередь за СССР.
4. Турецкая газета «Сон поста» сообщает, что германский командующий войсками в Австрии, обращаясь к войсковым частям, заявил, что главным врагом Германии являются русские и что на германских солдат может быть возложена задача ещё большего расширения границ Германии.
5. Американский посол в Румынии в своей телеграмме в Вашингтон сообщает, что Джигуржу имел беседу с Герингом, в которой последний сказал, что если Германия не будет иметь успеха в войне с Англией, то она вынуждена будет перейти к осуществлению своих старых планов по захвату Украины и Кавказа.
6. Германский ВАТ высказал, что после окончания войны с Англией немцы помогут Финляндии получить обратно потерянные территории.
7. Гитлер намерен весной 1941 г. разрешить вопрос на Востоке.
8. В беседе с югославским ВАТ в Москве последний говорил, что Финляндия — это зона интересов СССР. Недавно советник германского посольства в Москве Пильгер (так в тексте, правильно — Хильгер. — A.M.) прямо сказал, что финны храбро дрались зимой, и они их русским не отдадут. За последнее время немцы подстрекают финнов против русских. Финны уже поговаривают о том, что «граница с СССР еще не окончательная, посмотрим, что будет после заключения мира в Европе».
9. Югославский ВАТ считает, что среди немцев имеются два течения: первое — СССР в настоящее время слаб в военном и внутреннем отношениях и настаивают на том, чтобы использовать удобный момент и вместе с Японией покончить с СССР и освободиться от пропаганды и дамоклова меча, висящего все время над Германией; второе — СССР не слаб, русские солдаты сильны в обороне, что доказано историей. Рисковать нельзя. Лучше поддерживать с СССР хорошие отношения.
10. Английские и французские журналисты утверждают, что в Германии происходит какая-то расстановка сил. В Стокгольме велись переговоры между Германией и Англией, представителем от Англии был Ллойд Джордж, но эти переговоры ни к чему не привели. Греческий журналист сообщил, что в Мадриде в июле 1940 г. имели место переговоры между Германией и Англией и что Германия недовольна СССР, так как последний предъявляет какие-то новые требования.
11. Данные Германией и Италией гарантии о границе Румынии направлены исключительно против СССР. Эти гарантии дополнены военным соглашением между Германией и Румынией. Этими гарантиями проникновению СССР на Балканы будет положен конец.
12. Министр иностранных дел Румынии Студза старался убедить Гитлера внести предложение Рузвельту о мире между Германией и СССР. Гитлер хочет мира, так как его терпение к СССР почти истощилось и что СССР полностью будет готов к войне только в 1942 году. Он же сказал, что неофициально мирные переговоры ведутся в Стокгольме, Мадриде и Ирландии.
13. Среди немецких офицеров ходят слухи о том, что в феврале 1941 г. в своем выступлении в «Спортпаласе» на выпуске офицеров Гитлер сказал, что у Германии имеются три возможности использования своей армии в 228 дивизий: для штурма Англии; наступления в Африку через Италию и против СССР.
14. Столкновение между Германией и СССР следует ожидать в мае 1941 гг. Источником подчеркивается, что это мнение высказывается как в военных кругах, так и в кругах министерства иностранных дел. Никто не реагирует одобрительно на эти планы. Считают, что распространение войны на СССР только приблизит конец национал-социалистического режима. Это мнение высказывает и племянник Браухича, который занимает пост в министерстве иностранных дел.
15. Шведский ВАТ в подтверждение сведений о подготовке наступления против СССР весной 1941 г. подчеркнул, что сведения получены от военного лица и основаны на сугубо секретном приказе Гитлера, который известен ограниченному кругу ответственных лиц. Руководитель восточного отдела министерства иностранных дел Шлиппе сказал, что посещение Молотовым Берлина можно сравнить с посещением Бека. Единомыслия достигнуто не было ни в вопросе о Финляндии, ни о Болгарии (обратите на это внимание, а то обычно визиту Молотова в Германию приписывают попытку сговора с нацистами, чего не было и в помине, ибо имел место зондаж с нашей стороны позиции германского руководства. — A.M.). Подготовка наступления против СССР началась значительно ранее визита Молотова, но одно время была приостановлена, так как немцы просчитались в своих сроках победы над Англией. Весной немцы рассчитывают поставить Англию на колени, развязав тем самым себе руки на Востоке.
16. Для борьбы с Англией достаточно тех сил, которые сосредоточены на канале (имеется в виду пролив Ла-Манш. — A.M.), a остальные силы свободны для борьбы против СССР. Выступление необходимо для того, чтобы создать ясность на Востоке и ликвидировать постоянную опасность того, что СССР может выступить на стороне Англии, а также захватом Украины обеспечить Европу продуктами питания.
Из наиболее вероятных вариантов действий, намечаемых против СССР, заслуживают внимания следующие:
1. Вариант № 1 по данным анонимного письма, полученного нашим полпредом в Берлине от 15 декабря 1940 г. (приложение № 1):
“…основное направление удара: а) от Люблина по Припяти до Киева; б) из Румынии между Яссы и Буковиной в направлении Тетерев, и в) из Восточной Пруссии на Мемель, Виллинг, р(ека) Березина и далее вдоль Днепра на Киев”;
2. Вариант № 2 по данным КОВО (Киевского Особого Военного округа. — A.M.) от декабря 1940 г. (приложение № 2): “…Три главных направления удара: а) из Восточной Пруссии в направлении Литвы, Латвии и Эстонии. Этот удар имеет преимущества, что Литва, Латвия и Эстония сразу же становятся союзниками Германии. Кроме того, Финляндия сразу же присоединяется к Германии, чтобы отнять забранную территорию; б) через Галицию и Волынь. Эта группа войск будет иметь поддержку украинцев и (войск) из Румынии, которая будет стремиться захватить отобранную у нее территорию. Группа войск 2-го и 3-го направлений окружает войска противника в Мало-Польше. На остальном участке фронта наносятся вспомогательные удары на фронтальном направлении с целью очищения всей остальной территории. На востоке СССР будет связан с Японией, что является для Германии плюсом, так как противник должен создать сразу два фронта, а поэтому концентрация его сил против Германии невозможна”.
3. Вариант № 3 по данным нашего агентурного донесения на февраль 1941 г. (приложение№3): “…Для наступления на СССР создаются три армейские группы: 1-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Бока наносит удар в направлении Петрограда, 2-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Рунштудта (так в тексте, правильно — Рунштедт. — A.M.) — в направлении Москвы и 3-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Лееба — в направлении Киева. Начало наступления на СССР ориентировочно 20 мая”.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...47225_1000.jpg
Кроме этих документов, по данным других источников, известно, что план наступления против СССР будет заключаться в следующем:
а) после победы над Англией Германия, наступая против СССР, предполагает наносить удар с двух флангов: охватом со стороны севера (имеется в виду Финляндия) и со стороны Балканского полуострова;
б) коммерческий директор германской фирмы “Тренча майне лимитид” заявил, что нападение на СССР произойдет через Румынию. Для этого Германия строит шоссе из Протектората через Словакию в Венгрию с целью переброски войск к советской границе. Венгрия и Румыния разрешили Германии пользоваться всеми путями сообщения для переброски войск, а также разрешили ей строить новые аэродромы, базы для мотомехчастей и склады для амуниции. Венгрия разрешила Германии пользоваться частью своих аэродромов. Все румынские войска и военно-технические сооружения находятся в распоряжении германского командования;
в) югославский в(оенный) ат(таше) Смидович заявляет, что, разрешая балканский вопрос, трудно представить, куда немцы направят своё острие, но он лично убежден, что все это предшествует нападению на СССР. Сам факт выхода немцев в Дарданеллы является прямым актом против СССР. Вообще Гитлер никогда не изменял своей программе, изложенной в книге “Моя борьба”, и эта программа является основной целью войны. Дружбой Гитлер пользуется как средством, дающим возможность разрешить задачу переустройства Европы (никакой дружбы с нацистами не было и в помине, ибо речь идёт о договоре о ненападении — продукте голого прагматизма обеих сторон. — A.M.);
г) по сообщению нашего ВАТ от 14 марта, в Румынии упорно распространяются слухи о том, что Германия изменила свой стратегический план войны. В разговоре с нашим источником немецкий майор заявил: “Мы полностью изменяем наш план. Мы направляемся на Восток, на СССР. Мы заберем у СССР хлеб, уголь, нефть. Тогда мы будем непобедимыми и можем продолжать войну с Англией и Америкой”. Полковник Риошану, бывший товарищ министра в Румынии, в личной беседе с нашим источником сказал, что главный штаб румынской армии вместе с немцами занят сейчас разработкой плана войны с СССР, начало которой следует ожидать через три месяца.
Немцы опасаются выступления СССР в тот момент, когда они пойдут в Турцию. Желая предупредить опасность со стороны СССР, немцы хотят предпринять инициативу и первыми нанести удар, захватить наиболее важные экономические районы СССР, и прежде всего Украину.
д) По сообщению нашего ВАТ из Берлина, по данным вполне авторитетного источника, начало военных действий против СССР следует ожидать между 15 мая и 15 июня 1941 г.
Вывод: 1. На основании всех приведенных выше высказываний и возможных вариантов действий весною этого года считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР являться будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира.
2. Слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года войны против СССР необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, быть может, германской разведки.
Начальник Разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии генерал-лейтенант Голиков» [ЦАМО РФ, Оп. 14750, Д. 1, Л. 12 — 21; стиль оригинала сохранён.].
Кто только и как только не глумился над этим документом?! Каких только грязных и оскорбительных не только для Сталина, но и для ГРУ эпитетов на сей счёт не выдумали?! Особенно маршалы Г. К. Жуков, А. И. Еременко. С нелегкой подачи именно Жукова в Истории Великой Отечественной войны загуляло беспрецедентное оскорбление в адрес славного ГРУ: «Наша агентурная разведка, которой перед войной руководил Голиков, работала плохо, и она не сумела вскрыть истинных намерений гитлеровского верховного командования в отношении войск, расположенных в Польше. Наша агентурная разведка не сумела опровергнуть лживую версию Гитлера о не намерении воевать с Советским Союзом» [Стенограмма октябрьского 1957 г. пленума ЦК КПСС и другие документы, М., 1957. С. 518.]. Когда же этому клеветнику-«златоусту» предъявили многочисленные донесения (военной) разведки о подготовке Германии к нападению на СССР, то четырежды Герой Советского Союза, маршал Советского Союза Г. К. Жуков был не просто изумлен, не просто шокирован — он едва в кому не впал! Ведь ему предъявили именно те сообщения, на которых он был указан как адресат и на которых стояла его же собственная подпись, свидетельствовавшая о том, что он ознакомился с их содержанием еще тогда, в 1941 г. Кстати, именно из-за этого он вынужден был уже в первом, 1969 г. издания, варианте своих «Воспоминаний и размышлений» признать, что «20 марта 1941 г. начальник разведывательного управления генерал-лейтенант Ф. Голиков представил руководству доклад, содержащий сведения исключительной важности. В этом документе излагались варианты возможных направлений ударов немецко-фашистских войск при нападении на Советский Союз. Как потом выяснилось, они последовательно отражали разработку гитлеровским командованием плана «Барбаросса», а в одном из вариантов, по существу, отражена была суть этого плана» [Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Изд. 10, т. 1. М., 1990. С. 248 — 249.]. Тем не менее, по неизменной в его жизни «традиции», Жуков и тут опустился до прямой лжи, письменно заявил в мемуарах, что-де «выводы из приведённых в докладе сведений, по существу, снимали всё их значение». И разве удивительно после этого, что даже в год 60-летия Великой Победы вновь появились грубые нападки на ГРУ, что-де «соображения Голикова — это угодничество, дань культу “гениального вождя” и страху за свою судьбу»!? Но кто бы взял на себя труд вразумительно объяснить, в чём же конкретно ошибочность выводов этого доклада ГРУ?! Или то же угодничество перед Сталиным?! Или отдание дани культу «гениального вождя »?! Или, тем более проявление руководством ГРУ страха за свою судьбу?! В чем конкретно ошиблось ГРУ, письменно указав, например, в выводе № 2 о том, что «слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года (1941 г. — A.M.) войны против СССР необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, быть может, германской разведки»?! Где тут ошибка, «если нападение произошло не весной, а летом — 22 июня 1941 г., в день летнего же солнцестояния! Разве это требует особых доказательств?!

Ни аналитики ГРУ, ни сам его предвоенный глава Голиков в выводе № 2 не ошиблись даже на миллийоту. Дело в том, что, как только 23 августа 1939 г. был подписан договор о ненападении между СССР и Германией, высшее руководство Великобритании поручило своей разведке заняться широкомасштабным провоцированием столкновения между СССР и Германией. Уже осенью 1939 г. в посольства Германии и Советского Союза в разных странах мира стали подбрасывать всевозможные «подметные письма », преследовавшие одну цель — поскорее стравить обе державы в смертельной схватке. А с 22 июля 1940 г. это поручение британской разведке было оформлено уже личным приказом британского премьер-министра У. Черчилля «разжечь пожар в Европе», чтобы он перекинулся в первую очередь на СССР! Приказ был отдан главе Управления Специальных Операций МИ-6 Хью Дальтону, под началом которого работали и информаторы советской разведки, в частности, представитель всемирно знаменитого банкирского клана Ротшильдов — Виктор Ротшильд, ближайший друг и единомышленник великолепной «кембриджской пятерки » агентов советской разведки. Так что Сталин прекрасно знал об этом приказе У. Черчилля, от которого априори ничего иного, кроме подлости и коварства, ожидать не приходилось. Уж кто-кто, но Сталин-то знал это более, чем кто-либо на всем свете! Вот что и являлось сутью дезинформации английской разведки. Вот почему доклад ГРУ от 20 марта 1941 г. и начинался с абсолютно точной констатации реалий того времени: «Большинство агентурных данных, касающихся возможностей войны с СССР весной 1941 г., исходит от англо-американских источников, задачей которых на сегодняшний день, несомненно, является стремление ухудшить отношения между СССР и Германией». ГРУ прекрасно это понимало. И остается только поражаться тому максимуму дипломатического такта, с которым оно подошло к изложению этой мысли. Ведь речь-то шла о беспардонно грубых действиях английской разведки, стремившейся за счет тотальных провокаций ускорить, елико то возможно, вооруженное столкновение между СССР и Германией. Ведь только такое столкновение давало Англии шанс выжить в тех условиях, в которые она по своей же собственной тупости сама себя же и загнала как в тупик! Вот почему и вывод № 2 был сформулирован именно так, как сформулирован, а не иначе. К тому моменту уже нарастал шквал неопровержимой информации и от внешней разведки НКГБ именно о таких действиях британской разведки — «кембриджская пятерка » лучших агентов советской внешней разведки работала не покладая рук. А на пике этого шквала выдающийся советский разведчик — Гайк Бадалович Овакимян — в начале мая 1941 г. документально разоблачил самую крупную из серии дезинформационных акций операцию британской разведки. На фоне ожидавшегося британской разведкой «визита » Гесса в Англию операция преследовала ускорить вооруженное столкновение между СССР и Германией, дабы отвести от Англии уже неизбежное поражение в единоборстве с Германией, в которое, подчеркиваю это вновь, она вляпалась по собственной же тупости. От чего, кстати говоря, Сталин пытался удержать Великобританию еще в конце марта 1935 г........

22 июня. (II ЧАСТЬ)
 

http://egor-23.livejournal.com/425124.html
В чём же тогда ошиблось или со страху перед Сталиным угодничало ГРУ в выводе № 2?! Может быть, в том, что в отношении английской разведки ГРУ взяло категоричный тон, а в отношении германской — смягченно вероятностный?! Да нет же, если по здравому-то размышлению.

Тут все логично, не говоря уже о том, что и оправданно с разведывательно-аналитической точки зрения. Потому что для будущего агрессора куда важней усыпить бдительность запланированной жертвы своей очередной агрессии, нежели брехать на всех европейских и мировых перекрестках о том, что он вот-вот нападет! Всем германским дипломатам и военным атташе была дана прямая команда опровергать слухи о войне и грядущем нападении на СССР. Ещё в начале 1941 г. по указанию Гитлера были разработаны и введены в действие руководящие указания начальника штаба верховного главнокомандования по маскировке подготовки агрессии против Советского Союза №44142/41 от 15.2.1941 г., п. 1 которых гласил: «1.Цель маскировки — скрыть от противника подготовку к операции “Барбаросса”. Это главная цель и определяет все меры, направленные на введение противника в заблуждение». Гитлеровское «цэу» по вопросам дезинформации едва ли было документально известно советской разведке в марте 1941 г., хотя и не предполагать подобного она просто не могла — это априори в генетике разведывательного анализа. Но в наше-то время, когда этот трофейный документ уже лет пятнадцать как опубликован, можно же было воздержаться от беспочвенных упреков в адрес ГРУ?! Высказывая же свое мнение о причастности германской разведки к слухам о возможности войны весной 1941 г. в смягченно вероятностной форме, ГРУ опять-таки не ошиблось. Потому как если сопоставить этот вывод с тем, что было написано в этом «цэу» № 44142/ 41 от 15.2.1941 г., то нетрудно будет заметить следующее. Там была расписана вся дезинформационная брехология нацистов, кроме одной детали — ни в одной его строчке нет ни одного даже звука о времени нападения, то есть насчет весны 1941 г. Тем более ничего нет насчёт 22 июня! Тем не менее все стремятся бросить в Сталина и ГРУ увесистый «булыжник» упрека, не отдавая при этом себе отчета в подлинных реалиях. Ведь в качестве даты нападения «22 июня» официально и письменно было объявлено с санкции Гитлера только 10 июня 1941 г.!
С 12 мая 1941 г. началась вторая фаза германской дезинформационной операции. Именно в тот день было подписано распоряжение № 44699/41 от 12.5.1941 г. начальника штаба верховного главнокомандования вооруженных сил рейха по проведению второй фазы дезинформации противника в целях сохранения скрытности сосредоточения сил против Советского Союза. И в нём тоже нет ни звука о дезинформации по вопросу о времени нападения весной 1941 г., до конца которой в тот момент оставалось всего 19 дней! Проще говоря, дезинформация гитлеровцев носила принципиально иной характер: она преследовала цель усыпить бдительность СССР, а не будоражить его шквалом сообщений о грядущем уже весной нападении! Так в чём же ошибка ГРУ, которую оно якобы допустило, видите ли, со страху, да еще и угодничав перед Сталиным?! А хоть тресните, но её нет, и не было в помине!
Теперь о том, почему ГРУ без обиняков назвало все сообщения о неизбежности войны весной 1941 г. именно слухами. И тут никакой ошибки нет. Оценка аналитиков ГРУ и здесь абсолютно точна. При оценке угрозы нападения военная разведка исходит из двух обстоятельств: из факта сосредоточения войск противника у своих границ и, особенно, факта завершенности процесса сосредоточения. По состоянию же на 20 марта 1941 г. данных о завершении процесса сосредоточения войск еще не было зафиксировано. Не было зафиксировано каких-либо данных даже о начале финишного этапа этого процесса. По состоянию на 20 марта 1941 г. ГРУ (и не только оно) видело и фиксировало действия командования вермахта, связанные только с процессом сосредоточения и развертывания войск. Но оно видело и то, что этот процесс еще не завершен и даже еще не переведен в режим финишного этапа, то есть в режим военного времени, когда начинается отсчет времени «X». По состоянию на 20 марта 1941 г. ни одна из разведслужб СССР еще не располагала данными о переводе графика военных перевозок вермахта на Восток в режим финишного этапа и тем более военного времени (на немецком штабном языке того времени о введении в «режим максимально уплотненного графика движения эшелонов»). Этими исключительно важными данными Москва стала обладать лишь 22 — 23 мая 1941 г. Именно тогда от являвшегося крупным железнодорожным чиновником рейха ценного агента берлинской резидентуры НКГБ поступили неопровержимые документальные данные о том, что этот график переводится в режим военного времени (максимально уплотняется). Это и означало, что процесс сосредоточения и развертывания войск вермахта для нападения на Советский Союз вступил в финальную стадию. Одновременно было установлено, что командование вермахта приступило к выдаче предписаний ж.-д. чиновникам рейха об их обязанности прибыть на некоторые узловые ж.-д. станции в приграничной зоне СССР на пятый день с момента начала агрессии против Советского Союза. График военных перевозок вермахта был переведен в режим максимального уплотнения движения эшелонов 22 мая 1941 г. А уже 24 мая 1941 г. Сталин созвал секретное совещание членов Политбюро с участием высшего военного командования, то есть Тимошенко и Жукова, во время которого прямо так и заявил, что в ближайшее время СССР может подвергнуться внезапному нападению со стороны Германии!!! То есть о переводе этого графика в иной режим он знал заблаговременно и как только получил необходимое подтверждение, тут же предупредил все высшее, в том числе и военное, руководство. Более того, судя по всему, Сталин знал об этом графике явно ещё в начале мая, так как уже 13 мая он лично санкционировал выдвижение всех намеченных для этого войск из внутренних округов в приграничные, насчет чего Жуков и Тимошенко и дали соответствующую директиву. Вот почему ГРУ еще в марте расценило сообщения о вероятности войны весной 1941 г. как слухи, распускаемые именно англосаксонскими, особенно британскими силами, целью которых в тот момент было поскорее стравить СССР и Германию в смертельной схватке. Чего они, к слову сказать, практически и не скрывали.
В этом смысле цели Великобритании и гитлеровской Германии были как никогда идентичны. Дело в том, что задача провоцирования СССР на какие-либо упреждающие грядущую агрессию «телодвижения » своими войсками на границе, которые затем можно было бы преподнести «прогрессивному демократическому мнению » Запада как агрессивные по отношению к Германии и тем самым заранее оправдать свою агрессию, откровенно присутствовала. Это вообще входило в арсенал тактических уловок стратегии блицкрига. Однако, вплоть до нападения, гитлеровцы сетовали, что нет ни малейшего повода заподозрить Советский Союз в агрессивных или даже в «недружественных» [В кавычках потому, что никакой дружбы не было и в помине, — был абсолютно голый прагматизм с обеих сторон.] по отношению к Германии намерениях. Ничего удивительного в этом нет. Цель Сталина в том и состояла, чтобы заблаговременно лишить Гитлера и Запад соблазна приписать СССР агрессивные намерения, коих действительно и в помине-то не было. Нарочито демонстративными учениями, «экскурсиями» по новейшим военным заводам, распространявшимися советскими послами за рубежом сообщениями о концентрации советских войск на западных границах СССР и неизбежности могучего возмездия с применением всех сил и средств, Сталин умышленно показывал, что он действует строго адекватно каждому витку возрастания угрозы нападения! И надо отдать должное германской разведке — сообщения ее разведчиков, в том числе и из Москвы, буквально пестрели акцентом именно на это обстоятельство. В том тяжелейшем психологическом поединке Сталин выиграл у Гитлера. Под сильнейшим нажимом Иосифа Виссарионовича фюрер до того задезинформировался, что в соответствии со своими же инструкциями в одном из ответных посланий письменно выболтал Сталину практические точное время нападения. В результате уже в самом конце первой половины мая 1941 г. и непосредственно от самого Гитлера Сталин точно знал, что фюрер планирует нападение на Советский Союз примерно 20 июня (соответственно плюс-минус несколько дней)! Так что в части, касающейся вывода № 2 доклада ГРУ от 20 марта 1941 г., ни ГРУ, ни Сталина попрекать не за что!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...47918_1000.jpg
Абсолютно не за что! ГРУ ни в чем не ошиблось, не угодничало, тем более из-за страха перед Сталиным, и никакого отдания некой дани культу «гениального вождя» не было и в помине! Была тяжелейшая, кропотливая, сопряженная с колоссальным риском для жизней действовавших за рубежом разведчиков, но потрясающая своей изумительной эффективностью работа! Вот это действительно факт — факт Подлинной Правды! Так что в этой части пора кончать нападки на славное ГРУ и тем более на Сталина!
Но, быть может, ГРУ ошиблось или угодничало, тем более из-за страха перед Сталиным, и даже отдало некую дань культу «гениального вождя» в выводе № 1 — «…наиболее возможным сроком начала действий против СССР будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почётного мира»?! Нет! ГРУ и в этом случае ни на йоту не ошиблось. Сама трагедия 22 июня ясно показала, что ГРУ было изумительно точно в своем безошибочно провидческом, но столь кроваво подтвердившемся прогнозе. Военная разведка беспрецедентно точно спрогнозировала принципиальную часть ситуации с так называемой «миссией» Гесса. Заместитель фюрера по партии для того и рванул в Англию, чтобы как раз и договориться на почетных условиях с лидерами верхушки ее правящей элиты! Ведь в реальности все получилось, как и прогнозировало ГРУ. Нападение на Советский Союз произошло после того, как Гесс рванул в Англию. Но, самое главное, после того, как в переговорах между высокопоставленными представителями Англии и Р. Гессом была достигнута некая, по сию же пору официально неизвестная в полном объеме и особенно в не вызывающей сомнений и подозрений документальной точности договоренность! Но суть её известна — Гитлеру была гарантирована практически полная безнаказанность однофронтового разбоя Третьего рейха против СССР до 1944 г.! Об этом лично проболтался премьер-министр Великобритании У. Черчилль! Да в общем-то не только проболтался. И не только послу. С самого начала секретной переписки со Сталиным Черчилль однозначно показал, что, во-первых, его ставка на как можно более затяжную войну между Германией и СССР. Во-вторых, что ни он, ни американцы абсолютно не намерены в срочном порядке открывать второй фронт в Европе (об этом см. ниже). Наши подлые «друзья» по антигитлеровской коалиции — англосаксы — так и протянули с открытием второго фронта до 6 июня 1944 г.! «Джентльмены», мать их… слово же дали «дражайшему» Адольфу! Вот и держали оное, сколько могли, пока не убедились, что Сталин и его верные солдаты и без англосаксов уничтожат нацизм в его же логове!
В чем конкретно могло ошибиться ГРУ, если дата нападения на СССР — «22 июня» — письменно впервые была указана только 10 июня 1941 г.?! В документе под названием «Распоряжение главнокомандующего сухопутными войсками о назначении срока начала наступления на Советский Союз» № 1170/41 от 10.6.1941 г. Разве требует доказательств тот факт, что 10 июня — это ровно месяц спустя после того, как Р. Гесс сиганул через Ла-Манш в Англию?! В чем же тогда ошибка ГРУ, если почти за три месяца до письменного определения Гитлером даты нападения на СССР оно абсолютно точно спрогнозировало время нападения?! Более того, точно спрогнозировало также и ситуацию, в которой это решение будет принято, то есть в ситуации откровенных попыток Германии (Гитлера и Гесса) достичь «почетного мира» с Англией?! В чем же тогда вина ГРУ или того же Сталина?! А ни в чём! Её попросту нет, потому как нет и не было никакой ошибки — в помине не было, как, впрочем, и какого бы то ни было угодничества ГРУ перед Сталиным!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...48306_1000.jpg
ГРУ изумительно точно спрогнозировало и саму суть такого сценария развития событий. Ведь письменное оформление «22 июня » датой начала агрессии против Советского Союза было осуществлено на следующий день после того, как 9 июня 1941 г. на переговорах между Р. Гессом и высокопоставленными британскими представителями произошел своего рода «миттельшпиль». В тот день по поручению У. Черчилля в переговоры включился лорд-канцлер Англии Джон Саймон?! Тот самый Джон Саймон, который за шесть с лишним лет до этого, в бытность министром иностранных дел Великобритании, ещё во время мартовских 1935 г. англо-германских переговоров с Гитлером в Берлине гарантировал коричневому шакалу «зелёный свет» его агрессивной экспансии на Восток, подразумевая в первую очередь вооруженную экспансию нацистской Германии против СССР! Еще тогда, документально точно зная, о чем «шпрехали » с австрийским акцентом и лондонским прононсом разномастные шакалы Запада, Сталин откровенно предупредил Англию, что лично для нее это добром не кончится. Потому как она не с тем партнером связалась, поскольку, получив от Лондона все, что ему надо, Гитлер повернет пушки против Запада, прежде всего против Англии. Лондон предпочел тогда сделать вид, что ничего не слышал. Когда же Сталин узнал от разведки, что в переговоры с Гессом включился ещё и Джон Саймон, то, памятуя об «особых» антисоветских «заслугах» этого «джентльмена», он тем более не мог ожидать ничего хорошего от этого события. Ясно осознавая, что Дж. Саймон включился в переговоры с Гессом по поручению У. Черчилля, а уж этого-то «гуся» Сталин вообще прекрасно знал со времен революции и гражданской войны, он, естественно, превосходно представил себе, что могут натворить эти двое против СССР. Через пару дней Сталину стало известно еще и о том, что британская служба радиоперехвата перехватила и декодировала шифровку в адрес командующих группировками армий вторжения, где и была указана дата нападения — 22 июня. В упомянутой шифровке передавалось «Распоряжение…» от 10.6.1941 г. Передача происходила 12 июня 1941 г., что впоследствии подтвердил в своих мемуарах и сам У. Черчилль. 13 июня от погранразведки НКВД СССР Сталину стало известно как о начале выдвижения германских войск на исходные для нападения позиции, так и о практически немедленной же приостановке этого процесса. Мощный аналитический ум Сталина не мог, во-первых, не сделать немедленного практического вывода, а во-вторых, не обратить внимания на специфические нюансы произошедшего. Что касается «во-первых», его вывод заключался в санкционировании выдвижения дивизий из глубины западных округов в сторону границы. Данный факт подтверждается архивными данными и мемуарами A. M. Василевского. Что же до «во-вторых», то от его внимания не ускользнула одна важная деталь. В тексте упомянутого выше распоряжения было прямо указано, что дату 22 июня назначило верховное главнокомандование. Между тем, несмотря на то что с 4 февраля 1938 г. его олицетворял непосредственно Гитлер, само это распоряжение было от имени главнокомандующего сухопутными войсками Германии. Да к тому же и подписано было начальником Генерального штаба сухопутных войск Германии генералом Ф. Гальдером. Более того, оно содержало в себе контрольную дату — 18 июня, в течение которой должно было быть осуществлено либо окончательное подтверждение даты нападения, либо ее отмена. Более того, в тексте распоряжения было и последнее контрольное время для этого же — 13.00 21 июня 1941 г.!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...48356_1000.jpg
В ситуации с данными о «миссии » Гесса сие могло означать только одно. Невзирая на сам факт издания распоряжения о назначении 22 июня датой нападения на СССР, сама она еще должны была быть подтверждена особым политическим решением Гитлера, окончательное формулирование и принятие которого явно зависело от результатов «миссии» Гесса! Не только Сталин, но и разведка физически не могли не прийти к этому выводу, тем более что к этому же прямо подталкивал и другой факт. По полученным от разведки данным британского радиоперехвата и расшифровки выходило, что это распоряжение о назначении даты нападения на СССР было подписано сразу же на следующий день после того, как в переговоры с Гессом включился Дж. Саймон, а вот доведение его содержания до сведения командующих группами армий вторжения (ГА) гитлеровцы почему-то начали 12 июня. Более того, едва только 13 июня процесс выдвижения германских войск на исходные для нападения позиции был начат, так чуть ли не немедленно же был приостановлен!? Совершенно естественно возник вопрос: а в чем, собственно говоря, дело?! Ведь немцы — известные всем миру педанты и аккуратисты, ярые поклонники строжайшей дисциплины, особенно в военном деле, даже если они и нацисты. Ведь приостановить-то могли только по приказу из Берлина — таковы были правила в вермахте. Впрочем, они таковы в любом государстве. Выдвижение собственных войск к линии границы с другим государством может осуществляться только с санкции высшего государственного руководства, а у Германии, к ее глубочайшему несчастью, в то время была ситуация как в рекламе — «три в одном флаконе»: Гитлер был един в трёх государственных лицах — рейхсканцлер, президент и Верховный главнокомандующий. Да ещё, на беду немецкого народа, и «фюрер германской нации». И приказ о приостановлении процесса выдвижения мог отдать только сам Гитлер. Сталин и разведка мгновенно просчитали сложившуюся ситуацию и убедились в том, что их видение сценария нападения на СССР в результате тайного сговора Англии с Гитлером было обосновано. Потому как привлекшие к себе пристальное внимание заминки с исполнением распоряжения о назначении даты нападения на СССР открыто нарывались на сильные подозрения в том, что Гитлер чего-то ждал. Их порождала бросавшаяся в глаза логическая взаимосвязь последовавших событий. Ведь 9 июня 1941 г. к переговорам с Гессом подключился Джон Саймон, а уже 10 июня верховное главнокомандование Германии, то есть лично Гитлер, официально, письменно же назначает 22 июня датой нападения на СССР!

22 июня. (III ЧАСТЬ)
 

http://egor-23.livejournal.com/425216.html
Кроме того, Москве было известно, что как дата нападения гитлеровской Германии на Советский Союз «22 июня» в категорическом тоне было объявлено бриттами специальному представителю президента США Рузвельта — Уильяму Доновану — ещё 6 июня 1941 г.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...48619_1000.jpg
Но если по каналам радиоперехвата бритты узнали о 22 июня только 12 июня, следовательно, по состоянию на 6 июня они могли знать ее только от Гесса. А, учитывая, что сообщивший об этом Доновану глава британской дипломатической разведки Р. Липер подчеркнул, что о 22 июня им известно уже несколько недель, то вывод о том, что они узнали о ней от Гесса — сугубо категоричен. Ведь с 10 мая, то есть с того момента, как Гесс свалился на английскую территорию, и по 6 июня как раз и выходили те самые несколько недель!
Британская разведка именно потому и провела в мае месяце 1941 г. в превентивном по отношению к ожидавшемуся ею «визиту » Гесса мощную дезинформационную операцию по ускорению стравливания СССР и Германии в смертельной схватке [Её осуществили личный друг У. Черчилля — глава Британского разведывательного центра в США У. Стефенсон и его сотрудник М. Хайд.], что она абсолютно точно знала об этой дате. Так, при сравнении сути осуществленной британской разведкой в мае 1941 г. дезинформационной операции и текста «Руководящих указаний начальника штаба верховного главнокомандования по маскировке подготовки…» № 44142/41 от 15.2.1941 г. нетрудно заметить не только смысловое, но и едва ли не текстовое сходство между ними:
—смысл британской дезинформации — «Если Гитлер вздумает напасть на Англию, то русские начнут войну против Гитлера»;
— содержание «Руководящихуказаний…» — «…Необходимо принять все меры, чтобы среди наших вооруженных сил сохранилось впечатление готовящегося вторжения в Англию, пусть в совершенно иной форме. Правда, в какой-то момент придется оттянуть с Запада предназначавшиеся для вторжения войска… Даже если войска будут перебрасываться на Восток, следует как можно дольше придерживаться версии, что переброска осуществляется с целью дезинформации или прикрытия восточных границ в тылу во время предстоящих действий против Англии…» Британская разведка явно располагала соответствующей информацией и чрезвычайно ловко обыграла полученные от своей агентуры данные, фактически ввергнув гитлеровцев в состояние жертвы их же собственной дезинформации. Еще более того — даже обеспечив при этом некое подобие алиби для вскоре понадобившихся Гитлеру лживых утверждений, что-де он именно потому внезапно напал на СССР, вероломно расторгнув договор о ненападении с ним, что хотел упредить якобы грядущую советскую агрессию против Германии.
Впервые Гитлер лично озвучил дату 22 июня только во время совещания 30 апреля. Но вот сама мысль об этой дате появилась у него, очевидно, раньше. 31 января 1941 г. была утверждена директива Генерального штаба сухопутных войск Германии (ОКХ) № 050/41 от 31.01.1941 г., в подпункте «в» п. 12 которой было прямо указано: «Подготовительные работы нужно провести таким образом, чтобы наступление (день «Б») могло быть начато 21.6.» (т.е. 1941 г. — A.M.). Эта директива — самая суть плана «Барбаросса», потому как она называлась Директива по стратегическому сосредоточению и развертыванию войск (план «Барбаросса»). К концу апреля 1941 г., когда с Югославией было покончено, Гитлер, очевидно, решил, что необходимо, наконец, уточнить дату нападения на СССР. Одним из первых об этом узнал агент британской разведки Фил — Адольф Эрнст Хойзингер, поскольку это непосредственно входило в его служебную компетенцию, так как он возглавлял Оперативное управление германского генштаба. Без согласования с ОУ ГШ Гитлер не мог принять такого решения. И вот что интересно в этой связи. Британский посол в Москве С. Криппс в предположительном порядке озвучил дату 22 июня в самом начале третьей декады апреля 1941 г., из-за чего уже 24 апреля германский ВМАТ Н. Баумбах в своем донесении в Берлин указывал, что он опровергает такие слухи. Судя по всему, уже тогда бритты располагали агентурными данными о 22 июня как о дате нападения. И потому рискнули на проведение дезинформационного зондажа, преследуя сразу три цели — выяснить возможную реакцию Кремля, одновременно запутать его, а если повезет, то и спровоцировать СССР на те действия, в ответ на которые Германия могла бы запросто напасть на Советский Союз. Однако бриттам ничего не удалось достичь тогда. Кроме, естественно, усиления подозрений Кремля в причастности британской разведки к распространению этой информации, которую в Москве восприняли как дезинформационные слухи. Кремль, как это стало понятно только в наши дни, был прав. Потому как о 22 июня как о дате нападения, бритты узнали от своей разведки, а источником этих сведений в апреле мог быть только агент Фил — А. Хойзингер.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...49231_1000.jpg
Волею случая так получилось, что его сведения совпали с данными американской разведки. Еще в марте 1941 г. коммерческий атташе посольства США в Берлине Сэм Вудс добыл новые данные о плане нападения на СССР, которые 20 марта 1941 г. были переданы не только Москве, но и Лондону. А через месяц подоспели и сведения Фила.
Убедившись же, что Москва никак не реагирует на болтовню С. Криппса, бритты решили провести ту самую дезинформационную операцию, которую разоблачил Г. Б. Овакимян. Однако 5 мая 1941 г. он был арестован ФБР [Г. Б. Овакимян не обладал дипломатическим иммунитетом. 7 мая под залог в 25 тысяч долларов он был освобожден до суда, который, впрочем, не состоялся. В его освобождении и возвращении на Родину участие принимал лично Сталин.] при активном содействии бриттов. Естественно, что далее он не мог активно заниматься разведкой. Следовательно, разоблачение им британской дезинформационной операции по ускорению стравливания СССР и Германии в смертельной схватке произошло до 4 мая включительно [В этом ему помог агент советский разведки, сотрудник Британского разведывательного центра в США Седрик Белфрейдж.]. Но именно в это время и завершалась операция британской разведки по выводу Рудольфа Гесса на территорию Великобритании. То есть выходит, что англичане совершенно сознательно готовили ту дезинформационную операцию в расчёте на скорое появление в Англии Гесса, прежде всего, ради того, чтобы создать негативно давящую на планы Гитлера основу для ожесточённого торга с его эмиссаром. Ведь суть той «дезы», что разоблачил Овакимян, заключалась в следующем: «Если Гитлер вздумает напасть на Англию, то русские начнут войну против Гитлера». Именно это и располагало к ожесточенному торгу по принципу свобода действий на Востоке в обмен хотя бы на видимость мирной передышки для Англии или, по меньшей мере, на резкое снижение активности боевых действий авиации люфтваффе против Англии. Как показали последующие события и особенно их вдумчивый анализ ГРУ, все именно так и произошло.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...49449_1000.jpg
Если теперь подытожить изложенное выше, то получается следующее. Гитлер, которому ничто и никто не мешали ещё до 10 июня письменно назначить 22 июня датой нападения на СССР в реальности почему-то стал действовать очень странным для такого не привыкшего с чем-либо или кем-либо считаться авантюриста-наглеца образом. Вначале принял внутреннее (то есть для себя) решение о 22 июня как о дате нападения на СССР — насколько можно судить, это произошло, самое позднее, к концу второй декады апреля 1941 года. Ибо уже 24 апреля дата 22 июня была озвучена британским послом в СССР. Знать об этом в тот момент англичане могли только от своего агента «Фила» — А. Хойзингера, поскольку сам Гитлер впервые озвучил эту дату перед своим генералитетом только 30 апреля, а Гесс в то время ещё был в Германии [Последний раз Гесс виделся с Гитлером 4 мая 1941 г. и во время многочасовой аудиенции у фюрера все спрашивал последнего, остается ли в силе тезис «Майн кампф» о необходимости союза с Англией?! Гитлер же, к слову сказать, каждый раз отвечал ему утвердительно. Кстати говоря, именно из-за этого тезиса еще в первой половине 1933 г. Сталин осуществил массированную дипломатическую атаку на Гитлера, вынудив его в конце концов ратифицировать еще в 1931 г. парафированный протокол о пролонгации срока действия советско-германского договора о нейтралитете и ненападении от 24 апреля 1926 г. ещё на пять лет. С тех пор Сталин не позволял себе роскоши не обращать самого пристального внимания на любые, даже мельчайшие признаки, которые пускай даже и гипотетически, но могли-таки привести к реализации идеи этого союза на практике. Вот откуда у него совершенно обоснованная подозрительность в этом вопросе, которую столь глупо и ёрнически представляют на всеобщее обозрение явно недалекие умом, но обладающие не в меру длинным языком «толкователи» его действий. Не случайно поэтому, что едва только Сталину стало известно о полете Гесса, упомянутый выше пассаж из «Майн кампф» тут же «выплыл» из обширнейших запасников его могучей и очень цепкой памяти. Вот почему его тревога в тот момент достигла наивысшего накала. Мало того, что по факту получалось, что Гесс и в самом деле прибыл в Англию для реализации на практике этого положения из «библии» нацизма, так еще и ГРУ за полтора месяца до этого события с потрясающей точностью спрогнозировало ситуацию с «миссией» Гесса. Естественно, что Сталину было от чего сильно взволноваться!]. Только А. Хойзингер мог знать о бродившей в черепе фюрера дате 22 июня, поскольку как Верховный главнокомандующий Гитлер физически не мог не консультироваться с начальником Оперативного Управления ГШ — это ведь «мозговой трест» любого генштаба.
Затем через Гесса фюрер конфиденциально сообщил о 22 июня англичанам. И в то же время, несмотря на то, что ему действительно ничто и никто не мешал утвердить 22 июня в качестве даты нападения на СССР до 10 июня 1941 г., Гитлер более месяца тянул с официальным письменным оформлением этой даты. Тут и ничего не сведущему в делах высшей мировой политики стало бы ясно, что Гитлер именно потому так долго тянул с письменным утверждением давно определенной им даты нападения, что ожидал принципиального британского «одобрям-с» своему принципиальному решению о нападении на Советский Союз, в том числе и самой дате агрессии 22 июня! В изложении британских мерзавцев это «одобрям-с» прозвучало так: «Английские интересы в восточных и юго-восточных европейских областях (за исключением Греции) являются номинальными»! Заметьте, что речь шла о каких-то неведомых областях, а не о государствах Восточной и Юго-Восточной Европы. Это и означало, что бритты не только списали со счетов всех, но и открыто дали понять Гитлеру, что он может делать в этих самых восточных и юго-восточных «областях », что захочет — никто не мешает! А поскольку часть этих территорий и так была уже оккупирована или же, как грязные марионетки, они состояли на службе у Третьего рейха — откровенно фашиствовавшие тогда шакалы типа Словакии, Венгрии, Румынии, Болгарии и т.д., — то, «естественно», понятие номинальности британских интересов однозначно распространялось только на СССР! Проще говоря, Англия совершенно открыто заявила Гитлеру, что ей и в самом-то деле наплевать, что он намерен делать против СССР! Тут нельзя не отдать должное исключительной «принципиальности » в скором времени нашего очень подлого «друга » по антигитлеровской коалиции — сэра У. Черчилля. Этот «гусь» ещё в середине апреля 1941 г. «отморозил» беспардонно хамскую выходку по отношению к Советскому Союзу, направив правительству СССР меморандум, в котором содержались и сегодня вызывающие глубокое возмущение строки: «Правительство Великобритании не заинтересовано столь непосредственно в сохранении неприкосновенности Советского Союза, как, например, в сохранении Франции и некоторых других западноевропейских стран». Но как раз это-то и есть в натуральном виде «английские интересы в восточных европейских областях номинальны»! Сие ещё и тем характерно, что в одном предложении содержится и второе доказательство условий Англии к Германии на пути достижения так называемого почётного мира. В п. 2 этих условий говорилось: «Ни одно английское правительство, считающее себя дееспособным, не сможет отказаться от восстановления государственной системы Западной Европы». Если сравнить с тем, что Черчилль «отморозил» в меморандуме в адрес советского правительства, то нетрудно понять, о чём же шёл торг на переговорах с Гессом! И как только Гитлеру стало известно, что в переговоры с Гессом включился именно Дж. Саймон — а фюрер, как показали на послевоенных допросах в советских органах госбезопасности его ближайшие сотрудники Гюнше и Линге, очень внимательно следил за всеми сообщениями своей разведки из Лондона, — он тут же издал распоряжение о назначении 22 июня датой нападения на СССР! Потому как понял, что коли подключился сам Дж. Саймон, который еще шесть с лишним лет назад от имени Англии гарантировал «зеленый свет» экспансии на Восток, значит, англичане держат свое слово («джентльмены», итить их…) и подтверждают, что их «интересы в восточных европейских областях» действительно номинальны! В реальности же они, конечно, не были номинальны. Англия и хотела бы «застолбить » там свои интересы (особенно в Юго-Восточной Европе, к примеру), что и пыталась делать (кстати, и в дальнейшем тоже, препираясь во время войны со Сталиным по этим вопросам). Но в то время она вынуждена была сделать «хорошую мину при плохой игре». Сидя по уши в дерьме германской блокады, куда она вляпалась по собственной же дурости, о каких уж интересах на Востоке Европы можно было говорить?! Лондон прекрасно осознавал, насколько советско-германский Договор о ненападении от 23 августа 1939 г. поменял не только расписание второй мировой бойни, которую не в меру «добрая» Англия столь усердно готовила для СССР, но и конфигурацию Европы, в том числе и послевоенную. Поэтому для Лондона единственным выходом из создавшегося тогда положения было нападение Германии на не представляющие для Англии даже «номинального интереса» Советы. Соответственно Гитлеру предоставили свободу действий против СССР: Англия есть Англия, не к ночи будь она помянута! И Гитлер именно потому так долго тянул с письменным утверждением даты нападения на СССР, что ждал этих серьезных гарантий со стороны Англии. В порядке, «естественно», установления «почетного мира» между «великой морской державой» Англией и «великой континентальной державой» Германией, то есть гарантий полной безнаказанности однофронтового разбоя против СССР. Проще говоря, гарантий того, что Англия, тем более в союзе с США, не ударит в спину рейху с Запада! А вот их-то до середины второй декады июня 1941 г. у него и не было — шел ожесточенный торг и стороны еще не пришли к единой позиции на сей счет. Только отсутствием «железных» гарантий безнаказанности однофронтового разбоя против СССР можно объяснить практически мгновенную приостановку 13 июня едва только начавшегося процесса выдвижения германских войск на исходные для нападения позиции. Не говоря уже о нехарактерном для гитлеровцев, прежде всего как для немцев, затягивании с передачей распоряжения о назначении даты нападения на целых два дня. Фюрер тянул время, ожидая столь необходимых ему гарантий именно безнаказанности однофронтового разбоя против СССР, так как он до остервенения опасался войны на два фронта!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_...48872_1000.jpg
Ясно видя, что принятое решение о нападении Гитлер нагло согласовывает с Англией, 12 июня Сталин санкционировал выдвижение дивизий из глубины приграничных округов в сторону границы. Одновременно было подготовлено Сообщения ТАСС от 13 июня 1941 г., которое с нарочито демонстративной торопливостью в тот же день было озвучено сразу по трем каналам: в 18.00 московского времени в радиоэфире для заграницы, а также путем вручения его текста как официального документа Правительства СССР одновременно англичанам и немцам. А на следующий день — 14 июня — оно было опубликовано ещё и в советских газетах! Потому что не менее ясно Сталин видел и то, что на тот момент Адольф никаких гарантий безнаказанности однофронтового разбоя ещё не получил — заклятые «джентльмены » никак не могли сговориться! Шёл ожесточенный торг, «естественно», за счет ущемления коренных интересов СССР — России — проклятая Англия иначе просто не умеет! Вот почему Сталин так сильно и «врезал» Англии в том Сообщении ТАСС от 13 июня 1941 г.! Это был отчаянный, но тщательно продуманный (благодаря разведке) и решительный шаг. Необходимо было в упреждающем порядке нейтрализовать подлые потуги Англии, пытавшейся по-прежнему играть утраченную роль мировой державы и главного арбитра в Европе. В том числе даже определять, кому, с кем и в каких условиях сцепиться в смертельной схватке, чтобы эта чертова Англия уцелела! Или, по меньшей мере, хотя бы резко снизить статус возможно уже обещанной Англией Гитлеру свободы действий против СССР за счёт достаточно внятных обвинений коварного Альбиона в прямом потворстве нацистской Германии! Так и в самом-то деле, ну не на пустом же месте Сталин уверенно предполагал, что Гитлер не рискнет на войну на два фронта, — в Германии слишком хорошо помнили печальные итоги Первой мировой! И если бы не эти подлые гарантии Англии Гитлеру, то едва ли коричневый шакал рискнул бы напасть на СССР 22 июня 1941 г.! Но Англия находилась уже при последнем издыхании. Даже американская помощь не спасала ее, позволяя всего лишь «тонуть» в замедленном темпе [Ещё в самом начале секретной переписки между Сталиным и Черчиллем последний признал, что для нормального житья-бытья Англии ей необходимо ежегодно ввозить не менее 70 млн. тонн различных грузов. В момент же этого признания Черчилль отметил, что в Англию поступает только 40 млн. тонн.]. И единственный шанс на спасение состоял в том, чтобы дать Гитлеру гарантии полной безнаказанности его однофронтового разбоя против СССР, тем более что с геополитической точки зрения интересы Англии и нацистской Германии в вопросе об уничтожении СССР-России были идентичны. Проще говоря, пусть Адольф займется бандитизмом против СССР, лишь бы хоть на какое-то время отстал от Англии! Сообщением ТАСС от 13 июня Сталин заранее пригвоздил Гитлера к позорному столбу Истории как агрессора, который с санкции какой-то полузадушенной Англии готовится вероломно и внезапно напасть на честно соблюдающего условия договора о ненападении от 23 августа 1939 г. партнера по межгосударственным отношениям! В Лондоне это поняли. И тем не менее всемирно известная сволочь по имени Великобритания к исходу 14 июня 1941 г. все-таки выдала столь любезному ее сердцу Гитлеру гарантии безнаказанности его однофронтового блиц-«Дранг нах Остен»-крига! Гарантировала до 1944 г.!
Уже после начала войны, 7 июля 1941 г., ГРУ направило Сталину и Молотову специальное сообщение подробного аналитического характера, в котором указывало, что «вооружённое выступление против СССР было предрешено задолго до перелета Гесса в Лондон для прощупывания почвы о возможности мирных переговоров между Англией и Германией, что подтверждается агентурными данными. Перелет Гесса в Англию нужно рассматривать как попытку Гитлера склонить Англию на заключение мира, поставив её перед свершившимся фактом уже законченного сосредоточения основной группировки сил против СССР». Правильно, хотя склонить Англию к прямому, тем более письменному заключению такого мира Германии и Гитлеру не удалось. Не такой уж и болван был сидевший на Даунинг-стрит, 10 наш подлый «друг» по антигитлеровской коалиции. Да и Сталин окольными путями — через США — не допустил этого. Не фиксируя письменно своего «одобрям-с» агрессии Гитлера против СССР — это был бы абсолютно не обжалуемый смертный приговор самой Великобритании, — вселенские бандиты с обеих сторон действительно договорились между собой. И действительно на почетных для каждого из них условиях. Лондону — максимально возможное снижение угрозы разрушения и тем более уничтожения Англии, особенно за счет воздушных бомбардировок. Берлину — свобода рук на Востоке против СССР плюс гарантии безнаказанности однофронтового блиц-«Дранг нах Остен»-крига. ГРУ отмечало, что «по имеющимся данным, эта попытка склонить на мир Англию не увенчалась успехом, но в известной степени получила отражение в дальнейшем ходе военных действий между Германией и Англией в сторону их ослабления. Для подтверждения такого вывода необходимо привести следующие конкретные факты:
— а) Переброска всех родов войск немецкой армии на Восток продолжается за счет ослабления группировки немецких войск на северо-западном побережье Франции…».
А ведь не будь у него британских гарантий, что в ближайшие два-три месяца, в течение которых ему грезился успех блицкрига против СССР, в спину рейху на Западном фронте не ударят, Гитлер не рискнул бы осуществлять такие переброски! К слову сказать, ГРУ зафиксировало конкретные результаты англо-германского сговора ещё до нападения на СССР. В начале упомянутого сообщения ГРУ прямо указало, что еще до нападения на СССР Германия оставила в оккупированной части Франции всего 14 — 15 дивизий! Если бы англичане были порядочными и честными союзниками и открыли бы второй фронт еще тогда, летом 1941 г., как того особо яростно требовал Сталин, то эти 14 — 15 дивизий вермахта были бы смяты и раздавлены в мгновение ока, а СССР была бы оказана существеннейшая помощь. И тогда даже в тех наитяжелейших условиях начального периода войны реально удалось бы избежать столь гигантских людских, территориальных и материально-технических потерь! Но, увы. Черчиллю важнее было сдержать данное А. Гитлеру слово, чем реально помогать союзнику по антигитлеровской коалиции!
— «б) Усиление Восточного фронта германской авиацией продолжается. Захваченные пленные показывают, что их соединения за 3 — 4 дня до начала войны и даже в процессе войны переброшены из Франции».
ГРУ показало ситуацию практической реализации достигнутого накануне агрессии против СССР англо-германского тайного сговора. Совершенно не опасаясь последствий, гитлеровское командование перебрасывало громадные силы из Франции на Восточный фронт! Характерно, что ГРУ указало на то обстоятельство, что этот процесс начался за 3 — 4 дня до нападения Германии на Советский Союз. Именно это и означало, что к тому времени у Гитлера уже были «железные» британские гарантии безнаказанности однофронтового нападения на СССР. И потому, собственно говоря, с 4. 00 18 июня 1941 г. и был возобновлен процесс выдвижения войск вермахта на исходные для нападения позиции. ГРУ прямо назвало также и те части люфтваффе, которые были переброшены с Западного фронта на Восточный.
— «в) Для действий английской и германской авиации на Западном фронте характерно резкое снижение активности начиная с середины мая»!
Совершенно очевидно, что резкое снижение активности боевой авиации двух воюющих государств, во-первых, произошло сразу же после прибытия Гесса в Англию. Во-вторых, носило явный характер авансового платежа с обеих сторон, одинаково нуждавшихся в практическом подтверждении намерения каждой из них пойти-таки на тайный сговор. Со стороны Англии это вообще было ультимативным требованием, выполнение которого со стороны Германии эвентуально гарантировало как возможность самих переговоров с Гессом, так и особенно возможность достижения тайного сговора против СССР по указанной выше схеме! В свою очередь это означает, что уже с середины мая 1941 г. обе стороны стали играть в профанацию под названием «взаимные бомбардировки» для… отвода глаз: по сообщениям лондонской резидентуры ГРУ, гитлеровская авиация с того времени залетала в английское воздушное пространство одиночными самолетами! Кстати, и англичане, по тем же данным, тоже проводили свои налеты на Германию крайне незначительным количеством самолетов, потому как по сравнению с предшествовавшим перелету Гесса периодом их количество было снижено в 7,5 раза! Весьма характерно также и то, что едва ли не в первую очередь обе стороны снизили интенсивность налетов на важные объекты!

Поразительно, но факт, что гарантии были выданы на следующий день после получения текста Сообщения ТАСС в качестве официального документа Правительства СССР! Тогда же, 14 июня, и Гитлер политически подтвердил еще 10 июня положенное на бумагу свое решение о назначении 22 июня датой нападения на СССР! А 16 июня 1941 г. временный поверенный в делах Великобритании в СССР (посол С. Криппс в тот момент находился в Лондоне) полез «сердобольничать», выражая Кремлю обеспокоенность грядущим нападением Германии на Советский Союз! Ну не подлецы ли законченные?! От игравшей в то время роль стратегической разведки разведслужбы погранвойск НКВД СССР 15 июня были получены неопровержимые документальные доказательства того, что Гитлер действительно политически подтвердил официально назначенную дату нападения на СССР. Было установлено, что процесс выдвижения войск вермахта на исходные для нападения позиции возобновляется с 4.00 18 июня 1941 г.! В тот же день Сталин в последний раз осуществил блицпроверку точности своего понимания складывающейся ситуации и достоверности получаемой разведкой информации, предложив германскому правительству срочно принять с визитом Молотова, на что немедленно последовал отказ. В Берлине прекрасно поняли, что Сталин пытается всерьёз спутать им все карты. Окончательно убедившись, что война действительно грянет через четыре дня, Сталин отдал приказ об оповещении командующих западными военными округами о грядущем в самые ближайшие дни внезапном нападении Германии и необходимости в связи с этим приведения вверенных им войск в боевую готовность! Командующие Прибалтийским, Ленинградским, Западным, Киевским и Одесским военными округами, а также Балтийским, Черноморским и Северными флотами с прямой санкции Сталина официально были предупреждены об этом телеграммой начальника Генерального штаба РККА генерала армии Жукова Г.К. еще 18 июня 1941 г.!!! То есть за Четыре дня до агрессии!!! Причем, как свидетельствуют исследования последних лет, в том числе и проведенные лично автором этих строк, в директиве от 18 июня 1941 г. по указанию Сталина непосредственно указывалась дата 22 июня 1941 г.! Как минимум это было сделано в форме хотя и ориентировочной, однако же наиболее вероятной даты! Так вот, зная все это, кто бы объяснил, желательно вразумительно, в чем же в конце-то концов была ошибка ГРУ?! Или угодничество ГРУ перед Сталиным?! И тем более в чем же была ошибка самого Сталина и ГРУ или их заблуждение, если все факты однозначно свидетельствуют о следующем.
Во-первых, о том, что в своих выводах № 1 и № 2, изложенных в докладе от 20 марта 1941 г., ГРУ ни на йоту не ошиблось! Повторяю, ни на йоту не ошиблось! Уж сейчас-то это ясно как Божий день! Во-вторых, о том, что этими выводами ГРУ ни на йоту и ни в чем не ввело Сталина в заблуждение. Наоборот, точно обрисовало ему тот сценарий, которого более всего и следовало опасаться! И кто бы объяснил, что плохого могло быть в том, что основанное на тщательнейшем анализе реальных фактов мнение ГРУ точно совпало с позицией Сталина, если это совпадение ясно означало, что аналитики ГРУ фактически вышли на тот же высочайший уровень компетентности в вопросах мировой политики, каковым обладал лично Сталин?! В-третьих, о том, наконец, что и сам Сталин ни в чем не ошибался и не заблуждался, особенно в вопросе о времени, дате и антураже нападения Германии на СССР!
И в заключение один простой вопрос. Не пора ли прекратить всякие нападки на ГРУ и Сталина?! Ведь все факты говорят только в их пользу.

«Лондон до сих пор не раскрыл всех материалов»: как Рудольф Гесс улетел в Британию из Третьего рейха в 1941 году
 

https://russian.rt.com/science/artic...elikobritaniya
10 мая 2021, 16:30
80 лет назад один из ближайших соратников Гитлера Рудольф Гесс совершил перелёт из Третьего рейха в Великобританию. О мотивах и последствиях поступка влиятельного нацистского функционера историки спорят до сих пор. Одни утверждают, что причиной стал иррациональный порыв самого Гесса и никакой особой роли в истории его поступок не сыграл. Другие же считают, что второй после Гитлера человек в НСДАП пытался воплотить в жизнь некие поручения фюрера и, возможно, смог оттянуть открытие Второго фронта. Дискуссии ведутся и вокруг того, совершил ли Гесс в дальнейшем суицид в тюрьме или же был убит неизвестными.
«Лондон до сих пор не раскрыл всех материалов»: как Рудольф Гесс улетел в Британию из Третьего рейха в 1941 году
Обломки самолёта Гесса Gettyimages.ru © Bettmann

10 мая 1941 года заместитель Адольфа Гитлера по партии Рудольф Гесс на угнанном самолёте совершил перелёт из Германии в Великобританию. Это было настолько невероятно, что, по свидетельствам современников, британский премьер-министр Уинстон Черчилль даже не сразу поверил в произошедшее.

Политика вместо математики
Рудольф Гесс родился 26 апреля 1894 года в Александрии (Египет) в семье состоятельного коммерсанта из Германии, который вёл бизнес на Ближнем Востоке. Начальное образование он получил в местной немецкой школе, а в 12 лет был отправлен на учёбу в Германию. Гесс-младший мечтал о карьере математика, но родители настояли на его поступлении в Высшую коммерческую школу в Швейцарии и деловой практике в Гамбурге.

После начала Первой мировой войны Гесс ушёл в армию. Он отличился, воюя в пехоте, был дважды ранен и произведён в офицеры. Под конец войны он перевёлся в авиацию.

Также по теме
Спортивный праздник, Германия, Берлин, 1936 г.
«Суть нацистского режима»: как Гитлер планировал создать «расу господ»
7 июня 1938 года в Австрии начали действовать нацистские законы об «охране германской крови». Населению аннексированной страны...
Война подорвала материальное благополучие семьи Гессов. Демобилизовавшись, Рудольф донашивал военную форму, потому что у него не было денег даже на покупку гражданского костюма. Он поступил в Мюнхенский университет, но от учёбы его отвлекала политика. Гесс увлёкся националистическими и антикоммунистическими идеями, стал убеждённым антисемитом. Он участвовал в кровавых расправах с активистами Баварской советской республики и других левых политических образований на территории Германии. Кроме того, он вступил в оккультное и политическое Общество Туле. Там Гесс познакомился с немецким географом Карлом Хаусхофером, одним из основоположников геополитики, с которым долгое время затем поддерживал дружеские отношения.

В 1920 году Гесс вступил в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию (НСДАП), познакомился с Адольфом Гитлером и стал его помощником.

«Гесс по складу характера нуждался в идейном менторе, и он нашёл его в лице Гитлера. Он был первым из известных личностей, кто начал пропагандировать мессианство Гитлера, создавая его культ», — рассказал в интервью RT историк и писатель Константин Залесский.


Рудольф Гесс globallookpress.com © Scherl
В 1923 году Гесс принял участие в попытке нацистского государственного переворота, известного как «Пивной путч». Через некоторое время после провала этой авантюры он сдался полиции и был заключён вместе с Гитлером в крепость Ландсберг. Там он помогал нацистскому лидеру писать его книгу «Майн кампф». По словам историков, Гесс оказал влияние на формирование захватнической концепции «жизненного пространства».

После освобождения из тюрьмы Гесс стал личным секретарём Гитлера. Вскоре он женился на активистке нацистского движения Ильзе Прёль. В 1932 году Гесс возглавил центральную партийную комиссию НСДАП, а несколько месяцев спустя стал «заместителем фюрера по партии».

«Гитлеру был необходим такой человек, как Гесс. Лидеру НСДАП было лень самому заниматься партийным строительством. После прихода партии к власти в Германии его больше занимала деятельность по нацификации всей страны, а партийную работу он свалил на Гесса. Дела эти были непростыми, так как в партийной структуре НСДАП царил сумбур», — рассказал Залесский.


Рудольф Гесс выступает по радио в канун Рождества, 1936 год globallookpress.com © Scherl
В 1933 году Гесс получил статус имперского министра и право осуществлять партийный контроль над деятельностью государственных органов, а также принимать решения от имени Гитлера. Будучи убеждённым антисемитом, он, по словам историков, сыграл важную роль в подготовке и принятии расовых законов, по которым в дальнейшем были обречены на бесправие и гибель миллионы евреев. В 1939 году Гесс вошёл в Имперский совет обороны и был провозглашён «вторым преемником» Гитлера после Германа Геринга.

Полёт Гесса
10 мая 1941 года сообщник Гитлера совершил поступок, причины которого историки не могут объяснить до сих пор. Сев за штурвал истребителя, Гесс тайно вылетел в Великобританию. Причём к этому перелёту политик Третьего рейха готовился заранее: пытался вступить в переписку с представителями британской элиты, изучал сводки погоды, сверялся с гороскопами и готовил самолёт.

По словам историков, Гесс попытался добраться до шотландского поместья герцога Дугласа Гамильтона — влиятельного представителя британской элиты, состоявшего в родстве с королевской семьёй и лично знакомого с сыном Карла Хаусхофера. Но искомое поместье с воздуха Гесс не обнаружил и выпрыгнул с самолёта с парашютом, после чего его задержали бойцы местной гражданской самообороны. Будучи в форме офицера-лётчика, Гесс поначалу назвался чужим именем. Но военные быстро поняли, что перед ними не простой пилот, и доложили о задержанном командованию.

Также по теме
Нюрнбергский процесс. 20 ноября 1945 года — 1 октября 1946 года.
В зале суда
«Не имеет аналогов в истории»: как Нюрнбергский процесс изменил мир
75 лет назад начался Нюрнбергский процесс — суд над высшим руководством нацистской Германии и организациями Третьего рейха. По его...
«О том, что происходило после задержания и до конца войны, мы имеем лишь отрывочные сведения. Британия до сих пор не раскрыла всех связанных с этими событиями материалов», — говорит Залесский.

По его словам, перелёт в Британию нацистского функционера столь высокого уровня сначала показался руководству страны настолько невероятным, что глава правительства Уинстон Черчилль даже не поверил в произошедшее.

Согласно версии, распространённой сегодня в западной публицистике, Гесс заявил, что прибыл в Британию по личной инициативе с целью убедить официальный Лондон в целесообразности заключения мира с Германией по следующему принципу: Третьему рейху — континентальная Европа, а Британии — заморские территории. Однако всерьёз идеи Гесса якобы никто не воспринял. После бесед с несколькими высокопоставленными чиновниками Гесс был взят под стражу как военнопленный и до конца войны содержался в комфортабельных условиях на специально отведённой для этих целей вилле.


Обломки самолёта Гесса в музее Flickr © danielp
«До перелёта Гесс входил в ближайшее окружение Гитлера, а тот постоянно муссировал идеи о том, что ни Германии, ни Великобритании война не нужна. Согласно нацистским теориям, англичане в расовой иерархии занимали такое же положение, как и немцы, поэтому проливать кровь друг друга было бы неправильно. Более того, Гитлер утверждал, что британцы якобы готовы принять его идеи, а против них выступает только кучка «купленных» политиканов. Гесс же всё это воспринимал», — отметил Залесский.

По его словам, на этом фоне Гесс действительно мог решить, что для прекращения войны достаточно одного лишь толчка, и самостоятельно отравиться в Британию.

«Существуют версии, что Гитлер мог специально отправить Гесса на переговоры, однако, по свидетельствам современников, нацистский фюрер был в ярости, когда узнал о полёте. Он объявил Гесса сумасшедшим и стал преследовать его окружение. Для инсценировки это выглядит странно», — рассуждает Залесский.


Герман Геринг, Карл Дёниц и Рудольф Гесс на Нюрнбергском процессе © United States Army Signal Corps photographer - Harvard Law School Library, Harvard University
По мнению доцента ГАУГН Дмитрия Суржика, мотивы Гесса для современной исторической науки всё ещё остаются дискуссионным вопросом.

«Пока можно только выдвигать предположения. Мог ли Гесс полететь по своей инициативе? Да, мог. Для этого у него были необходимые навыки и мотивы. Но так ли это на самом деле, мы не знаем», — подчеркнул эксперт.

По словам Константина Залесского, есть определённое рациональное зерно и в версиях историков, которые говорят, что за полётом Гесса могут скрываться гораздо более серьёзные причины, чем принято считать.


Тюрьма Шпандау © www.usarmygermany.com
«Нельзя ничего утверждать, но позиция Великобритании после нападения Гитлера на Советский Союз выглядела очень странно. Британцы почему-то не торопились воспользоваться ситуацией и ударить Третьему рейху в спину. Вообще, их действия против Германии некоторое время были не слишком активными. Невозможно что-то говорить наверняка, но, возможно, Гесс озвучил какую-то информацию, заставившую Лондон действовать именно таким образом», — отметил Залесский.

После войны Гесс стал подсудимым на Нюрнбергском трибунале. 1 октября 1946 года он был признан виновным в преступлениях против мира, военных преступлениях и преступлениях против человечности и приговорён к пожизненному заключению. Содержался Гесс в тюрьме Шпандау в Западном Берлине. С 1966 года он был там единственным заключённым.

«Даже пожилого и больного Гесса из тюрьмы не выпустили. Британцы ссылаются на то, что они были готовы освободить Гесса, а против выступала советская сторона. Но мы не знаем достоверно, не было ли это лишь заявлениями, за которыми ничего не стояло», — подчеркнул Залесский.

17 августа 1987 года Гесс был обнаружен в тюрьме мёртвым. Согласно официальной версии, он совершил суицид. Однако есть немало противников этой версии, утверждающих, что перед смертью заключённого изолировали от работавшего с ним персонала, на теле были странные повреждения, а сразу после смерти Гесса возле его трупа находились неизвестные в военной форме. Сторонники предположений об убийстве бывшего нацистского функционера усматривают мотивы возможного преступления в том, что советское руководство якобы было потенциально согласно отпустить Гесса на свободу, но он мог выдать некие политические секреты.

По словам младшего научного сотрудника ИВИ РАН Константина Софронова, вокруг перелёта Гесса, его общения с британскими чиновниками и смерти до сих пор ходит много слухов. Однако они не подтверждаются никакими документами, и могут быть просто связаны с высоким положением Гесса в Германии и чрезмерным интересом общественности ко всему загадочному.

«В этой истории много непонятного. Можно делать различные предположения, но получится ли у нас когда-либо узнать правду, с уверенностью сказать нельзя», — резюмировал Константин Залесский.

«К затяжной войне Германия не готовилась»: какие цели преследовал Гитлер, напав на СССР
 

https://russian.rt.com/science/artic...-napadenie-cel
22 июня 2017, 08:50
Нападение на Советский Союз 22 июня 1941 года обернулось чудовищной трагедией для двух сотен миллионов человек. В рамках плана «Барбаросса» нацистская Германия сосредоточила лучшие войска на Восточном фронте. По мнению историков, агрессия против СССР была неотвратимым этапом немецкой экспансии в Европе. О причинах Великой Отечественной войны и ходе подготовки нацистского блицкрига — в материале RT.

Сегодня 22 июня
 

Сегодня 22 июня - как Сталин прос(п)(р)ал начало войны и нападение фашистской Германии на нашу страну

1941-й год, переправа через Березину
 

https://vk.com/history_porn?w=wall-68995594_311498
https://sun1-55.userapi.com/impg/0ZQ...2c2&type=album
1941-й год, переправа через Березину. Надпись за спиной немецкого солдата: "На этом месте Березину переходили: 25.06.1708 г. Карл Xll во время похода против Петра Великого и 27–29.11.1812 г. Наполеон l при отступлении из Москвы".

80-летняя годовщина знаменитого "сообщения ТАСС от 14 июня 1941 года"
 

https://von-hoffmann.livejournal.com/1002277.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-15 20:32:00 189
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
История
СССР
80-летняя годовщина знаменитого "сообщения ТАСС от 14 июня 1941 года"
Увеличить


"14 июня 1941 года мой папа прочитал в «Правде» заявление ТАСС,что у нас замечательный договор с Германией и никто ни на кого не собирается нападать...
Прочитав это, папа тут же пошел на телеграф и отбил телеграмму семье, отдыхающей в Евпатории: «НЕМЕДЛЕННО ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ в Москву!»
Когда мы приехали, он сказал,что скоро начнётся война..."
(Мариэтта Чудакова, литературовед)
-----

Кто был автором Сообщения ТАСС, обнародованного за неделю до начала войны ровно 80 лет назад, известно всем. Характерный стиль Сталина узнали и генералы в советских штабах, и зэки в лагерях, и западные эксперты.

После войны Сталин чистил ТАСС, но никому из руководителей этой организации не было предъявлено обвинений в распространении сообщения, которое можно было счесть "явно вредительским". Вину за передачу Сообщения ТАСС Сталин мог бы взвалить на любого члена Политбюро (в удобное для Сталина время). Но он этого тоже не сделал и тем самым принял всю ответственность перед историей на себя лично.

Как в советской, так и в зарубежной печати об этом Сообщении ТАСС писали очень много. Все, кто касался этой темы, над Сталиным смеялись. Сообщение ТАСС иногда рассматривается чуть ли не как проявление близорукости. Однако в Сообщении ТАСС таинственного и непонятного гораздо больше, чем смешного.

Маршал Василевский свидетельствует, что за этими сообщениями в печати "не последовало никаких принципиальных указаний относительно Вооруженных сил и пересмотра ранее принятых решений".По военным тайным каналам Сообщение не только не было подтверждено. Наоборот, одновременно с Сообщением ТАСС в военных округах были изданы приказы войскам, по смыслу и духу прямо противоположные.

Сообщение ТАСС никак не вяжется не только с характером Сталина, но и с центральной идеей всей коммунистической мифологии. Любой коммунистический тиран всегда повторяет простую и понятную фразу: враг не дремлет.

Эта магическая фраза позволяет объяснить и отсутствие мяса в магазинах, и "освободительные походы", и цензуру, и пытки, и массовые чистки, и закрытую границу - и вообще все что угодно. Фразы "враг не дремлет", "мы окружены врагами" - это острейшее оружие партии. Этим оружием были уничтожены все и всяческие оппозиции, этим оружием были установлены и упрочены все коммунистические диктатуры.

И вот однажды, только однажды в истории всех коммунистических режимов, глава самого мощного из этих режимов, заявил на весь мир что угрозы агрессии не существует...

Найдено здесь: https://vk.com/anti_soviet_coalition...1617902_248509

17 июня 1941 года - начало осуществления плана «Барбаросса» Предупреждение о начале войны
 

https://von-hoffmann.livejournal.com/1004717.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-17 12:08:00 104

Великая Отечественная началась с приказа верховного главнокомандования вооруженных сил Германии от 17 июня начать осуществление плана «Барбаросса» утром 22 июня.

17 июня 1941 года на спецсообщении агента "Старшины" о готовности Германии к войне Сталин начертал резолюцию: "Т-щу Меркулову. Можете послать ваш "источник" из штаба герм. авиации к еб-ной матери. Это не "источник", а дезинформатор"

Забавно, что красная плесень нынче ноет - "Не было такого... позже приписали..."

Так ведь через пару лет и 1941 год назовут "Победоносным"...

Ранее в моём журнале: https://von-hoffmann.livejournal.com/197469.html

Зорге не сообщил дату нападения Гитлера на СССР
 

https://arctus.livejournal.com/1657938.html#t41514834
2021-06-17 22:00:00
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
История
СССР


«Сталин – реалист до мозга костей»

Продолжение. Начало

Последовавшие сообщения от Зорге о сроках нападения Германии на СССР также не отличались определённостью. Допускалось, что война может и не начаться. Вот шифровка из Токио от 19 мая 1941 года:

«Новые германские представители, прибывшие сюда из Берлина, заявляют, что война между Германией и СССР может начаться в конце мая, так как они получили приказ вернуться в Берлин к этому времени.

Но они также заявили, что и в этом году опасность может и миновать.

Они заявили, что Германия имеет против СССР 9 армейских корпусов, состоящих из 150 дивизий. Один армейский корпус находится под командованием известного Райхенау. Стратегическая схема нападения на Советский Союз будет взята из опыта войны против Польши.

Рамзай».

В этот же день Зорге передает:

«…Отто (Одзаки. – А.К.)узнал, что в случае германо-советской войны Япония будет сохранять нейтралитет, по меньшей мере, в течение первых недель. Но в случае поражения СССР Япония начнет военные действия против Владивостока.

Япония и германский ВАТ (военные атташе. – А.К.) следят за перебросками советских войск с востока на запад.

Рамзай».

30 мая Зорге передал:

«Берлин информировал Отто(посла Отта. – А.К.),что немецкое наступление против СССР начнется во второй половине июня. Отто на 95% уверен, что война начнется… Причины для германского выступления: существование мощной Красной Армии не дает возможности Германии расширить войну в Африке, потому что Германия должна держать крупную армию в Восточной Европе. Для того, чтобы ликвидировать полностью всякую опасность со стороны СССР, Красная Армия должна быть отогнана возможно скорее. Так заявил Отто.

Рамзай».

Сообщение Зорге об информировании Берлином своего посла в Японии о времени нападения на СССР вызывает определённые сомнения. Гитлер, запретив строго-настрого сообщать японцам что-либо о плане «Барбаросса», едва ли мог доверить своим дипломатам в Токио в высшей степени важную информацию без опасения её утечки. Дату нападения на СССР Гитлер скрывал даже от своего ближайшего союзника Бенито Муссолини. Последний узнал о вторжении германских войск на территорию СССР лишь утром 22 июня.

Хотя сообщение Зорге о вероятности германского наступления «во второй половине июня» было верным, могли ли в Кремле полностью полагаться на мнение германского посла в Токио? Тем более что незадолго до этого, 19 мая, Зорге передавал, что «в этом году опасность может и миновать».

О том, что посол Отт черпал информацию о войне Германии против СССР не из официальных источников из Берлина, а у посещавших Токио немцев, свидетельствует шифровка Зорге от 1 июня 1941 года. Текст сообщения гласил:
«Ожидание начала германо-советской войны около 15 июня базируется исключительно на информации, которую подполковник Шолл (ь) привез с собой из Берлина, откуда он выехал 3 мая в Бангкок. В Бангкоке он займет пост военного атташе.

Отто заявил, что он не мог получить информацию по этому поводу (о начале советско-германской войны. –А.К.)непосредственно из Берлина, а имеет только информацию Шолла.

В беседе с Шоллом я установил, что немцев в вопросе о выступлении против Красной Армии привлекает факт большой тактической ошибки, которую по заявлению Шолла сделал СССР.

Согласно немецкой точке зрения, тот факт, что оборонительная линия СССР расположена, в основном, против немецких линий без больших ответвлений, составляет величайшую ошибку. Он поможет разбить Красную Армию в первом большом сражении. Шолл заявил, что наиболее сильный удар будет нанесен левым флангом германской армии.

Рамзай».

В Москве не могли полагаться и на информацию немецкого подполковника, тем более военного дипломата, связанного с разведкой в третьеразрядной стране, а не с разработкой оперативно-стратегических планов. Тем не менее сведения привлекли внимание Центра. У Зорге запросили разъяснений: донести «более понятно сущность большой тактической ошибки, о которой Вы сообщаете и Ваше собственное мнение о правдивости Шолла насчет левого фланга».

Резидент советской разведки телеграфирует 15 июня 1941 года в Центр:

«Германский курьер … сказал военному атташе, что он убежден, что война против СССР задерживается, вероятно, до конца июня. Военный атташе не знает – будет война или нет.

Я видел начало сообщения в Германию, что в случае возникновения германо-советской войны Японии потребуется около 6 недель, чтобы начать наступление на советский Дальний Восток, но немцы считают, что японцы потребуют больше времени потому, что это будет война на суше и море (конец фразы искажён).

Рамзай».


Наиболее определёнными были сведения, которые Зорге направил в Москву за два дня до нападения, 20 июня. Он сообщал:
«Германский посол в Токио Отто сказал мне, что война между Германией и СССР неизбежна… Германское военное превосходство дает возможность разгрома последней большой европейской армии, также хорошо, как это было сделано в самом начале… (искажение)потому, что стратегические оборонительные позиции СССР до сих пор еще более небоеспособны, чем это было в обороне Польши.

Инвест (Хоцуми Одзаки. – А.К.)сказал мне, что японский генштаб уже обсуждает вопрос о позиции, которая будет занята в случае войны.

Предложения о японо-американских переговорах и вопросы внутренней борьбы между Мацуока, с одной стороны, и Хиранума – с другой, застопорились потому, что все ожидают решения вопроса об отношениях СССР и Германии.

Рамзай».

Недооценивать важность этого сообщения нельзя, но ведь дата нападения названа не была. Следует иметь в виду, что из Токио поступала и другая информация. Так, советской разведкой была перехвачена телеграмма военного атташе посольства Франции (Виши) в Японии, который сообщал:

«Снова ходят настойчивые слухи о скором нападении Германии на Россию. Многие японские дипломаты, известные своей сдержанностью, дают понять, что некие события, последствия которых будут очень важными для будущей войны, произойдут примерно 20 июня 1941 г.»

Здесь срок указывается, но тут же допускается, что речь может идти «либо о нападении на Англию, либо о нападении на Россию».

Тщательно изучивший поступавшую накануне войны в Москву разнообразную информацию известный историк профессор Вилнис Сиполс приходит к выводу: «Даже к середине июня 1941 г. в СССР, как и в других странах, не было точной и достаточно полной информации о намерениях Германии. Вплоть до 21 июня поступали сведения, дававшие основания для надежд, что нападение всё ещё можно предотвратить. Встает вопрос: не выглядела ли та дезинформация, которая поступала в Москву, гораздо весомее, убедительнее, чем те отчасти правильные, но неполные, чаще всего отрывочные и противоречивые сведения, которые были собраны нашими органами, добывавшими информацию о германских планах?»

Однако хотя точная дата нападения и не была известна, даже на основе имевшейся информации Кремль должен был привести войска в полную боевую готовность всё же раньше, чем это было сделано. Тем более что, как указывал участник войны генерал армии Валентин Варенников, Сталин еще за месяц до войны предупредил: «Мы можем подвергнуться внезапному нападению».

Небезынтересную версию событий дал германский историк Ф. Фабри, который, касаясь известного сообщения ТАСС от 14 июня 1941 г., пишет: «Советская историография во времена «десталинизации» подвергла Сталина из-за этого сообщения резкой критике: она усмотрела в нем свидетельство доверчивости и наивности Сталина, который якобы серьёзно рассчитывал на то, чтобы этим доказательством своей доброй воли удержать Гитлера от поспешных мер. Но если изучить этот документ обстоятельно, то видны совсем иные расчёты. Ведь Кремль открыто дал Гитлеру понять, что он имеет сведения о развертывании германских войск, что он принял контрмеры, но что он, если Германия пожелает, согласен начать переговоры, которые, естественно, имели бы единственную цель – выиграть время».

О том, что Сталин был очень далёк от какой-либо наивности, признавали и враги. Геббельс писал в своём дневнике: «Сталин – реалист до мозга костей».

Однако вернёмся к Зорге, к его подвигу разведчика. После германского вторжения для Кремля критически важной становилась информация о том, какую позицию займёт Япония. После подтверждения подлинности сообщений Зорге о приближении германского нападения в Москве доверие к резиденту в Японии возросло. 26 июня он посылает радиограмму:

«Выражаем наши лучшие пожелания на трудные времена. Мы все здесь будем упорно выполнять нашу работу.

Мацуока сказал германскому послу Отту, что нет сомнений, что после некоторого времени Япония выступит против СССР.

Рамзай».
Хотя в хрущёвские времена в заслугу Зорге ставилось предупреждение о надвигавшемся нападении гитлеровской Германии на Советский Союз, в действительности его главным подвигом было своевременное вскрытие японских стратегических планов и информирование Кремля о переносе японского нападения на СССР с лета-осени 1941 года на весну следующего года. Что позволило советскому верховному командованию высвободить часть группировки на Дальнем Востоке и в Сибири для переброски войск под Москву

А что касается утверждения в статье на сайте Lenta.ruо том, что «у советского руководства был шанс спасти разведчика от смерти, обменяв его на пленных японцев, но Сталин отказался сделать это», то, скорее всего, это запущенная при Хрущёве выдумка. Ни в СССР, ни в Японии не удалось разыскать ни одного даже косвенного подтверждения этому.
ФСК

Как Хрущёв использовал Зорге против Сталина
 

https://www.fondsk.ru/news/2021/06/1...ina-53772.html
12.06.2021 | ПОЛИТИКА | ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА

Что сделал и чего не в силах был сделать советский разведчик

В интернет-газете Lenta.ru опубликована статья, посвященная подвигу выдающегося советского разведчика Рихарда Зорге, который направлял из Японии в Москву ценнейшую информацию о военных планах Берлина и Токио. В заголовок вынесены слова «Легендарный советский разведчик раскрыл планы Гитлера. Почему Сталин не спас его от казни?».

В статье утверждается: «Он (Зорге) сумел внедриться в фашистскую верхушку в Японии и раскрыть планы Гитлера и его союзников. Зорге предупреждал Сталина о том, что Германия готовит вторжение в Советский Союз, и даже сообщил время нападения. Но к донесениям разведчика не прислушались».

Знает автор или нет, но его статья повторяет версию Хрущёва, который использовал донесения Зорге для дискредитации Сталина. А создатели многосерийного телефильма, который демонстрировался на Первом канале российского телевидения в апреле 2019 года (режиссер Сергей Гинзбург, сценарист Дмитрий Новоселов), договорились до того, что приписали Зорге…. получение из сейфа германского посла в Токио германского плана «Барбаросса»! Можно вспомнить ещё, как советские журналисты, стремясь угодить Хрущёву, утверждали, что от Зорге якобы поступила шифровка о «начале Германией войны на рассвете 22 июня по трем стратегическим направлениям».

Как в действительности обстояло дело с предупреждениями Зорге о скорой войне? Попробуем опереться не на домыслы, а на документы.

Первая серьёзная информация по этому поводу поступила от Зорге 11 апреля 1941 года. Резидент советской военной разведки Рамзай (Рихард Зорге) сообщал:

«Я узнал относительно щекотливых германо-советских отношений следующее: к человеку Гиммлера, по фамилии Губер, работающему в германском посольстве в Токио, приехал заместитель, который сказал Губеру, чтобы он выехал в Германию немедленно, так как новый человек полагает, что война между СССР и Германией может начаться в любой момент после возвращения Мацуока (министр иностранных дел Японии — А.К.) в Токио.

Германский морской атташе сообщил мне, что неожиданно получил приказание отправить сырье не через Сибирь, а на пароходах, оперирующих в южной части Тихого океана в качестве рейдеров. Но впоследствии от этого отказались, и он полагает, что напряженность между Германией и Советским Союзом уменьшилась.

Германское посольство получило от Риббентропа телеграмму, в которой заявляется, что Германия не начнет войны против СССР, если она не будет спровоцирована Советским Союзом. Но, если она окажется спровоцированной, то война будет короткой и закончится жестоким поражением СССР. Немецкий генштаб закончил всю подготовку.

В кругах Гиммлера и генштаба имеется сильное течение за то, чтобы начать войну против СССР, но это течение еще не имеет превосходства.

Рамзай».

Хотя 13 апреля 1941 года в Москве был заключен Советско-японский пакт о нейтралитете, уверенности в том, что японское руководство будет его соблюдать в случае нападения Германии на СССР, в Кремле не было. 16 апреля начальник разведуправления Генштаба Красной армии ставит перед Зорге задачу:

«В связи с заключением пакта о нейтралитете между СССР и Японией, следите за внешнеполитическим курсом и военными мероприятиями японского правительства и командования. Сообщите конкретные мероприятия по экспансии Японии на Юг и по завершению войны с Китаем. Общественное мнение Японии. Взаимоотношения Японии с США и Англией. Что Вам известно о погрузке японских частей на корабли в Сибаура. Жду от Вас информации. Д.».

Москва рассчитывала на то, что Токио, имея пакт о нейтралитете с СССР, сосредоточит свои военные усилия на завершении войны в Китае и противостоянии англичанам и американцам. И хотя бы в первое время не будет допускать чреватых большой войной провокаций на советско-маньчжурской границе.

По поводу реакции в Токио на заключение пакта о нейтралитете Зорге в донесении 16 апреля сообщал:

«Отто (Хоцуми Одзаки. – А.К.) посетил Коноэ в тот момент, когда последний получил от Мацуока телеграмму относительно заключения пакта о нейтралитете. Все присутствовавшие, в том числе Коноэ, были чрезвычайно рады заключению пакта. Коноэ немедленно позвонил об этом военному министру Тодзио, который не высказал ни удивления, ни радости, ни гнева, но согласился с мнением Коноэ, что ни армия, ни флот, ни Квантунская армия не должны опубликовывать какое-либо заявление в отношении нового пакта.

Во время обсуждения вопроса о последствиях пакта, вопрос о Сингапуре даже не поднимался.

Главное внимание всех присутствовавших было сосредоточено на вопросе о том, как использовать пакт для ликвидации войны в Китае. Если Чан Кайши будет продолжать опираться на Америку, тогда было бы полезно обратиться ещё раз к Америке с предложением достигнуть дружественного взаимопонимания с Японией в отношении Китая.

Отто полагает, что вышеупомянутые пункты лягут в основу будущей внешней политики Японии.

Коноэ заявил Отто, что он полагает, что между Мацуока и Осима (посол Японии в Германии. – А.К.) имела место стычка в Берлине, так как Осима прислал телеграмму, в которой выражает недовольство поведением Мацуока в Берлине.

Когда Отто впоследствии спросил Коноэ прямо, как в отношении Сингапура, Коноэ ответил, что этим вопросом очень интересуются германский посол и другие люди.

Как бы то ни было, Отто полагает, что в случае, если Англия будет терпеть дальнейшие поражения, как сейчас, то вопрос об атаке Сингапура снова встанет очень остро, и если не сейчас, то через некоторое время.

Рамзай».

Японские военные круги не придавали пакту о нейтралитете особого значения. В «Секретном дневнике войны» японского Генштаба армии 14 апреля была сделана следующая запись: «Значение данного договора состоит не в обеспечении вооруженного выступления на юге. Не является договор и средством избежать войны с США. Он лишь дает дополнительное время для принятия самостоятельного решения о начале войны против Советов» (выделено нами. – А.К.).

Понимая стратегическую важность «переключения» японской агрессии с северного на южное направление, Зорге, имевший возможность через близкого к премьеру Коноэ члена своей разведывательной группы Одзаки влиять на японскую политику, предлагал Москве «подталкивать» японцев к экспансии на юге, что объективно затрудняло выступление на севере, против СССР.

18 апреля 1941 года он пишет в Центр:

«Отто имеет некоторое влияние на Коноэ и других людей, и он может поднимать вопрос о Сингапуре как острую проблему. Поэтому я запрашиваю Вас – заинтересованы ли Вы, чтобы толкать Японию на выступление против Сингапура или нет.

Я имею некоторое влияние на германского посла Отто (имеется в виду Ойген Отт. – А.К.) и могу подталкивать или не побуждать его к оказанию давления на Японию в вопросе ее выступления против Сингапура.

Если вы заинтересованы, то делайте мне указания, как можно быстрее, относительно Ваших желаний.

Рамзай».

Можно лишь недоумевать по поводу того, что Центр отверг это предложение Зорге. Кстати, это лишний раз опровергает распространявшиеся в 1990-е годы в российских СМИ утверждения о том, что якобы японо-американскую войну… «организовали Сталин и его спецслужбы». Шифровка в адрес Зорге из Москвы гласила:

«Вашей основной задачей является своевременно и достоверно сообщать обо всех конкретных мероприятиях японского правительства и командования в связи с заключением пакта с СССР, что конкретно ими делается по передислокации войск, откуда и какие части переводятся и куда сосредотачиваются.

Влиять и подталкивать Коноэ и других влиятельных лиц в Вашу задачу не входит, и заниматься этим не следует».

Следующую важную информацию о приближавшемся нападении Германии на СССР Зорге направляет в Москву 2 мая 1941 года:

«Я беседовал с германским послом Отто и морским атташе о взаимоотношениях между Германией и СССР. Отто заявил мне, что Гитлер исполнен решимости разгромить СССР и получить европейскую часть Советского Союза в свои руки в качестве зерновой и сырьевой базы для контроля со стороны Германии над всей Европой.

Оба, посол и атташе, согласились с тем, что после поражения Югославии во взаимоотношениях Германии с СССР приближаются две критические даты.

Первая дата — время окончания сева в СССР. После окончания сева война против СССР может начаться в любой момент, так что Германии останется только собрать урожай.

Вторым критическим моментом являются переговоры между Германией и Турцией. Если СССР будет создавать какие-либо трудности в вопросе принятия Турцией германских требований, то война будет неизбежна.

Возможность возникновения войны в любой момент весьма велика, потому что Гитлер и его генералы уверены, что война с СССР нисколько не помешает ведению войны против Англии.

Немецкие генералы оценивают боеспособность Красной Армии настолько низко, что они полагают, что Красная Армия будет разгромлена в течение нескольких недель. Они полагают, что система обороны на германо-советской границе чрезвычайно слаба.

Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией…

Рамзай».

Как видно из этого донесения, допускалась возможность начала военных действий против СССР «после войны с Англией». Можно ли было на основе такой взаимоисключающей информации делать окончательные выводы? Конечно, нет! Была ли в этом вина Зорге? Опять-таки нет. Он передавал всю информацию, которую добывал, в том числе противоречивую. Выводы должны были делать в Москве.

Однако выводы делать было очень трудно. Ведь и в других разведдонесениях, в частности от советской разведывательной сети в Европе «Красная капелла», содержался ряд дат предстоящего нападения Германии на СССР: 15 апреля, 1 мая, 15 мая, 20 мая... Есть достаточно оснований считать, что эти даты запускались немцами в целях дезинформации .

Июнь 1941 года – немцы у переправы через Неман
 

https://picturehistory.livejournal.com/6600350.html
kellylynch (kellylynch) написал в picturehistory
2021-06-19 19:15:00 110

Немецкий лёгкий танк Pz.Kpfw.II и расчёт 20-мм зенитного орудия у моста через Неман у Алитуса (Литва):
https://warspot-asset.s3.amazonaws.c...f2772f963f.jpg
Эти самые немецкие “20-мм зенитные автоматические пушки” были очень эффективным (для того времени) оружием; настоящим “проклятием” для советской бомбардировочной авиации. Советские бомбардировщики при атаках “с горизонтального полёта” беспощадно сбивались немецкими зенитчиками.
Тот же легендарный Гастелло был подбит, скорее всего, из такой же 20-миллиметровой пушки – они прикрывали немецкие колонны на марше.

21 июня 1941 года. Союзные войска входят в Дамаск
 

https://foto-history.livejournal.com/15088089.html
sedov_05 (sedov_05) написал в foto_history
2021-06-21 05:27:00 192


8 июня 1941 года в Леванте началось наступление войск тогдашней версии Антигитлеровской Коалиции. В их состав входили части Австралийской армии, армии Британской Индии, Ассирийские добровольческие части из Ирака, части "Свободной Франции", чехословацкие части, еврейские добровольцы из Палестины и арабские из Трансиордании. Общая численность группировки под командованием 58-летнего генерала (аналог генерала армии в Советской Армии) Генри Мейтланда Уилсона (до того он командовал экспедиционными силами в Греции, не на Крите !, свое звание он получил всего за 8 дней до начала наступления) составляла 34 тысячи человек с 50 самолетами. С моря группировку поддерживали 5 крейсеров и 9 эсминцев. Союзникам противостояли французские войска под командованием ровесника Уилсона - Верховного Коммисара правительства Франции в Леванте корпусного генерала Анри Дентца, того самого, кто 13 июня 1941 года передал немецким войскам объявленный открытым городом столицу Франции Париж. В распоряжении Дентца было 35 000 человек вооруженных сил режима Виши и марионеточной Сирии. Дентц имел 90 танков и почти 300 самолетов. Также, для обеспечения коммуникации с мятежным Ираком немцы перебросили в Сирию до 70 самолетов с французскими опознавательными знаками (прогерманское восстание Рашида Али аль-Гайлани было подавлено 31 мая 1941 года). Впрочем, немцы в основном находились на севере страны, в районе Алеппо. 10 из них участвовали в боях.

Несмотря на, казалось бы, небольшую численность задействованных с обеих сторон сил и не очень большую длительность - начало 8 июня, взятие Дамаска 21 июня, взятие Бейрута - 12 июля, подписание перемирия по которому французы смогли вывести войска в Турцию, где те были сначала интернированы, а затем вернулись во Францию, бои отличались значительным ожесточением. Союзники потеряли 7800+ убитыми и ранеными (23% участников боев) плюс 41 самолет, французы - до 9 тыс. человек убитыми и ранеными (четверть участников боев) плюс 5,7 тыс перешедших на сторону "Свободной Франции". Также было потеряно почти 180 самолетов и все танки.

Дамаск стал первой столицей враждебной страны, занятой войсками союзников (Сирия формально получила независимость в 1937 году). До того, весной 1941 года британские части брали мятежный Багдад и занятую в 1936 году итальянцами Адис-Абебу.

Интрига 22 июня
 

https://sedov-05.livejournal.com/5719740.html
Пишет sedov_05 (sedov_05)
2021-06-20 20:58:00 168

21 июня 1941 года. Британские агрессоры на улицах захваченного ими в этот день Дамаска.
Вероятно, дальше путь англо-саксов должен был лежать в Закавказье, но что то пошло не так.

Говорят, в Кремле готовят статью, посвященную 80-летию начала Великой Отечественной войны.

Полагаю, мы наконец узнаем главную тайну XX века - кто же на самом деле виновен в нападении Третьего Рейха на СССР 22.06.1941 года ? Для меня ответ очевиден - Великобритания, Польша и Украина. Но кто я такой, чтобы рассуждать на подобные высокие темы ? К счастью, как оно было на самом деле ждать остается всего 2 дня. Уже заявлено, что под это будут открыты новые, особо секретные архивные материалы, содержащие подлинную, ранее никому не известную правду.

Я в предвкушении, а вы ?

Сила слова: как одна речь Черчилля определила ход Второй мировой войны
 

https://profile.ru/military/sila-slo...-vojny-883607/
22.06.2021



Первая встреча лидеров "Большой тройки" - Сталина, Рузвельта и Черчилля на Тегеранской конференции в 1943-м

©wikimedia commons
22 июня исполняется 80 лет историческому радиовыступлению премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля. Эта речь, произнесенная в день нападения Германии на СССР, положила начало сближению стран «Большой тройки», став первым шагом к их объединению в борьбе с Гитлером.

Две речи
После полудня 22 июня 1941-го во всех радиоприемниках СССР звучал голос наркома иностранных дел Вячеслава Молотова, объявившего о нападении Германии и призвавшего советских граждан к борьбе с врагом. Начавшаяся война потребовала изменения внешней политики советского правительства. Поскольку в 1939-м Москва не смогла договориться с Лондоном и Парижем о военном союзе, она заключила пакт о ненападении с Берлином. Вероломное нарушение Гитлером этого договора заставило СССР вновь искать союзников на Западе.

Утром 22 июня советский посол в Лондоне Иван Майский был приглашен на встречу с главой Форин-офиса Энтони Иденом. Она состоялась уже после того, как советский дипломат прослушал радиовыступление Молотова. Темой переговоров посла и министра стала политика их стран по отношению к Германии. Иден заявил, что нападение немцев на СССР ничего не меняет и его страна не только не прекратит борьбу с Гитлером, но и усилит ее. В ответ Майский передал англичанину содержание речи Молотова и заверил его, что советское правительство также полно решимости вести войну до победы.

Во время встречи также обсуждалась позиция США. Затронув этот вопрос, английский министр заметил, что нападение Германии на Россию носит характер явной и оголтелой агрессии, поэтому реакция Америки должна быть благоприятной для СССР и Англии. Также Иден информировал посла, что в девять вечера английский премьер Уинстон Черчилль выступит по радио с заявлением о том, что в сложившихся условиях Британия окажет Советскому Союзу любую возможную помощь. Майский, в свою очередь, сказал, что в этой речи стоит подчеркнуть решимость Лондона вести войну до конца. Иден пообещал передать это пожелание премьер-министру и действительно сделал это.


Уинстон Черчилль

Imperial War Museums
В своем радиовыступлении Черчилль был откровенен и четко дал понять, что все идеологические противоречия, существующие между Британией и СССР, никуда не делись. «Никто не был более стойким противником коммунизма в течение последних 25 лет, чем я. Я не возьму обратно ни одного сказанного о нем слова, – заявил он. – Но все это меркнет перед зрелищем, разворачивающимся сейчас». В настоящее время, продолжил Черчилль, у русских и британцев одна цель – остановить гитлеровские войска.

«Любой человек или государство, борющиеся против нацизма, получат нашу помощь. Любой человек или государство, марширующие с Гитлером – наши враги», – констатировал Черчилль. После чего резюмировал: «Следовательно, мы должны оказать России и русскому народу всю помощь, какую только сможем».

Заметная часть этой речи была посвящена Соединенным Штатам. Поблагодарив Вашингтон за оказываемую помощь, Черчилль заявил, что после нападения рейха на СССР Британия и США лишь сильнее укрепятся «в стремлении спасти человечество от его [Гитлера] тирании». «Мы должны не ослабить, а усилить нашу решимость и использовать все средства», – обратился к союзнику премьер-министр.

«Опасность, грозящая России, – это угроза нам и угроза Соединенным Штатам, и точно так же дело каждого русского, сражающегося за свой дом и очаг, – это дело всех свободных людей и народов во всех частях земного шара. Так давайте выучим уроки, которые нам уже преподал жестокий опыт. Удвоим наши старания и ударим с объединенной силой, пока мы живы и можем бороться», – завершил речь Черчилль.

Это радиовыступление посылало сразу два сигнала. С одной стороны, британский премьер дал понять Гитлеру, что теперь ему придется воевать с целым блоком стран, куда, возможно, войдут и США. С другой – призвал Вашингтон оказать помощь Москве, раз уж русские, англичане и американцы оказались в одной лодке.


Плакат в австралийском городе Брисбен, демонстрирующий единство Черчилля и Сталина в борьбе с нацизмом

wikimedia commons
Таяние льда
Накануне Великой Отечественной войны отношения СССР и США были прохладными. Американцы осуждали Москву за пакт с Германией, войну с Финляндией и насильственное включение в состав Советского Союза трех прибалтийских республик. Кроме того, по условиям германо-советского торгового соглашения СССР снабжал Третий рейх такими материалами, как, например, нефть, тем самым помогая ему вести войну. В свою очередь, в Москве считали дискриминацией отказ Соединенных Штатов продавать ей некоторые виды оборудования.

Тем не менее, несмотря на все вышеперечисленные противоречия, президент Франклин Рузвельт стремился наладить отношения со Сталиным. Есть мнение, что с подачи Рузвельта в законе о ленд-лизе специально не прописали, каким именно странам будет оказана помощь, чтобы со временем его действие можно было распространить на СССР. 32-й президент США не сомневался, что рано или поздно между Москвой и Берлином начнется конфликт. Так, когда 15 июня 1941-го Черчилль сообщил Рузвельту, что Британия поддержит СССР в случае нападения Гитлера, американский лидер ответил, что будет «приветствовать Россию как союзника».

Но прежде чем начать помогать Москве, Рузвельту требовалось изменить отношение Конгресса и общества к этой идее. И в этом ему очень помогло радиообращение Черчилля, вышедшее в эфир 22 июня 1941-го.


Президент США Франклин Рузвельт и английский премьер Уинстон Черчилль во время встречи на Атлантической конференции 10 августа 1941 г.

Imperial War Museums
Возрождение отношений
Посол СССР в Соединенных Штатах Константин Уманский положительно оценил радиовыступление Черчилля. Дипломат доложил в Москву, что американская общественность, в основном настроенная изоляционистски, выражает поддержку советскому народу. Посольство получило десятки дружественных обращений от простых американцев, включая просьбы записать их добровольцами в Красную Армию. А вот антирузвельтовская группировка в Конгрессе и Госдепартаменте сомневалась, что русским надо помогать, и была раздражена выступлением английского премьера.



По мнению Уманского, Рузвельт и его окружение взяли благоприятную для Москвы линию – распространить на СССР закон о ленд-лизе, демонстрируя тем самым фактически союзные отношения в духе заявления Черчилля. Но воплотить это в жизнь было непростой задачей, так как президенту нужно было победить противников союза со Сталиным в Конгрессе и правительстве.

Ознакомившись с его донесением, Молотов приказал Уманскому просить поставки в кредит 6 тыс. самолетов, зениток, а также оборудования для авиазаводов, производства авиационного бензина, толуола, шин и многого другого. Общая сумма кредита составляла почти $2 млрд. В Госдепартаменте это расценили как хороший признак: раз русские просят промышленное оборудование, значит намерены продолжать борьбу даже в случае потери промышленных районов в западной части страны.

Созданный в США Комитет по советским закупкам рекомендовал немедленно отправить в СССР промтовары на 15 млн 680 тыс. долларов, а в следующем году – еще на 172 млн 119 тыс. долларов. Однако поставки военных материалов на сумму в почти $1,7 млрд, находившиеся вне юрисдикции Комитета, требовали личного одобрения президента.

Между тем Рузвельт оказался в сложном положении. В июле 1941-го на рассмотрение Конгресса был внесен закон, исключающий Россию из списка ленд-лиза; этот же закон требовал от США строгого соблюдения Акта о нейтралитете применительно к Советскому Союзу. Но не только это тормозило решение вопроса о помощи СССР. В Пентагоне опасались, что немцы разобьют Красную Армию, и тогда оружие и товары, отправленные русским, окажутся в руках гитлеровцев.



Чтобы уточнить планы Сталина и развеять все сомнения, Рузвельт отправил к нему одного из своих ближайших соратников – Гарри Гопкинса. Его встреча со Сталиным состоялась в конце июля 1941-го, после чего Гопкинс телеграфировал в Вашингтон, что русские готовы сражаться до конца.

Встреча Сталина и Гопкинса стала предтечей Московской конференции сентября 1941-го, завершившейся подписанием Первого протокола англо-американских поставок СССР. После этого преодолевший сопротивление Конгресса Рузвельт выделил Москве первый миллиард долларов. Так президент сдержал обещание Черчиллю объединить силы с Советским Союзом ради борьбы с нацизмом.

Таким образом, радиовыступление Черчилля 22 июня 1941-го положило начало формированию антигитлеровской коалиции. Как отмечал впоследствии глава МИД СССР Андрей Громыко, хотя в этой коалиции были трения и разногласия, она вошла в историю как пример сотрудничества стран с различными общественными системами. И несмотря на разногласия, коалиция решила свою главную задачу – разгромила нацистскую Германию и ее союзников.

Синицын, а не Зорге
 

http://www.stoletie.ru/territoriya_i..._zorge_758.htm
Он первым сообщил точную дату нападения Германии на СССР

23.06.2021

Директор СВР Сергей Нарышкин в своей статье, опубликованной в журнале «Национальная оборона», впервые назвал имя человека, который сообщил о начале войны. «В срочном донесении резидента разведки НКГБ в Финляндии Елисея Тихоновича Синицына 11 июня 1941 года была названа точная дата начала агрессии. Резидентурой были получены сведения о подписании 11 июня в Хельсинки тайного соглашения между Германией и Финляндией об участии финских вооруженных сил в предстоящей войне, и прямо указан срок вторжения», — указал директор СВР.

Сам Синицын в своей книге «Резидент свидетельствует», написанной уже после ухода в отставку, пишет о том, что говорилось в отправленном им в Москву донесении: «Сегодня утром в Хельсинки подписано соглашение между Германией и Финляндией об участии Финляндии в войне гитлеровской Германии против Советского Союза, которая начнется 22 июня».


Однако получивший это донесение Наркоминдел никак не отреагировал. Не было никакой реакции даже тогда, когда под надзором финской полиции происходило выдворение советского посольства из Финляндии.

Нарышкин в своей статье напоминает, что кроме плана «Барбаросса» для внезапного нападения на Советский Союз, «по личному указанию Гитлера была разработана многоэтапная операция по сокрытию истинных действий по подготовке агрессии». 29 декабря 1940 года советская резидентура в Берлине доложила в Москву о готовящемся нападении нацистской Германии на СССР. Информация была получена при помощи завербованного сотрудника имперского МИД. С сообщением в срочном порядке ознакомили Иосифа Сталина и Вячеслава Молотова. В следующие месяцы советские разведчики буквально закидывали Москву донесениями подобного рода. «Сведения о военных приготовлениях Германии к нападению на СССР шли в Центр из резидентур. С июля 1940 по июнь 1941 года только внешняя разведка направила советскому руководству более 120 информационных сообщений», — говорится в статье Нарышкина. Но единственным, кто сообщил в Москву о точной дате нападения – 22 июня –был Синицын в Финляндии, а не Зорге в Токио, как об этом у нас долгое время писали.



Как деревенский пастух стал разведчиком

Об этом герое у нас многим сегодня ничего не известно. Елисей Тихонович родился 8 июня 1909 г. в Смоленской губернии, в пригороде г. Вязьмы, в деревне Ржавец Новосельской волости Вяземского уезда. Работал подпаском в своей деревне, был подсобным рабочим на заводе, учился на рабфаке. Затем окончил Московский институт химического машиностроения, работал инженером-механиком в Москве. В 1937 году по рекомендации парторганизации завода был направлен слушателем в центральную школу НКВД.

Вот как он сам описал потом это в своей книге: «На следующий день я явился по адресу в Центральную школу (ЦШ), где приемная комиссия без лишних формальностей зачислила меня в слушатели. В школе преподавали старые, опытные работники контрразведки, уцелевшие от массовых репрессий. Правда, позднее, в 1938 году, все они были расстреляны как враги народа. Целью обучения были основы ведения контрразведки, вербовка агентуры во враждебной социальной среде, методы и способы наружного наблюдения, подслушивание, задержание и арест шпиона».


Пройдя обучение в Центральной школе, а затем в Школе особого назначения НКВД, в июле 1939 года Синицын становится заместителем резидента НКВД в Польше под фамилией Елисеев и прикрытием в должности консула СССР во Львове. Занимался, в частности, тем, что организовывал приём и вывод в Советский Союз политических эмигрантов из оккупированной немцами Чехословакии.




Резидент в Финляндии

С ноября 1939 года Синицын — резидент внешней разведки в Хельсинки под прикрытием должности поверенного в делах СССР в Финляндии. В каких условиях тогда приходилось работать советским разведчикам, он в своей книге не без юмора пишет так: «Перед отъездом мне в Наркомвнуделе выдали за деньги пальто, костюм и ботинки ярко оранжевого цвета, других не оказалось. В магазинах обуви вообще не было. Когда по приезде к месту работы мы встретились с сотрудниками посольства (постпредства) и их семьями, моя жена, придя домой, сказала, что на совещании видела двух моих работников.

— Откуда ты взяла это? — удивился я.

— У них одинаковые, не по сезону ярко-оранжевые ботинки, как у тебя, — был ответ.

Вот тебе и конспирация!»

Однако работа шла. Через ценного источника резидентуры Графа и других агентов Синицын получил и передал в Центр информацию о решении финского руководства сорвать переговоры с СССР, о скрытой мобилизации финской армии и передислокации её частей к советской границе, а также об эвакуации гражданского населения из района Карельского перешейка.



В Москве не знали, что у финнов есть автоматы

Насколько ценной была передаваемая им информация для советского руководства, свидетельствует тот факт, что Синицына вызывали в Москву, и он докладывал ее на совещании лично Сталину. Того особенно заинтересовали уже взятые финнами на вооружение автоматы. В своей книге Синицын так описывает этот эпизод: «Продолжая информацию, доложил, что финны ввели в армии новое оружие. Вместо обычных винтовок солдаты вооружены ручными пулеметами (автоматами). Ствол длиною примерно 40-50 см, покрытый ячеистым металлическим кожухом для отвода тепла, вмонтирован в небольшого размера приклад, снизу которого к стволу подведена круглая патронная коробка диаметром около 15 см и толщиной около 4-5 см. По нашей прикидке в коробку должно входить до 30-40 патронов, напоминающих патроны нагана, но только чуть толще. Носят автомат с ремнем на плече. На Карельском перешейке мы наблюдали обучение роты солдат. Все они имели автоматы, за исключением одного солдата, у которого была обычная винтовка с оптическим прицелом.

Когда мой рассказ подошел к концу, Сталин, слушавший внимательно, обратился к Ворошилову и недовольным голосом спросил:

— Что вам известно о новом оружии в финской армии?

— У нас имеется несколько экземпляров этих автоматов, — нетвердо ответил Ворошилов.

— К концу заседания Политбюро доставьте один автомат для ознакомления всех нас с этим оружием, — строго сказал Сталин.

Я был крайне удивлен, что он, да, наверно, и члены Политбюро, впервые услышали о новом оружии в финской армии».


После начала советско-финской войны 30 ноября 1939 года вместе с советской колонией Синицын был эвакуирован в СССР. А после ее окончания, в марте 1940 года, вновь направлен в Хельсинки под прикрытием должности поверенного в делах.

За время работы резидентом наладил доверительные отношения с рядом крупных политических и общественных деятелей Финляндии, беседы с которыми раскрывали намерения, планы и действия финских реакционных кругов против СССР. Он заблаговременно информировал Центр о грубых нарушениях финскими властями положений мирного договора с СССР (они выражались в переброске немецких войск на север страны), а также о секретных военных финско-германских переговорах, направленных против СССР. 11 июня 1941 года источник Монах сообщил резиденту о подписании соглашений между Германией и Финляндией об участии последней в войне против СССР.

После объявления Финляндией войны Советскому Союзу в составе советской колонии Синицын был депортирован из страны и обменян на болгаро-турецкой границе на финских дипломатов, работавших в СССР. После этого находился с семьёй в Алма-Ате, где оказывал консультативную помощь следственному отделу НКВД Казахской ССР. В августе 1943 года назначен заместителем резидента по Финляндии в Стокгольме.

В Стокгольме Синицын действовал под именем Елисеев и прикрытием должности 1-го секретаря посольства СССР в Швеции. При содействии посла СССР в Швеции Коллонтай он предотвратил передачу германским властям арестованного в Швеции немецкого антифашиста и разведчика Эрнста Волльвебера и добился отправки его в СССР.

В феврале 1944 года участвовал в конфиденциальных переговорах Коллонтай с финским дипломатом Ю. Паасикиви о выходе Финляндии из войны и об условиях перемирия.



Подслушивать Сталина не удалось

В сентябре 1944 года Синицын направлен в Хельсинки в качестве резидента внешней разведки и одновременно заместителя политического советника Союзной Контрольной комиссии в Финляндии, возглавляемой секретарем ЦК ВКП(б) Ждановым. Содействовал, как отмечается в его биографии, установлению дружеских, добрососедских отношений Советского Союза и Финляндии.

С помощью находящегося с ним на связи агента Графа Синицыну удалось раскрыть попытку финской и британской разведок прослушивать телефонные переговоры Сталина и Жданова по ВЧ-связи.

В мае 1945 года по ложному доносу резидент был отозван в Москву, однако после тщательного расследования, проведенного по инициативе Жданова, назначен начальником отдела Скандинавских стран 1-го управления НКГБ-МГБ.

В 1953-1956 гг. Синицын — представитель МВД-КГБ СССР в Будапеште, где принимал активное участие в подавлении Венгерского восстания 1956 года. Потом руководил группой советников КГБ СССР при МВД Польши, затем в центральном аппарате ПГУ. С марта 1970 года — представитель КГБ при МВД ЧССР. В 1981 году вернулся в Москву и вышел на пенсию в звании генерал-майора КГБ . Умер в Москве 31 марта 1995 года. Написал книгу «Резидент свидетельствует», в которой рассказал о своей службе в разведке.

Специально для «Столетия»

Как Сталин Гитлера переиграл
 

http://www.stoletie.ru/territoriya_i...eigral_872.htm
Германия укрепляла военную мощь СССР накануне войны

22.08.2016

Если в наше время в какой-нибудь молодежной компании рассказать, что в годы Великой Отечественной войны Ленинград защищал и немецкий крейсер, лишь за год до войны включенный в состав Балтийского флота; что только во время прорыва блокады Ленинграда в январе 1944 года его 203-милиметровые орудия выпустили 1036 снарядов – в такое вряд ли сразу поверят.

Относившийся к классу наиболее современных тяжелых крейсеров того времени, корабль поначалу назывался «Лютцов» и в 1940 году был продан Советскому Союзу за 106,5 миллиона золотых марок. Германские буксиры 31 мая подвели его к стенке ленинградского завода №189. Следом немцы отправляли оборудование, необходимое для достройки и довооружения крейсера, а также положенный ему многолетний боезапас. В том же 1940 году он получил название «Петропавловск». Впрочем, крейсер был не единственным кораблем, который во время той войны «стрелял по своим» с советской стороны. Два десятка военных судов, в числе которых были эсминцы, миноносцы, подводные лодки, торпедные катера, сторожевики, нам построила Италия. Под видом итальянских они самими итальянцами были перегнаны в советские порты, стали основой возрождающегося Черноморского флота и потом защищали Одессу, Севастополь от фашистов, среди которых, помимо немцев, были и румыны, и солдаты римского дуче.

К сожалению, теперь такое известно разве что профессиональным историкам. «Широким массам» давно уже стали внушать, что это Советский Союз подкармливал гитлеровский рейх, а потому вместе с ним несет ответственность за развязывание Второй мировой войны. Чем ближе 23 августа, когда СССР заключил договор о ненападении с Германией, тем громче хор тех, кто усиленно пытается доказать, что тот день открыл шлагбаум для планетарного конфликта.


И неважно, что первой такой же пакт подписала Польша, за которой последовали Франция, Великобритания, Литва, Латвия, Эстония. Важно, чтобы Сталин оказался на одной доске с Гитлером, со всеми вытекающими из этого последствиями.

Среди откликов на недавно опубликованную в газете Stoletie.ru статью «Хоть с дьяволом, но против русских…», посвященную тесным союзническим отношениям Польши и гитлеровской Германии, есть и такой, в котором утверждается, что Польша – лишь соринка в европейском глазу, а вот по велению диктатора Сталина много тысяч тонн «редких металлов, топлива, зерна и других товаров было отправлено в Германию». Правда, автор отклика не привел ни одного факта. А они весьма интересны и, конечно же, упрямы.

Хотя в современной прессе много публикаций, утверждающих, что Советский Союз подкармливал Гитлера и его армию, позволяя ему наращивать военные мускулы, что эшелоны с зерном, нефтью, другим сырьем в Германию пошли сразу после подписания пакта о ненападении, реальная картина была иной. Во-первых, еще 19 августа 1939 года было подписано кредитное соглашение, согласно которому Германия предоставляла СССР 200 миллионов марок кредита и брала на себя обязательство поставить в СССР не только станки и другое промышленное оборудование, но и военную технику. Во-вторых, заключение уже хозяйственного соглашения между СССР и Германией, по которому начались поставки, состоялось только 11 февраля 1940 года. Почти полгода шли переговоры, которые были очень даже не простыми. В-третьих, Германия в самом деле очень нуждалась в импорте советского сырья и продовольствия, притом такая нужда весьма обострилась с началом Второй мировой войны и англо-французскими действиями по экономической блокаде рейха, а СССР всем этим располагал. Притом никакие блокирующие меры советским поставкам в рейх помешать не могли, так как с падением Польши появилась общая граница.

Хозяйственное соглашение с Советским Союзом приобретало для Германии не только экономический, но и политический характер, так как, заключив его, рейх мог продемонстрировать той же Великобритании, что ее усилия организовать торговую блокаду попросту наивны. Но был и весьма болезненный нюанс: Германия оказывалась в роли просителя. В СССР это понимали и не упустили возможности продиктовать свои условия. В Москве сразу же подчеркнули, что готовы согласиться на поставки нужных Германии товаров лишь в том случае, если взамен смогут закупать заводское оборудование, более того, весомую часть закупок должны составлять образцы новейшей военной техники.

Послевоенные немецкие историки Д. Айххольц и Х. Перрей, проанализировав ситуацию тех лет, даже пришли к выводу, что «Сталин… намеревался извлечь еще большую выгоду… и заставить военную экономику Германии в значительной степени работать на СССР», что он тоже вел дело к форсированному наращиванию вооружений с помощью «целенаправленного освоения германской технологии».

Похоже, потеряв надежду на договор о коллективной безопасности в Европе, понимая неизбежность войны, советское руководство решило действовать без оглядки на других, а подписав пакт, который все-таки не добавлял международного авторитета, старалось выжать из него максимум возможного для себя. Военная техника и технологии и стали главным камнем преткновения на переговорах.

Поскольку немцы считали договоры от 23 августа и 28 сентября более выгодными для СССР, чем для Германии, то настаивали, чтобы Советский Союз приступил к поставкам незамедлительно. При этом они сформулировали обширный план закупок, рассчитанный на 1 миллиард 300 миллионов марок в год. Однако нарком внешней торговли А.И. Микоян сразу заявил, что советские поставки не превысят максимального объема прошлых лет, т.е. 470 миллионов марок. Как подчеркивает один из исследователей этой проблемы историк В.Я. Сиполс, названная цифра имела политическое значение, ибо не давала повода для упреков со стороны Англии, Франции и США в адрес Советского Союза. Мировая практика тех лет не считала предосудительным сохранение с воюющей страной торговых отношений на прежнем уровне. Тот же Вашингтон именно так поступал в отношении Италии и Японии, воевавших против Эфиопии и Китая. А вот увеличение оборота резко осуждалось. Существенным для СССР моментом было и то, что Англия и Франция, вступив в войну с Германией, по существу, прекратили выполнение советских заказов. Подобную позицию заняли и США. В этой связи В.Я. Сиполс подчеркивает, что названные страны «фактически сами толкали советское правительство на расширение торговли с Германией».

Первый этап переговоров, однако, закончился безрезультатно. В конце октября 1939 года в Германию отправилась советская делегация во главе с наркомом судостроения И.Ф. Тевосяном и его заместителем генералом Г.К. Савченко, в компетенцию которого входили именно закупки для советских вооруженных сил. Главный интерес – военные новинки и сложные станки для производства военных материалов. И.Ф. Тевосян в беседах с немцами, которые настаивали на ускорении советских поставок, не скрывал: «Нашей задачей является получить от Германии новейшие усовершенствованные образцы вооружения и оборудования. Старые типы вооружений покупать не будем. Германское правительство должно показать нам все новое, что есть в области вооружения, и пока мы не убедимся в этом, мы не можем дать согласия на эти поставки».

Вопрос пришлось решать Гитлеру. Тот разрешил показывать новую технику, уже поступившую в войска, но не допускать к образцам, находившимся в стадии испытаний. Тевосяна это не удовлетворило. Подписание торгового соглашения тормозилось. Тогда руководство рейха снова пошло на уступки, но немцы стали называть заведомо завышенные цены, чтобы хотя бы таким способом отбить интерес к новинкам. В некоторых случаях цены поднимались в 15 раз. В ответ А.И. Микоян 15 декабря 1939 года заявил германскому послу Ф. Шуленбургу, что попытки содрать с русских три шкуры будут безуспешны. Вопрос был поставлен ребром: соглашение зависит главным образом от того, готова или не готова немецкая сторона поставить интересующие советскую сторону военные материалы; все остальное – второстепенно.

В результате, пишет Д. Айххольц, Гитлер «вынужден был уступить ультимативным требованиям Москвы» и согласиться «даже на такие поставки военной техники, которые означали ограничение германской программы наращивания вооружений».

Лишь после того, как в начале февраля 1940 года в Москве было получено письмо Риббентропа, сообщившего, что Германия готова поставлять военные материалы, а также предоставить технический опыт в военной области, советская сторона назвала свои конкретные предложения, касающиеся содержания соглашения. Немцы сразу же их приняли. Соглашение было подписано 11 февраля. СССР брал на себя обязательство поставить товары на сумму 430 миллионов марок за 12 месяцев, Германия – военные материалы и промышленное оборудование на ту же сумму – за 15 месяцев. Разбежка в три месяца объяснялась тем, что немцам требовалось время для производства того, что заказывалось нами, а мы многое могли отправить из государственных запасов – речь ведь шла о природных и сельскохозяйственных ресурсах. Однако мы зарезервировали за собой право остановить поставки, если немецкое отставание превысит 20 процентов. Первая задержка поставок в Германию нефти и зерна была сделана 1 апреля 1940 года и сразу же возымела действие. Уже в том же апреле германский экспорт в СССР по сравнению с мартом возрос в три раза, в мае удвоился и апрельский объем, а в июне – майский.

По данным на конец мая 1941г., за полтора предшествовавших года Германия импортировала из СССР 1 миллион тонн нефтепродуктов, 1,6 миллиона тонн зерна – в основном кормового, 111 тысяч тонн хлопка, 36 тысяч тонн жмыха, 10 тысяч тонн льна, 1,8 тысяч тонн никеля, 185 тысяч тонн марганцевой руды, 23 тысячи тонн хромовой руды, 214 тысяч тонн фосфатов, некоторое количество древесины, а также другие товары на общую сумму 310 миллионов марок. Сумма, указанная в хозяйственном соглашении, достигнута не была.

Перечисление того, что СССР приобрел у Германии, занимает куда больше места. Основную часть немецких поставок составило оборудование для заводов, притом зачастую это были предприятия в комплекте: никелевые, свинцовые, медеплавильные, химические, цементные, сталеплавильные заводы. Было закуплено значительное количество оборудования для нефтеперерабатывающей промышленности, рудников, в том числе буровые станки, около сотни экскаваторов, три грузопассажирских судна, танкер на 12 тысяч тонн, железо, сталь, стальной трос, канатная проволока, дюралюминий, каменный уголь. Внушительное число составили металлорежущие станки – 6430. Для сравнения скажем, что в 1939 году импорт таких станков из всех стран не превысил 3,5 тысяч.

Д. Айххольц даже пришел к выводу, что поставка в СССР такого большого количества новейших станков заметно ослабила германскую экономику, ибо больше половины ее собственных станков были уже устаревшими.

А еще Советский Союз получил из Германии «сотни видов новейших образцов военной техники», указывает В.Я. Сиполс. Приостановка советских поставок в начале апреля 1940 года настолько подействовала на немцев, что уже в мае в СССР были отправлены два самолета «Дорнье-215», пять самолетов «Мессершмитт-109», пять самолетов «Мессершмитт-110», два самолета «Юнкерс-88», три самолета «Хейнкель-100», три самолета «Бюккер-131» и столько же «Бюккер-133», в июне еще два «Хейнкель-100», несколько позже – три «Фокке-Вульф-58». Разумеется, на этих машинах никто не собирался воевать, они предназначались для изучения в соответствующих центрах и лабораториях.

Поставлялись также стенды для испытания моторов, пропеллеры, поршневые кольца, высотометры, самописцы скорости, системы кислородного обеспечения при полетах на большой высоте, аэрофотокамеры, приборы для определения нагрузок при управлении летательными аппаратами, самолетные радиостанции с переговорными устройствами, радиопеленгаторы, приборы для слепой посадки, аккумуляторы, клепальные станки-автоматы, бомбовые прицелы, комплекты фугасных, осколочно-фугасных и осколочных бомб. Соответствующие предприятия приобрели 50 видов испытательного оборудования.

В конце мая 1940 года в Ленинград был переправлен и недостроенный тяжелый крейсер «Лютцов» – тот самый, который стал «Петропавловском». Для Военно-морского флота СССР шли также гребные валы, компрессоры высокого давления, рулевые механизмы, моторы для катеров, судовая электроаппаратура, вентиляторы, освинцованный кабель, судовое медицинское оборудование, насосы, аккумуляторные батареи для подводных лодок, системы для уменьшения влияния качки на судовые приборы, чертежи 280-ти и 408-миллиметровых трехорудийных корабельных башен, стереодальномеры, перископы, противолодочные бомбометы, параван-тралы, противотральные ножи, магнитные компасы, образцы мин, гидроакустическая аппаратура, даже корабельные хлебопекарни, оборудование для камбузов и многое другое.

Для советских артиллеристов были получены два комплекта тяжелых полевых гаубиц калибра 211 миллиметров, батарея 105-миллиметровых зенитных пушек с боекомплектом, приборы для управления огнем, дальномеры, прожекторы, два десятка прессов для отжима гильз, а также дизель-моторы, полугусеничные тягачи, образец среднего танка. Очень ценным было оборудование для лабораторий, образцы радиосвязи для сухопутных войск, костюмы химической защиты, в том числе огнестойкие, противогазы, фильтропоглотительные установки, дегазирующие вещества, кислородно-регенеративная установка для газоубежища, портативные приборы для определения наличия отравляющих веществ, огнеупорные и антикоррозийные корабельные краски, образцы синтетического каучука.

Сугубо военные поставки по хозяйственному соглашению составили почти треть их общего объема. При этом В.Я. Сиполс цитирует немецких авторов, которые категорически отвергают заявления, будто Германия с января 1941 года ничего не направляла в СССР. Наоборот, подчеркивают они, все шло «в рекордных масштабах». И если экспорт из СССР в Германию в апреле-июне 1941 года составил 130,8 миллиона марок, то импорт СССР из Германии превысил 151 миллион. А поскольку оплата осуществлялась в течение месяца по факту поставки, то Советский Союз не успел перевести в рейх более 70 миллионов марок за товары, полученные в мае и июне. Более того, учитывая платежи по различным кредитным обязательствам, СССР «остался должен» Германии 100 миллионов марок.

Высказываются предположения, что руководство рейха скрупулезно выполняло свои обязательства по поставкам в СССР и для того, чтобы усыпить бдительность Сталина. А еще оно полагало, что одержит молниеносную победу и не даст воспользоваться новейшими знаниями. Но Советский Союз настроен был на длительную борьбу и в итоге оказался в выигрыше.

Нефть и продовольствие, экспортированные в Германию, были израсходованы быстро, а немецкое заводское оборудование работало на советскую оборону всю войну. Если учесть, что за все предвоенные годы его было закуплено на несколько миллиардов марок, то оно действительно, по мнению немецких историков, «во многом помогло СССР создать оборонную промышленность, которая оказалась в состоянии выпускать в годы войны больше вооружений, чем производила Германия». А новейшие образцы немецких вооружений сослужили службу тому, чтобы советская военная техника «в войне нередко даже превосходила по своему качеству германскую».

На фото: крейсер «Петропавловск» – бывший «Лютцов».

Специально для Столетия

Приговор Британской империи
 

http://www.stoletie.ru/territoriya_i...mperii_906.htm
Почему Пакт Молотова-Риббентропа стал одним из ключевых документов XX века

31.07.2019

Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж, узнав о крахе Российской империи, радостно воскликнул: «Одна из главных целей войны достигнута!». Сейчас совершенно не принципиально — произносил британский премьер эту фразу или ему ее приписали. Главное, что она точно раскрывает суть политики Англии в отношении России. Ведущая роль Лондона в Февральской революции — очевидный факт, подтвердивший истинность классической формулы выдающегося русского геополитика генерала Алексея Едрихина (Вандама): «Хуже войны с англосаксом может быть только дружба с ним».

Однако в данном конкретном случае «коварный Альбион», нанеся удар по союзнику, совершил больше, чем преступление, он совершил роковую ошибку. Запустив маховик развала России, и тем самым обеспечив исключение ее из числа будущих держав-победителей, Лондон оказался вынужден для сокрушения Германии допустить вступление в войну Америки. Позволил молодому хищнику впервые попробовать силы в схватке за мировое господство.

При этом Российская империя, столь мастерски торпедированная Лондоном в феврале 1917 г., всего через несколько лет после катастрофы возродилась в облике Советского Союза, который из Второй мировой войны вышел уже в статусе сверхдержавы. Для Британской же империи победа в Первой мировой оказалась «пирровой», а по итогам Второй мировой она и вовсе «приказала долго жить» — место гегемона Запада перешло к Соединенным Штатам.

Да, могильщиком Британской империи были союзные ей США (дружба с англосаксом опасна и для англосакса), но смертельный удар империи нанес все же СССР, когда заключил Пакт Молотова-Риббентропа и тем самым сломал британский сценарий Второй мировой войны.

Пакт был в прямом и переносном смысле «нашим ответом Чемберлену», еще раз подтвердившим народную мудрость — «не копай яму другому, сам в нее попадешь».

Конечно, утверждение о том, что Пакт Молотова-Риббентропа погубил Британскую империю, может показаться преувеличением. С тем, что он погубил Вторую Речь Посполитую, уверен, согласятся многие. Польша в первую очередь. Лишил независимости «маленькие, но гордые» прибалтийские республики — не вызовет возражений ни у кого. Латвия, Литва и Эстония об этом кричат на каждом углу. Но, чтобы саму Британскую империю — это уж слишком. Обвинение же Англии, одного из создателей антигитлеровской коалиции, в планировании Второй мировой войны, и вовсе может кому-то показаться злостным наветом. Поэтому давайте разбираться по порядку.



Жертва или хищник

Официально виновником и Первой, и Второй мировой войны признана Германия. Ни в коей мере не собираюсь обелять ни кайзера Второго рейха, ни фюрера Третьего. Тем более что по Гитлеру и его подельникам есть приговор Нюрнбергского трибунала. Но следует ли из виновности Германии, что в обеих мировых войнах Британская империя была жертвой? По-моему, даже сама постановка такого вопроса по отношению к Великобритании, превратившей полмира в свою колонию, звучит противоестественно.

На протяжении последних столетий в истории западной цивилизации наблюдаются два взаимосвязанных процесса. С одной стороны, экспансия Запада вовне, связанная с захватом чужих ресурсов и рынков, попыткой превратить весь Земной шар в свою колонию. С другой стороны, внутрицивилизационная борьба за лидерство, в которой решалось, кто будет править миром от лица Запада, кому достанутся главные дивиденды. Действующие лица этой борьбы менялись неоднократно: Испания-Франция, Испания-Англия, Англия-Голландия, Франция-Англия, Германия-Англия, Германия-Англия-США. Суть же процесса оставалась неизменной — схватка хищников за право получать львиную долю добычи.

Совершенно очевидно, что понятие «жертва» к такой борьбе неприменимо в принципе. Независимо от того, кто на кого напал первым в каждом конкретном раунде борьбы за гегемонию. Точно так же, как дико объявлять «жертвой», допустим, еврейскую мафию в США от того, что очередную мафиозную войну за передел рынка наркотиков начала не она, а мафия итальянская.

Великобритания, одолев в ожесточенной борьбе Испанию, Голландию и Францию, ко второй половине XVIII в. заняла господствующие позиции на морях и в колониях. Что неизбежно сделало ее самой богатой и могущественной страной Запада, невиданной еще в человеческой истории по размерам и мощи Империей. Однако британская гегемония вовсе не отменила, а напротив, стимулировала стремление других наций Запада перераспределить мировые богатства в свою пользу. «Наполеоновские войны», Первая и Вторая мировые — были ничем иным, как попытками сначала Франции, а затем Германии, сокрушить Англию, чтобы занять ее место главного выгодополучателя от колониального разграбления богатств мира. Вторую мировую войну отличало лишь то, что претендент был не только «обычным» хищником, как Французская империя или Второй рейх, но и носителем человеконенавистнической идеологии национал-социализма.

Положение мирового лидера Британской империи удавалось сохранять вплоть до середины XX в. Причин тому немало. Но одной из них, несомненно, была последовательная внешнеполитическая стратегия, которую очень точно сформулировал Черчилль:

«В течение четырех столетий суть внешней политики Англии заключалась в том, чтобы противостоять самой сильной, самой агрессивной державе, занимающей главенствующее положение на континенте … Для Англии не имеет никакого значения, кто именно стремится к господству над Европой … Таков основной закон международных отношений, которому мы следуем».

Именно неуклонное следование этому «закону» позволяло Британии из века в век выходить победителем из войн за лидерство и оставаться самой богатой страной Запада и всего мира.



Хищник-миротворец

Однако в преддверии Второй мировой войны Британскую империю, казалось бы, подменили. Вместо того, чтобы по хорошо отработанному алгоритму придушить еще в зародыше Третий рейх, явно стремившийся поставить под свой контроль континентальную Европу, чтобы затем бросить вызов британской гегемонии, Лондон стал проводить в отношении него политику «умиротворения». Великобритания фактически собственными руками взрастила соперника, для спасения от которого затем пришлось заплатить страшную цену — передать контроль над Империей Соединенным Штатам, сведя тем самым на нет результаты четырех веков борьбы.

Чаще всего «странности» предвоенной политики Лондона объясняют:

· желанием британского правительства любой ценой избежать новой мировой войны;

· неадекватностью Чемберлена, которого Гитлер обыграл «вчистую»;

· зоологическим антикоммунизмом британской элиты, ее стремлением руками Третьего рейха уничтожить СССР.

С антикоммунизмом не поспоришь, его влияние на политику «умиротворения» — очевидный факт. Чего не скажешь об английском «пацифизме» и профнепригодности руководства Британии. Как говорил Станиславский: «Не верю».

Можно сколько угодно писать о том, что политика «умиротворения» и ее апофеоз «Мюнхенское соглашение» были порождены неготовностью английской армии к боевым действиям на континенте, а также страхом перед войной английского общества, еще не отошедшего от шока Первой мировой. Можно приводить в подтверждение этого красноречивые цифры о числе английских дивизий, пушек и самолетов, об ужасающих размерах возможных потерь гражданского населения в случае налетов немецкой авиации. Можно цитировать Чемберлена:

«Как ужасно, что мы должны рыть окопы из-за столкновения в далекой от нас стране между народами, о которых мы почти ничего не знаем. Как бы мы ни симпатизировали маленькой стране, столкнувшейся с большой и мощной державой, мы ни при каких обстоятельствах не можем позволить вовлечь Британскую империю в войну только по этой причине».

Только все это разговоры «в пользу бедных».

Для того чтобы избежать войны, к чему якобы стремилась Великобритания и на что была направлена ее политика «умиротворения», Лондону совершенно не нужна была ни боеспособная армия, ни готовность народа умирать на фронтах. Достаточно было в 1936 г. во время «Рейнского кризиса» не мешать Парижу «приструнить» Берлин (13 французских дивизий против 3 немецких батальонов), а в 1938 г. поддержать заговор немецких генералов.

Вместо этого, в первом случае английское правительство заставило Францию (буквально выкрутив ей руки) отказаться от оккупации Рейнской области и тем спасло нацистский режим от неминуемого краха. А чтобы не допустить свержения Гитлера генералами Лондон форсировал подписание Мюнхенского договора. От страха быть втянутыми в войну, к которой страна не готова, так себя не ведут.

Для объяснения уже этой «странности» английской политики как нельзя лучше подходит «недалекий» Невилл Чемберлен, которого сделали ответственным за провал «политики умиротворения». В версию о «незадачливом миротворце» можно было бы и поверить, если бы британский премьер единолично определял политику Империи, и если бы его политика в отношении Германии принципиально отличалась от политики предшественников.

В 1936 г. не позволил французам расправиться с нацистским режимом премьер Болдуин, которого по разряду «недотеп» никто не числит. Основу политики «умиротворения» (подготовки новой большой европейской войны) заложили Локарнские соглашения. Они гарантировали западных соседей Германии от попыток Берлина пересмотреть послевоенные границы и не содержали подобных гарантий в отношении восточных соседей Веймарской республики. Главным действующим лицом Локарнских переговоров — первого шага на пути ко Второй мировой войне, был министр иностранных дел Великобритании Остин Чемберлен, брат Невилла, до сих пор считающийся одним из величайших дипломатов Британской империи.

Кстати в этом же ряду предшественников Невилла Чемберлена на ниве «умиротворения» Германии всплывает и еще один выдающийся британский политик и при этом яростный противник Чемберлена — Уинстон Черчилль. Как писал Валентин Фалин,

«от многих вопросов нас избавит документ, который Сталин хранил до самой смерти в рабочем шкафу. А именно: запись беседы Черчилля с внуком Бисмарка, первым секретарем посольства Германии в Лондоне, состоявшейся в октябре 1930 г. Немцы — недоумки, рассуждал Черчилль. Будь посмышлёней, все силы в Первой мировой войне они сосредоточили бы на разгроме России. В этом случае англичане позаботились бы о том, чтобы Франция немцам не мешала».

Как видим, списать «странности» предвоенной политики Лондона на неведомо откуда взявшийся пацифизм английской элиты и глупость Невилла Чемберлена невозможно. Трудно не согласиться с Андреем Фурсовым, утверждавшим, что «курс на appeasement («умиротворение», англ.) был не ошибкой и не глупостью. То был курс на сохранение Британской империи».

О том, что целью «миротворчества» британского хищника было совершенно сознательное и прагматичное провоцирование новой войны во имя интересов Британской империи пишет и Наталия Нарочницкая:

«До сих пор тиражируется суждение, что Британия полагала умиротворить Гитлера. Нет! Самое страшное для англосаксов случилось бы, если бы Германия удовлетворилась Мюнхеном и аншлюсом Австрии … Британия рассчитывала вовсе не умиротворить Гитлера, но соблазнить его продвижением на восток … Агрессия на восток давала повод вмешаться и, при удачном стечении обстоятельств, довершить геополитические проекты не только в отношении стран, подвергшихся агрессии, но всего ареала».

Зачем Англии к середине ХХ в. оказалась жизненно необходима новая большая война в Европе? От безысходности. Как это не странно звучит по отношению к стране, победившей в Первой мировой войне.

Первая мировая война (спровоцированная все той же Англией) формально закончилась для Британской империи полным триумфом. За счет колоний поверженных держав Империя достигла фантастических, никогда невиданных в человеческой истории размеров: 22% земной суши, оказались в распоряжении «владычицы морей», а ее подданными — каждый четвертый житель Земли.

Европейский континент, бросавший из века в век смертельный вызов английской гегемонии, был нейтрализован. Германия лежала в политических и экономических руинах. Франция, несмотря на статус государства-победителя, в войне надорвалась, а благодаря искусству британской дипломатии по Версальскому договору не получила ничего из того, что могло бы сделать ее хозяйкой Европы. На месте Австро-Венгерской империи было создано несколько государств с искусственными границами, что позволяло Лондону в идеальных условиях проводить свою традиционную политику «разделяй и властвуй».

Соединенные Штаты, проиграв дипломатический бой в Версале, из Европы были вынуждены убраться «не солоно хлебавши».

Российская империя, которую Великобритания со времен победы над Наполеоном совершенно справедливо считала главным препятствием на своем пути к мировому господству, погрузилась в хаос гражданской войны.

Казалось бы, при таких результатах войны XX век неминуемо должен был стать английским веком, а британской элите оставалось лишь воскликнуть: «Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!».

Однако в реальности взлетевшая на вершину могущества Империя, гегемон мира, после Версаля увидела себя на краю пропасти. Все предшествовавшие войны на протяжении нескольких веков фантастически обогащали Британию. Первая мировая война её разорила. Страна потеряла четверть национального богатства, а ее государственный долг за время войны вырос в 12 раз. Главный кредитор мира превратился в балансирующего на грани банкротства должника Соединенных Штатов Америки. Моря крови пролились золотым дождем не на лондонский Сити, а на нью-йоркский Уолл-Стрит. Туда же начал перемещаться и мировой финансовый центр.

Обретённая по итогам Первой мировой войны финансово-экономическая мощь позволила Америке с легкостью компенсировать дипломатическое поражение на мирной конференции и. всего через несколько лет после Версаля мощно заявить о своих претензиях на место гегемона Запада и всего мира.

Уже в 1922 г. Соединенные Штаты вынудили Британскую империю, недавнюю владычицу морей, высокомерно провозглашавшую «стандарт двух держав» (английский флот обязан быть сильнее объединенных флотов двух самых крупных после Британии морских держав) подписать Вашингтонский договор, устанавливающий равенство военно-морских сил Америки и Империи. Иначе как договором позора для Империи этот документ назвать нельзя.



Безысходность

Конечно, Великобритании за ее многовековую историю не раз бросали смертельный вызов, к этому ей было не привыкать. В чем в чем, а в способности бороться за свои интересы и умении побеждать британцам не откажешь. Технологию такой борьбы, позволявшую из каждой схватки за гегемонию выходить победительницей, Англия отработала до совершенства. Суть ее предельно «проста»: обострение противоречий между противником и всеми его соседями, создание против него коалиции, провоцирование войны между ними и, в конце концов, при финансовой поддержке Лондона и английской морской блокаде победа чужими руками и чужой кровью над часто гораздо более сильным в военном и экономическом отношении конкурентом.


Однако стратегия, доказавшая свою стопроцентную эффективность на европейском континенте, с большим числом перманентно воюющих друг с другом государств, оказалась абсолютно неприменима против США. Ни Канада, ни Мексика и в малейшей мере не годились на роль британской «шпаги на континенте».

Коалиция «банановых республик», идущая на бой с Вашингтоном, — в такое даже в горячечном бреду поверить невозможно.

Да, английские войска в 1814 г. собственноручно сожгли Белый дом и Капитолий, но повторить тот успех в условиях равенства военно-морских сил и финансово-экономического превосходства Америки у Британии не было никаких шансов. Поэтому уже к середине 20-х гг. стало совершенно очевидно, что в борьбе за гегемонию с Соединенными Штатами Америки Британская империя обречена на поражение.

Мало было Лондону Америки, так все та же якобы победная для Британии Первая мировая война, породила беду, которую совсем не ждали. Российская империя в результате революции и гражданской войны преобразилась в Советский Союз и из препятствия на пути к мировому господству Великобритании превратилась в прямую угрозу как непосредственно Британской империи (антиколониализм), так и многотысячелетнему миропорядку, основанному на власти меньшинства (элиты) над большинством (мировая революция).

Опять-таки к середине 20-х гг. полностью улетучились надежды на то, что «противоестественный» социально-экономический и политический строй в большевистской России рухнет сам собой. Попытка Лондона в 1927 г. задушить СССР совместными усилиями «цивилизованного мира» полностью провалилась. И это в условиях, когда в колониях при поддержке Москвы начинает раскручиваться маховик национально-освободительных движений, а в метрополии, как и по всей Европе, коммунистические идеи овладевают массами и парламентская демократия явно начинает не справляться с задачей обеспечения власти крупного капитала. Сейчас нам даже трудно представить какой страх и ненависть испытывала британская элита, как и элиты всех стран Запада, к Советскому Союзу в те годы.



Британия выбирает войну

Казалось бы, в условиях американского вызова и еще более страшного вызова большевистского у Британской империи не оставалось никакой возможности уцелеть. Но не зря нарком иностранных дел Советской России Георгий Чичерин считал, что «на берегах Темзы сосредоточилась вся мудрость капиталистического мира».

Английский правящий класс в почти безвыходной ситуации смог найти экстраординарное решение, дающее хоть и небольшой, но все же реальный шанс коренным образом изменить расклад сил на международной арене и тем самым не только сохранить, но и упрочить гегемонию Британской империи. Таким решением для Великобритании оказалась новая большая война в Европе (именно в Европе, а не мировая война).

Почему это решение можно считать «экстраординарным»? Естественно, не из-за его антигуманности. Никакой гуманизм не помешал Лондону спровоцировать Первую мировую войну, русско-японскую, Крымскую и далее по списку. Война — стандартный инструмент британской политики, норма для неё.

Экстраординарность заключалась в том, что Лондон ради спасения Империи от большевистской и американской угрозы решил пойти по пути умножения угроз, а не их уменьшения. Англия стала собственными руками искусственно вскармливать еще одного врага — Германию.

Врага, в равной мере смертельно опасного и для СССР и для США. В какой-то мере здесь уместна аналогия со встречным палом при лесных и степных пожарах.

География и тогдашний уровень техники не позволяли Британской империи столкнуть США и СССР в полномасштабной войне на взаимное уничтожение, заняв крайне выгодную позицию «третьего радующегося». Самостоятельно уничтожить Америку и Советскую Россию, как уже говорилось, Великобритания также не могла. Включение же в борьбу четвертого участника — Германии, сразу же позволяло Лондону радикально изменить ситуацию.

Только Германия и никто больше на тот момент времени имела теоретическую возможность уничтожить Советский Союз. Но, конечно же, не Германия поверженная и разоренная самими британцами по итогам Первой мировой, а многократно усилившаяся в экономическом и военном отношении, благодаря все тем же британцам (политика «умиротворения»).

Английский план новой большой войны в Европе реконструировать не так уж и сложно.

Накачавший мускулы Берлин развязывает войну на Востоке. СССР и Германия перемалывают силы друг друга. «Победителя» Великобритания добивает руками французов. В результате, одним выстрелом оказываются убиты три зайца: Советский Союз уничтожен, в качестве попутного бонуса окончательно добита Германия, США лишаются возможности оспаривать британскую гегемонию.

Спасением элит «цивилизованного мира» от коммунистической опасности Империя политически обыгрывает США, доказывает свое несомненное право быть лидером Запада. Одновременно изменяется в пользу Великобритании военно-стратегический и экономический баланс сил. Если Первая мировая война призвана была сделать Европу безопасной для Империи, а Россию погрузить в хаос, то новая война при планируемом в Лондоне исходе должна была поставить под контроль Великобритании европейскую промышленность и российские ресурсы. В таких условиях отбить у Америки гегемонистские амбиции было уже делом техники. Полное торжество Pax Britannika.

Авантюра? Несомненно. Но у британской элиты не оставалось никаких иных способов спасти Империю. Или новая большая война в Европе, дающая хотя бы минимальный шанс на сохранение и упрочение английской гегемонии в мире, или неизбежный крах. Элита Британии, как и следовало ожидать, выбрала войну.



Планов громадье

Говоря об английском плане новой европейской войны, необходимо учитывать три момента:

1. Помимо официальной западной позиции, на корню отрицающей само существование подобного плана, и объясняющей предвоенную политику Лондона повальным пацифизмом британского правящего класса и неадекватностью премьера Чемберлена, существует еще позиция, которую лучше всех выразил Андрей Фурсов — Британская империя «умиротворяла» Германию не только для уничтожения ее руками СССР, но и для того, чтобы в дальнейшем вести борьбу против Америки «на основе союза с Германской империей как евразийской. Или европейской».

Не приходится сомневаться в том, что подобную концепцию активно продвигали немцы. Проиграв в Первой мировой войне, Германия вовсе не избавились от стремления к мировому господству. Для нее было жизненно важно, как можно дольше иметь Британию партнером, а не врагом. Максимально использовать потенциал Англии для достижения своих целей: благодаря политике «умиротворения» взять под контроль континентальную Европу, уничтожить СССР, а затем совместно с Британской империей сокрушить Америку. Без взаимодействия с Великобританией, без ее флота и бесчисленных колоний сделать последнее было бы почти невероятно. Поэтому для Берлина выгодней всего было оставить Лондон «на десерт».

Не приходится сомневаться и в том, что британские политики могли подбрасывать немцам идею совместной борьбы с Америкой. Тешили их надеждами на сотрудничество после восточного похода, чтобы легче было заманить в подготавливаемую ловушку. Возможно, кто-то из английских политиков и действительно верил в подобный противоестественный союз. Но надо полагать, в целом правящий класс Британской империи трезво смотрел на мир и подобно Черчиллю прекрасно понимал, что Германия «заполучив» с английской помощью «полное господство над Европой, сразу после этого … не преминула ограбить и разорить нас самих».

2. Америка вовсе не была сторонним наблюдателем за направленной против нее деятельностью Британии. В 1920—1930-е гг. она сама активно готовила новую большую войну. Только в отличие от Англии не европейскую, а мировую. Без новой мировой войны, которая должна была исправить «недоработки» Первой мировой, США не имели возможности ни решить свои социально-экономические проблемы, ни устранить конкурента в Тихоокеанском регионе, ни уничтожить СССР, ни ликвидировать Британскую империю, чтобы вместо Pax Britannika утвердить Pax Americana.

Кстати именно этим, а не патологической жадностью бизнесменов («Капиталисты сами продадут нам веревку, на которой мы их повесим»), объясняется активное участие американских кампаний в индустриализации СССР и развитии военно-промышленного комплекса Третьего рейха.

Показательны слова президента имперского банка Рейха Ялмара Шахта, сказанные во время Нюрнбергского процесса: «Если вы хотите предъявить обвинение промышленникам, которые помогли перевооружить Германию, то вы должны предъявить обвинение самим себе». Впрочем, американский план войны и его реализация — отдельная тема.

3. Когда речь идет о британском плане большой европейской войны необходимо учитывать, что это, конечно, гипотеза. Точнее, реконструкция. Вероятность существования правительственного документа с его изложением близка к нулю. Но практически никогда не бывает и документов с планами готовящихся преступлений. Из чего не следует, что преступления не планируют. Достоверность реконструкции определяется не наличием того или иного документа, а тем «вписываются» в нее достоверно известные факты предвоенной периода и начала войны или нет.

Первым крупным успехом британской дипломатии на пути организации новой большой войны в Европе следует считать Локарнские договоры 1925 года. В переводе с дипломатического на русский, они означали «реабилитацию» побежденной Германии, ее превращение из изгоя в полноправного члена семьи цивилизованных народов Запада в обмен на «сущий пустяк» — будущий поход против СССР и немедленный отказ от курса на сближение с Советской Россией (Рапалльский договор).

Фактически в Локарно Веймарские правители согласились с отведенной Германии ролью британского киллера на Востоке, которого после выполнения акции обязательно ликвидируют. Понимали они на что обрекают страну или не понимали — сейчас неважно.

Процесс пошел. И Остин Чемберлен заслуженно по итогам Локарно стал кавалером ордена Подвязки и лауреатом Нобелевской премии мира.

Крушение Веймарской республики и установление в Германии нацистского режима ни в коей мере не привело к пересмотру британских планов. Независимо от того, способствовала или нет Англия победе национал-социалистического движения, нельзя не признать, что гитлеровский режим был крайне выгоден для стратегических целей Британской империи.

Во-первых, нацистская Германия и коммунистический СССР по определению становились смертельными врагами, а значит, Лондону можно было забыть об извечном кошмаре англосаксов — призраке российско-германского союза. Во-вторых, нацистская Германия оказывалась идеологически «заточена» на тотальную войну против СССР. В-третьих, человеконенавистническая природа гитлеровского режима давала Великобритании прекрасное объяснение причин «зачистки» чуть живого Третьего рейха после уничтожения им СССР. Англия представала в образе спасителя цивилизации не только от большевизма, но и нацизма. Эффективный лидер мира. И последнее, нацизм в Германии позволял гегемону Запада опробовать на «стране, которую не жалко» альтернативную социально-политическую систему обеспечения власти крупного капитала на случай, если парламентская демократия не сможет свести на нет коммунистический вызов.

Пересказывать, как именно Британия помогала накачивать мускулы германской военной машине и содействовала укреплению гитлеровского режима, полагаю, нет нужды. Факты политики «умиротворения» хорошо известны. Но мимо «Мюнхенского сговора» пройти невозможно.

Уже традиционно и у нас в стране, и на Западе Мюнхен трактуется как крупнейшее поражение британской дипломатии, как полный провал многолетней «политики умиротворения», как безусловная победа Гитлера и позор Чемберлена (Невилла). Однако такая трактовка правомерна только в том случае, если мы верим, что британский правящий класс «умиротворял» Гитлера по причине своего безволия, глупости и непреоборимой тяги к миру во всем мире, особенно в Европе. Если же признать, что целью «политики умиротворения» была новая большая война в Европе во имя спасения Британской империи, тогда и отношение к Мюнхену кардинально меняется.

Мюнхен — это триумф британской дипломатии. Процесс, блестяще начатый Остином Чемберленом в Локарно, достиг при Невилле Чемберлене своей высшей точки в Мюнхене. Де-факто, по Мюнхенскому соглашению была образована Директория четырех (Англия, Франция, Германия и Италия), наделившая себя правом решать судьбу всех остальных европейских государств. А во главе этой Директории, а соответственно всей континентальной Европы, встала Великобритания. Это ли не успех?

Третий рейх, приняв из рук Директории, а точнее Британской империи, Судетскую область с ее развитым военно-промышленным комплексом, автоматически признал себя младшим партнером Лондона, которому теперь пришло время выполнить свою миссию — уничтожить СССР.

Показательны слова Муссолини о соглашении, якобы касавшемся исключительно германо-чехословацких территориальных проблем: «То, что произошло в Мюнхене, означает конец большевизма в Европе, конец всего политического влияния России на нашем континенте».

Отсюда, кстати, и столь острая реакция на Мюнхен в Москве. Дело было, конечно же, не в том, что судьбу Чехословакии решили без участия Москвы. Очевидное для Муссолини было понятно и Сталину. После Мюнхена война с Германией на уничтожение становилась практически неизбежной, причем в самое ближайшее время. Поэтому Чемберлен при возвращении в Лондон по праву чувствовал себя триумфатором.



Гладко было на бумаге

Однако, как справедливо отмечает Олег Айрапетов, «радость в Англии была не всеобщей. 1-й лорд Адмиралтейства Дафф Купер в знак протеста подал в отставку. В течение нескольких дней октября он получил 4 тыс. писем, 90% авторов которых одобряло его поступок. Черчилль назвал случившееся «тотальным и абсолютным поражением». И все основания для такой оценки у него и его единомышленников были.

Победы, а Мюнхенское соглашение было победой Чемберлена, нередко оказываются пирровыми. Еще Мольтке-старший говорил: «Ни один план не переживет первого столкновения с врагом». Черчилль раньше других понял, что британский план новой войны перестал соответствовать европейским реалиям и дальнейшие успехи в его реализации могут обернуться катастрофой для Империи. Гитлер из инструмента британской политики стремительно превращался в самостоятельного игрока, более опасного для Британской империи, чем США и Советский Союз.

Тревожные звоночки, подтверждающие правоту Черчилля, начали звучать практически сразу после Мюнхена. Как сообщало в Москву советское полпредство, в правительственных кругах Англии на волне мюнхенской эйфории царит уверенность, что «далее Гитлер пойдет на Восток, и что его ближайшим крупным объектом является Украина». Ожидалось создание Германией на обломках Чехословакии «независимого» государства Украина в Прикарпатье, которое потребует освобождения украинского народа от москальского ига и предъявит территориальные претензии на УССР.

Решение Первого Венского арбитража (фактически Берлина) по передаче Прикарпатья Венгрии стало холодным душем для Лондона. Когда же Гитлер собственным решением полностью ликвидировал Чехословакию, демонстративно не испросив на это разрешение Директории (хотя мог не сомневаться в положительном для себя ответе), прозрели даже слепые — Гитлер, выжав максимум из политики «умиротворения» для усиления Германии, начал собственную игру.

Мало этого, британский успех в Мюнхене повлек за собой радикальное изменение внешнеполитической линии СССР — отказ от политики коллективной безопасности.

Если Мюнхен у нас принято критиковать, то политику коллективной безопасности и её автора наркома Литвинова (мягко говоря, ориентированного на англосаксонский мир) принято превозносить. Однако при всей внешней «красивости» (сплотим все народы доброй воли и совместно придушим агрессора) в реальности эта политика нацеливала СССР на войну с Германией.

Она ставила две страны в неустойчивое положение постоянного балансирования на грани вооруженного конфликта, что как нельзя лучше соответствовало стратегическим целям Британской империи, открывало перед ней возможность в любой удобный для Лондона момент спровоцировать советско-германскую войну.

Мюнхен показал, в какую ловушку Литвинов заводил Советский Союз, и в мае 1939 г. наркомат иностранных дел возглавил Молотов. Тем самым Москва недвусмысленно дала всем понять, что не собирается во имя британских интересов, как и интересов остального «прогрессивного человечества», «освобождать» военным путем Германию от нацистского режима, что отныне она будет заботиться только о собственной безопасности и предоставляет европейцам самим расхлебывать заваренную ими кашу.



Форсаж

Британский план большой европейской войны начинал сыпаться прямо на глазах. Но ответ Лондона не заставил себя долго ждать. Был найден единственно возможный в тех условиях ход — немедленное провоцирование германо-польской войны, которую необходимо затем перевести в германо-советскую. Польшу бросали под немецкий каток, чтобы он с разгона врезался в СССР. Если ни Берлин, ни Москва не желают идти на предписанную им Лондоном войну, то война должна прийти к ним.

«Миротворец» Чемберлен, еще недавно отказывавшийся рисковать жизнями англичан из-за каких-то там территориальных споров Праги с Берлином, стремительно преисполнился воинственности и объявил о готовности лечь костьми за свободу и независимость Польши. «Той самой Польши, которая всего полгода назад с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении Чехословацкого государства», как ехидно подметил Черчилль.

Бред? Несомненно, но только до тех пор, пока мы закрываем глаза на истинные цели британского правительства. А они очевидны. Даже Лиддел Гарт, автор можно сказать канонической английской версии Второй мировой войны, был вынужден признать ответственность Великобритании: «Как же получилось тогда, что Гитлер оказался вовлеченным в «большую войну», которой так хотел избежать? … Гарантии Польше были наиболее верным способом ускорить взрыв и начало мировой войны».

Одновременно с нагнетанием германо-польских противоречий Лондон инициировал англо-франко-советские переговоры в Москве, единственный смысл которых был в том, чтобы не дать Советскому Союзу сорваться с крючка политики коллективной безопасности и изолироваться от готовящейся польско-немецкой войны.

Однако британские стратеги невнимательно прочитали Отчетный доклад Сталина на XVIII съезде ВКП (б). 10 марта 1939 г. советский вождь в нем ясно и четко сформулировал одну из главных задач внешней политики страны: «Соблюдать осторожность и не давать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками». Кого имел в виду Сталин под «провокаторами войны» было совершенно очевидно, как очевидно и то, что СССР в коллективную безопасность больше «играть» не собирался.



Крах

В отличие от Чемберлена Гитлер сигнал из Москвы понял правильно. 23 августа 1939 г., всего за несколько дней до начала спровоцированной Лондоном польско-немецкой войны, в присутствии Сталина Молотов и Риббентроп подписали Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией, вошедший в историю как Пакт Молотова-Риббентропа.

Для Британской империи Небо упало на Землю, случилось немыслимое — два смертельных врага (нацизм и коммунизм), вместо того, чтобы вцепиться друг другу в горло, пошли на временный компромисс и решили свои проблемы за счет Британской империи (Польша и Прибалтика с Румынией — это всё производные мелочи).

Пакт не остановил и не мог уже остановить запущенный Великобританией маховик новой большой войны. Но, как справедливо отмечала Наталия Нарочницкая, он «изменил очередность и «расписание» планируемых Гитлером нападений».

Это означало, что Советский Союз Гитлер, конечно, собирается уничтожить, но прежде он намерен лишить Лондон «шпаги на континенте» — разгромить Францию, стать господином Европы и обрести мощь, сопоставимую с мощью Британской империи. При таком развитии событий у Великобритании останется лишь два выхода: 1. Принять предложение Гитлера и пойти в роли подручного вместе с ним против СССР, а затем США, с последующим несомненным съедением на десерт; 2. Воевать против Гитлера в союзе с Америкой, а возможно и СССР, с последующим столь же несомненным съедением на десерт Вашингтоном. При любом варианте — конец Британской империи и британской гегемонии.

Поэтому Пакт Молотова-Риббентропа — это смертный приговор Британской империи, после которого у нее не осталось никаких шансов уцелеть. Для Великобритании 23 августа 1939 г. было, есть и будет днём, точнее ночью, крупнейшего за её историю национального поражения (Пакт был подписан глубокой московской ночью).



По материалам ИА REGNUM

"22 июня. Брестская крепость"
 

https://colonelcassad.livejournal.com/6859262.html

2021-06-22 17:34:00 20848

Запись реконструкции событий 22 июня 1941 года в Бресте.























Кромет того, в Бресте ранее прошел митинг-реквием посвященный началу Великой Отечественной Войны.



Вчера в Бресте также прошел https://vk.com/vectorkel парад-реконструкторов.





















Посещение Брестской крепости в 1991 году (еще при СССР ездил туда в составе команды Севастополя на Спартакиаду народов СССР) было одним из наиболее ярких впечатлений детства.

От Белого и до Черного моря...
 

https://byacs.livejournal.com/1073634.html
Пишет byacs (byacs)
2021-06-24 22:14:00

Один из мифов советской пропаганды - 22 июня в 4.00 СССР атаковали... и т.д. и т.п.
На деле же - атаковали в основном на территории Белоруссии 22 июня + Литва.
21 июня (о чем часто забывают) советский спецназ погранвойск захватил крепость Тульча в Румынии и вел из нее обстрел. И как раз Румынию атаковали советские войска и даже углубились на 50-70 км. на ее территорию.
Венгрия объявила войну СССР 26 июня после авианалета на Кошице, в тот же день это сделала и Финляндия.
21 июня войска приграничных округов были преобразованы во фронты...
Так что не было никакой внезапности от Белого моря до Красного, от Черного до Желтого, как поют советские соловьи сталинского пошиба...

Про HMS Defender
 

https://sedov-05.livejournal.com/5721975.html
Пишет sedov_05 (sedov_05)
2021-06-25 03:20:00 1231


HMS Defender (D36)
Один из шести эсминцев класса Darling (он же D-Type и Type 45), введенных в строй в 2009-13 годах. Вообще то, эти корабли крепко критикуют за технические недостатки. Но, по моему, современные боевые корабли настолько сложны, что беспроблемная эксплуатация их просто невозможна.

6 октября 1939 года, уже зная, что последняя организованная группировка польских войск (группа "Полесье" генерала Францишека Клееберга) несколько последних дней и в хвост и в гриву гонявшая Вермахт (иногда пишут, что и Красную Армию тоже, путая бои под Коцком с боями под Шацком, где да, Красной Армии устроили холодный душ, но не войска Клееберга, а пограничники генерала Орлика-Рюкеманна, большая часть которых затем прорвалась в расположении частей Клееберга, но практически без боеприпасов и толку от них не было), сдалась и Сентябрьская компания, наконец, закончилась абсолютной и полной победой, в Рейхстаге выступил рейхсканцлер и фюрер германской нации Адольф Гитлер.


Текст речи Гитлера никогда не был тайною за семью печатями хотя бы потому, что подробное ее изложение на следующий день было опубликовано в главной газете СССР "Известиях" ("Правда" никогда не была главной, хотя бы потому что долгое время уступала "известиям" по тиражу раза в три-четыре. По уму, по популярности "Правда" вряд ли и в Топ-5 советских газет входила, уступая также "Комсмомольской Правде", "Советскому Спорту", да и еще, возможно, всяко разно "гудкам" и "трудам").


Фрагмент изложения речи Гитлера, посвященный планам Третьего Рейха относительно Польши.
Газета "Известия", №233 (7003) от 8 октября 1939 года

Что же сказал Гитлер ? Он предложил за месяц и три дня до того объявившим войну Германии Великобритании и Франции созвать мирную конференцию для узаконивания произошедшего в Польше в последние недели и обсудить насущный вопрос - "как жить дальше ?". При этом, Гитлер четко и недвусмысленно заявил, что ни малейших претензий к Франции и Великобритании у Германии нет. То есть, давайте просто прекратим состояние войны и всё. Мало того, Гитлер заявил о готовности восстановить польскую государственность на территориях к западу от, условно, Линии Керзона за вычетом земель ранее (до поражения в Первой Мировой войне) входивших в состав Германской империи и Дуалистической монархии Австро-Венгрия, и отнятых по договорам в Версале и Сен-Жермене.

Что интересно, за три дня до выступления Гитлера в Рейхстаге (кстати, это было крайне редким событием. Рейхстаг после последних выборов 10 апреля (в Германии и Австрии) и 4 декабря (в Судетской области) 1938 года собирался всего 8 раз) Франция закончила отвод войск с германской территории (это отдельная история), как бы продемонстрировав свое желание прекратить военные действия. Да и в конце концов - что такого, собственно случилось в этой дикой Восточной Европе ? Германия вернула свое, а Советы провели границу по линии, предложенной самими же англичанами - министром иностранных дел Керзоном. Фактически, восстановлена справедливость и больше противоречий у Германии с остальной Европой не осталось (то есть, конечно, остались, но Гитлер от них публично отказался).


Советская пропаганда врала всегда, как например, вот здесь - в Атласе Мира 1940 года, где "Генерал-Губернаторство" мало того, что обозвано "Зоной Государственных Интересов Германии", но её границы не имеют ничего общего с реальными (например, район Лодзи был аннексирован Германией). Однако, есть основания полагать, что если бы Англия и Франция согласились на предложения Гитлера, Польша была переоснована примерно в таких границах (приказ о создании ГГ появился 12.10.1939)

Французы и англичане отказались даже рассматривать предложение Гитлера. У них не было никаких технических возможностей вести наступление через Линию Зигфрида, у них практически не было стратегической авиации - да, "фарманы" долетали и довольно быстро до Берлина, но всех этих "жюлей вернов" и "камилей фламмарионов" было мало, а Марсель Блок, спустя несколько лет получивший подпольную кличку "Дассо" только только доводил свой прорывной авиалайнер Bloch 161, в серию он пойдет после войны, во французском тылу лютовала коммунистическая "пятая колонна", а по Лондону маршировали чернорубашечники отца будущего президента Международной Федерации Автоспорта Алекса Мосли, чья мать была подругой Адольфа Гитлера и Евы Браун. Да и в элите обеих стран отнюдь не было единства по вопросу войны : Даладье считал что только Гитлер представляет будущее Германии, а Чемберлен еще не успел полностью вылезти из своей теплой ванны умиротворения.


Bloch MB.162
Построенный на базе транспортно-пассажирского самолета SNCASE 160 скоростной стратегический бомбардировщик, способный доставить 3,6 тонны бомб на 2500 километров с максимальной скоростью в 551 км/ч, совершил первый полет 1 июня 1940 года и не успел принять участие в Битве за Францию.

Но Франция и Англия сказали "нет". Они решили сражаться до конца, до поражения Германии.

Они уже говорили такое "нет", когда Николай Первый решил "воссоединиться" с Дунайскими Княжествами и Англия скажет "нет" в 1982 дружественной Совескому Союзу Аргентине, когда та решит "вернуть" Фолклендские острова. Потому что эти страны умеют очень долго решать подобные проблемы. Вместе, по одиночке, или, даже друг против друга как во время Столетней (на самом деле - 116-летней) войны. Спустя 5 лет, 7 месяцев и 2 дня после речи Гитлера их представители подпишут в Карлсхорсте Акт о Капитуляции Германии.

Так что я бы не очень радовался тому, что HMS Defender - эсминец проекта Type 45, заточенный исключительно под объектную ПВО (так что, если бы понадобилось, архаичный Су-24 не стал бы для него проблемой), не стал отсвечивать и покинул воды, которых Россия считает своими. ИМХО, Борис Джонсон просто показал нашему руководству, что не зря живет по тому же адресу, что и пресловутый "воевода Пальмерстон", Уинстон Черчилль и "ночной кошмар" позднесоветского руководства - будущая графиня Тэтчер. Как говорил Бенедикт Камбербетч, вернее, его герой - Шерлок Холмс - "Игра Началась !"... Добавлю - "Большая Игра".


Александр Бородин (1833-1887), симфоническая поэма "В Степях Средней Азии"

Но есть и хорошая новость. В прошлую "Большую Игру" в России ввели независимый суд присяжных, отменили рекрутчину, освободили крестьян, построили сеть железных дорог, дали свободу рук Земству ( по современному -- "Создали Гражданское общество"), заложили основы женского образования, запатентовали вакуумную электрическую лампочку и дуговой светильник, разрешили коммерческие банки, присоединили Среднюю Азию и Дальний Восток, основали Харбин ("инженер, расстегнут ворот, фляга, карабин. Здесь заложим русский город, назовем Харбин"), открыли Тянь-Шань и лошадь Пржевальского, выдернули таки Болгарию из 400-летнего турецкого владычества, напечатали анатомический атлас, Бородин написал "В Степях Центральной Азии", выиграли несколько подряд чемпионатов мира по фигурному катанию, дед Александра Федоровичка Керенского крестил моего прадеда и, наконец, разгромили Китай, взяв Пекин.

Хм... когда у нас там годовщина взятия фортов Дагу (первого и последнего безусловного стратегического успеха российской морской пехоты) ?

Да, чуть не забыл - прошлая "Большая Игра" закончилась тем, что Россия и Великобритании стали союзниками. Ага, и такое бывает.

Прим.

Гитлер не стал восстанавливать Польшу (был восстановлен только Центральный Железнодорожный вокзал в Варшаве, на тот момент - самый современный жд-вокзал мира), вместо этого он сделал поляков людьми шестого сорта и, первым делом, истребил значительную часть польской элиты - свыше 3000 человек, казненных в пригороде Варшавы Пальмире, Клееберг умер в концлагере, Бородин скончался от сердечного приступа в окружении лучших кардиологов Санкт-Петербурга, а Марсель Блок пережил заключение в Бухенвальде, создал компанию Dasso Avion, до сих пор являющуюся разработчиком и производителем всех французских боевых самолетов и умер в 94 года.
МЕТКИ: #этолето, история, новости
17

Что разведка доложила точно? Статья директора СВР и документы
 

https://rossaprimavera.ru/article/b42b7d2c

/ ИА Красная Весна / 23 июня 2021
Советская разведка перед войной не была Кассандрой или Лаокооном, сколько*бы ни продвигали этот образ в каких-либо корпоративных или политических интересах
Что разведка доложила точно? Статья директора СВР и документы
ВК Telegram FB Twitter Youtube Instagram Дзен rss
21*июня, накануне 80-й годовщины начала Великой Отечественной войны, директор Службы внешней разведки России Сергей Нарышкин опубликовал в журнале «Национальная оборона» статью под названием «В войну разведка вступила первой». Она посвящена работе советской разведки по раскрытию планов руководства нацистской Германии перед войной.

П.Соколов-Скаля. Границы СССР охраняются непрерывно

Канал ИА Красная Весна в Google Новостях
Общий посыл статьи Нарышкина выдержан примерно в том*же ключе, в каком описывали предвоенную работу советской разведки с хрущевского времени: разведка свою задачу по большому счету выполнила и, как пелось в популярной песне, «доложила точно». К трагедии начала войны она совершенно не причастна или причастна в минимальной степени. Проще говоря, «разведка докладывала, а Сталин не верил».


И ровно как в хрущевское время в качестве основного достижения советской разведки Нарышкин указывает получение сведений о дате начала операции «Барбаросса». Правда, в отличие от 60-х годов, обходится без упоминания фальшивого сообщения «Рамзая» (Рихарда Зорге)*— собственно, фальшивость этого сообщения в той*же СВР признали еще на состоявшемся в 2001 году в редакции газеты «Красная звезда» круглом столе из уст представителя пресс-бюро СВР полковника Владимира Карпова: «К сожалению, это фальшивка, появившаяся в хрущевские времена».

Нарышкин указывает в качестве источника донесение резидента разведки Наркомата госбезопасности Елисея Тихоновича Синицына от 11*июня 1941 года.

В своей статье директор СВР признает, что в действительности советское руководство перед войной получило сообщения о разных датах германского нападения. И потому сразу возникает вопрос: а почему в Кремле, получив уже множество сообщений о разных сроках начала войны, причем часть их к началу июня уже стала несостоятельной, должны были поверить именно донесению Синицына?

Какая польза от информации про 22*июня?

Как принятие информации от Синицына помогло*бы избежать горьких событий лета 1941 года? Ведь расположенные в военных округах на западе страны силы Красной Армии к началу германского вторжения не успели завершить развертывание и оказались рассредоточены на большой глубине. Непосредственно у границы находились лишь слабые силы прикрытия.

В результате гитлеровцы имели возможность громить советские войска по частям: сначала силы прикрытия у границ, потом соединения в глубине западных военных округов, затем*— резервные армии второго стратегического эшелона.


Чтобы завершить развертывание войск, по расчетам советского командования требовалось 20–30 дней. То есть начинать мобилизацию и развертывание следовало еще в*мае. Соответственно, ключевую проблему начала войны поступившее уже во второй декаде июня сообщение Синицына никак не могло снять.

В действительности идея начинать развертывание в конце весны выдвигалась без точного знания даты германского нападения и даже без полной уверенности, что таковое в 1941 году состоится. В середине мая был подготовлен документ, известный как «Соображения Генерального штаба Красной Армии по плану стратегического развертывания Вооруженных сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками».

В этом документе отмечалось, что Германия, ведущая войну с Великобританией, «в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развернутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развертывании и нанести внезапный удар».

Во избежание такого развития событий (увы, произошедшего в действительности) Генштаб предлагал «ни в коем случае не давать инициативы действий германскому командованию, упредить противника в развертывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронт и взаимодействие родов войск».

Действовать в соответствии с «Соображениями» советское политическое руководство в итоге не стало*— прежде всего потому, что не располагало для таких действий весомыми основаниями.

Сама Германия никаких претензий Советскому Союзу не предъявляла и на какое-либо обострение отношений перед войной не*шла. Не было ничего подобного событиям 1939 года, когда нацисты раскрутили тему Данцигского коридора и притеснения немецкого меньшинства в Польше. И в этой ситуации советская разведка действительно могла*бы сыграть большую роль, дав руководству страны информацию, побуждающую к решительным мерам.

Но информация о сроке начала войны тут была*бы явно недостаточной. Тем более, повторимся, сообщений о разных сроках германского нападения в течение предвоенного года поступала масса*— и раз за разом ход времени выявлял несоответствие этих сообщений действительности.

Конкретная дата германского нападения сама по себе вообще не представляла такой уж большой важности. К тому*же 22*июня нападение могло и не состояться. 10*июня главнокомандующий сухопутными войсками вермахта Вальтер фон Браухич отдал приказ, указывавший 22*июня как день начала операции «Барбаросса», но в то*же время допускавший возможность переноса сроков, решение о чем могло быть принято не позднее 18*июня.

Согласно этому приказу, 21*июня сосредоточенные для войны против СССР германские войска должны были получить один из двух сигналов: «Дортмунд» (наступление начинается 22*июня) или «Альтона» (наступление переносится). Сейчас мы знаем, что 21*июня поступил сигнал «Дортмунд», но ведь могла быть и «Альтона».

Выяснила*ли разведка мотивы врага?

Другое дело, если*бы на основании сведений разведки можно было*понять мотивы, которые побудили Гитлера развязать войну против Советского Союза летом 1941 года, имея на западе «недобитую» Великобританию.

В принципе, для военного, политического и экономического руководства Германии Гитлер неоднократно проговаривал, чего он хотел добиться нападением на Советский Союз. 31*июля 1940 года на совещании с высшими руководителями вооруженных сил в Бергхофе он заявил: «Мы не будем нападать на Англию, а разобьем те иллюзии, которые дают Англии волю к сопротивлению… Подводная и воздушная война может решить исход войны, но это продлится год-два. Надежда Англии*— Россия и Америка. Если рухнут надежды на Россию, Америка тоже отпадет от Англии, так как разгром России будет иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии».

9*января 1941 года на совещании в штабе оперативного руководства вермахта Гитлер повторял свой тезис: «Англичан поддерживает только возможность русского вступления в войну. Будь эта надежда разрушена, они*бы прекратили войну». Ту*же мысль он доносил в феврале до командующего группой войск «Центр» Федора фон Бока: «Стоящие у власти в Англии джентельмены далеко не глупы и не могут не понимать, что попытка затянуть войну потеряет для них всякий смысл, как только Россия будет повержена».

Также большую роль играл экономический мотив, сформулированный в выводах заседания экономического штаба «Ольденбург» от 2*мая 1941 года, задача которого как раз и состояла в разработке планов эксплуатации советской территории: «Войну можно будет продолжать только в том случае, если все вооруженные силы Германии на третьем году войны будут снабжаться продовольствием за счет России… При этом, несомненно, погибнут от голода десятки миллионов человек, если мы вывезем из страны все необходимое для нас». Напомним, что Германия начала войну осенью 1939 года, так что в мае 1941 уже близился к завершению второй военный*год.

И, само собой, нацисты рассматривали советскую землю как объект дальнейшей немецкой колонизации, дорогу которой должны были расчистить война и доведение советского народа до голода, а также другие методы геноцида. Но это были уже далеко идущие планы, которые сами по себе не объясняли необходимости как можно скорее разгромить СССР.

Таким образом, уничтожение Советского Союза виделось Гитлеру способом добиться гегемонии в Евразии и тем принудить Великобританию к миру на германских условиях. Можно*ли понять что-то подобное из информации, которую предоставляла советская разведка? Увы, нет.

Более того, во многих сообщениях разведки повторяется тезис, что Германия нападет на Советский Союз после окончания войны с Великобританией. Иной раз говорится, что так ситуацию представлял начальник Разведуправления Генштаба Филипп Иванович Голиков, дабы угодить Сталину. И в докладе Голикова от 20*марта 1941 можно найти строки: «…считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР являться будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира».

Голиков брал это не из головы. Так, советский военный атташе в Венгрии Николай Григорьевич Ляхтеров 1*марта 1941 сообщал: «Выступление немцев против СССР в данный момент считают все немыслимым до разгрома Англии… После разгрома Англии немцы выступят против СССР». Тот*же Зорге 10*марта указывал: «Новый германский ВАТ (военный атташе) считает, что по окончании теперешней войны должна начаться ожесточенная борьба Германии против Советского Союза».

И даже 2*мая Зорге не отметал такого варианта: «Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией». И руководители «Красной капеллы» (общее наименование, присвоенное гестапо самостоятельным группам антинацистского движения Сопротивления и разведывательных сетей, контактировавшим с СССР) Харро Шульце-Бойзен («Старшина») и Арвид Харнак («Корсиканец») не обошлись без таких сообщений*— например, 14*мая: «Планы в отношении Советского Союза откладываются… Круги авторитетного офицерства считают, что одновременные операции против англичан и против СССР вряд*ли возможны». И что, все они, люди мужественные и самоотверженные, хотели угодить Сталину?

Да, нельзя сказать, что все поступавшие от разведки сообщения указывали, что Германия нападет на СССР только после победы над Великобританией. Но такие сообщения были весьма частыми, и они выглядели вполне реалистично, особенно если учесть, что до того Гитлер неоднократно порицал кайзера Вильгельма II и вообще руководство Германской империи как раз за допущение в 1914–1918 годах войны на несколько фронтов сразу. И в любом случае, никаких сведений, позволяющих понять настоящие соображения Гитлера, Сталин от разведки не получил, а вот сведений, мешающих понять*— получил предостаточно. И на таком фоне упреки в адрес Сталина со стороны представителей разведки выглядят странно.

С.*Солодовник. В.*М.*Молотов на приёме у И.*В.*Сталина. 1945
Отразила*ли разведка сосредоточение германских войск против СССР?

Но может, разведка, неважно, армейская или чекистская, хотя*бы дала исчерпывающее представление о сосредоточении Германией войск против Советского Союза*— такое, на основании которого можно было сделать вывод о близости войны? Снова*нет.

В статье Нарышкина указывается, что уже в августе 1940 года советская резидентура во Франции начала предоставлять сведения о начале переброски германских войск на границу с Советским Союзом. Директор СВР при этом обходит стороной то, что почти сразу началось сильное завышение числа переброшенных соединений.

В результате в справке Главного управления госбезопасности НКВД СССР от 6*ноября 1940 года указывалось, что уже к октябрю «против СССР сосредоточено в общем итоге свыше 85 дивизий, то есть более одной трети Сухопутных сил германской армии». А реально имелось 30 дивизий: 25 пехотных, три танковые, одна моторизованная и одна кавалерийская.

Разведуправление Генштаба давало более умеренные цифры, но тоже завышенные. Так, по его данным, уже на 1*марта 1941 года у советских границ располагалась 61 германская дивизия, а в действительности*— только*38. Тенденция сохранилась и в апреле: по специальному сообщению Разведуправления от 4*апреля указывалось наличие 83–84 дивизий, тогда как в реальности опять-таки было лишь*38.

Чем плохо это завышение? Хотя*бы тем, что начавшийся во второй половине весны резкий приток германских войск уже не выглядел настораживающим. По информации Разведуправления, к началу июня на границе с Советским Союзом сосредоточились 120–122 германские дивизии, то есть прирост за два месяца получался полуторным. А в реальности он был двукратным, потому что к началу апреля было 38 дивизий, к июню уже 81*— то есть в два раза больше. А по оценкам разведки, в апреле было 83–84, а стало 120–122, то есть больше всего лишь в полтора раза.

До 22*июня к границе быстро прибыли еще 48 дивизий, и это не считая выделенного для использования в операции «Барбаросса» резерва. Таким образом, действительную динамику накопления германских войск против Советского Союза разведка отследить не смогла.

Получалось, что уже с осени 1940 года немцы держали чуть не 85 дивизий на советской границе, а к лету 1941 нарастили это число в полтора раза. А реальная картина была такова, что с осени до весны немцы держали на границе менее 40 дивизий, то есть недостаточно даже для сдерживания советских войск, если они вдруг начнут активные действия, а во второй половине весны начали интенсивную накачку, и к началу войны увеличили состав группировки против Советского Союза аж втрое даже без учета резерва ОКХ (верховного командования сухопутных сил).

Также она не смогла отследить и распределение германских вооруженных сил по театрам военных действий. И не в последнюю очередь это произошло из-за того, что состав германских сухопутных войск в целом преувеличивался, что видно по документам высшего советского военного руководства.

Например, в августе 1940 года нарком обороны Семен Константинович Тимошенко и начальник Генштаба Борис Михайлович Шапошников полагали, что Германия имеет до 240–243 дивизий. Реально*же германские войска перед началом наступления на Западе в мае 1940 года имели с учетом входившей в люфтваффе воздушно-десантной дивизии 157 дивизий, а в конце Западной кампании Гитлер вообще принял решение расформировать 17 дивизий, а личный состав еще 18 дивизий отправить в долгосрочный отпуск. И только осенью 1940 года было принято решение вновь увеличить армию, но лишь до 180 дивизий, а никак не до 240.

В дальнейшем нацисты формировали новые соединения, и к июню 1941 года вермахт имел уже 209 дивизий (с учетом 7-й воздушно-десантной дивизии в люфтваффе). А Голиков 31*мая докладывал о наличии в германских вооруженных силах 286–296 дивизий.

Соответственно, по предоставленной разведкой информации выходило, что против Советского Союза сосредоточено менее половины германских войск, и сосредотачиваются они без резко нарастающей интенсификации. Более того, по данным Разведуправления Генштаба получалось, что к началу июня против Великобритании действуют 122–126 дивизий, а еще 44–48 остаются в резерве. Таким образом, по сведениям разведки совершенно не вырисовывалась картина накопления группировки для агрессивной войны против СССР.

Заключение

В нашем материале мы не хотели сказать, что разведка ничего не делала или все проваливала, что среди советских разведчиков не было героев, которые нередко жертвовали жизнью ради победы над врагом. Все это было. Но представлять, будто она не имеет никакого отношения к предвоенным просчетам и ошибкам Сталина и всего советского руководства*— неверно.

Запущенный в хрущевское время лубок «разведка обо всем предупреждала, а самодур Сталин не верил» не имеет отношения к исторической действительности. Как раз таки многие неверные решения принимались в том числе на основании тех данных, которые добывала разведка и которые, увы, далеко не всегда оказывались достоверными. Советская разведка перед войной не была Кассандрой или Лаокооном, сколько*бы ни продвигали этот образ в каких-либо корпоративных или политических интересах.

И самое важное. При всех допущенных Сталиным и его сподвижниками ошибках перед войной и во время войны нельзя забывать, что именно эти люди приняли целый ряд верных решений, благодаря которым Советский Союз смог выстоять под ударом нацистской военной машины, а затем и сокрушить фашизм в Европе.

ИА Красная Весна
Читайте материал целиком по ссылке:
https://rossaprimavera.ru/article/b42b7d2c

Обращение Адольфа Хитлера к германскому народу 22 июня 1941
 

https://von-hoffmann.livejournal.com/1011515.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-22 17:30:00 364

Йозеф Геббельс, министр пропаганды Германии,
зачитывает данное обращение Адольфа Хитлера к немецкому народу по радио


Публикую вдогонку обращению Молотова

Внимание! Данный текст является историческим документом, публикуемым исключительно в познавательных целях. В данном документе может содержаться информация, умышленно искажённая его автором.
Автор поста и владелец блога категорически осуждают взгляды автора этого документа.

"Германский народ! Национал-социалисты! Согбенный тяжёлыми проблемами, приговорённый к месяцам молчания, час пробил, когда я, по крайней мере, могу говорить искренне. Когда 3 сентября 1939 года, Германская империя получила от Англии декларацию объявления войны, там снова повторилось английское усилие сделать невозможной любую попытку консолидации и расцвета Европы, путём немедленного уничтожения на континенте любого появляющегося сильного государства.
Именно поэтому Англия столетиями громила Испанию во многих войнах. Поэтому Англия вела войны против Голландии. Поэтому позднее (1812г.) Англия громила Францию с помощью сил всей Европы, а после этого на рубеже 20-ого столетия Англия начала окружение Германского Государства, и это почему мы имели «Великую Войну» 1914 года – «Мировую войну». Но только вследствие внутреннего саботажа Германия была разбита с катастрофическими для неё последствиями.
После лицемерных утверждений, что война, якобы, только против «кайзеровского режима», они стали планомерно уничтожать германское государство, сразу после того, как германские солдаты сложили оружие.
После пророческого заявления Франции, что 20 миллионов немцев, это через чур много; другими словами, что это число должно быть уничтожено голодом, болезнями и эмиграцией; и каковое заявление было выполнено вплоть до буквы; германское национал-социалистическое движение начала свою работу по сплочению германского народа, и этим самым, начало возрождение Германии.
Это возрождение нашего народа из пепла, ничтожества и стыда носило все признаки внутреннего Ренессанса. Никаким образом мы не влияли и не угрожали этим Англии.
Тем не менее, рождающаяся из ненависти новая политика окружения и изоляции Германии немедленно началась Англией снова. Внутренне и международно это вылилось в теперь нам хорошо известный заговор между евреями и демократами, большевиками и консерваторами, с единственной целью заблокировать установление нового германского государства, и опустить его снова в мизерное состояние.
Кроме как на нас, ненависть этого интернационального заговора была направлена против тех народов, которые подобно германскому были обойдены фортуной и были вынуждены зарабатывать своё пропитание труднейшей борьбой за существование. Все права народов Италии и Японии, также как и нашего народа, участвовать в справедливом дележе благ этого мира, были также отвергнуты.
Поэтому коалиция наших стран (Германии, Японии и Италии) должна действовать только в качестве самозащиты перед лицом угрожающего им глобального заговора.
Ещё в самом начале 1936 года премьер-министр Черчилль, по показаниям американского генерала Вуда перед Комитетом американского Конгресса, объявил Германию снова слишком сильной и вследствие этого, необходимой быть уничтоженной.
Летом 1939 года, кажется, пришло время для Англии, начать уничтожение Германии в качестве завершения политики постепенного её окружения и изоляции. С этой целью был создан план кампании лжи, состоящей из объявления, что в опасности другие, дескать, народы, которых Англия опутала обещаниями гарантий и помощи, ровно таким же способом, каким это же было ими проделано и в предыдущую войну.
Таким образом, Англия с мая по август 1939 года добилась успеха в оповещении всего мира, что Германия прямо угрожает Литве, Эстонии, Латвии, Финляндии и Бессарабии, равно как и Украине.
Эти государства позволили себя вовлечь в принятие обещаний гарантий, таким образом, примкнув к изоляционистскими силам против Германии.
Ввиду этих обстоятельств, я считал себя обязанным принять на себя всю ответственность перед лицом моей собственной совести и перед историей германского народа и не только заверил эти страны и их правительства в лживости английских утверждений, но и установил строгую границу наших сил на востоке, посредством самых торжественных деклараций, касающихся границ наших интересов.
Национал-социалисты, в это время, вы, возможно, чувствовали, что этот шаг был горек и вынужден для меня. Никогда германский народ не вынашивал в себе враждебных чувств по отношению к народам России! Однако уже более 10 лет еврейские большевики пускались в непрерывные провокации поджечь не только Германию, но и всю Европу.
В то время как никогда германские националисты не пытались перекинуть свою мировоззрение на Россию, еврейские большевики из Москвы наоборот только что и делали, что пытались подмять под себя не только нас, но и другие европейские народы; и не только идеологически, но и грубой военной силой.
Последствия действий этого большевистского правительства порождают только хаос, нищету и голод во всех странах. Наоборот, я, уже 20 лет с минимальным вмешательством и без разрушения нашей промышленности, устанавливаю социализм в Германии, который не только полностью ликвидировал безработицу, но и позволяет рабочему человеку получать большую часть результатов своего труда.
Успех этой политики экономической и социальной реконструкции нашего общества, путём систематического уничтожения разницы в классах и рангах, имеет в качестве конечной цели истинно общегосударственную общность всего народа.
Поэтому только через силу я заставил себя в августе 1939 года послать своего министра иностранных дел в Москву в попытке вырваться из тисков английской изоляции. Я это сделал только перед лицом своей ответственности перед германским народом, но ещё больше в надежде достижения постоянной разрядки напряженности, и чтобы уменьшить жертвы, которые в противном случае от нас бы потребовались.
В то время как Германия торжественно подтвердила в Москве, что перечисленные страны и территории (Эстония, Латвия, Финляндия и Бессарабия, равно как и Украина), за исключением Литвы, не входят в интересы Германии, специальное соглашение было заключено на случай если Англии удастся заставить Польшу спровоцировать войну с Германией. И в этом случае тоже германские требования были сведены к существенным ограничениям и вне всякой связи с успехами германской армии.
Национал-социалисты, последствия этого «Пакта», которого я сам и хотел, и который был заключен в интересах германского народа, были очень и очень плачевными, в особенности, что касается германцев, проживающих в вышеупомянутых странах. Более полумиллиона германских мужчин и женщин, большинство из которых крестьяне, ремесленники и рабочие, буквально за ночь вынуждены были бежать, чтобы ускользнуть от нового режима, который сначала угрожал им беспросветной нищетой, и рано или поздно, – полным уничтожением.
Тем не менее тысячи германцев исчезли совсем. Невозможно даже определить их судьбу и что с ними сейчас. Среди них было 160 тысяч граждан Германии. И на всё это я должен был закрыть глаза. Я был обязан молчать. В конце концов, это я сам захотел достигнуть разрядки напряжённости, и если возможно, то и полного мира с этим государством. Однако во время нашего общего вступления в Польшу, кремлёвские правители внезапно и в противоречии с договором, также затребовали и Литву. Германия никогда не имела намерений оккупировать Литву. И Германия не только оказалась не способной предъявить такой же ультиматум литовскому правительству, но и отвергла запрос Литвы прислать германские войска, потому что это требование было не в соответствии с целями германской политики. Несмотря на это я подчинился и этому новому требованию Кремля. Однако это было только началом шантажа и всё новых и новых вымогательств.
Победа в Польше, которая была достигнута исключительно германскими войсками, предоставила мне возможность ещё раз обратиться к западным странам с предложением мира. Это предложение мира в очередной раз было отвергнуто, как и всегда, благодаря интернациональным усилиям еврейских поджигателей войны.
В это время причиной такого отказа был тот факт, что Англия ещё надеялась мобилизовать против Германии коалицию европейских стран, включавшую Балканские страны и Советскую Россию. Поэтому Лондон решил послать Mr.Cripps посланником в Москву.
Криппс получил чёткие инструкции любыми средствами втянуть Советскую Россию в проанглийскую коалицию. Английская пресса сообщала об этой миссии, поскольку её никак нельзя было скрыть. Осенью 1939 года и весной 1940 года первые результаты этой миссии Криппса дали себя знать.
В то время как Советская Россия предприняла попытку подчинить военной силой не только Финляндию, но и Балтийские страны, она вдруг начала обосновывать свои действия настолько же смехотворными, насколько они были и фальшивыми утверждениями, что, дескать, она должна «защитить эти страны от внешней угрозы». Эта «внешняя угроза» означала только Германию; никакая другая страна не имела доступа в балтийский бассейн, и не могла там угрожать. Но я вынужден был молчать. Но те, кто был у власти в Кремле, немедленно пошли ещё дальше.
В то время как весной 1940 года Германия, в соответствии с так называемым «Пактом о Ненападении», отозвала свои войска с восточной границы; и на самом деле, большая часть восточной границы была тотально очищена от немецких войск, концентрация советских войск на западной границе уже началась, что уже можно было рассматривать как целенаправленную угрозу Германии.
В соответствии с заявлением советского министра иностранных дел, а затем премьер-министра Вячеслава Молотова, персонально сделанным в то время, у Советов было уже весной 1940 года 22 дивизии только в одной Прибалтике. И в то время как само советское правительство всегда утверждало, что войска, дескать, были введены по просьбе местного населения Прибалтики, цель их продолжающегося присутствия была демонстрация своей силы Германии.
В то время как наши солдаты с 5 мая 1940 года уничтожали англо-французские силы на западе, концентрация советских войск и их манёвры на нашей восточной границе приобретали всё более и более угрожающие размеры.
Поэтому, в интересах Германии, я с августа 1940 года уже не мог более позволить нашими восточным провинциям, тем более что они к этому времени вообще зачастую были пустыми, оставаться незащищёнными ввиду беспрецедентного нарастания числа большевистских дивизий.
Это всё был результат англо-советской кооперации, направленной на создание на востоке такой мощной армейской группировки, чтобы Германское Командование не смогло бы закончить блицкриг на западе полным разгромом, особенно, что касается в части военно-воздушных сил. И всё это было в соответствии не только с английской, но и советской политикой; поскольку и Англия и Советская Россия имели ввиду затягивать войну как можно дольше, чтобы постепенно ослаблять и ослаблять всю Европу, и сделать её совсем неспособной.
Анализируя, атака СССР на Румынию была также направлена на овладение важной материальной базой не только Германии, но и все европейской экономики; и по меньшей мере, имела виду разрушить её. Германия, особенно с 1933 года, с непрерывным терпением искала возможности наладить торговлю со странами юго-восточной Европы.
Поэтому мы всегда были заинтересованы во внутреннем спокойствии и внутренней организации этих стран. Советское нападение на Румынию и связка Греции с Англией грозили в короткое время превратить этот регион в театр войны.
Прямо противоположно своим принципам и срочной просьбе румынского правительства, которое само несло ответственность именно за такое развитие событий, я советовал им принятие советских требований ради мира и уступку Бессарабии (Молдавии). Румынское правительство, однако, считало, что оно способно отчитаться перед своим народом, только если Германия и Италия в качестве компенсации, по крайне мере, могли бы хоть гарантировать целостность того, что осталось от Румынии.
Я согласился на это с тяжёлым сердцем, принципиально, потому что, мы – Германцы, когда даём свои гарантии – мы держим их. Мы не англичане и не евреи.
Я до последней секунды, хотя и облечённый персональными обязательствами, надеялся на сохранении мира в этом регионе. Для этого, чтобы разрешить эти проблемы и достигнуть ясности в отношениях между Советской Россией и Германией, а также ввиду продолжающейся концентрации советских войск на нашей восточной границе, я пригласил Молотова в Берлин. Советский министр иностранных дел тогда потребовал от Германии разъяснений соглашения по следующим четырём пунктам:
1). Вопрос Молотова: направлены ли германские гарантии Румынии против СССР в случае повторного нападения СССР на Румынию?
Мой ответ: Германская гарантия имеет общий характер и безусловно накладывает на нас обязанности. Советская Россия, однако, никогда не объявляла нам, что имеет и другие интересы в Румынии за пределами Бессарабии. Уже свершившаяся оккупация советскими войсками Северной Буковины уже вышла за пределы советских уверений, поэтому я не думаю, что Россия на данный момент имеет ещё более далеко идущие намерения против Румынии.
2). Второй пункт Молотова: Советская Россия опять чувствует угрозу Финляндии. Кремль определённо не может терпеть этого. Готова ли Германия не оказывать помощь Финляндии, и более того, немедленно отозвать германские войска уже находящиеся в Киркенесе?
Мой ответ: Германия абсолютно не имеет никаких политических интересов в Финляндии. Но новая война СССР против маленького финского народа, уже не может рассматриваться германским правительством как нормальное явление; равно как мы никогда и не поверим, что Финляндия каким-то образом может угрожать СССР. Ни при каких обстоятельствах мы не желаем нового театра войны на Балтике.
3). Третий пункт Молотова: Готова ли Германия согласиться на то, что Советская Россия может предоставить гарантии Болгарии в виде посылки туда своих войск, в связи с чем он – Молотов, готов заверить Германию, что Кремль не будет низлагать короля Болгарии?
Мой ответ: Болгария – это суверенное государство. И я не имею информации, что Болгария когда либо запрашивала Советскую Россию о гарантиях, подобных тем, которые Румыния запросила от Германии. Более того, я не готов ответить на этот вопрос без консультаций со своими союзниками.
4) Четвёртый пункт Молотова: Советская Россия при всех обстоятельствах требует свободного прохода через проливы Дарданеллов и Босфора, и для своей защиты требует оккупации некоторого числа важных военных баз на Дарданеллах и на Босфоре. Германия согласна или нет?
Мой ответ: Германия была всегда готова согласиться на изменение 1936 года Конвенции Монтро в пользу государств Чёрного моря. Германия не готова, чтобы дать согласие Советской России на создание военных баз вдоль проливов.
Национал-социалисты, здесь я был обязан в полном осознании своей ответственности проявить свою позицию как ответственный лидер не только Германии, но и как представитель европейской культуры и цивилизации. Последствием всего этого было возрастание активности Советской России направленной прямо против Германии, и сразу, конкретно, начались новые попытки подрыва румынского государства, и попытки посредством пропаганды устранить болгарскую монархию.
С помощью запутанных и незрелых лидеров Румынского Легиона в Румынии был организован государственный переворот, цель которого была сбросить главу государства генерала Антонеску и вызвать в стране хаос; лишить правительство всякой власти, и таким образом создать предпосылки для введения германских гарантий.
И тем не менее, я всё ещё верил, что самое лучшее, – продолжать молчать. Немедленно после неудачной попытки государственного переворота в Румынии, Советская Россия предприняла новую переброску войск на восточные границы Германии.
Советские танковые подразделения и парашютисты во всё возрастающих количествах перебрасывались в опасную близость от германской границы. Германские вооружённые силы и германский народ знают, что вплоть до нескольких недель назад ни одной механизированной дивизии или даже единственного танка не было дислоцировано на наших восточных границах.
Если, не смотря на все разуверения и камуфляж, и требовалось какое-либо окончательное доказательство формирующегося союза между Англией и Советской Россией, то Югославский конфликт предоставил его.
Когда я предпринимал любые усилия, направленные на создание мира на Балканах и из-за Муссолини пригласил Югославию присоединиться к «Трёхстороннему Пакту», Англия и Советская Россия в объединённом сговоре организовали государственный переворот, который за одну ночь устранил тогдашнее правительство Югославии, которое тогда было готово подписать соглашение. И сегодня мы можем проинформировать германскую нацию, что югославский путч против Германии не был только английским, но в основном под Советским руководством!
Поскольку мы молчали и тут, советские вожди тут же сделали шаг дальше. Они не только организовали путч, но и через несколько дней, в своём стремлении воспротивиться установлению мира на Балканах, заключили Договор о дружбе и взаимопомощи с Югославией и восстановили её против Германии. И это отнюдь не было платонической дружбой. Москва потребовала мобилизации югославской армии.
И поскольку даже тогда я предпочёл лучше ничего не говорить, те, кто во власти в Кремле, пошли ещё дальше. Германское правительство сегодня обладает документальным свидетельством, которое показывает, что правительство Советской России, для того чтобы втянуть в войну Югославию, дало ей обещание снабжать её через порт Салоники (Греция) оружием, самолётами, амуницией и другим военным материалом против Германии. И это случилось именно в тот самый момент, когда я лично, в моей всегдашней надеже служить делу мира, дал совет японскому министру иностранных дел Yosike Matsuoka, который уменьшил трения России с Японией.
Только быстрое продвижение наших несравненных дивизий к Скопье, так же как и захват самих Салоников, развалило этот Англо-Советский заговор. Лётчики югославской армии, однако, бежали в Советскую Россию, и были тут же приняты как союзники.
Победа Германии и Италии в Юго-Восточной Европе первым делом затормозила план летом 1941 года вовлечь Германию в войну на Балканах, тем временем наращивая развёртывание советских армий и повышая их боеспособность, для того, чтобы в конечном итоге вместе с Англией, при поддержке американского снабжения сокрушить Германию и Италию.
Таким образом Москва не только нарушила, но и постыдно предала положения нашего дружеского соглашения. Всё это было проделано, в то время как правители в Кремле, аналогично как и в случае с Финляндией и Румынией, до последнего момента претендовали на мир и дружбу и с честными глазами выражали официальные опровержения.
И хотя до сего момента я был вынужден снова и снова хранить молчание под давлением обстоятельств, теперь пришёл момент, когда продолжать оставаться просто наблюдателем, было бы не только грехом, но и преступлением против германского народа – и да, даже преступлением против всей Европы.
Сегодня 160 советских дивизий стоят на наших границах! В течение многих недель идёт постоянное нарушение этой границы от крайнего севера и до самой Румынии. Советские лётчики не считают нужным соблюдать воздушные границы; возможно, чтобы показать нам, что они уже чувствуют себя хозяевами этих территорий.
В течение ночи с 17-ого на 18-ого июня 1941 года советские вооруженные отряды снова углубились на германскую территорию и возвратились обратно только после продолжительного боя.
Это всё привело нас к часу, когда для нас необходимо предпринять шаги против этого заговора между еврейскими англо-саксонскими поджигателями войны и такими же еврейскими правителями большевистского центра в Москве.
Германский народ, – в настоящее время создаётся фронт, который по своей протяжённости не имеет себе аналогов в истории. Совместно с нашими финскими друзьями, победители англичан под Нарвиком стоят у Полярного Круга. Германские дивизии под командованием покорителей Норвегии, вместе с героями финской свободы, с их маршалом, защищают свою землю.
Германские и румынские солдаты объединены под командованием главы румынского государства Антонеску от берегов Прута, вдоль Дуная и до Чёрного моря. Задача этого фронта не защита отдельной страны, а защита всей Европы и спасение всех. Поэтому, я решил сегодня снова вручить судьбу и будущее Германии и германского народа в руки наших солдат!"

Найдено здесь: https://vk.com/historypoliticwar?w=w...0661843_159917

К 80-летию катастрофы 1941-го года — соотношение сил СССР и нацистской Германии
 

https://von-hoffmann.livejournal.com/1011033.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-22 12:59:00 421

СССР-Германия соотношение сил


СССР не уступал, а превосходил Германию по основным вооружениям, советская "армия мирного времени" (то есть до начала всеобщей мобилизации) по численности превосходила Вермахт, воевавший уже два года против половины Европы.
Поэтому чудовищный разгром РККА летом 1941-го года можно объяснить только одним — народ за власть коммунистов и Сталина воевать не хотел. И начал воевать всерьёз только убедившись на собственной шкуре, что нацисты это дрянь ничем не лучше коммунистов.
Немцев, как "освободителей", ждали не только ограбленные до нитки полуграмотные колхозники, которым действительно было нечего терять (правовое положение хуже крепостных до 1861 года), но и облечённые властью и доверием "вождя" люди со звёздами комбригов и командармов на петлицах.
Идейных коммунистов после репрессий 1930-х в армейских верхах не осталось от слова "вообще" — выжили только абсолютно беспринципные и циничные приспособленцы, способные колебаться с "линией партии" вплоть до разворотов на 180°. И они понимали, что выжить в сложившейся к концу 1930-х годов системе даже им становилось проблематично — ты держишься у вершин власти лет 5, после чего тебя меняют на более молодого, голодного и перспективного, а тебя отправляют в расстрельный подвал вместе со всей семьёй, да ещё и посмертно испоганив твоё имя.
Именно потому в ходе войны обнаружился удивительный и немыслимый для России факт — попав в плен советские военачальники с лёгкостью меняли хозяина (разве что чудом выживших на советской службе старых русских офицеров, с дворянским происхождением, типа Карбышева это не коснулось).
Скорее всего весьма широкий слой советских командиров всех уровней воспринял нападение Германии на СССР (планировалось-то всё наоборот!) как свой уникальный шанс на выживание — и реально саботировал войну, подыгрывая противнику. Несмотря на обилие особистов, замполитов и доносчиков в тогдашней РККА.

V.H.

Рукописный черновик выступления В.М. Молотова по радио 22 июня 1941 года
 

https://von-hoffmann.livejournal.com/1011340.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-22 14:58:00 118


22 июня 1941 г.
Архив внешней политики Российской Федерации
Ф. 7а. Оп. 1. П. 2. Д. 24. Л. 1–4.
Подлинник, черновик, карандаш; автограф В.М. Молотова

Для сравнения привожу окончательный текст, который был зачитан в эфир:

Граждане и гражданки Советского Союза! Советское правительство и его глава тов. Сталин поручили мне сделать следующее заявление:

Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолетов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.




Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключен договор о ненападении и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то, что за все время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей.

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что Германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы.

В ответ на это мною от имени Советского правительства было заявлено, что до последней минуты Германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной.

По поручению Правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчет несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.




Теперь, когда нападение на Советский Союз уже свершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины.

Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы.

Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы Советской авиации с честью выполнят долг перед родиной, перед советским народом, и нанесут сокрушительный удар агрессору.

Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за родину, за честь, за свободу.




Правительство Советского Союза выражает твердую уверенность в том, что все население нашей страны, все рабочие, крестьяне и интеллигенция, мужчины и женщины отнесутся с должным сознанием к своим обязанностям, к своему труду. Весь наш народ теперь должен быть сплочен и един, как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, достойной настоящего советского патриота, чтобы обеспечить все нужды Красной Армии, флота и авиации, чтобы обеспечить победу над врагом.

Правительство призывает вас, граждане и гражданки Советского Союза, еще теснее сплотить свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии, вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего великого вождя тов. Сталина.

Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами.

Сканы найдены здесь: https://vk.com/historypoliticwar?w=w...0661843_159984