*844. Конституция есть, а праздника нет
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/news...=editor-choice

Помимо хороших законов нормальному государству нужны еще и законы сколько-нибудь постоянные

Vedomosti.ru

13.12.2013

Конституция

Эта публикация основана на статье «Плохие новости: Печальный праздник » из газеты «Ведомости» от 13.12.2013, №232 (3494).

Российской Конституции исполнилось 20 лет, и за недолгую свою жизнь она успела порядком измениться. Перемены довольно существенны — они затрагивают, например, сроки полномочий президента и парламента. В ближайшем будущем текст Основного закона изменится снова, потому что иначе не выйдет объединить Верховный и Высший арбитражный суды. Потом придумают еще что-нибудь: в юбилейном послании Владимир Путин заявил, что «жизнь не стоит на месте и конституционный процесс нельзя рассматривать как окончательно завершенный». Будут еще точечные поправки, обещал без всякой иронии человек, который по должности служит гарантом Конституции.

Даже там, где буква Основного закона не поменялась, дух его исказился до невозможности. Губернаторов перестали выбирать, а теперь снова начали — даже не попытавшись сделать вид, что это вопрос конституционной важности. Свободу собраний де-факто отменили — слова «31-я статья» приобрели собственную протестную жизнь. Люди, обвиняемые в беспорядках на Болотной площади, в совокупности провели за решеткой больше 25 лет и продолжают сидеть. Двадцать девятая статья («цензура невозможна») и преамбула Основного закона тоже трактуются судами и правоохранительными органами не слишком строго.

Беда даже не в том, что Конституция меняется в худшую сторону или раз за разом трактуется вопреки логике и здравому смыслу. Это поправимо, и необходимые поправки будут внесены, скорее всего, в тот самый момент, когда Владимир Путин уйдет от власти. В том беда, что на все эти перемены уходит драгоценное время. В то время как весь смысл Конституции в том, чтобы к ней успели привыкнуть.

Российскому гражданину привыкнуть сложно. Сначала президент и парламент делали вид, что переписывают Конституцию ради стоящих политических реформ, решая на деле мелочные тактические задачи. Потом как-то вышло, что никакого барьера, даже психологического, на редактирование Основного закона не существует. И как раз под юбилей депутаты предложили множество новых поправок, которые пока выглядят смешно и жалко, но в следующем году вполне могут стать реальностью. Политическая система, которая решила не оставлять по себе наследников, едва ли будет уважать хоть какие-нибудь писаные законы.

Конституция — это помимо прочего свод политических процедур. Если конституция принята 200 лет назад и до сих пор сохраняет актуальность — как в США, — это значит, что процедуры сильнее людей. Если конституция «прямого действия» вызывает смех даже у сотрудника патрульно-постовой службы, значит, человеческие прихоти сильнее. И это гарантирует, что конституцию перепишут и проинтерпретируют еще много раз.

Помимо хороших законов нормальному государству нужны еще и законы сколько-нибудь постоянные, желательно такие, которые принимаются всеми сторонами. Нынешняя Конституция уже давно не обеспечивает никакого постоянства, меняется с удивительной легкостью и без всяких сомнений поменяется снова — совсем скоро. Поэтому бессмысленно отмечать ее юбилей: она уже мертва. Когда появится новая, надо будет ждать еще 20 лет — несколько политических циклов, — чтобы наконец вздохнуть с облегчением. А пока праздновать нечего.

Автор — редактор журнала Esquire Russia

Читайте далее: http://www.vedomosti.ru/opinion/news...#ixzz2nLJnnRWF

Почему российские власти не запретили полеты в Египет
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...ka-ehat-egipet
Политические мотивы перевешивают мотивы безопасности

05.11.2015

Если долго уничтожать в стране всякую политику, то рано или поздно наступит такое время, когда любой, самый невинный вопрос становится «политическим». Например, такой: где отдыхать, в Египте или Турции? Теперь даже на него нет безопасного ответа.

После катастрофы Airbus 321 с русскими туристами над Синаем прошла только неделя, и официальных данных о причинах аварии нет. Есть, однако, основания предполагать, что к крушению могли быть причастны террористы. По этой причине Нидерланды и Англия отменили все рейсы в Шарм-эль-Шейх, а Лондон еще и объявил об эвакуации своих граждан с курорта.

Египетские власти хотя и отрицают террористический след (для них это означает прекращение туризма), но на всякий случай перевели на другое место директора аэропорта. Если, как подозревают некоторые, была бомба и ее пронесли на борт сотрудники аэропорта, одних подозрений было бы довольно, чтобы на всякий случай поменять менеджмент. В ситуации паники все стараются вести себя так, чтобы, во-первых, минимизировать риски, а во-вторых, успокоить людей. Рациональное поведение чиновника, отвечающего за человеческие жизни, состоит в том, чтобы перестраховаться, пусть даже испортив кому-то отпуск.

Но в России решение английских властей было воспринято как политический жест. «Какой-то элемент психологического давления в решении Великобритании о приостановке полетов есть», – заявил председатель международного комитета СФ Константин Косачев. И добавил: «В мире достаточно тех, кто предпочел бы эту катастрофу заведомо, без должных на то оснований списать на ответную реакцию джихадистов в отношении России». То есть, переводя с языка русской дипломатии на русский, англичане идут на большие траты и внутриполитические риски – эвакуацию 10 000 людей – хотя бы отчасти затем, чтобы покритиковать политику Владимира Путина в Сирии.

Российские дипломаты считают версию теракта – со всеми ее неприятными последствиями – «спекулятивной». Но никакой собственной, позитивной позиции МИД не формулирует: ни один сотрудник министерства не взял на себя ответственность рекомендовать россиянам летать в Египет, как и прежде. В разделе «Информация для выезжающих за рубеж» на сайте министерства нет ни слова про катастрофу, хотя, например, про трагический июньский инцидент в Турции (там перевернулся микроавтобус с туристами) целых два сообщения. Означает ли это, что Синай безопасен? Привычные к догадкам русские граждане так не считают. Пресс-секретарь Российского союза туриндустрии Ирина Тюрина говорит, что в понедельник после катастрофы продажи путевок упали в два-три раза. «Когда речь идет о теракте, то это дело непредсказуемое и люди боятся», – добавляет она – в том смысле, что продажи могут и не восстановиться.

Молчание МИДа может означать ровно две вещи. В худшем случае англичане правы – самолет упал из-за теракта, а наши власти это скрывают. В лучшем случае есть небольшая вероятность теракта, но министерство боится ее обсуждать. Потому что даже допустить, что сирийская операция обходится России небесплатно, страшнее, чем подвергнуть смертельному риску сотни сограждан.

Пляжи Синая долгое время считались самым аполитичным русскоязычным местом в мире. Теперь политика туда дотянулась – и подбирается к турецкой границе.

Автор – главный редактор Inliberty

Безопасность против свобод
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...-protiv-svobod
Статья опубликована в № 3964 от 20.11.2015 под заголовком: Республика: Безопасность против свобод

Чрезвычайные полномочия власти окостеневают, и их забывают отменить

20.11.2015

Французский парламент разрешил продлить чрезвычайное положение в стране на три месяца: за эту меру проголосовали ошеломительные 99% депутатов Национального собрания, присутствовавших в зале. Президент Франсуа Олланд хочет развить успех: внести поправки в конституцию, активизировать войну в Сирии, увеличить бюджет на безопасность. В России тем временем готовится совместное заседание двух палат парламента. Эта встреча может привести к увеличению расходов на безопасность и войну и к новым ограничительным законам.

Если в этот раз будет, как прежде, то парламенты двух стран хотя бы отчасти променяют свободу и/или благополучие граждан на исключительные меры безопасности. А затем и они, и их избиратели признают, что совершили ошибку.

Так бывает каждый раз. После захвата школы в Беслане в России отменили выборы губернаторов. Тогда 44% респондентов (против 42%) поддерживали эту меру, почти треть жителей страны верила даже, что это каким-то образом поможет борьбе с терроризмом. Десять лет спустя, когда выборность губернаторов вернули, только 21% (против 63%, все данные – «Левада-центра») все еще верил, что назначенные чиновники работают лучше.

В 2002 г. в США только 11% людей, выдавших Джорджу Бушу-младшему карт-бланш на борьбу с терроризмом, считали, что его администрация, разменивая свободы сограждан на их безопасность, «заходит слишком далеко». Через четыре года таких было больше 40%. Когда начиналась война в Ираке, меньше 30% американцев считали ее ошибкой, в последние годы таких – устойчивое большинство (все данные – Gallup).

Дело тут не в том, конечно, что безответственные граждане не знают, чего хотят. Или не только в том. Законодательные ограничения видятся депутатам и избирателям временными мерами, призванными помочь военным и спецслужбам отвести немедленную угрозу. Но затем чрезвычайные полномочия власти окостеневают, и их забывают отменить.

В России, где политическая власть не менялась, выборность губернаторов вернулась только тогда, когда потеряла практический смысл. В США Джорджа Буша сменил его беспощадный критик, обещавший вывести войска из Ирака и Афганистана и выполнивший обещание, – но и он не смог найти в себе силы отказаться от внесудебных арестов подозреваемых в терроризме, массовых прослушек и других завоеваний предшественника.

Оказалось, что гражданские свободы – абстрактная штука, не слишком влияющая на выборы, а неприятные бородатые люди, задержанные в сомнительных обстоятельствах в странных местах, – вот они. Страшно их отпускать. Так и получается, что, будучи раз принятыми в чрезвычайных обстоятельствах, «антитеррористические меры» сохраняются на долгие годы.

На долгие годы остаются и последствия поспешных решений: в иракской войне погибли сотни тысяч человек, большинство из них не участвовали в боевых действиях. В результате той войны обширные территории Сирии и Ирака управляются террористами.

Пока невозможно сказать, станет ли мир лучше и безопаснее в этот раз. Весь прошлый опыт подсказывает, однако, что за принятые сейчас законы и начатые сейчас войны многим избирателям будет очень стыдно.

Автор – главный редактор Inliberty

Главный успех Мефистофеля
 

Статья опубликована в № 4014 от 12.02.2016 под заголовком: Республика: Договор с дьяволом

Все детали, что дьявол вносит в контракт, известны заранее, и платить приходится сразу

12.02.2016

Говорят, что дьявол в деталях, имея в виду, что жизнь сложнее, чем кажется. На деле жизнь проще: все детали, что дьявол вносит в контракт, известны заранее. Все написано черным по белому, никто из контрагентов не способен обмануться. Не желание важно, а цена, в которую встанет его исполнение.

Только на первый взгляд договор предполагает, что прибыль можно получить сразу, а расплачиваться придется потом. Доктор Фауст честно признается Мефистофелю, что его и не интересует собственная бессмертная душа, соглашаясь на все без малейших раздумий. Но проходит небольшое время – и становится ясно, что в аду никому не нужна неподготовленная, чистая душа и платить по счетам приходится тотчас (читайте мелкий шрифт). Чтобы заполучить Маргариту, ему придется лжесвидетельствовать и стать невольным убийцей. Он умен, Фауст, но это никогда не служит страховкой от подписания дьявольского договора, даже наоборот: «Один лишь взгляд, один лишь голос твой дороже мне всей мудрости земной».

Примерно так устроена, в общем, российская политика. У каждого человека есть мечта, всамделишная, настоящая мечта, ради которой можно на многое пойти и на многое посмотреть сквозь пальцы. Пятнадцать лет назад мечта была пожить как следует – и кто бросит камень в лелеющего такую мечту? Пожили как следует, но падение с самого начала было вписано в контракт, и вполне явным образом. Не так, что сперва ВВП вырастет вдвое, а затем уж начнется коррупция, исчезнут СМИ, случится дело ЮКОСа. Нет, все произошло почти сразу же. Другая сторона контракта вела себя, может, и аморально, но честно.

Трудно спорить, что многие жители страны хотели вернуть Крым, желали его, вероятно, не меньше, чем Фауст желал Гретхен, и готовы были отказаться от кусочка своей мудрости. Многие люди не насторожились, когда их давнее желание выполнилось само, без малейших усилий с чьей-нибудь стороны, как по мановению волшебной палочки. Но верный друг, мой честный дьявол, не стал темнить, и довольно быстро стало ясно, что «взять Крым без единого выстрела» – это начало большой войны.

И как хотелось уже всем, чтобы Москва стала нормальным благоустроенным городом, без 10-балльных пробок и, может быть, даже с велодорожками. Так хотелось, что многие столичные жители даже позабыли на время о свойственном им фрондерстве и пошли работать с властью и во власть. Но никто никогда не скрывал, чем это кончится. Запрет свободы собраний случился уже четыре года назад. Я дам тебе парк, сказал Мефистофель, «изведать после долгого поста, что означает жизни полнота», но закрою весь город. Я подсвечу бульвар, но закрою палатки. Я дам тебе крепы, но дам и скрепы, и двести храмов (и, кстати, побью местных жителей). И в городе не будет частной собственности, как в фавелах. А самые важные решения будет принимать загадочный «активный гражданин», которому нет места в подлунном мире.

Многие соглашаются, потому что верят уже, что иначе нельзя. Что упорством и трудолюбием не получишь ни Гретхен, ни Крыма, ни городской среды – только обманом. Что за желания платят не собственным потом, а как-нибудь потом. В этом и состоит главный успех Мефистофеля.

Автор – главный редактор Inliberty

Антрепренеры насилия
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...eneri-nasiliya
Статья опубликована в № 4031 от 11.03.2016 под заголовком: Республика: Антрепренеры насилия

Российская Федерация национализирует войны, начатые предприимчивыми гражданами

11.03.2016

Государство по определению имеет монополию на легитимное насилие и потому не может сделать вид, что насилие происходит помимо него, точно так же как не может позволить кому-либо печатать собственные деньги. В противном случае оно перестает быть государством. Поэтому, когда большая группа людей, не таясь, совершает насильственный акт, власть не может этого «не заметить». Она может либо наказать виновных, либо национализировать их вину – фактически их поддержать, продлив иллюзию своего монопольного положения.

В правовом государстве критерий прост: наказывается любое насилие, которое совершается во внесудебном порядке. В неправовом все сложнее; любое преступление может быть национализировано или нет, и почти никогда нельзя сказать наверняка, какое именно. Любые военные преступления, скажем, национализируются по определению: невозможно представить себе, чтобы кто-то предстал перед нынешним российским судом за бомбежки мирных жителей в Сирии. Трудно представить себе, чтобы было наказано насилие правоохранителей, примененное в частных интересах. Преступления, совершенные неизвестными поклонниками и подчиненными Рамзана Кадырова в Чечне и вокруг нее, национализируются большей частью (отказавшись искать заказчиков, Российская Федерация национализировала убийство Немцова). Эти люди, впрочем, не вполне свободны от возмездия.

Поскольку решение принимается исходя из краткосрочной политической прагматики, никто не знает наверняка, кто будет наказан за самовольное насилие, а кто нет. Наличие погон, очевидно, снижает персональные риски, но это совсем не единственный фактор. Когда государство перестает систематически бороться с насилием и дает это всем понять, оно постепенно теряет саму способность с ним бороться. Правоохранитель, коррумпированный идеей целесообразности, может быть коррумпирован и дружбой, и деньгами, и бюрократическими соображениями, и просто ленью.

Антрепренеры насилия это хорошо понимают и учитывают. На одной чаше весов прямые выгоды от насилия, самые разнообразные. Если нападать на правозащитников и журналистов, они перестанут рассказывать неприятные вещи в прессе. Если захватить кусок Донбасса (и выжить в последующем переделе административных постов), можно безбедно жить до старости. Расходы на войну в Сирии контролируются меньше, чем на обеспечение в тылу. Повсюду выгода – только научись ее искать. На другой чаше весов небольшой риск, что государство встанет в позу и не захочет национализировать насилие. Такое случается редко и возмущает антрепренеров до крайности: создатели войны на Донбассе до сих пор не могут простить Кремлю, что их кровавая авантюра не была полностью выкуплена казной и поддержана армией.

Чаще всего, впрочем, государство приходит антрепренерам на помощь, закрывает глаза на их преступления в попытке легитимации, финансирует их и защищает от правозащитников, международных организаций и даже Совета Безопасности ООН. Благодаря государственным инвестициям маленькие предприятия разрастаются до больших корпораций насилия и грозят уже не отдельным людям, а тысячам людей. Вот что плохо. А что Россия по дороге теряет государственность – это как раз не страшно.

Автор – главный редактор Inliberty

Радиус паранойи
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...adius-paranoii
Статья опубликована в № 4051 от 08.04.2016 под заголовком: Республика: Радиус паранойи

Качество управления ограничено узостью круга старых друзей
07.04.2016

Хочет ли известный музыкант, по меньшей мере с одной точки зрения «один из лучших в России», участвовать в каких-то мутных офшорных схемах, подрабатывать номинальным владельцем в фирмах-однодневках, отвечать, запинаясь и путая слова, на вполне ожидаемые вопросы журналистов, рисковать попаданием в санкционные списки, портить себе репутацию, заработанную многолетним трудом и редким талантом, заставлять в перспективе краснеть своих детей? Даже если эта работа щедро оплачена, его могущественные друзья могли бы сделать его богатым и просто так, не требуя ничего взамен, – на то они и друзья.

Ответ на этот вопрос известен настолько хорошо, что его можно считать риторическим. Другу приходится взваливать на свои плечи ненужные риски, потому что его лояльность не вызывает сомнений (она была завоевана так давно, что заведомо лишена корысти), а отсутствие финансовой сметки, которое легко заподозрить в петербургском классическом музыканте, еще больше снижает вероятность предательства. Можно быть уверенным, что номинальный бенефициар останется номинальным.

Логика проста, понятна и много раз описана экономистами и политологами, но ее неотвратимость и безжалостность не перестают поражать воображение. Каждый дачный сосед, каждый сослуживец, каждый сын сослуживца, собственные дочери и их крестники, охранники бывшего босса, случайные люди, знакомые по коридорам северной ратуши, – все брошены в дело, все работают вице-президентами госкомпаний, возглавляют технологические долины, углеводородные фирмы, научные центры, министерства, хоккейные клубы, федерации и офшоры, от заполярного Норильска до тропической Панамы, от забора до обеда, без передышки. После виолончелиста настанет очередь нянечки в детском саду – скорее всего, уже давно настала.

Из этого наблюдения следует два факта. Во-первых, чтобы отказаться от предложения, от которого нельзя отказаться, требуется, судя по всему, недюжинное мужество. Поэтому разумно считать любого человека из «прежней» жизни лидера номинальным миллиардером, пока не доказано обратное. Небольшой круг лиц, которые много лет назад оказались в радиусе паранойи, не властны распоряжаться даже собственной судьбой. Молодые вице-президенты и седеющие короли госзаказа – несчастные, несостоявшиеся люди, как они, собственно, и выглядят.

Во-вторых, качество управления в стране ограничено этим радиусом паранойи, столь маленьким, что любой человек, в него попавший, автоматически получает ранг министра. Чтобы представить себе, каково это, можно примерить ситуацию на себя. Представьте, что все люди, которых вы знаете больше 20 лет, – соседи, однокашники и собутыльники, – стали директорами госкомпаний и чиновниками первого эшелона. Вот ровно это сейчас и происходит в России.

Если бы виолончелист работал не номинальным бенефициаром в панамском офшоре, а президентом, в жизни большинства жителей страны мало что изменилось бы: друзья у него те же. А это значит, что Россией может управлять и кухарка, и музыкант, и кто угодно – выйдет не хуже, чем сейчас.

Автор – главный редактор Inliberty

Самый жизнерадостный человек
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/blo...stnii-chelovek
Статья опубликована в № 4061 от 22.04.2016 под заголовком: Республика: Самый жизнерадостный человек

Если мир несправедлив, а свободы нет совсем, надо еще больше работать и еще реже вешать нос

22.04.2016

В великом фильме «День сурка» герой Билла Мюррея Фил Коннорс, региональная знаменитость и баловень судьбы, застревает в одном хронотопе и раз за разом вынужден проживать 2 февраля в маленьком провинциальном городе, который вызывает у него лишь скуку и раздражение. Довольно быстро он понимает, что эта ситуация дает ему своего рода бессмертие, каждую ночь все его поступки обнуляются, и можно начинать жизнь с чистого листа.

Сперва Коннорс пользуется новообретенными возможностями для того, чтобы пить, воровать, обманывать женщин и совершать другие неприглядные поступки. Затем, пресытившись преступлениями, он совершает попытки лишить себя жизни, но каждый раз просыпается в той же гостиничной кровати. Наконец он понимает, что обстоятельства, в которые он попал, можно использовать к лучшему: он учится играть на пианино, пишет лучшие речи в своей журналистской карьере, ставит себе цель спасти всех жителей городка – от бездомного старика до городского головы, подавившегося стейком. В конце ему удается идеальный день, в котором все его таланты раскрываются полностью, все жители городка спасены, а женщина, которую он пытался совратить обманом, сама дарит ему свою любовь. Идеальный день отпускает его на волю; наступает третье февраля.

Давно замечено, что «День сурка» – мощная апология философии Сократа: человек может быть по-настоящему счастлив только тогда, когда ведет себя достойно.

В четверг политический заключенный Олег Навальный, отбывающий срок в ИТЛ в Орловской области, опубликовал инструкцию о том, как с толком провести время в тюрьме. Полезный во всех отношениях текст заканчивается описанием гипотетической картины, которая почти полностью совпадает с финалом знаменитого фильма. Лучший способ встретить свободу, пишет Навальный, – это, получив профессиональную подготовку повара, сантехника и швеи-мотористки, выучить язык (он намекает на португальский), читать и писать книги, постичь иные ремесла – и в целом достичь физического совершенства («ты выходишь, жонглируя одной рукой 12 алюминиевыми кружками, другой рукой держишь пудовую гирю, пальцами одной ноги со скоростью пропеллера вращаешь четками, на другой ноге приседаешь»). Это даже ближе к античному идеалу, чем обращение героя Билла Мюррея, который хоть и достигает мастерства в метании игральных карт, но проносит не без обаяния свою корпулентность через всю киноленту.

Совпадение, разумеется, не случайно. Текст Олега Навального – краткая инструкция достойной жизни, под которой, особенно учитывая легкий и заразительный слог автора, не отказался бы подписаться и сам Сократ. Любая тюрьма – день сурка, хотя и не столь терпимый к людским ошибкам.

Россия не вполне свободная страна, и для многих это повод дать себе определенные послабления. Но на самом деле, напоминает Олег Навальный, все наоборот. Если мир несправедлив, а свободы нет совсем, надо еще больше работать и еще реже вешать нос.

Так вышло, что самый легкий, самый оптимистичный и жизнерадостный текст о том, как жить достойно, написал человек, с которым судьба обошлась несправедливо вдвойне: он сидит в лагере за совершенно законные поступки другого человека (даже библейский Иов пострадал за собственные добродетели). Возможно, в этом нет подвига, но совершенно точно есть бездна героизма.

Автор – главный редактор Inliberty

Сахарная голова
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...harnaya-golova
Статья опубликована в № 4069 от 06.05.2016 под заголовком: Республика: Сахарная голова

Марк Цукерберг готов стать беднее, потому что не боится потерять власть
05.05.2016

Для этого не потребуется безудержная фантазия: представьте себе человека, который конт*ролирует большинство мест в парламенте и чуть больше половины всех активов (учитывая и государственную собственность) своей страны. Его политический вес и экономическая мощь ни у кого не вызывают сомнений, перспективы его власти безоблачны, он правит уже три полных срока (12 лет), и за это время подконтрольный ему валовой продукт существенно вырос. Ему завидуют, должно быть, все мировые автократы.

Теперь придется включить воображение, но давайте продолжим. Наш герой молод и привлекателен, счастливо женат, говорит по-китайски, а кроме того, обещал потратить 99% своего огромного состояния на благотворительность. Для этого ему придется, конечно, распродать свои акции, но он гарантировал сохранение личной власти, проведя небольшую реформу. Когда все формальности будут улажены, Марк Цукерберг – а это, разумеется, он – сможет стать беднее, не растеряв личной власти.

Представляя финансовые результаты за I квартал, создатель Facebook объявил, что готовится избавиться от экономического интереса в компании, выпустив акции категории C и сохранив за собой 54% голосующих акций категорий A и B. Обычно это считается не самым лучшим решением: руководитель лишает себя стимулов к эффективному управлению, но в данном случае, на фоне выручки, обогнавшей прогнозы аналитиков, акции компании взлетели на 9%. Миноритарные акционеры социальной сети не боятся несменяемости власти.

Трудно не начать проводить осторожные параллели. Всем памятен день, когда Владимир Путин объявил, что пойдет на (фактически) четвертый срок, – и памятна общественная реакция на это объявление, вылившаяся в самые многочисленные акции протеста за многие годы. Власть удалось сохранить, в том числе и за счет консолидации, а не ослабления экономического контроля. Иначе и быть не могло: источником власти в России считаются ресурсы.

Можно говорить о том, что политическая система совсем не то, что публичная компания, но в случае нашей страны такое сравнение как раз не лишено оснований. Уже 20 с чем-то лет Россия управляется фактически как стартап: ответственные сотрудники работают не за зарплату или бонусы, а за опцион, долю в экономике. Когда опционы перестали дорожать, резко ухудшилось качество управления. Политическая власть и участие в экономическом капитале практически неразличимы.

Почему Марк Цукерберг может отказаться от экономического интереса, стать существенно беднее и думать, что сохранит власть, а российский президент не может? Потому что Цукерберг является не только создателем, но и ценным – на многие десятки миллиардов долларов – активом для собственной компании, а российский президент не актив (как считалось когда-то), или, по меньшей мере, актив, не имеющий положительной стоимости.

Некоторое время назад было можно рассказывать чиновникам про важность человеческого капитала и необходимость отказа от индустриальной экономики. Но российская власть прекрасно все понимает про качество человеческого капитала, иначе не стала бы так держаться за свой экономический интерес.

Автор – главный редактор Inliberty

Либо шах, либо ишак
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...hah-libo-ishak
Статья опубликована в № 4078 от 20.05.2016 под заголовком: Республика: Либо шах, либо ишак

Министр в России не может обещать ничего
20.05.2016

Когда министр финансов выступает с заявлением о пенсионной системе, это всегда важная новость. Кто как не он понимает в финансовом планировании – лучшего авторитета не найти. И если Антон Силуанов заявляет, что мы должны позаботиться о своей старости, хочется ему поверить. Тем более что мы несем ответственность за собственное будущее, кто ж с этим спорит.

Проблема в том, что министр не ограничивается полезным бытовым советом. Он говорит еще, что в министерстве есть видение новой накопительной системы пенсионного обеспечения, что система эта будет лучше прежней и начнет действовать с 2017 г. Он намекает, что ответственные налогоплательщики могли бы поучаствовать в этой новой системе и, может быть, впервые за 100 лет их деньги не будут национализированы и они сами смогут их потратить. Он допускает мысль, что эти новые правила просуществуют без изменений хотя бы 15–20 лет; столько придется ждать пенсии медианному жителю страны.

Пятнадцать лет! Если бы министр финансов Российской Федерации мог обещать своим согражданам хоть что-нибудь на таком временном горизонте, это уже была бы лучшая пенсионная реформа. Буквально: что-нибудь.

Пообещать, например, что в ближайшие полтора десятилетия не случится немотивированной ядерной войны. Или вообще войны: российские власти не захотят никого спасать или присоединять по результатам референдума; не попадут под санкции или не наложат их на собственный народ. Поручиться, скажем, что в стране не изменится алфавит, выборное законодательство, правила дорожного движения, список регионов, упомянутых в Конституции, сама Конституция вдоль и поперек. Дать руку на отсечение, что уйдет (или, наоборот, не уйдет) президент – в ближайшие 15 лет. Засвидетельствовать, что президент и правительство не отрекутся (в какой уже раз) от собственных реформаторских планов. Поспорить с кем-нибудь о чем-нибудь, что случится или не случится к 2031 г. Любая информация, достойная доверия, помогла бы нам лучше спланировать старость.

Необязательно обещать что-то хорошее, хватило бы и плохого. Если бы наши сограждане были уверены, что экономика будет стагнировать еще 10 лет, вчерашние союзники и добродушные соседи все до одного станут геополитическими противниками, а пенсии отменят вовсе, – и это было бы большим подспорьем для трудоспособного населения. Люди знали бы наверняка, что не надо полагаться на правительство, и отказывали бы себе в маленьких радостях, чтобы накопить на старость или эмиграцию. Может быть, благодарные жители России давно уже самостоятельно заботятся о своем будущем, но это не связано с публичными выступлениями Антона Силуанова.

Министр не может не только пообещать, что его планы осуществятся, он не может обещать вообще ничего. Поэтому в России не может быть проведена пенсионная реформа, которая по определению есть долгосрочный контракт. И самый точный прогноз в этой области равно доступен высокопоставленному чиновнику, финансисту и простому трудящемуся: либо шах сдохнет, либо ишак.

Автор – главный редактор Inliberty

Кликните, чтобы закрыть
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...tavlennaya-set
Статья опубликована в № 4088 от 03.06.2016 под заголовком: Республика: Расставленная сеть

Идеальный механизм для создания уголовных дел из воздуха и без каких-либо усилий
03.06.2016

По подсчетам правозащитной ассоциации «Агора», в прошлом году больше 200 пользователей рунета были привлечены к уголовной ответственности за распространение информации. И в этом году поток громких дел не прекращается. На этой неделе в Бердске получил срок Максим Кармелицкий – за запись в социальной сети «В контакте». Сроки за репосты тоже становятся обычным явлением.

Это страшно, и не только потому, что свобода слова священна, а соответствующие статьи УК не имеют права на существование. Это страшно потому, что на кону свобода совершенно случайных людей. Технологии правоприменения, наложенные на технологии социальных сетей, создают идеальный механизм для создания уголовных дел из воздуха и без малейших усилий.

В среднем за день «В контакте» пользуется 80 млн человек, большая часть из них живет в России. Теоретически любому из них можно сшить дело, не вставая из-за стола и не рискуя встречей с настоящими преступниками. Сотрудник полиции или регионального управления ФСБ должен только воспользоваться блестящей технологией отбора жертв, разработанной для удобства рекламодателей. Можно выбрать невиновного человека по региону проживания – чтобы недалеко ехать; по возрасту – чтобы не открыть случайно дело на несовершеннолетнего; по принадлежности к тем или иным группам, которые не понравятся судье (а судья и так поддержит обвинение с вероятностью больше 99%). По отсутствию смягчающих обстоятельств – например, у человека нет детей. По числу друзей, наконец: небольшое их количество гарантирует отсутствие общественной кампании в защиту невинно осужденного. Минута поиска – и у вас идеальная жертва. «В контакте» выгодно отличается от всех имеющихся в России социальных сетей и охватом, и качеством системы таргетирования.

Но есть еще одно свойство социального интернета, которое делает его идеальной площадкой для охоты на невиновных людей. И законодательство, и практика полностью построены на идее произвола и не могут существовать иначе. Это так, например, просто по определению слова «репост»: криминальному преследованию подвергается один из множества людей, совершивших одно и то же якобы противоправное действие. Открыть следствие в отношении всех нарушителей теоретически невозможно, а значит, произвол есть необходимое свойство системы, а не побочное следствие.

Даже теоретически существующий в России честный следователь вынужден выбирать жертву по случайному признаку: на кого напишут донос. Но что может быть проще, чем организовать донос на заказ. Среди десятков миллионов пользователей обязательно найдутся сотни тысяч тех, кто когда-то сделал резкое политическое высказывание или перепостил воинственную картинку – иногда просто потому, что залипла кнопка компьютерной мыши.

Есть люди, которые никогда не републикуют на своей странице вообще ничего, кроме рецептов вегетарианских блюд. Но и на кулинарных форумах – это хорошо известно – кипят нешуточные страсти. Любой человек, если его немного спровоцировать, способен на высказывания, которые как минимум его не красят, а как максимум попадают под экстремистскую статью УК. Высокое качество работы программистов и низкое качество работы силовиков практически гарантируют, что борьба с преступностью будет все больше смещаться в виртуальную реальность.

Автор – главный редактор Inliberty

Грезы национальной безопасности
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...i-bezopasnosti
Статья опубликована в № 4107 от 01.07.2016 под заголовком: Республика: Грезы национальной безопасности

Спецслужбы, которые борются с овощами и чатами, ненадежная защита для страны
01.07.2016

Закон о хранении пользовательских данных – из числа тех, которые можно было бы принять только из озорного какого-то эксперимента. Он настолько нелеп, неоправдан и неисполним, что даже привыкшие ко всему российские граждане уверены, что как-нибудь обойдется. Либо президент не подпишет, либо подпишет, но потеряет в Кремле, либо само рассосется. Невозможно же вправду копить годами всю ахинею, которую жители страны пересылают друг другу. Нельзя же найти где-то 20 млн лейтенантов ФСБ, чтобы искать в этой ревущей лавине цифровой информации угрозы национальной безопасности. Нельзя в 2016 г. просто так уничтожить отрасль телекоммуникаций в стране площадью 17 млн кв. км. Степень безумия этого закона такова, что с тем же успехом депутаты могли бы проголосовать вместо него за текст, написанный на древнебирманском языке, – практические последствия были бы такими же.

Но ничто в этом законе не выдает игры озорного ума, дружеского розыгрыша или социального перформанса. Это честный результат труда людей, которые призваны отвечать за нашу безопасность. Законопроект был внесен руководителем соответствующего парламентского комитета, а написан – согласны эксперты – не без помощи руководителей спецслужб. Это они искренне считают, что так обеспечивают безопасность.

Одновременно был принят еще один закон, рожденный в недрах спецслужб: запрет на использование ГМО. В пояснительной записке не приводится никаких резонов для принятия проекта, а только указано, что он разработан по следам давнего уже, 2014 г., совещания в Совете безопасности. У проекта была трудная судьба, но в конце концов его приняли – в последние дни все мечты силового лобби становятся реальностью.

По удивительному стечению обстоятельств вслед за депутатами Государственной думы свою оценку генномодифицированным организмам дали и нобелевские лауреаты по биологии, химии и физике. Они подписали открытое письмо, адресованное «лидерам Greenpeace, ООН и правительствам по всему миру». В письме они повторяют то, с чем давно уже не спорит ни один серьезный ученый: продукты, полученные в результате генной инженерии, столь же безопасны или даже безопаснее, чем продукты, полученные другими методами. Иными словами, Совет безопасности защищает нас от угрозы, которой, по мнению ста с чем-то нобелевских лауреатов, попросту не существует.

Очень плохо, что силовики борются с несуществующими угрозами, в первую очередь потому, что с реальными угрозами они, таким образом, не борются. Граждане России хотели бы, может быть, чтобы в стране было меньше насильственных преступлений и терактов, взяточничества и революций. Но спецслужбы, которые тратят рабочее время на запрет безвредных ГМО и коллекционирование переписки 146 млн ничего не замышляющих сограждан, никого никогда не защитят.

Именно потому, что все желания силовиков становятся реальностью, им не приходится ничего придумывать. Эти законы – не уловка, а честная демонстрация уровня компетентности. И судя по ним, если России, не дай бог, будет грозить революция, они не смогут ее предотвратить. Будут заняты войной с помидорами.

Автор – главный редактор Inliberty

Люди с именами покемонов
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...nami-pokemonov
Статья опубликована в № 4117 от 15.07.2016 под заголовком: Республика: Выйти из сумрака

Почему тщетны попытки выманить на свет теневую экономику
15.07.2016

Кремль, по информации Bloomberg, озаботился тем, чтобы выманить на свет несколько десятков миллионов жителей России, которые работают в сером секторе экономики, не платят налогов и не отражаются в статистике. Если цифра, о которой идет речь, – 30 млн человек – соответствует действительности, она не может не внушать уважения: во внутреннюю эмиграцию отправилось 40% трудоспособного населения страны. Обсуждая эту проблему на высоком уровне, президент признает, что меры по либерализации экономики, принятые в начале 2000-х гг., либо не сработали, либо оказались несущественными по сравнению со всем прочим. Источники агентства говорят, что на совещании особо упоминались налоги, полиция и прокуратура.

Плохая новость состоит в том, что «гаражная экономика», как ее теперь принято называть, совсем не исчерпывается мелкими производствами. Она разрастается много лет и захватывает все новые секторы. В России засекречено около 25% национального бюджета. Сделать тайными свои операции мечтают крупнейшие предприятия с государственным участием. «Роснефть» и «Газпром» постоянно пытаются расширить список сведений, которые не подлежат публикации, включая крупные контракты (некоторые из них уже засекречены), инвестпроекты и многие подряды. Не все попытки заканчиваются успехом, но менеджеры не опускают рук. Если американская мечта состоит в том, чтобы начать бизнес в гараже и через 10 лет сделать из него публичную компанию с миллиардным оборотом и открытой отчетностью, то русская велит взять публичную компанию с миллиардным оборотом и спрятать ее в гараж. С маленьким кустарным бизнесом сделать это, конечно, чуть проще, чем с нефтяной компанией.

Помимо неформальной и засекреченной экономики есть и настоящий сумрак. Там скрываются владельцы сотен панамских офшоров. Там находятся люди, которые записаны в базе Росреестра как ЛСДУ3 и ЙФЯУ9. Они так хорошо спрятались, что ни один экономист и ни один орфоэпический словарь вам не скажет даже, как правильно: «лсдуз» или «эльэсдэу-три». Росреестр смирился с теневой экономикой и фактически ее благословил.

Участники совещаний в Кремле тешат себя, наверное, мыслью, что уж они-то, если понадобится, смогут выяснить, кто такой ЛСДУ3. Что у них есть инструменты расширенной реальности: они могут навести объектив на торговый центр или земельный участок – и на нем, словно покемоны в модной теперь игре, появятся очертания истинных хозяев. Но этот метод работает, когда исключений немного, а когда их десятки тысяч, большинству из них гарантировано комфортное существование. После того как сумрачная жизнь институционализировалась, ее уже не вернуть на свет.

Мелкие предприниматели, даже серые, не скрывают ни своего места жительства, ни своей скромной собственности и могут легализоваться в любой момент. Они точно не представляют угрозы для будущего страны. А вот люди с именами покемонов и хотели бы выйти из сумрака, но уже не вполне понимают, как это сделать. Именно поэтому их сограждане и прячутся от них по гаражам.

Автор – независимый обозреватель

Рациональное недоверие
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...lnoe-nedoverie
Статья опубликована в № 4137 от 12.08.2016 под заголовком: Республика: Рациональное недоверие

Как президент и спецслужбы приучили нас им не верить
12.08.2016

Российские спецслужбы уверяют, что украинская разведка готовила теракты в Крыму. Существует микроскопический шанс, что это так, но рациональное поведение требует исходить из того, что обвинения эти выдуманы.

Сообщение о странных событиях поступило от Федеральной службы безопасности. Это уже красный флажок: поскольку ресурсом спецслужб служит таинственность и неподотчетность, они никогда не могут сами по себе быть достоверным источником информации. (Сказанное в полной мере относится и к Службе безопасности Украины. Когда две спецслужбы призывают поверить им на слово, не стоит верить ни одной из них.)

ФСБ нередко рассказывает публике о терактах и террористических группах украинского происхождения, но раз за разом эти сообщения либо не получают независимых подтверждений, либо и вовсе оказываются полным пшиком. В апреле 2014 г. ФСБ уже заявляла об аресте 25 человек, которые готовили теракты в семи регионах России, – обвинений никому предъявлено не было, троих просто выдворили из страны.

Вывод о виновнике нынешнего предполагаемого теракта спецслужбы сделали крайне быстро. Если бы свидетельства вины были столь неопровержимы, что разрешили все возможные сомнения за три дня, их бы представили публике.

Окончания подробного расследования не стал ждать и президент и объявил об отмене встречи в «нормандском формате». Такая поспешность сама по себе подозрительна. Нашей стране приходилось даже развязывать войны после выдуманных атак несуществующего противника, и ничто в действиях и словах Владимира Путина не позволяет судить, что он не приемлет таких методов.

Наконец, поскольку предполагаемые события случились в Крыму, трудно не вспомнить, что конкретно применительно к военным действиям на полуострове президенту уже приходилось публично вводить общество в заблуждение – и публично в том признаваться без малейших следов раскаяния: когда он сначала отрицал, а затем признавал участие российских войск в операции по присоединению Крыма. Это значит, что президент либо не слишком правдив, либо считает допустимым лгать в политических целях. Не известно, что хуже.

Убедительные свидетельства правоты российского государства теоретически могут появиться в дальнейшем – но пока их нет, а суровые внешнеполитические последствия уже наступили. Опыт последних лет должен подсказывать гражданам, что громкие заявления последних дней выдуманы – такова, по меньшей мере, должна быть презумпция.

Даже частичных свидетельств в пользу версии ФСБ будет недостаточно, чтобы отказаться от этого вывода. Возможно, где-то в районе Перекопа была перестрелка, но это не значит, что она была следствием планировавшегося украинскими спецслужбами теракта, а не, скажем, бытовой ссоры. В политических вопросах частичная правда не отличается от стопроцентной лжи.

Не очень просто приучить себя не верить ни единому слову людей, которые отвечают за безопасность страны, – руководителей спецслужб и верховного главнокомандующего, – но, к сожалению, это рациональное поведение.

Автор – журналист

Контроль без ответственности
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...tvetstvennosti
Статья опубликована в № 4147 от 26.08.2016 под заголовком: Республика: Контроль без ответственности

Российское государство хочет подчинить себе все, но незаметно
26.08.2016

В журнале РБК вышло большое расследование про частную военную компанию (ЧВК), которая якобы выполняет на стороне российской армии деликатные военные задачи в Сирии. Главное открытие журналистов состоит в том, что эту организацию едва ли можно назвать компанией, тем более частной. По мнению источников РБК, она не ставит перед собой цели зарабатывать деньги, пользуется ресурсами Министерства обороны и обслуживается армейскими структурами. Ее сотрудники считают себя не циничными наемниками, а солдатами на службе родины. Их можно понять: российский Уголовный кодекс прямо запрещает создание ЧВК, как и Конституция страны (ст. 13 ч. 5).

Причины, по которым многие правительства обращаются к помощи ЧВК, понятны, отвратительны и не имеют никакого отношения к эффективности ведения войн. Политики просто не хотят нести ответственности ни за гибель государственных служащих ради сомнительных целей, ни за военные преступления, с которыми не находят мужества бороться.

Вся эта конструкция, впрочем, имеет смысл только тогда, когда наемники являются наемниками и не встроены в государственный аппарат. По очевидной причине: руководители организации несут ответственность за то, что находится под их контролем, и не несут ответственности за то, что им неподвластно. В политических целях слова «ответственность» и «контроль» можно считать синонимами. Российское же государство раз за разом пытается решить совершенно шизофреническую задачу: подчинить себе каждый чих и одновременно сделать вид, что оно не при делах.

Создатели этой схемы всерьез думают, что им удастся усидеть на двух стульях – и не платить по своим счетам, и не рисковать излишней самодеятельностью на местах. Но платить придется, причем дважды. С одной стороны, возможности контролировать даже декоративную частную компанию действительно ограничены, с другой – даже частичный контроль не позволяет убедительно притворяться, что Россия ни при чем. Не только на международной арене, но и внутри страны: ни сирийцы, ни ветераны сирийской кампании, ни родственники погибших там солдат не согласятся считать этих людей наемниками.

Все это относится не только к сирийской войне – на Украине было то же самое – и не только к войне. Жертвой того же самого шизофренического стиля управления стали недавно русские спортсмены. Их наказали не за то, что они принимали допинг, а за то, что спортивные федерации были фактически национализированы, а допинг из частной проблемы стал государственной. В этом не было никакого смысла, только слепое желание все проконтролировать.

Тот же принцип описывает и российские госкомпании, которые, с одной стороны, являются государственными, а с другой – не являются таковыми и, значит, могут уничтожать акционерную стоимость, платить своим менеджерам любые зарплаты и участвовать в приватизации.

Демонстративная любовь к микроменеджменту и паническая боязнь брать на себя ответственность, т. е. политическая трусость, – неотъемлемые свойства высшей российской власти. И за последние два года в мире почти не осталось людей, которые бы в этом сомневались. Так что создавать ЧВК уже не нужно: это никого не обманет.

Автор – журналист

Пик Володина
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...5-pik-volodina
Статья опубликована в № 4167 от 23.09.2016 под заголовком: Республика: Пик Володина

Как относиться к статистическим аномалиям на парламентских выборах
23.09.2016

Каждые выборы в России порождают новые статистические аномалии. Вот очередной анекдот: в Саратовской области, которая считается вотчиной Вячеслава Володина, больше 100 участков отдали «Единой России» ровно 62,2% голосов. Каждый 10-й бюллетень в области был подан на одном из этих удивительных участков. Голоса за остальные парламентские партии тоже сбивались в кучу: на тех же самых подозрительных участках КПРФ практически без исключений получала 11,7–11,8%. Эта статистическая аномалия повеселила не только наблюдателей, но и Володина: его региональная группа получила 10 мест в парламенте, обойдя даже Татарстан и Кемерово с Алтаем, другие аномальные территории.

Избирком Саратовской области назвал этот результат «математическим совпадением». Чиновники полагают такой ответ непробиваемой защитой: совпадения случаются, даже такие невероятные, и отвергать их с ходу нельзя. Адвокаты гипотезы о честных выборах настаивают, что сколь бы невероятным ни было такое событие (особенно замечательное тем, что подозрительные участки концентрируются не просто в области, а в самом городе Саратове), его недостаточно для отмены выборов. Они, безусловно, правы.
Самая низкая явка, 62,2% «Единой России» в Саратове, 96,3% в Чечне и другие особенности голосования

Центральная избирательная комиссия оказывается в непростой ситуации: с одной стороны, статистическая аномалия мешает гражданам поверить в честность выборов, с другой – этого недостаточно, чтобы отменить результат голосования. Но трудность эта обманчива: задачи такого рода каждый день решают люди, занятые в самых разных сферах деятельности.

Случается, например, такое, что коэффициент на гостевую победу аутсайдера в букмекерской конторе опускается до единицы. Кто-то совершенно точно знает, что слабая команда победит на выезде. Это не значит с логической неизбежностью, что матч будет договорным, но на всякий случай букмекеры предпочитают не принимать ставки на такие матчи.

Или другой пример. Кто-то сел играть в покер в казино и 52 сдачи подряд получил по паре королей. Это всего лишь невероятное событие, примерно как на выборах в Саратове, но все рациональные люди вокруг, включая владельца казино, постараются больше не иметь с этим человеком никаких дел. Сделал ли он что-нибудь плохое? Мы не знаем: сперва нужно провести расследование, устроить разбирательство и совершенно увериться в том, что дело и впрямь нечисто. Но можем ли мы, с другой стороны, сделать вид, что ничего не случилось? Тоже нет.

Как должен поступить ЦИК, поглядевший на цифры из Саратова? Начать масштабное расследование, послать в город независимую комиссию и опросить тысячи свидетелей, запросить все мыслимые аудио- и видеозаписи, не подводить до прояснения событий официальных итогов выборов в регионе. Если Элла Памфилова поверит объяснениям своих поволжских коллег, она уподобится казино, которое безропотно позволяет одному из игроков получить 104 короля подряд.

Маловероятные события не доказывают наличия подтасовок, но вот полное отсутствие удивления перед лицом таких событий – вполне достаточный повод считать, что фальсификации были.

Автор – журналист

Невидимый Кремль
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...evidimii-kreml
Статья опубликована в № 4187 от 21.10.2016 под заголовком: Республика: Невидимый Кремль

Как и от кого прячется власть
20.10.2016

В последние месяцы вокруг Кремля начали сходить с ума системы позиционирования. Автомобили и телефоны начинали считать, что они находятся в аэропорту «Внуково». Эта удивительная аномалия имела, конечно, последствия: мобильные приложения такси выставляли клиентам большие счета (за дорогу из аэропорта), а то и вовсе не могли подать машину – некуда.

В какой-то момент менеджер «Яндекса» Григорий Бакунов взял несколько приборов GPS и «Глонасс», анализатор частот и исследовал феномен на местности. По результатам исследования получается, что где-то в Кремле, похоже, находится прибор, который подменяет сигнал устройств на гражданских частотах, выдавая себя за навигационный спутник. Этот хакерский прием называется спуфинг, и хотя об экспериментах с его применением известно давно, ярких примеров использования практически не было. Бакунов предполагает, что «Внуково» на месте Кремля появилось затем, чтобы отпугивать беспилотники: производители запрещают им летать в аэропортах. Эта версия представляется правдоподобной еще и потому, что любой пилотируемый – даже удаленно – транспорт легко обнаружит Кремль с помощью спутниковой навигации или без нее.

О практическом смысле нововведения говорить не приходится: хочется верить, что безопасность президента ядерной державы не слишком зависит от того, способен ли китайский дрон сфотографировать Красную площадь. Вред от глушилки при том очевиден. Пострадали не только таксисты и их клиенты, но и туристы, потерявшие возможность найти памятник ЮНЕСКО, которым все еще является Кремль, и вообще все водители, не способные теперь воспользоваться навигаторами.

Гораздо важнее, впрочем, символическое значение происходящего. Российское государство прячет не шахту с баллистической ракетой, не потаенный военный НИИ, а Кремль. Со скидкой на цифровую эпоху можно считать, что власть в нашей стране спряталась в домик. И не просто прячется, но делает это принципиально не приличествующим ей хакерским способом.

Уверенный в себе суверен не опустился бы до такой мелочности. Запрет на полеты в Кремле – даже бессмысленный и вредоносный – заслуживал быть законом. Не потому, что так эффективнее или страшнее, а потому, что хотя бы на один клочок земли должен же распространяться суверенитет, хоть где-то должны уважать писанный российским государством закон. Но в Москве и так действует фактический запрет на беспилотные аппараты, столь же недейственный, сколь и всеохватный (чтобы согласовать полет дрона, надо получить больше дюжины разрешений от ФСБ, Росавиации и других организаций).

Чтобы сильнее унизить российское государство, надо было бы разве что физически укрыть Кремль маскировочной сеткой и засыпать еловым лапником.

Автор – редактор «Секрета фирмы»

Непридуманная стратегия
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...aya-strategiya
Статья опубликована в № 4206 от 18.11.2016 под заголовком: Республика: Непридуманная стратегия

Развитие страны определяется развитием «Роснефти»
18.11.2016

На следующий день после того, как в офисе «Роснефти» при очень странных обстоятельствах был задержан, а позже по абсурдному обвинению арестован министр экономического развития Алексей Улюкаев, его бывший начальник Алексей Кудрин опубликовал (с соавторами) в РБК программную статью «Дорога к будущему: зачем России стратегия долгосрочного развития». Сложившаяся практика написания таких текстов предполагает, что два процесса разворачивались некоторое время параллельно: пока одни люди готовили посадку министра, другие формулировали планы развития страны на многие годы вперед. Те и другие не подозревали, скорее всего, что представят результаты своего труда практически одновременно.

«Схлопывание горизонта планирования – последствие ряда шоков в жизни двух последних советско-российских поколений», – считает Алексей Кудрин (с соавторами). Если он прав, то горизонт только что стал еще ближе. Председатель правительства Дмитрий Медведев назвал дело против министра «экстраординарным событием», а руководитель «Роснано» Анатолий Чубайс и глава Сбербанка Герман Греф признались, что оно стало для них шоком. Вот три человека, которые вроде бы берут на себя ответственность за экономическое будущее страны, но не понимают, что происходит в настоящем.

Последние события подсказывают, что стратегии развития России нет смысла придумывать (их и так уже придуманы многие дюжины). Писать стратегии могут люди, которые влияют на происходящее. А прочим остается только наблюдать и пытаться угадывать, в чем состоит план.
Суд оставил Алексея Улюкаева под домашним арестом на два месяца

За кем наблюдать – ясно: за самой «Роснефтью» и ее менеджментом. Это единственная сила, у которой есть ясная цель (рост добычи и выручки любыми средствами) и которая быстро или медленно, но всегда поступательно ее реализует, трудолюбием или удачей. Выручка «Роснефти» увеличилась с 2002 г. в 30 раз, в первую очередь – за счет серии невероятно сложных и не вполне дружественных поглощений. В процессе роста компании под уголовное преследование попали один министр и несколько миллиардеров из разных финансово-промышленных групп. Менеджменту противостояли и конкуренты, и политики, и собственные миноритарии; компания, будучи одновременно и публичной и государственной, несла все это время на себе двойной груз ответственности и отчетности. Уровень долга временами достигал значений, с которыми едва ли смирились бы акционеры любого другого нефтяного бизнеса. Наша страна переживала неожиданные финансовые кризисы и внезапные войны, прошла через несколько выборных циклов, изменилась до неузнаваемости. Даже Владимир Путин успел за эти годы изменить своим прежним идеалам и поменять вектор политической жизни страны, но «Роснефть» верна себе и оставляет далеко позади всех конкурентов, даже из госкомпаний.

Ни цели, ни методы, ни результаты за все это время не изменились настолько, что можно подумать, будто бы все эти события и есть настоящая стратегия развития России, а все остальное – досадные обстоятельства. В разгар войны в Донбассе, сразу после введения санкций, нельзя было предсказать ничего, но в одном наблюдатели сходились: «Башнефть», у которой только что арестовали владельца, с большой вероятностью станет частью «Роснефти». Про Донбасс почти не вспоминают, а уверенность себя оправдала.

Если представить себе на секунду, что история «Роснефти» – результат стратегии, придуманной много лет назад, то траектория развития нашей страны в ближайшие годы столь же предсказуема, сколь и трудно вообразима. Потому что целей становится все меньше, а средств – все больше. Ни один министр не в силах помешать плану.

Автор – редактор «Секрета фирмы»

Хорошие новости плохой пятилетки
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/blo...sti-pyatiletki
Статья опубликована в № 4216 от 02.12.2016 под заголовком: Республика: Повод для оптимизма

Как кризис государства привел к расцвету общественной жизни

02.12.2016

Пять лет назад, 4 декабря 2011 г., случились выборы VI созыва Государственной думы, отмеченные множеством нарушений. Вечером на следующий день несколько тысяч человек, возмущенных подтасовками, вышли на Чистопрудный бульвар. С этого момента можно отсчитывать начало нового периода нашей истории. Все, что случилось позднее, – болотное дело, репрессии, войны, санкции – идет из тех событий.

За пять лет появилась безумная нормативная база, превратившая митингующих в уголовников, а некоммерческие организации в иностранных агентов, Россия поучаствовала в двух войнах, поссорилась со всем миром и посадила в тюрьму несколько сотен ни в чем не виноватых людей; политическая власть консолидировалась, а экономика национализировалась и притормозила настолько всерьез, что в возобновление роста не верят даже чиновники.

Кажется, в этом списке немного поводов для радости, но большинство дурных примет последнего времени связаны с работой государственных механизмов и эффектами «большой политики». За пределами этого освещенного круга можно найти неожиданно много поводов для оптимизма.

Давно замечено (об этом писала, в частности, социолог Элла Панеях), что государство в России хуже, чем общество: качество управления в стране не дотягивает до уровня, который можно было бы предсказать, исходя из доходов, связей, уровня образования и талантов ее жителей. Декабрь 2011 г. был моментом фиксации этого ощущения. Можно предположить, что осознание этого факта позволило как государству не замечать в последние пять лет многие общественные институты, особенно критически относящиеся к проводимой властями политике, так и многим общественным институтам развиваться так, будто государства вовсе не существует. И если первое явление было описано со всех сторон, то второму явно уделяется слишком мало внимания.

За пять лет практически любая область общественной жизни стала неузнаваемо лучше, несмотря и вопреки параллельной деятельности государства. Ассоциация наблюдателей «Голос» или общество «Мемориал» превратились в иностранных агентов, но деятельность, которой они мужественно продолжают заниматься, разрастается и приносит плоды. Число пожертвований и волонтеров в третьем секторе, посещаемость и обилие «неполитических» публичных мероприятий, способность к координации на самом низком, муниципальном уровне, скорость обмена информацией и способность обсуждать темы вроде домашнего насилия, прежде столетиями не попадавшие в поле дозволительной публичной дискуссии, – все это растет в России, как никогда прежде. Даже сам интерес к сознанию граждан выбрался за пределы опросов общественного мнения и академической среды.

Все пять лет, что эффективность правления в России падала, эффективность граждан в самых разнообразных сферах продолжала расти. Свидетельством этого служит отчасти тот факт, что само государство пытается воспроизвести магию частных ассоциаций при помощи административных методов. Но государство это когда-нибудь кончится, а опыт коллективного действия, поступательно прирастающий все эти годы, останется с нами. Это хорошая новость.

Автор – редактор «Секрета фирмы»

Активисты по умолчанию
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...po-umolchaniyu
Статья опубликована в № 4226 от 16.12.2016 под заголовком: Республика: Активисты по умолчанию

Преодоление бюрократического абсурда в публичной плоскости
16.12.2016

История с Европейским университетом, у которого отозвали образовательную лицензию по смехотворному поводу и вернули ее только после вмешательства главы государства, была бы совершенно позорной даже в том случае, если бы мы ничего не знали об обстоятельствах дела, а знали только, что по любым формальным основаниям можно испортить жизнь тысячам людей, заставить их нервничать и перекраивать планы. Но детали еще хуже: один из лучших и самых эффективных университетов страны, задающий планку образовательных стандартов и исследовательских работ, чуть не лишили возможности работать из-за того, например, что в нем среди преподавателей политологии нет достаточного числа людей с доказанным отсутствием академического интереса к политической теории. Это не шутка.

Сейчас проблема вроде бы решена, и, значит, можно подумать о том, как можно было бы не допустить ее повторения в будущем. В частности, было бы полезно решить, кто именно столкнулся с «проблемой». Хочется сразу же признать, что Европейский университет (ЕУ), но эта интуиция описывает грустную реальность, а не возможные альтернативы, к которым стоило бы стремиться.

Ситуация выглядит так: неизвестный чиновник настаивает на соблюдении известной организацией некоторого закона, и в результате наступают очень плохие последствия. Общество вынуждено разбираться с последствиями, а для этого придется решить, кто виноват. Варианта три: организация, чиновник или закон. Первый вариант и является, собственно, российской нормой – опыт подсказывает, что университету придется устранять «недостатки», закон не изменят, а чиновник не потеряет работы. Но ведь есть и другие два.

Теоретически можно представить себе, что в некотором обществе чиновников, парализующих деятельность лучших университетов страны, увольняют с волчьим билетом. Можно представить себе и общество, которое защищает своих чиновников. В таком обществе, вероятно, виновным признали бы закон – и соответствующим образом его изменили. Нетрудно заметить, что только эти два пути ведут к прогрессу: качество управления и качество жизни меняются к лучшему только в том случае, когда чиновники, не пекущиеся об общем благе, лишаются кресел, а законы, не отвечающие интересам граждан, переписываются. На этой идее построены активистские практики: большинство людей не замечают абсурдности закона или произвола чиновников, пока какой-нибудь смелый человек не явит их миру, рискуя штрафом или свободой.

В России чиновники и законы настолько странны и непогрешимы, что любая организация, любой бизнес и каждый отдельный человек по факту назначены активистами. В этих обстоятельствах выигрывают те, кто принимает эту роль, например переводя свои конфликты с законом и чиновниками в публичную плоскость. Возмущение, вызванное отзывом лицензии, было связано даже не с подозрением, что преследование ЕУ политически мотивированно, а самой абсурдностью формальных претензий, названных его сотрудниками. Явленный абсурд верно указывает, у кого проблемы: у Рособрнадзора и закона, а не университета. Никто не хочет признать себя активистом, но это самая выгодная и самая верная позиция.

Автор – редактор «Секрета фирмы»

Расширенная версия. Первоначальный опубликованный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)

Вместо правды
 

http://www.vedomosti.ru/opinion/colu...-vmesto-pravdi
Статья опубликована в № 4240 от 13.01.2017 под заголовком: Республика: Вместо правды

За год после правды мы узнали гораздо больше правды о мире
13.01.2017

Кабы не начало января, на эту дискуссию едва ли обратили бы внимание, но в мертвый сезон ее обсуждали: два политолога поспорили о том, как называть сложившуюся в России политическую систему: электоральным авторитаризмом или гибридным режимом. Даже для обывателей, свободных от необходимости соблюдать точность терминологии, дебаты не лишены смысла. Первый взгляд уподобляет государственные институты пустым конструкциям, в большой степени лишенным собственного содержания, второй представляет их самостоятельными сущностями, которые могут использоваться властью, но только в определенных пределах. Такая картина мира вроде бы жизнерадостнее.

В США в то же самое время шел – и продолжает идти – еще более громогласный спор, далеко выходящий за пределы профессиональной политической науки. Оптимисты (среди пишущих людей они в меньшинстве) полагают, что избрание Дональда Трампа – нормальный демократический процесс, а потенциально разрушительные результаты его правления будут смягчены развитыми политическими институтами. Пессимисты уверены, что механизм, приведший Трампа к власти, есть искаженная демократия, а существующие государственные институты – явно недостаточная страховка от возможного ущерба.

Природа российской власти может вызывать ожесточенные споры у профессионалов, но за пределами академии, в бытовых целях, не вызывает больших разногласий. По всему миру в то же время идут споры о вещах куда более бесспорных: что такое демократия, можно ли переголосовать референдум, чего стоит избирательная система, отработавшая больше 200 лет. Идут уже 2000 лет, но теперь возобновились с новой страстью. Содержание самых базовых политических понятий дискутируется заново.

Принято считать, что причиной тому стало наступление «эпохи после правды», в которой все относительно, любой человек вне зависимости от уровня образования и степени интеллектуальной ответственности имеет право на равноценное высказывание. Согласно этой популярной точке зрения, мир изменился, люди перестали справляться с потоком информации и в результате сложившиеся политические институты перестали выполнять свои функции. Их надо перенастраивать.

Можно было бы согласиться с этой теорией, если бы за истекший год «после правды» мы не узнали гораздо больше правды о мире, вполне полновесной и не вызывающей сомнений. Обнаружили, что общеевропейское будущее стоит на шатких опорах, что в США есть 40 млн людей, которые не считают, что демократически избранная власть их представляет, что есть еще 40 млн человек, которые, оказывается, не слишком верили в собственные институты – просто раньше как-то не было повода об этом сказать вслух. Все эти знания были получены при помощи тех будто бы несовершенных политических механизмов. Даже противники Трампа потеряли за последний год что угодно, кроме новой и неожиданной информации о мире.

Спор политологов, без сомнения имеющий ценность, будет однозначно разрешен только тогда, когда в России наступит собственная «эпоха после правды». Пока природа и степень устойчивости режима являются предметом академических дискуссий, мы знаем об этих предметах очень мало.

Автор – редактор «Секрета фирмы»

Люди с зелеными лицами
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...lenimi-litsami
Статья опубликована в № 4316 от 05.05.2017 под заголовком: Республика: Люди с зелеными лицами

Как маркировать противников и сторонников
05.05.2017

Фотографии Алексея Навального с зеленым лицом – главная картина последних недель. Нападения происходят так часто, что уже невозможно делать вид, что это не часть государственной политики (или развал государства). Зеленка – зримое, куда уж зримее, свидетельство и беспомощности политической власти в России, и снижения уровня того, что прежде с некоторой натяжкой можно было назвать дискуссией. Но у зеленки есть и еще одно важное, совсем не только символическое значение.

Большая проблема цивилизованной политической оппозиции состоит в том, что оппоненты власти никак не маркированы. Нет никакого способа отличить нормального человека от человека с политическими амбициями. Водораздел проходит не по цвету кожи, не по национальности или наблюдаемым религиозным предпочтениям, а по убеждениям самого широкого свойства. Нельзя же на вид отличить сторонника присоединения Крыма или любителя коррупции от противника того и другого. Все четыре группы людей, разделенных этими признаками, выглядят почти одинаково.

Внутренней политикой в администрации президента занимается человек, много лет перед тем возглавлявший атомную отрасль. Можно представить себе, что для внутренних целей он пользуется метафорой радиации – смертельное излучение тоже не видно глазом. Радиоактивный образец не искрит, не шумит, из него не валит желтый дым. Зеленка в этом сугубо гипотетическом рассуждении могла бы служить своего рода знаком радиоактивности, отличающим невинный кусок металла от смертельно опасного. Помимо того что сам Навальный страдает от химических ожогов, каждый человек может издали понять, что не стоит подходить к опасному человеку – убьет.

Не обсуждая очевидную амо*ральность такой политики, нельзя не обратить внимания людей, ее проповедующих, на одно важное из нее следствие. Любой маркер идентичности, достаточно действенный для выполнения своих функций, работает в обе стороны. Если потенциальные противники политика, облитого зеленкой, издали его видят и учатся не приближаться, то для потенциальных сторонников он, напротив, служит аттрактором. Спор мировоззрений превращается в суррогат гражданской войны, в которой стороны разделяет не гражданская позиция, а – буквально – цвет кожи.

Сторонникам Навального маркировка полезна в той же мере, что и противникам. Стремление покончить с самыми беспардонными случаями коррупции не написано на лице в отличие от зеленки. Главный актив держателей политического офиса – это неосознанный масштаб общественной поддержки любого независимого политика. Никто не будет нарушать нормальное течение своей жизни и переходить к более заметным, а потому более рискованным действиям, не обладая уверенностью в том, что его поддерживает значительная часть населения. Население – как это часто бывает в автократических странах – не спешит рассказывать в опросах о своих истинных предпочтениях. Из этого порочного круга нет выхода, пока не появится хороший внешний признак политической принадлежности.

Неизвестно, когда и как сменится в России политическая власть, но можно предположить, что люди, которые ее сменят, будут уже сами мазать себя зеленкой. И хочется верить, что они как следует проверят безопасность атомных станций – если их строили так же вдумчиво, как кроят теперь внутреннюю политику РФ, никто не может чувствовать себя вполне безопасно.

Автор – независимый журналист

Зачем Алишер Усманов пришел к Алексею Навальному
 

Статья опубликована в № 4324 от 19.05.2017 под заголовком: Республика: Спор за аудиторию

Оппоненты апеллируют к одной и той же аудитории
18.05.2017

Полемика Алексея Навального и Алишера Усманова замечательна не только содержанием, но и формой. Довольно громкий спор, заслуживающий внимания центральных СМИ, происходит не в суде, который еще не скоро примет решение, и не на первой кнопке, а в интернете – у политика собственный YouTube-канал, у бизнесмена – страница во «В контакте». И если со стороны Навального это понятный шаг – доступ к самым массовым медиа ему закрыт, то почему Усманов, успешный магнат, которому с удовольствием предоставили бы эфир где угодно, поступает так же, можно только задуматься.

Оппоненты, как это всегда бывает в политических дебатах, апеллируют не друг к другу, а к аудитории, причем одной и той же аудитории. «Ваше мнение мне важнее, чем любой суд», – говорит Навальный. «Я решил сделать видеообращение к тем людям, которые, возможно, пока еще думают, что ты [т. е. Навальный] говоришь правду. Их мнение для меня важно», – вторит ему Усманов. Эти фразы – единственная точка согласия между двумя людьми, не согласными между собой более ни в чем. Есть какие-то люди, достаточно уважаемые, чтобы с их мнением считались и богатейшие люди России, и оппозиционные политики; эти люди не поверят ни решению суда, ни государственным телеканалам, а может быть, просто их не смотрят – иначе с чего бы выкладывать важное обращение на свою страницу в социальной сети.

Русское медиапространство построено на идее, что информация ищет людей, – захватите первую кнопку, возьмите большой громкоговоритель, и ваши идеи найдут свою аудиторию. На деле все не так: это люди ищут информацию и, если не могут ее найти в одном месте, идут в другое. Именно поэтому интернет победил телевизор, а совсем не потому, что YouTube предлагает невиданные новые форматы новому поколению с клиповым мышлением. Интернет победил еще и суд, который тоже должен был бы в нормальных обстоятельствах выполнять функцию информирования населения, отвечая заинтересованным наблюдателям на вопрос «кто виноват?». Но не выполняет: Усманов понимает это так же хорошо, как и Навальный, иначе не стал бы до начала судебного заседания осваивать новые медийные жанры.

Если что-то и объединяет двух оппонентов, так это поразительное медийное чутье. Усманов заработал большие деньги инвестициями в Facebook: он одним из первых поверил в стремительный взлет новых платформ. Навальный за смешные деньги построил самый эффективный медиахолдинг в стране. Он даже в последнее время перестал появляться в эфире независимых телеканалов и радиостанций, мотивируя это тем, что его собственная аудитория больше и ценнее. И оба они сходятся в том, что всемогущий телевизор влияет только на те мнения, которые никому не нужны. Традиционные каналы распространения информации окончательно коммодитизировались и ничего не стоят, продавать можно только осмысленное содержание.

Именно поэтому Навальный и публикует критический ролик Усманова в собственном блоге: ему не хотелось бы, чтобы зрителям пришлось искать важную информацию где-то еще. Именно поэтому могущественный медиамагнат Усманов вынужден публиковаться у своего оппонента.

Автор – независимый журналист

Мэрия не предупреждает
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...preduprezhdaet
Статья опубликована в № 4334 от 02.06.2017 под заголовком: Республика: О чем предупреждает мэрия

Москва тратит 11 млрд рублей на бесполезные средства информации
01.06.2017

На этой неделе в Москве и области случилась буря – и оказалось, что ни МЧС, ни городские власти не умеют или не хотят предупреждать граждан о ее приходе; погибло 16 человек. После этого вновь заговорили о том, что система предупреждения о чрезвычайных происшествиях в городе не работает. Справедливое возмущение возникло потому, что в этот раз менеджерский провал, в том числе Сергея Собянина, стоил людям жизни и здоровья. Но куда важнее, что это не разовая оплошность, а вполне систематический подход к управлению городом.

За последние шесть дней случилось четыре события, о которых город должен был адресно и массовым образом предупредить своих жителей. В воскресенье проводили велопробег – ради этого перекрыли весь центр. В понедельник пришла буря. Кроме того, в течение недели по всему мегаполису перекапывали улицы и отключали горячую воду. О скольких событиях мэрия должным образом предупредила горожан?

Правильный ответ – с натяжками – только об отключении воды. Чистоплотный человек может зайти на специальный сайт, вбить свой адрес и узнать, когда ему надо бежать из дома. Все остальные события, считает мэрия, совершенно не заслуживают того, чтобы о них кому-то рассказывать. То есть, может быть, мотивированные люди могли бы и о них узнать, проявив настойчивость, любопытство и изобретательность, но руководство мегаполиса в отличие от администрации совхоза не имеет права на это полагаться. Про перекрытие улиц и бури надо сообщать при помощи sms и социальных сетей, растяжками и билбордами, а если понадобится – рекламными блоками на радио.

Может быть, у Москвы нет на это денег? В городской бюджет этого года заложено 11,3 млрд руб. на поддержку разнообразных медиа. Это больше, чем Москва тратит на собственно менеджмент чрезвычайных ситуаций (около 10 млрд), в 3 раза больше, чем на «скорую помощь», и в 5 раз больше, чем на всю судебную систему в регионе. Средства массовой информации по определению нужны для того, чтобы массово информировать людей о важных вещах. Было бы разумно и ответственно потратить эти деньги на массовое информирование горожан о бурях, пробках и перекрытых улицах, а не на репортажи о том, как Собянин посетил очередной детский садик.

Бесконечные районные газеты и телеканалы с рейтингами в районе нуля, на которые расходуются наши налоги, не могли бы при всем желании выполнить функцию экстренного предупреждения граждан: никому давно уже не приходит в голову искать там полезную информацию. Но есть и другие пути. Например, город Москва тратит деньги на рекламу в Facebook своего сервиса «Активный гражданин». Неужели нельзя было потратить крохотную часть из этих 11,3 млрд на то, чтобы поместить там баннеры с действительно важной информацией? Или потратить 0,01% этой суммы на зарплату менеджера, который договорился бы с социальными сетями бесплатно? Это совсем нетрудно: «В контакте», например, теперь спасает мэрию от позора, самостоятельно рассылая пользователям штормовые предупреждения. Ни одна частная радиостанция не откажется передать важное обращение городских властей.

Если мэрия многомиллионного города не может за 11 млрд руб. предупредить людей о наступающей буре, такая мэрия ни за чем не нужна.

Автор – независимый журналист

Лотерея справедливости
 

Статья опубликована в № 4343 от 16.06.2017 под заголовком: Республика: Лотерея справедливости

Что общего у протестного митинга и президентской прямой линии
15.06.2017

По всем внешним признакам прямая линия с президентом и протестный митинг полностью противоположны друг другу. Прямая линия обставлена лестью и проходит по спланированному сценарию, митинг начинается гневом, а заканчивается самым непредсказуемым образом. Участники прямой линии бывают счастливы, а митингующие всегда возмущены. Но между этими жанрами куда меньше различий, чем видно глазу.

Что двигает человеком, который пробивается на прямую линию с президентом? Скорее всего, возмущение несправедливостью или попытка ее исправить. Самые запоминающиеся моменты общения власти с народом идут по одному сценарию: Владимир Путин мановением руки исправляет несправедливость, затронувшую человека. Наркотический эффект прямой линии в том и состоит, что царь Соломон или Гарун аль-Рашид появляется, словно бог из машины, и восстанавливает справедливость. Классический сказочный сюжет. Потому авторитарные правители и любят этот жанр (Уго Чавес проводил еженедельную телепередачу): верховная власть становится воплощением справедливости.

В некотором смысле мы наблюдаем лотерею: тысячи людей жалуются властям на чудовищные нарушения, на невыполнение обязательств, некоторые из них (несколько десятков из миллионов) выигрывают заветный билет – возможность пожаловаться в прямом эфире – и их беды растворяются в одночасье. Но телезритель видит только тех, кто уже выиграл в лотерею. Большинство жалоб остаются без ответа – за несколько часов в год невозможно восстановить справедливость повсюду. Наверное, прямые линии делают мир лучше, но сам способ безнадежно устарел. Можно представить себе 140-миллионную страну, в которой пенсии или выплаты пострадавшим от наводнения проводятся с помощью лотереи, – захочется ли кому-нибудь в ней жить? Даже если с лотереей лучше, чем без нее.

Что выводит человека на митинг? То же самое. С ним обошлись не по-человечески, он хочет получить свое воздаяние. В большинстве случаев его требования не будут выполнены, но маленький шанс есть – например, безумный закон о сносе жилья в Москве довольно сильно улучшился в результате протестов. Для рационального человека нет никакой разницы между челобитной на прямой линии и протестным плакатом, он воспользуется и тем и другим, чтобы восстановить справедливость. Этот человек уже писал жалобы в муниципалитет, в мэрию своего города, возможно, судился с государством и проиграл. Каждое его действие равно стоило времени, денег и сил – писать жалобы в России не менее рискованное и куда более трудоемкое дело, чем ходить на митинги.

Рваные кадры разгона протестных митингов и срежиссированные мизансцены общения президента с народом выглядят по-разному, но мораль одна и та же: проблема будет решена только тогда, когда о ней узнает вся страна. С точки зрения обиженного гражданина или обидевшего его чиновника, между двумя этими способами коммуникации нет никакой разницы. Наше государство становится все менее управляемым, и важность прямых линий возрастает, как и протестная активность. И прямые линии точно так же, как и разогнанные митинги, приближают, а не отдаляют социальный взрыв: никому не хочется разыгрывать справедливость в лотерею.

Автор – независимый журналист

Навальный в телевизоре
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...nii-televizore
Статья опубликована в № 4307 от 21.04.2017 под заголовком: Республика: Навальный в телевизоре

Какова цена политического усилия
21.04.2017

В среду и четверг два кандидата в президенты Франции, националистка Марин Ле Пен и правый политик Франсуа Фийон, выступили с критикой своего конкурента, молодого (по меркам масштаба выборов) социалиста Эммануэля Макрона. Они не сговаривались между собой: просто оба отстают от него в опросах и вынуждены реагировать. Примерно в то же время русские политики и чиновники начали нападать на Алексея Навального, в личных выступлениях и с экранов телевизоров.

Макрона обвиняют в том, что он слишком мягкотел, Навального, напротив, в том, что он может быть жестким руководителем («фюрером»). Макрон и до нападок был лидирующим французским политиком, поработавшим в правительстве, а Навальный только за последний год достиг федеральной узнаваемости. Макрон идет на выборы и может их выиграть, а Навального еще совсем не факт, что допустят до регистрации и вообще не посадят в тюрьму. Но в главном они схожи – их оппоненты создают им политический вес.

Политики врут не только согражданам, но и себе самим, думая, что им верят. Это так, но только отчасти: люди смотрят не на слова, а на дела. Если кого-то критикуют, это не повод ему не доверять, но бесспорный признак наличия политического капитала, т. е. власти. В демократической Франции и в России это в равной степени так.

Почему огромная майская демонстрация не влияет на настроения людей так, как сравнительно немногочисленный оппозиционный митинг? Есть много ответов, но самый простой и очевидный вот: в них вложено разное количество усилий; в оппозиционное выступление – больше. На организацию провластного митинга требуется дюжина автобусов, на сопровождение протестного выступления – десятки автозаков и большие тысячи полицейских с касками и водометами. Праздничный демонстрант жертвует тремя часами времени, протестующий – весьма вероятно, несколькими сутками в обезьяннике. Даже нетренированный взгляд отличает важное политическое действие от бутафории.
Февральская революция 1917 года привела к появлению в России самого прогрессивного выборного законодательства

Ролики Навального собирают миллионы просмотров, но все еще меньше, чем новостные выпуски «Первого канала». Но все равно они обсуждаются больше и цитируются чаще. Цена сигнала создается не пассивными зрителями и даже не талантом продюсеров шоу, а противодействием власти, обысками в студии, самой необходимостью что-то искать, платить за интернет, следить за выпусками. Политика, как предметы роскоши, стоит ровно столько, за сколько ее купили, и приносит ровно столько удовлетворения.

Власть это прекрасно понимает и много лет демонстративно игнорировала Навального и всю его деятельность – точно так же, как французский политический истеблишмент сверху вниз поглядывал на Макрона. Но теперь уже, видимо, не может – вероятно, потому, что знает о его рейтинге больше нашего. Оппозиция хотела дебаты – вот они уже идут, для начала заочные. Навальный хотел в телевизор – он попал туда, в самый прайм-тайм. Президентская кампания началась на деле, даже если планировалась только для вида.

И не важно, что кого-то называют Гитлером. Вот в прошлом году одного человека называли Гитлером, а он взял и выиграл выборы и стал самым могущественным человеком на земле.

Автор – независимый журналист

Государство-антихакер
 

https://www.vedomosti.ru/opinion/col...stvo-antihaker
Статья опубликована в № 4353 от 30.06.2017 под заголовком: Республика: Антихакеры

Как отчаянная борьба с Telegram обесценивает мощь «русских хакеров»
29.06.2017

Новости информационных технологий в последнее время касаются двух сюжетов. В России государство пытается подчинить каналы коммуникации, так или иначе облегчив себе доступ к пользовательской переписке. Последняя схватка разворачивается сейчас за Telegram. За пределами страны то же самое государство обвиняют в поддержке хакерских групп. Главный репортаж в последнем номере влиятельного журнала Wired был посвящен тому, что прогосударственные российские хакеры используют Украину как учебный объект для отработки навыков кибератак. Политики и специалисты по всему миру уверяют, что за многими атаками стоят люди, пользующиеся покровительством российского руководства, и официальные лица не слишком рьяно с этим спорят; этот страх им льстит.

Легко заметить, что два новостных сюжета плохо складываются в одну картину. Если бы Россия действительно делала ставку на хакеров в штатском и располагала бы развитым арсеналом для взлома цифровой защиты, политические методы контроля за средствами коммуникации вредили бы избранной стратегии.

Хакер по определению человек, который умеет видеть информацию, недоступную обычным людям. Чтобы его труд был эффективен, нужно, чтобы, во-первых, люди ощущали себя сравнительно защищенными, а во-вторых, продолжали обмениваться чувствительными данными, которые он может похитить, пользуясь своими профессиональными навыками. Пока террористы, активисты оппозиции, бизнесмены – обычные мишени режима – продолжают использовать мессенджер и доверять ему, хакер имеет большое конкурентное преимущество. Но после громкой и далекой от изящества борьбы Роскомнадзора за возможность тотальной слежки все, кому есть что скрывать, просто уйдут из приложения, научатся пользоваться чем-нибудь еще, освоят голубиную почту – и тогда в Telegram не останется информации, достойной взлома. Террористы едва ли примут обет молчания, они перейдут на другие каналы связи.

Может быть, хакеры умеют взламывать любую программу, кроме Telegram, и надеются, что пользователи перейдут в менее безопасную среду? Тоже вряд ли: по меркам отрасли Telegram – совсем небольшая компания, и даже со скидкой на таланты менеджеров и сотрудников любое заинтересованное государство и даже просто крупная фирма могут создать канал коммуникации, защищенный не хуже. Пытаясь подчинить приложение, российское государство публично расписывается в бессилии собственных хакеров.

Можно предположить, что атака на Telegram, необъяснимая с точки зрения информационной безопасности, связана не только с очевидным отсутствием компетентных людей в Роскомнадзоре, но и с непроизносимыми вслух политическими соображениями. Популярное комьюнити просто разгоняют, как протестный митинг. То есть стремятся не к тому, чтобы получить доступ к тайной информации, а к тому, чтобы сильнее засекретить вполне публичную. Если это так, то за государственную политику в России отвечают не хакеры, а их полная противоположность.

Для всех оппонентов режима в России и за ее пределами это очень хорошая новость.

Автор – независимый журналист